Красная в Сером городе

Пролог

Поток ледяной воды, обрушившийся на её лицо, заставил Шапку очнуться. Она согнулась пополам в приступе кашля, и открыла глаза. Очень хотелось протереть лицо ладонью, да вот никак – руки стянуты стяжками за спинкой железного стула, а стяжки – это вам не обычные верёвки. Вывернуться из них никак не выйдет.

Кашель вырвался из горла последним спазмом и затих. Шапка подняла голову и огляделась. Какой-то не то ангар, не то огромный подвал – стен видно не было, света не хватало. Лишь одинокая лампочка – таких уже даже не выпускали давно, мода на них кончилась лет тридцать назад – болталась над головой на проводе и выхватывала из темноты пятачок грязного бетонного пола да саму Шапку, сидящую на этом чёртовом стуле. Ну и двух верзил с волчьими головами, вставших от пленницы с обеих сторон, как будто связанных рук и ног было мало, чтобы удержать бедную девушку. Лампочка, кстати, и правда болталась из стороны в сторону и постоянно мигала, отчего Шапку начало мутить.

Пятачок света снова сместился, и Шапка успела разглядеть железный стол, заваленный странными инструментами. И то, что часть из этих инструментов была в крови, не предвещало ничего хорошего.

— Так-так-так. Красная Шапочка. Так ты, кажется, себя называешь?

Голос шёл откуда-то из темноты. Но холодная сталь в тоне подсказала – тоже волк. Вот и всё. Кончилась история Красной Шапки. Попала в волчьи лапы. Причём глупо и бездарно. Угораздило же. Шапка посмотрела на верзил, стоящих по бокам от неё – в полтора раза выше обычного мужчины, просто огромные, под серой шерстью играют стальные мышцы. Что может она сделать против них? Вот были бы руки свободны, да пара стволов в руках – она бы наделала дырок в их кожаных жилетах, украшенных серебряными черепами.

На вопрос говорившего Шапка не отвечала. Но он, вообще-то, и не ждал ответа. В светлый пятачок выступили ноги, обутые в чёрные лакированные туфли с острыми носками, но то, что выше, всё ещё скрывала темнота.

— Тебя же ведь никто не трогал. Зачем ты влезла в это дело? Как глупо.

И правда, глупо. Но что толку быть умным задним умом, когда через пару дней её найдут по частям в чёрных пакетах на разных концах серого города? Или вообще не найдут – волки же съедают свою добычу?

Говоривший сделал ещё два шага, и в свет выступил мужчина в безукоризненном чёрном деловом костюме с красным платком в нагрудном кармане. Но ни аккуратно зачёсанные назад седые волосы, ни пошлая бабочка на шее не могли обмануть Шапку. Волк.

Волк подошёл к ней и дотронулся до подбородка, аккуратно, но жёстко поворачивая её лицо к себе.

— Деточка, где «Симург»?

Симург. Чёртов «Симург». Оказывается, всё из-за него. Такая глупость.

— Там, где ты его не найдёшь, — процедила Шапка. Пожалуй, даже слишком жёстко. Не стоило.

Рука волка аккуратно сместилась с подбородка, пальцы стали перебирать её черные локоны. А затем сжали их в кулак.

— Неправильный ответ.

Удар под дых, и все её внутренности попросились наружу, но рука, сжимающая волосы, не дала согнуться, вытянув голову вверх.

— Бабушка твоя, видимо, слишком рано умерла и не успела привить тебе хорошие манеры. Ну, что ж, значит моим ребятками придётся научить тебя, как вежливо разговаривать со старшими.

Волк отпустил её волосы и отошёл, а прямо перед ней встал один из его верзил. В руке у него оказался электрошокер. Тот самый шокер, который она сама использовала против волков. А у жизни, оказывается, есть чувство юмора.

Верзила осклабился, обнажив хищные клыки, а затем её тело пронзил разряд электрического тока.

Глава 1. RedHeatHunter

За пять дней до этого.

Электронный замок послушно пискнул, давая знать, что дверь открыта. Шапка убрала отмычку в сумку и, натянув кожаные перчатки, повернула ручку. В доме никого. Отлично. Есть возможность поискать документы до того, как придёт хозяин. А уж потом, подготовившись, выпытать остатки информации у него. Но только не как в прошлый раз — зря она тогда так бездумно лупила того волка шокером. Ничего не узнала, только труп на себя повесила. Рука при этих мыслях невольно нащупала в сумке пачку с ампулами адреналина — как раз на случай подобных инцидентов.

Шапка тихо переступила через порог и вытерла берцы о коврик, чтобы не оставить следов на паркете. Дом богатый – впрочем, как и у всех оборотней. Но она не воровка, так что убранство разглядывать некогда. Думай, Шапка, думай, где это может быть.

Прошла по коридору – ничего, кроме стен и одного зеркала в пол. Проверила под зеркалом – пусто. Дальше кухня. Обычная кухня – стол, стулья, гарнитур, дорогущий холодильник с климат-контролем, умная панель для готовки пищи. Сама-то она довольствуется варочной поверхностью, как в старые-добрые. Как и большинство людей, вообще-то. Заглянула во все ящички – ложки, вилки, ножи, прочая кухонная мелочёвка. Ничего интересного. Дальше – лестница на второй этаж. Винтовая, такая, на которой и убиться недолго, особенно в берцах. Вздохнула, но поднялась.

Наверху три большие комнаты. Сначала что-то вроде гостиной. Гала-панель по типу телевизора, огромный диван, шкаф с несметным количеством ящичков и полочек – такой до Китайской Пасхи можно перебирать, и не управиться. Ничего, время у неё пока есть. Можно, конечно, взломать ещё гала-панель, но прятать такие документы в ней было бы неразумно – всё-таки комната общая, смотри кто хочет. С другой стороны… Шапка всё же пошла к гала-панели. Провела над рефлектором рукой, и в воздухе возник виртуальный экран. Пароль, естественно. Вытащила из сумки отмычку и вставила в разъём панели. Нажатием кнопки перевела в режим дешифратора. Три индикатора последовательно загорелись зелёным, после чего по экрану посыпались сотни чисел, букв и прочих символов. Экран то гас, то снова загорался, но через полминуты сообщил, что доступ разрешён, затем перешёл на рабочий стол. Отмычка снова перекочевала в сумку, а Шапка стала изучать содержимое гала-панели. Выход в интернет её не интересовал, как и фильмотека – кому в голову придёт хранить важные сведения в разделах, куда может заглянуть любой желающий. Затем был архив с фотографиями. Обычные жизненные фотографии – друзья, пьянки, школа, институт – всё как у всех. На глаза в углу экрана попался файловый селектор – то, что нужно. Нажатием Шапка развернула поиск и стала один за другим пролистывать файлы, но и их оказалось немного – пара десятков газетных статей, да две сопливые книжки, видимо, чтобы встроенный голосовой помощник читал их хозяину на ночь. А Шапка-то думала, что все брутальные волки обожают боевики и триллеры. А вот нет – на слезливые романчики про «нитакусь» и академки с невестами для драконов среди них тоже спрос имеется.

Она вновь провела рукой над рефлектором, и панель погасла. Ничего интересного. Впрочем, как и ожидала.

Шкаф тоже надежд не оправдал — на верхних полках куча всякой мелочёвки, статуэтки, сувенирные кружки и видеофотографии в рамках. Внимание привлёк разве что маятник Ньютона – так и хотелось оттянуть шарик да запустить механизм, но Шапка одёрнула себя – неизвестно сколько этот маятник прокачается, не дай бог ещё выдаст себя этим. Нижние ярусы и вовсе были отведены под одежду и обувь.

Следующей комнатой оказалось некое подобие кабинета – большой письменный стол с кипой бумаг, полки с книгами (обычные люди давно не читали бумажные книги, но в богатых домах это было что-то вроде признака роскоши), портрет на стене – естественно мордашка самого владельца, волчье эго другого не приемлет. Сразу же проверила под картиной – голая стена и никаких намёков на тайники. Подошла к столу. На нём оказалась ещё одна гала-панель, но поменьше. Активировала её и снова вставила дешифратор. Пока шёл взлом, стала разбирать кипу бумаг – но на необходимые документы похоже не было. Чертежи, похожие на проводку, листы, исписанные химическими формулами, какие-то биологические трактаты – ничего такого, чего не может быть на столе у нейротехнолога, занимающегося разработкой биомеханических протезов и нейроимплантов. На очередном листе оказался витрувианский человек Да Винчи, только весь в схемах нервов и проводов. Шапка хмыкнула и свернула его обратно.

Гала-панель тоже оказалась пуста, как и предыдущая. Куча научных документов, но ничего предосудительного. По всему выходило, что и эта вылазка будет зря. Книги тоже ничего не дали.

Последней комнатой оказалась спальня. Огромная кровать, высокий платяной шкаф, приставная тумба. Ничего особенного.

Шапка сделала шаг вперед и посмотрела на противоположную стену. Удача наконец улыбнулась ей. Вмонтированный в стену сейф. Даже ничем не прикрытый. Впрочем – в стиле волков. Она направилась прямо к нему. Электронный замок приветствовал её призывно загоревшимся экраном для набора пароля. Разъёма не было, но это не проблема — девушка вытащила из сумки отмычку и приложила к замку – та примагнитилась и вновь начался процесс взлома. И… ничего. Эффекта не было. Цифры и символы сменяли друг друга, но замок оставался закрытым.

Внезапно снизу послышался звук открывшейся двери. Чёрт. Хозяин вернулся раньше времени. Шаги проследовали по нижнему этажу и стали подниматься по лестнице. Твою мать. Он идёт сюда. Как не вовремя.

Шапка перемахнула через кровать и спряталась в шкаф. Вроде шарилась аккуратно, всё на своих местах, не должна попасться. Не хотелось бы, чтобы волк узнал о её присутствии раньше срока. Ещё раз осмотрела всё через щель между дверями – всё на местах, тумбочка не сдвинута, кровать заправлена, на сейфе отмычка…

Чёрт! Отмычка!

Выйти и забрать отмычку она не успела – в комнату вошёл хозяин. Черноволосый мужчина на ходу развязал галстук и бросил его на кровать, а следом и сам плюхнулся в мягкие объятия. Расстегнул пуговицы костюма и рубашки и развалился звёздочкой – видимо по всему, устал. Шапка задержала дыхание – не спалиться раньше времени.

Отмычка пискнула, сообщив, что подобрать пароль не удалось. Мужчина сразу повернул голову к сейфу, а в следующую секунду стоял подле него, сжимая в руках дешифратор. Чёрт! Шапка нашарила в сумке шокер. В другую руку взяла пистолет. Чёрт! Чёрт-чёрт-чёрт!

Мужчина шумно выдохнул. А затем резко вытянулся в росте и раздался в плечах. На руках набухли мускулы, растягивая ткань костюма, а голова резко удлинилась, покрылась серой шерстью. Огромные глаза пожелтели, а из вытянутой пасти показались клыки. Когтистая волчья лапа сжала отмычку, и та рассыпалась на пол пластиковой крошкой и смятыми микросхемами. Ноздри шумно втянули воздух, и голова медленно повернулась к шкафу.

Сейчас, или никогда!

Шапка берцем выбила дверцу шкафа, и та угодила прямо в морду подскочившему волку. Он отшатнулся, и шапка высадила разряд шокера. Вот только мимо – оборотень успел увернуться. Чёрт! Времени на перезарядку не было, и Шапка выстрелила из пистолета волку в бедро. Убивать нельзя! Нужен пароль от сейфа!

Оборотень взвыл от боли и махнул когтистой лапой. Шапка едва успела поднырнуть под лапу – когти разнесли стенку шкафа в щепки, но она была уже у него за спиной. Отбросила бесполезный шокер и вытащила из сумки второй пистолет. Замешкалась, перепрыгивая через кровать, и когти почти пропороли плащ. Развернулась у стены, выстрелила ещё два раза, но оба мимо. Волк прыгнул на неё, но она ушла из-под него и нырнула в дверь.

Чёрт! Она почти сразу упёрлась в письменный стол. Перемахнула и опрокинула его, как баррикаду. Оборотень, сразу вынырнувший из-за дверей, прыгнул – и Шапка выстрелила. Красное пятно расплылось на левом рукаве, а воздух пронзил громогласный рёв.

Увернулась, но когти прошли слишком близко. Пробежала через гостиную и кубарем скатилась по лестнице. Рёв подсказал – волк уже близко. Рывком вскочила на ноги. Увидела, как из сумки на пол вывалилась упаковка адреналина. Полняла глаза к лестнице...

И удар лапы выбил пистолет из рук. Боль пронзила запястье. Шапка стиснув зубы до скрежета всё же успела уйти из-под второго удара на кухню, и оборотень пролетел мимо. Думай!

Запястье нестерпимо болело. Похоже, эту схватку она проигрывала. Думай!

На глаза попался холодильник – он стоял как раз возле двери. Шапка упёрлась в него спиной и со всей силы надавила – тот оторвался от земли и рухнул в проём как раз, когда там появился волк. Это дало ей несколько секунд. А когда зверь отбросил холодильник в сторону, она высадила в него весь магазин.

Волк рухнул наземь. А Шапка стояла, едва справляясь с одышкой, и смотрела, как тело вновь становится человеческим.

Твою мать! Почему?! Зачем?! Надо было целиться в ноги и руки.

Поздно. Труп красноречиво молчал, и узнать у него теперь ничего не выйдет. И сейф не взломаешь. Опять вылазка впустую, опять бессмысленный труп.

Ну, хоть жива осталась.

Запястье болело и уже начало опухать. Потрогала, пошевелила рукой. Не хрустит. Вроде кости целы. Вышла из кухни обратно в коридор. На полу упаковка адреналина со следом волчьей лапы. Подобрала. Твою мать...

Надо убираться отсюда. Соседи наверняка слышали стрельбу, и скоро здесь будет не продохнуть от ментов.

Подобрав шокер и пистолет, Шапка накинула на голову капюшон, переступила через труп, и, в очередной раз поругав себя за проваленное дело, вышла из дома и скрылась в ночной темноте.

***

Машину сильно тряхнуло на ухабе, и шапка едва не уронила лэптоп. «И надо же им было организовать своё сборище в такой глуши, куда по нормальным дорогам не добраться?» — подумала она, вновь открывая браузер MystNet. Вообще-то, все уже давно перешли с обычных компьютеров и ноутбуков на гала-панели. Пользоваться удобнее, разбить почти невозможно, да и места занимают куда меньше. Вот только про анонимность и приватность с такой приблудой можно даже не мечтать – гала-экран прозрачен на обе стороны, и видеть его может любой желающий. А когда время своё ты в основном проводишь, ошиваясь на криминальных порталах подпольного интернета, анонимность и приватность это уже не роскошь, а жизненная необходимость.

Информации на антиволчьих форумах особо не прибавилось – основную шайку ликвидаторов, выступавших против волчьей власти, уже давно либо поубивали, либо рассадили по тюрьмам, а в MystNet’е остались только диванные воители, не только не делающие ничего, чтобы свергнуть зарвавшихся оборотней, но даже не знающих ничего реально полезного, что могло бы помочь.

Шапка отвлеклась и посмотрела в окно. Полусельская окраина города. Такая же серая, как и весь остальной город. Обшарпанные старые дома, давно не видевшие ремонта дороги, грязь и слякоть. Вроде совсем не то же самое, что в скованном страхом городе, где по идеальным дорогам ездят сверхсовременные машины на автопилоте, серые дворцы из стекла и бетона царапают небо, а на каждом углу висит по два десятка камер, следящих за каждым, кто сделает неверный шаг – но настроение то же. Безысходность.

Говорят, что так было не всегда. Говорят, что ещё пятнадцать лет назад волков не было, а город дышал свободно и каждый жил так, как сам считает нужным, без оглядки на криминальных боссов. Говорят – но Шапка этого не помнила. Она не помнила мира, в котором люди не боялись волков. Нет, конечно, она знала историю – все в школе учили, что пятнадцать лет назад в районе Волгоградской области случилась физическая аномалия, в результате которой часть людей превратилась в оборотней. Но сама этого не помнила. Словно волки были всегда. Словно Волкоград никогда не был Волгоградом.

Единственным оплотом, где люди ещё могли противостоять волкам, остался MystNet. Забавно, что даже даркнет оборотни подмяли под себя, вот и пришлось создавать ещё один подпольный интернет. Шапка снова взглянула на экран. Перешла из форума ликвидаторов в чат торговцев оружием. Скоро кончатся патроны, следует запастись. Но не здесь. Лучше дождаться, когда «F» выйдет на связь.

«F». Честно – она даже не знала, почему так ему доверяет. Они ведь даже не знают друг друга. Она для него – «RedHeatHunter». Просто одна из девочек, которые вовремя сбежали из ликвидаторов. А он – «F». Просто «F». Безымянный доброжелатель из интернета — безликая буква латинского алфавита. Возможно, именно поэтому ей так просто ему доверять. Проще думать, что если человек тебя не знает, то он не сможет выдать – выдавать-то будет нечего. Возможно, именно поэтому он помогает ей – не зная её, он не может её подвести.

«F» и не подводил. Никогда. Сначала он подсказал ей, где купить оружие и шокер – свёл с нужными людьми. Потом слил ей список волков, у которых можно выпытать нужную информацию, вместе с адресами. На самом деле Шапка даже не была до конца уверена, чья это идея – достать компромат на волков, чтобы усадить их за решётку. Вроде как была её. Но временами казалось, что это «F» привёл её к этой идее. Потом он же, после первого неудачного дела, подсказал использовать адреналин и вывел к нужным людям, чтобы купить его не засветившись. И вот теперь местного хакера-гения со странным именем «Sega#16» тоже он порекомендовал.

Машина остановилась, и таксист – загорелый мужчина в жёлтой рубашке в клетку – обернулся к ней и сказал:

— Всё, приехали.

Шапка кивнула, захлопнула лэптоп и сунула его в сумку.

— Вы уверены, что хотите, эмм… высадиться именно здесь? — таксист кивнул на окно, пока она искала деньги. За стеклом начиналось что-то среднее между рабочими бараками и палаточным лагерем. — Не самый лучший район для одинокой и беззащитной девушки…

— Да, я в курсе, — Шапка сунула ему в руку две купюры и вышла из машины. Водитель удивлённо посмотрел на неё в окно, затем тронулся, развернулся, и уехал обратно в город.

Шапка невольно ухмыльнулась – бумажные деньги сегодня стали почти такой же редкостью, как кнопочные телефоны — остались только у тех, кто почему-то не хочет светиться. Электронные переводы сразу рассказывали о человеке всё, что он делал, где был, что купил. Бумажные оставляли хоть какую-то анонимность. Можно было, конечно, воспользоваться MystCoin'ом — вот уж где была настоящая анонимность. Но крипта была не у всех, и светануть её не перед тем человеком — то же самое, что встать с рупором посреди отдела полиции заорать: "Я преступник! Кто меня поймает, тому печенька и премия в конце года!"

А живой водитель такси — такой же реликт ушедшей эпохи в мире автопилотов, как кнопочные телефоны и бумажные деньги — точно не тот человек, перед кем можно светить крипту.

Из размышлений её вырвала музыка. Вообще-то трудно её было не заметить — бессмысленная долбёжка баса гудела на весь лагерь аутситеров. Ну, по крайней мере, так они себя называли, потому что все вокруг звали их просто "шасти". От слова "шастать". Но за обоими словами скрывались по сути просто хипующие тинейджеры, якобы протестующие против урбанизации и тотальной слежки. На самом деле — избалованные детишки богатеньких родителей, которым не нравится, что в городе, под камерами с системой распознавания лиц, нельзя беспредельничать. Вот и организовали себе тусняк за городом на деньги предков, заработанные на всё той же урбанизации. В общем — слишком богатые, чтобы считаться сквоттерами, недостаточно протестующие, чтобы примкнуть к анонимусам.

Под оглушающие звуки смеси евродэнса, электро-хауса, дабстепа и синти-попа Шапка вошла в лагерь. Кругом стояла куча палаток и шатров, какие-то из них — самодельные, какие-то вполне себе фабричные и по виду — очень дорогие. Меж палаток ютились автомобильные трейлеры и дома на колёсах, разукрашенные граффити. Прямо в центре лагеря стояла скейтбордная рампа, на которой выделывали сальто, перевороты и прочие выкрутасы местные малолетки. На верхней площадке рампы возвышался диджейский пульт с кучей колонок и саббуферов, из которого и гудела та самая долбёжка. По краям рампы тоже стояли колонки — да и по всему лагерю было натыкано аудиосистем, чтобы музыка гремела громче. От вибрации на басах у Шапки даже дрожали ноги. Там же, рядом с диджейским пультом, стояло несколько столов с бутылками и стаканами, в которых, скорее всего, был совсем не яблочный сок.

Шапка раздражённо фыркнула, глядя на подростковый бунт — бессмысленный и беспощадный. Личинки бизнесменов и чиновников просто не понимали своего счастья — иметь живых родителей, которым на них не всё равно. Сама она бы дорого отдала, чтобы её родители были рядом и могли отследить по камерам, чтобы она не натворила бед.

И всё-таки пошла именно к рампе — возле неё и была назначена встреча. А долбёжку она уж как-нибудь вытерпит. Вообще-то водитель такси был не так уж и не прав — девушке в одиночку, не имея никого знакомого в этой тусовке делать было нечего. Шасти, конечно, по натуре своей ребята безобидные, но никто не знает, что может прийти в головы сбившимся в стаю безнадзорным подросткам. В конце концов, этот лагерь они организовали как раз для того, чтобы творить всякую жесть, которая не могла остаться безнаказанной в городе. Поэтому пистолет на бедре, спрятанный под полой плаща, не мог не греть сердце.

Шапка взглянула на часы — старые, наручные — ещё один реликт ушедшей эпохи, когда смартфон умещается в тонкий браслет-проектор, выводящий картинку прямо на предплечье. Половина пятого вечера. Sega#16, кем бы он ни был, опаздывал уже на 15 минут. Плохо. Глушилка для камер слежения нужна ей уже сегодня, а больше взять её не у кого. С другой стороны — с чего она взяла, что он опаздывает? Она не знает, как он выглядит, может он уже давно стоит среди этих чокнутых аутситеров и наблюдает за ней? Его ник о нём ничего не говорит. Это она, гений конспирации: "RedHeatHunter". Хотя — кто в современном мире вдумывается в перевод ника, который может совершенно ничего не значить?

Она осмотрелась по сторонам, но это ничего не дало — никого даже близко похожего на человека, который мог бы оказаться тем самым хакером: несколько подростков на скейтах вовсю наворачивали финты на рампе, и им было не до того, ещё группка стояла наверху — но с чего бы ему быть там, если встречу он назначал здесь?

Тут к рампе подъехала девушка на электромотоцикле. Чуть младше самой шапки, может восемнадцать-девятнадцать лет. Самая старшая здесь. Тёмные волосы из-под глухого шлема с тонированным стеклом спускались на чёрную косуху с шипами на плечах и локтях. Она ловко спрыгнула с мота и спустила со спины термоизоляционную коробку.

"А с чего я вообще взяла, что хакер должен быть парень? Ник нейтральный. А закос под доставщика еды — идеальное прикрытие, если хочешь в таком месте что-то кому-то передать", — подумала Шапка, глядя на байкершу. Но подойти к ней не успела — толпа тинейджеров с рампы побросала свои скейты и подбежала к девушке, а та раскрыла сумку и вытащила из неё несколько бумажных пакетов, тут же перекочевавших к оголодавшим подросткам. Пока малолетние вандалы с криками "Отдай!", "Не трогай, это моё!", и "Кто первый встал, того и тапки!" делили добычу, девушка, стянув наконец шлем, который ей явно мешал, взяла на руки стопку коробок с пиццей и пошла на верхнюю площадку.

— Стёпа, не трогай мот! — бросила она, оглянувшись. — Руки откручу, на протезы всю жизнь копить будешь!

Не доставщица. Своя.

Не успела девушка отойти даже на двадцать шагов, как один парнишка схватился за горло и упал. Его лицо и шея стали отекать и увеличиваться в размерах, а изо рта доносились всхлипы и булькание. Байкерша развернулась на шум, увидела это, побросала коробки и побежала обратно.

— Стёпа! — она упала на коленки рядом с ним и начала тормошить за плечи. — Какую булку он взял?!

Вырвала из протянутой руки остатки булки.

— Твою мать! — тут же отбросила её. — С орехами!

Чёрт! Шапка попыталась отвернуться. Это не её проблемы. Пусть вызывают скорую, а она здесь чтобы встретиться с хакером, а не привлекать внимание...

Девушка за спиной, судя по всему сестра неудачливого тинейджера, кричала и звала на помощь. Чёрт.

Шапка открыла сумку, достала из упаковки ампулу адреналина. Единственную уцелевшую после той стычки. Чёрт.

Развернулась, на ходу вынимая из сумки шприц. Продезинфицировать нечем. Плевать.

Молча растолкала столпившихся подростков, отпихнула байкершу, которой настолько овладела паника, что та не в силах была возмущаться, и прямо через ткань джинсов вколола адреналин в бедро.

— Ты кто такая! Ты что делаешь! Что ты ему вколола! — набросилась на неё опомнившаяся байкерша, и Шапке пришлось с силой её отпихнуть, так, что та едва не упала на свой же мотоцикл.

— Успокойся, истеричка, это адреналин! Жалко пацана стала, не хотела, чтоб помер!

Развернулась и потопала обратно к тому месту, где ждала хакера. На середине пути её снова обогнала байкерша и преградила дорогу.

"Что этой чеканутой ещё от меня надо?!" — раздражённо подумала Шапка, пытаясь обойти её сбоку.

— Спасибо, — сказала байкерша, и Шапка встала как вкопанная. — Ты спасла жизнь моему дураку-брательнику, я теперь твоя должница.

"Этого ещё не хватало. Не хотела же привлекать внимание..."

— Брось. Ничего особенного, — она всё-таки обошла байкершу.

— Если вдруг что-то понадобится в лагере, скажи, что ты знаешь Лив! — крикнула ей вслед девушка.

Остановилась.

— Шапка. Будем знакомы, — отсалютовала она, не разворачиваясь, и пошла дальше.

Едва она вернулась к рампе, как к ней прикатил ещё один скейтер. Какой-то другой, не из этой группы. На вид парню было лет семнадцать, может восемнадцать. Худенький, невысокий, даже немного угловатый. Смазливая мордашка расплылась в улыбке, а из-под синего скейтерского шлема — почему-то обклеенного тонкими железными прутьями, формировавшими что-то в виде паутины — выбивались светлые, почти блондинистые волосы, чуть длиннее, чем обычно бывает у мальчиков. Одет он был явно не по погоде — для промозглого осеннего вечера парнишка почему-то выбрал серые бриджи и бежевую футболку с принтом в виде какой-то фэнтезийной птицы.

— RedHeatHunter? — спросил он, подбросив скейт в руки наступив на пятку.

— Смотря кто спрашивает.

— Сега-хэш-тэг-шестнадцать.

Шапка кивнула.

— Идём.

Парень развернулся, и бодрым шагом пошёл прочь, размахивая скейтом в руках из стороны в сторону и что-то насвистывая.

— Классная шапка! — бросил он через плечо.

Шапке ничего не оставалось, кроме как нахмуриться идти следом. Отлично. Гений-хакер, на которого у неё вся надежда — это тинейджер-гик, каждый день пытающийся разбить голову на скейте. Просто супер. И ведь с самого начала от этого гиковского ника веяло полной лажей. Но "F" раньше никогда не подводил, вот и доверилась. Дура! Он же даже наколенники с налокотниками по размеру себе подобрать не может — вон, болтаются, как папкин костюм на первокласснике — какой из него нафиг хакер?

Между тем парень привёл её к трейлеру, стоящему немного особняком от остальных. Вынул из-за воротника футболки ключ на верёвочке и открыл дверь.

— Заходи.

Насколько несуразным и не подходящим к образу хакера этот трейлер выглядел снаружи — настолько же крутым он оказался изнутри.

— Вау, — только и смогла произнести Шапка, войдя внутрь.

Весь дальний конец трейлера был заставлен компьютерами — причём не только привычными гала-панелями, но ещё и системниками, которых уже почти ни у кого не осталось. И вот такими лэптопами, как у самой Шапки. На нескольких гала-панелях крутились и постоянно изменялись какие-то графики и диаграммы, велись какие-то расчёты. На одном из лэптопов постоянно бежала вверх какая-то непонятная строка кода. Остальные компьютеры были выключены. Зато остальная часть трейлера вполне походила на жилище хипующего тинейджера — по стенам были расклеены постеры фильмов и музыкальных групп, в углу комнаты валялась гора грязной одежды, а на стойке, заменявшей обеденный стол, возвышалась гора коробок от пиццы и скомканных пачек чипсов, над которыми уже кружили мухи. Разве что огромный сундук, прикрытый тряпками, стоявший там же, возле компьютеров, не вписывался в общий антураж. Хотя с чего она взяла, что это сундук? Может это холодильник?

Её взгляд зацепился за то, что все стены изнутри были часто обшиты изгибающимися металлическими прутьями, замыкающиеся между собой на манер птичьей клетки.

— Что это такое? — спросила Шапка. Хотела протянуть руку и дотронуться, но не рискнула.

— Клетка Фарадея, — парень бросил скейт в угол и схватил со стола пачку чипсов, тут же запихнув в рот целую горсть. Затем, с видом полного удовлетворения, плюхнулся в кресло на колёсиках и, оттолкнувшись ногами от пола, покатился прямо к компьютерам, уже там продолжив хрустеть картофельными снеками. — Она нуввна, ффтобы внеффние ивлуфения не меффали ваботе теффнихи, — пояснил он с набитым ртом. Потом проглотил еду и повторил. — Она нужна, чтобы внешние излучения не мешали работе техники.

Шапка с умным видом кивнула. Теперь малец вызывал у неё гораздо больше доверия.

— Так что, глушилка нужна? — спросил парень, развернувшись к компам. Изучил взглядом какую-то статистику на экранах, пробормотал кучу невнятных слов, а потом забарабанил по клавиатуре с такой скоростью, что глаза не успевали следить за его пальцами.

— Мы договаривались не только на неё.

Парень кивну и оторвался от экранов. Вынул откуда-то из-под низу картонную коробку и раскрыл её. Протянул Шапке что-то похожее на пульт от телевизора, но только с одной кнопкой, зато с целым рядом светодиодных лампочек, расположившихся по кругу.

— Всё просто. Нажимаешь кнопку и ждёшь, пока все лампочки загорятся. Когда все загорятся — ни одна камера в радиусе ста метров работать не будет. Если хоть одна погасла — значит пора сваливать. Дальше.

Он снова залез в коробку и вытянул оттуда что-то вроде маленькой флешки.

— Это универсальный шифровальщик. Просто вставляешь в ноут, и никто никогда в жизни его не взломает. Разве что гений вроде меня, но для этого ему придётся попотеть не один день.

Шапка забрала флешку, сразу открыл сумку и вставила её в свой лэптоп. Теперь её душа стала спокойнее.

А парень уже держал в руках третью приблуду. Он чем-то напоминал её старую отмычку — чёрный корпус, три индикатора, две кнопки и штекер. Только выглядел гораздо изящнее.

— F рассказал мне про твою предыдущую отмычку. По сравнению с этой — детский лепет. Эта мощнее и быстрее в разы. Разве что твой лэптоп теперь не взломает. Всё остальное сдастся быстрее, чем ты успеешь сказать слово "шифр".

— Спасибо, — Шапка сунула в сумку и её, но вот тут её рука нащупала пустую упаковку адреналина. — Слушай, а ты адреналин не сможешь достать?

Вообще-то, логичнее было взять адреналин там же, где брала в прошлый раз. Вот только все контакты были у "F", а он сказал, что у тех же поставщиков снова взять уже не получится.

— А на что у тебя аллергия?

— На глупые вопросы.

— И что? Краснеешь и покрываешься пятнами? Или сразу в анафилактический шок валишься?

На секунду захотелось дать мелкому гадёнышу крепкую затрещину.

— А, покраснела, понятно.

Хакер закинул в рот ещё одну пригоршню чипсов и посидел с минуту с задумчивым видом — что очень действовало на нервы. Затем, прожевав, ответил:

— Вообще-то, это не мой профиль. Я типа технарь и всё такое. Но если ты просишь — я постараюсь.

— Спасибо, — выдохнула Шапка.

Затем вынула лэптоп и, открыв браузер с уже подготовленным платежом, нажала кнопку "отправить".

На одном из компов паренька тут же пришло уведомление.

— Два мисткоина. Отлично, как и договаривались.

Шапка кивнула и направилась к выходу.

— И ещё, — сказал ей вслед парень, — глушилка, конечно, спасёт от камер слежения. Но от камер, которые сидят на лавочке возле подъезда никакая глушилка не поможет, — он указал на шапку.

Шапка кивнула. И молча покинула трейлер.

Оглянулась по сторонам — и потопала к окраине лагеря, туда, где начинались городские выселки. Очень хотелось вызвать такси. Идти-то далеко. Но опасно. По интернету сразу выследят. А просто поймать машину, как в городе, здесь не выйдет.

Через полчаса ходьбы она смогла выйти к мало-мальски нормальной остановке. Людей особо не было — это было хорошо. Скоро подъехал магнитный трамвай, и Шапка, заскочив в него, сразу укрылась на самом заднем сидении и упёрлась в прохладное стекло лбом. Так в голове было меньше мыслей. Через несколько остановок в трамвай зашла женщина с маленькой девочкой — лет пять не больше. Светловолосая малышка в розовой курточке и плюшевым пони в руках встретилась с ней глазами, и тут же затеребила маму за рукав.

— Мам! Мама! — пискнула она улыбаясь. — Смотри, какая шапка у девочки красивая! Мам, я тоже такую хочу!

Женщина обернулась на девочку и приложила палец к губам.

— Тише! Не трогай девушку, не видишь, она устала? — потом подняла на руках и усадила на свободное сидение. Сама опустилась рядом. — Вот подрастёшь, купим тебе такую же.

— Ма-ам! — тут же протянула девочка. — Я сичас хачу!

— Софа. Не канючь.

Девочка фыркнула, и уложила голову к маме на коленки, а та запустила ей в волосы пальцы и стала гладить.

Шапка улыбнулась, глядя на них, а в глазах почему-то стало мокро. Поправила шапку на голове. Сега был прав. Шапка и правда приметная.

Она ведь потому её и заметила тогда — шапку. Они были с мамой и папой на горнолыжном курорте на Кавказе — папе тогда дали большой отпуск, и они всей семьёй махнули кататься на лыжах. Ей тогда было лет десять. На лыжах у неё кататься не очень получалось, она всё время падала и кувыркалась в снегу, а родители смеялись. Зато у неё очень хорошо получалось выпивать две кружки горячего шоколада подряд, а когда они сидели на базе отдыха уплетать по несколько шариков сливочного мороженого за раз. Там, в одном из местных магазинчиков, она и увидела эту шапку — вязаную, ярко-красную, как самые яркие розы. Нужного размера тогда не нашлось, но она очень хотела именно эту шапку. Вот и купили — а потом она бегала в ней и тонула, постоянно поднимая её наверх, чтобы не сползала на глаза. Тогда родители ещё были живы. Три года назад мамы не стало — автопилот в её машине отключился, а перейти на ручное управление она не успела. Потом объявили, что это был массовый сбой, и что многие погибли, но был слух, что сбой этот не был случайным. Что он был спланирован волками. Отец не смог это так оставить, попытался разобраться в чём дело — и почти сразу же без вести пропал. Так до сих пор и не нашёлся. Тогда её забрала бабушка. Она не могла заменить родителей — но всё же была единственным и самым родным человеком на свете. Пока жива была бабушка — оставался хоть кто-то на всей земле, кто любил её. И кого любила она. Но год назад её убили волки. Взорвали прямо у неё дома. Шапка сама это видела.

И вот теперь она осталась совсем одна. Безымянная девушка. Просто Шапка. Вне закона, купленного волками.

Зато шапка, наконец, пришлась по размеру. Словно напиталась кровью её родных.

***

Глушилку точно купила не зря. Райончик реально богатый — кругом двух-трёхэтажные особняки за трёхметровыми заборами. И на каждом столбе навороченные камеры, норовящие записать и передать всем, кому не лень, твоё лицо. Штук по восемь на каждом.

Но светодиоды горели и глушилка работала — ни один любопытный механический глаз даже не дёрнулся, когда она проходила мимо.

Была уже ночь, и, если бы не фонари, пришлось бы идти в потёмках. Вряд ли света звёзд хватило бы, чтобы что-то увидеть. Но здесь в огнях искусственной иллюминации было светло как днём. Из-за чего приходилось идти ещё осторожнее. Чтобы ни одна любопытная душа не увидела в окно чего не следует.

Наконец, добралась до нужного дома. Тихо. В одном из окон не яркий свет – видимо ночник. Значит хозяин дома. Обыскать до прихода не получится. Действовать нужно тихо – подобраться исподтишка и вырубить шокером. И не шмалять из пистолета почём зря.

Шапка приложила чудо-отмычку к замку забора – и буквально через секунду дверь открылась. Действительно – гораздо быстрее, чем её старая приблуда. Отворив створку, она тихо шмыгнула внутрь и опрометью пробежала ко входной двери. Взглянула на окна – всё тот же ночник горел в самом крайнем. Видимо, никто не заметил. Проделала со входной дверью тот же фокус, что и с воротами – на этот раз сработало даже быстрее. Ну что за чудо приблуду подогнал ей этот Сега!

Внутри было тихо. Слишком тихо. Как будто в доме вообще никого нет. Но ведь ночник-то горел, значит дома кто-то есть. Выставив шокер перед собой, она стала тихо пробираться по коридору. Повезло, что на полу лежал ковёр – он заглушал стук берцев. Проверила первую дверь – никого. За второй так же. По спине пробежал холодок. Неужели её всё-таки увидели, и теперь просто ждут в засаде?

Коридор заканчивался аркой, из которой ложился мягкий тёплый свет. Видимо, там и горел тот самый ночник. Шапка сделала один шаг. Второй. Третий. Если кто-то в доме и ждёт её в засаде – то скорее всего там. Больше негде. На четвёртом шаге под ногой раздался хруст. Шапка сразу отступила назад и вдобавок к шокеру выставила ещё и пистолет. Наплевать на успешность дела, если ты не вернёшься с него живым.

Ничего не происходило. Ни единого звука, ни единого движения. Шапка выждала минуту, затем подошла к тому месту, где должна была выдать своё присутствие. Наклонилась и посмотрела на сломанный предмет. Видеофоторамка. По всему экрану прошла паутинка трещин. Уже собиралась встать и идти дальше, как взгляд зацепился за случайный блик, выхвативший из темноты чуть больше – на краю рамки была кровь.

По спине пробежали мурашки. Шапка встала, и с выставленным вперёд пистолетом резко нырнула в арку.

Никого. Только следы полнейшего разгрома – всё вокруг исцарапано когтями, перевёрнуто, опрокинуто. И труп хозяина прямо в центре комнаты, с торчащим из груди ножом.

Чёрт. Надо убираться отсюда, и немедленно. Неизвестно, что ещё могло здесь произойти. Шапка развернулась, и уже не заботясь о тишине побежала к выходу. Вылетела из дома, но замешкалась, зацепившись плащом о дверь. Чёрт.

Высвободилась кое-как. Развернулась, чтобы рвануться к воротам.

И тут за спиной раздался взрыв. Воздух волной ударил по спине, и Шапка почувствовала, как натягиваются её мышцы, как позвонки словно отделяются друг от друга.

А затем её швырнуло к воротам. Она кубарем прокатилась по земле и ударилось боком о ворота. Голова кругом. Тошнит. Тело болит, но оно как будто не своё. Всё плывёт, и только одно она увидела ясно – полыхающий вовсю дом.

А затем её потянуло в темноту. Лишь перед тем, как окончательно провалиться в небытие, она почувствовала, как чьи-то руки подхватили её с земли и понесли прочь.