Красный партизан
Пролог
Подполковник бесцеремонно разглядывал Самойлова и задал вопрос, который Дениса удивил и насторожил.
- Восьмого января, то есть вчера, в небольшом городке недалеко от Лондона была взорвана машина с находившимися в салоне вторым секретарём генерального директора МИ-5 Эриком Доунсоном и руководителем Восточного отдела Ричардом Уилсоном. Погибли также водитель и телохранитель секретаря. По факту это третий человек в иерархии британской разведки. Как стало известно, мощная радиоуправляемая мина была заложена под люк канализации, над которым в тот момент и проезжала машина. Не скажу, что для нас это неприятная информация, но, как известно, свято место пусто не бывает, и кто сядет на освободившееся кресло пока неизвестно. По горячим следам преступление британцы не раскрыли и куда тянутся нить, не выяснили. Нас одно порадовало, что ты в данный момент был недалеко от Санкт-Петербурга, к тому же не один.
- Вы из меня просто какого-то Зорро делаете, - усмехнулся Денис. – Где я и где Истборн?
Мужчины переглянулись.
- А позволь узнать - откуда информация, что взрыв произошёл именно в этом городе?
Самойлов усмехнулся.
- Так о взрыве машины с высокопоставленными людьми уже известно. Прошла информация в новостях, а место, где находится Восточный отдел британской разведки, по-моему, хорошо известно тем, кому это интересно.
- Логично, хотя и немного натянуто, но пусть будет так. Тогда прямой вопрос – то, что лично не участвовал в теракте, понятно. Ты разрабатывал операцию?
- Помилуйте, Кирилл Андреевич. Я был в Репино. Не сомневаюсь, что те Ваши люди, которых засекла охрана, были, так сказать, ширмой, приманкой для отвода глаз, а за нами наблюдали более серьёзно. Наверняка отслеживали все телефонные переговоры, а может, и зацепились за линию.
- Забавно такое слышать, не находишь? – мужчина с усмешкой посмотрел на подполковника. – Отдаю должное, вполне профессиональный подход к оценке обстановки. – Мужчина уставился на Самойлова. - Хорошо. Допустим, ты не был напрямую задействован в акции с подрывом машины. Тогда откуда в почтовых ящиках погибших Доунсона и Уилсона в Новогоднюю ночь были обнаружены конверты с игральными картами? Соответственно их положению - король и валет червей? Обе карты не разрезаны, не разорваны, а пробиты стилетом. Точно таким же, от которого скончался сотрудник британского посольства в Москве.
Денис ничего подобного услышать не ожидал. Сейчас, кажется, в начавшуюся полгода назад «игру» вступили новые участники. Те, о ком он не догадывался. Неумелая подстава, как в случае с Владом? Или что-то совсем иное, где свои разборки решили спихнуть на него? Смысл этой комбинации пока непонятен.
Кирилл Андреевич наблюдал за лицом Дениса и видел, что тот был искренне удивлён.
- Не ожидал такое услышать?
- Признаюсь, удивлён. Кто-то решил спихнуть на меня свои дела, сделав крайним, причём тот человек отлично знает историю с картами. Я имею в виду московскую историю. Таких, думаю, немного как здесь, так и в Британии. Если всё это так, как рассказали, можно предположить, что это внутренние разборки. Не мы и, уверен, не итальянцы. Слишком изощрённый ход, который, если докопаются до сути, может повлечь за собой серьёзные последствия.
- Вот мы сразу и задумались о последствиях. По своим каналам уже сообщили так называемым коллегам, что ты, Самойлов, в этой истории не замешан. Извини, конечно, что сделали это без согласования с тобой, поджимало время. Тем более ты был на виду, так что если даже на самом деле принимал участие в разработке операции по ликвидации двух одиозных кадров британской разведки, твоё пребывание в России, как выяснилось, уже доказано не только нами, а и другой заинтересованной стороной…
Росчерк молнии. Глава 19
Глава 1
Лондон. Район Бексли. 11 января.
- Кажется, это здесь, – молодой человек остановился у старинного дома, в полуподвале которого находился пивной бар. Вид ещё тот – вместо традиционного номера - растрескавшаяся деревянная вывеска-табличка, которую не чистили лет сто точно – буквы выцвели, не прочесть что когда-то было написано, но массивная деревяшка при полном отсутствии ветра тихо скрипела, раскачиваясь на ржавом штыре, вызывая неприятные ассоциации.
Высокий симпатичный парень, постучав ботинками о решётку, сбивая налипший мокрый снег, спустившись по трём ступенькам, толкнул от себя дверь, оббитую железными полосами. Это была не стилизация под старину, а именно старинная дверь. Тяжёлая, массивная, наверное, сохранившаяся со дня постройки здания. Из помещения пахнуло теплом и коктейлем ароматов, где стойкий запах пива был основным. Именно так пахнет во всех подобных заведениях, которые сохранились в домах старой Англии. Внутри посетителей не было, время для открытия ещё не пришло. Вот через час-другой здесь будет уже не протолкнуться. За почти чёрной от времени барной стойкой дремал толстяк, мужчина в возрасте. Его глаза на секунду приоткрылись, оценивая гостя, и снова закрылись. Видимо опытный взгляд просканировал и оценил гостя как пустую трату времени. Да, клиент был одет безупречно и дорого, но возраст… Такому юнцу продать пиво – значило призвать на свою голову кару свыше. Не богов, конечно, других - любителей наложить неподъёмный штраф на хозяина заведения в столичном городе хватало. Только успевай уворачиваться.
Ещё один человек мыл пол. Юноша лет восемнадцати. Тот тщательно, по нескольку раз проводил мокрой шваброй по одному и тому же месту и только потом переходил дальше. Уборщик поднял голову и встретился взглядом с зашедшим в ещё закрытое для гостей заведение. В глазах мелькнуло узнавание и нескрываемая радость. Швабра нарочито медленно была прислонена к ближайшему столу, а руки парнишка тщательно вытер полотенцем, что висело у него на шее.
- Ты пришёл, Крис!
Патлатый парнишка в заляпанном худи, подойдя к гостю, не протянул руку как принято для приветствия, а обнял друга.
- Привет, Рони. - Молодой человек в идеально сидящем дорогом костюме не побрезговал, не сдержался, тоже обнял, притиснул к себе худощавое тело. – Всё прошло хорошо?
- Как говорил один наш общий знакомый, «как по маслу». Ты же наверняка слышал?
- Не только слышал, но и видел. В Истборне на том самом месте оказался минут через двадцать пять-тридцать после… происшествия. На удивление, полиция оперативно перекрыла улицу. Даже не ожидал от них подобной прыти. Бобби (Bobby – жарг. англ. полицейский) носились вокруг как угорелые, но и событие для пригорода Лондона нерядовое – ТАКИЕ люди ушли на небеса.
- Точно ушли? – едва слышно переспросил лохматый парень, на лице которого уже не было улыбки.
- Рядом с машиной лежали три тела, накрытыми стандартными Emergency blanket (спасательное аварийное одеяло – англ.) Накрыты с головой, а вокруг кровь, которую пожарные полностью так и не смыли. К моему приезду они даже не успели до конца потушить искорёженную машину. Понимаешь… Живых так не укрывают. При мне подъехали две кареты скорой помощи. В одну погрузили здорового мужика. Не знаю, водителя или охранника. Лет сорока. Не наш кадр. Отмечу, машины медиков прибыли относительно быстро – больница не очень далеко, так что если бы кто-то выжил… Тот, на носилках, лишился обеих рук. Вряд ли выживет.
Черты лица молодого человека немного разгладились, но тут разговор пришлось прервать.
- Рони, ты так и будешь болтать с приятелем вместо того, чтобы закончить уборку? – хозяин паба вышел из-за стойки, перекидывая полотенце через плечо. – Знаешь, приятель, я устал тебя каждый день подгонять. Ты или работаешь, или уходи. Прямо сейчас.
- Дастин, но я же тебя заранее предупредил, и ты разрешил уделить знакомому, с которым давно не виделся, всего пятнадцать минут. Время ещё не вышло.
- Я не собираюсь стоять рядом с секундомером в руках и засекать время, которые ты крадёшь из моего кошелька. Скоро придут гости, большая компания. Они полностью арендовали паб для традиционной встречи, и если к их приходу зал не будет готов и блестеть чистотой, в следующий раз уйдут к конкурентам. У нас и так дела идут не очень хорошо, а ты…
- Дастин, прошу, мне нужно ещё пять минут, – парнишка неловко пожал плечами, заискивающе улыбнулся, но владелец пивного бара был непреклонен.
- Приступай немедленно к работе или уходи. Домой пол, потом иди на кухню. Надо дополнительно протереть все кружки и тарелки. Потом будешь помогать Патрику на кухне.
- Хорошо. Коль настаиваешь, я делаю выбор, – молодой человек подошёл к стойке и вытащил из-за неё потёртый рюкзачок. Накинул на плечи лямки и поднял руку в прощальном жесте.
- Идём, Крис. К счастью, оплату за отработанную неделю получил как раз вчера вечером, так что сегодняшние два часа работы дарю своему уже бывшему нанимателю. Дастин, желаю процветание твоему бизнесу.
- Подожди. Ты что, в самом деле уйдёшь прямо сейчас? – грузный мужчина растерялся. Его вечная ворчливость сменилась искренним недоумением. – Ты решил меня бросить в трудную минуту? Знаешь же, что Луиза сегодня не придёт, у неё заболела дочь. Решил предать наше общее дело именно сегодня, когда у нас намечается аншлаг?
Юноша дошёл до двери, но остановился. Повернулся.
- Ты не оставил мне выбора, Дастин. Сам только сказал – или приступать к работе или уходить. Я выбрал последнее, поскольку ты мне не даёшь возможность нормально поговорить с человеком даже короткое время. Ты так и не понял в чём проблема? Сказал, общее дело? Ну-ну. Я у тебя отработал чуть меньше года, чуть ли не ежедневно исполняя обязанности трёх сотрудников, а зарплату мне платил только за одного, да и то неохотно. Сомневаюсь, что в ближайшее время найдёшь ещё одного дурака, похожего на меня. Даже никто из чёрных на такие условия не согласится.
Парнишка усмехнулся и обвёл взглядом ставший за долгое время свой второй дом. Повернулся к другу.
- Знаешь, а я с этим местом уже сроднился, ведь этому пабу больше двухсот лет. Подобных считанные единицы в королевстве. Поэтому здесь иногда появляются очень интересные люди, которых чаще можно увидеть по телевизору, чем где-либо ещё. И многие из них на удивление более чем адекватны. С некоторыми даже успел познакомиться. Жаль уходить, конечно, но моё терпение иссякло. Идём, Крис…
Двое молодых людей не торопясь прошли метров двести по улице, и зашли в небольшой сквер. Скамейки там были, но их заняла компания арабов, которые недобро посмотрели на белых парней, поэтому прибывшие последними сели на невысокую ограду у входа.
- Не нарвёмся? – поинтересовался хорошо одетый молодой человек. – Жаль будет костюм и плащ.
- Не бойся. Видишь, в средине сидит парень с массивной золотой цепью на шее? Кариб, алжирец. Местный «багор». Курирует наркоту в районе. Мы с ним знакомы. Месяца три назад сцепились в пабе, когда тот попытался наехать на Дастина. Пришлось пригласить в подсобку и там настучать по рогам. Так сказать поучить уму разуму. Кариб на меня не обиделся – разговаривали по-мужски и наедине. Так что ничего его банда не видела. Потом до меня дошли слухи, что Кариб всем хвастал, что нагнул белого.
- Но на самом деле было совсем наоборот? – рассмеялся Крис.
- Конечно. Неужели думаешь, что какая-то вонючая чурка может в честном бою победить русского воина?
Последние слова были произнесены не на английском, на русском, и оба молодых человека внезапно замолкли, думая каждый о своём.
- Саша, я устал. Хочу домой. Знаешь, как мне осточертели?эти рожи
- Знаю, Дим, - тихо ответил парень, одетый в модный светлый плащ, дорогой костюм, белоснежную сорочку и галстук, стоимость которого за клочок ткани превышала все разумные пределы. – Ты свою миссию полностью выполнил. Возвращайся. Используй маршрут четыре.
- Через Италию? – удивился парнишка. – Почему крюк, а не сразу через Турцию?
- Карты, Дима. Я был против твоей затеи, но ты ведь не послушал, сделал всё по-своему. Думаешь, люди из Эн Си Ай (NCA – национальное агентство по борьбе с преступностью. англ.) не сообразят что к чему? Если даже не захотят, заставят Старшие. (Имеется в виду разведслужбы – прим. авт.) В аэропортах, уверен, уже введён усиленный контроль. Всех, кто вызовет хоть малейшее подозрение, будут пробивать по всем базам. Поэтому сначала паром до Франции. Дальше на автобусах с пересадками до Италии. Я сегодня свяжусь с нашими. У Дениса вроде есть завязки с итальянцами. Надеюсь, он не откажется помочь.
- Ты с ума сошёл, – худощавый парень замахал руками. - Сашка, мы ведь фактически подставили Дениса с этой акцией, а ты хочешь попросить у него помощь?
Собеседник улыбнулся, символически хлопнув ладонью по колену друга.
- Я неправильно высказался. Дениса оставим в покое – у него семья, да и много других дел. Я хочу попросить о помощи его жену, Долорес. Как мне говорили, она умная женщина. Уверен, если окажет нам услугу, муж об этом никогда не узнает. Мы ведь рассчитались по неоплаченным долгам именно за неё. Сам знаешь, руководитель Восточного отдела Ричард Уилсон был тем, кто и отдал приказ на ликвидацию Долорес с целью выманить в Италию Дениса. Итальянцы тогда отплатили красиво – отправив дочь Джи Би в больницу если не до конца дней, то, по крайней мере, надолго, но тот кадр закусился – решил действовать, игнорируя прямой запрет начальства. К тому же его подталкивал Совет Попечителей. Что было дальше – знаешь. Сначала попытка покушения на Женю Самойлову. Совсем недавно история с группой наёмников. Это бы продолжалось бесконечно, если бы…
- Если бы не группа вчерашних школьников, которые давно научились думать и действовать самостоятельно. Ведь никто до сих пор так и не принимает их всерьёз. Не верят, что дети выросли из коротких штанишек, верно?
Два молодых человека посмотрели друг на друга и прыснули. Неожиданно у одного из них зазвонил телефон.
Рони сбросил рюкзак с плеч. Ткнул пальцем на экран дешевого смартфона, что достал из кармана. Посмотрел по сторонам и поднялся.
- Пришло сообщение от хорошего знакомого. Меня как-то вычислили. Надо уходить. К пабу едет группа полицейского спецназа.
- Я с тобой. – Крис поднялся на ноги.
- Смотри сам, но лучше тебе уйти.
- Повторяю - с тобой.
- Хорошо. Я здесь всё знаю, поэтому придётся побегать. Так, минуту, – парнишка в худи подошёл к группе арабов и, отозвав в сторону человека, о котором недавно говорил, сказал пару фраз, после чего вернулся. – Я Карибу сказал, что в этом районе начинается облава на наркоторговцев. У него характер взрывной, поэтому сейчас устроит в этом районе небольшую войну, а мы тем временем… Да, что ещё. Пока мы здесь, продолжаем говорить исключительно по-английски и пользуемся привычными именами.
Вдали послышались звуки сирен полицейских машин.
- Ходу, Крис.
Парни сначала пошли, потом побежали. Пересекли сквер. Затем, открыв дверь жилого дома, пробежав по короткому коридору, вышли на другую улицу. Метров сто шли нормальным шагом и, снова миновав сквозную парадную, оказались ещё дальше. Уже на четвёртой улице Рони остановился у припаркованного автомобиля. Достал из кармана ключи и, прыгнув за руль, завёл двигатель.
- Садись, поехали. Сейчас и здесь всё перекроют. Надо попасть в одну квартиру на окраине города, прежде чем разбежимся в разные стороны.
Рони оказался прав – они едва успели выехать за границу оцепляемой зоны – охотникам не хватило всего нескольких минут. Уже за проехавшим автомобилем поперёк улицы встали две полицейских машины, наглухо перегородив дорогу в обе стороны.
- - -
- Далеко же ты забрался, - пройдя по заброшенной квартире Крис, чуть раздвинув жалюзи, выглянул в окно. – Ты ведь здесь не живёшь?
- Нет. Эта квартира моей знакомой. – Рони сидел у трюмо, вытирая мокрое лицо перед его преображением. - Джули по делам уехала на пару месяцев в Штаты и попросила меня присмотреть за её жильём. Вот и воспользовался случаем, перетащив сюда всё самое ценное. Переодеваться будешь? Свои вещи сложи в сумку, в шкафу внизу лежит пара. Заберёшь потом с собой. Здесь ничего оставлять нельзя.
- Есть во что? – удивился Крис. – Подожди, ты сказал Джули? Француженка?
- Самая что ни на есть. Кому-то в жизни точно повезёт. Невзрачная с виду, но в постели тигрица. Занимается недвижимостью. Хватит ржать. В жизни, дурачина, занимается недвижимостью, а не мной в постели. Тьфу, запутал. Всё, успокойся... Ездит по всему миру – клиентов очень много. Обеспеченная, несмотря на сравнительно молодой возраст, но деньги для неё не цель, а средство для спокойной жизни. Отмечу, это её лозунг. Машина, кстати, тоже её. Не смотри, что старенькая, это одна из многих. Каждый раз берёт машину соответствующую уровню клиента. А в Ницце у неё собственная вилла, я там раз был. Уровень комфорта зашкаливает. Бассейн, Феррари у дома, пятнадцатиметровая яхта в марине. Там Джуди богиня во плоти, миллионерша, а здесь совсем другая. Она артистка по жизни и ей нравится шифроваться.
- Нравится обманывать людей? – удивился Крис.
- Почему обманывать? Просто не демонстрировать уровень своего благосостояния. Когда она именно что на работе – менеджер по элитной недвижимости. Той, что оценивается в космических величинах. Жёсткая дама, которая не знает слов «нет» и «невозможно», а вот дома - кошка. Ласковая, страстная и тёплая. Был бы я постарше, попытался перерасти уровень «друга дома».
- Сколько ей?
- Двадцать четыре. Только сразу скажу – все наши поездки, рестораны и кафе оплачивал исключительно я, и такое положение вещей нравилось нам обоим, потому что материально не зависел от Джуди и чувствовал себя рядом с ней настоящим мужчиной. Именно это её и подкупало. Между прочим, мы даже кольцами обменялись. В шутку, конечно, но и здесь я оказался на высоте – у неё на пальце платиновое, а у меня из дешевого серебра. – Рони поднял вверх руку, демонстрируя кольцо.
- А она знает кто ты на самом деле? – Крис сел на стул, смотря на отражённое в зеркале лицо Рони. – Подожди, а откуда у тебя деньги на содержание миллионерши? Заработал уборщиком в пивном баре?
- Шутишь? Это хорошо. По поводу происхождения денег расскажу как-нибудь в другой раз. Что я русский, знает. Пришлось сказать, когда мажору из России и его другу испортил физиономии. Тот при людях посмел похабно оскорбить Джули. Я ответил на могучем родном, а те трое были в подпитии и по привычке сразу полезли в драку. К сожалению, после инцидента пришлось срочно покинуть Ниццу. К слову сказать, местная полиция, разобравшись в причине конфликта, выслала русских из страны. Кажется, даже лишила их возможности последующих визитов во Францию. Там и папа Джули подключился, а он очень влиятельная особа. Так, сейчас я начинаю работать с лицом, поэтому давай помолчим. Гардероб справа и он в полном твоём распоряжении. Если поищешь, подберёшь себе подобающий наряд. Да, последнее. Твои дальнейшие планы?
Крис задумался. Планы, которые он и его родители строили последние полгода, теперь, кажется, летели коту под хвост. Он достал из кармана телефон, но тут же услышал негромкий голос.
- Со своего телефона никуда звонить не надо. Сейчас звонки будут выборочно прослушивать и если камеры наружного наблюдения зафиксировали твою внешность, через час о тебе и твоих родителях могут знать если не все, то многие. Если хочешь совет – делай как я – меняй внешность. Пора навсегда оставить за спиной туманный Альбион. Так… Подожди… - парень выдвинул ящик трюмо и достал старенький кнопочный телефон. – Держи, - кинул другу. - Симка чистая. Позвони родителям, но, прошу, разговор не затягивай. Максимум минута. Звонок могут отследить.
- - -
Уйти спокойно не удалось. Уже когда двое респектабельных мужчин чуть старше среднего возраста спускались по лестнице с четвёртого этажа, на первом хлопнула входная дверь и прозвучали короткие команды.
- За мной. Наверх. Быстро, - скомандовал Рони. Добежав до квартиры на пятом, последнем этаже, парень достал из кармана ключ и открыл дверь. Когда зашли в квартиру, запер за собой, оставив ключ в замочной скважине. На не высказанный вопрос, махнул рукой, мол, все объяснения потом. Открыв широкую стеклянную дверь, вышли на балкон и без труда перебрались на балкон уже соседнего дома.
- Дальше так же, до пожарной лестницы, что в конце дома и спускаемся до второго этажа. Придётся прыгать. Потом через двор и на соседнюю улицу. Там машина. Осторожно с перилами – они скользкие от снега.
- Да уж… Со стороны посмотреть, мы нелепо смотримся, - хмыкнул Крис. – Двое мужчин, можно сказать в самом соку, словно Санта Клаусы прыгаем по балконам. Хотя Рождество и Новый год уже прошли.
- Соседи будут думать, что кого-то из нас застал ревнивый муж. Тут такое часто случается и эту тему жильцы стараются не обсуждать. Особенно мужчины. Да и женщины тоже. Сегодня убегают от соседей, завтра уже от тебя самой. Зачем болтать о том, о чём лучше промолчать. Психология скрытого коллективизма.
- Смотрю, ты всё предусмотрел, - Крис быстро перебирал руками и ногами, спускаясь по ржавой металлической лестнице.
- Предвидел что-то подобное, поэтому приготовил пару вариантов отступления.
Голос раздался уже снизу и почти сразу послышался удар о землю - Рони спрыгнул и удержался на ногах. Через секунду уже подстраховал друга, не дав тому завалиться в клумбы с цветами, что были под лестницей и сейчас бережно закрыты плёнкой от падающего с неба мокрого снега пополам с дождём.
Они уже проходили под аркой дома, миновав внутридомовую парковку, когда появившиеся со стороны улицы двое мужчин загородили дорогу.
- Стоять. Повернуться к стене. Руки подняли. Полиция.
Прозвучавшим последним слово «полиция» совпала с двумя негромкими хлопками. Рони обернулся и увидел в руках Криса пистолет с глушителем. Где он его прятал до этой секунды?
- Зря ты стрелял. Могли и так уйти. Теперь точно не отвяжутся. – Рони укоризненно покачал головой. Увидев невдалеке металлическую дверь, разбежался и вбил её ногой внутрь. – Давай их туда. Быстрее, Крис.
Через пару минут на улицу вышли двое мужчин, которые без особой спешки сели в припаркованной автомобиль и уехали.
* * *
Четыре часа спустя. Скотланд-Ярд.
- Сэр, пропавшие инспектора найдены. Их закинули в технический отсек.
- Состояние? – Заместитель комиссара Лондонской полиции устало потёр глаза. Посмотрел на стоящего перед его столом коммандера Роуди.
- Оба ранены, но легко. Стреляли в правое плечо. Ранения у обоих как под копирку. Оружие при них, не похищено. Документы не забрали.
- Какие воспитанные бандиты, не находишь, Микки? Вывели из строя двух инспекторов, но не убили, даже не воспользовались оружием и документами. Не ошибусь, если предположу, что и жетоны не забрали?
- Не забрали, всё на месте, сэр, - подтвердил коммандер. – Квартира, которая была взята под наблюдение ещё позавчера, принадлежит, как выяснилось, не Рони Айслеру, а его знакомой, Джули Морэ, гражданке Франции. Представительнице известной семьи.
- Морэ. Морэ. Подожди. Что-то крутится в голове. Не актёр, понятно. Так, стоп... – Мужчина с удивлением посмотрел на подчинённого. – А Кристиан Морэ, случаем, не её родственник?
- Отец. Сами понимаете, сэр, что будет, если мы голословно заявим журналистам, что дочь одного из самых богатых и влиятельных людей Франции у себя дома укрывала террориста. В квартире сейчас работают криминалисты, но, по предварительным данным, привязать Айслера к Морэ вряд ли получится. Хотя один из шкафов и забит мужской одеждой, это ни о чём не говорит. Там нет ничего из ношенного. Всё новое, как в магазине. Даже с бирками. Сама девушка уже второй месяц в Америке. Она могла и не знать, что в её отсутствие кто-то воспользовался квартирой.
- Следов, как понимаю, наши умники не найдут. Тогда… свяжитесь с коллегами из Штатов. Пусть побеседуют с Джули Морэ. Наведут справки – кому она давала ключи от дома и знает ли человека по имени Рони Айслер? Попросите не нагнетать. Пусть разговор пройдёт в контексте, что квартирой воспользовались злоумышленники. Может быть, девушка и в самом деле ни при чём.
- Они знакомы уже как полгода. Утром коллеги предоставили документы, где есть две фотографии, как эта пара проводит свободное время. Там есть вырезка с заметкой о конфликте в Ницце, где Айслер жестоко избил трёх русских, отправив тех в больницу.
- Причина?
- Оскорбительно отреагировали на отказ Морэ знакомиться. После короткой фразы русские перешли на личные оскорбления, но тут не выдержал её спутник. После короткой перепалки русские полезли с кулаками на Айслера, но парень, как заявили свидетели, действовал жёстко и в течение минуты всех троих отправил в беспамятство, а потом, отмечу этот факт особо, сам вызвал полицию и медиков. До суда дело не дошло, но Айслеру пришлось вернуться в Лондон.
- Прямо Робин Гуд двадцать первого века... Защитник униженных и оскорблённых… Как ты сказал? Ему пришлось вернуться?… Хорошая формулировка. - Заместитель комиссара тяжело выдохнул. – Знаешь, Микки, я с утра внимательно прочёл все документы и у меня сложилось двойственное впечатление. Первое, что этот парнишка, о котором говорят что он русский, глубоко ошибаются, он настоящий британец. Ведь его родословная уже подтверждена. Предки прослеживаются аж с пятнадцатого века. Они все верно служили короне. С другой стороны, если это в самом деле русский, то каким образом занял место настоящего Рони? Его нынешний наниматель, Дастин, владелец бара, убеждён, что парень - валлиец. Произношение, поведение, честность к порученному делу и ответственность. Тихий, скромный, неконфликтный. Скажи, эти черты характерны для русских? По моему мнению, ни одна не подходит. Я ведь два года проработал в России в нашем посольстве. Поэтому знаю какие там люди. Не буду врать, среди них попадаются, с кем можно общаться как с нормальными, но таких меньшинство… Понимаешь, мы совершенно разные. Разные во всём. В менталитете, в поведении, в оценке ценностей. В культуре, в конце концов. Да, в России родились многие известные писатели, композиторы, поэты, но они стали всемирно известны только после того, как их произведения прозвучали в Лондоне, Париже и Берлине, а так… кто бы о них узнал? Ладно, мы немного отвлеклись. Что с поисками?
- В аэропортах, как и морских вокзалах,усилены меры контроля до максимума. На прилегающих к Сити дорогах производятся выборочные проверки. Высказано мнение, что наш клиент воспользуется шумихой и спрячется в Шотландии и через некоторое время, когда поиски сойдут на нет, оттуда попытается перебраться в Европу. Все службы имеют фотографии Айслера и его приметы.
- Понятно. Что со вторым человеком, с которым сегодня встречался наш фигурант?
- Тут намного сложнее, сэр. Его отец – сотрудник посольства. Прибыл к нам по ротации вместе с семьёй два месяца назад. Сын, Крис Лаубергис, поступил в Государственный университет Лондона. Годовую оплату провели разово. Мальчик в совершенстве знает английский и немецкий, что нехарактерно для его уровня. Выбранная специальность – математика, компьютеры и инженерное дело.
- Странная фамилия для русского.
- Литовец, сэр. Выходец из небольшой прибалтийской страны. Не коммунист. Человек, скептически воспринимающий нынешнюю обстановку в своей стране. Есть информация, что старший Лаубергис может представлять интерес для нашей страны. Но, как понимаете, это не наша компетенция, сэр.
- Полностью согласен, что люди, кто не нарушает законы, не входят в сферу непосредственных интересов полиции. Как понимаю, сын дипломата ушёл от нашего наблюдения?
- Да, сэр. После разговора в пабе с Айслером, они вышли на улицу, а вот дальше… Да, ещё, что не вписывается в общую картину. Те двое инспекторов, что были на задержании, они сообщили, что в них стрелял один из двух мужчин средних лет. Не юношей, сэр. Или это нелепая случайность или те двое изменили внешность. В таком случае, если у них имеются фальшивые или иные документы, нужных нам людей найти будет намного сложнее.
- Странно другое, Микки, что ты не упомянул об этом важном факте в начале доклада.
- Виноват, сэр.
- Сводку оставь на столе, я посмотрю, а сам обратись за помощью в секретариат контрразведки. У них, по слухам, недавно заработала новая «игрушка» - мощный компьютер с самой последней разработкой по сканированию лиц. Что-то там на основе искусственного интеллекта, о котором все постоянно говорят, но никто толком не понимает что это вообще такое.
Когда коммандер Роуди покинул кабинет, Даниэль Шерман поднял трубку телефонного аппарата, которым пользовался очень редко. Назвав оператору двойной код, услышал гудок и трубку на другом конце линии подняли.
- Шерман, старина, рад тебя слышать. – Голос ответившего на звонок был неожиданно приветлив. Хотя, как помнил Даниэль, последний разговор, состоявшийся между ними полгода назад, закончился на повышенных тонах.
- И я рад слышать твой наполненный оптимизмом голос, Нортон. Старина, можешь помочь по нашим общим делам?
В трубке на несколько секунд повисла пауза.
- Ты по поводу последних трагических событий?
- Именно. Наши подразделения три назад подняли по высшему уровню угрозы. Ищем одного мальчишку, которого подозревают в подрыве... э… некой машины. До меня дошла информация, что ты непосредственно контактировал с некими русскими, что работали на нашу… безопасность. Вот и возникла мысль, а не может так получиться, что некий Рони Айслер из того же стойла? Понимаешь, о чём разговор?
- Более чем, - тон мужчины понизился. – Как понимаю, фотографию ты прислать не можешь. Хотя, уверен, запросить сам могу. Хорошо, Даниэль, посмотрю. Ещё что-нибудь?
Заместитель комиссара, чертыхнувшись про себя, решил пойти ва-банк. Он ничего не терял, если информация окажется закрытой и ему откажут, но если будет попадание в точку, розыскные действия можно будет с лёгким сердцем передать контрразведке, потому что работа с нелегалами и шпионажем не входит в непосредственные функциональные обязанности городской полиции.
- Да. Есть ещё один фигурант. Приблизительно тоже лет восемнадцати-двадцати. Сын русского дипломата, недавно приехавшего в Лондон. Мальчик поступил в столичный университете, но, понимаешь, какое дело. Сегодня этот парнишка встречался с тем самым разыскиваемым нами лицом. Они были некоторое время вместе, а куда делись потом, осталось неизвестным. Есть, правда, параллельная линия, над которой мы сейчас работаем. Двух офицеров, что отправили на задержание, нейтрализовали как детей - ранили из пистолета, при этом оставив всё при них. Не забрали ни жетоны, ни документы, ни оружие. Связали им руки их же ремнями, затащили в технический отсек коммунальной службы, а сами убежали. Суть в другом – оба инспектора в один голос утверждают, что в них стрелял мужчина лет тридцати-сорока. Вот у меня и появилось подозрение, а не изменили ли мальчики свою внешность? Если так, мы в глубокой, уж прости за откровенность, заднице. Попробуй их найти в стране. Если они, конечно, до сих пор здесь, а в этом у меня большие сомнения.
- Фамилия второго, – голос собеседника был насторожен.
- Крис Лаубергис. Только фото этого человека у нас нет, а то, что сняли с камер наружного наблюдения, не передаёт нормальной картинки.
- Я тебя услышал, Даниэль. Если получу санкцию руководства, сразу же займусь. Признаюсь, ты меня заинтересовал. Думаю, шеф не откажет. Если появится информация, сообщу. Приблизительно через час. Ты на месте?
- Да. Буду ждать твоего звонка столько сколько нужно.
- - -
Телефон зазвонил не через час и не два, а почти в десять вечера, но уже задолго до этого Даниэль Шерман получил от подчинённых косвенные подтверждения, что его предположения верны. Порадовало другое - сначала из Министерства пришло указание о передачи дел контрразведке, а через час подтверждение, что уровень угрозы понижен и сотрудникам управления городской полиции предписано нести службу по протоколу два-два. То есть в обычном режиме, при этом оказывать всяческое содействие сотрудникам внутренней безопасности и контрразведки.
Когда Даниэль поднял трубку, услышал ехидный голос старого знакомого – руководителя технического обеспечения МИ- 6.
- Прости, Даниэль, за поздний звонок, но ты нам подкинул ворох работы. Думаю, уже сообразил, что твои предположения оказались верны. Пришлось поднять некие документы, архивы, связаться с коллегами из других стран, поэтому… Давай по порядку. Рони Айслер. Настоящие имя и фамилия - Дмитрий Краснов. Русский. Семнадцать лет. Так. Нет. Стоп. Уже восемнадцать. Десятый класс специфической школы-интерната в Молдавии. Есть такая небольшая страна рядом с Украиной и Румынией. С января прошлого года, после ликвидации школы, информации никакой нет. Скорей всего, вернулся в Россию. Особых примет нет. Ты, кстати, что-то знаешь или слышал о таких школах? Была рассылка год назад.
- Да, в курсе. Там с первого класса детей учили заниматься противоправной деятельностью.
- Красиво сказал, Даниэль, но давай говорить прямо – там учили убивать. Быстро, эффективно и профессионально. Не оставляя следов. Так вот. Этот Краснов, который Айслер, проходил обучение по специальности "логист". Он не боевик, не ликвидатор, а тот, кто разрабатывает акции. Просчитывает возможные варианты, готовит минимум три пути отхода для исполнителей и, понятно, наиболее пригодное место для успешного проведения ликвидации. Улавливаешь уровень? Хорошая физическая подготовка. Умение стрелять из большинства современного оружия. Владение ножом и боевыми искусствами. Знание в совершенстве двух языков – английского и французского. Добавлю, может искусно пользоваться гримом и кардинально менять внешность.
- А второй?
- Второй, это особый случай. По нему информация большей частью закрыта, уж прости, но имя и фамилия настоящие, такие есть – Крис Лаубергис. Отец, тот, что дипломат, его родной. Парень въехал в страну легально и, что самое интересное, с утра находился на территории университета, куда успешно поступил. Уже проверили. Мальчик в течение дня никуда не отлучался. За ним там особый присмотр. Вместе с тем у Криса имеется старший брат, который был рождён от другого отца и не стал брать фамилию отчима, когда мать снова вышла замуж. Александр Потёмкин. Разница между братьями всего полтора года. Похожи друг на друга, словно вышли из-под одного штампа. Если сейчас в стране находятся оба брата, а, по-видимому, это так, нашу службу это факт насторожил. Старший из братьев, который Потёмкин, учился в той же школе, что и Айслер. Они одноклассники. Только специальность, по которой готовили Потёмкина, называется менеджер по разрешению конфликтных ситуаций. Если перевести на нормальный человеческий язык – ликвидатор. Как и у того, что назвал ранее, подготовка высшего порядка. Только заточен он именно на осуществление акций. Человек действий, у которого все чувства обострены до предела. Не ошибусь, если в твоих инспекторов стрелял именно Потёмкин. Тот с сумасшедшей скоростью способен в сложной ситуации оценить обстановку и принять единственное верное решение. Как понимаю, он стрелял не с целью убить, а потому, чтобы твои люди мешали им уйти. С другой стороны, понимал, что ненужные смерти сотрудников полиции могут осложнить его дальнейшие действия.
- Спасибо за информацию, Вильям. Ты мне очень помог. – Мужчина выдержал паузу. – Как думаешь, за ними стоит государство?
- Не думаю, что государство, - Нортон тяжело вздохнул, - но эти двое действовали, как нам показалось, согласовано, а это значит, что есть структура, которая до этого момента оставалась для нас неизвестной. Будем работать.
- Ещё раз спасибо. Если нужна будет помощь, звони.
- Договорились, Даниэль.
Разговор закончился и заместитель комиссара Лондонской полиции тяжело вздохнул, но уже через секунду улыбнулся. День прошёл и не сказать что плохо. Омрачало одно – те инспектора, что оказались ранены. С другой стороны оба получат хорошую выплату от страховой и премию от Сити, поэтому итоговая сумма выйдет очень даже…
Мужчина посмотрел на фотографию, что стояла у него на столе. Жена и двое поздних дочерей, которые были для него стимулом в жизни. Близнецы. Красивые чертовки. К тому же обе в этом году поступили в один и тот же университет, только на разные специальности.
Через мгновение сердце мужчины сжалось в предчувствии плохого, но через несколько секунд смог утихомирить взбунтовавшийся разум, когда сообразил, что его девочки будут учиться в том же столичном университете, что и сын русского дипломата. Совпадение? Конечно совпадение. Подобное вряд ли можно предусмотреть и скорректировать действия множества людей, которые до сей поры вообще не знали о существовании друг друга.
Шерман посмотрел на настенные часы – половина одиннадцатого. Пора заканчивать. Лучше побыстрее оказаться дома, где можно будет провести пару часов с женой и дочками. Улыбнулся, глядя на фотографию и перекрестил всех троих. Накинув пальто, осмотрел рабочее место и выключил в кабинете свет. Уже закрывая дверь на ключ, услышал, как в кабинете зазвонил телефон, но возвращаться не стал … его рабочий день официально закончился ещё три часа назад, так что совесть была чиста, а если кому надо – могут позвонить на сотовый. Номер его телефона для нужных людей не являлся тайной за семью печатями…
Глава 2
- Может, всё же со мной? – Дима смотрел в глаза другу, но тот смог себя сдержать, не поддаться слабости.
- Нет, у меня здесь остались дела. Ты же знаешь, не могу подвести отчима и маму. За братом тоже нужно будет присмотреть. Он хоть и младше меня всего на полтора года, но полный раздолбай. А отчим… он всегда ко мне хорошо относился и принял как родного, когда мы вернулись домой. И раньше… Если бы не он, мама бы с ума сошла, когда я исчез. Долги надо отдавать, Дим. Тем более людям, кто к тебе относится с уважением и не считает чужим.
- Тогда, прошу, ответь на последний вопрос. Ты работаешь на внешнюю разведку? Говорил ведь, что с тобой беседовали, поэтому твоему отчиму и дали «зелёную» улицу.
- Дим, ты сейчас задаёшь вопросы, какие в нашей школе не задал бы даже первоклассник. Сообразил, что за тупость может получить линейкой по голове. – Парень отвёл в сторону взгляд, ненадолго задержавшись на пароме, который скоро отправлялся и должен бы увезти его самого близкого друга. – Ты для меня самый близкий человек, Димка, даже ближе мамы и брата, но даже тебе не могу всё рассказать. Скажу так, я прохожу испытательный период. Всё, больше ни о чём не спрашивай, не отвечу. А тебе пора.
- Тогда другой вопрос, на который сможешь ответить, - парнишка, который сейчас выглядел как мужчина спортивного телосложения лет тридцати, впился взглядом в глаза другу. – ТЕ знают, что ты со мной связан? В курсе наших контактов?
- Что я с тобой напрямую связан, нет, не знают, потому что документы, которые ты присылал, им передавали через Самойлова. Заинтересованная сторона не раз пыталась выяснить источник столь конфиденциальной информации, но Денис не стал говорить ни о ком из ребят. О нашем команде они вообще ничего толком не знают, а когда задали вопрос конкретно мне – переключил разговор на другую тему. Не хочу никого подводить... Беги, Дим, то есть иди, - Саша улыбнулся краешком губ. – Ты ведь бизнесмен, бегать – это удел молодых, а нам не нужно привлекать к себе излишнее внимание. Очень надеюсь, что ещё увидимся. Я тебе завтра позвоню, когда свяжусь с нашими. Если звонка не будет – канал связи у тебя есть. Твоя задача - попасть в Италию. Кого там дёрнуть, к кому обратиться знаешь. Если будет возможность, держи ребят в курсе.
- Если бы ты знал, Сашка…
- Я знаю, Дим…
Двое юношей обнялись, и один из них зашёл в терминал порта, а другой, вызвав такси, уже через десять минут ехал на железнодорожный вокзал, а потом, купив билет, сел в Дувре на поезд, отправляющийся в Лондон. Уже в арендованную квартире смыл грим, сменил одежду и вновь принял привычный облик воспитанного и обеспеченного молодого человека. Другой вопрос, что шторм чувств, бушевавший в его груди, долгое время не мог утихомирить.
* * *
Предъявив на контроле билет и паспорт гражданина Франции, Дима на пароме прошёл в кафе. Сидеть на верней открытой палубе, когда моросил мелкий дождь, временами сменяющийся снегом, не доставляло удовольствия, да и лицо следовало контролировать. Профессиональный грим - это не дамская тушь, которая может потечь от двух слезинок. Тем не менее…
Чуть меньше двух часов и паром пристал в порту Кале. Автобус до пассажирского терминала и там, пересев в другой автобус, доехал до центра города.
На железнодорожном вокзале купил билет на поезд до Лилля. Пересел в бельгийский поезд и доехал до Гента. Три с половиной часа относительного покоя вернули Диме способность быстро принимать решения. Он осознавал, что на его поиски сейчас ориентированы полицейские многих стран, поэтому решил сделать небольшой круг и сбить возможное преследование, а что оно будет, сомнений не вызывало. Старый сотовый он сбросил по дороге, разбив на части, и теперь задействовал запасной. Вставил карту французского оператора «Оранж» и отправил пару сообщений. Получив на одно из них почти мгновенный ответ, обрадовался. Его подруга, Джули, написала, что уже в курсе произошедшего и сейчас свяжется со своими знакомыми, которые, скорей всего, не откажут в помощи Рони. В конце намекнула, что с ней уже беседовали сотрудники известного ведомства США. Оперативно сработали, но парень на иное и не рассчитывал.
Оказавшись во Фландрии, Дима несколько часов подряд бродил по старому городу. В Бельгии он вообще был впервые, хотя за полгода благодаря подруге объехал половину Европы. В Брюсселе был, но тот город у него почему-то вызывал отторжение буквально на физиологическом уровне, а здесь… было уютно. Туристический сезон давно закончился, поэтому на парня мало кто обращал внимание, а местные жители были заняты своими проблемами – мало глазели по сторонам. Сняв номер в отеле, Дима решил сделать паузу. Надо было решить, куда двигать дальше. Брюссель или Антверпен. Расстояние до обоих городов было приблизительно одинаково. Плюс минус полчаса на поезде погоду не делали. Почему сразу решил нарушить маршрут, который был тщательно разработан одноклассниками из «Ордена» (так москвичи назвали свою команду), и что ему настоятельно рекомендовал Александр… тут всё было просто – именно в Дании у него был открыт счёт в банке, где лежала довольно крупная сумма денег. Он ведь так и не ответил другу откуда у него появились средства, а всё просто – уже через несколько недель по прибытию в Англию, он совершенно случайно вышел на сеть наркоторговцев и, доказав свою квалификацию, если можно так сказать, выстроил надёжный транспортный канал, а позже курировал пару десятков крупных поставок из Афганистана в Британию и Францию. К слову сказать, благодаря этому и познакомился с тем арабом, что встретился им в сквере. Другу сказал не всю правду, не надо было тому знать о левых приработках, а настоящая история заключались в том, что никто и не думал наезжать на владельца бара. Реально состоявшаяся стычка с Керимом произошла потому, что тот вовремя не расплатился за поставленный товар. Рони сам с наркотой дел не имел, но для нужных людей, с которыми познакомился в пабе, разработал такие маршруты, что исключали обнаружение запрещённых веществ на таможне четырёх стран, через которые и следовал товар. Благодаря тем людям он не только хорошо заработал, но и получил настоящие документы гражданина Франции на имя Жан-Поль Сенье, двадцати лет, который родился в Дижоне, Бургундия. Нужные люди подсуетились и даже в приходской книге, где отмечались родившиеся дети, появилась его фамилия. Дима пару месяцев назад посетил свою «родину», чтобы иметь представление что где находится и не попасться на каверзных вопросах. Послушал, как говорят местные, погулял по городу, но не ожидал, что во Франции столичные и периферийные города имеют столь резкий контраст. Дижон - город, уходящий историей в древность. Старинные церкви, дома, монастыри, всё это сохранилось и поддерживается в достойном состоянии, но… по ощущению, покрыто невидимой паутиной заштатности. Совсем не так, как выпячивают старину в Париже, Лионе или даже Руане. В Дижоне история в камне была не декорациями, обыденностью, в окружении которой люди жили и работали
Стыдился ли он, что помогал с доставкой наркотиков в Европу? Нет, ни капли, потому что никогда не забывал, откуда нескончаемо идут нападки на его Родину. К тому же не чувствовал жалости к тем, кто себя сознано медленно убивал.
Пройдя по магазинам, купил чемодан на колёсиках, костюм, обувь, пару сорочек и галстуков. Пообедал в ресторане и вернулся в отель. Принял душ и завалился в кровать. То напряжённое состояние, что его долгое время не покидало, полностью отпустило.
Ближе к восьми вечера, после ужина в кафе, зазвонил его старенький телефон. Беспокоила девушка, которая звонила по просьбе Джули. Она только что приехала из Брюсселя и спрашивала, где остановился Рони, но Дима решил подстраховаться, озвучив название и адрес гостиницы на соседней улице. Выдержав короткую паузу, видимо девушка смотрела на карте или навигатору где находится названный отель, в ультимативной форме заявила, что через час приедет и… отключилась. Звонок был ожидаем – подруга Димы уже сообщила кто приедет, назвав имя, фамилию и даже выслала фотографию знакомой. Хотя знакомой её трудно было называть. Коллега по работе. Тоже риэлтор, но, скорее, ещё стажёр, только начинающий свою личную практику.
Парень предпринял дополнительные меры предосторожности, назначив встречу не в гостиничном номере, а в кафе рядом со «своим» отелем. Поскольку до назначенного срока оставалось время, прошёл по улице, прикинув маршрут возможного отхода, если вместо ожидаемой помощи будет подстава или полицейская операция.
Без двадцати девять Дмитрий занял место не в озвученном кафе, а в другом – чуть дальше по улице, к тому же на другой стороне. Сел у окна, наблюдая за происходящим. И через десять минут понял, что его интуиция сработала как надо. К гостинице подъехали две машины и оттуда выскочили несколько мужчин, которые в полном смысле слова ворвались в отель. Ещё одна машина остановилась у кафе, но из дверей так никто и не появился. Только после этого, в пятнадцать минут десятого, к кафе подъехал серебристый Пежо. С водительского места вышла девушка, оглянулась по сторонам и, поставив авто на сигнализацию, неторопливо вошла в кафе.
Дима продолжал наблюдать за действиями тех, кто сейчас со всей прилежностью его искал. Минут через десять мужчины, кто был в отеле, вышли и сели в машины, но не уехали, видимо, продолжая контролировать прилегающую территорию. А ещё через несколько минут у приехавшей девушки видимо закончилось терпение и она позвонила Диме.
- Ты где? – В трубке звенел гневный голос. – Что за игры? Я ехала через две страны ради встречи, а ты…
- А я, Катрин, давно перестал верить людям на слово. Особенно незнакомым. Мне только что сообщили, что по твоей наводке несколько мужчин устроили обыск в названном тебе отеле, а прямо сейчас рядом с кафе и отелем стоят машины, в которых находятся сотрудники полиции. Поэтому задам один единственный вопрос – ты меня сдала по собственной инициативе или выполнила просьбу Джули? Только не ври – я ведь сам могу ей позвонить.
- Какая полиция, идиот! – Девушка сорвалась на крик. – Никого рядом нет.
- Не стоит так кричать, Катрин. Понимаю, ты сработала впустую, но побереги нервы – они не восстанавливаются. Что касается обыска и машин с полицией – об этом мне сообщил приятель, который наблюдал за обстановкой и уже покинул ту улицу, а я сам, наверное уже сообразила, нахожусь далеко от назначенного места встречи. К слову сказать, мне только что пришли фото, сделанные пару минут назад. Если ты подставила Джули, то, когда она увидит эти кадры, вероятней всего разорвёт с тобой всякие отношения. Всего тебе, Катрин.
Дима отключил телефон и вынул симкарту, а затем отсоединил аккумулятор. Смартфоном, что достал из кармана, сделал несколько снимков улицы прямо через стекло кафе. Затем включил видеозапись и заснял, как девушка, выйдя из кафе, остановилась рядом с чёрной машиной, у которой опустилось стекло. Что-то проговорила, отрицательно мотая головой. Затем села в свою машину и уехала, а через несколько минут в разные стороны разъехались и те три машины.
Посидев ещё с час в кафе и, пользуясь случаем, плотно поужинав, сделав приличный крюк, вернулся уже в свой отель, где принял душ, а потом лёг в постель. Перекинув снимки и запись в облако, со старого телефона отправил ссылку своей подруге, Джули. Вместо текста сообщения поставил три вопросительных знака. И девушка, благо была умной, сразу сообразила, что означают те фото и видео. Через пару минут пришло короткое сообщение. Дима, прочитав, усмехнулся, но ответил.
- «Полиция?»
- «Скорее контрразведка. Может Интерпол».
- «Поверь, у меня не было причин тебя сдавать».
- «Утверждать или опровергать не берусь. Нет оснований».
- «Приезжай ко мне домой в Ниццу. Там тебя никто не тронет. Даю слово».
- «Спасибо за предложение, но дальше я сам. Это была твоя подруга. Как ты сама написала, сто раз «проверенная». Ошибка же в моём случае грозит не потерей денег, даже больших, а нечто большим. Свободы, а может и жизни. Ещё раз спасибо, Джули, но на тебя и твои знакомства более полагаться не могу».
- «Понимаю и не обижаюсь. Прошу о другом – не исчезай навсегда из моей жизни».
- «Попробую, но не обещаю. Всего доброго тебе, Джи».
Вот теперь телефон был окончательно разобран и разбит, как и симка. Даже если переписка была под контролем, за те три, максимум пять минут его местонахождение вычислить было фактически невозможно. Район – да, но разве исключалась вероятность, что переписка велась из машины, которая после этого сразу же уехала? В полиции, а особенно в контрразведке, служили умные люди, которые всерьёз даже не рассматривали вопрос, что их цель могла нагло использовать телефон из гостиницы в районе, который находился под плотным наблюдением...
Утром, позавтракав, вызвал такси и уже через полчаса ехал в поезде в Брюссель. Гостиница и утром самолёт до Парижа, аэропорта Шарль де Голь, затем поезд до Марселя, станции Сен-Шарль.
Дима в последнюю секунду отказался от самолёта до Марселя. Да, так было бы намного быстрее, но именно сейчас торопиться не стоило, хотя само возвращение во Францию – такой поступок для всех выглядел абсолютно нелогичным, но не для парнишки, который тщательно заметал следы. Без малого четыре часа в поезде, это не два на прямом рейсе в самолёте, но там и усиленный контроль, да и документы, которыми он воспользовался для возвращения во Францию, уже были уничтожены. Да, пострадал незнакомый человек, у которого утащили паспорт и билет на самолёт, но что делать, всякое случается в чужой стране. А не фиг было напиваться и спать в зале ожидания, бросив сумку под ноги. Пусть спасибо скажет, что банковские карты не взяли. Что пропала часть налички, так это своего рода оплата за то, что осталось в бумажнике…
- - -
В поезде Дима отдыхал. Даже смог немного поспать. Билет брал на свой настоящий паспорт. Со своей фотографией и той легендой, что была отработана до мелочей. Естественно, подкорректированное лицо - использован объёмный пластический грим, немного изменивший форму носа и нижней части лица. Конечно, другая причёска и очки с толстыми стёклами. Ссутулившаяся фигура, испуганный взгляд – для всех это был молодой студент-«ботан», который, казалось, впервые сидел в кресле поезда, не выпуская из рук ручку поцарапанного чемодана на колёсиках. Да, пришлось снова менять облик, но теперь никакая полиция Диме была не страшна – проверка документов прошла бы без проблем, да и кто обратит внимание на парнишку, который ничем не напоминает того юношу, которого искала полиция Бельгии.
Переночевав две ночи в небольшом отеле, снова поезд. Теперь до Генуи, потом пересадка и конечный пункт – Ливорно, Италия. Туда можно было добраться автобусом и даже промелькнула мысль воспользоваться морским транспортом, сев на корабль, но, взвесив всё за и против, купил билет на поезд. Восемь часов - это много, но второй класс – удобные сиденья, где можно расслабиться и даже поспать.
Всё было бы хорошо, но Дмитрию не повезло с соседкой – рядом села пожилая дама, которая, вначале проспав пару часов, очнувшись, стала приставать к другим пассажирам с требованием пообщаться. Не вежливо, настойчиво, а услышав взвешенный отказ, сразу переходила на личные оскорбления. Её можно было понять – человеку грустно сидеть на одном месте целый день и смотреть на пролетающие за окном пейзажи, поэтому сначала доведя до белого каления супружескую пару, что сидела напротив, разругавшись с ними, развернулась в кресле и бесцеремонно дёрнула Диму за рукав, выводя того из сна. Хотя парень не спал – используя наушники, слушал в полудрёме вальсы Штрауса в исполнении Венского филармонического оркестра. Такая музыка Диме нравилась гораздо больше современной эстрады. Она успокаивала и привносила в душу умиротворение.
- Мадам, Вы нарушаете моё спокойствие, - негромко проговорил парнишка, повернув голову к соседке. – Я не желаю ради Вас прерывать общение с прекрасным.
- И что ты называешь прекрасным, мальчик? – Пожилая дама подняла домиком брови. – Как там? Хип-хоп или рэп? Это не музыка, малыш, какофония. Расшатывание, а фактически убийство нервной системы. Поверь старому врачу, который всю жизнь занималась с психически нездоровыми людьми - такая музыка до добра не доведёт.
- Мадам, я слушаю ту музыку, которая вечна, – Дима вынул из левого уха наушник и протянул соседке. Та взяла, но прежде, чем сунуть себе в ухо, достала из сумочки упаковку с гигиеническими салфетками, демонстративно тщательно протёрла прибор и только потом вложила в ухо и… тут же замерла. Её глаза, словно в каком-то мультике, стали увеличиваться и женщина недоверчиво медленно вынула наушник. Внимательно осмотрела его со всех сторон и снова воткнула в ухо, чем заинтересовала соседей, которые только-только стали приходить в себя после ссоры. Странно, но дама сразу же замолчала и закрыла глаза.
Дима слушал музыку, но сейчас его мозг работал на пределе, анализируя нетипичную ситуацию. Дело в том, что когда «бабушка» протирала салфетками наушник, он обратил внимание на её руку – кожа запястья, что не было закрыто лайковой перчаткой, не могла принадлежать пожилому человеку – кожа была тонкая, без морщин. Чистой и свежей. Такой, что принадлежала скорее девушке его возраста, но никак не старушке лет семидесяти, если судить по лицу. И пару раз взглянув из-под прикрытых глаз на соседку, убедился, что рядом на самом деле сидит девушка, гениально изображавшая пожилую даму. Речь, тембр, слегка дрожащий голос – всё было идеально. На лице был грим, но наложен настоящим мастером. Шея закрыта пушистым шарфиком, на голове какая-то шляпка лет ста от роду, но когда внимание и контроль на секунду были утеряны и рука потянулась к сумке, запястье кофты чуть задралось и взгляд Димы зафиксировал несоответствие. Кто это была? «Подсадная утка»? Ликвидатор? Или агент, что вела его с самой посадки? Тогда что, следует ожидать захвата? Вряд ли на промежуточной остановке. Скорее всего, уже в конце маршрута. Хотя «старушка» могла сделать свой ход в любую секунду, а какой, тут было несколько вариантов. Усыпить с помощью газа или инъектора. Другой вариант - сделать один-единственный выстрел из «тихого» оружия и спокойно выйти на ближайшей остановке.
Ещё через час пара, что сидела напротив, прощаясь, кивнула, вышла на очередной остановке, а вскоре и музыка прекратила звучать – закончилась запись концерта.
- Мне понравилось, спасибо, – закрытые глаза распахнулись разом, как у куклы, а не у живого человека. – Можно ещё?
- Можно, мадемуазель, - Дима улыбнулся. Судя по времени, до конечной остановки оставалось чуть более часа. Решил, что пришло время объясниться. – Грим хороший, мастерство перевоплощения тоже на высоте, но есть нюансы, а если конкретно – невнимательность к деталям.
Пожилая дама с интересом слушала, что ей говорят, но ни мимикой, ни жестами не выдала свою нервозность, а вот то, что она стала нервничать, парень заметил – пальцы рук хоть и были в перчатках, но чуть дрогнули. Выдержки не хватило.
- И какие же это детали? Будьте добры объясниться, - голос был прежний, чуть с надломом, но спокойный, выдержанный, без капли волнения.
- Руки, мадемуазель. Кожа рук выше перчаток. Не соответствует даме, которую Вы так старательно изображаете.
- Что ж, удивили, - женщина улыбнулась. – Я могу сказать то же самое и о Вас, молодой человек. Хотите совет?
- Приму с благодарностью, - Дима чуть отодвинулся, приготовившись к возможному удару и любым действиям соседки, но был удивлён её дальнейшими словами.
- Нос и нижняя часть щёк. То, что вы вставили, во время разговора двигается. Обычный человек на такое внимание не обратит, а вот другие. Но не это главное. Очки. Да-да, ваши очки. Оправа, уродливая, старомодная, НО… толстые обычные стёкла, без диоптрий. Когда Вы снимали очки, не щурились, а такое у людей с плохим зрением обычное дело. Сочетание психики и физиологии, психосоматика, когда глаза реагируют на смену света, контраст или физические неудобства.
- Что ж, признаю – мне интересно было слышать такое о себе. Вы психиатр?
- Отчасти, - улыбнулась женщина. – Ладно, раз мы открылись друг другу, точнее раскрыли друг друга, позвольте представиться. Мишель Нотрю. Студентка университета Монпелье. Будущая специализация – судебная психиатрия. Мой нынешний образ вынужден – сбор материала для дипломной работы второго цикла обучения. Теория теорией, а для работы нужна практика. Натурные испытания, как говорит мой куратор. Теперь твоя очередь. Только не говори, что ты француз. Произношение идеально правильное, но ты словно провалился во времени – молодёжь сейчас так не говорит, глотает окончание слов, а ты тщательно контролируешь произношение.
- Тем не менее, - улыбнулся Дима. - Жан-Поль Сенье. Родился в Дижоне. Знаешь, где находится этот город?
Девушка не выдержала, рассмеялась.
– В самом деле? Из Дижона? Это я тебя должна спросить – знаешь ли ты, где находится этот город? Ну, ты и врун. – Увидев искренне удивление на лице парня, задала вопрос по существу. – Хорошо. Что пересекает площадь Экзепюри?
- Бульвар Паскаль. Заешь, почему помню? Там, на углу, одна из лучших пекарен города. Мама мне, когда ездили в центр, всегда покупала булочку с корицей. Хотя в городе бывал редко, ведь родился и первые годы жил в Отвиль-ле-Дижон. Это пригород. Когда мне исполнилось пять лет, родители переехали в Шамбери. Отец был инженером. Его пригласили в предгорье для работы с канатной дорогой, вот мы и…
- Ну, теперь стало чуть понятнее, - девушка досадливо прикусила губу. – Пять лет… мало что остаётся в памяти. А потом?
- Потом учился в закрытой школе-интернате, где готовили специалистов… для DGSI. (Direction générale de la sécurité intérieure, Главное управление внутренней безопасности МВД Франции. Служба, занимающаяся контрразведкой. – Прим. авт.)
- И?
- Закончил, но согласия на дальнейшее сотрудничество решил пока не давать. Хочется поездить, посмотреть мир. Потом ведь стану невыездным, а юность одна, ушедшее вернуть не удастся.
- Философ, – улыбнулась девушка-старушка, но тут же кинула на парня непонятный взгляд. – Знаешь, как по мне, довольно странная встреча. Почему так? Я сама родилась в Дижоне. Прожила там до десяти лет и мы, как и твоя семья, тоже переехали. В Марсель. Как и у тебя, мой отец инженер. До сих пор работает на верфи. Слушай, а чего ты забыл в Италии?
- Я уже говорил – хочется посмотреть другие страны. А так… определённой цели нет.
- А твои родители как смотрят на путешествие? – Новый вопрос и очередной оценивающий взгляд.
- У меня нет родителей... Погибли много лет назад. – Дима процедил эти слова и отвернулся к окну, выдерживая паузу. Он так и не мог понять, почему эта девица к нему прилипла. Грустно ехать одной? Так сиди тихо или спи, набирайся сил для очередного лицедейства. То, что это не «подход» сотрудника спецслужб, стало понятно почти сразу – эта Мишель была слишком разговорчивая. Только Мишель ли она? Как казалось Диме, настоящее имя у неё другое, а это для таких как он, кратковременных знакомств, когда можно свободно пообщаться, и, расставшись, уже через минуту забыть о собеседнике навсегда.
- Прости, если затронула больную тему, - из-за плеча раздался негромкий голос. – Я бываю несколько навязчивой и бесцеремонной. Увлекаюсь, но потом понимаю, что иногда лучше промолчать.
- Именно так. Лицедейство в жизни редко приносит удовольствие. К тому же за необдуманное и не к месту брошенное слово можно жестоко поплатиться. Один просто повернётся и уйдёт, мысленно посылая тебя к дьяволу, а другой может и ударить. Есть хорошая поговорка – слово не воробей. Вылетит, не поймаешь.
- Так русские говорят, - незамедлительно прокомментировала Мишель. - Жан, а в Ливорно ты остановишься где-то в определённом месте или поедешь дальше?
Дима повернулся и посмотрел на сморщенное лицо. Ему стало интересно – а что скрывается под толстым слоем грима? Волосы, которые выглядывали из-под шляпки, были покрашены. Нарочито седые пряди для внимательного взгляда уж явно бросались в глаза.
- Да, это русская поговорка. Мне нравится русская литература. Достоевский, Пушкин. Самостоятельно выучил русский язык, чтобы прочесть в оригинале «Войну и мир» Толстого. За полгода, не буду скрывать, но, хочу на это надеяться, стал понимать русскую душу. Говорю с жутким акцентом, но всё понимаю, а это уже немало. Что касается Италии… Как уже говорил, там никогда не был, поэтому отбросил мысль резервирования отеля. Приеду на место, там и определюсь. Пару дней поживу, потом поеду дальше. Хочу посетить Рим, побывать в Ватикане. Если получится, конечно.
- Ты веришь в Бога? Я обратила внимание, что у тебя цепочка на шее.
- Верю, но не могу сказать, что истинный католик. Жизнь складывается так, что редко когда удаётся посетить церковь. Моя вера находится в душе, в сердце, не показная.
- Ты странный, Жан. Чем больше о тебе узнаю, тем лучше понимаю, что ты совсем не похож на своих сверстников. Тебе хотя бы есть восемнадцать?
- Месяц назад исполнилось двадцать. – Тут Дима слегка приврал. Ему, в самом деле, три месяца назад исполнилось восемнадцать, но по всем своим документам проходил как двадцатилетний, да и выглядел, не смотря на худощавость, старше своего настоящего возраста. Лицо… Кто видел лицо Дмитрия, а особенно его глаза, тот понимал, что этому мальчишке уже много пришлось пережить.
- Вот я и говорю, что ты отличаешься от сверстников. Те не смогут выдержать даже пары минут, слушая Штрауса. Ты же упивался этой музыкой. Русский язык и Достоевский. Не говоря уже о Толстом. Будешь удивлён, но я тоже читала «Войну и мир». Правда, в адаптированном варианте и на французском.
- Сколько там страниц? Полсотни от силы? – рассмеялся Дима. – Прости, но усушенные книги рассчитаны не на тех, у кого мало времени, а на дебилов, уж не обижайся за моё истинное отношение к людям, читающих адаптивы. Возьмём, к примеру, стихи Франсуа Вийон. Хотя нет, лучше более позднего поэта. Поль Валери или Виктор Гюго. Да-да, тот самый автор «Отверженных, который писал великолепные стихи. Удивлена? А я твою реакции предвидел - мало кто даже из французов, не говоря о других, знает о всех талантах своего соотечественника. Но, пожалуй, для наглядной демонстрации подойдёт Жак Превер. Слышала о таком человеке? «Мёртвые листья».
- О, мне так хотелось бы, чтобы ты вспомнила
О счастливых днях, когда мы были друзьями!
В то время жизнь была прекрасней,
И солнце более обжигающим, чем сегодня.
Сухие листья собираются в кучу.
Ты видишь, я не забыл
Песню, что ты мне пела…
Дима читал стихи на французском. Негромко, с некой отстранённостью. Закончив, увидел удивление на лице собеседницы. Улыбнулся.
- Не считал сколько строк в оригинале. Кажется, около сорока. А теперь адаптированный текст. Это не моя выдумка. Видел такое, когда учился.
- О, мне так хотелось бы, чтобы ты вспомнила
О днях, когда мы были друзьями!
Мертвые листья собираются в кучу,
Как и сожаления и воспоминания,
И море стирает на песке
Шаги расставшихся влюбленных.
- Шесть строк, Мишель. Всего шесть из, как я уже сказал, сорока. Выдернуты по две строчки из начала, средины и финала. У тебя сложилось впечатление о стихотворении? Ты смогла в полном объёме оценить красоту языка, слог, чувства, мысль автора? Как по мне – это кастрированный текст, который абсолютно ничего не передаёт. Как можно передать смысл? Что люди расстались и стихотворение грустное, всё. После, на вопрос, знакома ли ты с творчеством Превера, с уверенностью можешь ответить, что да, знакома. С твоей стороны ответ будет правдив, но такое послезнание годится для тех, кто на фермах убирает дерьмо за коровами. Хотя там есть люди, которые намного лучше воспитаны, чем их наниматели. Просто не сложилась жизнь. Поэтому даже в узком кругу никому не говори, что знакома с писателями мирового масштаба, пробежав глазами по адаптированному тексту.
- Браво, молодой человек. Ещё раз браво, – из-за спины внезапно раздались аплодисменты. Когда Дима обернулся и поднялся с кресла, увидел мужчину лет пятидесяти с широкой улыбкой на лице. – Позвольте представиться. Бернар Дюбуа. Профессор словесности. Сорбонна. Отличная речь и доказательный пример. Простите, но я невольно услышал, о чём Вы разговаривали и заинтересовался. Признаюсь, такой жёсткой критики в адрес адаптированных текстов никогда не слышал. Ещё можете привести пример? Да, позволите сесть рядом с Вами, чтобы не переговариваться через спинку сиденья?
- Прошу, мэтр. – Дмитрий мысленно рассмеялся, увидев, как скривилось лицо его временной спутницы, когда рядом села пара – мужчина, который только что аплодировал и женщина удивительной красоты, приблизительно лет сорока.
- Это моя жена и верная спутница по работе и жизни, Жаклин, - представил женщину профессор. – Она театральный режиссёр. Известна в богемной среде как ярый критик неформального искусства.
- Жан-Поль Сенье. Недавно закончил школу и решил сделать небольшой перерыв перед дальнейшим выбором в жизни, – представился Дима, но тут обратил внимание на насмешливое выражение на лице женщины. Та, замерев, как кобра перед броском, смотрела на Мишель. С минуту молчала, но потом не выдержала.
- Милочка, позвольте дать совет профессионала. Если решили перевоплотиться, нужно досконально следовать выбранному образу. Грим положен неплохо, но всё остальное... Кто Вам посоветовал одеть серый кардиган и синюю блузку? Платье в полоску и чёрные чулки. Замшевые светлые перчатки и чёрные «лодочки» на ногах. Это нонсенс, милая. О шляпке просто не могу умолчать. Если хотели создать образ дамы почтенного возраста, не стоило покупать на блошином рынке подобный головной убор. Такие беретки носили, уж простите, дамы низкой социальной ответственности в сороковых годах прошлого века. Они так и назывались – «Призыв свободной женщины». Вы бы сначала ознакомились с картинками из тех времён, а не напяливали на себя совершенно несовместимые вещи. Для человека, мало-мальски знакомого с тем, что носили полсотни лет назад, Вы выглядите откровенным пугалом. Любой жандарм заинтересуется для чего Вы так нарядились.
Надо отдать должное – профессор просто «угорал», когда девушка, даже не смотря на толстый грим, покраснела. Даже её уши, выглядывающие из-под берета, стали алыми, но Мишель стойко выдержала критику, в ответ что-то промямлив, мол, что было под рукой, то и одела, а всё остальное не важно. Пояснила, что проводит психологический эксперимент для диплома, вызывая конфликт с незнакомыми людьми и изучая их реакцию. Забавно было дальше. Жена профессора предложила молодому человеку пересесть, чтобы поговорить с её мужем, а сама решила дать бесплатную консультацию неизвестной девице.
Дима выполнил просьбу, пересел, и тут профессор взял его в оборот, продолжив разговор по теме. Когда попросил привести ещё примеры, Дмитрий, недолго думая, вспомнил другого автора, который ещё пару лет был на слуху у всего мира – Джоан Роулинг с её серией о Гарри Поттере, приведя пример, как содержание семи книг серии смогли поместить в одну брошюру объёмом в полсотни страниц.
Посмеялись и плавно перешли к русской литературе. Почему, для Дмитрия так и осталось непонятным, но, видимо, профессор был одним из тех, кто, в самом деле, являлся профессионалом, и с ярым пылом утверждая, что отрицание русской культуры и искусства – это удел убогих. Минут через двадцать к разговору подключилась и Жаклин, жена профессора, а вот Мишель выпала из дискуссии. Видимо понимала, что объём её знаний лучше не афишировать, чтобы вновь не подвергнуться позору и осуждению.
Даже когда поезд прибыл в Генуи, где пришлось делать пересадку, все четверо продолжали беседовать. Вопрос с билетами профессор решил за всех и когда сели в поезд, разговор продолжился. И так до Ливорно.
Уже в Италии Бернар Дюбуа поинтересовался у Дмитрия его дальнейшими планами. Узнав, что тот в Италии впервые и пока с местом ночёвки не определился, Жаклин, переглянувшись с мужем, подхватила парня под руку и безапелляционно заявила, что молодой человек приглашён в гости и может пробыть у них столько, сколько пожелает. К слову сказать, Мишель на вокзале куда-то подевалась, но узнав, что это случайная попутчица, супружеская пара искренне обрадовалась. Они почему-то решили, что молодые люди путешествовали вместе.
Час езды на машине, которая у вокзала ждала хозяев виллы, и немного растерянный Дмитрий с восхищением осматривал окрестности. Жаклин мягко прикоснулась к руке парня.
- Добро пожаловать в наше семейное гнездо. Калафурия. Так называется это место.
Дима, зайдя на территорию, невольно сравнил виллу в Ницце, где провёл три восхитительных дня с Джули и эту. Да, там богатство слепило глаза, а здесь… здесь было уютно. Да, большой двухэтажный дом, но не он привлекал внимание, а море и природа вокруг. Всё было гармонично. Архитектор явно старался вписать постройки в природу, не нарушив гармонию.
Позже Бернар шепнул парнишке на ухо, что его жена очень состоятельная дама. Он у неё второй муж, а всё богатство осталось от первого супруга, который погиб после двух лет семейной жизни при весьма странных обстоятельствах – ушел на собственном катере на рыбалку в море и не вернулся. Погода была прекрасна, но ни миллионера, ни экипажа, ни катера больше никто не видел…
Время было позднее, поэтому после скромного семейного ужина Диме определили комнату в левом крыле на втором этаже виллы, где он фактически был один. Что попросили особенно – не выходить во двор ночью, так как здесь была охрана и незнакомый человек мог подвергнуться опасности.
Вскоре огромный дом затих, а парень, накинув куртку, вышел на огромный балкон и сел в плетёное кресло. Перед ним было море. Бескрайнее, наверняка завораживающе красотой летом, но в это время года совсем неприветливое. Крутая лестница, ведущая к воде, заканчивалась небольшим пляжем. Две скальных гряды, метров по двадцать пять-тридцать высотой, начинающиеся от шоссе и уходящие далеко в море, выполняли роль природной ограды с обеих сторон виллы. На территории был и небольшой бассейн с прыжковой доской. Тот сейчас был без воды, закрытый надвижным тентом. Кроме основного здания, на территории ближе к дороге стояли ещё четыре домика. Они видимо предназначались для охраны и обслуживающего персонала.
Просидев в тишине и наступившей темноте около часа, убедился, что слова о сотрудниках охраны не были сказаны просто так - Дима насчитал четверых мужчин – в униформе, с оружием. По тому, как эти люди держались, двигались, не трудно было понять - здесь работали, скорее всего, отставные военные.
Когда парень стал замерзать, вернулся в тёплую комнату. Принял душ и, выпив стакан апельсинового сока, что был налит в графин, лёг в огромную постель и мгновенно выключился. Последней мыслью было, что в сок что-то подмешали…
Глава 3
Сознание вернулось рывком. Дима проснулся в той же кровати, в которую вчера и лёг. Разве что сейчас на столе в графине был налит не апельсиновый сок, как вечером, а что-то другое – тёмно-красное, почти чёрное. Значит, вечером его не усыпили, а если и было снотворное, то что-то лёгкое, не влияющее на психику и реакцию.
Почему он вчера так легко принял предложение совсем незнакомых людей? Наверное потому, что его внутренний контроль и обострённое чувство опасности ни на секунду не почувствовало угрозы. С другой стороны… он мог в любое время покинуть этот дом. Ни он французам, ни они ему ничем не обязаны. Хотя чего спешить? Пару дней можно провести в покое, а потом связаться с тем человеком, кого ему рекомендовали ребята из Москвы.
Слетев одним движением с кровати, Дима провёл короткую заряду и комплекс упражнений. Полчаса на всё и в душ. Занимаясь, заметил в комнате две крохотные видеокамеры, но те смотрели не в комнату, а были направлены на входную и балконную двери.
Короткий стук и в комнату после разрешающего возгласа вошла миловидная девушка.
- Доброе утро, сеньор. Как вижу, Вы уже встали. Через полчаса хозяева приглашают на завтрак. Меня зовут Дали. Если понадоблюсь – здесь есть кнопка вызова. Нажмите два раза, и я приду, – девушка показала на небольшой столик у стены и ту самую кнопку. – Доброго Вам дня, – и, видимо, служака беззвучно покинула комнату, аккуратно закрыв за собой дверь.
- «Хороший подход», - усмехнулся Дима. – «Ненавязчивый сервис, но глазки у девочки так и бегали по сторонам. Всё осмотрела, взвесила и разложила по полочкам. Оценила и мою фигуру. Не удивлюсь, что за мной наблюдали, когда выполнял комплекс упражнений. Если здесь есть специалисты, те сразу поймут, что занимался не тюфяк, а вполне боевая машина. Как мне кажется, сразу после завтрака и состоится разговор, который много что прояснит, а если быть точным – раскроет смысл приглашения в этот райский уголок, который при желании может для меня стать «золотой клеткой. Кстати, на входной двери замок есть, но ключ ему не дали. Даже нет элементарной «завёртки», чтобы оградить себя от внепланового посещения хозяевами».
Но всё, к чему морально готовился Дмитрий, развалилось через несколько минут после его появления в столовой, где кроме знакомой супружеской пары, сидели две девушки его возраста. Две противоположности. Одна с чёрными как смоль волосами. Другая – рыжая как огонь. Не крашенная, это было видно. Её волосы скорее были с оттенком меди, чем натурально выраженными рыжими. И не только на голове – брови были того же цвета. При всём различии, девушки были сёстрами–близнецами. Одного возраста, одной комплекции. Копии. Забавно, но тёмненькая была в белом платье, а рыжая, словно антипод, в чёрном.
- Доброе утро, Дима, - неожиданно для парня, Жаклин произнесла приветствие на вполне сносном русском, правда, с акцентом. – Не удивляйся и не пугайся. Ты среди друзей, не врагов. Здесь тебе не грозит никакая опасность. Позволь представить тебе наших дочерей. Анни, – при этих словах чуть приподнялась чёрненькая, - и Мари, – сейчас уже рыжая приветливо улыбнулась и тоже чуть поднялась со стула, слегка склонив голову. – Мои девочки о тебе наслышаны, но ранее Вы никогда не встречались. Причина проста, Дима. Они прошли точно такую же школу, что и ты, права, в другой стране, а если конкретно - в Испании. Я чуть с ума не сошла, когда они пропали. Девять лет. Целых девять лет я не знала, живы они или нет, но потом, когда после вмешательства неких лиц в одной из европейских стран закончила работу первая школа-интернат, посыпались, закрываясь одна за другой, словно костяшки домино, и другие. Дети стали возвращаться домой и для меня с Бернаром это было чудо из чудес. Поэтому, когда к нам обратились с просьбой тебе помочь, мы все с радостью согласились. Девочки первыми проявили инициативу – они приглядывали за тобой после прилёта в Париж. Всё время были рядом, буквально в двух шагах, страховали, но ты, как понимаю, так их и не заметил.
- Менеджмент? – слово прозвучало негромко, но обе девушки, словно по команде, одновременно кивнули. Дима осознал, что эти красотки по квалификации должны быть на две головы выше его. - Моё уважение и почтение, мадмуазель. Выполненная работа на высшем уровне. Была бы шляпа, снял и поклонился.
Увидел, как девушки переглянулись и на пару секунд замерли, глядя друг другу в глаза, словно мысленно обменялись мнением.
- Приятно получить похвалу от координатора, который один, без чьей-либо помощи, смог настолько красиво ликвидировать двух высокопоставленных деятелей британской разведки. – Анни, чёрненькая, произнеся фразу на идеальном русском, излишне медленно положила вилку на салфетку рядом с тарелкой и посмотрела в глаза Диме. Взгляд её чёрных глаз был пронизывающим до глубины души.
- Расскажешь подробности? – сразу же за сестрой поинтересовалась рыжая.
- Может быть. Только зачем Вам это, девушки? Насколько знаю, войны сейчас нет, да и нужно ли таким красавицам заниматься совсем не женским делом? Понято, вы не по собственному желанию попали в школу, но сейчас-то всё закончилось. - Дима выдержал паузу и внимательно посмотрел на девушек, а потом перевёл взгляд на их родителей. – Или я ошибаюсь?
Жаклин тихо переводила разговор мужу, потому что всё, что было произнесено, звучало на русском и Дмитрий сообразил, что пора уважить хозяев дома, и перешёл на французский.
- Спасибо Вам, что использовали родной язык гостя, я высоко оценил подобное уважение, но Бернар, как понимаю, не владеет русским в должной мере. Давайте общаться на языке, который здесь знают все.
Сказал и увидел, как улыбнулся мужчина и чуть склонил голову, отмечая такт парня.
Только продолжить разговор не удалось – в столовую, толкая перед собой столики на колёсиках, зашли две девушки. Та, с которой уже ознакомился утром, Дали и её точная копия. Видимо младшая сестра. Девушки проворно накрыли стол, разложили по тарелкам привезённый завтрак и незаметно удалились.
Завтракали молча, лишь изредка обмениваясь незначительными комментариями. Говорили о погоде, немного о бизнесе и о политике. Только когда поели, в столовой по незримой команде вновь появились служанки. Тарелки были убраны и вместо них поставлены чашки и кофейник, из которого доносился совершенно одуряющий запах только что сваренного кофе.
- Вижу, ты кофеман, Дима, - Жаклин улыбнулась. – Характерная реакция на запах.
- Не буду обманывать – это одна из моих немногочисленных слабостей. – Дима благодарно кивнул, когда хозяйка дома именно ему первому налила кофе. Причём не в крохотную чашку, а вполне вместительную, из которой обычно пьют чай. Удивлённо поднял взгляд, но вновь увидел доброжелательную улыбку.
- Мы немного узнали о тебе прежде, чем ты вновь появился на французской земле. Девочки через нашего друга связались с твоими товарищами в Москве. Сразу скажу – о твоём нынешнем местонахождении знаем только мы и ещё один человек. Для всех остальных – ты продолжаешь путешествовать по Италии. – Жаклин, закончив разливать кофе, вновь села на стул и сделала глоток. Кивнула сама себе и уже без улыбки посмотрела на Диму.
- Тот контакт, что тебе предложили для эвакуации, скомпрометирован. Я говорю о представителях сицилийской мафии. Видимо в ближайшем круге Семьи Оскони появился человек, работающий на британцев. Может быть и на Интерпол. Информация о том, что ты направляешься к ним, уже ушла заинтересованным людям. Если всё же решишься воспользоваться тем контактом, тебя в лучшем случае вывезут в Англию для публичного судилища. В худшем, если не смогут задержать, ликвидируют.
Дима поставил на стол чашку и промокнул салфеткой губы. Кофе был сказочным, но даже потрясающий вкус не был тем, что могло перебить его интерес.
- Спасибо, Жаклин, за завтрак и удивительно вкусный кофе. Могу ли задать вопрос, который уже полчаса не даёт мне покоя? – Увидев короткий кивок, продолжил. – Простите за бестактность, но я не понимаю Вашего интереса в сложившейся обстановке. Почему Вы взяли на себя тяжкое бремя по моей защите?
- Почему? – Переспросила женщина и на её лице впервые исчезла улыбка, а вместо неё появился пугающий оскал. – После смерти мужа я долгое время выясняла причины его гибели. Кто был исполнителем, а, главное, кто отдал приказ. Потратила на это много времени и денег. Очень много денег, но результат того стоил. Сэр Ричард Уилсон, второй человек по значимости в британской разведке. Именно он приказал убить моего мужа, потому что тот встал у него на пути, законодательно разрушив уже выстроенную во Франции разведывательную сеть британцев. Анри пытались купить, шантажировать. Ему угрожали. Мне тоже. Муж не поддался и тогда единственное, что могло всё вернуть к исходному положению – убить одного-единственного человека, что и было сделано. Катер заминировали, и когда тот отошёл далеко от берега, взорвали. Вместе с моим мужем погибли ещё пятеро. Четыре матроса и мой ребёнок. Да, я тогда потеряла ребёнка от Анри. Девочку, которую должна была родить через пару месяцев. Сама чуть не сошла с ума, когда осознала, что у меня больше нет ни мужа, ни ребёнка. Если бы не Бернар, мой друг и самый близкий человек, я бы никогда не вернулась к жизни. Но он меня вытащил с того света, окружил вниманием, заботой и любовью. Потом появились девочки, боль в душе немного утихла, но я продолжала жить местью. Знала, что придёт время, и кара небесная упадёт на голову Уилсона. Мои люди убрали всех, кто был замешан в гибели мужа, но тот мерзавец, узнав о гибели своих людей, приказал похитить моих детей, превратив их в наёмных убийц. Не буду повторяться и говорить, что мы пережили. Это трудно передать словами. Прошли годы мук и страданий, но когда девочки вернулись, я снова смогла дышать полной грудью. Моё сердце стало оживать, но мысль о месте никуда не делась. Оставался он, главный, и недавно мне сообщили, что дьявол во плоти в полном смысле взлетел в небеса, чтобы потом ввергнуться в глубины ада, где ему самое место. Жаль, не от моих рук, но как же я ликовала!!! Ты, Дмитрий, сам того не зная, стал моим мечом возмездия, стал дланью Господней. Разве я могла не оказать тебе помощь, когда меня об этом попросили, хотя это и помощью трудно назвать. Я твоя должница до конца дней. И не спорь, лишняя трата времени.
Дима внимательно слушал, но его разум по давно сложившейся привычке сравнивал сказанное и внешние факторы – мимику и темперамент человека, как двигается рот, есть ли дрожание пальцев, куда устремлён взгляд и когда женщина закончила, пришёл к выводу, что она говорила искренне, но не всё сказанное являлось правдой.
За столом наступила тишина, и лишь Бернар, подойдя к окну, распахнул створку и, достав дрожащей рукой сигареты. Не с первого раза прикурил, сделав глубокую затяжку. Посмотрел на удивлённую жену.
- Прости, Жани, но мне сейчас это просто необходимо…
За столом раздался едва слышный голос одной из девушек, которая говорила по-русски.
- Папе категорически запретили курить. Сердце. Два инфаркта. Держался долго, но сегодня видимо сорвался.
- Хотя пачка сигарет уже была открыта. Значит, это уже не первая сигарета, - следом прозвучал другой голос и Жаклин, кинув острый взгляд на дочерей, недовольно повела головой. Поднялась из-за стола и, подойдя к мужу, отобрала у него сигареты. Смяла пачку и выбросила в урну.
- Бернар. Ещё раз увижу с сигаретой, придушу собственными руками. Чтобы не мучился. Ты меня знаешь – это не пустые слова.
- Хорошо, Жани, даю слово.
- В какой уже раз слышу эти слова, милый. В какой раз. Неужели тебе нас не жалко?
Дима увидел, как Анни кивнула и показала глазами на выход. Обе девушки одновременно встали и, поцеловав мать, вышли из комнаты. Следом выше и Дима, на секунду прикоснувшись пальцами к тонкому запястью Жаклин. Женщина улыбнулась, кивнула, но в данный момент всё её внимание было на муже…
- Пойдём на пляж? Купаться, понятно, не будем. Просто посидим, - Мари протянула руку, которую Дима аккуратно взял в свою. С другой стороны его руку взяла Анни. Так, держась друг за друга, аккуратно ступая по замёрзшим ступеням, спустились по крутой лестнице на галечный пляж, где летом наверняка стояли несколько лежаков и пара зонтов от солнца. Сейчас же здесь было пусто.
- Дим, можешь разрешить наш спор? – рыжая заглянула в глаза парню и улыбнулась так, что парень смутился.
- Попробуй.
- Почему, когда в твою школу пришли люди, чтобы освободить детей, ты не вернулся со всеми в Россию? Ты же мог, но по пути, когда автобус остановился на короткую остановку, сбежал. Тебя тогда долго искали, и только в России твой друг рассказал друзьям о твоей цели.
- Только цель в тот момент у меня была совсем другая, - улыбнулся Дима. – Я хотел найти людей, кто стоял во главе всей организации. Кто создал школы, кто организовал похищение детей. Почему-то был уверен, что возглавляли такую организацию два-три человека. Понимал, что до них будет трудно добраться, но для начала предстояло выявить саму структуру. Два месяца работы почти вслепую и только потом что-то стало проясняться. Позже, когда смог связаться с ребятами в Москве, меня спустили с небес на землю, предоставив информацию, что там не три человека, а больше двух десятков, входящих в так называемый Совет попечителей. Тех, кто фактически владеет миром. Бизнесмены, банкиры, промышленники, политики. За каждым из них стоит самая настоящая армия и мощная системы безопасности. Думаете, испугался? Нет, - Дима смотрел на море, не на девушек. – Просто изменил планы. С теми, кто действовал в России, разобрался Денис Самойлов. Он уникальный тактик, девочки, но он действовал грубо, считая, что в России ему ничего не грозит. Тем не менее – на него совершили три покушения. В курсе истории, когда по приказу из Лондона убили парня, которого Денис умыкнул из Турции прямо из рук англичан? Он ответил жёстко, как и надо было сделать – нагло, демонстративно ликвидировав руководителя британской разведсети в России. Один удар стилетом в сердце при скоплении людей, но провернул это так, что его самого в тот момент в Москве вроде бы и не было. После инцидента последовали демарши в адрес МИДа России. Британцы раздули убийство своего сотрудника на весь мир, но тут же заглохли – ведь их человек при выходе в город имел при себе оружие, а это недопустимо для дипломата. Тем не менее, нагло потребовали от российских властей найти преступника и передать в Лондон для суда. Чуть ли не прямо называли фамилию убийцы, но вот доказательств его вины, повторю, никаких не было.
- И ты год выжидал удобный момент? – Рыжая девица не унималась, машинально что-то крутя между пальцев. Приглядевшись, Дима понял, что это знакомая ему по школе авторучка. Этот девайс не был предназначен для письма. Внутри был встроен заряд, который почти беззвучно выбрасывал тонкое стальное лезвие на десяток метров, с лёгкостью пробивая человеческое тело насквозь.
- Почему выжидал? – улыбнулся парень. - Я работал в пивном баре, а в свободное время занимался поисками тех, кто мог навредить нашему негласному лидеру, Денису. Меня об этом никто не просил, но я был единственный, кто имел возможность повлиять на ситуацию.
- А если бы тебя поймали? Ведь картотека школы, как знаем, стала известна многим спецслужбам.
- Не совсем так, Анни, - Дима посмотрел на девушку, которая сидела на скамейке рядом и так же, как и он, смотрела на море. Полная противоположность сестре. Рыжая ни на секунду не оставалась в покое, а её сестра, чёрная как крыло ворона, сейчас напоминала неподвижного сфинкса. – Полной картотекой Денис ни с кем не поделился. Он ведь уничтожил все компьютеры в школе. Точнее не он сам, а наш директор привёл в действие средства уничтожения. Вместе с тем бумажные носители попали в руки наших людей, которые прибыли в Молдавию за детьми, это так, но электронную базу, где было много чего, не только личные дела, которую создавал для себя директор, Денис забрал в личное пользование в обмен на жизнь и свободу Осипа Арсеньевича. Об этом сейчас могу говорить, информация перестала быть тайной.
- К слову. Того человека, директора, с месяц назад убили в собственном доме в Германии. Даже не стали инсценировать самоубийство - повесили, а на грудь прикрепили табличку – «предатель». – Анни, кажется, впервые за долгое время моргнула и медленно повернула голову. – Ответь, тебя кто-то ждёт в России? Родители твои пропали, мы в курсе. Другие родственники есть? Девушка?
- Какая девушка? У меня что, в школе было время для личной жизни? – нервно хохотнул Дима, но сразу же осёкся. Неудачно получилось. Эмоции показывать было лишним.
- А Джули Морэ? Ты с ней окончательно расстался? – рыжая лиса скорчила умилительную рожицу. – Какая она в реальной жизни?
- Хорошая девушка. На работе железный человек. Дома – мягкая и нежная. Без тараканов и прибамбахов. В данный момент у нас пауза в отношениях – не поняли до конца друг друга… Кстати, девушки, если не секрет – откуда столь глубокие знания в русском языке? Говорите чисто. Используете слова, которые иностранец просто не может знать.
Очередной бессловесный разговор сестёр, который на этот раз продлился, наверное, секунд пятнадцать.
- Потому что мы наполовину русские, Дима. Хотя сказала неправду. На четверть. По маме. Она потомок эмигрантов, что покинули Россию в двадцатые годы прошлого столетия. После Революции. Мы не потомки царской фамилии и даже князей. Ветвь Бутурлиных.
- Графы? – не выдержал парень.
На секунду лицо Анни сменило привычную маску. Стало мягким. На губах появилась едва заметная улыбка.
- Ты обладаешь хорошим воспитанием, Дмитрий. Это делает тебе честь. За столом также вёл себя вполне достойно.
- Ага, - рассмеялся Дима. - Не чавкал, и, простите за скабрезность, сопли локтём не вытирал.
- Это крайности. Суть в другом. Ты пришёлся маме по душе своим воспитанием, начитанностью, умением слушать и слышать. Подобные качества редко встречаются среди современных молодых мужчин. Маме вообще мало кто нравится, а тут мы были искренне удивлены. Пригласить совершенно незнакомого человека в свой дом… Я не беру во внимание её слова, что ты в её одержимости стал карающим мечом. Красивые слова, не более. Поэтому задам прямой вопрос – как долго будешь находиться в нашем доме?
Бамс… Подобного прямого вопроса Дима не ожидал. Видимо, в отличие от Жаклин, он девушку раздражал. А может быть всё намного проще? Его присутствие спутало Анни какие-то планы. Или, что ещё хуже – он в глазах родителей заметно выигрывал перед поклонником девушки.
- Если мешаю, могу уйти прямо сейчас. Если поможете избежать разговора с родителями, это можно сделать незамедлительно. Не привык жить за счёт кого-то.
- Прямой ответ, но эмоциональный и скоропалительный. По большей части глупый. Тебя никто из дома не гонит.
- Насколько прямолинейно был задан вопрос, настолько выдержан был ответ. Не тебе, Анни, его оценивать. Даже учитывая родословную.
Снова мысленный разговор между сёстрами. На этот раз Мари была раздражена. С её лица исчезла улыбка и глаза стали кусочками льда. И в этом незримом состязании видимо победила рыжая. Когда Анни опустила голову, закрыв глаза, её сестра перевела взгляд на Диму.
- Сестра забыла, что не она пригласила тебя в этот дом, а та, кто является единственной хозяйкой – наша мама. Мы здесь такие гости, как и ты, Дима. У каждой из нас есть своя квартира, где живём, а здесь встречаемся в лучшем случае пару раз в месяц, на выходные.
- Я была не права, – раздался тихий голос Анни и девушка замолчала. Что это было? Вынужденное признание очевидности слов сестры или своего рода извинение, сказанное под давлением? Дима так до конца и не понял, но воспользовался моментом и задал вопрос, который уже давно крутился на языке.
- Жаклин сказала, вы меня встречали в аэропорту, и потом всё время были рядом. Вы там что, дежурили или кто-то сообщил о моём прилёте?
Анни едва слышно хмыкнула.
- Не только твои одноклассники создали группу единомышленников. Подобные есть среди выпускников и других школ. За тобой присматривали с момента, как прибыл на пароме в порт Кале. Потом в Бельгии. Когда вылетел, нам сообщили рейс – SN3629. В аэропорту ты долго не задержался и сел в поезд до Марселя.
- «Бинго!» - А голове парня звучали фанфары. – «А девочки-то горазды врать. Если бы за мной кто-то следил, о происшествие в городе Гент этим двум особам точно бы сообщили, и они сейчас не применяли упомянуть такое событие, но даже не это главное - номер рейса и чужие документы! Я ведь улетал другим, SN3633, почти на полтора часа позже. Если бы эта особа не сказала номер с умным выражением на лице, можно было списать ошибку на забывчивость, но она, хвалясь, сама акцентировала на этом внимание. Значит если меня и обнаружили, то намного позже. Скорее всего, в Марселе, когда покупал билеты до Генуи. Что ж, жирный минус им в карму, а всё сказанное придётся делить даже не пополам, а на все сто. Ладно, сейчас надо продолжать держать лицо. Раз всё складывается настолько удачно – пора отсюда делать ноги» …
- И всё же я вынужден покинуть этот гостеприимный дом. – Дима поднялся и пару раз присел, разминая ноги. Оставив сестёр на берегу, стал подниматься по крутой лестнице к особняку. За прошедшую ночь он отдохнул и чувствовал в себе силы продолжить дальнейший путь. В комнате убрал в чемодан бритву и зубную щётку. Посидел в кресле, обдумывая дальнейшие действия.
- «Итальянцы… Раз о моём ранее намеченном маршруте знают, его придётся менять. Точнее, задействовать уже третий вариант. Вместо итальянского Солерно, придётся вернуться во Францию, всю её пересечь и добраться до порта испанского Паламос. Лететь на самолёте до Мадрида и оттуда добираться до нужного места или сразу на поезде и с пересадками на автобусе? В Турцию сейчас нельзя. Меня там будут ждать и возьмут сразу после прилёта из любой страны. Грузия, Армения и Азербайджан тоже «мокрый» вариант. Там сейчас британцы стали друзьями, можно нарваться. Остаётся вариант с Арабскими Эмиратами. Плюс - прямое авиасообщение с Россией. На рейсах много соотечественников. Понятно, что и там могут возникнуть сложности, но в Испании есть человек, который гарантированно обеспечит надёжный транзит. К тому, надеюсь, и подстрахует».
Координаты испанца ему на телефон отправил лично Денис, когда одноклассники попросили Самойлова о помощи, сообщив о затруднениях с возвращением Димки на Родину. Ребята написали, что «Старший» взял ситуацию под личный контроль.
- - -
Через полчаса, подхватив чемодан за ручку, сделал шаг к двери, но пришлось остановиться, потому что услышал, как по коридору в сторону его комнаты кто-то идёт.
Короткий стук и, открыв дверь, зашла Жаклин. Увидев парня с чемоданом в руке, слегка скривилась, но тут же взяла эмоции под контроль.
- Собирался сбежать? – Даже не выслушав ответ, попросила сесть и выслушать. – Я, Дмитрий, человек ещё не старый, но во взаимоотношениях молодых людей перестала что-либо понимать. Сижу, занимаюсь рабочими делами, и тут в кабинет входит Мари. Знаешь, что она попросила? Чтобы я повлияла на тебя как старшая по возрасту и задержала твой скоропалительный отъезд. Но не это меня удивило, другое, что заявила следом. Отмечу, не в виде просьбы, а как ультиматум. – Женщина нервно хихикнула, при этом её лицо оставалось неизменно серьёзно, словно маска. – Что она в тебя влюбилась. Я ничего не ответила и выгнала её прочь, но через пару минуту вошла другая дочь и повторила те же самые слова с той же интонацией. Ответь, Дима, что ты им пообещал? Чем смог задурить головы? Ведь обе они словно бетон, непробиваемы. Это на людях они эмоциональны, но я-то знаю насколько их изменила та школа, будь она трижды проклята. Они хладнокровны словно змеи и умеют просчитывать все варианты на много ходов вперёд. И тут такие заявления. Я перестала что-либо понимать. Прошу как мать, объясни что произошло, когда Вы были на пляже.
Дима вместо ответа рассмеялся от души. Как не сдерживал себя, но, видимо, абсурдность положения доконала.
- Уважаемая Жаклин. Я безгранично благодарен Вам за тёплый приём. Признаюсь, ничего подобного не ожидал, но дело в том, что кроме ничего не значащего разговора, между нами не было. Только в конце беседы Анни заявила, чтобы я как можно быстрее отсюда исчез. Мари ей сделал замечание, что пригласила меня не сестра, а их мама но, как мне показалось, они обе не желают меня здесь видеть. А кто я, чтобы противиться дочерям хозяйки. Думал, попрощаюсь с Вами, поблагодарю, и покину гостеприимный дом.
Женщина напряжённо слушала объяснения парня, но, видимо, она знала что-то, чего не понимал Дима. Усмехнулась и повернулась лицом к окну.
- Мои девочки, это моя жизнь, Дима, - Жаклин говорила еле слышно, заставляя парня напрягать слух. Я в них вижу саму себя. Они проекция меня той, в юности. Никого не слушать и действовать, как считаешь нужным. Ни авторитетов, ни добрых советов – всё это лишнее. Я самая умная и самостоятельная. Только сколько шишек набила этой своей самостоятельностью, кто бы знал. Бурная молодость. Как сейчас говорят, тусовки, алкоголь, лёгкие наркотики. Всё это было, чего врать. Только годам к двадцати, когда познакомилась сАнри, и тот показал мне совсем другую жизнь, настоящую, без прикрас, поняла, что надо себя менять и становиться другой. Той, где семья и близкие означают самое важное в жизни, а все, что было до этого – обман, искусственный уход от реальности. С Анри я была счастлива. Путешествия, приключения, рестораны, встречи с людьми, которые не исчезали с экранов телевизоров и кинотеатров. Там я была если не королевой, то принцессой точно. Потом… Потом два года безумия. Бернар дал мне другое – более глубокое понимание жизни. Дал семейное счастье и осознание для чего я вообще существую на этом свете. Размеренная и вполне респектабельная жизнь. Те же встречи с людьми, что были и раньше, но появилось иное восприятие кто меня окружал. Более критичное что ли. Я научилась оценивать людей с первого взгляда, с первого слова. Превратилась в своего рода рентген, где всё напускное оставалось за кадром, и могла с первой минуты понять и оценить человека. Знаешь, за двадцать лет я ни разу не ошиблась с характеристикой, данной в первую же минуту. И чем дольше общалась с кем-то, тем удивлялась сама себе. Скажи, тебе понравились мои дети?
Вопрос был задан неожиданно и Дима к ответу не был готов, но смолчать в данный момент было бы проявлением неуважения к человеку, который открыл душу.
- Внешне они безупречно красивы и умны, но совершенно разные. Думаю, это придуманная картинка, безопасная для них личина, за которой постоянно прячутся. Не удивлюсь, если узнаю, что роли в этом дуэте совершенно противоположные. Мари является мозговым центром, а хладнокровная Анни шкода, каких поискать. Простите, если обидел словом.
Жаклин неожиданно повернулась лицом к Диме и искренне рассмеялась.
- Удивительно. Ты первый человек, который менее чем за час общения понял и глубоко прочувствовал моих девочек. Знаешь, Дима, твой вывод идеален. Именно шкода и мозговой центр. Лучше не скажешь. Они играют эти роли с самого детства, вжились в них за годы, каждодневно испытывая терпение окружающих. Мотают всем нервы, доводят до слёз, но, повторю, для них жизнь – постоянная игра. Их не смогла сломать даже школа. Эти две хулиганки доводили до истерики взрослых и сверстников и там. Кто их может остановить, то только я. Гаркну, поддам по мягкому месту, и только после этого дочери на короткое время становятся настоящими. Мягкими, нежными, ласковыми. К сожалению, такое длится слишком короткое время – максимум полчаса, после чего всё возвращается к прежнему... А если бы тебе представился выбор – кого бы взял спутницей жизни?
- К сожалению, обеих сразу взять нельзя, а делать выбор между двумя неразрывными половинками – это психическая травма, которая позже скажется в семейных отношениях. Пять, максимум семь лет и семья распадётся. Не моя придумка. Статистика подобных браков, где замуж выходит одна из сестёр-близнецов или женится один из братьев. Опять же, по статистике, большинство близнецов не желают расставаться с половинкой и муж или жена никогда не смогут полноценно заменить самого близкого человека.
- А если дам добро? – женщина, чуть прищурившись, не отрывала взгляда от лица парня.
- Я к семейной жизни совершенно не готов, - улыбнулся Дима, понимая, что сейчас идёт своего рода проверка «на вшивость», а не реальное сватовство. – У меня за плечами ничего нет. Ни денег, даже собственного дома или квартиры нет. Вернувшись домой, предстоит много дел – для начала попробовать вернуть жильё родителей, хотя и не надеюсь, что такое удастся, ведь прошло слишком много лет. Родителей, кто мог бы меня поддержать, нет, как и родственников. Хотя… может и есть, но о них не слышал. Дальше необходимо получить образование и достойную работу. С силовыми ведомствами я связываться не хочу. Почему? Не желаю вновь стать расходным материалом. Признаюсь, я устал, Жаклин. Моё истовое желание покарать всех виновных оказалось неимоверной глупостью. Идеализмом, который при столкновении с действительность рассыпался как стекло на множество осколков. Знаете, я в последнее время жалею, что не вернулся домой как все мои одноклассники. Уже закончил бы школу, поступил в высшее учебное заведение. Наверняка что-то прояснилось с жильём и работой. Но в реальности приходится бегать по Европе, каждый раз со страхом входя на вокзал или в аэропорт, понимая, что там может быть засада. Что попытаются задержать, но сделаю всё, чтобы не вернуться в Англию. Закончить жизнь в тюрьме? Это не для меня. Будет стрельба, возможно, кто-то погибнет. Не исключаю вероятности, что таким буду я сам. И Вы, прекрасно зная моё будущее даже без пояснений, к счастью, в шутливой форме, предлагаете взять в жёны своих дочерей? Умных, красивых и смертельно опасных? Нельзя шутить с подобным. Это неправильно.
- Я попыталась. – Жаклин замолчала и кивнула своим мыслям. – Ты умный человек и мне нравится ход озвученных планов. Что касается девочек, я не говорю, чтобы прямо завтра состоялась Ваша свадьба или даже помолвка. К подобному никто не готов. Ни ты, ни они, ни мы, родители. Тогда давай остановимся на следующем. Ты сейчас никуда не уезжаешь. Погостишь у меня неделю-другую, пока дочери делают документы и визы. Есть возможность ускорить процесс, но названное время - минимум. Дальше девочки будут тебя сопровождать до места назначения. Это их решение, не мои выдумки. Они понимают жизнь в Европе намного лучше тебя и смогут избежать острых углов и конфликтов, в которые ты рано или поздно ввяжешься.
- Вынужден отказаться, Жаклин. – Дмитрий выдержал прямой взгляд женщины. Она первая опустила глаза. – Первая причина, но для меня, пожалуй, главная – я не могу в должной мере взять на себя ответственность за жизнь Ваших дочерей. Второе – не готов работать с незнакомыми людьми, возможности которых не знаю. Если с кем из них что-то случится – буду виноват я и только я. И что потом? Ждать до конца дней расплаты от разъярённой матери, которая будет винить в случившемся исключительно меня? Спасибо, но я хочу умереть собственной смертью в окружении внуков, а возможно и правнуков. В собственной постели собственного дома.
Женщина долго молчала, но потом кивнула, соглашаясь.
- Доводы веские. Хорошо, я переговорю с девочками, но не обижайся, если они не станут меня слушать. Для них я мама, но не авторитет, который одним словом способен повлиять на дальнейшее. Что касается подготовки… Сам можешь оценить насколько готовы мои дети. Они ежедневно по два часа занимаются в спортзале. Здесь, в доме. Если сможешь что подсказать, думаю, тебе за такое они будут только благодарны. Всё же разные школы, разные системы подготовки.
- Я не менеджер, не боевик, логист. Моя специальность заключается несколько в ином – в первую очередь думать головой. Разработка планов и маршрутов. Доведение планируемой акции если не до совершенства, то хотя бы до той степени, чтобы все её участники с моей стороны вернулись домой живыми и здоровыми, при этом цель была уничтожена со стопроцентным успехом.
- Мне дочери рассказывали, что логист в их иерархии является высшим звеном. Это человек, которому остальные участники могут доверить свои жизни без малейших сомнений.
- В идеале это так, но в реальной обстановке почти всегда всплывают непредвиденные обстоятельства, которых избежать невозможно и за ошибки одного своим здоровьем, а то и жизнями расплачиваются другие.
- Но ты, насколько понимаю, из тех немногих, у кого при разработке плана в запасе есть множество других вариантов, верно? Ты же не просто так кружил по Европе? Уходил от преследования, менял внешность, одежду. В этом случае, как мне кажется, ты был всей группой в одном лице. И логистом и менеджером. Уверена, что ты получил и достойную физическую подготовку. – Женщина глянула на наручные часы. – Идём, Дима. Посмотришь на подготовку дочерей. – Сделав шаг к двери, Жаклин остановилась и повернулась. - И прошу, если заметишь огрехи, не стесняйся, покажи, в чём и что надо поправить… А к теме, с которой начался наш разговор, мы вернёмся через пару дней…
* * *
В полуподвальном помещении, куда спустились Жаклин и Дмитрий, происходил самый настоящий поединок между двумя девушками. Те сражались, что удивило парня, не будучи одеты в спортивную форму, а в платьях, в которых были на завтраке, а потом и на пляже. Защита отсутствовала как таковая, но девушек не смущали ни разбитая кровоточащая бровь у рыжей Мари, ни сбитые костяшки пальцев Анни. Девушки бились без криков и лишних возгласов. Лишь резкие удары и иногда звучавшие стоны, когда было трудно сдержаться от боли, едва заглушали запись концерта группы Queen, доносящегося из огромных колонок аудио системы. Дима оторопел от нелогичности восприятия. Многоголосие Богемской рапсодии и две сумасшедших валькирии, стремящихся испортить внешность друг друга. Девушки видели, что в зал вошли люди, но не разошлись в стороны, продолжая кружить, осыпая друг друга ударами.
Дима пару минут наблюдал, оценивая. Техника была интересной. Их учил явно европеец, но общая картинка не удивила. Много было шаблонных повторов, от которых в его школе старательно отучали, добиваясь импровизации во время боя. Когда картина стала окончательно ясна и понял, что ранее намного завысил их оценку, заметил висевшие на стене десяток имитаторов ножей, сделанных из плотной резины. Снял все и, подойдя к двери, кинул в дерущихся сразу две штуки. Затем ещё и ещё. Кидал с силой, не думая о последствиях и боли, что может причинить девушкам. Результат был на лицо. Каждой попало минимум по три раза. Никто из сражавшихся не среагировал на попадания. Не пытались уйти или защититься. Когда девушки окончательно остановились и обернулись, с обидой смотря на парня, тот сел на скамью рядом с Жаклин.
- Обе погибли. Трупы. Реакция на постороннего человека полностью отсутствует. Добавлю, это ножи, не огнестрельное оружие. Имея лук, я бы сейчас из вас сделал павлинов. У каждой из попы торчало бы минимум по десятку стрел.
- Но, - начала возражать Мари, но Дима небрежно махнул рукой, заставив девушку замолчать. – Вы сейчас напоминали глухарей. Слышали о таких птицах? Когда те начинают петь, полностью выпадают из реальности. Не слышат и не видят, чем охотники и пользуются, подходя для выстрела ближе. Вы, сражаясь, видели, что в зал вошли два человека, но если бы у меня была цель Вас убить или захватить, а Вашу маму взял в заложники и силой привёл в зал? Знакомы с пневматическими инъекторами, которые выстреливают стрелку со снотворным на расстояние в десяток метров? Итог озвучить? Сейчас бы у моих ног лежали два тела, не способные оказать сопротивления. Делай с ними что хочешь. Добавлю. То, что я увидел, это не боевой спарринг, а банальная драка. Да, вас чему-то смогли научить, но, видимо, или преподаватель в Вашей школе был слабым или же сами филонили на занятиях.
Раскрасневшиеся физиономии невольно вызвали у Диму улыбку, но Анни первая взяла эмоции под контроль.
- Красиво говорить может каждый, а сам можешь показать что умеешь? К примеру, на ножах?
- Один против двух? Вполне. Только мне переодеться не во что, а сменной одежды у меня, признаюсь, нет. Только костюм в чемодане.
- Мам, попроси парней из охраны дать запасной комплект одежды. – Рыжик сообразила сразу где можно разжиться одеждой. Не в магазин же сейчас ехать. - Спроси Эмку. Это сорок восьмой в России.
- Тогда лучше эльку. Пусть висит, зато не порву, - поправил Дмитрий.
Женщина улыбнулась и через десяток минут вернулась в сопровождении мужчины лет пятидесяти. Седого, с лицом, испещрённого множеством мелких шрамов. Тот протянул свёрток с одеждой и Дима, не стесняясь, прямо в зале переоделся в новый комплект. Форменный комбинезон был старым, но чистым - пах стиральным порошком. Обуви не было, да и не нужно. Скинул кроссовки и носки. Про себя порадовался, что всё чистое и не пахнет.
Кинул девушкам по ножу, а сам, подумав, свой оставил на столе, оставшись с пустыми руками. В подобных учебных групповых боях он участвовал не одну сотню раз.
- Ну что, бой? – улыбнулся Дима и, сделав шаг, опустил голову, всматриваясь в обувь Мари. Сделал недоумённое лицо и пожал плечами, мол, не понял, что за ерунда там находится. Последующая реакция была просчитана – обе девушки опустили головы и уставились туда, куда смотрел Дима, но уже через мгновение Мари отлетела, перевернувшись через себя, и сползла по обшитой мягкой защитой стене, а Анни была скручена в узел и оба ножа, что ранее были в руках девушек, оказались воткнуты в закрученные волосы Анни, да так, что имитировали головные украшения японских гейш.
- Красиво, правда? Выглядит как самая настоящая японка, - улыбнулся Дима, смотря на ошеломлённую Жаклин. Мужчина, который остался в зале, не ушёл, видимо сообразил, что здесь происходит и вопросительно поднял бровь.
- Отпусти, больно, - прошипела Анни. – Так не честно. – Но когда Дима ослабил захват, попыталась перевернуться и ударить ногой парня в голову. Не получилось – нога ещё в движении ушла в сторону и попала по спине подкрадывающейся со спины Мари.
- Ой, - пискнула девушка, но уже через секунду прыгнула и… снова досада – приземлилась на сестру, которая пыталась распутать свои ноги и руки из узла, которые сотворил Дима. Приземление для обеих было неожиданным, но сёстры не остановились. Вскочили на ноги и стали уже вдвоём нападать на соперника, беря его в клещи.
- Главное в подобной драке, а это именно драка, не бой, что? Кто ответит? – Дима, говоря, легко уходил от большинства ударов, но пару раз всё же пропустил и крякнул от неожиданности. Девушки били со всей силы. Видимо разозлились не на шутку. Иначе, в принципе, и быть не могло. Позорились на глазах мамы и, как догадывался Дима, перед руководителем охраны. – Поскольку ответа так и не услышал, объясню. Главное - это не дать себя зажать с двух сторон. Второе - не дать одному из противников зайти со спины. Подобная техника применима и во время боя в сложных и стеснительных условиях. В поезде, в узком коридоре... Там, где низкие потолки и приходится нагибать голову. Делаем акцент не на того, кто заходит со спины. Наоборот – атакуем другого, кто находится перед тобой. Лучше не бить по болевым точкам. На противнике может быть одета защита, поэтому потеряете драгоценное время и силы. Поэтому надо использовать чисто борцовскую технику. Шаг вперёд с уходом вниз. При этом обязательно контролируем руки соперника, чтобы не попасть под удар. – Дима продолжал комментировать свои действия, даже немного замедлив движения, уводя корпус от ударов ногами и принимая на блок удары рук. - В момент, когда твой противник наносит удар рукой, отводим, не отбиваем, удар его правой своей левой. Захват и, используя инерцию движения чужого тела, заставляем его двигаться в нужном тебе направлении и, уже не затрачивая собственных сил, совершаем бросок через себя. Вот та-ак. Что получится? Что сейчас и получилось. Оба противника, потеряв равновесие, упали. Далее действуем по обстановке. Вариантов много, но действовать необходимо быстро, пользуясь дезориентацией противников. Можно добить, одеть наручники, или же просто покинуть место столкновения.
Девушки в самом деле упали и, пару разу кувырнувшись по полу, гулко ударились о стену. Анни ведь буквально снесла с ног сестру. У Димы даже кольнуло в сердце – испугался за девушек, но, к счастью, те, полежав несколько секунд, вскочили на ноги, но не бросились в очередную атаку, остались на месте. Дима заметил, что сестёр стал отпускать боевой настрой. Тела расслабились, но, поворачиваясь к ним спиной, продолжать держать ситуацию под контролем. Оказалось, не зря. Первый полетевший в его спину резиновый нож он сумел поймать ещё в воздухе, резко присев и повернувшись вполоборота. Второй нож отбил тем, что был у него в руке. Подхватив с пола упавший, одновременно, обеими руками, отправил оба ножа в коварных соперниц. Кидал с силой, разозлившись на глупость девиц. Обе согнулись от боли, когда каждая получили сильный удар в живот. Дима услышал, как непроизвольно ахнула за спиной их мать, но, подойдя вплотную к девицам, подхватил их подбородки и поднял, что бы видеть лица.
- Вы идиотки, это ещё мягко сказано, кто из-за гордыни забыл о возможных последствиях. Со всей силы кидаете ножи в спину… Ладно, допустим, это была попытка расквитаться за поражение, но сейчас говорю о другом… Кто находится у меня за спиной, видели? Задумались о том, если я уйду в сторону, куда полетят ножи дальше? Да, они сделаны из резины, но масса их, помноженная на силу броска, попади в лицо Вашей матери, которая сидит, не стоит, а её плечи и голова находятся точно на трассе полёта снарядов, могут нанести серьёзное увечье. Синяк, попади в плечо, обеспечен, а если пострадают глаза? Бестолочи Вы. Всё, занавес.
Снова переодевшись, Дима аккуратно сложил комбинезон и подал в руки мужчине. Видел, что тот хочет что-то сказать, но в присутствии хозяйки дома не посмел лезть с комментариями, промолчал. Кивнул и вышел из зала. Зато Жаклин сейчас смотрела на парня совсем иначе. Показав рукой на выход, пропустив Диму, вышла следом. Не остались в доме и, следуя руке женщины, парень продолжал идти за ведомой. Как и с сёстрами, спустились на пляж. Женщина скинула туфли и вошла в ледяную воду до колен, замочив низ платья, но, казалось, не обратила внимание на подобные мелочи. Замерла, смотря на море.
- Знаешь, Дмитрий, то, что увидела в зале, кардинально изменило сложившееся мнение о тебе. О дочерях промолчу. Что с самого начала с ними играл, поняла сразу. Я ведь сама много лет занималась восточными единоборствами и мне не надо разжёвывать кто чего стоит. Стив, начальник охраны, с кем сотрудничаю больше десяти лет, бывший спецназовец, показал лишь большой палец, а его оценка говорит о многом…
Женщина замолчала и этой паузой воспользовался парень.
- Поэтому Вы могли сами убедиться, что Анни и Мари мне скорее будут мешать, чем помогать на пути домой.
- Ты прав, Дмитрий. Как наблюдатели они великолепны, но как силовики они слабы, чтобы сами мне ни говорили. При этом ты будешь продолжать утверждать, что не ликвидатор, а логист. Верно?
- Да. Именно так. Хотя, как понимаю, в слабой подготовке виноваты не девушки, а те преподаватели, что их готовили. Шаблонные навыки, связки, которые легко предугадать. Полное отсутствие борцовской техники. Неумение просчитывать противника. Мне показалось, они вообще отключают голову во время схватки, а подобное недопустимо. Махать руками, изображая ветряную мельницу… В уличной драке против шпаны они выстоят, но при встрече даже с одним подготовленным спецом проиграют всухую. Это в зале можно упасть и расслабиться, признав поражение. В жизни… раз упав, можно уже никогда не подняться.
- Согласна. Тогда вопрос, - Жаклин резко повернулась к Дмитрию, при этом взметнув платьем кучу брызг. – Я могу нанять тебя тренером для дочерей? Чтобы ты их довёл до нужной кондиции? Не принимая во внимание их самолюбие и занимаясь каждый день? По деньгам не обижу. Если поработаешь полгода, когда вернёшься домой, сможешь купить себе хорошую квартиру и машину. Уверена, останется и на достойную жизнь. Подумай. Ты сам говорил, что в России тебя никто не ждёт. При этом я тебя к себе не привязываю. Заключим, как полагается, контракт, где всё пропишем. Будешь жить там, где и сейчас. Питание и расходы - за мой счёт. Открою на тебя счёт в банке, куда ежемесячно буду переводить оговорённую сумму.
Дмитрий ответил не сразу.
- Так девушки… наверное, учатся. Может быть, работают, я не знаю. Как Вы их заставите бросить уже сложившуюся и привычную жизнь, чтобы вернуться к тому, от чего они ушли? В таком случае я стану их ярым врагом, не другом.
- А не нужно становиться их другом, Дима. – На лице Жаклин появилась пренебрежительная ухмылка. - Ты будешь их наставником и тренером, не приятелем. Не исключаю, что, возможно, чуть позже станешь их любовником. Меня детали не интересуют. Хочу, чтобы ты занимался с ними не только боевой подготовкой, но и тем, что умеешь делать лучше – научи их думать и тщательно планировать свои действия в жизни. Будут сопротивляться, спорить, увиливать – разрешаю их наказывать. Не только морально, но и физически. Главное для меня - результат. Если в конце обучения они станут хоть немного похожи на тебя, значит, занятия не прошли зря – смогут прожить жизнь самостоятельно. Не обращаться каждый раз за помощью к родителям, а возникающие вопросы решать сами, без советов и подсказок.
- Признаюсь, не ожидал подобного разговора. Для меня… - Дима замешкался, понимая, что сейчас каждое его слово имеет огромный вес. – Я, к сожалению, свою голову пришить к чужому телу не могу. Знания… Тут необходимо главное – желание учиться. В принципе точно так обстоит дело и с боёвкой. Как говорил один из моих наставников в школе – в цирке и дикой природе звери ведут себя по-разному и своеобразно месту используют взаимоисключающие навыки. В цирке можно научить медведя кататься на велосипеде и дуть в горн, развлекая людей, но в реальной жизни, в лесу, подобное умение косолапому вряд ли пригодится. У него другая задача - тебя сожрать, чтобы выжить самому.
Женщина улыбнулась и неторопливо вышла из воды. Не нагибаясь, даже не смотря вниз, одела обувь и подошла вплотную к парню. Настолько близко, что их тела соприкоснулись.
- Бернар очень плох. Ему остались даже не месяцы, считанные недели. Он держится, но я вижу, как угасает. Делюсь с тобой своей болью, чтобы понимал – я не хочу остаться с двумя взрослыми дочерьми одна. Без надёжного мужского плеча и данного вовремя совета. Подумай, Дима, над своим будущим. От себя скажу, что ты нам нужен. Нужен мне и нужен моим девочкам. Я перестала верить в Бога, но твоё появление в моём доме – это не тот вариант, когда можно сослаться на случай. Ты к нам попал по воле тех, кто присматривает сверху, бережёт всех нас.
Женщина, подняв голову, посмотрела наверх, на гору, где находился дом и сейчас на верхней площадке стояли, обнявшись, две девушки. Жаклин тяжело вздохнула. Вновь посмотрела Диме в глаза.
- Если не согласишься остаться, обижаться не буду. Понимаю, что Родина у человека одна, но скажу так – если вернёшься, даже через время, знай, тебе здесь всегда будут рады и будут ждать.
Нежно проведя пальцами по щеке парня, Жаклин стала подниматься по лестнице, а Дмитрий остался внизу. Сделав пару шагов, тяжело сел на замёрзшую скамью, даже не ощутив пронзительный холод. Сейчас ему нужно было остаться одному. Новая информация требовала новых решений…
- «В дурдоме день отрытых дверей. Девицы дружно то меня посылают, то хотят выйти замуж. Жаклин чуть ли не прямым текстом заявляет, что поможет вернуться домой, но уже через час предлагает остаться в доме в качестве наставника дочерей. Ни малейшей логики. Жаклин сказала, что я ей нужен? В качестве кого? Догадаться не трудно. Пожалуй, только Бернар остаётся островком здравомыслия в море семейных противоречий»…
Глава 4
Плотно пообщаться с начальником охраны пришлось уже на следующий день. Немногословный мужчина, встречи с которым попросила Жаклин, их ждал на террасе, сложив на груди руки.
- Почему попросил встречи с тобой, объясню - этого потребовала сложившаяся обстановка. Местные жители, с кем приходится общаться, сообщили о неких людях, что стали крутиться в окрестностях виллы с утра этого дня. Трое. Приехали на машине из Франции, но сами не французы и не итальянцы. Люди говорят – больше похожи на британцев. Я глубоко уважаю мадам Жаклин и мне не хотелось бы, чтобы из-за твоего присутствия в доме с ней самой или с кем-либо из её семьи случилась неприятность. Мы в силу своих возможностей сделаем, что должны сделать, но нас всего шестеро. Для обычной охраны поместья такого числа людей достаточно, но только не для боевых действий.
Дима принял слова мужчины серьёзно. Видимо он ушёл всё-таки «грязно».
- Соглашусь, что мне здесь оставаться нельзя. Покину дом сегодня же, - парень стал подниматься, но рука женщины, что сидела рядом, мягко легла на его руку.
- Стив, Дима мой гость и я не пойду на то, чтобы он подвергал свою жизнь опасности ради моего спокойствия. Какие есть варианты? Добавить людей? Если надо, оплачу.
- Вопрос не в людях, а в их надёжности, - мужчина посмотрел в окно и снова кинул на Диму взгляд полный неприязни. – Я могу положиться только на своих, а среди наёмников сюда могут попасть чужие. Подобное недопустимо.
- Простите, если выйду за рамки дозволенного. – Дима твёрдо смотрел мужчине в глаза. – Я могу уйти в любое время, без проблем, но вы можете дать гарантию, что сюда не смогут войти, хотя бы для того, чтобы убедиться в моём отсутствии? Думаю, нет. Если нет, тогда позвольте ознакомиться с планом дома и прилегающих участков. Нужна информация по средствам технического контроля и наблюдения. Какая сигнализация. Сектора возможного проникновения. Есть ли на вилле оружие и какое. Кто из сотрудников готов взять в руки оружие, а не сбежать после первого же выстрела.
- Юноша, - мужчина усмехнулся. – Запросы у Вас, прямо скажу, несколько завышены. Система выстраивалась не один год, и мы уже дважды успешно отражали нападение бандитов.
- Сейчас прибыли не бандиты, мастер, - Дима спокойно выдержал раздражённый взгляд начальника охраны. – Если не ошибаюсь, сюда прибыла группа из отдела ДБ-4. Наблюдение и контроль. Следом наверняка прибудет группа ликвидации и зачистки. Все названные подразделения относятся к британской МИ-6. Отставники, даже с боевым опытом, не смогут противостоять опытным профессионалам. Уходить в пассивную защиту нельзя. Единственный вариант – опередить, начав действовать первыми.
- Забавно получается. На территории Италии французы сражаются с англичанами. Первые полосы газет всего мира будут освещать локальный конфликт. – Мужчина, конечно, шутил, при этом его лицо оставалось неподвижно как у робота. У Димы даже появилось желание коснуться этого человека, чтобы убедиться – живой тот или искусный механизм.
- Дима, Стив не британец, голландец. – Женщина почувствовала колебания парня. Попыталась разрядить обстановку. - Его имя заканчивается на Ф. Мы знакомы давно, более двадцати лет и доверяем друг другу полностью. Когда-то в трудную минуту он мне помог. Потом я ему.
- Хорошо, – парень кивнул и на секунду задумался. – То, что я не стану подвергать Вас опасности, это дело решённое, но есть возможность уйти, так сказать, красиво. Это я о себе. К тому же, если не будет возражений, можно попробовать усилить безопасность виллы.
- Что для этого требуется? – мгновенно поинтересовалась Жаклин.
- Желательно аэрофотоснимок виллы в хорошем разрешении. Второе – прилегающих участков. Хотя бы на километр во все стороны. План всех построек.
- Такое есть. Муниципалы делали в прошлом году. Есть копии. – Мужчина с интересом посмотрел на Диму. – У меня есть коптер с мощным аккумулятором. Списанная военная модель. Сертифицирован. Есть и лицензия на полёты вне крупных городов.
- Великолепно, – улыбнулся Дима. – Тогда Вы полетаете, а я, если не возражает, посижу рядом, посмотрю что где и как... Хорошо бы записать, что видит камера.
- Такое возможно.
- Жаклин, а у Вас есть лодка или катер?
- В поместье, с того печального случая, кроме гидроцикла Стива ничего нет, - на лицо женщины набежала тень. – Но если требуется, могу попросить соседа – у него два мощных катера. Не откажет. Только для чего?
- Чтобы меня увезти по воде, так как по суше из уже захлопывающейся ловушки выбраться будет сложно.
- Ты всё же решил… - Женщина начала говорить с сожалением в голосе, но замолкла, сообразив, что улыбка на лице парня означает недосказанность.
- Меня и девушек катер увезёт так, чтобы это могли зафиксировать возможные наблюдатели. Девочки вернутся домой уже без меня. Это тоже должны увидеть. Что будет дальше? – Дима усмехнулся. – Те, кто здесь собирает силы, потеряв меня из вида, сразу не уйдут. Будут искать возможность поговорить с человеком, кто находится в данный момент на вилле, и кто даст более-менее внятный ответ, куда я делся и о моём дальнейшем маршруте. Таким может оказаться любой из присутствующих здесь людей. Не только хозяев. Вероятней всего начнут со слуг и сотрудников охраны. Поэтому чем меньше будет информации о реальном положении дел, тем лучше. Для всех, кроме вас двоих – меня доставили морем до Ливорно. Высадили рядом с портом, а о своих дальнейших планах в целях безопасности я никому не говорил. Хорошо бы, если эта версия была известна всем работникам.
- Неплохо, сделаем, но вероятность нападения на виллу и допрос проживающих даже в таком случае не исключены? Так? – Стив гнул свою линию.
- Так. Если я сейчас выйду за ворота усадьбы и смогу уйти от слежки, у заинтересованных людей не исчезнет вопрос по поводу моих планов. Когда же узнают, что здесь потомки русских эмигрантов, поверьте, вцепятся мёртвой хваткой. Для британцев русские, даже в десятом колене, всегда остаются русскими. Как и для моих соотечественников, британцы никогда не станут дружественной нацией. Вражда в крови и она никуда не денется. Менталитет и обиды на прошлое. Добавим вековую зависть островитян к природным богатствам огромной России. Бритты, как и янки, всегда считали себя высшей нацией. Теми, кто рождён повелевать, а не работать. Поверьте, за год работы в пабе Лондона, я сталкивался с таким мнением ежедневно. И это не от маргиналов. От всех – начиная бизнесменов и до портовых грузчиков. Все они с молоком матери впитали в себя чувство превосходство над другими. Но перейдём к деталям. Жаклин, - парень повернулся к женщине. – Вы хотели, чтобы я стал наставником ваших дочерей. Сейчас тот самый момент, когда можно начинать занятия по тактике. Когда Стив принесёт, что я просил, пригласите сюда девушек. Будем думать вместе, как превратить Ваш дом в непреступную крепость.
Жаклин ушла в дом, а Дима, воспользовавшись моментом, задержал начальника охраны.
- Что у Вас есть из оружия? Я не об официально зарегистрированном.
- Две немецких штурмовых винтовки и десяток пистолетов. Марки разные.
- И, - улыбнулся парень. – Говорите до конца.
- Есть снайперская винтовка. Американец.
- Неплохо. Мины?
- Какие мины? О чём ты говоришь? – Впервые на лице мужчины появились эмоции.
- Стив. Мне нужен десяток сигнальных мин. Как говорят, нужны ещё вчера. Сигнальные ракеты, которые можно использовать в растяжках. Нужны приборы ночного видения. Детекторы массы и движения. Хотя по полдесятка тех и других. Нужны специалисты, которые смогут в течение одного дня всё смонтировать и потом держать язык за зубами. Нужны…
Чем больше Дмитрий перечислял, тем больше Стив хмурился. Он не стал запоминать, а достав из кармана блокнот и ручку, записывал. И только когда парень закончил, увидел на лице мужчины ошалевшее выражение.
- Ты хочешь превратить виллу в военный форт?
- А ты хочешь здесь погибнуть? Красивой смертью, с оружием в руках, защищая доверивших тебе жизнь женщин? То, что я перечислил, лишь обеспечит безопасность жилища. Может, конечно, отвадит и любителей поживиться за чужой счёт. Да. Последний вопрос. У тебя есть связи с местной полицией и карабинёрами?
- Это входит в сферу моих служебных обязанностей, – обрезал Стив.
- Тогда… - начал Дима, но решил, что задействовать силы правопорядка на данном этапе рано. – Об этом чуть позже. Тогда прошу принести мне снимки поместья, планы домов и построек и всё, то может помочь. Когда я озабочу девочек, ты поднимешь коптер. Посмотрим кто и что вокруг нас находится в реальности, не на картинках…
* * *
- Маша, Аня, перед вами планы дома, построек и прилегающей местности. Как понимаю, те дома, что находятся за скалами и вошли на снимки, соседи. Задача. Сделать анализ вероятных подходов для захвата поместья и находящихся там людей. Нападающая группа состоит из трёх, возможно пяти человек. Добавлю, что может быть группа обеспечения в составе пяти человек. У них есть коптеры и, возможно, снайперские винтовки. Захват вероятней всего будет проводиться вечером или ночью. Жёстко, без учёта сопутствующих жертв.
Дима, заменив имена девушек на русские аналоги, видел, как обе вскинули глаза, но ярого отторжения не последовало. Видимо их так называли не в первый раз. Что порадовало – обе были серьёзны и пока не возражали и не ерепенились.
- Жаклин, ваша мама, попросила меня стать вашим наставником. Не только в боевых искусствах, но и в тактике. Я пока не дал согласия, но и не отказался. Поэтому для начала хочу понять насколько каждая из Вас способна нешаблонно мыслить. Продумайте, как можно защитить дом и что для этого потребуется. Используйте фантазию и всё то, что узнали во время обучения. Работаете не совместно, отдельно. Хочу услышать от каждой из Вас собственное суждение. Где потребуется поставить сигнальные мины и растяжки. Где возможно появление снайпера, который получит возможность держать под контролем всю территорию виллы.
- С другой стороны автотрассы скалы. Мы оттуда как на ладони, - Мари, негромко выдав фразу, так и не подняла голову, всматриваясь в снимки.
- Согласен. Со стратегической точки зрения дома построены в неудобном для нас месте. Но… - Дима, который уже внимательно проштудировал снимки, ткнул пальцем в самую высокую скалу. – Девушки. Включите голову. То место, которое только что показал, недоступно для человека без альпинистского снаряжения. Да, к вершине можно подойти со стороны гряды, но путь займёт минимум четыре часа и когда стрелок туда доберётся, ему для начала потребуется минимум полчаса отдыха. Учитывайте такие детали. Приступайте к работе. Времени у нас не так много. До возможного столкновения максимум сутки. Может меньше. Вам для разработки плана даю час. Время пошло.
Дмитрий улыбнулся, увидев, как девушки, не сговариваясь, достали блокноты, ручки и стали работать. Сейчас они ничем не напоминали тех двух особ, что играли гротескные роли в жизни…
* * *
- Сеньора Лафарг, сеньор Фредриксон. Мы не имеем технической возможности разместить привезённое оборудование на тех скалах, что Вы показали. К тому же это требует особого разрешения у коммуны. Более того – территория, что находится за дорогой, является частью природоохранной зоны, где для любых инженерных работ требуется разрешение от Министерства окружающей среды и защиты земель и моря. Я не пойду на столь грубое нарушение законов. Знаете, какие могут быть штрафы? Это разорит нашу фирму. Со всем уважением к Вам, но я не пойду на должностное преступление.
Руководитель бригады технической службы и монтажников, которые уже пару часов в авральном порядке оборудовали виллу средствами сигнализации и наблюдения, трагично заламывал руки перед хозяйкой дома. Даже когда Стив отвёл в сторону коротышку и предложил ему приличную сумму наличкой, тот лишь горестно покачал головой.
- Нет и ещё раз нет, сеньор. У моих сотрудников семьи, дети. Если нас закроют, кто возьмёт на себя заботу о выброшенных на обочину жизни сотрудниках? Прости, но не могу.
- Хорошо, сеньор Антонио. Тогда другой вариант. Коль заплачено за весь комплект оборудования и всё уже доставлено покупателю, соберите аппаратуру. Протестируйте, и если я увижу, что всё работает как часы, подпишу документы о приёмке оборудования и проведения монтажных работ.
- Но мы же их не проводили?
- Оформлю, что всё сделано и заказчик доволен. Для Вас разве это минус? Деньги, полученные из воздуха. С претензией обращаться не буду – в документах будет стоять подпись владелицы поместья.
- Хорошо, - согласился пухленький коротышка-итальянец, мысленно потирая руки. – Только определитесь, что будет основой – тренога, струбцина или платформа, которую можно поставить на крышу.
- Платформа, сеньор. Сдвоенная, чтобы не снесло ветром. Автономное питание от солнечной батареи, как и было в заказе.
- Как скажете, сеньор. Данные со всех систем мы выведем на экран отдельного ноутбука. Его стоимость входит в комплект. Дополнительно платить не надо.
- Вес одного комплекта назвать можете?
Итальянец достал из кармана блокнот. Полистал страницы, то-то высчитывая про себя.
- Получается… около двенадцати килограмм. Это вместе с аккумулятором, солнечной батареей и сдвоенной платформой. Регулировка объектива, направления датчиков – всё можно сделать дистанционно. С управляющего модуля.
- Я в курсе. – Стив посмотрел по сторонам, оценивая, что уже сделано и что предстоит ещё сделать. – По времени... Сколько требуется времени для завершения работ и наладки оборудования?
- Два часа максимум. Мы у Вас задействовали всех сотрудников фирмы. Быстрее сделать физически невозможно.
- Хорошо, не буду отвлекать. Встретимся через два часа.
Итальянец убежал, а Стив вошёл в дом и поднялся на второй этаж. Дошёл до комнаты, где разместили русского парнишку, но тот в данный момент не отдыхал, не валялся на кровати, а вместе с хозяйкой дома и двумя девушками разрабатывал план защиты дома. Тут же присутствовали и две сестры-служанки, которые внимательно слушали о чём идёт речь.
Парень поднял голову и посмотрел на вошедшего мужчину.
- Что сказал итальянец?
- Оборудование, как я и предупреждал, на скалу отказался поднимать. Боится штрафов от Министерства за нарушения экологической безопасности.
- Вес узнал?
- Комплект весит примерно двенадцать килограмм. Думаю, чуть больше.
- Твой коптер сколько поднимает?
- Пятнадцать - предел.
- Ясно… - Дима помолчал. – Придётся стартовать с пляжа. Уводить коптер над морем на пару сотен метров и только потом через горы, делая приличный крюк, выводить на точку. Здесь есть место, где нет людей? Шум винтов привлечёт излишнее внимание. Могут пожаловаться в полицию.
- Сделаем проще. – Мужчина выглянул в окно, оттуда были видны скальные выступы. – Я возьму с собой Микки. Уедем на машине на плато. В паре километров отсюда есть дорога, что ведёт на смотровую площадку в национальном парке. Сейчас не сезон и там вряд ли будут люди. Оттуда с помощью коптера и посадим на нужную точку оборудование, а уже отсюда всё откалибруем. Тем самым избежим внимания. Что немаловажно – оттуда гораздо ближе, чем по тому маршруту, что предложил.
- Согласен, Стив. Ты здесь главный, не я. И тебе потом работать со всей этой техникой. Сейчас лучше смотри что где ставят, чтобы ничего лишнего не сунули. Сам ведь знаешь, что бывает, когда некоторые люди работают на двух хозяев.
Мужчина кивнул и вышел из комнаты.
- Его не купят? – в тишине вопрос Дмитрия прозвучал словно выстрел.
- Неделю назад сказала бы, что такое невозможно. Сейчас скажу иначе – маловероятно. Он слишком завязан на мне. Его дочь в больнице. Прикована к постели после травмы и именно я оплачиваю её пребывание и лечение.
Жаклин потёрла воспалённые глаза. Эту ночь она провела без сна – Бернару стало хуже, пришлось вызывать медиков, которые почти сразу заявили, что больному требуется стационар. Жаклин поехала с мужем и вернулась домой только утром. Звонила в больницу через каждый час, но состояние Бернара не улучшалось. И сейчас её рука вновь потянулась к телефону, но сверху легла рука Мари.
- Мам, ты звонила полчаса назад.
- Может заказать рейс и перевести отца в Париж?
- Не нужно, мама, - Анни обняла маму. – Папа может не перенести дорогу. Здесь врачи не хуже. Тем более ты вызвала Густава и он уже в больнице. Лучший кардиолог страны, мам. Если он не поможет, останется уповать только на милость Бога.
- Давайте сделаем небольшой перерыв. На полчаса. – Девушки кивнули, и Жаклин с дочерьми вышла, оставив парня в комнате с двумя другими девушками. Ещё вчера вечером к нему зашли эти смуглые красотки. Дали и Дава. Француженки сирийского происхождения. Близнецы, как оказалось, хотя сестра Дали выглядела года на два моложе. История, рассказанная ими, была копией многих других, которые Дима слышал за свою жизнь. Они были украдены из семьи и оказались в той же школе, что и Мари с Анни. За без малого десяток лет сдружились. Когда оказались на свободе, выяснилось, что их мать умерла, а отец за убийство попал в тюрьму. Квартира, где они жили, была социальной и, естественно, там давно находились другие жильцы. К счастью, контакты между двумя парами сестёр не прервались, и Жаклин по просьбе дочерей пригласила их жить и работать в своё загородное поместье. Девушки были немногословны, учтивы, но смотрели по сторонам с настороженностью. Они решили для себя, коль судьба так распорядилась, что их фактически приняли в семью, взять на себя роль телохранителей хозяйки и её дочерей. Обе в полиции закончили курсы и получили сертификаты на ношение оружия. Были на учёте отделения карабинеров и входили в так называемый «белый список» - своего рода добровольных помощников полиции. Правда, во время обязательных дежурств два раза в месяц, оружия носить права не имели. Только газовый баллончик и резиновую дубинку.
Дали вечером даже намекнула, что если Диме грустно, они не против провести с ним время, но, увидев блеск в чёрных глазах, парень решил, что это может быть своего рода заданием, данным хозяйкой дома. А может и кем-нибудь из её дочерей. Девушки не расстроились после вежливого отказа. Как показалось Диме, даже выдохнули с облегчением. Правда, старались «держать лицо», но внутреннее состояние полностью скрыть не сумели.
- Девушки, как оцените работу Мари и Анни? Здесь других людей нет. Говорите как есть.
После пары минут тишины, первой высказалась Дава.
- Много не учтено. О подходах со стороны моря вообще никто ничего не сказал, а, на мой взгляд, это наиболее удобный маршрут. Крутая лестница – да, минус, но полсотни шагов и сразу оказываешься у стен дома.
- Спуск со скалы слева от дома. Если там пройти, можно с площадки у пирса войти на территорию, тем самым оказаться вне зоны контроля охраны. Можно и не спускаться, работать сверху. Отличный обзор и площадка для стрельбы. Оттуда видны все окна левой стороны дома. – Дали закончила за сестрой.
- А с другой стороны? Там можно подняться с воды? – Поинтересовался Дмитрий.
- Нет. Если только перепрыгнуть на скалу с борта катера, но близко к берегу не подойти – мелко и камни. Мы там всё облазали, когда отсутствовали хозяева. Со стороны дороги тоже мало пригодных мест, где может сесть снайпер. Таких всего два. Остальные без снаряжения недоступны.
- И там лазали? – улыбнулся Дима и девушки, переглянувшись, тоже улыбнулись и кивнули.
- А чем ещё заниматься? Мы ведь здесь работаем только тогда, когда приезжает Жаклин с дочками. Для охраны не готовим и за ними не убираем – те всё делают сами.
- А бассейн в сезон? - усмехнулся парень, заранее зная, что мало кто из арабов не то, что умеют плавать, вообще не любят купаться.
- Мы, - дёрнулась Дава, но смутилась, замолчала…
- Не умеете плавать, верно? – Закончил за девушкой Дима. – Не надо этого стыдиться. Будет время, если останусь, научу держаться на воде. Сами поймете, как здорово ощущать своё тело, не стоя ногами на земле. Ладно, это всё вторично. Вопрос о завтрашнем дне. Сможете полноценно изобразить дочерей Жаклин?
- Мы такое делали уже дважды, когда возникала угроза. С десятка метров даже их знакомые принимали нас за других сестёр. Сложный грим, парики – всё это у нас есть. Только нужен ли этот маскарад? Может девочкам, в самом деле, стоит на время уехать вместе с тобой?
- А кто сказал, что я уезжаю? – Увидев две красивые удивлённые мордашки, Дима улыбнулся. – Пока без дополнительных объяснений. Всё узнаете в своё время. Только предупреждаю – если кто-нибудь из Вас…
- Не стоит продолжать, - лица девушек после услышанного мгновенно окаменели. Они не ожидали ничего подобного. – Дали медленно поднялась. Задрала рукав и показала шрам на запястье. Вслед за ней рядом встала и сестра. Тоже задрала рукав. – Мы поклялись кровью защищать своих сестёр. Да, именно сестёр. Ближе них у нас никого нет. Не оскорбляй нас, Ди-митрий. – В голосе Дали внезапно прорезался гортанный акцент. – Мы выполним взятое на себя обязательство до конца.
- Успокойтесь, прошу. – Дима растерялся, увидев, как сирийки отреагировали на его слова. - Я не хотел никого из Вас обидеть или подвергнуть сомнение Вашу преданность. Я здесь всего третий день и плохо ориентируюсь в обстановке. Если обидел словом или делом, прошу простить. Это было сделано без умысла.
- Хорошо. Извинения приняты, - выдержав положенную паузу, девушки синхронно кивнули и плавно опустились на пол, приняв прежнее положение. – Если мы более не нужны, позволь покинуть твою комнату. Пришло время готовить ужин для семьи и накрывать на стол.
- Конечно. – Парень поднялся со стула, и следом встали девушки. – Спасибо за советы. Вы оказали существенную помощь.
Две склонённых головки и через пару секунд Дима остался один. Лёг на пол и вновь стал работать со снимками, ставя себя на место противника, прокладывая маршрут возможного проникновения на объект. Ему было интересно заниматься таким делом. Обучение и практика на протяжении многих лет – это хорошо, но не работа в реальных условиях. Три акции по уничтожению британцев – все они прошли безупречно, но это было несколько не то, к чему готовили Диму, а вот сейчас, когда у него имелись техническиесредства и вполне подготовленные люди, работа обретала иной смысл, ведь впервые за все выпуски школы Дмитрий попал на расширенный курс логистов, работа которых заключалась не только в нападении, но и организации защиты объектов и отдельных персон. Контрразведка…
Дмитрий не раз задумывался – а если бы ему пришлось противостоять самому известному выпускнику школы – Денису Самойлову, кто бы из них взял верх? И каждый раз понимал – они совершенно разные. Со своими понятиями о чести и справедливости, но, с другой стороны, внутренне очень похожи друг на друга… Оба не предадут, и оба в достижении поставленной цели будут идти до конца...
* * *
Вечером, как и обещал, Стив, погрузив в машину коптер и оборудование, уехал вместе с ещё одним человеком из охраны. Вернулся поздно, когда уже стемнело. Позже вместе с Димой настраивали оборудование, а уже в темноте, Дали и Дава, одев приборы ночного видения, полезли на скалы, раскладывая там «подарки» для незваных гостей, что вечером вместе с Димой сделали из привезённых материалов.
Легли поздно, в четвёртом часу, а уже в восемь утра к небольшому причалу, слева от пляжа, причалил мощный катер, который должен был отвезти Дмитрия и дочерей Жаклин до порта в Ливорно.
Когда парень с чемоданом, в котором лежали набор косметики и комплект одежды для дальнейшего представления, был уже на бору катера, увидел спускавшихся по лестнице сестёр, тихо выругался от досады, но когда девушки подошли ближе, и до причала оставалось метра три, не больше, Дима с удивлением понял – он ошибся. Это были не Маша с Аней, а их двойники. Даже вблизи трудно было понять, что девушки не те, за кого себя выдают. Они не только внешне скопировали своих подруг, а и остальное - жестикуляцию, походку, манеру поведения. Гениальные актрисы. Протянув руку, помог им зайти на борт и посадить на корме – в каюту девушки спускаться отказались. Ну да, надо было соответствовать образу. И, конечно, чтобы их увидели.
Швартовы отдали и катер, набирая скорость, ушёл в море. Из экипажа на борту был лишь один человек. Не владелец катера, его сын, молодой мужчина лет тридцати. Вначале он попытался шутить, крутил головой, но вскоре обстановка на море заставила его быть внимательней – поднялись волны и маленькому кораблику, хоть и с мощным двигателем, пришлось сбросить скорость, прыгая на волнах. А через полчаса Алонсо, перекрикивая свист ветра, на мгновение скрестил руки на груди, показывая, что дальше идти нельзя – начинается шторм. Подозвав к себе, стал кричать - есть два варианта – он или развернётся и пойдёт обратно или пристанет к берегу в крохотной бухте, что неподалёку. Высадит пассажира, а сам попытается вернуться назад. Если не получится, останется, будет пережидать шторм.
Дима согласился. Такой план его устраивал гораздо больше первоначального.
Даже у причала катер мотало из стороны в сторону и Алонсо, переговорив со знакомыми, когда вернулся к катеру, скривил лицо. Как опытный человек, родившийся у моря, понимал – выходить зимой в шторм огромный риск. Если бы был один, может быть и рискнул, но не с пассажирами. Закрепив катер по-штормовому, махнул пассажирам рукой, призывая двигаться за ним. Только отойдя подальше от берега, пояснил обстановку – предварительный прогноз, что ещё вчера вечером давала портовая служба, изменился и сейчас выход в море для небольших судов запретили. Всем судам пришло оповещение укрыться от надвигающегося шторма. Сам он, коль так сложилось, заберёт девушек и вернётся домой - его знакомые дают машину. Предложил Дмитрию вызвать такси, но тот поблагодарил, сказав, что нажимать на клавиши телефона ещё не разучился. Посмеялись, похлопали друг дуга по плечам и через десять минут бывший капитан, внезапно превратившийся в водителя такси (а машина, что выехала из ворот дома, была самым настоящим такси), посадив сестёр на заднее сиденье, газанув, с пробуксовкой выехал на трассу и помчался в сторону дома.
Пройдя по дороге в сторону Леверно около километра, дождавшись, когда на трассе не будет машин, Дима перебежал дорогу и, нырнув в густой кустарник, сел, наблюдая за дорогой. Его ожидание было недолгим. Приблизительно через двадцать минут около того места, где Алонсо выехал на трассу, остановился автомобиль. Из него вышли двое мужчин и, пройдя полсотни метров по прилегающей дороге, остановились, разглядывая море и бухту. Они, видимо, хотели убедиться, что катер на месте, до конечной точки не дошёл.
В этот момент телефон пискнул, сообщая о пришедшем сообщении.
Дима глянул.
- «Добрались без приключений»
И тут же пришло второе сообщение.
- «Зафиксировано усиление наблюдения. Стрелок на точке 2»
Это пришло от Стива на выданный Диме старенький телефон, а первое сообщение получил от Дали.
Как и оговаривалось, отвечать парень не стал. Есть у них отметка о прочтении, этого и достаточно. Стрелок на точке 2 – это не самая высокая скала с другой стороны дороги, но самая удобная для наблюдения – широкая наверху как стол. К тому же на неё можно легко подняться – всего метров сорок в высоту и рядом ложбина. А вот выше, на точку 1, которая для обычного туриста недоступна, вчера поздно вечером и поставили автономную камеру наблюдения. Видимо с неё и засекли появление «гостя».
Машина, куда вновь сели люди, уехала, а Дима решил подняться чуть выше по расщелине. Потрудился полчаса, но добрался почти до самого верха. Небольшая ровная площадка, как, оказалось, была вполне обжита. Судя по всему, местные дети здесь устроили типа «потаённого места». Под выступом лежала аккуратно сложенная плёнка. Дальше, в паре метров, обнаружил небольшую пещеру с узким сплющенным входом, в глубине которой имелась импровизированная постель в виде наваленной высохшей травы. Под сложенной картонной коробкой нашёл рулон стрейча, а у входа - небольшое кострище. Рядом аккуратно были сложены сухие ветки и даже завёрнутая в плёнку газета и коробок спичек.
Вполне удобное место, где можно было отдохнуть и дождаться вечера, а сейчас следовало подкрепиться. Едой его снабдили не жалея – не на день, дня на три минимум. Плюс два термоса с кофе. Это, как шепнула Дали, было личным распоряжением Жаклин.
Съев пару бутербродов и сделав пару глотков кофе, разложив плёнку, парень сел на поваленное дерево, закрыв глаза. Пронизывающий ледяной ветер в этом отнорке задувал не так сильно, поэтому было вполне сносно. Смотреть на пролетающие над головой тучи было интересно, но в голове постоянно звучал тревожный звонок. Не всё так складывалось хорошо как он того хотел.
- «А машинка-то та, откуда вышли люди, и убедились, что катер не дошёл до конечной точки, приехала со стороны Ливорно, не от виллы. Первое – по карте здесь ближайший разворот ой как далеко. На дороге - разделительное ограждение, так что даже при желании развернуться в неположенном месте не получится. Второе – время. Вот что больше тревожит. Я шёл максимум десять минут. Потом ожидал в кустах… минут двадцать, не больше. Итого полчаса. Ладно, пусть будет сорок минут. Вычитаем из этой суммы полчаса. Расстояние что от Леверно, что от виллы. Стоп. Ошибка. Пятьдесят шесть минут – столько занял путь от железнодорожного вокзала до виллы. Привычка засекать время маршрута. Убираем пятнадцать минут. Нет, двадцать. Водитель Жаклин вёл машину на высокой скорости, явно нарушая правила. Кстати, я того человека больше не видел ни в доме, ни в округе. Как и самой машины. Хотя гараж, а он там есть, минимум на две машины, при мне ни разу и не открывался. Машина Стива постоянно стоит на площадке у ворот. Когда он вернулся, поставил её там же. И всё же… Берём двадцать минут в обе стороны, поскольку я нахожусь примерно посредине между портом и домом. Те полных двадцать минут, когда человек, получив сообщение, может, не нарушая правила, добраться до нужной точки с любой из сторон. До какой только точки? О координатах которой уже сообщили? М-да… Течёт в доме Жаклин. Хорошо течёт».
Денис достал из кармана телефон, мысленно формулируя текст сообщения. Остановился в раздумьях – кому отправить сообщение? Стиву или сёстрам? После короткого раздумья, достал свой телефон, где в адресной книге по настоянию Жаклин создал контакт с её номером. И через несколько минут отправил сообщение.
- «В доме завелась огромная крыса. Грызёт всё, до чего может дотянуться. Все контакты под сомнением. Доверие к ним пропало - есть подтверждение утечки. Прошу оставить информацию без разглашения».
Через пару секунд пришёл ответ – смайлик в виде поцелуя.
Парень в недоумении помотал головой и выключил телефон. Потом отсоединил батарею. Теперь что и оставалось, то ждать вечера. Точнее, темноты…
Через час солнце окончательно исчезло за тучами. Стал накрапывать дождик сменяющийся снегом, ещё больше похолодало и Диме пришлось забраться в крохотную пещеру. Костёр пока зажигать не стал – ветер сюда не задувал. Открыв чемодан, снял с себя хорошую одежду и оделся как бомж – в какие-то лохмотья, что смогла ему притащить Дава. Тогда, накануне, стесняясь, она промямлила, что вещи чистые. Остались после увольнения пьющего садовника. Лежали в кладовке уже пару лет, но их не выбрасывали – думали, прежний хозяин заберёт. Хотя сейчас, при внимательном осмотре, было непонятно для чего стоило хранить эти тряпки. Они заслуживали только одного – помойки. Но, одев на себя, парень хмыкнул – все дырки были аккуратно заштопаны и тёплые штанцы, как и зимняя куртка, ещё могли некоторое время послужить. Ну… Хотя бы ему… на раз. Лёг на солому и почти сразу беззаботно уснул.
Вместе с тем, услышав посторонний звук, доносящийся сверху, мгновенно проснулся. Вжался в стену, взъерошив перед собой солому, отгораживаясь ею от входа. Над скалами, что высились над дорогой, что пролегала вдоль моря, медленно летел дрон, в некоторых местах делая остановки. То опускался ниже, то поднимался. И здесь, над пещерой, коптер тоже снизился. Повисел с полминуты и вновь поднялся, продолжая полёт. Судя по приглушённому звуку винтов, аппарат был крупным и не из той серии, что можно свободно купить в магазине. Если бы он не спрятался от непогоды в пещере, его бы засекли. А кто способен во время дождя пустить над горами, скорее всего, военный дрон, сомнения не было – не частное лицо точно. Мощная организация, где имелся оператор с огромным опытом, способный удержать машинку под дождём и сильными порывами ветра…
* * *
Работа над лицом заняла много времени, но из пещеры выполз совсем другой человек – старик, который сейчас шёл вдоль дороги, чуть прихрамывая, останавливаясь через каждые полсотни метров. Старая, но чистая одежда, отстранённый вид – всё это вызывало у проезжавших в машинах людей скорее сочувствие, чем неприятие. И через некоторое время одна из таких машин остановилась. Перед стариком призывно открылась дверь.
- Сеньор, Вас подвезти?
- У меня нет денег, чтобы оплатить проезд. Спасибо, но поезжайте. Мне не так далеко. К утру дойду.
Из машины выскочила девушка и замахала руками.
- Садитесь, прошу. Не надо никаких денег. Только скажите где остановить.
- Спасибо, милая. Как и говорил – мне не так далеко.
Чемодан старик забрал с собой. Сел на заднем сиденье и замолчал.
- Ну, Вы и попали, дедушка. Погода отвратительная. Дождь, на море шторм. Ветер такой, что сбивает с ног. Что Вас заставило отправиться в путь в такую погоду?
Парень лет двадцати пяти, который вёл машину, напряжённо смотрел на дорогу. Лобовое стекло заливало потоками воды и дворники работали на самой высокой скорости. Погода с каждой минутой ухудшалась.
- Гостил у детей, но, видимо, приехал хоть и по приглашению, но не всем моё присутствие понравилось. Когда понял, что лишний в их доме, решил вернуться домой. Лучше промокнуть под дождём, чем пробыть лишнюю минуту в одном доме с невесткой.
- Да, - протянула девушка. – Такое, к сожалению, в жизни случается.
Разговор на короткое время прекратился и вскоре старик попросил притормозить.
- Здесь недалеко живут мои знакомые. У них проведу ночь, а утром, когда погода улучшится, доберусь уже до дома.
- Так давайте мы сами Вас довезём? Мы не торопимся, - девушка полуобернулась, но старик заметил, что рука парня коснулась руки спутницы. Видимо ему не хотелось ехать по такой погоде неизвестно куда.
- Спасибо, милая, но Вы сами поезжайте куда путь держите. Спасибо Вам за помощь и сочувствие. Пусть Ваш дальнейший путь будет лёгким, осененный светом Девы Марии и всеми святыми.
Машина остановилась, и старик покинул салон, потом вынул и чемодан.
- Будьте счастливы, дети. Спасибо за милосердие. Добрые дела никогда не остаются незамеченными.
Старик аккуратно захлопнул дверь, и машина поехала дальше.
- - -
Молодые люди долго не разговаривали, каждый думая о своём и только заехав в гараж своего дома, парень, закрыв глаза, затряс головой, словно изгоняя наваждение.
- Знаешь, Лори, не могу забыть старика, что мы подвозили. Какой-то он странный. Говорил правильно, но так словно подбирал каждое очередное слово. Мне показалось, что он француз. Пробивался акцент. Ему на первый взгляд далеко за семьдесят. С другой стороны, чем больше я вспоминаю его слова, анализирую движения, мне кажется, что это был совсем молодой человек. Не подросток, но лет восемнадцати не больше. Не те движения, что у стариков. Излишне резкие, что ли.
- Ты сейчас говоришь так, словно продолжаешь вести приём в клинике. Забудь хоть ненадолго что ты врач. Ой, а это что? – девушка обратила внимание на то, что лежало на месте, где сидел старик. Открыла дверь и взяла в руки небольшой медальон.
- Марко, Смотри! Дева Мария с Христом на руках.
Парень с осторожностью взял в руки протянутый женой медальон.
- А он ведь даже не из серебра, из золота.
- Старик выронил? Потерял? – голос девушки задрожал от волнения.
- Нет, милая. Смотри – цепочка целая и замочек застёгнут. Старик не потерял – он нас так отблагодарил за помощь. Помнишь его последние слова? Когда желал нам добрый путь, осенённый светом Девы Марии? И мы ведь в самом деле добрались до дома без приключений. Видела же сама, сколько было аварий на дороге. У меня такое впечатление, что мы доехали даже быстрее чем обычно.
- А у меня чувство, что это был знак свыше. Нас испытывали, Марко.
- И мы, получается, это испытание выдержали? – Мужчина обнял жену и прижал к себе. – Я люблю тебя, милая.
- И я тебя, любимый…
Глава 5
Дима, конечно, диалога молодых людей слышать не мог. Он оставил в машине ту вещицу, что, пока сидел в пещере, нащупал в подкладке пиджака. Как туда попал медальон, не понял, но отблагодарить молодую пару, проявившую к нему сочувствие и доброту, посчитал нужным. Ну и что, что медальон был из золота. Как к нему пришло, так и ушло. Зато в душе сейчас царило умиротворение.
Замотав чемодан плёнкой-стрейчем, что забрал из пещеры, засунул его подальше в кусты, которые густо росли возле дороги и медленно двинулся к скальной гряде, что двумя «языками», словно щипцы, охватывало виллу с двух сторон от дороги до моря. Ворота и ограда отсюда были плохо видны – свет ярких фонарей, что ночью с дороги можно было увидеть с полукилометра, сейчас едва пробивался сквозь темноту и дождь. Дождь лил, словно из ведра и пару раз уже сверкнули молнии, и прогрохотал гром, но это было только начало - вдали над морем всё небо полыхало от вспышек молний и это светопреставление вместе с чёрной полосой усиливающего дождя с огромной скоростью приближалось к берегу. Дима уде вымок до последней нитки, да и под такой сильный дождь, пожалуй, попал впервые в жизни. Инстинкт требовал искать укромное место и там спрятаться, но люди, которые пришли к нему на помощь и могли пострадать… их нельзя было бросать.
Аккуратно, чуть ли не на ощупь поднялся на гряду и медленно двинулся вперёд, ощупывая ногами мокрые камни, чтобы не упасть с двадцатиметровой высоты и не сломать себе шею. Нужно было дойти до конца, до глубокой расщелины, где в условленном месте Дали должна была спрятать верёвку, которую можно было привязать к вбитой в камень скобе и по ней спуститься вниз, оставаясь незамеченным. Ветер с моря усилился, и пришлось сначала пригнуться, а потом ради безопасности и вовсе встать на четвереньки. При вспышках молний продолжил путь, запоминая, куда ставить руки и ноги, но внезапно остановился. Именно там, куда и направлялся, сейчас находились люди. Не один, минимум двое. Дима их не увидел, услышал отдельные слова, и голос одного человека был ему немного знаком. Парень лёг на камни и по миллиметрам, ощупывая руками, что находится впереди, боясь сдвинуть камень, который при падении мог вызвать шум, стал приближаться. Пять метров, четыре… три. Достаточно. Теперь немного вправо, чтобы оказаться за спиной людей, которых увидел при очередном всполохе вспоровшей чёрное небо молнии. Те стояли на коленях у самого края, перед обрывом, разглядывая ярко освещённое здание, что было ниже них и в полусотне метрах. Оба непроизвольно дёрнулись от оглушающего громового раската, вжав головы в плечи. Не сговариваясь, посмотрели на море и грозу – минут через пять их должно было накрыть.
- Ты меня убеждал, что ночь будет безоблачной и русский обязательно вернётся именно сегодня. Где он? Подходы со всех сторон перекрыты моими людьми и если бы он появился, мне уже сообщили. Сколько можно ждать? Или ты, Кэнзи, играешь на две стороны?
- Сэр, погоду ещё накануне обещали хорошую. Только утром сообщили о надвигающемся шторме и грозовом фронте. Я поставил Вас в известность, поэтому не надо делать из меня виноватого. Вы здесь руководитель, не я. Могли отменить операцию, но Вы не стали этого делать.
- Много слов ни о чём, Кэнзи. Откуда ты узнал, что парень вернётся, а не уедет? Зачем вообще был нужен этот спектакль с катером?
- Я уже говорил, Итан, охрана засекла посторонних и их внимание к особняку. Что касается спектакля, как Вы, сэр, выразились, тот русский далеко не дурак. Он хотел отвлечь внимание прибывшей группы, и решил их обмануть – уехать, а потом вернуться. С ним, ради безопасности, и дочери хозяйки не поехали – их изображали две служанки, использовав грим и одежду, которую обычно носят дочери Жаклин. Что касается, откуда узнал – я давно слушаю все разговоры - больше года назад сумел поставить прослушку, так что все планы хозяев дома для меня давно не секрет. Напомню о своей просьбе, сэр. О девушках.
- Нет, Кэнзи. Я тебе отказал сразу и повторю снова – никакого надругательства над молодыми особами или хозяйкой. Мы не можем оставить следы, которые при тщательном расследовании могут привести именно к нам. Захват, допрос и отход. Всё быстро и никто из семьи пострадать не должен. Эти люди нам не друзья, но и не враги. Уход бизнеса и финансовых активов, которыми владеет хозяйка этого дома после смерти мужа, будет болезненным для нашей страны. О недопустимости такого исхода нашему руководству было высказано с самого верха. Не от правительства и даже не от самого премьер-министра. Бери выше. Поэтому пойти против прямого приказа означает не почётную отставку и заслуженную пенсию, как ты надеялся, а гораздо худшее.
С другой стороны поместья раздался приглушённый пистолетный выстрел. Следом ещё один. Сквозь вой ветра даже сюда донёсся болезненные крики раненных людей.
Дима слышал, как один из мужчин что-то негромко стал говорить в рацию, видимо, спланированная операция пошла не плану. Третий выстрел со скальной гряды почти совпал с грохотом и вспышкой взрыва. Неожиданно на крыше виллы вспыхнули прожектора и четыре слепящих луча света уставились на скалы.
- Полиция. Всем положить оружие и поднять руки над головой. – Над виллой загрохотал голос, усиленный мощными динамиками.
Включив сирены и проблесковые маячки, на территорию стали заезжать машины. Дима насчитал четыре легковых и небольшой фургон, в которых, знал, обычно передвигается группа спецподразделения.
Но, к сожалению, у кого-то из нападавших были иные планы, чем попасть под арест. Один из полицейских, выскочивших из машины, упал на землю. За ним, схватившись за плечо, спрятался за машину другой. Выскочившие из машин коллеги споро утащили упавшего. Из фургона в сторону скал, что нависали над дорогой, прозвучали несколько одиночных выстрелов, затем пара автоматных очередей и там что-то громко бумкнуло, а потом… началась автоматная и пистолетная пальба во все стороны…
- Я понял, почему мы попали в ловушку – тебя купили. Работаешь на русского? Может быть и на макаронников? Предатель! Сдохни! – Один из мужчин, вскочив на ноги, схватил рукой другого за горло. Но тот не растерялся - выхватил из-за спины пистолет и, прижав к животу противника, несколько раз подряд нажал на спусковой крючок. Звук выстрелов был почти беззвучным - потонул в шуме дождя и раскатов грома.
Оставшийся на ногах, схватил под руки убитого, подтащил к обрыву и скинул вниз, на камни. Когда выпрямился, провёл руками по куртке, неосознанно их вытирая. Он только что убил человека, которого знал очень много лет. Тот запаниковал, обвинив его в предательстве, которого не было, но сейчас что-либо доказывать, когда нервы у всех на пределе... До Димы донёсся истерический смех.
- Итан, ты был слишком твёрдолобым. Всё равно бы мне не поверил…
Почувствовав за спиной движение, мужчина резко обернулся, но застыл, увидев направленный ему в голову пистолет. ЕГО ПИСТОЛЕТ. Но… он ведь только что сунул его за ремень, тогда как…
Перед ним стоял старик в мокрой одежде, которую лучше было бы назвать лохмотьями, но полусогнутая рука, держащая пистолет, не дрожала.
- Убить человека нелегко, Кэнзи. Тем более своего руководителя. Человека, которого знал давно. В целях самообороны? Слабая отговорка. Итан был прав – ты предал не только его и страну, но и корону, которой поклялся служить. Ты предал множество других людей ради собственной наживы и похоти. Что за такое полагается, думаю, знаешь.
Мужчина, услышав равнодушный спокойный тон, потерял самообладание. Скрипучий надломленный голос звучал словно от вестника бездны. Сообразил, что старик не случайно оказался за его спиной.
- Кто ты, старик? Контролёр? Инспектор?
Он не раз слышал от коллег, что в Службе есть секретное подразделение, где работают всего пять-шесть человек, остающиеся неизвестными и не подчиняющиеся никому, кроме Руководителя. Чаще их называли Инспекторами. Реже Контролёрами. В обязанность этих людей в первую очередь входила негласная проверка ненадёжных и подозреваемых сотрудников, а в случае подтверждении информации – ликвидация на месте без особых разбирательств.
- У тебя два варианта. Первый – сам прыгнешь вниз. В этом случае твои родственники получают страховку и неплохую разовую выплату. Пенсию, увы... Второй, если мне придётся сжать палец, они не получат ничего. Времени на решение у тебя нет. Скоро здесь появятся полицейские, с кем встречаться не хочу. Выбор оставляю за тобой. Считаю от пяти до одного. Пять. Четыре. Три. Два.
Отчёт так и не закончился, «один» не прозвучало. Кэнзи, а все обитатели виллы водителя лимузина знали под именем Патрик, сделав шаг назад, даже не оглянувшись, прошептал проклятия и прыгнул спиной назад, раскинув широко в сторону руки. Так, словно надеясь, что они превратятся в крылья и смогут предотвратить падение. Увы, чуда не произошло, и через пару секунд снизу донёсся шум от упавшего на камни тела. Видимо полицейских, которые находились неподалёку, привлёк необычный шум и несколько человек, светя перед собой фонарями, направились к скальной гряде.
Дмитрий, бросив вслед за телом пистолет, нашел приготовленную для него верёвку, привязался к скобе и спустился по расщелине на несколько метров ниже, где постарался прижаться к камням, чтобы его не заметили ни сверху, ни снизу. Дёрнув с силой шнур, хитрый узел, что был завязан наверху, развязался. Упёревшись ногами в каменные стены, смотав верёвку, сунул её между камнями. Как потом будет спускаться, а до земли оставалось ещё метров десять, если не больше, в темноте было не понять, но сейчас парень был рад, что не остался наверху – оттуда уже доносились голоса нескольких человек. Пару раз вниз посветили мощными фонарями, но над головой Димы рост какой-то кустик и Дима остался незамеченным.
Через десять минут напряжённые ноги стали уставать и парень стал ощупывать руками камни, соображая, как удобнее встать. Было бы дело днём, вопросы отпали, но сейчас, лишь в отсветах двух прожекторов, которые продолжали светить с крыши особняка совершенной в другую сторону, ничего было не разобрать. Дёрганья едва не привели к трагедии – одна его нога соскользнула с мокрого камня и, судорожно расставив в стороны руки, стараясь схватиться хоть за какой-то выступ, съехал вниз ещё на пару метров. Чертыхнулся, когда понял, что верёвку, которую оставил выше, теперь никак не достать, а камни внизу при падении не сулили ничего хорошего. Старенькая куртка, что была на нём, уже давно промокла и сейчас не согревала, наоборот – высасывала из тела последнее тепло, вися на плечах дополнительным грузом. Имелся единственный плюс – гроза, центр которой только что прошёл над ним, уходила дальше и те яростные порывы ветра, что грозили оторвать вцепившегося в камни человека, стали угасать.
Дима про себя матерился, разглядывая, как неторопливо действует итальянская полиция. Ну да, им уютно – все в жёлтых дождевиках, спешить некуда. Ползали по участку как беременные тараканы, а он, понимаешь, висит тут как паук, понимая, что так долго продолжаться не может. Ещё полчаса, максимум час и его руки разожмутся сами собой. Пальцы уже дрожат, да и холод делает своё дело…
Те два тела, что упали со скал, уже унесли и рядом людей не наблюдалось, но, по закону подлости, если он каким-то образом всё же сможет спуститься вниз, а не упадёт, кто-нибудь их этих «желтеньких» точно сюда припрётся.
Безумно захотелось пить и спать, но больше парень мечтал о тёплой ванне. Неожиданно вспомнил, как в Ницце на вилле Джули они около двух часов валялись в джакузи. Коктейли, нежная кожа девушки, её ласковые руки и…
- «Интересно, что она сейчас делает? О чём думает? Осознаёт в полной мере, что едва не стала причиной моего ареста? Скорее всего, да. Вернулась из Штатов или… Джули… Я ведь до конца так и не понял что чувствовал к этой девушке. Любил её? Скорее нет, чем да. Хотя какая-то химия между нами точно была. Не только близость и удовольствие от совместного общения и поездок. Странно другое – чем дольше мы были вместе, тем с каждым разом тяжелее расставались. И такое чувство было не только у меня. Джули, когда в последний раз сообщила, что ей надо уехать минимум на месяц, смотрела не на меня, а в окно. Было видно, что ей не хочется расставаться. Мы ведь тогда, не сговариваясь, тяжёлый разговор перевели в шутливую форму, мол, ещё пара командировок и кто-то из нас точно не выдержит – предложит партнёру перейти на новую ступень отношений. Смеялись, да, но всё это было через силу… А теперь… Джули далеко, а рядом, буквально в полусотне метров в тёплом доме находятся две его ровесницы, которые не от ума, а явно от придури заявили, что хотят выйти замуж. Ага. За человека, которого видели всего день. Девицы с тараканами-мутантами в голове, каких ещё поискать. Даже две других девушки и то были более благоразумны. Ещё их мамаша с сердечками и недвусмысленными намёками. Может быть, я себя накрутил, придумал, и ничего такого и в помине нет, но возникает вопрос - с чего тогда у всех ко мне такая забота? И кто, интересно, попросил обо мне побеспокоиться? Этот таинственный человек, пожалуй, самый интересный персонаж. Не Денис Самойлов, точно. Тогда кто имел возможность напрямую обратиться с просьбой к Жаклин, к человеку, к которому в обычной жизни даже близко не подойти? Дала ведь обмолвилась в разговоре, что Жаклин после смерти мужа стала наследницей огромного состояния и теперь входит в сотню самых богатых людей Европы, а её театральная деятельность – не более чем видимость. Скорее меценатство и светское времяпровождение».
Хлестнувшая по лицу верёвка вывела Диму из полусонного состояния и мыслей, что занимали его голову уже неизвестное количество времени. Коснувшись рукой, понял – это была альпинистская верёвка, не бытовая. Плотная, жёсткая, идеально круглая. Медленно потянул на себя, и тут же рука почувствовала три лёгких рывка, затем три потяжки и снова три рывка. Похоже на SOS в нелепом исполнении. Потянул с силой верёвку на себя, но та не поддалась. Видимо её уже привязали к одной из тех металлических скоб, что были вбиты наверху в скалы через каждые пять метров. Для чего вбиты? Кто знает. Сейчас перед ним стоял более важный вопрос – попытаться вскарабкаться наверх или спуститься вниз? Но, когда двумя руками ухватился за верёвку, понял – наверх залезть точно не сможет – все мышцы тела превратились в камень, стали чужими. Пропустив шнур между ног, оттолкнулся от своего временного пристанища и скользнул вниз. Секунда, две, три… и он встал на ноги, но тут завалился на бок – ноги не держали. Отпустив верёвку и чуть её дёрнув, Дима увидел, как та сразу ушла вверх. Неизвестный человек, который пришёл ему на помощь и сейчас находился на скале, не стал оставлять следы – быстро сматывал верёвку. Парень попытался подняться, но ноги в должной мере не работали – все мышцы онемели. Тянули, мелко покалывали. Иногда пронизывало болью от поясницы до ступней. Нащупав в темноте большой камень, подтянулся и, изловчившись, на него сел, растирая ноги. Одну за другой. Диму трясло от холода, но больше всего сейчас хотелось пить. Ничего не хотелось больше, чем стакан обычной воды. Мысленно рассмеялся – сверху продолжал лить дождь, правда, уже не такой сильный, как ещё час назад, а он мечтал о стакане с водой. Закинув голову, открыл рот. И тут же закрыл, чуть не закашлявшись.
За ним пришли, когда Дима снова впал в полусонное состояние. По силуэту понял, что это была одна из девушек-служанок. В полном молчании помогла ему подняться на ноги и повела к дому. Было обидно до слёз – до жилья, где было тепло и сухо, оставалось меньше полсотни метров, но даже сейчас, когда полиция и следователи уехали, его, словно преступника, провели в темноте через запасной выход и там передали в руки другой девушке, Дали. Та помогла дойти до комнаты и оставила парня одного, попросив, чтобы тот до утра не включал в комнате свет. Ушла. Вдобавок снаружи закрыв дверь на ключ.
Дима в темноте добрался до ванны. Содрал с себя грязную и мокрую одежду и, наконец, залез в ванну. Включив горячую воду, сначала постоял под душем, ощущая, как тело перестаёт трястись и наполняется жизнью. Потом заткнул сливное отверстие пробкой и лёг, закрыв глаза от удовольствия. Сейчас он был наверху блаженство, но понял, что не сделал главное – не убрал грим, а обычной водой его смыть было невозможно. Пришлось вставать и, плотно закрыв дверь, обмотавшись полотенцем, идти в комнату. Там, в прикроватной тумбочке, он оставил три флакона. На ощупь найдя, зачем пришёл, вернулся в ванну и полчаса занимался тем, что возвращал себе настоящую внешность. Только потом, глянув на себя в зеркало, сообразил, что его выдумка с отъездом ему может дорого обойтись. То, что он простыл, понимал. Главное – не усугубить состояние. Снова залез в ванну, на этот раз выключив свет, стал считать вслух, боясь вырубиться в горячей воде. Досчитав до тысячи, кое-как вытерся и уже в комнате не стал снимать покрывало с кровати, понимая, что так ему будет теплее. Едва мокрая голова коснулась подушки, выключился…
* * *
Ему казалось, что ночью к нему заходили. Кто-то пытался разбудить, но у незваного гостя, скорее, гостьи, ничего так и не получилось. Ни на поглаживание, ни на лёгкие поцелуи парень никак не реагировал и его оставили в покое.
Проснулся сам. Сразу и полностью. На настенных часах было почти двенадцать. Дима закрыл глаза и «прогнал» организм через самодиагностику, как его учили много лет. Легкие растяжения. Пара ссадин на спине и длинный порез на правой руке – явно где-то задел камень. Вчера ничего не чувствовал, зато сегодня кожа саднила. Хорошо, кровь не шла. Явной простуды, к немалому удивлению, не было, хотя, как говорят, ещё не вечер, но глубокое дыхание было чистые. В лёгких не булькало и горло не першило. Рывком поднявшись, провёл сокращённый второй комплекс упражнений, который предназначался в первую очередь для разогрева мышц. К завершению зарядки понял, что день-два ему стоит быть аккуратным. Увидев на стуле пакет с одеждой, поинтересовался что внутри. Оказался спортивный костюм. Новый, с бирками, но размер подошёл, как и кроссовки, что стояли у входа. Вспомнил, что чемодан с вещами до сих пор лежит в кустах недалеко от дома. Его одежда там, наверняка вся промокла. Когда зашёл в ванну, убедился, что старая чужая одежда отсутствует. Хмыкнул – видимо женщина ночью в его кровати ему не приснилась. В самом деле была. Другой вопрос, что она ничего не добилась – парень спал мертвецким сном.
Через пару минут короткий стук в дверь и в комнате появилась Дава, толкая перед собой столик на колёсах.
- Доброе утром, Ди-митрий. - Вот не могла она, когда волновалась или злилась, произнести имя за один раз. Всё время дробила на две части. – Все встали рано и позавтракали ещё несколько часов назад, но тебя сказали не тревожить. Кушать будешь? Я накрою на стол, хорошо?
- Спасибо за персональное обслуживание. Чувствую себя при этом каким-то особенным.
У девушки на лице на секунду мелькнула улыбка, но тут же исчезла. Её смуглое лицо потемнело ещё больше.
- В данное время хозяйка вместе с дочерьми отсутствует. Рано утром позвонили из больницы – скончался Бернар. Предварительно – он не смог пережить третий инфаркт.
- Мои соболезнования, Дава.
- Не стоит. Ни я, ни сестра не любили Бернара. Он был чрезвычайно похотлив. Не пропускал ни одной смазливой мордашки. Об этом знали все окружающие и знакомые, да и сам он считал это скорее своим достоинством, чем недостатком. К нам тоже приставал, но, видимо, вовремя остановился. Боялся, что может покинуть этот мир раньше, чем ему отведено.
- Жаклин знала? – недоумённо поинтересовался парень.
- Не могла не знать. Они оба… как бы сказать, друг друга стоят… Себя в этом плане не ограничивали. – Девушка смутилась, отвернулась и постаралась побыстрее закончить неприятный разговор. Выставила на стол тарелки и посредине стола, словно Эйфелевую башню, установила огромный кофейник. – Приятного аппетита. Я зайду через полчаса и уберу посуду. – Уже у дверей девушка остановилась. – Стив тоже уехал. Ему надо закрыть вопрос с ночным происшествием. Об этом нас просил не распространяться. Сказал - приедет, сам всё расскажет. И ещё, Ди-митрий. Он просил передать, чтобы ты сегодня не выходил из дома. По крайней мере, до его возвращения.
После плотного и вкусного завтрака Дима не знал чем себя занять, но вскоре вспомнил о спортзале и спустился в подвал. Обувь оставил у входа, снял верх спортивного костюма, а следом, коль был один, разделся до плавок. Начал с главного – дыхания. Через четверть часа медитации плавно перешёл к растяжке и, почувствовав прилив сил, перешёл к шестому, пожалуй, самому сложному комплексу упражнений. Час гимнастики, комбинированной с боевыми связками. Удары ногами, руками. Бой с «тенью», потом с макиварами, благо в зале были таких два – один, как ни странно, сделан из дерева, растянутый на пружинах и тросах с противовесами, а другой более привычный – подвесной, из кожи, с нарисованном на нём кругами. Начал с привычной и некоторое время отрабатывал ударную технику, а вот с подпружиненным манекеном было намного сложнее – снаряд после сильного удара начинал двигаться непредсказуемо и пару раз пришлось приседать и уворачиваться, чтобы самому не получить ответный удар в торс...
Дима заметил, что в зале появись гости, но продолжил заниматься.
Закончив наносить удары, винтом, скручивая ноги туловище, опустился на пол. Закрыл глаза и глубоко вздохнул, успокаивая разгорячённые мышцы и нервы. Контроль над дыханием – ничего больше на данный момент его не интересовало. Когда закончил, открыл глаза.
У двери на скамейке сидели сестры, Дали и Дава и Стив. Молчали, не желая нарушать тишину.
- Дима, ты не мог бы с нами позаниматься? – не поднимая глаз, жалобно попросила Дали. – Мы ведь так и не закончили свой курс, а у тебя, видели, есть те связки и элементы, которые нам не показывали. Особенно в работе ногами. Ты же испытал других сестёр, а мы…
-… Мы, говорили преподаватели, двигаемся намного лучше их, - продолжила за сестрой Дава.
Стив молчал, но его глаза, кажется, сейчас смеялись.
- Девушки, обещать не могу, потому что я так и не решил – останусь здесь или уеду. – Дима тяжело вздохнул, разводя в сторону руки. - Если честно, считаю, что не вправе становиться чьим-либо учителем – потому что понимаю, что мне самому до совершенства очень далеко. Предстоит учиться и учиться долгие годы. Если всё же останусь, смогу дать основу, не более. То, что знаю в совершенстве. Может быть, подготовлю до среднего уровня, на котором сам нахожусь, но достичь со мной мастерства… такого не ждите.
- Ты очень деликатен, Ди-митрий. – Дава поднялась со скамьи и согнулась в поклоне. – Даже если мы сможем достигнуть того, что видели в твоём исполнении, это для нас уже будет большим шагом вперёд.
- Давайте сейчас поговорим несколько о другом. – Стив видимо хотел изобразить улыбку, но на его изуродованном лице всё превратилось в звериный оскал.
- Стив, подожди. Позволь мне сначала принять душ. Это займёт совсем немного времени. – Дима поднялся плавным движением и потянулся всем телом как большой кот.
- Хорошо. Тогда встретимся в столовой через пятнадцать минут. Вас тоже попрошу присутствовать, - мужчина ласково обнял девушек и на мгновение прижал их к себе, но сразу же отпустил. – А если ещё сделаете кофе, будем оба благодарны.
- Хорошо, - смуглые девушки поднялись и вышли из спортзала. Стив вышел следом.
Принять душ и одеться – дело пяти минут, и Дима оказался в столовой чуть раньше мужчины.
- Как получилось с полицией? – парень с ходу решил не отвечать на вопросы, а задавать их самому.
- Оговорённую ранее легенду, что нападение на виллу совершили конкуренты по бизнесу Жаклин, они проглотили с лёгкостью, ведь из пяти, кого мы засекли, в живых остался только один, да и тот вряд ли выживет – пуля прошла ступню, пах и осталась где-то в животе. Документов ни у кого из налётчиков не было, зато оружия навалом. Я видел в региональном отделе - стволы старые, номера сбиты. Видимо планировали всё бросить на месте, подобного хлама не жалко. Дима, ответь на вопрос - откуда у тебя знания по диверсионной подготовке? Или это секрет?
- Это ни какой не секрет, Стив, - улыбнулся парень – Подобные самодельные мины, если память не подводит, широко использовалось ещё вьетнамцами в войне против американцев. Нужны гвоздь, кусок алюминиевой или пластиковой трубки, дощечка и патрон. Хорошо, если под рукой будет пружинка, но можно обойтись и без неё. Больше ничего не надо, кроме времени и терпения. Наступил на дощечку, наколол на гвоздь капсюль патрона, и получи пулю в ногу или пах. Зачастую люди избегали ранений – пуля проходила мимо или патрон не срабатывал, но когда таких «мин» на тропе было закопано множество, это могло остановить даже большой отряд. Появлялись раненые, которые требовали внимания, да и психологическое состояние команды резко падает. Я сегодня слышал три срабатывания, а мы спрятали среди камней десять зарядов.
- Сработали четыре. Остальные мы сняли, как только уехала полиция, – Дали, поясняя, сидела за столом и, словно школьница-отличница сложила на столе руки, одну на другую. – Две, одна за другой и ещё две одновременно с хлопушкой. Две других хлопушки, что не сработали, тоже сняли. Мы, после того, как вокруг дома закончилась стрельбы, сидели и молились, чтобы полицейские в темноте не наступили на твои «игрушки», но, к счастью, обошлось. Полицейские шли по центру, не подходили близко к краю, как те, другие…
- Двое погибли не так от «мин» и ответного огня полиции, как, получив ранения, растерялись. Пытаясь спрятаться, сорвались со скалы. Ливень, скользкие и замёрзшие камни, темно, хотя все нападавшие имели приборы ночного видения. - Дава привычно продолжила за сестрой. - Двоих ты… уронил, хотя полицейские решили, что те сами упали. Не сразу разобрались, что один из них с пулевыми ранениями... Потом нашли пистолет… Пятый, снайпер, сделав несколько выстрелов, был ослеплён прожекторами и, попытавшись отползти, после ранения тоже сорвался со скалы – там узкая ровная площадка, два метра на один, а ночью восприятие пространства искажается. Больше, чем огонь полицейских, его испугала сдвоенная хлопушка, которую Стив с помощью коптера забросил под скалу. К тому же, и полицейский снайпер сработал хорошо – дважды попал. Последний, шестой, кто до сих пор жив, пытался уйти морем, но, как ты и предполагал, нарвался на парный заряд уже у самой воды. Там для прохода очень узкое место, миновать его никак нельзя. Одна пуля прошла рядом, зато вторая…
- Ясно. Стандартная усиленная пятёрка плюс неожиданный довесок в виде Патрика. – Спокойно выслушав девушек, Дима обернулся всем телом к Стиву. Именно начальнику охраны по роду профессиональной деятельности сейчас предстояло выдержать серьёзную оплеуху. – Патрик - вымышленное имя, Стив. Настоящее – Кэнзи. Он, устроившись к Жаклин личным водителем, долгое время шпионил за семьёй. Контролировал все поездки и контакты Жаклин. Что хуже – войдя в число доверенных лиц, напичкал дом подслушивающей аппаратурой. Не исключаю, что не только этот дом. Вероятно, что и в телефон Жаклин сумел поставить жучок. Поэтому знал содержание всех разговоров, что велись внутри дома и, естественно, обо всём докладывал своему руководству. Именно он и сообщил, что вечером я вернусь. Поэтому британцы ждали моего появления до последнего, не атакуя поместье. В той бухте, где Алонсо пришвартовал свой катер, меньше чем через полчаса появилась машина и прибывшие люди смогли убедиться, что катер, в самом деле, стоит именно там. Ещё через пару часов вдоль дороги над скалами пролетел дрон. Не видел какой, но по звуку винтов понял, что тяжёлая модель. Вероятно, оснащённый поисковыми детекторами, но меня им обнаружить не удалось. Отсюда вывод – вы, девушки, когда вернулись, кому-то рассказали, что из-за шторма до пункта назначения не добрались, и я поехал дальше один. Так?
- Да, рассказали Стиву и Жаклин у входных дверей, когда они удивились, увидев нас входящими в дом намного раньше планируемого срока. – Дали смутилась. – Мы же не знали о прослушке.
- Кстати о «жучках», – Дима с усмешкой смотрел на растерянного мужчину. – Патрик видимо сумел сделать из виллы студию звукозаписи, как уже сказал, давным-давно. Вероятно, пишут не только звук, но и видео. Как ты, наверное, уже сообразил, всё это было сделано не ради вероятной перспективы моего появления. Семья Жаклин их интересовала по более важному вопросу – бизнес. Я услышал кусок разговора, который подтверждает сказанное сейчас. Что касается меня самого… До появления во Франции, за мной слежки не было. Позже не раз проверялся, и всё было чисто, пока не появился на вилле. Да, меня усиленно искали по всей Европе. Видимо и Патрик получил ориентировку, а может быть всё наоборот – он сообщил руководству о появлении нового человека в окружении, а потом и в доме Жаклин. Когда всё сошлось, британцы стали форсировать события, понимая, что я в любой момент могу снова исчезнуть, а задел их самолюбие очень сильно.
- Странно, - мужчина после слов парня расстроился ещё больше. – Мы раз в месяц проводим полное сканирование дома, и до сих пор здесь всё было чисто.
- Чисто, потому что эта техника хорошо экранирована или работает в пассивном режиме. Для поиска нужна профессиональная аппаратура. Если такой нет, вызывай людей из специализированной компании. Лучше той, которая сотрудничает с контрразведкой, ведь Жаклин не входит в число обычных людей, а в конечном итоге во всём будешь виноват ты, Стив, никто другой.
- Ты сейчас вскипятил мой мозг, Дмитрий. – Мужчина медленно поднялся и с силой потёр виски. – Мы ведь все считали, что Патрика убили при нападении, что он оказался у скал совершенно случайно. Его проверяли в центральном офисе службы безопасности и вопросов не возникло.
- Ага, - рассмеялся Дима. – Гулял он там. Дышал свежим январским воздухом в грозу под ливнем. Самое время и место. Боже, какие Вы наивные… Стив, тебе Жаклин передала текст сообщения, которое я ей отправил?
- Нет, ничего не говорила.
- Вот и хорошо. Значит, она последовала моей просьбе никому не сообщать, что в её окружении работает «крот». Хотя тебе могла бы и сказать.
- Могла, – кивнул Стив. - Мы с ней близки и доверяем самое сокровенное. Тогда… я займусь делами?
- Минута… - парень некоторое время молча смотрел перед собой. Потом перевёл взгляд на мужчину. - Я ведь только сейчас сообразил, почему Патрик не остался со всеми в доме, а фактически себя раскрыл, когда полез наверх, чтобы встретиться со своим знакомым, руководителем группы. Видимо он прочёл сообщение, которое я отправил Жаклин, где открытым тестом написал, что в её кружении есть человек, сливающий информацию на сторону. Сообразил, что пора уходить, ведь здесь не так много людей и его быстро вычислят. - Стив, надо сообщить Жаклин, чтобы она срочно сменила телефонный аппарат, а заодно и симкарту.
- Сделаю, - кивнул мужчина.
- Меня вот что ещё интересует – а где всё время находился этот шофёр, Патрик? За те дни, что я здесь провёл, его ни разу не видел.
- Он, когда привозит хозяйку, останавливается в съемном домике неподалёку, - Дава ответила вместо мужчины.
- Понятно. Тогда последний вопрос. Дали упомянула, что снайпер сделал несколько выстрелов. Вероятно, стреляли и другие. В кого?
- А… - протянул мужчина. – Двое полицейских ранены, но легко – на них были бронежилеты... Из наших… Марк, спровоцировавший первый выстрел снайпера, да и всю дальнейшую стрельбу, вышел из дома, чтобы отнести в бак мусор. Комплекцией он очень похож на тебя, да и одет был в похожую куртку. Видимо стрелок знал, как ты одет, но лица из-за накинутого капюшона увидеть не смог. Спускаясь по ступенькам, а их всего-то две, Марк поскользнулся и упал. Пуля в этот момент пролетела над его головой, насквозь пробив входную дверь и на кусочки разнеся старинную китайскую напольную вазу с искусственными цветами, которую Жаклин берегла и просто обожала...
- Подобное счастливое стечение обстоятельств бывает только в кино, - хмыкнул Дима. – Если не учитывать, конечно, разбитую вазу.
- Не такое и счастливое. Марк при падении в двух местах сломал правую руку, а он повар. Так что теперь занимаюсь поисками человека, кто нас будет кормить, а ты говоришь – «счастливое стечение обстоятельств»…
Дима не сдержался, захохотал в голос. Через секунду присоединились две девушки, да и Стив не удержался, хмыкнул, сообразив, насколько двусмысленно прозвучали его слова…
Когда за мужчиной закрась дверь в столовую, парень повернулся и оказался под прицелом двух пар антрацитово-чёрных внимательно наблюдавших за ним глаз.
- Спасибо за помощь. Если бы не Вы.
Девушки переглянулись.
- Мы не поняли, за что ты нас благодаришь.
- За канат, который сбросили сверху. Прежний ведь пришлось скинуть, чтобы не заметили сотрудники полиции, когда полезли на гребень для проверки.
Снова обмен взглядами и Дали медленно повела головой, отрицая.
- Мы тебе помочь никак не могли. Все, кто находился на вилле после начала грозы, были здесь, в столовой, по приказу командира полицейской спецгруппы. Жаклин с детьми, мы и Стив с сотрудниками охраны. Даже Рубио, садовник, который живёт в служебном домике, и Марк, повар, который сломал руку. Медик из полицейского спецназа бинтовал ему сломанную руку и накладывал временную фиксирующую повязку. Здесь все окна выходят на море. Кто находится в столовой, не видны ни со скал, ни со стороны дороги. Поэтому недоступны для пуль – с двух сторон от кухни находятся технические и служебные помещения, а сверху жилые помещения. Здесь усиленные несущие стены. Над окнами встроены защитные экраны, которые по тревоге опускаются, и комната фактически превращается в бункер, в котором можно переждать цунами и даже землетрясение. Эту виллу строил умный человек, который заложил мощный фундамент и ещё при строительстве в землю и скалы были вбиты сваи, тем самым прочно привязав весь дом…
Дима то, что ему рассказывала девушка, слушал уже невнимательно. Её слова, что все работники виллы находились в одном помещении, удивили и насторожили. Тогда кто тот неизвестный спаситель, в трудную минуту пришедший на помощь? И ладно бы просто протянул руку, нет. Человек точно знал, что Дима спустится по верёвке и потом её снимет. Рассчитал даже, что и зависнет посредине, чтобы не попасть в руки полицейским.
- «Для этого ему надо было все мои шаги просчитать настолько точно, до деталей, как я сам просчитал. Где-то заранее найти или купить шнур, переждать грозу и оказаться в нужном месте в нужное время сразу после ухода полицейских, при этом с ними не столкнуться. Мистика какая-то… А женщина, что прижималась к нему ночью, пытаясь разбудить? Это не галлюцинации и не сон. Я даже запомнил слабый духов. Не свежий, уже въевшийся в кожу за долгое время использования. Кто-то хотел остаться неизвестным. Сообразила, что надо избавиться от всего, что в дальнейшем может выдать. Тщательно вымылась, но не рассчитала, а может, не предполагала, что у меня обострённое восприятие на раздражающие запахи. Здесь доминировала лаванда. Это не основной запах духов, но то, от чего трудно избавиться… Что-то похожее я чувствовал дважды – в спортзале, когда подо мной лежала Аннина, и на пляже, когда близко подошла Жаклин. Нет, торопиться с выводом не стоит. Похожими духами может воспользоваться любой. Любая»...
- Девушки, ещё вопрос. Скажем так, личного, даже интимного плана. – Дима контролировал реакцию сестёр. – Когда меня встретили и довели до комнаты, попросив не включать свет и покинули, закрыв дверь на ключ снаружи… Я разделся, вымылся под душем, полежал в ванной, а, добравшись до кровати, отключился. Утром одежду, что ранее была на мне, не нашёл. Вместо неё на стуле обнаружил спортивный костюм, а у входа кроссовки. Перечисляю то, что помню и видел. Вопрос будет иного плана. Кто ко мне заходил, когда я спал? Пытался разбудить? Гладил, едва слышно что-то говорил, а что, признаюсь, не помню. Кто, раздевшись, забрался под одеяло и безуспешно пытался добиться близости? Я уверен - одна из Вас утром или ночью заходила ко мне в комнату – убрала грязную и мокрую одежду, взамен оставив новый комплект, но не думаю, что решилась бы на столь бесцеремонный шаг забраться под одеяло. Что скажете? Если я не прав и это была одна из вас, просто кивните, попытаюсь понять. Если нет – хочу услышать предположения, ведь вы двое, как понимаю, выполняете функции личных телохранителей не так дочерей Жаклин, как охраняете её саму. Тогда почему вы сейчас здесь, а не с ней?
Ни одна из сестёр не стала оправдываться. Молчали несколько минут, опустив головы, на удивление не глядя друг на друга, что для Димы было привычным.
- То, что ты сейчас сказал, с одной стороны удивляет, с другой… настораживает. – Сейчас первой заговорила Дава, что также было необычно. – Мы всю ночь по очереди дежурили на этаже. Ключ от твоей комнаты передавали друг другу. Старую одежду забрали из ванной уже утром. Тогда же и положили новый комплект, потому что ты вернулся без чемодана, где была твоя повседневная одежда. Знали, что здесь оставил лишь костюм и две сорочки. Спортивный костям был предоставлен по прямому приказу хозяйки, но, Ди-митрий, ночью к тебе никто не заходил, и уж тем более не будил и не лез в постель. Только раз, ранним утром, ко мне подошла Мари и поинтересовалась, когда ты вернулся. Ответ её устроил и других вопросов не задавала.
- По второй части вопросов отвечу я, – в разговор вступила Дали. – Хозяйка с детьми и двумя сотрудниками охраны уехала утром, около семи, после звонка из больницы. Мы здесь оставлены для твоей защиты. Из Парижа в Ливорно вызваны сотрудники личной охраны и другие доверенные лица, кто будет заниматься перевозкой тела Бернара во Францию и организацией похорон. Для тебя Жаклин оставила приказ оставаться здесь.
- Мне? Приказ? – удивился Дима, и Дали мгновенно среагировала.
- Прости, неправильно выразилась. Она настоятельно тебя просила остаться здесь ещё на неделю, пока не закончатся печальные обязанности. Просила передать, что потом приедет сама, а если не получится, предложила тебе переехать в Париж. Выбор места для обучения девушек оставляет за тобой. Сама ни на чём не настаивает. Предварительный контракт для согласования пришлёт с курьером уже завтра.
Дмитрий был несколько удивлён столь резким изменением тона разговора. Короткие фразы в деловом стиле и полное отсутствие эмоций. Вместе с тем обе девушки были напряжены, словно в ожидании неминуемой угрозы. Они ещё не понимали, оттуда та исходила, но были готовы вступить в бой немедленно. И это не было предположением – у каждой из сестёр под форменным передником и свободной блузкой в подмышке угадывалась кобура с оружием. Опытный взгляд сразу отметил малозаметный перекос плеч, но он был.
- То есть… - Парень глубоко вздохнул, выдохнул и, задрав голову, посмотрел на потолок. – Хотите сказать, ночью в комнате никто не появлялся, ничего не происходило и всё это мои фантазии?
Девушки сохраняли молчание и только когда Дима стал вставать, Дали снова покачала головой.
- Мы не можем принять сказанное тобой за выдумку, но, в таком случае, система охраны имеет существенные прорехи или в доме имеются тайные проходы, которые нам неизвестны. Мы убедительно просим тебя начальнику охраны ничего не говорить, пока сами всё не выясним.
- Хорошо, – парень согласно кивнул. – Как Мари и Анни приняли информацию о смерти отца?
- Более спокойно, чем ожидалось. Сплакнули, но это было скорее рассчитано на маму. Жаклин же, как показалось, подобного исхода ожидала давно. Пара звонков и люди приступили к реализации плана, давно подготовленного на подобный случай.
- В таком случае продублируйте для неё мою просьбу сменить телефонный аппарат и симку.
- В жизни хозяйка пользуется защищённой связью. Тот аппарат всегда при ней и регулярно проверяется службой безопасности. Тебе же продиктовала номер телефона местного оператора и тот аппарат в данный момент лежит в её кабинете на столе.
- Который является приманкой? – Дима улыбнулся. – Умная и предусмотрительная женщина. Что ж, я рад за неё.
В комнату зашёл Стив и постучал в уже открытую дверь.
- Девушки. Через полчаса приедут сотрудники технического отдела для того, чтобы проверить дом. Вы нужны для контроля. Димитрий, ты можешь провести это время в своей комнате или в спортзале.
- Лучше в комнате. – Парень поднялся со стула и, уже у дверей, подойдя вплотную к мужчине, прижал указательный палец к замку молнии на его куртке. – Моё полное имя Дмитрий, не ДИмитрий. Убери одну букву и всё будет хорошо. Именно так правильно звучит русское имя, не итальянский или греческий вариант... Кстати, это касается и Вас, девушки. Не следует коверкать имя, данное мне при рождении. Я ведь могу ответить тем же, и у Вас подобное обращение не вызовет ни радости, ни удовольствия. Вы, в отличие от Стива, делаете это осознанно, только зачем? Это понять не могу. Трудно произносить полное имя, называйте сокращённо – Дима или Дим. Если подобное хоть раз повторится, вернёмся к тому, с чего начали – меня по всем настоящим документам, отмечу это особо, зовут Жан-Поль Сенье. Не отдельно Жан или Поль, а вместе. Буду реагировать только на это имя. А сейчас, пожалуй, вам всем следует заняться своими прямыми обязанностями. Не смею больше задерживать. Понадоблюсь – я в предоставленной мне комнате.
Когда парень ушёл, девушки переглянулись, но первым отреагировал Стив. Неодобрительно посмотрел на сестёр.
- Как понял, вы его довели. Парень сейчас демонстративно дистанцировался от всех нас. Последняя фраза много стоит. Все люди сказали бы – буду в своей комнате, а он смог чётко определить границы - здесь нет ничего его, и он об этом ни на секунду не забывает. Не знаю, да и не хочу знать, о чём вы разговаривали, но, думаю, Дима всё для себя решил и не сегодня-завтра покинет этот негостеприимный для него дом.
- Хозяйка нам приказала задержать его здесь на неделю любой ценой, – лицо Дали потемнело. Видимо от гнева.
- Девочки, - Стив усмехнулся. – Вы о себе возомнили слишком много. Я видел, как он работал против других сестёр. Он с ними не дрался, играл. Как кот с мышатами, не продемонстрировав и сотой части той подготовки, какую получил. Вас же он просто размажет и спокойно уйдёт. Предупреждаю - лично я не буду вставать у него на пути, даже получив прямой приказ от Жаклин. Никакие деньги не заменят потерянную жизнь.
- - -
Дима не стал сидеть в комнате и изображать добровольное заточение. Несмотря на настойчивое требование не выходить из дома, у него были иные планы, от которых отступать не хотел и через несколько минут, спрыгнув с балкона, что выходил к морю, скатившись по перилам лестницы на пляж, разделся, спрятав одежду между камнями и без всплеска исчез в студёном море.
- - -
- Он ушёл морем, - дежурный оператор систем видеонаблюдения, который вызвал начальника охраны, прокрутил кусок видеозаписи, где всего на пару секунд мелькнул силуэт человека.
- Красиво ушёл, - хмыкнул Стив, ещё пару раз пересмотрев фрагмент записи. Ни лица, ни полной фигуры ни на одной из пяти камер парень не засветил. – Сколько температура воды? Градусов пять-семь? Бр-р-р. Джони, сотри этот кусок записи и сёстрам Рамзи, если поинтересуются, ни слова. Парнишка скоро вернётся, уверен, но я не хочу, чтобы между нами возникло непонимание из-за какой-то ерунды. Ты меня понял?
- Понял, Стив, - кивнул оператор и, пару раз щёлкнув мышкой, удалил выбранный фрагмент. – Готово. Как думаешь, он здесь задержится?
- Сомневаюсь, - начальник охраны остановился у двери и на миг застыл, замолчал. Потом вздохнул и медленно, с шумом выдохнул. – День, может два максимум. Для нас это даже хорошо – меньше проблем. Что касается самого парня - он человек действия, совершенно на нас не похож, но самое главное - его не купить, даже за большие деньги. Поэтому, вероятней всего, исчезнет без трогательного прощания и слёз провожающих. Был бы я в его возрасте, в сложившейся ситуации поступил точно так же…
Глава 6
Проплыть тридцать метров в ледяном море – сомнительное удовольствие. После подобного заплыва нельзя было спокойно посидеть на камнях и обсохнуть на солнце – пришлось разогревать тело упражнениями. Разогнав кровь по телу, Дима стал продираться через кусты в направлении дороги. Смотрел больше под ноги, чтобы не наступить на что-то острое, а камней и сучков хватало. До автотрассы по зарослям добирался с четверть часа, к тому же и с направлением чуть ошибся – вышел дальше, чем нужно. Пришлось ещё метров сорок ползти на четвереньках в сторону указателя, за которым и спрятал чемодан. К счастью, его захоронку с дороги никто не заметил и, подхватив чемодан, снова ушёл в заросли. Там размотал плёнку и, открыв чемодан, обрадовался – вещи, несмотря на ливень, остались сухими. Вытер ноги тряпкой, что заранее положил в чемодан. Оделся и вышел на дорогу, катя за собой пустой чемодан.
У ворот на виллу остановился. Не стал звонить в звонок, а помахал рукой перед видеокамерами и замок не ворот, двери рядом громко щёлкнул, предлагая зайти. Шутливо расшаркался и через минуту уже открыл дверь в дом, едва не столкнувшись лбами с Дали. Дима посторонился, освобождая девушке дорогу, но та не пошла дальше, резко остановилась, загородив дорогу, внимательно осмотрев парня.
- Ты?
- Нет, не я, фантомный дубликат.
- Фантомный… чего? – Газа девушки стали чуть шире. – Подожди. Ты же ведь спал в комнате. Я недавно туда заходила, но будить не стала. Тогда… кто там?
- Я там. - Парень заметил, что в коридоре появился Стив, но мужчина остановился на полушаге, затаил дыхание, едва сдерживая смех.
- Хватит мне дурить голову. – Дали закипала от злости. – Ты выбрался из дома вопреки приказу его не покидать. Жду объяснений.
- А разве мне нужно давать объяснения служанке? Дали, тебе не кажется, что выходишь за рамки дозволенного? Я бы сказал проще - разумного. Не забыла, что я не вхожу в число обслуживающего персонала особняка? Что не подчиняюсь ни тебе, ни кому-либо другому. Даже хозяйке виллы, Жаклин. Поэтому умерь норов, выпрями спину, подними голову и соответствуй своему положению в доме – тактично и без претензий. Как и подобает себя вести с гостями, приглашёнными Жаклин, не тобой.
Видимо Стив почувствовал, что спина Дали напряглась и, разрешая назревающий конфликт, негромко кашлянул, заставив девушку дёрнуться и обернуться.
- Дали, ты нарываешься. Будь добра, иди по своим делам и не задерживай гостя. Да, Дмитрий выслушал пожелание сегодня не покидать дом, но это было именно пожелание, не ограничение его свободы. Он волен в любое время как прийти, так и уйти.
- Это идёт в разрез инструкций, что нам оставила хозяйка. – Дали упёрлась словно носорог, да и, видимо, окончательно вышла из себя. Её кулаки сжимались и разжимались. Лицо стало тёмным от прилива крови. Как показалось Диме, девчонка в любой момент могла полезть за оружием. Что ж, пришла пора объясниться по-другому, коль спокойный тон до разума, к сожалению, так и не дошёл.
- Охранник, и уж тем более человек, позиционирующий себя как телохранитель, должен быть внимательным, спокойным, выдержанным и не поддаваться на провокации. Холодная рассудительная голова, мгновенная и адекватная оценка меняющейся обстановки вокруг охраняемого лица – это то, без чего телохранитель не способен выполнять свои функции. В ином случае это ширма, ходячий манекен, а не защита… Ты утром спросила - могу ли я позаниматься с Вами, верно? Тогда не ответил, а сейчас скажу однозначно – нет, не могу и не буду, потому что впустую потеряю своё время. Эмоции, Дали, эмоции. Ты никогда не станешь настоящим защитником Жаклин и её дочерей, потому что элементарно не способна оценить обстановку. Не выдержана и подвержена эмоциям и гневу. Невнимательна, допуская, что к тебе легко подойти сзади. Стив стоял в метре за твоей спиной больше минуты, а ты его присутствие не почувствовала. У тебя рука дважды дёрнулась к подмышке, где находится пистолет. Для чего? Чтобы остановить меня с помощью оружия? Меня? – Дима укоризненно замотал головой. - Девочка. Ты напрочь выключила логическое мышление, а это лишний раз подтверждает, что когда злишься, твоя голова не способна воспринимать информацию. Повторю ещё раз, - я гость, и меня пригласила в этот дом не ты, а хозяйка. Добавлю – раз у Жаклин доверенные люди не обладают даже минимальной профессиональной подготовкой, видимо и её дети такие же, раз учились в одном и том же учебном заведении. Перевоспитывать уже сложившихся людей, на мой взгляд, поздно, и это будет пустая трата времени и денег. Подведу итог. – Специализация Менеджер, на кого Вас учили и профессия телохранителя - не одно и то же. Может быть, в своей специальности вы чего-нибудь бы и добились, но, судя по подготовке, прожили б яркую, но очень короткую жизнь. По факту – вы расходный материал, в какой вкладываться себе дороже.
Дима посмотрел за спину Дали. – Стив. Попрошу тебя, как взрослого человека, присутствовавшего при разговоре, передать мои слова Жаклин – благодарен за доверие, но вынужден отклонить её предложение. Сообщи, что её дом покину уже сегодня. Прошу у неё прощения за неприятности и волнения, которые принёс этому дому своим присутствием. Глубокие соболезнования Жаклин, Анни и Мари в связи со смертью мужа и отца. А сейчас, Дали, позволь пройти в комнату, где остались мои вещи. Вскоре избавлю вас от своего присутствия.
Девушка, вся дрожа, всё же сделала шаг в сторону и Дима, пройдя в дом, кивнул Стиву и через минуту уже был в комнате, оставив наружную дверь открытой. К счастью, ключ был в замке и сейчас его вынул и положил на стол. Кто знает, что у сестёр в голове – могут попытаться его закрыть, но ведь это будет детской глупостью – окно рядом и до земли не так далеко.
Снова разместив в чемодане всё, что там лежало раньше, присел на кровать, но уже через секунду подхватился. Вышел из дома и спустился на пляж. Забрал одежду и кроссовки и вернулся в комнату. Простирнул костюм, протёр обувь. Оставлять за собой грязь не хотел.
Оставалось последнее – покинуть дом.
Короткий стук и в дверном проёме нарисовался Стив.
- Я позвонил хозяйке. Информацию она восприняла спокойно. Я бы даже сказал, что она и не рассчитывала на другое. Твои соболезнования приняла с пониманием. Что просила передать – она тебе позвонит, и просила ответить. Когда - не сказала. Что ещё. Чтобы не ловил попутку до Ливорно, через час пришлёт уже оплаченную машину такси.
- Спасибо, конечно, но не стоило так беспокоиться. Тогда, коль есть ещё время, с твоего позволения приму душ и поеду. Да, забыл спросить – что с осмотром дома?
- Полтора десятка закладок уже нашли и это ещё не всё. Завтра приедут повторно с более чувствительной аппаратурой.
- Передай Жаклин, что во всех местах, где бывал Патрик, тоже надо поискать «жучки».
- Она, после моего доклада, уже дала команду службе безопасности на тотальную проверку.
- Вот и хорошо. Спасибо, Стив за помощь и за совместную работу, а я пойду в душ. Время уходит.
Пожав руку, мужчина ушёл, а Дима, раздевшись, зашёл в ванную комнату. Не так ради душа, как пришло время снова изменить внешность.
Через полчаса русский юноша перестал существовать. Комнату, а затем и виллу покинул стильно одетый молодой француз, лицо и причёска которого мало совпадали с прежним персонажем.
* * *
У ворот виллы Дима обещанную машину такси ждал немного – минут пятнадцать. Поздоровался с пожилым водителем и, положив чемодан в открытый багажник, сел на заднее сиденье. Только через пару минут понял, что машина продолжает стоять на месте, никуда не едет. Удивлённо, не понимая в чём дело, посмотрел на водителя – его лицо было видно в зеркале заднего вида, а мужчина за рулём невольно рассмеялся. Объяснил, что названия конечного пункта так и не услышал.
- Извините, задумался. Железнодорожный вокзал в Ливорно.
- Не советую там появляться, – незамедлительно последовал ответ. - Как не рекомендую следовать и глубже в Италию. Предложенный вашим Орденом маршрут ненадёжен. Доменико, к кому рекомендовали обратиться за содействием, в данный момент находится в длительной командировке, а его заместитель, Роберто, работает со всеми, кто платит деньги. Думаю, его криминальный бизнес скоро закончится вместе с его собственной жизнью. Ну да это дела семьи Оскони, не наши. Молодой человек, могу ли я предложить свой вариант?
Дима, на удивление, оставался спокойным не только внешне, но и внутреннее. После первых же слов водителя не стал дёргаться. Сообразил, что это не подстава. Более вероятно - проверенный человек Жаклин. Может быть из той обоймы, кто ей позвонил и попросил оказать помощь Диме. Получив сейчас уже второе подтверждение о ненадёжности итальянского канала эвакуации, парень решил выслушать, что предложит этот старик, в данный момент выступающего в роли водителя, до конца. Этот пожилой человек говорит на английском прекрасно, но его внешность… это не итальянец и уж тем более не француз. Не британец и не немец. Присутствует тот лёгкий почти незаметный акцент, по которому всегда можно понять, что перед тобой человек, чей родной язык испанский или португальский.
- Внимательно слушаю. Только, для начала, хотелось бы узнать, как к Вам обращаться? Ваша родина Испания?
- Весьма неплохо для начала знакомства. – Мужчина кивнул и чуть повернул зеркало заднего вида, чтобы лучше видеть парня. – Давай всё же не будем стоять у ворот виллы? Доедем до ближайшего населённого пункта, где можно пообедать, а заодно и поговорить.
- Я за. Сегодня только завтракал, правда, поздно, – парень мысленно улыбнулся – его живот уже дважды выдал сигнал, что пора заправиться, ведь обедом его так и не накормили… Если бы остался, вопросов бы не было, но сейчас чего сетовать на невнимательность прислуги.
Меньше чем через полчаса мужчина и юноша сидели в открытом ресторане на берегу моря.
- Ты, наверное, предпочёл бы рыбе мясо? – мужчина усмехнулся. – Извини, но, приглашая тебя пообедать, посчитал правильным не только выбор ресторана, но и блюд. Я здесь был много раз. Порции большие, а цены приемлемые. Поверь, здесь замечательно готовят рыбу. Попробуешь, будешь долго вспоминать. Одно плохо – в других местах найти похожий ресторан не получится…
Чем больше Дима разглядывал лицо этого человека, тем яснее понимал – он ранее его уже где-то видел и сейчас он, как и сам парень, в гриме.
- «Углы глаз. Тонировка скул, очерчивающие нижние части, уводящие взгляд от губ чуть ниже. Немного исправлен нос… Понял. За счёт утолщения верхней части убрана естественная горбинка. Если убрать все изменения…Причёска… Так, волосы назад. Пробор. Получается… »
- Простите сеньор. Я, конечно, могу ошибаться, но Вы мне сейчас напомнили одного человека, с кем однажды виделся. В другой стране и при других обстоятельствах. Я тогда был обычным школьником, только-только перешедшим в десятый класс, а Вы, если память не подводит, прибыли туда с несколько необычной миссией…
Старик усмехнулся и, подложил обе руки под подбородок, иронично чуть склонив голову набок.
- Очень даже неплохо и меня радует наше знакомство. Внимательность и память на лица на высоте. Ответь на вопрос, только не оборачивайся – как одеты люди за столиком позади тебя?
- Там всего один человек. Женщина средних лет. Около сорока. – Дима прикрыл один глаз, с улыбкой наблюдая за реакцией старика. - Обычно носит тёмные очки, но не из-за плохого зрения. Её глаза чуть воспалены. Видимо долго не снимала цветные линзы, поэтому сейчас, когда её не видят знакомые, решила дать отдохнуть глазам. Старенькие джинсы, светлая блузка и утёплённая безрукавка. Как мне кажется, это женщина сшила сама. На ногах бежевые кроссовки. Сумку положила на соседний стул. Не новая. Закрывается не на молнию, а на замок. Тот сейчас расстёгнут. Сумка расположена так, что бы её можно было подхватить левой рукой. В таком положении правой рукой, не делая резких движений, можно достать, откинув клапан, к примеру, пудреницу или пистолет. Размер позволяет. Добавлю – дама прислушивается к нашему разговору. Что добавлю и это, на мой взгляд, оправдывает, почему самое важное оставил под конец. Женщина искусно загримирована, поэтому с возрастом мог ошибиться, но вы, сеньор, её хорошо знаете. Ведь так?
Старик резко выпрямился на стуле и пару раз хлопнул ладонями. - Ты меня удивил, не стану скрывать. – Чуть отклонился в сторону и головой привлёк внимание женщины, что сидела за спиной Димы. – Луиза, пересядь к нам.
Вскоре женщина села рядом с мужчиной, по другую сторону стола от Дмитрия и парень понял, что с возрастом он точно ошибся – ей от силы было лет двадцать-двадцать пять, а старил грим.
- Ты ведь всё слышала? Что скажешь?
- Превосходно. В высшей степени превосходно, - не проговорила, мелодично пропела незнакомка, хотя вряд ли это было её настоящее имя. – Я не знаю никого, кто бы так досконально разобрал внешность человека, на которого посмотрел всего дважды.
- Трижды, сеньора, - поправил Дима. - Обратил внимание на Вас, когда мы только подходили к ресторану. Ваш неестественно отвлечённый взгляд в сторону дороги… Неестественно не обратить внимание на двух мужчин, которые идут прямо на Вас. Неестественно для любого человека.
- Согласен с Дмитрием, - старик улыбнулся, внимательно наблюдая за реакцией парня. – Или тебя лучше называть французским именем? Жан-Полем?
- Смотря, в какой обстановке, сеньор. Думаю, Вам не составит особого труда самому определиться.
Женщина, точнее девушка, негромко рассмеялась.
- В этот раз молодой человек щёлкнул по носу уже тебя, Хосе.
- «Хосе? Не тот ли это Хосе, о котором рассказывали ребята, помогавшие Денису с ликвидацией британца в Москве? Если так, Самойлов действительно вступил в игру, задействовав свои самые лучшие связи и проверенных людей».
- Луиза, ну зачем? – старик театрально схватился за сердце. – Скажи, зачем ты всё испортила, ведь мы так хорошо беседовали.
- Мой друг, Дмитрий тебя уже давно определил. То, как он замер на пару секунд, услышав твоё имя, означало, что сверил полученные данные по встроенным базам. Проверил на наличие вирусов и принял как реальность, заслуживающую внимания и уважения.
- Луиза права, - пару раз кивнул Дима. – Я Вас видел у нас в школе. В тот, финальный день. Когда Вы работали преподавателем, мы не встречались. Могу добавить, что наслышан, какую огромную работу провели уже здесь, в Европе. Поэтому могу высказать искреннее уважение к Вам.
- Думаю, для начала достаточно. Сейчас плотно пообедаем, а о дальнейших планах поговорим чуть позже в более спокойно обстановке. О, Марио, дружище. Как же рад тебя снова видеть! – Старик подскочил и обнялся с высоким пожилым мужчиной, приблизительно ого же возраста, который подошёл к их столу. – Ты нас сегодня порадуешь? Это мои друзья, кому много рассказывал о твоём ресторане. Лучшем в Италии, где готовят рыбу.
Видимо владелец ресторана, а может главный повар, с достоинством принял хвалебные оды о своей кухне. Поклонился и что-то шепнул Хосе и они, негромко говоря, отошли в сторону, но уже через несколько минут Хосе вернулся за стол.
- Особо волноваться не о чем, но в данный момент в зале сидят два представителя разведок Италии и Британии. Знаете, что удивительно? Они оба среагировали не на Дмитрия или на меня, а на тебя, Луиза. Скажи, ты снова где-то нашкодила? Ведь те шли за тобой как две преданных собачонки от остановки автобуса. Когда пообедаем, спокойно выйдем и сядем в машину. Не такси, другую, которая стоит на стоянке за рестораном. Ту любопытную парочку от нас отсекут.
Когда к столу подошли два официанта и стали накрывать стол, выкладывая тарелки с едой, Хосе скрестил перед лицом руки, затем, сложив ладони, закрыл глаза и склонил голову, мысленно вознеся молитву.
- О делах ни слова. Я не обманывал, утверждая, что это лучший ресторан в Италии, где готовят рыбу. Уж поверьте старому опытному человеку, который объехал весь мир и не по одному разу…
- - -
Рыбное блюдо было превосходно. Дима никогда не отдавал предпочтение рыбе или морепродуктам, но здесь… Большие тарелки, разделённые на четыре части и в каждой было что-то особенное, не похожее на то, что ты ел только что. Пряности и острота в меру, но комплекс трав и пряностей создавали непередаваемый вкус и запах. И вино, что принесли, скорее, успокаивало вкусовые ощущения и охлаждало желание всё проглотить зараз.
- Как тебе ассорти? – Хосе с доброй улыбкой смотрел на юношу, который, кажется, немного осоловел от еды и сейчас ощутил перенасыщение. Даже расслабился, откинувшись на спинку стула, но его внимательные глаза старику понравились – даже сейчас малыш не «терял» зал, держал обстановку под контролем.
- Вы были правы, уважаемый. Ничего подобного ранее не ел. Хотя, признаюсь, до сегодняшнего дня был уверен, что самая лучшая рыба – это правильно приготовленный стейк из мраморной говядины.
- Возраст, Дима. – Хосе улыбнулся. – В тебе говорит возраст и требование ещё растущего организма. Через пять-семь лет изменишь пристрастия в еде, а годам к сорока будешь смеяться над тем, что выбирал в двадцать. За жизнь человек меняется не только внешне, но и внутренне. Изменяются его вкусы, отношение к жизни и к тому, что он ранее считал идеалом. Нет, чёрное никогда не станет белым, но с годами человек овладевает способностью увидеть множество оттенков, и чтобы правильно передать цвет, ему нужно будет учитывать все нюансы, всю цветовую палитру... Что ж, молодые люди, нам пора. Первым выйду я. Следом, приблизительно через минуту выходите вы. Без нервов – спокойно, как на прогулке. На посторонние раздражители внимания не обращаете, как и на возможный шум за спиной. Идёте до остановки и садитесь в белый Мерседес. Увидите. Он один там такой. Луиза, говорю персонально для тебя – никаких драк и маханий руками. Позволь себе хоть сейчас быть той дамой, что вызывает восхищение у всех мужчин кто тебя видит.
- «Пожалуй, Хосе перегнул. Рядом со мной совсем не та женщина, что может вызвать восхищение у мужчин. Самая обычная. Может быть, без грима она и другая, но здесь и сейчас… Самое смешное, как только оказался во Франции, словно попал на какую-ту сцену – все вокруг носят грим и маски. Играют чужие роли и настолько с этим свыклись, что уже не представляют, как будут себя чувствовать после того, как в театре опустят занавес, но… рано или поздно придётся смыть грим, снять маску, сменить одежду и вернуться к реальной жизни, где ты один из миллионов ничего не значащих людей. Та девушка в поезде. Как её? А, вспомнил, Мишель… Нотрю. Лицедейка-провокатор, играющая на чувствах и эмоциях незнакомых людей. Потом сёстры, Мари и Анни. Девчонки, кто в повседневном лицедействе нашли выход эмоциям и своей индивидуальности, чтобы не потеряться в тени матери. Другие сестры – Дали и Дава. Они ведь тоже играли. Выставляли на показ свою преданность семье Жаклин. Преданность ли это была, или понимание, что нужно вцепиться словно клещ в возможность выжить в этом жестоком мире? А сама Жаклин? Её двусмысленные высказывания и откровенные намёки. Для чего? Пожалуй, только её до конца не смог просчитать, хотя, догадываюсь, ей пригодился бы в роли игрушки. Помню, как она пожирала глазами моё тело в спортзале, но роль утешителя или домашнего пёсика меня не прельщает. Хосе и эта… Луиза. Тоже играют роли, используя личины и грим. Актёры, мля. Да, ворчу как старый дед, а сам?… Когда сегодня пробирался через заросли кустов, неосознанно несколько раз трогал лицо, проверяя – на месте ли грим, не потёк ли? Не могу до конца поверить, что настанет день, когда утром, открыв глаза, не надо будет первым делом садиться перед зеркалом и менять свою внешность»…
- Нам пора, Дима, - на руку парня легла рука девушки, чем вернула к действительности.
Парень поднялся и, обойдя стол, помог встать женщине. Предложил ей руку и так, вместе, вышли из ресторана. Счёт Хосе оплатил перед уходом, поэтому уже метрах в сорока от ресторана, когда за их спинами раздался непонятный шум и возмущённые крики, ни Дима, ни Луиза не обернулись. Ну, шумят, и что? Их чужие дела волнуют? Нет!
Еще метров тридцать и вышли на небольшую площадку-парковку для автомашин клиентов ресторана, где единственный белый Мерседес своими размерами, словно носорог выделялся из числа остальных машин. Двигатель уже работал и когда пара села на заднее сиденье, машина не сорвалась с визгом с места, уходя от погони, а поехала, выезжая на трассу, степенно, как и подобает машине такого уровня.
* * *
Хосе, сидя за рулём, заодно работал экскурсоводом, рассказывая о местах, которые проезжали. Сразу пояснил, что направляются в горы, где есть надёжное пристанище. Поедут не через Болонью и Модену, а минуя крупные города. Даже Парму и Кремону оставят в стороне. Через два часа машина свернула с трассы и заехала в небольшой населённый пункт. Хосе остановил машину на стоянке и попросил забрать вещи и пересесть в другую машину. Только сейчас Дима застыл как вкопанный, осознав, что свой чемодан так и не вынул из багажника такси, что осталась стоять у ресторана.
Хосе, глядя на парня, рассмеялся так, что не смог сдержать слёз. Даже за живот схватился.
- Смешно Вам, да? – Дима глянул на хохочущего старика с капелькой злости. Ну не понимал – чего так смеяться, когда он оставил в чемодане все вещи, что у него были. Там остались лежать даже зубная щётка и бритва.
- Как говорит мой хороший, я бы даже сказал друг, Денис, ты, как это по-русски… а, вспомнил, бес-то-лочь. – Хосе по слогам проговорил слово по-русски. Щёлкнул кнопкой и послышался шелест открывающегося багажника. – Вспомнил, да? Только сейчас, после двух часов? Хорошо, самый старый из нас держит всё под контролем. Забрали твой чемодан, Дмитрий, не расстраивайся…
Парень, не веря, обошёл машину и увидел… в багажнике свой чемодан вместе с двумя другими.
- Доволен? – Послышался смеющийся голос. – Забирайте всё, что там лежит и кладите в багажник другой машины. Та справа от нас, через одну. Шевроле. Дети, поторопитесь. Нам предстоит ехать, как минимум, ещё два часа, поэтому не следует заниматься пустым времяпровождением - созерцанием своих чемоданов.
Через полчаса вновь остановились в небольшом поселении. На вид – деревня деревней, но, к удивлению, на площадке у кафе стояло много машин и почти все столики были заняты.
- Здесь великолепно готовят пасту. – Старик сел и кивнул, подзывая официанта.
- Три сета. Два апельсиновых сока и один чай. Алонсо сегодня работает?
Официант кивнул и вопросительно посмотрел на старика.
- Когда у него будет свободная минутка, пусть подойдёт. Передайте, что приехал Мартинес.
Очередной кивок и официант ушёл. Вскоре принесли чай и сок, а потом три огромных тарелки с пастой. Дима знал, что такое сет, но у него вылезли глаза, когда увидел объём того, что ему предстоит съесть. Фактически – четыре порции, но все с разной начинкой.
Удивило и другое – как Луиза принялась за еду. Дима и в рыбном ресторане не понял, куда делась вся пища с тарелки девушки, а сейчас, кажется, на тарелке было ещё больше. Более того, Луиза попросила принести палочки и сейчас работала ими с небывалой скорость, наматывая, накручивая, создавая на тарелке просто фантастически фигурки из пасты и кидая всё это себе в рот, как показалось, даже не пережёвывая. Дима даже вздрогнул, несколько секунд наблюдая за руками Луизы. Рядом сидел не живой человек, а какой-то механизм по уничтожению еды…
- «Мама, помню, как-то раз говорила о невестке своей подруги - не приведи Господь получить такую. Её легче убить, чем прокормить… Сколько ни заработай, всё истратит на еду. Мама…»
Хосе уловил заминку у парня. Видел, как тот замер на несколько секунд и у мальчика внезапно испортилось настроение. Даже есть перестал и взгляд потух.
- Вспомнил что-то плохое? – тут же последовал вопрос и Дима вздрогнул. Посмотрел на Хосе, кивнул, но не ответил, продолжая ковырять вилкой в тарелке. Осталось чуть меньше половины пасты, но места в желудке уже не было.
- Не можешь доесть, оставь. – Хосе заметил состояние парня. - Здесь все так делают. Поверь, никто не обидится, ведь порции рассчитаны на голодного великана. Вот Луиза, смотри, молодец – питается впрок. Её жизнь научила, что возможность полноценно пообедать, не всегда выпадает, даже что-то перехватить второпях, бывает, не получается. Так что, если закончили, идите к машине. Туалет, если нужно, справа от выхода. Я тоже скоро подойду.
Старик поднялся, увидев мужчину в костюме, который только что вышел из служебного входа и смотрел по сторонам в поисках знакомого лица. Хосе поднял в приветствии руку и пошёл навстречу.
- Пойдём, Дмитрий, - девушка положила руку на руку парня. – Не нужно разглядывать людей, с кем встречается Хосе. Их вообще лучше не замечать.
Парень невольно посмотрел на стол – тарелка Луизы была пуста…
У выхода Дима мотнул головой на туалет. Пошёл не в кабину, а аккуратно вымыл лицо. Ему просто захотелось побыть одному. Не получилось. В туалет зашли сразу двое мужчин, которые, мазнув взглядами по парню, стоящему к ним спиной, пошли к кабинкам. Тут же дверь приоткрылась, и Дима в зеркале заметил встревоженное лицо Луизы. Та хотела удостовериться, что с её попутчиком всё в порядке. Пришлось выходить.
Через четверть часа снова отправились в путь
Ехали молча, между собой почти не разговаривая, и только голос Хосе иногда выдёргивал из раздумий, обращая внимание на какие-то достопримечательности, что пролетали за окном и не задерживались в памяти. Диму ненадолго растормошили, когда обратили внимание на огромное озеро, на котором белели паруса небольших яхт.
- Озеро Гарда. Почти приехали. До конечной точки осталось совсем ничего.
Но нет, вдоль озера не поехали, а свернули направо, и машина медленно стала забираться наверх, в предгорья. Дима даже не заметил момента, когда Хосе въехал в ворота какого-то особняка.
- Это ещё не всё. Сейчас пересаживаемся в микроавтобус. Прошу во время дороги хранить молчание и вопросы сопровождающему не задавать.
В микроавтобусе окон… не было. Точнее, они были, но изнутри плотно закрыты вставками.
Пять мягких кресел, одно из которых было развёрнуто наоборот, и занявший его мужчина лет сорока мог контролировать остальных.
Дима сел и сразу закрыл глаза. Раз окон нет, появилась возможность немного подремать, да и Хосе перестанет бубнить как прежде.
Ещё полчаса дороги, когда машина забиралась всё выше и выше в горы. Парень слышал, как неровно работает мотор, да и скорость на резких поворотах заметно снижалась. Воздух, проникающий в машину, стал другим - более тёплым и сухим. Когда машина, наконец, остановилась и дверь открылась, выпуская наружу людей, Дима был удивлён – они были ещё не в Альпах, но уже в предгорьях. Тепло. Не смотря на конец января, здесь трава ещё была зелёной, зато дальше всё сверкало от свежевыпавшего снега. Ослепительно яркое солнце, лес вокруг и пара десятков двухэтажных зданий и… ни одного человека. Хотя нет, ошибся. По дорожке от единственного относительно современного каменного строения на инвалидной каталке с электрическим двигателем на вполне приличной скорости к ним ехал мужчина. Лихо затормозив в метре от прибывших, раскрыл руки и обнял нагнувшегося к нему Хосе.
- Мой друг, наконец-то ты сподобился принять моё приглашение. Неужели тебя заставила приехать только необходимость уединения?
- Нет, Себастьян. Хотя отчасти ты прав – следовало пропустить невод, что был запущен в Европе для поиска одного бойкого мальчика. Ты, наверное, слышал о трагической кончине Ричарда Уилсона?
- Трагической? – мужчина лет пятидесяти, сидевший в инвалидном кресле, расхохотался. – Если бы не моя беспомощность, лично бы придушил эту тварь. Сколько он крови выпил, скольким людям сломал жизнь. Знаешь, когда узнал, на радостях открыл бутылку тридцатилетнего коньяка и выпил за здоровье человека, который смог отправить того выродка в ад.
- Пользуясь случаем, можешь сам пожать ему руку. – Хосе отступил на шаг в сторону и показал рукой на парня. – Дмитрий. Юноша, который, словно Дон-Кихот, не стал возвращаться на Родину после закрытия школы, а отправился на битву за справедливость. Отмечу особо – без подготовки, средств и какой-либо поддержки со стороны своей страны и вообще кого-либо. Чуть больше недели назад мне позвонили и попросили найти и оказать посильную помощь беглецу, чем с радостью и занялся. Отмечу, вовремя подключил знакомых и свои каналы, хотя, как мне показалось, Дима мог справиться и без моей помощи. Его вычислили уже в Италии, в доме у надёжного человека. К сожалению, именно там и произошла утечка. Сработал информатор из числа обслуги. Островитяне прислали усиленную группу ликвидации, но мальчик тихо не ушёл, хотя и мог. Через сотрудника безопасности задействовал местную полицию, но те лишь выполнили роль статистов. Постреляли в разные стороны, побегали… В итоге, собрали трупы и помпезно отчитались перед руководством о ликвидации вооружённой преступной группировки. Малыш был, повторяю, фактически один. Без оружия и нормальной помощи, но организовал из подручных средств оригинальную ловушку на охотников. Пять трупов британцев. Вдобавок вычислил и убрал информатора, который спокойно работал много лет. О деталях расскажу потом, наедине – будешь удивлён изобретательностью мальчика. Он подошёл творчески к своей задаче. Отмечу, что Дима по подготовке анти-логист. Это должен был быть первый такой выпуск в школе.
- Как ты сказал? Анти-логист? – мужчина в инвалидном кресле тряхнул головой, пытаясь понять, что это может означать. Он… защитник? Контрразведка?
- Молодец. Не сразу, но сообразил. Поэтому получи конфету, - Хосе улыбнулся и, достав из кармана карамельку, протянул собеседнику. – Таких специалистов, Себастьян, не готовили нигде. Видимо у кого-то из Попечительского совета всё же сработало понимание, что может настать момент и подготовленное ими оружие может выстрелить уже в другую сторону.
- Интересно… Очень интересно. О таком я не слышал. – Мужчина в инвалидном кресле развернулся на месте, чтобы Хосе оказался перед ним, а не сбоку. – Тогда позволь определить сроки и… чего ты хочешь от меня?
- Две недели спокойной жизни для Дмитрия, пока не появится вариант гарантированного маршрута в Россию. Все аэропорты стран Европы, Турции и бывших республик Советского Союза на данный момент наглухо закрыты. Эмираты, Кувейт, даже Египет под большим вопросом. Сам знаешь – там сеть британцев работает достаточно эффективно. Не предлагай варианты с Азией – любая пересадка будет проходить под контролем.
- Китай?
- Зона, которую сейчас зондируем, но вероятность благополучного перехода крайне мала. Хуже всего, что на мальчика пошла ориентировка как серийного убийцу. Ему приписали более десяти убийств женщин и детей. Психически нездоров, поэтому, при невозможности задержания, рекомендовано использование оружия.
- Ну, это неудивительно, - усмехнулся мужчина. – На меня тоже рассылали подобные ориентировки. Мол, любимое занятие – подвешивать за ноги беременных женщин и пить их кровь. Эти ублюдки свои привычки приписывают другим. Ладно, разберёмся. А чего Луизу притащил?
- За компанию. Чтобы мальчику не было грустно. Заодно пусть набирается опыта. Ты ведь не дашь ребятам заскучать, верно? Включишь их в учебный процесс?
Себастьян не ответил. Тронул джойстик на подлокотнике и подъехал вплотную к Дмитрию. Протянул руку.
- Рад познакомиться, юноша. Огромное спасибо за то, что сделал. Это я о британце. Моё нынешнее состояние – результат покушения британцев, а приказ на мою ликвидацию отдал именно Уилсон. Так что ты отчасти отомстил и за меня. Ещё раз спасибо. Ты слышал, о чём мы говорили, верно? Понимаешь, что сейчас тебе не следует идти напролом. Лучше некоторое время выждать. Позволь вопрос – ты не будешь против, если пару недель проведёшь не лёжа на кровати, а позанимаешься со сверстниками? Здесь всё то же самое, что было и у тебя в школе, разве что люди здесь учатся по собственному желанию. Если говорить прямо – мы продолжаем то, что было раньше, но уже с согласия родителей и, естественно, с согласия самих детей. Думаю, узнаешь что-то новое для себя. Может быть, и поделишься опытом со своими новыми коллегами.
Дима стоял некоторое время замерев. Он не ожидал ничего подобного. Думал, едут куда-то в самый глухой угол Италии, чтобы там спрятаться и переждать облаву, а вот, оказывается, как всё вышло.
- СИД, СИОС, ПС, - парень смотрел в глаза Себастьяну. – ОНИ в курсе, что это за школа и кого здесь готовят?
(СИД -Сервицо информациони дифеза. СИОС - Сервицо информациони дей операциони секрета. ПС - Публика сикурецца. Основные спецслужбы Италии, ведущие разведывательную и контрразведывательную работу. Имея разные направления деятельности, зачастую соперничают между собой. - Прим. авт.)
Мужчина улыбнулся. Обернулся. Махнул, подзывая Хосе.
- Мой друг, юноша хорошо подготовлен. Задал вопрос о наших кураторах. Что ему ответить, как считаешь?
- Только правду, - отрезал Хосе. – Всё как есть.
- Хорошо, - кивнул, соглашаясь, Себастьян. – Те организации и службы, что назвал, являются нашими прямыми кураторами. Финансово мы зависим от них полностью. Для всех гражданских здесь находится военный объект. Охрана территория ведётся силами военных. В пяти минутах езды на машине находится воинская часть и в случае нештатной ситуации они незамедлительно придут на помощь. На территорию школы проникнуть невозможно – трёхметровый забор с двумя рядами колючей проволоки и техническими средствами контроля и сигнализации. Всё это рассказываю, чтобы не беспокоился – британцы, хоть и являются нашими партнёрами по оборонному союзу, на территорию школы не попадут.
- А если будет официальный запрос по линии Интерпола? – усмехнулся Дима.
- А здесь ни русского Димы, ни француза Жан-Поля нет и никогда не было. Сегодня сюда, для стажировки, вместе с сестрой прибыл другой француз – Маэль Сорин. – Хосе вынул из внутреннего кармана паспорт и протянул Дмитрию. – Луиза твоя сестра. Старше тебя на пару лет. Выросли без родителей – те погибли во время пожара в собственном доме. Вас воспитала тётя – сестра матери. Место рождения совпадает с твоей французской легендой, окраина Дижона, Бургундия. Всё остальное, как и в твоём паспорте. Удивлён? Не благодари. Плюс – в паспорте твоя настоящая фотография, сделанная в школе меньше года назад. Соответственно, будешь самим собой. Лицо от грима отдохнёт, да и вспомнишь, что значит учёба, а не беганье по странам сломя голову. Я сейчас с тобой прощаюсь, но буду навещать. По всем вопросам обращайся к Себастьяну – он всё решит. Потребуется, сообщит мне.
Пожав руку мужчине и пройдя с ним пару метров, притормозил, прикоснувшись к локтю.
- Хосе, прошу, ответь на вопрос, который не даёт мне покоя. Как ты смог меня просчитать, что буду спускаться по верёвке и потом потребуется второй трос? Как ты оказался в нужном месте в нужное время?
- Трос? – Хосе нахмурил брови. – Какой трос? Прости, не понимаю о чём идёт речь. Я наблюдал за происходящем на территории виллы со смотровой площадки. Она была намного выше позиции снайпера. Был готов не дать тому уйти, но моё вмешательство не понадобилось. А что с тросом?
- Так, ничего. Детали. Спасибо за помощь, Хосе. До встречи. Увидимся. – Дима пожал руку пожилому человеку и вернулся к Себастьяну, рядом с которым стояла Луиза, разглядывая территорию школы. Он был ошарашен ответом, потому ждал совсем другого.
- «Ничего не понимаю. Если не Хосе, как думал, тогда кто? Кто, чёрт возьми, спас мне жизнь?»
Заданный юношей вопрос и его растерянность после ответа, серьёзно озадачил и Хосе. Речь шла о каком-то тросе, но детального разговора о ночных действиях Дмитрия не было. Как мальчик оказался на территории виллы, Хосе так и не понял. Видел, правда, что тот с дороги ушёл по скальной гряде в сторону моря, но что происходило потом, в «ночник» увидеть не смог – мешали постоянная засветка от молний и сплошная стена воды. Сейчас, сев в машину, которая должна была вернуть его к месту пересадки, пришёл к выводу, что придётся уже сегодня вернуться на виллу старой знакомой, к кому и обратился с просьбой приютить у себя на время Диму. Видимо только на месте сможет найти ответ на вопрос, что произошло с парнем в ту ночь…
Глава 7
- Это ваша комната – повернув ключ в замке, мужчина лет сорока, которого вызвал Себастьян и поручил определить с местом проживания, толкнул дверь и протянул ключ Диме. – У нас не принято совместное проживание парней и девушек, но раз вы брат и сестра, директор дал указанием не разбивать пару. Туалет и душ совмещённые. Дверь справа. Чуть дальше стол и маленький холодильник. Плита в комнатах не предусмотрена – питание централизовано. Электрочайник в шкафу, как и стаканы, пакетированный чай, упаковка с кофе и сахар. Думаю, разберётесь. Теперь по режиму. Здесь детей и подростков младше пятнадцати лет нет, так как это старшая школа. Три класса. Девушек меньше, юношей больше в пропорции один к двум, поэтому заранее предупреждаю - любые разборки строго запрещены. За интим и принуждение к нему следует немедленное отчисление, не взирая на успехи ученика. По распорядку дня. Подъём в шесть утра. В шесть пятнадцать общая зарядка. Обязательна для всех, кроме больных. В семь – завтра и полчаса на приведение себя в порядок. Начиная с восьми, начинаются занятия. Обед в час. На это выделено полчаса. Ещё полчаса на подготовку к очередным занятиям, которые начинаются в два. В семь вечера ужин и потом свободное время. Отбой в десять. Хождение в ночное время по территории школы строго запрещено. Вопросов нет? Хорошо. Дальше. Телефонами можно пользоваться только в свободное время, но позвонить отсюда не получится – связь глушится. Для связи с родными можно воспользоваться стационарным телефоном только с личного разрешения директора школы. Последнее. Обращение с другими учениками только по номерам. Вопросы о семьях, месту рождения и проживания запрещены. После единственного предупреждения следует исключение из школы. На кроватях лежат планшеты. Это единственное, чем можно пользоваться на занятиях. Никаких бумажных записей не ведётся. Все разговоры вести только на английском, даже между собой.
Мужчина, выпалив «обязаловку», посмотрел сначала на девушку, потом на парня.
- Первым делом приведите себя в порядок – смойте грим. Себастьян предупредил, что вы здесь ненадолго, но никаких исключений и поблажек для вас не будет. Этот дом числится под номером четыре. Комната шесть, но ваши порядковые номера не будут связаны с местом проживания. Держите, – мужчина вынул из кармана два металлических жетона на цепочках и вручил каждому из молодых людей. – Сорок два и сорок три. Носить на шее не снимая. В жетон встроен датчик, по которому вы сможете входить как в другие здания, где расположены ученые классы и столовая, а так же на полигон. Жетоны уже активированы. Когда будете покидать территорию школы, сдадите их мне или директору школу. В ином случае останетесь здесь до конца жизни. Шутка. Вопросы? Да. Меня зовут Густав. Обращайтесь по имени или Мастер.
- Два вопроса. Позволите? – Дима опередил девушку, которая уже открыла рот, но тут же закрыла, посмотрев с обидой на «брата».
- Что по поводу повседневной одежды? Второй вопрос. Среди сверстников вполне могут возникнуть конфликты из-за недопонимания или по иным причинам. Степень дозволенного воздействия?
- Хорошие вопросы. Главное, заданы вовремя. – Густав ухмыльнулся. – Во время занятий ученики должны быть в униформе. В ней же на физподготовке, и работе на полигоне. Сегодня вас проведут в хозяйственную часть - там подберёте комбинезоны и обувь по размеру. В свободное время в этом ходить можете, но не рекомендуется. Что касается второго вопроса… Здесь мальчики и девочки вполне способны постоять за себя, так что ограничений никаких нет, кроме одного – не доводить до смертельного исхода. Везде стоят видеокамеры – в классах, коридорах и даже жилых комнатах, так что писать объяснения, кто на кого напал, и кто был зачинщиком конфликта, не придётся. Дополнительно везде есть кнопки вызова дежурного преподавателя или охраны. В случае конфликта, который может привести к трагическим последствиям, немедленно нажимаете и держите три секунды. – Густав показал на красную кнопку у двери. – Время прибытия охраны – пять минут. Вместе с тем прошу вести себя достойно и самим не провоцировать конфликты. Отмечу – здесь есть спортзал, где, для разрешения споров, стороны могут встретиться официально. В том случае будут присутствовать врач и куратор класса. Отмечу - подобные учебные схватки преподавательским составом поощряются. Что ж, пришло время заканчивать вводную лекцию. В соответствие с возрастом, вы приписаны к десятому классу. Надеюсь, возражений не будет. Располагайтесь и отдыхайте. Приблизительно через час здесь появится куратор класса. Вместе с ним для ознакомления пройдёте по территории и школьным классам. Потом покажут столовую. Завтра с утра жду обоих на зарядке в числе первых. Доброго вечера…
Мужчина выше из комнаты и, что неожиданно, не ткнул дверь, а аккуратно закрыл за собой.
- С твоего позволения, я займу ванну. – Луиза не спросила, поставила перед фактом. Бросив свой чемодан на кровать, открыла и, забрав несколько флаконов, ушла в душ. Её не было с полчаса, но, когда вышла, на лице Дмитрия не отразилось ничего, а вот внутри поймал себя, что не ожидал ничего подобного. Во-первых, без грима и парика, что девушка небрежно кинула на кровать, она оказалась приблизительно его возраста. Он ошибся, думая, что та старше его лет на пять. Нельзя было назвать её и красавицей, но лицо очень миловидное, чуть курносый носик и глаза – чёрт побери, голубые глаза и серебристые волосы. Такого преображения он не ожидал.
- Хорошо себя чувствовать без сантиметрового слоя штукатурки, - девица достала из чемодана лёгкий халатик и, не стесняясь, сбросив полотенце, по её мнению, «оделась».
- Издеваешься? – что Дима и мог, то единственное – рассмеяться. Невесело. Скорее, с долей трагичности.
- Милый братик, - Луиза крутанулась перед парнем так, что полы халатика задрались чуть ли не до пояса. – О чём ты? Мы родные люди и видели друг друга голиком уже много сотен тысяч раз. – Девушка, соблазнительно изогнувшись, словно невзначай коснулась кончиками пальцев губ, потом глаз и провела руками по густым волосам, ненадолго задержавшись на ушах. Дима понял её пантомиму. Встал и на мгновение обнял, прижал к груди девушку. Раскрыв объятья, рассмеялся, задавая вопрос.
- Ты решила продемонстрировать свою изумительную фигуру тем, кто на тебя сейчас пялится через экран монитора?
- Естественно. – Луиза рассмеялась и прыгнула на кровать. - Ведь Густав не скрывал, что нас будут постоянно контролировать. Ладно, дорогой, иди в ванну, а то времени до начала экскурсии остаётся всего ничего. Можешь воспользоваться моими средствами. Там есть маркировка, что для чего, не ошибёшься.
- Спасибо, сестричка, я уже привык к своим. – Забрав из чемодана косметичку, Дима в ванной сначала тщательно смысл грим, затем принял душ. Уже вытираясь, услышал в комнате мужские голоса. Чуть приоткрыл дверь, но пока не выходил. Понял, что к ним пришли знакомиться соседи. Начало разговора упустил, но то, как пошёл разговор дальше, ему не понравилось…
- Понимаешь, красотка, здесь так повелось изначально – все со всеми знакомы очень близко. Не будешь же в первый день идти против сложившихся традиций?
- Мальчик, - голос Луизы был спокоен. Не дрожал, да и девушка не чувствовала никакой угрозы. – Мы в этой школе надолго не задержимся. Посмотрим на уровень подготовки и отправимся путешествовать по миру дальше. Что касается традиций, они везде разные. У нас, например, за непристойное предложение девушке, сказанное при посторонних, наглецу для начала ломали один палец. За повторное – запястье. Когда человек не понимал и предлагал уже в третий раз – уже ломали локтевой сустав. Встречное предложение – может, будем придерживаться традиций МОЕЙ школы?
-Ты, чучело, не у себя дома, а у нас в гостях. Не забывайся. Меня зовут Марио и ты, для начала, порадуешь меня, а потом…
- Марио? – Расхохоталась девушка. – Тот, из старых приставок Денди?
Дима понял, что пришла пора показаться, но едва не поплатился за стремление выручить девушку. Открыв дверь, что и увидел – крутанувшуюся на одной ноге Луизу и звонкий удар другой ногой, который снёс с ног крепыша, видимо протянувшего куда не надо руки. Тот не просто свалился, а, падая, едва не снёс с ног и Диму, выехав на спине в ванную. Как оказалось, «десантник» пришёл в гости не один. Рядом стояли ещё двое парней, кто не ожидал подобного приёма. Они, увидев новое действующее лицо, на мгновение растерялись, поэтому не успели среагировать должным образом, когда Дима схватил их за носы и крепко сжал.
- Руки держим по швам. Не машем ими, не птицы. На вопрос жду короткий ответ - да или нет. Хотите поучаствовать в драке?
Оба замерли – было больно, но сверкавшие перед ними злые глаза не обещали ничего хорошего.
- Нет, не хотим, – наконец проговорил один из парочки, кривясь от боли. - Отпусти. Больно.
Дима отпустил носы и вытер руки об одежду парней. Отступив на шаг, рассмотрел парней. Лет семнадцать, не больше. Сложены гармонично, но ещё не миновали ту черту, когда подростки окончательно превращаются в юношей. Понятно, что и в головах царил гормональный шторм.
- Умное решение. Сейчас забирайте своего неудавшегося жениха и идите с миром. Предупреждаю – пределы допустимого физического воздействия руководство школы нам огласило – можно всё, кроме летального исхода. Если есть желание, попробуйте испытать себя, но, чтобы потом не было потом обид, говорю заранее - церемониться не стану. Урок будете помнить до конца своих дней. Свободны.
Парни не испугались. Незнакомец был, кажется, их возраста и по комплекции более худощав, чем они, но абсолютное спокойствие и чуть сузившиеся глаза говорили о другом – этого человека не стоило задевать.
Когда юноши вытащили так и не пришедшего в себя товарища в коридор и закрыли за собой входную дверь, Луиза посмотрела на «брата».
- Ты специально сразу не вышел из ванной? Хотел узнать, могу ли сама за себя постоять?
- Нет, сестричка, - Дима открыл чемодан и положил туда косметичку. – Я уже вытирался, когда услышал голоса. Хотя, скажу, ожидал чего-то подобное – везде всё одинаково. Эти ребята у нас появились не случайно. Их направил к нам кто-то из руководства, а может из учителей. Смотрели на нашу реакцию, адекватность действий, способность работать в ограниченном пространстве. Ничего нового.
- Почему такой вывод? – Луиза заинтересованно посмотрела на парня.
- Время, милая. Занятия ещё не закончились и, если послушаешь, в доме, кроме нас, никого нет. На улице тоже никого, а это означает, что эту троицу специально сняли с занятий и отправили к нам. Пожалуй, и нам стоит ответить благодарностью. У тебя есть лейкопластырь?
- Да. А зачем? – Задавая вопрос, Луиза достала из косметички, что стояла перед ней, коробочку и кинула «брату».
- Я не хочу, чтобы твои прелести рассматривали все кому не лень. От большого ума могут записать на видео и разместить в ютубе. Так что лишим их такой возможности.
Дима, используя стул, в течение пяти минут заклеил лейкопластырем объективы двух камер. Засунул бобину в коробочку и кинул Луизе.
- Звук, конечно, будут писать, но нам нечего скрывать, пусть слушают. Если попробуют возмущаться, я соберу вещи и уеду в ту же минуту.
- И я, - заявила девушка…
Где-то через полчаса в комнате появился новый персонаж – женщина средних лет неопределённой наружности. Трудно было определить и возраст. Короткая причёска, полное отсутствие косметики давало волю фантазии. Ей можно было дать и тридцать и пятьдесят – бывают такие типажи.
- Меня зовут Роза. Не Разалинда и не Розанна, или как-нибудь ещё, а только Роза. Преподаватель тактики. Как куратору класса, мне поручено показать новым ученикам, что где находится, чтобы уже завтра не искали нужное помещение и сразу шли туда, куда надо. Предупредили, что вам нужно посетить хозблок, но это оставим под конец. Туда пройдём после ужина. Если ещё не говорили, обращу внимание на важный аспект - без личных жетонов покидать жилую комнату строго запрещено, как и ходить по территории после отбоя.
- Это нам уже сказали, - Луиза поднялась с кровати, за ней и Дима. – Мы готовы.
Женщина осмотрела каждого двух молодых людей с ног до головы, но, кажется, особо придраться было не к чему. Тем не менее, добавила.
– Дверь в комнату, когда вас там нет, должна быть снаружи закрыта на ключ. Изнутри скважины для ключа нет, потому что запираться запрещено. Здесь не воруют, но открытая дверь может спровоцировать излишнее любопытство других учеников, а мы стараемся избегать конфликтов.
Эта женщина напомнила Диме надзирателя в концлагере – шла по территории со сцепленными за спиной руками. На приветственные поклоны учеников, кто им встречался на пути, никак не реагировала. Больше молчала и только изредка подбородком указывала на тот или иной объект или комнату, если заходили в помещение.
- Класс тактической подготовки... Боксы для занятий иностранных языков… Медкабинет… Спортивный зал… Лекторий… Кинозал… Класс радиоподготовки… Компьютерные боксы... Ситуативная комната… Массажные кабинеты… Класс биологии... Класс Химии. Комната радиологической защиты… Класс по работе с дронами... Лаборатория… Класс инженерной подготовки...
Остановившись у металлической двери отдельного здания, повернулась.
-За моей спиной второй полигон, где ученики работают с боевым оружием, проходя комплекс препятствий, имитирующих городские условия. Работа в паре и по одному. Внешний, первый полигон, находит в километре отсюда, но туда сейчас не пойдём. Во втором административном здании находятся три кабинета – шифровального дела, актёрского перевоплощения и юридической подготовки. Для вас эти предметы будут закрыты. Некоторые вам просто не нужны, так уже обладаете нужными навыками, для других у вас нет допуска от службы безопасности, курирующей нашу школу.
- Мы не в обиде, - Луиза приподняла две руки, показывая, что они с братом без претензий. – Если можно, вопрос. Точнее, просьба. Мы не знакомы с планом обучения и что завтра с утра будет первым занятием, что вторым, а за ним третьим, неизвестно. Если можно…
- Я поняла. План появится вечером, после ужина, на ваших планшетах. – Женщина на мгновение замерла, уставившись в стену. – Было бы лучше, если кто-нибудь из ваших одноклассников подстраховал в первый день - показал куда идти, чтобы не опоздать на занятия. Хорошо, подумаю, как решить этот вопрос, а сейчас пришло время ужина. Покажу столовую, и определим ваш стол…
- Берёте поднос и идёте по выделенному коридору. Под ногами жёлтая стрелка. У вас обоих жетон с чёрной полосой, поэтому берёте еду из контейнеров, выделенных чёрной полосой. Почему такие разграничения? Есть вегетарианское меню, для ослабленных организмов с усиленной дозой витаминов. Есть диетическое, меню для скорейшего набора массы тела. Добавлю - ограничений в количестве еды нет, берите столько, сколько сможете съесть. У выхода из коридора останавливаетесь и прикладываете жетон к сканеру. Как только зажжётся зелёная стрелка и откроется турникет, можете пройти в зал. Ваш столик тридцать второй. Гостевой или для временных сотрудников, места за которым, кроме вас двоих, на данный момент никто занимать не имеет права.
Внезапно женщина отвернулась к стене и продолжила говорить едва слышно.
- В случае конфликта с преподавателями или слушателями, отвечайте так, чтобы второй раз к вам подходили с опаской. Никаких санкций за воспитательный процесс не будет. Я передаю просьбу Себастьяна, да и сама присоединяюсь к его словам. А сейчас продемонстрируйте насколько запомнили мои объяснения. Девушка, ты первая.
- - -
Кормили здесь великолепно, а может так лишь показалось, потому что после кафе с пастой прошло слишком много времени. Дима заметил, что Луиза привычно принялась за дело, забрасывая в топку горючее для организма. Как парню казалось, для неё вкус еды не играл особой роли – важней было количество. Не сдержался, спросил, когда всё съели и пили яблочный сок, что для Италии было нехарактерно.
- Луиза, я вот смотрю, как ты набиваешь свой пузик, и не могу понять – вкус пищи для тебя играет хоть какую-нибудь роль? Или существует одна-единственная категория – мало или достаточно?
Девушка, вопреки ожидаемому, не улыбнулась и не перешла на шутливый тон. Уперла сжатые кулачки под подбородок.
- Кто я такая, и откуда, пусть для тебя останется вопросом. Как и моё настоящее имя. Лучше расскажу тебе историю, причину, на что обратил внимание. Мои родители работали в составе геологической экспедиции на границе Вьетнама и Лаоса. Я на каникулы приезжала к ним, а так… жила в крупном городе с бабушкой, матерью отца. В тот раз родители меня встретить в аэропорту не могли. Договорились со знакомыми, чтобы те меня встретили и посадили на вертолёт, который… Вообщем, полетела из Ханоя в маленький посёлок, где жили родители. В вертолёте, кроме меня, было четверо детей и двое взрослых. Все местные. Плюс два лётчика. Не знаю точно, что случилось – или нас обстреляли и сбили, что в тех местах не редкость, или какая-то техническая неисправность, но вертушка не упала, рухнула в джунгли, где до ближайшего жилья было полсотни километров. Пятьдесят километров не асфальтированных дорог в Европе, а непроходимых джунглей, кишащих всем тем, что человеку несёт смертельную опасность. При падения самым чудесным образом выжили всего двое – я и, к удивлению, второй пилот. Остальные… У Тхо, так звали вьетнамца, были сломаны обе ноги, но он мужественно терпел боль и мне не давал сникнуть. Всё время твердил, что успел сообщить, что вертолёт падает, поэтому нас будут искать и найдут. Надо только продержаться до прихода помощи... Я вырыла одну общую могилу и похоронила там… всех погибших. Рыла с утра и до вечера два дня с маленькими перерывами. Не рядом вертолётом, а метрах в пятидесяти, чтобы не привлечь внимание хищников. Потом, как смогла, сделала лубки для ног пилота. Ходила за водой к маленькой речке, чтобы принести воды. Метров сто по джунглям туда и столько же обратно, дрожа от страха и зажав в руке палку. Какую палку, можешь себе представить в руке городской девочки семи лет. Этой веткой только… не хочу вспоминать. Тхо видимо понимал, что пройдёт немало дней, прежде чем нас вообще начнут искать, поэтому учил меня азам выживания. Головой-то он понимал, что городской ребёнок, оторванный от природы, и местный - несопоставимые вещи. Тем не менее. Научил, как различать и ловить змей. Как их разделывать и готовить. Какие фрукты можно есть, а какие даже в руки брать нельзя. Жуки, пауки, ящерицы – со временем для нас это стало деликатесом… К концу первой недели я стала добытчиком. Любимые кроссовки от постоянной влажности стали гнить на ногах, поэтому сделала обмотки из брезента, что нашла в вертолёте. Наматывала на ноги полоски материала и сверху крепила верёвками. Всё время бегала по округе, выискивая, что и самой съесть, и раненого накормить, а это мужчина, не ребёнок. Через неделю получилось так, что двое суток просидели в разбитой кабине, потому что вокруг кружил леопард. Кроме пистолета пилота никакого оружия больше не было, а тот зверь был просто огромным. Я его видела раз, когда в сумерках подошёл ближе… Не испугалась, чуть не умерла от страха, когда в трёх метрах увидела зверя, который замер и смотрел мне прямо в глаза… - Девушка замолчала, видимо в очередной раз переживая в душе тот момент… - Главное, что я запомнила на всю жизнь из наставлений Тхо – отношение к еде. Надо есть столько, чтобы твой организм в любой момент был готов продержаться без пищи следующие двое суток. Вкус еды вторичен. На первом месте питательность...
- Как понимаю, вас нашли? – Дима нарушил молчание, не желая, чтобы девушка вновь погрузилась в воспоминания.
- Нашли в конце третьей недели. Как позже узнала, начали нас искать в тот же день, но… совсем в другом квадрате, потому что пилот значительно отклонился от курса... Когда услышала рокот винтов вертолёта, зажгла заранее собранный костёр. К обломках по тросам спустились военные. Осмотрели всё вокруг, потом, когда прилетел уже другой вертолёт, нас на люльке подняли и отвезли в больницу города Танан, где я пролежала до самого возвращения домой. Родители меня навещали очень часто, но я была настолько истощена физически и морально, что разговора покинуть палату, не долечившись, никто не заводил. Домой вернулась с мамой, а отец спустя полгода заразился какой-то местной болезнью и скончался.
- А тот пилот?
- Тхо поправился. Вернулся к своей любимой работе – продолжил летать. Мы до сих пор переписываемся. Стали не друзьями, нет. Теми, кто намного ближе. Если бы не он – я умерла. Если бы не я – он тоже не выжил. Оба это понимаем …
- Прости, что невольно заставил в очередной раз пережить тот ужас. – Дима протянул руку и чуть сжал запястье Луизы. - Теперь мне стало понятно.
- Ты точно заметил – «в очередной раз». – Луиза смотрел в стол перед собой. - Прошло двенадцать лет, а я до сих пор часто просыпаюсь в холодом поту и не сразу могу понять, где нахожусь – в уютной постели или в кабине разбитого вертолёта…
Разговор прервала Роза. Подошла к столу и нависла на сидящими.
- Правильно делаете, что не реагируете на других учеников. Если закончили есть – отнесите тарелки в приёмное окно и следуйте за мной. Сейчас хозяйственный блок. Там на сегодня и распрощаемся.
Нужное здание стояло чуть поодаль от жилых и учебных домиков. Мужчина за внутренним окном, посмотрев на девушку и парня, задал единственный вопрос – о размере обуви и вскоре выставил четыре пакета – с комбинезонами, утеплёнными куртками, бельём и двумя парами обуви.
- За вашей спиной кабинки. Оденьтесь и присядьте пару раз. Если тесно, заменю. – Но, видимо, человек обладал большим опытом – то, что определил на глаз, оказалось в самый раз. Куртки свободные, на синтепоне. Темно-серые комбинезоны с усилением на локтях и коленях, с утяжками на манжетах и лодыжках. Обувь тоже была удобной – на первый взгляд массивная, с толстой рифленой подошвой, но, взяв в руку, Дима удивился – очень лёгкие. Ровные строчки, швы проклеены. В такой обуви было бы не стыдно ходить и постоянно. Голеностоп закрыт и в нужных местах имелось усиление. Невольно вспомнил молдавскую школу и ту одежду, что им выдавали – сравнивать было нельзя. Небо и земля. Здесь беспокоились об учениках, а там всё было по остаточному признаку. Видимо то, что школы перешли к добровольному набору учеников, играло свою роль… Дима снял комбинезон и обувь. Положил в пакеты. Решил до места проживания дойти в своей одежде. Когда вышел из примерочной, был приятно удивлён – Луиза поступила точно также, надев свою одежду.
Мужчина, что выдал одежду, оценив отношение, кивнул. Поинтересовался, всё ли в порядке и выложил на стойку два рюкзака.
- Положите вещи туда, зачем нести в руках? Напомню ещё раз - во время занятий ученики и преподаватели должны носить одинаковую одежду. В личное время ограничений нет - можете одевать свою.
Поблагодарив работника, парень с девушкой вышли из здания и отправились в свой дом. Только до комнаты не дошли – на первом этаже их встретила группа парней и девушек, не давая пройти дальше. На этот раз вперёд вышел другой парень – коренастый, массивный, со шрамом, пересекающем бровь и заканчивающимся на лбу.
- Новички в школе должны строго соблюдать правила. Вам это хотели объяснить нормальным тоном, но вы не дослушали, начали махать ногами. Я вызываю вас обоих на бой. Сейчас. В спортзале. Заявка преподавателям уже подана. Возражения?
- А ты вообще кто такой, чтобы вызвать нас на какой-то там бой? – Луиза насмешливо смотрела на парня и не менее презрительным взглядом обвела остальных. – Кажется, ты ошибся адресом, мальчик. Если бы напряг имеющиеся извилины и поинтересовался, прежде чем сейчас устраивать весь этот цирк, тебе объяснили, что мы не входим в число учеников школы. Стажёры. Знаешь кто это такие? Если нет, объясню. Это те, кто уже работает, в свободное время со смехом вспоминая школьные игры.
- Я… - парень хотел возразить, но девушку, выпустив из рук рюкзак, сделав два стремительных шага вперёд, в правой руке зажала промежность лидера школьников.
- Я ещё не закончила, а ты решил меня перебить? Не вежливо. – Луиза приблизила лицо к лицу юноши и тот попытался отступить, но понял, что это невозможно – хватка руки была железной, как тиски. – Продолжу, с твоего позволения. Ты сказал, нам хотели объяснить правила, как там… нормальным тоном? Сажи, лезть незнакомке между ног и хвататься за грудь здесь является нормой? Если да, руководство школы уже скоро удивится отсутствию учеников на занятиях, потому что самые наглые из них окажутся в медпункте, а может и в больнице. Вот ты, например, если я чуть сильнее сожму пальцы, сможешь достойно пережить своё публичное поражение? Так и быть - предоставлю выбор тебе самому – извиниться при всех за нелепый детский наезд или продолжать стоять на своём, смирившись с мыслью, что у тебя никогда не будет собственных детей.
Видимо девушка на последних словах сжала пальцы сильней, потому что лицо молодого человека пошло пятнами. Он застонал и даже приподнялся на носочках.
- Извини за недоразумение, – прошептал юноша. - Я был не прав.
- Говори громче, - Луиза не сказала, прошипел. – Так говори, как и до этого.
- Извини, – уже выкрикнул парень, и Луиза тут же убрала руку и не погладила его по груди, как могло показаться со стороны, а небрежно вытерла пальцы о свитер парня. – Что касается всего остального. Дам бесплатный совет - если хочешь стать настоящим лидером, прежде чем что-либо сделать или сказать, не слушай других, сам досконально разберись в ситуации. Иначе тебя будут подставлять и дальше. Доброго вечера, мальчики и девочки.
Молодёжь расступилась перед девушкой, которая пошла на них словно ледокол. Дима, усмехнувшись, подхватил с пола второй рюкзак и зашёл вслед за Луизой в комнату.
- Резко ты с ними. Хотя, наверное, можно было избежать столь радикальных мер. – Дима положил рюкзак на стул рядом с кроватью, на которую, не сняв обувь, завалилась Луиза.
- Нет, не резко. Надо сразу определять рамки дозволенного. Дашь слабину – эти мелкие шакалы сразу тебя сожрут. Слова для них – пустой шум. Они понимают только силу. Слушай, братик, а не сходить ли нам в спортзал? Меня немного вывели из себя. Хочется спустить пар. Составишь компанию?
- Тогда надо будет переодеться. Не портить же своё.
- Конечно! – подскочила Луиза и, проходя в ванну, чмокнула в щёку парня. Уже из-за крытой двери послышалось. – Спасибо, что согласился.
- - -
Спортзал в вечернее время не был пустым. Занимались человек десять учеников. Были и трое преподавателей. Кто сидел на тренажёрах, кто тягал тяжести, а на ринге двое парней лупили друг друга, надев шлемы и боксёрские перчатки. На вновь зашедших глянули с интересом, но продолжали заниматься своим делом.
Луиза, махнув рукой, направилась к тренажёрам. Дима, осмотрев, что находится в зале, начал с привычного – разминки. Потом, найдя свободное место, где ему не станут мешать, начал четвёртый комплекс. Пропускал некоторые упражнения, потому что для их выполнения здесь не было достаточно места. Контролировал дыхание, чёткость исполнения каждого элемента, повторяя раз за разом, доводя каждое движение до идеала. Когда закончил, опустился на колени и занялся дыханием. Приведя себя в спокойное состояние, резко поднялся. Увидел, что на него украдкой смотрят если не все, то многие. К тому же, в зале прибавилось людей. Проходя мимо макивар, остановился и пару минут поработал руками и ногами. Закончив, окинув взглядом зал, но Луизу не увидел. Здесь были душевые, но Дима решил вернуться в комнату и помыться уже там.
- Молодой человек, не хотите поучаствовать в учебном бою?
Дима обернулся. Сзади стоял мужчина лет сорока. Коротко стрижен. Внимательные глаза. Худощавый, но не из-за болезни, а потому, что физические нагрузки для него были нормой.
- Хотите испытать? Смысл?
- Если выстоишь три минуты, избавлю от утренней зарядки. Поспать лишние полчаса для молодого организма - большой бонус.
- Восемь часов сна для меня излишек. Если, конечно, ночью спать, а не заниматься другими, более приятными делами. Условия?
- Босиком. Без перчаток. Руки в бинтах. Капа и шлем обязательно. Можно начать с парных ножей. Допустимо всё.
- Всё? – переспросил парень. На секунду задумался и… кивнул, соглашаясь.
Что касается обуви, он её снял сразу, как только зашёл в зал, но мужчина, получив согласие, сейчас разувался. У ринга парню быстро намотали бинты на руки и подали два резиновых ножа. Они были чуть длиннее тех, с которыми учился работать. Вставили в рот капу, и надели шлем, затянув липучки по размеру. Помогал мужчина, который за всё время не произнёс ни слова.
Противник, прыгая по рингу, сделал несколько движений и Дима, как обычно в учебных схватках, не стал ледоколом переть вперёд, а держался на расстоянии, держа под контролем руки противника. Тот жонглировал ножами, сбивая внимание. Перекидывал из руки в руку, менял хват, постоянно делая выпады в сторону парня. Не наносил удары, имитировал, потому что близко не приближался. Дима взял ножи по-разному. В правую руку обратным хватом, в левую прямым, чем, кажется, немного удивил противника.
Мужчина, прыгая вокруг парня, всё сужал круги и, дождавшись, когда парень чуть задержится с поворотом, рванул к противнику. Удар под левую руку был нанесён мастерски. Точный и резкий, который должен был стать первым и последним в схватке, но неожиданно его рука провалилась в пустоту, пошла дальше, а следом, после удара, запястье пронзила оглушающая боль и нож непроизвольно выпал из руки. Сразу же последовали два сильных удара со спины в район сердца и ещё один, завершающий, уже в шею. Последний был лишним, но для зрителей, которые обступили площадку, являлся скорее показательным, не допускающим иного толкования. Вдобавок ноги мужчины улетели выше туловища, и он упал, с силой ударившись спиной и головой о покрытие ринга.
Бросив второй нож, мужчина схватил одной рукой другую, которая горела огнём, с обидой посмотрев на парня. Дима, положив на пол свои ножи, стоял в метре, сцепив руки за спиной.
- Запястье не сломано, не волнуйтесь. Сейчас к нему лучше приложить лёд и через полчаса почувствуете себя значительно лучше. Я, пропустив нож и кисть руки, блокировал ваше тело. Нанёс два удара по нервным узлам, что гарантированно выводит руку из строя. Можно было бы, конечно, и не выпускать руку, а продолжить движение, закрутив вас вокруг себя, но в том случае получили бы перелом, не вывих. И уже не запястья, как думаете. Локтевой сгиб – наиболее уязвимая часть руки. На этом, пожалуй, с объяснением закончу - вам, в самом деле, лучше обратиться к врачу. Или же воспользоваться моим советом по поводу льда. Поединок закончен? – Улыбнулся парень и мужчина на автомате кивнул. Его рука с каждой секундой болела всё сильнее и сильнее.
Когда Дима помог мужчине подняться, а потом пролезть через канаты и спуститься на пол, понял, что в зале царило абсолютное молчание. Складывалось впечатление, что люди вообще не поняли, как десять секунд можно было вывести соперника из строя, но больше их поразило другое - как парнишка спокойно объяснил свои действия.
Сделав пару шагов, Дима почувствовал, как сзади его схватили за предплечье. Не оглядываясь, резко дёрнул руку на себя, но её не отпустили. Обернулся и увидел перед собой раскрасневшуюся Луизу.
- Братик, а давай мы с тобой? На кулачках. По-серьёзному, как взрослые, без всяких резинок.
Последние слова вызвали у сгрудившихся вокруг людей невольные улыбки. Ну да, прозвучало несколько двусмысленно.
- Ты настолько уверена в себе?
- Я уверена, что ты ничего не сломаешь своей любимой сестре. Я тоже не буду бить тебя чересчур сильно. Чтобы потом ночью не спать от твоих стонов? Нет, лучше спать в тишине. Так как?
- Вредина. Думал, с возрастом ты станешь более рассудительна, но, похоже, ошибался. Хорошо. Сколько? Три минуты? Ни секундой больше, предупреждаю.
Девушка словно ребёнок запрыгала от радости и, быстро перебравшись через канаты, сунула руки добровольным помощникам, что бы ей замотали кисти эластичными бинтами.
Дима тоже перебрался через канаты и сейчас чуть морщился от боли в боку. Его резкое движение по блокировке противника не прошло без следа. Завтра там будет приличный синяк.
- Начали! – скомандовал кто-то в зале и парень не успел сделать шаг, как девушка, крутанувшись, нанесла видимо свой «коронный», хорошо отработанный удар ногой, метя в голову «брата». Дима едва успел среагировать, уйдя вниз и в сторону, поставив блок, но рука мгновенно онемела – девица била, не ограничивая силу удара. Последовал второй удар, теперь уже по опорной ноге с целью сбить, нанести если не травму, то лишить скорости противника. Снова атака, теперь две двойки в голову и попытка захвата руки для броска. Дима едва ушел, успев провести удар в ускользающую соперницу. Попал в голову со стороны спины и Луизе хватило – она покатилась по рингу. Поднялась, очумело тряся головой. На её лице появилась гримаса… искренней обиды и недоумения от того, что парень посмел её ударить. На несколько секунд девушка замерла, а потом бросилась вперёд, осыпая противника градом ударов. Руки, ноги. Луиза из человекапревратилась в какую-то машину. Несколько щадящих ударов по плечам и в торс Луизу не остановили. Наоборот, придали ей сил и Диме ничего не оставалось, как перейти от глухой защиты к активным действиям. Классическая двойка в голову и девушка «поплыла», но её глаза оставались бешенными. Отойдя на пару шагов назад, она, всхлипнув, снова кинулась в бой и Диме ничего не оставалась, как снова провести удар в голову, затем, сделав подсечку, захватив руку, совершить бросок через себя и взять руку на излом. Он ожидал, что Луиза, как принято, постучит по покрытию ринга, но нет – бешеная девица продолжала бить свободной рукой по ногам, рукам, телу Димы. Туда, куда могла дотянуться. Пришлось в удушающем приёме ногами захватить её голову и только тогда движения девушки стали более вялыми, а когда они прекратились вовсе, парень понял, что «сестра» в обмороке. Отпустил её и, встав на колени рядом, пару раз шлёпнул по щекам и тут же отступил, потому что Луиза даже из такого, самого неудобного положения, попыталась нанести удар ногой ему в голову. Дима отскочил и поднялся.
- Всё, милая, успокойся. Мы закончили. Сейчас дыши ровно. Вдох – выдох. Вдох – выдох.
- Хочешь сказать, ты победил? – прохрипела Луиза, приподнимаясь на локте.
Парень понял – скажи, победил он, приобретёт себе врага на всю оставшуюся жизнь. Луиза, как выяснилось, ненормальная, с явно пониженным порогом боли. Бешенная и без тормозов…
- Победила дружба. Довольна?
- Нет, не довольна. В следующий раз забуду, что ты мой брат.
Дима подошёл, протянул руку и помог девушке поднять на ноги. Её слегка повело в сторону, но всё же смогла устоять. Когда её руки освободили от бинтов и выплюнула капу, подошла к парню. Прижалась грудью и, поднявшись на цыпочки, неожиданно звонко чмокнула Диму в нос.
- Я сейчас в душ. До дома в таком состоянии просто не дойду. Подожди меня, ладно?
Дима кивнул. Перепрыгнув через канаты, пошёл к выходу. Там натянул ботинки и, выйдя из спортзала, сел на скамейку. Всё тело болело – эта засранка не ограничивала себя, била со всей силы, забыв, что не в реальном бою, а в учебном, где важнее техника и точность…
- Я не помешаю? - мужской голос нарушил тишину.
Рядом со скамейкой стоял Густав. Тот мужчина, который показывал им жилище.
- Садитесь, это не моя персональная скамья.
- Я преподаватель боевых дисциплин. Занимаюсь и общей физической подготовкой. Могу задать несколько вопросов?
- Вопросы задать можете, но, должны понимать, не на все смогу ответить.
- Понимаю. У тебя и сестры разные школы и, что удивило, не знаком ни с одной из них. Хотя у девушки преобладает европейская. Так учили в школах Германии и Испании. Хорошая работа ногами, но провал в борцовской технике. У тебя всё более гармонично, но ноги ты почти не использовал. Не хотел причинить боль сестре?
- Да, вы правы. Нас не учили драться на потеху публике. Другому.
- Я понял, что ты не сказал. С ножом меня вообще удивил. Только подобный приём, что был в первом поединке, использовать в реальной схватке нельзя – малейшее запоздание с движением тела и нож может оказаться у тебя самого между рёбер.
- Вы снова правы. Риск велик и подобное движение оттачивается до автоматизма годами. Вот тогда уже не будет никакой опасности. В реальной схватке я бы нанёс удар лезвием левого ножа по кисти, а потом, уйдя вниз, полоснул по внутренней стороне бедра – противник передо мной был полностью отрыт. Он сам себя закрутил в сторону, с которой было невозможно нанести удар рукой, в которой был второй нож. Нас учили не так противостоять вооружённому человеку, как увлечь его в свой рисунок боя. Подчинить, чтобы создать ситуацию, где все движения противника происходят под твоим контролем. Уже знаешь, куда пойдёт его рука или нога, будет ли попытка подсечки или же последует удар ногой. Опережая вопрос, скажу – такому научиться за месяц или даже за полгода нельзя. Годы занятий. Изо дня в день, когда сначала делаешь движения медленно, потом всё быстрее и быстрее. Но главное заключается даже не в технике. Голова – вот что стоит на первом месте. Умение думать и принимать решение в бешеном темпе. По малейшему движению противника определять его связки, комбинации. По мимике, движению мышц понимать, что через секунду предпримет человек. Ударит рукой или ногой и куда. Те, кто утверждают, что в учебном бою или смертельной схватке надо действовать не думая, на инстинктах, ошибаются. Да, нужно стремиться, чтобы тело работало на автомате, овладеть несколькими десятками рисунков боя, но, как правило, редко когда в жизни человек встретит двух одинаковых противников, действующих по шаблону, поэтому в настоящем бою голова должна работать на пределе возможного.
Мужчина слушал очень внимательно, не перебивал, но всё равно не выдержал.
- Но девушка в начале боя тебя достала вполне хорошо. Ты на мгновение даже «поплыл».
- Было такое, не стану отрицать. Хотя не «поплыл», но руку она мне отбила знатно, – Дима улыбнулся. – Не ожидал, что бешеная кошка решит показать всё, чему научилась за последние годы. Она сражалась, не билась. Разницу чувствуете?
- А за кошку ты ещё ответишь, - из-за спины раздался недовольный голос и Луиза, перемахнув через скамейку, с размаху села на ноги Димы. - Я там тебе ничего не отдавила?
- Вот видите? – Дима посмотрел в глаза мужчине. – У Луизы напрочь отсутствует чувство меры. Она, если видит перед собой цель, идёт к ней, сокрушая всё на своём пути. Остановить её может только танк, но даже в такой ситуации эта представительница так называемого слабого пола не станет убегать, а будет думать, как обойти стальную громадину, и, к примеру, где найти подручные средства, с помощью которых можно будет согнуть ствол пушки или порвать в клочья гусеницы. О экипаже даже не говорю. Печальная история.
Луиза хохотала как ненормальная, Густав улыбался, а Дима сидел с непроницаемым лицом, не понимая, чем так провинился перед Всевышним, что ему вместо отдыха подсунули эту симпатичную, но совершенно неадекватную девицу...
Глава 8
Утро началось с того, что Дима, не выспавшийся из-за непрекращающихся всю ночь стонов Луизы, еле продрал глаза. Видимо это была месть со стороны девушки, потому что вечером отказался делать ей массаж, прекрасно зная, чем это может закончиться. Толкнув соседку, сказав, что время вставать. Не стал её дожидаться и, надев комбинезон, выскочил на улицу. Там оказался одним из немногих, кто был способен себя переселить, а не валяться в кровати до последнего.
Десять минут ожидания и кое-как сформировавшийся строй неторопливо побежал по грунтовой дорожке, что тянулась вдоль высокого забора школы. Затем зарядка, которая напоминала упражнения для детей с ДЦП – плавные движения, растяжки, наклоны на громкий счёт от одного до шести. Дима к окончанию упражнений почувствовал, что засыпает. В конце снова неторопливая пробежка и Густав распустил школьников по домам. Увидев широко зевающего парня, подошёл. Поинтересовался - как ему утренний комплекс.
- Без обид? – Дима, не успел закрыть рукой рот и снова широко зевнул.
- Да.
- Занятия в роддоме с теми, кому через день рожать. Это, конечно, не моё дело, но здоровенных парней и девиц, кто был сегодня рядом, надо гонять так, чтобы с них пот лил ручьём, а те, как и я, медленно приседали, вытягивая руки, с закрытыми глазами. Спали на ходу как боевые кони.
- Не моя придумка. Система упражнений, спущенная Министерством образования и школ. Думаешь, сам не понимаю, что всё это полная ерунда?
Дима, после этих слов, к своему немалому удивлению проснулся.
- Я не знаю, как здесь всё функционирует, но разве ЭТУ школу может посетить с проверкой названное министерство? Проконтролировать, так сказать, по каким методичкам ведутся занятия?
- Заранее поставив в известность директора, да, они имеют право приехать и проверить, но, по факту… нет. Им не дадут допуск.
- Так какого дьявола… Простите, - Дима виновато развёл руками. – Молодёжь должна проснуться через минуту после начала занятий, а по окончанию принять душ и проглотить всё, что дадут на завтрак и ещё остаться голодными. К первому занятию их головы должны быть ясными, не сонными. К тому… а где ещё минимум треть учеников?
- Там же, где и твоя сестра – продолжают спать, наплевав на режим.
Густав смотрел на распинающегося парня и улыбался. Дима это заметил, но притормозить не успел, попал в расставленную ловушку.
- Ты вчера в спортзале использовал какой-то комплекс, верно? – Поинтересовался Густав. – Я видел, что там растяжки сочетались с ударной техникой. Гимнастика плавно переходила на управление дыханием и контролем. Йога, ушу, айкидо, дыхательные упражнения из системы синци.
- Всё верно, а откуда… - Дима с удивлением посмотрел на улыбающегося тренера. - Подождите. Вы хотите, что бы я?.. Не-е-ет!
- Почему сразу нет? Раз ты увидел недостатки, почему не хочешь помочь? Я, конечно, не директор школы, но раз тебя здесь приютили, кормят, одели… Нормальный человек всегда отвечает добром на добро, а ты именно такой. Если согласишься, будет щедрый бонус.
- Какой? – купился Дима и когда сообразил, не удержался, рассмеялся, как и Густав, который с хитрой улыбкой смотря на смущённого парня.
- Неограниченное время на втором стрелковом полигоне. Оружие на выбор. Боеприпасы не ограничены. Там можно создавать любые комбинации помещений и самые невероятные ситуации. Есть маркерные пушки и имитаторы минных заграждений. Сюда два раза в год на сдачу экзаменов по квалификации приезжают сотрудники спецподразделений, так что уровень, наверное, уже сообразил, самый высокий…
- Змей искуситель, - Дима улыбнулся и хлопнул по протянутой руке мужчины. – Хорошо, согласен, но при одном условии – на зарядке должны быть все. Не только ученики в полном составе, а и преподаватели. Согласятся, возьмусь. Нет – извините. Добавлю - лентяев выкидывать из комнат на улицу в трусах без права вернуться и одеться. На следующий день будут умнее. Почему сказал о наставниках? Старшеклассники должны видеть подготовку своих учителей и тренеров, а если её нет, об авторитете говорить будет поздно, да, наверное, и не нужно.
Густав помолчал и неуверенно кивнул.
- Попробую обратиться с таким предложением к Себастьяну, но последнее слово будет за ним.
- Решайте, а мне пора бежать. Иначе останусь без завтрака.
- Днём увидимся. – Густав повернулся и пошёл в административный комплекс, а Дима в полном смысле слова помчался к дому. Надо было успеть принять душ, побриться и привести себя в порядок перед завтраком.
По закону подлости его «сестра» плотно заняла душ. Из санузла доносилось пение, заглушающее шум воды… Постучав в дверь, Дима раздражённо рявкнул, что через пять минут он выключит свет и силой вытащит соню, которая сегодня злостно нарушила режим, не выйдя со всеми на зарядку.
Через четыре минуты в самом деле выключил свет, в ответ услышав ругательства, которые, по здравой логике, девушка ну никак не могла произнести. Ещё через минуту дверь распахнулась и оттуда появилась совершенно обнажённая Луиза. Она даже не завернулась в полотенце, держа его в руках. Дима вырвал у её из рук полотенце, и, замотав вокруг головы, толкнул на кровать, а сам юркнул в ванну и закрылся изнутри. Вредина сначала ругалась, потом, в отместку, тоже выключила свет, но парень спокойно закончил мыться в темноте. Вытерся и, одевшись, вышел из ванной. Глянул на Луизу. Та, словно в комнате была одна, продолжала сидеть голой перед зеркалом, крутя головой и внимательно разглядывая своё лицо.
- Так и не налюбовалась на своё отражение за столько лет? Подруга, я тебе напомню – мы здесь живём вдвоём, поэтому нужно хоть немного уважать друг друга... Если не уважать, то вести себя прилично. Предупреждаю - если не прислушаешься к моим словам, попрошу руководство переселить меня в комнату к какому-нибудь парню. Уверен, там точно не будет проблем на пустом месте. И ещё. Ты красивая девушка, отрицать глупо. Фигура, ноги, грудь – всё на высшем уровне, но ходить голой передо мной – поверь, бесперспективное занятие. Извини за откровенность, но в стенах школы ты для меня бесполое существо. Точно такое, как и все остальных. Можешь обижаться за невнимательность, можешь беситься, но, повторю, если ждёшь приключений – ошиблась адресом. Это не ко мне. Последнее. Если ты сюда приехала отдыхать, то я учиться. Уверен, в любом учебном заведении можно найти для себя что-то новое. То, что не знал и с чем ранее не стакивался. Кстати, через три минуты начинается завтрак, а ты ещё даже трусы не надела. Ждать тебя, и становиться нянькой не хочу и не буду.
Закрывая дверь в комнату, уже со стороны коридора, услышал в свой адрес злое шипение.
- Дурак. Я для него бесполое существо? Подожди-подожди. Как говорят, ещё не вечер…
- - -
Выбор блюд на завтрак был не столь обширен как на ужин, но Дима наелся. Даже напиток из кофемашины выпил без содрогания. Всё было хорошо до момента, как вышел на улицу, чтобы вернуться в комнату и забрать учебный планшет, но тут случилась самая настоящая катастрофа даже не глобального, галактического масштаба. Услышав голоса и смех, повернул голову и онемел – со стороны административного здания за Густавом шли две пары – Анни и Мари, а за ними – Дали и Дава. Мало того – от уже знакомого микроавтобуса, что стоял около здания, приветливо махала рукой Жаклин. Не своим детям, нет, ему… И, как вишенка на торте, в метре от женщины светился от счастья Хосе. Встав за выступ дома, Дима пропустил мимо себя две пары близнецов и подошёл к Хосе.
- Я не понял, что здесь творится? Зачем здесь… ЭТИ?
- Не ЭТИ, молодой человек, а мои дети, - Жаклин не стерпела хамства. – Что за пренебрежительный тон? Это ты здесь оказался случайно, а мои девочки появились по плану – им необходимо окончить курс обучения, а эта школа ближайшая к моему дому.
- Так Ваш дом вроде во Франции, не в Италии, – Дмитрий стал заводился. – Во Франции что, ни одной школы нет? Или те не соответствуют статусу?
- Мальчик, прошу, придержи язык. Ты отсюда скоро уедешь, а девочки останутся. Не переживай.
- Я не переживаю... Хосе, - парень бесцеремонно повернулся к старику. – Насколько долго мне придётся здесь отсиживаться? Срок можно сократить? Готов покинуть это место прямо сейчас.
Хосе, показав Жаклин, чтобы она оставалась на месте, подхватив Диму под локоть, отвёл парня в сторону.
- Поверь, я не знал, но у Жаклин на самом деле была договорённость, что её дочери и две другие девушки закончат обучение в этой школе. Понимаешь… Во Франции ничего подобного нет. Да, раньше там была школа, но, после перерыва, её деятельность восстанавливать не захотели. Что касается твоих проблем. Я тебе уже говорил - все аэропорты, через которые можно попасть в Россию, на данный момент перекрыты. Истерия британцев дошла до того, что при посадке досконально проверяют даже частные джеты. На тебя уже не обиделись, серьёзно разозлились после ликвидации группы. Для них найти русского парня стало делом принципа. Я бы сказал, чести. Ты не знаешь, но вчера на вилле полицией и службой безопасности по санкции Интерпола был проведён обыск. Жаклин, сам понимаешь, от случившегося в бешенстве. Мало того, что её сорвали чуть ли не с похорон мужа, так ещё допросили и заставили писать объяснения. Поэтому прошу – не надо её доводить.
- Подожди… А её мужа что, уже похоронили, раз дочери здесь? На третий или какой там по счёту день? Я уже сбился со счёта.
- Конечно, нет. Сейчас идёт подготовка к похоронам. Со всего мира в Париж соберутся родственники, друзья семьи и люди, кто с ним работал. Это был известный человек, поэтому всё пройдёт с большой помпой. Похороны состоятся приблизительно через неделю. Девушек в тот день отсюда с утра заберут и вечером вернут.
- Успокоил, называется. – Дима фыркнул. - Хосе, а почему ты не спросишь, как быть мне? Помимо одной ненормальной, которую мне подсунул для собственного спокойствия, добавились ещё четыре. Ладно бы те были нормальными, так тоже все с тараканами в голове величиной со слона. Если не знаешь - дочери Жаклин чуть ли не после первого часа общения заявили матери, что хотят видеть меня своим мужем. Две других… сестры посчитали, что я должен перед ними отчитываться за каждый свой шаг. Что творится в их головах, даже представить невозможно. Если они, не приведи Господь, объединят свои усилия… я или сбегу отсюда, или всех их поубиваю.
- Как вариант, и то и другое принимается, но это не выход, - старик была сама невозмутимость. На его лице не было ни намёка на улыбку. – В данном случае больше важны не действия, Дима, а их последствия. Хотя, на твоём месте, я бы серьёзно подумал над предложением девушек. Две жены - не одна, должен понимать. Для тебя появится огромное поле для маневра и манипуляций. Станут доступны большие деньги, а это возможность найти ту, третью, что тебе действительно подойдёт в качестве верной спутницы жизни.
- Ты сейчас издеваешься, да? – Дима с подозрением посмотрел на старика и тот кивнул.
- Конечно. Говорить серьёзно в данный момент сложно. Потерпи, прошу. Просто не обращай на них никакого внимание, а главное - не подпускай близко. Вцепятся – не оторвёшь. Не давай им ни малейшего повода. В таком случае они найдут для себя другую забаву. Держись, малыш, а нам пора возвращаться, да и тебе, видимо, нужно бежать на занятия…
Кивнув, Дима подошёл к Жаклин.
- Простите за мою несдержанность. Приношу извинения.
Женщина окинула парня взглядом, которым можно было заморозить целый океан, но ничего так и не сказала. Разве что фыркнула и, махнув рукой Хосе, пошла к микроавтобусу…
- - -
Не зря говорят, как день начнётся… - комната оказалась закрытой. Луиза ушла и заперла дверь. Ключ, понятно, унесла с собой. Так что он остался без учебного планшета, а время поджимало. Хорошо, накануне посмотрел план занятий и сейчас примерно представлял куда бежать.
В учебный класс зашёл предпоследним и за ним, замыкая дверь, появился преподаватель – та женщина, что вчера проводила экскурсию, Роза.
- Сорок второй, твоё место за первым столом. Для новичка повторю основные правила – во время занятий все молчат кроме преподавателя. Ученик открывает рот только для ответа, когда называют его номер и задают вопрос. Ясно? – увидев кивок, женщина обвела взглядом остальных. Займи своё место. Где сорок третий номер?
Дима молчал, хотя внутри его разбирал смех. Ждал, что будет дальше, хотя краем глаза заметил, что его ровесники с любопытством разглядывают новичка.
- Не слышу ответа.
Дима молчал, смотря в стол перед собой.
- Сорок второй. Я задала вопрос. Почему приходится ждать ответа? Где твой сосед по комнате и где твой планшет?
Парень встал.
- Согласно озвученными Вами правилам, ученик может ответить только после того, как назовут его номер. Отвечаю по существу – где в данное время находится сорок третий номер, не имею понятия. Мы за ручку не ходим, выросли из детского возраста. Планшет остался в комнате, закрытой моей… соседкой.
Женщина, кажется, только сейчас проявила эмоции – её глаза сверкнули злостью, сжалась рука, но лицо уже вернулось к обычному безразличному выражению.
- Делаю замечание за вызывающее поведение и отсутствие учебного пособия. Садись. Тема урока – разбор сделанного домашнего задания. С четвёртого по одиннадцатый номера включительно – неудовлетворительно. Тринадцатый и шестнадцатый – работа принимается. Остальным – переделать. Шестнадцатый, подключи планшет к сети и объясни своё решение.
На большом экране, что здесь заменял школьную доску, появилась фотография какого- то загородного дома. Следом появилась схема участка. Третья фотография, которая уменьшившись, «улетела» в угол, встав в ряд с другими, была фрагментом Гугл-карт. Последний снимок – снова фрагмент карты, но уже гораздо большего охвата. Дима по названиям населённого пункта понял – место взято откуда-то из Германии или Австрии.
Из-за спины раздался голос девушки.
- Задача – захват руководителя банды, находящегося в доме. Его охраняют трое боевиков. Есть данные, что те вооружены не только пистолетами, но и автоматами. Состав группы захвата состоит из трёх человек. Снайпер и два оперативника. – Девушка продолжала говорить, и на снимок, занявший весь экран, стали ложиться линии и стрелки, объясняя действия каждого их бойцов группы захвата и тех, кто находился в доме. Всё было складно и красиво… если бы не грубые упущения, сделанные девушкой. Она не смогла увидеть то, на что следовало обратить внимание в первую очередь. Вскоре Дима перестал вникать в подробности. Закрыл глаза, продолжая слушать объяснения шестнадцатого номера. Так и хотелось обернуться и посмотреть, кто сейчас вещает, но на первом уроке такое выглядело бы откровенным вызовом. Поэтому не стало неожиданным, что когда доклад закончился, Роза назвала именно его номер, заставив открыть глаза и встать.
- Тебе скучно?
- Ни в коем случае. Задание интересное, только как предварительные условия, так и выполнение, уж простите, не выдерживают никакой критики. Ни один штурмовик, имея настолько скудной объём информации, на захват не пойдёт, понимая, что это дорога в один конец.
- Объяснись, - Роза смотрела на парня взглядом, каким исследователь рассматривает бабочку прежде, чем приколоть её к картонке.
- Я могу выйти к экрану?
Преподаватель не ответила, но сделала шаг назад, тем самым давая возможность пройти.
- Ещё просьба, госпожа преподаватель. Мы не могли бы на некоторое время убрать завесу молчания у остальных? Что бы каждый мог высказать своё мнение, но, конечно, предварительно подняться и говорить по очереди.
- Если не будет шума, попробуй.
Получив разрешение, Дима подошёл к экрану и нашёл глазами пунцовую девушку, чей ответ, только что получивший от преподавателя одобрение, новеньким был подвергнут сомнению.
- Прошу увеличить масштаб этого снимка в три раза. Остальные можно уменьшить или вообще убрать.
Двухметровый экран преобразился – сейчас снимок занял весь экран.
- Спасибо. Я буду задавать вопросы, на которые попробуйте ответить, не высказывая предположений, а доказательно. Участвовать в обсуждении могут все. Это оперативная работа, которая, надеюсь, научит вас думать, а не рисовать стрелки. Первое – что это за тёмная линия, идущая через весь участок? Сразу скажу - не тень при склейке карты, потому что не ровная, а имеющие два ответвления.
Девушка-докладчик молчала, но поднялся её сосед. Уже открыл рот, но Дима поднял руку, останавливая. – Не надо называть номер, не будем тратить время. Говори кратко и по существу. – Парнишка кивнул.
- Канава. Заросшая травой, поэтому на снимке, сделанном с большой высоты, не имеет чётких границ. Служит для отвода воды с участка. Имеет продолжение и за границей участка.
- Молодец, исчерпывающий ответ. Вопрос к докладчику – если, предположительно, есть возможность пройти по канаве под ограждением, оставаясь незамеченными почти до самого дома, зачем отправлять бойцов лезть через забор? Почему я сказал предположительно – в докладе не услышал ни слова о существовании сигнализации и уж тем более о возможных минных заграждениях. Их здесь и не нужно много, чтобы закрыть проблемные места. Те, которые недоступны при осмотре из дома. Здесь, здесь и вот здесь, - Дима показывал места. - Конечно, закрыть и эту саму канаву, но не у самого входа, а чуть дальше, снабдив предупреждающей табличкой. Хотя, по уму, там больше пригодились бы мины с дистанционным подрывом. Почему, кто ответит?
- Дети или бездомные, - на этот раз поднялась девушка. – Если подорвутся, виноваты будут хозяева дома.
- Абсолютно верно. Поэтому хозяева сделали что? Не надо считать, что они глупее других. Скорее всего, закрыли проход витками колючей проволокой. Воде не помеха, а человек, без должного инструмента, пролезть уже не сможет. Тем более животные. Отсюда вывод – вход возможен, но технически затратен. Как минимум нужен сапёр. Если время ограничено – такой вариант не будет стоять в числе основных. Запоминаем – сигнализация, видеонаблюдение на объекте и мины. Это первое, о чём нужно всегда помнить, планируя проникновение на новый объект. Продолжаем…
Дима видел, что его одноклассники оживились. Сейчас им показывали и объясняли реальную обстановку, а не стрелки на картинках. Роза уже не стояла за его спиной, а села на его место и с её лица наконец-то спала маска – с интересом смотрела на снимок дома, слушая объяснения. Что ж, это парню понравилось. Продолжим…
- Кто скажет, для чего может служить это заглублённое в землю строение? Видите тень с обратной стороны? Там, вероятно, дверь. Погреб, где хранят продукты, требующие холода? В наше время, когда в подвале доме может стоять огромный холодильник, а то и два? - Небольшой холмик и тень от него Дима заметил случайно, минуту назад, при большом увеличении. Видимо высота этого строения над землёй была метр, не больше.
- Запасной выход из дома?
На предположение очередного подскочившего парня у остальных школьников на лицах появились улыбки.
- Интересное предположение, но мы живём не в средние века, да и тоннель до запасного выхода слишком длинный - метров тридцать, не меньше. Нет, мимо. Даю подсказку – небольшая труба над крышей заглублённого объекта. Вторая подсказка – уже заросшие следы от автомашины. Грузовой, не легковой. – Вот, обратите внимание на парные линии – Дима снова ткнул рукой на снимок и провёл дальше, почти до самых ворот.
- Могу с большой вероятностью утверждать, что там расположен аварийный генератор. Машина подъезжала, чтобы его заправить топливом. Как вариант – внутри есть доступ к ёмкости с горючим. Та закопана в землю.
- Блестяще. – Дима пару раз хлопнул в ладоши, чем заставил покраснеть девушку, которая сейчас садилась на своё место. – Если бы обратили внимание на столбы электропитания, что вкопаны вдоль ограды, заметили, что на ближайшем до сих пор висит скрутка проводов. Видимо раньше кабель от генератора шёл поверху, а потом его закопали. Теперь вопрос – зачем оперативной группе брать во внимание существование генератора и провода? Первое, что приходит в голову – обесточить особняк, тем самым лишив обороняющихся возможности использовать видеонаблюдение и сигнализацию. Допустим, перерезали провода и тут же включился генератор. Верно? Так, но не так. Смотрим на крышу дома и что видим? Панели солнечных батарей. Какой вывод?
- В доме есть аккумуляторы и зарядное устройство. Сигнализация запитана на них, не на внешний источник.
- Логично. – Дима кивнул очередному ученику. – В таком случае ваши действия?
- Попасть в генераторную и… - Подскочившая девушка запнулась.
- И… Продолжайте.
- Устроить замыкание или пожар.
- Именно последнее я и хотел услышать. – Дима показал на экран. – Окна, вероятно, есть со всех четырёх сторон дома. К сожалению, на снимке этого не видно. Случись замыкание в сети, и даже если его не будет, а просто из генераторной пойдёт дым, каковы будут действия людей, находившихся в доме? Без сомнения - пойдут туда, чтобы потушить огонь и понять причину возгорания. Сначала один человек, а потом, если огонь будет сильным, вызовет помощь. В условиях задачи было, что в группе захвата всего трое – два оперативника и снайпер, верно? Идти на штурм дома, где бандиты находятся под защитой стен и под рукой имеют автоматическое оружие, глупая затея. Гораздо проще их выманить, к примеру, на тот же пожар, ведь они не будут тушить огонь с автоматами в руках. В подобной ситуации внимание даже тех, кто останется в доме, будет ослаблено. Их будет больше волновать пожар, а не гипотетическое вооружённое нападение. Следовательно, надо использовать отвлекающий маневр и подойти к дому вплотную. Дальнейший алгоритм действий будет исходить от поставленной задачи – захвата преступников или их ликвидации. В первом варианте – работа снайпера по тем, кто тушит огонь, и тем, кто виден в окнах. Далее - светошумовые гранаты в окна и работа по нейтрализации. Второй вариант лишь немногим отличается от первого - не дать возможности использовать оружие - работа по конечностям, а группе захвата, к примеру, рекомендовать использование гранат со слезоточивым газом.
Дима повернулся к классу.
- Я сейчас предложил один из наиболее практичных вариантов, когда время на захват лимитировано. Есть, как минимум, ещё два, но те потребуют тщательной подготовки и использования технических средств.
- Назови их хотя бы приблизительно, – преподаватель сейчас смотрела на парня иначе, чем перед занятиями.
- Пожалуйста. Повторяем первый вариант, но в более простом исполнении. – Снова рука Димы показала на снимок. – Соседняя постройка, что примыкает к дому. Если судить по снимку, из дерева, более старая, чем сам дом. Ночью поднимаем дрон и под стропила заводим устройство с зажигательным зарядом. Я знаю, есть техника, которая работает почти беззвучно. Если подвести дрон со стороны постройки, в доме ничего не услышат. На большом снимке невдалеке от этого дома расположен населённый пункт, где наверняка есть пожарная часть. Если не муниципальная, то состоящая из добровольцев. Группа захвата переодевается и через десять-пятнадцать минут вполне легально въезжает на территорию, даже если их и не просили приехать. Пожарные для тушения огня имеют право проходить на частную территорию без согласия владельцев. Насколько в курсе, в Европе везде так. В Америке законы иные. Там требуется письменное согласие землевладельцев, иначе последуют огромные штрафы. К слову, подобные бредовые законы действуют не во всех штатах.
- Ещё варианты, - немедленно отреагировала Роза, но тут неожиданно для парня в коридоре прозвучал гонг. Видимо, это означало, что занятие закончилось, что Роза и подтвердила, поднявшись со стула и встав лицом к классу. – К завтрашнему занятию подготовьте новые варианты проникновения на эту территорию. Усложним ситуацию. В здании находятся восемь человек. Группу захвата увеличим до пяти. Свободны. Сорок второй, прошу задержаться.
Когда школьники покинули класс, женщина показала на стул. Отодвинув другой, села, закинув ногу на ногу.
- Следующие полтора часа – индивидуальные занятия по иностранным языкам. Тебе это, как понимаю, не надо. Английский и французский в совершенстве. Могу предположить, что родной - русский или польский. Нет, русский, однозначно.
Дима кивнул, соглашаясь. А зачем подтверждать то, что наверняка уже известно. Парень сомневался, что Хосе, устроив его в эту школу, не поделился с директором частью информации. Естественно, и тот в свою очередь ввёл в курс дела преподавательский состав. Не всех, конечно, но человек пять, особо доверенных людей, о Диме получили некоторые сведения.
Женщина долго молчала, о чём-то думая, глядя сквозь парня, и когда заговорила, Дима невольно вздрогнул – пауза уж очень затянулась.
- Признаюсь, не ожидала, что ты сегодня сможешь занять внимание класса. На удивление, их заинтересовал и даже заставил думать, что для меня совсем уж удивительно. Своеобразная манера подачи информации, что непривычно, но я видела результат. Скажу прямо – вряд ли ты от меня узнаешь для себя что-то новое, поэтому разрешаю не посещать мои занятия.
- Извиняюсь, но позвольте не согласиться со сказанным. У каждого есть чему поучиться. У вас огромный опыт, а у меня его совсем мало.
Тут Роза удивила парня. Вскинув бровь, рассмеялась. Её лицо ожило, хотя тут же стали видны глубокие морщины в уголках глаз и губ. Женщина сейчас проявила свой истинный возраст, который тщательно скрывала.
- Ты хитрый. К тому же подхалим. – Роза внезапно перестала смеяться и её лицо стало прежним. – Хорошо. Не возражаю против твоего присутствия, но требую вести себя согласно положению – не брать на себя функции преподавателя. Одного им вполне достаточно, хотя… - Роза вновь замерла, на этот раз, не уйдя в себя, а разглядывая парня. – Пока ты здесь, в школе, могу предложить вариант стать моим ассистентом. Скажем так – две трети урока проходят занятия по моему плану, а в оставшееся время разбираешь какую-либо ситуацию. Делаешь акцент на деталях, которые ученики чаще всего упускают. Повторю, мне понравилось, что ты заставил их думать.
Дима, соглашаясь, кивнул.
- Мне самому стало приятно, когда увидел в их глазах азарт. Единственное… представляю, что они сегодня вечером будут придумывать. Прыжки с самолёта, подкопы. Вот увидите, фантазия будет бить ключом.
- Главное, чтобы понимали – всё это меньше чем через год придётся воплотить на практике. Уже в реальных условиях.
- Роза, они уже все расписаны? Есть покупатели?
- Странные, непривычные для меня выражения, но суть передана верно. – Женщина смотрела парню прямо в глаза. - Большая часть, почти девяносто процентов, уже знают, где будут служить или работать. Вполне возможно, вы скоро окажетесь по разные стороны баррикад. Поэтому хорошо подумай – стоит ли тебе делиться с ними знаниями и секретами? Ведь это может обернуться против тебя самого.
- Благодарю за предупреждение, но все прекрасно осознаю. Как и то, что через год выпускники уже мало будут походить на себя нынешних. А я, надеюсь, через этот год окажусь далеко отсюда и займусь уже совсем другим, более мирным ремеслом.
Женщина, выслушав, хмыкнула.
- Так многие говорят, но мало у кого получается. Кардинально перестроить свою жизнь не так легко, как об этом сказать. Что ж, спасибо за откровенный разговор, а сейчас иди – с минуты на минуту здесь появится другой класс. Хотя, если хочешь, можешь остаться.
- С вашего позволения останусь. Не на улице же сидеть полтора часа? Обещаю, мешать не буду.
- Надеюсь, - усмехнулась дама и встала, когда в помещение стали заходить ученики другого класса, в составе которых были… Луиза и две пары близнецов… уже переодетые в стандартные комбинезоны.
Дима заставил себя смотреть на них без интереса, но и девушки, мазнув взглядами, не показали, что увидели знакомого. Не могли не узнать, но, скорее всего, послушались наставлений матушки и держали планку. Дима давно осознал, что он и эти своеобразные особы из разных социальных слоёв. Он – голь, перекати поле, где за душой нет ничего, а они – наследницы огромной бизнес-империи и состояния, которое и за десять жизней не истратить. Реальность и серьёзность их заявлений о женитьбе равнялись нулю. Видимо те разговоры для них были очередным этапом своеобразной игры - желанием обратить на себя внимание матери, ничем больше.
Как и обещал Розе, на следующем занятии не проронил ни слова. Говорил учитель, давая теорию. Рисовала на планшете схемы и приводила интересные примеры из жизни, чем учеников и увлекла. Лишь некоторые изредка делали записи в электронных планшетах…
- «Странно у нас повернулся разговор. Откуда такая забота? Зачем надо было акцентировать внимание на будущем противостоянии меня и одноклассников? Складывается впечатление, что она обо мне знает больше, чем показывает. Откуда? Хосе? Вряд ли. Тот, скорее, напустил тумана, придумав очередную легенду даже для Себастьяна. Вот Жаклин в курсе. Её дочери тоже. Будут ли они молчать, не хвастаясь перед одноклассниками? Скорее всего – да. Прекрасно осознают, что, открыв рот, могут навлечь на свою голову, да и на мамы множество неприятностей. Ладно. Следующий урок – биология. Пожалуй, и там мне лучше молчать».
* * *
- Выбирай оружие по руке, не по внешнему виду.
Совет, данный Витторио, мужчиной, который вчера предложил спарринг в ножевом бое, был немногословным. Из десятка пистолетов, больше половины которых видел «живьём» в первый раз, парень взял тот, с которым уже работал в своей школе, но тут же с удивлением посмотрел на инструктора.
- Да, это страйкбольный, копия девятнадцатого, не боевой. Или ты думал, тебе сразу дадут нормальное оружие? – Мужчина явно развлекался, поддевая парня. – Покажи сначала, что умеешь и только после этого, если дадут разрешение, начнёшь занятия с боевым оружием. Как пользоваться, показать?
- Да. Прежде игрушки в руках не держал.
- Игрушки? Крутой, как погляжу. Что ж, смотри. Показываю один раз. В этом экземпляре пружины нет, баллон с газом. Магазин на одиннадцать шариков.
Инструктор показал куда и как вставлять баллон, куда засыпать пульки.
- Запомнил? Если да, на рубеж. Готовность минута. Вводная – в помещение группа террористов. Число неизвестно. С ними заложники. Двое или трое, тоже неизвестно. Задание – уничтожить боевиков и не попасть по гражданским. Теперь вопрос по сложности исполнения. От одного до десяти. Начиная с пятого уровня, включаются механика мишеней и маркерные пушки. Если шарик попадёт в тело, будет больно, а если несколько… Решай сам.
- Максимум, но возникает резонный вопрос – защитный шлем или очки дадите?
- Шлемы предназначены для малышей. Держи, – инструктор вынул из стола и подал Диме очки. Старые, с мутными и поцарапанными стёклами. Парень вопросительно посмотрел на инструктора, но тот уже отвернулся к пульту управления, делая вид, что всё в порядке вещей.
- «Явная подстава. Ладно, проглотим. Обиделся за вчерашнее поражение на ринге, поэтому гадит в меру возможностей? Странно. Для инструктора подобное поведение недопустимо»…
Дверь ушла в сторону и, Дима, сделав шаг за порог, сразу ушёл вниз, прыгнув с перекатом к ближайшему столу, упёрся спиной в твёрдую поверхность. Забавно – на стене висело подобие зеркала, сделанного не из стекла, а отшлифованного алюминия. Эта комната и вход во вторую были видны, но плохо. Посмотрев на стены, парень по потёкам приблизительно определил где стоят маркерные пушки. Плохо, что манекенов не увидел, но можно начать сразу по-своему, ломая всё, к чему здесь привыкли.
Резко перевернув, поставив стол на ребро, вызвал реакцию датчиков движения и по дереву забарабанили шарики. Грохот в помещении стоял такой, что парень удивился словам инструктора. И через полминуты его удивление стало куда больше, когда понял, что по нему вёлся огонь не шариками с краской, а резиновыми пулями. В голову, кроме матерных слов, ничего не приходило, но сидеть за столом до утра смысла не было. Пришла идея и он тут же претворил её в жизни. Два удара ногой в места крепления боковой стенки стола. Следом в другую боковину и в руках оказался полуметровый кусок довольно толстого ДСП. Плохо, что рукой не что взяться, а то бы изобразил подобие щита, но если его взять снизу... Нет, не пойдёт, тяжёлый. Стоп, а если…
Через минуту стол, резко дёрнувшись, продвинулся на метр вперёд. Ещё на метр. Остановка и снова рывок вперёд. Поравнявшись с первой боковой мишенью, сделал выстрел сначала в туловище мишени, затем двумя шариками залепил краской объектив камеры. Оглушительный шум от попаданий в стол сразу стал тише. Ещё пара рывков вперёд и новая мишень. Уже справа. Только здесь была подстава - «террорист» прятался за фигурой женщины. Выстрел, ещё один и сразу двойка по объективу. Всё, в комнате стрельба стихла. Поднял руку выше стола и резко убрал. Снова показал руку. Махнул. Тишина.
Дима поднялся из-за стола и подошёл к маркерной пушке. Внимательно её осмотрел. С сожалением понял, что та автономно работать не сможет – была идея её вырвать из креплений и пойти дальше уже с более серьёзным «оружием». Ну и ладно. Сменил баллон и добавил шариков в обойму. Появился в проёме другой комнаты и сразу отпрянул – ему вслед засвистели резиновые пули. Когда стрельба стала стихать, рывок вперёд и сразу назад. Новый поток пуль. Третий, четвёртый раз спровоцировал автоматику – торопиться было некуда, а количество зарядов в автоматах явно имело предел. Вскоре с левой стороны выстрелы прекратились и парень, зайдя справа от входа, спокойно расстрелял две мишени. Затем, выглянув, со второго раза попал и в третью. В первой комнате вновь пополнив магазин, глубоко вздохнув, пробежал через всю комнату, на ходу стреляя по мишеням. Когда попал в последнюю, раздался короткий сигнал, давая понять, что упражнение успешно пройдено. Выдохнув, вернулся к входной двери и та, казалось, нехотя медленно откатилась в сторону...
В комнате, где проходила подготовка к огневому рубежу, был не только Витторио, но и Роза, а также двое незнакомых мужчин, которые смотрели на большой экран.
- Упражнение закончил, – отрапортовал парень и, разрядив оружие, положил на стол. – Готов выслушать замечания.
Преподаватели и инструктора молчали, и никто не ожидал, что произойдёт дальше. Дима, сдав два стремительных шага, схватил рукой за комбинезон на груди инструктора.
- Ты сказал, автоматы в меня будут стрелять шариками с красой. А это что? – Дима разжал левую руку и высыпал на стол кучу резиновых пуль. – Хотел развлечься? Что ж, не буду разочаровывать. Сегодня вечером встретимся в спортзале. Полный контактный бой без защиты. Без бинтов и шлемов. Это не предложение, вызов.
- По правилам школы, ученик не может вызвать учителя или инструктора, - попробовал было вступиться за коллегу один из незнакомцев, но парень, отпустив грудь Витторио, резко повернулся к говорившему.
- Разве? Получается, инструктор может вызвать ученика на ринг для показательной порки, зная, что подготовлен лучше, да и в силу возраста более опытен, а ученик такого права лишён? Вы наверняка слышали, что вчера уже состоялась наша первая встреча. И сейчас у меня появилось желание продолжить. Не люблю тех, кто использует служебное положение. Хотя… - Дима остановился уже у двери. – Как вариант, могу предложить альтернативу. Каждому будет выдан пистолет с резиновыми пулями и устроим состязание – кто кого. Из защиты только очки. Устраивает подобный вариант? Можно начать прямо сейчас. Чего откладывать?
Молчание вскоре прервал старший из мужчин.
- Встретитесь вечером в спортзале. Будут присутствовать только преподаватели. Возражения?
- Принимается. В восемь.
Когда парень вышел, Витторио осуждающе посмотрел на мужчину.
- Данго. Он…
- Ты сам виноват, Витто. Почему не выдал ему защиту? Зачем надо было издеваться над парнем? Чего хотел добиться? Поквитаться за своё поражение? Так он тебя и на полигоне бы уничтожил. Сколько раз промазал? Два выстрела мимо. Всего два. По статистике он один их лучших стрелков, что проходил испытание при максимальной сложности. И со столом его придумка… неожиданная, надо сказать. Как и с камерами. Скажи честно – ты в стрессовой ситуации хоть раз попал бы в объектив? Сомневаюсь. Так что будь готов показать, на что способен в рукопашном бою. Хотя… я видел запись вчерашнего боя. Если будут делать ставки, на тебя вряд ли кто поставит… Последнее. Я тебя отстраняю от стрелковой подготовки на втором полигоне сроком на месяц. Будешь заниматься техническим обеспечением первого полигона. Мне разборки между школьниками и инструкторами не нужны…
Глава 9
Вернувшись в дом, подойдя к комнате, снова упёрся в закрытую дверь. Где сейчас искать Луизу, чтобы попасть внутрь… Постучал в дверь в надежде, что та... Хотя почти сразу сообразил – дверь то изнутри закрыть было нельзя – там не было замочной скважины. Забавно, всё повторяется. На вилле в гостевых комнатах всё обстояло точно так же. В крыле на втором этаже, где разместили Диму, было ещё три комнаты, и он поинтересовался – там было по-другому или так же, как у него? Убедился, что обстановка была как под копирку и двери в тех комнатах тоже нельзя было закрыть изнутри.
- Не стучи, там никого нет. - На шум из соседней комнаты вышла девушка. - Твоя сестра переехала. Не ожидал? Меньше надо было ссориться. Здесь стены тонкие, слышно каждое слово. На, держи. – В руку Димы сунули ключ.
- Спасибо, - парень отомкнул комнату и увидел, что вещи Луизы отсутствуют. Что ж, не самый плохой вариант. В ванной, сполоснув лицо, посмотрел на себя в зеркало. Внешний вид не радовал, да и внутри чувствовал себя измотанным до предела.
Не успел вернуться в комнату, как в дверь постучали и, услышав разрешение, вошли те трое мужчин, кто ранее находились на стрелковом полигоне.
- Мы так и не познакомились. Данго, заместитель директора по учебной части. Своё имя называть не нужно. - Мужчина лет пятидесяти коротко кивнул. - Информирую, что Себастьян, наш директор, разобравшись, своей властью запретил поединок. Витто, твоё слово.
Витторио, инструктор по стрелковой подготовке, сделал шаг вперёд.
- Сорок… Прошу прощения за неподобающие действия. Виноват. В присутствии коллег обещаю, что ничего подобного более не повторится. Я, в самом деле, обиделся за вчерашнее поражение, но меня это не оправдывает.
Дима смотрел не на инструктора, на другого мужчину. Понял, чего тот ждёт – примирения. Что ж, зачем всем портить жизнь? Парень поднялся с кровати и подошёл к инструктору.
- Хорошо. Извинения принимаются без каких–либо условий. Мир?
- Мир, - с облегчением улыбнулся мужчина и пожал протянутую руку.
- Раз всё хорошо закончилось, не будем мешать отдыху. - Данго выпроводил коллег из комнаты, а сам задержался.
- Спасибо, что поступил разумно.
- Как следовало СРАЗУ, ещё там, поступить двум разумным людям, а не затягивать до последнего.
Мужчина улыбнулся, кивнул и, покинув комнату, аккуратно закрыл за собой дверь.
- «Вот и хорошо, что всё закончилось. Не надо снова выходить на ринг и доказывать свою правоту кулаками. Лучше провести свободное время в спокойствии, а то достали вконец. Все лезут с какими-то претензиями, пытаются взять «на слабо». Что им всем от меня надо? Что инструктор вчера, что Роза... Получается не отдых, а постоянная нервотрёпка. Не знаешь, откуда ждать новый выпад. Нет, к чертям такое. Наверное, инструктора опасаются, что я выполняю какую-то тайную миссию, проверяю их профпригодность, вот и дергают, кто как может. Пожалуй, лучше не отсвечивать и стать одним из рядовых школьников. По крайней мере, будут меньше придираться, а я тем временем просто отдохну, ведь скоро предстоит непростой путь домой».
Ужинал за своим столом один. Видел, что Луиза, вопреки правилам, сидела за столом вместе с другими учениками. Сейчас болтала с сёстрами–сирийками и на него ни разу не обернулась.
После ужина снова посетил спортзал. Час позанимался и вернулся к себе. Ожидал, что к нему кого-то подселят, но, видимо, руководство решило пойти навстречу, предоставив возможность хоть по вечерам оставаться одному. После душа лёг на кровать и открыл планшет в поисках информации по учебному плану на следующий день. Первое, но что наткнулся, был чат, где школьники делились впечатлениями о сегодняшнем дне. Неудивительно, что всё было посвящено разбору урока по тактике первого десятого класса, а тех было два по двенадцать человек в каждом. Много было восторга, но не меньше и критики. Почитав немного, Дима понял, что улыбается. В основном вся критика шла от парней, да и не критика это была вовсе, а чувство откровенной зависти. Какая-то девушка издевательски написала, что будет с нетерпением ожидать завтрашний урок, где критиканы предложат свои варианты задания, а сорок второй выскажет своё мнение. Вот тогда и будет понятно, у кого голова работает, а у кого её вовсе нет…
Посмотрев расписание, убрал планшет. Домашнее задание ему делать было не надо, но больше порадовался тому, что Густав к нему вечером, как обещал, не зашёл, поэтому, надо понимать, вопрос с зарядкой с повестки снят…
Уже засыпал, когда услышал, как дверь открылась и сразу же закрылась. По комнате прошлёпали лёгкие шаги и…
- Брысь, не то вызову дежурного.
Включив настенный бра, Дима увидел у своей кровати растерявшуюся Мари. Рыжая девица была в какой-то прозрачной сорочке, которая скорее подчеркивала, чем скрывала формы уже полноценного женского тела.
- Ты не посмеешь….
- Ещё как посмею. Уходи, Мари. Поверь, твой глупый поступок ни к чему хорошему не приведёт. Я не угрожаю, предупреждаю, что, в самом деле, вызову дежурного. Мне не нужны неприятности ни от руководства школы, ни от твоей матери. Мы не можем быть вместе ни сейчас, ни потом, потому что разовые интрижки мне не интересны, а ничего серьёзного быть и не может - мы совершенно разные.
Девушка шарахнулась в сторону, словно от удара, но не ушла а, схватив висевший на спинке халат парня, накинула на себя и села на край кровати.
- Ты странный, Дима. Первый, кто меня отверг. Почему? Ты ведь сам говорил, что мы с сестрой красивые.
- Маша, красота – вывеска, которая умного человека способна лишь заинтересовать – а что находится там, за фасадом. Сама знаешь, первое впечатление зачастую бывает обманчивым. Что дальше? Нужно приоткрыть дверь и посмотреть что внутри. Честно скажу – я там не увидел ничего, что мне могло бы понравится. В тебе или Анни. Постоянные кривляния, эпатаж. Зачем? Если думаете, что на такое кто-то соблазнится - ошибаетесь. Вы уже не дети, с кем можно сюсюкать и спускать шалости, ссылаясь на возраст. Девицы на выданье, а…
- Ума нет? Ты об этом тактично умолчал?- девушка усмехнулась, и её лицо в момент преобразилось. Такую Мари Дима ещё не видел – серьёзную и немного… раздражённую. – Да, мы давно играем отрепетированные роли персонажей детей Жаклин, к которым все уже привыкли и иного от нас не ждут, но знал бы ты, как нам самим всё это насточертело. Спросишь почему? А ты не задумывался над таким вопросом – кто встанет у руля бизнеса, когда мама уже не сможет всем руководить? Знаешь, сколько желающих войти в семью, взяв нас в жёны? Не десятки, сотни. Не только наших сверстников, а и взрослых людей. Сынки бизнес-партнёров мамы, её работники, руководители направлений и фирм. Все они уверены, что, женившись на одной из нас, смогут потихоньку войти в руководство, а там, со временем, прибрать к рукам и весь бизнес. Ты не знаешь, но у каждой из нас уже дважды срывались помолвки. Причина проста – регистрация брака может быть проведена только после заключения контракта, а тут всех женихов ждал грандиозный облом – ни одного из них не устроило, что из приданого у нас только квартира в центре Парижа и автомобиль. Ни акций, ни миллионов, ни фирм – НИЧЕГО. Вот и сбегали в последнюю минуту, когда юристы выкладывали на стол контракт. Вместе с тем, женихи, все как один, находили массу причин, чтобы не расторгнуть, а отложить свадьбу. Чувствуешь разницу? Они пытались сохранить лицо, а по факту решили дождаться момента, когда мы получим наследство. С другой стороны и мама воспользовалась своеобразной проверкой не на преданность, а… просто на порядочность. За последний год она убрала больше десятка человек с руководящих постов. Кого из-за своих сынков, а кого и напрямую. Тех, кто стал уже открыто интересоваться нашим потенциальным приданным.
- Маша, всё это понятно и по-человечески вполне объяснимо. Таких как вы, не так много в Европе – красивых, потенциально богатых. Хочешь сказать, своим поведением пытаетесь поставить дополнительный заслон перед теми, о ком рассказала?
- Да. Знаешь, это срабатывает на все сто. Когда мы видим, что людей интересуем не мы сами, а деньги мамы, включаем режим активных стерв. Результат – отсеивается более девяносто процентов претендентов.
- Всё это хорошо, но зачем вам я? Тем более, когда сказал, что заниматься с вами не буду даже за большие деньги. Почему отказался? Объяснить?
- Ты решил, что, получая деньги от мамы, будешь обязан не только ей, но и нам, верно? Что тебя будут усиленно обихаживать и соблазнять? Скажу честно – вполне разумный вывод, но ты уехал, и нам ничего не оставалось делать, как приехать в школу, с который мама договорилась ещё полгода назад. И тут встречаем тебя и эту... Она нам заявила, что ты с ней… Она твоя любовница?
Дима рассмеялся. Не ожидал, что разговор перейдёт в иную плоскость.
- Нет, хотя и пыталась стать таковой. Луиза своеобразная девушка. Многим такие нравятся, но у меня с ней разные взгляды на жизнь.
- Поэтому ты её и выгнал из комнаты?
- Ты и это знаешь? – парень уже перестал стесняться, говорил, не особо подбирая слова. – Ну да, было бы странно, если новость мирового масштаба осталась в тайне от всех школьников – сестра со скандалом уходит от брата. Что мы не те, за кого себя выдаём, очевидно, уже не для кого ни секрет. Хотя, ты сказала, что я её выгнал – это не совсем так. Она сама решила переехать, но не буду врать – очень тому рад. Появилась возможность нормально отдыхать и не зависеть от желаний постороннего человека. Я ведь привык быть один и присутствие чужого человека в моём личном пространстве откровенно раздражает.
- Я тоже? – Мари, кажется, была уверена, что является исключением, поэтому оказалась не готова к иному ответу.
- А чем ты отличаешься от других? Тем, что мы за три дня поговорили в общей сложности час, да один раз встретились в поединке в спортзале? Даже не смешно… Пожалуй, тебе пора, Мари. Скоро отбой, поэтому не хочу, чтобы тебя заметили выходящей из моей комнаты. Тем более, в таком наряде. Звонок доброжелателя в кавычках Жаклин и та немедля сюда примчится, обвинив меня в домогательствах. Только одно мешает в этом непроработанном плане – ты пришла в эту комнату, не я к тебе. Дам ещё подсказку. Стены здесь тонкие, слышимость великолепная, а мои соседи, как сегодня выяснилось, с интересом слушают, что происходит в моей комнате. Так что алиби у меня железное. Иди, Мари. Разговор забавный, но перспектив не имеет. Задело, что не обращаю на вас внимание, верно? Обидело до такой степени, что решили сломать привычную тактику? Запомни сама и передай сестре - вашей игрушкой никогда не стану. Прошу, иди к себе, я хочу отдохнуть.
Девушка более не произнесла ни слова. Поднялась и, постояв с полминуты у кровати, сняла с плеч халат и аккуратно положила его на спинку стула, а затем вышла...
Парень с сожалением смотрел на дверь. Та открывалась в коридор. Было бы иначе, можно было бы подпереть её стулом или столом. Хотя ещё на первом инструктаже было сказано, что когда в комнате есть люди, дверь должна оставаться открытой. Аргументировалась пожарной безопасностью, но, видимо, дело заключалось не только в этом. Дима уже слышал разговоры, что в комнаты после отбоя заходит дежурный преподаватель. Каждый вечер в один из домов, где жили школьники, в одну или две комнаты на выбор. Куда тот заглянет в очередной раз – для всех оставалось неизвестным…
Спать не хотелось, но, когда выключил бра, отключился мгновенно. Он не знал, что ночь преподнесёт ему очередную встряску…
* * *
Проснулся рывком и сразу. Потянулся за планшетом, что положил перед сном на тумбочку – два часа. Понятно ночи, не дня. Странно и необычно было другое – тело само, без подсказки мозга, приготовилось к бою. Почему? Окно было приоткрыто, ближайший населённый пункт далеко, поэтому Дима и услышал то, что в другом месте пропустил бы мимо – едва слышный стон, который донесся с улицы. Стон человека, которого покидает жизнь. Плавно слез с кровати и мягко, на носочках подошёл к окну. Чуть раздвинув жалюзи, посмотрел на залитую лунным светом дорожку, ведущую к дому. Увидел лежащего ниц человека. Что с ним произошло, было непонятно, но на нём была одежда, что носили преподаватели школы – серый комбинезон с чёрной полосой на спине и нашивками на рукавах – по числу исполненных годовых контрактов. У этого были, кажется три, но разглядеть точно с десятка метров было сложно. Голова заработала на пределе и первым делом на кровати с помощью халата, подушек и полотенец изобразил силуэт спящего под одеялом человека. За несколько секунд натянул комбинезон и ботинки, оставив шнуровку на потом. Несколько шагов к входной двери и нажал на кнопку сигнализации. Не три раза, как рекомендовали при пожаре, а пять – сигнал общей тревоги, который надо было нажимать только при возникновении чрезвычайной ситуации, грозящей гибелью сотрудникам и ученикам школы. На удивление, ни сирены, ни какого-либо другого звукового сопровождения не произошло. Дима нажал ещё несколько раз, потом вдавил кнопку, мысленно досчитав до десяти. На этот раз сигнал сработал как надо – вокруг кнопки стал мигать обод – как было написано в инструкции, подобное мигание означало, что сигнал тревоги был принят в воинской части, что находилась не так далеко. Как говорил Густав, потребуется минимум четверть часа, чтобы сюда доехала дежурная группа.
Еле слышные шаги по коридору услышал лишь потому, что приоткрыл дверь и стоял наготове, ожидая, когда её начнут открывать. Дима закрыл глаза, с силой зажмурился. Раз, другой, чтобы глаза адаптировались к полной темноте – в коридоре сейчас не горело даже дежурное освещение, что было странно. Протянул руку к выключателю и клацнул клавишей, включая свет в санузле. Странно – свет из-под двери так и не появился. Хотя… парень только сейчас сообразил – когда выглядывал в окно, ни в одном доме на территории школы свет не горел, как и фонари.
Мягкие скользящие шаги приближались. Показалось, что идут двое, но через пару секунд Дима понял – нет, один. Просто ступает так, как ходят опытные люди, почти беззвучно – переносит вес тела с носка на пятку. Подошва буквально скользит над полом. Изучить подобный шаг нелегко, но, чтобы его использовать, требуется длительная подготовка.
Парень буквально всем телом ощутил, как правая рука незнакомца взялась за ручку. Перед этим случилась небольшая заминка, а какая – тут вариантов не было – петли были справа, и дверь открыть можно было скорее правой рукой, чем левой – та бы мешала зайти, удерживая подпружиненную дверь. Следовательно, оружие, если оно есть, сейчас в левой руке. Что ж, пора…
Метра для разгона было недостаточно, но даже такого удара человек, открывающий дверь, не ожидал. Его снесло, но, падая, пистолет из руки не выпустил. На лице был прибор ночного видения, который Дима снёс ударом ноги. Очередной удар последовал по руке с оружием, а затем парень прыгнул, подбирая под себя колени, чужаку на грудь. Негромкий хлопок закрывшей двери совпал с хрустом сминаемых ребёр. Короткий всхлип и тишина. Дима пошарил рукой по полу, но слетевший с головы «ночник» видимо улетел дальше. Вскочив на ноги, открыл дверь и, схватив незнакомца за руку, втащил в комнату. Увидел, куда отлетел ПНВ и пистолет. Кинув под дверь полотенце, чтобы можно было хоть что-то увидеть от лунного света, всё подобрал и на этот раз закрыл дверь тихо. Пульс у чужака был, но сердце билось неровно – видимо сломанные рёбра что-то внутри повредили. Тем не менее, сняв с пояса мужчины ремень, перевернув его на бок, скрутил руки за спиной. Быстрый обыск был безрезультатным – кроме запасной обоймы для пистолета и маленького ножа - ничего. Новый осмотр одежды, теперь основательный, дал результат – в клапан нагрудного кармана был вшит продолговатый чип – сантиметр на два. Своего рода опознаватель «свой-чужой». Дима такие вживую ни разу не видел, но о существовании подобных знал – в память чипа были забиты данные человека, его номер и даже платёжная карта, с помощью которой можно было купить билет на поезд или самолёт. Та же банковская карта вместе с удостоверением, только в непривычном исполнении. Кто таким пользовался, было известно. ЦРУ, МИ-6 и Моссад. Евреев Дима сразу отмёл – тем дорогу не переходил. Американцы вроде тоже не имели к нему особых претензий, хотя, кто знает, может и их интересы затронул... Полотенцем дополнительно связал ноги так и не пришедшего в сознание человека. Лицо было незнакомо, поэтому на периферии сознания мелькала мысль, что по его душу пришёл кто-то из инструкторов школы… Паранойя? Совсем нет. Дима понимал, что для всех в школе он был чужаком. Не итальянец, не француз, не пойми откуда. И если здесь был человек из разведки, а в такой школе он всяко должен быть, то, получив приказ, мог сработать под чужака… Незнакомец был одет в серый комбинезон, который издали мог сойти за стандартную одежду школы. Обувь, правда, чёрная, но ночью - это детали…
Прибор ночного видения не работал – видимо внутри что-то сломалось, когда слетел с головы от удара ногой, вдобавок ещё и врезался в стену. Жаль, конечно, но можно и без него… Пистолет был незнаком. Что удивило – без глушителя. Вместо него затвор имел странную конструкцию – массивный, удлинённый, с перфорацией, конусообразный, с сужением к дульному срезу... Предохранитель, проверка магазина и наличия патрона в патроннике – эти действия не заняли долгое время, и уже через полминуты Дима беззвучно спускался по лестнице. Нужно было проверить состояние человека, кого увидел из окна.
У входной двери на первом этаже остановился. Предстояло решить – идти через дверь или через окно, что имелось в противоположном конце коридора... Вряд ли на территорию школы ликвидатор сунулся один, без подстраховки и помощи того, кто знал в каком доме живёт Дима, в какой комнате и на каком этаже. Тут явно помог кто-то из работников школы. Вот на второй этаж дома ликвидатор пошёл уже один – меньше шума, но напарник, или напарники могли ожидать или у дверей, прикрывая отход или чуть дальше, в кустах. Снайпера там не было – не то расстояние для работы, да и винтовка на территории была скорее помехой, чем достоинством. Вот третий человек из группы, кто сейчас мог находиться за территорией, тот да, мог иметь винтовку. Дима и сам распределил бы роли именно так – двое из группы идут на захват, третий прикрывает на случай появления полиции…
Вдохнув глубоко, приоткрыл дверь и перебежал дорожку, нырнув в кусты. Замер, вслушиваясь в тишину.
- Всё получилось? Убрал? – вопрос, заданный на английском, прозвучал в метре за спиной, и парень поднял левую руку, показывая ОК, но, поворачиваясь и падая на спину, дважды нажал на спусковой крючок.
- Тс-с-с-с-с. Тс-с-с-с…
Два шелеста-свиста и мужчина завалился в кусты.
Тишина была просто звенящей. Ни ветра, никаких лишних звуков. Даже местные цикады, названия которых Дима не знал, сейчас молчали…
Движение в сторону упавшего и на лице Димы появилась злобная улыбка. Его предположения оправдались полностью – он только что ликвидировал Витторио, инструктора по стрелковой подготовке. Того, кто проиграл ему в ножевом бою, а потом… Тогда кто лежал на дорожке?
Дима, пригибаясь, прошёл дальше, где лежало тело. Не по дороге, по кустам, стараясь создавать как можно меньше шума. Наткнулся на него в кустах. Видел этого мужчину в школе. Лет тридцать пять от силы. Тот вроде бы вёл занятия по пилотированию дронов. Белая повязка на левой руке – он был сегодня дежурным по школе. Не повезло…
Вернулся к Витторио. Короткий обыск и на этот раз добыча оказалось более существенной – Глок в кобуре с запасной обоймой. Вполне приличный нож, пачка документов, картхолдер с банковскими картами и довольно приличная сумма евро наличкой. Больше сотни тысяч… Надо понимать, инструктор решил покинуть место работы без разрешения директора. Дезертировать, так сказать…
Следующие полчаса Дима в ускоренном темпе занимался инсценировкой. Притащил сюда человека из своей комнаты. Тщательно протерев пистолет, вложил в руку хозяина. Продел указательный палец в скобу, чтобы у криминалистов не возникло вопросов. Использовал полотенце, которое снял с ног только здесь. Освободил и руки, но обратно ремень продевать в брюки не стал – пригодится ему самому. Уже подошёл к двери дома, но остановился и вернулся. Замотав руку полотенцем, достал из кобуры Витторио пистолет. Дослал патрон и, прислонив ствол к груди незнакомого мужчины, который уже пускал розовые пузыри, дважды нажал на спуск. Выстрелы в тишине прозвучали неожиданно громко. Замерев, Дима долго всматривался в окна дома, но так и не увидел ни одного лица. Тихо вернулся в комнату. Обратил внимание, что световой круг вокруг кнопки сигнализации уже не мигает. На всякий случай, намочил полотенце и протёр кнопку. Бережёного, как говорится... Разделся, умылся и лёг в кровать.
Уснуть так и не удалось. Лежал, анализируя, что произошло. Прекрасно понимал, что получившаяся инсценировка – даже не на любителя, на дурака, но что-либо сейчас менять было поздно, да и зачем? Первый вопрос, который возникнет у следователей после осмотром медиками тела – где и как тот бедняга мог сломать себе рёбра? Упал? Дрался с Витторио? Нет, ну если очень захотеть, можно притянуть за уши вариант, что травмы получены именно от ударов ногами. Или инструктор от радости прыгал на поверженном враге, пока не получил две пули… А потом, в предсмертных судорогах, сам дважды выстрелил во врага. Клише из американских боевиков. Тьфу! Дима, представляя выдуманную картинку, улыбнулся. Бред ещё тот, но может и прокатит. Всё равно к нему появятся вопросы – откуда сам, почему приступил к учёбе только после нового года, и множество других. Скорее всего, попытаются задержать, поэтому придётся прорываться…
Включив бра, занялся делами, что не следовало откладывать на потом. Деньги, что взял себе, положил в чемодан, спрятав во внутренних карманах костюма, предварительно тщательно пересчитав и сложив по номиналу, а не как было. В записную книжку смартфона внёс сумму и сколько банкнот какого номинала. Возникнут вопросы – сможет доказать, что деньги его. Дима прошёл хорошую подготовку и ему долго вбивали в голову как, казалось бы, дурацкие действия в реальности могут оказать существенную помощь… Человек, укравший приличную сумму, вряд ли будет вносить, сколько он присвоил в свой смартфон. К тому же никто у него не спрашивал что находится в чемодане и есть ли при себе наличка.
* * *
Около пяти утра наконец-то приехали военные. На двух грузовиках, численностью человек сорок. (А говорили, что в течение пятнадцати минут. Ну да… Размечтались). И ладно бы создали оцепление или наладили поиск. Нет, эта толпа пошла шляться по дорожкам учебного городка, разговаривая в голос и хохоча. Видимо на всех, кто сейчас спал, им было наплевать. Не удивительно – итальянцы! Всё это продолжалось до тех пор, пока не стало светлее и кто-то не заметил в кустах первый труп…
Понятно, своим ором вояки разбудили абсолютно всех. И школьников, и преподавателей. По комнатам прошли инструктора и педагоги, предупреждая, что утренней зарядки не будет. Столовую надо будет посетить в обычное время, а дальнейший порядок будет объявлен позже.
Дима к визиту преподавателя только вышел из душа. Поинтересовался, что происходит, почему такой шум, но мужчина, видимо, сам не был в курсе. Сказал, что на территории школы ЧП – за оградой перебит кабель, подающий электроэнергию. Вдобавок на территории найдены трупы. Кого - не знает. Замахал руками, чтобы парень от него отстал и выскочил в коридор. Видимо подобные вопросы ему задавали в каждой комнате. Хотя через секунду вернулся и спросил – не нажимал ли Сорок второй кнопку сигнализации?
Дима ответил, что нет, не нажимал, потому что спал. Его разбудили крики за окном, которые продолжаются до сих пор.
После завтрака было объявлено, что занятия сегодня проводиться не будут. Всем было приказано находиться в своих комнатах и никуда не выходить. Объяснение последовало незамедлительно – сначала приехали несколько машин с полицией, а затем, ближе к обеду, сюда добралась и группа сотрудников службы безопасности. Те и взяли всё в свои руки и сначала уехали военные, а вслед за ними полицейские. Начались допросы. Естественно, на них в первую очередь стали вызывать тех, кто жил в ближайшем доме, но в комнату Димы сразу после завтрака зашёл преподаватель, пригласив к директору школы.
Себастьян дожидался парня не в кабинете, на улице. Кивнув на приветствие, сказал, чтобы парень шёл за ним, а сам на приличной скорости покатил на коляске куда-то по дороге. Пришли на место только через полчаса. Небольшой пяточёк у дороги, где стояла пара скамеек.
- Если идти дальше, будет первый полигон. Стрельбище, но нам туда не надо. Садись и рассказывай. Подробности не нужны.
- Может лучше будете задавать вопросы?
Мужчина помолчал и согласно кивнул.
- Ты ликвидировал двоих?
- Да.
- Марк, инструктор, кто был дежурным…
- Его убрали другие. Я проснулся от стона умирающего человека. Кто его исполнил – не видел.
- Я этак и думал... – Директор помолчал. - Попробую описать события, как вижу их я. Один поднялся к тебе, но ты смог его обезоружить. Связал и спустился вниз, чтобы проверить человека, которого увидел из окна. Я говорю о дежурном. Сунулся в кусты и там столкнулся со вторым. Использовал оружие первого нападавшего. Потом спустил с этажа первого и инсценировал перестрелку, понимая, что человек, которого ты принял в комнате, уже не жилец.
- Добавить нечего, кроме одной детали – не в комнате, а в коридоре. Воспользовался тем, что дверь лучше открыть, используя правую руку.
На удивление, после этих слов Себастьян улыбнулся.
- Удивлён моей реакцией? А ведь это я настоял, чтобы двери открывались наружу и направо. Прекрасно понимаю, что для одного нападающего – мелкое неудобство, а если будет работать группа – наоборот, шикарно. Один открывает дверь на себя, для второго путь открыт - комната вся на виду, спрятаться негде.
- Я тоже об этом подумал. Подобная схема хороша и для фото и видеофиксации, когда школьники, скажем так, ведут себя непристойно.
- Именно, – согласился директор. Улыбка с его лица мгновенно исчезла. – Тебя кто-нибудь видел?
- Вероятность не исключена, хотя, наблюдая за окнами дома в течение пяти минут, не видел никого. Шум в коридоре был, но непродолжительный. Моя соседка слева – очень любознательная девушка. Видимо её интересует всё, что происходит по соседству.
- Разберусь. Теперь главное – ты понял, кто работал?
- Ко мне, без сомнений, шёл британец. У него нашёл опознавательный чип. При мне его нет – закопал в кустах рядом с телом. Знаю, что там встроена система пассивной геолокации, поэтому, если будут искать, точно найдут, но не у меня.
- Правильно сделал, что не забрал. Теперь по Витторио. Он видимо был сотрудником итальянской спецслужбы. Может и не только её, раз продался и сообщил о твоём местонахождении. Гнилой человек, которого все сторонились. Так что за него спрашивать не буду. Жалко Марка. Тот был хорошим человеком, да и спецом с большим опытом.
- Как у нас говорят, оказался не в том месте и не в то время. Жаль человека, который непричастен.
- Да, именно так. Теперь осталось решить два вопроса. Ты ведь знаешь, что британцы бросают на цель минимум тройку. Вопрос – где ещё двое?
- Думаю, за пределами школьного городка. Те обеспечили проход, вырубили электричество и следили за дорогой, по которой могла приехать полиция. Когда появились военные, сообразили, что всё пошло не плану. Скорей всего, решили спрятаться и выждать время для повторной попытки, а может быть получили приказ на отход. Второе, правда, маловероятно. Думаю, не сегодня-завтра, предъявив какие-то весомые документы, постараются попасть на территорию школы. В первую очередь с целью убедиться – здесь я или уже сбежал. Если здесь, попробуют достать. К примеру, из снайперской винтовки. Это оптимальный вариант. Если не получится – будут ждать подкрепления, и тогда уже не станут делить группу... Если поймут, что здесь меня уже нет, сразу не уйдут. Им нужен мой маршрут, поэтому попытаются поговорить с девушками, дочками Жаклин. Себастьян, их надо держать под усиленной охраной, но лучше здесь, не увозить. В ином случае пойдут на крайние меры.
- Мне нравится ход твоих мыслей. Всё так, как я и сам думал. Тогда последний вопрос. Хосе просил меня спрятать тебя на пару недель, но получилось так, что дальше жить тебе в доме становится опасно. Как отнесёшься к предложению пожить одному? Подземелий не боишься? Готовить придётся самому.
- Если продуты есть, и меня никто не побеспокоит, двумя руками за.
Себастьян улыбнулся.
- Ты юный, но, на удивление, не испорченный, к тому же порядочный человек, что в нынешнее время редкое качество. Хосе немного о тебе рассказал, к тому же не в моих правилах предавать доверие друзей, кому обязан жизнью. Иди за мной.
Себастьян сдвинул джойстик и поехал по едва видимой дорожке, уходящей в лес. Отошли от дороги не так далеко, метров сто максимум, и остановились у заросшего лесом и кустарником холма.
- Смотри, - мужчина достал из кармана куртки брелок и нажал на кнопку. Раздался треск рвущихся корней и над землёй метра на полтора поднялась толстая металлическая плита, на которой росли два невысоких дерева. Дима заметил, что по углам плиты стояли мощные домкраты.
- Это бункер, построенный полсотни лет назад. О нём знали всего трое, но двое уже ушли из жизни. В своё время все документы о бункере были изъяты из архивов и в данное время нигде нет ни одного упоминания, что когда-то здесь инженерно-строительная часть построила запасной командный пункт. Системы связи так и не установили, зато всё остальное… Там есть мощный генератор, но десять лет назад в бункер провели линию электропитания от школы. Делали это негласно, без проектной документации, летом, когда здесь не было людей, поэтому следов не осталось. Продуты в холодильниках длительного хранения, рассчитаны на проживание в течение года полусотни человек. Системы отопление и вентиляции автоматизированы – промышленные кондиционеры замкнутого цикла. Кухня тоже оснащена на высоком уровне. Можешь, например, печь каждый день свежий хлеб – есть заготовки глубокой заморозки. Инструкции, как и чем пользоваться – на столе в штабной комнате. Код управления центром - три девятки и три единицы. Добавочный код по запросу центра управления – сумма всех чисел. Тридцать. Держи пульт. Здесь всего две кнопки. Открыть проход и зарыть. Другого пульта нет, так что если даже захочу тебя вызволить, без твоего согласия ничего не получится. Закрывайся и живи. Отсыпайся, приводи себя в норму. Там даже есть спортзал с тренажёрами. В штабной комнате имеется телефон прямой линии с моим кабинетом. Кто бы не подошёл и не спросил – называешь любую сумму до двадцати девяти. Ответ в сумме должен составить тридцать. Не забудь. Только услышав правильный ответ, проси сообщить мне о звонке. Говори, что беспокоит Дельта. Для развлечения есть компьютер, на монитор которого можно вывести изображения с двух десятков камер. Те расположены не только в лесу вокруг бункера, но и на территории школы. Интернета там нет, извини, но и своим телефоном пользоваться не советую, могут запеленговать – бункер находится за пределами действия глушилки связи. Для проживания лучше верхний уровень, для высшего командного состава. И ещё немного информации. Школа и вся эта территория является частной собственность. По документам – принадлежит общественной организации, занимающейся благотворительностью, но по факту владелец один – я. Государство через несколько министерств мне платят деньги за аренду домиков и обучение подростков, но не только. Совет наблюдателей хотел меня переиграть и назначил номинальным директором, до конца не понимая, что здесь я и так хозяин. По поводу своего исчезновения не волнуйся – есть идея как объяснить пропажу. Скажу – срочно уехал домой после звонка родителей. Вопросы?
- Спасибо, Себастьян, за помощь и беспокойство, но у меня в комнате остались вещи. Чемодан, в котором приличная сумма денег, а главное – там все мои документы.
Мужчина задумался.
- Чемодан заберу на склад. Поставлю в защищённую ячейку. Когда будешь уезжать, заберёшь. А сейчас иди, мне надо возвращаться. Вероятно, уже ищут. Если нужно будет с тобой увидеться – предварительно позвоню.
- Можно последний вопрос? – Дима понимал, что мужчине надо как можно скорее появиться в административном здании, но то, что хотел спросить, для него было важным.
- Давай.
- Я так понял, бункер готовили для себя. Смысл вкладывать столько денег?
- Смысл? – Себастьян рассмеялся. – Я всю жизнь проработал в разведке и был уверен, что через год, ну, на крайней случай, через два, со всех сторон полетят ракеты и на поверхности оставаться нельзя. Когда у меня была семья, откладывал часть денег в надежде, что смогу спасти им жизнь, но когда остался один… Ну, переживу я атомную зиму, а дальше что? Кому такой нужен? Парализованный калека. Шага без кресла сделать не могу. Даже в бункер без посторонней помощи спуститься проблема. Там везде лестницы, а я… Иди, малыш. Пусть твоя жизнь будет лучше моей.
Себастьян уже отъехал метров на десять, но внезапно остановился. Повернулся.
- На минус втором этаже - оружейка с приличным набором стволов. Скажу честно – всё добывал неофициально, в спешке, поэтому нормально обслужить оружие не успел. Прошу – будет время, займись. Масло, консервант там есть, как и ветошь.
- Сделаю, обещаю.
Себастьян больше не проронил ни слова. Развернулся и поехал, а Дима, подойдя ближе, увидел не провал в земле, а вполне нормальную бетонную лестницу. Спустился и прошёл первые ворота, предварительно покрутив штурвал и с трудом распахнув тяжелую бронированную дверь. Нажал на пульте красную кнопку со стрелкой вниз и плита беззвучно опустилась. Негромко за спиной звякнул сигнал открытой шлюзовой двери, и замигала красная лампа.
Два шага. Закрыл дверь и крутил штурвал до тех пор, пока лампа перестала мигать. Увидев стопор, чтобы дверь не открыли снаружи, вставил стальной штырь в прорезь механизма. Попробовал сдвинуть штурвал – не поучилось, тот был намертво заблокирован. Внутренняя дверь шлюза - всё то же самое. Вход-выход и полсотни оборотов с каждой стороны, чтобы дверь сначала открыть, затем закрыть. Только когда вошёл в совершенно белоснежный коридор (стены, потолок и даже пол были выкрашены белой краской), сообразил, что свет горит, а ни одного выключателя не видно, но вскоре понял принцип действия – везде стояли фотоэлементы. Может быть и объёмные датчики. Пока человек двигался – свет горел. Как только коридор оставался без людей – свет гас.
До обеда ещё было время, да и прежде, чем начинать хозяйничать, надо было всё осмотреть. Начал с комнат начальника бункера, которая примыкала к командному пункту. Здесь обстановка была иной – мягкие кресла, пара диванов. Холодильник, бар, и даже телевизор. Не сразу обнаружил вторую комната, где были фальш-окна, кресло, вешалка на колёсиках и огромная кровать. Огромная потому, что на ней могли разместиться и не мешать друг другу человека четыре. Ложись хоть вдоль, хоть поперёк. Дима решил, что спать будет здесь. В спальне имелась сплит-система с индивидуальной регулировкой, поэтому сразу занялся настройкой температуры с прицелом, чтобы к его возвращению в комнате было прохладно, хотя и так воздух был свежим, не затхлым.
На столе в командном пункте нашёл схему бункера с перечнем комнат и их назначения. Рядом лежала толстая папка с перечнем продуктов – что где лежит и у какой партии какой срок годности. Посмотрел дату последней загрузки – чуть больше пяти лет назад, но, позже, в хозяйственном блоке, увидев температуру в холодильниках, понял, что здесь сроки закладки не играют особой роли – минус сорок.
Минус четвёртый этаж занимали две огромных ёмкости с водой. В огороженном закутке скважина и автоматический насос. В соседнем помещении - генератор и ёмкость с топливом. Обратил внимание на систему пожаротушения – всё автоматизировано.
Минус третий этаж – комнаты для размещения личного состава. Отдельные кубрики, каждый из которых был рассчитан на четырёх человек. Пластиковые столы и стулья – ничего лишнего. В конце коридора – помещения чуть больше, уже с двумя кроватями и мягкой мебелью. Что удивило – ни душа в этих своеобразных каютах, ни умывальников. Вместо туалета – небольшой закуток у двери и там унитаз без привычного бачка, а с рычагом на трубе. Пробовать включать не стал – зачем? Только у лестницы на минус второй этаж увидел то, что искал – длинная комната с раковинами из нержавейки и трубы с кранами. В углу – два душа с пластиковыми шторками. Сурово.
Минус второй этаж – десяток учебных классов и какие-то пульты, сейчас абсолютно мёртвые. Закрыты пластиковыми чехлами, которые уже покрылись палью. Странно – в жилых помещениях пыли совсем не было, а здесь… Длинный коридор, заканчивающийся столовая и кухней, а рядом, в отдельной комнате, стоял десяток огромных промышленных холодильников. Плиты были электрическими, но это и понятно – газа не напасёшься. С другой стороны, если будет работать генератор, того объёма топлива, что видел внизу, надолго тоже не хватит – там было от силы тонн десять. В записях не наталкивался, но, вероятней всего, и этот вопрос Себастьян продумал – где-то имелась большая ёмкость, закопанная глубоко под землю, которую, вероятно, периодически заправляли. Целый комплекс помещений в противоположном конце коридора была предназначен для одежды и снаряжения – трёхметровые стеллажи забиты тюками с армейской формой. Зимней и летней. Обувь, ремни, каски, головные уборы. У входа на цепочке висел планшет с перечнем наименований с указанием номера полки и ряда стеллажа. Сюда придётся наведаться – не ходить же с утра до вечера в комбинезоне и ботинках….
Рядом другая комната со стеллажами. Техника. Бинокли, прицелы, тепловизоры, батареи, зарядные устройства. Чуть дальше – шуруповёрты, дрели, метизы, кабели, провода, запчасти для компьютеров – всё, что может понадобиться для ремонта внутри бункера и для выхода наружу здесь имелось. Даже несколько защитных пожарных комбинезонов с баллонами сжатого воздуха. Уже у самой лестницы – то, о чём говорил директор – оружейка. Да, Себастьян человек скромный. Десятка два автоматов – итальянские, чешские, австрийские. Десяток немецких штурмовых винтовок. Шесть снайперских винтовок – американцы. Пара дробовиков и столько же немецких ручных барабанных гранатомётов. Два пулемёта. Увидев знакомое оружие, Дима подошёл и любовно погладил РПК. Посмотрел дату изготовления – 1972 год. Ниже, под пирамидами стояли цинки с патронами. На полках в шкафу – десятка три пистолетов. Что хорошо – рядом с каждым имелось название и используемый тип патронов. Раз сюда попасть никто не мог, выбирать себе пистолет и таскаться с ним повсюду смысла не имело. Улыбнуло – если здесь каждый день проводить по три часа, почистить всё оружие за две недели вряд ли удастся. Надо начать с пистолетов и переходить к более сложным и тяжёлым агрегатам. Порадовало, что посреди комнаты имелся оббитый тканью стол и к нему придвинут барный стул – здорово, не надо стоять, можно будет работать сидя.
Последним, рядом с оружейкой, Дима обнаружил помещение для занятий спортом. Пара беговых дорожек, пять или шесть тренажёров, гантели, штанги, шведская стенка… небогато.
Поднявшись по лестнице, начал с того этажа, который для проживания был более предпочтительным.
Четыре комнаты для старших офицеров, хотя и здесь в комнатах не было душа. Командный пункт с пультом управления, где он уже побывал, и серверная. Единственная комната в бункере, которая оказалась закрытой и на двери которой имелся действующий электронный замок. Для Димы осмотр серверной был не столь важен, поэтому вернулся в командный пункт и стал искать отдельно рационы питания. Потратив на это приличное время, так и не нашёл. Зато за свою настойчивость был вознаграждён планом питания с перечнем продуктов и ссылкой на другую папку. Нашёл ту, открыл и похвалил предусмотрительность людей, кто готовился к Судному дню. Рецептура – от и до, из расчёта на двух человек, а, главное, всё на английском.
Приготовив две папки, что понадобятся для приготовления еды, чтобы не забыть захватить на кухню, прошёл в спальню и только сейчас, при тщательном осмотре, нашёл ещё одну дверь, за которой скрывалось настоящее сокровище – нормальная ванна с душем и самый обычный унитаз. На противоположной стороне – длинная тумбочка, две раковины и полуметровое зеркало. Отрыв ящик, рассмеялся – три совершенно новых электробритвы и пара десятков пакетов с одноразовыми станками. В другом ящике лежали упаковки с мылом и гели для душа. Очередной ящик – пара десятков зубных щёток в фабричных блистерах и зубные пасты. Полотенца, халаты, тапочки… Кажется, на любой вкус и цвет. Как говорят, - дорого и богато. Только вопрос, который возник в голове уже на нижнем этаже – сколько же сюда вбухано денег??? Это не сотни тысяч, миллионы. Десятки миллионов. Вряд ли Себастьян смог заработать такие деньги за время своей службы. Это, видимо, был его левый заработок, а, как правило, вариантов было немного – наркотики или оружие. Наркота - под сомнением. Остаётся оружие, потому что сотруднику разведки для подобной деятельности ни одна дверь не помеха…
На этаже ниже, покопавшись в вещах на складе, подобрал себе бельё, лёгкие полуспортивные туфли и неплохой спортивный костюм. Уже в «номере» принял душ – тёплая вода пошла минуты через три. Переоделся и, подхватив папки, пошёл на кухню – пришла пора готовить обед. Чтобы не заморачиваться с готовкой каждый день, решил сварить борщ сразу дня на три-четыре и по необходимости разогревать столько, сколько надо. Так же решил поступить и с ужином. Только вот свеклы в холодильниках не нашёл, как потом и в перечне продуктов, увы. Пришлось на ходу менять меню, смешивая в один три рецепта – будет типа суп-харчо, благо баранина имелась. Уже разделанная и распределённая по стограммовым порциям…
Глава 10
Ближе к вечеру Дима сел в кресло начальника подземной базы и включил компьютер. Ввёл код, который сказал Себастьян, и по запросу заполнил итоговую сумму. Включились два дополнительных монитора, расположенные по бокам от основного, на которых появились квадратики с изображением камер видеонаблюдения. Потратив несколько минут и разобравшись, как всё работает, выяснил, что есть системы контроля и состояния периметра, сейчас не работающие. В спящем режиме была и система диагностики. Не стал ничего активировать, а покопавшись на полках стеллажа, что стоял у входной двери, нашёл документацию и технический регламент по обслуживанию оборудования. Потратив больше часа на изучение что и как можно использовать, понял, что Себастьян сам до конца не разобрался со всеми техническими наворотами. Видимо включал только то, что ему было нужно, а о системе контроля периметра или вообще не знал, или посчитал, что оборудование, которое здесь поставили, использовать в мирное время не следует. Когда Дима вновь сел в кресло и включил систему контроля периметра, а затем и диагностики, не понял что происходит - по экрану левого монитора побежали строчки текста, за которыми не успевали глаза. Так продолжалось несколько секунд и только когда мелькание прекратилось, на экране появилось итог.
- Жилые, административные и складские корпуса – 24. Критических повреждений нет. Износ – 9%.
- Оборудование базы. Критических повреждений нет. Износ – 3%.
- Система защитного периметра. Критических повреждений нет. Износ – 2%.
- Требуется замена шины модуля 292216. Блок 6. Секция 8. Система хранения – 3-3-4-12.
- Провести полную диагностику системы? Да/Нет.
Дима, не задумываясь, нажал «Да». Неизвестно когда в последний раз здесь проводили эту самую полную диагностику. Коль он здесь хоть и временно, но хозяин, надо сделать так, чтобы всё оборудование работало безупречно. По левому экрану вновь побежали строчки, зато на центральном мониторе появились новая табличка.
- Личный состав – 68 человек.
На территории базы / на подконтрольной территории находятся:
- Официально – 62.
- С гостевыми жетонами – 6.
- Неустановленные лица – 2.
Провести сканирование нарушителей? Да/Нет.
Дима, ухмыльнувшись, нажал на «Да».
- Идёт сканирование и сверка по базам данных…
После четверти часа на экране россыпь светлых точек исчезла, оставив только две, которые стали пульсировать, изменив цвет с белого сначала на жёлтый, затем на красный.
Теперь уже по правому экрану с бешеной скоростью помчались строки теста и, после паузы, новая табличка, на этот раз не привычный чёрный текст на светло-синем фоне, а ещё и в красной рамке.
- 2 человека.
- Личности по основным базам не установлены...
- Личности по встроенным расширенным базам данных не установлены.
- Периметр базы не нарушен.
- Анализ спектрограмм показывает наличие оружия. Находятся на подконтрольной территории.
- Нейтрализовать угрозу объекту? Да/Нет.
Дима, поколебавшись, нажал «Да».
- Выбрать уровень воздействия. От 0 (безопасный)до 10 (максимальный).
Появившийся ползунок парень сдвинул вправо и остановил на цифре 5.
- Подтвердить уровень воздействия в 5 расчётных единиц. Да/Нет.
Курсор мышки клацнул на слове «Да».
- Сектор 3/2/8. Оператором выбран низкочастотный излучатель.
- Ближайший модуль – 22. Мощность 50%. Режим импульсный. Продолжительность работы 30 секунд.
- 20 секунд для начала работы…
- Мощность… 5%... 10%... 15%... 30%... 40%... 50%...
- Излучатель вышел на заданную мощность. Проводится облучение…
- Начат обратный отсчёт...
Дима интуитивно клацнул указателем на каждой из светлых точек и центральный экран разделился пополам, на которых появились силуэты двух мужчин. Съёмка велась при естественном освещении, откуда слева и справа сзади, с высоты, поэтому лиц в наступившей темноте было не видно, но то, что это не ученики и не сотрудники школы, стало понятно сразу – камуфляж, хорошо выбранная позиция, с которой просматривалась практически вся территория школы. Незнакомцы расположились на скале за пределами школы. Парня не удивило, что один из этих мужчин лежал и контролировал территорию через прицел снайперской винтовки крупного калибра. Второй разглядывал жилые домики школы в бинокль…
Неожиданно оба завертели головами, затем сели, не понимая, что с ними происходит. Дима сообразил, что звук камеры не пишут, но даже так смотреть было интересно. Вот вскочил на ноги один, за ним поднялся с колен второй, а через секунду оба инстинктивно согнулись и схватились за головы. Наблюдатель что-то сказал стрелку и оба, шатаясь, пошли по узкой тропинке прочь, но почему-то не вниз, а забираясь всё выше и выше. Дима, не осознавая, отметил - винтовку, и рюкзаки те двое оставили на площадке. Плохо, что видеокамеры, с которых сейчас транслировалось изображение, были стационарными, да, видимо, и не такими уж современными. Через несколько минут видеокамеры перестали работать - изображение исчезло, а на экране, на фоне сетки, появились две пульсирующие красные точки, которые почему-то сначала остановились, а потом и вовсе исчезли. Вскоре вместо сетки появились строки технического отчёта:
- Угроза проникновения ликвидирована.
- Работа излучателя прекращена до расчётного срока.
- Питание генератора отключено.
- Включён режим охлаждения модуля... Продув… Выполнено.
- Излучатель переведён в режим шахтного хранения...
- Герметизация… Проверка… Выполнено…
- Режим маскировки активирован.
Покопавшись в настройках, Дима далеко не сразу разобрался, где находится указанный сектор. Приличное расстояние от бункера, а если точнее – совершенно с другой стороны от домов школы. Мелькнула мысль забрать винтовку, раз её оставили, хотя… просто так дорогостоящий ствол бросить невозможно. Для профессионального снайпера его оружие – часть его самого. Видимо те люди плохо соображали что делают, а может наоборот – сообразили, что лишняя минута может привести к смерти. Дима никогда не слышал, чтобы низкочастотные излучатели кем- то были встроены в систему защиты территории. Нет, что сам принцип излучения давно используется в бытовых приборах, например, в отпугивателях грызунов, широко известный факт, но против людей… Преподаватели в школе говорили, что подобные разработки существуют, но не применятся из-за несовершенства конструкции. К тому же апробация в боевых условиях ещё тот гемор – поди докажи, что всё работает как надо. Были случаи, когда полиция использовала подобную такую технику для разгона демонстрантов, но шума после этого было…
Юноша в раздумьях откинулся на спинку кресла.
«То, что я принял за изначальную систему, было ошибкой. Когда, говорил Себастьян, был построен бункер? Полсотни лет назад? Полсотни лет ни о каком низкочастотном излучении никто и не думал. Эта техника вполне современна. Тогда вопрос – почему директор ни слова не сказал о защитном периметре? Не хотел раскрывать все карты или… надеялся, что не полезу в настройки? А может наоборот? Был уверен, что сам со всем разберусь. Тогда что, своего рода тест? Только для чего? Проверить умение работать со сложной техникой? Так здесь всё выполняет компьютер, программа, оператор только выдаёт подтверждение. Кстати, о подтверждении…»
Несколько минут работы и перед глазами Дмитрия появился список всех школьников и преподавателей. Мало того – с номерами жетонов и помещений, где те проживают. Стало понятно - компьютер базы синхронизирован с базой школы. Парень не удивился, когда в этом списке нашёл и себя. Удивился, когда ткнул курсором по карточке. Та раскрылась, заняв весь экран.
Имя/фамилия. - Маэль Сорин(наст. время) Он же Жан-Поль Сенье. Он же Рони Айслер. Он же Раду Часку.
Настоящее имя – Дмитрий Валентинович (не подтверждено) Краснов (не подтверждено)
Национальность - русский (не подтверждено)
Возраст - 18 лет (не подтверждено)
Место рождения - Москва. Россия (не подтверждено)
Родители… информация отсутствует.
Образование – н/ср. Школа-интернат № 9. Республика Молдова (подтверждено)
Статус/опасность - наивысшая.
Красное уведомление Интерпола. За совершение особо тяжких преступлений разыскивается полицией Соединённого королевства Великобритании и Северной Ирландии, полицией Французской республики, полицией Королевства Дании, полицией Королевства Испании. Поданы запросы на розыск от Республики Молдова и Федеративной Республики Германии.
Последнее местонахождение – законсервированный запасной командный пункт № 18/70 FAI. Прим. – ЗКП выведен из состава FAI в 1977 году и законсервирован.
Раскрыть историю? Да/Нет.
Клик кнопкой мыши - Да.
Информация внесена как данные для служебного пользования.
- 1982 год. ЗКП уничтожен методом подрыва.
- 1995 год. Переведён в частное владение и восстановлен.
- 2000 год. – Смонтирован внешний защитный периметр системы внутренней безопасности ЗКП.
- 2018 год. – Установлено новое программное обеспечение. Проведёна модернизация средств технического контроля внешнего защитного периметра.
- 2021 год. – Последнее обновление реестра снабжения ЗКП.
Владелец и администратор
Имя/фамилия. - Себастьян Монтерьяни. Он же Дик Салливан. Он же Кристиан Торгерсен.
Настоящее имя – Себастьяно Коста.
Национальность – (информация недоступна)
Возраст - (информация недоступна)
Место рождения - (информация недоступна)
Родители… (информация недоступна)
Образование – (информация недоступна)
Семейное положение - (информация недоступна)
Дима замер от недоумения, второй, а потом и третий раз прочитав справку о себе. Полная выкладка, ничего не скажешь. Здесь было упомянуто даже румынское имя, которым и пользовался-то неделю. Один плюс – всего две фотографии. Первая из школы, сделанная, кажется, классе в шестом. Вторая - дубликат из британского паспорта. Вновь вопрос – откуда взялась эта фотография, ведь Рони Айслер не вымышленное лицо. Тот парнишка в самом деле существует и выглядит совсем иначе – рыжий как огонь крепыш. М-да… Хотя Дима и сам заметно изменился – прошёл почти год с момента, когда фотографировался. Лицо заострилось, вместо юношеского стало по-настоящему мужским.
То, что информация принадлежала Себастьяну, сомнений не было. Видимо человек, всю жизнь посвятивший разведке, имел полные данные из молдавской школы, но всё остальное? От Хосе? Нет. Испанец вряд ли знал столько деталей… Чёрт. Жетон!
Парень судорожно стал рыться в карманах и когда нащупал кусок металла, облегчённо выдохнул. Положил на стол и только сейчас его внимательно рассмотрел. Нашёл едва видимую полоску по ребру. Понял, что эта штуковина разборная, но как её открыть – так и не понял. Ломать было опасно – а если в бункере жетон играет роль опознавательного знака и, лишившись его, система примёт Дмитрия за нарушителя, а то, что здесь встроенные системы защиты, можно было не гадать. Даже если их и не было бы – двери могли встать на блокировку, а снаружи к нему попасть никто б не смог. Если же, конечно, Себастьян не соврал по поводу единственного ключа-брелка.
Положив перед собой жетон, попробовал изменить свои данные в карточке, но и здесь с наскоку не получилось – на мониторе появился запрос с требованием ввести код администратора системы.
- Да что за хренотень? – прошипел парень и смёл в сторону жетон, который отлетел к бортику стола и попал на металлическую пластину. Ту, которая Димой была принята за подставку для стакана чая или кофе.
Левый экран мигнул, и на нём появились табличка с информацией.
Жетон 2661. Маэль Сорин. Персональные данные внесены в базу Себастьяно Коста. Стажёр. Лицо имеет пометку как дружественное. Внести в число временных администраторов с ограниченным доступом? Да/Нет?
Дима нажал на «Да». Система задумалась и подтверждение приняла не сразу.
Подан запрос администратору базы…
Подтверждение отсутствует.
Повторный запрос…
Подтверждение отсутствует.
На основании протокола 13/18 временные права администратора базы переданы Маэль Сорин. Запись внесена в реестр. Следующий запрос для подтверждения через 24 часа.
Получив возможность изменять данные, Дима первым делом убрал из своей учётной карточки настоящие имя и фамилию. Через пару минут убрал и французские данные, оставив только английские и румынские. В Британию он возвращаться не намеревался, поэтому доступность этой информации была не столь критична. Так же обстояло дело и с румынскими данными.
Просмотрев отметки местонахождение всех учеников и преподавателей, всё же решился на вылазку. На складе нашёл прибор ночного видения и к нему зарядное устройство. Пока аккумулятор прибора заряжался, в оружейке выбрал пистолет, набил патронами две обоймы. На складе отыскал подходящий по размеру утеплённый камуфляж и обувь, и через час стоял в лесу, закрыв вход на базу. Ещё час потратил, чтобы по дуге обойти школу и добраться до скал, где видел стрелка и наблюдателя. Только на месте понял, что те двое находились намного выше, чем предполагал. Пришлось искать тропу, по которой мужчины прошли на площадку, где их засекли сначала датчики, а потом и камеры. На поиски потратил много времени, прежде чем наткнулся на узенькую тропинку в полукилометре от первоначального места. Поднявшись по узкому и скользкому карнизу метров на пятьдесят, на повороте тропинки, что вела к седловине между двумя скалами, Дима внизу увидел два тела. Те, на кого воздействовал излучатель, скорее всего в панике сорвались со скал и сейчас лежали чуть дальше начала тропы – если бы он внизу прошёл чуть дальше, наткнулся бы на них, но сейчас спускаться и устраивать обыск… Нет, потом, время уходит.
До площадки было ещё далеко, тропинка становилась всё уже и уже. Кроме того, некоторые места были покрыты коркой льда. Чтобы пройти даже несколько метров и не сорваться, приходилось всем телом прижиматься к скале, передвигаясь буквально по сантиметрам, но именно на одном из таких этапов, когда шёл, выбирая место, куда в очередной раз поставить ногу, и услышал негромкий разговор. Медленно, приставными шагами стал продвигаться дальше. Когда до людей за очередным скальным выступом осталось всего пара метров, замер, не веря собственным ушам, потому что узнал голоса тех, кто разговаривал - один из них принадлежал девушке, Луизе, а другой… Себастьяну. Что за хренотень? По узкой полке, где ширина в некоторых местах не превышала полуметра, не всякий здоровый человек сможет пройти, рискуя в любой момент сорваться даже днём, не то что ночью, как сейчас, а инвалиду на коляске… здесь… ну никак не проехать… Парень замер, слушая разговор. Видимо те двое нашли широкое место, где можно было отдохнуть перед последним рывком наверх, чтобы окончательно обогнуть скалу и выйти на другую площадку…
- Себастьян, ты уверен, что те сами сорвались? Что они такое увидели, что в панике побежали по тропе, оставив винтовку и рюкзаки? Хосе говорил, в твоём подземелье стоят какие-то излучатели? Русский мог их включить?
- Излучатели? – голос мужчины стал еле слышен. – Не в подземелье, здесь. Да, такая техника есть, но воспользоваться ей Дима не мог – у него нет доступа к системе защиты. Там кодировка и подтверждение… О, Святая…
- Что такое? – Заданный вопрос был полон сарказма.
- Я ведь сам ему продиктовал код и подтверждение, когда рассказывал обо всём, что находится в бункере. У парня есть полный доступ и если он сообразит…
- Видимо, он уже сообразил. Дима умный парень и если поймёт, что его загнали в угол, сумеет найти лазейку даже в безвыходной ситуации. Себастьян, ты что, ничего так и не понял? Если бы вместо этого русского был кто-то другой, или ситуация сложилась иначе, меня не побеспокоили. Сейчас лежала бы на пляже, развлекалась, а не изображала из себя школьницу. Первый полноценный отпуска за два года и меня сорвали через неделю после его начала.
- Марта, так тебе за эту работу заплатят столько, что…
- Не надо считать чужие деньги, Себастьян. К тому же ты только что нарушил одно из наших основных Правил – не использовать настоящее имя. Мне и это придётся упомянуть в отчете, как и то, что ты раскрыл чужому человеку базу, в которую вложены деньги Попечителей. Не делай столь обиженный вид. Я знаю, сколько сюда вложено денег. Сколько поставлено оборудования, продовольствия, оружия. Ты координатор, но ни как не владелец.
- «Марта?» - у Димы по спине потекла струйка ледяного пота. – «Та самая Марта, Вестник, о которой ему рассказывали как о неуловимом ликвидаторе? Девица, которая начала свою «карьеру» в шестнадцать, кто берёт за работу огромные деньги, но ещё не совершила ни одной ошибки. За два года на её счету полтора десятка ликвидаций и ни одного повторившегося сценария. Никто не видел эту девушку рядом с жертвой, хотя все её цели были известными людьми. Те, кого круглые сутки тщательно охраняли опытнейшие телохранители. Парадоксально, но она никогда не убивала охранников или членов семей – только того, за кого платили. Получается, Марта – это Луиза? Та самая, которую ему подсунул Хосе? А сам-то он знал кто она такая?»
Видимо мужчину задело, что девчонка смеет разговаривать с ним, пожилым мужчиной, в таком тоне.
- Марта, будь добра, поясни, а Хосе в курсе, что ты работаешь на Совет Попечителей?
- А я на Совет не работаю. У меня один хозяин – я сама. Имею возможность самой выбирать нанимателя.
- Но сейчас твой наниматель Хосе?
- Не угадал, - девушка откровенно потешалась над стариком. – Хосе, попросив меня о помощи, сам не знал насколько удачно подвернулся мне под руку, избавив от потерянного времени и проблем как добраться до парня.
- И что тебе от него надо? Я знаю, что мальчик тебя отшил, верно? Ты ведь рассчитывала, что он поддастся твоим чарам, растает, а случился облом? Тебя, как мне показалось, это даже не задело, оскорбило.
Девушка не сразу ответила на вопрос старика. И, когда стала говорить, в её голосе проскальзывал плохо скрываемый гнев.
- Ошибаешься. Он мне, как мужчина, изначально был неинтересен. Важен исключительно как объект работы. Если получится взять живьём, сдам заказчику, получу оплату и забуду о нём так же, как о десятках других.
- А ты не боишься расплаты со стороны Хосе? Он ведь рассчитывал на тебя, Марта, на твою помощь по защите парня. Хосе ведь щедро заплатил тебе за работу, сам мне об этом сказал. Получается, ты его не только обманула, но и предала? Человека, который вытащил тебя из тюрьмы.
- Деньги не пахнут, Себастьян, а большие деньги тем более. Тебе ли об этом не знать? С Хосе разберусь сама. Что касается тебя… мне нужно только одно – попасть в бункер. Русский моему заказчику успел нагадить сверх меры. Не забывай, вина в гибели четырёх людей не так на его, как на твоей совести. Если бы ты не спрятал парня, его бы ещё днём красиво взяли или убрали, а потом все разбежались бы по домам тратить полученные деньги.
- Я слишком многим обязан Хосе, чтобы не выполнить его просьбу по защите парня. К тому же вынужден буду ему сообщить, что ты его предала, - голос мужчины стал ледяным.
- Себастьян, хватит угрожать. Ты с возрастом стал не только излишне сентиментальным, но и потерял былые навыки. Неужели до тебя так и не дошло, что ставишь меня перед выбором? Единственное, что тебя может спасти, это обеспечить проход в бункер.
- Не могу, я тебе об этом сказал ещё внизу. Единственный пульт управления в данный момент у парня, а второй, запасной, находится у Джоржио Манзо. Ты, конечно, можешь поехать в Сент-Тропе и попросить у него пульт, но станет ли он разговаривать с убийцей родного брата? Думаю, как любят итальянцы, Джоржио тебе устроит прощальное купание с бетонным тазиком на ногах, даже не смотря на то, что сам входит в руководство Совета Попечителей. Думаешь, он не знает, кто убил Лоренцо? Знает. Более того – именно он настоял, чтобы на поиски русского отправили именно тебя, Марта. Удивлена? Я так и думал. А хочешь, я тебя ещё больше огорчу? Те двое, что лежат по другую сторону скалы… Они ведь прибыли не за парнем, за тобой, девочка. Мне позвонили и попросили, чтобы уже сегодня утром я тебя вместе со всеми выгнал на зарядку. Дальше продолжать? – Старик хрипло рассмеялся. – Хватит трясти оружием, дурочка. Убери свой пистолет, пока сама не поранилась…
Дима понял, что дальше прятаться нельзя, пришла пора вмешаться в накалившуюся обстановку, иначе… Не успел. Расстояние до разговаривающих оказалось большим, чем предполагал. К тому же вмешалась третья сторона… С вершины скалы сорвались несколько крупных камней, и когда парень переждал обвал, добрался до просторной площадки и выглянул из-за скалы, увидел, что Луизу, то есть Марту, схватив сзади за свитер, держит наклонённой над бездной мужчина, одетый во всё чёрное. Видимо тот спрыгнул если не с самой вершины, то откуда–то сверху, потому что альпинистский шнур продолжал крепиться к его снаряжению.
- Отпусти, - шипела девушка.
- Могу отпустить, только ты не птица, улететь не сможешь. Сколько здесь до земли? Метров семьдесят?
Голос незнакомца, говорившего на английском, звучал глухо – на его лице была плотная маска, а глаза закрывал прибор ночного видения. Кто этот человек, Дима не понял, но, видимо, он высунулся чуть дальше, чем следовало, и незнакомец его заметил.
- О-о-о… - В голосе мужчины прозвучала насмешка. – Мой друг тоже пришёл? Удачно, что все заинтересованные лица собрались в нужном месте. На такое даже не рассчитывал. Выходи, не прячься, Дима, и пистолет убери – он тебе не понадобится…
Парень, сделав пару шагов, обошёл группу, и остановился, прижавшись спиной к стене.
- Себастьян, встань рядом с Дмитрием, - мужчина небрежно махнул левой рукой, отгоняя старика в сторону. – Не дёргайся, прошу. Ты мне не враг, но если попытаешься помочь Марте, сброшу вниз и тебя.
Директор школы попятился спиной вперёд и встал в метре от Димы.
- А теперь позвольте закончить этот спектакль, – незнакомец ещё больше наклонил девушку над обрывом. – Марта Рымша. Ты принесла горе и страдания множеству людей. Настолько много, что даже люди из Совета Попечителей, как сейчас слышал, решили от тебя избавиться. Дима. Информация для тебя. Эта девица взяла заказ и на Дениса Самойлова, а не так давно устроила покушение на Долорес Оскони, жену Дениса. Та, к счастью выжила, и недавно вернулась Россию. Живая, но изуродованная. Во время взрыва машины погибли люди. Дети трёх семей лишились отцов. Думаешь, в её душе что-нибудь колыхнулось? Нет. Для неё это была первая неудавшаяся операция за всю карьеру и знаешь, насколько она принципиальная? Вернула большую часть денег заказчику, чтобы не портить своё реноме. Не буду вдаваться в подробности других её дел, но трое выпускников… двое парней и девушка из твоего интерната, Дима, были убиты не по заказу, а по её собственному решению, потому, что могли составить конкуренцию.
- Из тех, кто закончил школу раньше? – спросил Дима.
- Да, на два года старше тебя. Ребята стремились вернуться домой, порвать с прошлым, но она их отыскала… Марта ведь сама училась в подобном учебном заведении. Только не в Молдавии, в Германии. В школе, которую закрыл Хосе с друзьями. Что касается самой Марты… Если не знаешь, говорит по-русски без акцента, потому что из семьи русских диссидентов, которые нашли пристанище в Литве. Вместе с тем яро ненавидит всех русских. Почему? Однажды сказала очередному заказчику так - узнала, что её отец, а затем и мать погибли на Украине от огня русских. Ты, наверное, сообразил - её родители воевали не на стороне России. Хочешь, тебя удивлю? Помнишь странную девушку в поезде, Мишель Нотрю? Она перед тобой. Да, не удивляйся. Мишель, Луиза, Марта – одно и то же лицо. Она же Мадлен, Сирена, Виктория, Агнес… Великолепная актриса, умеет перевоплощаться так, что порой сама забывает, как её назвали при рождении. Причина проста. У неё тяжёлое психическое расстройство, раздвоение личности. Следствие насилия в детстве. Если бы Хосе не попросил друзей, семью Жаклин, присмотреть за тобой, сейчас гарантированно был бы мёртв. В поезде Марта обнаружила, что тебя плотно опекают, поэтому ей ничего не оставалось, как отойти в сторону, но продолжила за тобой следить, ждала удобного момента для очередного перевоплощения и подхода, и тут звонок Хосе… Ты был нужен заказчику живым, это оговаривалось при получении оплаты, поэтому девочка стала нервничать, злиться… Теперь что касается тебя, Себастьян. Хосе знал о заказе, что взяла Марта, поэтому и привёз Дмитрия и Луизу к тебе в школу, потому что у него здесь есть свой человек. Тот должен был выяснить каналы Марты. Каким образом она сообщит заказчику о местонахождении парня, как организует захват и отход, кто ей будет помогать, но вот на что она не рассчитывала, то на реакцию парня – что Дима не поддаться на её прелести, а потом и вовсе не захочет с ней иметь дел. С этого момента у неё всё пошло наперекосяк. В её косметичке, если поищешь, найдёшь капсулы с наркотиками и сильным снотворным. После близости она бы подала любовнику стакан воды… Когда план сорвался, подала сигнал заказчику и тот задействовал второй вариант. Были задействованы люди, которым ранее было приказано вывезти парня из Италии. Ликвидация тоже сорвалась - Дима смог уничтожить нападавших, а потом ты его спрятал, выполнив просьбу Хосе. Ведь он знал о бункере, а ты его должник. Ведь так? Вечером тебе позвонили с просьбой Марту вывести на открытое место. Ты разговаривал с секретарём Джоржио Манзо? Нет, Себастьян, тебе звонил я. Как и стрелкам, уже находившимся на месте, пришло сообщение о новой цели. Это были не британцы, наёмники, ранее работавшие на Моссад, но им было безразлично в кого стрелять. В парня ли, как было изначально, или в девицу, чью фотографию получили позже, наплевать. Оплата прошла, а угрызениями совести такие люди никогда не страдают.
- Для чего столько слов? Кому нужна эта история? – Девушка попыталась схватить незнакомца за руку и вернуть себе равновесие, но тот был настороже и несильный тычок локтём в поясницу привёл к тому, что из двух ног Марты, опирающихся на край скалы, одна оказалась в воздухе. Диму удивило, что девушка всё это время внешне была спокойна. Разве что только сейчас в её голосе появилась злость.– Кто ты такой? Что тебе вообще от меня нужно? У меня есть деньги, много денег. Могу заплатить за свою жизнь. Дай возможность уйти, и ты меня больше никогда не увидишь. Обещаю – искать и мстить не буду.
- Ты уверена, что можно купить всё и всех? Девочка, ты так ничего в жизни и не поняла. – Незнакомец в чёрном тяжело вздохнул. – Я всё ждал, надеялся, что покаешься или хотя бы попросишь прощения, но, увы, нужных слов так и не услышал. В одном права – да, слишком много слов. Что ж... Лети, Вестник. Вестник несчастья и горя. – Мужчина не толкнул девушку… он просто разжал руку. Короткий визг, невнятные слова и Марта исчезла. Через несколько секунд от подножья скалы донёсся шлепок упавшего тела.
- Одно радует – исчадие ада покинуло землю, – незнакомец повернулся к стоящим у скалы. – Себастьян. Завтра вернёшь парня к обучению. Ему надо заняться делом. Дмитрий. Всё, что было до сегодняшнего дня, считай разминкой перед тем, что предстоит сделать в ближайшее время. Соберись. Ещё неделя отдыха, потом возвращение. Маршрут прорабатывается – по нему через пару дней отправят твоего двойника. Хосе будет рядом с тобой, но не забывай, что от всего он тебя прикрыть не сможет. А сейчас прощайте. Мне пора. Да, Дима, за винтовкой не иди – я её уже забрал, а рюкзаки сбросил.
Последние слова были сказаны явно с насмешкой и незнакомец, прыгнув, исчез внизу, скользя по натянутому тросу, а через несколько секунд альпинистская верёвка скользнула вслед за мужчиной – видимо наверху развязался какой-то хитрый узел, а оставлять столь заметные следы этому «ниндзя» не хотелось…
Минут пять Дима с удивлением рассматривал Себастьяна, который сел на площадку и, достав из кармана сигареты, закурил.
- Стар я стал для таких историй, - пробормотал пожилой человек. – Думал, всё уже закончилось, смогу прожить остаток дней нормально, но, оказалось, возня продолжается. – Директор школы поднял голову и с усмешкой посмотрел на парня. – Удивлён, что я не в инвалидной коляске? Могу ходить? Не утруждайся отвечать - у тебя всё на лице написано. Да могу, но для всех я инвалид. Так было и будет, иначе мне не удалось бы вырваться из замкнутого круга на свободу… Надеюсь… ты поступишь разумно?
- Подобные детали меня не касаются, поэтому буду молчать. – Дима пожал плечами. – Хотя, признаюсь, был ошарашен столь неожиданным выздоровлением.
- А вот Марта… Луиза знала, что со мной всё в порядке. Откуда – увы, так и не сказала.
- А зачем вы сюда пошли? Понятно я, за винтовкой, а вы?
- Связь. У тех двоих при себе была какая-то техника, из-за которой у Марты могли возникнуть неприятности. Она не знала, как сюда подняться, вот и подняла меня с постели. Пришлось идти под дулом пистолета. – Себастьян, докурив, кинул в обрыв окурок и посмотрел парню в глаза. - Дима, тебе этот человек в чёрном знаком?
- Отвечу честно – нет. Даже не представляют, кто это может быть. Голос… - парень вздохнул. – У него, по-моему, был какой-то аппарат, изменяющий голос.
- Не аппарат. Маска на лице, плюс вставки во рту – всё это изменяет голос настолько, что даже люди, давно знающие человека, не смогут узнать говорившего. Ладно. Не узнал, так не узнал. Давай посидим ещё несколько минут, а потом пойдём обратно. Надо ещё найти и обыскать тех стрелков. Вопрос - куда они свалились?
- Я видел тела – метров пятьдесят дальше от начала тропинки. Только, как мне кажется, это будет лишней тратой времени – незнакомец наверняка их проверит.
- Может быть. Может быть… - Себастьян закрыл глаза и прислонился спиной к каменной стене. – Не ожидал я, что ты настолько быстро разберёшься с управлением и задействуешь излучатели.
- А чем было ещё заниматься в подземелье? – Хмыкнул парень. – Сначала просмотрел картотеку, потом местоположение отметок жетонов. Система сама отметила чужих, а дальше… разобраться с управлением было не сложно. Если честно, не сам выбрал и метод воздействия – всё предлагал командный модуль. Я лишь поставил ползунок на средину, подтвердив нелетальное воздействие. Кто знал, что те двое сорвутся.
- Ну да… - хмыкнул старик. – Когда голова начинает закипать, первое желание – убраться как можно быстрее и дальше. Я однажды попробовал на себе излучение – трудно передать словами что чувствуешь, когда голова перестаёт соображать. Перед глазами муть и красные пятна, в ушах нарастающий гул, хотя другой человек, кто находится в десятке метров от тебя, ничего не чувствует. Говоришь, поставил ползунок на средину? Я ставил на вторую отметку по шкале, и то потом сутки глотал таблетки от головной боли, а ты… средина…
Через час Дима и Себастьян спустились со скалы. Шли медленно, боясь поскользнуться и сорваться. Дорога вниз оказалась тяжелее подъема – пошёл дождь со снегом и каждый очередной шаг становился испытанием. Как парень и предположил – тела сорвавшихся мужчин уже осмотрели – молнии на куртках и комбинезонах были расстёгнуты, хотя личное оружие, пистолеты, не тронули.
Калитку в воротах Себастьян открыл собственным пропуском. Попрощались на половине пути к дому, где жил директор школы.
Давай так, - Себастьян потёр переносицу. – Сейчас почти пять утра. Понимаю, поспать тебе не удастся, но было бы хорошо, если бы утром был уже в своей комнате.
- Лучше не утром, а ближе к вечеру. Причём моё возвращение будет публичным – приду по дороге со стороны автотрассы, ни от кого не таясь. Легенда, которую предложили сами – меня вызвали домой по семейным делам. Себастьян… Три трупа за оградой, что утром наверняка обнаружат, вызовут новый переполох. Естественно, примчатся полиция и служба безопасности и те снова начнут всех трясти. Вчера меня не было, а тут вдруг появился? Вертолёта у меня нет.
Старик после длительного молчания кивнул.
- Наверное, ты прав. Тогда к какому часу тебя ждать?
- Всё будет зависеть от обстановки и тех, кто сюда приедет. Думаю, розыск и допросы продлятся не очень долго и к вечеру люди разъедутся. Наверное… часам к семи-восьми вечера. Только сделайте отметку в каком-нибудь журнале учёта, что у Вас наверняка есть, что меня предупредили, предварительно позвонив, а потом приехала машина. В таком случае моё исчезновение, а потом и возвращение, будут вполне объяснимыми.
- Сделаю... Хорошо. Иди и постарайся отдохнуть. Вечером буду ждать у себя. Отметишься о прибытии и пойдёшь в свою комнату.
Себастьян, пройдя метров пять, внезапно остановился и обернулся.
- Хотел вот ещё о чём спросить. Ты там… много удалил?
- Почти ничего. – Дима решил сказать правду. - Только в своей карточке убрал пару фамилий. В таком случае и у меня вопрос – откуда обо мне столько информации?
Старик усмехнулся, а потом и вовсе рассмеялся.
- Малыш, ты, кажется, забыл, где я работал и что тебя окружает, – он повёл рукой вокруг. – Школа ведь тоже возникла не на пустом месте. Подумай, разве это не очевидно?
Только когда закрылся вход и Дима запер за собой обе шлюзовых двери, заклинив вход, после душа поел и завалился в кровать, так и не смог расслабиться, потому что не нашёл разумного ответа на мучивший его вопрос – откуда мужчина в чёрном его знал. Ведь слова на скальной площадке были сказаны им необдуманно, импульсивно – «мой друг тоже пришёл?» Его друг? Кто ты, незнакомец? Если это не случайность, а подобное не может быть случайностью, кто-то, словно ангел-хранитель, в трудную минуту приходит на помощь. Уже во второй раз. Первый - когда сбросил верёвку на вилле Жаклин, и сегодня… Что ж… Остаётся надежда, что настанет время, узнает, кто его оберегал…
Глава 11
Как и договаривались, Дима пришёл в школу по дороге со стороны коммуны (Comune – небольшое поселение в Италии, административная единица – прим. авт.) около восьми часов вечера. Утром проснулся рано, в девятом часу. Позавтракал и сел с чашкой кофе в кресло начальника командного пункта, наблюдая по трём мониторам, как работают полиция и служба безопасности.
- - -
Тела трёх человек увидел не инструктор школы или ученик – на них наткнулся совершенно посторонний человек. Местный пастух, который утром гнал по дороге между оградой школы и скалами десяток овец. Мужчина не кинулся в панике к сотрудникам школы, даже не нажал кнопку звонка у ворот, а спокойно достал сотовый и куда-то позвонил. Первая машина полиции прибыла на место уже через четверть часа. Позже привезли розыскную собаку, но та довела проводника лишь до тропинки и выше лезть категорически отказалась. Что ночью лил дождь со снегом, к тому же резко опустилась температура, сыграло свою роль - наверх никто из полицейских не полез. Это сделали сотрудники безопасности – видимо в их управлении была куда более подготовленная команда, которая прибыла только через пару часов. Вот та тройка, снаряжённая как альпинисты, и дошла до самого верха. Не только до площадки, на которой находились снайперы, а поднялись на вершину – более сотни метров над землёй. Покрутились там некоторое время и стали спускаться. Не по верёвкам, что было намного быстрее, а, как и поднимались, по узкой тропинке, которую и тропинкой-то назвать было нельзя. Само собой, особое внимание сотрудников полициии безопасности привлекло тело девушки. Посовещавшись, несколько человек направились к руководству школы. Себастьян подтвердил, что погибшая – из недавно поступивших учеников. Куда та ночью отправилась из своего дома, и с какой целью – ему не сообщила. По поводу местонахождения парня, с кем приехала для обучения, директор развёл руками – мол, молодому человеку позвонили родственники, а потом Маэль Сорин и вовсе уехал на прибывшей машине. Вроде бы по семейным делам, но деталями директор не интересовался. Кто звонил – тоже не в курсе. Отметка в журналах учёта и посещения занятий имеется – парень уехал вечером, накануне первого ночного происшествия.
Сидя в бункере, Дима развлекался, наблюдая и слушая, что происходит в домике администрации. Итальянский язык в совершенстве не знал, но о чём шла речь, понимал. К сожалению, не мог видеть, что нашли в вещах Луизы в комнате, где она провела последние ночи – там не было видеокамер. Точнее, были, но информация с них уходила на школьный сервер, не в бункер. Может и была возможность подключения из подземелья, но Дмитрию не хотелось вновь лезть в систему. Зачем портить то, что ему не принадлежало? Себастьян к парню отнёсся хорошо, поэтому следовало ответить тем же.
Во второй половине дня, пообедав и убрав в бункере следы своего недолгого пребывания, следуя разработанному плану, переоделся в свою одежду и незаметно покинул сначала бункер, а затем и территорию школы, быстрым шагом направившись туда, где его могли заметить местные жители…
* * *
Позвонив в звонок у ворот, чтобы его впустили на территорию, парень видел, как из домика управления вышла женщина и быстрым шагом направилась к учебным корпусам. За ней ушли ещё пять или шесть преподавателей. Только через полчаса к калитке у ворот подошёл Данго – заместитель директора по учебной части.
- Вернулся? – полувопросительно-полуутвердительно произнёс мужчина, прикладывая к электронному замку магнитный пропуск. Впустив Диму на территорию, закрыл дверь и даже дёрнул ручку на себя, проверяя надёжность фиксации. – В курсе, что здесь происходило в твоё отсутствие?
- Так, в общих чертах. О случившемся в поселении у трассы среди местных ходят самые разные слухи. Один страшнее другого. От маньяка, по ночам убивающего студенток, до террористов, захвативших полшколы и требующих выкупа. Самое противное – просил, чтобы меня добросили на машине до школы, так нет – все отказывали, даже когда говорил, что заплачу. Боятся.
Мужчина коротко хохотнул.
- Понятно, что слухи один другого страшнее. То сотрудников школы находят убитыми в кустах посреди жилого комплекса, то сразу трое срываются со скалы «Любви». – Увидев взгляд парня, Данко рассмеялся уже более естественно. – Не знал? Эту скалу называют так уже много-много лет. Среди местных гуляет поверие, что самый крепкий брак – тот, когда парень и девушка свою первую ночь проводят в небольшой пещере у вершины. Тогда, говорят, и дети рождаются крепкими, и парни хранят верность до конца дней. К пещере подняться сложно. Только смелые или влюблённые безумцы могут пойти на такой рискованный шаг.
- А по поводу верности женской половины местные тактично умалчивают? – улыбнулся Дима и Данго, косо посмотрев на парня, через мгновение смеялся уже в голос.
- По этому поводу ничего не говорят. – Мужчина остановился у двери домика управления, подтолкнув в спину Диму. – Засвидетельствуй директору почтение и сразу иди в столовую. Если поторопишься, успеешь поужинать. Завтра всё по расписанию.
Парень, толкнув дверь, прошёл по коридору, здороваясь с преподавателями, кто встречался по пути. Постучав и услышав разрешение войти, открыл дверь кабинета директора. Себастьян сидел за столом в привычном кресле-каталке.
- Вернулся? Хорошо, – пожилой мужчина потёр рукой мочку уха и вопросительно посмотрел на Диму. Тот понял – здесь есть чужая прослушка, кивнул.
- Да, господин директор, вернулся. Меня вызывали домой по семейным обстоятельствам. Всё, что от меня требовалось – выполнил. Обязан сказать, что в коммуне, после того, как сегодня вышел из машины, меня остановили и отвели в полицейский участок. Задали множество вопросов, на которые отвечал правдиво. Там вкратце и рассказали о том, что творилось в школе в моё отсутствие.
Себастьян при первых словах о полиции замер. Кисти рук сжались на подлокотниках кресла, но уже через несколько секунд на лице появилось выражение недоумения, а после и улыбка.
- Кто с тобой разговаривал в муниципальном участке?
- Ассистент капо (Примерно равен сержанту полиции – прим. авт.) Потом в кабинете появился капитан карабинеров. Тот задал вопросы по моему месту жительства, куда я и ездил. Попросил предъявить проездные билеты, но что я мог ему показать, когда меня увезли и привезли на отцовской машине. Так ему и сказал, на чём вопросы закончились. Попросил их оказать содействие, чтобы добраться до школы, но оба, посмотрев на меня, сказали, что расстояние не такое и большое, а ноги надо тренировать. Вот пешком и дошёл. Только, господин Себастьян, мне неудобно об этом говорить, но, видимо, через неделю мне вновь придётся уехать дня на два. Сами знаете, оформление наследственных дел требуют личного присутствия.
- Хорошо, что предупредил заранее, - директор школы едва сдерживал улыбку. – Держать тебя здесь силой права не имею. Только скажи заранее, когда уедешь, договорились?
- Конечно, господин директор. Всё равно звонок поступит не на мой телефон, а сюда, в дирекцию, как и в прошлый раз.
- Ясно. Сейчас иди к себе, а завтра с утра, как и остальные, должен быть на занятиях. Надо навёрстывать упущенное. Не ленись, Маэль. Да, пока не забыл. Держи. - Себастьян взял со стола пакет и передал в руки подошедшему к столу Диме, а взамен забрал пульт управления от «ворот» бункера. Кивнул, убирая в карман пиджака. – В конверте находятся материалы по плану твоей индивидуальной подготовки. Ознакомься с содержимым очень внимательно, а сейчас иди.
- А…
- Вещи свои заберёшь из камеры хранения после ужина. Иди, а то останешься голодным…
- «Как они все беспокоятся о моём желудке. Как о своём близком родственнике. Забавно».
Ирония не помешала уважительно поклониться и покинуть кабинет.
Дима решил начала зайти в столовую и только потом взять вещи и пораньше лечь спать – путешествия пешком порядком его вымотали, но, надо ж такому случиться, в пустой столовой увидел две пары сестёр. Такое впечатление, они его здесь поджидали. Парень кивнул, взял на раздаче ужин и сел в сторонке, желая лишь одного – спокойно поесть, чтобы к нему не лезли. Как же, размечтался. Едва расправился с едой и взял в руки стакан с чаем, как к его столу подсели четыре девушки, да так ловко сдвинули стулья, что заблокировали проходы со всех сторон.
- Ну, здравствуй, путешественник. – Рыжая Мари была серьёзна. Не играла выдуманную роль. Видимо понимала, что в данный момент надо быть самой собой. – Мы тебя ни о чём спрашивать не будем, не пугайся. Информация о снайперской паре и Луизе, то есть Марте, уже ушла маме, а от неё к Хосе. Тот, насколько знаю, уже в курсе. Передаю тебе слова мамы – неделю ты должен прожить здесь как обычный ученик, не привлекая к себе внимания. Почему? Слишком много странных смертей в одном отдельно взятом месте. Почему странных? Потому что люди определённой профессии, как правило, уходят в мир иной поодиночке. Тихо, спокойно, без лишнего шума, а тут их словно кто собрал для массового жертвоприношения. Ми-6, Моссад – эти службы никогда не дружили, а сейчас выясняется, что здесь работают сообща. Вообщем, паломничество к школе представителей разведок других стран вызвало удивление на самом верху. Как следствие - был отдан приказ и вокруг школы уже днём появились наблюдатели. Пока зафиксированы четверо. Судя по их спокойному и уверенному поведению, это, скорей всего, представители итальянской контрразведки. Принадлежность к ведомству ещё выясняют, но больше похоже на ЭйЗи (AISI (Agenzia Informazioni e Sicurezza Interna) - Агентство внутренней информации и безопасности – прим. авт.) – Мари повернула голову к сестре. – Добавишь?
Тёмноволосая девушка кивнула.
- Как стало известно, итальянскую контрразведку удивило, что одно из тел принадлежит Марте Рымша. Неуловимому киллеру, которого искала полиция не только Евросоюза, но и других стран. Её больше знали по кличке «Вестник». Как она ни старалась не оставлять за собой следов, но в паре мест всё же оставила пальчики и сегодня, когда выяснилось кого здесь нашли, радость была видна на многих лицах. Должен понимать - неважно, кто её уничтожил. Важно другое - где это произошло. А поскольку исполнитель неизвестен, можно подать всё так, что это кропотливая работа итальянских спецслужб. Для информации – среди других сопроводительных документах, что изъяли у директора школы, была рекомендация для дальнейшего обучения Луизы, выданная высокопоставленным руководителем МАД (MAD - Amt für den Militärischen Abschirmdienst - управление военной контрразведывательной службы ФРГ– прим. авт.) Так что сейчас начнётся выяснение отношений с немцами – кто, и на каком основании подписал рекомендации. Кто выдал документы, потому что паспорт Луизы был настоящим, выданным гражданке Германии. Другой вопрос – почему её возраст не соответствовал действительному, но фотография и биометрия были настоящими. Так что все складывается так, что именно немцы скрывали разыскиваемого преступника от коллег из других стран. – Девушка внезапно замолкла, с удивлением рассматривая парня. – Слушай, мы тут разглагольствуем, а тебе что, всё это не интересно?
- Почему так думаешь? – Дима тяжело вздохнул. – Интересно. Просто я очень устал за последние дни, а вы вываливаете на меня такой поток информации, что моя голова физически не способна его переварить. Девочки, давайте или сегодня, но позже, или завтра. Я никуда от вас в ближайшее время не сбегу, обещаю.
Две пары девушек молча переглянулись.
- Хорошо. Ты и вправду выглядишь не очень. Иди отдыхать. Только с этой минуты рядом с тобой будет кто-то из нас. Днём и ночью. Это не наша блажь – приказ мамы.
- Хочешь сказать, мы и постель будем делить? – Дима нервно рассмеялся. – Ну уж нет. Я плохо сплю, когда кто-то находится рядом. Толкаюсь, кручусь... А если меня вдруг потянет на сладкое?
- Не надейся. – Мари фыркнула так, что остальное девушки не могли скрыть улыбки. – Ты для нас потерял привлекательность, хотя и знаем, что Луиза не смогла тебя соблазнить. Делить постель, как ты выразился, не будем. Вероятно, забыл, что в твоей комнате, как и везде, стоят две кровати, не одна... Мечтатель… Свободен, сладкоежка.
Девушки поднялись и, улыбаясь, покинули столовую. Следом, поставив тарелку и стакан на стол для грязной посуды, на свежий воздух вышел и Дима. Зашёл в камеру хранения, где ему выдали чемодан с вещами. Открыл прямо там и убедился, что ничего не пропало, а уже через пятнадцать минут в комнате раскладывал вещи по местам - что в тумбочку, что в шкаф, а что в ванну, хотя большая часть вещей и так продолжала там находиться. Глянув на себя в зеркало, понял, что в самом деле выглядит уставшим. Не удивительно – лёг в шестом часу, в проснулся в девятом. Просидел перед монитором до двух дня, а потом марш бросок на пять километров до деревни, где ходил рейсовый автобус и пролегала автотрасса. В полицейском участке пришлось напрячься, чтобы отвести от себя любые подозрения, ведь он даже на людях появился только тогда, когда у кафе остановилось несколько машин, вынырнув из кустов, где прятался, дождавшись подходящего момента. Помахал вслед какой-то отъезжающей машине и спокойно пошёл к дороге, что вела к школе. Тут его полиция и тормознула… Забавно другое - никто так и не задал вполне логичный вопрос – а почему парня не довезли до ворот школы, раз автомобиль принадлежал отцу? Хотя и на этот вопрос был приготовлен ответ – водитель служебной машины отца слишком торопился вернуться, чтобы забрать с работы руководителя предприятия…
* * *
Приняв душ, Дима забрался под одеяло, ожидая визита кого-то из девушек, но в тишине расслабился и, к своему стыду, уснул. Проснулся часа в два ночи, когда почувствовал, что в комнате уже не один. Настенный бра включать не стал, потому что почувствовал знакомый запах – духи, которыми пользовались обе французские сирийки.
- Прости, я тебя разбудила. Недостаточно тихо двигаюсь, - в темноте прошелестел голос, в котором Дима узнал Даву, девушку, которая выглядела младше сестры, хотя и была близнецом.
- Нормально, Дава. Ложись спать, но прежде поставь перед дверью стул – дверь хоть и открывается наружу, в темноте незваный гость обязательно наткнётся, а это лишние пара секунд.
Вскоре вторая застеленная постель скрипнула, принимая вес тела, но больше ничего никаких звуков.
- Ты что, будешь спать в одежде? – Дима усмехнулся. – Если есть опасения, гарантирую, приставать не буду. Для меня сейчас нормальный сон важнее всего остального.
- Дима, - голос девушки дрогнул. – Ты, видимо, до конца так и не понял – я в твоей комнате для того, чтобы сохранить тебе жизнь, а не для соблазнения и не для утех. Первые две ночи дежурим я и сестра. Потом Мари и Анни. Мы все поменяли группы, чтобы быть с тобой постоянно рядом. Даже соседей попросили сменить место. За стеной справа две комнаты теперь занимаем мы. По-доброму договориться не получилось, пришлось задействовать директора. С ним никто из учеников спорить не захотел.
Дима в темноте закатил глаза.
- «Ну что за настырные девицы. Хотя, почему они? Ведь было сказано – приказ их мамы, Жаклин. Остаётся непонятным другое – на кой хрен я ей сдался? Вот не верится, что подобная забота ради Хосе или знак благодарности за устранение того деятеля из британской разведки. Что-то не сходится. Ради меня ставить под удар своих дочерей? Ладно, сирийки, но родные… Видимо есть более важная причина, которую пока не знаю. Так… а если Жаклин работает на российскую разведку?» - Дима едва слышно прыснул. - «Ну и бред приходит в голову. Кто я такой, чтобы задействовали настолько надёжный канал. Нет, надо спать, иначе решу, что сам президент отдал приказ о моей охране».
- Спокойной ночи, Дава. Расслабься. Я сплю чутко. Если кто попытается войти в комнату, дёрну. Пусть тебе лучше приснится хороший сон, где вместо тревог летаешь на розовом слоне.
- Летаешь? На слоне? На розовом слоне? – после едва слышных вопросов до парня донеслось хихиканье. – Дима, розовые слоны не существуют.
- Существуют, милая, но только во сне. И они да, летают. Надо их только очень-очень попросить. Они тебя унесут, куда захочешь. Только… попроси перенести тебя в детство. В тот день, когда была по-настоящему счастлива. Вот увидишь – всё получится…
- А можно к тебе? – голос девушки дрожал. – Обещаю, провоцировать не буду.
- Если дашь слово, то можно, но если что… выгоню сразу.
Шелест одежды, стук тяжёлого предмета о столик и под одеяло к парню скользнуло гибкое обнажённое тело. Девушка легла спиной к Диме и он, обняв её, почувствовал, как тоненькое тело сотрясает дрожь.
- Успокойся и постарайся уснуть. Я тебя не трону.
- Мы с сестрой с детства спим вместе и я… спасибо...
Девушка стала успокаиваться, а через пару минут засопела. Ровно, как маленький паровозик. Дима улыбнулся и, чуть отстранившись, убрал руку, которой прижимал к себе Даву и сам провалился в сон.
Проснулся за полчаса до подъёма. Дава, кажется, всю ночь проспала, перевернувшись только раз, на спину. Сейчас смотрел на неё и, пожалуй, впервые мог подробно рассмотреть лицо девушки. То, что она красивая своей южной красотой, не стало новостью, но её чёрныё как смоль волосы, сейчас разметавшиеся по подушке, которую ей подсунул Дима…
- Малыш, пора просыпаться, - парень нежно поцеловал красивый правильный носик и тут же глаза Давы широко распахнулись. Через секунду её лицо потемнело от стыда, от неловкости, что сейчас лежит почти голой в постели с мужчиной, который её рассматривает. Тот, кто её вчера по-хозяйски обнял и прижал к себе…
- Выспалась?
- Да, - явно через силу кивнула девушка. – Мы…
- Ничего не было, да и быть не могло. Давай так. Я сейчас отвернусь к стене, а ты быстро оденешься. Или иди в ванну, и уже там приведёшь себя в порядок.
- В ванну, – прошептала Дава и парень демонстративно отвернулся к стене, только вот зеркало на стене…
Мгновение и девушка, схватив в охапку одежду, умчалась в ванну, а Дима улыбнулся, увидев на столике кобуру с пистолетом. Трогать не стал – зачем вызывать лишние вопросы.
Дава появилась в комнате через пять минут – уже умытая, с убранными в хвост волосами. К тому времени Дима и сам поднялся, оделся и заправил постель. Сидел на кровати, ожидая, когда появится его «телохранитель».
- Сядь рядом. На минуту. – Дима постучал рукой по кровати. Когда девушка села, взял её маленькую ладошку в свою. – То, что ты была ночью рядом со мной, рассказывать никому не нужно. В первую очередь сестре. Ты удивительная, Дава. Красивая, сложена как богиня. Поэтому, зачем ломать свою жизнь лишними разговорами? Одно лишнее слово и все прежние отношения между вами могут дать трещину. Ты меня поняла?
Девушка кивнула.
- Вот и хорошо. Теперь главный вопрос – сегодня ночью на слоне летала?
Дава повернула голову к парню. Её глаза расширились от удивления и девушка смущённо улыбнулась.
- Ты не поверишь, но скажу да, летала. Не на слоне, сама. Как ты и сказал вечером – попала в свой самый счастливый день, когда нам с сестрой исполнилось по шесть лет. Мама испекла халявет аль-джибн. Это такой рулет с сыром и мёдом. У мамы он всегда получался пышным и очень вкусным. И ещё сувар ас-ситт. Это тоже выпечка, в виде небольшого блина, пропитанного сиропом и с посыпанного фисташками. Мама поставила на стол две огромных тарелки и сказала, что всё это только для нас. Знаешь, я никогда до этого не ела столько вкусного. Мама… - Дава беззвучно заплакала и по её щекам покатились слёзы.
- Успокойся, милая. – Дима обнял девушку и прижал к своему плечу. – Надо хранить память о родителях в своём сердце. Они живут столько, сколько мы помним о них. Живут внутри нас. Помогают советом, согревают своим теплом, хранят от невзгод. Береги эту память, Дава. Я тоже в сердце храню память о своих родителях. Считаю так – покуда я жив – живы и они, потому так никто не сможет нас разлучить.
- Ты говоришь сейчас как покрытый сединами старик, проживший трудную жизнь, а не юноша, ещё даже не вошедший в полную силу, - неожиданно прозвучал голос со стороны двери. Дима заметил ещё с минуту назад, как вошла и остановилась у двери Дали, но только сейчас повернул к ней голову.
- А я и есть старик, подруга, – горько усмехнулся парень. – Не внешне, в душе старик, это намного страшнее. Именно поэтому мне не интересны ровесники с их розовыми мечтами и желаниями, а, главное, наивными потугами походить на взрослых. Я всё это перерос, кажется, ещё сто лет назад, поэтому мне, порой, смешно смотреть, как вы себя ведёте. Ладно, девушки, пора заканчивать разговоры – нас ждут на зарядке.
Густав, увидев в едином строю Дмитрия, кивнул своим мыслям и скомандовал начало пробежки, а далее – всё как было в первый день. Занятие не интенсивное, только чтобы разогреть мышцы и прогнать сон. В строю - ни одного учителя и инструктора, только школьники. Видимо предложение Димы не нашло понимания у взрослых. Хотя, надо отдать должное, сегодня бежало полсотни подростков. Судя по недовольным лицам, на свежий воздух выгнали всех – даже злостных прогульщиков.
По окончанию разминки – душ и завтрак. Затем занятия.
Первое - химия. Дима на уроке по этому предмету присутствовал впервые и мысленно улыбнулся – химия, как таковая, здесь была на десятом месте. Главенствовало инженерно-сапёрное дело. Расчёт определённого вида взрывчатки для сноса здания. Места закладки, геометрия зарядов, порядок подрыва несущих конструкций и опор. Самое интересное, основной упор был сделан на промышленное применение навыков, а не на диверсионно-подрывной характер, поэтому Дима увлёкся. С подобной точки зрения использование взрывчатки он никогда не рассматривал. За двадцать минут до конца занятий контрольная работа по сносу девятиэтажного жилого здания в густонаселённом районе. Надо было рассчитать порядок подрыва, определить места закладки взрывчатки и её объём. План-схема здания появилась перед всеми учениками на учебных планшетах, на которых и надо было нарисовать график и заполнить таблицу. Десять минут на всё – этого времени было крайне мало, поэтому парень закончил работу уже после сигнала окончания урока. За какие-то секунды, прежде чем экран педагог заблокировал.
- Минута тишины. – Педагог, Марк Рэйзер, поднял руку, и ученики, уже вставшие с места, сели обратно. – Смотрим на экраны планшетов. Там результат вашей работы. Подытожу. С заданием на хорошо справились только двое – тридцать семь и сорок два. Хотя это вывод машины, не мой. Тридцать седьмой – твой порядок подрыва зарядов не гарантирует разлёт конструкций в пределах огороженной территории. Я в задании дал подсказку об усилении центральной части, но на это ты не обратил внимание. Как результат – части второго и пятого секторов конструкции могли упасть, как я уже сказал, за пределами закрытой территории. На практике подобное если бы и не привело к жертвам, потому что люди из соседних зданий были бы выселены, то понесённый ущерб жилым постройкам высчитали бы с инженерной фирмы, которую ты представлял. Сорок второй. Мне понравился твой подход. Я бы сказал, творческое решение. Подрывать заряды с противоположных сторон, чтобы они погасили мощность друг друга к средине? Что ж, молодец. Такой практикой подрывники пользуются постоянно, но здесь важна особая точность расчётов. Машина тебе поставила высший балл, что бывает чрезвычайно редко. Теперь всей группе. К следующему занятию выполнить домашнее задание, которое к семи вечера появится в учебных планшетах. Напомню – к практическим занятиям будут допущены только те, кто не имеет задолженностей по теории. На данный момент таких всего четверо. Сорок второй – подними домашние задания с начала учебного года. Срок тебе на выполнение – всего три дня. У меня нет любимчиков или тех, к кому отношусь с предвзятостью. Хочешь учиться – учись. Нет – можешь не приходить на занятия. Только прежде напиши объяснительную директору с объяснением, почему тебя не устраивают мои уроки.
Дима поднялся с места.
- Господин преподаватель, я постараюсь выполнить все задания. Почему постараюсь, так единственное объяснение - к сожалению, в сутках только двадцать четыре часа.
Мужчина лет пятидесяти внимательно посмотрел на парня и на его лице появилось подобие улыбки.
- Времени для полусотни заданий достаточно. Если взять три часа свободного времени и умножить на минуты – за три дня получится пятьсот сорок минут. Приблизительно десять минут на каждое задание. На мой взгляд, избыточно много. – Мужчина поднялся и захлопнул крышку своего ноутбука. - Свободны…
- - -
Тактика. Роза сегодня игнорировала Диму. Задавала вопросы многим, а парня, как оказалось, оставила «на закуску». За двадцать минут до окончания урока, на мониторе перед каждым из учеников включилась заставка задания.
- Внимание на экраны. У вас есть минута на ознакомление. Запоминайте карту, по которой идёт дорога, а также порядок следования конвоя. Справа в окне идёт отсчёт времени до сворачивания окна. Внимание… Ноль. Теперь само задание. Перед Вами сгенерированный трёхмерный отрезок местности, который можно крутить в любой плоскости. Где он конкретно находится, и как соотнести с картой - вспоминайте. Задание. Сегодня вы работаете на стороне конвоя. Выполняете разведку и страхуете коллег, которые доставляют секретный и важный груз. Задача - своевременно выявить возможные места нахождение боевиков и сектора обстрела, а также места на дороге, где может быть заложена взрывчатка или мины. С помощью виртуального дрона надо обнаружить засаду и о ней сообщить руководителю конвоя. Предупреждаю - не заглядывайте в мониторы к соседям – сегодня группе даны пять различных вариантов. У кого какие – определил компьютер, исходя из вашей подготовки. Итоговые баллы, соответственно, будут начислены из сложности задачи. От пяти до десяти. Готовы? Десять минут. Начали. Время пошло…
Дима с головой ушёл в интересное задание. Подобного на уроках в молдавском интернате не было, да и оснащение в «его» школе нельзя сравнить с тем, что имелось здесь. Там ручка и бумага, а о личных планшетах было можно только мечтать, не говоря об интерактивном взаимодействие с учителем через монитор, на котором можно было работать с текстом и графикой.
Местность, которая возникала на мониторе, с картой, что была ранее показана, Дима соотнёс не сразу – там была схема и спутниковый снимок, а здесь высоты, овраги, кустарник по обеим сторонам дороги, лес. Всё прорисовано очень детально. Когда определился, поднял виртуальный дрон и начал с самой дороги. Нашёл несколько мест, которые отметил как потенциально опасные. Потом отправил коптер по расширяющейся спирали от средины участка, включив на аппарате всю доступную технику, не смотря на день – тепловизор, прибор ночного видения и датчики объёма и движения. Через каждые полминуты движения делал остановки с зависанием не более чем на пять секунд и уже на третьей паузе справа по ходу движения конвоя, в пятидесяти метрах от дороги засёк тщательно замаскированную позицию. Четыре человека. Оружие, которым были вооружены нападающие, увидеть не удалось, поэтому, сделав отметку на мониторе, двинул коптер дальше. К десятой минуте, к окончанию времени задания, нашёл и отметил ещё три позиции, а также возможные места закладки взрывчатки и мин. Поставив отметку об окончании, Дима поднял взгляд на преподавателя и понял, что он был последним. Все остальные ученики уже закончили.
Монитор мигнул и на его задание и сделанные отметки наложились фактические данные. По местам нахождения «боевиков» вопросов не было – Дима нашёл все, а вот с минами случился полный провал – из трёх взрывных устройств он не обнаружил ни одного. Там, где он сам заложил бы взрывные устройства, была пустота, а мины находились в другом месте, где, если подумать, не могли бы не только принести существенного вреда конвою, а вообще быть установлены.
- Полная хрень, - парень непроизвольно в полголоса выругался по-русски и сразу же перешёл на английский – Бред.
Чуть ли не все обернулись к Диме. И первой, понятно, преподаватель, Роза.
- Поясни для всех, в чём ты нашёл бред, - голос женщины был спокойным, но в нём чувствовалось тщательно скрытое раздражение. – Роза пощёлкала клавишами на ноутбуке, и задание парня появилось на большом экране за спиной преподавателя. – С места. Не надо вскакивать, показывай на своём мониторе. Так… позиция нападавших ты нашёл, а с минными закладками не получилось? Причина?
- Потому что так ставить мины может только полный идиот, или человек, ничего не понимающий в минах.
- Поясни, - Роза посмотрела на раздражённого парня.
- Первое – мины на дороге есть, а асфальт? Есть повреждение? Нет. Дорогу что, снова заасфальтировали? Пригнали каток? Это раз. Второе - рядом заложить – куда пойдёт взрывная волна и осколки? Конвой двигается не на гражданском транспорте, в броне, таковы условия, верно? Поэтому остановить головную машину подобным образом будет невозможно. Конвой просто увеличит скорость и проскочит опасное место. Если же произойдёт нападение, начнётся стрельба с двух сторон, с машин на ходу ответят огнём из автоматических пушек и пулемётов. Второе. Те места, которые я отметил, более опасные даже для бронированной техники – два крутых холма вплотную прилегают к дороге. Обрушив склон одного можно перекрыть половину дороги. По крайней мере, машины должны будут сбросить скорость до минимума. В таком случае, если у нападающих даже нет гранатомётов, появляется возможность уничтожить хотя бы часть машин. Бить сверху вниз с другого холма, а не из автоматов из лесопосадки с полусотни метров в борта, защищённые, как уже говорил, бронёй. Четырехполосная дорога без разделителя – это около пятнадцати метров. Уйдя влево, конвой сможет проскочить по встречной полосе или по обочине. Поэтому в этом месте просто напрашиваются заряды или мины – там можно наглухо заблокировать уже все машины. Я бы на откосах с двух сторон поставил ещё и пару «клеймор» - те с близкого расстояния гарантированно повредят часть даже легко бронированной техники. Знаю, это противопехотные мины, но и по технике с близкого расстояния работают неплохо, а холмы расположены в десяти метрах от дороги.
- Сверху и гранаты кидать легче, а на пятьдесят метров никто гранату не докинет, - негромко сказал кто-то из парней, разглядывая карту.
- Прошу без комментариев. – Роза рыкнула на говорившего. Посмотрела на карту, помолчала с минуту. – Что ж… Резон в выводах сорок второго есть, но мы не рассматриваем варианты нападения, а выполняем задание по защите, а раз так – ученик с заданием полностью не справился. Компьютер выдал результат – семь из десяти возможных. Отмечу, у сорок второго была задача с высшим коэффициентом сложности, поэтому даже семь баллов – достаточно высокая оценка. Теперь посмотрим, как прошли задание другие ученики…
На выходе из класса Диму догнала Дали, аккуратно прикоснувшись к запястью.
- Не обижайся на преподавателя. Она сама поняла, что ты был прав.
- Не обижаюсь, потому что понимаю - не Роза готовит учебные задания. Это делают другие люди, или вообще компьютер. Зачем только надо было требовать от меня доказать своё мнение?
- Видимо у неё были на это веские основание.
На том разговор и закончился. Впереди было следующее занятие.
- - -
Роза Фергюссон, когда класс покинул учебную комнату, разозлилась на себя, что допустила минутную слабость и вновь позволила парню доказывать своё мнение. Когда немного успокоилась, села к ноутбуку и вывела на экран исходные данные задания сорок второго. Усмехнувшись, изменила места закладки взрывных устройств и позиции для стрельбы боевиков, как предложил парень, тем самым кардинально изменив само задании, дав команду компьютеру проанализировать вероятность прохождения конвоя по дороге. Через пару минут на экране появился вердикт.
«С учётом внесённых изменений благополучное прохождения транспортной колонны на данном участке дороги не превышает 3%. Изменить условия задания?».
Женщина, после недолгого колебания, не стала убирать изначальный вариант, добавив вторую группу боевиков, кто будет находиться на холме, и только после этого со злорадством нажала «да», решив, что мало кто из учеников сможет найти обе засады…
- - -
Сдвоенный урок тактической медицине. Дима считал, что в данном предмете разбирается вполне сносно, но в этой школе урок проходил иначе. Вначале инструктор «разжёвывал» всё до мелочей, шаг за шагом, чтобы подростки понимали, что надо делать. К примеру, не просто наложить турникет на «раненую» конечность, а почему на конкретное место, а не пять сантиметров выше или ниже. Сначала теория, потом работа с манекенами, а уже под конец первого часа группа разбилась на тройки - двое бежали стометровку, неся на носилках третьего. Добравшись до назначенного места, именно носильщики трясущимися руками должны были измерить давление и пульс, наложить турникет, сделать уколы и перевязки. Инструктор оценивал работу, после чего повязки снимались, бинты скручивались, на носилки укладывался другой человек из тройки и бег возобновлялся. Час беготни по пересечённой местности и к концу занятия все школьники были вымотанными до предела, ведь в каждой тройке были парни и девушки, а на «оказание помощи», а значит на короткий отдых, выделялось не более пяти минут. Это занятие Дмитрий впервые оценил на высший балл. Здесь не было времени думать – следовало действовать на основе автоматизма и полученных знаний. Инструктор понимал, что именно в стрессовой ситуации могут быть допущены ошибки, поэтому и устраивал подобные забеги.
- - -
Перерыв на обед и короткий отдых и последний сдвоенный на сегодня урок – по практической стрельбе.
Тот же комплекс, в котором Дима уже побывал, но на этот раз работа двойками с боевым оружием. Как выяснилось, у каждого из учеников был «свой» пистолет и парню предложили выбрать оружие, с которым ему предстояло работать и дальше. Он взял тот, с которым уже был знаком – пистолет немецкой полиции – Вальтер Р99Q. Надёжное оружие с вполне мощным патроном и вместительным магазином.
При распределении Дима оказался в паре с девушкой, с которой за два полноценных учебных дня не обмолвился ни словом. Знал только, что её зовут Сильвия, а подруги называли Си.
- Ты идёшь справа сзади от меня, - девушка сходу взяла на себя роль лидера. - Не обижайся, Маэль, но ты на огневом впервые, а я прохожу дистанцию уже год. Дважды в неделю.
Дима, «сдаваясь», поднял обе руки вверх. Зарядив две обоймы, сунул пистолет сзади за пояс, поскольку кобуру для прохождения этапа не выдали. Девушка своё оружие тоже засунула за пояс комбинезона.
- Ты права, я здесь новичок, но маршрут уже проходил. Правда, со страйкбольным пистолетом. Вместе с тем против меня работали все имитаторы. Приходилось не так стрелять по мишеням, как уворачиваться от резинок. Всё равно пару синяков заработал.
- Да? – хмыкнула Си. – Ладно. Твоё поле – от двенадцати до шести. Знаешь, что это такое?
- В курсе, – улыбнулся парень.
- Вот и хорошо, а сейчас смотрим, как действует вторая пара. Мы следующие. – Девушка посмотрела на большой экран, где транслировалось прохождение двух подростков, которые с трудом продвигались ко второй комнате, но сразу же повернулась. – Не, они дальше не пройдут, в обоих попали… Так… Не забудь взять индивидуальный набор по оказанию медицинской помощи. Если меня или тебя ранят, и мы вовремя не наложим повязку или жгут, с обоих снимут половину набранных баллов. Защитные очки можешь не брать, если, конечно, считаешь себя крутым.
- Свои глаза дороже всякой крутизны. Их не восстановить. – Дима, не чинясь, подошёл к столу и взял две пары очков и две аптечки. Вернувшись, протянул один комплект девушке, но вместо благодарности услышал злую отповедь.
- Я не просила обо мне беспокоиться. У самой есть руки и ноги. Надо будет, возьму.
- Как скажешь, - парень пожал плечами и, вернувшись, положил один комплект на стол.
Через несколько минут настала очередь их пары.
В другой комнате из двух выпускающих один из двух мужчин Диме был уже знаком. Тот кинул на парня странный взгляд, но ограничился тем, что следовало произнести по протоколу.
- Сегодняшнее задание для всех усложнено. Три помещения. Количество целей не определено. Задание - дойти до конца, найти и вывести наружу заложника. Его роль выполняет женский манекен в полный рост. Как понимаете, заложника придётся нести на себе. При ранении или его смерти операция по освобождению считается проваленной. Готовы?
- Да, - за обоих сказала девушка.
- Тогда открывайте дверь и вперёд. После звукового сигнала начинаете движение, – инструктор пощёлкал на пульте тумблерами и показал головой на дверь.
За спинами захлопнулась тяжёлая многослойная стальная дверь. Первая комната. Мебель навалом – шкафы, стулья, вешалки, столы. Имитация окон с двух сторон, закрытых плотными шторами. Полусумрак – в помещении на два десятка метров горели всего три тусклых лампы.
- За столы. – Скомандовала девушка. – Оцениваем обстановку.
Дима кивнул и, дослав патрон, после гудка кувырком ушёл к столу. Вовремя. В то место, где он только что стоял, ударила очередь резиновых пуль. Два шага на полусогнутых и, приподняв голову и руку с пистолетом над столом, сделал два выстрела по двум появившимся мишеням. Окончательно отломав спинку от разбитого стула, поднял её над столом, куда разу же попали резинки. Перекинув спинку в другую руку, снова поднял и снова попадания. Через пару секунд поднял слева от себя – на этот раз попала только одна резинка, но так, что Дима едва удержал кусок деревяшки в руке. Видимо, всё-таки, сдвоенное попадание. Места, откуда летели пули, приблизительно понял. Вновь перемещение по полу влево, почти до средины комнаты. Когда над поваленным шкафом появилась деревяшка, и в неё попали, парень приподнялся и тремя выстрелами поразил две мишени. Резко сев, повернул голову к напарнице – та смотрела на парня ошалевшими глазами. Усмехнулся и, подняв спинку стула над головой, добился того, что прилетело откуда–то слева, со стороны, подконтрольной Сильвии. Показал ей три пальца, а потом, пожав плечами, уже четыре. Понял, что за то время, что прыгал по полу, стрелял и поражал мишени, его партнёрша не сделала ни одного выстрела.
Жестами спросил – кинуть ей «приманку? Вместо ожидаемого кивка увидел, что девушка отвернулась, а потом попыталась сама сделать что-то подобное, поэтому второй раз уже предлагать не стал. Раз изначально сама определила, кто за какой сектор отвечает, пусть и мучается, а снобизм здесь лечится очень быстро. Минуты три наблюдал, как по её деревяшке стучат резиновые пули, но сама девица так ни разу и не поднялась над преградой. В конце концов, Диме надоело сидеть пассивно – это парное задание, не одиночное, поэтому дождавшись, когда в выставленную Сильвией приманку попали пули, Дима вскочил и, уже не скрываясь, открыл огонь по мишеням. Три были поражены одна за другой, а вот четвёртую поразила вскочившая на ноги разъярённая девица.
- Я не просила тебя помогать, - казалось, ещё мгновение, и Сильвия вцепится в парня.
- Я долго ждал, когда ты созреешь, подруга. Если забыла, напомню – мы работаем в паре, не сами по себе, поэтому закрой рот и лучше сосредоточься на выполнении задания, а не на личных амбициях. Не согласна? В таком случае я иду вперёд один, а ты можешь оставаться здесь до тех пор, пока не закончится упражнение или тебя не вытащат инструкторы. Если ты со мной, тогда идём ко второй двери. Продолжаем держать под контролем свою сторону. В любой момент там или сзади может появиться ещё мишень… - Пах… - Дима поразил мишень. Пояснил... – Как эта. Выскочила из-за шторы. На уровне колен. Вперёд, коллега.
Пока проходили комнату, Сильвия поразила две мишени – одна, как и у Димы, появилась из-за шторы. Вторая вынырнула из-за поваленного шкафа уже за спиной.
- Многовато для обычной трассы, - пробурчала девица. – Открываем дверь?
- Подожди. Мы не знаем что там. – Дима освободил от обломков мебели один из столов и, поставив его на торец, подтащил к двери. – Толкаешь дверь и сразу назад и влево за стену. Когда я со столом пройду в комнату, идёшь за мной. Сейчас контроль противоположных зон. Ты работаешь по правой стороне, я по левой. Готова? Давай.
На удивление, вторая комната была более простой – по три манекена с каждой из сторон и два имитатора турелей пулемётов над дверью в третью комнату. Сменили магазины в пистолетах.
- Заходим в таком же порядке. Сейчас внимание на манекены и мишени – ни в коем случае нельзя попасть в заложника.
- Если он там вообще есть, и это женщина, - пробурчала Сильвия. – У меня чувство, что впереди подстава.
- Вот и смотрим внимательно на то, что изображает манекен. Если с оружием – работаем на поражение. Если руки за спиной или за головой – пропускаем, но всё равно не упускаем из внимания. Это может быть обманкой. Сейчас руки за спиной, а через секунду повернётся и оттуда прилетит пуля. Давай, подруга. Постреляем, да пойдём отдыхать, а то у меня в ушах звенит от грохота.
Последняя комната была разделена мебелью пополам. От двери до средины свободна, а потом баррикада, за которой маячили манекены. К тому же те не стояли на месте, двигались.
Заскочив комнату, Дима с напарницей сразу выскочили обратно, встав по обе стороны двери.
- Двигаются. Это что-то новенькое, – прошипела Сильвия.
- Так это интересно, - Дима рассмеялся. – Ты приманка, я работаю. Потом меняемся. Выскакиваешь на средину прохода и сразу обратно. Готова? Давай.
Девушка выскочила и сразу метнулась туда, где стояла прежде. Дима, присев, и оперевшись на колено, высунувшись в проход, успел поразить две мишени.
- Две есть. Бил по левой стороне. Повторю – смотри на наличие оружия. Готова? Давай.
Сейчас уже Дима выскочил в проём двери и, сделав единственный выстрел, спрятался обратно. Зато Сильвия сделала около пяти или шести выстрелов.
- Три, – гордо заявила девушка. – Патронов осталось мало, а там ещё пять или шесть целей.
- Есть вероятность, что ещё пара справа или слева от входа. Так что будем исходить, что их приблизительно семь или восемь. Теперь моя очередь стрелять. Готова? Давай…
Игра на приманку продолжалась ещё около пяти минут, и только когда при очередном появлении в дверном проёме не послышалось ни одного выстрела, Дима, добив второй магазин двумя патронами, что оставались в первом, решился на вылазку.
- Твоя задача, когда я прыгну в комнату – держать под контролем баррикаду. Только аккуратно – буду перед тобой на полу. Не влепи по ошибке мне пулю.
Увидев злость на симпатичном лице, улыбнулся.
- На счёт три. Раз. Два. ТРИ!!!
Дима прыгнул в комнату, перевернулся пару раз через голову и уже от баррикады выстрелил дважды. Один раз поразив цель, а второй - в потолок, в последнюю секунду подняв ствол, потому что в углу, лицом к стене, стоял манекен, изображающий заложника со связанными за спиной руками.
Посмотрев на вошедшую вслед за ним девушку, замер. Её пистолет был направлен точно в голову Дмитрия. Лицо бледное, губы плотно сжаты.
- Ты испортил мне сегодняшний выход. Я всё распланировала заранее, а ты… сломал. Так и хочется нажать на курок… - Внезапно пистолет в руке девушки дёрнулся, прозвучали два выстрела, а за ними резкий гудок, означающий, что маршрут пройден. Сильвия рассмеялась. - Испугался, сорок второй, что, в самом деле, тебя застрелю? Не говори, что нет – видела, как ты побледнел. Ладно, живи. Последние две мишени были справа в углу. Неожиданно появились. Теперь хватай манекен и возвращаемся. Сколько у тебя патронов?
- Шесть, - коротко ответил парень, пройдя в угол и поднимая манекен, который весил как взрослый человек. – Они что, в него песок насыпали? Эта дура весит килограмм пятьдесят, не меньше.
- Среди нас двоих один мужчина, который и должен тащить тяжесть. Или у тебя другой вариант? Если нет, вперёд!
На обратном пути почти не стреляли. Сильвия поразила одну мишень. Дима тоже одну, появившуюся в последней комнате, когда её уже покинули. Пройдя стартовую позицию, положили разряженное оружие и обоймы на стол. Сели на лавку, дожидаясь вердикта инструкторов.
- Ваша пара вышла за лимит отведённого времени на десять минут, - начал было старший из инструкторов, мужчина лет пятидесяти, но Дима даже не успел отреагировать, как на ноги вскочила разъярённая девица.
- Какой к чертям лимит? – она грудью попёрла на инструктора. - Нам ни слова не было сказано о лимите времени. Проверьте видео и аудиозаписи вводного инструктажа. Они есть, я знаю. Разговор шёл только о целостности заложника и штрафных баллах. Ни количества целей, ни времени – ничего этого сказано не было. Так что подводите результат и мы, наконец, покинем полигон.
Старший инструктор взглянул на своих подчинённых, которые делали вид, что очень заняты. Промотал запись боя и нашёл фрагмент, когда проводился инструктаж. Воспроизвёл его в реальном времени и вновь косо взглянул на мужчин, но, видимо, решил выяснить, почему так произошло чуть позже, когда здесь уже не будет школьников.
- Цели поражены все. Заложник не пострадал и эвакуирован. Расход патронов ниже нормы, что радует. Попаданий и ранений не зафиксировано. Оценка обоим по пятьдесят баллов. Это, пожалуй, лучшее прохождение за сегодняшний день. Оценка промежуточного зачёта будет отмечена в учётных карточках. Свободны.
- Вопрос позволите? – Дима посмотрел мужчине в глаза и тот напрягся.
- Можно.
- Где можно почистить оружие?
Подобного вопроса старший инструктор явно не ожидал. Он даже не сразу нашёлся что ответить, но вскоре на губах мелькнула улыбка и показал на ещё одну дверь.
- Там стол, масло, ветошь. Когда закончишь, принеси оружие сюда. Сдашь инструктору под видеозапись.
- Понятно. Спасибо. – Дима подхватил со стола свой пистолет и отправился в другую комнату. Он любил оружие, умел с ним обращаться так, что железо его никогда не подводило. И сейчас, потратив полчаса личного времени, привёл пистолет в идеальное состояние. Убрав по местам масло и обрезки ткани и бумаги, выбросил использованное в урну. Вернулся в комнату, где, внятно прочитав номер, передал пистолет в руки инструктору. Тот внимательно осмотрел оружие и, не найдя к чему придраться, кивнул, отпуская парня.
Когда за стажёром закрылась дверь, мужчина постучал по столу, привлекая внимание.
- Парни, а вам не кажется, что некоторые здесь слегка вышли за рамки полномочий? Зачем этим двоим надо было выставлять максимальную планку?
- Роми, мы пошли на такое, получив приказ от Себастьяна. Странно, что он тебя не поставил в известность. Может, не успел, потому что ты опоздал к началу?
- И как старик объяснил своё решение?
- А ни как, - усмехнулся тот, который и проводил инструктаж. – Сказал, что бы мы поставили все маркеры на предельную скорость реакции и задействовали все мишени. Вместе с тем поставил ограничение в патронах – не более чем две обоймы на ствол, но кто знал, что парнишка выберет Вальтер, где в обойме шестнадцать патронов. Кстати, он даже не всё расстрелял - вернул пять штук. Ты бы позвонил Себастьяну сам, Рони. Нам вроде как не по чину, когда начальник на месте.
- Ага, сваливаете всё на меня? – усмехнулся мужчина, но поднял трубку внутреннего телефона и вскоре докладывал о результатах зачёта, не преминув доложить о необычной и несколько забавной тактике со столом частью стула…
Очередная глава - 29 сентября.
Глава 12
После ужина Дима лёг на кровать и достал планшет, открыв задания по химии. Просмотрев первые двадцать пять «домашек», рассмеялся. Ну да, химия, которой здесь и не пахнет. Основы – да, но почему было не назвать предмет как подобает, осталось не понятным. Закрыл глаза и вспомнил, какие сроки пребывания в школе ему отвёл незнакомец в чёрном, а потом это же подтвердил и Себастьян. Максимум, дней семь-десять. Если, конечно, вновь не появятся неучтённые факторы и люди, которые занимаются его эвакуацией, решат, что маршрут относительно безопасный. В таком случае смысл убивать личное время на решение домашних заданий? С другой стороны, чем ещё заниматься? Идти в общую комнату на этаже, чтобы посмотреть с одноклассниками какой-нибудь фильм или сериал? Так не выдержит, сбежит. Лучше заняться делом, а не тупо смотреть в потолок.
Первые двадцать задач расщёлкал, как белочка орехи, за час. И понял, что подобное упражнение для мозга увлекло. Улыбнулся и открыл очередное здание. Отвлекло от учёбы появление в комнате Мари. Девушка молча кивнула. Прошла до второй кровати, скинула ботинки, легла, и открыла свой планшет. Всё в полной тишине.
Только когда на территории школьного комплекса прозвучал негромкий сигнал, означающий окончание дня и призывающий учеников занять свои спальные места, девушка выключила планшет и прошла в ванну. Пробыла там минимум времени и, вернувшись, не стала раздеваться, а, откинув в сторону одеяло, легла на чистую простынь прямо в комбинезоне.
Дима закончил очередное задание и тоже выключил планшет, поставив его на зарядку. Посмотрел с усмешкой на Мари, которая, казалось, даже не мигая, смотрела в потолок.
- Если не разденешься и не ляжешь в кровать, как ложатся нормальные люди, завтра будешь чувствовать себя разбитой. Я на тебя покушаться не буду, не беспокойся, а вот поспать надо и тебе, и мне. Постарайся приказ мамы выполнить творчески. Ты рядом, я под присмотром, поэтому с этой стороны всё как надо. Я сплю чутко, и если кто попытается ночью войти, тебя разбужу, чтобы вовремя дала отпор негодяю, кто решит покуситься на мою честь.
Мари повернула голову и долго смотрела на парня. Потом всё-таки не выдержала, улыбнулась.
- Как говорит мама, дурак ты, и нос у тебя холодный.
- Если причислила меня к псовым, то кроме холодного, нос должен быть ещё и слегка влажным, а вот с этим, у меня нестыковка – насморка нет.
- Слушай, Дмитрий, - с улыбкой прошептала девушка и, резко повернувшись на кровати, приняла сидячее положение. На её лице появилось недоумённое выражение. – Неужели тебе всё равно кто находится рядом? Пустая кровать или красивая девушка? Тебя это… не волнует?
- Ты последнее слово успела заменить на нейтральное. Вначале хотела использовать другое. Отвечу, раз спрашиваешь. Нет, не возбуждает, потому что отношу себя к людям, о которых говорят как, вроде, о разумных существах. Кроме первичных половых признаков, у них в голове есть вещество, которое называют мозг. А раз он там есть, человек разумный способен контролировать свои желания, тем более тогда, когда ему, этому человеку, скажем так… навязываются, а причин, почему такое происходит, не понимает.
- Я не навязываюсь, да и другие тоже, - фыркнула Мари.
- Тогда почему твоя мама мне заявила, что ты с сестрой выдвинули ей ультиматум, что хотите выйти за меня замуж? Чего вам не хватает, девочки? Бог красотой ни вас двоих, ни других сестёр не обделил. Умом, насколько понял, тоже. Деньги в семье есть, причём большие. Толпы ухажёров от ворот поместья, сама недавно говорила, палками нужно отгонять. Почему вы беситесь? Остроты ощущений в жизни не хватает?
- Ты ничего о нас не знаешь, а берешься судить, - начала девушка, но Дима её остановил.
- Подожди. Я никого осуждать не собираюсь, потому что не имею на это права. Знаю только одно – отданный приказ Жаклин вы могли с лёгкостью похерить, но нет, взялись его рьяно исполнять. Назови причину. Только лишь, чтобы развеять скуку?
Мари долго молчала, потом усмехнулась и вновь легла на кровать, но сейчас на бок, чтобы видеть парня.
- Ты сам прошёл через то, через что прошли и мы. Когда попали в школу, забыли всё хорошее, что было в детстве и, будешь удивлён, новая жизнь не сразу, но нам понравилась. Там всё делилось на чёрное и белое. Без полутонов, как в остальном мире. У нас были режим и дисциплина. Была цель, а потом… потом всё рухнуло, когда нас вернули в семью. Да, мама приложила огромное количество сил и нервов, чтобы мы снова окунулись в тепло дома, но мы-то были уже взрослыми, а мама этого до конца принять так и не смогла. Будешь смеяться, она нам на семнадцатилетние подарила куклы. Огромные куклы в человеческий рост, сделанные под заказ, которые изображали нас самих. Думала, тем самым порадует, а мы, не сговариваясь, приняли решение сделать из них макивар. Отдали на переделку в мастерскую, чтобы заменили основу на дерево, а потом за полгода привели их в труху.
- Демонстрация того, насколько отрицательно отнеслись к маме, - грустно подвёл итог Дима, чем мгновенно убрал улыбку с лица Мари. – Или рассчитывала, что я тебя похвалю за пренебрежение к материнским чувствам Жаклин? Вы повзрослели, но не стали умнее и добрее. Напоминаете двух волчат, которые, когда взрослые не видят, злобно лязгают зубами за их спиной. Не цените то, что у вас есть. Хотя, уверен, настанет время, когда поймете, сколько хорошего упустили в жизни, так относясь к маме.
- Ты не прав. Мы маму любим, - вскинулась Мари, но, увидев выражение на лице парня, замолчала.
- Вы не любите, а используете её. Это разные понятия. Думаешь, Жаклин этого не понимает? Всё прекрасно понимает, но и прогнать вас не может, потому что вы – её дети. Вот и борется в её душе материнская забота с сознанием взрослого человека. Отца вы потеряли. Осталась мама. Насколько её хватит с вашими закидонами, Мари? Честнее было бы сказать, что полностью уходите из-под её крыла. Что решили стать самостоятельными во всём – от зарабатывания денег до жилья. Да, забыл, квартиры ведь мама вам уже купила. Как и машины. Только сами вы сможете прожить без её поддержки?
- Сможем, - заявила девушка и повернулась на кровати на спину. – Ты из нас делаешь иждивенцев.
- Я не делаю то, что уже есть. У вас есть образование, специальность? Нет. Так куда пойдёте, где будете работать? Кем? Секретарями к коллегам или подчинённым Жаклин? К тем, кого будете обслуживать днём и ночью? Или забудете свой принцип и выскочите замуж за сынка такого же бизнесмена в надежде, что тяжелее ложки в руке за жизнь ничего не появится?
Мари молчала, но видя её раздражённое лицо, Дима понимал, что зацепил то, о чём она и сама постоянно думает.
- По хорошему, так в самое ближайшее время вам надо поступить в университет на перспективные специальности и посвятить изучению материала все силы и время, чтобы потом стать по-настоящему самостоятельными. Если есть желание – можете продолжить дело мамы или отца, а нет – профессий в мире много.
- А у тебя самого, какие планы? – Мари повернула голову. – Меня наставляешь как ребёнка, а сам?
- Я не наставляю, просто даю добрый совет как не пропустить мимо жизнь, потому что молодость проходит быстро и надо успеть вскочить на подножку хотя бы последнего вагона уходящего поезда. Что касается меня, я уже говорил… Первым делом поступлю в институт. Специальность уже выбрал, но озвучивать её не буду. Считаю, что преждевременно. Однозначно не буду работать на армию и разведку, да и вообще на силовые структуры. Наелся этим по самые уши. Второй пункт по степени важности – жильё. Если не удастся вернуть квартиру родителей, придётся зарабатывать на покупку новой квартиры. Сначала маленькой. Со временем можно будет подумать об улучшении условий. Когда будет крыша над головой, тогда настанет время подумать и о семье, но никак не раньше. В современных реалиях рай с милой в шалаше - это не метафора, а пара беззаботных недель на Мальдивах, когда знаешь, что у тебя есть свой дом, куда можно вернуться в любой момент, но никак не провести всю жизнь под соломенной крышей, через которую ночью можно смотреть на звёзды.
- Дима, - негромко заговорила девушка. – Но если бы ты вошёл в нашу семью, ты… ты бы всё это имел. И дом, и поездки на Мальдивы.
- Мари. Ты, наверное, до сих пор не осознала, что для человека означает слово Родина. Родилась и живёшь во Франции. Вилла в Италии. Признайся – неужели ни разу не задавалась вопросом, а где твоё место? Где ты для окружающих станешь своей, не чужой? Где тебе не говорят в спину, что ты эмигрантка в третьем или четвёртом поколении, а по факту, давай уж говорить откровенно, для всех ты человек второго сорта, к которому доверия меньше, чем к французу по праву крови. Сколько б ты не жила во Франции, для французов ты никогда не станешь по настоящему своей, потому что останешься русской. Что могу предложить. Когда дома встану на ноги, приглашу тебя с сестрой и мамой к себе. Поживите в России хотя бы пару недель. Комфорта, к которому вы привыкли, обещать не могу, но на улице не останетесь. Вот тогда и можно будет вернуться к теме замужества. Почему тогда? Как ты знаешь, я прекрасно владею английским и французским, но если бы ты знала, какое получаю наслаждение, когда разговариваю на родном языке. Как, например, сейчас. За одно это тебе благодарен. Для меня это, как глоток счастья.
- Ты хороший человек, Дима, но до конца тебя я так и не поняла, – девушка тяжело вздохнула. – В тебе есть та надежность, которую чувствуют и к чему подсознательно стремятся все женщины. Ты и как мужчина привлекателен. Взрослый не по годам. Хорошо, - девушка вновь села на кровати и тряхнула рыжей гривой. – Принимаю твоё предложение приехать. Скажу больше – постараюсь убедить маму открыть в России представительство фирмы, а при возможности и купить в Москве недвижимость. Деньги для этого у нашей семьи есть. Если тебе понадобится финансовая помощь – только скажи. У меня есть и свои деньги. С радостью тебе помогу.
- Спасибо, Маша, но я привык рассчитывать исключительно на себя. Быть должником у тебя или у твоей семьи… нет, благодарю. Вы и так сделали для меня слишком много. Одного не могу понять – почему? Сделали одолжение Хосе? Вот не поверю, что всё это исключительно из мести к англичанину.
- Всё перечисленное имеет место, ты отчасти прав, но есть и другое, о чём сказать не могу. – Девушка улыбнулась, увидев напряжённое лицо парня. - Прости, я связана словом, данным маме. Со временем, возможно, всё узнаешь и тебе придётся многое пересмотреть в связи с новой информацией, а сейчас давай спать.
- Давай. – Дима поднялся с кровати. – Я в душ, а ты последуй моему совету – разденься и ложись в кровать.
Когда парень вернулся в комнату и поставил два стула у входной двери, с улыбкой заметил аккуратно сложенную на тумбочке одежду девушки и Мари, уже уснувшую, повернувшуюся лицом к стене…
Дима долго не мог уснуть, вспоминая и анализируя состоявшийся разговор. Почему он затронул тему Родины? До конца так и не понял, но что Маша, что Аня – они, на удивление, ни разу не бывшие на исторической Родине, были русскими больше, чем француженками. По мировоззрению, по энергетике, по эмоциональной составляющей. И самое странное, к этим сёстрам тянулись и сирийки. Старались на них походить, в то же время, слепо не копируя. И чем больше Дима общался с четырьмя девушками, чем больше их узнавал, тем меньше понимал, что скрепляет их связь. Это была даже не дружба, больше похоже на семейные отношения, потому что никто из девушек не демонстрировал превосходства над другими или, наоборот, униженного подчинения. Это для парня стало ещё одной загадкой, которую ему, как показалось, разгадать вряд ли удастся…
* * *
Проснувшись по привычке за полчаса до подъёма, к удивлению, не увидел в комнате Мари. Вместо неё на кровати, поджав под себя ноги, сидела Анни.
- Смена караула? Доброе утро, Аня, - улыбнулся парень, поймав взгляд внимательных глаз. – Ты сегодня выглядишь потрясающе. Особенно с распущенными волосами. Так и хочется провести по ним рукой.
- А потом зарыться туда лицом и сказать, как чудесно они пахнут? Продолжать?
Голос девушки прозвучал необыкновенно низко, с вибрацией. И мелькнувшее выражение на её лице дало понять, что Анни испытывает на нём какую-то незнакомую ментальную технику.
- Коль мои слова были приняты за банальность, а не за искренне восхищение, не вижу смысла продолжать. Зачем выделяться из стада множества подобных? – Дима рывком скинул одеяло и, не стесняясь, прошёл в ванну, ловко миновав внезапно протянутую к нему руку. Анни что-то хотела сказать, но Дима закрыл дверь, а затем включил воду.
Когда вернулся, комната была пуста. Оделся и после сигнала подъёма выскочил на свежий воздух, где школьники уже выстраивались для зарядки. К удивлению, из крайних домов, где жили преподаватели, тоже стали выходить люди.
- Ну что, стажёр, - на плечо Димы легла рука Густава. – Не хочешь сегодня занять моё место? А то вчера снова бегал с кислым выражением на лице.
В первый момент появилось желание отказаться. Решил, что брать на себя ответственность будет слишком вызывающе, но, неожиданно для себя, Дима кивнул.
- Густав, заметь, я не напрашивался. Ты сам мне такое предложил, поэтому за стоны и кряхтение людей отвечать тебе.
- Переживу. Ждём ещё пять минут и начинаем. У тебя есть определённый план или всё будет спонтанно?
- План в голове есть, – рассмеялся Дима. Тот план, который годами ежедневно вбивался в подсознание, так что сегодня начнём не с азов, а с третьего комплекса. Правда, некоторые элементы придётся упустить, иначе две трети учеников, а с ними и преподаватели потом будут стонать от боли в мышцах.
Мужчина рассмеялся.
- С твоего позволения, я буду снимать комплекс на камеру. Так ведь нет ничего секретного?
- Нет. Снимай, но лучше, если сам испытаешь всё на себе. Найди другого оператора, а я на тебе буду показывать другим, что нужно делать.
- Хорошо. Минута. - Мужчина куда умчался, но вскоре вернулся… в сопровождении улыбающегося Себастьяна, который в руке держал камеру.
- Построились, - Густав встал перед подростками и педагогами. – Сегодня занятие будет вести стажёр. Сорок второй номер. В крайнем случае, можете к нему обращаться по имени - Маэль.
Дима дурашливо поклонился.
- Всем доброе утро. Солнышко встаёт и нам его надо достойно встретить. Повернулись направо и за мной бегом марш…
Все приготовились к обычной тоскливой пробежке, но уже через сотню метров их ожидания стали рушиться, когда начался бег боком, потом с перерывами на приседания и прыжками вперёд и вверх. Начали с маленькой амплитуды, но чем дальше, тем нагрузка на организм стала возрастать. Но не это удивляло, а сам настрой – постоянно слышались шутки и присутствующие включились в неформальную остановку, особенно, когда пошли гусиным шагом с традиционным кряканьем на каждое сделанное ногами движение. Прыжки, кувырки. Парные упражнения, упражнения на пресс и в конце – уже полноценные растяжки. Сорок минут вместо традиционного получаса пролетели на одном дыхании. Дима, заканчивая, всё не мог решить – делать в конце традиционную «дорожку» или нет, но всё же решил попробовать.
Когда вернулись на место старта, посмотрел на раскрасневшиеся улыбающиеся лица.
- Там, где я учился, всё заканчивалось так называемой «дорожкой». Суть такова – все ложатся на спину рядом друг с другом и последний пробегает по прессам товарищей до конца и сам ложится, приближая дорогу к дому. Заканчивается упражнение только тогда, когда очередной участник коснётся ногой крыльца дома. Видели фильмы о подразделении морских котиков США? Так те стащили это упражнения у нас, школьников. Как вам такое? Сможете повторить? Кто из преподавателей боится – неволить не стану, можете продемонстрировать свою слабость, но молодёжь… вы же сильнее? Или я был о вас лучшего мнения?
Провокационные реплики сделали свой дело - все улеглись на спины, выбрав место, где был песок, не земля, и по очереди стали пробегать по животам. Стоны, кряхтение и смех над соседями – это, пожалуй, стало отличным стимулом. Когда очередная девушка вскочила на ступеньку дома и победно вскинула руки верхи вместе с криком радости, Дима всех поднял и заставил пробежать ещё два отрезка по сто метров. Уже без ускорений, добиваясь расслабления мышц и ровного дыхания. Переход на шаг и после короткого построения распустил всех по домам.
- Чем чаще мы встречаемся, тем больше меня удивляешь, - Роза, одетая в серый комбинезон, проходя мимо, по-дружески хлопнула Диму по предплечью. – Знаешь, мне понравилось. Чувствую, как в тело возвращается жизнь. Спасибо, сорок второй.
Эти слова, пожалуй, для парня стали наивысшей похвалой, да Дима и сам видел, как женщина старалась и у неё не сразу, но уже к средине комплекса тело стало гибче и пластичнее, но женщина, видимо, и так со спортом дружила.
- Здо́рово, - Густав неожиданно обнял парня. – Ты заставил людей принять нагрузки с радостью. Не видел ни одного скучного лица.
- Мне тоже понравилось, - раздался голос и подъехавший на коляске Себастьян передал Густаву видеокамеру. – Может, пока ты здесь, возьмёшь на себя утреннюю гимнастику? Я твою работу оплачу, не беспокойся. Ведь тебе и самому понравилось.
- Не буду врать, понравилось, - Дима рассмеялся. – Только сейчас, пока тело у всех разгорячённое, никто не понимает последствий. Завтра утром вид у всех будет не столь задорный, но через неделю сами попросят нагрузку. Это как у наркоманов – попробовав раз, затягивает.
- Вот и сделай так, чтобы люди с радостью принимали физическую нагрузку, а Густав посмотрит, запомнит, а потом продолжит твои занятия.
Диме ничего не оставалось, как согласиться, к тому же и у самого появился дополнительный стимул – лучше двигаться, чем лежать и смотреть в потолок…
* * *
Дни шли один за другим. Миновала неделя, прошла половина второй, но однажды вечером в комнату зашла Мари и протянула парню телефон.
- Иди к ограде школьного комплекса – там сигнал почти не глушится. Через полчаса тебе позвонит человек и скажет, что делать дальше.
- Кто? – Дима поднялся с кровати.
Девушка не ответила – пожала плечами и вышла из комнаты.
Натянув ботинки и куртку, через пятнадцать минут ушёл подальше от школы по дороге, которая вела ко второму полигону. Посмотрел на экран смартфона – символы приёма двух местных операторов были максимальными.
Звонок прозвучал намного позже оговоренного срока. Когда Дима нажал соединение, сразу узнал хрипловатый голос Хосе.
- Здравствую, племянник. Дядя беспокоит. Узнал?
- Конечно, узнал. Рад слышать. Дома что-то случилось?
- Дома как раз всё нормально – о тебе спрашивают. Твои родственники меня замучили - дёргают через день, как будто не знают, что делаю всё возможное. Плохо другое, с билетами проблема. На ближайшее время нет билетов ни на один рейс. Одному моему знакомому надо было слетать по работе в сторону твоего дома, так пришлось возвращаться с половины пути – то нелётная погода, то техника отказывала. Вообщем, природа словно взбесилась против человека. Тут ещё сообщили, что в твою школу на днях должна приехать представительная комиссия их Министерства образования. Их интересует не только, как и где живут школьники и планы занятий, но и состояние самих домов. Может и подвалы проверят на предмет состояния коммуникаций. Поэтому хочу тебе предложить на время переехать к Жозефине. Не в поместье, а к ней в дом. Ей поможешь по хозяйству, и с детьми позанимаешься. Без дела сидеть не будешь. Что скажешь?
- Раз надо, я готов. Хотя мне и здесь в последнее время рады. Подружился с ребятами, не скучно.
- Я в курсе, – в трубке послышался короткий смех. – Хорошо, племянник. Тогда завтра после обеда за тобой приедут. Скорее всего, сам не смогу, но мой старый друг тебе всё объяснит. С ним уже переговорил.
- Хорошо, дядя Дон. Как скажете. Спасибо за беспокойство. Не заслуживаю я такого отношения.
- Не тебе об этом судить. Да, последнее. Что мой друг тебе в дорогу соберёт, ни от чего не отказывайся – сам знаешь, в пути может случиться что угодно. Главное – от термоса и бутербродов не отказывайся. Здоровье надо беречь.
- Последую Вашему совету, дядя.
- Тогда до встречи.
- До встречи.
В динамике смартфона громко щелкнуло, и разговор прервался, и Дима, отойдя с дороги в лес, сел на поваленное дерево.
- «Судя по щелчку, разговор шёл по открытой линии, но с учётом на сообразительность, а это значит, что разговор мог прослушиваться спецслужбами. Хорошо, если только местными. Из разговора понятно, все пути в Россию до сих пор перекрыты и «болванка», нейтральный человек, внешне похожий на меня, тестирующий маршрут, вынужден был вернуться. Видимо его в какой-то узловой точке задержали, а может быть тот заметил слежку. Природа взбесилась… Понятно, о чём Хосе хотел сказать. Британцы за короткое время безвозвратно потеряли слишком много человек и от сознания, что до сих пор не могут взять мальчишку, а не опытного сотрудника противоборствующей спецслужбы, выводит их из себя. Хосе предложил переехать к Жаклин. Как я понял, в поместье под Парижем, а не на виллу в Италии. То, что там будут четыре девушки, не радовало. В первую очередь потому, что могу привлечь на их головы, да и на саму Жаклин массу неприятностей. Те будут хорохориться до последнего, пока у дверей дома не появится полицейский спецназ. Ведь виллу в Италии прошерстили, получив ордер на обыск, так почему подобное не может произойти во Франции? Пока меня ищут, на одном месте долго задерживаться нельзя. К сожалению, и в подземелье спрятаться не удастся, не зря Хосе упомянул о домах подвалах и коммуникациях. Каждое его слово несло смысл… Тогда сейчас к Себастьяну?»
Дима с лёгкостью поднялся на ноги и пошёл к жилому городку. Кажется, неожиданно у него в душе появилась грусть, что придётся покинуть эту школу. Место, где он не только смог отдохнуть физически и морально, но и получил дополнительную теоретическую и практическую подготовку, а это немало…
- - -
- Хосе звонил час назад, - Себастьян не стал разговаривать с парнем в своём кабинете, а выехал на улицу и отъехал от дома с полсотни метров, остановившись у скамьи, куда жестом пригласил сесть Диму. – Завтра приедет минивэн, потому что с тобой отправятся сестры Рамзи. Сёстры Дюбуа отсюда уедут через два дня. Массовый отъезд может спровоцировать ненужные вопросы и, как следствие, привлечёт внимание курирующих спецслужб. Здесь есть люди, не первый месяц активно работающие на полицию и контрразведку. Не только среди преподавателей и инструкторов, но и школьников. К тому же послезавтра здесь появится инспектор от Министерства образования с большой свитой, в которой будут те, кто негласно и инициировал такую проверку. По другим каналам мне дали понять, что в их числе будет представитель Совета Попечителей, который захочет проверить доступность, а может и состояние бункера. Отказать ему могу, но последствия такого демарша как для школы, так и для меня лично могут быть непредсказуемыми. Я немного лукавил, когда тебе говорил, что всё построено на мои деньги, да ты, наверняка, и сам слышал разговор на скале. К сожалению, всё это мне одному не принадлежит, как бы хотелось, поэтому приходится лавировать.
- Оказавшись под землёй, можно заблокировать вход и шлюзовые камеры и туда с поверхности никто войти не сможет. Даже со вторым пультом управления. – Дима с усмешкой смотрел на пожилого человека. – Но я прекрасно понимаю, что на подобный шаг можно пойти лишь в крайнем случае.
- Именно что в крайнем, когда обложат со всех сторон. – Себастьян невесело хмыкнул. – Вместе с тем я чувствую, что такой момент не за горами. Для одного человека там просто рай. С месяц назад посчитал количество еды, воды, топлива, что заложено в базу. Всего этого хватит на полсотни лет, но я столько не проживу… хотя разговор сейчас идёт не обо мне. Так… Мы остановились на машине и двух девушках-сирийках, верно? Кто завтра будет за рулём машины, мне неизвестно, но человек должен показать знак от Хосе и назвать условную фразу. Если на любом этапе произойдёт сбой – вы никуда не едете.
- Почему не едем? Мы ведь можем воспользоваться машиной и без водителя. Права у меня есть, причём настоящие. Спокойно доедем до нужного места. Или в процессе бросим одну машину и возьмём другую.
Себастьян кинул быстрый взгляд на внешне совершенно спокойного парня.
- Я тоже думал о таком варианте, но прошу об одном – достаточно трупов на территории школы.
- Без вопросов, мэтр, - Дима поднял обе ладони на уровне груди. - Вас это не коснётся. Вопрос – что Вы должны были для меня приготовить? Да, завершим предыдущую тему. Сразу скажу – если водитель будет подставой, я уеду один, без девушек. Они меня будут тормозить и отвлекать.
- Такой вариант оговаривался, и Хосе предупредил, чтобы я не настаивал на первоначальном плане. Что приготовил? Бронежилет скрытого ношения и пистолет. Ты, как мне сказали инструктора, за последние стрельбы привык к Вальтеру. Вот его и заберёшь. В комплекте четыре полных магазина и кобура. Больше тебя ничем грузить не буду. Что могу посоветовать – свой чемодан поменяй на рюкзак. В первую очередь для того, чтобы были свободны обе руки. Чемодан купить не проблема, но если на то появится возможность.
- Последняя фраза более чем актуальна, – парень кивнул. – Спасибо за предложение. Вы правы – чемодан на данном этапе будет обузой.
- Вот и договорились. Завтра утром тебе в комнату принесут пару рюкзаков – выберешь тот, что понравится. Второй оставишь на кровати. И ещё. Держи. – Старик вынул из кармана пиджака продолговатую коробочку, завёрнутую в плёнку. – Это сканер, который тебе наверняка пригодиться. Находит любую электронику на расстоянии в десять метров. Не только активную, но и пассивную. Как пользоваться - сообразишь, хотя на задней крышке есть краткая инструкция. Начни со своих вещей, что лежали у тебя в чемодане. За это время доступ к твоей комнате тоже был свободен.
- Спасибо за совет. Пожалуй, сегодня всё и проверю.
- Тогда иди к себе, а мне пора возвращаться в кабинет. Скоро традиционное вечернее совещание.
- - -
Зайдя в комнату, Дима едва сдержал улыбку – на двух кроватях сидели, сложив руки на коленях, две пары сестёр. Видимо успели между собой повздорить, так как выражение на лицах было напряжённым.
Первым делом парень вернул Мари телефон. Поблагодарил девушку, но никакой ответной реакции не дождался.
- Ты завтра… - начала Анни, но её рот тут же закрыла ладошка сестры.
- Всё сделала правильно, Мари. Девочки, пока до отбоя есть время, и позволяет погода, может, погуляем? – Дима кивком позвал за собой гостей и только отойдя от домов на приличное расстояние, резко остановился и повернулся, да так, что в него сходу влепилась Дава, что шла следом.
- Не ударилась? – придержав девушку, увидел смущение на лице и сразу убрал руки. – Первое. В домах наверняка есть прослушка и Мари правильно отреагировала. Умница. - Дима дождался, когда четыре девушки встанут перед ним, чтобы говорить вполголоса. – Второе – о серьёзных делах в жилых помещениях вообще не стоит говорить, даже дома. Третье, отвечая на так и не заданный вопрос Анни – да, завтра я уезжаю, но один или с сёстрами Рамзи, будет зависеть от того, кто сюда приедет. Если свой человек – уезжаем втроём. Если подстава – я один. Дава и Дали, - Дима, обращаясь, кивнул каждой девушке. - Не обижайтесь, но я не знаю ваших возможностей, а работать с людьми, в ком не уверен, не буду. Мне придётся отвлекаться, а это значит потерять мобильность. Дальше. Мне предложили некоторое время провести в доме семьи Жаклин. Не буду врать, желания подставить хозяйку и членов её семьи у меня нет, поэтому там пробуду минимум времени. Я раз уже отказался, понимая, к чему может привести моё пребывание, если об этом знают те, кто за мной охотятся. Так что спрячьте амбиции и хорошо подумайте над тем, что я только что сказал, а сейчас идите в свои комнаты и ложитесь спать. Ночное дежурство отменяю. Придёте – выгоню силой. Прошу – дайте мне нормально отдохнуть перед завтрашним днём.
Оставив девушек, Дима вернулся в комнату. Прочитав краткую инструкцию, включил сканер и стал перебирать свои вещи. Через полчаса пришлось доставать из чемодана Викторинос – раскладной нож, и заняться выковыриванием «жучков». Пройдя сканером по груде вещей, сложенных посреди комнаты, в третий раз, индикаторы на панели не отреагировали. Сел на кровать и посмотрел на стол. Чемодан – две закладки. В ручке и под петлёй. Костюм – под лацканом. Футляр для зубной щётки – ещё один. Портмоне – один. Кроссовки, под стельками – две штуки. БРЕД!!! Зачем столько? По логике, хватило бы максимум двух, а на столе лежали ровно одиннадцать штук. Как говорят, от мала до велика. Понятно, что когда парня нет в комнате целыми днями, для того, кто размещал «жучки», полное раздолье. Вдобавок, когда провёл сутки в бункере, дверь не была преградой, а неприкосновенность чемодана в камере хранения… чисто условная... Хорошо ещё вовремя догадался включить телефон – при попытке подключения у сети сканер обнаружил ещё одну пассивную закладку, которую в первый раз сканер не обнаружил.
Посидев и подумав, отказался от желания прямо сейчас прийти к Себастьяну и вывалить ему на стол свои находки. Это ничего не решало, а вот запутать следы уже в дороге было бы неплохо. Или прицепить некоторые «жучки» к школьникам и преподавателям. Тот, кто отслеживает сигналы и разговоры, будет очень удивлён, когда вместо одного объекта слежки появится несколько…
Вскоре прозвучал сигнал по лагерю и Дима, приняв душ, лёг и сразу уснул. Правда, не забыл поставить два стула у входа – один на другой…
* * *
Утром зарядка, которую парень в этой школе проводил в последний раз. Потом занятия и когда перед обедом вернулся в комнату, увидел на кровати два рюкзака. Первый вопрос – как попали в закрытую комнату, ведь он её замыкал перед занятиями, но потом махнул рукой. Понятно, что есть мастер-ключ, а может и дубликат... Первым делом проверил рюкзаки с помощью сканера – чистые. Выбрал нейтральный серый цвет, небольшого размера, куда хоть и с трудом, но поместились все вещи. Снова включил телефон и проверил сканером – всё нормально. Улыбнулся своим мыслям – пять самых маленьких «жучков» он уже пристроил на одежде своих одноклассников. Кому сунул в карман, кому приклеил на подкладку. Если их и найдут, ребята не сразу сообразят что это такое, а потом, скорей всего, пойдут жаловаться директору.
Обед и через полчаса в комнату зашёл один из инструкторов – с этой женщиной Дима не пересекался – она вела занятия по беспилотной технике у другого класса.
- Там приехала машина. Директор просит тебя прибыть к нему в кабинет с вещами. Уезжаешь?
- Вчера Себастьян сообщил, что мне снова надо ехать домой. Нотариусы к клиентам редко приезжают, а я для них не такой жирный кусок.
- Наследство? – усмехнулась женщина.
- Одно слово. Больше волокиты, чем прибыли.
- Что ж, успехов, - инструктор махнула рукой и вышла из комнаты, а Дима, закинув рюкзак на плечо, через десять минут вошёл в кабинет директора. То, что всё идёт не по плану, понял сразу, едва поздоровался с директором и увидел выражение его лица.
- Это Арно. – Себастьян, как заметил Дима, с силой сжимал подлокотники кресла. – Он приехал за тобой. Довезёт до условленного места.
- Могу поинтересоваться до какого конкретно? – Парень скинул с плеч рюкзак и сейчас переложил его в левую руку.
- А разве это принципиально? – Крепкий мужчина лет сорока смотрел на парня с пренебрежением. Как на досадливую помеху в своей жизни. Сейчас она есть, а через пару часов исчезнет.
- Для меня да, принципиально. Разве во время инструктажа не было сказано, что я могу отказаться или изменить маршрут по собственному усмотрению?
- Что значит по собственному усмотрению? – мужчина искренне удивился. – Маршрут строго оговорён, потому что в пути тебе придётся пересесть в другую машину, которую поведу уже не я.
- Даже так? – Дима склонил голову набок, внимательно рассматривая «водителя». Пистолет под курткой он заметил сразу, но допускать стрельбу на территории школы не хотел, ведь накануне дал слово Себастьяну.
- Хорошо, идите к машине, я догоню.
Когда Арно проходил мимо, парень едва сдержался, чтобы его не нейтрализовать. Сопровождающий сейчас был расслаблен, потому что не видел в парнишке серьёзного соперника.
- Мои вещи? – едва закрылась дверь, спросил Дима и Себастьян показал на шкаф. Парень открыл створку и увидел на нижней полке бронежилет и пистолет в подмышечной кобуре с тремя обоймами.
Скинув куртку и футболку, надел бронежилет, затем футболку и закрепил кобуру. Накинул куртку, но застёгивать её не стал, лишь зацепил внизу замок молнии.
Подхватил рюкзак и повесил его на левое плечо, прежде проверив насколько легко можно достать оружие. Дослал патрон и спрятал Вальтер. Всё быстро, но плавными движениями. Дима уже настраивался на бой, поэтому не сразу заметил знаки, что ему показывал Себастьян.
- Я тебя провожу, - директор выехал из-за стола и протянул парню толстый конверт. Уже в коридоре шепнул.
- Это чужой. Условную фразу произнёс, но знак не показал. Видимо мой разговор с Хосе слушали.
- Я уже понял. Вчера в вещах нашёл больше десятка «жучков». Представляете, Себастьян, как здесь «течёт»? Поэтому сканер пригодился, спасибо. Вернуть?
- Оставь себе. Тебе будет нужнее. – Директор чуть притормозил перед наружной дверью. - Этот Арно даже не знает, что должен был увезти не тебя одного. Сам спросил у меня кого ещё должен забрать. Я сказал – только тебя. Он не возражал.
- Прокол с их стороны. И вообще странно всё. Профи так не работают. Видимо «мои друзья» решили больше не рисковать своими людьми – на этот раз подписали наёмников.
Уже на крыльце Дима крепко пожал руку Себастьяну.
- Спасибо, мэтр, за доброе отношение и всё, что для меня сделали. Как говорят русские, не поминайте лихом. - Фразу парень произнёс по-русски, но Себастьян, к удивлению, кивнул головой, что Диму не удивило, скорее развеселило. – Если позвонит наш друг, скажите, что в течение двух дней буду обедать в кафе, где если пасту. С двух до трёх дня. Он сообразит.
Себастьян остался на крыльце, а Дима подошёл к машине и, откатив в фургоне заднюю дверь, заглянул внутрь, потом залез. Скинул с плеча рюкзак и положил на соседнее сиденье.
- Поехали.
- Куда конкретно едем? – неожиданно раздался знакомый мелодичный голос, заставивший Диму чертыхнуться, когда водитель обернулся.
- Дали, что за…
- Потом, Дим-ма. Нам надо выехать с территории школы и отъехать как минимум на пару километров. Если забыл, напомню – внешнее наблюдение за комплексом продолжается. Смена произошла ровно… десять минут назад. В этот момент мы и нейтрализовали водителя.
- Он лежит за задними сиденьями. ПОКА живой. Решили, может, захочешь узнать, кто он такой и кто конкретно его послал за тобой.
Последнюю фразу проговорила Дава, которая просунула голову между передними сиденьями.
- Вот же… Поганки вы, а не девушки, - рассмеялся парень. - Ладно, поехали. Остановитесь где скажу – когда гулял по дороге, видел удобное место, где можно будет избавиться от пассажира. Потом, когда выедем на шоссе, скорость не превышать. Внимание местной полиции нам ни к чему.
- Как скажешь, командир. – Впереди, заглушая ворчливое бурчание Димы, раздался озорной девичий смех и машина, неторопливо выехав через открытые ворота, на просёлочной дороге повернула в сторону шоссе.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге