Красный Корпус VI

Глава 1

На что похожа сокровищница одного из когда-то сильнейших и проживших тысячи лет Бога? Вопрос с подвохом, ведь все мы разные, оставшиеся крохи человеческих чувств и эмоций нам не чужды, хотя некоторые из них преобладают над теми или другими.

Добавим в это уравнение, что выбранный для примера Бог ещё очень запаслив, постоянно воевал с Хаосом и страдал некоторой степенью паранойи, в следствии чего получим Лахиму. Точнее, его сокровищницу, ведь именно здесь и сейчас мы находились.

Огромный многоуровневый зал, украшенный барельефами на стенах с витражными окнами сиял белоснежным мрамором. Серебристые линии пульсировали энергией в стыках плит на полу, словно живые. Массивные колонны поддерживали выпуклый свод потолка. Всюду, куда не брось взгляд, были видны стеллажи в десятки рядов, на каждом из которых, подписанные и лежащие на подушке, хранились различные артефакты.

Постаменты с особенными жемчужинами коллекции Бога Луны выделялись на их фоне, как и ящики с маркировкой на старом языке, которым пользовались ещё до того момента, как Боги забрали знания о магии у людей. И ведь материал сохранился, но оно не мудрено, железное дерево не гнило веками.

— Это что, гора золота? — вскинул я брови, рассмотрев огромную кучу блестящих монет номиналов различных империй и эпох. — Зачем? Нам ведь золото не нужно было, а если и требовалось, в храмах его всегда было полно.

— Раз оно здесь, то так надо, — буркнул Толик. Его больше не штырило от влияния Лахимы. Путем перебора десятка теорий, в основном их выдвигала Лакси, мы пришли к общему мнению, что состояние моего друга стало нормальным из-за храма. Точнее алтаря, который каким-то образом поддерживает эдакий суррогат слияния этих двоих. — Вроде бы оно здесь из-за женщин, не помню точно, у этого куска души не было памяти по этому поводу. Может я, то есть Лахима, бордель хотел построить.

— Это вряд ли, — мелодично пропела Лакси, стирая невидимую пыль с перил лестницы, на которой мы стояли и любовались сокровищницей. — У тебя, отец, всегда было женщин в достатке. Любая, смертная и бессмертная, почла бы за честь возлечь с тобой.

— Чем ты и пользовался, гуляя от одной к другой, — фыркнул в стороне Мовран, скрестив руки на груди. Рубашку он сменил, помылся и даже причесался. Уже не похож на заядлого алкоголика. Вот что труд и прут животворящий делают, прогресс, однако. — Оно так-то правильно, самец должен покрыть много самок, — не обратил он внимание, как поморщилась Лакси и продолжил: — Так что я не осуждаю, что ты часто забивал на свои обязанности, жрецов, храмы и всё прочее, в перерывах между битвами прыгая в постель между своих баб.

И вот вроде бы даже гордо заявил, мол это мой отец так делал, горжусь, но сарказм и ехидство из него так и пёрло. Мовран - символ противоречий.

— Моя личная жизнь и работа вас не касаются, — мигом обрубил Толик любые инсинуации в свою сторону. И, чуть скривившись, поправился: — И зарубите себе на носу, я не ваш отец, точнее не совсем он. Его косяки - не мои.

Лаксазия на это лишь кивнула, ей так-то всё равно, кем так себя Толик считал и позиционировал. Для неё - он возрождённый Лахима, её отец, самый важный разумный на уровне с братом. Она уже приняла решение, пусть и не озвучила его открыто, но драконица с нами. Что же до Моврана, то тот фыркнул, нахохлился, как мокрый воробей и отвернулся. Продолжая на всех недовольно зыркать своими драконьими буркалами, да.

— С чего начнём? — решил я вернутся к тому, ради чего мы сюда, собственно, и пришли. — Лакси, надеюсь, тут есть каталог? Велись же записи?

— Разумеется, Талион, — кивнула женщина, после чего взмахнула рукой. Один из стеллажей, выделяющийся чёрным цветом, состоял из книг. Вот одна из них, самая массивная, размером как бы не метр на метр, в красном кожанном переплёте, подлетела к ней. Ещё один взмах, книга распахнулась, зашелестели страницы. — Сокровищница храма слишком большая, нужно конкретизировать запрос Архиву и он найдёт нужное. Вряд ли вас интересуют бытовые артефакты или нечто подобное им.

— Ещё как интересуют! — опередил меня Толик. — Если они будут полезны нашей команде, то нужны!

— Команда, пф-ф, — раздался смешок с галёрки. — Смертные - слабаки, в вашей команде, скорее всего, только вы и сильны. Смысл тратить невосполнимые сокровища на обычное мясо?

— Хм, — нахмурился Толик и обратился ко мне. — Знаешь, Костя, я тут всё думаю... Наверное, мы когда возьмём всё нужное, заберем только Лаксазию. Пусть её брат и непутёвый сын Лахимы сидит здесь, кукует дальше.

Эффект превзошел все ожидания. Более того, Лакси решила нам подыграть, с сожалением взглянув на брата. А вот Мовран аж весь надулся, уже собираясь толкнуть обличительную речь, скорее всего с большой примесью мата, но сдержался. Лишь кулаки сжал, губы свёл в тонкую линию, а буквально через пару секунд буркнул:

— Чего мы тут стоим? Пошли артефакты выбирать! Лаксазия, давай показывай, как тут и что! Я охранял эту сокровищницу, но почти никогда здесь не бывал!

— Потому что здесь нет выпивки и жратвы? — ехидно спросила женщина, но Мовран столь твердолобый, что таким его не смутить.

— Именно так! — ответил он так, как от него и ожидалось.

Драконица прекрасно знала своего брата и поэтому не стала продолжать, махнула на него рукой и вчиталась в Архив. Вновь зашелестели страницы, а затем нам с Толиком стали озвучивать подразделы списка артефактов.

Должен признать - я был удивлен. Даже скорее в шоке от запасливости Лахимы. Старик натаскал за свою долгую жизнь кучу всего, хватило бы, чтобы заполнить трижды всю сокровищницу пантеона! И ведь на первый взгляд этот зал не таким уж и огромным выглядел, если взять за основу список Архива.

Как узнал позднее - вся сокровищница храма была пространственным хранилищем на тысячи сжатых кубометров. При нужде секции менялись, растягивались или и вовсе наслаивались друг на друга. Узнаю работу Бога Путей, филигранная и точечная, в пантеоне он тоже постарался, но, опять же, там сокровищница была в разы меньше.

— Что?! — правильно расценил мой задумчивый взгляд Толик. — Не ко мне вопросы, нахрена Лахиме понадобилось столько места и где он набрал всё это барахло!

— Попрошу заметить, не барахло, а полезные и редкие артефакты, — тоном отличницы заявила Лакси. — В данный момент большинство из них невозможно воспроизвести, а некоторые и вовсе находятся в единичном экземпляре.

Подытожив, мы начали массовый шопинг, только здесь платить ничего не надо. Лакси выдала каждому из нас по кольцу и рюкзаку с тем же эффектом пространственного хранилища. Первое - для повседневного использования, там размер поменьше, а второе и так понятно.

Мы с Толиком только и делали, что называли нужные позиции, а следом артефакт покидал своё место и подлетал к нам, исчезая в сумках. Здесь тебе и преобразователь материи в виде кубика-рубика, о котором Толик говорил по пути в храм. И катализатор нейтральной энергии - этот маленький и невзрачный на вид грязный шарик мог впитать в себя целую прорву энергии и использоваться, как та же батарейка, либо же как помощник в деле развития мага.

Всё же магу надо сначала поглотить и преобразовать внутри себя полученную энергию, а её объёмы небольшие. Катализатор позволял этот момент ускорить. Шатры, с виду обычные, но внутри хранящие убранство целого дома или того же походного дворца. Кристаллы шести стихий для алхимии, в изготовлении особо мощных зелий. Маленький кусочек такого кристалла продавался в одиннадцатом мире за бешенные деньги, а здесь их целые друзы!

И таких сокровищ целая прорва, всё называть времени не хватит, мы только и делали, что складировали. И пусть рюкзаки меняли хранимый внутри пространства вес, делая его легче, но всему был предел. В какой-то момент заполнился рюкзак Толика, затем мой. Лакси выдала нам ещё два и сказала, что это последние. Лахима был запаслив, но почему-то именно пространственные артефакты были в самом меньшем количестве.

Напоследок мы перешли к самому главному - снаряжение. Для нашей команды и тех, кто приближён и кому его можно доверить.

— Толя, вот это мы брать точно не будем, — тихо прошептал я, когда глаза наткнулись на одну из строчек списка артефактов для войны. Таких было всего тридцать, но каждая обведена чёрным.

— Хм, не помню такого, — нахмурился парень и посмотрел на Лакси. — Что это за... сердце Иша'ракса?

— Засушенное сердце Древнего, — лениво ответил вместо сестры Мовран, безразличным взглядом рассматривая нашу добычу и другие сокровища в зале. — Ты нашёл его ещё до нас, у порога Врат Триза.

Триз - первый мир, а врата, по легендам, открывали путь в другие цепи миров, но всегда оставались закрыты. Точнее сломаны после очень, очень давней битвы между так называемыми Древними и первыми из Богов. Как те смогли одолеть этих существ, по сути, создавших все десять миров и правящих в них, умалчивалось.

Я больше склонялся, что Древние либо сами сдались и просто передали бразды правления людям, которых создали и которые стали Богами, вроде наследников. Либо их выбили по одному, но эта теория вилами по воде. Одно я знал точно - в каждом мире существовал свой Древний, всего их было десять, и Иша'ракс был самым злющим из них. А ещё самым сильным.

— Полезная вещь? — моргнул Толик, не понимая. — Почему тогда не возьмём?

— Ну, если ты хочешь уничтожить всю цепь миров, то берите, — иронично хохотнул дракон. — В этом сердце до сих пор хранится столько энергии, что его держат в сокровищнице за сотней печатей.

— Которые ты должен был обновить, — мгновенно прищурилась Лакси, уставившись на брата. — У тебя было всегда две задачи: стеречь сокровищницу и подпитывать печати. И, судя по твоему лицу, брат, со вторым ты облажался. Опять.

— Да и так сойдёт! Я проверял в последний раз, нормально всё было! — возмутился Мовран. — Если бы печати нарушились, то я бы узнал!

— Ага, когда весь храм исчез бы в открывшемся подпространственном разломе, появившимся из-за коллапсирования остаточной энергии. Ты в курсе, что в таком случае сила этого разлома будет равняться силе притяжения сразу десяти чёрных дыр в одном месте? Впрочем, откуда тебе это знать, ты бы сразу же погиб, как и я. А следом все остальные миры.

Вот теперь Толик проникся. Он весь побледнел, сглотнул и мигом повернулся к стушевавшемуся Моврану.

— А ну быстро сходил проверил печати! БЕГОМ! — рёв из глотки парня сразу же оборвал любые попытки отвертеться.

Мовран почесал затылок, вздохнул, и ушёл в пролом, появившийся в одной из стен.

— А ты чего улыбаешься? Сама же сказала, что в любой момент может...

— Ничего не будет, — мягко перебила его Лакси. Очень довольная собой Лакси. — Я два года, тридцать шесть дней, восемь часов и двенадцать секунд назад проверяла печати. И подпитала их. Я люблю своего брата, но он неисправимый тугодум, когда дело касается чего-то очень важного. Зря ты поставил его на эту задачу, отец, хотя и понимаю причину, — вздохнула она. — Я была на тот момент ещё слишком слаба, не хватило бы сил.

Надо себе пометку в памяти оставить - не забыть про печати. Я, конечно, не Мовран, но если драконы с нами уйдут, могу и упустить этот момент из-за многих задач. Впрочем, если мы проиграем и одинадцатый мир поглотит Хаос, то как последний козырь, дабы громко хлопнуть дверью... Тоже стоит учесть.

Пока Мовран ушёл проверять исправно работающие печати, мы с Толиком и Лаксазией взялись за броню и оружие. Мои доспехи и меч хороши, Чёрный Кузнец знал своё дело, когда ковал их. Вот только после воскрешения Розали они потеряли почти 80% своей эффективности и силы. Как броня - сойдёт, но в будущей битве не котировались. Я уже думал над заменой, даже планировал посетить несколько своих дальних храмов в надежде что-то найти, если это что-то сохранилось. Но раз сегодня за всё платит Лахима, то стоит умерить гордость.

Тем более, что тот же Чёрный Кузнец не мог ковать шедевры прежних времен. Особенно, если к одному из этих шедевров приложил руку Абгар - Бог Кузнец. Один из немногих, как тот же Нефал, ушедший за грань до предательства пантеона. Да уж... думаешь об этом и понимаешь, на тот момент среди нас осталось слишком мало тех, кто действительно заботился о людях и выполнял свою «работу», как надо, а не запивал время вином и не предавался другим порокам праздности.

— Костя, это же она, да? — выбил меня из мыслей Толик, пока мы с Лакси выбирали мне будущую броню. Аж глаза разбегались.

— Да, — кивнул я, проследив за его взглядом. — Это она... Лакси, достань её нам.

Женщина кивнула, чуть помедлила, но вскоре от стеллажей к нам полетела чёрная ткань, украшенная рисунками небесных тел.

Мы нашли Мантию Звёзд…

Глава 2

Храм Бога Луны

Зал Полумесяца

Медленно обводя взглядом огромную, круглую каменную платформу для тренировок, я вытащил из ножен свой новый меч. Чем-то он походил на цзянь, какими пользовались в Китайской Империи, прямой обоюдоострый клинок из серебристой стали с голубой линией по центру. Гарда в стиле птичьего черепа добавляла мечу мрачности, рукоять удобно лежала в ладони благодаря кожаной оплётке, а на эфесе была вплетена красная, чуть порванная из-за неосторожного прошлого владельца, ткань.

— Готов? — широко улыбнулся стоявший передо мной Мовран. Его лицо было столь благодушно, словно требовало кирпича.

Пока Лаксазия и Толик занимались «настройкой» Мантии Звёзд, я захотел опробовать новое снаряжение. Доспехи пока лежали неподалёку, до них ещё доберусь, а вот меч хотелось пустить в ход. Примериться к нему, посмотреть в бою. Всё же работа Абгора, Бога Кузнеца, и этот клинок должен хранить в себе какой-то секрет. Нечто, что делало его особенным. Лакси не знала в чём его особенность, Толик тоже. А пока было время - зачем ждать? Тем более, что спарринг партнёр сам вызвался поучаствовать, слишком скучно Моврану было наблюдать за всеми этими сборами, ему лишь бы подраться, пожрать и выпить.

— Ещё раз уточню, что это тренировочный спарринг, — уже в пятый или шестой раз сказал я, а то с этого дракона станется. — Мне нужно проверить меч, бой не смертельный.

— Да-да, я уже понял, что ты меня боишься, — фыркнул он, махнув на меня рукой. — Не переживай, не поломаю тебя слишком сильно. В этом зале раны заживают быстрее, и даже если лишишься руки, отрастёт за... час? Не знаю, на себе не пробовал! Вот и узнаем заодно, ха-ха!

Я тяжело вздохнул, покачал головой и встал в стойку. Мовран продолжал забавляться, всем своим видом проявляя превосходство, но взгляд... Не зря Боги боялись этого дракона до ужаса и он был пугалом Лахимы, его силовым вариантом для устранения врагов.

Взгляд выдавал Моврана с головой, холодный, оценивающий, способный пробрать до ужаса слабых духом. Скольких этот дракон убил? Тысячи, если не сотни тысяч. Я лично знал, что на его счету три Бога. Молодых, неопытных, но добившихся того, чтобы войти в пантеон, а это уже показатель. И будь у меня выбор, не стой Хаос на пороге, я бы оставил это чудовище тут, в храме, но он нам нужен.

— Так и будешь стоять? — ехидно спросил он, провоцирующе подозвав меня ладонью. — Нападай, хочу посмотреть, на что способен знаменитый Приносящий Знания. Хотя, ты же сейчас не в форме, но что-то же можешь показать, даже в таком убогом теле Полубога.

Вместо ответа я сорвался с места. Энергия с самого входа в тренировочный зал циркулировала по телу, готовое в любой момент действовать. Рывок получился на загляденье, быстрый, стремительный, за спиной раздался мощный хлопок воздуха от набранной скорости. Блеснула сталь клинка, тот словно начал петь, рассекая потоки ветра.

Мовран не сдвинулся с места. Он слегка выставил руку и принял удар на открытую ладонь, точнее поймал меч двумя пальцами! Вибрация от столкновения была такой, словно я ударил по стене из крепчайшей стали, дрожь прошла по рукам, меч натужно застонал, но выдержал.

— Где-то на троечку из десяточки, — довольно блеснули глаза дракона. — Техника хороша, видна школа, но ты перерос её. Зачем дальше используешь? Кто её создал? Смертный?

— Мой учитель, — кивнул я, вновь взмахивая мечом, когда тот его отпустил. Очередной быстрый удар попал в пустоту, Мовран просто сделал шаг назад и лезвие прошло в считанных сантиметрах от его лица.

— Ожидаемо, — фыркнул он, продолжая болтать и уклонятся без единого лишнего движения, предугадывая каждый мой взмах и опережая в скорости. — Ты давно перерос её, для тварей Хаоса сойдёт, для разожравшихся Богов тоже, но для меня маловато!

Удар дракона был быстрым. Очень быстрым и неожиданным. Он резко подался вперёд, за пол шага оказался возле меня и, лениво отмахнувшись от меча, открытой ладонью зарядил мне в грудину!

Мощный хлопок воздуха оглушительно ударил по ушам. Грудь обожгло болью, я услышал хруст собственных ребёр, а затем меня отправило в стремительный полёт. Столкновение со стеной зала тоже добавило неприятных ощущений, вроде бы был ещё один хруст, уже позвоночника.

Я свалился на пол, откашливаясь и пытаясь заставить лёгкие сделать вдох. А на периферии сознания появилась мысль, что стена-то выдержала... на славу сделали, иначе мог бы пробить. Мовран без сомнений дозировал силу с учётом на моё тело Полубога, не хотел меня убивать, но попади этот удар по смертному, то осталась бы лишь кровавая взвесь. Да чего уж тут, меня словно снарядом из гаубицы долбанули!

— А ты крепкий, — это что, уважение в голосе Моврана? Быть не может. — Это хорошо, тебя можно долго бить, — а, нет, всё нормально.

Я криво усмехнулся, покрепче сжал меч и одним прыжком оказался на площадке, где меня продолжал ждать дракон. Ещё один хруст, но кости встали на места и восстановились, а левое лёгкое больше не жгло огнём. Регенерация делала своё дело, латала тело максимально быстро.

— Впрочем, — продолжил дракон, рассматривая меня и протяжно втянув воздух раздувшимися ноздрями. — Чего ещё ожидать от того, кто использовал кровь моего сородича для своего возвышения.

— Давно почувствовал?

— Да почти сразу, — что интересно, в бою, или на тренировке, как сейчас, этот индивид выражался нормально. Без мата. Более того, но даже стал чуть адекватней. — Сестра тоже заметила, что ты похож на нас, но не дракон. Скорее как мелкий сородич, дальний родственник, что невозможно, ведь мы с ней последние, а другие не выжили. Понять дальнейшее было несложно.

— А ты, оказывается, не только кулаками махать можешь, но и думать умеешь, — фыркнул я, обходя его по кругу, пытаясь достучаться до меча. С Розали всё вышло проще, она спокойно приняла мою энергию, но этот клинок... я будто на глухую стену напираюсь. Вероятно вот он, секрет создателя, но какой ключ?

— Повседневная рутина меня раздражает, думать в это время мне лениво и неинтересно, пусть сестра думает за нас двоих, — удивительно, он он ответил без колкости, просто как факт. — В бою - другое дело. Моё дело - сила. Я рождён убивать, Приносящий Знания. Такая у меня судьба, предназначение, путь, выбирай что хочешь. Когда дело касается дипломатии это вотчина Лаксазии, но когда нужно истребить под корень врага моего отца, — широко оскалился он, показав острые клыки. — То в дело вступаю я. И враг исчезает.

Бахвальство, но заслуженное. Даже добавить нечего.

В следующий миг произошло две вещи. Мовран перестал болтать и ринулся в атаку, но продолжал сдерживаться. Удары, конечно, сыпались на меня, как пулемётная очередь. Оружие дракон не использовал, как и доспехи, ему они не нужны, когда его тело само по себе броня и лучший клинок. Поэтому его стиль - бой на сверхкороткой дистанции, прилепиться к противнику не отпускать его, пока тот не подохнет.

Чувствуя, как рвутся мышцы и связки от попыток уклонится от очередного удара в продолжительной связке, я принял на локоть открытую ладонь, скривившись от боли. Дальше резко присел, над головой с порывом ветра прошла стопа, опустившаяся на пол и раздробившая камень площадки!

— Ты слишком медленный! Быстрее! Даже для Полубога твои движения, как у сонной мухи! — со смешком прокомментировал дракон наш танец кулака и меча. — Тринадцать, Талион! Тринадцать раз я уже мог прикончить тебя! Так никуда не годится! Неужели ты такой слабак?! Неужели отец приукрашивал сказки о тебе?!

Ага, значит, вот откуда его мотивация не просто кулаками почесать, чтобы время убить. Что же ты ему там наплёл, Лахима?!

В ход пошли арканы. Признаюсь - не удержался, в горячке боя действовал уже на инстинктах, разгонав сознание до максимальных скоростей. Время и так стало тягучим, чтобы поспевать за скоростью дракона, но даже этого не хватало. А вот арканы немного ситуацию поменяли. Сразу три огненных торнадо, арканы восьмой ступени, возникли на площадке и ударили в Моврана. Но тот хлопнул в ладоши и огонь исчез! Порыв ветра сдул его, остался лишь горячий, обжигающий лёгкие воздух!

А если так?

Из каменного пола вырвались цепи, охватили ноги дракона и сковали его. Меч на полной скорости устремился к шее Моврана, но тот лишь презрительно усмехнулся. С легкостью разорвал цепи, банально сделав шаг вперёд, а затем вбок. Меч прошёл в опасной близости, своими чужеродными змеиными зрачками он проводил лезвие, а затем перехватил мою руку.

И дальше я вновь полетел, извернулся в воздухе и приземлился на ноги, чуть наклонив тело.

— Уже лучше, но пока до сих пор слабо! — словно безумец радовался дракон, его глаза сияли довольством, а с лица не сходила улыбка. — И пока мы не продолжили, — верно он понял моё состояние, вошедшее в боевой режим. — Советую посмотреть вниз.

Инстинкты требовали не делать этого, не терять врага из виду, слишком опасно. Но стоило их не послушаться, как я понял о чём сказал Мовран.

Меч. В моём новом мече что-то изменилось. Он и без того был лёгким, а теперь вообще не ощущался. Точнее, стал продолжением руки, её частью, будто всегда был с ней одним целым. Символы на нём пульсировали в такт моему сердцебиению, а гарда... та самая пасть чудовища. На ней распахнулись два кровавых глаза с чёрными зрачками, которые уставились сначала на меня, а затем на дракона. И стоило этому произойти, меня захлестнула такая лавина ненависти и гнева, что даже с Магией Разума, холодным сознанием, удалось с трудом удержаться и не ринутся в дальнейший бой.

Следом в голове раздался птичий клёкот. Громкий, оглушающий настолько, что меня качнуло из стороны в сторону. Пришла ещё одна волна эмоций, и теперь к гневу и ненависти добавились презрение, недоумение, а ещё полное удивление. Сложная мешанина чужих эмоций. Одно ясно точно - творение Абгора всё же живое, одушевлённый артефакт, по своему происхождению превосходящий творения Чёрного Кузнеца, если опять же вспомнить Розали. С ней у нас просто была связь, но здесь речь заходит чуть ли не о слиянии.

— Слышь железка, в руках себя держи, — ядовито бросил Мовран. — Я к тебе, чтобы ты знал, тоже не питаю тёплых чувств!

— Ты его понимаешь? — поморщился я от очередного клёкота, какой же громкий!

— Разумеется, что там понимать-то? — пожал плечами дракон. — Мой род воевал с этими птицами с самого нашего появления, а знать язык своего врага в войне дело необходимое. Особенно, когда твой враг - Феникс.

Вторя его словам, меч заполыхал! Без моей энергии, без моего желания и усилия! Ревущее пламя вырвалось из клинка столь мощным потоком, что затопило весь зал в мгновение ока! А когда результата это не дало, на драконе только одежда немного опалилась и тот продолжал стоять, как ни в чём не бывало, клёкот повторился. И огонь стал ещё горячее! Сменил свой цвет на синий! Жар стоял такой, что дышать невозможно, этот меч будто хотел прикончить и меня, и Моврана. Точнее, сначала дракона, а меня так, по остаточному принципу.

Значит, в этом мече заключена сущность Феникса. Меньшее от Бога Кузнеца не ожидалось, сотворить такое - это надо быть гением. Или безумцем. Ведь я знал - существ вроде драконов и этих птиц невозможно использовать в этом ключе. Их души слишком... большие? Тяжёлые? Сложно сказать точно, даже обладая многими знаниями.

Нет таких цепей, способных выдержать мощь этих существ. И нет той стали, что вместит их души в себе. А теперь вот, в моей руке обратное доказательство, словно последняя насмешка давнего знакомого, чтоб не зазнавался.

— Долго ещё будешь тупить? — вырвал меня из мыслей недовольный голос Моврана. — Подчиняй давай его! Или договаривайся! Мне без разницы, но слишком скучно стоять на месте и смотреть, как один из вас бесится, что стал железкой, а другой решил зачем-то подумать.

Пропустив половину слов дракона мимо ушей, вновь обратил взгляд на подрагивающий в нетерпении меч. Пламя продолжало вырваться из него потоком, доводя жар до каким-то бешеных значений, вон, даже камень площадки покраснел.

— Хочешь убить его? — глупый вопрос, но ничего другого в голову сейчас не пришло.

Ответ был незамедлительным. Волна ненависти вновь захлестнула меня, как бы отвечая - ДА!

— Тогда помогай, — раз Моврану скучно и спарринг немного пошёл не по плану, буду играть теми картами, что выпали на руку. — Мне он тоже не особо нравится.

Первые секунды ничего не происходило, а затем что-то изменилось. Окружающий жар, от которого даже у меня, Полубога, лицо покрылось испариной и одежда пропиталась потом, перестал так давить. Он стал просто теплым, даже мягким, согревающим. У меня твёрдо потребовали доступ, это сложно объяснить словами, но Феникс требовал разрешения. И это ответило, почему моя энергия не могла пробиться через стену.

Закладка, защита от дурака, созданная Абгором. Если ему удалось запечатать душу такого существа в артефакт, то и использовать его обычный человек не способен. Банально... эм... сгорит.

Я мысленно дал то самое разрешение и в меня в ту же секунд ринулся поток чужой, жгучей энергии, будто лава вулкана. Устремившись к моему ядру, она втекла в него, перемешалась и слилась в одно, а моя энергия ушла к мечу. Признаюсь, никогда такого не видел в прошлой жизни. Даже став Богом не слышал о подобном слиянии и обмене. Это походило на зацикливание энергетических потоков, но другое. На совсем ином уровне.

Ещё я понял, почему Феникс захотел и меня прикончить. Дело не в его характере, хотя тот тоже не сахар. Он почувствовал во мне кровь дракона. Его врага, пусть и мелкого, дальнего родственника, но всё равно дракона. Теперь же гордая птица решила объединить силы с вынужденным союзником-врагом, чтобы сокрушить другого. Из той мешанины эмоций и чувств это было сложно понять, но получилось.

— Ладно, — пробормотал я, когда наша связь завершилась, а меч и до того идеально лежащий в руке, и вовсе стал мною. После чего посмотрел на наблюдавшего за нашими потугами Моврана. — Попробуем ещё раз!

— Наконец-то! — обрадовался он, словно ребёнок. — Давай быстрее, а то я уже заскучал! Бей в полную силу! Интересно посмотреть, на что способен этот птиц!

Раз он так настойчиво просит...

Я ускорил ток наших с Фениксом энергий и, собрав её в клинке, сделал взмах.

А затем весь мир утонул в ревущей огненной вспышке…

Глава 3

Северное Королество

Столица

Глубокая ночь вошла в свои права. Луна полностью появилась на небосводе вместе с далёкими, едва заметными, и наоборот яркими, звёздами. Люди в Северном Королевстве испытывали особенное отношение к ним, ведь ранее, в далёком прошлом, многие звёзды указывали путь домой морякам и путешественникам.

Вот и сейчас, начальник караула замка Штормдракэн, принадлежавшего маркизу де Кастер, пыхтел старую, покрытую несколькими сколами трубку, и смотрел на небо. Выбилось полчаса на отдых, патрули расставлены, всё по графику и без нареканий. Не обошлось, конечно, и без уже знакомых, жизненных проблем.

Двоих бойцов уже седой мужчина отправил отсыпаться в казарму, а на их места взял двух других. Идиоты явились на службу пусть не пьяные, но запах от них шёл. Не дай Боги маркиз явится с проверкой лично и увидит, что дисциплина была попрана. Головы полетят только в путь.

По правилам и логике их следовало бы сдать, так было бы правильнее, раз они не способны перед службой удержаться от огненной воды. Но каждый боец караула был для их начальника, как собственный сын. Их же, дураков таких, не просто накажут, а казнят вероятней всего. Своим слугам маркиз давал многое, но и требовал столько же. А ещё был очень суровым человеком.

С подобными ленивыми мыслями, словно поставив галочку в ежедневнике, который находился в голове, мужчина затянулся едким табаком, и выдохнул дым вместе с паром. Морозный воздух покалывал ноздри, ветер трепал седые волосы, лаская покрытое морщинами лицо воина рода де Кастер.

Хорошая зима будет, добрая, холодная! Самое то для этих мест, это неженки с юга не привыкли в лютым морозам, а северяне рождались в снегах, в снегах же и умирали.

Единственное, что омрачало этот день и ночь, разошедшиеся слухи среди слуг. Языки трепали, что в поместьях и замках господина стали появляться некие люди, которых ранее никто не видел. Довольно дерзкое суждение, но слуги обычно как раз таки видели и слышали больше всех. И запоминали многих, особенно важных лиц Северного Королевства, навещавших маркиза.

Но эти были другими. Чужаками. А ещё странными. Ирис, дочка повара, прислуживала чашницей у жены маркиза. Девка ладная, отец ей уже приданное собирает, замуж выдать хочет, уже и кандидатуру нашёл. И эта же Ирис растрепала многим, что видела, как несколько человек в чёрным рясах, закрывающие лица масками и гостившие у маркиза, устраивали жертвоприношения.

Вот вроде бы умная девка, а такую ерунду выдала. Какие ещё жертвоприношения в доме маркиза? Да случись такое, виновника бы сразу на плаху отправили! Маркиз бы лично голову рубил! Ан нет, заладила, что видела, как им доставили животинок с фермы ближайшей. Коз и овец.

— Надо бы намекнуть Олафу, чтобы приструнил её, нечего языком ворочать попусту, — пробурчал мужчина, вытряхнул остатки подгоревшего табака из трубки за стену замка. Он уже собирался возвращаться, отдохнуть немного и поесть тёплой пищи, но заметил на дороге к замку огни. — А это ещё кто?

Каждый раз, заступая на службу, он ознакамливался со списком возможных ночных гостей. И сегодня этот список был девственно чист!

Огни, тем временем, приближались. К ним добавилось ржание лошадей, неизвестные гости отчего-то не использовали машину, а приехали на карете. Обычно так поступали некоторые аристократы, дабы подчеркнуть свою значимость и отдать дань прошлому. Баловство от нечего делать, как считал мужчина.

В любом случае - гостей нужно встретить. Проконтролировать. А ещё доложить.

Этим он и занялся, поймал одного из гвардейцев, отправив его к дежурному по замку, он же управляющий этим местом и один из ближних слуг маркиза. Сам же седой воин спустился с лестницы и твёрдым шагом, громыхая доспехами, двинулся к воротам. Шкура медведя на его плечах, добытая на честной охоте, и мощный топор за спиной, делали из этого человека настоящего северного воина во всей красе.

— Ну что там, Рональд, кто прибыл? — сухим тоном, словно треск льда, спросил он у молодого парня. Шлем на его голове сидел, как кастрюля, тот постоянно съезжал на брови и парень его поправлял. Надо бы его в арсенал отправить, чтоб заменили. А ещё втык дать тамошнему ответственному, раз выдал такое.

— К его сиятельству приехали, Хольд, — обратился к нему по званию, как старшему и опытному воину, ответив звонким, ещё не сломавшимся, голосом. — Все грамоты и бумаги на месте, подпись и печать его сиятельства!

Мужчина пожевал губами, анализируя услышанное. Раз бумаги на месте - проблем нет, но почему их не было в списке. Значит, об этих гостях не знали, либо их не ждали. Либо же... тут вариантов тоже несколько.

Подделка, что сурово карается законом, но таких дураков ещё найди, чтоб печать маркиза подделать. Если только с целью нападения, но сколько в одной карете людей? Двое-трое? Даже будь они магами, дежурная группа их раздавит, больше тридцати магов постоянно квартируются в замке, будь у врага даже архимаг те его успеют задержать. Но это слишком... нет, не невозможный вариант, но мужчина в него не верил.

Значит, гости прибыли тайно, желая остаться инкогнито. Но зачем? Да и могли бы предупредить хотя бы своих, это ведь разумно и не было бы вопросов.

Всё происходящее не нравилось начальнику караула. Ещё и дурное предчувствие появилось, которым славились воины в его роду, насчитывающим уже шесть сотен лет верной службы роду де Кастер. Его предки и он сам могли чувствовать опасность, дурное предзнаменование. Не предвидение будущего, а скорее общее ощущение беды.

Он уже собирался приказать воинам не впускать гостей, гнев маркиза он готов взять на себя в таком случае, но лучше перестраховаться. Но не успел. Из дверей замка выбежал в идеальном, дорогом камзоле управляющий замка. Едва переступая ногами, путаясь в шубе, он махал руками бойцам у ворот и кричал:

— Открывайте! Быстро открывайте!

— Что это с ним, Хольд? — хрипло спросил Угве, подошедший к мужчине и скривившись своё шрамированное лицо. — Бежит, будто за ним медведь гонится.

— Вот сейчас и узнаем, идём, — решил седой воин и двинулся к воротам. — Прикажи открывать.

Дважды повторять не потребовалось и вскоре механизм ворот заработал, цепи заскрежетали, поднимая решетку. Карета проехала в центральный двор, лошади фыркали от снега, переступали, разгоняя кровь в ногах. Возница, половину лица которого скрывал шарф, обвёл вооружённых людей взглядом. Дверь дорогой, украшенной по последнему писку моды белоснежной кареты распахнулась ровно в тот момент, как к ней подбежал взмыленный управляющий. Пухлый мужчина склонился в поклоне, словно встречал не гостя, а господина.

И, к удивлению всех, кто сейчас был здесь, из кареты действительно показался маркиз Александер де Кастер. Мужчина суровым взглядом осмотрел людей, которые вытянулись в фрунт, после чего коротко кивнул начальнику караула, на что тот поклонился. А затем вслед за маркизом показался именно гость.

По комплекции тоже мужчина, больше сказать было затруднительно. Тот носил тёмный плащ, скрывающий почти всё, включая лицо, там сплошь провал во тьму. Но наметанный глаз Хольда определил ширину плеч, рост, и положение тела незнакомца. Точно мужчина, тем более воин, но другой, не северянин.

Эти двое не говорили и сразу двинулись в замок, а управляющий семенил за ними. И вроде бы всё было нормально, ничего необычного, за исключением всей ситуации с прибытием господина и незнакомца.

Вот только... почему дар мужчины вопил об опасности при взгляде на фигуру в плаще? Почему от него веяло тёмной жутью, которую он не встречал нигде прежде и едва смог сохранить хладнокровие и не дрогнуть лицом? И почему у Хольда, хорошо знающего своего господина, возникло стойкое ощущение, что именно гость главный в их паре?

— Что думаешь, Хольд? — вновь подошёл к нему Угве, провожая взглядом скрывшиеся в замке фигуры. — Кто это с его сиятельством приехал?

— Не знаю, и знать не хочу, — жёстко обрубил возможные слухи мужчина, но тщетно, уже завтра те расползутся. — Иди на пост.

Недовольно пробурчав под нос про то, что начальник мог бы и поболтать, Угве ушёл. А Хольд вновь достал свою трубку и закурил.

Обычная ночь резко стала гнетущей, тёмной, а в голове мужчины вспылили россказни Ирис и жертвоприношения...

***

Российская Империя

Кремль

Положив на стол очередной доклад, Михаил Петрович, государь Российской Империи, потёр уставшие глаза. Третьи сутки на ногах, полные работы, совещаний и прочих государственных дел, требующих его личного участия, было сложно вынести даже ему. Эликсир, поддерживающий тело в тонусе ещё работал, но верный Фёдор, приносящий чай с двумя разбавленным каплями снадобья, уже красноречиво косится в его сторону. Пока молчит, но скоро точно намекать начнёт, такое уже было и не раз.

Вот только как бы эликсир не способствовал работоспособности, разум всё равно уставал. Ему требовался отдых и государь дал себе честное слово, что ещё немного и пойдёт спать. Хотя, он уже восьмой раз это слово давал и забирал назад, с собой можно, тем более сейчас.

Стали приходить плохие новости. Информация Константина, перерожденного Бога, Приносящего Знания, во что Михаилу до сих пор сложно поверить, подтвердилась.

Были обнаружены тринадцать маяков из общего числа в сорок четыре. Михаил мог признаться самому себе, что когда услышал о таком количестве и сопоставил все факты с рассказами Константина, поддался панике.

Всего на мгновение, но это неприятное чувство заставило мужчину встряхнутся и работать ещё усерднее. За ним стояла Российская Империя. Все её граждане, миллионы невинных душ. Он просто не может позволить себе быть слабым. Не может дать тварям даже шанса уничтожить этот мир, где жила его семья, его близкие, его народ.

Весь Нулевой Отдел работал так, как никогда прежде. Контроль за границами усилился в разы, охота за шпионами других государств велась ещё более ожесточенно. Если раньше их просто хватали и выбивали информацию, а впоследствии могли вернуть домой, если правительство их королеств и империи готово за этого человека дать что-то ценное, то теперь... никто не мелочился. Вероятность того, что очередной шпион будет Хаоситом - слишком велика. Уже сейчас Орден выявил три ячейки, одна в Иркутске, другие во Владивостоке и Ростове. Твари забрались глубоко, но рыцари нашли их и уничтожили.

Охота на ведьм шла полным ходом, ищейки Нулевого Отдела рыли носом землю, шла тёмная, тайная война, о которой мало кто ведал. Даже Боярская Дума находилась в неведении, что требовало уймы усилий.

Что же касается маяков, то за ними велось наблюдение постоянно. Проверяли любую активность, оперативникам были предоставлены лучшие средства обнаружения Хаоса, которые выдал Орден. В каждой такой группе обязательно присутствовал рыцарь, таково было условие Магистра, но оно логично. Кому ещё знать о Хаосе всё, как не Ордену?

Хотя... есть ещё один кадр, но он уже многим помог и многое рассказал, учёные из Ордена чуть ли не прыгали от радости, а Чёрный Кузнец, по словам Магистра, получил чертежи артефактов и заперся в своей кузне. Уже неделю оттуда не вылазит, по сравнению с ним Михаил и его три дня так, пыль.

Продолжая читать уже другой документ, очередной доклад со стола начальника Нулевого Отдела, мужчина потянулся к чашке с остатками чая. Холодный напиток с привкусом терпких ягод из-за эликсира заставил поморщиться. А стоило поставить чашку обратно на блюдце, как в кабинете, где до этого был слышен лишь шелест бумаги и скрип кожаного кресла, раздался участливый голос:

— Согласен, такой чай испортить - это нужно обладать незаурядным талантом.

Михаил Петрович замер. Дар внутри него, до этого спящий, как спокойный зверь, встрепенулся. Медленно, готовясь в любой момент нанести удар, он поднял голову и обомлел. Перед его столом, закинув ногу на ногу, сидел незнакомец и пил чай. Его чай! Из его чайника! И из его второй чашки, которые он менял по давней привычке!

Это был высокий мужчина лет сорока, с бритой почти «под ноль» головой и короткой щетиной на лице. Тёмно-карие глаза и тёмные волосы, «римский» нос и улыбчивое, располагающее к себе лицо с выступающими скулами. Одет он был в старомодный короткий жёлтый камзол с синими полосками на плечах и манжетах, желтоватую рубаху, полы которой видны из-под верхней одежды, кожаный потёртый капюшон, кожаные же перчатки без пальцев, синие штаны с небольшими разрезами и буфами на коленях, а также сапоги. Через плечо была перекинута сумка с торчащими из неё свитками, будто бы он какой-то архивариус или писарь. На шее висел старый, потёртый мешочек, а из оружия на поясе виднелась потёртая деревянная рукоять ножа в таких же старых ножнах.

Незнакомец с улыбкой наблюдал за его реакцией, манерно сделал глоток и поставил чашку на стол.

— У тебя есть ровно три секунды, чтобы сказать, кто ты такой, что здесь делаешь и как пробрался в мой кабинет, минуя всю охрану, — дар в теле государя уже закипал, хватит секунды, чтобы от незнакомца не осталось живого места. Правда кабинет придётся ремонтировать. Снова.

— О-о-о, знакомая угроза, — покивал мужчина. — Можете меня звать просто Торговец, Ваше Величество! Как я попал сюда? Через дверь, конечно же! Я же не варвар! А что я здесь делаю? — улыбка его стала шире, а голос зазвучал, как у дешевого топ-менеджера. — Я здесь для того, чтобы предложить вам выгодную сделку!

— Сделку? Сейчас я больше склоняюсь, чтобы отдать приказ вытащить тебя отсюда, запихнуть в казематы и узнать, кто ты и на кого работаешь.

— Всегда одно и то же, — возвёл очи к потолку Торговец. — Как же тяжело с такими клиентами... Кгхм... Вы можете так сделать, Ваше Величество, но ничего не добьетесь. И перед тем, как вы отдадите приказ, — от него не укрылось, как император подался чуть вперёд, готовый к бою. — Позвольте я задам лишь один вопрос! А звучит он так: Скажите, Ваше Величество, вы хотите спасти свой мир от Легионов Хаоса? И если да, то нам определённо нужно побеседовать, ведь я кое-что могу вам предложить!

Глава 4

Хафнир

Тёплый день, ясное солнышко, прекрасная погода. Вон, птички поют, жизни радуются. Всё прекрасно и замечательно. Могло бы быть, в другой раз. В других обстоятельствах. В текущей же реальности всё было не совсем так.

— И вот это ваша крепость? И вот это люди назвали пафосно - Цитадель? — плевался ядом Мовран, которого стоило только вытащить из храма и тот сразу превратился, как сказал Толик, в лютого душнилу.

— Как по мне, весьма интересная постройка, создатели этой крепости хорошо постарались, — в очередной раз за время нашего возвращения, сгладила углы Лакси. — Взгляни, брат, они использовали принцип укрепления по системе Ардуина. Не ошибусь, если предположу, что такие крепости строят по общим лекалам? Я права, отец? Талион?

— Верно, — достал я из пространственного кольца яблоко и откусил. — Но от Ардуина тут только общий вид, внешний, в плане укреплений и зачарований люди сильно отстали. Хотя фокусирующий кристалл действует, но он слишком древний, давно не обновляли.

— Откуда бы людям новый взять, — фыркнул дракон. — Их делали на заказ в мануфактурах Шми, — заметив, как мы на него посмотрели, кто с недоумением, а кто с удивлением(его сестра), он возмутился: — Что? Думаете я настолько тупой? Хрен вам! Настоящий воин должен уметь распоряжаться своими знаниями вовремя!

Аргумент, конечно.

— Наконец-то дошли, — взял слово Толик, облегченно выдыхая. — Ещё час его трёпа и я бы повесился, вон на том дереве.

— Пересказ моих приключением, дабы освежить твою память, не трёп, — важно заявил Мовран. — Это необходимость, дабы ты, личинки отца, в полной мере осознавал, кто такой великий Я!

— Я бы в рифму сказал, но не при даме, — зло зыркнул на него Толик, а Лакси ему благодарно улыбнулась. — Давайте уже ускоримся, мы и так с Костей задержались, нас могли уже либо начать искать, либо заочно похоронить. Надеюсь, всё же первый вариант в этом случае правильный.

— А может ваши коллеги просто ждут вас, — повела плечом Лакси, поправляя лямку своей сумочки из кожи Сумрачного Ирбиса. Тоже пространственный артефакт, хранящий в себе отнюдь не общий хабар, а женские примочки. Рюкзак же, включая свой, тащил на себе её брат. — Если я правильно поняла, вы двое находитесь в позиции сильных представителей человечества, это даёт определённый кредит доверия, включая ваши должности командира команды и...

— Лакси, пожалуйста, — взмолился Толик.

— Ладно, — поджала она губы и не искренне повинилась: — Прошу прощения. Опять.

Вот такие вот дела. Эти двое, как вышли из Храма, так многое поменялось. Лаксазии было интересно всё, от изучения увиденных муравьев, до образцов земли или каково положение солнца на данный момент в общей цепи миров. Как далеко Хафнир теперь от него находится и всё в таком духе.

И таких вопросов была целая куча, всё ради конспектирования и пополнения архива Храма. На будущее. Не факт, что она туда вернётся, всё же золотая клетка, пусть и с определённым комфортом, но думать о такой возможности она не переставала. Оно и понятно, слишком долго там прожила, считай выросла, и теперь перед ней открыт мало того, что неизвестный мир, так ещё и куча ещё другого интересного.

Мовран был её полной противоположностью. Его бесило всё, все и вся. В Храме было просто, четыре стены, пол и потолок, если грубо говоря. А тут такой простор, тем более, когда он в последний раз выходил из Храма? Очень давно, в остальное время пил, жрал, спал и тренировался. Замечательный распорядок дня и образ жизни, будь он человеком уже бы поехал крышей. Лакси хотя бы сама себе дело находила.

Попасть в Цитадель оказалось не так-то просто. Выйти можно легко, а вот войти - целая дилемма. Нас заметили дозорные на стенах, доложили на ворота и вскоре к нам вышла группа бойцов, дежурящих здесь. Командир их не стал мелочиться и провёл нас через все проверки перед тем, как запустить внутрь. Для этого была оборудована специальная комната с артефактными комплексами с целью выявить Хаос.

Ещё он ослаблял магов и возможных Хаоситов, и довольно сильно ослаблял, но если мы с Толиком лишь чуть-чуть ощутили эффект, то драконы его и вовсе не почувствовали. Особенно Мовран, тот под мрачным взглядом Толика молчал, но фыркал и всем своим видом показывал, что местная защита против него ничего не стоит.

Почти сорок минут нас продержали и только потом отпустили. А уже на базе команды, в нашем комплексе из трёх домов, я убедился - Лаксазия была полностью права. Нас не искали, и просто ждали. Мол, командир вернётся, а если нет, то таков Путь. Последнюю фразу про путь сказал Хохмач и его мало кто понял, что-то там с сериалом связано.

— С возвращением, — застал нас в гостинной Перун, когда драконов познакомили с сокомандниками(осталась довольна только Лакси, да), мы с Толиком привели себя в порядок после похода, и сейчас отдыхали. — Вижу, вы с прибавлением.

Не отрывая взгляд от драконов, Саша направился к нам и остановился напротив Лаксазии.

— Позвольте представиться, сударыня, Карпов Александр Александрович! Заместитель командира, не по воле, но по способностям! — не удержался он от шпильки в мой адрес из-за этой должности и геммороя, что она несла.

— Лаксазия, — степенно кивнула драконица. — Звёздный Дракон, второй страж Первого Храма Лахимы - Бога Луны.

— Наслышан о вас, — дополнил Перун и переключился на Моврана.

— Начнёшь и со мной бить политесы, получишь в бубен, — хрустнул пальцами дракон и протянул ладонь. — Но кратко представиться нужно. Меня зовут Мовран, но ты можешь обращаться ко мне: господин, повелитель, великолепный.

— Брат, ты сама лаконичность, — едко прошептала его сестра.

— А ещё очень скромный, — важно подтвердил Мовран, вообще не слыша сарказма. — Я же не назвал ему два десятка своих титулов, хотя очень хотелось. Этих людей надо сразу на место ставить, разговаривать с позиции силы.

Перун медленно перевёл взгляд на меня и также медленно, и очень выразительно, приподнял бровь. Мне не нужно было читать его мысли, чтобы услышать: «Зачем ты привёл сюда этого альтернативно одарённого?»

— Мовран, — сухо сказал Толик в образовавшейся тишине. Дракон всё ждал, пока Перун начнёт ему почтение оказывать и желать услужить. — На место сядь.

— Я... — вновь набрал воздуха в грудь дракон.

— Лаксазия, дай прут.

— Сейчас, отец! — пропела женщина, оскалилась и полезла в один из рюкзаков.

— Понял, сел, — почувствовав угрозу, мигом переобулся великолепный-повелитель-господин и умостился на сафу. — Сестра, есть ещё бутерброды?

Скосив взгляд на Толика и, увидев его кивок, она переместилась к другому рюкзаку. С едой.

— Кхгм, понял, — только и сказал на это Перун. — В полку Хохмача прибыло, значит. В любом случае - рад с вами познакомиться. В общий курс дел вас уже ввели?

— В общих чертах, — чавкая, работал челюстями Мовран. — Сюда идёт Хаос, люди сдохнут, надо убить Владыку. Ничего нового, все проблемы из-за людей, как обычно. А ещё Богов, сраные предатели, удавил бы их всех. И ведь мог, но ты, отец, — ткнул он куском хлеба с колбасой в Толика. — не позволил, и теперь пожинайте плоды.

— Я уже говорил и повторю - это бы ничего не изменило, Хаос бы всё равно явился, — прижал ладонь к глазам Толик. — Впрочем, не будем спорить. Опять.

Перун слушал эту перебранку очень внимательно, мигом анализируя и составляя в голове общие точки в характере наших новых членов команды. А ещё, похоже, он понравился Лаксазии. Она ему уже чай налила из древнейшего подобия термоса, и дала бутерброд из разряда «таких мало осталось, надо поберечь, чтобы потом вкуснее было».

— Саша, давай кратко, что случилось за время нашего отсутствия? — решил я сразу перейти к делу.

— Если кратко, — задумался мужчина, хлебнул золотистого цвета редчайший чай и с удивлением уставился на кружку, а потом на драконицу. Та с улыбкой ждала вердикта. — Вкусно! Никогда такой не пил! Что за сорт? Где достать?

— Я тебе потом отсыплю немного, — подмигнула ему Лаксазия. Вот, кто быстро в коллектив вольется, сразу взяла быка за рога.

— Саша, — вновь вернул я к себе его внимание.

— Кгхм, да... Опять же, если кратко, то жопа полная, — произнёс он, а на наши взгляды решил пояснить подробнее: — В Японии опять чуть прорыв не случился, вовремя купировали, угрозу устранили, но много погибших. Червоточина Китайской Империи сходит с ума, на той стороне твари почти взяла штурмом Цитадель, в основном летающий тип. По горному хребту на севере, по докладам выжившего разведчика из китайцев, прёт огромная толпа тварей. Целая армия. И все в сторону их Цитадели. Мужик сошёл с ума, нёс сплошной бред с точки зрения Китайских командиров, но на деле, если он прав, всю эту орду ведут сразу шесть Вестников.

Я со вздохом прикрыл глаза. Кажется, началось.

— В Аргентине пока тишина, но оттуда ползут странные слухи. С ОКАШ всё нормально, они якобы контролируют Червоточину снаружи и внутри, но рядом с их основной базой здесь, в нашем мире, мистическим образом вымерло уже четыре деревни, две фермы и, мать его, пять ранчо. Не люди, животные. Скотина дохнет всем скопом, а трупы очень быстро разлагаются, катастрофически быстро.

Если про Китай ещё было всё понятно, то вот с этой информации... реакция была разной. Мовран аж весь засиял, заулыбался, как счастливый ребёнок, наконец-то получивший заветный подарок. Лаксазия сбледнула с лица, но почти незаметно, держать себя в руках она умела. А вот Толик вскинулся и начал с матом ходить по гостиной, чем ещё больше обрадовал дракона.

— Что случилось? Вы знаете, в чём дело? — сразу же понял Перун и подался вперёд. Я всё также сидел с закрытыми глазами и думал над объемами намечающейся катастрофы. Надеюсь, Михаил Петрович успел что-то сделать с маяками, хотя бы с несколькими. А Орден занялся тем, что предупредил, кого нужно. Вот только поверят ли...

— Осквернители, — вместо меня ответила Лакси. — Но ведь... их же всех уничтожили. Давно. Очень давно, — прошептала она под конец, вперив взгляд в стену.

— Это ещё что за твари такие? — продолжал наседать Перун. — Никогда не слышал, возможно, другое название.

— Их нет в базах данных Корпуса, ОКАШ, или любой другой подобной организации, — открыв глаза, посмотрел я на серьезного, напряженного мужчину. — Человечество с ними не встречалось уже больше... много веков, в общем. Ещё не случилось предательства остальных Богов, а об Осквернителях уже забыли, как о мифе. Страшной сказке. Даже в войне их не было.

— Идризер, выходит, припрятал их! Скрыл ото всех! — зло выплюнул Толик. — А сейчас вытащил! Ублюдок! И мы не знаем, сколько их всего у него на службе! Один? Его хватит, чтобы Южные Штаты захлебнулись в собственной рвоте, когда люди начнут дохнуть от чумы и прочей дряни! А если больше? В прошлом четыре Осквернителя практически опустошили Илум, самый большой из четырёх континентов в третьем мире! Миллиарды разумных погибли, как по щелчку пальцев! Из-за чёртовой простуды, от которой лечились у знахарей!

— Так, хватит нагнетать! — хлопнул по колену Перун. — Расскажите, что это за твари такие! Как с ними бороться?! Как искать?!

— Наивный человечек, — с улыбкой психа покачал головой Мовран, его забавляли реакция и слова мужчины. — Понадобится минимум четыре Архимаг и армия опытных магов, чтобы задержать и попытаться пленить Осквернителя. Убить его? Ваших жалких сил не хватит на это, можете не стараться.

— В целом он прав, но не до конца, — перебил я дракона, пока он тут лишнего не наговорил. Нельзя, чтобы окружающие меня люди почувствовали хотя бы щепотку отчаяния. Мы должны выстоять. И должны победить. — Убить их можно, способы есть. Не все нам подойдут, но и они есть. Найти их сложно и легко одновременно... Осквернитель - не совсем живое существо, это организм, паразит.

— Выглядит, как раздувшаяся личинка, — добавил Толик, сев обратно на место. — Медлительный, в основном прячется, любит тёмные и сырые места. Проблема в том, что места эти он оборудует себе сам и найти их сложно, но появление Осквернителя - те самые симптомы, что ты привёл, Саша. И эта тварь, если она одна, действует быстро. Стремительно. Обычно Осквернители были более медлительны, чтобы их не нашли, а этот прикончил скот, по твоим словам, целые стада.

— Проверяет и подбирает штаммы, скоро перейдёт на людей, — кивнула Лакси и вздохнула. — Если уже не перешёл...

Перун задумался над своим следующим вопросом, а что таких будет много - я не сомневался. Я уже хотел было налить себе чай, чтобы промочить горло, как в гостинную влетели наши девушки. Мы успели перекинутся парой слов и с остальными по возвращению, но решили отложить все разговоры на общий сбор. Я сначала хотел собрать информацию от Саши.

— Костя, с той стороны письмо пришло! Курьер доставил только что!

Заметив на бумаге герб Российской Империи и знакомую печать на сургуче, приготовился к плохим новостям. А стоило в образовавшейся тишине раскрыть конверт и вчитаться в текст послания, как сомнения отпали.

— Ну что там, Костя? — поторопил меня Толик, желая заглянуть через плечо, но воспитание не позволяло.

— Ты хотел битвы? — не ответил я на его вопрос и повернулся к Моврану. Тот аж вскинулся. — Поздравляю, ты получишь свою битву.

— Заинтересовал, — широко улыбнулся дракон, а его сестра тоже навострила уши, как и все остальные. — Что нужно делать?

— Отправишься в Южные Амерские Штаты и найдёшь Осквернителя, а затем уничтожишь его. Времени у тебя два дня, — ошарашил я его главным условием, за такой срок найти эту тварь будет... сложно. — Ты хочешь ещё и славу? Получишь её, если справишься. В противном случае... нас ждут горы трупов.

Глава 5

Южные Амерские Штаты

город Сантьяго-дель-Эстеро

Алексей Стуков, рыцарь Ордена, всмотрелся в бинокль с инфракрасным спектром. Неимоверная жара, влажный воздух и жужжащий над ухом гнус доставляли малоприятное удовольствие, но мужчина не отвлекался и внимательно следил за огромным, богатым поместьем. То когда-то принадлежало криминальному боссу Карлосу Карпоне по кличке Мясник, отпетому ублюдку, наркоторговцу и пособнику террористов движения Свободный Юг. Но сейчас это место, где были загублены сотни людских душ, а подвалы пропитались кровью от пыток, занимали отнюдь не только люди Мясника.

— Восемь, — сухо произнёс он, осматривая внешний периметр поместья. — Пока что восемь.

Его напарник, Кирилл Егоров, чертыхнулся. До этого молча хрустя орешками, он убрал пачку и сказал:

— Восемь Хаоситов слишком жирно для нас. Вдвоём не справимся.

— Наша задача следить, информация уже отправлены, подкрепление должны прислать, — вновь остудил Алексей пыл друга. Тот рвался в бой и хотел лично прикончить Хаоситскую заразу, но слишком опасно. Восемь ублюдков это только на первый взгляд, в поместье их могло быть больше.

— Нас уже три дня держат тут и кормят завтраками, — поморщился Кирилл. — Эти твари что-то там делают, брат, ты сам видел тех людей в госпитале! Весь город заболел какой-то заразой! Все животные уже подохли, даже крысы! А мы всё ждём!

Алексей не стал как-то комментировать слова друга, но в целом был согласен с ним. Когда пришли первые известия о неизвестной заразе, убивающей скотину в Южных Амерских Штатах, Орден сначала медлил. Срываться в неизвестность, без разведки и информации - большая, чаще смертельная ошибка.

Хаос коварен и опасен, с ним нельзя действовать нахрапом. Помимо их пары, сейчас в Сантьяго-дель-Эстеро действовали ещё четыре. У каждой своя задача, но работа шла тихо, необходимо сначала отследить всех Хаоситов, а затем нанести удар, дабы ни один из них не ушёл. Людей, конечно, жалко, но с этим ничего не поделать.

— Стоп! — вскинулся Стуков, заметив в бинокле что-то странное. — Это ещё что такое?

Его напарник взял второе устройство и тоже всмотрелся.

— Боги, что это за хрень? — в голосе рыцаря Ордена отчётливо слышалось омерзение от увиденного.

Двое фигур в тёмных плащах вывели из дома нечто, что когда-то точно было мужчиной. Но теперь это существо человеком можно было назвать с натяжкой. Оно больше походило на утопленника, раздувшегося из-за воды.

Гнилая плоть натурально висела кусками на костях, гной сочился из открытых ран, в которых копошились какие-то паразиты, в инфракрасном спектре пульсирующие особо ярким цветом от температуры. Благодаря тому, что бинокли были ещё и артефактами, дополнительные детали тоже были хорошо заметны. Лысый череп, обтянутый кожей со ступьями. Маленькие, худые ноги и руки. Но хуже всего - из спины мужчины, в обрывках плоти, виднелся хитиновый панцирь и торчали самые настоящие лапы насекомого, не паучьи, а скорее гусеницы.

Хаоситы вытащили эту тварь в сад, где та замерла. Зачем и для чего это было нужно - неизвестно, но существо не двигалось. Впрочем, вскоре всё стало понятней, когда в тот же сад вывели другого человека. Тоже мужчина, явно бывший бандит из банды Мясника. Бессильно вырываясь, он с ужасом в глазах смотрел на существо и даже с позиции наблюдения были слышны его вопли и мат.

Хаоситы подвели человека, а тварь начала кашлять, сотрясаясь всем гнилым телом. Буквально через пару секунд на его ладони оказалось что-то, что разглядеть было сложно. Но оно двигалось, извивалось и явно было живым.

— Дерьмо, — выдохнул Кирилл. — Надеюсь, это не то, что я думаю.

Но вскоре мысли рыцаря подтвердились. Нечто в руке полутрупа резко дёрнулось и прыгнуло в сторону бандита, которому Хаоситы заранее насильно открыли рот . Дальше мужчина свалился на землю и забился в судорогах, пока его не утащили обратно. А на смену ему привели другого бандита.

— Двенадцать, — сухо внёс коррективы в свои пометки Алексей, подметив новых Хаоситов. Ситуация с заражением его тоже не оставила равнодушным, но сделать он все равно ничего сейчас не мог.

— Как думаешь, скольких эта тварь уже заразила? — не удержался от вопроса напарник. — Мы здесь вторые сутки, вчера было тихо, но...

— Не знаю, — перебил его Стуков. — И не хочу знать. У нас другая задача. Соберись, брат. Мы уничтожим их и поможем тем, кому сможем, но сейчас нужно ждать.

Кирилл скривился, он всё понимал, но не принимал. Там, сейчас, людей заражали какой-то хренью! Чёртовыми паразитами, а возможно эта тварь в виде шара и виновна во всех бедах, что постигли город и окрестные селения! Сейчас был идеальный шанс уничтожить источник заражения, пока его не увели в укреплённый бункер, находившийся под поместьем!

— Одного не пойму - зачем вывели эту тварь, если могли просто приводить людей вниз? — размышлял вслух Алексей. — Так проще, тем более ещё проще лишать их заранее сознания.

— Ты дейсвительно пытаешься понять логику этих тварей? — прошипел Кирилл.

— Знай своего врага, изучай его слабости, дабы победить, — процетировал Стуков одну из строк кодекса, который знал каждый рыцарь Ордена. — Возможно, в бункере другие условия, заражение там невозможно. Фон Хаоса? Хотелось бы знать. Или это определённый ритуал, ночью, возможно...

— Плевать мне на это, — сквозь зубы процедил Кирилл. — Я лишь хочу их прикончить. Всех. И молю Богов, чтобы те дали мне шанс! Надеюсь, Приносящий Знания услышит меня и лично явится, чтобы уничтожить этот рассадник скверны!

Стуков промолчал, прекрасно зная, что его друг не только боевит характером, но ещё и чрезвычайно религиозен. Его вера в Приносящего Знания, пожалуй, опережала такую даже у ветеранов Ордена.

Чего уж тут, Кирилл когда узнал, что был найден действующий алтарь его Бога и что там пояаился действующий Жрец, то его едва удалось удержать в Ордене. Тот уже хотел уйти, податься на ту сторону и служить в Храме, стать паладином, как он себя называл при друзьях. Другие члены Орден, кто был более прогматичен во взглядах, не редко подшучивали над Егоровым, в основном за спиной. Идиоты, что с них взять, но они рыцари и братья.

И вот сейчас, после слов своего друга, очередной короткой молитвы, Стуков очень хотел бы увидеть рожи тех самых прогматиков, которые не особо верили, что Приносящий Знания до сих пор сражался с Хаосом и скоро придёт к ним, дабы уничтожить его окончательно.

Сначала их позицию, скрытую в дверевьях, накрыла тень. Огромная тень, затмившая собой всё. Звёзды, яркую, ранее хорошо видимую луну. Звуки в один момент просто исчезли. Стрёкот насекомых прекратился, звери словно затихли, забивших в самые глубокие щели. Даже вечнодоставучий гнус исчез.

Исчез лёгкий ветерок, листва перестала шелестеть. Повеяло холодом, резко констрактирующим с прошлой удушающей жарой. И это был не простой холод, какой бывал зимой, в их родной Российской Империи. Он был другим. Пробирающим до самых костей, опасным, заставляющим сердце сжиматься от необъяснимого, растущего страха.

Тень становилась больше. Она накрыла собой абсолюно всё видимое пространство вокруг, а её граница достигла поместья, огни которого из-за тени стали видны особенно ярко.

— Что происходит? — с губ Кирилла сорвался тихий, практически безвучный шепот. Рыцарь Ордена, бравый воин с горячим нравом, готовый всегда ответить кулаком на угрозу, сейчас дрожал от охватывающего ужаса.

И Алексей не мог его винить, ведь сам замер, словно соленной столб. Его инстинкты, вбитые обучением в Ордене, буквально кричали набатом: «НЕ ДВИГАЙСЯ! УМРЁШЬ!!!». Он даже дышать старался через раз.

Вскоре до слуха мужчин донеслись хлопки. Сначала тихие, но с каждым мигом они становились всё громче и громче. Вновь появились звуки, но принадлежали они заскрипевшим стволам деревьев, которые стали прогибаться от порыва ветра. Тот чуть ли не сдул двух мужчин с позиции, но те прижались ещё плотнее к земле.

— Боги... — прошептал Стуков, стоило ему поднять взгляд в небо.

Его напарник и брат по Ордену раскрыл рот от шока, а глаза его распахнулись в неверии и благоговении. Которое тот выразил следующими словами:

— Он услышал... Услышал мою молитву...

С неба, словно Божественная кара во плоти, спускалось громадное существо, о котором рыцари читали лишь в старинных талмудах, и то те больше были легендами, сказками. Не теми рассказами о тварях Хаоса, которые были жалким подобием этих существ.

Дракон. Огромный, просто исполинских размеров дракон парил в небе. Его чёрная, с серебристым отливом чешуя отражала свет Луны, будто насыщаясь её силой. Голову венчали четыре рога, будто подобие короны, а от макушки и до хвоста тянулся гребень. Вокруг всей фигуры дракона тянулись нити серебристого света, энергия буквально струилась вдоль его тела, искривляя саму реальность. Крылья его, так же абсолютно чёрные, с вкраплением мелких звёзд, достигали такого размаха, что и порождали огромную тень, накрывшую всё и вся.

Наблюдая за этим существом в самых непередаваемых чувствах, каждый из рыцарей словно бы почувствовал на себе сконцентрированное внимание. Это было сложно объяснить простыми словами, но их будто просканировали, сочли не стоящими внимания, и внимательный нечеловеческий взгляд исчез. Но ощущение беспомощности после него осталось и от него двум мужчинам стало ещё больше не по себе.

В поместье, тем временем, началась суматоха. Хаоситы забегали, как тараканы на кухне при включенном свете. В дракона полетели вспышки ядовито-жёлтого цвета, но они бессильно растеклись по чешуе. А наблюдавший за этим Стуков готов был покляться, пасть дракона ехидно и самодовольно оскалилась впечатляющим набором клыков!

Всё дальнейшее, при докладе Магистру Ордена, рыцари могли бы описать одним словом - катастрофа.

Вдоль шеи, от груди и до пасти летающего монстра, вспыхнули несколько ровных рядов маленьких звёзд.

А затем ночь стала ярким днём.

Тьму озарила столь мощная вспышка, что глаза мужчин чуть ли не выжгло от света. Они едва успели зажмуриться. Земля содрогнулась, заходила ходуном, окружающие деревья просто вырвало с корнем от ударной волны, а рыцари буквально вросли в землю, укрепляя собственные щиты! Их защитные артефакты сработали безотказно, но барьеры сыпались один за другим! Лопались, как мыльные пузыри! А ведь эти барьеры вполне могли выдержать атаки очень сильных магов, Орден не экономил на своих рыцарях!

Вокруг начался форменый хаос. Целые пласты земли взлетали в воздух, с грохотом падая вниз. Во все стороны летели щепки, стволы и куски деревьев, ранее возникший жар вновь сменился жгучим морозом. Пожалуй, без тех же атрефактов от них остались бы в лучшем случае замороженные статуи, если не осколки льда.

Проморгавшись, Стуков в благоговенном ужасе смотрел на то, что осталось от поместья. Да и всего окружающего пейзажа. Теперь можно смело заявить - в Южные Штаты пришла зима. Всё вокруг сковало льдом на многие сотни метров. Весь лес, что ещё остался, покрылся льдом, с неба начали падать мелкие снежинки, сияющие от холодной, обжигающей энергии. Земля же стала ледяной пустошью, белоснежным ковром.

Громогласный рык дракона, полный довольства, отрезвил мужчину и заставил вновь поднять взор к небу. Исполинский зверь совершил круг почёта вокруг разрушенного, буквально стёртого с лица земли поместья, от которого остался лишь огромный кратер с покрытыми льдом выпирающими стенами бункера.

Зверь вдруг вспыхнул в звёздном свете и вскоре оба рыцырям увидели падающего с неба... мужчину? Тот раскинул руки и ноги в стороны, и падал вниз, приземлившись на землю с грохотом крупного метеорита. Лёд в месте его падения разлетелся осколками, мужчина отряхнулся, оглядел остатки поместья и... повернулся к ним?!

Это был определённо человек, что ещё больше вводило рыцарей в шок, ведь как это? Дракон стал человеком?! Но реальность была беспощадной, зверь и правда принял облик человека, пусть и с элементами своей истинной сути. Рога, которых стало не четыре, а два, на его голове и глаза со змеиным зрачком остались. Он поочередно, отчётливо видя рыцарей, посмотрел им в глаза, хмыкнул и, засунув руки в карманы штанов, пошагал в сторону поместья.

— Похоже, Лёха, наша работа тут закончена, — странным тоном произнёс Кирилл и зашептал себе под нос: — При возвращении пожертвую в храм весь оклад, и точно будут настаивать на уходе. Пойду в паладины, в Храм, приму любые клятвы, после такого точно... никаких сомнений.

— Знаешь, — заговорил Стуков, пытаясь унять собственное сердце. — Я, пожалуй, с тобой.

Без слов, Егоров вытащил из подсумка маленькую, потрёпаную от постоянного использования молитвенник. И протянул его другу.

— А ты? — на автомате взял подарок Алексей.

— У меня ещё один есть, — тем же тоном ответил Кирилл, продолжая смотреть на удаляющуюся фигуру дракона-человека. — Что скажем Магистру?

— Правду, — вздохнул Стуков. — Орден должен знать о появившейся силе. А ещё то, что эта сила сражается, вроде бы, на нашей стороне.

На этом они и решили, споро собрав то, что уцелело из снаряжения, и бегом, под хруст снега под ногами, направились в точку экстренной эвакуации.

Практически подошедший к стене бункера, выпирающей из земли, Мовран почувствовал - два человека убежали. И правильно, нечего этим слабакам тут делать. Они и вовсе должны быть ему благодарны, что дракон сдержался, чего очень не любил. Вот только он хотел самолично оторвать башку Оскернителю, а не уничтожить его в своём дыхании, да и эти люди... Хаоса в них не было, а отец, просил без лишних жертв.

Мовран ещё не до конца принял, что Лахима вернулся, пусть и немного другой, но был рад этому. Конечно он не признается в этом факте, особенно перед Лаксазией, но дракон ждал отца. Ждал и верил, что тот придёт, чтобы вновь быть рядом с ними.

Кто бы что ни говорил, но драконы социальные разумные существа. Идиоты считали иначе, но в одиночку дракон не живёт, а выживает, дичает, а затем сходит с ума. Не будь с ним Лаксазии все эти века, то Мовран даже думать не хотел, чем бы стал. Ему хватало историй, как некоторые представители его народа сходили с ума, себе такой участи он не желал.

Все эти мысли промелькнули у него в голове, пока дракон с корнем вырывал дверь бункера и спускался по лестнице вниз. Во тьму. Эманации Хаоса здесь были столь мощными, что обычный человек уже бы погиб самым мучительным образом. Или стал бы очередной тупой тварью на службе Хаоса.

Открывшаяся внизу картина не вызвала у дракона никаких эмоций. Убогое укрытие, созданное такими же убогими руками человека, превратилось в омерзительное место. Стены и пол с потолком покрывала склизская субстанция, вонь от которой покоробила даже Моврана, а тот за свою жизнь чего только не видел. Повсюду валялись скелеты людей, которыми питалась обитающая здесь тварь. В глазницах черепов капошились жирные личинки, часть из которых выбиралась прямо из специального басейна в центре большого зала.

— Серьезно? — с усмешкой бросил Мовран, увидев свою цель и двух Хаоситов рядом с басейном. Страх двух людей, готовых сражаться, его мало волновал, но их попытка его остановить... смешно. — Просто сдохните и не мешайте.

Лёгкий взмах руки, вспышка лунного света и двое Хаоситов превратились в ледяные статуи, которые сразу же треснули и осыпались осолками на пол.

Осквернитель из-за своих габаритов казался несуразным, с такими ногами он едва-едва мог бы попытаться убежать. Вот только мало кто знал, насколько на деле эта тварь была опасной. И могла, если потребуется, даже в таком вместилище быть очень шустрой. Впрочем, Осквернитель и не пытался убежать. На смерть рабов Владыки ему тоже было плевать, а вот дракон заинтересовал. Такое вместилище выдержит его, сможет быть очень полезным. Это облегчит выполнение той задачи, которую поставил перед Первым Осквернителем владыка Идризер.

Глава 6

Я развалился в купели, закинул руки на бортик и блаженно прикрыл глаза полотенцем. Горячий, влажный пар при каждом вдохе приносил с собой запах хвои. Вода расслабляла тело после тренировки, а мысли лениво ворочались вокруг безграничного списка дел, возникавшего в сознании с завидной регулярностью.

Рядом раздался всплеск, я чуть сдвинул полотенце и увидел приятные глазу очертания Розали, забравшейся в мою, точнее нашу, купальню.

— Давно вернулась? — она по моей просьбе взяла на себя переговоры с Михалычем на один заказ для отряда. Лично мне с кузнецом общаться не хотелось, мы после некоторых инцидентов друг друга не переваривали.

— Застала окончание вашей тренировки, — улыбнулась она, придвинулась ближе и коснулась бедром моей ноги. — Не жёстко ты с Хохмачём, Добрыней и Игнатом? Мог бы помягче...

— Первый слишком сильно стал отлынивать, а с Добрыней и Игнатом так нужно, их сила тоже растёт, и от них многое зависит. Сашу видела? — перевёл я тему, вновь закрывая глаза и выдыхая.

— Ещё нет, — положила она на моё плечо голову. — Может всё же именно мне нужно было связаться с Орденом, а не ему? Или Велесу, он бы тоже мог помочь.

В её словах был смысл, но я не хотел отправлять Розали к Арсеналу и Спицыну. Других связанных с Орденом я не знал. Был ещё Алекс, он мелькал в Цитадели, но по заданию и быстро уходил на ту сторону. Но с бывшим Проглотом мы контакт не держали, он стал рыцарем, общих точек соприкосновения у нас как бы и не была. Да, совместный бой и всё такое, нас можно назвать знакомыми, но мой вопрос был более деликатен.

Я хотел встретиться с Магистром Ордена, а к кому с этим обращением идти, если не к Арсеналу или Евгению Евгеньевичу? Вот только здесь, в Цитадели, тоже требовалось участие.

Поставки от Морозовых приходили регулярно. Отец прислал письмо курьером, что скоро доставят на склад на той стороне ещё один целительский комплекс, у нас их на базе было три, но я хотел больше. Ещё требовалось приглядывать за Асханом, про которого я во всей этой суматохе позабыл, а тот вырос с конюшнях Цитадели уже до размеров лошади! Навещал его недавно, так мелкий меня признал сразу и обрадовался, но явно обиделся, что позабыл про него. Пришлось извиняться, ценой чего стали почти десять килограмм отменной говядины.

С Хаосом пока всё сложно. Донесения после того случая больше не приходили, от Моврана тоже не было вестей. Лаксазия ещё не волновалась, она с головой ушла в работу по команде, взяла на себя зачем-то весь учёт, бухгалтерию, склады и всё прочее, чем несказанно разгрузила Перуна. Ещё с Толиком занималась, помогая ему полностью раскрыть дар с помощью Мантии Звёзд.

Все были при деле, но я чувствовал - это затишье перед бурей. Та уже поднималась, пока незаметно, тайно и тихо, но война началась. Проблема в том, что я не знал за что мне браться прямо сейчас. В текущей ситуации справлялись Орден и Нулевой Отдел, Хаоситов ловили, истребляли, маяки купировали по возможности и следили за ними.

Эти люди знали, что делать и как делать. Я же обладал другим опытом, моё место на поле боя, а не в тенях. Так что, с большей вероятностью, я бы там просто мешался под ногами. И ещё более вероятно помешал бы планам того же Михаила Петровича или Магистра.

С которым хотел встречи, да. Нам нужно многое обсудить, на Орден я делал определенную ставку, их участие в войне необходимо. Раскрыться тем, что я перерожденный Бог уже не вызывало противоречивых мыслей. Правда и так всплыла, её знали больше двух человек, да и что мне сделает Орден? Раньше, до моего становления Полубогом, возможно, что-то и смогли, но сейчас определенно нет. Тем более, что после возвращения из храма я перешёл на десятую ступень по всем трём Путям. Пробил все три барьера, с помощью катализатора нейтральной энергии, взятого из Храма Лахимы.

Плохо только то, что теперь артефакту требовалось восстановиться, ребята ещё могли им пользоваться, у них не было такой потребности, как у меня, и такие объёмы энергии для прорыва не требовались. Но я больше им воспользоваться не мог, банально сломаю окончательно. И так пришлось выслушать от Лакси всё, что она думала по поводу моего обращение со столько нежным устройством.

— Костя, ты меня слушаешь? — ткнули меня в бок.

— Гхм, о чём ты говорила? — участливо спросил я, после чего тонкие пальчики убрали с моих глаз полотенце, а сверху нависла недовольная мордашка Розали.

— Лаксазия согласилась подтянуть меня, как и Толика, но ей нужно твоё разрешение, — терпеливо повторила она, поджав губы и взглядом намекая, мол, только попробуй отказать.

— Зачем это? Твоего собственного решения не хватает? — не понял я этой логики. Хотя в целом одобрял идею, Лакси была кладезем магической науки, даже лекции стала вести для ребят, а Толик ещё попенял мне, что это я как бы Приносящий Знания и мог бы раньше так делать. Справедливо, в общем-то, но учитель из меня так себе. Я могу научить убивать тварей Хаоса, но тонкости магии... С этим мне проще самому на себе показывать, опытным путём, а в теории не очень.

— Будь она человеком, не было бы проблемы, — улыбнулась Розали, поцеловала меня в губы, оставив солоноватый вкус, и вновь вернулась на своё место рядышком. — Но она - дракон, а у них свои заморочки. Как она объяснила - ты являешься сейчас вождём стаи, раз Толик тебя слушает и подчиняется твоим приказам, а он её «отец», то и она тебя слушает. Не совсем понимаю, как это работает, честно, но суть в том, что без твоего разрешения она не имеет права помогать мне с развитием дара, потому что там требуется полный контакт и доверие в плане допуска к ядру дара.

— Но она ведёт лекции.

— Это другое, — пояснила Розали. — Так что, каков будет твой положительный ответ?

Я вздохнул, покачал головой.

— Хорошо, скажу ей, но будьте осторожны. Лакси не станет тебе вредить, она и так помогает Толику, и как я понял ребята тоже уже к ней подходили, так? — кивок был мне ответом. — В общем, скажу ей. Чем вы будете сильнее к грядущему, тем выше шансы на выживание.

— И победу, — дополнила она, проведя рукой над исходящей паром водой.

— Разумеется.

На этом отдых закончился, ничего дальше простых поцелуев не зашло, у нас не было много времени, чтобы насладиться друг другом, а потому Розали ушла дальше работать, а я в свой кабинет. Тоже работать. Разбирать бумаги, написать пару писем тому же отцу, Михаилу Петровичу и Распутину. Последний пропал с радаров, но сейчас вроде как находился с Сибири. Некромант тоже понадобится в будущем, а потому поддерживать связь необходимо. В этом был ещё один момент. Не верил я, что Хаос будет действовать столь... не торопливо.

Нет, тот же Осквернитель неплохой ход, без Моврана с этой тварью справиться было бы в разы сложнее, пришлось бы лично заниматься. Но слишком всё выходило просто. И ещё я прекрасно помнил, как началась экспансия первых миров. Тогда Хаос начал примерно также, бил по уязвимым точкам мира, ослаблял защиту, искал возможности. Диверсии, интриги, посулы для тех, кто впоследствии стал Хаоситом. Вариантов много, выбирай какой нравится и все будут хуже предыдущего.

Одно из самых главных правил я помнил - Хаос всегда, абсолютно всегда, старался устранить сильных людей при возможности. В любом из миров. Любыми средствами. Уничтожение сотни магов - болезненный удар, но уничтожение целого Архимага ещё хуже. В этом мире таковых немного, каждый наперечет, и каждый мог повлиять на конечный результат захвата.

Один уже мёртв, его убил Распутин, но теперь тому же графу грозила опасность. Откуда придёт удар я не знал, такое сложно предсказать, но были у меня сомнения, что некромант справится с угрозой даже на своей земле. Что-что, а Хаос недооценивать никак нельзя. Особенно Идризера, он умеет удивлять, тот же Осквернитель тому пример.

Единственное, что я мог сделать в этой ситуации - предупредить. Положиться на разумность Распутина, который показался мне мудрым человеком. Что же до остальных Архимагов, до них я не смогу достучаться при всём желании. Лично не смогу, но вот Орден или Михаил Петрович, тут варианты вырисовываются. Моим словам не поверят, я для этих людей никто, простой младший сын своего рода, а они совсем другая величина. К ним хотя бы могут прислушаться.

До самого вечера я разгребал завалы бумаг, большая часть из которых были выжимками и докладами Лакси. И ведь Саша, в основном он занимал мой кабинет, вон даже подушка с пледом на диване лежали, сам это делал. И драконица ему начала помогать совсем недавно. Всё же не зря я его назначил на заместителя, эта бюрократия хуже тварей Хаоса.

А на следующий день, с раннего утра, Перун вернулся. Уставший, с мешками под глазами и явно недоспавший.

— Кофе, мне нужен кофе, — пробурчал он под нос, пройдя мимо меня из гостиной на кухню. Толик, читавший какой-то талмуд из библиотеки Храма, проводил его взглядом.

— Пойду узнаю, всё ли хорошо, — Лакси поставила чашку на стол и двинулась вслед за мужчиной.

— Вам не кажется, — с улыбкой заговорила Мария, откусив печеньку. — Что Лаксазия не равнодушна с нашему Саше.

— Только сейчас заметила? — хмыкнула Альбина, опередив Толика и урвав последнюю конфету из пиалы.

— Эй! — возмутился Бог Луны.

— Бу! — показал девушка ему язык и развернула фантик. — Так вот, это уже все заметили, подруга. Как и то, что после отъезда Перуна, из его комнаты пропала подушка и оказалась в комнате Лакси. Зачем, спрашивается?

— Запах, — буркнул Толик. — Обоняние драконов чувствительно, они ориентируются больше на запахи, чем на другие чувства. И да, Лаксазия имеет планы на Перуна, вас это смущает?

— А тебя нет? Она же дракон!

— И что? — спросил я, а когда на мне собрались взгляды ребят, Игнат вон тоже оторвался от какого-то журнала военной тематики. — Она разумное существо, так почему нет? Толик, вон, не против, я тоже.

— Да и жалко её, — вздохнула Аврора. — Столько лет в Храме сидеть, я бы так не смогла. Пусть хоть немного счастья ей достанется. Главное, чтобы Саша не оттолкнул, а то он может. Криста и Мира так ничего и не добились.

— Я бы больше переживал за её брата, — прогудел Игнат, поправив очки. — Он может не очень лояльно отнестись к такому союзу.

Все ребята призадумались, а я просто пожал плечами. Мовран, конечно, тот ещё персонаж, но их опасения беспочвенны. Лакси пусть и была очень доброй, но когда надо превращалась в настоящую фурию, злить её - себе дороже. Собственно, Толик мои мысли и подтвердил:

— Пусть попробует, рога обломает, — хмыкнул парень. — Кстати, мне вот интересно, а у драконов и людей могут быть потомки? Моя память буксует, а ты, что скажешь, Костя?

Ответить я не успел, в гостинную вернулась Лакси. С нечитаемым выражением лица.

— Могут, отец, — произнесла она, поочередно оглядела нас и спросила: — Ваше любопытство касательно моей личной жизни удовлетворенно?

— Если что, я благословляю, — махнул рукой Толик, разряжая обстановку.

— Я тебе сейчас так благословлю, что имя своё забудешь, — вылез из кухни Перун с большой кружкой кофе в руке. — Тоже мне, сводники нашлись, мать вашу. Ладно они, но ты-то куда, командир? Мог бы и выговор сделать, не слишком приятно, знаешь ли, когда тебя обсуждают за спиной.

— Я знал, что ты и Лакси всё слышите, хотели бы вмешаться - вмешались, — пожал плечами, выбирая из чёрных и белых печенек, какую взять. — Тем более, что естественно, то не противоестественно. В любой момент может полыхнуть, так чего оттягивать хорошие моменты и чего-то ждать?

— Умеешь ты подбодрить, — вздохнул Перун, встретившись взглядом с Лаксазией. — Извини их, Лакси.

— Да ничего, — с драконицы мигом слетела обида. — И они в чём-то правы, мог бы уже и сделать ответный шаг.

И под шокированный взгляд Саши и смешки ребят, вздёрнув подбородок, прошла обратно на кухню.

Ещё раз тяжело вздохнув, мужчина занял место на софе напротив меня. И положил на стол сложенную вдвоё гербовую бумагу серого цвета.

— Это то, что я думаю? — спросил я, разговоры в гостинной мигом стихли.

— Орден дал своё согласие, — кивнул он. — Тебя ждут в Москве. Поедешь один. с Арсеналом и Спицыным, таково условие.

Я взял бумагу, где аккуратным почерком было написано всё то же самое, что сказал Перун. Только более витиевато и в какой-то мере... торжественно, что ли? И да, почерк Спицына я узнал сразу, как и заметил в написанных словах будто бы вложенную радость от такого события. Ну да, они же хотели меня завербовать, а тут я сам к ним иду.

— Что ж... Пойду собирать вещи и готовиться.

Это определенно будет интересно. Взглянуть на Магистра, о котором я слышал от разных людей, но ещё не видел в живую.

Каким человеком он окажется?

Глава 7

Москва встретила меня промозглым ветром, снегом и одновременно дождём. Погода была столь отвратительна, что на миг захотелось вернутся в Хафнир, там царило лето и было хорошо. Но дело само себя не сделает, а встречу не перенести. Сам же стал её инициатором и настоял.

Квадроплан без опознавательных знаков приземлился на одной из военных баз в черте города. А следом, без остановок, Спицын и Арсенал, мои провожатые, повели меня в сторону вертолёта.

— Сама встреча будет не в Москве, — понял я, следуя за ними.

— Разумеется, — кивнул Евгений Евгеньевич, одет он был как обычно в идеально выглаженный костюм с накинутым на плечи темным пальто.

— Не бзди, Костя, — улыбался Арсенал, вышагивая рядом со мной. — Это меры предосторожности, тебе ещё и глаза придётся завязать.

Я вскинул бровь, ожидая, что Спицын скажет, будто в этом нет нужды, но нет, он промолчал. А когда мы погрузились на борт вертолета с молчаливым пилотом и двумя мужчина в тёмной униформе, мне и правда завязали глаза.

— Рома, ты же знаешь, что это бесполезно, так зачем?

— Протокол, дружище, протокол, — вздохнул он. — И ты хотя бы сделай вид, что артефакт на тебе работает, а то как-то некрасиво даже.

Повязка и правда была артефактом, полностью закрывающим зрение темнотой, а ещё приглушала звуки. На мне это не сильно работало, я видел сквозь плотную ткань, а звуки и подавно слышал. Но спорить не стал, раз так нужно, то пусть.

Летели мы довольно долго, почти час, и это на вертолёте. Посадку я почувствовал отчётливо, Спицын рядом со мной, до этого сохранявший абсолютное спокойствие, встрепенулся.

Дверь распахнулась, меня вывели под руку, и сняли повязку. Я проморгался, и огляделся по сторонам.

Вокруг был лес, густой, зимний. Снег лежал тяжелым сугробами, белоснежным полотном устилая землю.

Я ожидал, что меня доставят в какое-нибудь поместье или особняк, где жил Магистр. Или на базу Ордена, хотелось бы увидеть, что она из себя представляет. Но реальность оказалась другой.

На вырубленной от деревьев поляне стоял одинокий дом, банальный сруб, как в старину. Видно было, что от времени крышу повело, ставни были закрыты, а крыльцо и вовсе разбито, требуя ремонта. Из общей картины выбивались лишь больше двух десятков очагов внимания по всему окружению. За мной наблюдали со всех сторон, и лишь благодаря Пути Разума можно было заметить, где именно рыцари Ордена заняли позиции под невидимостью.

— Следуйте за нами, Константин Викторович, — невозмутимо произнёс Спицын и двинулся в сторону дома.

Толкнув скрипнувшую калитку, мужчина прошёл дальше и распахнул для меня дверь.

Я ступил на продавленный от времени деревянный пол. Внутри дома царил полумрак, было видно лишь одинокий свет горящей свечи. И очертания человека в центре абсолютно пустого помещения, сидящего за одним лишь столом, напротив которого стоял ещё один старый стул.

— Присаживайтесь, Константин Викторович, — голос Магистра оказался приятным слуху, обволакивающим баритоном, таким обычно обладали выдающиеся политики, речи которых разжигали целые толпы. — Вы искали встречи, а нам давно следовало поговорить лично.

— Может покажете лицо в таком случае? — сел я за стол, а дверь позади закрылась, оставив нас одних. — Вы ведь должны понимать, что мало доверия тому, кто скрывает свою личину перед собеседником.

В темноте капюшона отчётливо прозвучала ухмылка, а затем Магистр откинул капюшон. И с улыбкой спросил:

— Так лучше?

Мои брови взлетели на лоб без моего на то желания, а лицо вытянулось от глубокого удивления. С губ сорвалось единственное слово, подходящее в этой ситуации:

— ВЫ?!!

***

Южные Амерские Штаты

город Санта-Фе

В баре Сан-Эрнандес сегодня царил самый настоящий праздник. Алкоголь лился рекой, люди веселились, играла музыка из старенького, но работающего автомата. Официантки с широкими улыбками приносили выпивку, а текильщицы в откровенных нарядах из кожаных ремешков и широких шляпах разливали высокоградусные напитки.

Весь город, да почти все Южные Штаты, предавались празднику в этот день. И было отчего! Появившаяся совсем недавно опасность, жестокий и смертельный вирус, убивающий скотину и отправивший в больницы тысячи людей, исчез! Вмешательство Богов, не иначе, но учёные из ЦКЗ подтвердили, что вирус сам исчез! Люди пошли на поправку, а выжившие животные на фермах выздоравливали!

Как же тут не праздновать в таком случае? Даже сам президент выступил, огласил этот день праздником, который будут отмечать ежегодно!

Так что, да, люди отмечали, и лишь в углу бара, за одиноким круглым столом, замасленным от пива и жира, сидел тот, кто отнюдь не разделял настроения людей.

— Эй, красавчик, ты чего такой смурной? Вот, выпей! За счёт заведения! — светловолосая официантка с крутыми бёдрами и объёмной грудью, которую едва выдерживала блузка униформы, поставила перед хорошеньким незнакомцем кружку пенного пива на стол.

— Спасибо, — буркнул он, вцепился в напиток и сделал мощный глоток.

— Ты не местный, да? — продолжала она расспросы, понравился он ей, смазливый, явно не отсюда, а экзотика в их краях довольно редкий случай, всё же город не туристический, а жил обычным фермерством. — Откуда-то небось издалека?

— Можно и так сказать, — кивнул Мовран, повёл плечом и скривился от прострелившей боли. — Есть что пожрать?

— Зависит от твоего кошелька, — захлопала ресницами официантка. — Пиво бесплатно, его Роберто сам варит целыми бочками, а вот за еду придётся платить, дорогой. Но тебе, — окинула она его взглядом и обольстительно улыбнулась. — Могу сделать скидку, если проводишь меня до дома после смены. Я заканчиваю в одиннадцать.

Мовран несколько раз моргнул, пока до него дошёл смысл сказанного, а затем хмыкнул.

— Могу и проводить, человеческой самки у меня давно не было, — последнюю часть фразы заглушил весёлый крик за барной стойкой. — Вот, этого хватит?

На столе появилось несколько золотых монет, от вида которых официантка распахнула подведенные помадой губы.

— Золото?! Откуда оно у тебя?! — мигом сцапала она монеты и всмотрелась в них. — Хм, это какие-то старинные? Мой брат занимается нумизматикой, но у него таких нет!

— Золото, золото, — кивнул дракон. — Если этого хватит, то тащи мясо! Много мяса!

Дважды повторять не потребовалось и официантка по имени Джанет, представилась она по случаю, упорхнула на кухню. Загадочный незнакомец дал даже больше, чем требовалось. Гораздо больше, так что одну монету она засунула в декольте, а вот вторую отдала хозяину бара в качестве оплаты.

Роберто и так их видел, этот старый пройдоха за всеми наблюдал, так что всё скрыть не получится, чтобы оплатить из своего кармана и оставить монеты. Но да ладно, одной ей хватит, а возможно удастся с этого красавчика ещё что-то получить. Как благодарность за хорошую ночь, почему бы и нет? И удовольствие и приятный бонус в виде денег, в этом месте это считалось нормой, никто косо не посмотрит. Тем более, она уже давно одна, муж погиб, а на руках маленький сын. Грех не воспользоваться шансом.

Самому же Моврану до душевных дилемм обычной смертной было побоку. Он сидел, пил пиво, ел мясо, и думал. Много думал.

Он почти облажался. Не хотелось этого признавать, но факт. Осквернитель оказался не тем противником, на которого рассчитывал дракон. По сравнению с прошлой тварью, которую он убивал, этот был сильнее. Раз эдак в десять! От их битвы до сих пор лихорадило весь энергетический фон в том месте, а сама тварь смогла нанести раны Звёздному Дракону. Не смертельные, но болезненные.

— Тц-ц, — скривился он, задрал футболку с принтом какой-то мультяшной мыши. На левой стороне торса заживала страшная рана, будто вырвали целый кусок плоти. Края уже стянулись, но регенерация справлялась медленно. — Вот же ж... ублюдок, достал ведь.

Плохо ещё то, что вся одежда Моврана, что была комплексным артефактом, после битвы превратилась в лохмотья. Точнее, почти в пыль. Последней атакой Осквернитель вдарил от всей своей мощи, знал, тварь, что подохнет и решил забрать его с собой. Вот и щеголял теперь Звёздный Дракон в обычных штанах на размер меньше, неудобных ботинках и футболке с этой, чтоб её, мышью! Хотя, возможно, это модно, некоторые людишки с улыбками встречали его, явно оценив такой выбор.

Думал же Мовран над тем, как по возвращению его встретит отец и Лаксазия. Их реакцию предсказать было проще простого и она дракону не нравилась. Он - сильнейший, чуть не проиграл какому-то там Осквернителю! Позор! Даже стыдно, но дракон в этом не признается.

Вот и сидел он, в этом баре, пил пиво и ел мясо, а домой возвращаться не хотелось. Гордость не позволяла просто так заявится, ещё и раненным. Нет уж! Лучше он дождётся, когда раны сойдут и только потом вернётся, а может ещё задержится тут, в этих местах. Слишком долго он сидел в Храме, можно и погулять немного, а если Хаос заявится раньше времени, то Мовран это точно узнает.

Постепенно народ стал расходится, а бар закрываться. Джаннет закончила свою работу и с усталой, но довольной улыбкой повела Моврана домой. Её щебетание он особо не слушал, иногда кивал и этого хватало, чтобы смертная продолжала рассказывать о каких-то скучных с его точки зрения вещах. К чему ему знать, что какая-то там Шарлотта изменила Матиасу с его лучшим другом? Бред, но для этой смертной, похоже, это было важно.

Квартира смертной тоже не вызвала каких-либо эмоций у дракона. Убогая, маленькая, требующая ремонта. В ней едва хватит места для жизни одному человеку, но у женщины был сын, о котором она предупредила своего временного ухажёра.

— Мам, а кто этот дядя с тобой? — потирая глаза, вышел из детской комнаты мальчишка лет семи в пижаме, держа в руке плюшевого медведя.

— Это мамин друг, дорогой. Подождёшь немного на кухне? Я сейчас уложу его и вернусь, — улыбнулась она Моврану и взяла сына за руку. — Пойдём, дорогой, не будем смущать нашего гостя.

Мовран проводив их взглядом и, пожав плечами, пошёл на кухню. Такую же маленькую, как и вся квартирка. Видно женскую руку, Джанет явно старалась придать этому месту хоть какой-то уют. С технологиями людей Мовран уже был знаком, да и с языками у него проблем не было, благодаря своей природе дракон мог выучить язык людей очень быстро. Достаточно пары часов.

Так что он поставил чайник, нашёл какой-то дешевый чай в пакетиках и сделал на двоих. Без стеснения залез в холодильник, но там было практически пусто, за исключением коробки молока, десятка яиц и бекона с какими-то овощами.

— Всё, я его уложила, — спустя минут десять зашла женщина на кухню. — Уже хозяйничаешь, не рано? — шутливо прищурилась она.

— Ты сама привела меня в свой дом, — хмыкнул Мовран, довольно спокойно, без агрессии, бой с Осквернителем подействовал на него отрезвляюще, да и раны влияли. — Угощайся.

Усмехнувшись, женщина пригубила напиток и вздохнула с облегчением.

— Тяжёлая была смена, — закатила она глаза к потолку и стрельнула в дракона взглядом. — И мне определённо нужно расслабиться.

Слишком настойчивая, но, Мовран уже встречал таких смертных женщин. Тем более тут ещё влияла его драконья природа, пусть и не слишком сильно, но она тоже дала толчок к подобному исходу сегодняшнего дня.

Убежав в душ, Джаннет вновь оставила его одного, не забыв показать спальню, которая была по совместительству гостинной. Взглянув на старый диван, дракон только усмехнулся, а затем услышал неприятный дверной звонок.

— Ты кого-то ждёшь? — спросил он, когда из душа показалось влажное и недоуменное лицо женщины, быстро закутавшейся в полотенце.

— Нет, никого.

Нахмурившись, Мовран быстрым шагом подошёл к двери и резко распахнул её. На пороге стоял очередной смертный, от которого настолько сильно несло дешевым пойлом, что дракон скривился.

Определённо местный, жилец этого дома. Это был обрюзгший, низкорослый мужчина с двухдневной щетиной и сальными волосами. Растянутая майка когда-то была белоснежной, но сейчас её покрывали въевшиеся следы жира и пота.

— Ты ещё кто?! — свёл он глаза в кучу, уставшивший на Моврана с недовольством и разя перегаром наповал.

— Хочу спросить тебя о том же, — чуть наклонил голову набок дракон. — И перестань давить на звонок, разбудишь ребёнка, я тебе шею сверну.

Возможно, подействовала угроза, а может быть безразличный тон, с каким Мовран произнёс это, но мужчина перестал давить на звонок и неуклюже сделал два шага назад.

— Где Джанет?! Где эта с-сука?!

— Что тебе здесь надо, Том?! — выскочила в коридор женщина. — Я же тебе сказала не подходить ко мне!

— Джанет, дорогая моя, — расплылся боров в сальной улыбке. — Ну чего ты сразу так грубо, я же к тебе со всей душой, а ты со мной так жестоко!

— Нам не о чем говорить, Том! — встала она рядом с драконом и упёрла руки в боки. — Ты свой выбор сделал, вот и иди к той потаскухе! А ко мне не подходи!

Алкоголь взыграл в мужчине, его глаза налились кровью и он схватил женщину за руку, отчего та болезненного вскрикнула.

— Значит, так, да? После всего, что я для тебя сделал?! Дал тебе больше времени перед возвращением долга, а ты вот так?!

— Отпусти! — закричала Джанет, пытаясь вырвать руку и делая себе только больнее. — Я сейчас вызову копов!

— Никого ты не вызовешь, тварь! — разбрызгивал слюни во все стороны разгневанный боров. И перевёл свой взгляд на спокойно наблюдавшего за этим спектаклем Моврана. — А ты, вали отс...

Договорить ему не дал влетевший в рожу кулак. Тушу смертного оторвало от пола и буквально впечатало в стену, отчего штукатурка на ней покрылась трещинами. Свалившись кулем на пол, мужчина ещё дышал, но через раз.

— Т-ты убил его? — в шоке распахнула глаза женщина.

— Ещё нет, — хмыкнул дракон и сделал шаг к телу. Но его схватили за руку.

— Стой, не надо! Ты уйдёшь, а у меня возникнут проблемы! Оставь его так!

Посмотрев в полные страха и беспокойства глаза смертной, дракон раздумывал несколько секунд, а затем кивнул. Близости у них в ту ночь не получилось, Джанет после пережитого явно было не до этого, а под утро она уснула рядом с ним. Мовран же, перед уходом, оставил стопку золотых монет на кухонном столе и пошёл на выход из квартиры.

— Уже уходите, дяденька? — как раз в этот момент проснулся ребёнок, сонно потирая глаза.

— Да, — остановился Мовран и присел перед мальцом на корточки. — Береги маму, мелкий. Я свою не уберег, чего тебе не желаю. Понял меня?

— У-угу, — недоуменно моргнул мальчишка.

Немного помедлив, Мовран вытащил из пространственного кольца ещё одну монету, но другую. Из белоснежного металла с профилем дракона, а на другой стороне был Храм.

— Возьми, — вложил он её в ладонь удивлённого мальчика, увидевшего самую настоящую магию! — Если потребуется помощь, сожми в руке и три раза произнеси «Мовран». Я услышу и приду, помогу.

Кивнув, малец завороженно уставился на монету, такую он ещё никогда не видел, даже у дяди, а тот любит монеты собирать. У него целая коллекция!

— Кто вы, дяденька? — донёсся до него голос мальчишки почти у самой двери.

— Звёздный Дракон, — просто ответил Мовран.

На этом попрощавшись с приютившей его семьей, он покинул квартиру. Боров уже исчез, осталась лишь пострадавшая стена, но Мовран запомнил его запах. И легко нашёл нужную дверь, в которую постучал. Сильно постучал, та аж с петель слетела!

— А-а?! ЧТО?! КТО?! — затрепыхался на продавленном диване ещё не проснувшийся мужчина, весь пол его квартиры занимали бутылки и мешки с мусором, отчего вонь стояла соответствующая. — ТЫ ЕЩЁ КТО?!

— Не помнишь? — широко улыбнулся дракон и увидел, как на лице смертного появляется осознание. Тот побледнел и икнул. — Ан, нет, вижу, вспомнил.

— Ч-чего тебе надо?! Тронешь меня и тебе конец! — завизжал он резанной свиньей. — За мной Гастролеры стоят! Банда!

Не торопясь, Мовран взял ближайший стул, с которого смахнул весь мусор. Со скрипом ножек подтащил его к дивану смертного и, развернув спинкой, присел. И вперил мрачный взгляд в ещё живой труп.

— Что мне нужно? Всё просто... Хочу, чтобы ты оставил Джанет и её сына в покое.

— Тебе-то какое дело?! Ты не местный!

— Скажем так, — блеснули глаза дракона. — Домой мне пока нельзя, а заняться чем-то нужно. Почему бы и не помочь хорошим людям?

— Альтруист, что ли? — окрысился мужчина, шаря рукой под подушкой в поисках пистолета. — Такие тут долго не живут, парень!

Прогремел выстрел, а смертный в шоке уставился на ладонь Моврана, спокойно поймавшего пулю. Смяв её в кулаке, он бросил пулю в лицо побледневшего смертного и с улыбкой спросил:

— Так как мне найти твою банду? Расскажешь? И ещё поведай мне, о каком долге Джанет ты говорил?

Глава 8

Запах старой пыли, затхлого, рассохшегося от времени дерева. Закрытые ставни дома скрипели от ветра снаружи. В старой глинянной печи трещали поленья.

Стояла густая, обволакивающая тишина. Никто из нас не прерывал её, рассматривая друг друга. Мой собеседник - с интересом, любопытством. Его сухие, старческие губы разошлись в понимающей улыбке, а выцветшие серые глаза чуть прищурены, отчего было хорошо видно паутинку морщин.

Чайник со следами ржавчины на печи закипел, свисток издал тихий писк, тот становился громче. Тягуче, очень плавно, будто старый, но ещё не утративший силы хищник, Магистр Ордена поднялся со стула.

Я смотрел на его мощную спину и плечи, очерченные тонким шёлком чёрной рясы, которую тот носил. Седые волосы были убраны в высокий хвост и перевязаны резинкой с украшениями в виде эдаких фенечек из рунных камней.

— Ты столь сильно удивлен, Константин? — перешёл он на ты, в голосе его сквозила не насмешка, а лёгкая ирония.

— Есть такое, — кивнул я, рассматривая этого человека, без сомнений мне знакомого с детства, новым взглядом. — Не каждый день понимаешь, что твой учитель риторики - Магистр тайного Ордена.

Бережнова Леонида Геннадьевича, как звали этого мужчину, я помнил очень хорошо. Один из нанятых отцом учителей для нас с Олегом. С самого детства этот старик был рядом, преподавал и обучал нас с братом. Чуткий, мудрый человек, который не только обучал нас, но и мог дать дельный совет, если то требовалось. Помню, как Олег часто бегал к нему, они вдвоём были не разлей вода, и в отличие от других преподавателей, Бережнов всегда, абсолютно всегда, готов был помочь.

— У каждого из нас есть своё маленькое хобби, своя отдушина, — улыбнулся он, поставил передо мной заваренный травяной чай и сел напротив. — На род Демидовых мы возлагали большие надежды, один из вас, ты или Олег, в будущем могли стать полезны для Ордена. Стать его рыцарями или чем-то большим.

— В списке был не только наш род, — я хорошо помнил слова дяди Жоры по поводу выборки Ордена.

— Да, не только, — не стал спорить Магистр, его немигающий взгляд впился мне точно в переносицу. — Но я приглядывал именно за Демидовыми.

Я неторопливо сделал глоток, почувствовав на языке обжигающую терпкость. В нос ударил аромат шалфея и мяты, а горячее тепло разлилось по пищеводу, вымывая возникшее недоумение от такого повторного знакомства.

— Почему?

— Чтобы ответить на этот вопрос, придётся несколько отклонится от общего курса нашей сегодняшней тематики беседы, — вновь улыбнулся он, как мудрый старец, готовый рассказать сказку внукам перед сном. — Ты, без сомнений, уже знаешь об Ордене многое, но далеко не всё. И, разумеется, эту информацию тебе предоставили с моего на то разрешения. Мы всегда находимся в тени, чтобы служить свету, Константин. И мы всегда знаем, когда о наших тайнах становится кому-то известно. В ином случае Орден бы не выжил, таковы реалии, у нас слишком много врагов. И не всегда это один лишь Хаос.

Я кивнул - звучало логично, деятельность такой структуры обязывала ввязываться в дела, где не все им будут рады. Тот же Хаосит мог быть каким-нибудь важным аристократом, за которым в свою очередь стояла родня, знакомые, связи. У Ордена должно быть очень много врагов и такой подход - да, логичен. Даже необходим.

Магистр промочил горло чаем, а я не торопил его и ждал дальнейших объяснений.

— Когда Хаос прибыл в наш мир - для Ордена многое изменилось. Новая угроза несла в себе смертельную опасность всему, за что мы боролись и самой сути человечества. С этим врагом не было возможности договорится, дипломатия отсутствовала по факту. Наши пращуры поняли - либо мы, либо нас. Это стало нашей целью, тебе о ней известно, тут всё просто. Проблема была лишь в том, что одной цели мало - необходима общность, сплоченность. Слишком много среди нас было различий. Раса, пол, виды молитв Богам, предубеждение или инакомыслие. То было тёмное время, — его взгляд упёрся в стену, он будто вспоминал прошлое, которому сам был свидетелем. Вот только, даже маги, за исключением Архимагов, столько не живут. — Да... Тёмное, полное страхов, лишений, ужаса перед неизвестностью и опасностью. Орден был на грани раскола.

— Но дядя Жора, Велес, говорил иначе, — нахмурился я. — Вас как раз и объединила борьба с Хаосом.

— Изначально, да, как я уже и сказал, — не стал он спорить. — Но было слишком много... иных проблем. Именно тогда, практически в момент самого раскола, один из братьев Ордена изменил ситуацию. В корне. Бескомпромиссно. Заставил всех братьев, всех сомневающихся, двигаться в одном направлении. К одной цели.

Взмахнув рукавом тёмной рясы, под тканью которой показались покрытые застарелыми шрамами ладони, он положил между нами монету. Обычную, на вид невзрачную. Тёмно-зелёного цвета, окислившаяся от времени медь. Но даже так, на этой монете отчётливо было видно профиль мужчины, который я бы узнал из тысяч других. Ведь это был мой профиль. Монета из моего Первого Храма, что был разрушен практически сразу после прихода Хаоса.

— Его звали Аврелий Цедерус, — невозмутимо продолжил Магистр, наблюдая за моим лицом уже без прежнего радушия, но с вниманием опытного следователя. — И его дар, столь редчайший в наши дни, спас Орден. Он был провидцем.

Сколотая деревянная кружка в моей руке замерла, а брови уже второй раз за эту встречу поползли на лоб.

— Вы верите в пророчества?

— Пророчества - правда, завернутая в полотна словесности и неясных, порой ничего не означающих, очертаний фактов. Разобрать пророчество, понять его, дано не каждому. В то тёмное время Аврелий предрёк, что однажды, когда спасенное человечество окажется вновь на грани гибели, придёт тот, кто оказался спасителем. Кто до сих пор сражается с врагом всего живого, сохраняя души и тела смертных от энергии губительной, Хаосом именуемой.

— И вот так просто? Всего лишь пророчество и все внутренние проблемы ушли на второй план? — звучало это как-то... не слишком правдоподобно.

— Разумеется, нет, — сухо хмыкнул Магистр. — Сомневающиеся остались, изменения произошли не сразу, но вскоре объявился Чёрный Кузнец. Как и предрекал Аврелий, первая часть пророчества, о предвестнике будущего.

Я хотел спросить про этого Чёрного Кузнеца, раз уж о нём зашла речь, но решил пока не менять тему. И продолжал слушать.

— Именно тогда, с его появлением, многое изменилось. Как и появилась общность, цель разгадать пророчество, продолжать бороться с Хаосом, и ждать появления того, кто изменит судьбу человечества. Спасёт нас от Хаоса, уничтожит угрозу.

— Причём здесь Демидовы?

— «В ночь метели и пурги, среди снега и бурана, разгорится чёрное пламя горна. Треск углей, рёв огня, удар по наковальне, скрежет стали. Шепот ветра, час перед рассветом. Первые лучи солнца коснутся острых горных пик, под которыми стоит башня одинокая. Под сводами её, в тихих залах, в криках женщины, младенец родится. Обласканный ветром, согреваемый жаром огня, что течёт в крови его предков. Он сделает свой первый вдох и мир повторит за ним. Рокот небес, раскаты грома, мир приветствует Перерожденного. Хаос придет, нити судьбы не ведают истины, множество путей, но лишь один из них ведёт к спасению.» — зачитал он кучу слов, будто вырванных из контекста, не несущих в себе что-либо понятное. — Это часть пророчества Аврелия. Чёрный Кузнец, человек... странных качеств, я знал о твоей заинтересованности в нём, и, обязательно утолю часть твоего любопытства. Про его гениальность и трудолюбие в Ордене знает каждый, это не секрет. Но мало, кто знает, насколько он бывает поглощен своим талантом. Девятнадцать лет назад, в одну из январских ночей, особенно тёмную, погода в тот день, как сейчас помню, была такой, будто весь мир сошёл с ума. Чёрный Кузнец заперся в своей кузне. И стал ковать. Без перерывов, без отдыха. На протяжении семи суток он не покидал своего пристанища, никого к себе не подпуская, никого не желая видеть. Всё, что от него смогли добиться, одно лишь слово - Башня. Он повторял его без конца, на протяжении всей своей работы.

Чай уже успел подостыть, а Магистр вновь сделал паузу, на несколько секунд смежив веки.

— Мы поняли - следующий знак пророчества явился, а значит Перерожденный, наш Бог, Приносящий Знания, пришёл в этот мир. И мы начали искать. В течение всех этих лет, в течение всего этого срока. Двадцать имён. Двадцать детей, рождённых в ту ночь перед рассветом. Список был больше, гораздо больше, но именно у двадцати этих младенцев обнаружились зачатки дара. Будущие маги. Приносящий Знания был одним из них, его новое вместилище не выдержало бы его душу без этого факта. Проблема в том, что большая часть из полученного списка детей - отпрыски аристократов, некоторые из них высший эшелон. Не везде у нас есть глаза, не везде есть уши. Но мы смотрели. И мы слушали.

Ветер снаружи стал особенно сильным, закрытые ставни затрепетали и скрип стал громче. Магистр опустил взгляд на монету, взял её двумя пальцами, и перевернул. На другой стороне была выбита Башня Мудрости, часть строения моего Первого Храма, одна из самых важнейших, где находился алтарь.

— Лишь девять лет назад мы узнали что-то, что сдвинуло наши поиски, помогло ужать список. И лишь в то время, одна из служанок, в Екатеринбурге, в разговоре с одной из своих знакомых, родственницей одного из рыцарей Ордена, рассказала историю. Речь тогда зашла про детей, но прозвучала фамилия Демидовых, которым эта служанка когда-то прислуживала, до своей пенсии, обеспеченной твоим родом, Константин. Проведение судьбы, нити, что должны были дать нам ответ, но тот разговор произошёл ровно тогда, когда мы зашли в тупик. И он же дал нам информацию, что роды твоей матери происходили не в поместье рода Демидовых, а в родовой башне Потёмкиных. Именно в ту ночь. Именно в тот час, перед рассветом, ты сделал свой первый вдох. И именно в тот час Чёрный Кузнец вышел из своей кузни.

Спрятав монету в руке, жестом фокусника он убрал её обратно в рукава, а затем посмотрел мне прямо в глаза. Улыбка вновь появилась на его губах, понимающая, но одновременно радостная.

— Мы следили за тобой, не могли быть уверены точно, как следили и за другими детьми. С целью привлечь их в Орден, так было бы проще выявить того, кто поведёт нас против Хаоса. Я стал твоим учителем и приглядывался, хотел самолично понять. Человеческая слабость, но мне хотелось самому убедиться, найти подтверждение, что ты - Приносящий Знания. Должен признать, изначально я почти убедился. Ты был слишком взрослым для своего возраста, слишком мудрым и разумным, детские шалости тебя не интересовали. Моё упущение, но много времени я не мог проводить рядом, чтобы убедиться точно. Всё стало проще, когда ты повзрослел и пошёл в Красный Корпус. И тогда... Я и весь Орден нашли подтверждение.

Он вновь поднялся со стула, обошёл стол и, остановившись в нескольких шагах от меня, медленно стал опускаться на колени. Это не была поза раболепия, так делали Жрецы моих Храмов, когда алтарь отвечал на их молитвы. Благоговение - да, раболепие - точно нет.

Магистр свёл руки на груди и склонил голову, а с губ его сорвался тихий шепот:

— Для меня честь увидеть вас в здравии и своими глазами, Ваша Божественность.

Вновь воцарилась тишина. Я смотрел на этого человека и раскладывал по полочкам всё, что было сказано. Достаточно намёков произнесено, факты озвучены, как и логика действий. Магистр выложил всё, что хотел, желал показать мне, но точно о чём-то умолчал.

— Встань, — вздохнул я. — Я не любил этих поз в прошлом, не люблю и сейчас.

Мужчина поднял голову и поднялся, но садится не стал. А ещё в его глазах появился тот знакомый блеск, который я видел у Кутузова. Подтверждение своей веры. Своей цели и своему жизненному пути. Что всё было не зря. Что он был прав. Теперь, в свете открывшегося, его прошлые слова и начальный разговор был скорее... не игрой, нет, предосторожностью, если он ошибется. Скорее всего Магистр был убеждён, не верил в то, что ошибка возможна, но не хотел рисковать.

А дабы не осталось больше никаких недомолвок, я выставил ладонь и на ней появилось синее пламя. С отчетливым привкусом божественной энергии. Магистр точно ощутил её, почувствовал на себе всеми фибрами души. Он затаил дыхание, смотря на огонь, и последние стены сомнений рушились, как карточный домик.

— Ты был прав, — сказал я то, что он так жаждал услышать. — Я - Приносящий Знания. Перерожденный в этом мире, созданным мною, где я уберег вас от Хаоса. От того самого Хаоса, который уже стучится в барьер этого мира, и готовится сюда прорваться. И нам нужно торопиться, пока не поздно.

Магистр вновь склонил голову, не думая ни секунды. Без единого промедления.

— Орден пойдёт за вами, Ваша Божественность. Нам нужен лишь ваш приказ.