Коза 3, или Небесная дева

Глава 1

Вывалилась в Башне, тело ещё считает, что на пароходе с майором, голова прикидывает, кто виноват, а руки снаряжают клатч для местных выходов в свет – с кучей амулетов, жезлом, а также с пистолетом и двумя магазинами. Вспомнила, что мальчишка тут без присмотра болтается, но ничего, посидит пока.

В школе-трактире управляющий Кирван с учителем магии Айлином и почему-то с мужем Ольги, Криэном. В воздухе висит нервозность, на некоторых столах остатки еды, много где наблёвано. Запах соответствующий.

– Небесная! – увидел меня Айлин – у нас тут..

– Короче, сколько погибших и что нужно срочно?

– Двое стариков погибли, нужен целитель, лучше несколько – чётко отрапортовал маг.

Позвонила Виннергаху, тот уже в курсе, и Синтера тоже, даже сумку приготовила. Но отсюда не выдернуть, только если через Башню. Пришлось вернуться, переправить Синтеру, потом добралась до Риварс, долго стучалась к ней и объясняла проблему. К чести приятельницы, никаких вопросов об оплате она не задала и быстро собралась.

Уже потом выслушала доклады.

Отравились двадцать четыре человека, двадцать два учащихся и два поварёнка, двое стариков, которых я почти насильно освободила от рабских ошейников, умерли. Дети в разном состоянии – самые маленькие слишком долго собирались на ужин и просто не успели ничего взять в рот. Их привела Фиран, она же и учуяла «плохой» запах: Айлин отнёсся к её словам серьёзно, а когда сунулся на кухню и обнаружил лежащих в подсобке стариков, заклинанием у всех вызвал рвоту и нашёл управляющего Кирвана.

Потом они начали вдвоём барабанить по всем номерам магофонов. Повезло с Машей, та знала, что я на Земле, и с Цельсией, которая вызвалась меня там найти. Вот и вышло, что примерно через маленькую четверть я уже была здесь.

Учителя заняты с детьми, заклинания заклинаниями, но обычное промывание желудка тоже нужно делать, этим и заняты.

– Кто это сделал? – мой вопрос повис в воздухе.

Поднялась наверх, целительницы при деле, но обстановку оценивают как не очень опасную, в тяжёлом состоянии только поварята, а ученики наесться этой гадости не успели. Трава известная, доступная, магической составляющей не имеет, часто используется как лекарство: если вовремя принять меры, то и эффект незначительный.

Нашла Фиран, эта не успела съесть ничего и теперь помогала целительницам.

– Давай, пройдём по трактиру, по кухне, поищешь, где отрава лежала. Сумеешь?

– Попробую… но там везде этот запах.

– Давай, всё-таки, попытаемся?

Увы, но поиски ничего не дали. Похоже, траву не прятали, не хранили, а принесли и сразу высыпали – на завтрак было что-то тушёное из овощей и злаков, вот это рагу и щедро сдобрили отравой. Сыпала повариха, только на её руках остался душистый след, скорее всего, и не предполагала об убийственном действии приправы. Иначе, зачем сама ела?

Айлин сказал, старики никуда не выходили, жили тут же при кухне: кто-то им отраву принёс? Получается, может ещё принести? И подсыпать? Выходит, нужно всех детей отсюда убрать? Эвакуировать?

Снова пошла наверх, поговорила с Синтерой и Риварс. Не очень охотно, но эвакуацию разрешили, единственные тяжёлые, это поварята: решили, что их и Риварс отправлю в последнюю очередь.

За полчаса всех переправила в гостевые покои Башни – и детей, и взрослых, и вещи тоже. Разбираться придется потом, а пока что обезопасила по максимуму. По просьбе Синтеры пришлось немного уплотнить, в двух помещениях ухаживать удобнее. Поварята отдельно, взрослые тоже.

Вернулась в поместье, Фиран со мной. Вместе с управляющим обошли все дома в деревне, проверили и всех гостей и всех шестерых работников, домА помощница тоже обнюхала. Безрезультатно.

– Вот что, – велела я управляющему – ты предупреди всех, что я на несколько часов всех соберу в у себя Башне. Пусть подготовятся, огонь затушат, животных накормят.

– А с детьми что делать?

– С собой пусть возьмут, кому некогда, в первую очередь отпущу.

– Не боитесь, что спрячутся?

– Этих в подвал определю, и не на пару часов.

Сама отправилась к Виннергаху, посоветоваться насчёт местных способов дознания и следствия. Нет ли амулетов каких дознавательных или поисковых.

Шеф насчёт амулетов не знал, но про камень правды у Председателя Айборна напомнил. Сперва сам позвонил ему, попросил помочь, потом уже я вежливо напросилась в гости – амулет-то уникальный.

Хорошо, что мастер про школу мою слышал, не стал отнекиваться, дескать, старики сами грибочков насобирали. Всё равно, амулет в руки не дал, но согласился сам приехать, с камнем. Ну, а я злодеев собирать пошла.

Кирван уже всех предупредил, так что я просто прошла по деревне главной усадьбы и переправила всех во двор Башни. Двоих спрятавшихся или спрятанных аркворят тоже во двор отправила, а вот затихарившихся взрослых в подвал. Языка-то не знаю, как понять, зачем они в сено закопались или в шкафу сидели. Будет переводчик, расспрошу.

Во второй деревне, где школа, тоже всех забрала, единственно, гостей не во двор отправила, а прямо на крышу. Ещё и извинилась перед каждым.

Звонок: Цельсия.

– Привет, как там у тебя? Помочь надо?

– Ой, было бы здорово. Дети живы, с целителями, но народу под две сотни, постоянно перемещаются и лезут куда не следует. Если не против, я тебя через несколько мигов выдерну.

– В степь?

– В Башню.

Осталось Председателя Айборна с камнем правды заполучить, за переводчика трудовик Рлакс посидит на пару с управляющим. Устроилась в трапезной, здесь за драгоценный амулет можно не беспокоиться, да и дети рядом, мало ли что понадобится.

Только села, мальчишка на меня налетел, которого давеча от сутенёров спасла, я про него напрочь забыла уже, а у него претензии, оказывается, за рукав дёргает:

– Чего она меня убирать заставляет? Да ещё за ящерицами вонючими? – и на помещение с больными кивает. Ох, и обозлилась я!

– У нас тут проблемы, целители разумных спасают, а ты руководить пришёл? Пустое место, а туда же, командовать лезешь! Научись сначала хоть чему-нибудь! Марш обратно, и чтобы я тебя не видела и не слышала!

Чтобы быстрее дошло, телекинезом за шиворот подцепила и зашвырнула в коридор, потом не до него стало. Сестру выдернула, попросила у комнат с больными встать и никого никуда не пускать, кроме учителей и целителей. Вскоре и Айборн прибыл, внушительный, в мантии и шляпе, я его раз только в таком наряде видала. Когда он с предосторожностями Камень правды на стол поставил, ещё и магически заблокировала любой выход из помещения.

Правильно место выбрала, в трапезной прохладу легче поддерживать.

Начали с гостей, почти тридцать человек, то есть аркворов.

Первому сама вопросы задавала, он общим владел.

Но – не знал, не видел, не представляет. Фиран рядом покрутилась, головой мне мотнула – не пахнет. Камень правды ни разу не мигнул, отправила клиента обратно в поместье.

Потом остальных так же, только уже Рлакс и Кирван спрашивали на аркворском, и с тем же результатом.

Шестерых местных допрашивали обстоятельнее, один упомянул, что ему привиделся чей-то чужой силуэт недалеко от школы, но здесь теперь много приезжих водами лечатся, вот и не обратил внимания. А так, да, теперь думает, что ему делать было рядом со школой?

Но, кроме невнятного описания высокого арквора, а может и человека даже, но тогда среднего роста, ничего не добились.

Послала управляющего на двор, подобие очереди организовать, сама к целительницам зашла. Как оказалось, вовремя, у Риварс практически закончились силы, много на поварят потратила – одного даже с того света вытаскивать пришлось. На этот раз заряженный сахар у меня был, помогла.

Вернулась, Председатель Айборн почему-то смущённо поинтересовался, откуда среди чешуйчатых квора взялась.

– Какая квора? – не поняла сразу, потом дошло. – Нет, она к ним отношения не имеет, это сестра моя, порядок поддержать помогает.

Потом опять допросы на несколько часов, сначала тех, кто ждал во дворе, потом перемещённых мною в подвал. И опять ничего, Фиран под иллюзией ящерицы совсем с ног валится – и никакого результата.

Отпустила управляющего, перед этим велела все работы по строительству школы пока притормозить. Цельсия куда-то заторопилась, её тоже отправила. Целители при деле, позвала мастера Айборна в мастерскую, стол показать. Ему любопытно, а у меня идея появилась. Не очень достойная, хотя, это кому как…

Сначала немного заговорила ему зубы, показала, как работают мои устройства по изготовлению конденсаторов. Устройства мастера не шибко заинтересовали, но возможность поймать и сохранить молнию – даже очень. Демонстрировать всё-таки не стала, молния есть молния, разнесёт здесь что-нибудь, восстанавливай потом. Но председатель опасения понял.

Потом магофон ему всё-таки показала, оговорила сразу, что не хочу широкого распространения; очень ко времени получилось часы Ольгины ему подарить, при нём батарейку вставила, и часы пошли. Вот нулевой отсчёт времени не придумали, так что на глазок установила, вернее, по планшету.

А потом уговорила Камень правды на рабочий стол положить, другой алмаз в круг копирования сунула… и отдала мастеру два Камня правды. Вот тут он вообще обалдел.

Поверил не до конца, сразу испытать попытался, но остался недоволен, его-то камень на ложь красным полыхает, а новый белым, не тот эффект.

– Жаль, – говорит – с цветом не угадали.

– Да, – согласилась – это я не подумала. Хотите, красный сделаю?

– Ох, нехорошо это, я же обязался в него не лазать, значит, не копировать.

– Так вы и не копировали ничего. Но запасной камень стоит иметь?

– Это мне домой за ним надо…

– У меня есть, хотите красненький сделаю? А вы мне этот неудачный подарите, или в пользование дайте.

– Ох… – засомневался Председатель. Так что я молча подтянула крупный рубин из своих запасов и сняла вторую копию. Теперь красную.

– А с вашего тоже можно копию снять? – ревниво справился мастер Айборн.

– Снять-то можно, но неизвестно что выйдет – успокоила его по возможности. – Копия с копии всегда хуже, вы тоже их не путайте. Ваш хороший, а второй так, может быстро разряжаться, например.

– Ну, спасибо, Мария, удружили! Буду теперь копией пользоваться, а старый спрячу. А что, любой амулет здесь повторить можно?

– Не знаю, я только переговорный копировала. Ну и ваш вот… а вообще, думаю, любой, мастера здесь великие были, построили Башню так, что основные защитные амулеты все сто оборотов подпитывались и стазис внутри сохранялся.

– А ещё что тут интересного?

– Библиотека. Сегодня собиралась помощницу поселить, чтобы копии сняла, одну для работы, другую в хранилище Совета. Мастер Вайлор одну страничку увидел, так очень заинтересовался.

– Точно, он всегда древности искал. А как это – страничку?

– Это часть свитка, у нас принято иначе литературу хранить.

– Да, любопытно. Но мне пора уже – засобирался маг, библиотека его не заинтересовала – скажите, если понадобится, я смогу у вас снять копии с редких артефактов?

– Вы, скорее всего, нет – Башня блокирует почти любую магию. Но я смогу, в вашем присутствии.

– Спасибо, Мария. До встречи – Председатель телепортировался.

Сумасшедший дом просто, вдруг резко почувствовала, что практически не спала. А я ещё Машу собиралась с утра в библиотеке устроить, и мостовики без присмотра остались.

С Машей просто, позвонила и шагнула.

– Уважаемая Мариа! –мастер Вайлор встретил меня низким поклоном, такого и после выхода из камеры не было. – Позвольте поблагодарить вас за содействие в поисках справедливости! – и букет вручил, у местных такое не принято, не иначе тёзка надоумила.

– А что такое? – не поняла я, но рука сама этот букет у мага забрала, приучил меня Караваев к хорошему.

– Он во дворце сегодня был! – поспешила влезть Маша.

– Ну и как успехи? – совсем забыла, он же собирался прошение какое-то подавать. Я ему ещё ракушки меняла, как давно это было! Позавчера.

– На следующей неделе рассмотрение дела! – снова поклонился Вайлор. – И денег не взяли, совсем!

– Насчёт денег, это правильно – я вспомнила как чиновник в дворцовой канцелярии у мостовиков взятку вымогал. Боятся, собаки!

– Но сроки, сроки! – всем своим видом маг изображал признательность. Только хвостикам не вилял. – Меньше чем через три месяца никогда не назначали. Спасибо, что попросили за меня.

– Да я и не просила. – И какого чёрта я лезу со своей честностью? – Только напугала, но вышло доходчиво.

– Вай подготовил праздничный ужин, – опять влезла Маша – мы здесь посидим, или в Башне? И кстати, тебя искал какой-то Алин! Представляешь, в семь утра звонил!

– Да, знаю уже – кивнула я. Как у Маши получается земное время в местные сутки вписывать? – Лучше здесь, а в Башне… там обстановка неподходящая.

Вот за ужином и обсудили изменения в диспозиции. Магия в Башне без меня недоступна, значит, и уроки Машины там отпадают. Опять же, детей куча, отвлекать будут. Вайлор, конечно, в библиотеку стремится, да я и не против, но сможет ли он камнем перемещения воспользоваться? Боюсь, что нет.

Так что решили, что совсем переезжать им не стоит, лучше я Машу буду по утрам выдёргивать на работу, а вечером возвращать. А Вайлор? Ну, можно и вместе с Машей… но без магии.

Сканер я ещё раньше в библиотеку перекинула. Ну а теперь принтер и прочее, бумагу там, аккумуляторы с зарядками.

Не помню, как до кровати добралась, даже ведьминские штучки усталость снимать перестали. Но к утру, вернее, ко второй четверти, почти отошла. Цельсия позвонила, вот и проснулась.

– Сегодня как, нужна охрана?

– Думаю, нет, но я только проснулась. Ты извини, что вчера тебя без нужды выдернула.

– Как это без нужды? Весь день пёрлись и пёрлись, в обе стороны, причём. Один парень из твоих питомцев такой настырный оказался, так и норовил к тебе проскочить. Только когда другого такого же увидел, в комнатах скрылся.

– А, догадываюсь, кто такой. А другой кто?

– Не знаю, важный такой, в шляпе и мантии. Этот буром пёр, пришлось припугнуть.

– Председателя? Ну, ты даёшь!

– Подумаешь, председатель! Пообещала ему, что яйца отчекрыжу, он и передумал. А чего он председатель-то?

– Совета Мудрецов он председатель. Но ты не переживай, я тебе на каторгу передачи носить буду. У вас же можно еду передавать?

– Не, не понадобится. Он сразу согласился и ушёл.

– Да я знаю, что не понадобится. Он мужик хороший, если сразу в лягушку не превратил, после мстить не станет. А сделать и не мог ничего, только моя магия в башне работает. И целительская ещё, но при мне.

– Ты вызывай, если нужно. – Цельсия отключилась.

Ну, а я на обход отправилась.

Дети есть дети, уже на головах ходят, только поварята слабые. Договорилась с Риварс, что возьмёт их под присмотр на пару дней и отправила к ней. Синтеру тоже поблагодарила и домой отправила, денег обе не взяли, кстати.

Хорошо, что Айлин готовить умеет, принял удар на себя. Продукты-то у меня оказались, он что-то сообразил, но впереди обед, а ещё и ужин! Посуду, хоть и магически, тоже нужно очистить, продукты доставить… послала Фиран к трактирщику, попросить о помощи и сказать, что я вечером зайду.

Теперь Машу перекинуть и в библиотеке устроить; Вайлор тоже увязался, пусть помогает.

А мостовиков я нынче как-то упустила. Вроде, объясняла, что нужно сделать, но это когда было-то? Второй день без пригляда, как бы чего не вышло!

Так и оказалось. Если первая бригада мостовиков легко пошла на самостоятельное изготовление громоотводов, то со второй пришлось помучиться. Ни искренняя вера в Небесную Деву, ни уговоры не помогли. Кланяются, требуют благословить и всё на этом. Сели на шею и ножки свесили. Ох, и разозлилась я!

Сажу я им давно закинула, так даже не удосужились её к пропиточной ванне подтащить, дескать, мне телекинезом это раз плюнуть, слава Небесной Деве, а им надрываться.

Ладно.

Нашла в Башне Филю, выдернула к мосту. Удачно выдернула, он как раз здоровый мосол обгладывал, так с огромной костью в зубах и появился. Чуть меньше метра.

Растерялись все, и бригада, и Филя, и свалившаяся с него Муська: вот чего ей неймётся, нет бы в комнате лежать на диване – так приключения ей подавай.

Филя опомнился первый, рыкнул разок, но кость помешала, он её аккуратно положил и рявкнул как следует. Оцепеневшие мостовики как-то и галдеть сразу перестали.

– Филимон, – ласково поправила зверя – мальчики хорошие, просто работать не хотят. Ты их пока не трогай

– А с вами – повернулась к рабочим – придётся по другому. А ну, построиться!

Кто только строил и никогда не строился, как сумеет понять, что от него требуется? Вот и рабочие не сумели, бестолково топтались, а Филя радостно включился в игру и носился вокруг, сбивая их в кучу, Муська свистела. Расставлять их в линию пришлось телекинезом.

– Значит, так! – я прошлась перед неровным строем. – Раз вы не понимаете хорошего обращения, буду с вами говорить жёстко. Мне нужно сдать его Величеству работу, и я её сдам, с вами или нет. Законы королевства не велят мне вас убивать или калечить без повода, но у меня есть Филимон, которому закон не писан, и есть Небесный огонь – я с удовольствием саданула молнией в мешок с сажей, гром и чёрное облако получились первостатейные – он вообще выше закона. На первый раз всех лишаю своего благорасположения и отправляю подумать в подземелье Белой Башни. Отвечать за исполнение моих приказов будете сообща, один напортачит – накажу всех. Или первого, кто под руку попадётся.

И отправила всю компанию в подвалы.

Негуманно, конечно, но ведь достали!

Глава 2

Зашла в библиотеку. Маша только свитки к сканеру подтаскивает, от Вайлора помощи никакой, сунулся в чью-то рукопись и ничего вокруг не видит. Ладно, я на него и не рассчитывала.

Теперь можно и о детях подумать.

Школу, конечно, переносить нужно, если любой посторонний может детей отравить, в поместье ей не место. Материалы перекинуть нетрудно, да и сколько их, этих материалов, только вот куда?

Рассмотрела карту, вроде, есть подходящее место поблизости от башни. Навскидку, километра полтора-два, но какой тут масштаб, я так и не определила. Два-три здания везде приткнуть можно, но вот чтобы и стадион небольшой, да и мало ли что потом понадобится? Шагнула, осмотрелась на местности – вроде, и ничего, подходит, даже башню видно. Подзаросло изрядно, но расчистить даже мне не проблема. Не два километра, конечно, поболе будет, зато рядом пруд, иди даже озерцо, метров тридцать в поперечнике, но проточное.

Лично мне школьники в Башне не мешают, но у них магия стоит на месте, Башня любую на корню глушит, только целительскую пропускаете, да и то, когда я на месте. Ну и у зверей моих магия проходит, Муська телепортируется, Филя скрытничает. Или оттого, что на них мои метки? Так Айлин тоже с меткой…

За строителями решила в знакомую деревню сходить, к староверам. Привязка есть удобная, к Клайну во двор.

Филимона позвала, тот понял, подошёл, к ноге прижался. Муська ушлындала куда-то.

Во дворе у Клайна птицы разгуливают, велела Филе их не трогать. Понял или нет, не знаю, но гонять не стал. Постучала в дверь, дочка открыла.

– Небесная Дева! – и бух в ноги. Достали, блин!

– Привет, Салиса. Сколько говорить, тутошняя я, а никакая не небесная. Мать-то как, в порядке? Войти можно?

– Здравствуй, Мария! – показалась Вента с младенцем на руках. – Проходи.

– Да не буду, я просто справиться, не нужно ли чего. Сын у тебя какой большой. А так к старосте хотела, строителей ищу.

– Всё в порядке у нас, Клайн говорит, дом ты ему прекрасный отдала, и даже денег не нужно. Это как?

– Это повезло просто. Председатель очень не хотел заниматься, и про деньги за дом забыл тогда, но про имущество в доме может потом вспомнить. Я с мастером Айборном утрясу, но пока лучше мебель не продавать.

– Да что же у нас, своей мебели нет? Работы-то теперь полно. Даже помощников привлекать приходится. А это что, тот самый зверь из дома?

– Ну да. И никто мне сказать не может, кто он такой.

– Как называется, не знаю, но слышала, что таких для охраны используют. Они как-то прячутся, а если опасность, то нападают.

– Это да, прятаться он умеет. Ладно, схожу я к старосте, строителей попросить.

Надо сказать, облик деревни сильно изменился, откуда-то и кусты цветущие взялись, и лавочки вокруг колодцев, и даже тротуары блестели намытой брусчаткой. Рядом с домом старосты появился большой навес со скамейками и даже доска объявлений. Прогресс, однако.

Дорогу к Башне тоже потихонечку расчищают, но без фанатизма.

Со старостой мы договорились без труда, завтра двое придут прикинуть объём работ, потом соберут бригаду на пять-семь человек: обычно этого достаточно. Оставила им два камня с метками, чтобы знать, кого выдёргивать, и магофон для старосты – чтобы на связи был. Ещё списки жителей затребовала – не поимённо, им вера не велит, а по категориям, сколько людей всего и кто чем занимается. Ну и особо по больным и нуждающимся.

Про списки я, похоже, неплохо придумала.

В следующую деревню пришлось попадать через библиотеку. Нашла на карте место и перешла. Огляделась вокруг и Филимона перетащила, мне показалось, что к староверам он сходил с удовольствием.

Что сказать про деревню? Дома по местным меркам добротные, не камень, конечно, но и не чистый каркас, стены выложены из крупных необожжённых кирпичей вроде саманных. Улица ни узкая, ни широкая, но сильно кривая, есть канавы на месяц бурь. Чисто, но неуютно. Заборы в основном высокие, отдельные тоже из кирпичей, и ни души на улице. Прозорливость подсказывает, за заборами жизнь идёт, только на улице пусто.

Делать нечего, пошли вдоль домов, я впереди, Филя сзади трусит метрах в двух.

Один поворот, другой, встретили местного обитателя. Лет тридцать, черноволосый, вроде хотел от встречи уклониться, пришлось придержать немного, не бежать же за ним. Мужчина ещё больше испугался.

– Уважаемый, мы не причиним вам вреда, подскажите только, как называется ваша местность и кто здесь живёт?

А человек просто в ступор впал, на Филю уставился и дрожит мелко. Кота испугался?

Пошли дальше. Пару раз переулки попадались, но у нас как бы главная дорога, вывела наконец к средоточию общественной жизни – трактиру, который, похоже, не столько гостиница, сколько кабак. Снаружи никого вменяемого не увидела, несколько минут подождала, потом все же внутрь шагнула.

А там вонь и грязь, пожалела, что с белоснежным Филей произойдёт, но уже вошла. Кабатчик за стойкой, упитанный такой, глазки бегали, пока на Филимона не наткнулись. Тут и залипли сразу.

Публики не слишком много, но те, кто есть, уже сильно уставшие, либо отключились, либо вот-вот. Один кабатчик трезвый. Второго этажа нет, все развлечения здесь, на первом.

– Здравствуйте, уважаемый, не подскажете, как это поселение называется?

Повторное обращение, как и третье, остались незамеченными, но извлечённая из сумки ракушка вывела хозяина из ступора.

– А? Никак не называется. А ты откуда такая?

– Из Белой Башни. А как у вас главного найти?

– Главного? Смотри, как бы он сам тебя не нашёл, и стужевик твой не поможет

– Почему стужевик? – удивилась я и отдала ещё ракушку..

– Говорят, они живут в недоступных горах, где холодно от гиблых белых камней. Камни зачарованные, всё живое убивают, а если принести сюда, обращаются в воду. А стужевикам ни холод, ни магия нипочём, они эти камни охраняют. Первый раз сам вижу такого – кивнул на Филю трактирщик.

– Ну, а главного где найти?

– Ох, девка, не искала бы ты его. Возвращайся лучше, откуда пришла.

– Что так?

– А, не хочу говорить.

Поломался немного, но дорогу объяснил. Извинялся ещё, видать, крутой у них староста. Вышли мы с Филей обратно на улицу, прикинула я направление и потянулась прозорливостью подальше – и ахнула. Большая деревня здесь, почти город. А дальше ничего, а потом снова дома и люди… не столица, конечно, но на треть от неё потянет, только дома не компактно стоят, разбросаны сильно. К старосте я и сама бы перенеслась, пожалуй, но насчёт Фили не уверена, так что придётся пройтись.

Минут сорок топали, сама улица, видать, из главных, но отходящие переулки разные, в одних аккуратные зажиточные дома,в других нищета и грязь. Ну, насколько видно. Люди тоже попадаться стали. Ни одного арквора. Хотя, может и живут где-нибудь.

Прошли рядом с рынком, рынок значительно меньше столичного, но вокруг него тоже много всяких вывесок, тут и целители, и перевозки-переноски всякие. Цивилизация, в общем.

На Филю я сначала отвод глаз положила, а потом он и сам в скрыт ушёл, так что шарахаться перестали. Так и дотопали до дома старосты, а, пожалуй, и не старосты уже, а целого мэра.

Забор высокий, дом с улицы не виден, но калитка настежь. Прошла, вернее, прошли.

Двор как двор, в меру грязный, большой только, у калитки два качка сидят, но меня впустили беспрепятственно: кто же так службу несёт, спиной к улице? Или они выход охраняют, не вход?

– Здравствуйте, мальчики! – обернулась к ним – Мне бы вашего главного увидеть.

– Увидишь – усмехнулся одноглазый мальчик – Жди.

– Не, мальчики, ждать некогда. Он у вас там? – кивнула на дом.

– Там, там! – почему-то заржали оба. Ишь, смешливые какие. Но пистолет из сумки достала, что-то здесь явно не так.

На входе в дом охранник, этот попробовал не пустить, его просто спеленала. Внутри в зале метров на сто уже с десяток стражников, кто просто сидит, кто в кости играет, кто за игроков переживает. Этих тоже спеленала, хоть они на нас внимания не обратили. Обстановка здесь какая-то…неправильная, но что с мужиков возьмешь?

Больше до главнюка никого не встретила, поднялась на пол этажа - невместно главнюку на одном уровне с простонародьем находиться – толкнула разукрашенную дверь. Стучаться не стала, пусть ему сюрприз будет.

За дверью заплывший жиром староста, или мэр что-то выговаривал тщедушному мужичку, раза в два меньше, уж по массе точно. Оба с изумлением уставились на меня.

– День добрый, – нейтрально поздоровалась – я Мария из Белой Башни, пришла вот познакомиться.

Оба молча уставились. Я уж подумала, что Филя из скрыта выпал, оглянулась – нет, в скрыте сидит, усы топорщит, кончиком хвоста бьёт.

– Охранники ваши в порядке, – решила уточнить – просто отдыхают немного.

– Так ты магичка? – обрадовался мэр.

– Ну да – созналась я. – А что, есть проблемы?

– Нет-нет, никаких проблем! – запротестовал мэр и скомандовал мелкому мужичку – быстро тащи угощение для госпожи магички.

Тот испарился.

– Тебя как зовут?

– Аркон Блистательный, – важно ответил мэр – но можешь обращаться просто Аркон.

– Хорошо. Меня интересует, собственно, сколько здесь кого у тебя живёт, и чем на жизнь зарабатывает. Хватает ли целителей, сколько сирот и бездомных. Если сразу не ответишь, давай я через неделю тебя к себе приглашу, договорились?

– Ага! – радостно согласился Блистательный. Явно гадость какую-то готовит, только никакой суеты вокруг незаметно. И Филя что-то сердится.

– Магов-то у вас хватает? – поддерживаю светский разговор, а сам уже и пистолет проверила, и связь с башней – прекрасный поток, сильный, на что же он рассчитывает?

– Ага!

Но вот и движуха началась, идут в нашу сторону трое, один в дверь постучал, потом внёс подносик, красивый такой, белого металла, похоже что из ракушек сделан. Графинчик маленький, тоже металлический, и два маленьких кубка к нему, в каждый что-то налито. Вино с пряностями, но отрава так и кричит о себе, нехило сыпанули. Впрочем, не смертельная, парализующая только.

Рядом с графинчиком ещё и украшение, галантного обращения ради, птичка маленькая на каменном цветке, от цветка магией сифонит. Подавитель. Это хозяйство мне и подставили, дескать, всё для гостьи.

– Угостись с дороги, магиня!

– Ты что, Аркон, всерьёз рассчитываешь, я эту отраву пить буду?

– А куда ты денешься? – хозяин резво двинулся в мою сторону – и выпьешь, и всё остальное тоже.

Изготовилась я хозяина хлебосольного в Башню отправить, жду только, чтобы коснулся меня, а то будет ныть потом, мол, это не то, что я подумала, что не знал, не хотел, и вообще – но не срослось. Филя из скрыта выпал, лапой старосту по шее хлопнул, он и того, упал, голова как на верёвке болтается. Прислужник, такое дело видя, лыжи навострил, Филя на него, пришлось обоих в движении блокировать – обёртывать. Стукнулись, конечно, немного. Филя хоть на мягкое упал, а вот это мягкое хорошо так приложилось. Но не насмерть.

Один из оставшихся за дверью почувствовал неправильность какую-то, нос в комнату всунул и отпрянул; тут уж я не дала, обоих спеленала. Когда я с жезлом, подавитель мне вроде мухи – раздражает, но не мешает.

Филимона освободила, в нос поцеловала:

– Ты мой защитник, – говорю – молодчина, и магия тебя не берёт. Лапку не ушиб о плохого дядю?

Филя молчит, усы топорщит от сознания своей нужности, но, чувствую, не ушиб ничего, и не прочь ещё кого-нибудь пришибить.

– Ты уж потерпи, мальчик, – успокаиваю кота – есть их всё равно нельзя, а нам ещё дело нужно сделать, раз уж сюда пришли. Договорились?

Не знаю уж, что он там понял, но улёгся. А я прислугу допрашивать стала, только двоих, что под дверью, тоже внесла и головы им разлепила, мало ли что спросить понадобится.

Прислужник долго трясся, что я его в расход спишу, но всё, что спрашивала, рассказывал взахлёб. Оказалось, в местном конгломерате деревень единого хозяина нет, на четыре образования пять банд, или группировок, которые их опекают. Порядок, в общем, соблюдается, пускай законы и неписаны, и распространяются не на всех, но за прошедшие годы как-то всё сбалансировалось. Общие вопросы главари банд решают совместно и слово обычно держат, но отжать кусок территории у ослабевшего зазорным не считают.

– Ну, а помощник у вашего Аркона имеется?

– Так внизу был, уважаемая.

– Ну, пошли, покажешь.

Втроём спустились вниз, отыскали нужное тело. Освободила его.

– Это ты был помощником Аркона?

– Почему был? Э-э… да… – мужику поплохело.

– Хозяин твой скоропостижно скончался, ты был в курсе всех его дел? Знал, чем он занимается?

– Знал…– парень совсем расстроился.

– Зовут тебя как?

– Аркон маленький…

– Значит так, Аркон, бери управление на себя, сроку тебе неделя. Через неделю вызову к себе, отчитаешься. Баб не обижай, вообще не беспредельничай, разрешаю только с врагами своими разобраться, но срок на всё – неделя. Потом будешь управлять справедливо и рачительно, чтобы народ на твоей территории жил хорошо. Понял?

– Э-э-э…

– Не справишься – накажу, не послушаешься – развоплощу. Старый Аркон лежит в своей конуре, можешь занять её. И постарайся обойтись без большого кровопролития.

– Э-э-э… а ты кто такая?

– Я хозяйка Белой Башни, зовут Марией, иногда Небесной Девой.

– Белой Башни?

– Да, здесь моя территория и на ней должен быть порядок. Кстати – я вытащила магофон, который хотела отдать старому Аркону – вот тебе средство связи, чтобы поговорить со мной нажми один раз, потом ещё два – если нужно, приду и наведу порядок. Но по пустякам не тревожь.

– А если меня не примут?

– Я тебе что, нянька? На первый раз немного помогу, но свои вопросы привыкай решать сам. Собери всех, кто во дворе лежит, в нижнем зале.

Перенесла телекинезом два тела вниз, прислужник сам спустился. Дождалась, когда все окажутся вместе, освободила от заклинаний. Поднялась на несколько ступенек, голос усилила.

– Внимание, воины! Я Мария, хозяйка Белой Башни, к которой относятся и эти земли. Пришла познакомиться с вашим главным, но он умер, теперь ваш старший – Аркон, вот он, его вы знаете. На мой взгляд, воины вы хреновые, но ваш старший решил вас оставить, я разрешила. Вопросы есть?

Стало тихо. Потом в углу началось какое-то шевеление и раздался голос:

– Да вы что уши развесили, бабу слушаете?

Что-то он ещё хотел сказать, но исполнил роль сакральной жертвы – один выстрел из пистолета, и толпа поняла, что с ними не шутят. Молния эффектней конечно, но в помещении её собрать непросто, да и звук выстрела подействовал отрезвляюще, если брызнувший мозг кого-то не достал.

– Ещё вопросы?

– Э-э… уважаемая из башни, а как имущество делить будем?

– Как решит ваш начальник. Ещё?

Больше смелых не нашлось.

– Тогда мы уходим – я отправила Филю и ушла сама.

Да уж, сходила с крестьянами за жизнь поговорить.

Передохнула и дальше отправилась.

Следующая деревня, которую я нашла на карте, оказалась полностью сгоревшей, пожарище давно заросло, но контуры некоторых построек ещё различались. Поискала поблизости, но в радиусе пяти – десяти километров не нашла ничего: навряд ли все жители в новый город ушли, слишком далеко это, но искать нужно как-то иначе. По речке пройти? Лучше бы облететь всю территорию и заснять, только как привязку без спутников сделать? Может, кто-то знает, но точно не я.

Зато две оставшиеся никаких затруднений не вызвали, разве что их оказалось больше – за сто лет население выросло, удобных мест для посевов немного, вот и расселились люди вдоль речек километров на десять в ту и другую сторону. Везде родня, где кто живёт и объяснили, и нарисовали.

Если вдоль речки левитировать, мне с собой Филю не взять, прыжки по рисунку рассчитать сложно. Сплавляться? – так река горная, можно и на пороги попасть. Буду думать.

А пока познакомилась с двумя старостами, выдала каждому магофон и озадачила составлением списков - сколько какого народа, чем занимаются и какие есть неотложные нужды. Один даже денег стал предлагать, не взяла: на себя с крестьян тянуть совесть не позволяет, а на что другое – нужды нет. Бедно живут, при таком климате могли бы три урожая в год собирать, а еле-еле себя прокармливают. Народ приветливый, взялись передать третий магофон в ту деревню, куда не добралась.

Зато нагулялись мы с Филей от души. Осталось только с трактирщиком договориться.

Зинтер, оказывается, всё предусмотрел, и повариху нашёл, и двух своих племянников ей пристроил. Жить будут в Башне, продукты раз в день забирать в трактире. Собственно, забирать буду я, трактирщик закупит на мою долю и в короб сложит. Метку на короб я поставила.

Повариху я посмотрела и в Башню отправила, поварят тоже. Разместила пока в том же крыле, где и дети.

Вечером мастер Вайлор накормил нас с Машей ужином, я размякла и отпустила мостовиков. Просто переправила обратно, откуда в подвал определила. Не встречаясь.

Глава 3

Раз уж живу вместе с воспитанниками, озаботилась их образованием. Для начала с преподавателями поговорила.

Удивительно, но в этом мире не знают о такой элементарной вещи, как классный журнал! О школах тоже только кворы знают, правда, но на вопрос об успехах подопечных услышала только невнятное блеяние: нет, пару успевающих все смогли назвать, но их же тридцать человек! Пришлось по-быстрому устроить не то экзамены, не то контрольные.

История и география королевства и для меня тёмный лес, так что сидела молча и на ус наматывала, благо преподаватель Урневи устный экзамен устроил: кроме нового мальчишки все отвечали на троечку. А мальчишку явно дома учили, и как следует: преподаватель от его ответов терялся.

Неплохо он и у Рлакса себя проявил, но только в спортивных достижениях, конкретно во владении оружием. Ручной труд явно был ему незнаком, здесь человеческие дети оказались на высоте, причём все. Аркворы значительно отставали, но, по словам преподавателя, делали успехи.

Общая грамотность… худо-бедно все как-то читали, а некоторые и писали. Все с ошибками, но для них как бы и достаточно. Мадам Онтеро доложила, что половина читать почти не умела, так что это её заслуга.

Главного – владения магией – проверить не удалось, в Башне только моя работает. Ничего, через недельку узнаем.

Вспомнила, что собиралась детей земной арифметике научить и устроила первое занятие: получилось два, отдельно для старших и для маленьких. Для начала цифры выучили, больше давать побоялась. У них тут не пойми какая система счисления, кто девятками считает, кто дюжинами. Время вообще по четверичной системе, меры длины вроде английских: я уж про меры веса молчу.

Старшие в целом похуже восприняли, наверно, уже свой счёт как-то освоили, а малышам всё равно, и десять пальцев – это очень наглядно. Боюсь, дошло не до всех, хоть на уроке всё помнили и якобы понимали. Посмотрим, что дальше будет.

Приблудный сын врага народа – или тут враги короны? – улучил момент после урока, в дверях перехватил. Так-то я его видела, но с прошлой субботы с ним не разговаривала, разве что нашумела, когда отравителя искали. Уйти решил? Так держать не стану, мне тут избалованные заговорщики ни к чему.

– Поговорить желаю! – заявил хамоватый гений анархии, почему-то отводя глаза.

– Говори – вздохнула я.

– Я тут подумал и решил стать целителем! – объявил он свою волю и замолк.

– Ну и что?

– Ты… вы меня должны научить. – Неужели, выкать начал? Я даже притормозила. Кто-то очень большой сдох в лесу.

– Нет. Я тебе ничего не должна. Разрешила остаться и ходить на занятия, но возиться с тобой не собираюсь, как закончит группа учиться, так и тебя выставлю.

– Но почему? Я же согласен учиться?

– Они, может, тоже. Но я собиралась дать им только некоторые навыки выживания, которых они оказались лишены, и выпустить в жизнь.

– Почему лишены?

– Выросли без родителей, в этом нет их вины. Вот и взяла на себя заботу такую… на пару с князем аркворским. За три месяца хочу дать им знания, которые помогут заработать на жизнь.

– А потом?

– Помогу пристроиться и пускай сами зарабатывают.

– А я?

– А тебя просто отпущу, куда скажешь.

– Но я же решил стать целителем! Великим!

– Ну и становись, кто тебе не велит. Всяко лучше, чем переворот готовить или чужое делить.

– А как?

– А я почём знаю? Найди персонального учителя или поступай в Академию магии, учись и работай.

– Где же мне учителя найти?

– Ну, есть у меня две знакомые… могу спросить, конечно. Платить-то сможешь?

– Зачем платить?

– Я не в курсе, может, и так договоришься. Только замашки барские там не прокатят, имей в виду. И как быть, если тебя узнают те, от кого ты прячешься? Может и учитель пострадать. Наверно, лучше тебе в Академию Магии податься, территория там закрыта, посторонних мало.

– Академия – это что?

– Да вот, король учредил недавно. Знаю, что целителей там готовят, может и тебя возьмут.

– Там тоже платить надо?

– Не знаю. Но могу уточнить – достала магофон и набрала Ольгу. Хоть юноша и мутноватый, но почему не помочь в благом начинании? Всё равно уже его делами занялась.

– Оля, привет! Это Маша – естественно, на русском.

– Здравствуй, у тебя дело?

– Один вопрос – юноша с улицы может к вам поступить? Способности есть, образован.

– Если сдаст экзамены и оплатит питание, сто ракушек в месяц. Я тебя потом наберу, сейчас не поговорить – и отключилась, я пискнуть ничего не успела.

– В Академию нужно сдать экзамены и платить за питание сотню в месяц – выдала парню заключение. Кстати, я же имени его не знаю?

– Это вы с кем говорили? И на каком языке?

– С начальником академии – второй вопрос проигнорировала.

– А сто ракушек это много?

– Нормально, здесь больше выходит.

– И ты… вы за нас платите? – удивился анархист. Надеюсь, бывший.

– И не только за это, тысяч шесть в месяц только текущих трат, а сейчас ещё новую школу строить придётся, мага по растениям привлекать… Так что не сомневайся, сто ракушек на питание это малая часть. Остальное король оплачивает.

– Король? – изумился парень. – Зачем ему?

– Наверно, решил, что так нужно для страны. Правильно решил, кстати, чем больше образованных, тем лучше живёт народ. По крайней мере, теоретически – поправилась я.

– А вы зачем этих учите? – парень кивнул в сторону однокашников, которые галдели в обеденном зале. – Ещё и ящериц, от них-то какая польза?

– Считаю, что так дОлжно, вот и учу. Тебя как зовут, кстати?

– Э-э… Длинным зовут.

– Это твоё имя?

– Имя не скажу.

– Ну и я тебе отвечать не стану, если так – развернулась и пошла.

– Подожди! – услышала, проходя порталом в спальню. Ещё чего!

Арифметика ладно, а вот с сельхозпрактикой, как я планировала, не получается теперь. В поместье рискованно, здесь пока негде, тоже место искать и расчищать придётся. Наверно, можно и рядом с деревней, хотя бы у староверов, но дети имеют обыкновение расползаться и теряться, значит мне самой их отправлять туда и обратно каждый раз, а если отвлекусь?

С другой стороны, аркворам лучше практиковаться на степных растениях, в человеческую деревню чешуйчатых пристроить сложнее. Общие занятия для всех можно и тут проводить, но и степь показать нужно. Ознакомить всех, но степняков немного подробнее. А уж несколько раз я их переправить сумею.

Был у меня в степи сосед-мичуринец… может, с ним договорюсь? Для практики много земли не нужно, соток десять за глаза хватит, а уж если у меня какой форс-мажор случится, не выгонит детей на мороз. Тем более морозов тут не бывает. Телефона вот только у соседа нету, придётся самой к нему идти договариваться, по метке.

Вывалилась немного неудачно, рядом с помещиком, конечно, но уж очень неприглядно у него в доме, и грязно, и захламлено. Он ещё и ест в такой обстановке: обоим неловко стало.

– Мудрейшая Мариа?!

– Здравствуйте, господин Рорит! Извините за бесцеремонное вторжение, так много нужно сделать, и срочно, что приходится забыть о приличиях.

– Что вы, что вы, не извиняйтесь, я ждал от вас весточки. Что вы решили?

– Что решила, всё отменить пришлось. Шесть дней назад детей попытались отравить, мне пришлось их вывезти из поместья и все планы по практике выращивания отменились. Во всяком случае, в моём поместье, потому что виновного найти так и не удалось.

– Как? И моя Нарит?! – старый арквор побелел.

– И Нарит тоже. Дети все живы, уже вне опасности.

– Я должен её увидеть!

– Увидите, но не сейчас. Как вы думаете, если организовать небольшую делянку у вас в усадьбе, сможем мы сохранить это в тайне?

– Ох, это же три по девять народу поселить где-то надо…

– Нет-нет, утром придут, в середине дня уйдут. И не каждый день, наверное, и группы вдвое меньше.

– И Нарит тоже будет?

– Конечно. У вас в усадьбе много народу живёт? Главное, много посторонних бывает?

– Посторонних никого, раз в две недели коробейники приезжают. А так, в самой усадьбе двенадцать взрослых, и в деревне примерно двенадцать по девять семей.

– Сможете обеспечить, чтобы слухи о детях не пошли?

– Думаю, смогу. У меня есть поле для опытов, я туда никого не пускал, и по краям кустами обсажено, я пришёл к выводу, что полосы кустарников сохраняют влажность почвы и благоприятно влияют на урожай зерна. На одну двадцатую при первом посеве и примерно на десятую при втором. А при третьем уже не влияют, почва всё равно высыхает, но это если зерно выращивать; а если овощи, то смотря какие…

– Уважаемый Рорит, это ценное наблюдение и я буду рада, если вы расскажете об этом детям. Вы можете мне показать поле, о котором говорили?

– Зачем?

– Поставлю метку, чтобы дети с преподавателями появлялись прямо на поле.

– А как же я?

– Вам оставлю средство для связи – я передала Рориту очередной магофон и показала, как пользоваться.

Поле оказалось изрядным, в сотках не сказать сколько, но в длину метров двести, ширина разная: от десяти до пятидесяти метров в середине и опять сужающееся к другому концу. Заросло травой.

– Вы ничего тут не сеяли?

– Да, как-то потерял интерес. Но теперь, когда вы нашли Нарит, я подумаю о развитии хозяйства. Боюсь спросить, а не может быть связано прискорбное событие, о котором вы мне сообщили, с моими неосторожными высказываниями?

– Очень возможно. Но виновника найти не удалось, отраву заложили повара и сами наелись, а вот кто их на это подговорил, мы не нашли. Несмотря на камень правды. Точнее, лжи, он определяет, если человек лжёт. Поэтому не рассказывайте никому, ладно? А я вам семян дам иноземных, может, что и понравится – передала ему припасённые семена бахчевых – арбуза, дыни и тыквы, объяснила, как они расти должны. Также подсолнуха и злаков, что достала. Подсолнух, как и арбузы, в пакетике с рисунком, а ячмень и пшеница просто в мешочках полиэтиленовых. Что знала про агротехнику, рассказала.

Дед на картинки сразу стойку сделал и про внучку почти забыл, так ему интересно стало. Надо будет ему овощёй подкинуть каких-нибудь, да цветов, наверно.

– Вы завтра придёте?

– Хотелось бы, но это с магом договариваться надо. Я вам позвоню, как только узнаю.

– Да-да… значит, лучше замочить?

Ушла в Башню. Вечером связалась с Ольгиным мужем агрономом Криэном, договорились на послезавтра. Ольга у меня пыталась выяснить, кого я в Академию сватала, а я и сама не знаю, отговорилась, что пока не конкретно, тем более у парня какие-то проблемы с родителями и платить, скорее всего, ему нечем.

– Если способности хорошие, можно и бесплатно, – удивила меня приятельница – под магический договор и отработку по окончании. Даже стипендию небольшую казна выдавать будет, десять ракушек. Да ты и сама получала, так что знаешь.

– Его родители, возможно, были врагами короны. У тебя из-за этого не возникнет неприятностей?

– Ну-у… Его Величество отходчив, за год может успокоиться, если только парень твой сам чего не натворил. Он кто?

– Да я и сама толком не знаю. Недавно подобрала в столице, его там убить собрались, а я в башню перекинула. Потом в Питер ушла, потом детей отравили, я закрутилась и о нём забыла, а сегодня он сам ко мне подошёл после урока. Развит и образован, но воспитан плохо…

– Подожди, какого урока?

– Попробовала своих арифметике учить, мне же у тебя скоро занятия вести. Вот и пробую на собачках, как истинный учёный.

– Давай и у меня тогда, я же первая просила! Со следующей… нет, через неделю начнёшь? Одна группа, два занятия в неделю?

– Давай, пожалуй.

– Отлично, с Софией часы утрясёшь, она поставит, как тебе удобнее. На этой неделе договорись, ладно?

– Ладно…

– И ко мне зайди обязательно, поболтать пора.

Чего не зайти? Зайду, конечно.

А завтра присмотрю другое место, в умеренном климате: лучше бы у староверов, но можно и в тех деревнях, что вдоль речки. А ещё лучше рядом с башней, чтобы пешком ходили.

Но вышло иначе, назавтра случилось местное воскресенье, как всегда неожиданно для меня, и мы передоговорились: Ольгу с мужем, всем их выводком и корзиной с провизией вытащила в Башню. Детей пока отправили к школярам под присмотр Айлина, еду – в стазис, а сами расположились в креслах на крыше.

– Хоть посижу немного! – вздохнула Ольга – сколько раз за сегодня вспомнила мультяшную маму-обезьянку!

– Тяжело?

– Нет, не тяжело, но посидеть очень хочется. Я тебе трое часов привезла, двое дорого-бохато и одни поскромнее. Не получается у меня к его величеству подойти, может, ты как-то сможешь?

– Да я с ним и незнакома вовсе.

– Ну и что? Я вот знакома, а без повода не пускают. А передавать через слуг не хочу, они там такие заносчивые, запросто приватизируют. А ты и с князем степным знакома, и с кворами, и в Совете Мудрецов всех знаешь.

– Ну, в воду твои часы дарить не стоит, у мастера Айборна уже есть, а князю попробую. Оставляй.

– Ты расскажи подробнее о школе своей, это так неожиданно. Зачем набрала и чего от них хочешь.

– Не набирала, они сироты и сами мне достались. На улицу выгнать рука не поднялась, решила подучить хоть чему на скорую руку, чтобы не пропали. Грамоте, бытовым мелочам и основам ремесла, пристрою потом по деревням. Но насчёт школы, это громко сказано, конечно, скорее, краткий курс выживания.

– А почему именно Криэна привлечь решила? Он же маг.

– Они все со способностями, а если у него чему-то научатся, то пригодятся у крестьян.

– А программа какая?

– Да никакой, наняла им четырёх преподавателей, один маг, учитель истории и географии, отдельно грамота. Арквор у меня трудовик и военрук, он же физкультурник, чтобы энергию куда-то сбрасывать. Сами решают, чему их учить.

– Так-то понятно, но программа от тебя идти должна, иначе ерунда получится. И как ты совмещаешь разный возраст? И зачем сама им преподаёшь?

– Преподаю, чтобы считать умели, здешняя арифметика слишком сложная. А возраст совмещаю элементарно, у всех одна программа, только малышам игры вместо военного дела.

– Учиться хотят?

– А их никто не спрашивал. У них был выбор – или учиться и обедать каждый день, или отправляться в столицу. Все решили учиться и обедать.

– Сколько лет?

– Ты что, смеёшься? Два-три месяца ещё, не больше.

– Это ты, наверно, смеёшься, за три месяца ничему они не научатся. То, что на занятиях все всё понимают, нисколько не гарантирует, что на следующем уроке хоть что-то вспомнят. Если не хочешь, чтобы твоя школа оказалась профанацией, чётко определи, что должны уметь выпускники и разработай программу месяцев на восемь. Вот чему ты их хочешь научить?

– Грамоте научить, истории и географии, – растерялась я – основам ведения хозяйства и бытовой магии с использованием артефактов и специализацией в их зарядке и выращивание растений. Ну, и немного самообороне для мальчиков и желающих девочек.

– Я бы советовал добавить основы целительства, – вставил свои пять копеек Криэн – хотя бы на уровне малого исцеления. А насчёт выращивания ты здорово придумала, я вот самоучка, а нужен очень многим.

– Да это же сколько всего нужно! У меня и так уходит шесть тысяч ежемесячно, а так все семь получится, да на девять месяцев, да здание новое со всем барахлом… в пятьдесят тысяч не уложиться.

– Много, конечно, – согласилась Ольга – хочешь, поговорю, чтобы казна компенсировала?

– Боже упаси! Перед дворцовыми отчитываться? Нет уж, придётся самой тянуть – сдалась я. – С программой-то поможете?

– Программу набросаю, – согласилась Ольга – так, чтобы вступительные в Академию можно было сдать. Не завтра, постараюсь к следующему выходному. Целителя на преподавание найдёшь?

– Разве что Риварс?

– Тебе виднее, а она как, ничего?

– Как целитель сильная, только денег нету. Её магистр Арвенар рекомендовал.

– Ну и знакомства у тебя!

– Криэн, если ты подпишешься на преподавание, двести ракушек в месяц тебя устроят? Три занятия в неделю? По сотне за выход не потянуть.

– Давай лучше триста? – встряла Ольга.

– Ага – согласился Криэн.

Пятьдесят-шестьдесят тысяч… так-то денег хватит, если в общий с Цельсией счёт залезть. Надо бы и с ней поговорить, но лучше, конечно, постоянный источник найти. Или придумать.

– А где выращивать будем? – продолжил Криэн. – Где собирались?

– Нет, там опасно, наверно. Я думала, в основном здесь, рядом с башней, и ещё в степи небольшое поле, у соседа. Там есть возделанная земля, здесь пока только лес.

– Тогда завтра в степь, да? Ты меня переправишь?

– Завтра переправлю, потом сам. А сейчас подожди немного, принесу магофон и можно будет спокойно выпить.

Копирую амулеты я теперь только так, можно бы и на жизнь этим зарабатывать. А вот на школу? Если столько на амулетах получать буду, сломаю рынок и поколотят меня амулетчики в тёмном месте. Может, и не побьют, конечно, но нехорошо работу у людей отбивать; и у нелюдей тоже. Придётся с Цельсией договариваться.

Принесла магофон, вручила Криэну: пользоваться умеет, так что перешли к скромному застолью, земное шампанское всем по душе.

Засиделись допоздна, благо с крыши Ольга могла и за детьми наблюдать: они попали под присмотр Фиран, вместе с ровесниками играли в мячик, обедали, потом сидели кружком и что-то внимательно слушали, и снова носились по двору. Домой отправились уставшие до предела, но счастливые.

А я вздремнула пару часов и отправилась в Питер, давно в магазинах не была.

Глава 4

Подошла к дому, явно чужой Гелик стоит. Во-первых, у нас таких нет, во-вторых, встал враскоряку – наши-то все знают, что в магазин постоянно что-то подвозят и убирать машину приходится, а этот проезд заткнул и рад. Ну, Гелик и Гелик, мне-то что, я себе еды человеческой купила, тоже радость. Иду и предвкушаю.

Не то, чтобы поравнялась, но поближе к нему пакеты подтащила, из Гелика два дяденьки вылезли, и явно с интересом к моей скромной персоне. Один спортивно-бандитского вида, второй больше на человека похож. И оба в рясах и в шапочках таких специальных, я даже притормозила.

– Мария Алексеевна?

– Ну, да?

– Вам привет от преподобного Александра Валаамского! – и смотрят внимательно, но без агрессии.

– Спасибо, – вежливо отвечаю – но незнакома с таким – и дальше пакеты тащу.

– Но вы же были на Валааме прошлым месяцем?

– На Валааме была, в церкви не заходила – я начала подозревать, что святой Варфоломей оказался преподобным Александром. Остановилась даже. – Что случилось-то7

– Вы понимаете – замялся нормальный – преподобный Александр хочет с вами пообщаться. Если вы не против.

– Вообще-то против. Но если ваш коллега – кивнула на качка – донесёт мои покупки, то и поговорить можно, зачем я вам нужна.

– И вы не опасаетесь? – удивился щуплый батюшка.

– Да нет, вы без агрессии – не говорить же, что я их обоих могу… а интересно, переместить здесь смогу? Вот развоплотить, чувствую, да.

Качок дотащил пакеты, левитацию-то я сразу отключила, пускай мышцы свои богоугодные разомнёт. Разгрузила мешки – что в короб, сунула сразу, что на стол – попов угостить. На продукты я ещё в Магните лёгкий стазис наложила, сейчас только обновила чуть. Чайник поставила, батюшек за стол усадила. Чашки поставила; тортик пожалела, но пряников насыпала.

– Ну, – говорю – представьтесь пожалуйста, да и объясните, зачем я вам понадобилась?

– Мы, уважаемая Мария Алексеевна, с Санкт-Петербургского Казанской иконы Божией Матери подворья Спасо-Преображенского Валаамского ставропигиального мужского монастыря, я вот иерей Илларион, а это вот брат Питирим. Нам поручено найти деву, которая лицезрела явление преподобного Александра Валаамского на воде, и мы надеемся, что это, возможно, вы и есть. Это так?

– Не докажете. Чай будете? – я выключила закипевший чайник.

– Ежели позволите – проявил политес иерей и принял чашку. Брат Питирим скопировал старшего товарища, оба синхронно перекрестили чашки и уставились на меня.

– Так что вы хотите, уважаемые? – я цапнула пряник.

– Вот вы в Господа нашего Иисуса Христа веруете? – зашёл с козырей Илларион.

– А это не ваше дело! Или говорите, что вам нужно, или уходите – я начала заводиться.

– Извините, Мария Алексеевна. Так это вы лицезрели…

– Всё! – отрезала я. – Поставили чашки на стол и ушли!

– Да что ты с этой козой цацкаешься? – наконец, заговорил качок, то есть брат Питирим – я стащу её в машину, а ты дверь закрой.

Жалко стула, хороший был стул. Безо всякой магии надела его на качка Питирима, потом спохватилась и спеленала обоих заклинанием, благо слов на него и не нужно теперь, по желанию вызывается.

– Так вы не братья, получается, а братва? – укорила я старшего. – Тогда вам в полицию нужно.

Тот не возражал, только мычал неразборчиво, рот-то не открыть.

Наряд приехал без большого желания, я даже успела братьям-браткам руки-ноги проводами связать.

Честно рассказала полицейским, что подошли два батюшки, назвали меня по имени, передали привет от какого-то Александра. Пригласила поговорить, так один зубы заговаривал, а второму надоело и он решил тащить меня силком в машину. Я и рассердилась, и немного их связала, хотя тощий, в общем-то, насилие применить не пытался.

И попросила дяденек полицейских этих ряженых попов убрать. А заявление потом напишу, если нужно будет: а вдруг это и впрямь попы, просто невоспитанные?

– А чем вы их так?

– Стулом, – кивнула на обломки – а ещё приёмы знаю разные.

В общем, утащили братков. Когда из квартиры выволакивали, я с них заклятия-то сняла, пускай сами оправдываются, Но больше их приглашать не буду.

Отправила вкусняшки в Башню – тортик нам с Машей, пряники школьникам, сахар магистру Арвенару. Сама следом.

Конечно, так легко попы от меня не отстали.

Через день Караваев повёз меня в Универ, опять в бухгалтерии подписывать что-то, в Первом отделе разные вопросы – короче, официально нужно присутствовать.

Звонок у меня. Ответила.

Проникновенный глубокий баритон осведомился, с Марией Алексеевной он говорит, или нет. Похоже, опять попы.

Как только пискнула, что это действительно я, баритон сменился на меццо-тенор.

– Мария Алексеевна, с вами говорит игумен Спасо-Преображенского Валаамского монастыря Мефодий. Приношу вам искренние извинения за действия наших братьев, нам очень нужна ваша помощь – выпалил он скороговоркой, пока я не бросила трубку.

– Здравствуйте. Только встречаться не стану, опять в машину потащат.

Караваев чуть не подставился под идущий сзади автобус, так резко тормознул:

– Это кто тебя в машину тащил?

– Попы – я включила громкую связь.

– Что вы, что вы, нерадивые братья понесли наказание, подобное не повторится. Назначьте место, пожалуйста, монастырю нужно ваше участие.

– Один раз уже проявила, хватит с меня.

– Поговорите у генерала – подсказал Караваев.

– Хотя вот что, – отреагировала я – могу выслушать вас в присутствии начальника военного университета. Через час я там буду и, возможно, до конца дня, потом не знаю, когда.

– Благодарю вас, я постараюсь – отключился игумен.

– Ты не говорила ничего!

– Да не о чем было говорить, два попа в рясах хотели поговорить, но тянули резину. Один меня козой назвал, я немного погорячилась и сдала их в полицию. Вот и всё. Похоже, оскорбление чувств верующих теперь пришить хотят.

– Живые?

– Вполне, только стул жалко. Покупать придётся.

– Да, ты становишься кроткой и покладистой – Караваев, наконец, поехал дальше.

В Училище как всегда, кучу бумаг подписать, командировку продлить зачем-то, в Первом отделе инструкции новые подоспели, хорошо хоть Караваев подсказал, что можно не читать. Потом осели в лаборатории.

Пришёл предварительный ответ по кривоватому зеркальцу – отражает процентов пятнадцать излучения в рентгеновском спектре и даже что-то из гамма-лучей, но они только на одной длине волны проверили. Там меньше, раза в три примерно. Ну, не сам ответ пришёл – Ильичу лично пришлось к физикам съездить, секретность зашкаливает. Зато уже есть, что морякам предъявить, и новые образцы нужны, и по гамма-спектру уточнения получить. У нас же широко задача прописана, а эффект, похоже, от длины волны зависит.

А до чего приятно – сумела!

Телефон проводной звонит, Ильич трубку взял, из трубки генерал орёт, громкая связь не нужна:

– Ильич, ты скажи, какого хрена здесь попам нужно?

– Я откуда знаю?

– Должен знать, если твою Машу требуют. Я ей что, указ?

– Не знаю, что там у вас, но Маша девочка умная и тебя в дурацкое положение не поставит.

– Тогда приходи с ней к часу.

Ильич трубку положил, смотрит на меня вопросительно. Пришлось ему рассказать и про поездку на пароходе, и про святого Варфоломея, который, похоже, Александром оказался. Как-то и про образцы забыли, только о божественном и говорили, пока не пришло время к начальству идти.

В приёмной уже сидел поп в снаряжении, то есть в облачении, в шапке высокой, рядом охранник в рясе и с дипломатом стоит, всё как положено. У секретарши глаза квадратные, дверь то и дело открывается, офицеры на попа смотрят и извиняются. Не иначе, слух по Универу какой прошёл, что новый факультет откроют. А вместо кого – никто не знает. А что, бывало подобное.

Поп благообразный такой, и лицо приятное. Может, и впрямь хороший человек, а может, работа у него такая.

– Я так понимаю, вы Мария Алексеевна? – вскочил поп.

– Да.

– А я игумен Мефодий, я звонил вам. Вы…

– Ничего против вас лично я не имею, но разговаривать буду только в присутствии генерала – пришлось мне его оборвать. Ну не верю я попам, не верю!

– Понимаю – кротко принял мою отповедь Мефодий. И в кресло садиться не стал, очко ему за это, даже два.

Но стоять нам недолго пришлось, почти сразу пригласили к начальнику.

Иван Иванович явно куда-то спешил, после знакомства сразу взял быка за рога, то есть заставил попа изложить свой вопрос. Тот и изложил.

– Ну, если коротко, то на прошлой неделе Господь явил нам чудо, икона с образом Преподобного Александра Валаамского открыла глаза. И не просто открыла, глаза живые сделались, двигаются, смотрят. Братия возрадовалась.

– Один послушник даже позволил себе заговорить, и святой лик ему ответил. И повелел отыскать деву, что его пробудила. И вот полагаю я, что эта дева ты, чадо – настоятель обозначил поклон в мою сторону.

Хотела я ему насчёт чада высказаться, но сдержалась. Сильная у меня воля, всё-таки.

– А потом святой угодник пояснил, что должна дева ему помочь.

– Дева никому из вас ничего не должна – перебила я, не удержалась – А нужно-то ему что?

– Преподобный говорит, движения.

– То есть как говорит?

– Моргает. Один раз – да, два раза – нет – уставился на меня игумен.

– Ну-у-у… даже не знаю. Иллюзию я могу заставить двигаться, а он в иллюзию вселился, но ведь я её развеяла, а теперь он в иконе… это хорошо, наверно, что сам дедушка проявился, не бес какой-нибудь. Но как движение иконе придать… ничего в голову не приходит. Подумать надо…

– Обитель наша не очень богата, но отблагодарим по мере возможности – неправильно истолковал мои слова игумен.

– Об этом вы с товарищем генералом поговорите, моё дело техническое… наверно, мне алмазы понадобятся, штуки три покрупнее, и это… не ювелирные. Два верну, один использую. Да. Ещё, наверно, помещение понадобится для работы, и чтобы никаких ваших братков там… лучше рядом с иконой. И говорить не будет, совсем не представляю, как это провернуть… руки будут работать, это понятно, ноги … там же у иконы ног не было, по моему? Тогда плыть будет над землёй… интересная задачка, конечно – я задумалась.

– Так ты поможешь обители, дочь моя?

– Попробую… Только в дочери меня не записывайте, и качков своих подальше держите.

– Отрадно слышать такое. Мы доставим, когда скажете, у нас из Приозерска катер ходит, а хочешь, на вертолёте?

– Нет, боюсь. Сама попробую добраться – я поставила настоятелю метку – и телефон дайте, я предупрежу, когда готова буду. Наверно, в выходные… Да… только вы должны быть уверены, что проявившаяся в иконе сущность именно ваш преподобный, а не демон какой-нибудь, или бес, по-вашему.

– Уж поверь, чадо, в бесах мы разбираемся.

– Ну хорошо тогда. Пойду я, наверно, дяденьки? Позвоню в выходные, а вы уж сами решите, что нужно Университету от монастыря? – и, не дожидаясь разрешения, смылась.

Позвонила я настоятелю не в выходные, как собиралась, а в среду. Никак с мостовиками размеренную работу не наладить.

– Здравствуйте, – а чувствую, не его голос – мне бы господина Мефодия!

– А кто спрашивает, и по какому вопросу?

– Мария это. А вопрос только ему скажу.

– Игумен Мефодий на службе, освободится часа через полтора.

Бросила трубку.

Поехала в магазин, давно Юрию Моисеевичу ракушки не завозила. Так и не нужно особо, но пусть деньги будут. Мало ли что.

Оттуда ещё раз позвонила, теперь взял хозяин.

– Господин Мефодий, это Мария. У вас готово?

– Конечно, ещё в субботу всё было!

– И алмазы приготовили?

– Да

– Вы зайдите куда-нибудь, чтобы никто меня не увидел, я к вам перейду.

– Так тут никого!

Перешла.

Ага, личные покои. Ничего так живёт святой отец, монашек молоденьких не видать, но открытая бутылка и два бокала наличествуют. Однако, не моё это дело.

Оторопел настоятель, конечно.

– Здравствуйте, – говорю – алмазы показывайте.

– Вот – протянул мне три камня. Красоты никакой, мутноватые.

Разложила на столе, попробовала заряжать просто как накопитель: один не пошёл, два туда-сюда. Те, что получше, забрала.

– Ну, ведите!

Сломала я планы святому отцу, определённо, сломала. Но безропотно повёл меня, встретившиеся монахи на меня вылупились, конечно, но ни слова, только шефу своему кланялись. Ну и вслед, конечно, смотрели, но исподтишка.

Преподобный Александр недалеко оказался, к храму пристройка сделана из досок и плёнки непрозрачной, собственно, как и заказывала. Вот и икона, двое братков перед ней кадилами машут, а, может, и не кадилами. Дремлет преподобный Александр Валаамский, глаза потухшие.

– Посторонние пусть выйдут, вы останьтесь – скомандовала настоятелю. Сама в прозорливость нырнула.

Интересно…

Амулетов тут нету, не светятся, но энергии много, одни иконы как пятна, то есть сильно заряжены, другие чуть-чуть, на уровне стен. Стены, кстати, тоже равномерно сияют. Один только жгут непонятный, от иконы с нашим клиентом к фигне какой-то разукрашенной.

– А там что? – показала на эту кастрюльку.

– Святые мощи преподобного Александра.

– Ага… тогда здесь работать и буду, скажите, чтобы не мешали.

Значит, мощи у нас якорем будут, алмаз туда положу, он как мостовой камень будет иллюзию подпитывать. Да и не совсем и иллюзию уже, получается.

– Эй, – позвала – преподобный Александр, ты там как, функционируешь? – и коснулась его слегка, не рукой, магией.

Глаза на иконе распахнулись, на меня уставились, как будто обладатель что-то сказать пытается.

– Ты меня прости, не знала я, кто ты такой, испугалась, что беса вызвала, потому и развеяла. Но ты вот сумел сюда добраться, а настоятель Мефодий меня нашёл и за тебя попросил.

– Тела нового дать не сумею, но оболочка должна получиться, сможешь глазами и руками двигать, над землёй перемещаться, не сильно удаляясь от своих костей, то есть святых мощей. Ещё для посоха задумка есть, но это потом. Согласен?

Глаза на иконе моргнули.

– Ну, с богом! Рост тебе человеческий сделать?

Дважды моргнули.

– Повыше?

Моргнули.

– Ну и ладушки.

Потянула энергию, сделала плоскую картинку-копию, фон убрала. Увеличила раза в полтора-два.

– Вот, преподобный, каким тебя изображают, таким и выглядеть придётся. Но это пока к тебе не привыкнут, после и переделать можно.

В меру способностей стала иллюзии объём придавать, ничего особенного, плащ такой, коричнево-золотой. Посох изобразила, потом конденсатор в него вставлю, на один хороший разряд ёмкости хватит. Вот насколько часто зарядка потребуется… но об этом потом подумаю.

Покрутила картинку, она пока проницаемая, вроде голографической проекции. Оболочку насытить нужно, массу нарастить.

Потянула телекинезом икону со стенки, оклад на пол бросила, доски аккуратно внутрь куклы ввела. Глаза выделила и вновь нарисованные со старыми осторожно совместила. Получилось, преподобный зыркнул на меня из новой оболочки, настоятель не выдержал и зашептал что-то, правой рукой рисуя крест. Глянула на время – уже восемь часов вожусь.

Теперь руки: пошевелила правую, пациент сам ею начал двигать, перекрестил нас с игуменом. Потом провела ему движения, нормальные для человека. Могла бы и любую степень свободы задать, но неприлично святому руки-змеи демонстрировать. Левую руку тоже оживила, преподобный сразу начал посохом играть, но не потеряет, я ему этот посох хорошо присобачила. Сделать так, чтобы крутить мог? Нет, невместно, пожалуй, непременно кто-нибудь да подсмотрит.

Теперь камень. Будет поддерживать иллюзию, или уже не иллюзию, я ведь её частично материализовала. Структуру ещё в башне продумала, по типу мостового камня, здесь только воспроизвести и объект закрепить. Хотела, чтобы речь была доступна, но если языка нету, лёгких и гортани – чем говорить?

Закрепила. Зарядила от души, только не проверить, что вышло, что нет. Посох ещё остался, но устала уже. Как-то вдруг почувствовала, ноги не держат, плечи не поднимаются.

– Пойдёмте – предложила настоятелю – передохнём немного. Да и поесть не мешало бы.

– Да, да, чадо, я тоже притомился.

Ужинали мы не в трапезной, чтобы братию не смущать, а в покоях. Монах принёс нам тарелки, по мне, так очень даже неплохо, а игумен в своей ковырялся неохотно и больше времени смартфону уделял. И то сказать, пропущенных было изрядно.

После ужина настоятель по своим делам умотал, я одна в храм вернулась. Закрылась изнутри, чтобы не мешали. Что у нас тут осталось? Так, посох и камень.

Пожалуй, камень в мощи совать не буду, сопрут братки, пристрою внутрь тела. Куда только? В посох? Его и отобрать могут, если молниями будет злоупотреблять, а больше и нету ничего, одна оболочка.

Пришлось камень в голове подвесить, на магической связке. Заодно мимику разработала примитивную, движения головы. Вовремя про нимб вспомнила, неприлично преподобному на улицу без нимба выходить.

Поставила на святого угодника метку, чтобы лишний раз настоятеля не шокировать, ушла в Башню.

Машу проведала, новых свитков ей принесла. Филимону костей подкинула, в школу соваться не стала.

Взяла конденсатор для посоха, как только разряд дозировать, не представляю. Уже собралась шагнуть, но вовремя осенило: прихватила два амулета, на малое исцеление и на среднее. Напрасно, думаю, второй алмаз вернула, на среднее исцеление расход большой.

Вернулась на остров, к своей иллюзии. Разложила гостинцы, думаю, как лучше амулеты расположить.

«А девка-то тощая, худая совсем» – прозвучало в голове. Это что же, старый хрыч в мозгах копается?

– Будешь хамить, вообще о разговорах забудешь! Не посмотрю, что святой!

«Это как же, ты меня слышишь, что ли?»

– А то! И я тебе не девка, а то буду старикашкой звать!

«Ох ты ж!» – перестроился преподобный – «грешен, дева, это ж сколько лет один да один, живого человека не видел. Это ты, меня, выходит, пробудила?»

– Ну а кто же? Вот, хочу тебе два камня вставить, исцелять сможешь. Вот этот, чёрный, для малого исцеления, весь организм у пациента немного исцеляешь, расход силы небольшой, но и толку не очень много. Красный…

«Ой, погоди дева, слова непонятные говоришь!»

– Ну, значит, подойдёт к тебе кто за благословлением, ты его этим камнем благословляй, понял? Я его тебе в указательный палец вставлю. А красный камень лечит глубоко, если там рану зарастить или ногу сломанную – самое то. Он у тебя в ладони будет, Если например, нагноение убрать, или рану почистить – другой стороной действовать придётся. Но тут и ошибиться можно, я, например, стараюсь таким камнем не работать. И ты осторожнее, понял?

«Да зачем мне это?»

– Так ты же свтой, получается, чудеса должен творить. А если не сумеешь? Или научишься, но не сразу, а слава уже пойдёт, что святой неправильный? Пусть будет, хотя бы на первое время.

«Ладно, пусть».

– Вот, смотри, чёрный камень вставляю тебе в указательный палец, попробуй потянуться к камню или к пальцу. Давай, постарайся.

Не сразу, минут через десять почувствовала след малого исцеления.

– Вот, получилось! Давай ещё разок!

На этот раз команда прошла сразу.

– Теперь давай с красным камнем разберёмся. Запомни, заживляющей стороной к ладони, очищающеё стороной к костяшкам.

«У меня везде костяшки!» – хихикнул преподобный.

– Ох, да нет в тебе костяшек, это я так просто говорю. Костяшки твои вон в той супнице лежат, это твой якорь. Давай, дотянись мысленно до красного камня.

Не сразу, но у деда получилось.

– Отлично. Теперь посох. В него вставлю накопитель, разрядом можно несколько человек убить. Прежде чем вставить, хочу предупредить, это очень опасно, применяй только в самом крайнем случае.

«Разряд? Это как?»

– Это молния, небесный огонь. Сейчас в нём мало силы, только чтобы ты его почувствовал. Когда придумаю, как дробить заряд, проведу апгрейд.

«Не понял я тебя, дева».

– Если придумаю, как не убивать сразу, то улучшу и заряжу.

«А нужно ли это, дева?»

– Сейчас нет, а там видно будет. Пока тебя считают бессловесной куклой, то есть святым угодником, ты Церкви православной нужен. А как начнёшь мнение своё высказывать да иерархов поучать, могут и в чулане закрыть. Не подчинишься – и несчастный случай произойти может.

«Ты что речёшь такое, Господа побойся» – не поверил дед.

– Возможно, и ошибаюсь. Но мне кажется, ваши иерархи ведут себя как бы… не слишком правильно. Знать точно не могу, сам выяснять будешь. И ещё вот: ты привязан к своим святым мощам вон в той коробке, я не хочу портить отношений с братией и не стала их трогать. Чтобы снять поводок, я могу их внутрь твоей оболочки поместить, тогда и с острова сможешь уйти.

«Куда же я отсюда!»

– Сам смотри. Если понадобится, настоятелю скажешь, он мне показался неплохим человеком и сумеет передать.

«Благодарствую тебе, дева!» – неуклюже поклонился святой Александр.

– Да ладно тебе, самой интересно было. Но мне ещё нужно работу сдать.

Пошла за настоятелем.

Искать человека с твоей меткой дело даже не минуты, мгновенно определила, где игумен. Только служба там какая-то. Плотно набились в помещении, под скрытом не пробраться – не буду же я их распихивать.

Выцепила монаха поближе к двери, спросила, как начальника позвать. А монашек зашуганный, глядя на меня, то бледнеет, то краснеет, глаза отводит, будто женщин не видал никогда. В общем, выяснила, что им ещё часа два гундосить, в смысле, молиться. А ночь уже, мне что, ждать?

Вернулась к преподобному, объяснила ситуацию. А ему что пять минут, что два часа, на фоне трёхсот лет как мгновение, не понимает.

– А давай, дедушка, ты к братии на молитву явишься? Заодно и посмотрим, как с прогулкой справишься?

«А давай, дочка!» – обрадовался старец. И что характерно, «дочка» у меня отторжения не вызвала, без высокомерия прозвучала. То есть не прозвучала, а…

В общем, проводила его через двор, подвела к нужной двери.

«Благослови тебя Господь, дочка! И теперь точно, прощай!» – кивнул дед и вплыл в закрытую дверь. Это как же?!

Ну, а я в домой, в Башню.

Глава 5

Строят здесь быстро, школу поставили за два дня, и это включая доставку стройматериалов. Правда, и людей староста прислал почти двадцать человек, всем заплатила – тысячи ракушек как не бывало. Ещё и брать отказывались, но не со мной им спорить. Магов, кстати, не приглашали, амулетами пользовались, я им только в конце дня заряжала.

Потом уже вчетвером небольшое обустройство сделали, расчистили место для подобия стадиона, к пруду подходы сделали – люди-то, наверно, в воду полезут.

Мебель обошлась гораздо дороже, хоть и не из дерева, но работы много, да и строители спасовали – пришлось в столице заказывать: самый примитивный вариант, и то почти в три тысячи встал.

Когда детей переселили, обнаружилось, что про столовую все мы благополучно забыли: помещение есть, но без кухни. Пришлось задним числом пристройку соображать, но это уже малой кровью.

Дети, конечно, застоялись, вырвались на свободу как воробьи из клетки. И подобранный мною подросток с ними.:. он и самый старший, и самый сильный оказался. Айлин сказал, масло в голове нашлось, утопических фантазий не распространяет.

Пока возились со всем этим, мостовики мои соорудили четыре перехода, мостами называться для них много чести: по одному человеку от каждой бригады я вытащила в башню и втроём мы за день целую кучу громоотводов соорудили. Сложили во дворе, теперь можно не дёргаться, что из-за моего отсутствия работа встанет.

С этой подготовкой я тоже чуток не угадала: после таких совместных трудов уже обе бригады пытаются назвать меня небесной, правда, обе не кланяются и обе работают.

Вот следующий мост оказался посложнее, метров сто двадцать. Тут хоть и возводили подобный почти каждый год, мне втемяшилось опору поставить, или даже две..

Вызвонила Цельсию, магофон, слава богу, воды не боится, договорились дно обследовать. Сперва в башню вернулась, потом сестру туда вытащила и на речку отправила, после и сама туда же.

Мне в незнакомом месте купаться неуютно, а сестре любая вода совсем своя. Она и бултыхнулась, плыла по линии, периодически выныривая, а я подсказывала, куда дальше. На середине подольше в воде посидела, вернулась.

– Илистое дно, – докладывает – глубина в твой рост, чуть меньше.

– А под илом что?

– Так не смотрела. Поруководишь? – И обратно направилась.

– Подожди – кричу. И тут к берегу выплывает чудной такой караван.

Двое погонщиков и плохо различимое вьючное животное вроде нашей ламы: сверху такое количество тюков и ящиков, что в Газель не влезет, а оно тащит. Первый караванщик, как и положено, за уздечку своего зверя ведёт, хотя и не уздечку, вроде, а к ошейнику ремень привязан. Второй груз страхует, на случай ветра к верхней части укладки верёвка присобачена. И то верно, амулеты только вес убирают, а ни массу, ни парусность снизить не могут

– Здравствуй, уважаемая – увидел меня первый. Я уже ответить собралась, а он Цельсию разглядел – Ой, квора!

– А ты что-то имеешь против? – повернулась к нам сестрёнка и несколько раз кровожадно так щёлкнула правой клешнёй

– Ой. Я это… простите, уважаемая, не хотел обидеть, первый раз вашу уважаемость встретил. Мне говорили, вы только в море обитаете. Ещё раз простите, ваше кворство, мы сейчас уйдём, если мешаем. – и что-то скомандовал своему напарнику, тот ухватился за верёвку, обеими руками и налёг на неё, тормозя груз. Тормозной путь метров десять получился, хоть скорость и никакая совсем. Но тормоз не по транспорту.

– Да ладно! – Цельсия подошла к караванщику – чего надо-то?

– Так это… – начал водитель, но его перебил второй, тот, что тормоз.

– Мы хотели переправиться, уважаемая, не знали, что вы тут разместились.

– Так моста нету ещё, приходите в конце недели.

– То дело обычное, его, считай, каждый оборот сносит. Здесь брод был, рассчитывали по дну пройти. Наши товары ждут.

– Не пройдёте! – уверенно заявила Цельсия. – Вам обоим по маковку будет, а животному вашему до подбородка. Даже если оно плавает, унесёт течением.

– Ох ты, отец Небесный! – безоговорочно поверил старший. Он и по годам постарше, и покрупнее, недаром тормозом работает. – А когда, вы говорите, мост восстановят?

– Это к Маше вопрос – кивнула на меня сестра – А что, другой нет дороги?

– Дорога-то есть, но нехорошая, и лишний день терять. Лучше я в деревню схожу, может, что придумают.

– А чем другая дорога нехорошая – не отцеплялась от коробейника Цельсия.

– Нехорошая, значит ограбить могут. Нет уж, уважаемая, лучше я в деревню. Ничего, если животное тут постоит?

– Ограбить? – Цельсия пропустила мимо ушей последнюю фразу – там что, грабители? Маша, скажи им, пусть идут, где грабят! Я с ними отправлюсь, грабителей чик-чик – щёлкнула клешнёй, – а потом тебе позвоню, и ты остальных сожжёшь? Ну, пожалуйста, у меня даже с этим магом не срослось, которого ты потом сожгла!

Коробейнику, по-моему, стало как-то не по себе.

– Знаешь, не стоит, а вдруг это дети местного помещика развлекаются. Хочешь размяться, у меня свои бандиты найдутся, могу пригласить, когда разбираться с ними буду.

– А давай сегодня!

– Ну, ты чего, нам же нужно место для моста выбрать. Сама же сказала, дно илистое.

– Ну так переправь этих, и пошли другое выбирать.

– Погоди, давай с мостом определимся – я повернулась к торговцу – так вы говорите, этот мост вода сносит?

– Сам не видал, уважаемая, – почему-то поклонился мужик – но деревенские рассказывали. Как дожди начинаются, значит, вода в реке поднимается, и ни вброд перейти, ни по мосту, ветки собираются,и он, значит, ломается, а вода его и уносит.

– Так, и насколько высокой вода бывает?

– Тут не скажу, уважаемая. А вы вправду помочь можете? Только ракушек у меня в обрез!

– Без ракушек твоих обойдусь. А что везёшь-то?

– Семена больше, и так по мелочи, кто что заказывал.

– Семена? – А пожалуй, это идея, через рынок с крестьянами связь плохая, а через таких вот коробейников и получше – А деревня-то большая, богатая?

– Большая, уважаемая, а вот насчёт богатства не скажу. Бедная, значит, но есть и хуже.

– Ясно с тобой. Как вас переправлять, тебя сперва, или молодого?

– Сына сначала, уважаемая, потом товар, если можно, с ослом – это уже так мне перевелось, на осла скотинка ну никак не похожа, сама крепкая, приземистая, ноги толстые, но шея длинная, голова выше моей. Скорее уж, ближе к верблюду.

– Ладно.

С сыном легко справилась, подхватила, и амулетом перемещения в пределах видимости перетащила. А вот с грузом на квазиосле…хоть вес и небольшой, но масса-то, масса осталась.

Поднять-то и переместить не проблема, но метров на тридцать, ну, может на сорок, максимум на пятьдесят, а посреди реки заклинание точно долго жить прикажет. Так что подняла было …да и поставила зверя на ноги. Взяла плоский окатыш на берегу, не знаю, что за камень, минут за... пять? – не скажу точно, сформировала в нём заклинание потери веса, запитала от души. На час точно хватит, может, и до завтра продержится, а мне и нужно то всего ничего. Закрепили с хозяином камень у животного на пузе, попробовала поднять. Получилось, висит в воздухе, не кувыркается, только блеет жалобно. Или не блеет, ослы же реветь должны?

Уже телекинезом разогнала всю сборку в сторону того берега, убедилась, что движется и прыгнула в точку прибытия. Тормозить.

На самом деле не тормозить пришлось, а подхватывать уже оттуда и тянуть блеющее животное. Ну, а уж опустить аккуратно на песок и вовсе не проблема.

– Деревня-то далеко? – просто так спросила у старшего.

– Да не, уважаемая! – приободрился мужичок – половинка малой четверти. Спасибо, Ваше магичество! – и отправился к своему грузу. По амулету, естественно.

– Маша, а завтра грабителей ловить пойдём?

– Может, и завтра, но точно не с утра. А сейчас с местом для моста определимся.

Метров на двести выше по течению берег значительно выше, по крайней мере, с нашей стороны. Ну и что же, что из песчаника? Укрепим.

Дно там тоже оказалось заиленным, но посередине слой только сантиметров двадцать, ниже дно плотное. Высоту паводка определила по откосу, молодая трава хоть и брызнула с энтузиазмом, но нанесённый мусор ещё виден.

А здесь ещё разметку делать… у меня из инструментов дальномер только, он, конечно, красное пятнышко по прямой посылает, но при местном солнце днём его не разглядишь, да и с горизонталью заморочки, попробую буссоль добыть чтобы как у взрослых разметка вышла. В Питере у нас что? Пятница. Успеваю.

С Цельсией в Башню, оттуда её домой, сама в Питер, за буссолью.

Время поджимает, звоню Караваеву.

– Буссоль нужна, можешь достать?

– Здравствуй, любимая.

– Ой, здравствуй, но буссоль нужна просто срочно.

– А ты с ней работала когда-нибудь?

– Ну, видела… – засомневалась я – лабораторная работа у нас была… и практика… кажется.

– Так ты, небось, с рейкой стояла, а мальчишки прибор таскали?

– Угадал. А что там сложного-то?

– Да так по телефону не проинструктировать. А зачем она тебе?

– Мост перенести надо, старый паводком сносит, вот и хотела завтра разметить.

– Мост или мостик пешеходный?

– Мостик, но длинный, за сто метров, и, главное, опору правильно поставить. Хотела завтра сделать, но у меня только дальномер есть.

– Так тебе не буссоль, тебе нивелир нужен.

– Ага, лучше лазерный, с зайчиком.

– На сто метров? Если такой и достану, с ним всё равно вдвоём работать нужно.

– Нивелир? Что-то было такое, тоже на трёх ногах. Это я и купить могу…а если не выйдет? Слушай, достань на выходные, а?

– Достану, наверно, но документы на вынос не оформить уже.

– Так мне документы и не нужно, ты его в лабораторию занеси просто, дальше я сама. Вечером покажешь, что куда крутить.

– Ладно, пошёл уже, а то разбегутся

– Ага, а я Интернете поищу пока, что купить можно.

Ну, конечно, прав Караваев, ни к чему мне буссоль, нивелир нужен. Зато название такое… таинственное. Благородными пиратами отдаёт.

А тут и Караваев звонит:

– Достал я тебе нивелир с треногой. Рейка нужна, или на месте сообразишь?

– Соображу, конечно.

– Тогда через полчаса подходи. Мне тебя дождаться?

– Лучше дождись, покажешь, как и что там устроено. Хотя, и дома показать сможешь?

– Дождусь. Мало ли, сигнализация сработает, Ильича из дома дёрнут.

– Дай знать тогда, как на месте будешь.

Пока прибралась немного, всё же после Валаама я в квартире не показывалась, а он уже звонит: донёс. Ну и я туда.

– Вот, – показывает на большой тяжёлый ящик с забавной такой штукой внутри – это буссоль. С ней можно разметки сделать, но обычно используют, когда направление нужно выдержать, например, трассу проложить, или расстояние большое. Попробуй вот, подними.

Я послушно пошевелила ящик. Нет, не мой прибор.

– А вот это нивелир, – он показал на коробку рядом – обычно его хватает для простых работ. Этот по паспорту на полкилометра достаёт, но на двести метров тебе точности хватит наверняка. Что выбираешь?

– Точно нивелир. Этот ящик мне самойи не уволочь, контейнер нужен.

– Треногу-то осилишь?

– Пожалуй – прикинула я – ты ко мне?

– Если можно.

– Тогда приезжай, но часа в три мне обратно понадобится.

– Опять? Что там в прошлый раз случилось-то?

– Подопечных моих отравили. Поваров насмерть, а с детьми обошлось, кого спасли, а кто и не завтракал.

– Ничего себе! А кто?

– Ой, давай дома лучше. Не нашли мы, кто.

– Да, конечно. Ты ступай, я закрою и приеду.

Приготовила поесть, по мере сил, на стол накрыла. Караваев так в погонах и заявился, но с букетом. Голодный.

После ужина взялся показывать, как с этим нивелиром работать. Нет бы обычный китайский, этот военный оказался. Надёжный, но не удобный.

На словах-то всё просто, выставил пузырик на ноль, потом прибор крути, а у меня, хоть ты тресни, только за прибор возьмусь – горизонт пропадает. А у Караваева – нет, поневоле о ведьмовской сущности задумаешься.

– Приплыли, – подвёл итог майор – не получится, лучше и не пытаться. Поехали, китайский купим. На раз должно хватить.

А время-то восемь, закрылись фирмочки до утра, а кто и до понедельника. Эх, думаю, была не была, лучше случая и не представится.

– А может, – говорю – ты и настроишь? А я на другом берегу колышки забью?

– То есть как это?

– Ну, Цельсия недавно сказала, что ты переход выдержишь. Сможешь магичить, или нет, не знает, но на переход сил точно хватит. В гости ко мне.

– Я готов, руководи.

– Подожди, дай сообразить. Нужен сахар, на всякий случай, и камень с привязкой. Заготовка под амулет у меня была, нужно сам амулет прописать и привязку. На башню рискованно… может и не пустить, сделаю рядом… вроде, всё. Подождёшь полчаса? Может, немного больше?

– Тебя готов ждать бесконечно. А обратно когда?

– Там решим, наверно, в ночь на понедельник.

– Тогда схожу машину переставлю?

– Хорошо, – отдала ему ключи с таблеткой домофона – и зайди к МарьВанне, пожалуйста, сахара попроси полстакана.

Конечно, в полчаса не уложилась, ещё и у Маши вопросы возникли, и у Айлина срочные дела. Зато удачно амулет перемещения рядом со школой привязала, всё-таки не в лесу появляться. Многоразовым сделала.

Вернулась, майор мой сидит со стаканом песка. На взводе. И чего дёргается, там же тоже дела неотложные. Обняла, поцеловала, он и оттаял. Какие всё-таки мужики примитивные!

Но, наконец, сахара с чайную ложку зарядила, скормила и отправила Караваева. Сама следом, но только в башню, в спальню. Пока на крышу шла, Венига вызвонил, пришлось и с ним поговорить: в общем, когда до гостя добралась, он уже стоял в толпе галдящих подростков.

– Чего шумим?

– Госпожа Мариа, этот здесь взялся откуда-то и я верный гол не забил! – заорал приблудный подросток. Как его? Длинный? И все на меня уставились.

– А судья что сказал?

– А он идёт ещё… – небольшая толпа опять загалдела, никак не могли определиться, нужно ли гол засчитывать. Виктор стоял озадаченный, в руках мячик.

– Мне кажется, следует назначить свободный удар. Это мой гость, он случайно возник на пути – и вытащила Виктора за руку.

– Это что такое? – Караваев, наконец, бросил мячик.

– Это мои воспитанник в футбол играют. Как себя чувствуешь? Голова не кружится?

– Нет, вроде, только оглох немного. Стою у тебя в комнате, и вдруг в меня мячик летит, я и поймал. Чисто машинально.

– То есть сам переход без проблем?

– Вроде, без. А где мы?

– Рядом с башней, она могла тебя не принять, и где искать потом? Я и сделала привязку к полянке, а что здесь мячик гонять будут, не подумала.

– Это те, которых отравили?

– Да, пришлось их здесь поселить, ещё не привыкли.

– А сама где живёшь?

– Вон – развернула его лицом к башне – на первый раз вернусь туда и тебя выдерну на крышу, а потом вниз проведу, надеюсь, она тебя запомнит.

– То есть, кто запомнит? Дом этот, что ли?

– Ну да, она вся магией напичкана, без меня не только магия под запретом, но и порталы не открываются. А звери ходят беспрепятственно, может, как раз из-за того, что я их туда сначала принесла. А может, из-за метки.

– А мне метку поставишь? – приобнял меня майор.

– Да поставила уже, ещё в квартире.

Выдернула Виктора на крышу без проблем, рядом с креслами, куда и сели.

– Красиво тут у тебя.

Предгорья уже в густых сумерках скрылись, но что-то рассмотреть можно, ощущения черноты нет. И сияют на солнце заснеженные вершины.

– Очень романтическая обстановка. А вино здесь делают?

– Делают, плодовое. Ароматное, но сла-адкое.

– Бр-р!

Мы дождались, пока вершины не погаснут и пошли на экскурсию по башне. В смысле, по известной мне части, ведь много где я так и не побывала.

Вдоволь насладилась сначала изумлением , а потом восторгом Виктора перед порталами, провела везде, кроме мастерской. Да он и не стремился, после роскошной спальни никуда уже не хотел. Там и осели – а что, имеем право!

На место умудрились попасть с рассветом, уж очень я хотела до бригады разметку сделать. Народ везде одинаковый – почуют у меня слабину, и начнут топить за мостик попроще. С техникой вопросов не возникло, единственное, опору наметить не смогли. Но нивелир оставили на месте.

Потом, когда появилась бригада и начали поступать материалы, мы с бригадиром Венигой уединились и я ему нарисовала, что хочу иметь. Потом также нарисовала этапы, как я это вижу.

Венига покряхтел, но генплан принял, благо ни в материалах, ни в деньгах отказов и задержек теперь нет. Трудности возникли с разметкой под опору, но натянули над водой два прочных шнура, посередине метку привязали. Понятно, что сперва четыре столба поставят, вот как их закреплять станут, интересно будет посмотреть. А пока сидим с Караваевым на бугорке, наблюдаем.

– Увжаемая Мариа, – вскоре подошёл бригадир – а как нам опору эту ставить-то?

– А сами что думаете?

– Так не ставили никогда, не знаем.

– Боюсь, что наши способы здесь не подойдут – я машинально глянула на Виктора, но переводить не стала. – У нас бы попробовали забить брёвна прямо в дно, а сверху обвязали бы. Но у нас есть, чем забивать, и нету магов.

– Забить? Тогда может сначала протянем тросы на всю длину, и оттуда попобуем шесты забить?

– А чем забивать?

– Маги умеют, камень поднимут, а потом роняют.

– Так я не пробовала… но, в принципе, можно. Подожди, я посоветуюсь..

– А господин… он маг?

– Нет, и он не говорит на общем.

– Слушай, – повернулась я к майору – он предлагает сначала натянуть тросы, а потом с них забить копром. Только копром буду я, забить можно неглубоко, на полметра, дно потом упрочню. Как думаешь?

– А справишься?

– Должна вроде. Но забивать придётся только вертикально, наклонно не прокатит.

Собственно, так и сделали, – долго тросы натягивали и отверждали, потом из длинных шестов связали направляющие. Первый раз долго устанавливали и ещё дольше искали подходящий камень. Забивала с непривычки тоже долго и мучительно, но приспособилась в конце концов, и на три последующие у меня ушло часа два. А вот на закрепление дна пришлось звать Цельсию.

– Маша! – обрадовалась сестра – идём к разбойникам?

– Сегодня не получается – начала объяснять я – у меня Виктор в гостях…

– Понимаю. Конечно, нечего мужчинок к разбойникам тащить, хотя он у тебя и достаточно женственный. Жаль, совсем нечего делать сегодня.

– А помоги с мостом? Мы столбы в дно забили, а нужно дно укрепить амулетом и столбы связать. Мужики воды боятся, а меня течением сносит.

– Это там, где вчера были?

– Ну?

– Жди, скоро буду. Амулет есть?

– Обижаешь!

Сестрёнка управилась за час и мы с Виктором отбыли до следующего дня. А Цельсия осталась – хоть какое развлечение, если к бандитам нельзя.

Время – немного за середину дня, сложили приборы с треногой в башне, готовить неохота.

– А хочешь, в трактир сходим? Столицу посмотришь.

– Прямо сейчас?

– А что? Сейчас амулет тебе подхимичу и пойдём.

Сдублировала Караваеву амулет среднего перемещения, пока без привязки. Всё-таки он тяжелее меня раза в полтора-два, когда сверху лежит не чувствуется, а в телепорт тяжело тащить. Объяснять ничего не стала, просто на шею ему нацепила, одной рукой задействовала, другой за талию обняла. И на столичную площадку прибытия – ту, которую знаю. Наверно, и другие имеются.

С площадки утащила его за руку, он как город увидел, так и застыл. Чужим миром не впечатлился, а городом средневековым, вот, пожалуйста вам.

Форма его местным в глаза бросается, цвет ладно, а вот покрой и фурнитура всякая, и ещё погоны и значки. Каждый второй взглядом прилипает, а некоторые и останавливаются.

Вокруг площадки оживлённо и дома по местным меркам богатые, много каменных, палисадники и фасады ухоженные. Ни тебе вони, ни грязи.

В трактире не то, чтобы столпотворение, народу хватает – не утро же – но хозяин подсуетился, столик нашёл, какой-то из многочисленных племянников нас провёл, устное меню представил, то есть затараторил, что есть готового.

– Не мельтеши, – остановила его – позови лучше Зинтера.

– А неплохо тут у вас – удивлённо заметил Караваев, глядя вслед мальчишке. И мне вдруг так приятно стало… прикипела я, похоже, к этому миру. Или он ко мне.

– Уважаемая Мариа, что-то не так? – подлетел встревоженный трактирщик. – Неужели мой балбес опять оплошал?

– Что вы, Зинтер, никаких претензий! Просто мой гость первый раз в этом мире и мне хотелось бы, чтобы ему у нас понравилось. Придумайте на свой вкус, хорошо? Наверно что-то мясное, а если вино, то малосладкое. Вино сначала.

– Есть совсем несладкая настойка на дергунке.

– Хорошо, и какого-нибудь традиционного.

– Исполню, мудрейшая! Ой! – испуганно прикрыл рот трактирщики поспешил на кухню.

– О чём вы говорили?

– Я просила что-нибудь на его усмотрение

– Мне показалось, он назвал тебя по имени?

– Да, мы знакомы. Я иногда здесь завтракаю.

– Это дорогое заведение?

– Пожалуй. Но ходить сюда я стала, когда проблемы с местной валютой совсем отпали. Так что сравнивать цены не с чем.

– То есть ты будешь богатая невеста?

– Почему будешь? У меня и сейчас за душой кое-что имеется. Дом в городе и дача в степи.

– А башня?

– А Башня как бы служебное жильё.

– То есть?

– Передана в пожизненное пользование.

– У тебя такие заслуги?

– Скорее, неликвид пристроили. Башня лет сто никого не пускала, а меня вот пустила, теперь земли присмотрены. Ну, так считается.

– А почему…

Тут трактирщик притащил два небольших кувшинчика, а мальчишка блюдо с нарезанными фруктами и четыре чашечки – две маленькие и две просто микроскопические.

Глава 6

После трактира затащила своего гостя к магистру Арвенару.

Очередь в пять человек и одного чешуйчатого пускать нас в калитку не хотела, пришлось вызывать магистра по кольцу. Охранник прибежал тотчас.

– Мариа, как здорово, что вы зашли! – обрадовался маг. – Тсхар принесли?

– Неужели закончился? – не поверила я.

– Нет пока, но его всегда мало, я же эксперименты ставлю.

– Ну… – я попыталась вспомнить, где остались пять кило: в питерской квартире или в Башню переправила? Помню, что монах-братишка его тащил, а вот куда потом дела? – На неделе постараюсь принести. А вы можете определить, получится ли поднять магический уровень моему спутнику? Он с моей родины и не говорит на общем, но сестра сказала, что какие-то способности имеет.

– Конечно, могу. Но должен сказать, что тсхар на одарённых действует почти на всех, поднять силу вы и сами сможете, я потом объясню, как. Вот предел у каждого свой, но разовое усиление тоже возможно; если слабый артефактор примет с утра порцию тсхара, прилив сил обеспечен до вечера… ну, до последней четверти точно.

– Так это здорово, а Виктора можете посмотреть?

– Ох, ну пошли, это нам в лабораторию нужно. Осторожнее! – запоздало вскрикнул магистр. Виктор так и не понял, что его предупредили и влупился лбом в притолоку. Крупноват он по здешним понятиям.

Само измерение магической силы затянулось, мало того, что мне приходилось переводить в обе стороны, ещёи объяснения типа «а как это, сосредоточиться на амулете» или «сконцентрировать сознание» для майора оказались новыми.

Вывод – способности чуть выше среднего, может заряжать большинство амулетов и пользоваться ими. Ну и слава богу!

От магистра на рынок. Ряды с одеждой Караваеву до лампочки, отвела его к амулетам, сама туда каждый раз заглядываю. Как ни странно, к амулетам майор остался глух, зато у двух продавцов с оружием завис намертво. Опять пришлось переводить, даже ножик один ему купила. По мне, ножик как ножик, ну, с магическим укреплением, ну, амулет в ручку встроен, якобы чтобы бросать точнее. Каменный! Барахло, в общем, а Караваев, как школьник, оторваться не мог, вот и купила мальчику игрушку. Не порезался бы!

Еле оторвала от прилавка, к продавцам живности всякой потащила, а он всё на оружейников оглядывается.

– Виктор, – говорю – я могу тебе хоть все эти крючки-ножики купить, но это даже не сталь! Игрушка, один раз пырнёшь и сломается! Пистолет в тысячу раз лучше!

А он всё равно нет-нет, да и обернётся. Пришлось обещать оружейную в Башне поискать. Должна же там быть?

Почти вышли с рынка, я впереди, майор чуть приотстал, всё оглядывается, вдруг вопль сзади:

– Стража! Стража! Вот этот у меня нож украл, я его запомнил! – и все зеваки и покупатели давай оборачиваться… конечно, на моего Караваева.

А тот и понять не может, что хотят от него, за руки никто не хватает, но и пройти не дают. Разводят иностранца, короче. От меня оттеснили как-то, сразу толпа собралась, а мне Виктора никуда и не выдернуть, сама-то запросто, но местный амулет купол не пробьёт, а межмировым он и пользоваться не умеет. Можно, наверно, жезлом в Башню отправить, или лучше жуликов застрелить? Растерялась и немного замешкалась, не соображу, что лучше: стрелять или проход пробивать? Да и выдерну сейчас – потом припомнить могут…

А у крикуна, похоже, подельники, толпу заводят грамотно, уже и просто зеваки требуют вора побить. Понимал бы Виктор, уже дров наломал бы.

Достала всё-таки из сумочки пистолет, вверх куда-то пальнула, народ и замолк.

– Я ему сама – усилила голос магически – ножик этот купила, а ты кто такой, мразь? Ты не продавец, представься! – навела ствол на него.

Зеваки, чувствую, засомневались. Заводила тоже озираться начал. Ага!! Пробираются через толпу знакомые стражнички!

– Разойдись! – кричат. – Где вора поймали?

Выцепила их из толпы, над толпой подвесила немного.

– Что же вы, ребята – шумлю на всю округу – обещали мне, что беспредела творить не будете, а сами?

Один, как меня увидел, так и обмяк, сознание потерял. От страха, что ли? Я же их чуть-чуть придушила, просто чтобы вспомнили. А второй побойчее оказался.

– Прости, Небесная Дева! – звонко так завопил, слышнее меня – он же не девочка!

– И что же?

– Так ты велела девочек не трогать!

– И всё?

– Стариков ещё – стушевался стражник – Прости великодушно, Отцом твоим Небесным клянусь, не буду больше, уйду из стражи вот,,,

– Ты кем клянёшься, мерзавец?

– Ай, со страху напутал, Небесная, мамой своей клянусь, гадом буду!

А зеваки тем временем почти все на коленях оказались, подельники только замешкались немного, но тоже бухнуться попытались. А вот чёрта с два! Всю компанию подняла, трое обмочились. Противно.

– Ладно, – говорю, уже и голос усиливать не нужно, тишина абсолютная, даже воробьи не чирикают – похоже, и правда, я только девочек и стариков упоминала. Так что развоплощать не буду, в подвале посидите, потом решу.

И отправила злодеев в Башню. Не на крышу, конечно, в подвал. Доступ к майору освободился, потянула его к выходу… а на коленях-то все, кого глаз охватит может. Неправильно как-то, самозванкой себя чувствую.

– Мария меня зовут – усилила голос – никакая я не Дева Небесная, и нечего тут на коленях стоять!!

Вот теперь с чистой совестью и уйти можно. Объясняю Виктору, что его развести хотели, в краже ножика обвинить и деньги вытянуть. А может, просто ограбить.

– Так у меня ни копейки местной.

– А они знали? Видят, иностранец, одет необычно. Подходящая жертва, в общем.

– А куда они делись?

– В Башню, в подвал. Там что-то вроде тюрьмы и доступ только магический. Немного посидят, а потом решу, что с ними делать .

– Как это… кракену скормишь?

– Да ты где такое услышал? Кракена ещё найти нужно, да и не маньячка я, разводил всяких убивать. По хорошему, дать бы им по году исправительных работ, но на здешней каторге это почти пожизненное получается.

– А чего все на коленках стояли?

– А дурдом потому что. Кто-то слух пустил, что я у них младшее божество, Небесная Дева. Каждый раз объясняю, а толку чуть, у мостовиков одну бригаду пришлось на сутки в камеру упрятать, чтобы на колени падать перестали.

– Интересные у тебя методы убеждения, классика политической дискуссии просто.

– Ну и пусть, зато теперь только кланяются.

Что ещё землянину показать? Сводила к своему дому, Маша в Башне сегодня, а Вайлора беспокоить не стала, подумает ещё, что проверяю его. Дом как дом, внутри совсем неинтересно.

Вернулись в центр, зашли в лавку к Клайну, на часы посмотреть. Циферблат, и правда, Виктора удивил,

– Не берут! – посетовал Клайн. – Как вы вот, посмотрят, потрогают, и уходят. Дорого.

– Нет, просто нужды не видят. Гостя провожу, сделаю подарки начальникам, главное, у Его Величества чтобы стояли. Тогда и придворные потянутся, потом купцы, а потом и рыночные торговцы. И чиновники заведут, вот увидишь!

– Это не ты там сегодня на рынке отжигала?

– Наверно, я. Гостя моего ограбить пытались.

– А говорят, Дева Небесная спустилась, неправедных покарала.

– Не, ещё не карала. Пока в подземелье отправила, потом придумаю что-нибудь. Неохота спускать, а по сути, дело житейское.

– Не знаю, не знаю, стражники гнилой народ, я бы их извёл.

– Думаешь, другие лучше будут?

– А ты их заставь клятву дать.

– Так они без жалованья работают, это сверху начинать надо.

– Ну, благослови их.

– Да причём это? Пустое моё благословление, я же не та, кем меня называть стали.

– Если не та, меня можешь благословить?

– Тебя? Да легко! – вынула жезл и приложила к голове Клайна. – Благословляю!

Дзинннь! – пропел жезл и вроде как светлая дымка еле различимая окутала торговца. Но сразу рассеялась, показалось, наверно.

А Клайн медленно сполз на пол и смотрит так, по собачьи преданно. И глаза у него теперь как бы не голубые почему-то, блин.

– Пошли отсюда! – потянула Караваева за руку. Фигня какая-то с этим жезлом!

– Ты что с ним сделала?

– Благословила!

– Так ты…

– Нет, нет и нет! Это он от излишней веры так, и не лезь ко мне с этими глупостями! Давай домой лучше!

Поднялись по питерскому после одиннадцати, а по местному – в полшестого. Караваев уже извёлся весь, пришлось и мне вставать. Завтракать негде, трактир ещё не работает, а у меня только чай с пряниками. И те закончились.

Ночевали в павильоне, куда портал из спальни открыт. Там портик небольшой, от солнца и дождя закрывает, а мебель я сама организовала. Эх, и хорошо было! Никаких тебе летающих и ползающих, купол их отгоняет, только Муська шастала туда-сюда и семейство её однажды проследовало.

Оказалось, павильон этот на опушке, километрах в двух от Башни и не в сторону школы. Даже крышу можно разглядеть, если подняться немного. Вот Караваев меня и поднимал.

Но встала очень рано, всё равно никто ещё не работает, повела Караваева в мастерскую, пусть посидит немного и повосторгается, как гениальная я щит Родины ваяю. В смысле, отражающие пластинки пеку.

Манипуляции с вращающимися вокруг оси световыми валами впечатление произвели, конечно. На этот раз по десятку каждого сделала: алмаз/медь, алмаз/серебро, алмаз/локк, застывший, конечно. Всё на стекло налепила, аккуратно, не на глиняную лепёшку. Ещё и прямо на стекло алмазные чешуйки сделала. Сорок образцов получилось, коробочку даже придумывать пришлось.

Так и Машино время подошло, звоню ей.

– Ой, здрасьте, Мария Алексеевна, да, а готова уже. И Вай тоже хотел бы, но мне с вами нужно сперва поговорить, можно?

– Пока можно – что я ей, швейцар, что ли? Но выдернула.

Присутствие Караваева Машу, похоже, испугало: но собралась всё-таки, поздоровалась.

– А вы с проверкой, Виктор Николаевич? Я сегодня сканирование заканчиваю!

– Это хорошо – Караваев тоже не ожидал встретить пусть и почти номинального, но сотрудника лаборатории.

– Что за вопрос у тебя?

– Мария Алексеевна, а можно наедине?

– На местном говори, – сама перешла на мову – майор не понимает.

– Ой, Мария Алексеевна, там такое дело,- затараторила Маша – Вай вчера в канцелярию ходил, его дело рассмотрели и постановили имущество вернуть, он сказал это из-за вашего участия, он потом сам расскажет. А потом он мне предложение сделал, раз у него теперь дом есть, и сказал, что давно хотел, но дома не было, а теперь сделал.

– Ну, а ты?

– А вот к вам пришла спросить.

– Знаешь, в этом я тебе не советчик. Сначала сама должна понять, чего хочешь. С точки зрения работы вопрос решаемый, закончи только, за что взялась. Детей завести возможно, но с участием целителей, у ректора Академии трое. Только как ты социализируешься? В Питере ты специалист, а здесь недоучка будешь.

– Специалист без работы!

– Сейчас-то у тебя работа как раз есть.

– Ну да, пока я вам нужна.

– Даже если уволят, резюме другое будет.

– А можно остаться, а потом вернуться? Или как вы?

– В принципе, можно, только дорого. Вайлор навряд ли такой амулет построит, и камень дорогой, и мало кто делает. Мой вот стоит как хороший дом, а у твоего мага, насколько я понимаю, только решение суда на руках. Жить-то где будете?

– А в вашем нельзя? У вас же Башня есть?

– Башня не моя, это служебное жильё. Как дали, так и забрать могут.

– То есть вы меня выгоняете?

– Нет, не выгоняю, и предоставила тебе служебное жильё. И с работой, как видишь, не сильно тороплю, хотя сроки сдачи программы мы другие оговаривали.

– Так что же мне делать?

– Для начала реши, нужен ли тебе Вайлор.

– А ещё работы у вас нету?

– Ну… мне нужно сделать подробную фотосъёмку земель вокруг Башни, потом геологи понадобятся. Ты геолог?

– Я квадрокоптер пускала!

– Это прекрасно, но здесь нету спутниковой навигации. И вообще, заверши свою работу, тогда о другой можно будет говорить. Наверно, уволиться придётся, этот мир до Айтишников не дозрел. А сейчас иди лучше в библиотеку, пока я здесь.

– Хорошо – послушно поднялась Маша и двинулась к порталу.

– Вайлора-то перемещать?

– Как хотите!

А мне-то он зачем нужен?

– Что там у неё? – Виктор дождался, пока Маша скроется.

– Замуж собралась. Но не решила, зачем, по-моему.

– А ты что?

– А я велела закончить работу сначала.

Вернулась Маша:

– Я забыла сказать, Вай хотел с вами поговорить – и ушла расстроенная.

Выдернула Вайлора. Вид у мага… значительный такой, шляпа с камнями нахлобучена. Официальный визит?

– Мудрейшая Мариа, - низко поклонился мастер – и вам, уважаемый, здравствуйте! – это он Караваеву кивнул. – Нижайше благодарю вас за оказанную поддержку, помощь ваша неоценима.

– Не поняла?

– Уже вчера канцелярия Его Величества рассмотрела моё прошение и удовлетворила его, дом теперь мой. И даже бесплатно!

– Поздравляю! – я протянула ему руку, маг не понял, уставился на неё. – Это у нас принят такой жест, – пояснила я – например, для подкрепления своих слов, или когда здороваются. И что, даже можете туда въехать?

– Э-э… не совсем. Через неделю, да. Вы спасли меня из заточения, от смерти спасли, а теперь вернули имущество – он опять низко поклонился – благодарность моя безгранична, в любой миг я и жизнь моя в вашем распоряжении!

– Чего он так кланяется? – не вытерпел Виктор.

– Благодарит за якобы помощь в судебной тяжбе.

– Что же ты такого сделала?

– Да по сути ничего, просто чиновников погоняла, и по другому совсем поводу, просто совпало так. – Я пожала плечами – Случайно.

Маг улучил, когда я отвернусь от майора и встал на одно колено.

– А теперь, когда у меня есть всё, я прошу отдать мне в жёны вашу помощницу!

А сейчас что? – не утерпел Караваев.

– Машиной руки просит – и уже Вайлору: – мастер, я польщена вашими словами о моих заслугах, хотя вы их сильно преувеличиваете. Но насчёт Маши – я не могу распорядиться её жизнью, она свободна в своём выборе. И встаньте, пожалуйста, мне неловко принимать вас так. Присядьте в кресло, пожалуйста! – я элементарно материализовала третье кресло. Маг послушно сел.

– Это мой гость из другого мира, его зовут Виктор, – повела рукой в сторону майора – он не понимает нашего разговора, я ему кое-что перевожу.

Караваев, умница, услышав своё имя, догадался слегка поклониться в сторону мага.

– Это – уже на русском объяснила Караваеву – маг Вайлор, он обучает Машу магии и теперь хочет на ней жениться.

Теперь маг поклонился Караваеву, не вставая.

– Он приехал к Масше?

– Ко мне, – успокоила ревнивца – это только мой друг, а для Маши старший коллега. А ты, мастер, подумай, сможет ли она здесь жить, я не говорю о семейной жизни, а о… жизни среди людей. На Земле она сейчас хороший специалист, но за год-два свои навыки утратит, в её области знания обновляются ежемесячно и вернуться в профессию её будет трудно. Тебя я понимаю, хочешь жениться, но вот сможет ли она твоей жизнью жить? Может, и сумеет, есть у нас и такие, что с удовольствием семьёй занимаются, но есть и такие, что ведут себя как кворы. А что Маше по душе? Мне вот кажется, ты по складу характера можешь уйти в работу и не видеть, что вокруг творится, а женщинам внимание необходимо. И не по выходным, а каждый день.

– Но я слышал, есть такая пара?

– Есть, можешь с ними поговорить. Попроси у Маши говорильник, пусть наберёт один-четыре.

– А если нам перебраться в ваш мир?

– Хм… в принципе, можно, но дорого и у нас нужно иметь как бы разрешение на проживание, его власти дают, это непросто. Потом, уровень магии у нас значительно слабее, это здесь я могу молнию в любой момент вызвать, а на Земле не всегда. Если живу там пару дней, силы немного слабеют. Для Маши так и нормально было бы, а тебе одни расходы, только за обучение языку сколько сдерут!

– Но я же маг! Амулеты там могу изобретать.

– Если власти заинтересуются, рискуешь опять в камере оказаться, и будут тебя изучать. Нет, и работать тоже можно, но лучше если власти будут считать тебя мошенником.

– А как же вы, мудрейшая?

– А я сваляла дурака вначале, теперь деваться некуда, но иногда чувствую себя не очень уверенно. Я теперь больше здесь живу. Да и сил у меня выше крыши оказалось, и амулет мощный, рассчитываю сбежать, если что. Как-то так… Ты, если с Машей собрался работать, сейчас ступай, я уйду скоро и порталы закроются. Будешь до вечера на крыше куковать.

– Не понял, мудрейшая?

– В смысле, сидеть.

– Благодарю за беседу, мудрейшая Мариа – встал и низко поклонился маг. Открыла ему портал к Маше, остались мы с Караваевым.

– Вы о чём так долго?

– Да… пыталась объяснить, что они разные. Этот понял, кажется, задумался о жизни на два мира.

– Ты за них переживаешь?

– Конечно! Машу именно я сюда притащила, Вайлора из камеры подземной спасла. Хоть и отнекивалась, а ответственность за обоих чувствую.

– И за детей, что мячиком мне влупили?

– Ну!

– А ещё за пятьдесят человек, что сюда привела?

– С ними проще, там своё начальство есть, да и коллектив какой никакой. Разве что в Питере дела решаю, да почту иногда таскаю.

– Да ты просто мать-Тереза. И ещё наверно, подшефные какие есть?

– Конечно, только не всех поймала. Жители окрестных земель тоже на моей ответственности, но пока только одну деревню кое-как устроила, и городок небольшой нашла, остальные в лесах прячутся.

– А коптер запустить?

– Без спутниковой навигации?

– Ну, чисто теоретически, можно несколько маяков воткнуть, и с них контроль направления вести. Север – то здесь имеется?

– Не уверена. Должен быть, по идее, раз солнце по небу движется.

– Я о магнитном полюсе. Компас работает?

– Не пробовала. Смотреть надо.

– Тут такое дело… я мог бы помочь, мне отпуск нужно до сентября отгулять – виновато признался Виктор.

– Отпуск? Класс! – почему-то меня к Виктору в объятья бросило, ей-ей, не собиралась. – Месяц?

– Месяц – шепнул в ухо Караваев.

Обнимашки дело такое, закончились почему-то в спальне.

– Что сегодня делать будем? – поинтересовался Караваев

– Неплохо бы обе бригады проверить и в деревню одну заглянуть, посмотреть, как обычные крестьяне живут. Это рядом со вчерашним местом, но идти придётся пешком.

– А потом?

– А потом, дорогой, (ой, что это я?) тебе на работу. Часа через три в Питере шесть утра будет.

– Чего так быстро-то? – заворчал Караваев, но пошёл умываться

Бригада почитателей меня настил закончила, начальство ждут: я велела притормозить на этом, будем балки усиливать. Протянули вторую пару тросов вместо перил, показала, как их в ферму связать: длина метров восемьдесят, лучше укрепить. Заготовки для места отдыха уже лежат кучкой, это они быстро усвоили. За мной только памятная табличка останется. Хорошо на них моё подземелье подействовало

Первая бригада… явно сегодня не закончит. Но замечаний особых нет, перешли с Виктором по набросанному настилу и дальше в деревню. Интересно же, чем обычные крестьяне живут, и как. Мои должны жить лучше!

От моста до деревни километра полтора, может два, сначала пришлось по чуть расчищенному лесу пробираться, потом на дорогу от старого моста вышли.

Вдоль дороги, может, домов и не так много, но в полутрансе – прозорливости почти сотню насчитала. Не хутора, но разнесены подалее, чем у староверов, и семьи там не по два человека, явно. Ничего похожего на трактир не нашла, но углядела спящую у третьего по счёту дома старуху. Дом, кстати, неухоженный, да и соседние не слишком смотрятся. У староверов, конечно, богаче село.

– А что, бабушка, попить у вас можно? – попыталась завязать разговор.

– А? Что? Нет, не знаю. Ты, барыня, к старосте иди, он тебе покажет.

– А староста-то где у вас?

– Что? Нет, ты к старосте иди лучше, а я не знаю.

– Тебе чего, тётя? – пропищал голосок за спиной. Девчонка, или мальчишка, не разобрать, лет пяти навскидку, босиком, залатанные штаны до колен. Волосы выгорели до белизны.

– Да вот, попить попросили, а она к старосте посылает, а где тот староста, не говорит.

– А вы зачем тут?

– Смотрели как новый мост строят и пришли.

– Так вам к старосте не надо, Глыза из ума выжила, а я за ней присматриваю. Пошли ко мне, мамка даст. А дядька чего молчит?

– Он иноземец, не понимает по-нашему.

– Ух ты! – ценность меня как развлечения упала ниже плинтуса. Тем не менее, на двор нас сопроводили: мне-то в кроссовках нормально, а вот Караваев выбирал дорогу очень осторожно.

– Мамка! – ударил по ушам истошный вопль – Я тебе иноземца привела! Попить!

В некотором отдалении от нас из ниоткуда начали появляться копии нашей, как оказалось, проводницы. Разного возраста.

Выглянула испуганная женщина в застиранном рванье, цыкнув на детей, испуганно спросила:

– Вам чего, господин?

– Он не понимает по-нашему, пить хочет! – уточнила дочка.

– А, попить, это можно – женщина вернулась в дом.

– Сейчас тебе воды вынесут, попей и поблагодари – подготовила я Караваева. Так и вышло.

– Он и правда иноземец? – осторожно спросила у меня хозяйка.

– Правда, правда. Вот велел в благодарность семян иноземных дать, – вытащила из сумки пакетик с репой – говорит, если посадишь и будешь поливать, вырастет в земле такая вот штука, – я изобразила руками – сладкая и довольно сытная.

– Ой, я не знаю!

– Так и знать ничего не нужно, она сама вырастет. Прикопайте семечко в землю вот на столько – показала пальцами – поливайте и ждите. Примерно через полтора месяца будет большая, можно готовить, а детям и сырая нравится. А листья скотина любит. У вас же есть скотина?

– Есть – женщина зачарованно рассматривала рисунок на пакетике.

– А можно иноземцу посмотреть?

– Это… а он не маг?

– Нет, но хотел бы научиться. Так можно?

– Да что там смотреть? Птицы у меня и чусак – но повела к сараю.

Караваев смотреть не хотел, но я уговорила его соответствовать, самой же не признаться, что завралась непонятно зачем.

Чусак оказался чем-то вроде бычка, а может, и тёлочки. Птицы такие же как у Клайна зубастые, свободно бродили позади сарая и улетать не пытались.

– Насмотрелась? – спросил Караваев издалека, явно опасаясь за чистоту ботинок – не ботинок, а неуставных мокасин, на самом деле.

– Он сказал, у них такие же – перевела я хозяйке и двинулась обратно. Лучше я с Зинтером поговорю или с Криэном.

– Чего тебя в хлев-то потянуло? – спросил Караваев на обратном пути в сторону моста.

– Да хотела посмотреть, как в деревне живут. Но, похоже, не тот способ выбрала

– Это точно. Туфли изгваздал и пуговицу потерял.

Убедилась, что со стороны деревни нас не видно, перешла в Башню и выдернула туда Виктора. Последние часы уходят, а мы гуляем тут, понимаешь ли!

Глава 7

Вечером устроились с Машей на крыше, за жизнь поговорить. Не вообще, а за её, Машину жизнь в ближайшем будущем. Без спиртного, чай и конфеты: мы же не пропивать её собрались, а конкретные шаги наметить.

Может, жених объяснил, что к чему, может, сама дошла, но дуться на меня девушка перестала. Так что получилось и понимание найти, и шаги наметить: всё-таки Маша решилась сюда перебраться. Поживут у меня в городском доме, пока Вайлор с собственным домом разберётся и работать начнёт: не представляю, как тут маги зарабатывают. Ну, кроме целителей. А вот Маше чем заниматься?

– Есть у меня возможный вариант – неуверенно предположила я – работа временная, на год примерно. Завучем. Ну и учителем – арифметика, физика. Школьный курс. У тебя с физикой как?

– Одни пятёрки были. Это в вашу школу?

– В неё. Мне подсказали, что за три месяца в этом возрасте обучить ничему не получится и придётся минимум год заниматься. Ещё и предметов добавить советуют. Триста в месяц.

– Триста предметов?!

– Да нет, ракушек. Зарплата.

– Это как, много или мало? – растерялась Маша.

– Это немного выше среднего, как мне сказали.

– Тогда я готова!

– Но тебе придётся каждый день быть на работе, и с университетом разобраться как-то. Если не уволиться, то хоть за свой счёт пока оформить. А за эти месяцы, глядишь, и найдёшь что-нибудь подходящее, но только если подпишешься, должна будешь довести класс до выпуска.

– Я готова! Когда начинать?

– Готова она! Я сама не готова, мне ещё программу получить нужно. Хотя, подожди…

– Привет, Ольга! – набрала приятельницу. – Я насчёт программы.

– В электронном виде.

– Годится, она при тебе? Я могу подойти с флешкой?

– Давай!

Пока искала свободную флешку, пока с Ольгой чуть-чуть поболтали, с полчаса прошло. Но потенциальный завуч никуда не делась, хоть встретила меня и не одна, а в обществе Филимона. Очень удачно, кстати.

– Мария Алексеевна, а можно кису погладить?

– Если киса позволит, – я призвала ноут и вставила флешку – он последнее время в школе обитает, так что познакомьтесь: кису зовут Филимон, если ласково, то можно Филя. Филенька, это Маша, не обижай её.

– Очень приятно! – на полном серьёзе ответила Маша. Кот промолчал.

– Их тут стужевиками называют, они живут в горах и владеют скрытом. Зверь серьёзный и хороший охранник.

– А мелкий тут бегал, полосатый такой?

– Это свистун, зовут Муся. Или кто-то из её детей.

Пробежала глазами программу. Отличная работа, и как я сама до такого не додумалась? В таблице понедельно расписано почти всё, выделены дисциплины для вступительных в Академию. И да, на восемь здешних месяцев… и взвалила же я на плечи обузу!

– Что-то не так? – обеспокоилась Маша.

– Да нет, смотри, – отодвинулась я – просто я рассчитывала на пару месяцев, а получается гораздо больше.

Контрольные каждую неделю… это ж и тетради на всех нужны, и ручки и ещё что-нибудь! Разве что на дневниках сэкономлю.

– А учебники есть?

– Нету учебников. Здесь и школ нету, только у квор, но там на боевые искусства упор, и тоже без учебников. Так что мы с тобой первопроходцы.

– А учителя?

– Учителя есть. Учитель магии, учитель языка, учитель истории и географии, физрук. Я один урок арифметики провела, и новые два учителя добавились – агроном и целитель, агроном уже два занятия провёл. Тебе придётся расписание составлять и следить, чтобы программу соблюдали. И не представляю, что ещё потребуется, это и для меня достаточно неожиданно. Я собиралась просто сдружить группу сирот и как-то подготовить их к самостоятельной жизни,

– С учителями познакомите?

– Давай в понедельник, а сегодня постараюсь с целителем договориться. Или завтра – я вспомнила, что к Риварс придётся идти пешком, магофона-то у неё нет.

Отправила Машу к жениху, а сама набрала Цельсию. Программа получена, завуч нанят, дальше тянуть некуда – а ведь оттягивала я этот разговор, вот и половина денег у нас на счёте мои, а всё равно как-то неловко просить.

– Маша?

– Здравствуй, Цельсия. Не отвлекаю?

– Рада отвлечься. Когда к бандитам?

– А давай сейчас? И дело одно обсудим.

– Всё, собираюсь. Дам знать, как готова буду.

Я тоже собралась. Одежда поудобнее – брюки, кроссовки, жилетка-разгрузка. Пистолет, жезл, горсть амулетов на шею, верёвка – вдруг вязать кого придётся. Бандана, чтобы волосы в глаза не лезли. Блокнот с авторучкой, мудрые мысли фиксировать. Вроде, всё?

Тут и Цельсия отзвонилась. Выдернула её на крышу, объяснила диспозицию:

– Мы идём к бандитам, захватившим власть в городке. Неделю назад я к ним заходила, пару человек пришлось наказать. Назначила нового вожака и велела приготовить мне списки жителей и нуждающихся. Ну и чтобы стал старостой этого городка или деревни, а банда его, соответствен, местной стражей. Хотела сюда с отчётом вызвать, но решила сюрприз устроить, с проверкой явиться.

– Так мне, выходит, и не размяться?

– Сдаётся мне, что будет возможность. В тот раз двое убить пытались, так что будь начеку, никто нас благородно вызывать не станет. Следи за моей спиной, а то бывает, увлекусь разговором, и могу сзади опасность прозевать.

– Ясно, держусь сзади слева.

– Ну, пошли! – с жезлом могу перетащить даже пару квор. Шагнули во двор. Под скрытом и под щитами.

Двор как двор, большой только. Сегодня калитка закрыта, возле неё двое дежурят, ещё двое сидят у сарая какого-то: в прошлое посещение его не заметила, внимания не обратила. А сегодня просто в глаза лезет. Перешла в прозорливость – внутри люди, больше двух десятков, в основном дети, но и несколько взрослых. Это что, список сирот такой?

– В сарае дети заперты, много – вполголоса сказала сестре. – Не нравится мне это, но пошли к старосте.

У входа в здание тоже часовой, беспокоить его не стала, спеленала заклинанием. Не учла только, что он на дверь повалится, пришлось его оттаскивать. Не то, чтобы сложно очень, но пришлось возиться.

В холле первого этажа трое, трезвые, порядка явно больше. Этих тоже спеленала на всякий случай.

Перед разукрашенной дверью начальника притормозили. Внутри четверо и, похоже, подавитель работает. Неужели тот, что мне подставляли, до сих пор жив? Быть такого не может!

– Не выходи пока из скрыта – попросила Цельсию – и действуй по обстоятельствам, что-то там неправильное творится. Подавитель жужжит зачем-то.

– Так может, я сначала?

– Привет, Аркон! – я вышла из скрыта и распахнула дверь. – Списки приготовил?

Меня явно не ждали, мой ставленник с помощью двух бойцов явно чего-то добивался от женщины – та наполовину лежала на столе, лицом вниз, длинная юбка задрана до головы и закрывает лицо, один из бугаёв держит за запястья. На изнасилование похоже, но не очень, скорее на демонстративное унижение.

– Ты откуда? – удивился хозяин.

– Из Белой Башни я, дай вот, думаю, зайду. А что вы тут делаете? И выключи подавитель, меня отвлекает.

Не нужно было становиться магом, чтобы прочитать мысли новоявленного градоначальника. Сначала растерянность, пожелание мне провалиться, потом мимолётный взгляд на подавитель и торжество.

– Пятно, займись! – кивнул на меня свободному бугаю.

Тот только подумал шевельнуться в мою сторону, а уже голова назад откинута, из разорванного горла кровища бьёт. Уж у Цельсии и скорость! Ну, а я Аркона обездвижила, то есть спеленала, чтобы не удрал, но рот оставила. На ногах не удержался, упал лицом вниз.

– Это не то, что ты подумала! – хозяин порадовал меня свежей мыслью. Очень громко, чтобы лучше дошло, наверно.

– Списки где?

– Какие списки? – искренне не понял Аркон.

– Которые я велела приготовить. Неделя прошла.

– Завтра будут!

– Эх, Аркон, Аркон! Я тебе что велела? Списки приготовить, баб не обижать и не беспредельничать. Списков нет, бабу обижаешь, в сарае дети заперты. Это что, рачительное управление? Покушение на меня я ещё могла бы простить, а вот неисполнение распоряжений не могу.

– Прости уважаемая, лукавый попутал, раскаиваюсь и не буду больше! – зачастил пока ещё хозяин кабинета – детство тяжёлое у меня было, голодное…

Пришлось и рот ему заткнуть.

– Ну а ты что стоИшь? – спросила у второго качка. Тот, насколько я заметила, за это время даже пальцем не шевельнул.

– Велели держать, я и держу – объяснил детинушка.

– Можешь отпустить – распорядилась я.

– Ага! – распрямился охранник. Сразу зашевелилась и жертва. Встала на ноги, машинально поправила платье, волосы, огляделась и шарахнулась от Цельсии – та выпала из скрыта и стояла в золотом доспехе с серебристой левой клешнёй.

– Извини, – смущённо пробормотала сестра – подавитель мешает. Этих мне отдашь?

– Пока нет, главного развоплотить обещала, а этот пока мирный. – Я машинально запустила заклинание очистки, у сестры на панцире хоть бы пятнышко, а у меня правый бок весь в крови. Даже на волосы попала, щит не воспринял её как опасность.

Женщина оказалась не такой уж молодой, волосы спутанные, лицо со свежими синяками и ссадинами. Возраст из-за грязи не определить, но не меньше сорока. Невысокая, плотная.

– А от тебя эти чего хотели?

– Да ничего, собственно. Изгалялись, сво… господин Аркон.

– Это для тебя подавитель? Ты маг?

– Целитель. Самоучка. А ты кто?

– Я Мария, хозяйка Белой Башни и этих земель. Это моя сестра Цельсия.

– Сестра?!

– Названная – пояснила Цельсия. – А тебя как зовут?

– Зая… уважаемые.

– Ты случайно не в курсе, для чего у них в сарае дети заперты? – вспомнила я. – Почти три девятка человек?

– Конечно, в курсе, из-за них и пришла к господину Аркону. Он как новым господином стал, велел с домовладельцев ракушек собрать, а которые не заплатили, детей отобрал, пока не заплатят, не отпустит, сказал. А многим два раза подряд не заплатить, недавно же прежний господин Аркон собирал, а я просить пришла, чтобы хоть пить разрешил, маленькие помрут ведь, может вы его попрОсите?

Копия камня правды, вернее, камня лжи, на слова Заи не отреагировала: правду говорит, или помехи от подавителя глушат всё вокруг?

– Скажи, Аркон, для чего деньги велел собрать? – пришлось его частично освободить.

– Врёт она всё, ничего я не собирал, и насчёт детей в сарае первый раз слышу, а списки готовы уже, переписать только… - заткнула ему рот, убедилась, камень исправно мигает и подавитель ему не мешает. А целительница сжалась вся, расправы испугалась.

– Цельсия, можешь сходить детей выпустить?

– Нет проблем! Я пошла?

– Подожди – я повернулась к оставшемуся качку: – Иди с госпожой Цельсией, поможешь ей сарай открыть, если понадобится. Если кто спросит, скажешь, я велела.

– Но господин Аркон-вождь… - начал было детинушка, однако сообразил, что власть меняется и заторопился.

– Подскажи, Зая, кого мне старостой назначить? Чтобы и грамотный был, и не дурак, и достаточно честный. Ты же знаешь тут всех?

– Только в нашем конце.

– А я вообще никого.

– Даже не знаю… – растерялась женщина. – Раньше Сартан заведовал, его предыдущий Аркон убил. Но он писать не умел и почти все дела Сарта вела, жена его. Она и меня сюда пригласила, и с домом помогла.

– И где её найти?

– Так ведь она женщина!

– Ну и что? Я вот тоже, да и сестрёнка моя, и что? Можешь к ней отвести? Хотя лучше её сюда, если устроит, сразу и дела примет.

– Так я побежала? Ой, а дети?

– Отпустила я детей, и трёх мамаш с ними, – вернулась деловая Цельсия – куда теперь?

– Подождём немного, Зая за человеком одним пошла.

– А что за человек?

– Возможно, новый начальник.

– А старого развоплощать когда будешь? Хотелось бы посмотреть.

– Вот поговорим и решу. А где тот, что с тобой ушёл?

– Я его на ворота поставила, чтобы не выпускал никого.

– Как, а дети?

– Ты чего, их я раньше выпустила!

Детинушка оказался исполнительным, Зая вернулась – не выпустил. Пришлось посылать Цельсию с новым распоряжением.

Тем временем как сумела, осмотрела дом и постройки. Места много и комнат тоже, но моя прозорливость больше на живых срабатывает, перегородки-этажи не очень различает. Шесть человек ещё насчитала, кроме тех, что во дворе. То ли бандиты, то ли обслуга, один, похоже, в самом низу находится, в подвале. Заключённый? Надо проверить.

Магии в доме мало, амулеты только, и те полудохлые. Комнатка небольшая под магической охраной, туда тоже загляну обязательно.

– А что за дело ты хотела обсудить? – вернулась Цельсия.

– Дело? – я немного растерялась. – Да, понимаешь, это насчёт моего школьного выводка. Я тут обсуждала их обучение с Ольгой Дмитриевной, и та убедила, что за два месяца, в которые я рассчитывала уложиться, дети ничему научиться не успеют, она считает, заниматься нужно как минимум до следующего месяца бурь. Ещё и программу увеличить, учителей добавить. А ракушек у меня на такой срок не хватит, придётся с нашего общего счёта взять. Примерно тысяч пятьдесят-шестьдесят, ты не возражаешь?

– Идёт, я в деле!

– Ты не так поняла, моей половины должно хватить, ещё и останется.

– А мне куда эти деньги девать? От бани тысяч по десять каждый месяц, в месяц бурь почти двадцать вышло, затраты давно окупились, Вуламирс больше ста тысяч перевёл, денег птицы не грызут. И не отнекивайся, на благородное дело и тратить приятно. Тебе вон Башню обживать ещё, и степное поместье, и дом в городе. Что там в степи-то у тебя, ты не рассказывала?

– Этот ублюдок из двух нормальных деревень устроил место для развлечений, часть крестьян согнал, часть заставил ерундой всякой заниматься. И продала бы нафиг, но там медная руда нашлась, хочу попробовать медное производство организовать. А пока пытаюсь вывести поместье на окупаемость, чтобы сами на жизнь зарабатывали. Рисайно им по семь тысяч в месяц добавлял, а я хочу курорт организовать и с земледелием помочь немного.

– Курорт? Это где воду специальную пьют?

– Ну да, там озеро и родник с якобы целебной водой. Чешуйчатые раньше ездили лечиться, пока Рисайно всех не разогнал.

– Даже я что-то такое слыхала. И что, реально помогает?

– Ну ты же понимаешь, нет лекарства от всего. И этот источник, от чего-то может помочь, от чего-то нет. А может, и вообще выдумка.

– Но он есть? Покажешь?

– Есть, конечно, но там только чешуйчатые лечились. Про квор не упоминали.

– Грсульфарс что-то рассказывала. Интересно, про твой, или нет?

Сестра заставила меня вспомнить про планы возобновления курорта, дала несколько советов… тем временем и Зая вернулась. Не одна, привела средних лет – пожалуй, уже не средних, преклонных лет плотную женщину с измождённым лицом и красными руками.

– Это Сарта – представила её.

– Здравствуйте – осторожно произнесла Сарта, стараясь не смотреть на труп.

– Здравствуй, меня зовут Мария и я хозяйка Белой Башни и прилегающих земель, получается, что и этого места. С прежним начальником здешних… воинов мы не поладили, я назначила другого, но он тоже меня огорчил. Мне сказали, твой муж был здесь старостой?

– Да, уважаемая – поклонилась женщина.

– Ты знаешь, что должен делать староста?

– Раньше знала, но ситуация изменилась, ваши требования мне неизвестны. Уважаемая.

– Мне нужен человек грамотный, неравнодушный и по возможности честный, способный навести в городке порядок и поддерживать его. Нужно решать споры, по мере сил предотвращать и улаживать конфликты, собирать и бережно тратить ракушки на городские нужды, видеть эти нужды.

– Мой муж был таким, – глухо ответила Сарта - уважаемая.

– Грамотным?!

– Нет, но всё остальное…

– Ты местная, ты можешь предложить кого-то подобного?

– Я не знаю, – она оглянулась на Заю – я давно ни во что не вмешиваюсь. Уважаемая.

– Ты грамотная? Писать и считать умеешь?

– Умею, госпожа.

– Сейчас ты чем занимаешься? Где живёшь?

– Я… - замялась Сарта.

– Моет она в трактире – не выдержала Зая – посуду, столы, полы и всё, что трактирщик придумает.

– Живет где? Дом есть?

– Там и живёт, а дом её этот вот самый и есть!

– Серьёзно? – я не смогла скрыть удивления – и давно тебя выселили?

– Четвёртый оборот – снова ответила Зая – как мужика ейного убили и сына украли.

– Аркон?

– Он, сволочь!

– Ну, с него уже не спросить… так, Сарта, берёшься за работу старостой? Дом тебе верну, жалованье двести ракушек из казны, бандитов, сколько скажешь, стражниками сделаю. Или, хочешь, рабами на пять оборотов. Возьмёшься?

– Да как же, – растерялась жена старосты – я ж не мужчина даже…

За спиной выразительно хмыкнула Цельсия.

– Я тоже. Давай, сама решайся, не хочу заставлять. Помогу, если что, и устройство для связи дам, по пустякам только не дёргай. С соседями по возможности не ссорься, позже мы с сестрой их тоже посетим и бандитов изведём.

– Какая верёвка? Зачем дёргать? Не поняла, уважаемая.

– Не верёвка, штука такая, чтобы разговаривать. Например, ты здесь, а я в Белой Башне или в столице, нажимаешь, и можешь со мной говорить.

– Так я же не маг.

– Да без разницы, маг ты или нет, ты думай скорее и соглашайся, или другого искать буду.

– А условия можно сказать? То есть я согласна, но если вы что-то пообещаете.

– Излагай.

– Помогите сына найти.

– Могу обещать попытаться, а чтобы найти, это уж как получится. Так годится?

– Конечно, уважаемая – вздохнула Сарта. – И ещё я хочу сама выбрать бандитов, которых оставлю.

– Хорошо.

– Тогда я согласна.

– Ну наконец-то! Надо бы бойцов твоих собрать, чтобы клятву принесли

– А этот? – женщина показала на лежащего Аркона.

– Этот обманул, у него другая судьба.

– Пусть останется, он не хотел моего мальчика арквору отдавать.

– Не поняла, объясни.

– Главарь сына моего забрал, я не знала зачем, а этот не давал, кричал что нельзя детей ящерицам отдавать…

– И что дальше?

– Тот его с ног сбил и мальчика моего унёс – женщина готова была расплакаться.

– Не смей сопливиться! – не выдержала Цельсия – Ты же баба, ты сильная, даже начальница теперь, это мужчинкам простительно, не нам!

Честно говоря, убивать Аркона мне уже не хотелось, одно дело под горячую руку, другое – демонстративно казнить. Но и отпускать неправильно.

– Он же обманщик, и над Заей измывался!

– Пусть останется, ты обещала! – и откуда в голосе твёрдость появилась? Неужели педагогический приём сестры сработал?

– Ну да. Обещала. Слышал, Аркон? – спелёнутый заклинанием ответить не мог, конечно, но уши-то у него открыты. – Будешь рабом этой женщины, Сарты. Ослушаешься – умрёшь.

– На пять лет – подсказала Сарта.

– Не на пять лет, а пока я не разрешу! Может, всё-таки развоплощу, когда Сарта отпустит. Встань и подойди! – сняла заклятие, нащупала в кармане жезл.

Дзинннь! – стукнула Аркона по лбу. Уж не знаю, как, но распоряжение моё закрепилось.

– Благодарю, велико… – упал на колени новоявленный раб, но я аккуратно залепила ему рот.

– Иди во двор и собери своих бандитов, – распорядилась Сарта – буду выбирать.

– О, а кого не выберешь, я чик-чик! – Цельсия щёлкнула клешнёй и немного переиграла, но женщина поверила, отшатнулась.

Дождавшись, пока Аркон немного отойдёт, разлепила ему рот.

– Пойдём, я тебе кладовую открою, – позвала новую хозяйку – там магический затвор, сама не попадёшь.

Дверь изрублена, явно пытались недавно открыть топором. Щепки на полу остались, значит недавно. Запор ерунда, отпал сразу, я вошла первой.

– Так, магических ловушек не вижу – обвела взглядом небольшое помещение, примерно два на три метра. Вдоль стен до невысокого потолка стеллажи, на них ящики и свёртки; в одном углу свалено режущее и колющее, вот бы Караваева бы сюда. – Подозреваю, что на полках награбленное, распоряжайся, как сочтёшь нужным.

Приладила запор на место, переписала заклятие на свой амулет, вручила Сарте.

– Имей в виду, у тебя в подвале какой-то узник. Я бы на твоём месте проверила, а сейчас пошли во двор.

– Если сумеешь, наведи на них жути, чтобы неповадно было – шепнула Цельсии в дверях.

Трое лежит, десяток стоит. Лежащих подняла, велела в одну линию встать, спорить со мной желающих не нашлось.

– Так! – усилила голос – у вас опять новый староста, Вот она, зовут Сарта. Сейчас она выберет, кого из вас оставит, подходите по одному, ты первый! – ткнула пальцем в стоящего слева.

Первый подошёл, Сарта спросила, как зовут и кивнула мне – оставить, значит. Я сразу и объявила:

– Будешь рабом у госпожи Сарты пять лет. Не послушаешься её –умрёшь сам.

Дзинннь! – пропел жезл.

– А кто не хочет рабом?

– Кракена кормить пойдёт – доходчиво объяснила сестра.

– Не, не хочу кракена!

– А ему так даже интересней – авторитетно заявила Цельсия – но это на усмотрение госпожи Сарты.

Второй и третий прошли посвящение в рабы без вопросов, с четвёртым вышла заминка. Сарта долго соображала что-то, потом решилась:

– Этого не беру!

– Что так?

– Не возьму, он насильник!

– Дерётся, что ли? – похоже, сестра вошла в роль.

– Не только. Тычет своим стрючком между ног, кому помоложе.

– Да как он со взрослой женщиной справится? – искренне удивилась Цельсия, мужичок-то и впрямь задохлик.

– Девочек он любит. Маленьких – ненавидяще подсказала Зая.

– Этот? Девочек?! – сестра бросила на меня вопросительный взгляд, я кивнула. Не люблю насильников, а уж педофилов…

Движение вышло смазанным, только показалось, что тень мелькнула на солнце, да поза у Цельсии изменилась. Надо было в трансе следить…

– Больше не сможет, – сообщила сестра – чик-чик!

Теперь заорал педофил, с ужасом глядя на распоротые спереди штаны. И упал, наверно потерял сознание.

– Теперь возьмёшь? – невозмутимо спросила я.

– Этого гада? Нет!

– Тогда вычёркиваем! – хотела убрать подонка в Башню, но Цельсия опять меня опередила, отделив ему голову. Получилось очень эффектно. Мужичкам нехорошо стало, почти всем, а у дам, наоборот, взгляд поменялся: у Заи глаза просто засверкали, у Сарты потемнели, но тоже блеск появился.

– Следующий! Ты – указала я пальцем.

Пятому было тяжелее всех, с трудом подошёл на негнущихся ногах, бледный выслушал заключение хозяйки – «Беру!» – и упал в обморок. Пришлось в чувство приводить, вдруг на бессознательное тело заклятие не подействует.

В общем, все так или иначе прошли; с предпоследним вышла заминка, Сарта было задумалась, но посмотрела на лежащее тело и, видимо, пожалела соискателя.

– Не хочешь им старшего назначить? – тихо подсказала я. – И учти, в доме осталось ещё два человека

– Ты будешь старшим! – показала она на Аркона. – Кто остался в доме?

– Э-э… кухарки!

– Приведи!

– Мы сейчас уйдём – сказала я Сарте – принимай хозяйство, а насчёт сына утром поговорим. Успеха тебе!

Глава 8

Искать Риварс на ночь глядя не пошла, когда проснулась – тоже неудобно, выходной же, так что выдернула назначенную вчера старосту.

– Здравствуй, Сарта!

– Ой! – совсем женщину с толку сбила, надо было как-то предупредить, но что сделано, не вернуть. Сарта, похоже, сидела и у меня упала на пол, в руке нож хозяйственный. Но быстро сориентировалась, встала, поклонилась: – Здравствуйте, уважаемая! Вы уж простите меня, дурочку деревенскую, так переволновалась вчера, имя ваше не запомнила.

– Мария меня зовут. Ты тоже извини, что я тебя так бесцеремонно в гости притащила, впредь постараюсь предупреждать. Ты с домашними делами разобралась?

– Разобралась, да. Простите, а как к вам обращаться? Ваше сиятельство?

– Нет, я не сиятельство и титуловать меня не нужно. В крайнем случае, магистром можно называть, но я этого не люблю, оставим для совсем официальных приёмов. Садись в кресло и слушай, что мне от тебя нужно.

И я минут десять, а может и двадцать доводила до Сарты своё видение работы старосты. Объяснила, что за списки ждала от Аркона, попросила собрать; с соседними посёлками рекомендовала по возможности пока не общаться, нападут – помочь-то я могу, но убивать никого не хотелось бы, а вот когда у меня будет нужная информация, смогу подобрать ей вменяемых коллег. А пока сидеть тихо-тихо.

– Понятно. Только как мне вам сообщить, когда я всё сделаю?

Н-да. Не забрала у Аркона магофон, теперь ещё один понадобился.

– Сделаю тебе амулет или у Аркона отберу, если не потерял. Ты мне расскажи насчёт сына подробно, какой у него возраст сейчас должен быть, как давно отобрали, какие приметы.

– Что такое приметы? – испугалась Сарта.

– Ну, рост, глаза, волосы, родимые пятна. Может, шрамы какие. Как зовут… но имя он и забыть мог.

Мамаша обрушила на меня кучу бесполезной информации – умный, волосики чёрненькие, ласковый, смелый, вежливый, послушный, усидчивый, иногда шалун… пришлось тупо задавать вопросы. Выяснилось, что особых примет нету – почистили тело от всяких неправильностей, целителя приглашали; оборотов ему тогда было три с половиной и ещё почти столько же прошло: сейчас почти семь, десять лет по нашему. И всё.

– Ты говорила, арквор его забрал, про него можешь что сказать?

– Ничего не знаю, не видела я. Говорил кто-то, что колдун, может слуга ему понадобился, или ученик.

– Ученик? У него способности были?

– Да, он жуков наперегонки бегать заставлял – Сарту опять пробило на слёзы.

– А кто-нибудь этого чешуйчатого видел?

– Не знаю, так всё быстро случилось, сыночка забрали, меня заперли, а потом… потом выгнали.

– Твой Аркан мог его видеть?

– Не знаю я!

Выдернула Аркана. Тот тоже к подобному перемещению не привык, выглядел ошарашенным.

– Скажи, три с половиной оборота назад твой тёзка отобрал у Сарты ребёнка, ты видел, кому его отдали?

– Нет. Уважаемая.

– Может, кто-то из солдат видел? Или ты что-то слышал?

– Кто-то из старых говорил, важная такая ящерица. И ещё, – он замялся, с опаской глянул на Сарту – вроде, Блистательный обмолвился, ему молодая кровь нужна.

– Ох! – не выдержала женщина.

– Кто видел, не помнишь?

– Да из старых кто-то, уже нет их.

– Помер?

– Убили, они в Высокий городок попёрлись, их и того.

– Не знаешь, сколько заплатил?

– Не, не деньгами, штуками всякими. Подавители и ещё что-то.

– А где они встретились, арквор этот и твой начальник? Неужели арквор сюда приходил?

– Вот не знаю, меня тогда заперли. Уважаемая.

– Ладно, если что вспомнишь, сообщи. И скажи, магофон у тебя?

– Маго?

– Ну, амулет для разговора.

– А, вот он – магофон висел на шее.

– Хозяйке отдай. Кстати – повернулась к Сарте – кто там в подвале у тебя сидел?

– Ой, и не знаю. Странное существо, на человека похож, но весь чёрный и не понимает ничего. Бормочет непонятно.

– Выпустила?

– Не, страшно. Вдруг от него неприятности какие? Может он чёрный колдун.

– А откуда взялся?

– Говорят, в трактире поймали, еду украл. Но в другом – смущённо пояснила женщина.

– Давно?

– Аркон? – она посмотрела на личного раба.

– На той неделе. Блистательный сказал держать, пока не заплатит, а я и не знал, что он колдун.

– Да он так и помрёт у вас. – Я вспомнила про появление людей с той стороны гор – вот что, я вечером у тебя появлюсь и его заберу.

– А что с мальчиком моим? Нет надежды, да?

– Есть одна мысль… ты дай мне прядь волос своих, может, и получится что – грешно не проверить такое совпадение, арквору был нужен одарённый мальчик, да ещё и про кровь что-то. Чем чёрт не шутит? А волосы для анализа, ДНК тест на определение родственной связи. Трое подходящих мальчишек у меня. Или четверо?

– Может, кровь лучше?

– Пока не надо, по крови искать не умею. А вот если найдётся его одежда какая-нибудь, или игрушка, чтобы запах сохранила, это может помочь. Правда, через такой срок на запах надежды мало.

– Есть у меня, есть!

– Вот и подготовь к вечеру, приду на вашего дикаря посмотреть.

Научила Сарту пользоваться магофоном и отправила обоих.

Приготовила сахар для магистра, сделала два магофона, собралась в столицу – вызов по кольцу. Председатель Айборн. Рассказал Его величеству, как я копию амулета лжи состряпала, тот, конечно, повелел и на корону поработать. Вот, и нельзя ли…?

Ненормальных королю отказать здесь не водится, изобразила радость, конечно. Предупредила только, что подходящего камня, или из чего там царские амулеты сделаны, могу не найти, пускай приносит. Ну и позвонит сначала, мало ли где меня носит – на Земле кольцо не берёт.

Сначала к магистру Арвенару. Или уже мастеру? Хоть сахар заряжать и мне первой в голову пришло, исследование он поставил на хорошем уровне. Даже на высшем, если для местных условий: буду его мастером называть, может, понравится. Вон как Виннергах на непонятное звание купился.

Явилась к старику, он как всегда весь в работе, передала ему сахарного песка десять пакетов и магофон. Всё же партнёр, мало ли что понадобится.

На «мастера» отреагировал ожидаемо, приятно смутился и возразил больше формально. Спрошу у Айборна, что нужно для присвоения звания.

Далее пешком к Риварс.

У приятельницы настроение унылое, при виде меня оживилась, чашки для вина достала. Хотела сначала аккуратно отказаться, а потом думаю, ну и что? Алкоголь я за пять минут из крови выведу, зато магичка выговорится.

Проблема одна, по словам Риварс – отсутствие заработков. Люди к аркворше идут с опаской и если уж совсем припрёт, чешуйчатых здесь просто мало, а попытка перехватить натоптанное место не удалась. Треть большого кувшина мы этой проблеме уделили.

И ещё бездельничать надоело, дом вылизан уже, от чтения мудрых свитков зрение портится – это на пару чашечек потянуло.

– А если учеников завести? – осторожно закинула удочку.

– Да каких тут учеников, кто здесь к ящерице пойдёт? А нашим не потянуть, дорого.

– Ну, для развлечения я тебе учеников обеспечу. Только я думала тебя в школу приглашать, но можно и у тебя, наверно. Бери группами по пятнадцать разумных, на четверть три раза в неделю, например. Работа до конца года, то есть до месяца бурь, заплачу триста в месяц и что на них потратишь.

– Да как я их учить буду, если у меня пациентов нет?

– Во-первых, учить не на целителей, а на помощников целителей, максимум самостоятельности это малое исцеление. Чтобы перелом ноги от насморка отличить могли, перевязать сумели, амулет правильный найти и сказать, когда срочно за нормальным целителем бежать.

– Да зачем это?

– Чтобы могли в деревне на хлеб заработать. Они сироты, никто им помогать не станет.

– Ну, положим, что-то можно и так показать… но всё равно без пациентов никак.

– А ты в нужный день объяви на рынке, что ради учеников одного примешь бесплатно. Можешь даже написать, с каким недугом.

– Так я же деньги потеряю!

– Какие? Твоё время я оплачу, а лекарства и разовые амулеты компенсирую. Зато все узнают, что у тебя ученики, а некоторые и адрес запомнят.

– Погоди, дай подумать…

Думали мы до окончания кувшинчика; в принципе, я могла из Башни чего-нибудь земного достать, но сочла, что и так достаточно.

– Договорились! – выдала наконец Риварс. – Только когда и где с ними заниматься?

– А это ты с Машей договаривайся, она будет за порядком занятий следить. Вот тебе амулет, магофон называется, по нему можно поговорить, чтобы с Машей нажмёшь один-пять, со мной один-два – показала, как вызывать и как отвечать. – Первый раз я тебя в школу доставлю, потом пропишешь там камень перемещения и сама ходить будешь.

– В Башню?!

– Да нет, Башня не пустит. Школу снаружи построили, рядом.

В общем, как-то сговорились.

Вроде и не так долго сидели, но третья четверть к концу. Пора к Сарте, иностранца смотреть. В Башне привела себя в порядок – чтобы спиртным и не пахло! – и шагнула. Не по метке Сарты, а как раньше, во двор.

Суток не прошло, а результаты налицо. Один боец у ворот, шестеро попарно какими-то штуками для убийства стучат, Аркон наблюдает.

Я под скрытом появилась, поэтому внимания не привлекла. У входа никого, свободно поднялась и открыла дверь в кабинет.

Сарта со своим хилым помощником, тем же самым, кстати, свиток составляли, к двери удивлённо повернулись. А я уже без скрыта.

– Нашли? – подскочила хозяйка. Помощник на колени не упал, но был к тому близок, не столько из почтения, сколько от страха. Подавитель-то мне он прислал, и мы оба это помним.

– И тебе здравствуй, Сарта.

– Здравствуйте, Мария. Простите, уважаемая, все мысли о сыночке. Вот, сирот переписываем.

– Неужели готово?

– Нет, конечно, это основа у нас, а некоторые непонятно где живут.

– А от этого – на тщедушного кивнула – неужели польза может быть? Я бы его взашей, если не радикальнее.

Мужичок от моих слов позеленел даже, не иначе представил что-то.

– Если настаиваете, я его, конечно, выгоню. Но со свитками он работает хорошо и не безобразничал – проявила характер хозяйка.

– Ну, смотри, твоё дело. Я чего пришла, на чёрного человека глянуть хочу. Пусть приведут.

– Приведи! – распорядилась Сарта.

Помощник был бы и рад исчезнуть, дёрнулся к двери, но притормозил в последний момент.

– Это… не привести же его, и маг нужен.

– То есть? - не поняла хозяйка.

– Так отвязать сначала нужно, а потом уже нести.

– Почему нести? – вмешалась я – он что, без ног?

– Так с ногами, но не в себе.

– Ну почему я опять обо всём последняя узнаю? – Сарта почувствовала себя уязвлённой.

– Так госпожа и не спрашивала, вы только поинтересовались, кто такой, я сказал, колдун чёрный и колдует непонятно. А его в трактире побили немного, когда платить не захотел, он сперва шевелился, а уже третий день вроде и нет, и воду не берёт. Аркон распорядился так чтобы воду ему давать, а он не берёт больше, помер наверно. Но надёжнее бы подождать с неделю.

– Кошмар! Ты его что же, уморить решил? А если посмертное проклятие?

– Как можно госпожа, не решал я, Аркон распорядился, а моё дело исполнять. А от проклятия первое дело, чтобы сам он помер, главное воды не жалеть.

Оба уставились на меня.

– Ладно, заберу его к себе – мне послышался вздох облегчения, пока я настраивалась на одинокого узника. Живого ещё, кстати. Опасалась, что не получится заочная телепортация, но ничего, справилась.

– Значит, ты звони, если что! – кивнула Сарте и не вставая из одного кресла перенеслась в другое, на крышу. Надо сказать, не совсем удобно оказалось, на ногах лучше выходит.

Но колдуну перенос явно хуже удался, лежит кучей, рука неестественно вывернута. Грязный, вонючий, на руках и ногах браслеты с обрывками верёвок. Кандалы здесь такие, вместо цепей верёвки, вместо кузнеца маг. Дикий народ!

Расспрашивать про жизнь по ту сторону гор рано, спасать нужно. Бросила малое исцеление, набрала Риварс.

– …от зараза! – услышала после десятого или больше гудка, считать-то не сразу начала.

– Здравствуй, Риварс!

– Здорово, мы же на завтра договаривались? Или всё отменяется?

– На завтра всё в силе, у меня сейчас пациент образовался. Можешь посмотреть? Заплачу за обычный вызов.

– Кто такой, что случилось?

– Человек без сознания, похоже, что сломана рука. Грязный, вонючий и, кажется, кожа очень тёмная. Третий день не пьёт.

– Так, я готова, как к тебе попасть?

– Сумка в руке?

– Да!

Вроде, Риварс у меня на крыше и не была, однако, на пейзажи ноль внимания, сразу к пациенту шагнула. От меня потребовала воды и не мешать, я и не мешала. Она сама и обтирала его, и кандалы снимала, и раны залечивала. Часа два возилась.

Действительно, отмытый и магически очищенный человек оказался чёрным, почти как негр, и волосы курчавые, и губы толстые. Но в сознание его не привела, только рефлексы проверила.

– Если можешь, отправь его ко мне, он много сил потерял, да и заживление тоже недаром для него прошло. Хотя бы до утра его нужно усиленно подпитывать, да и переломы лучше медленно заращивать, ты же не умеешь?

– Не очень – согласилась я.

– Вот, за эту ночь дополнительной платы не возьму. А утром переместишь нас обоих. Кто его так?

– Крестьяне. Говорят, еду украл и бормотал непонятно, они и решили, что это колдун, а раз чёрный, то и колдовство нехорошее должно быть. Хотели уморить, но я вмешалась.

– Варвары! Откуда он такой?

– Подозреваю, что из-за этих гор, – я мотнула головой – но откуда бы ни был, убивать за миску еды неправильно. Если она не последняя, конечно.

– Тогда давай, отправляй меня и через пять мигов его, я как раз место подготовлю.

– Погоди, а ракушки? Ты сколько берёшь?

– Да меня и не вызывают почти – стала мяться приятельница.

– Сотни хватит? – предложила ставку мага-агронома.

– Ско… хватит, да, хватит!

Похоже, переплатила. Но вручила ей мешочек с оговорённой суммой и отправила сначала магичку, потом пришельца из-за гор.

Утром… ну, не совсем утром, успела и Машу в школу переправить, и с народом познакомить, и с Филимоном пообщаться – он весь выходной в школе провёл, домой не заходил – словом, не совсем утром, но достаточно рано, вытащила на крышу сначала Риварс, а потом и найдёныша.

Найдёныш, похоже, о перемещениях раньше представления не имел, упал и вообще не сразу понял, где очутился, попытался за свободным креслом укрыться.

– У меня он был спокойнее, – озадаченно заметила целительница – но поговорить не удалось, ни одного языка не знает.

– Ты и на своём пыталась?

– Пыталась.

На звуки нашей речи чёрный колдун перестал прятаться за креслом.

– Ривас? – он встал, наконец, во весь рост. Приятельница обрядила его в простые коротковатые штаны и жилетку, обуви не нашла. Ещё бы, при таких размерах-то.

– РиваРс! – подчеркнула магичка. – Кингсли! – она указала на пациента – Мариа! – представила меня.

– Кингсли! – ударил себя в грудь пациент и ослепительно улыбнулся.

– Во всяком случае, разумен, – заключила я – и непохоже, что знаком с магией, по крайней мере, с переходами. Как только с ним разговаривать? Бывают для таких амулеты обучающие?

– Боюсь, что нет, разве что специально заказывать. Ты же с Председателем Совета знакома, спроси у него.

– И то верно. Ты его кормила?

– Вообще-то нет, – смутилась Риварс – сама поела, а потом с одеждой для него провозилась, а тут и ты вызвала.

– Ясно. Тогда я отведу тебя в школу, а потом этим займусь. Можешь ему как-нибудь объяснить, чтобы спокойно ждал и ничего не сломал?

– Ой… не знаю.

– Ну хотя бы в кресло усадить?

Вдвоём мы убедили гостя сесть в кресло, а потом я притащила Филю: а нечего с детьми шляться где попало.

– Филенька, это мой гость, присмотри за ним, хорошо? – и увела приятельницу на новое место работы. Кого встретила, тем представила, завела к Маше и скорее вернулась.

Отсутствовала с полчаса, застала идиллическую картину: гость спокойно сидит в кресле, на горные вершины любуется, Филя так же спокойно дремлет в отдалении. И слава богу.

Гостю, я бы сказала, оборотов тридцать, полтинник по-нашему. Измождён, за одну ночь Риварс его только восстановила, кормить нужно с осторожностью.

Подвинула столик поближе к нему, фруктов местных достала, лепёшку типа лаваша положила, всё на красивом плетёном подносике. Насчёт мяса вот не знаю… бульон бы ему, но где я и где бульон?

А колдун, похоже, и с телекинезом дел не имел: уставился на фрукты, пошевелиться боится.

– Ешь, – показала, и для наглядности сама от местной груши откусила. Понял что-то, к лепёшке потянулся.

Поварихе бы позвонить насчёт бульона или чего легкого, так у неё магофона нет. Набрала Айлина, объяснила проблему – а он сам занят, Маша совещание устроила, часы делят. И слышу, напряжённо делят, мадам Орнеро убедительнее всех звучит.

– Мария Алексеевна! – Маша уловила, что я на линии, и вмешалась в разговор – они не слушаются! И потом, когда ваши часы ставить, не сказали!

– Ты начальник, – тоже отвечаю на русском – постарайся найти компромисс, заставь, пригрози, что будешь мне жаловаться. На шею их себе не сажай, но и замечания учитывай. А мне всё равно когда, ты сколько часов мне определила?

– Четыре часа в неделю, два у старших и два у младших.

– Нормально. Телефон отдать Айлину не забудь – и отключилась. А насчёт бульона так и не решила ничего.

На гостя глаза от магофона подняла, а у него рот до ушей, лепёшку жевать перестал, радуется чему-то.

– Вотка, – говорит – горбасёф, ленин, харрасо!

Я не сразу и поняла, а потом у меня от изумления рот открылся, наверное. В кои-то веки чёрного колдуна добыла, а он мне про Горбачёва впаривает.

– Говоришь по-русски?

– Мало-мало. Понимать лутсе, давно был. Масква.

– Ты откуда такой взялся?

– С Мынгтхай взялся, как не знать. Папа мама с Чад.

– Это же в Африке?

– Чад Африка, Мынгтхай нет.

– А сюда как попал?

– Расиа папал знать нет, Мынгтхай помнить потом лес холод. КУсать хотел потом помнить нет теперь здес.

– Ты голодный наверно? – спохватилась я. – Подождёшь немного, я еды принесу?

– Да, кУсать хотел много.

Лепёшка быстро закончилась, а ведь это не полезно. Придётся опять к трактирщику обращаться, чего-нибудь диетического нужно добыть. В общем, с горем пополам объяснилась, велела сидеть смирно и отправилась за завтраком.

Спасибо, Зинтеру объяснять ничего не пришлось, мигом собрал мне корзинку на двоих. Ну и наперёд условились, что я, когда понадобится, буду эту корзинку к нему обратно присылать с запиской. И место для корзинки определили, у него на стойке.

Вернулась на крышу, за завтраком кое-как определилась, как попаданец сюда угодил.

Насколько поняла, занимался он чем-то запрещённым, то ли контрабандой, то ли воровал и недавно перешёл дорожку конкурентам. Или просто узнал ненужное, главное, что те решили от него избавиться и в процессе то ли поимки, то ли уже ликвидации мой Кингсли сильно пожелал куда-то деться. Звёзды совпали, и он делся сюда. Теперь сидит напротив и довольно улыбается.

А мне что с воришкой великовозрастным делать? А он, похоже, и на шею сесть не прочь, а может, и обокрасть решится.

– Что дальше делать собираешься? Зарабатывать чем думаешь?

– Руки работает. Потом Москва ехать посол.

– Ни Москвы, ни посла твоего здесь нет. Руками что умеешь?

– Зачем нет посол? Нету Чад есть Мынтхай, – вдруг блаженная улыбка исчезла – зачем Москва нет?

– Нету, нету Москвы. И России нету, другой мир здесь, не Земля, понимаешь? Доктора Риварс помнишь? Видел на Земле таких?

Вижу, вспомнил. Побелеть не побелел, но из темнокоричневого стал серым.

– Ты руски говорить?

– Я из России, здесь ещё такие есть. Здесь нет машин, но жить можно.

– Нет ехать Мынтхай?

– Не знаю, где это. Попасть на Землю можно, но дорого и для простых опасно.

– А ты?

– А я колдунья.

– А! – Кингсли надолго задумался. – Папа колдун, Кингсли тоже?

– Не знаю. Возможно, да, а может, и нет. Хочешь домой?

– Домой нет, Земля да. Или нет?

– Могу только в Россию отправить, но без документов. Полиция поймает, плохо будет – машинально начала упрощать свою речь. – Если не колдун, можешь помереть.

– Милицыя плёхо, помереть плёхо. Как быть?

– Живи здесь, найди работу. Документов тут не спрашивают, но за воровство наказывают сразу, про адвокатов не слышали. Язык местный выучить придётся, иначе какая работа.

– У тебя есть работа?

– А что ты умеешь? Мне вот геолог нужен, металлург, химик может пригодиться. Ты химик? В Москве что делал?

– Уни-вер-ситет ехал, потом так был, потом уехать.

– А что умеешь-то? На что жил?

– Играл – смутился найдёныш – Мынтхай быть, Вьентьян играть.

Так, Вьентьян точно где-то в Азии, не Африка. Набрала на ноуте: а Кингсли, похоже из Тайланда, Мыангтхай по-тайски. Ага, азартные игры там запрещены, значит, подпольный картёжник, катала по-нашему. Не вор.

А ведь были у меня когда-то планы Лас-Вегас в поместье устроить, может, стоит вернуться к ним?

– Ты умеешь играть или организовать игру?

– Карта играть, ставки принимать, рулетка.

– Казино небольшое потянешь?

– Нет понимать?

– Управлять казино сможешь?

– Да! Иметь казино Мынтхай, нет закон.

– Ладно. Пару дней у меня можешь пожить, я подумаю о работе для тебя. И как тебя языку обучить, тоже подумаю, но если решу дать тебе работу, возместишь всё, что на тебя потрачу. И клятву дашь магическую не обманывать, понимаешь? Это серьёзно, нарушишь – сам умрёшь, и наказывать не надо.

Последние слова гостю явно не понравились, но и высказывать он ничего не стал. А я вдруг вспомнила, что у меня в подвале гоп-компания до сих пор сидит, которая Караваева на рынке развести пыталась. Без еды, без воды, и даже не помню, сколько их. Ой, как неудобно…

– А сейчас не мешай, – велела гостю – дела у меня.

И отпасовала его вместе с креслом подальше, а перед собой вытащила гопников с рынка. Пятеро их оказалось, двое с оружием, значит, стражники. Одного вспомнила, второго так, смутно.

Мужички, видать в темноте сидели, на ярком солнце не видят ничего, пришлось малое исцеление кинуть. Не скажу, что нормальное лечение, но меня худо-бедно разглядели, на колени попадали. Филимон заинтересовался, подошёл к ним, обнюхал, на меня вопросительно посмотрел. Молчат… мне даже понравилось.

– Значит, так, – объявила – стражу я отпускаю. Наказывать не стану, но замечу ещё раз, что с преступниками сговорились… пожалеете, что не развоплотила.

Ну, а что с ними делать прикажете? Малых сроков тут не дают, или казнь, или каторга, что примерно то же самое. А на вышку проступок не тянет, да и служивые они, как-никак.

– Благодарим, великодушная! – опять заорал голосистый стражник – Не подведём! Оправдаем доверие! Слава Небесной Деве!

Отправила их к месту службы, нечего тут орать. Но осталась ещё и нераспределённая троица. Вид невзрачный, и боятся до отказа соображаловки.

– Ты отвечай! – ткнула пальцем в наименее трясущегося – вода в камере есть?

– Э-э… – кивнул.

– Ну и отправляйтесь обратно, думать буду.

А негра в гостевые покои отправила. Хлопот с Лас-Вегасом много, главное, понять, зачем это мне.

Глава 9

Позвонила Виннергаху.

Мастер, Мудрейший, а теперь ещё и «ВМ» Виннергах в затее с игорным домом ничего предосудительного не увидел, особенно, если собираться там будет благородное общество. Единственное, присоветовал с хозяином земель поговорить, в данном случае, с князем. Но это я и сама чувствовала.

Не хотелось. Последний раз беседовали мы с ним вполне дружески, но осталось ощущение, что затейник он тот ещё, под настроение и начудить может, и не только.

С другой стороны, я пока ничего не теряю, кроме смутных планов окупить школу и реальных огромных хлопот. Негра не трудоустрою, так пускай сам выпутывается, и так потратилась на него. А может, князь и уехал куда?

Не уехал. И не то, чтобы принять согласился, а, похоже что распорядился меня к нему пропускать без расспросов, кто да зачем.

– Здравствуйте, Ваше Сиятельство.

– Здравствуйте, Мудрейшая. Месяц прошёл, как дела наши?

Ишь ты, помнит. А думала, он уже весь в балах да презентациях.

– Были проблемы, но обошлось. Кто-то уболтал поваров, и те попытались всех отравить. Сами умерли, но детей удалось спасти.

– Поймали?

– Увы, нет. Поэтому школу пришлось перенести в другое место, мне там легче обеспечить защиту. И даже сама там преподаю.

– Вот как?

– Да, и некоторые дети учатся весьма успешно, по совету ректора я решила дать им более полную подготовку для возможного поступления в Академию Магии, если захотят. И, чтобы не просить у вас денег, хотела бы открыть в поместье игорный дом, если вы не возражаете.

– Игорный дом? Это как?

– Примерно как у вас на балу. Я тут человек новый, и заметила, что некоторые достойные гости были увлечены играми… не знаю, как называются, но мне показалось интересными, тем более что там были разные игры. Вот и думаю приглашать в поместье достойных разумных для таких игр, например, раз в неделю, а на заработанные деньги содержать школу. Если выйдет, конечно, но это уже будет мой риск.

– Разумных? Что, и людей приглашать хотите?

– Кого угодно. Даже квор можно, но им в степи не понравится.

– А заработок-то за счёт чего?

– Дорогой трактир, дорогая гостиница… как-то ещё отчисления от игры можно получить, но это я пока не представляю. Может, своего игрока выставить? На самом деле, нужно не так уж и много, примерно восемь тысяч в месяц. Если окажется достаточно желающих, заработаем: жители поместья крестьянскую работу забыли, привыкли обслуживать богатых гостей.

– А если маг захочет играть?

– Поставим подавители под игровые столы. Или над столами подвесим, чтобы все видели.

– Ну-ну. Сомневаюсь в успехе, но и мешать не хочу. Если пойдёт, пригласите как-нибудь.

– Обязательно. А сейчас у меня есть подарок, особый амулет для точного определения времени – эффектно призвала в руку и вручила помеченные часы класса «дорого-богато». – Длинная стрелка отсчитывает большие и малые четверти, короткая – миги. Очень удобно встречи назначать и подчинённых хорошо дисциплинирует, сразу видно, пять мигов прошло или двадцать. Один оборот короткая стрелка проходит за малую четверть, длинная – за день или за ночь. Только это не от меня подарок, а от ректора Академии Магии Олгадмитны, она узнала, что мы знакомы, и просила передать.

Князь, как и любой мальчишка, прибором заинтересовался, послушал, как он тикает, хотел задать какой-то вопрос, а тут у меня, как на грех, магофон запищал. Вкрадчиво так, «пи-пи-пип», потом опять «пи-пи-пип»: в кабинете тихо, получилось, не только я слышу.

– Что за звук? – насторожился хозяин, и, похоже, пожалел, что принял меня без охраны.

– Это мой разговорный амулет – пояснила, а князь подозрительный, не верит.

– Так говорите!

Нечего делать, ответила.

– Да?

– Уважаемая Мариа? – спросил совершенно незнакомый мужской голос.

– Да, я.

– Вас беспокоит староста Лаватто, я приготовил списки, что вы велели, и готов их передать.

– Хорошо, Лаватто, но наберите меня через маленькую четверть, когда я буду у себя.

– А где же…

– Всё, Лаватто, мне некогда! – и отключилась. Ну не помню я никакого Лаватто, и перезвонить поэтому не могу. Один из старост поречных деревень? Так их трое…

А вот князь стойку сделал.

– Вы говорили не через кольцо!

– Ну да, этот амулет только с моими контактами. Работниками или друзьями.

– А я кто же? – как бы обиженно удивился хозяин.

– Ну, уж точно не работник – слегка растерялась я. Похоже, сейчас и князю гаджет понадобится, и без обиды не отвертеться. – Но другом назвать не осмеливаюсь, вы князь, а я никто.

– Ничего себе, никто! Гроза аркворов, Мудрейшая, и поговаривают, с кворами сумела ужиться! Вы их наследницу не только выручили, но и силу сообщили недетскую, небось, у Траски-то есть амулет?

– Нету.

– Ну ей и не надо, у вас же с ней никаких дел, а мы ведь партнёры, и надеюсь, друзья?

– Мой амулет не такой удобный, как кольцо, собеседника набирать нужно… – чувствую, не деться никуда, придётся князя в друзья записывать – за пару дней подберу камень и сделаю для вас.

При упоминании камня князь немного погрустнел, но кто их, чешуйчатых, разберёт. Во всяком случае, свои камни не предложил.

На этой ноте аудиенция подошла к концу, я и отбыла со вновь пиликающим вызовом. Надо было насчёт камней с языком чешуйчатых спросить, но не успела. Или не сообразила, что вернее.

В горах сегодня небольшой дождичек, а я расслабилась, как будто такое только в месяц бурь бывает. Стою на крыше, на меня выливают поток претензий, непонятно к кому и от кого. Когда уловила слово «мост», сообразила, кто-то из бригадиров.

– Венига?

– Да, так они забрали весь материал, а по договору это наш объект, пусть мы и задержались, но ведь последний, теперь до следующего Возрождения только мелкие подработки…

– Стоп! Вы сами где?

– Мы все на объёкте, последний мост в Академию Магии, Они нам материалы не отдают, а громоотводы у нас уже, мы же подготовились!

Шагнула к спорщикам. Там ни облачка, на мой мокрый вид уставились, как будто хвост вырос. Но сразу замолкли, только жаркие эмоции ещё клубились.

– Улимер, Венига, ко мне!

Оба с видом несправедливо обиженных подошли: не то, чтобы подбежали, но быстро. Мостик этот я знаю неплохо, он длинный и низкий, идёт через два островка над мелководьем, но сносит его каждый год, не молниями, но волнами. Море бывает ласковым не всегда.

– Этот мост – уверенно распорядилась – ставите вместе, старший Венига. Конструкция обычная, громоотводы не монтируете. Оплату делите поровну между бригадами, кроме Вениги, ты оштрафован за то, что принялся ябедничать, не попытавшись решить вопрос. Дальше опять работаем побригадно, будем ставить громоотводы на остальные мосты, которые в этом году не повреждены. Я полагаю, для двух бригад занятие на три надели, но любая бригада может от работы отказаться, срочности никакой нет. Ну а если кого-то предложение не устраивает, может подумать о жизни в моём подвале.

– Это… – решил высказаться Улимер.

– Да?

– Нет-нет, я ничего!

– Рада, что всех всё устраивает. Если увижу, что кто-то мухлюет или отлынивает, рассержусь, имейте в виду.

– Это… – теперь усомнился Венига – почему без громоотводов?

– Этот мост так и так снесёт, против морских волн никакой магии не хватит. А прочный мост через море делать слишком долго и дорого, смысла нет.

– А не через море?

– Тогда можно. Есть ко мне вопросы по технике?

У бригадиров вопросов не было, но зажужжало кольцо, мастер Айборн решился настоящий амулет правды сдублировать, и именно сейчас.

– Я сейчас не в башне, через несколько мигов буду. Он тяжёлый? Заготовку подобрали?

– Не тяжелее кувшинчика, несколько камней я нашёл, но, Мариа, это очень, очень редкий старинный амулет. И я не один.

– Насчёт охранника понятно, но как мне его переместить? Если от вас посылать – башня может не принять, придётся сначала метку поставить.

– Нет-нет, метку нельзя. Я за него возьмусь, вы скажите, когда.

– Уже беритесь, я на месте – успела перебазироваться, перебьются мостовики без моего «До свидания». Сурово я с ними обошлась нынче, ещё и про фронт работ на месяц ляпнула, не подумав. Надо Председателя на громоотводы уговорить.

Думала, Председатель Айборн с качком каким-нибудь, до зубов вооружённым будет, а он с главным ГБ-шником явился.

– Здравствуйте, Мудрейший мастер Айборн, здравствуйте и вам, уважаемый, не знаю как вас называть – всё-таки не вполне знакомый человек, постаралась встретить без обычной фамильярности.

– Называйте «Ваше Величество» – ответил КГБ-шник, а Председатель еле заметно улыбнулся. Остряки, понимаешь ли!

– Шутки у вас неуместные, господин хороший. А вы, мастер, – заметила Председателю – в другой раз охрану внимательнее выбирайте. Пойдёмте в мастерскую, посмотрим, что у вас, господин шутник здесь подождёт. Дождик заканчивается.

– Мариа, – смутился Айборн – это действительно Его Величество Реонил Второй.

– Серьёзно? – вырвалось у меня – Тогда Его Величество тоже с нами.

У меня, наверно, челюсть отвисла, но я впереди шла, портал придерживала, так что никто не заметил. Из царствующих особ только королеву английскую по телевизору видела, как с ними разговаривать-то? Кланяться до полу, скорее всего, и не нужно; вредить мне Его Величество, пожалуй, не намерен, скорее, на обезьянку поглядеть пришёл. В прошлый раз заговор разматывал, а нынче время появилось, над амулетом дрожит, опять же. Значит, величаю, как велел, а в остальном не буду заморачиваться. И хорошо, что Филимон с детьми сейчас… а Муська-то уже третий день отсутствует, не случилось ли чего?

Небольшую экскурсию по мастерской я всё же провела, как никак, Величество явилось. Потом Председатель передал мне амулет и заготовки, и я погрузилась в проблему.

Амулет оказался составной, грубо говоря, из приёмника и передатчика, ещё алмаз-батарейка. Желание совать всё вместе в копир почему-то сразу пропало, ушла в транс, пытаясь разобраться, не нарушатся ли связи при изъятии одного из элементов. Установила магическую линзу, пустила ложный и истинный сигналы, кажется, на русском…

Ну очень любопытно, заурядная батарейка оказалась ещё и анализатором, в зависимости от сигнала с приёмника, выдаёт команду на исполнительный механизм, воздействует на испытуемого. И впрямь, рядом с амулетом не соврёшь, центр речи подавляется. Интересно, какая у него чувствительность и зона охвата?

А прибор-то очень старый, как минимум в двух местах видны плохие контакты… и при этом работает, правда, не в каждом положении. На Земле предложили бы почистить контакты.

– Уважаемое Ваше величество, мастер Айборн – вышла из транса – ваш прибор достаточно сложный, целиком скопировать его я не рискну. Не знаю, почему, но претит мне такое. Придётся разбирать, на три части и работать с ними по отдельности. Что скажете?

– Поклянитесь, что камень не будет повреждён!

– Не могу. Он очень старый, уже есть повреждённые связи. На мой взгляд, вероятность неудачи меньше одной сотой и я бы рискнула, но решать вам.

– Нет! – категорично высказался Председатель – Так не годится!

– Погоди! – первый раз высказалось Его Величество – а повреждённые связи восстановить сможете?

– Полагаю, да.

– Тогда делайте. Главное, починить, а копия вторична.

– Нил, но если..

– Брось, он всё равно через раз срабатывает.

– Это может занять много времени. Даже несколько дней.

– Вы начните, главное.

– Ладно, смотрите – я сделала гостям по креслу и пристроила на столе ноут, за камерой пришлось сходить пешком. Буду фоткать каждый свой шаг, да и начальное состояние запомнить нужно. Магическая линза чем хороша, обычным взглядом можно все связи видеть; разрешение не очень, но попробую зумм на ноуте.

Подвесила сам амулет, покрутила под линзой – картинка когда резкая, когда нет. То есть в линзе нормально, при увеличении на ноуте расплывается, в половине случае примерно. Пришлось механическую фиксацию и амулета и камеры делать, потом к столу всю конструкцию приклеивать, хорошо хоть стол массивный. Про гостей забыла даже, так увлеклась.

Как могла, сделала фотки в корпусе, корпус тут из мягкого металла типа серебра, не очень прозрачный. Надо чем-то прозрачным склеить и корпус убрать. В изобилии только сажа и сок локка, вот сока шприцом выдавила немного, отвердила; осторожно из корпуса вынула, снова всё отсняла. Проверила – все связи прослеживаются.

Вдруг за плечо кто-то трогает – вздрогнула от неожиданности, корпус на пол полетел: это Председатель Айборн внимание привлечь решил. Тут я и про Величество вспомнила.

– Мариа, я мало что понял в ваших действиях, но скажите, долго ещё?

– Да я не начинала пока, только запомнила расположение связей. Сейчас передохну и ещё половинку малой четверти, может чуть больше, тогда и узнаем, вышло или нет. Может, попробуете земного напитка, «кофе» называется? Я его не слишком жалую, но снимает усталость и внимание концентрирует.

– Пожалуй, попробуем – за двоих ответило величество. Ничего так, не чванится, авторитетом своим не давит.

Заваривать некогда, да и не умею особо; принесла на красивом подносе банку растворимого и три кружки фарфоровые, рафинад в пачке и по ложечке. Нет бы, думаю озаботиться заранее, чашки-ложки красивые завести себе, а то всё раздарила: мастер Айборн ладно, свой человек, но перед Величеством неудобно.

Деваться некуда, воду в графинчике нагрела и такой бомж-вариант гостям приготовила, показала, как пить вприкуску. Сама тоже взяла кружку, тяну потихоньку.

– У вас что же, прислуги нет, подать некому?

– Ну да... Ваше Величество – вспомнила, что в земных романах положено добавлять титулы всякие, типа «сэр» или «виконт». Наверно, «господин виконт» следовало бы, но «господин Ваше Величество» как-то неправильно звучит.

– Как же вы запоминали, если не смотрели почти? Только амулетом чёрным совали? И зачем?

– Амулетом и запоминала – я с удовольствием отхлебнула из кружки, гости только пригубили – называется «камера», он картинку запоминает, а второй амулет, называется «ноутбук», может её увеличить и сделать объёмной, если понадобится. Это на случай, ошибки при ремонте, чтобы можно было вернуть в исходное состояние, а так-то чинить вручную буду. Ваше Величество – добавила, вспомнив.

– Не слыхал про такие, – встрял Председатель – вы их можете сделать?

– Нет. Это, собственно, не амулеты, в них ни крошки магии нет, это технологические устройства, приборы. Ноутбук вообще очень нужный и важный прибор, в нём масса возможностей. Если будет время, покажу потом. А собственно… могу и сейчас кое-что показать – я нашла мультики, что-то запустила.

Гости уткнулись в экран, а я вернулась к амулету. Задача, собственно, не такая уж и сложная, есть две истёртые магические связи между командным и исполнительным модулями, просто их нужно укрепить, вернее, нарастить. Не вдаваясь в их функции, вручную под маголупой аккуратно проложила новые нити прямо по старым – готовилась и примеривалась минут пятнадцать, а провела за пару, ну, за пять, может. Тщательно проверила, вроде бы работает без сбоев. Подняла голову – гости на экран уставились.

– Готово! Принимать будете?

Поняли не сразу, так в мультфильм погрузились. Хотя я им не Тома и Джерри включила, а отечественного волка с зайцем, там же и техника какая-то, и разговоры на русском, а всё одно, затянуло. Но въехали: мастер, тот просто обрадовался, а вот величество засомневалось сначала, но после эксперсс-проверки с киданием гаджета просто в восторг пришёл.

– Амулет – довольно так объявил – последние два по девять оборотов работает всё хуже и хуже, вы сумели починить и достойны нашей милости. Исполню одно ваше желание.

И смотрит так важно, а Председатель явно не ожидал такого и знаки мне делает, чтобы, значит, желала в пределах разумного. А мне желать-то от величества особо и нечего, насчёт денег сама знаю, лучше не просить, да и не нужно от него, сама заработаю; земель прирезать – так и с той, что дали в управление, не разобралась; камни драгоценные сама таскаю сумками, яства заморские тоже. Разве что цветочка аленького нет, так он мне и даром не сдался. А желать что-то нужно и быстро, величество так просто предлагать не станет, не придумаю желания – обижу. Не смертельно, конечно, но нетактично и даже невежливо.

– Милости королевской прошу! – Во, как выдала. – Есть у меня воспитанник один, родителей своих назвать боится, похоже, что их Ваше Величество в заговоре уличило. Мальчик хороший, умный, учится хорошо и хочет целителем стать: воспитан плохо, но понемногу обтёсывается. Вот, прошу его помиловать, не наказывать за грехи родителей и разрешить в Академии учиться, если экзамены сдаст.

Председатель еле заметно глаза прикрыл, в смысле, правильно выкрутилась, одобряет. А величество от важности надулся.

– Если мальчик никого не убивал, то помилую.

– Что не убивал, не уверена, я его из драки выдернула, убитые там оставались, и не только мои. Хотя режущего или колющего у него в руках не помню.

– Не стражники?

– Нет, по-моему, сутенёры, двое потом в бордель побежали. Мне так показалось.

– Почему считаете, что он сын мятежника? И кого бы?

– Да разговоры он поначалу вёл неподобающие, пока целительством не увлёкся. А чей сын, не представляю, я же не знаю в столице никого, кроме магов и нескольких торговцев. Но спеси и хамства много было, на сынка градоначальника вполне тянет.

– У него три дочки было. И я их не наказывал, родственникам отдал.

– Так помилуете?

– Если не обманываете…

– Да как обмануть, Ваше Величество, если камень правды, вот он?

– Действительно. Ладно, проявляю высочайшую милость, прощаю ребёнка… как зовут-то его?

– Скрывает. Но теперь заставлю назваться.

– Должен назваться, иначе недействительно.

– Так я его сейчас сюда вытащу, можно?

– Можно.

Чтобы не упустить королевское прощение, набрала Айлина, попросила схватить покрепче Длинного и держать: выдернула обоих, прямо в мастерскую. Айлин удивился, но распоряжение исполнил и предстал с вырывающимся малолетним анархистом. Или утопистом, скорее. А задира малолетний, как короля увидел, вырываться начал, зараза такая. Монаршая милость, она такая, сейчас милость, а сейчас и вовсе наоборот. Пришлось его спеленать.

– Вот, парень, Его Величество обещал не спрашивать с тебя за вину твоих родителей, ты только должен назвать… своё… имя… – явно что-то не так пошло, парень-то спелёнут, не дёргается, но и Величество, и Председатель реагируют странно, определённо узнали. Неужели так напортачить успел, в его-то годы? Айборн вскочил, неужели атаковать решил? В моей-то башне? Да ещё в мастерской?!

Встала между высокими гостями и мальчишкой, руки расставила, как бы загородила. На самом деле щит установила, и от магии, и от механического воздействия. Мастер видит, конечно, насчёт Величества не уверена.

– Ваше Величество, вы его уже простили! Мастер, сядьте, пожалуйста, мальчишка блокирован и ничего не может сделать, а я обещала ему приют до окончания учёбы.

Камень на столе напрягся, но слова не заблокировал, надеюсь, только я почувствовала. По форме правильно сказала, по сути не совсем, но не до того сейчас.

– А ты – слегка обернулась к виновнику – не выпендривайся и назовись, когда освобожу. Понял?

– Не надо ему называться, – вздохнуло Величество – Брокасс его зовут. Мы его, считай, месяц везде ищем, с ног сбились, мать глаза выплакала, а он, понимаешь, в целители податься решил! Марш домой!

– Ваше величество, я обещала ему приют! – Ох, как не хочется за нахалёнка заступаться! Но и впрямь ведь, обещала – только тогда имела в виду на месяц, а теперь выходит, на год. Величество меня, конечно, выжить способен, но как слово-то не сдержать? Для магов это чревато, все так говорят. Король на меня смотрит, как на таракана со своим мнением, насупился и молчит. Ох, до чего неприятно!

– Нил, ты понял? Она ему защиту обещала, в Белой Башне обещала, теперь его только уговаривать можно – неожиданно вступился Айборн. – Ты же не хочешь с Советом Мудрецов ссориться?

От греха подальше телепортнула Айлина, если у меня есть, куда спастись, да и защитник вдруг нашёлся, то магу-учителю податься вообще некуда, а царская нелюбовь случается и смертельной. Парень, Брокгауз или что-то вроде, остался, спелёнутый заклинанием.

– Убил бы! – выдало Величество. И не хочется спрашивать, кого. – Как его забрать? – это уже точно мне.

– Вы обещали его помиловать, а теперь убить хотите – ой, что я, дура, несу! – Вынуждена взять его под защиту.

– Да ты что вообще… - взревело Величество, я даже зажмурилась.

– Стоп! – вмешался Айборн – Ты что, смуты хочешь? Хана будет и всем твоим планам, и сам не уцелеешь, и семья навряд ли. Мариа не только в своём праве, но и в средоточии силы, Белая Башня её приняла, я же тебе говорил! И тебя размажет, и меня может заодно, не слыхал легенду?

Видать страшноватая легенда была, во всяком случае Величество попыхтело ещё немного и вздохнуло.

– Но я же тоже в своём праве – пожаловался непонятно кому. Не мне же?

– Брокасс младший сын Его величества – пояснил мастер Айборн. – Пропал месяц назад, мы думали, что его заговорщики убили. К тебе он как попал?

– Да просто шла по улице, рядом драка, у него – кивнула – последний защитник упал. Я зачем-то ввязалась, маль… то есть принца в башню закинула, а те, что с сеткой, на меня. Двоих уговорила, а двое удрали, мне показалось, в бордель. А через день питомцев моих отравили, я их в башню перевела, про принца забыла, он сначала спасать помогал, а потом учиться захотел, я разрешила. Парень он неплохой, воспитание только такое… королевское.

– Где драка была?– почти нормальным голосом спросило Величество.

– В столице, недалеко от ворот. Ночью стража на ногах не стояла, так что никто на помощь не прибежал. Как-то так.

– А вы что там делали?

– За мясом для кота ходила.

– Это для того серого? – вспомнил мастер. – А сейчас он где?

– Детей охраняет.

– Что за кот? – заинтересовалось Величество.

– Стужевик, только он теперь белый.

– Ладно, раз беглец нашёлся, я должен Её Величество известить. – заявил Реонил Второй. – Вы, Мариа, сами копию с амулета сделайте, потом принесёте. – Он попытался задействовать камень перемещения, не вышло, с недоумением взглянул на Председателя.

– Могу вас отправить во дворец, – предложила я и запоздало добавила – Ваше Величество.

– Да, отправьте, пожалуй.

Я и отправила. После уже вспомнила, что часы обещала подарить.

Глава 10

– Ну и подстава! – выразила я Председателю свои ощущения.

– Мариа, я виноват, конечно, не сумел предупредить, но и вы! Нельзя так с монаршим лицом!

– А как можно? У нас их как бы и нету, считаются обычными людьми. И бросьте, не виноваты вы ни в чём. И даже этот… принц не виноват, нелепое стечение обстоятельств.

– Как же вы раньше мне про него не сказали?

– А что говорить-то? Я думала, это сын врага короны, он от вас спрятался, когда мы тут следствие учудили, так я и уверилась, а выдавать мальчишку не в моём характере.

– А чего он отмалчивается?

– Заклинанием спеленала, вот и помалкивает. Сейчас освобожу. И вообще, пошли лучше на крышу, натворит здесь чего-нибудь.

Принца туда отправила, а мы с председателем спокойно прошли через портал.

– Ну, что, – распеленала принца – как дальше жить будем? Расскажи, пожалуйста, что думаешь.

– Я тебя… вас сильно подставил?

– Думаю, изрядно. Но не столько ты, сколько обстоятельства, не полезь я за тебя просить, никто бы и не узнал ничего. Правда, мать твоя помереть могла бы, так что выходит, правильно полезла.

– Ничего она не померла бы!

– Много ты знаешь… женщины и мужчины и думают, и чувствуют по-разному, можно сказать, два разных вида. Но я не об этом, ты о своих планах расскажи. В свете вновь открывшихся обстоятельств.

– Каких обстоятельств?

– Ну, что ты принцем оказался и стипендия в Академии Магии тебе не нужна.

– Какая стипендия?

– Я не говорила? Для неимущих студентов предусмотрено обучение в долг, и ещё немного ракушек выдают на расходы. Ректор сказала, обычное дело, но списки утверждать нужно, а тебя теперь никто не утвердит.

– Почему это?

– Потому что у твоих родителей достаточно средств. Так ты как, собираешься со всеми учиться, или к родителям вернёшься?

– А что, можно не возвращаться?

– Ты же слышал, я из-за тебя с королём поссорилась… если и не будет преследовать, то припомнит когда-нибудь точно, так что можешь оставаться. Но индивидуальное обучение, наверно, лучше всё-таки.

– Зато здесь у меня друзья появились.

– Друзья? Это довод, конечно. Но друзья у Длинного, а останутся ли они у принца?

– Я не скажу! И вы не говорите!

– Всё равно слух может просочиться… но я не возражаю. Как, мастер Айборн, оставим принца?

– Это ж вам решать, – удивился Председатель – зачем спрашиваете?

– Так. Хотела ответственность разделить. Ладно, оставайся. Дотянешь до месяца бурь, а дальше сам.

– Вы же говорили, два месяца?

– Программа изменилась, вас всех готовят к поступлению в Академию.

– Все-ех? Здорово!

– Да, так вот вышло. Теперь это значит, что до конца года твой отец руки выкручивать будет. Ладно, ты ступай обратно, а мы с господином Председателем потолкуем. – Отправила источник проблем в школу.

– Спасибо вам, мастер, что заступились.

– Как не заступиться, во-первых, ты член Совета, а во-вторых, такая силища у тебя тут в Башне собрана, и вся твоя. Рассердилась бы на Его Величество, и привет. А он не въехал сначала, мог и обострить ситуацию.

– То есть вы тоже считаете, что Башня живая?

– Подозреваю. Такая легенда тоже была. У меня есть один вопрос-просьба, Мариа: поскольку Его Величество не сказал, сколько копий амулета нужно сделать, вы же свободны в своих действиях, не так ли? И если сделаете не одну, а две, вы же ничего не нарушите?

– Но вы же, наверно, знаете, сколько копий хотел иметь Его Величество?

– Возможно; но вы могли бы меня об этом не спрашивать, а просто изготовить, скажем так, опытный экземпляр, и подарить его мне? На благо Совета Мудрецов? А подходящие камни совершенно случайно я у вас забуду?

– В одном экземпляре?

– Не догадался… если сегодня в одном, а завтра вы меня пригасите и ещё один забуду?

– Договорились. Во всяком случае, попытаюсь, работа реально сложная. И внешне будет непохоже.

– Прекрасно! А насчёт Реонила не очень расстраивайтесь, раз сегодня сдержался, завтра уже сердиться не должен, разве что супруга его накрутит. Он мстительный только когда это целесообразно, а сегодняшний случай не такой. На самом деле, он рад, что принц нашёлся.

Хотела спросить мастера о начальнике над мостовиками, но он заторопился, и пришлось его отправить. Комплект камней в изящном футляре остался на его кресле.

Ну и ладно, работы много и совершенно незнакомой. Ну, не то, чтобы совершенно уж, но всё равно надолго.

Наконец, осталась одна. На работу не настроится, всё переживаю, что неудачно с Величеством познакомилась. Самое время сделать перерыв, старосту вызвать.

Машинально решила на последний звонок ответить, не тут-то было, память в магофоне я не предусмотрела. Недоработочка, однако! Позвонила одному старосте – не Лаватто, позвонила другому – попала. Действительно, с ним не встречалась, магофон ему передали. Переместила его вместе со списками на крышу.

Молодой мужчина, совсем немногим меня старше, невысокий, но очень мощный, руки как у Валуева, и взгляд с таким же интеллектом. Хотя, свиток держит умело, не исключено, что и составлял сам.

– Вы извините, что велела позвонить, а сама не смогла ответить. Непредвиденные обстоятельства помешали.

– Да я ничего, я понимаю – сам озирается с интересом.

– Давно ли вы старостой стали? Раньше чем занимались?

– Дак… вы, уважаемая, список велели сделать, вот и стал, значит. А так я всё делал, что отец скажет, больше молотом бил.

– Молотом? Зачем?

– Дак… магов у нас нету, значит, уважаемая, вот отец и держит мастерскую, значит, из болотной массы крепкие инструменты делает. А я, значит, молотом бью, чтобы крепче были, или выжигаю, но чаще бью. А сейчас все ушли на болото, а мне отец велел, значит, списки вот сделать. Потому как я к мелкой работе способный.

Это он кузнец, что ли? Что-то про кричное железо из болотной руды я слыхала… ладно, потом разберусь.

– Хорошо, давай сюда – забрала у него свиток.

Ну что, начало положено… домов у них где-то под полторы сотни, сосчитать не сумели, зато все перечислили: и сколько душ в каждом, и отдельно по детям. Судя по всему, рождаемость высокая, детей больше, чем взрослых.

– Целитель есть в деревне?

– Да откуда? Если болеет кто, небесного отца просим. Иногда помогает.

– Дети без родителей есть?

– Дак… кто же их оставит? Если помрёт кто, общество его детей по семьям распределяет, чтобы не пропали, значит.

– А маги имеются?

– Откуда, уважаемая? Мы люди простые, ракушек на магов не имеем, значит.

– Понятно. А грамоте тебя кто учил?

– Дак… отец мой, значит, показал. Уважаемая.

– А считать?

– Считать не научил, значит. Не умею я.

– Ты надолго староста? Или пока отец не вернётся?

– Дык, не знаю я. Как скажет.

– Я поняла. Ты хорошо исполнил поручение, когда у меня будет возможность, навещу тебя и твоего отца.

Отправила недоросля. Немного развеялась с ним, можно и к работе вернуться.

Начала с чего попроще, решила изготовить три магофона. Чует моё сердце, не только князю потребуется, как минимум… а, что думать, пока пятая часть ёмкости сети задействована. Сделала пять, короче.

Вот с камнем правды сложнее.

Извлечь блоки из устройства несложно, а ну, собрать потом не сумею? Фотофиксация дело хорошее, этих связей там… а не так уж и много, только перепутать легко. Не разноцветные провода, и бумажки к ним не прилепить.

К передатчику – исполнительной части, которая речь блокирует, от управляющего блока четыре линии тянутся, эти пометить нетрудно – взяла пары камушков четырёх цветов и, разрывая связи по очереди, магически прицепила к каждому концу по камушку, как бы пометила. Повозиться пришлось, конечно, но на последнюю пару минут пять ушло, не больше.

Подумала, и прилепила эти камушки на стеклянные пластинки, оставшиеся от образцов; интересно, кстати, как там с отражением? Для здешних мостов уже не нужно, а военным пригодится. Вот смотаюсь и позвоню.

Получилось, что связи и помечены, и в нужной последовательности прилеплены, перепутать трудно. Может, и не нужны камушки, хватило бы стекляшек, но так надёжнее, уж очень не хочется амулет запороть.

Поместила отсоединённый блок в копир, – рраз! – и у меня два блока, ещё рраз! – и уже три. Для себя, любимой, тоже копию и достаточно. Что «забытые» мастером кристаллы не понадобились, говорить ему не стану.

Для второго соединения стекляшек не хватит, от приёмника целый пучок идёт, линий двадцать, наверно. У меня и кристаллов разных столько не наберётся – красный, жёлтый, синий, зелёный. Пришлось уже камни нумеровать, потом вместо стекляшек стержни из локка формировать, а дальше по той же схеме – отделяю линию, рву, на оба конца вешаю кристаллы с одинаковым номером. Работа не то, чтобы под микроскопом, но под лупой тоже не подарок, и рука не слишком твёрдая, и места мало. Одно радует, магические связи вытянуть можно.

Получилось две линейки, на восемь и четырнадцать. Сперва хотела одинаковые сделать, так аккуратнее, но побоялась перепутать.

Сдублировала.

Теперь самое сложное, связи восстанавливать. Хотела начать с копии, но такая усталость вдруг навалилась. Посмотрела на часы – ночь глубокая, пора спать. И Муська так и не появлялась.

Плохо я магофон продумала, не только памяти нету, не отключить его, заразу! Чертыхаясь продрала глаза и поняла, что несправедлива, это кольцо жужжит.

– Мастер, я же только легла, всю ночь работала!

– Здравствуйте, Мариа! Мы готовы и ждём, переправьте нас.

– Ну хотя бы двадцать мигов! Я в постели ещё, не прибрана и не ела ничего, как вы ушли! И не готова ещё, только копирование выполнила, а сборку и проверку не успела.

Что-то они там обсудили с Величеством, не разобрать было.

– Хорошо, но учтите, мы вас ждём. О завтраке позаботятся – отключился Председатель.

Ну вот! Пришлось вылезать из постели… хорошо ведьмой быть, никаких тебе причёсываний, макияжей, масок утренних; хотя, масками я и раньше не увлекалась; три, нет, четыре заклинания, и как огурчик. Только без пупырышек.

Так, лишние копии убираем, магофоны тоже; память им нужно добавить и отключалку придумать, хотя бы для себя. Время, кстати, не такое уж раннее, напрасно я на Председателя наехала. Кофе всё-таки проглотила, нельзя же так!

На этот раз целая делегация ко мне, с Величеством поздоровалась, Председателю кивнула, ещё тётка какая-то и два мужика с корзинами. Завтрак, насколько я понимаю. Очень вовремя, в животе сразу забурчало, хорошо, что негромко.

Раз завтрак, отправила всех в столовую, правильнее сказать, в трапезную или банкетный зал.

Прислуга моментально сориентировалась, посуду расставили, что-то налили-положили, на четыре персоны почему-то. Тётка не тёткой оказалась, а тоже Величеством, лично сынка проведать решила. Мало мне одного было.

Величество, которое Его, с утра в хорошем настроении, даже пошутить что-то изволило; я не поняла, но вслед за председателем сдержанно улыбнулась. То, которое Её, потребовало встречи с мальчиком. Для тётки по-хамски, а для Величества нормально, наверно. Ничего, выдержу.

– Айлин, – набрала мага – твой ученик, Длинный, сильно занят?

– У него физподготовка, учебный бой, по-моему.

– Как бы мне его заполучить, чтобы не во вред учёбе?

– Что, снова папаша? Закончат, я скажу.

Последнюю фразу больше додумала, визг поднялся первостатейный. Что-то вроде «безобразие, неуважение, как можно, эти ужасные условия, сделай что-нибудь и доколе». Я бы, наверно, тоже от такой родительницы сбежала.

– Ваше Величество, мальчик на занятиях, как освободится, организую вам встречу.

Думала, она уже навизжалась, я ошиблась. Давно такого не видала, Председатель Айборн голову в плечи втянул, Реонил Второй морщится и тоже в стол смотрит. Невместно мне королеву затыкать, а куда деваться, истерика у неё, багровая уже. Лучше всего пощёчина, конечно, но это же, как её, венценосная особа! С голосом работать не решилась, знаний мало, залепить заклинанием тоже нельзя, не по чину, а вот сон самое то был бы. И усыпила бы, но заклинание увидят, вони будет…

На половине фразы истеричка умолкла и засопела в две дырочки. Сама. Я на всякий случай малое исцеление накинула и как-то в кресле придержала. Тишина просто зазвенела.

Немного посидели в тишине.

– По-моему, Её Величество уснула, – осторожно заметила я – при нервном перенапряжении так бывает. Это не опасно.

– Ага, – Реонил Второй странно посмотрел на меня – давайте поедим пока.

Почти сутки не ела, так что в момент сожрала, что мне положили, о хороших манерах почти не вспоминала, но иностранке простительно. Наверно. Мне эти хамоватые Величества вообще до лампочки.

Но после еды подобрела, пока тянула фруктово-травяной отвар, немного вошла в положение истерички. Перенервничала, наверно, был бы у меня такой сын-неслух, убила бы, наверно. Правда, его самого, а не спасительницу.

– А что, готов амулет? – нейтрально спросило Величество.

– Нет, провозилась до рассвета, дальше не могла. Ваше Величество – добавила я.

– Долго ещё?

– Как пойдёт. Копию я сделала, осталось собрать воедино. Если нигде не ошибусь, то не больше маленькой четверти, а если рука дрогнет… тогда не могу сказать. Вы извините, что Её Величество уснула, – вдруг ляпнула я – она сама это. То есть я этого не делала.

– Не делала, – кивнул Председатель – это Башня её защитила.

– Хм… – выразил своё отношение король – а почему вы принца длинным назвали? Это что, оскорбление короны?

– Он решил сохранить своё происхождение в тайне, чтобы не потерять друзей.

– Чушь! Какие могут быть друзья среди оборванцев!

– Это его мнение, – дипломатично ответила я – полагаю, он имеет на него право.

Из неприятной дискуссии меня выручил Айлин – сообщил, что занятие окончилось, принц рядом с ним.

– Я могу доставить Его Высочество: Её Величество разбудить?

– Да!

В общем, семья воссоединилась, мамаша опять начала истерить, а мы втроём позорно смылись в мастерскую.

– Вы всё сломали?! – монарх увидел разложенные на столе части амулета..

– Разобрала. Иначе не скопировать – я уже подошла к столу и приготовилась к сборке. Начала с копии.

Соединить управляющий и передающий блоки элементарно, всего-то четыре линии, убрать ненужные теперь кристаллы, линии – магические проводки укоротить... готово. Теперь приёмник подключить… собственно, ничего сложного, главное, не перепутать. Обозначила я их хорошо, но, как оказалось, последовательность соединения тоже имела значение, хорошо, что фотофиксацию делала. Пришлось частично разбирать и по ноуту заново соединять, а то сильно переплелись связи. И как я сумела их в другом порядке прилепить?

Проверила сборку; вроде, работает. Если принцип похож на детектор лжи, обмануть его можно, конечно. А если другой принцип? Какой тогда, интересно?

– Копия работает, – объявила зрителям – приступаю к оригиналу.

Здесь переделывать ничего не пришлось, спокойно всё подсоединила, проверила, поместила в корпус. С полчаса ушло.

– Оригинал тоже работает – выдохнула я. Гости тоже.

Проверила ноут – местный час прошёл, маленькая четверть. Посмотрела на рабочий стол – а корпус-то я скопировать забыла, и он уже установлен. И разбирать неохота.

– Ваше Величество, насчёт корпуса для копии амулета какие пожелания будут?

– То есть?

– Ну, я могу его в цилиндр для свитка поместить, или просто локком залить, если вам художественное оформление не нужно. Или закреплю блоки, а ваш ювелир что-нибудь достойное и красивое придумает?

На слово «достойное» Величество клюнуло, разбирать не пришлось. Согласился, что ювелир сумеет воплотить правильный замысел.

Оба прибора положила в пакет из «Пятёрочки», вручила монарху. Вспомнила про часы.

– Ваше Величество, у меня лежит один амулет, его хотела передать вам Олгадмитна, ректор Академии Магии, но её к вам не пустили. Амулет сейчас у меня, если вы не против, я вам его передам. Можно?

Подарки почти все любят, Величества тем более. Реонил Второй милостиво разрешил.

Я эффектно призвала часы в руку. Показала, как по ним время определять, как переставить, если нужно. Вот насчёт единого отсчёта мы с Ольгой как-то и не думали тогда, а Его Величество вопрос таки задал. Неглупый мужичок Его Величество, неглупый. Ответила честно, что полдень надо бы определять по солнцу, но удобнее по главным часам. А главный кто? Либо король, либо главный маг, у которого тоже такой амулет имеется, а если многие эти амулеты купят, можно будет для народа в полдень сигнал точного времени подавать.

Хотела предложить из пушки стрелять, но пушек здесь нет. Так что смазался ответ.

– Хорошо, – кивнуло довольное Величество – Председатель Совета Мудрецов будет отвечать за сигнал. А сейчас проводите меня к сыну.

В трапезной обстановка грозовая, искры повисли в воздухе. Мамаша растрёпанная, с красным лицом и сорванным голосом наседает на мальчишку, тот умело уворачивается, благо стол большой, ни подвинуть, ни перепрыгнуть. Слуги не вмешиваются.

– Мариа, отправь меня обратно, не хочу с ними! – закричал при виде меня принц. – Ты же обещала!

– Хорошо! – отправку сопроводила движением руки, правильные ведьмы должны всё делать изящно.

– Да как т-ты… – от возмущения женщина стала заикаться, я не стала ждать, пока договорит, тоже отправила по месту прописки. То, что Башня мои невысказанные желания может исполнить, я и раньше замечала, а после слов Председателя стала опасаться. Не дай бог, захочется… нет, нет, не думать!

– Прошу прощения, Ваше Величество! Мне показалось, так безопаснее, здесь же нет целителей.

– Н-да! – вздохнуло Величество. – Отправляйте уж и меня, но вечером жду обоих.

– Извините – повторилась я и двинула рукой. Изящно и непринуждённо. Прислугу отправила следом, а потом и корзины; хорошо, что грязную посуду уже собрали.

– Испугалась, что чего-нибудь нехорошего пожелаю – объяснила Председателю. – Мысли-то, они такие вредные бывают, а запрещать Башне не умею.

– Да, Её Величество бывает несдержанной – дипломатично ответил мастер. – Я вас прикрою, особо не беспокойтесь.

– Когда мне нужно явиться, и куда?

– Думаю, в начале последней четверти, а куда… давайте, ко мне сначала, и вместе во дворец.

– У меня один вопрос ещё был к канцелярии, или к кому там – вспомнила я. – Так вышло, что я вчера велела мостовикам ставить громоотводы и на все уцелевшие мосты, а для этого и материалы нужны, и зарплату им получать надо. Недели на три ещё занятий.

– Это ерунда. Зайдем ещё в одно место. Для меня-то копию амулета успели сделать?

– Копии блоков сделала, вместе собрать не успела.

– Тогда потом как-нибудь соберёте, хорошо? – заторопился Председатель – отправьте меня сейчас домой, хорошо? И камни я обещал, я их подобрал, но не взять было никак.

В общем, отправила я и Председателя.

Надо что-то делать с негром и гопниками. Если честно, внутренне уже решилась на казино и в перспективе на свой Ласвегас, негра сделать хозяином заведения, гопников помощниками. Как организовать вот, у блогеров всё просто – «казино всегда выигрывает», а как этого добиться?

Призвала Кингсли, объяснила с горем пополам, чего хочу от него. Но и условия объяснила – магическая клятва верности на 5 лет, практически рабство, после, как захочет – возвращение на Землю или дальнейшая работа, уже как договоримся.

Кингсли обещал до завтра подумать, но по его вопросам поняла, что думает он в правильном направлении. Бумагу попросил и ручку – тоже признак. Языковые камни покупать нужно, не Кингсли, так Караваеву. И для аркворского языка тоже, это уже мне.

Гопников не уговаривала, просто объявила своё решение и накормила. Срок отработки им положила два оборота, тригода по нашему, но пока Кингсли не подписался, клятву брать не стала – если с ним не сложится, просто отпущу.

А пока села собирать оставшиеся копии, уже без нервотрёпки и чужого взгляда. Останется время, в школу наведаюсь, нельзя без хозяйского пригляда. Может, и Муська там?

Глава 11

Несмотря на ожидания, три недели после приёма у Их Величеств прошли спокойно и плодотворно. Относительную свободу принца я отстояла, никаких санкций и выговоров не получила, спасибо Реонилу Второму. Супруга его пыталась что-то организовать, но была поставлена на место. «Мальчик вырос» - решил отец.

Так что я спокойно и методично занималась делами большого хозяйства, почти не отвлекаясь на земные. Ильич в отпуске, Караваев тоже должен был, но случилась срочная командировка, даже не попрощался, только письмо оставил.

А нынче собралась на Землю, давно заказанный игровой стол с рулеткой должны подвезти, и для Сарты ответы на анализ ДНК получить надо. Первого мальчишку, на которого я думала, сразу проверили – облом, родство не подтвердилось. Тогда у остальных шести взяла образцы, ещё прядь волос у Сарты отрезала и всех подала, невзирая на возраст. Девчонок не стала, уж не такие маги затейники, не придумали пока гендерного перехода. Ещё и Вуламирс нагрузить сумел, сообразил, и через трактирщика записку мне прислал, камни ему опять нужны. Привезу камни, магофон выдам, а пока, как и просит, предыдущий заказ воспроизведу. Собственно, не я, МарьВанна воспроизведёт, теперь на Урале заказываем.

Так что объявилась я во вторник с утра в собственной квартире, уточнила, что рулетка моя меня дожидается и принялась гараж в аренду искать. Короб большой, в кухне не поместится, да и тащить этот стол на седьмой этаж непонятно как.

С водилой сразу разрешилось, позвонила тому, с которым доски для бани возили, он к моим исчезновениям привычный.

А с гаражом непонятки, мне бы простой железный в малонаселённом комплексе, а на Авито больше места в паркингах или боксы для хранения, или вообще у чёрта на рогах где-нибудь. А то, что мне нужно, стараются продать, а если в аренду, то на год. Или цену ломят: заплатить-то я могу, но обидно переплачивать.

В общем, нашла несколько на Суздальском и в Лавриках, один телефон не ответил, другой только завтра может, третья тётка вроде и мнётся, но тут уж я насела, пообещала захватить её из дома. И то, как мне чужой гараж в незнакомом месте найти.

Приехали мы с владелицей, гараж немного дырявый оказался, но для моих дел это мелочи, я на всё согласна. А хозяйка тянет, словно боится чего-то. Я уже и на три месяца согласна, и замок не менять, а она сомневается.

Водитель подъехал, меня узнал.

– Здрасьте! – рот до ушей – опять доски возить будем?

– Нет, сегодня оборудование, из Купчино. Один рейс.

Тут и тётка сразу согласилась, оказалось, террористов опасалась, вдруг гексоген хранить будем, или наркотики. Можно подумать, так бы мы ей и сказали; главное, по рукам ударили и она на моём такси уехала. За мой счёт, между прочим.

Водиле объяснила, чтобы постоял с полчасика, пока подготовлюсь. Ему что, рабочий день полностью оплатила, чего не постоять, а у меня работа.

Перво-наперво камень перемещения на новое место переписать, это недолго, а вот на короб его правильно присобачить, это… в общем, тоже недолго, но вдруг заявилась Муська, которая месяц незнамо где шлялась, и даже метка никак не засвечивалась. Я уж думала, съели Муську мою, свистунята появляются иногда, но Муська-то моя, а дети – уже нет. Так что обрадовалась, угощать её всяким неправильным стала, на руки взяла, тискаю. Вроде и не исхудала, даже наоборот, неужели опять пополнение? Попыталась объяснить, что и с мужем приму, и со щенками, пусть приводит: не уверена, что та поняла, но устроилась отдохнуть на привычном месте. А я к водителю.

Затащили мы короб с аметистом в Газель. Вернее, водитель затащил, я больше вокруг суетилась и мешала, но главное – затащили и поехали за столом.

В Купчино покрутиться пришлось, на объявлении как бы солидная фирма, но в таком месте глухом, в темноте даже вот так, с водителем не сунулась бы. Ни вывески, ничего кроме таблички «отдел реализации», явно ещё советской. Хоть звонок в наличии, а внутри и вообще почти цивильно. В торговом зале мой стол с рулеткой стоит и мененджер одинокий; правда, коробок много, но все без надписей.

Деньги у меня принял, что-то вроде расписки выдал, спросил, нужны ли документы.

– Накладная для ментов нужна, а остальное нет. Если что не так, возвращать не буду, вернусь и накажу.

Думала, фыркать будет, а ничего, привычно воспринял и грузчиков вызвал. Пока ждали, начал мне другой товар втюхивать, типа фишек для игры, столов покерных, я на всё отнекивалась. Когда до игральных автоматов дошёл, вспомнила, что и сама как-то сыграла на таком несколько раз, потом деньги кончились. Он реакцию мою отметил, с новой силой убеждать начал.

– Да нету у меня электричества, – объяснила – работать не будет.

– А как же свет?

– Свет есть, а двести двадцать отсутствует.

– Так у нас и на сто десять имеются, возьмёте?

– Вообще нет электричества, понимаете?

– Так у меня на складе четыре механических есть, в хорошем состоянии, за двести тысяч отдам. Берёте?

– А, – думаю, если не облезлые, почему бы и нет – покажите.

– Сейчас привезут, подождать надо.

– Сколько?

– Час примерно – смутился продавец.

– Лучше так, мы сейчас стол отвезём, потом за автоматами вернёмся. Два, и чтобы руководство было и инструкция по настройке.

– На русском нету, только на английском.

– Пусть на английском, но тогда жетоны к ним нужны и за исправность ты ответишь. Лично. Своим здоровьем. Договорились?

– Ага! – не очень-то ему последнее понравилось.

Далеко уезжать не стали, немного покрутились по закоулкам, водитель меня в кузов загрузил и к гаражу отправился. А я на ходу камень перехода активировала и сама следом, в Башню. Стол выгрузила, проверила Муську – спит – и вместе с коробом обратно в гараж. Пока ждала машину, уточнила по телефону, проверили уже автоматы, или нет. Продавец ответил, что один забраковали, и нужен ещё час; я, довольная, отключилась. Значит, работают.

Когда вернулись за автоматами, продавец как-то смущённо выглядел, будто кот нашкодивший. Или не кот, эти ребята всегда правы; как собака, сожравшая хозяйский тапок. В глаза не смотрел, ничего не втюхивал, я даже эти автоматы вокруг обошла. Ничего так выглядят, яркие и красивые, даже помыты.

– Значит, как говорили, если что не так, ответишь лично! – напомнила продавцу перед отъездом, тот совсем загрустил. Ну и ответит! И деньги вернёт! Попрошу Цельсию с ним разобраться, ещё и своих добавит!

Задумалась немного, спохватилась, что ящик отправлять нужно, когда уже в жилые кварталы выехали, присмотрела укромное место, расплатилась.

– А что, хозяйка, ещё работы нет у тебя? Я и найти что-нибудь могу, если нужно, и проверить, как работает.

– Да вроде и нет… хотя… нужен такой дельтаплан с моторчиком, без понтов, но надёжный, там где летать буду, никакой ремонтной базы. И наверно, не новый, чтобы всё, что могло отвинтиться, уже отвинтилось. Я в них не разбираюсь совсем, позвонила двум хозяевам, они слов непонятных наговорили, так что уши завяли. А ещё в пригород ехать смотреть непонятно что… возьмёшься?

– А чего? Подберу, только это, если ехать…

– Оплачу, не волнуйся. Габариты ящика знаешь, предельный вес тоже. Только я не всегда в Питере бываю, так что могу сразу не ответить.

– Ага. Вам как скоро нужно?

– Особой спешки нет, неделя-две устроит, можно и больше. Да, и бензин в канистрах, его там тоже нету. Если берёшься, дам аванс на расходы.

– Сделаем. Я же понимаю, на метле поди усиди, тонкая такая.

– Какая метла?

– Ну, летать же тебе как приходится, на метле ведь?

Я обалдела, но согласилась и дала аванс.

Ящик отправила в Башню, сама домой. Взяла квитанции от Инвитро и пешочком на проспект Науки, одну остановку дворами пройти. Иду по тенёчку, тишине радуюсь, не звонит никто, не дёргает. Потом сообразила, что-то, аппарат вытащила – так и есть, даже виброзвонок отключён, а уж вызовов, вызовов! Проще не смотреть, ведь даже если сам Президент меня искал, я же всё равно его номер не узнАю. Но звонок включила.

Почти сразу – МарьВанна.

– Машенька, как хорошо, что я тебя застала, и что ты приехала, у нас тут такое, такое!

– Не поняла, какое?

– Ох, приезжай скорее, не по телефону рассказывать!

– Хорошо, минут через сорок ждите.

Только до ступенек в Инвитро дошла, опять вызов. Водитель.

– Что, уже нашёл?

– Нет, хозяйка, сказать хочу, меня тут двое остановили, менты оказались, вас искали. В кузов залезли, спрашивали, где я разгрузился. Очень были обескуражены, по ходу в этих коробках закладка была, вы уж осторожнее.

– А ты что?

– А я ничего, сказал, что ты меня на Софийской остановила, а разгрузили во дворах каких-то, в другую машину. Тоже Газель, но фургон, и уехали. Еле отвязался, уж очень им нужно было вернуть что-то своё.

– Думаешь, наркота?

– Или оружие.

Ох, и задам я этому продавцу! Но груз уже на месте, потом посмотрю, что там. Спасибо, что позвонил, а сейчас извини, дела у меня.

Вот интересно, не найми я его дельтаплан искать, выдал бы он меня полицейским?

Шесть анализов на установление отцовства, женщина в белом халате на ресепшене смотрит на меня презрительно. Не объяснять же ей, что мне материнство установить нужно, тест называется обтекаемо – наличие родственных связей. Пусть и не срочно, всё равно за шесть исследований сто тысяч набежало, я к таким тратам ещё не привыкла. В ракушках как-то гуманнее цены выглядят.

Пять конвертов нашлись, шестой нет, конечно, самый нужный. Пока суровая приёмщица – и выдавальщица – ищет, вскрыла первый конверт. Не подтверждается… Второй – не подтверждается, третий – то же. Да, с каждым разом смотреть всё тяжелее, лезу в четвёртый – есть! Вероятность девяносто восемь с хвостиком!

– Всё, девушка, можно не искать! – сгребла ответы в сумку, будет у Сарты праздник, если успею, то уже сегодня.

– А расписаться? – возглас застал меня в дверях. Не выражала бы тётка презрение, может и вернулась бы, а так – дела у меня, некогда.

На дверях магазина два объявления, «закрыто по техническим причинам» и «для получения готовых заказов звоните». И стрелочка пририсована, и рядом с дверью, действительно, кнопка звонка торчит. А я бы по телефону пыталась.

Нажала.

Подошла продавщица Юля, узнала меня, открыла.

В торговом зале три стола составлены в ряд, несколько кресел придвинуты. Всклокоченный Юрий Моисеевич показывает сидящей напротив тётке какие-то бумаги, что-то говорит возбуждённо, по мне мазнул взглядом и, то ли сделал вид, то ли впрямь не увидел. Тётка не обернулась, я обезличенно сказала «здрасьте» и Юля провела меня «за кулисы», то есть во внутренние помещения. МарьВанна встретила в дверях.

– Ой, Машенька, что делается такое, что-то будет!

– Здравствуйте, МарьВанна, поподробнее, пожалуйста.

Оказалось, уже две недели у них идёт череда проверок, началось с пожарного инспектора, который походил по залу, помещениям, бегло проглядел документы и составил акт, основным смыслом которого было предписание в течение месяца заменить одну из розеток. Ерунда, в общем.

Потом с интервалом в несколько дней прошли две банковские проверки, тоже ерунда, у нас по соблюдению кассовой дисциплины, чисто по документам, у ювелира тоже что-то подобное. Он тогда отмахнулся, сказал, «все бы проверки такие были», но совпадение странное такое получилось, а ещё у МарьВанны, когда она за актом ходила, управляющая почему-то выпытывала, какая у нас крыша. Как будто девяностые на дворе, ей богу. А теперь к Юрию Моисеевичу пришла проверка из пробирной палаты, и это уже серьёзно, цепляется ко всем бумагам.

– Он сказал, похоже, лицензию отозвать решили. Помещение-то у него в собственности, не отберёшь, так запретят с драгметаллами работать. И баба эта такая противная, второй день как сыч сидит, смотрит, будто все ей должны и с нами вообще не разговаривает, ты её не можешь … того?

– Она ж, поди, подневольный человек! Эту «того», так другую пришлют. Вот на сегодня убрать попробую.

Приоткрыла дверь в торговый зал, тётка скорее спиной ко мне сидит, чем лицом. Как же её убрать-то? Расстройство желудка? Есть риск, что от туалета не отойдёт до вечера, позвоночник – заставит Юрия Моисеевича к ней документы таскать, головная боль – на нас подумать может, облучаем секретными лучами… лучше зубная, тут не до мыслей. А выдернут зуб – поди, проверь, что там было.

Начала потихонечку, чуть-чуть простимулировала и отпустила. Потом ещё, посильнее уже, тётка заёрзала, но бумаги не выпустила. Так волнами по нарастающей минут пять готовила, а потом пульсирующую боль пустила, чтобы ни о чём другом мыслей не было. Дверь прикрыла осторожно, к МарьВанне ушла, рассказала, как мне сегодня полиция что-то подложила и потом упустила.

Уже через несколько минут постучалась Юля:

– Мымра бросила всё и ушла! Я чайник поставила.

– Ты надолго её? – спросила меня МарьВанна.

– На сегодня точно, а дальше не знаю. Первый раз так делаю.

Собрались вчетвером за тем же составным столом, только бумаги сдвинули. У Юрия Моисеевича глаза нехорошие, дважды сделала малое исцеление.

– Больше всего похоже на рейдерский захват – довёл свои впечатления от проверки ювелир – у меня весь учёт чики-брики, не подкопаешься, а она к инструкциям прицепилась, я же их, как все, перепечатывал просто, кто их читать будет, а ей не подходит, что пробирную палату пробирным надзором назвал, по старому, и ещё в двух местах такое же. Получается, инструкции недействительны, значит, работаю без них. Кто-то меня заказал.

– Насчёт рейдерских захватов не знаю – я тоже высказалась – по телевизору показывали, там толпа врывается в помещение и часть документов уничтожает, часть рисует новые и ставят своего директора. А у вас ЧП, кого же поставить? Это заказ, но я бы сказала, месть или помещение сильно понадобилось. Вам его продать не предлагали?

– Да нет…

– Потом смотрите, мне сегодня полиция что-то подбросила, но арестовать не сумели, я-то к вашей мастерской вообще отношения не имею, так?

– А если узнали, что я с вашими амулетами работаю?

– Много ли?

– Да теперь практически только с ними! И коммуналку ваша аренда гасит, уберут вас, и у меня чёрные дни настанут.

– Но собственность же не отобрать! – высказалась и МарьВанна.

– Это по закону – вздохнул ювелир – а он не для власть имущих.

– У вас есть враги?

– Возможно – он пять вздохнул – но я не знаю, кто.

Повисла пауза.

– Вот что – решила я – давайте мне акты, что есть, схожу к пожарным и в банк, может, узнаю что. Если не нападать, нас сомнут и не заметят.

– Машенька, ты же можешь их того, как эту бабу?

– Могу, но кого? Сначала нужно узнать, где враг. И кто он.

Пожнадзор нашла по каланче, где-то недалеко дознаватель сидела в кудряшках, только в июне была у неё. Полиция тоже сегодня меня подставить хотела, но с девочкой этой мы нормально контачили, может и загляну потом. А пока к пожарным.

На входе меня не пустить пытались, но куда им против ведьмы! Актом помахала, мозги запудрила и уже внутри. Охрана что-то про приёмные часы несла, и что капитан занят: если занят, значит мужчина, попробую на него впечатление произвести. Жаль, прикид не подходящий, но попытаюсь.

Вежливо постучалась, вошла. Капитан занят, конечно, но не в таком уж цейтноте, в стекле шкафа с документами отразился зелёный экран монитора. Ого, не косынка, что-то посложнее?

– Здрасьте – изобразила скромную гимназистку – мне сказали, только вы можете помочь…

– Вы кто? – оторвался от пасьянса главный по надзору – По какому вопросу? – спросил уже другим голосом. Не переборщить бы, мне новый поклонник ни к чему.

– Я Маша, – шагнула к столу, положила акт – вот!

– Да вы присаживайтесь, Маша, присаживайтесь! – капитан широким жестом показал на два стул, взял бумагу, но продолжил пялиться на меня. Повисла пауза.

– Там написано – я робко попыталась перенаправить его внимание, но безуспешно. – У меня что, нос в саже, что вы на меня так смотрите?

По правде, смотрел он не на нос, и даже не на лицо, но теперь посмотрел и в глаза.

– Так что у вас случилось? – повторил свой вопрос капитан.

– Ваш сотрудник был у нас с проверкой и составил этот акт, – я прекратила воздействовать на мужскую сущность хозяина кабинета – хочу узнать, на основании чего была проведена проверка.

– Здесь же написано, плановая. Значит, на основании плана, а план у нас утверждается заранее, значит, не позднее июня, – он занялся поисками в компьютере – вот он… странно… но не важно, плановая проверка.

– Если плановая, почему нас не предупредили, хотя бы за день? Инспектор нарушил рабочий процесс, ходил без спецодежды по мастерской, где в то время плавили драгметаллы, нарушил все предписания Пробирной Палаты и нас подвёл под нарушения. Можно посмотреть утверждённый план проверок, когда именно он был утверждён?

– Сейчас попробем – капитан ничуть не обеспокоился – какой там номер вашего акта?

– Он у вас на столе.

– Ага, так… так… ничего не понимаю – теперь он внимательно перечитал шапку акта и уставился на экран – название ООО «Корд» вам знакомо?

– Нет – честно ответила я – владелец помещения ЧП Райхельсон.

– Но здесь значится «Корд».. одну минуту, я инспектора спрошу – он нашёл смартфон и подождал несколько гудков – Василий? Ты двенадцатого августа проверял ЧП Райхельсон? Ювелиры там… Так посмотри!... Что, Корд? А у меня в руках акт проверки ЧП за твоей подписью… ну, похожа, но тебе лучше знать… - он нажал отбой. – Маша, вы сможете завтра с утра подойти?

– Завтра могу, но ближе к обеду.

– Приходите пожалуйста, вместе с инспектором разобраться попытаемся. Первый раз такое! – и попытался спрятать мой акт в сейф.

Ха! Телекинезом забрала акт, он и понять ничего не успел, попрощалась и вышла.

Интересное кино получается, поддельный акт! Что это, установка жучков, разведка? Жучков я не почувствовала, только свои камеры, но и не искала специально, могла и не заметить.

В таких размышлениях почти поравнялась с полицией, где меня дознаватель-стажёр по заявлению опрашивала. Как её зовут-то? Не помню, хоть убей, что коллегу Слава зовут, помню, а её нет. А зайду! Вдруг, что посоветует.

В отдел меня тоже пытались не пустить, уже настойчивее, но с тем же результатом. Вот и нужная дверь, заглядываю – а кудрявой стажёрки-то и нет. Парень за столом Славы злобно бьёт клавиатуру, двумя пальцами, зато сильно, даже дым идёт. Правда, от бычка, не от клавы.

– Здравствуйте – обратила на себя внимание – а девушка здесь работала, её нет?

– Нет! – не отвлекаясь от работы, бросил Слава и, похоже, что-то не то напечатал, губы поджал, вздохнул. Зато поднял глаза на меня. – В управление Катерину забрали, там теперь стажируется. А у вас что?

– Да она меня недавно опрашивала по одному делу, а сейчас что-то странное происходит, думаю, продолжение. Посоветоваться с ней хотела.

– Странно – парень забыл про клавиатуру – я ей только одно дело и расписать успел… что-то о мошенничестве?

– Так в заявлении было, но она…

– Да знаю, знаю, сам отказ подписывал. Она говорила, ты камни заговаривать умеешь? – похоже, Слава меня допустил в круг своих, перейдя на «ты».

– Можно и так сказать…

Левой рукой парень уверенно вытащил гальку на шнурке.

– Во, неделю не курил! А Катьке удачу наколдовала!

– Тебе тоже, но твоя выдохлась. Камень не подходит.

– Ну да, на брюлики не наработал, несут по мелочи. А что за вопрос-то?

Запустила заклинание очистки воздуха и вошла в кабинетик, нашла свободный стул.

– Кто-то на нас наезд устроил, бесконечными проверками работу парализовал, а сегодня была в пожнадзоре, так выяснилось, что их акт фиктивный, инспектор утверждает, что у нас не был, в компьютере тоже другое предприятие значится. Ерунда какая-то, правда?

– Ерунда – согласился Слава и затушил вонючий окурок. – Штраф платила наличными?

– Никакого штрафа, предписание розетку заменить. Мне кажется, он на разведку приходил.

– Похоже – Слава нашёл пачку сигарет, начал вытаскивать новую, но притормозил – а ты его не узнала?

– Завтра на опознание пойду, сегодня он в разъездах.

– Ты вот что, сначала ко мне загляни, напишешь заявление, я с тобой к пожарным схожу.

– Стоит ли?

– Мне без заявления работать нельзя, подумают, левак, а у тебя всё в масть, я продиктую. Но давай завтра, у меня начальник копытом бьёт, отчёт требует. Лады?

– Лады – повторила я и вышла. Не знаю насчёт завтра, но сегодня я ещё в банк наведаюсь.

В банке меня практически не задерживали, охранник на входе лениво поинтересовался, куда это я, и разблокировал вертушку. Чуть позже поняла: отделение на втором этаже, а этажей много.

Операционный зал большой, стойка метров двадцать, местами девушки сидят, народу немного, чисто и благопристойно. Два кассовых окна и никаких тебе пенсионеров или гастарбайтеров, но МарьВанна точно указала, слева за стойкой дверь без таблички, туда мне и нужно.

Что-то пыталась сказать операционистка рядом с проходом, но задурить ей голову секундное дело, прошла в нужную дверь.

Здесь попроще, клиенты редко бывают, только свои. Объявления какие-то на доске висят, план эвакуации, узкий коридорчик, на одной двери надпись «управляющий отделением», ниже бумажка «Чиркова В.Н.», туда и вломилась.

Тётка мне сразу не понравилась, впрочем, и я ей тоже. Клерки к боссу на цыпочках должны входить и стучаться, а тут девица незнакомая в два раза моложе и в три раза симпатичнее. Но сразу бросаться мышкой не стала.

– Здравствуйте, вы кто?

– Здравствуйте, я хозяйка ООО Амулет, у нас счёт в вашем отделении – при этих словах на лице управляющей промелькнула неприязненная гримаска. Знает кошка, чьё мясо съела!

– Что у вас?

– У меня вопрос. Кто распорядился провести у нас проверку?

– Какую ещё проверку? – деланно удивилась банкирша.

– По кассе.

– А что вас не устраивает? Нарушений не найдено, какие ваши проблемы? Банк имеет право проведения проверок по своему усмотрению.

– Эта проверка – часть спланированной операции по захвату, я только что была в полиции. Просто ответьте мне, кто распорядился провести проверку именно у нас и именно в это время, и я от вас отстану.

– Ну, знаете! – глаза у тётки забегали – это банковская тайна, и вообще я не обязана вам отвечать, вы не директор и здесь никто. Не мешайте работать, или я охрану вызову!

– Вот не нужно мне заливать, банковская тайна касается вкладов, а я просто прошу сказать, кто вам дал такое распоряжение. Должность и фамилия.

– Уйди немедленно! – перешла на крик женщина – Вон отсюда! Охрана! Позовите охрану!

Услышав движение за дверью, заперла изнутри.

– Я тебе задала простой вопрос, а ты оказалась замарана. Наказываю тебя – картинно вытянула в её сторону руку – пока не услышу ответ, писать ты не сможешь!

И эффектно исчезла, перешла в свою квартиру. Точек привязки-то всего ничего.

Заварила чай в чайничке, такой как люблю, чёрный, терпкий и с сушёной дыней. В одном месте на развес покупаю, должен быть одинаковый, но раз на раз не приходится; сегодня удачный получился. Печенье рассыпчатое… раньше себя ограничивала, теперь всё можно. Успокоилась.

Напрасно, конечно, с тёткой повздорила. Она тоже виновата, но это мне поговорить нужно, а ей – нет. Ничего, у нас ещё один банк имеется, а ещё Пробирная палата. Название-то какое!

Надо обратно ехать, в магазин.

Глава 12

Приезжаю, а они там тоже чай пьют, вернее, Юля с МарьВанной чай, а Юрий Моисеевич корвалол с чаем, запах специфический.

Рассказала им, что пожнадзор, похоже, не настоящий был. Копию с видео на флешку сделала: не сама, но с помощью Юли. Завтра посмотрю на этого Василия и в полицию пойду, заявление писать.

Посетовала, что с управляющей банка завелась напрасно, отказала моя пушистость, может, в другом банке счёт открыть придётся, а то мало ли, палки в колёса вставлять начнёт.

– Ты что же, Машенька, так просто и ушла от неё? – изумилась МарьВанна.

– Ну, не совсем – повинилась я – она теперь рукой писать не сможет. Подпись не изобразит, только клише прикладывать сможет.

– А печатать?

– Не знаю, первый раз такую штуку попробовала.

– Как это? – не утерпела Юля.

– Ну… блокировала прохождение нервных импульсов к пальцам руки. Правой точно, а левой не уверена, рассердилась потому что.

– Что, насовсем? – проявил интерес ювелир.

– Я же говорю, первый раз попробовала. Не знаю.

– Маша, она же вам мстить начнёт! Из-за меня в такие проблемы влезли!

– Ничего – злорадно усмехнулась – я ей метку поставила. Начнёт войну, будет чем ответить.

– Да она на вас кого хочешь натравит, это же банк, денег там немерено.

– Бросьте, через три дня сама прибежит!

– Да она вас раньше сожрёт!

– А, бросьте! Может вы тоже в свой банк сходите? Вдруг что узнаете? И завтра, завтра нужно будет в полицию сходить, собственник же вы, без вашего заявления не очень как-то.

Но тут очередной заказчик явился за своим амулетом, настойчиво принялся жать на звонок. Звенит в торговом зале, у Юли, а на улице не слышно, вот и трезвонит.

Так-то охранник должен клиентов пускать или не пускать, но по случаю дня закрытых дверей у него выходной.

– Юля, сходи, пожалуйста, - распорядилась МарьВанна – спроси, что ему нужно.

Продавщица с сожалением выбралась из-за стола. Ещё бы, столько событий, и чай с начальством запросто пьёт, самое интересное упустит!

Не упустила.

Что-то она не то пискнула, не то вскрикнуть попыталась, но была внесена в зал четырьмя мужиками в черной форме и с автоматами. Я хоть и спиной к дверям сидела, но сработала машинально, они у меня прямо у входа кучей попадали, и все на Юлю. Её тоже задела, к сожалению, а так заклинание хорошее и быстрое.

– МарьВанна, двери закройте, пожалуйста. Юрий Моисеевич, важные документы уберите отсюда, и как вы думаете, это кто? Полиция или ФСБ?

– Не полиция это – ответила за ювелира МарьВанна – у них на спине написано «Охрана».

Вдвоём мы разгребли кучу-малу и перетащили Юлю в кресло. Пока я над ней хлопотала, МарьВанна деловито собрала оружие и унесла в сейф.

– А машина у них инкассаторская – сообщила она, когда вернулась.

– Так грабители или инкассаторы? – озадачилась я.

– А нам-то какая разница, - вернулся приободрившийся Юрий Моисеевич – вломились с оружием, Юлю, вон, толкнули или ударили. Я хочу полицию вызвать, вы же их не убили?

– Пока не убила, но подождите с полицией, желательно узнать, кто такие, а полиция ничего не скажет. Уж лучше журналистов сначала.

– Ой, у меня подруга в «Фонтанке» работает – подала голос Юля – позвонить ей?

– Звони – я решительно направилась к незваным гостям.

Каюсь, пережгла все три камеры в торговом зале, зато спокойно обследовала карманы. Разрешения на оружие изъяла, потом спрячу; удостоверения тоже нашлись, только вот от знакомого банка, где я сегодня с начальницей поцапалась. Это что же, приглашение к разговору такое невежливое? Ну-ну. Удостоверения на столе сложила.

– Мария Алексеевна – подошла Юля – Мила сама пока не может, но от них где-то рядом группа работает, она им скажет.

– Ладно, ждём пятнадцать минут, потом в полицию. По ноль-два, чтобы наверняка зарегистрировали, или как там с мобильного, сто двенадцать? И вот что, эти гаврики из того банка, где я была сегодня.

– То есть не грабители?

– Не факт. Зачем тогда автоматы? И документы могут быть поддельные.

– Может, у них спросим? – ювелир совсем пришёл в норму.

– Пожалуй. Только об этом лучше не трепаться. Давайте вот этого положим поудобнее – показала на единственного, что был без автомата.

– Ты кто? – спросила, когда мужик очнулся. – Как зовут?

– С-сука! Не твоё…

– Ответ неправильный! – я послала импульс ему в район солнечного сплетения, видимо, переборщила, клиент не только скрючился, но и сознание потерял. Пришлось малое исцеление бросить, потом ещё одно.

– Повторяю вопрос: как зовут?

– Михаил… Гришин…

– Уже хорошо, есть такое удостоверение. Зачем сюда приехал?

– А иди ты… – не стала выяснять, куда он меня посылал, повторила импульс, но чуть слабее. На этот раз выдержал.

– Если ты рассчитываешь, что тебя вытащат, то объясняю, что сейчас приедут журналисты, потом полиция, где я утром оставила заявление. Уголовка тебе обеспечена, тебя не вытаскивать будут, а наоборот заткнуть постараются. Но если ответишь, кто послал и зачем, можем договориться. Ну? Зачем приехал?

Клиент упрямо отвернулся, насколько мог, я не стала его мучить. Каждый выбирает путь по себе, а допрашивать меня не учили. Тем более Юля уже провела журналистов через чёрный ход.

– Значит так – ввела их в курс дела – вот это грабители, напали на ювелирный магазин, ударили девушку автоматом, на столе их документы, не знаю, подлинные или нет. Юля сделает вам копию с камеры, а Юрий Моисеевич вызывает полицию, у вас есть несколько минут на съёмки и интервью.

– Юра, камера! – моментально сориентировалась девица – панорама помещения и документы крупным планом!

Пока она раскрывала удостоверения перед камерой, ювелир вызвал полицию.

– Я сказал, что они обездвижены, но машина с сообщником стоит у входа. Обещали прислать наряд – доложил он. Доклад ребята тоже засняли и приступили к расспросам, а я аккуратно сделала отвод глаз, а потом и в скрыт ушла. Незачем мне на экране светиться.

Вопросы задавали больше дурацкие, но отвечал Юрий Моисеевич хорошо, и про рейдерский захват сумел приплести, и что счёт у его предприятия совсем в другом банке, и даже сумел объяснить, как злодеев скрутили:

– У нас там проволока натягивается на такой случай, вот они и споткнулись и упали кучей.

– МарьВанна, – прошипела ей в ухо – хватайте скотч и руки им замотайте, пока полиция не приехала!

Умница соседка, молча и деловито взяла бобину и пошла вязать На вопрос, что делает, бросила журналистке:

– Обновить нужно. Вязали впопыхах, не приведи Господь, освободятся! Не снимайте меня, я их боюсь. Вот закончу, автоматы ихние вам покажу.

Может, журналистка что-то и отметила неправильное, но прибыл наряд и за окном развернулось действо, трое постовых попытались задержать водителя в инкассаторском фургончике. Тот не придумал ничего лучше, чем дать по газам и, толкнув патрульный УАЗик, удрать. Сразу все оживились, старший наряда выстрелил вслед два раза, потом оглянулся на окна и разок пальнул в воздух. Сколько-то времени суетились вокруг своей машины, но загрузились и бросились в погоню.

– МарьВанна, - аккуратно подошла к ней, чтобы не попасть в камеру: кто его знает, вдруг под скрытом запишет – выпустите меня с чёрного хода незаметно.

Журналисты уже на улице приставали к прохожим, так что мы спокойно вышли.

– Это же они за тобой приехали?

– Думаю, да. Так что в квартире ночевать не буду, утром появлюсь,

– Где?

Вот незадача, а у меня точек привязки-то раз-два и обчёлся! Квартира по межмировому, училище по метке. Ещё на Валааме… и всё.

– Пошли обратно, и мне срочно нужен любой незаряженный камень, хотя и заряженный можно.

Но не успели, внутри уже шарился другой наряд.

– Завтра позвоню, и решим! – я слиняла. Метка на МарьВанне стоит, в крайнем случае, рядом с ней появлюсь.

Разложила на столе ответы из Инвитро, на всякий случай перечитала все. Нет, совпал только один, шёл у меня под пятым номером, глянула список – есть такой мальчишка, и не сильно чёрненький, и на десять лет никак не тянет, записали два с половиной – три оборота, то есть, лет восемь. Видать, много крови забирал Рисайно.

Но смышлёный, арифметику осваивал не хуже других, пока я у них преподавала. Теперь вместо меня Маша, но парнишку я запомнила… всех запомнила, в общем.

Вызывать, как с принцем случилось, не стала, сама в школу отправилась. Время позднее, Маша домой ушла, но в преподавательской шум, как не заглянуть?

А там конфликт-не конфликт, преподаватели по старой памяти на Айлина насели, чтобы он для них выходные выбил. И то верно, раз в месяц я обещала, пока все были вместе, вроде и не нужно никому было, а как Маша стала домой уходить после работы, так и понадобилось. Ещё и Риварс приходящая, и Криэн… Громче всех единственная дама шумела, мадам Орнеро, ей я и предложила отправиться первой. Договорились, что в субботу после занятий отправлю её в столицу и дам возвратный камень. Ну, а к утру понедельника, или первого дня по здешнему, она сама вернётся. А в следующий раз кто-нибудь другой, если захочет.

Учителя разошлись, остался Айлин.

– Не знаю, как лучше – призналась ему – у одного мальчишки мать нашлась, я ей обещала сына поискать и нашла, а теперь в сомнении, сказать сейчас, или перед выпуском.

– Уже третий, моя четвёртая – подсчитал маг. – А если сказать, но под запретом делиться? Как с Бари?

– Нарит она, на самом деле. Она с дедом на уроках встречается, как бы естественно, а этого к матери не отправить.

– А Длинный?

– Там отец решил не мешать.

– А кто у него отец-то? Из вельмож?

– Лучше не спрашивай. Что насчёт Ника посоветуешь?

– Ник? Скажите, что дополнительные занятия у целителя, как будто он не справляется. И заклятие на разговоры об этом.

– Да? Пожалуй… ты позови мне его, ладно?

Привела встревоженного мальчишку на крышу, усадила в кресло. Педагогической лапшой не владею, но вроде как нужно предупредить аккуратно, на уши чего-нибудь такого навесить. Вот и думаю.

– Госпожа Мариа, а вы и правда, Небесная Дева?

– Нет, конечно – уверенно ответила, не хватает мне ещё тут поклонения. – Да и зачем она тебе, учишься ты неплохо, учителей слушаешься. Конечно, надо бы…

Не успела придумать, что именно следует улучшить, с детьми разговаривать нужно уметь, перебил меня, шмакодявка.

– Я бы у неё маму попросил найти… а вы точно не она?

– Я же сказала… – блин! А, и чёрт с ней, с педагогикой! – но с матерью тебе повезло, сейчас позвоню ей – и вызвала Сарту.

– Уважаемая Мариа?

– Здравствуй, Сарта. У меня тут подарок для тебя, можешь от своих дел оторваться?

– Нашли! Правда, нашли?

– Ну что за ерунда такая, всё не по правилам! Вытащила старосту на крышу, так она сразу к мальчишке бросилась, ни проверила ничего, не спросила ни как искала, и точно ли он, вообще ничего не спросила, бросилась к мальчишке, то ли плачет, то ли смеётся. Мальчишка не ожидал, отшатнулся сначала, но где малорослику против взрослой бабы устоять, уже оба ревут обнявшись, противно смотреть! У самой даже глаза защипало, ушла.

Вернулась через полчаса, сидят, обнявшись, сияющие оба, жаль прямо, что лимона у меня нет. Но хватит им радоваться, ввела обоих в курс дела.

– Значит так, Сарта, найти я его нашла, но сейчас тебе не отдам. До месяца бурь он будет учиться, видеться будете раз в месяц и оба ни слова никому. Здесь его зовут Ник, по легенде буду отправлять его на дополнительные занятия и заклятие наложу, чтобы не болтал. Ты сама смотри, кому говорить, но имей в виду, сын – это твоё слабое место, пока соседи враждебные, могут на нём отыграться.

– Закончит учиться у меня, вы решите на пару, поступать ему в Академию Магии либо нет. Вопросы мне тоже потом задашь, у меня сегодня тяжёлый день был, я вас отведу сейчас в гостевые покои и покажу, где перекусить можно. Утром обоих отправлю обратно. Всё ясно?

Им было ясно, хоть ничего и не поняли, но я плюнула и пошла отдыхать. Отдыхать и думать, как питерские проблемы разруливать.

В результате проспала, встала позже, чем рассчитывала. Успела только гостей по домам отправить и камень прихватить, на нормальный амулет для дознавателя. Завтрак опять мимо.

Переход-то у меня, хочешь - не хочешь, а только в квартиру, в квартире я и объявилась. По метке к МарьВанне? Как-то нет настроения, да и не будут же меня сразу убивать? Сперва помучить должны, наверно, добиться чего-нибудь, ну а мучить я и сама умею. Просто вызвала такси и поехала в полицию.

У дознавателя Славы очередь, унылый мужичок сидит на стуле, но я вошла по-хозяйски, мужичок вздохнул вслед, ничего не сказал.

Слава опять с компом борется, лицо такое свирепое, не иначе, побеждает. Меня не ожидал, но узнал.

– А, Мария, здравствуйте! Там сидит кто-нибудь?

– Мужичок какой-то. Здравствуйте.

– Ничего, пусть помаринуется, дошколят во дворе собакой пугал. Ладно ещё подростков, это можно понять, а мелюзгу-то зачем? Паспорт с собой у вас?

– Сейчас – я полезла в сумку.

– И что-то ведь я уточнить у вас хотел? – капитан оторвался от экрана.

– Наверно насчёт пожарника, я флешку принесла с его визитом.

– Нет, погодите, это не к вам вчера наряд ездил?

– Ездил. Магазин ограбить пытались, четверо мужиков с автоматами. А может, и не грабить, их главный так ничего мне и не сказал.

– Вы тоже там были?!

Блин, проговорилась!

– Ну-у… как бы… да, но я до ваших ушла. И знаете, такое совпадение странное, я перед этими грабителями была в банке, в котором они якобы работают, с управляющей пыталась побеседовать так же, как и с пожнадзором. Тоже спросила, почему проверку назначили, но она не ответила, только обозлилась очень. Ну и я немножко. А они, и правда, из банка?

– Из банка, охранники. Ещё и водителя инкассаторской машины уговорили смотаться на пять минут, он и свою машину побил, и ППС-ников помял, и погоню устроил, дурак.

– Если они из охраны, получается, пугать приезжали? Не грабить?

– Следствие покажет.

– Управляющая на меня очень обозлилась, могла и за мной их послать. Это же похищение получается, да?

– Разберёмся… ох, и свалилась же ты на мою голову!

– Ну, я не очень виновата, я же только хочу узнать, кто нас травит. И ни на банковских, ни на пожарных обиды не держу, пусть только скажут, кто такой. А мне они не говорят, может, ты узнаешь? – я тоже перешла на «ты».

– Как это обиды не держишь? – Не понял Слава – нападение, захват?

– Так они исполнители в основном, их послали, они пошли. И ничего такого не сделали, только нервы потрепали и машину помяли, так не мою же.

– То есть… ты не сильно будешь возражать, если начальство всё на тормозах спустит?

– Когда выйду на затейника – не буду. Но не раньше, мне их нужно в тонусе держать.

– Нельзя тебе расследованием заниматься, это со стороны только игрой кажется.

– Вот и займись ты. Денег не предлагаю, но амулет на удачу гарантирую. Даже сейчас могу, при тебе сделать. Договорились?

– Ну, узнаешь ты, кто вас троллит, и что? Возьмешь ружьё и наведёшь порядок? Киллера наймёшь?

– Зачем? Буду договариваться, в крайнем случае накажу. Но это в крайнем.

– Как? Как ты можешь наказать, это же не дворник будет и не бабушка, а денежный мешок с помощниками, ты и близко к нему не подойдёшь. Не смеши меня, давай флешку и не лезь никуда.

– Ты что, решил, я колечками-амулетами занимаюсь, поэтому и ведьма? – я начала сердиться – если на меня нападут, то могу и убить, а если наказываю, всегда соразмеряю проступок и наказание, и мне никогда это не нравилось, наказывать. Даже банкиршу, и ту жалко, но как из неё сведения вытряхнуть прикажешь? И вообще, у нас с тобой разговор не туда зашёл, не хочешь по-моему, делай, как должен, сажай дураков-охранников. Заодно и ППСника своего можешь привлечь, который сперва в инкассатора выстрелил, потом вспомнил и в воздух шмальнул, и это ещё неизвестно что журналисты в своей Фонтанке опубликуют. Думаешь, ваши велели молчать, они и воды в рот набрали? Не в газете их, так в соцсетях точно протечёт! – Я встала, не о чем с ним разговаривать – А заявление я через госуслуги пришлю! И передай своим, пусть больше маячки мне не подкладывают!

Резко вышла, хлопнула дверью хоть и несильно, но мужичок на стуле совсем сжался, как черепаха, голову втянул. Панциря только нет.

Не получилось у меня в полиции соратника найти, не хватило ни пушистости, ни покладистости. Ничего, мы и сами с усами! Пойду на пожарника Василия погляжу, похож ли.

Капитан в пожнадзоре меня, оказывается, ждал, сразу встал, как я вошла и хлопнула дверью.

– Здравствуйте, Маша! Принесли видео?

Здравствуйте – мне даже неловко стало, врываюсь к человеку, как ведьма какая, а он воспитанный такой, хоть и капитан и вообще пожарный. – Принесла, вот.

– Сначала посмотрим, или сразу инспектора пригласим?

– Давайте сразу.

Инспектор Василий оказался громадным медведеобразным мужиком без трёх пальцев на левой руке. Вот на видео пальцы присутствовали все, да и комплекция не дотягивала, лицо же…как-то так вышло, что лицо было особо не разобрать.

– На Герасимова немного смахивает – подал реплику капитан.

– Не, тот спину держит только прямо, а этот, вишь, нагнулся. Не наш точно, но дело знает, это надо по всем районам проверять.

– Ага, и пенсионеров тоже, а ещё на предприятиях. Гиблое дело – заключил начальник.

– А подпись, подпись глянуть можно? – вспомнил инспектор Василий.

– Пожалуйста – я без опасений вытащила злополучный акт.

– Не, и подпись не моя, и почерк. А печать?

– Печать как наша – поосторожничал капитан. – Но её и подделать можно. Так что, Маша, акт подделан, можете выключатель не менять. Я сниму копию?

– Снимайте – похоже, здесь ниточка оборвалась, надо с ювелиром к его банкирше ехать. А пока на вызов отвечу. – Да, МарьВанна?

– Машенька, тут молодой человек явился, говорит, ему Мария нужна, но я не подошла. Говорит, что он узнаватель, может, к тебе?

– Как зовут этого узнавателя?

– Владислав Сергеевич.

– Нет, Влада не знаю.

– Мария, это же я, Слава! Ну, вы у меня были сегодня! Дознаватель я! – раздался чуть приглушённый голос, МарьВанна громкую связь включила. Надо же, с работы убежал.

– Тогда знаю. Что вы хотите, Слава?

– Мы же не договорили, а у меня и телефона вашего нет. Вы где сейчас?

– В Петербурге, и что?

– Нужно нам закончить разговор, приходите…

– Я уже закончила – и нажала отбой. Будут ещё всякие узнаватели-дознаватели мне указывать! Вот ещё!

Но в чём-то он прав, опасность я могу и не заметить, здесь вам не тут, расслабилась Маша. За обстановкой следить нужно, да и щиты держать, по крайней мере, на улице.

Вышла от пожарных, опять МарьВанна.

– Машенька, мне из банка операционистка наша звонит, просила передать, что их начальство хочет с тобой встретиться. Что мне ответить?

– Передайте, с начальством сегодня никак.

– А к нам зайдёшь?

– Наверно, только не говорите никому, если искать будут.

По Питеру в полутрансе ходить гораздо тяжелее, в такой толпе контролировать пространство получается хорошо, если метров на двадцать. Зато щит столько же сил требует, как и в королевстве, но не знаю, выдержит ли он пулю. Пистолетную может быть, а вот уже из винтовки… у Мудрецов винтовок не было никогда. Под скрытом в такой толпе тоже не погуляешь, повесила отвод глаз, но самые шустрые всё равно натыкаются.

На полпути к магазину звонок, непонятно от кого.

– Да?

– Здравствуйте, это Мария Алексеевна?

– Слушаю вас?

– Это начальник службы охраны БТВ-банка Антонов, я хотел бы с вами поговорить, не подскажете, где это можно сделать?

– Приезжайте в магазин.

– Мне сказали, вас нет.

– А вы в магазине?

– Рядом стою, не пускают.

– Постойте минут десять, подойду. Только без сопровождающих, иначе рассержусь.

– Так точно, жду!

Действительно, холёный начальник Антонов стоял у двери чуть ли не по стойке «смирно» с озабоченным видом, портил дорогой костюм под редким дождичком. Полагаю, чтобы вызвать к себе сочувствие.

Подошла с отводом глаз, так что когда объявилась перед ним, заставила вздрогнуть. Мелочь, а приятно: жалобное выражение надеть не успел.

– Антонов?

– Здравствуйте, Мария Алексеевна! – расплылся в улыбке начальник охраны. Так я тебе и поверила.

– Здравствуйте – Юля открыла, я вошла, Антонов следом.

Юрий Моисеевич один скучал за столом, тётка из Пробирной палаты не пришла. МарьВанна выглянула из внутренних помещений, кивнула мне и скрылась.

– Садитесь к столу, господин Антонов – кивнула на стул – и начинайте. И представиться не мешало бы – я тоже уселась в кресло для ВИП-посетителей.

– Меня зовут Юрий Георгиевич… – послушно начал гость, но я его перебила:

– Меня вы уже знаете, а вот это хозяин помещения Юрий Моисеевич и продавщица Юля. Директор Мария Ивановна пока занята, подойдёт позже. Продолжайте, пожалуйста.

Не привык начальник охраны, чтобы его перебивали, губы поджал, но продолжил.

– Прежде всего, хочу принести глубокие извинения за самоуправство моих подчинённых и заверить, что хоть наш банк и не имеет к этому безобразию никакого отношения, мы можем компенсировать все неприятности…

– Стоп! Юля, пригласи, пожалуйста, МарьВанну, она тоже пострадала. А вы, Юрий Георгиевич, не заявляйте, чего не знаете, это лично вы, может, отношения и не имеете, а вот кое-кто из руководства банка ещё как имеет. Вы с архаровцами своими беседовали?

– Не пустили… – а быстро ориентируется мужик, вон как уши встопорщил.

– Не для протокола, а для сведения… и выключите свою технику, иначе сгорит, – вот чувствую, что пишет он, не знаю, как, но записывает разговор – по моим сведениям, распоряжение отдала управляющая вашего ОПЕРУ-5, и не грабить, а меня похитить. Знали рядовые бойцы, зачем поехали, или нет, не представляю. – Сделала паузу, настроилась – и зря вы меня не послушались, сейчас сгорит ваша техника.

Сгорела техника в буквальном смысле, я-то не привыкла электронику жечь, просто импульс послала, а у гостя в нагрудном кармане хлопнуло несильно и загорелось, прямо таки ярким пламенем, пиджак дорогущий прожгло, пришлось начальнику охраны его на пол бросить и затаптывать. Подошедшая МарьВанна графин воды вылила, огонь затушили, но навоняли жуть как. Вынудили заклинание очистки воздуха вспоминать.

– Аккумулятор китайский в телефоне – неуклюже оправдался гость, разглядывая оплавленный жилет. Надо же, в бронике явился, или он всегда так ходит?

– Аккумулятор ни при чём, просто запись надо было выключить. Так вот, скажу сразу, чтобы вам врать не приходилось: мы можем не подавать заявление, но помимо компенсации вы должны выполнить некоторую работу.

– Слушаю внимательно – наконец, Юрий Георгиевич отвлёкся от жилета и сосредоточился на деле.

– На нас, а именно на два наших предприятия последние две недели осуществляется давление, в том числе приходил липовый пожарный инспектор и оставил поддельный акт, два банка провели странные проверки кассовой дисциплины, вашего тёзку трясёт Пробирная палата, вчера утром за мной следили неизвестные, а днём нападение совершили ваши. Идеально будет, если вы сумеете прекратить эти неприятности, как минимум – сообщить, кто заказчик. Персонально, чтобы фамилия, имя, отчество и занимаемая должность. Вот. Это наша цена, никто не возражает? – обвела взглядом соратников. Юрий Моисеевич вроде и хотел что-то добавить, но не стал, МарьВанна довольно кивнула, а Юля просто выпучила глаза.

– Э-э… понял. Можно уточнить, чем вы занимаетесь?

– Юрий Моисеевич ювелир и владелец помещения, МарьВанна директор совместного предприятия по изготовлению амулетов и арендует часть площадей, а я хозяйка этого СП.

– Каких таких амулетов – не понял гость.

– Разных. Без использования драгоценных камней, но Юрий Моисеевич вставляет некоторые в золотые оправы и продаёт через своё ЧП.

– Простите… с контрабандой случалось иметь дело?

– Нам нет, делами Юрия Моисеевича не интересовалась.

– Юрий Моисеевич, а вам?

– После девяностых ни разу.

– А с левыми камнями или драгметаллами?

Глаза ювелира заметались, потом страдальчески уставились на меня.

– Можно, мы не будем отвечать на этот вопрос? – попыталась я его выручить.

– Конечно, конечно. А почему вы считаете, что управляющая ОПЕРУ хотела вас похитить?

– Я была у неё перед этим прискорбным эпизодом и задала тот же вопрос, что и вам, кто заказчик. Она сильно возбудилась и мы поругались, так что, видимо, под действием эмоций хотела доругаться. Но это моё мнение, – добавила я – может, ответить собиралась.

– Так, так… в целом, я понял. Благодарю за беседу, – поднялся Антонов, с видимым сожалением поднимая мокрый и грязный пиджак – а насчёт ущерба от моих архаровцев можно уточнить, хотя бы предварительно?

– Вон, Юлю автоматом ударили и на пол повалили, – кивнула я – а мы просто напугались, не каждый день грабят. Водитель, тот машину полицаям помял, не знаю, как сильно.

– Инкассация у нас на договоре, сами пускай выпутываются – заметно приободрившийся начальник охраны поспешил откланяться.

– Завтра буду во второй половине дня – предупредила я и тоже ушла, у меня уже глубокий вечер.

Глава 13

Кингсли уже лучше по-русски говорит, вспомнил, что знал. С утра выцепила его в Башню, показала игровой стол с рулеткой и одноруких бандитов.

Автоматы – бандитов одноруких – оставила в Башне, а стол переправила в поместье, сама прошлась, проверила, что и как.

Ну, что… для местных в новинку, наверное. Подготовили для гостей три зала, один для игры в домино, один – в кости и один для рулетки. Столы местные, но зелёное сукно с земли, стулья местные и светильники. Рядом аналог ресторана, трактир по местному, управляющий Кирван клянётся, что и повар и будут напитки по высшему разряду, только дать отмашку. Ящерки на роль официанток тоже подобраны, жаль, языковый барьер так ине преодолели, через переводчика многому не научишь. Но камни с аркворским так и не готовы, просят ещё неделю. А говорят, простой язык!

Заказала два комплекта, русский/аркворский и общий/аркворский, первый вообще в двадцать семь тысяч встал, второй в шесть с половиной. Аркворский/общий дала скопировать Риварс, так что бесплатно достался, а ремонт и подготовка помещений тысяч в двадцать уже обошлись и конца этим тратам пока не видно. Но задерживают меня магички.

Кингсли объяснял, что и где поставит и кто чем у него должен заниматься, я в пол-уха слушала, тут вызов по кольцу.

Председатель Айборн, недели три не общались, получил свой камень правды, и привет. А тут…

Оказалось, очередной Совет Мудрецов собирает, и вот очень ему нужно, чтобы я его приёмную посетила. И именно сейчас, а зачем – не говорит.

Мне из поместья слинять уже и так хочется, но зачем такая срочность? Прикинула так и сяк, не иначе неожиданную встречу приготовил, будет подписывать на какую-нибудь работёнку. Ну, а почему бы и не пойти?

Так и знала, Его Величество Реонил Второй в кабинете у мага сидит.

– Мариа, вы изготовили копии камня правды? Отвечайте! – а сам с камнем сидит, причём не с исходником, а с моим изделием. А у Айборна вид такой виноватый-виноватый.

– Изготовила, Ваше Величество!

– Сколько?

– Одну для вас и одну для Председателя Совета Мудрецов – камень правды не препятствует.

– А ещё? – грозно так. Не иначе, Айборн прокололся, что себе тоже хотела.

– Только две изготовила, себе тоже хотела, но не успела – говорить, что просто не доделала, не обязательно. Как не обязательно объяснять, что могу их теперь десятками делать… ну не десятками, но парочку могу воспроизвести.

– А, ну ладно. Айборну я разрешил копию оставить, можете у него просить, если нужда заставит. Вы с мостами закончили, с восстановлением?

– Закончила, Ваше Величество, теперь ждём следующего месяца бурь.

– Председатель Айборн предложил присвоить вам звание мастера – и смотрит выжидающе.

– Это приятно, конечно – осторожно заметила я – но если за ремонт мостов, то работа того не стОит, лучше магистру Арвенару присвоить, он колоссальное исследование провёл по увеличению и восстановлению магической силы у людей. Его результатами уже пользуются.

–Действительно, звание за эти мостки – просто стыдно, а громоотводы ещё проверить в деле нужно. А чего это мастер Айборн про меня вспомнил? Или выпутывался, когда его к камнем правды застукали?

– Хм! Необычно, необычно. А что там с этим Арвенаром? – Реонил II обратился к Председателю.

– Завтра докладывает на Совете, обещал нечто небывалое, но темнит – выкрутился Председатель.

– А она откуда знает?

– Так Мариа как бы это свойство и открыла? – неуверенно предположил Айборн.

– Я случайно открыла, а магистр Арвенар исследовал и довёл до практических результатов, я ему только тсхар таскала из своего мира, а теперь посеяла растение, из которого этот тсхар у нас получают, скоро должно созреть, и не будет зависимости от импорта.

– Где посеяли?

– Э-э… в степи, у соседа моего. У меня есть поместье в аркворском княжестве, там почва более подходящая – понятия не имею, какая там почва, но так уж вышло.

– Это по наследству после дуэли – осторожно пояснил мастер.

– А что, и меня подрастить можно магически?

– Я не знакома со всеми результатами, магистр только завтра докладывает.

– Да? Ты позови меня, не забудь – и Его Величество Реонил Второй величаво удалился порталом. Даже ничего про сына не спросил.

– Уфф! – выдохнул Председатель. – Вы что, и правда не смогли себе камень сделать?

– Тогда не успела, а потом не до того было, он мне не так уж и нужен, на самом деле. А чего звали-то?

– Да вот, из-за Его Величества. Увидел у меня артефакт, стал разглядывать, спросил что такое. Пришлось ответить, а потом и вас заложить. Честно, не хотел, так вышло. А что, у Арвенара и правда что-то необычное?

– Из обычных людей магов делает! Не из любых, правда, а у магов силу увеличивает, и не только пока порошок во рту, а навсегда.

– Ишь ты! А мне не говорил. Не забудьте, завтра в начале второй четверти! – и показал на циферблате знакомых мне часов, когда это начало.

А я вернулась в башню и решила закончить этот камень правды, правда, доработать чуть-чуть. Давно с Машей о подобном говорили, она мне тогда и рассыпушек подбросила.

Сборку камня провела как и предыдущие, но в линию от командного блока два светодиода вставила и батарейку. Нет сигнала на блокировку речи – зелёный горит, пошёл сигнал – красный. Сигнал, в принципе, похож на обычный электрический, слабый только очень, но Маша релюшку маленькую дала, вот я на неё выход от блока и сдублировала. Пришлось и выключатель поставить, чтобы зелёный сигнал не сожрал батарейку за сутки, хорошо бы ещё стимулирующие к правде двести двадцать вывести, но где их тут взять… в общем, шкодный такой приборчик вышел, размером с пол-литровую бутылку. И две лампочки сверху.

Попробовала – работает пока, вот и прихвачу в Питер, а то все такие важные, врут и не краснеют. А мне следствие вести, злодея искать.

Это рассказывать можно быстро, а прокопалась изрядно, в квартиру только в начале четвёртого попала. Сразу МарьВанна звонит:

– Машенька, ты дома уже? Тут тебя ждут! Давно!

– Кто ждёт?

– Я одного только знаю, мужчина вчерашний, он ещё горел тут у нас. И ещё три машины какие-то. Ты скоро приедешь?

– Если ехать, даже не знаю. Вы зайдите в свой кабинет и запритесь, я к вам шагну.

– Это как? Всё, иду, иду… вот, пришла… заперлась.

Перешла. Вроде, соседка давно со мной, должна бы и привыкнуть, а за сердце схватилась. Малым исцелением ей помогла, или она сделала вид, что помогла.

– Вчерашний давно ждёт?

– Да с час назад уже приехал.

– Юля здесь? Тётка пробирная?

– Юля да, тётки нет. Ты её не того, случайно?

– Вроде и нет, но должно бы и пройти уже? Чёрт с ней, – потащила МарьВанну в торговый зал – Юля, пригласите, пожалуйста, вчерашнего погорельца.

– Ой, я боюсь, вон их сколько.

Ну да. В пределах видимости четыре машины, и в каждой кто-то угадывается. Нашла в смартфоне дядьку, набрала.

– Юрий Георгиевич, это Маша. Я на месте, заходите.

Никто проскочить вместе с ним не пытался, моя подстраховка не понадобилась.

– Мария Алексеевна, Мария Ивановна, Юля, здравствуйте, я рад, что вы меня приняли. А Юрий Моисеевич здесь?

– Не знаю. МарьВанна?

– Ушёл с обеда.

Мы привычно расположились у стола.

– Мне кое-что удалось узнать, я очень надеюсь, что вы сочтёте мои результаты достаточными. И здесь наш председатель совета директоров, который получил распоряжение насчёт вас, его хотелось бы отпустить побыстрее. Могу пригласить?

– Сначала доложите, пожалуйста, только кратко – я поставила на стол камень правды.

– Так точно. Господину Когану позвонили из администрации города и предложили затруднить деятельность вашей организации. Именно вашей, про Юрия Моисеевича речь не заходила. Разговор был короткий, господин Коган сказал, что звонил помощник губернатора Юрий Шустов, после разговора он велел управляющей филиалом ОПЕРУ-5 провести какую-нибудь проверку, что она и сделала. Это кратко. А в Смольный я, при всём желании, не вхож.

– Вот оно как… – индикатор ни разу не мигнул красным, начальник охраны не зря свой хлеб ест. – Вы можете пригласить господина Когана?

– Конечно, – он вытащил смартфон и нажал кнопку – только он, наверно, будет с охраной.

– Охране нельзя, ваши здесь уже достаточно развлеклись. Юля, подойди к двери, открой засов,

– Но я не могу ему запретить… это его личная охрана, не мои бойцы.

– Никто не пройдёт через дверь, только вы и Коган. Пожалуйста, объясните ему.

Видя, что Антонов замялся, подняла его из кресла и телепортировала к двери. Тяжёлый, собака. Но, видать, что-то он про меня узнал, потому что не испугался и начал перебирать ногами. Уважаю.

Начальник его, конечно, с охранниками попёрся, один впереди, один сзади. Антонов дипломатично рядом с машиной остался, не стремился наблюдать унижение босса. Мне даже проще так, первого толкнула телекинезом, хотела мягко, но не рассчитала что-то, плохо видно, так что пришлось в транс войти, то есть в прозорливость. Так что господина Когана аккуратненько так приподняла и внесла, сразу щит в дверной проём, и бережно пациента до кресла доставила. Перетрусил господин изрядно, пришлось сразу малое исцеление применить, потом осторожно опустила, чтобы пол ногами почувствовал, потом совсем поддержку убрала. Худощавый, довольно молодой, лицо не то, чтобы интеллигентное, но и не дебильное.

– Садитесь, господин Коган, меня Мария зовут, а вас?

– Владимир… Иванович… – собрался с мыслями гость и уселся. – Что с охранником?

– Упал, но сейчас встал, пытается войти. Пистолетом машет, а второй его удерживает. Полиция подъехала… тоже ваши?

– Нет, конечно, но как это вам удалось? Впрочем, неважно, я согласился ответить на ваши вопросы, задавайте.

– Господин Антонов сообщил мне, что это вы распорядились о проверке моего предприятия, это так?

– Да, но поскольку не закредитованы, я велел формально, не копать.

– Хорошо. Почему вы это сделали?

– Он что, не мог сам рассказать? Я теряю…

– Стоп! – гость сразу заткнулся, ещё бы, рот ему залепила. – Я тоже ценю своё и ваше время, но проверяю слова господина Антонова, вот этот прибор – кивнула на камень правды – не даёт возможности говорить неправду, поэтому я вынуждена задавать вам вопросы. И прошу извинить, что прервала вас.

– Детектор лжи? – быстро освоился собеседник – ерунда, игрушки.

– Детектор тоже, мигает красным при попытке солгать, но главное, человек физически не может произнести ложь. Попробуйте сказать, например, «я женщина» и убедитесь.

– Подумаешь! Я…– послушно попытался банкир. – Я…, чёрт, не могу! И красным мигает! Его что, не обойти?

– Думаю, можно, но не знаю как. Давайте продолжим, почему вы велели провести проверку моего предприятия?

– Меня попросил помощник губернатора, сказал, что босс велел, я не мог ему отказать. Но распорядился сделать это поверхностно и формально.

– Спасибо. Почему вы решили, что это был помощник губернатора?

– Он так представился, Шустов Юрий Владимирович, и звонил по вертушке.

– То есть?

– Ну, по смольнинской связи, типа государственной. Отдельный стационарный телефон с четырёхзначным номером.

– Вы знаете его лично, узнали по голосу?

– Знаю, та ещё гадина, подставил меня. Да, узнал по голосу, а главное, кто ещё по вертушке звонить будет?

– Номер не высветился?

– Да нет, там древние такие аппараты с трубкой.

– Благодарю вас за беседу, Владимир Иванович, и простите за ожидание, у меня больше нет претензий к вам и к вашему банку.

– Занятный у вас приборчик, – гость остался в кресле – не продадите? Или подскажите, где купить.

– Купить негде, сама изготовила. И он мне нужен, ещё в Смольный разбираться поеду.

– Да вы самоубийца! Хотя, это ваше дело, на меня только не ссылайтесь.

– Не могу обещать, но попытаюсь.

– Хоть так! – наконец, банкир встал. – Я могу идти?

– Конечно.

Несколько неловко он сделал пару шагов, ждал, наверно, что опять за шкирку поволокут, но вышел уверенно, не попрощавшись. А я ещё о нём хорошо подумала!

Сразу позвонил Антонов

– Мария Алексеевна, всё нормально? Вы снимете претензии?

– Да, заявления не будет. Документы их только у меня не здесь, завтра… нет, завтра никак, потом принесу.

– Какие документы?

– Ну, на оружие. Удостоверения полиция забрала, а где про оружие было, я спрятала, не знала, чем дело кончится.

– Ох ты… ладно, только не долго, пожалуйста. Я завтра позвоню.

– Не будет меня… разве что МарьВанне оставлю.

– Хорошо, спасибо. Теперь Вера Николаевна может зайти?

– Какая ещё Вера Николаевна?

– Чиркова. Управляющая ОПЕРУ-5, у неё пальцы не работают.

– Пусть заходит, починю – а я и думать про неё забыла.

– Тогда я поехал?

– Конечно.

Три машины отъехали, из четвёртой вышла следующая гостья. Неуверенно дошла до двери, постояла, не решаясь прикоснуться к звонку, видела, как недавно охранника снесло. Пришлось просить Юлю её привести.

– Здравствуйте, Мария Алексеевна, Юрий Георгиевич сказал, вы можете помочь. У меня пальцы не работают.

– И вам здравствуйте, Вера Николаевна. Я лечением не занимаюсь, но что сделала, могу исправить. Тем более господин Антонов всё понял правильно и сделал, что требовалось. Садитесь и давайте руки.

Насколько я разбираюсь, блокировка уже сходить начала, два-три дня, и смогла бы тётка по клаве стучать и в документах расписываться. Так что вовремя, вовремя пришла, репутация моя пострадать не успела. Убрать остатки воздействия пара мгновений, хотела ей что-то назидательное сказать на прощание, но не сообразила ничего.

– Всё, Вера Николаевна, руки ваши в порядке, можете идти.

– Ой, я так плохо себя чувствую!

– Я же сказала, лечением не занимаюсь! – но кинула малое исцеление, потом ещё одно. Банкирша на глазах приободрилась и встала.

– Спасибо! – выдавила из себя и, наконец, ушла.

– Ну, все, вродё? – вышла МарьВанна – что делать-то будем?

– В Смольный поеду, – пожала я плечами – навряд ли губернатор про нас слыхал, он другими категориями мыслит – но поговорить не дали следующие клиенты из полицейского УАЗика. Оба в штатском.

– Юль, спроси у них, что хотят. Сразу только не открывай.

Юля опять пошла к двери. Молодец девчонка, боевая: вчера ей досталось изрядно, но с утра как штык… или не с утра? Неважно.

– Хотят поговорить с Марией, которая была вчера в районе Софийской улицы. Подчёркивают, что в частном порядке – доложила Юля, вопросительно глядя на меня. Вообще-то МарьВанна тоже Мария у нас, чего это сразу ко мне? Но была там именно я, а эти, наверно, меня с игровыми автоматами ловили.

– Запускай обоих и отойди подальше – я вошла в полутранс, неизвестно, чего от них ждать. МарьВанна деликатно ретировалась «за кулисы».

Вошли два молодых парня, без агрессии, вид нашкодивший, один совсем сникший, второй хорохорится.

– Садитесь, молодые люди – кивнула на кресла у стола – чем обязана?

– Вы были вчера в районе Софийской? – ишь, прыткий какой!

– Или вы объясняете, что вам нужно, или я вас сейчас выставлю.

– Извините, пожалуйста, – заговорил понурый – мы там вчера потеряли одну вещь, и надеемся, что вы её могли найти. И она нам очень нужна, даже в любом состоянии.

– Как вы меня отыскали? – я опять задействовала выключенный было камень правды.

– По номеру телефона, у Николая есть связи.

– Вы оба полицейские?

– Николай да, а я не совсем. Стажёр.

– Что вы туда засунули?

Прибор дважды мигнул красным, стажер тоже покраснел от напряжения.

– Поясняю, солгать вы не можете, вот эта штука не позволяет – показала глазами – груз из страны ушёл, чтобы вернуть закладку, вы должны меня убедить своей историей, правдивой историей. Ну?

– Маячок там, – решился стажёр – мы его из вещдоков взяли, когда хватятся, мало не будет.

– Маячок? Я уж думала, наркота какая, или оружие. Кто велел за мной следить?

– Это я придумал, чтобы ваш зал обнаружить и потом накрыть. Вы просто первая попались – красный светодиод не сработал. Правду говорит.

– Ладно, – задумалась я – маячок я вам могу и вернуть, только задаром это делать не хочу. Он не в России, ради вас туда-сюда мотаться не буду, ещё искать его, вытаскивать…

– Мы в общежитии живём – буркнул Николай.

– И что? А, в смысле, денег нет? Мне ваши деньги не нужны, где ваш отдел находится? На Софийской?

– Купчинская десять…

– Ну вот, ладно бы ещё здесь, или рядом с домом… короче, пишите мне свои телефоны и рисуйте, как ваш маячок найти, когда верну – должны будете. Не бойтесь, ничего криминального не попрошу. Николай, согласен?

– Ну?

– Не «ну», а отвечай, согласен или нет!

– Согласен…

Динь! – чуть слышно пропел жезл в руке, это я его нащупала в сумке.

– А ты, стажёр, согласен?

– Согласен – этот уже уверенней.

Динь! – отозвался жезл.

– Ладно, ребята, рисунок сдадите МарьВанне, у неё и прелесть свою полУчите, завтра или послезавтра. Рисуйте так, чтобы я поняла, а мне пора – я встала. Пожалуй, отсюда до Смольного ближе, вызвала такси.

Я наивно считала, что охрана Смольного в пропилеях сидит, просочилась через них под скрытом, порадовалась. Добрела до главного здания, к дверям сунулась – облом! Электроника командует, каких только датчиков не наверчено, никакой скрыт не поможет. И охрана неприятная такая, глаза злые, будто мерзавцев и нищету стерегут, чтобы к светлоликим не ворвалась. Многие по пропускам идут довольно свободно, и я бы прошла, но кто ж мне его даст! Постового задурить нет проблем, электронику не сумею. Только если сжечь.

Чтобы телепортироваться, привязка к месту нужна или хотя бы видеть, куда, а я внутри не была ни разу, даже на картинках не видела. Можно попробовать левитировать вдоль стены… под скрытом, чтобы не подстрелили… но даже по летнему времени ни одного открытого окна. Кондиционеры у слуг народа.

Топталась не очень долго, выбрала дядечку потолще, метку на него поставила, подождала минут десять и по метке, к нему и шагнула. Конечно, под скрытом.

Попала в буфет, комната маленькая, тесно, поднос со стаканами толкнула нечаянно. Звон разбившихся стаканов, лужа на полу, брызги… пока все на буфетчицу пялились, сумела в дверь выскользнуть. Вроде, никто не обратил внимания.

Коридор метров двести в обе стороны, от стены до стены метра четыре. Людей мало, но носят себя с большим достоинством. Чистенько и безлико, на дверях только номера кабинетов. Навигатора нет, пошла наугад.

Прошла в одну сторону, ничего выделяющегося не отметила, повернула назад. Ага, лестница! Начальство должно быть выше, поднялась на этаж. Сразу видно, и ковёр другой, и кабинеты пошли именные, и бюст чей-то в конце коридора. В одном конце стеллажи с какой-то ерундой, то ли продажа по образцам, то ли музейная экспозиция. Скорее, последнее, и охрана присутствует, смотрит сквозь меня, хорошо, что я под скрытом.

Нашла, наконец, и губернаторский кабинет, но там сначала общая с замами приёмная, дверь закрыта, так просто не сунешься. Встала напротив, вошла в транс.

В приёмной человек десять, один за столом сидит, двое стоят перед ним, остальные на стульях вдоль стены. Два кабинета, направо и налево, в первом пусто, никого, во втором трое, двое у приставного стола и один по-хозяйски за большим столом устроился. Только кто он, губернатор или зам? Читать таблички в трансе не получается.

Пока стояла и раздумывала, тип какой-то с сопровождающими в приёмную прошёл, тип важный, один из попутчиков забежал вперёд и дверь ему открыл, ещё и голову склонил, как будто поклон обозначил. Главный пришёл? Вот беда, никогда им не интересовалась и в лицо не знаю, но судя по тому, что за дверью все вскочили, должен быть он. Кинул что-то секретарю, прошёл в пустой кабинет.

Всё, что я о нём слышала – зимой сосульки выращивает, летом снарядов не даёт. Или наоборот? И зачем дворникам снаряды, сосульки сбивать? Мутный тип, в общем. Женское сверхобаяние применить можно, но для этого хоть какое время нужно, он же меня разглядеть должен, а пока я от двери до стола доберусь, уже и кнопку тревожную нажмёт. И как прикажете войти, чтобы охрана не прибежала?

Можно, конечно, открыть дверь и телепортироваться, но ещё хуже испугаю. Если сквозь стену, под скрытом? Но неприятно так делать, вижу только под трансом, а прозорливость детали неточно передаёт, хорошо только людей и опасность. Сшибу какую-нибудь вазу эрмитажную, выстраивай потом беседу.

Отвлечь бы его, котёнка, или щенка подкинуть, и самой на середину кабинета? Но где их взять… из котят у меня только Филимон… Муська!!! Только бы не ушлындала никуда!

Поставила метку, где стояла, для надёжности ещё одну и срочно, срочно за Муськой! Слава богу, вот она, клубочком свернулась, смотрит вопрошающе.

Сгребла в охапку, объяснила, что нужно мне помочь, человека одного отвлечь… ну, как объяснила, рассказала просто, Муська же бессловесная, свистит только. Зато не возражала.

Так, с Мусей подмышкой, обе под скрытом и появились в коридоре. Изменений никаких, только секретарь из-за своего стола к начальнику переместился, стоит рядом, в руках папка толстая. Документы на подпись?

Точно, какие-то бумажки подписал и отдал, секретарь к себе пошёл, а босс папку к себе придвинул. Самое моё время.

– Давай, Мусенька, там за стенкой человек, ты его отвлеки, пожалуйста и если получится, поиграй немного. А я потом тебя как бы найду, главное, мне этого чинушу напугать нельзя – и подтолкнула к нужной стенке.

Муська потопталась немного, воздух понюхала, на меня посмотрела – и пропала из коридора. Стою, жду, питомца нигде не вижу. Это она что же, выбирает, где появиться?

Несколько секунд, а как долго тянутся! Наконец, показалась под креслом, посидела какое-то время, вскочила на спинку. Тоже посидела, прыгнула на приставной стол, встала столбиком. Хозяин кабинета ноль внимания, с головой в бумаги ушёл.

Муська, как будто мысли мои поняла, просеменила ближе к хозяину и носом свернула что-то на его столе, сделала вид, что испугалась и отскочила. Ага, губернатор бумаги свои уронил, говорит что-то, но кнопку не жмёт, роту латышских стрелков не вызывает. И зверь не убегает, опять к его столу подошёл, что-то вроде карадаша зубами потащил. Хотя, откуда карандаши у губернатора? Ручки паркеровские, наверно, не повредила бы зубы.

А губернатор ничего мужик, в ящике стола нашёл что-то, Муське протянул. Та пару шажков назад сделала, хозяин стола свой обошёл, присел рядом с Муськой на корточки, вкусняшку протягивает. Вот и нужный момент, появилась от него метрах в пяти сбоку и немного со спины.

Муська как белка сидит на столе, в лапах держит что-то вроде овсяного печенья, губернатор рядом на корточках.

– Вот ты где, оказывается, я ж тебя по всем кабинетам ищу! Извините, пожалуйста, – встающему губернатору – чуть отвернёшься, играть убегает, мне-то некогда. А она важных людей от дела отвлекает – излучаю, излучаю на него женское обаяние, строго как учили. Не знаю, волны это какие-то, или феромоны, но подействовало, поплыл начальник, выгонять меня не стремится.

– Это ваша? – а сам уже меня разглядывает, не то, чтобы уже ест, но примеривается.

– Моя, разбойница! – подхватила Муську на руки, демонстрируя желание уйти. Тоже подействовало.

Слово за слово, хозяин кабинета не то, чтобы флиртовал или ухаживал, но закончить разговор был не в состоянии. А потом я ответила:

– Просто меня подталкивают к тому, чтобы я убрала губернатора. Вот и пришла разобраться, правда ли он виноват: похоже, это вы и есть, да?

Он, естественно, вспомнил о тревожной кнопке, или что у него там в столе, но встать из-за приставного стола я не дала, спеленала заклинанием. Продолжила, как ни в чём ни бывало.

– Я так думаю, вы ни при чём, и вас намеренно подставили – поставила на стол камень правды – вот здесь прибор такой, вроде детектора лжи, если рядом с ним говорят правду, вернее, не лгут, просто горит зелёный светодиод. Если человек пытается солгать, он физически не может этого сделать и загорается красная лампочка. Наверно, обмануть его можно, но я не знаю как. Я сейчас задам вам несколько простых вопросов, постарайтесь, пожалуйста, ответить на них, если красная лампочка не мигнёт, я вас сразу освобожу и буду искать того, кто меня на вас натравил. Это недолго, первый вопрос: кем вы работаете? – освободила ему верхнюю часть туловища.

– Вы что, совсем рехнулись? Знаете, что с вами будет?

– Уважаемый, не знаю кто! – я рассердилась и спеленала его обратно – я чихала на угрозы, но если вы мой враг, у вас случатся проблемы, несовместимые с жизнью. А если нет, то они случатся у вашего врага, понимаете, у того, который вас подставил. Второй и последний раз задаю вопрос: кем вы работаете?

– Губернатором…

– Спасибо, второй вопрос: вы отдавали на прошлой неделе какие-нибудь распоряжения или просьбы насчёт ООО «Амулет»?

– Не слыхал о таком. Может, и подписывал что.

– Я тоже так думала, благодарю вас – я взяла камень правды, будто собралась убрать его, и выключила – дело в том, что человек, назвавшийся Шустовым Юрием Владимировичем, дал понять, что именно вы это сделали. Полагаю, он рассчитывал, что я не буду разбираться и сразу вас, так сказать, покараю.

– Не смешите меня! Не знаю, как он вас сюда пустил…

– Так это он сидит за дверью? Сейчас и выясним – мне надоело уговаривать, я переместилась к двери и распахнула её. На всех заклинание сна, кто стоял, упадёт, неважно; вытаскиваю секретаря из-за стола и телекинезом зашвыриваю в кабинет, в кресло, где сидела сама. Губернатор ошарашен, но тревогу не поднимает, решила его не пеленать.

На двери нашлась задвижка, закрываю изнутри.

Пока иду к столу, накидываю на себя иллюзию, волосы попышнее и шевелятся сами по себе, небольшие, но заметные рожки, глаза светятся красным… поярче, пожалуй, кабинет довольно светлый. Что ещё? Ага, два умеренных клыка на верхней челюсти, как у вампиров рисуют… когти. Пожалуй, хватит.

Секретаря спеленала, разбудила. Дала посмотреть на себя, включила камень правды.

– Ты Шустов? Отвечай!

Тот попытался то ли к шефу воззвать, то ли помощь позвать – остановила дыхание, выбросила в его сторону растопыренную правую руку, когти красные, полтора сантиметра.

– Дышать будешь, когда позволю – подождала с минуту, сняла паралич. Одного урока хватило, секретарь кивнул.

– Словами отвечай! – на этот раз пощекотала сердце, выразительно пошевелив пальцами.

– Я… Шустов… да.

– А я Мария, ведьма и хозяйка Амулета. Тебя кто надоумил на моё предприятие наехать? Отвечай!

Человек явно пытался что-то сказать, безрезультатно, только губами шевелил и краснел. Краснел и светодиод на приборе.

– Ты не можешь произнести ни слова лжи, пока работает этот прибор, понимаешь? Ты можешь или молчать, или говорить правду, а чтобы не молчал, я тебе помогу – и подняла руку с когтями.

Слабоват оказался Юрий Владимирович, чувствуется кабинетный работник, я даже сделать ничего не успела, а он выпалил:

– Витебский!

– Что – Витебский?

– Витебский велел!

– А зачем ты на губернатора сослался?

– Он так сказал…

Бинго! Сама не ожидала, но попала в точку!

– Вы знаете, кто это такой? – я повернулась к губернатору.

– Да, но он из другой обоймы… хотя…

– Координаты дадите, или сами разбираться будете?

– Лучше сам, ваши методы не совсем приемлемы.

– Ну, это кому как, для ведьмы я чудо какая покладистая, даже этого – кивнула в сторону помощника – живым оставляю. А ты – уставилась на Шустова – чтобы всех отозвал сегодня. Понял?

– Понял, понял! – закивал секретарь.

– Ну, и ладно, пора мне, - забрала камень правды, Муську прихватила – счастливо оставаться!

Показалось, кто-то «Спасибо» сказал вдогонку, но не уверена.

Глава 14

Муська не слишком радовалась прогулке, дела у неё, понимаете ли. Только очутилась в Башне, сразу исчезла. Ну и ладно, спасибо на том, что в Смольном подыграла.

В Питере почти ночь, а здесь самая движуха. Позвонила Ольга, запас часов раскупили, они с мужем, конечно, соберут оставшиеся, но нужно новые заказывать, и механизмы, и циферблаты. Очень довольна, предложила отметить, но мне сегодня как-то не в тему, слишком напряжённым был день.

Поговорила с Риварс, предупредила, что некоторых воспитанников буду вызывать к себе под предлогом дополнительных занятий по целительству. Тоже звала в гости, но я опять отказалась.

Позвонил мастер Арвенар, очень смущался и извинился несколько раз, но попросил о помощи по завтрашнему докладу. Очень впечатлили его тезисы, которые я раздавала на своём первом и единственном выступлении, и не могла бы я… короче, взяла ноут с местной клавиатурой и отправилась к нему.

Где там прежняя степенность и важность, остались неуверенность и мандраж. Несколько часов сидела с ним рядом, но привела его материалы в систему, набрала тезисы, приободрила, как могла. Очень удивилась, но насчёт выращивания сахарной свёклы он услышал в первый раз, а про импортозамещение вообще представления не имел. Так что и просветила, и уговорила его этот пункт в докладе отметить. Про возможный визит Величества упоминать побоялась.

Утром, только встала, заскочила в Питер, по телефону сообщила МарьВанне, что всех проверяльщиков вот-вот должны отозвать, а подробности потом, когда у меня будет время. И вернулась.

Чин чином отправила в трактир корзину с заказом, а потом завтракала на крыше в гордом одиночестве, наблюдая за меняющимся освещением гор. До чего же тут красиво! И Башня такая удобная и хорошая, и вообще я её люблю, жаль только, что молчит.

Потом печатала тезисы, как всегда, если откладываешь что-то на самый последний момент, это что-то сопротивляется. Вот и у меня принтер закапризничал и начал жевать бумагу, а нужно-то двадцать экземпляров, а лучше больше. Но успела, даже с запасом сделала.

Прибыла на место, по моим часам, минут за двадцать до начала, народу половина примерно, и всклокоченный докладчик. Даму свою пригласить не смог, волнуется, и никто с ним не поговорит, не успокоит. Пришлось мне.

Вручила ему один экземпляр тезисов, присоветовала перед глазами держать, вдруг от волнения что забудет упомянуть, а тут подсказка. Пообещала в первом ряду сесть, понадобится – помогу, пару раз малое исцеление применила. Кое-как успокоила старика.

Наконец, и Председатель Совета явился, а с ним – просто толпа: насчёт Реонила Второго я имела подозрения, но тут и аркворский князь, и Траска, и ещё человек пять. Наверно, придворные, но где-то видела только одного.

Траска мне помахала, что-то там обсуждала с Величеством, а князь ко мне подсел, я ему магистра представила. Мелочь, а старику приятно.

Неожиданно для меня доклад Арвенара оказался единственным и соответственно, первым, я ринулась раздавать тезисы присутствующим, мудрейшие помнили и брали, Величество соизволил принять молча, придворным пришлось объяснять. Раздала всё, себе экземпляра не хватило. Ничего, захочу – распечатаю.

Содержание доклада я, в общем, представляла, так что слушала в пол-уха, сначала тихонько комментировала соседу, если просил, а потом – потом наступила полная тишина, магистр, наконец, обрёл уверенность, его слушали очень внимательно, и так до самого последнего слова.

Вопросы многие задавали, Арвенар держался уверенно и отвечал убедительно, но когда про получение сахара спросили, магистр так беспомощно взглянул на меня, что пришлось вылезти. Рассказала, что тсхар пока что привозной, но получают его из растений, которые недавно посажены в степи. И есть надежда, что будет свой, отечественный тсхар.

Князь при этих словах даже закряхтел, чешуйчатые так удовольствие выражают, вроде как кошки мурлычат. Это я ему, выходит, очков добавила в глазах Величества?

Были ещё вопросы, потом закончились, начались как бы прения по докладу. Сказать, что хвалили – не то слово, особенно целительницы восторгались, но нашёлся и не то завистник, не то всегдашний тролль, встал и начал хаять, дескать, почему только на людях проверка была, и вообще тема плохо раскрыта.

На него зашумели неодобрительно, я опять вылезла, рассказала, что даю тсхар группе детей на протяжении примерно месяца, и успехи в магии замечены как у людей, так и у аркворов, причём у последних как бы даже больше.

Может, и не стоило выступать, но хотела подчеркнуть универсальность работы магистра, это я ещё про квор ни слова ни сказала, но там разовые применения были и бессистемные. Князь опять громко закряхтел, а народ, то есть мудрейшие, почему-то притих, осмысливал. И в полной тишине, князь не в счёт, из группы гостей раздалось:

– Подстилка аркворская! Сколько же у неё ублюдков? – И все, абсолютно все это услышали, и тишина стала абсолютной, даже князь перестал мурлыкать.

Вспомнила, я вспомнила, где его видела! На весеннем балу у князя, он тогда тоже меня подстилкой назвал, и я ему ничего не сделала тогда!

– Вызываю тебя! – усилила голос, и палец в толстозадого вельможу направила – здесь, после завершения доклада!

Я и так стояла, большинство на меня смотрели, получилось красиво и элегантно, лаконично и никакой суеты. Жаль, Цельсия не увидит.

Нырнула в транс, вдруг жиртрест сразу ударит, но нет, с коллегами шушукаться начал. Села на место, народ потихоньку загомонил, Виннергах свою компанию оставил, ко мне направился, Председатель призвал к порядку и попытался вернуть мудрейшх к обсуждению: нужно сказать, у него получилось.

– Мариа, я в восторге от вашей решительности, – сообщил мне князь – это ж надо, наших детей ублюдками назвать! И я его столько оборотов терпел!

– А кто это?

– А, придворный прихлебатель! Видали, мы для него ублюдки! Какой-то родственник Её Величества, я в человеческих связях не очень хорошо разбираюсь. Вы его сжечь хотите, или как? Мне говорили, когда вы небесным огнём пользуетесь, запах потом неприятный, неужели он плохо пахнет?

– Нет, – я вспомнила запах озона – небесный огонь пахнет весной и свежестью, а неприятный запах от трупа.

Добрался до меня Виннергах, сел на место Арвенара, снова познакомила мужчин.

– Мариа, я с тобой, тебе нужна какая-нибудь помощь?

– В части правил, да. Он принял вызов?

– Ещё нет, он должен сказать об этом, когда Айборн закроет совет.

– Он вообще кто?

– Кто-то из челяди дворцовой, я в них не разбираюсь.

– Если он не маг, мне можно его сжечь?

– Маг, это точно, не беспокойся и жги. И ещё у него амулеты какие-то.

– Вижу. Его Величество как к этому отнесётся?

– А какая разница? Он сам распустил язык, здесь всё прозрачно, ты в своём праве.

– Просто возмутительно! – поддакнул князь.

– Я сейчас тебе щит поставлю, вдруг ему пакость в голову придёт, – продолжил Виннергах – ты пока силу не расходуй, копи. Главное, сама не начни раньше, чем скомандуют начало, лучше чуть опоздай.

Хотела сказать, что мне его щит на фиг не нужен… но не стала, человек искренне беспокоится, хочет помочь.

Обсуждение тем временем вернулось в свою колею. Председатель похвалил доклад и предложил за проведённое исследование присвоить Арвенару звание мастера, я-то знаю, как ждал этого старик.

– Это несправедливо – неожиданно заартачился магистр – я только исследовал воздействие, автор открытия мудрейшая Мариа, она же недавно об этом докладывала. Звание мастера по праву должно быть её.

– Не согласна! – не удержалась и опять вскочила. – Я только случайно нашла подходящую форму, а мудрейший Арвенар провёл важнейшие исследования и получил нужные для практического использования данные, я и сама теперь пользуюсь его результатами, звание его по праву и вполне справедливо! Он давно уже мастер!

– Мудрейшие, прошу голосовать! – распорядился Председатель.

– Как голосовать-то? – спросила Виннергаха – покажете?

Учитель показал, послала своё решение по кольцу.

– Семнадцать «за», один «против», один воздержался – объявил мастер Айборн – Совет присвоил вам звание мастера, поздравляю вас, мудрейший Арвенар!

Думала, сейчас объявят окончание совета и начнётся моя дуэль, но Его Величество подозвал Председателя и что-то ему втолковывал. Айборн кивал.

– Поступило предложение присвоить звание мастера также и магистру Марии, автору столь важного для нас открытия, – и без всякого обсуждения, я даже вякнуть ничего не успела – мудрейшие, прошу голосовать!

На этот раз ничего делать не стала, но результат получился такой же – семнадцать за и один против. Воздержалась одна я.

– Совет присвоил вам звание мастера, поздравляю вас, мудрейшая Мариа! – произнес Председатель – на этом объявляю заседание закрытым, но у нас осталось незаконченное дело. Мастер Мариа вызвала старшего распорядителя канцелярии Его Величества Линару Справедливого. Уважаемый Линара, каков ваш ответ?

Мастер Айборн растерянно обвёл собравшихся взглядом, чуть больше двадцати человек, потеряться трудно – но уважаемый Линара сумел. И двое его приятелей тоже, только что были здесь, и уже их нет.

Величество тоже домой засобирался, встал уже, и также недоуменно оглядывал амфитеатр. Похоже, здесь так не принято. А вот князь радом со мной возликовал.

– Нет, ну как вы его! Жалкий человечишка, всех всегда презирает, мы для него, видите ли, ублюдки! А вы так красиво его на место, на место! И сёклу эту в степи посеяли, вы у меня, получается, единственный друг среди людей, зовите меня по имени! И я велел уже всегда вас пропускать, и вообще, раз мы друзья, предлагаю быть на ты!

– Это большая честь для меня – осторожно попыталась умерить его восторг – но я даже не знаю, как вас зовут…

– Роскир! Роскир Третий, для друзей Роскир! А сейчас прошу прощения, Его Величество приглашает! – действительно, Величество подавал какие-то знаки, надеюсь, это не мне. Мой новый друг Роскир устремился к королю.

– Мастер, – я повернулась к Виннергаху – что же мне теперь делать?

– Думаю, ничего, но щит в столице не снимай. Кто знает, что этот трус придумает, может и Его Величество вмешаться, запретить дуэль.

– Так бывало?

– Я о таком не слыхал, но всё когда-то становится возможным, особенно, если Её Величество начнёт ненавязчиво напоминать каждую малую четверть. А вообще, поздравляю тебя, так быстро получить звание мастера на моей памяти никто не мог.

– Это справедливо, – слева подсел Арвенар, теперь полноправный мастер – без Марии я бы до сих пор лечил толчёными камнями. А что у нас стряслось, все что-то забегали, Председатель Совет закрыл, а никто не уходит?

– Мариа послала вызов дворцовому, а тот удрал.

– Удрал?! Какой позор! Нет, что ни говорите, раньше такое не могло случиться. Нынешняя молодёжь совершенно не считается…

– Мастер Арвенар, – перебила его – поздравляю вас с заслуженным званием!

– И я! – присоединился Виннергах – доклад был превосходным. И эти записи, это так удобно.

Новоиспечённый мастер расплылся и собрался рассказать что-то подходящее, но я опять не дала.

– Знаете, Его Величество на нас смотрит, я пойду, пожалуй! – и оперативно слиняла. Не слишком вежливо, чего уж там.

Надо бы МарьВанне рассказать о результатах вчерашних, но там пока ночь, решила заняться бесконечно откладываемой печатью свитков из библиотеки башни. Когда убедилась, что ничего для меня там нет, потеряла интерес, а теперь ещё и Маша другим занята, привлечь её можно, но было бы неправильно.

Принтер неплохой, печатает на рулон, но порой зависает, когда документ исполнен, очередь не видит. Не всегда, но пригляд желателен, потому и откладывала, не с моим характером на месте сидеть.

Буквы в старой грамоте забавные, две похожи на современные, но и читаются похоже, а есть такая, что пишется почти также, но звучание совсем другое. Маша с ней повозилась.

А если и слова изменились до неузнаваемости? Я вот знаю, что перси к Персии не имеют отношения… нет, имеют, конечно, но опосредованное… но это у меня от бабушки, она старые слова знала. А кто здесь знает? Клайн?

– Здравствуй, Клайн, это Мариа.

– Здравствуйте, благодетельница! Докладываю, все амулеты времени вашей приятельницы раскупили, камней мостовых купли два по девять и один, осталось три по девять и четыре, ракушки за камни в банк отнёс, за амулеты Олгадмитна сама получила.

– Это хорошо, ты мне вот что скажи, молнии как называли в старину?

– Это на правильном языке?

– Наверно.

– Да также, молнии.

– А звук во время бури с молниями?

– Рык называли, это когда Отец ваш палкой тучи бьёт, они рычат так и молнии пускают. Рычанье ещё называли, и гром тоже.

– Нелогично, молнии сразу видны, а гром потом.

– Так звук же долго идёт, неужели не знали?

– Да знаю я, знаю! Спасибо!

Так, задам-ка я ещё одну сортировку, пусть на «рык» и второе слово меняем: «защита», потом «спасение», потом «средство»… Нет, но как он меня грамотно поддел-то, насчёт отца, который по тучам лупит! В общем, по старому списку сортировок пройдусь, и рык вместо молнии.

Настроила, запустила… компьютер графику сравнивает, не так быстро получается. Первое сочетание – не найдено, второе – не найдено… и так все. Обидно.

А принтер не переживает, и знай, печатает.

Ладно, попробуем иначе. Сколько раз в этих списках встретилось слова «рык» и рычание?

Тут меньше минуты прошло, двадцать семь рыков и восемь рычаний. Это и вручную посмотреть можно.

Начала с рычаний, их меньше.

В первом муть какая-то насчёт кракена, мимо… второй – лекарство от рычания, мимо… третий, стоп! Лекарство от рычания? Ну-ка, ну-ка?

«Как приготовить лекарство от рычания туч»? Бинго! Пусть и не слишком нужно, но получилось же! Нет, не зря мне Мастера дали, заслужила!

Углубилась в свиток. Язык архаичный, но понять можно, лекарство состоит из нескольких слоёв смеси сока локка с подходящей (?) глиной и мелко измельчённого мостового камня. Ага, алмазы, скорее всего, сейчас мостовые камни из них делают. А сверху слой сока в смеси с чёрным пеплом… сажей, надо думать. Это чтобы тучи самого лекарства не заметили. Слои потоньше надо делать, это понятно, непонятно насчёт подходящей глины. И сколько её брать? А главное, где? И почему, когда анализ покрытия делали, ни слова про глину не было? Только про сажу и органику? Или просмотрела?

Всё равно сейчас ни в первый отдел ни сходить, ни в лес за глиной. Поищу лучше в базе, нет ли там про глину для лекарства.

И что, нашла! Координаты места, конечно, очень-очень приблизительные, единственный ориентир порог на реке, даже не порог, а перекат, но река, слава богу, известна, на ней мой любимый мостик стоит. Так и написано: «на ней же поставлю мост, и будет он вечным».

Не удержалась, позвонила Маше, что её поисковик сработал как надо. Может, зря: она, вроде, и обрадовалась, но со вздохом сожаления.

Позвонила Цельсии, та на подъём легкая, сначала хотела к себе позвать, но с продуктами заморачиваться неохота, решили в знакомый трактир отправиться.

Встретились на площадке прибытия.

Дом Арвенара недалеко, там оживление какое-то, собственно, не оживление, а натуральный швейцар при входе, гостям кланяется и калитку открывает. Хорошо, кареты здесь не в ходу, а то было бы столпотворение.

– Это что, – удивилась сестра – у него столько клиентов? И все такие важные?

– Думаю, праздновать собрались. Ему сегодня мастера присвоили.

– Как присвоили, кто?

– На Совете Мудрейших, сегодня Совет собирался, он докладывал о проделанной работе, вот за работу и присвоили. Действительно, и работа хорошая, и доклад интересный, ему очень приятно было. Про повышение магических способностей.

– А, это как той убежавшей девчонке?

– Вроде того. Но Людмиле он толчёные камни давал, а теперь сахар, оказалось гораздо эффективнее и, главное, намного дешевле. Не хочешь попробовать?

– А сахар он твой даёт?

– Ну да, таскаю периодически.

– Тогда почему ему дали, а не тебе? – мы подошли к трактиру.

– Мне тоже дали – вздохнула я.

– А мы почему не отмечаем?

– Так сейчас будем – мальчик открыл нам дверь, трактирщик будто нас ждал, тут же подлетел.

– Приветствую вас, мудрейшая, поздравляю, от души поздравляю! Я счастлив, что в такой день вы вспомнили о моём заведении!

– Нам кувшинчик самого вкусного людского! – с ходу заявила Цельсия. – И закусить.

– Сначала закусить, – уточнила я – мне с тобой посоветоваться надо.

– Брось, завтра посоветуемся, сегодня отмечать будем!

– Надо! – Зинтер усадил нас за отдельный столик и удалился – дело в том, что я на Совете вызвала одного типа…

– На дуэль? Тогда ещё и с победой поздравляю!

– Не с чем. Он удрал.

– То есть, как удрал? Отказался?

– Да нет, просто исчез.

– Но ведь так не бывает? А ты что?

– Посидела немного и тоже ушла.

– Зачем?

– Его Величество на меня уставился, я решила смыться.

– Зачем?

– Да у нас отношения натянутые.

– С королём?! Натянутые?!

– Мне казалось, всё устаканилось, – Зинтер лично принёс весь заказ – а тут эта дуэль-не дуэль… говорят, этот тип родственник его супруги. А с ней у меня совсем плохо.

– Да что такое могло случиться за неделю?

– Не могу сказать. Здесь не могу, – поправилась я – и даже в башне только под заклятие. Ты мне про дуэль скажи, что делать теперь?

– Так сразу и не скажу… не слыхала про подобное. И родственник Её Величества…

Хотела обернуться на возникший шум у двери, но отвлёк телефонный звонок. Только потянулась к магофону, он у меня в сумке, как одновременно вскочила Цельсия, выставив клешню, и справа от меня что-то шмякнулось на пол.

«Что-то» оказалось арквором в странной позе… я бы сказала, раком. Вроде и мирный, агрессия не чувствуется. А магофон не умолкает, ответила.

– Да?

– Мариа? – услышала новоиспеченного мастера Арвенара – вы где же?

– Я здесь – ответила, уставившись на чешуйчатого – а что?

– Вы же обещали быть у меня!

– Серьёзно? Не помню, а зачем?

– Ну как же, праздновать нашу победу! Неужели я забыл сказать?

– Мы с сестрой в столице, а насчёт праздновать, либо вы забыли, либо я. Но подождите несколько мигов, у меня непонятная ситуация, я вам перезвоню.

– Мудрейшая! – трактирщик спешил к нашему столу за спиной двоих амбалов – сейчас всё исправим, он не будет вас беспокоить!

– Ты кто? – спросила я у странно сидящего. – И что тебе надо?

– Помилуй, Небесная Дева, не казни! Только выслушай!

Глава 15

– Щас мы его! – качки рывком подняли чешуйчатого с пола, но я их остановила:

– Подождите, пусть скажет!

– Меня нанял толстый человек, а я пошёл за помощником, а у князя все говорят, ты за нас заступаешься, и как же я могу, а ещё ты Небесная Дева!

– Толстый зачем нанял? – похоже, меня нашёл привет от распорядителя канцелярии.

– Убить тебя, Небесная!

Минимум трое вознамерились чешуйчатого порешить, пришлось спеленать всех вокруг, и сестрёнку тоже.

– Толстого как зовут, знаешь?

– Ли… Лифа… Лиран… не помню, Небесная!

– Может, Линара?

– Точно, Линара, он ещё во дворце Его Величества служит!

– Нанял как, под магическую клятву?

– Под клятву, Небесная, помру теперь, нельзя же тебя убивать!

– Это ты поторопился – не торопясь, достала жезл из сумки. – Освобождаю тебя от клятвы! – и легонечко убивца жезлом по лбу тюк!

Дзинннь! – звонко пропел жезл. Надо думать, снялось заклятие. Окружающих тоже освободила, пусть двигаются.

– Деньги он тебе заплатил?

– Нет, Небесная, сказал, после придти. Я что же, не помру теперь?

– Помрёшь, но когда срок придёт, а не от нарушенной клятвы. Ступай, и спасибо, что рассказал.

Но ступать восвояси у чешуйчатого не вышло, недаром трактир рядом с рынком стоит, влетела троица из тех, кто рано встаёт. В смысле, охрана местная, кто-то их позвать успел. И даже два старых знакомца, неужели опять разводят? Ну, я им сейчас…

– Где убийца? – крикнул один; риторически, потому что народ и так не загораживал, а кто наблюдал, сразу расступился. Троица ринулась к нам, и, похоже, не вязать преступника, а порешить на месте собралась, во всяком случае палки с кривыми лезвиями весьма воинственно нацелились на арквора.

– Стоять! – и голос пришлось усилить, и щитом бедолагу прикрыть, самый мелкий из местных полицейских умудрился свою палку метнуть, попал бы или нет, не поняла. Не зря Виннергах сказал, чтобы из транса не выходила, да что уж теперь.

– Жива! – крикнул кто-то в толпе, привалившей вслед за охраной, в трактире сразу стало тесно и шумно.

– Успели! – выдохнул тот, который мне мамой клялся начать новую жизнь. – Слава Небесному Отцу, успели!

Стоять у них не вышло, до арквора они всё-таки добежали, но уже серпами своими не тыкали, повалили на пол. Он и так на коленях стоял, так что куча-мала получилась, но один устоял.

– Прости, Небесная, нам сказали, тебя убивают!

– Видите, не совсем. Он раскаялся и убивать не стал, я его простила. Но за намерение спасибо. Уважаемые – добавила я.

– Так мы его того? – спросил старший – Забираем?

– Нет, ребята, я его уже простила. Он сам отказался от заказа, хоть и взял его под магическую клятву и должен был умереть. Так что пусть идёт себе. Он же ничего не сделал, вам не нужен, а заказчик из дворцовых.

– Но как же… – затупил старший.

– А вам в благодарность лично налью по чаше вина – две чашки у нас уже были, Зинтар моментально подсунул третью. Налила по полной, как раз кувшинчика хватило, поставила в ряд. – Прошу вас, благородные воины!

Немного ошалевшие охранники потянулись к чашкам. У нас давно бы все смартфоны выставили, а здешние молчат, открыв рты.

– А ты, небесная? – не решались стражники. А трактирщик уже сунул мне в руку четвёртый стакан.

– И я с вами. Там, где я выросла, принято чокаться чашами, вот так – я продемонстрировала, как – Ваше здоровье, доблестные стражи! – и выпила. Ничего вино, терпкое и не очень сладкое, Зинтер мои вкусы запомнил.

Чешуйчатый незаметно исчез куда-то, стража проглотила угощение и неуклюже затопала к выходу. Зеваки начали понемногу рассасываться.

– Осмелюсь спросить, – трактирщик жестом отослал качков – а этот Линара, он кто?

– Какой-то начальник из королевского дворца, я его сегодня на дуэль вызвала, а он удрал, теперь вот убийцу подослал. Да и фиг с ним, мы с сестрой, наверно, сейчас к мастеру Арвенару уйдём, там уже все собрались. Ты как? – обратилась к Цельсии.

– Это к тому самому?

– Ну!

– Осмелюсь сообщить, блюда и напитки там сегодня тоже от меня, – поклонился Зинтер – всегда буду рад приветствовать у себя уважаемых дам! Надеюсь, неприятный инцидент не повлияет на ваш будущий выбор!

В общем, ушли мы из трактира. Пусть один убивец раскололся и больше не будет, но подозреваю, что таких может оказаться несколько. Ладно, мы с Цельсией, нам ущерб трудно причинить, но посетители-то вообще ни в чём не виноваты.

А меня, выходит, и не так трудно вычислить…

Пройти всего ничего, пара минут, я думала, при местном отношении ко времени гости ещё долго собираться будут, но швейцар у калитки вошёл вместе с нами и зарыл на засов.

Столы сервированы в саду, мастер – вернее, его мастерица – расстаралась, гостей с нами получилось восемнадцать человек, хорошее число по местным обычаям. Со стулом для Цельсии немного не угадали, но хозяйка быстро принесла подходящий.

Насколько я поняла, в гостях в основном маги с супругами, почти все незнакомые, кроме Виннергаха с Синтерой.

– Первый раз на магической вечеринке – шепнула сестра.

– Я тоже.

Подошёл Виннергах.

– Ты так быстро ушла, тебя Айборн искал.

– Насчёт дуэли?

– Не думаю, прямиком от Его Величества пришёл, может, помирить хотел.

– Ха, помирить! – громко встряла Цельсия – этот тип уже убийцу подослал, думаете, чего мы задержались?

Маги начали прислушиваться. Здесь, конечно, не пэры и сэры собрались, но незнакомых расспрашивать не совсем принято. Хотя и познакомиться самим ничто не мешает.

– Как убийцу? – естественно удивился Виннергах. – Кого?

– Какого-то чешуйчатого – и сестра детально докладывала собравшимся о происшествии в трактире, пока хозяин не сообразил, что торжество как-то неправильно началось, и не представил нас остальным. Охать и возмущаться не перестали, но обстановка перетекла в знакомую, почти земную. И опять никто не смог внятно сказать, что делать со сбежавшим не состоявшимся дуэлянтом – не было такого в их истории. А скорее, умели хранить секрет.

Собрались преимущественно маги, причём, маги-исследователи, некоторые с жёнами. Почти все чрезвычайно оживились, когда я обмолвилась, что работала со старинными свитками, засыпали вопросами – а я только два свитка и читала-то, как объяснить, что компьютер нашёл только необходимое? Но объяснила, спиртное в малых дозах хорошо способствует взаимопониманию. Кто-то вспомнил, что меня за Небесную Деву принимают, пришлось объяснять, что я хоть и не тутошняя, но и папа, и мама у меня обычные люди. И бабушка тоже. А по небесам у нас любой перемещаться может, даже повозки для этого специальные есть, хоть на одного, хоть на триста человек.

Про самолёты напрасно упомянула, пришлось потом рассказывать о всяких чудесах нашей цивилизации, где вместо магии технология. А довольная сестра поддакивала и комментарии вставляла, как же, заслуженный сотрудник экспедиции, сама все чудеса видела.

Потом опять на небесную меня свернули, один из книжников высказал идею, что Небесной Девой не обязательно родиться, ею и стать можно. Но после этого, слава богу, совсем отключился, задремал в кресле, так что идея поддержки не получила.

Ушли, довольные проведённым вечером. У всех завтра выходной, а у меня уже сейчас утро в Питере.

Не рассчитала я что-то по времени, долго провозилась в Башне, потом безрезультатно весточку от Караваева искала, так что, когда добралась до магазина, меня все ждали. Все – это МарьВанна с Юрием Моисеевичем, Юля и приблудный Слава из полиции. Чем он сумел МарьВанну охмурить, что пустила его внутрь, не представляю. Хотел и на меня наехать, заявление какое-то требовал, но я не то, что не выспалась, вообще не ложилась, так что спеленала его и в кресло опустила.

Кратко доложила о результатах похода в Смольный, без деталей, конечно. Сказала, что велела виновному отозвать все проверки, поэтому завтра можно начинать нормальную работу.

– Машенька – вот вечно у МарьВанны вопросы какие-то! – А ты маяк принесла? Из полиции уже звонили, я и этого-то – она кивнула на дознавателя Славу – с ними спутала, потому пустила.

– Расписки и план они оставили?

– Несу, Машенька, уже несу! – удалилась МарьВанна.

– Мария Алексеевна, – осторожно вставила слово Юля – а вы, и правда, ведьма?

– Можно и так сказать, а можно – колдунья, можно – экстрасенс.

– А как колдовать научиться?

– Для начала способности нужно иметь, или врождённые, или у некоторых получается развить. А потом учиться.

– Вот, Машенька, их бумаги – вернулась МарьВанна.

– Так… расписки у себя оставьте, а схемку давайте… сегодня точно нет, я ещё не спала со вчерашнего, но на днях посмотрю. Фианиты вам доставили?

– Да, Машенька, в точности, как заказывали. Заберёшь?

– Конечно, пока ещё амулеты сделают. Заказ не меняем?

– Нет, но побыстрее бы. На беременность совсем не осталось.

– Ну, сколько-то я и сама сделаю, как высплюсь, закину.

– А с этим что делать будешь? Он сказал, из полиции.

– Сейчас разберёмся – я взглянула на Славу-дознавателя и сняла заклятие. А молодец, однако, ограничение свободы перенёс и не пикнул.

– Ты всё слышал?

– Слышал. Зря ты так рисковала, но твоя шкурка, тебе и думать. Так понимаю, не будет мне заявления через Госуслуги?

– Не будет, пока что всё утрясла.

– Намекни хоть, кто там такой хитрый?

– Какой-то Витебский, губернатор его знает.

– О, господи! Это здорово, что ты без заявления.

– А кто это, ты можешь сказать?

– Раньше лидер ОПГ, нынче уважаемый бизнесмен и меценат. Но плохо, что его ребята тебя вычислили, не отстанут.

– Превратятся в лягушек, отстанут.

– Заливаешь! Вот так просто, в лягушек?

– Ну… в лягушек действительно непросто, а камень в почках элементарно. Хочешь убедиться?

– Не, ты чего? Камень лучше на удачу!

– Камень на удачу ты не заработал. Так что иди, Слава, занимайся своими делами и не обижайся, что я тебя тут ненадолго зафиксировала.

– Что значит, не обижайся? Я тебя теперь арестовать должен, если сегодня после работы, пойдёт?

– Нет, Слава, не пойдёт. Я со вчерашнего утра не спала, и ещё у меня жених в командировке. Догадываюсь, что где-то в Африке, но это не точно. И связи нет.

– Так я не замуж зову, а вечер провести.

– Тогда смотри пункт первый. Не сегодня.

– Понял, – Слава встал с деланным сожалением – так я загляну ещё, хорошо?

Вышел, оставив последнее слово за собой. Так-то он лёгкий в общении, улыбчивый… но не до него мне.

Забрала фианиты для Вуламирса, вроде, всё… Звонок.

– Хозяйка, присмотрел я два аппарата, один в Новгороде за двести пятьдесят, другой в Карелии за восемьдесят, мне второй больше нравится, но ехать далеко. Что скажешь?

– Езжай, если не шутишь. Номер карты скинь, деньги переведу сегодня. Не понравится, другой купишь, я с запасом переведу.

– А разгружать куда, в гараж?

– Да, но ключ у меня один.

– Лады, завтра смотаюсь.

Ну, вот, можно и домой. В смысле, в Башню.

Ага, Муська снова объявилась, надеюсь, не пропадёт теперь. Дети ладно, у них теперь своя взрослая жизнь, а девочке моей остепениться пора. Только странная она какая-то, не спит, а я бы вот с удовольствием часика на четыре… а там как карта ляжет.

Кстати, о картах, где у нас автоматы игральные?

Полицейские не сильно маскировались, маячок трудно не обнаружить, если сзади посмотреть. Прямо на корпус приклеили, я думала, магнит там хитрый, а они просто скотчем прилепили. Ладно, верну, автоматы отправила обратно, а контейнер – в гараж, чтобы потом не возиться.

Только прилегла, Муська ко мне под бок перебралась. Странно себя ведёт, да…

Проснулась от возни подмышкой, понятно, выбраться хочет. Открыла глаза, вот она, Муська, в ногах сидит, но возня не прекращается? И под мышкой точно Муська, а вот та, что сидит? Пожалуй, чужая, и потощей немного, и ушки не так топорщатся. Это что же, подруга, мужика в дом привела?

Аккуратно послала пришельцу малое исцеление, легла поудобнее, чтобы Муська выбраться могла. Пусть сами разбираются.

Проснулась от какого-то досадного раздражителя, кольцо на пальце жужжит.

– Да? – хриплым голосом.

– Мариа, есть разговор, – Председатель Айборн – но что у вас голосом?

– Спала. Здравствуйте, мастер.

– У меня не срочно, вы дайте знать, когда…

– Да уже проснулась, всё нормально, лучше ночью посплю. Вы что хотели-то?

– Так поговорить. Придёте?

– Мигов пятнадцать, хорошо?

– Жду.

На постели я одна, Муська куда-то делась. Села. Ага, на месте своём с кавалером, оба за мной следят, Муська чуть встревожено, а гость откровенно боится. И я их обоих отлично чувствую.

Со свистунятами я через игру подружилась, со взрослым такой номер не пройдёт, разве что малое исцеление? Не поймёт, что от меня, нужно с угощением давать. Сухой корм? Так его в кормушке хватает, взяла пачку печенья.

– Мусенька, хочешь печеньица? – самой противно, какой голос фальшивый. Но Муська подыграла, сделала вид, что хочет, демонстративно поймала кусочек и съела. Приятель следил испуганно, но с интересом.

На третьей печенюшке и сам притронулся, не из рук, но поднял брошенную. Для закрепления ещё несколько кусочков скормила, а вообще, ждут меня. С последним кусочком послала исцеление и ушла.

Сегодня мастер встречал без засадного полка, в смысле, без Величества.

– Вы почему исчезли сразу после Совета? У Его Величества вопросы к вам возникли – с ходу наехал Председатель Совета.

– Потому и исчезла. Ничего не имею против Величества, но от властей лучше быть подальше. Своих дел полно, а вопросы как возникли, так и сникнут.

– Но Мариа, он же…

– Уверена, ничего срочного ко мне не было, – я сама перешла в наступление – зато мой оппонент успел убийцу нанять, не ушла бы – может, и удалось бы со мной разобраться.

– Как убийцу?! Да быть такого не может! Он же родственник Её Величества!

– Видите, получается, родственникам всё можно, и выступающую оскорбить, и на вызов не ответить, и убийцу подослать. А что нужно-то было?

– Подождите, а вы-то что? Сожгли?

– Нет. Он раскаялся и я его отпустила.

– То есть как отпустила? Совсем?

– Совсем. Он же не успел ничего сделать, денег не получил, от клятвы магической я его освободила, зачем он мне нужен?

– И свидетели покушения были?

– До покушения дело не дошло, а свидетели… сестра моя была, трактирщик Зинтер с вышибалами, кто ещё не помню, дане знаю я их. Стражники потом прибежали, а зачем вам свидетели?

– Ну как же, королевский суд спросит…

– По-вашему, я с ним судиться собираюсь? Заметьте, кстати, про вопросы Его Величества вы уже забыли!

– Не забыл! – сердито буркнул Председатель. – Но с вами постоянно странные истории происходят.

– Наверно, потому, что я ни на кого не похожа! Так что за вопросы? И спасибо вам за звание Мастера, хоть и понимаю, что незаслуженно, а всё равно приятно.

– Не так уж и незаслуженно. Вы были правы, работа мастера Арвенара, это что-то из рада вон, и такой эффект, такой эффект! Княгиня Траска сидела рядом с нами, говорит, её наследница такую силу обрела, уже теперь сильнее матери, а ей только три оборота! Охрана стонет!

– Так что Величество от меня хотел? Чтобы родственника его простила?

– Что вы, Мариа, он не такой. Сам всё видел и слышал, да и родственник не его, а супруги. А вопросы… он хотел спросить, почему вы решили тсхар здесь выращивать? Вам же проще возить из вашего мира и продавать.

– Проще-то оно проще… только случись что со мной, и где его взять? Иномирцев теперь много, но кто даст гарантию, что они цену на сахар не задерут? Или вдруг переход закроется, не попасть ни туда, ни сюда, как быть? Надёжнее, когда есть запасной вариант, даже если он дорогой и неудобный. И потом, не исключено, что свёкла и здесь хорошо расти будет, а уж очистить маги сумеют.

– Но вам же невыгодно?

– Что значит невыгодно? Бесплатно отдаю, зато людям хорошо, а выгода дело такое… относительное. У мастера Арвенара тоже ведь не ракушки перед глазами стояли, ему интересно было нечто новое создать, для него это важнее, и заметьте, цену на лекарство он задирать не стал – не стала говорить, что только по моему требованию.

– И верно, недорого продаёт… а почему в аркворском княжестве вы этот тсхар посеяли?

– Если честно, то не только там, но мне кажется, в степи условия лучше.

– В вашем поместье?

– Нет, у соседа. В моём крестьяне отвыкли работать с землёй, а соседу интересно, он и режим подберёт, и присмотрит.

– Вон оно как… понятно, понятно. Вот и все вопросы, собственно, вы, Мариа, напрасно Его Величества избегаете. Он человек справедливый и к вам хорошо относится.

– Он-то, может, и хорошо, но вот супруга его совсем наоборот. Так что лучше назвать мои действия разумной предосторожностью. Так я пойду?

– Да, Мариа, и спасибо, что быстро откликнулись, я доложу ваши ответы.

Глава 16

К утру пришлый свистун осмелел, уже не прятался за Муську и отважно брал печенье, правда, не с руки. Имя давать не стала, как там ещё у них с Муськой сложится, пусть пока просто свистуном походит.

Сегодня все языковые камни должны быть готовы, выучат мои дармоеды аркворский, и можно Ласвегас запускать. Да и сама смогу в поместье без переводчика.

Магичка в Академии меня уже ждала, за камни я заплатила, а вот целительское сопровождение для преподавателей бесплатное. Договорилась в медпункте, что приду через две малые четверти и отправилась к своим… не то, чтобы тупицам, но дети по сравнению с ними просто Пифагоры все.

Группа небольшая, двадцать два разумных, в основном люди, одна квора и двое чешуйчатых. За восемь занятий худо-бедно цифры арабские выучили и сложение прошли, а мелкие в школе уже умножение в столбик осваивают. Маша говорит, пока не очень преуспели, но принцип поняли и таблицей умножения пользуются, не то, что эти. Или я непонятно объясняю?

Сегодня у нас вычитание. Собравшись с духом, вошла в класс.

Какие-то ученики нынче взбудораженные, обычно снулые после выходного – может и зря меня Ольга на первую пару понедельника уговорила? – а сегодня кучкуются и шушукаются о своём девичем. Хотя девушек не так и много, двенадцать всего. Значит, не о девичьем, значит, об арифметике.

– Адепты! Марш по местам! – солдафонский стиль общения до них лучше доходит, родители у всех не бедные, дочки-сыночки привыкли капризничать и своё «я» пестовать, чуть слабину дашь, разводят всякую демагогию. А тут ещё первая пара после выходного, почти все дома были, масса новостей и впечатлений.

Нехотя побрели к своим местам, одна из девушек, побойчее, не села, так здесь принято вопрос задавать, стоят и ждут, пока внимание обратят. Раздражает, тем более, что троих не хватает, кто-то из людей и оба чешуйчатых.

– Слушаю! – рявкнула на неё.

– А правду говорят, что вас убить пытались? – да что же такое, урок она срывает, что ли? Щас ей покажу!

– Восемь плюс семнадцать?

– Двадцать пять!

– Молодец! Собирались, но не пытались.

Девчонка села, но поднялись трое других.

– Четырнадцать и семь?

– Двадцать… два? – неуверенно ответил один.

– Плохо! Четырнадцать и девять?

– Двадцать три! – бодро рапортовал другой.

– Хорошо, спрашивай.

– А кто собирался?

– Заказчик человек, исполнитель арквор. Кстати, где наши аркворы, никто не знает?

– Боятся, ящерицы трусливые! – не заметила, кто пискнул, да и неважно.

– Чего боятся?

– Высунуться боятся! Им всем хорошо всыпали! – на этот раз заметила говорившего, подняла его телекинезом. Когда под ногами ничего нет, это неприятно.

– Не прячься за товарищами, отвечай внятно. Кто кому всыпал?

Оказывается, пока мы с сестрой оттягивались в приятной компании у мастера Арвенара, подвыпившая толпа наводила порядок среди чешуйчатых, то ли попытавшихся, то ли убивших, не то Небесную Деву, не то меня, потому что других Марий народ не знает. Кто попался, тех побили для профилактики, один дом подожгли и разграбили, но гады охранники забаву пресекли и затейников забрали, пока в кутузку, а там видно будет. Вот адепты и обсуждали, убили или нет, и, главное, кого.

Да-а, слухи они такие… придётся рассказать, как было.

– Значит, так, адепты! Слушайте, что было на самом деле, а потом займёмся вычитанием, и если кто-то ещё будет отвлекаться, нашлю чесотку до следующего выходного! Позавчера на Совете Мудрецов я бросила вызов одному дворцовому чиновнику, а когда настало время дуэли, этот чиновник исчез, сбежал. Примерно через четверть мы с сестрой сидели в столице, в трактире Зинтера, к нам прорвался чешуйчатый и сообщил, что этот чиновник нанял его меня убить, но он не может этого сделать и лучше сам умрёт, чем поднимет на меня руку. Я освободила его от магической клятвы и отпустила, на этом всё! Те, кто пытался расправиться с аркворами, обыкновенные погромщики и место им на каторге, понятно? – я перевела дух. – Если остались вопросы, задавайте, только быстро, обещаю ответить правду.

– Как чиновник исчез?

– Не знаю, наверно по камню перемещения.

– Почему вы были на Совете Мудрецов?

– Потому что в него вхожу.

– Кто этот чиновник?

– Не знаю, мне только имя сказали.

– Вы известили об этом Его Величество?

– Нет, он сам всё видел и слышал.

– Почему ящерица не смог вас убить?

– По моральным соображениям, – я попыталась уклониться от ответа, но поняла, что не проходит – он решил, что я их заступница и будто бы я Небесная Дева.

– А это вы сожгли братьев Рисайно?

– Да. Но это к делу не относится, начнём урок. – Я сделала паузу, чтобы перейти к вычитанию, но в класс ввалилась опоздавшая и уставилась на меня поросячьими глазками.

– Небесная Дева! А я думала, вас у… – слава богу, вовремя заткнулась.

– Марш на место! – и добавила этой клуше ускорения. Обязательно скажу Ольге, чтобы закрыла доступ в академию после начала занятий. Прикрыла глаза, сосчитала до десяти. Немного успокоилась.

– Вычитание – это действие, обратное сложению, когда от бОльшего числа отнимают…

С гвалтом откинув портьеру, в класс ввалились два арквора, увидев чинно сидящих на местах адептов, оторопели, потом заметили меня и вообще застыли. Я, конечно, терпеливая и бесконфликтная, но в воздухе отчётливо потянуло озоном. Щас спалю этих тупиц к едрене-фене, королевский суд меня поймёт…

– Благослови, заступница! – один из чешуйчатых отмер и повалился в ноги. Второй осторожно встал на колени рядом, а мне стало смешно. Из этих идиотов вырастить магов? Да ни в жисть!

– Благословляю на изучение арифметики! – и по очереди тюкнула разгильдяев жезлом.

Дзинннь! Дзинннь! – пропел жезл. И я успокоилась.

– Идите на место, мы уже половину малой четверти потеряли.

Урок пошёл на удивление нормально, нет, тупили адепты не меньше обычного, но примеры воспринимали хорошо и даже с записью не сильно косячили. Я ещё подумала, что неплохо бы для них учебник напечатать, но урок уже закончился. Адепты опять столпились что-то своё обсуждать, а я поспешила к целителям.

Амулет, обучающий аркворскому, один, магичка объяснила, что сам язык достаточно бедный. По её словам, можно и самостоятельно загрузить, но залить русско-аркворский словарь всё же спокойнее под целительским контролем. Якобы, не более одной большой четверти.

Смутно знакомая целительница ввела в учебный транс.

Она же и встретила меня после пробуждения.

– Уважаемая Мариа, чувствуете себя нормально?

– Вроде бы. А что так быстро?

– Так язык кончился, – она быстро проверила мои реакции – только у нас некому проверить, как он усвоился. И ещё, у вас несколько раз там что-то пищало – целительница указала на сумку.

– Благодарю вас, – легко встала – долго я в трансе была?

– Не более малой четверти.

Определителя нет, кто меня добивался, сам должен повторить вызов, поэтому спокойно занялась своими делами. Завтра Кингсли с помощником тоже будут аркворский учить, послезавтра Кингсли общий, а второй помощник аркворский. Может, и третьего успеем, это как Риварс сможет. Уточнила.

А у той внеплановый урок, что-то Маша переиграла с расписанием. Зато аркворский я на отлично усвоила, могу за местную сойти.

В Питере сегодня тридцать первое августа, Ильич просил всех завтра на службу явиться, в смысле, меня и Машу, что-то вроде торжественной линейки будет. Заодно и увольнение машино оформят, она уже и сомневаться перестала. Ну, мне так кажется.

Позвонила ей напомнить, а там…

Мадам Орнеро в субботу получила увольнительную и отбыла, к вечеру выходного не вернулась и утром на свои занятия не пришла. Громче всех кричала, что нуждается в отдыхе, и вот, устроила. Маша уроки перетасовала, но где эту безответственную особу искать, не знает. Телефона-то нет.

Не любят мадам наши педагоги, особа вздорная и склочная, «безответственная» - это я обтекаемо выразилась, Маша её по-русски приложила.

Сразу метку проверила – жива, похоже, что где-то в столице.

– Ты освободишься, дай знать, встретим её на крыше.

– Как встретим?

– Я её по метке выдернуть могу, а встретим вдвоём, сразу и решим, что с ней делать. Магический контракт у неё через месяц истекает, вот и посмотрим, продлевать или нет.

– Да вроде грамоте учила нормально… но надо же так подставить!

– Разберёмся, могла заболеть или камень потерять. Жду звонка.

Камень потерять, это отговорка, конечно, на рынке этих амулетов как грязи. Надо, кстати, зону вокруг Башни закрыть, а то начнут экскурсии устраивать, Филимону развлечение, а мне неудобно.

Вернулась в Башню, свистунов проверила – ушлындали куда-то, занялась печатью. Знаю теперь, что Вайлору на свадьбу подарить – планшет с библиотекой, пусть привыкает к электронной литературе. А Маше – Маше аметист многоразовый, напрошусь к ней в гости в Питере, пропишу тайком.

Успела и попечатать, и чаю попить, и ещё попечатать, пока Маша позвонила. Выдернула её, сердитую, на крышу.

– Как думаешь, сможем без неё обойтись?

– Тётка склочная, но дело знает, – Маша явно уже думала об этом – лучше наказать и оставить.

– Ясно – я нашла нужную метку, сосредоточилась… переместила опозданку.

Картина маслом, как говорили в Одессе. Мадам-то она мадам, но в каком виде – на лице кровоподтёки, одежда грязная и рваная, руки связаны и с обрывком верёвки, да ещё и без сознания, кулём осела на пол.

– Риварс, можешь подойти, – набрала, не думая – со своей сумкой? Женщина, тридцать оборотов, избита, без сознания, на руках магические путы?

– Уже взяла! – легка на подъём приятельница, этого не отнять. – И ничего пока не делай!

Перенесла целителя на крышу, она сразу оказалась на коленях рядом с мадам.

– Путы можно снять, мне воды и положить её на чистое – раздала команды и вытащила свои амулеты – били по лицу и животу, колотых ран нет. Это же Орнеро?

– Она – я разрезала верёвки.

– Терпеть её не могу, вечно высокомерная, ни на пол плюнуть, ни выругаться. Кровать, я же тебе сказала, кровать нужна!

Кровать - не кровать, но медицинскую кушетку я призвала… здесь таких нету, значит, Башня сама материализовала по моим воспоминаниям, интересно, металлические ножки настоящие? Аккуратно перенесла пациентку.

– Всё, отошли и больше не мешаете! – Риварс выдала очередную команду. А нам не очень-то и хотелось помогать.

– Довыпендривалась – заключила Маша.

– Как знать – я пожала плечами – в столице беспорядки были. Могло и случайно прилететь.

– Этой случайно не могло. Зачем связали тогда?

Через полчаса Риварс отошла от пациентки и уселась в третье кресло.

– Что могла, сделала, могу сейчас разбудить, но лучше ей полежать с амулетом хотя бы четверть. Раны не опасные, но бОльные, сдаётся, её пытали. «Благовоспитанные разумные не берут пищу руками…». Тьфу!

Маша хихикнула.

Я подумала, и послала в трактир корзину с заказом на троих.

– А что за беспорядки? – спросила приятельница. – Я не слыхала.

– И очень хорошо. Начался погром, но стража пресекла, зачинщиков забрали. Вроде так.

– Кто кого громил?

– Пьяная толпа искала чешуйчатых, а громили всех, кто попадался. Точнее не скажу.

– Если опять аркворов, это плохо… придётся осторожно ходить, хорошо бы не очень долго. И с кем потолковать, не знаю, знакомых среди наших как не было, так и нет, только ты вот и школа.

– А Арвенар? Он позавчера мастером стал.

– Ну, он Учитель, не знакомый. Я думала, он давно мастер. Может, закажем кувшинчик?

– Пока что нельзя, сначала с мадам Орнеро поговорить надо.

Зинтер прислал нормальный обед, мы с Рисайно ели уверенно, а Маша осторожно, блюда незнакомые. И чем её Вайлор кормит? К окончанию трапезы пациентка начала немного шевелиться, потом интенсивнее, потом открыла глаза.

– Мариа?! Слава Небесному Отцу, вы меня всё-таки спасли! И Масса, и Риварс тут – она заплакала.

– Что с вами случилось, мадам Орнеро? – я дождалась, пока пройдёт первая волна слезливости.

– Похитили меня, камень перемещения отобрали, все пытались узнать, как я в Башню попадаю. А я и сказать не могу, я же тут второй раз только, а они не верят – гостья опять собралась пустить слезу, я не дала.

– Кто это был? Люди, кворы? И как они узнали, что вы имеете к Башне отношение?

– Сама виновата… захотелось на рынке похвастать, вот и ляпнула, что работаю у хозяйки Белой Башни, лишнего наговорила, а кто-то смекнул, я и до дома племянницы не дошла, по дороге вдруг потемнело в глазах, а очнулась в темноте и связанная. Думала, не видеть мне солнышка больше – голос опять задрожал.

– Так люди, или кто?

– Люди… но я ничего не сказала!

– Где вас держали, показать сможете?

– Не знаю я, уважаемая Мариа, но рожи разбойничьи запомнила хорошо. Их узнаю.

– Ну да, и где их искать прикажете?

– А по метке? – влезла с подсказкой Маша.

– Метка – вот она, перед нами. Знала бы, что там творится, сама бы прошла по метке, а теперь никакой зацепки. Амулет к вам был привязан?

– Нет… мне Айлин выдал, сказал, вернуть потом. А его отобрали, они что же, прямо в школу могут явиться? Даже ночью?

– Пусть явятся, Филимон будет очень рад.

– Почему рад… они же его могут напугать или даже обидеть, нужно срочно пригласить стражников! Ой, простите, уважаемая, это я от страха, совсем забылась.

– Проехали – Орнеро и Риварс вытаращились с недоумением, а я достала магофон, набрала Айлина.

– Айлин, это Мария, у вас могут появиться незваные гости, будьте внимательны.

– Один уже появился...

– Осторожно с ним, это похититель мадам Орнеро, я сейчас буду.

– Можете не торопиться, он прямо перед Филей появился, в коридоре.

– Оч-чень хорошо, он живой?

– Нет. А ещё будут?

– Пожалуй, нет, я надеялась у этого узнать, камень перехода ведь один был, да?

– Филенька что, умер? – мадам резко села на кушетке – я же говорила, стражников нужно!

– Филимон ему шею сломал – пояснил Айлин – я не проверял, но голова болтается, когда киса тело подбрасывает. Детей я на всякий случай убрал.

– Котик не такой! – безапелляционно заявила мадам, очень громкая у меня связь получилась. – Он играть хочет!

– Вот и играет – я встала – Я иду в школу, кто-нибудь хочет туда?

Захотели все, я переправила их в учительскую, сама шагнула в коридор. Действительно, самодовольный кот лежал посредине, прижав лапой явно неживое тело.

– Умница, Филенька, хороший котик! – погладила по голове, почесала за ухом, кот прямо лучился счастьем – давай-ка посмотрим, что плохой дядя с собой принёс.

Но ничего интересного не обнаружила, горсть амулетов, магическая верёвка и кривой ножик. Ни паспорта с пропиской, ни счёта за электричество. А я-то надеялась узнать, были это обычные воры, или по мою душу пришли. Вернее, пришёл, и как теперь остальных искать?

Зашла в учительскую, пригласила мадам опознать злодея. Высыпали, конечно, все.

– Да, был такой, и ещё двое. Ты ж мой хороший, пушистик беленький, – я сначала оторопела, потом въехала – защитил нас и детишек от поганого! – мадам сунулась к коту целоваться, тот сперва отпрянул, но потом милостиво позволил. А я под шумок тело удалила, повыше в горы. Нехорошо, если Филе человечина понравится.

Без трупа в коридоре стало легче дышать. Мадам вспомнила, что одета неподобающе, Айлин высунулся на голоса и выпустил детей из класса, в общем, школа вернулась к полноценной жизни.

– Мария Алексеевна – Маша перешла почти на шёпот, – я боюсь в Петербург, можно, я с вами не поеду?

– Почему?!

– Просто боюсь. Чувствую, что не нужно мне ехать.

– Раз чувствуешь, что же, – она теперь магичка, хоть и не сильная, но к предчувствиям следует прислушиваться – заявление напиши по собственному, я передам.

– А как?

Вот те раз, я ведь тоже не представляю, что там писать нужно.

– Позвони Ольге Дмитриевне один-шесть, она может подсказать. Из дома тебе нужно что-нибудь захватить?

– Не-а, у меня всё здесь. А дома нет, я комнату снимала.

– А прописка?

– Прописка в общаге, до июля.

– Так ты у нас бесприданница, выходит?

Маша развела руками пошла в свой кабинетик. Нда, задумка с межмировым аметистом осложняется, уж с привязкой точно.

Риварс освободилась и ушла, отправила к ней Кингсли с опробованным мной камнем. В Питере вечер… а, там тоже дела найдутся.

Проверила почту, смартфон, от Караваева ни весточки. Зато куча неотвеченных от водилы с Газелью. Набрала.

– Мария? Не понравился мне агрегат в Сортавале, вроде и вполне рабочий, но подшипники раздолбаны, ресурс на пределе. Запчастей вагон, но куда тебе с ними возиться? Я сейчас к Новгороду подъезжаю, отзвонюсь, как посмотрю. Лады?

– Лады.

Занесла маячок к МарьВанне, почаёвничали с ней и с тортиком. Как тогда, от Татьяны Николаевой… пропал Караваев, больше месяца уже как пропал. К тортику и вино добавилось, по чуть-чуть, потом МарьВанна рукой махнула и настойку можжевеловую достала. Потом помню, я сопли размазывала, а соседка меня по глове гладила и утешала… Но проснулась в своей постели, малое исцеление – и только во рту не очень приятно, а голова свежая. До построения ещё три часа.

Метнулась в Башню, получила от Маши заявление, убедилась, что Муська вернулась, но одна, видать, характерами не сошлись. И снова грустно так стало…

Вернулась в квартиру – МарьВанна в дверь звонит, телефон я у неё оставила. Хорошо хоть звонок сообразила отключить, двенадцать неотвеченных. Водила.

– Хозяйка, ну ты где же ходишь?! Взял я в Новгороде аппарат, у гаража твоего стою!

– Ага! Стой, сейчас буду!

Оделась для торжественного построения, денег пачку прихватила и перешла в гараж. С лязгом открыла железную дверь – и правда, стоит Газель, джигит в кабине спит, стёкла запотели.

Постучала в окошко, он даже испугался немного, ожидал, что я приеду.

– Привет! Вон пепелац какой в кузове, зацени! Двухместный, за двести двадцать сторговал! Объезжен, без аварий, движок завели, не дымит. Масла ещё у него взял двухтактного, он к маслу привередлив, наше не любит.

– Так, а мне же бензин, наверно, нужен?

– А как жеж. Что, и бензина там нет?

– Нет, придётся тебе и бензина прикупить, канистры две-три.

– Может, лучше двадцать? Чтобы не возиться? Как раз по весу впишемся.

– Можно и двадцать, только мне на работу к девяти надо поспеть.

– Да успеешь, у тебя же быстро.

– Не, придётся на машине, нужно через проходную войти, так что давай перетаскивать.

Вдвоём довольно быстро справились, я из кузова подавала, водила носил в гараж и укладывал в контейнер. Тяжёлый двигатель телекинезом перенесла, закрыла всё и в Башню отправила.

– Отвезёшь в центр?

– А бензин как же?

– Я тебе ключ оставлю, копию сделаешь и один внутри оставишь вместе с канистрами.

Пришла первая, дверь еще опечатана. В нашем закутке тихо, а на входе и в коридорах чувствуется оживление, многие в парадной форме, у некоторых медали. У офицеров, разумеется; курсантов вообще не видать.

Постепенно и наш народ собрался, две девицы чуть младше меня, одна смутно знакомая. Да и откуда, я же больше в командировке своей. Разговаривать не о чем, так, кивнули друг другу.

Ильич прибежал почти в девять, запыхавшийся, но внимательно осмотрел пластилиновую печать на двери, зачем-то сфотографировал, потом открыл дверь.

– Мальчики оба поступили – сообщил нам, я и понятия не имела, что их несколько было – А Маша где?

– Маша уволиться хочет, я заявление принесла.

– Вот как? Пошли ко мне, – он пропустил меня в свой кабинет – чуть не опоздал сегодня! Но дверь без меня зачем-то вскрывали – он многозначительно приложил палец к губам.

– От Караваева нет вестей?

– Да нет, он как-то резко собрался и уехал, даже не позвонил. Хотя и некуда было, телефон-то я потерял. Только вчера симку восстановил. – Он написал на заявлении «Не возражаю» и подвинул ко мне – сходи в бухгалтерию, узнай, что там на ней висит. По опыту прошлых лет могу предсказать, что часа полтора займёт построение курсантов и речи, потом неохваченных соберут в актовом зале и поздравят, так что время у тебя есть. А я к режимщикам сбегаю, дверь-то без меня вскрывали. Потом поговорим.

Оказывается, за Машей числилась вся наша вычислительная техника, то есть сканер с принтером и шесть аккумуляторов. Расставаться с ними не хотелось и тётки переписали матчасть на меня, проводили в кадры и уговорили выписать бегунок.

Знала бы, что подписи собирать придётся, силком бы Машу притащила.

Глава 17

На торжественное мероприятие мы пошли все лабораторией, но Ильича у нас похитили, сообщив, что начальник должен сидеть в первом ряду. Или во втором, если штатский, а вот если отставник, но в форме… с девицами говорить не о чем, да у них и подружки какие-то нашлись, короче, осталась я одна. И не смыться тихонько, зал битком набит, заметят непременно.

Речь генерала в стиле партийных съездов, выступления начальников помельче, наши планы, планы врага… нет, этонафантазировала. Но тоска смертная, на час и двадцать минут. Если бы с Ильичём не условилась, сразу дёрнула бы домой.

Спускаюсь по лестнице, планировала дефиле устроить, но настроение ни к чёрту, так, серой мышкой пробираюсь, какой-то капитан явно на меня нацелился, ждёт пролётом ниже. Мало ли, маньяк, на всякий случай щит навесила.

– Мария Алексеевна? – всё-таки меня ждёт, но без агрессии.

– Алексеевна. – Остановилась, народ нас обтекать начал. – Мы знакомы?

– Нет, но майор Караваев просил за него извиниться, он не предполагал, что его командировка так затянется. Меня Алексей зовут.

– Понятно. А когда его ждать, не сказал?

– Он полагает, три месяца, но могут и продлить.

– Как так? Он же в отпуск собирался?

– Ну, сначала его на пять суток послали, он и не беспокоил никого, а там коллега выбыл, заменить больше некем. Не переживайте так, я думаю, вернётся целым и невредимым.

– Где он хоть? Там не холодно?

– Не холодно – он странно как-то посмотрел на меня – Ваша фамилия Юрьева?

– Ну да, Юрьева, так где же он, почему позвонить не может, хоть сообщение прислать?

– Где, сказать не могу, а связи там нет. Совсем. У командования спутниковая имеется, но личный разговор только по спецразрешению и только с членами семьи. А я возвращался, потому он меня и просил весточку передать.

– А вы обратно поедете?

– Пока нет, а там как прикажут.

– Если соберётесь, дайте знать, я посылочку передам.

– Не знаю. Нельзя туда посылочки.

– Да ладно, носки тёплые точно можно. Или бритву безопасную.

– Если пошлют, с вами свяжусь – он опять странно посмотрел на меня и отошёл. Дурной какой-то этот Алексей, но хоть понятно, почему Караваев молчит. Но три месяца?! Отпуск насмарку.

Ильич ещё не вернулся, не иначе устроили маленький междусобойчик для начальства, сходила в Первый отдел и взяла отчёт по анализу образцов покрытия. Куда же они глину потеряли? Никакого упоминания, протокол кроме начальников какая-то Котова подписала, будет возможность, поговорю с ней.

Поступили отчёты по последним образцам… всё впустую, хорошо, что первый опыт мне на керамике пришлось делать. Эту глину тоже проверить надо, только где? И проверить, где там пороги – перекаты на речке, там глину поискать. Забрала документы к себе в чемодан, улучу момент и сфотографирую. Из Башни в Первый отдел не набегаешься.

Вернулась в лабораторию, Ильич уже там, настроение у него после отпуска нерабочее, но это поправимо. Уселась напротив, вывалила новости про древний текст, про глину и керамику, про неизвестную мне Котову. Сразу интерес к работе проснулся.

– А что же ты Машу увольняешь? Видишь, польза какая от её шаманства.

– Ну, во-первых, она свою работу выполнила, программист мне больше не нужен. Во-вторых, замуж собралась и возвращаться сюда не хочет. Ну и работу я ей там нашла, так что в пиковой ситуации поможет.

– Понял. Насчёт протокола испытаний я к ним позвоню, узнаю, что к чему. Образец остался, ещё куда-нибудь пошлём, это не проблема. Вот как правильную глину искать будешь?

– Дельтаплан купила, пройду всю речку, авось что замечу.

– Да ты хоть раз летала?

– Вообще-то на Караваева расчет был, а его отправили куда-то.

– Не говори, и никакой записки не оставил.

– Мне оставил сообщение, что на пару дней поехал куда-то, а сегодня сказали, там специалист заболел, его и оставили, вроде, на три месяца.

– Подожди, кто сказал?

– Какой-то Алексей, поймал меня на лестнице.

– Странно, почему не меня? Схожу узнаю, куда его послали.

– Да в Сибирь, наверно, мосты чинить, сибирячками командовать – вдруг так обидно стало – они там рослые, а строем ходить научатся.

– Какая ещё Сибирь? Ладно, это я схожу узнаю. Мне сказали, летом что-то с оборудованием делали на нашей базе, но без Караваева его и не запустить, надо возвращать.

– А как без вашего ведома сотрудника забрали?

– Ну, люди мы военные, начальству виднее. А потом, он не штатный сотрудник, прикомандированный, моя виза не нужна. Но если на три месяца забрали, кто же отчёт писать будет? Ты вот что, принеси копию этой рукописи про глину, ладно? И перевод набери, для квартального отчёта, я тоже на Виктора понадеялся, а тут облом. А сейчас можешь своими делами заняться, с девочками вот поболтай.

Мне – и с этими вертихвостками?! Вышла возмущённая. Позвонила водителю, он свободен как раз, отправила за бензином и канистрами.

И как бы делать нечего до завтра.

Заскочила в магазин, у МарьВанны в кабинете с амулетами поработала, сделала штук сорок, которых совсем уж не хватало. Такое впечатление, весь город срочно рожать собрался, на тридцать два «для беременности» только три от зачатия. Может, я что пропустила? А в остальном всё нормально в магазине, лучше не мешать. Проверяющие испарились, Юрий Моисеевич приободрился и даже насчёт ракушек поинтересовался, покупатели тоже чем-то интересуются. Меценат и бизнесмен Витебский попал в аварию, тело ещё не нашли, но прогрессивное человечество уже скорбит. И этим людям мои методы не подходят, видите ли!

А дай, думаю, преподобного Александра навещу, как он там монахов строит. Хотела ему посох многозарядный – не сделала, обещала проведывать – не… или не обещала? Не помню.

Метки есть у настоятеля, у деда и в его скле…. то есть в храме. Перешла в храм. Под скрытом, чтобы монахов не смущать.

Странно, пустовато как-то. В те разы, что работала, свечи горели, сейчас лампадки только и душновато. Но мало ли, так положено, время обеденное, вон и преподобный мой нахохлился, меня не видит. Ан, нет, почувствовал, заозирался: раз никого, можно из скрыта и выйти.

– Здорово, дедушка! Как дела твои святые? Монахи не обижают?

«Дочка!!! Слава Господу нашему Всеблагому, пришла всё-таки!»

– Вот, дай, думаю, проведаю, а ты сидишь, как сыч нахохлился. Шел бы на улицу, вон, погода какая.

«Погода, положим, дрянная, дождик второй день – разворчался дед – ты же не сказала, можно мне под дождик, или размокну, отклеится что-нибудь.

– Дождик не страшен, вот гроза не очень хорошо, в смысле, молния, особенно рядом. У вас тут часто грозы бывают?

«Бывают. А часто, не часто… я не знаю, не думал об этом. Разве что летом?»

– Да, оторвался ты, дедушка, от нормальной жизни. Грозы только летом и бывают, это все знают.

«Оторвался, дочка, как есть, оторвался. Поссорился я с игуменом Мефодием, и с архиереем тоже поссорился, меня теперь заперли тут и службы не отправляют. Паломников тоже не пускают, как бы наказали».

– Так ты же сквозь двери проходишь?!

«Что я, дитё малое, таким хвалиться? Втайне хожу, по ночам. Ты говорила, можешь мощи мои в тело моё переложить, сделай, а? Уйду от них, как невмоготу станет».

– Да что случилось-то?

«Они ж думают, я бессловесный! Меня же никто из них не слышит, один только послушник был, да и тот не всегда, а ежели бессловесный, то вроде забавы детской. Ну и стали при мне меня делить, да ладно бы о праведных делах спорить, а то о мирском, неважном. За деньги меня показывать хотят, я, значит, чудо сотворить должон, а им деньгу за это. Ладно ещё архиерей, ему облик достойный нужен, а игумен-то куда тянется? Вот ты скажи, зачем ему три лошади? Здесь вообще ни одной лошади нету, а он третью хочет, да здесь ногами везде можно дойти или на челне».

– Не поняла, дедушка. Может, он стареньких лошадок Христа ради подбирает и кормит, доброе же дело?

«Какие старые? Архиерей говорит, как ты на трёх меринах ездить будешь? А тот отвечает, хочу вот и буду, и ты мне не указ, как отдыхать. Значит, не доходяги какие, раз в тройку запрягают. Странно, что меринов, при мне их больше под седло держали… да и где тут на тройке промчаться? Разве по льду?»

– Мерин – это машина такая, дорогая самобеглая повозка. На лошадках теперь редко ездят, но я согласна, не о праведных делах они беседовали.

«Ага, то полбеды, я ведь тоже не всегда преподобным был, а стали ругаться, кому сколько за моё чудо достанется, я и чисел таких не знаю, тысячами счёт вели! Сто тыщ, представляешь, с каждого! Я на полкопеечки три дня питался, а они по сто тыщ, да с каждого!»

– Это ты неправ, дедушка, сто тысяч рублей теперь только на месяц хватит, обесценились деньги у нас. Но не дело за чудеса деньги брать, это для латинян нормально, а православным не подобает. Правда, и чудеса твои не сильно чудесные, или ты ещё что-нибудь умеешь?

«Как же, а исцеление?»

– Какое же это чудо, я тебе камушек вставила, он и исцеляет. А ты при этом так, вроде продавца.

«Так а зачем?»

– Решила, что негоже святому без чудес. Ты же святой у нас?

«Ведь и правда, так и говорила… а я рассердился, понимаешь, посохом на них махнул, молонья и выскочила. Бумажки пожгла.»

– Какие бумажки?

«А, ерунда, с ладонь примерно. Зеленовато-серые, но они такой визг подняли! Особенно игумен Мефодий».

– Ещё бы! Это ты его деньги спалил.

«Да брось, какие деньги? – не очень уверенно возразил дед – бумажки, кто ж такие брать станет?»

– Берут – вздохнула я – так что не совсем напрасно тебя тут заперли. Много их было?

«Мешок. Небольшой такой – он показал руками. – Деньги ж серебро иль злато, для черни медь, кто ж бумажки такие рисует?»

– Рисует казна, да бог с ней, давай подумаем лучше, что делать будем. Тебе мощи твои переложить?

«А сумеешь? Переложи тогда, а?»

– Переложу. – Я подошла к серебряной кастрюльке с костями, вынула их. Не так много, кстати, на сувениры растащили, похоже. – А чем заниматься будешь, где жить?

«Да мало ли храмов? Бродить буду по белу свету, Господа нашего славить… правильно славить, не как эти».

– Как славить, если ты только со мной говорить можешь? Никто тебя не услышит.

–«Господь услышит!»

– А ему это нужно? Нет, раз-другой, наверно, даже приятно будет, а каждый день? Небось и просить что-нибудь?

«А как же, за страждущих, за нуждающихся!»

– Вот представь, тысяча храмов, и в каждом ежедневно что-то просят, и половина просящих нечиста на руку или в помыслах. А если храмов сорок тысяч? Я бы плюнула и не обращала внимания.

«Ну, меня-то услышит!» – приосанился преподобный.

– Услышит. И как только об этом узнают, у церковников сбор денег уменьшится.

«Я не стяжатель! – оскорбился Александр Валаамский – и как-то ты, дочка, неуважительно о святой церкви рассуждаешь!»

– Многие так рассуждают, святых мало, ты один только. А в церкви обычные люди служат, и соблазнов у них достаточно, и православная церковь уж точно лучше других, но вынуждена смотреть сквозь пальцы, иначе и этих лишится. – Я отошла от преподобного и критически оглядела результат. – В общем, я закрепила твой якорь в твоём теле, ты теперь свободен от привязки. Только как ты до людей доберёшься?

«А что?»

– Так вода кругом, Ладожское озеро. По суше ты нормально передвигаешься, а по воде?

«Купец отвезёт?»

– Не знаю, сам смотри. Может, и по воде пройдёшь, только на полдень не ходи, там суша далеко. И, кстати, не уходи так сразу, я ж тебе посох зарядить хотела, многоразовым сделать. И насчёт голоса сделать что-то надо, как иначе договариваться будешь… хотя придумала, это запросто – в голове всплыло подходящее заклинание-преобразователь, установила его. – Говорить сможешь через пару дней, но с посохом подождать придётся.

«Обожду пару недель. Успеешь?»

– Попытаюсь. Ну, будь здоров, дедушка!

«Погоди, доча. Я чувствую, тебя беспокоит что-то или кто-то, я могу помочь?»

– Ты-ы? – поразилась я.

«Не забудь, меня святым почитают. У тебя, кстати, тоже что-то такое есть, не пойму никак, что именно. Так как?»

А, была не была! Вытащила смартфон, нашла фото Караваева. Увеличила.

– Вот, дедушка, беспокоюсь я об этом человеке, где он и что сейчас делает?

«Попробую… ты о нём думай сейчас, вспоминай» – дед взял смартфон, уставился на фото. Повернулся к одной из стен, постоял несколько секунд.

«Там он – махнул смартфоном в сторону, куда повернулся. – Далеко. Не то лежит сейчас на земле, не то ползёт. Живой».

– Чего это он ползет-то? – не поняла я.

«Воюет. С кем, неведомо мне, а теперь ступай, много сил потратил. Уж очень он далеко».

– Погоди, а как ты узнал? Неужели Бог подсказал?

«Нет, конечно, не стану я Его по пустякам беспокоить. Представил твоего и потянулся к нему, ты тоже помогла. Поворачивался, пока не потеплело, а там уж и рассмотрел. У тебя тоже должно получиться, только сейчас не мешай ему».

– Почему решил, что и я могу?

«Вижу. Ты ступай, нехорошо мне, отдохнуть хочу».

С «нехорошо» я справилась, залила деда сырой силой по самые уши. Не совсем его энергия, но, как соя вместо мяса, сойдёт с голодухи. И хорошо, что ключ от Башни всегда со мной, так-то на Земле уровень не очень, вот и пользуюсь как пауэрбанком.

В Башню вернулась озадаченная. Если воюет, то не в Сибири, наверно, то-то Алексей этот на меня как на ненормальною смотрел, когда я про носки тёплые сказала. Эх, телефон у него не взяла и метку поставить не сообразила, где его теперь искать. На Ильича вся надежда.

Муська не одна сегодня, сидит её прехехе, старается не отсвечивать лишний раз. Печенья ему бросила, некогда ими заниматься, других дел полно.

У Маши пропуск забрать и два заявления подписать, одно о неразглашении, другое о передаче матценностей. Проверить, как там Кингсли язык освоил, – а сравнительно неплохо получилось, жулика не обучение отослать. Покрутилась, в общем.

И как это дед сказал, у меня получиться должно?

Караваева тут нет, кого бы поискать? Похитителей мадам можно поискать, только я их не видела никогда… куски верёвки лежат, магия ещё держится, я же её только разрезала. Остаток верёвки поискать? Дед Саша про человека говорил, а если заклинание?

Положила перед собой обрезок, вошла в транс. Встала лицом к столице, глупо от подсказки отказываться. Выделила заклинание, попыталась отрешиться от всего остального.

Ничего сперва не вышло, но догадалась жезл в левую руку взять, я почти всегда в левую беру, если помощь нужна. В правую только когда якобы благословляю. Но люди верят, да…

Вот с жезлом в общем тумане что-то почувствовала, точка какая-то, а мне злодеев найти нужно. Далеко? А если увеличить?

Определённо, Башня помогает, захотела увеличить – увеличилось изображение, уже две точки, одна на самом заклинании, вторая на разумном… человек или ящерица, не разобрать, да и неважно… как же мне метку поставить? Разумный, скорее всего, автор заклинания: может, в деле с ворами, а может, тупо верёвку продал. Просто взяла и пометила верёвку – кажется, получилось. А вот мага – мага так нельзя, запросто почувствует. И касание-то мог заметить, но не догадается, кто.

Вышла из транса, маг-противник это серьёзно, без подготовки можно и огрести. А если это королевин родственник – то вони потом не оберёшься, этого принародно нужно, и чтобы свидетели на уровне князей.

А пока занялась новым посохом для деда, ничего красивого не придумала, тупо воткнула семь ёмкостей, по очереди разряжаться будут. Для земных условий подзаряд только от сети или от солнца возможен, зарядное устройство незаметным не сделать. Так что придётся ему силу беречь… можно, правда, и от прихожан заряжаться, но мне эта энергия незнакома. Если попы не сожгут деда Александра, придётся над ним шефство взять, заряжать периодически. Где же он Караваева-то почувствовал? Не сообразила стороны света в храме проверить, насяду на Ильича завтра.

Два дня подряд приезжать в Училище к девяти, для меня это из области фантастики, но уж очень не терпится новости узнать. А Ильич тот ещё жук, на вопросы мои дал понять, что нас слушают, и принялся объяснять на полчаса, что МНС Котова, которая покрытие моста исследовала, ныне пребывает в декретном отпуске, а начальство как бы и не в курсе, что она там делала для нас. Нужно новый образец доставать или старый требовать обратно, но его, оказывается, ещё не вернули.

– Да принесу я вам образец, хоть завтра принесу. Нет, завтра не получится, у меня занятия с утра, а потом рабочее время не совпадает, послезавтра, наверное. Ведь опять через проходную, да?

– Что делать! – пожал плечами Ильич.

– Ясно. Вы сходите со мной в бухгалтерию? Насчёт передачи оборудования?

Ильич очень удивился, но пошёл. А я в коридорчике полог тишины повесила и припёрла начальника к стенке.

– Вы чего про Караваева молчите? Мне вот сообщили, что вчера он ползал и отстреливался, это он что, в Сибири так развлекается? Я, как дура последняя, носки тёплые ему передать хочу, а вы даже подсказать не можете, где он сейчас? Что узнали?

– Тихо, тихо! Я пока помещение не проверил, лишних разговоров вести не хочу, и тебе не дам. И здесь тоже не советую…

– Да я полог тишины повесила, никто нас не слышит!

– Полог? Ладно, в Африке он, в общем. Где конкретно, не сказали, но постреливают там, не отнять. Хотя Караваеву нет нужды самому с оружием бегать, он там вроде инструктора. Но всякое бывает, только кто тебе сказал, что он стрелял?

– Александр Валаамский. Святой и преподобный, помните, поп к генералу приезжал? Оживила я им деда этого, он теперь братию монашескую гоняет, деньги им спалил американские. Боевой дедуля оказался.

– Как – спалил?

– Сжёг, натурально сжёг, молнией. Дед молодчина, а с Караваевым-то что делать будем?

– Мы – подчеркнул Ильич – ничего делать не будем, профкома у нас тут нет, и ты не его член. Рапорт на имя начальника я уже подал, что этап по НИР срывается, и не вздумай ляпнуть где-нибудь, что за этот год только написать осталось. Тогда вернут нам майора, может дажераньше.

– Но три месяца, это же к декабрю только!

– Может, и раньше получится.

– Его же там и ранить могут, и… – я осеклась.

– Так на то мы и люди военные. Присягу давали*.

– А если я сама попробую? От кого зависит, когда вернут?

– Это неправильно, узнает – не простит. Вы как, не рассорились ещё?

– А почему это мы рассориться должны?

– Ну, нет, значит нет. Значит, твой святой сказал, стреляют там?

– Не совсем, – повинилась я – сказал, что воюют.

*/Автор знает, что на военном жаргоне новобранцы

присягу «принимают». Но написать так не может/

Глава 18

На общем Кингсли заговорил лучше, чем на русском, буду с ним на этом общаться. Аркворский ему Риварс тоже успела дать, всего-то час времени. Сегодня гопников обучит, и вперёд, азартные игры двигать в массы. Велела до конца недели отработать взаимодействие и матчасть опробовать, а в выходной первых клиентов принять. Больше месяца меня объедают.

Правильно говорят, утро вечера мудренее, после завтрака сообразила, что мага этого, который с верёвкой, в Башню следует выдернуть; если даже Председатель считает, что мне тут никто вреда нанести не в состоянии, обычный маг и подавно ничего не сможет.

Подготовилась. Пригласила мадам Орнеро, на предмет опознать, Цельсию тоже – как свидетеля, известно же, кворы никогда не лгут. Предупредила её, чтобы клешни не распускала, не дай Отец Небесный, царедворца заденет. Филю проконтролировала, чтобы неожиданно не проявился, камень правды поставила, щиты на всех навесила… вроде, всё. Погрузилась в транс, прошла прежним путём, уже быстрее получилось. Вот он, автор заклинания – выдернула.

Нет, не Линара. Вообще баба, перепуганная и совсем незнакомая, хорошо хоть рядом с креслом её проявила, она в кресло упала. В одной руке местная как бы рыба, в другой маленький ножик. То ли ценитель натуральной кухни, то ли маг не слишком сильный.

– Эту видели? – спросила у Орнеро.

Мадам помотала головой.

– Уважаемая, меня зовут Мария, я пригласила вас в Белую Башню, чтобы задать несколько вопросов. Вы не возражаете?

Цельсия хихикнула, чем привела гостью в ещё большее смятение. Конечно, не возражает, да и как возразить, если она под заклинанием. Освободила.

– Прошу извинить, если немного нарушила ваши планы. Скажите, на этой верёвке ваше заклинание? – показала на лежащие на столике обрезки.

Женщина кивнула, камень правды никак не отреагировал. Вот и способ соврать, да… но думаю, это не наш случай.

– Мы ищем разумных, которые использовали ваше заклинание в преступных целях. Вы знаете их, или видели?

Магиня замотала головой, но нас это не устроило.

– Словами отвечайте, пожалуйста, это важно.

– Пощади, Небесная! У меня перекупщик артефакеты забирает, куда потом несёт, не сказал.

– Как перекупщика найти, знаете, или может, догадываетесь?

– Он ко мне сам приходит, соседка может знать, где его найти.

– Соседка? Благодарю вас, что согласились ответить на наши вопросы, если понадобится соседка, я к вам обращусь – я отправила трясущуюся от страха магичку домой. Или откуда я её выдернула. Метку поставила, чтобы не искать, если что.

Никакого толку от любительницы ухи. Хотя, почему ухи? Вкус у этих морепродуктов совсем другой, мне не понравился. Цельсия говорила, что рыба есть и похожая на земную, но специально не просила, а так не попадалась.

Пришло время верёвки, настроилась… шагнула к оставшемуся у лиходеев обрывку. Темно, хоть глаз выколи, и воняет, тут и дерьмо, и аромат прокисшей похлёбки, и других оттенков до кучи.

В трансе видно, что я в подвале оказалась, разумные выше имеются, трое взрослых и ребёнок. Вернулась на крышу Башни.

Цельсия, как обычно, рвётся к приключениям, мадам Орнеро особого энтузиазма не показывает, но обиду сохранила. Решили, что сначала мы с сестрой посмотрим, что к чему, после мадам позовём, тела опознать. Взяла с собой земной фонарик, мало ли у них подавители окажутся, обняла Цельсию и обратно.

Точно, в этом подвале нашу училку и держали, обрывок верёвки с потолка свисает. Не предполагала я, что её привяжут, а ведь могла не верёвка магическая порваться, а рука там, или нога. На шее петли не было, точно помню. Это повезло, пожалуй.

А дверь-то в подвале отсутствует! Собственно, обычный погреб для продуктов, вход через люк в потолке, и лестница приставная имеется. Над люком народ, но пока не вижу никого, ни усыпить, ни парализовать не получается, придётся сначала появиться. Обеим одновременно никак, лесенка хилая, опять же, как быстро ни карабкайся, пару секунд придётся подставляться. Щит щитом, но неприятно.

Пришлось прямо таки цирковое представление устроить. Вышибла люк и забросила туда Цельсию под скрытом, щит она сама установила. Расчёт был, что люк в людей полетит, отвлечёт внимание, а сестрёнка успеет сориентироваться: не срослось, разлетелся в мелкие дребезги. То ли строить не умеют, то ли я переусердствовала.

Ну, а я по лесенке забралась, как голову высунула, на всех заклятие сетки. Когда Цельсию увидела, с неё сняла, конечно.

Выбралась, встала рядом.

Обстановка удручающая. Что осколками люка посекло мебель и одного из тюремщиков нашей Орнеро, это полбеды, грязь и захламлённость в комнате явно не разовые, создавалась не один месяц и, я бы сказала, вдумчиво. Плёнка в окне порвана и вонь, конечно, не как в подвале, зато с новыми непонятными мне нотками. Уже не подташнивает, а, как бы не вырвало.

Двое мужчин, один в крови, женщина неопределённого возраста и замызганный ребёнок. Женщине, похоже, тоже досталось. Цельсия стоит растерянная.

– Какая гадость! Дышать нечем, может, на крышу нас заберёшь?

– Точно – согласилась я и всех переправила.

Хоть и на свежем воздухе, всё равно пришлось вспоминать очищающее заклинание, вонь въелась в одежду. Пока чистились, и мадам Орнеро осторожно из-за кресла показалась.

– Ну как, узнаёте обидчиков?

– Пока не очень.

И правда, трудно их узнать в куче. Телекинезом подняла ребёнка, оказалась девочка лет семи-восьми. После очистки даже хорошенькая.

– Нет, девочки там не было.

Ребёнка усыпила, аккуратно положила обратно. Подняла женщину. Лет тридцать, то есть где-то двадцать оборотов, измождённая и со старыми синяками на руках. Один глаз заплывает, похоже, свежак.

– Нет – повторила мадам – её тоже не помню.

Положила хозяйку притона рядом с дочкой, подумала, малое исцеление кинула. Тяжёлых мужчин поднимать не стала, только перевернула лицом вверх. Одному, с разбитой головой, к пятидесяти, второму около тридцати. Глазами зыркают, но сказать ничего не могут.

– Вот этот бил! – вскрикнула мадам. – А этот, гад, издевался ещё – и даже заехала пару раз ногой в бок молодому.

– Спасибо, госпожа Орнеро, при допросе присутствовать хотите?

– Как это, при допросе?

– Ну, мы им вопросы задавать будем, а чтобы лучше отвечали, сначала ногти повыдергаем, потом пальцы понемногу отрежем, потом ещё что-нибудь придумем. Кожу снять или орган какой удалить, а то и наоборот, вырастить что-нибудь, сестрёнка у меня затейница.

– Не-ет… я лучше к себе, – неуверенно двинулась учительница словесности – клянусь принести жертву за спасение.

– Это как, жертву? – заинтересовалась я, ни разу про жертвы не слышала. – Куда её приносить?

– Так на поле всех богов, за Южными воротами.

– И кому?

– Небес… – бодро начала мадам, но что-то поразило её, она застыла с приоткрытым ртом – …Вам? – спросила с изумлённым лицом и хотела шагнуть с крыши.

– Куда же вы? Упадёте! Я вас отправлю! – остановила её на самом краю крыши, хорошо, что парапет высокий. Ну, и отправила.

– Ты что, и правда ногти выдёргивать собралась? – спросила Цельсия по-русски.

– Нет, конечно, просто жуть нагоняю.

– Давай девочку уберём, нехорошо при ребёнке.

– Да она спит… но хорошо, начнём с неё.

Переместила девочку в кресло, сняла заклинание и разбудила.

– Привет! Тебя как зовут?

Глазами хлопает, молчит. Но не затравленно, что-то своё соображает.

– А где мама?

Я кивнула в сторону лежащей женщины и еле успела тормознуть сорвавшегося с места ребёнка, пришлось снова спеленать и поместить в кресло. Н-да, неправильно как-то получается, только с ребёнком бороться мне и не хватало. Погрузила девчонку обратно в сон. Подняла женщину, эта не спала и всё слышала, только рот залеплен.

– В твоём доме насильно держали и истязали мою сотрудницу, как ты можешь оправдаться? – разлепила ей рот. – Говори!

– Это не мой дом! Что с Канной?

– Тогда что ты делала в этом притоне? Да ещё с ребёнком? Ты отвечай, отвечай, а будешь молчать, сестра тебе поможет.

– Жили мы там… я убиралась и готовила.

– Плохо убиралась, я бы такую уборку не потерпела. Что-то ещё делала?

– Постель делила… Они меня заставляли!

– Силой?

– По разному! И силой тоже!

– Кто придумал забраться в Белую Башню?

– Они!!!

– Не верю я ей – вмешалась Цельсия – слабо мужчинкам такое задумать: стащить, что плохо лежит, ещё куда ни шло, а человека похитить ради камня перемещения, чтобы попасть в богатое место… только не этим двум. У тебя же амулет был?

Точно, забыла я про него напрочь. Включила камень правды и поставила на столик, пусть сестра убедится. А то вечно у неё мужики только крестиком вышивать годятся, про домашнее насилие не слыхала.

– Повтори пожалуйста, кто придумал забраться в Белую Башню?

Женщина явно попыталась соврать, замигал красный светодиод. Это как же?

– Говори только правду, амулет не даёт солгать, – подсказала я – эти бандиты тебя не тронут.

– Можно, помогу? – вмешалась Цельсия. – Я слышала, люди начинают быстрее думать, если пятки в огонь поставить, ходить потом не могут, но целители умеют новые выращивать.

– Ты что же, – я перешла на русский – неужели считаешь, она при делах?

– Ставлю новый панцирь против дохлого червяка, она у них главная, припугнуть немножко, и треснет. То есть расколется.

– Так тебе огонь нужен?

– Можно иллюзию, но лучше настоящий.

В больших сомнениях я призвала с ведро местного топлива, то есть сушёного навоза, вывалила кучу на каменный пол. Зажгла поярче, создала лёгкий ветерок, чтобы дым и шёл на женщину.

– Хочешь, попробуй, – сказала на общем – но почему пятки, может, лучше с ушей начать?

– Не, она вопросы не услышит! – Цельсия заботливо помешала клешнёй кучу и выбрала подходящий кусок дерьма.

– Ну я, я это придумала! – выпалила допрашиваемая, и дальше не запиралась. Только наводящие вопросы я время от времени подкидывала.

Оказалось всё до обидного просто. Наша гостья подслушала на рынке, как одна расфуфыренная барыня хвастает, что работает в Белой Башне, – а там такая роскошь, такая роскошь! – пришлось сбегать за родственниками и в подходящем месте эту фифу погасить. Не насмерть, нет, но дорогой амулет потратили. Притащили домой, а та от всего отказывается, дескать, и не в Башне работает, а рядом, но с хозяйкой знакома. Камень возвратный у неё отобрали, конечно, но как дальше быть, непонятно, пришлось специалиста пригласить и в долю взять, половину потребовал, это на всём готовом-то. Но куда деваться, согласились. Он камень взял и в подвал спустился, ну и застрял там почти на четверть, и тут вдруг крышка вылетает и страшилище какое-то выпрыгивает. То есть уважаемая госпожа с клешнёй. Получается, специалист этот подельников продал, а они ничего плохого и не делали, разве что барыньку домой не сразу отпустили. И вообще наша невольная гостья ничего ей плохого даже в мыслях не пожелала, всё мужчины на себя взяли, это они с барынькой разговаривали.

Уточнили – младший сожитель, но к ребёнку отношения не имеет, старший отец сожителя, они во всём и виноваты, а гостья наша только о ребёнке думала, она ж мать!

Под конец камень правды я выключила, нечего батарейки сажать. Главное так и так узнала, противный царедворец ни при чём.

– Ну и что с ними делать прикажешь? – я опять перешла на русский. – Думала, наёмные убийцы, оказались воришки.

– Да-а, и ребёнок ещё…

– Вот именно, не вижу смысла связываться. Отпускаем?

– Ты здесь хозяйка, тебе и решать. По мне, выпороть и выгнать.

– Пороть некому. Может, в подвал посадить? Ненадолго, только чтобы прониклись.

– А что, давай в подвал! Девочку в школе оставить не хочешь?

– С такой матерью? Зверёныш вырастет, не переделаем. А что, есть способности?

– Так, скорее, намёк.

– Значит, так, – я перешла на общий – пока что определяю вас в подземелье. Мне вы не нужны, а как наказать, я ещё не решила.

– Главное, не забудь про них – подыграла Цельсия – а то будет, как в тот раз, через оборот спохватишься!

Сняла все заклинания и отправила. Противно.

Звонок. Ответила.

– Здравствуйте уважаемая, Клайн это.

– Привет, Клайн.

– Ко мне тут пришли торговцы, предложили камни купить. Белые, для мостовых которые…

– Так, а ты что?

– Так у меня же своих денег мало, Олгадмитна за амулеты забрала, ваши только остались. Их тоже мало.

– А что, много камней?

– Много. Пять девятков.

– А по цене как?

– Нормально.

– Камни хорошие?

– Разные, есть получше, есть похуже. Но у меня денег мало, да и никогда я так не делал. Можете подойти?

– Выйди в соседнее помещение, чтобы никто тебя не видел.

– Зачем это?

– Ты выйди, и притвори дверь, я к тебе шагну.

– А! Сейчас… вышел!

Перешла к нему в магазин, Клайн сразу обратно ринулся, как же, стянуть могут что-нибудь. Я тоже вышла.

Аркворская пара, в смысле мужчина и женщина, по виду бродячие торговцы, одеты скромно. Снаружи ездовое животное типа ламы, но это не перегружено, хотя тюки присутствуют.

– Здравствуйте, уважаемые – первый раз попробовала общаться на аркворском. Получилось, во всяком случае, впечатление произвела. – Была ли лёгка ваша дорога?

– Здравствуйте, – ответил чешуйчатый – вы хорошо говорите по-нашему. Вы сможете купить наш товар? Мы привезли его для одного разумного, но не можем его найти, а продавать по одному камню нам не с руки.

– Если вы о мастере Рисайно, то и не найдёте, он погиб. Я могу купить, если мы договоримся по цене. И конечно, я должна буду их проверить.

– Мы готовы дать магическую клятву.

– Извините, уважаемые, я вас первый раз вижу и клятва меня не устроит. Если мои условия подходят, я принесу инструменты.

– Нет – ответил чешуйчатый и встал.

– Что же, это ваше решение – я перешла на общий – Клайн, мы не договорились, господа не дают мне проверить товар, а я не хочу принимать его под магическую клятву.

– Не дури, пусть она проверит – вмешалась молчавшая дама. – Ты же слышал, что было ночью?

– Ладно, проверяйте. Но в нашем присутствии! – согласился чешуйчатый.

– Клайн, угостил бы пока гостей – попросила лавочника и вышла. Приборы, приборы… рентгеновский аппарат хорошо, но негде взять, можно стекло царапать, что ещё?

В два приёма очутилась у МарьВанны, слава богу, Юрий Моисеевич на месте. С клиентом, правда, разбирался, но МарьВанна его построила, прибежал ко мне.

– Юрий Моисеевич, я срочно должна проверить партию алмазов, то есть определить, точно ли это алмазы. Кроме как по стеклу поскрести ничего в голову не приходит.

– Чистота важна?

– Нет, не ювелирные.

– Так… дам фонарик специальный, у алмазов голубоватое свечение в ультрафиолетовых лучах… голубое до розового. Без огранки большинство способов не работают… по твёрдости тогда, можно и стекло царапать, но лучше корунд какой-нибудь.

– Да где ж его взять-то?

– У меня есть несколько, но натуральные, то есть мелковаты. Если бы синтетику?

– Фианит подойдёт?

– Что вы, рубин или сапфир лучше всего.

– Машенька, у тебя же в заказе последнем синтетические рубины были, – вмешалась МарьВанна – красные такие!

– Вот и хорошо – ювелир ушёл за фонариком и тут же вернулся – вот, можете себе оставить, батарейка свежая. Но с левыми алмазами лучше не связываться.

Удачно получилось, что до Вуламирса я за последние три дня так и не дошла, распотрошила его пакет, вытащила пару камней сантиметра по полтора и во всеоружии отправилась к Клайну.

Сидят, голубчики, чаи с пряниками распивают.

Не чай, конечно, травяной отвар, да и пряников тут не водится, разве что у меня. Но обстановка почти домашняя. Как я появилась, чешуйчатые вскочили. Клайн тоже поднялся, унёс чашки.

Женщина извлекла откуда-то завязанный мешочек, положила на прилавок. Аккуратно высыпала камни.

Ну да, похожи на алмазы, штук пятьдесят, несколько крупных, объёмом с черешню, большинство между горошиной и вишней, штук пять помельче. Включила фонарик, кучка заиграла голубым разных оттенков. Красиво, но на ёлку не повесишь.

Поворошила пальцами, один камушек не светился совсем, ещё один еле-еле. Достала свои рубины, тот, что светился слабо, на рубине след оставил, второй нет. Отодвинула их в сторону.

– Остальные могу купить, ваша цена?

Чешуйчатые переглянулись.

– Семь раз по девять больших девятков! – выдал мужчина. Это… большой девяток это восемьдесят один, стало быть… пять сто три. Не сама дошла, планшет помог. Вроде и недорого, в среднем по сто тринадцать.

– Позвольте! – вмешался Клайн – то была цена за пять девятков, а здесь на два камня меньше.

Продавцы зависли, похоже, пытались сосчитать в уме. Это не для местного развития арифметики.

– Три больших девятка скинете? – предложила я. – Тогда успеем в банк.

– Зачем в банк? Мы здесь хотим, не пойдём в банк – обеспокоилась женщина.

– Можно и здесь, но тяжело же – я пожала плечами, семьдесят пять кило, ничего себе! Наличка-то в башне ещё осталась, можно и призвать.

– Ничего, выдержим! Несите ракушки.

– То есть вы согласны на скидку в три больших девятка?

– Согласны – вздохнул чешуйчатый.

– А этот вот красный камень у тебя дорогой? – показала на рубин его жена. Надо сказать, озадачила, но в планшете много чего имеется.

Так, цена в заказе была семьсот рублей, с Вуламирсом договаривались по… а никак не договаривались, вот сапфиры были по четыреста ракушек, рубин подешевле должен быть…

– Триста ракушек, – неуверенно ответила я – но я его обещала уже.

– Под магическую клятву? –не отставала женщина.

– Да нет…

– Тогда продай! А мы в следующий раз тебе побольше камней привезём. И покрупнее.

– Ладно – я пожала плечами – давайте сначала за ваш товар рассчитаемся. Несите мешки.

Чешуйчатый ушёл за мешками к ламе, а жена, открыв рот, наблюдала, как из моих рук, а точнее из воздуха на прочный стол сыпались ракушки. Быстро набралась приличная куча и мне пришлось остановиться, а Клайн начал оперативно раскладывать их по кучкам. Когда набралось девять кучек по восемьдесят одной монете, их сгрузили в мешок, и так дальше, пока не набралось семь мешков. Последний полегче.

Из последнего чешуйчатый отсчитал мне триста монет. Так что обе сделки закрыли.

Хотела оговорить к Клайном цены, по которым продавать купленные алмазы, но тот опять достал чашки и предложил перекусить.

– Нет-нет, – отказались чешуйчатые – мы должны как можно скорее уйти из города, у вас тут беспорядки. Опасаемся, тем более с деньгами.

– Так ведь… – Клайн сделал жест в мою сторону, наверно, имел в виду, что я могу их отправить, но аркворы поняли иначе.

– Ой, так ты же магичка! – обрадовалась женщина – проводишь нас до ворот? При тебе же не тронут, да?

– Пожалуй – согласилась я. Заодно и выясню, откуда они алмазы возят, запасы иметь, хорошо, конечно, но для нормальной жизни нужен их постоянный приток.

– Долго вам до дома добираться? – начала я беседу на аркворском. Лама шла довольно бодро, всей прогулки-то минут двадцать, максимум полчаса.

– Нам главное из города выйти – ответил мужчина. – Осла вернём, а дальше амулетами.

– И давно вы торговлей занимаетесь? Много разных мест повидали, наверное?

– Да уже оборота четыре – разговор поддерживал мужчина, женщина внимательно смотрела по сторонам. Посмотрев на неё, и я вошла в полутранс, хотя, что может случиться в столице? Ещё даже вполне светло. – А повидать… особо нигде и не бывали, у себя скупаем камни, потом здесь продаём.

– Часто в столице бываете? Стоп! – скомандовала я. – Мне очень не нравится компания в этом переулке… но они, похоже, про нас уже знают.

Мы не дошли метров тридцать до переулочка, в котором собралось пятеро? Нет, четверо подозрительных мужчин. Пятый лежал, скорее всего, он не из этой компании. На улице народа немного, здесь всегда немного, если затруднительное положение. Но если тот, что лежит, их жертва, то они явно не по мою душу. Просто грабители?

– Да нечего нас пугать, магичка, – не поверил чешуйчатый – мой амулет молчит! – Он помахал чем-то на шнурке и попёрся вперёд.

Жена оказалась практичнее и притормозила вместе с ламой.

– Ты можешь что-нибудь сделать с ними?

– Пока не увижу, практически ничего. Разве что убить… но щит я на твоего поставила. Постой здесь с животным – я навесила на них скрыт и поспешила. На всякий случай и пистолет приготовила, в смысле, затвор передёрнула.

– Ящер, вот он! Держи его, а второй где? Осёл где, осла нет! – высыпали на дорогу злоумышленники, едва арквор поравнялся с переулком. Я была наготове, разом всех спеленала.

Интересное дело, и засада на них, и дорогу чешуйчатых кто-то знал.

Подошла ближе, чешуйчатого от заклятия освободила. Оглядела гоп-стопщиков: рожи протокольные, проблески разума не просматриваются. Пятый, которого за жертву приняла, примерно такой же, влезать в их разборки лениво. Ну, ограбили и ограбили. Дело житейское, я-то при чём? Но малое исцеление кинула, даже два, очнётся – сам приятелей отпинает и утраченное вернёт. Махнула женщине, чтобы подходила.

– Амулет свой покажи! – велела торговцу, он послушно протянул свой камушек.

Знакомая схема автоматом всплыла из подсознания.

– Он у тебя на агрессию реагирует – объяснила уже супругам, лама не слушала, нашла травину какую-то – а эти вас радостно ждали, как вкусняшку.

– А где Глеппа? Товар мой где? – заозирался чешуйчатый.

– Здесь, здесь они, под скрытом.

– Говорила тебе, подозрительный тот лавочник! – жена воспитывала супруга прямо из под скрыта – сэкономил пять ракушек, и где бы сейчас был? И деньги наши?

– Так это… обошлось же!

– Только благодаря уважаемой… не знаю, как и благодарить вас даже.

– Мария меня зовут. А ты, стало быть, Глеппа?

– Ну да, а это недоразумение – Кентор, вечно на пустяках сэкономить норовит. А ты, уважаемая, сильная магичка!

– Ну, могу кое-что. И пойдёмте, наверное, темнеет уже.

Минут за десять мы дошли до ворот. Недовольные стражники не успели их закрыть, и мы прошли бесплатно.

– В темное время за проход – ракушка! – сообщил усатый начальник. Ламу с грузом и аркворшу он так и не заметил.

– Далеко ещё? – поинтересовалась я.

– Да нет, вон в ту рощицу, – показал арквор – вы бы шли домой, уважаемая, тут уж мы сами.

– Ишь, как смело заговорил! – не согласилась жена – сам уже, считай, нищий был бы, а может и неживой вовсе. Откуда эти знали, что мы сюда пойдём? Небось, трактирщику растрепал? Уж вы не откажите, любезная Мариа, проводите нас ещё немного, до жертвенного места.

– Сами-то вы откуда? – снова поинтересовалась я – из владений князя Роскира Третьего?

Кентор виновато посмотрел на место, где находилась жена и промолчал.

– Нет – ответила Глеппа с запозданием – вы только не говорите никому, но мы дальше живём, в свободных землях.

– Серьёзно? – искренне удивилась я и сняла с неё скрыт – мне казалось, за его владениями и нет ничего.

– Нет, его владения только до реки, дальше снова степь, но частично поросшая, потом холмы начинаются. Мы за рекой живём, а камни берём у жителей холмов. А как далеко, и не знаем, по амулету путешествуем.

– То есть вы не из этого королевства?

– Только не говорите никому, уважаемая. Нас все принимают за здешних коробейников.

– Так вам надо было и отсюда товар прикупить? А вы сразу на выход.

– Опасно у вас в столице, уважаемая, а денег много с собой. Говорят, наши кого-то важного убили, теперь горожане аркворов грабят, нас вот тоже хотели.

– Уже не должны, да и то, слух это был. Не убили. Так что скоро утрясётся.

– А кого? – встрял муж.

– Что кого?

– Кого не убили? Мне точно сказали, шишку какую-то убили. Прямо в трактире, где мы обедали.

– Я не шишка, и вот перед вами,– почему-то неприятно стало, что меня шишкой назвали – потрогать можете. Лучше скажите, когда вас можно в следующий раз ждать?

– К мудрейшему Рисайно мы приходили в начале каждого месяца, но он всегда почти всё забирал. А вы сможете так?

– Почему нет? Алмазы нужны, они лучше всего заклинание держат. Тот камень, что вы у меня купили, тоже неплохо, но алмаз лучше.

– А начёт этих камней… мы можем надеяться, что в следующий раз сможем обменять наши камни на такие же?

– Почему нет? Постараюсь приготовить, вам каких? Крупнее не получится, но можно ещё синие, жёлтые. Зелёные ещё, правда, они подороже.

– Посмотреть бы, так и не скажешь – засомневалась Глеппа.

– Я могу попробовать тебя вызвать на днях, посмотришь и выберешь. Если, конечно, на таком расстоянии вызов подействует. А не выйдет, сами приходите в начале месяца.

– А меня? – обиделся Кентор.

Но мы уже пришли.

Глава 19

Жертвенник оказался вытоптанной поляной метров двадцать в диаметре, по краям смутно виделись столбы-тотемы, но в упавшей темноте разобрать ничего не удалось. У входа на пятачок стояла небольшая сторожка, рядом с ней пожилой весьма упитанный мужчина поддерживал костерок под стоящим на камнях сосудом, чем-то вроде кастрюли.

– Явились-таки! – заметил мужчина. – Три ракушки с тебя и жертву Небесному Отцу.

– Хватит с тебя и ракушек! Кому про нас растрепал?

– Что значит растрепал? И не уходил никуда!

– Нас ждали, и ждали вместе с твоей ламой! Откуда грабители знали, что мы сегодня должны вернуться?

– Да я никому! Могила! – несильно возмутился мужичок, как я поняла, хозяин ламы. – Помощник вот не вернулся до сих пор… но я ему ничего не говорил.

– Да плевать на помощника – Кентор сноровисто начал разгружать животное, мешки сбрасывал прямо на землю. Как оказалось, не вытоптанную, а присыпанную мелким гравием, дома я сказала бы, отсевом, и утрамбованную. Освобожденная лама сразу потянулась к зелени на краю площадки, а чешуйчатый схватил один из мешков и исчез. Глеппа отсчитала хозяину ламы три ракушки.

– А вы, уважаемая, кому жертву принесли? – обратился он ко мне.

– Да собственно, никому. А кому принято приносить?

– О, у меня лучший выбор, все боги присутствуют, и старые аркворские, и новые, почти два девятка. И Небесный Отец, конечно, и Небесная Дева.

– Дева? Это где же она?

– Вон там, – махнул рукой смотритель – я вас отведу!

Но появившийся Кентор сообщил жене, что младший на что-то наступил, Глеппа начала суетиться, подгонять мужа. Последний схватил новый мешок и пропал, но нервозность осталась.

– Младший – это сын? – спросила я.

– Да, два оборота всего! Я так волнуюсь!

Она волновалась ещё минут пятнадцать, пока муж таскал мешки, а мы со смотрителем пытались её успокоить. Наконец, ушла и Глеппа с последним мешком.

– Так показать вам, где Небесная Дева?

– А покажите!

Смотритель повёл меня в темноту, пришлось даже магический фонарь повесить, ничего ж не видать.

Идол, или полутораметровая статуя стояла на небольшом возвышении, но не постаменте, а, скорее, столе для жертвоприношений. Слава богу, крови на нём не было.

Н-да. Уж на что я не тонкая-звонкая, а пожалуй, даже упитанная, но здешняя Дева напоминала скорее японского борца сумо. Если там женщины борются. Груди так размер на четырнадцатый, сразу видно, что деторождением и вскармливанием заведует. Но формы, формы! Жуть.

– И за что ей жертвы приносят?

– Раньше больше за семейное благополучие и детей, – услужливо ответил служитель – а последнее время за всё подряд, и защиты просят, и богатства, и справедливости. Аркворы, особенно вчера, прямо как подстегнул их кто, защиты просили. А уважаемая чего от Небесной Девы желает?

– Я? Ничего – повернулась к служителю, протянула монету в три ракушки – это вам. Хотите, налейте всем богам поровну, хотите - выпейте сами за моё здоровье. Или за своё – я обратила внимание на трясущиеся руки смотрителя и послала малое исцеление. Пить не бросит, но почувствует себя лучше.

– А как величать вас, уважаемая? – смотритель явно решил старых богов не угощать.

– Мария меня зовут.

– Как Мариа?! – он даже отшатнулся.

– Да так вот – я вернулась в Башню.

На своеобразном капище уже были потёмки, а у меня от горных вершин стоят как бы сумерки, на крыше обрывки верёвки валяются. Батюшки-светы! У меня же воры в подвале перевоспитываются! И верно, совсем забыла.

Вытащила всех на крышу, девчонка за мать держится, мужички просто тупят. Но боятся все.

– Не нужны вы мне, – а сама задумалась, что же делать-то с ними? – отправлю всех куда-нибудь. Но людей, да и вообще разумных ни похищать, ни убивать нельзя.

– Пощади, твоё сиятельство! – завопила женщина, пришлось заткнуть.

– Не похищать и не убивать – три раза стукнула жезлом, ребёнка программировать не стала.

Дзынь - Дзынь - Дзынннь! – отозвался жезл, и я выкинула всех в столицу, на площадку прибытия у рынка. Остатки верёвки тоже с ними отправила.

Утром заглянула к Вуламирсу, нехорошо, что так долго заказ не отдаю. Три тысячи мелких фианитов и четыреста крупных синтетических камней – сапфиры, александриты, изумруды. Рубины, как оказалось, тоже, но пару я извела. Ещё и две тысячи как сырьё, для амулетов.

Открыла женщина, меня узнала, проводила к купцу. Тот привычно для меня принимал в саду, необычно было, что он распекал какого-то мелкого мужичонку. Мужичонка не оправдывался, только втягивал голову в плечи.

При моём появлении хозяин недобро зыркнул на приведшую меня женщину, но разбор полётов прекратил. Мужичонка испарился, а Вуламирс с вымученной улыбкой повернулся ко мне и встал.

– Уважаемая Мариа, рад вас видеть в своём доме, надеюсь, ваши дела благополучны?

Что-то очень он велеречив, улыбка как всегда широкая, но выглядит не очень. И глаза сердитые. Что делать, бизнес такая штука.

– Здравствуйте, уважаемый, дел много, как ваше здоровье? – ну не отчитываться же мне перед ним? – Принесла то, о чем договаривались, и ещё у меня заказ на амулеты. Это ваше – призвала тридцать пакетов с фианитами, сдвинула к нему – а это на амулеты – вывалила ещё одну кучку, уже из двадцати пакетиков, протянула список.

– Амулеты? – как будто что-то прикинул торговец – Конечно, уважаемая, только должен сказать, цена изменилась, теперь изготовление по пять ракушек за штуку.

Однако! Почти вдвое, это инфляция такая, или мы торговую войну начинаем? Раньше-то мы с сестрой приходили, её купец опасался, а теперь страх потерял? Ладно ещё, на десять, двадцать процентов, а он почти вдвое задрал. У староверов закажу, а то и сама напечатаю.

– Понятно, уважаемый. Только я привыкла к прежней цене, названная вами меня не устраивает, так что с амулетами вынуждена пока повременить. Надеюсь, рассчитаетесь вы, как обычно? – отправила свои камушки обратно в Башню.

– Конечно, уважаемая, а крупные камни вы сегодня принесли?

– Получается, что нет. Всего вам наилучшего и успеха в делах! – кивнула и направилась обратно. Воздержусь на реализацию отдавать, странный он сегодня.

Думала, окликнет, если поторговаться решил, но нет, спокойно дошла до калитки. Уже и запор отвела в сторону, слышу, ломится кто-то по мою душу, особой агрессии и нету, вроде, то есть, убивать не планирует: не иначе, хозяин на рюмку чая пригласить решил. А не хочу! – и юркнула на улицу. Зайду к Клайду, узнаю, возьмутся ли его домочадцы амулеты делать.

Далеко не ушла, пара какая-то неподалёку то ли проходила, то ли стояла, но на колени передо мной прямо в пыль бухнулась, сразу и садовник вслед за мной выскочил, за плечо попытался схватить. Как же, я тут стою вся покорная, только его и жду.

Садовника уронила, стала разбираться в порядке очереди.

– Вам чего?

– Благослови, Небесная Дева!

– На что благословить-то? – И уже не спорю, что я, дескать, не она, притерпелась.

– На девочку! На мальчика! – вразнобой заторопилась пара.

– Стоп! Ты что, в положении?

– Нет, Небесная Дева!

– Так кого вам? – вытащила жезл.

– А можно и мальчика и девочку?

– Сразу, что ли?

– Как получится – отчего-то застеснялась женщина. Не очень молодая, кстати, и невесёлая. Муж-то лучше выглядит.

– Ладно. Благословляю тебя зачать, благополучно выносить и родить мальчика и девочку – коснулась головы, заодно и малое исцеление наложила.

– Дзин-нь! – пропел жезл.

– А тебя благословляю, чтобы смог обеспечить и защитить семью!

– Дзин-н-нь!

Они там что-то бормотали, благодарили, надо думать, но я поспешила уйти. Не хочу с Вуламирсом встречаться.

Уже отойдя метров на тридцать, вспомнила про садовника-привратника и разлепила его. Слава богу, возвращать меня не бросился.

У Клайна немолодой тучный мужчина выбирал часы. В новой партии пришли корпуса в трёх расцветках, вроде и ерунда, но в глаза бросается как бы разнообразие.

– Он же пустой, в нём ни намёка на магию! – Покупатель, похоже, что маг, недоверчиво щупал и нюхал батарейку.

– Зато работает пол-оборота и на одну ракушку пара идёт!

Оба меня увидели и быстро закруглились: мужчина ушёл с часами в жёлто-черном корпусе, а Клайн занялся мной.

– Мудрейшая Мариа, счастлив видеть вас. Кристаллов продал большой девяток и пять, деньги на вашем счёте, часы продаются примерно полтора девятка в неделю.

– Хорошо, Клайн, ты скажи, кто-нибудь из ваших может изготовить много простеньких амулетов на моих камнях? Готова платить по две ракушки за штуку, нужно сделать две тысячи за две недели.

– Так я дочку позову?

– Зови.

В лавку спустилась Салиса, обозначила попытку встать на колени, но я пресекла. Клайн объяснил, что мне нужно.

– Какие амулеты?

– Я протянула список.

– А-а, эти несложно, годится. Две недели? А если быстрее, заплатите сразу?

– Могу хоть сейчас, тогда готовые амулеты, каждый вид по отдельности сюда принесёшь, я потом заберу.

– Замётано! Только вперёд не надо платить. За неделю сделаем – и дочка убежала наверх.

– Да, вот ещё что. Ты как считаешь, эти камни вчерашние по ценам, дорого, дёшево?

– Дешевле будут, я примерно по три больших девятка продаю, а у них по одному большому и три малых. Вы их заберёте?

– Зачем? Продавай, только цену за камни пониже ставь, может, два больших девятка?

– Как велите, уважаемая, только нельзя так резко цену снижать. Старые покупатели обидятся.

– Ну, снижай постепенно. А если на благороднее дело, как ты говоришь, то можно и по себестоимости. Меня вот что интересует: камни разной величины, ты как это учитываешь?

– Никак не учитываю.

– Значит, весы тебе нужно, чем больше камень, тем больше заряд в него поместится, значит, лучше. Хотя… – пришло в голову, что камни почти всегда с включениями, устанешь чистый вес определять – делай, как привык.

* * *

Несколько дней готовила материалы для квартального отчёта, собственно, что Ильич велел – текст на двух языках и краткое пояснение. Адова работа, однако: вроде и понимаешь всё, а на бумагу не ложится. Даже на экране фигня нечитаемая, как раньше люди пером выводили? Чтобы отвлечься, сделала несколько вылазок за глиной для образцов – сначала по простому, рядом со школой копнула, потом нашла местечко подходящее километрах в двух ниже по течению от моста, речка там из скальеого прохода вырывается и растекается по перекатам. А на берегу галька с глиной. Но это получается задел на четвёртый квартал, а сейчас кровь из носа текст нужен.

Звонок прозвучал как спасение.

– Мариа? – спросил Председатель. – Здравствуйте.

– Здравствуйте, мастер. Вы не ошиблись, это я.

– Мариа, есть разговор, но дело деликатное. Надо бы встретиться.

– Да легко, хоть сейчас.

– Жду.

В знакомой приёмной-кабинете на этот раз относительный порядок, на столе пара прижатых свитков, но бывало гораздо больше. Мастер Айборн выглядит смущённым, похоже, и впрямь дело деликатное. Одно из двух – либо замуж выдать хотят, либо королевского племянника отмазывать будут. Ставлю на последнее. Ну-ну.

– Мария, - Айборн дождался, пока я усядусь в гостевое кресло – Его Величество решил освободить вас от налогов за поместье, то есть за территории. То есть за все владения, отнесённые к Белой Башне.

– Так их и не было никогда, я в архивах смотрела – про налоги не искала, конечно, но архивы перебирала, там архива-то на десять минут. Три маленьких свитка. Да и не было там про налоги – или было? Пусть скажет, что не так. – Особая зона, оффшор называется.

Про оффшор мастер точно первый раз услышал, но ничего, проглотил, даже с темы сбился. А нечего меня, милую и пушистую на непристойное подбивать.

– Может быть… да, это он в знак благоволения своего высказал, в личной беседе, в Дворцовой канцелярии не уточнял. Но мог и назначить!

– Мастер Айборн, а сколько времени в Башне хозяйки не было? Сто оборотов? Или сто пятьдесят? Мне в Башне уютно, но я прекрасно помню, что нахожусь там временно, а налоги с такой территории даже пытаться не стану собрать, отдам ключ и съеду. У меня ведь и дом в столице, и в степи имение.

– За имение-то небось, платите?

– Что вы, мастер! Освобождена! – не стала уточнять, что на время, хоть и большое. И замолчала, уставилась на Председателя, преданно глазами хлопаю, не собираюсь ему задачу упрощать.

– Князь? Освободил?! – такого оборота мастер не ожидал и новые аргументы никак не приходили. – Не хотите ли выпить отвара?

– Благодарю, нет – увидела его обескураженное лицо и решила сменить тему. – Кстати, на меня вышли поставщики покойного Рисайно с мостовыми камнями.

– Наверное, цену задрали?

– Да нет… цены вполне демократичные, если и дальше так будет, розничную тоже снизим. Не вдвое, но на треть точно.

– А откуда они?

– Поставщики аркворы, а им везут издалека, из холмов каких-то. Я-то считала, за степью нет ничего, а эти говорят, там люди живут. Вы о них слышали что-нибудь?

– За степью? Дикари какие-то, ничего интересного. Я вам что сказать хотел-то… – задумался Председатель.

– Про школу мою? – подсказала я, когда молчание затянулось. Уверена, что не за этим меня позвали, но почему бы не поиздеваться.

– Да не сбивайте вы меня! Дело важное, не стал бы вас дёргать…

– Важное для кого? – перебила я. – Для меня? Для вас?

– Ох, и сам не знаю. Короче, Его Величество высказал пожелание, чтобы вы отказались от вызова к этому… Линаре, вот – мастер Айорн высказался и как бы снял камень со своей души, вопросительно уставился на меня.

– Ну да, а он продолжит убийц подсылать? Или ещё что надумает? – Такого давления я не ожидала, думала, потребует помириться или фиктивный бой изобразить. Но так?! – Неужели вы, мастер, считаете, что он успокоится? Сами бы что посоветовали?

– Лично я предпочёл бы его убить, но связан волей Его Величества. И прошу вот… отказаться.

– А он, значит, продолжит? Чего-то я не понимаю, мастер: Его Величество просит меня отказаться, или велит?

– М-да… не велит, ни в коем случае не велит. Что вы, это же нарушение всяческих правил, он не может велеть такое.

– Значит, просит?

– Я бы сказал, он высказал пожелание… в присутствии своей царственной супруги высказал… а я передал.

– Час от часу не легче, положение-то по этим самым правилам у меня какое?

– А! Мы разобрались, наконец, получается, что вызов сделан и назначенное время пришло, так что вы с этим… в общем, в состоянии дуэли. Поскольку ваш противник с места поединка, как бы отступил, бой продолжится как только вы встретитесь.

– То есть, как только он меня подстережёт?

– Или вы его.

– Ну, я-то бегать за ним не собираюсь, мне проще его в Башню вытащить, метку-то успела поставить. Могу и к нему пройти по метке, но неловко дворец портить, да и невежливо это. Опять же, Его Величество огорчать не хочу… вот что, я могу пообещать, что не трону Линару, если он откажется от поединка. То есть дам возможность отказаться.

– В моём присутствии?

– И в вашем, и остальных членов Совета.

– Но Совет же недавно был, следующий через месяц!

– Так соберите внеочередной, зато покончим с этой неопределённостью.

– У меня же регламент! Не могу я по такому поводу Совет собирать, внеочередной сбор возможен только в случае моей смерти. Ну войдите вы в моё положение, Мариа!

– Нет, мастер, отозвать вызов не могу. Искать его специально не стану, если с его стороны не увижу пакостей в мой адрес. А уж встречу – убью.

– Это ваше последнее слово?

– Да, мастер.

– Ну и правильно! И не сомневайтесь, Его Величество тоже считает, что иначе нельзя, но тут было проще дать мне поручение, чем Её Величество убедить. Племянник, видите ли.

Рассердил меня Председатель, вернулась к своим текстам злющая, хорошо, никто под горячую руку не попался. Зато добила неприятную работу часа за три, перечитывать не стала, скопировала на флешку. Пускай Ильич правит, он много умных слов знает.

Глава 20

Разделалась с квартальным отчётом и руки дошли до местной игровой столицы. Ласвегаса, стало быть.

Техническую обкатку провели на крестьянах, консультантом соседа Рорита привлекла и двух преподавателей, чтобы слухи не поползли раньше времени. Автоматы запускать не стали, организовали два стола с местным аналогом карт, стол с домино и рулетка. Вроде и нормально пошло.

Потом опробовали земную колоду, покер так просто не пошёл, но очко оказалось попроще, его быстро освоили, и незнакомый мне блэкджек тоже кое-как одолели, но без энтузиазма. Такие вот игроки неазартные, хотя… без денег-то какой азарт.

А вот рулетка не зашла совсем, цифры незнакомые, игроки не все грамотные и вообще всё чужое. Пришлось потом обозначения переделывать, сохранив принципы. Нуль, красное-чёрное, чёт-нечёт: хотела стикеры заказать, но в конце концов Кингсли сам решил нарисовать, как нужно. Ему, как говорится, и карты в руки.

Две крестьянки помоложе отработали обход гостей с напитками и угощением, разбили четырнадцать бокалов, но в целом приспособились

– Уважаемый Роскир, – вызвонила я князя – хочу вас пригласить на открытие игрового клуба, мы планируем в ближайший свободный день, но подстроимся под вас.

– Так я же не увлекаюсь – растерялся князь.

– Так и я тоже не играю,– поддакнула я – это просьба о дружеской услуге, чтобы подчеркнуть добропорядочность собравшихся. Хочу пригласить ещё двенадцать помещиков – любителей игры и соседа, который тсхар выращивает. А ваше появление как бы благословит это собрание.

– А кто это «мы»?

– Мы? Это я, собственно… просто сказала так.

– Да зачем вам? Одни хлопоты с этими игроками, лучше бы уж… – князь затруднился сказать, что лучше.

– Хочу, чтобы поместье окупалось, – выдала я заготовленную версию – половина крестьян отвыкла работать, могут только прислуживать. Игра-игрой, а кормить игроков будут за деньги, может, ещё какие развлечения придумаем. Если гостям понравится, и получится собирать их раз в неделю, глядишь, хоть часть расходов отобью.

– Да гнать надо таких крестьян! Но припоминаю, вы что-то такое говорили.

– Они не виноваты, – вздохнула я – их Рисайно к такому приучил, целую деревню в слуг превратил.

– Добрая ты – внезапно перешёл на «ты» князь – не зря небесной девой называют. Ладно, буду в выходной, в начале третьей четверти.

* * *

Так, пара дней у меня есть, можно дельтаплан испытать. Отпуск у Караваева практически накрылся, насколько я понимаю, тянуть дальше смысла нет. Но ведь не умею от слова совсем.

Позвонила в несколько мест по интернету, в одном автоответчик, в другом не понравилось, как говорили, а на Полтавской ничего, вроде. Как узнали, что мне диплом не нужен, совсем любезными стали, не так много у них учеников, похоже. Или не сезон.

Краткий теоретический курс прошла за полдня. Денег взяли, правда, как за семьдесят два часа, зато без всяких справок обошлось. Могла бы и не платить, наверно, но это уже нечестно.

Наутро в Гостилицах договорилась, так сказать, практика.

Добиралась почти два часа, ещё и погода не очень, ветра нет, но то моросит, то нет, и весьма прохладно. Я-то к теплу привыкла, в такси ещё ничего, а как вылезла в этой тьмутаракани, совсем печально стало. Хорошо, инструктор такой оборот предвидел, пару комбинезонов на всякий случай имел. Сам на медведя похож чем-то, и комбинезоны под стать, уж на что я не тощая, а две меня поместились бы. Неприятно, конечно, после незнамо кого на себя надевать, но незаметно заклинание очистки сообразила, вроде и ничего.

Инструктор издеваться и подтрунивать над ведьмой благоразумно не стал, для начала повторил то, что мне семьдесят два часа должны были рассказывать. Минут за десять, но самое главное, наверно. Потом продемонстрировал, где что у пепелаца приделано, какие пимпочки нажимать, а какие тянуть. Потом усадил на табуреточкувелел ничего не трогать, и мы взлетели.

Что сказать, сначала страшновато, но быстро привыкла. Сделали кружок небольшой, даже два, приземлились. И это всё?!

Миша, - объяснила инструктору – мне сертификаты и справки не нужны, но азы управления и что делать при неполадках я хотела бы получить сегодня, край – завтра. Потом уеду в другую страну, там и буду учиться по настоящему. Заплачу наличными.

Самостоятельный вылёт всё равно разрешить не могу! – отреагировал Миша. – Подсудное дело.

И не нужно, мне тоже лучше вместе с вами.

В общем, договорились, застряла я в этих Гостилицах на весь световой день, уже в сумерках инструктор показал, как крылья складывать и аппарат разбирать-собирать. Предложил и до метро подвезти, но я отказалась, вышла за проходную и шагнула домой, в Башню.

А дальше всё самой придётся.

Самое неприятное, это если аппарат в воздухе сломается, сто пятьдесят килограмм да себя впридачу могу и не удержать левитацией. Планировать можно, конечно, но только если отказ случится с двигателем, да и на лес садиться… есть проблемы. К учебной машинке привыкла как-то, а эта, может, совсем не такая.

Вокруг башни полей практически нет, всё или заросло сильно, или речки, для школы и то место расчищать пришлось. А опыта полётов у меня, прямо скажем так, кот наплакал… сама-то спасусь, но аппарат угроблю. А если ещё и с пассажирами?

В общем, решила немного опыта набраться в степи, тем более, что аппарат до сих пор в ящике. Переправила его в поместье, это и простор, и Кингсли там, собрать поможет.

Вроде, и несложно всё, достал-вставил, зафиксировал, но провозились полдня, ещё и помощиков почти десяток потребовался. Но собрали. Бензин сам залила – а канистра тяжеленная, масло проверила, включила стартёр, а тот не тянет. Аккумулятор подсел.

Снова помощники сгодились, вручную винт раскрутили. Дала поработать вхолостую минут двадцать, потом не выдержала, отогнала всех, ещё раз проверила, что вспомнила, короткая пробежка и… кажется, лечу?

Да, на учебной машине такого мандража не было, но делаю, как учили, плавно поднялась метров на пятьдесят, огляделась. Какое всё мелкое! Возможно, кричат с земли что-то, руками машут, но за шумом мотора на слышно. Сделала кружок небольшой, мандраж отступил немного. Компас показывает куда-то, будем считать это Севером. Тогда Башня на Северо-востоке получается, метка соседа Рорита прямо на юге. Почему бы и не слетать?

Нет, я понимаю, что неплохо бы посадку отработать, но с пустым аккумулятором? А так и зарядится немного, и в гости интереснее. Позвонила Кирвану, чтобы следом не кинулся, и полетела в гости.

Минут через двадцать метка привела меня к знакомым посадкам деревьев вокруг небольших сверху полей, а потом и строения показались, совсем не такие, как снизу, но опознать можно. Даже «школьное» поле разглядела, хоть гляну, что там творится. Заложила плавный вираж, выбрала подходящую глиссаду (слово-то какое знаю!) и красиво приземлилась.

Некрасиво, конечно, шлёпнулась, но небольно и ничего не сломала. Хорошо, что винт сзади. Выбралась.

Вроде, правильно сориентировалась, за полосой коренастых деревьев то самое поле, на котором школьников учить планировали. Что-то типа грядок сделано, не как у нас, поднятые от земли, а на одном уровне, но размечены аккуратно, в междурядьях ничего не растёт. Не иначе, магия рулит. Всходы разной высоты, листья тоже разные, но узнала только горох – по стручкам. Или фасоль?

Позвонила хозяину.

– Уважаемый Рорит, это Мария, здравствуйте.

– Здравствуйте, мудрейшая.

– Господин Рорит, я тут испытывала одну штуку и оказалась у вас в гостях, стою сейчас на поле, что вы для школьников выделили. Не могли бы, пояснить, что где растёт?

– Так это вы здесь?? А мы с внучкой гадаем, что шумело так. Сей момент будем.

И впрямь моментально, по амулету перешли, дед аж светится весь, а Нарит испуганной выглядит, это с Роритом мы договаривались, что иногда будет оставлять внучку у себя после занятий, с ней-то нет.

– Счастлив лицезреть вас в своих владениях, мудрейшая, помощь какая вам не требуется?

– Нет, испытывала аппарат для перемещения без магии, просто сделалаостановку из любопытства. Не поясните, что тут где?

Росло много чего, одних злаков только три сорта пшеницы и по два овса и ячменя. Репа, свёкла, морковь, подсолнух, горох, ещё что-то… отдельно сахарная свёкла, этой побольше высадили. Каждый сорт в трёх вариантах – без участия агромагов, с магическим проращиванием, и, наконец, с полным магическим сопровождением.

– Когда много магии тратится, почва пересыхает и приходится больше поливать – пояснил Рорит – Нарит вызвалась в этом помогать. Сейчас у нас небольшой перерыв, а вообще получается, что можно ограничиться магическим проращиванием, всходы получаются сильные, но ухода почти не требуют.

– Кроме воды ещё и минеральные вещества сильно расходуются – припомнила я азы ботаники – придётся либо полю отдыхать несколько лет, либо удобрения вносить, где их только взять, не знаю. Для опытов привезу, а для производства про золу только знаю и навоз, остальное искать придётся

За столом на террасе Нарит угощала нас с Роритом травяным отваром, местным подобием чая.

– Жду-не дождусь – доверительно сообщил помещик – когда моя малышка закончит школу и вернётся домой.

– Деда, я в Академию магии хочу – не смолчала внучка – стану настоящим магом.

– Да какая ещё академия, тебе поместья мало? Ты и так уже с растениями лучше меня обходишься, да и кто тебя возьмёт туда?

– Небес… уважаемая Мариа говорила, возьмут – девочка взглянула на меня.

– Это как? – удивился сосед.

– Школьная программа предусматривает не только обучение основам магичекого ремесла, но и подготовку к поступлению в академию. А там – кто захочет и сдаст экзамены, станет курсантом, то есть адептом, а отучившись – магом

– Аркворка – магом? – не поверил дед.

– Если на то пошло, у меня есть приятельница Риварс, она аркворка и прекрасный целитель. Правда, не Академию заканчивала, у мастера Арвенара училась.

– Вот! А деньги где взять?

– В Академии неимущих студентов учат бесплатно, даже стипендию небольшую выплачивают. Но потом, конечно, придётся несколько лет отработать, куда пошлют.

– Мою кровиночку – и к людям? Нет, я запрещаю!

– Запретить вы не можете, можете только возражать, а решать… решать будет Его Величество. Если, конечно, Нарит экзамены сдаст. И потом… может, и не стоит возражать? Я сейчас сама преподаю в Академии и знаю что многие студенты, в смысле, адепты, живут дома, приходят только на занятия. А если сами оплатите обучение, то и в люди вашей внучке не обязательно, разве что сама захочет.

– Оплатить? Академию дурацкую? Ни за что! А сколько, не знаете?

– Вообще-то, Академия называется не дурацкой, а Королевской – поддела я соседа – а насчёт оплаты точно не скажу. Сейчас вроде платят сто ракушек в месяц за питание, насчёт жилья не знаю. Хотите, позвоните ректору, номер 16, зовут Олгадмитна.

– Да это же безумные деньги! – не очень уверенно возмутился Рорит – у меня всё хозяйство две тысячи в год приносит, а вы говорите!

– Приносило – да. А вы подумайте, может, на чём-нибудь и заработаете внучке на обучение? У вас же новые неизвестные растения, неужели никому не нужны? Та же сахарная свёкла, из которой у нас тсхар делают? И можно сказать, свой почти маг по выращиванию? Мои вон, только на сборе дикоросов больше трёх тысяч заработали, правда, там и народу много.

Вышли проводить оба, подивились на невиданный аппарат, но сам факт взлёта, по моему, не впечатлил.

Но вот и воскресенье, по местному – свободный день. Как себя ни убеждай, а мандраж присутствует, лезу в абсолютно незнакомое дело. Авантюра, в общем.

Я прибыла первой, до гостей, прошлась по подготовленным залам. Собственно игровой – три стола и рулетка, столы, как на земле, зелёной тканью обтянуты, здесь такого не видали. Отдельно стол с рулеткой, но пока прикрыт. Приподняла покрывало – Кингсли расстарался, разукрасил рулетку с учётом неграмотных, по мне, так аляповато, но сойдёт. И способности к рисованию у него точно есть.

Светильник над каждым столом выхватывает только поверхность стола, рядом со светильником блокиратор магии подвешен, пришлось к каждому красный светодиод присобачить, хотела сначала жужжалку поставить, но энергии жрёт как не в себя. А светодиод ничего, на шесть часов точно хватит, если выработается, оперативно подзаряжу. Камеры тоже велела повесить, мало ли какие вопросы возникнут.Девочки чешуйчатые наготове, форму им сделали по типу земных стюардесс середины прошлого века – облегающий костюм и шляпки-таблетки, но никакой тебе обнажёнки, пуританские юбки до щиколотки, разве что разрез до колена пришлось позволить, уж очень трудно было с подносом ходить.

В соседнем зале-ресторане шесть столиков на четверых, это как бы на перспективу, и открытая барная стойка, напитки как местные, так и земные, последние упакованы гораздо удобнее. Да и вкуснее, на мой взгляд. При стойке бармен – уже юноша, он же и официантом сегодня побудет. Два повара на месте, будет ли для кухни работа сегодня, не представляю. Кингсли прибежал, он-то здесь неотлучно, организовали ему небольшую квартиру с выходом в игорный зал. Помощников его тоже в поместье поселила, но эти через улицу ходят.

Гости начали появляться сильно заранее, как только активировала камни перемещения, которые загодя развёз и вручил мой сосед. Видать, наговорил чего-то, любопытства никто не скрывал. Незнакомый антураж, а главное – чёрный человек! Символ тёмных сил! Пришлось сразу подключить девочек с напитками, помощники подошли, этим бы тоже униформу не мешало организовать, но не сообразили, ни я, ни Кингсли.

Блокираторы магии над каждым столом тоже произвели впечатление, один из гостей не поверил и решил всем доказать, вытащил амулет перемещения – и ничего. Не сработал. Вытащил какой-то ещё, и тот же результат.

Постепенно почти все приглашённые собрались, как бы и начинать можно, спрашивают – кого ждём?

Так без князя начинать невежливо– пояснила, а сама не уверена, будет-не будет. На часы посматриваю, повесили Ольгины аппараты в обоих залах. Думаю, вот как начнут третью четверть отсчитывать, так и скомандую. Народ, глядя на меня, и часы рассмотрел, тоже для многих диковинка.

Только скомандовала, и князь появился, как будто на часы смотрел. Часть гостей вокруг него сгрудилась, но большинство показывало, какие они независимые. Провела для князя и компании небольшую экскурсию, ну а потом, игра. Сама, конечно, участия не принимала, предложила князю Роскиру сладкого шампанского попробовать, ему понравилось. Потом представила князю соседа, помещика Рорита, как новатора по производству тсхара, князь заинтересовался сперва, но дед как всегда начал грузить своими находками в агротехнике.

Вежливое обращение, знакомые партнёры, а главное – бесплатные напитки сделали своё дело, атмосфера почти сразу потеплела до домашней. Мирно играющие в местные карты помещики и трое обедающих – сегодня бесплатно, рекламы ради – неприязни не вызвали, наоборот, князь даже подсел к столу и какое-то время посвятил игре. Мне даже показалось, что с интересом, но ушёл, получив вызов по магофону – а кто, кроме меня, мог ему звонить? Выпендрёжник, в общем, но поблагодарить нужно будет, у игроков сложилось убеждение, что организатор-то ласвегаса князь, а я так, следую указаниям.

Когда князь ушёл, и персонал, и гости вздохнули посвободнее, Кингсли ввёл в игру на одном столе земную колоду, объяснил правила и вёл игру, пока вокруг не столпились почти все. Потом и помощники подключились, каждый метал за своим столом.

После небольшого перерыва на обед – а повара расстарались – открыли рулетку, и опять Кингсли объяснял и показывал, и опять оттянул к себе почти всех гостей, только трое особо упёртых продолжили упражняться в местное подобие карт. Ну, а девочки – девочки разносили напитки и прикидывались недотрогами.

Возник было небольшой конфликт с тем недоверчивым гостем, что в блокиратор не поверил, даже до драки почти дошло, но как-то рассосалось, приятели, всё-таки.

Вечеринка удалась, хоть и обошлась мне немало, до конца четвёртой четверти никто не ушёл, большинство интересовались, как сюда ещё попасть. Можно сказать, триумф.

Ну, а потом – разбор полётов, у меня претензий не было, а Кингсли заметил что-то, выговаривал своим, но тоже по мелочи.

А вот утром… утром решила зачем-то запись с камер в быстром режиме прокрутить, и случайно не ту кнопку нажала – а гость по пьяни хвастает, как гулял тут с прежним хозяином, скакали, дескать по степи и охотились. Услышав резонный вопрос – Да на кого тут охотиться можно? - резко замолчал и вроде даже протрезвел, потом больше не болтал ничего. Это что же, ещё один охотник за детьми нашёлся?

Глава 21

Какое-то с раннего утра беспокойство меня одолело, вроде и никаких неприятных дел на день не намечено, а проснулась ни свет ни заря, и неприятно вот, места не нахожу. В школе, вроде, всё спокойно… звонить никому не стала, разбужу ещё, всполошу напрасно. Может, с майором что?

Из этого мира до Африки не достучаться, перешла в квартиру, но разволновалась, тоже сосредоточиться не выходит. Леший с ним, думаю, потревожу святого лишний раз, пусть у него и начало ночи, после выспится. Да и не спит он вовсе.

Сказано-сделано, шагнула в скит… темно, трещит что-то, дышать нечем. Пожар, короче, вот попала. Всегда знала, что баловство со свечами до добра не доведёт.

– Эй, преподобный, ты здесь? – крикнула на всякий случай. Ему же стены-двери нипочём, вроде? Двери-то точно.

«Уходи, дочка, – я чуть не села, где стояла – сгоришь!»

– А ты что же?

«Останусь, судьба такая».

– Глупостей не говори – а жарко уже, там где дверь должна быть, проблески пламени появились, горит, натурально – ухватила его и ходу обратно в квартиру, это если молчать, я дыхание задержать могу, а с разговором закашлялась, глаза слезятся. Да и жуть это, когда пожар не на экране.

Прокашлялась, отдышалась, видеть немного начала. Дед в кухне моей как слон агромадный, голова аккурат под потолок… закоптился весь, да и гарью несёт от обоих. Ну, это несложно, чистящее заклинание, и оба как огурчики. Только преподобный мой какой-то снулый, лицо мёртвое, будто я ему мимику не сама делала.

– Давай, дед, колись, что там стряслось такое. Ты же, поди, не только сквозь двери, сквозь стены тоже ходить можешь?

«Да что тут рассказывать… поссорились мы с игуменом Мефодием, я ему только сказал, что неправедно он живёт, а он завизжал, понимаешь, врагом народа какого-то меня назвал, ещё наговорил обидного… не выдержал я и опять вот… не сдержался, и посохом... полечил сразу. Он же завёлся, изничтожу, кричит, низложу! Это меня-то, святого, простой монах, и грешник к тому же, представляешь, дочка? Я ему тоже сказал кой чего и в скит ушёл. А потом слышу, дверь гвоздями заколотили. Я со святой молитвой к Нему – а он не слышит, выходит, так я нагрешил, что Он от меня отвернулся? А уж как занялось пламя, так и выходить не стал, решил остаться».

– Ты чего дедушка, грех же!

«Грех себя жизни лишать, так я же не живой, преставился уже. И вообще… зачем влачить существование, если Он не слышит»?

Офонарела я, честно говоря. Ладно у попов разборки, деньги и власть делят, но чтобы у святых и угодников всяких? Они же бесплотные, что им делить? Хотя, мой не совсем и бесплотный.

– Неприятно, конечно, – решила привести деда в чувство – но дело житейское. Ты вот сам скажи, что важнее – Его славить, или служить, как он велел? То есть, слова, или дела?

«Дела, конечно» – попался святой. Или уже не совсем святой?

– А за дела тебя упрекнуть можно? Что ты такого непотребного сотворил?

«Это я-то что сотворил?!» – возмутился дед, но сразу поник – «Гордыня меня одолела, посмел Его судить».

– Ну, во-первых, не Его, а свои мысли только, Он-то тебе ничего не сказал, это ты сам себе напридумывал. А что настоятель твой скользкий, это многие видят, да и монахи тоже разные есть. Ты лучше не о себе несчастном думай, а, как собирался, к людям иди, которым ты нужен. Хотя, понимаю, на лаврах святости почивать, поди приятнее.

«Как же я к людям пойду, если Он меня слышать не хочет?»

– Ну а с чего ты взял, что это Он тебя не хочет слушать, может, это ты Его не услышал? Может, тебя оболгали и ему нужно время разобраться, а сам-то ты что, не знаешь, как жить следует?

Дед опешил от моего напора. Пока немного озадачился, попыталась подвести его к кухонному окну, может, на людей, на машины посмотрит и отвлечётся. В дверной проём он, конечно, совсем не вписался, хорошо, что сквозь стены перетекает почти свободно. Притащила, – и ничего, скользнул только отсутствующим взглядом. Пришлось воспитательный процесс продолжить.

– Боишься к людям идти, могу с собой забрать на какое-то время, там у меня три десятка сирот присмотрены, но душами их никто не занимался, две деревни под лихоимцами живут, руки до всего не доходят. И богов мелких куча, о единобожии не слыхал никто.

«Как это?»

– Да вот так, сплошные язычники! И не только люди, там и другие разумные есть, и тоже разные, есть и праведники, и преступники, мне в душах разбираться некогда, сирот присмотреть и мосты починить уже хорошо, так ещё и здесь оборону страны крепить приходится, ни у кого, кроме меня, таких способностей нет. То есть Он пока не дал – я попыталась учесть, с кем говорю. – И тебе вот досталась возможность уникальная, то есть Он нас с тобой зачем-то свёл, а ты тут капризничаешь, от Дела отказываешься! В уныние впал!

В общем, сгребла деда в охапку и в Башню, благо, что веса в нём всего ничего. Там на крыше себя и его уже как следует от копоти почистила и критически осмотрела, запоздало поняв, что сильно рисковала – а ну, как дед перехода не перенёс бы? Но обошлось на этот раз.

Солнца местного ещё не видно, но горные вершины уже сияют. По времени и занятия в школе должны бы начаться, долго я святого в квартире уговаривала.

– Посмотри вокруг, – махнула рукой на горы – это он, языческий мир, ни бога нормального, ни дьявола нету. Хочешь, погуляй по нему, освойся, а можно и в школу к детям.

«Не дело мне гулять, твоя правда. Веди, куда следует»

Что ж, ковать надо, пока дед не опомнился, шагнула с ним в учительскую. Там Маша за что-то мадам Орнеро распекала, вернее, пыталась распекать, мадам держалась уверенно и непоколебимо. Тем не менее, охотно переключилась на новое лицо.

– Здравствуйте, вы новый преподаватель?

Маша фыркнула от вопиющего нарушения субординации, я попыталась сгладить момент и пояснила ей по-русски:

– Это святой Александр Валаамский – отчего Маша оцепенела с приоткрытым ртом.

А дед собрался с мыслями, может, к языку или к ситуации приспособился, и начал объяснять:

«Дочка сказала, три десятка сирот…»

– Небесный Отец! – взвизгнула мадам и бахнулась на пол, уронив стол, а в дверях молча осел на пол физкультурник Рлакс. Оказалось, невербальную речь переводить не обязательно.

«Не нужно мне поклоняться, – объявил дед – детей покажите».

– Господин Рлакс, – я подняла физкультурника – Отведите святого Александра к старшей группе.

«Дед, ты с ними помягче, что ли» – мысленно попросила святого-расстригу.

«Обижаешь, доча, не схизматик же, чай, понимаю».

Не вполне вменяемый физкультурник ушёл, за ним сквозь стену выплыл дед, следом со счастливым лицом выскочила одухотворённая мадам. Двинулась и я.

– Мария Алексеевна! – остановила Маша – святой, это как?

– Обычный святой! – невозмутимо объяснила я. – Он на Валааме с местными попами поссорился… не с монахами, а с начальством, так я его сюда пожить пригласила, пока страсти не улягутся.

– Так их же не бывает? Ну, живых?

– Так и магии не бывает, не так ли? А потом, он не совсем живой, и вообще не от мира сего, сумку с баксами у попов сжёг.

Физкультурник сообразил, что святой Александр для класса великоват и выводил детей в коридор, правда, не слишком успешно, четыре испуганные физиономии застряли в дверях. Зато Филимон деда принял и ластился к нему, как большой домашний кот.

«Доча, – раздалось в голове – а эти, вроде ящериц, они кто?»

«Называются аркворы, а в общем, как люди, чуть смелее и задиристые. Живут в степи, так же как мы, страдают и радуются»

«А зверь?»

«Его зовут Филимон, он охранник и в какой-то степени меня понимает. В этом мире есть ещё один народ, разумный как мы, но живут преимущественно в воде. Если погостишь тут подольше, познакомлю.

«Это что же, мне в воду лезть?»

«Можно и в воду, но они бывают на суше, только недолго. День, два… увидишь».

Самые мелкие аркворчата робко подошли и застыли, держась за физкультурника.

«Ты, доча, за мной не присматривай, а то волнуюсь, не знаю, куда руки деть. Я тоже был мальчишкой, так что вспомню».

«Когда мне тебя забрать?»

«Да зайди через какое-то время».

«Ладно, через час постараюсь» – но метку обновила на всякий случай.

Через час не вышло, у соседа по степи давно назрели вопросы, я их всё откладывала-откладывала, а теперь пришлось решать безотлагательно, вплоть до того, что пришлось в Питер возвращаться и что-то скачивать, а после ещё и переводить. Но Рорит заслужил. Потом заявилась Муська со своим приятелем, такое ощущение, что решили жить здесь. Пришлось кормить и немного играть, новенький уже не дичится, как раньше, но всё равно чужой для меня. Смотрю –собиралась деда через час забрать, а уже все два прошли.

Нашёлся святой рядом со школой, толпа старших детей его не то, чтобы окружала, но галдела рядом и по соседству. Странную игру затеяли, прыгали друг через дружку. Что-то новенькое.

Забрала преподобного. Могла бы, конечно, за ним и не приходить, просто выдернуть по метке, но сочла что неловко святому исчезать не по своей воле.

– Как впечатление? Не устал?

«Знаешь, дочка, они почти как наши, даже посмышлёнее будут. И я здесь всех слышу, даже путал иногда, кто что сказать хотел.

– Ну, с детьми понятно, они все немного немного маги, или по-нашему, чудотворцы будут. А взрослые как?

«Да тоже всех слышал, а они меня.

– Тогда это, возможно, из-за атмосферы такой магической, просто место такое. Может, Башня тебя усиливает. Ты как, побудешь здесь у нас, или обратно на Валаам хочешь?

«Побуду, пожалуй. А почему меня небесным отцом называют?

– Не бери в голову, это у них один из богов такой, меня вот некоторые небесной девой зовут, такая легенда у них тоже есть. Даже жертвы приносят.

«Как!? Жертвоприношения!? Это же…

– Да успокойся, выпивка и еда для смотрителя капища. Хотя, точно не знаю.

«Нет, это же святотатство, безумие какое-то, это необходимо прекратить!

– Попробуй. Только имей в виду, что сильный маг может тебя уничтожить, так что твой путь – уговоры и убеждение. Ты скажи лучше, чего тебе сейчас не хватает, чтобы с детьми работать?

«Это как, работать?

– Ну, беседовать, играть, воспитывать? Я вот вижу, что связь со мной нужна, а ещё что?

«Мне бы бегать…

– Ты что, деда, святому бегать невместно! Телепортацию вот можно, хоть малую.

«Теле…?

– Ну, мгновенное перемещение, как вот сюда на крышу. Это несложно мне, сделаю. Что ещё?

«Так и не скажу… ты ж меня сразу сюда окунула. А место моё где будет?

– Место? – теперь уже я озадачилась – ты о чём?

«Так в монастыре у меня место сначала в скиту, потом в храме было, и от непогоды укрыться, и паломники молитвы мне приносили.

– А-а… непогоды здесь долго ещё не будет, а насчёт паломников… живи пока в Башне, а потом что-нибудь придумаем. Мне сейчас нужно в другое место наведаться, в степь, ты со мной, или отдохнёшь пока?

«С тобой, конечно!

– Тогда обожди здесь чуток – я шагнула в мастерскую, вернулась с амулетом перемещения. – Вот, с этим камнем сможешь переходить в разные места – прописала на крыше, привязала к преподобному, и мы шагнули. В последний момент сообразила, что Ласвегас деду может не понравиться и переиграла на водолечебницу, за ней тоже пригляд нужен.

Сколько я здесь не была? Три недели? Месяц? Безжизненная деревня стала довольно оживлённым местом, не Ессентуки, конечно, но человек пятнадцать с одной точки вижу. Даже семейная пара с выводком, трое чешуйчатых малышей. К ним и направились.

– Попробуй – сказала деду по-русски – с этими поговорить. Они не маги и не чудотворцы.

То, что дед с одарёнными детьми бессловесно общался, это понятно, но как его мадам с физкультурником услышали? Может, магический фон сказывается? В общем, бросила его в омут и шагнула в главную усадьбу.

Отчеты получать по телефону и распоряжаться удобно, конечно, но успокоиться на достигнутом никак нельзя, волшебный пинок доходчив, только когда его лично отвешиваешь.

В общем, пинать не понадобилось. Убедилась, что Кингсли и команда работают, велела бдить и вернулась к деду.

Вернулась под скрытом. Тоже неплохо бы деду амулет сообразить подобный.

А дед – дед бухтит с аркворами на аркворском, те и не сообразили, что звуков он не издаёт, отвечают по-своему, а он им… для меня получается, по-русски. Габариты у него великоваты, чтобы ребёнка за руку взять, наклониться придётся… нет, не чтобы взять, он ему малое исцеление наложил, и остальным тоже. Молодец дед, не теряется.

Вышла из скрыта.

«Дочка, а что это за живая вода такая?»

– Не то, чтобы живая – ответила по-русски – но от некоторых хворей помогает, особенно чешуйчатым. К целителям идти не всем по карману, а вода бесплатно, да и жильё здесь недорогое. И кончай тут при посторонних меня дочкой называть, если тебе четыреста лет, то мне сколько получается?

«Да я ж любя, дочка!»

Допрыгались.

– Уважаемая Небесная Дева Мариа! – низко поклонился отец семейства – благодарим тебя за возможность посетить сей источник живительной воды, и да воздаст тебе Небесный Отец за благие дела твои – и всё семейство изобразило поклоны, сначала мне, потом деду. Деду, пожалуй, и пониже: а нечего болтать, что не следует!

– Я не небесная! Я просто Мария, можно разве что уважаемой называть.

– Все знают о твоей скромности, мудрейшая мастер магии, а ещё, что ты защитница аркворов и страдаешь за нас всех!

– Ерунда какая!

– А разве не ты подобрала пять девятков сирот и воспитываешь магов из маленьких аркворов? Человеческие маги их убить всех пытались, вон в том доме, а ты их спасла и теперь тебя пытаются убить дворцовые интриганы, ведь это так?

«Там и людские дети есть» – встрял дед.

И три девятка всего, а не пять – вздохнула я – и вовсе не из-за них за мной охота, это так, дело житейское. И вообще, не стоит об этом при детях.

Утащила я деда к Башне.

– Ты кончай тут мне пиар устраивать – ворчу на деда – и так работать сложно бывает, а ещё ты тут добавляешь.

«Не понял я ничего, дочка?»

– Хм… ты же сам меня дочкой называешь, а у них есть легенда про Небесного Отца и Небесную Деву, якобы они на пару всем тут руководят, это как бы два божества языческих. Меня и так Небесной Девой некоторые называют, кто в шутку, кто всерьёз, а её знаешь, какой коровой изображают? Сперва каждый раз поправляла, теперь проще промолчать, на вид соглашаются, а потом опять то же. И к тебе теперь прилипнет, а мне вообще не отмыться, хотя и не особо мешает.

«А зачем отмываться – возразил дед – я проверил, нет в этом мире ни богов, ни святых, одни сказки. Только от тебя исходит… не святость, нет, но что-то похожее… и от меня теперь. И знаешь ещё, вот назвали меня Небесным Отцом, и сил немножко прибавилось сразу, сначала в школе твоей, потом у святого источника, конечно меньше, чем от святой молитвы Валаамской братии, но такой же природы. И понимашь, чувство возникает, что я здесь нужен».

– А ты представляешь, какая это ответственность?

«Может, да, может, и не понимаю. А если это от Него испытание?»

– Или он тебя на самостоятельную работу отправил – сыронизировала я.

«Может, и так. А ты что чувствуешь, когда тебя Небесной Девой зовут?»

– Самозванкой себя чувствую.

«А прибавление сил?»

– Сил у меня и так много. Башня эту силу собирает и меня подпитывает, а я пользуюсь. Но стараюсь только на благие дела тратить, хоть и звучит высокопарно. По крайней мере, плохих не совершать.

«А как Башня стала твоей?»

– Она и не моя, меня сюда временно пустили, а она меня приняла вот. Служебная жилплощадь такая, как у депутатов.

«У кого?»

– У бояр современных.

«А, бояр. А как это, башня тебя приняла? Могла не принять?»

– Даже не знаю, и объяснить довольно трудно. Лет сто, говорят, никого внутрь не пускала, а меня вдруг пустила. И такое есть ощущение, что она живая и обо мне заботится, и силу даёт, а гостей моих, наоборот, в чёрном теле держит и магичить не даёт. В смысле, чудеса творить.

«И много здесь чудотворцев?»

– Нет, один человек на сто, наверно, или на тысячу. А сильных – тоже один на сто слабых, сильных всего человек двадцать-тридцать наберётся.

«Только люди?»

– В основном. Был один очень сильный арквор, но напал на меня, кворы тоже есть, одна девочка очень сильная. Думаю, люди просто лучше организованы, если ребёнка правильно не учить, не воспитывать, навряд ли из него сильный маг вырастет.

Три дня дед болтался со школьниками, на ночь приходил в Башню. О том, чтобы сгореть, и думать забыл, опять же, польза от него, не научит же детей настоящий святой ничему непотребному. Пора бы ему самостоятельности добавить.

Значит, нужно деда защитить как-то, это по Валааму можно было безбоязненно бродить, в школе тоже. А стоит в город выбраться, сразу опасность возникает, хорошо, если простой разумный, а маг, даже средний, иллюзию мою развеет на раз. Или, не дай бог, с подавителем кто попадётся, и прощай, Святой Александр?

Положим, амулет со щитом я сделать могу, повожусь подольше и не слабее моего будет, но любой амулет при работе разряжается, да и без работы тоже заряд стекает. То есть подзарядку организовать нужно, вроде и не очень сложное дело, есть такие заклинания, но на каждый амулет вешать амулет подзаряда? Нужно всю систему перестраивать, единый блок питания, разве что аварийный добавить, и от этого блока разводку по амулетам сделать. А может, и амулеты собрать в единую систему, помещу рядом с источником питания, а от интегрированной системы своеобразные магопроводы пустить к исполнительным элементам? Так и от подавителя защититься можно, материнскую плату фольгой оберну, и привет. Можно даже от грозы защиту сделать, не от разряда, конечно, а от рентгенов, зря я, что ли, плёнки разные мастрячила? Заверну в десять слоёв, ничего не пропустит. И своего посоха сможет не опасаться.

Набросала схему на бумаге, пригласила деда в мастерскую. Хотела начать с самого простого, камней малого и среднего исцеления, попыталась их снять – а они не снимаются, как будто приросли. Мало того, и сама иллюзия частично материализовалась, пальцы сквозь картинку проходят, конечно, но усилие требуется. Что за чертовщина?

«Не, доча, не от бесов это, от паствы. Почитают меня за Отца Небесного, вот я им и становлюсь потихоньку, плоть обретаю».

– Да не может такого быть!

«Может, доча, может, я же чувствую. Ты тоже меняешься, но медленнее, вещественная суть мешает».

– Я-то с какого перепугу? Ладно ты, уже и так святой, но у меня свои родители были! И бабушку я помню отлично, к небесам никакого отношения не имела, атеисткой была.

«В смысле, безбожницей? Так и я святым не родился, отроком грешил много, да и потом тоже. И сейчас, получается, грешу, даже ОН меня слышать не захотел, а вот меняюсь. И ты меняешься, неужто силу свою не чувствуешь?»

– Это от жезла у меня сила.

«Не только. Попробуй вот без жезла благословить кого-нибудь, и посмотри, что будет. Только от души благословляй, думай об этом».

– Так мне Башня поможет напрямую.

«А ты подальше уйди».

– Боюсь. Вдруг наврежу ещё.

«А ты уйди подальше и деревце благослови, а потом проверь и мне скажи».

– Так что же, тебе и щит не нужен, получается?

«Отчего же не нужен? Одно другому не мешает. Люди, подобные тебе, меня уничтожить могут, если захотят, насчёт души не думаю, но тело точно. Так что любая защита мне на пользу. Смелее, доча!»

И я принялась за дело. Алмазов потратила больше десятка, два крупных, абразив алмазный тоже использовала. Магопроводы из графена, на материнскую плату помимо экрана из алюминиевой фольги пять слоёв отражателя намотала, больше глины не было.

Почти всё заработало, только амулет скрыта сбоит, то работает, то отключается. Оставила на другой раз, и так оба устали.

Глава 22

Пока Ильич Караваева из его Африки вытаскивает, нужно хоть какой-то порядок на своей территории навести, по крайней мере, сделать, что можно. Давно пора с соседями Сарты разобраться, но плохо представляю, что там есть, поглядеть бы сверху, но на дельтаплане пока не рискую, тем более над лесом, случится что – не сесть.

Хоть жаба и душила, купила в Питере квадрокоптер с камерой. Плохо, что с навигацией труба, ни спутников, ни даже маячков, только полёт по прямой и возврат в точку вылета.

Договорилась с Сартой, устроилась у неё во дворе. Нанесла линию Север-Юг, окружность нарисовала радиусом четыре метра. Через каждые тридцать пять сантиметров камушек положила, как бы пять градусов на окружности отметила, в центре кол забила и рядом табуретку поставила.

И давай пускать свой коптер в разные стороны, сначала на чистый юг, километров на пять, потом возврат и то же самое со смещением на один камушек.

Примерно час аппарат летал куда вздумается, потом приноровилась. На двух комплектах аккумуляторов худо-бедно одну треть отсняла, потом темнеть начало.

С утра продолжила, и опять до вечера.

Попросила Машу собрать карту на компе, но та заныла что-то, дескать не умеет и очень сложно.

Плюнула и нашлёпала отпечатков, потом тупо резала и клеила. Точность плюс-минус лапоть, но представление даёт. Сфоткала с высоты и снова распечатала, уже на А2. Даже самой понравилось.

Сарта считала, что переговоры с оставшимися бандами пройдут мирно, но я-то помню, как с её посёлком было.

Спину, если что, Цельсия прикроет, Филимон… с Филей вот не очень получается, явно там переходить придётся, а как я котёнка потащу в незнакомое место?

Недостающие патроны вставила, запасной магазин снарядила. Три новых магофона сделала, хоть посёлков и два осталось, но банды-то три, пока лишнюю не ликвидирую, или сами не уничтожат, будет как все, на связи.

В последний момент деда пригласила, Святого Александра, толку от него никакого, но пусть с паствой своей знакомится.

Сарта на место первой прибыла, отзвонилась. Тогда и мы высадились. Деда под скрытом отправила, незачем раньше времени светиться.

Плац-не плац, но приличных размеров вытоптанная лужайка. Сарта говорила, традиционное место сходок, или стрелок, если учесть состав участников.

А участников сегодня много. Мы рядом с Сартой вышли, её бригада в шеренгу построена, у всех элемент формы присутствует, ярко-жёлтые шапки. Неплохо придумано, видно издалека. Три другие бригады тремя толпами стоят, но как бы место посередине свободно. Туда я и выдвинулась, Цельсия спину мою прикрывает, за ней метрах в пяти Сарта со своими ребятами. Дед невидимый чуть в стороне.

– Бойцы! – не совсем удачно обратилась, но не бандитами же их называть. – Меня зовут Мария, я хозяйка Белой Башни и этих мест. Это я просила Сарту собрать….

Неожиданно толпа, вернее, три небольшие группы начали вставать на колени. Стрелять в нас собираются? Здесь так не принято, да и прозорливость моя ничего опасного не показывает.

– … вас, чтобы сообщить, что с этого момента смысл и порядок ваших действий меняются. Те из вас, кто решит остаться, перестанут грабить население и воевать за сферы влияния, вашей задачей становится поддержание общественного порядка, то есть вы становитесь стражниками и работать будете за зарплату. Грабежи и насилие будут караться. Кто не чувствует в себе силы стать стражем порядка и справедливости, смогут уйти, если за ними нет убийств гражданских и изнасилований.

– А если есть? – раздалось слева из толпы.

– Буду решать. Возможно рабство на каких-то условиях, возможна смерть. Но это индивидуально, смерть тоже разная бывает, могу и развоплотить.

– Согласны! Да кто ж пойдёт на такое! – раздалось с разных сторон: плюрализм, однако.

– Старшие, подойдите ко мне!

В двух группах встали по человеку, сзади подошла Сарта.

– Как зовут? – спросила первого. – За какой район отвечаешь?

– Дастарк, – вежливо ответил толстяк – за Лесной.

– Гражданских убивал? Насиловал?

– Не насиловал, Небесная Дева, клянусь!

– Убивал?

– Был грех, оборотов пять назад. Но не хотел, он сам напал!

«Дед, ты слышишь, ему верить можно?»

«Всё врёт, погань!»

«Разберёшься?»

В двух метрах от меня возникла огромная фигура Святого Александра.

«Лжёшь, поганый! А кто месяц назад семью артефактора вырезал? И младенца не пожалел, а девицу ещё и снасильничал!» - и в полной тишине треск разряда на полную ёмкость.

«Доча, они все тут душегубы, клеймо некуда ставить!»

Кто-то на коленях распрямился, один просто упал, обморок, сзади меня тоже шевеление какое-то произошло.

– Спасибо, дед! – убрала его обратно в скрыт, пока все дара речи лишились.

- Заместитель, помощник у Дастарка имелись? А ну, встать! – рявкнула на них.

Поднялись неохотно, глаза не показывают, хоть и сразу не очень-то смотрели. Выпихнули одного мужичка лет тридцати, хоть он и противился

– Как зовут? Убивал-насиловал?

– Грешен, – мужичок вобрал голову в плечи – убивал, но детей нет.

«Деда?»

«Похоже, верит, в то, что говорит».

– Назначаю тебя временным старостой Лесного, пока будешь моим рабом, через три оборота, возможно, отпущу. Не справишься с работой – пять оборотов в рабстве, а там посмотрим. Вот тебе амулет для связи, Сарта научит пользоваться. Из своей команды кого хочешь оставить?

– Э-э…

– Ясно с тобой всё, амулет не снимай, завтра к себе приглашу.

– А люди?

– В темнице посидят, подумают, а ты до завтра свободен. К Сарте подойди.

Оставшихся членов банды из Лесного и впрямь в подвал отправила, а то разбегутся ещё.

– Теперь с вами, – я подошла к следующей толпе – кто старший?

Вышел мужчина со свежим шрамом на левой щеке и без правого уха.

– Фарех я, из Закатного. Разбойничал в молодости, но старался не убивать, а как сложилось, не скажу, не знаю. Сейчас стараемся уговаривать, разве что с соседями, бывает, повздорим – он кивнул в сторону последней банды.

«Что скажешь, дед?»

«Боится тебя до жути, но если и привирает, то немного».

«Спасибо».

– Держи переговорный амулет, пока остаёшься старшим, вызову через пару дней. Меня интересует, сколько в твоём посёлке народу живёт, сколько детей без присмотра, кто из жителей чем занимается. Бойцов своих сориентируй, чтобы не безобразили, они стража теперь, охрана. Давай, иди к Сарте, мне ещё с теми разбираться.

– А что с ними разбираться, гнать их в шею, Авакс вон удрал уже.

Непохоже, что мужичок трусит, раз советовать решился. Посмотрела молча на него этак, чтобы глаза красным светились, когда довела клиента до нужной кондиции, нехотя пояснила:

– Люди же…

Подошла к оставшейся банде, обернулась.

– Сарта, можешь отпустить своих. Что им стоять?

– Нет, пусть посмотрят.

Пожала плечами, её дружина.

– Начальника, как понимаю, у вас нет?

Ни слова в ответ,

– Ты, – пришлось ткнуть пальцем в первого – отвечай, где начальник?

– Похоже, уехал.

– Помощник или заместитель есть?

– Есть… я.

– Какой район у вас?

– Всех понемногу. Кусочек Лесного, кусочек Закатного, от Нижнего чуток.

– Это он от моего отщипнул, каков нахал! – возмутилась за спиной Сарта.

– Читать-писать умеешь?

– Ну?

– А считать?

– Учили.

– Почему не сбежал вместе с Аваксом?

– Куда бежать-то? У меня дом тут, мать старая,дети опять же. Не по мне бегать.

– Про ватажников твоих что сказать можешь?

– Да ничего почти, я только с Аваксом дело имел.

– Что именно делал?

– Советовал, иногда споры решал.

– Понятно мне, можешь идти. Я тебя, наверно, завтра-послезавтра к себе приглашу… а может, и нет.

– А ребята?

– А ребята пока в подземелье, оно у меня большое – повернулась к Сарте – отпускай своих, пошли с нами.

– Небесная! – замялась Сарта – мальчишка меня ждёт… мне обязательно с вами?

– А, нет такой необходимости, сами сортировку проведём.

Отправила и этих в Башню, мысленно попросила, чтобы их не смешивали.

– Маша, – Цельсия дождалась, когда исчезнут все, кого было видно – а ты это с кем разговаривала без слов, с Небесным Отцом, да?

– Ну, в общем, да – смутилась я. Всё-таки он пока Святой Александр, хотя и на Небесного Отца начал отзываться.

– А как он сюда попал?

– Пригласила. Он мысли читает.

– А как ты с ним познакомилась? Или он твой дед?

– Какой дед, ему знаешь, сколько оборотов? Больше трёх сотен, а мне пятнадцать, ты же у меня была.

– Тогда почему он тебя дочкой называет?

«Это я любя, – услышали мы обе – думал, меня не слышит никто, кроме Маши, она всегда недовольна, если при других так называю».

– Это потому, наверное, что мы сёстры – решила Цельсия – названные.

«Названные?» – удивился дед – «Не скажи, души у вас похожи».

– А ты можешь ещё раз показаться?

«Почему нет?» – сказал дед, и я сняла с него скрыт, надеюсь, незаметно. Небесный Отец предстал во всей красе православной иконописи.

– А ты больше на человека похож, – заключила Цельсия – но и на арквора тоже.

«Облик мало значит» – глубокомысленно заметил святой Александр.

Кое-как удалось неприятную для меня беседу свести на нет: обманывать сестру не хотелось, всю правду выкладывать тоже. Потом как-нибудь, в другой раз.

Дед вернулся в школу, а мы с сестрой устроились на крыше бандитов фильтровать. Надо признаться, неприятная процедура, почти все оказались замешаны в чём-то нехорошем, без малого из сорока человек более-менее чистыми оказались двое, да и те в охрану не хотели. Законченных маньяков шесть, причём все из Лесного, по задумке их казнить следовало, а как? Одно дело, если на тебя напали, а лежащего, хоть и мерзавца, как убить? Ни у Цельсии, ни у меня рука не поднялась, пришлось их обратно в подвал отправить. В смысле, в подземелье.

Оставшихся, как и у Сарты, в рабство определила на 5 лет, пусть искупают.

Немного расстроенная Цельсия отправилась домой, рассчитывала на драку, а тут замирение, можно сказать. Меня, наоборот, мирный исход порадовал, если нету свар, можно три посёлка объединить в один город, мне легче управлять будет, людям легче жить. Кого во главе только поставить, Сарту? Потянуть-то, может, и потянет, только будут ли слушаться?

Настала пора заняться объединением посёлков.

Наутро вызвала Сарту.

– Поскольку с твоей помощью удалось прекратить вражду между бандами, хочу попробовать объединить ваши посёлки, мне кажется, всем легче будет.

– Как вы с Небесным Отцом Скажете, так и хорошо.

– А сама-то что думаешь?

– Ничего не думаю, у меня в посёлке дел по горло.

– А городом возьмешься руководить? Деловая хватка у тебя есть,ты грамотная и главное, справедливая.

– Вы велите или спрашиваете?

– Спрашиваю, конечно.

– Тогда нет, не возьмусь. И не сумею, и слушать меня не будут, и за сына боюсь.

– Он же у тебя магом станет?

– Не хочет он в эту вашу Академию, дома ему нравится.

– Вот как? Неволить не буду, но в этом возрасте люди легко меняют решения. Сама ты не против, если у трёх посёлков один глава появится?

– Да мне всё равно, как-то.

– А как тебе удалось вчера собрать всех?

– Что значит, удалось? Передала, что Небесная Дева велела собраться, куда они денутся? Тем более, вы с Небесным Отцом явились, а почему он такой большой?

– Так захотел – ответила абсолютно честно.

– А что вы с дружинниками решили?

– Двоих отпустила, шестерых решила казнить, но пока не смогла, остальных как твоих, в рабство на 5 лет. Тебе нужны бойцы?

– Нет, пожалуй, хватит. Это если с соседями мир.

– А чего тебе в посёлке не хватает?

– Ну, бригаду нужно пожары тушить, маг нужен, чтобы на все руки. Рынок хорошо бы, и чтобы камнями торговали, какое-никакое святилище… хотя грех жаловаться, вы же и так бываете, но как простому человеку к вам с Отцом обратиться? Так что святилище. Потом, детей учить, вы говорили, и нищих хорошо бы присмотреть, ещё целителя нам недорогого, а лучше бесплатного для бедных. Только дорого это, наверно.

– Для одного посёлка дорого, а если на всех, то и можно подумать. Особенно, если вместо грабежей собирать понемногу, но со всех. Вот, смотри, – развернула перед ней распечатанную фотокарту – это ваши посёлки сверху так выглядят, везде дома стоят или огороды, а посередине ничего. Это почему?

– Так жгут же там, каждая банда место своим считает.

– Считала. Больше не будут. Вот здесь и поставим пожарную часть, и рынок организуем. Дорогу только проложить потребуется, но это на себя возьму, наверно. А пользоваться все будут.

– Ишь ты! – уставилась на фото Сарта, похоже перестав меня слышать – а где мой дом?

– Да вот же!

Сарта ушла в разглядывание дома и окрестностей, благо разрешение у камеры хорошее, а я вызвала нового начальника Лесного. Вежливо вызвала, сначала по магофону предупредила, выждала десять секунд и выдернула. Так что предстал он с каким-то свитком. Готовился?

Мужчина начал неуклюже вставать на колени, удержала его

– В кресло садись, рядом с Сартой. С дружиной разобрался?

– Разобрался, Небесная Дева!

– Лучше называй Марией. И что?

– Троих выгнал, двое сами ушли, один умер.

– Как зовут тебя, ты не сказал.

– Агас, Небесная Дева.

– Вот что, Агас, я хочу объединить три поселения в город, ты будешь отвечать за свой район, поддерживать порядок и собирать налог. Часть налога пойдёт на содержание твоей дружины, да, за тобой весь Лесной, отторгнутые кусочки тоже.

– А спорные?

– На спорных землях будут общие для всех постройки, в первую очередь рынок и пожарная часть. Ещё бойцы тебе нужны?

– Неплохо бы человек пять.

– Хорошо, пришлю. Каждый из твоей команды заключит со мной магический договор на пять оборотов, это по сути рабство, но если меня убедят, расторгну раньше. В первую очередь мне от тебя нужны сведения, сколько всего у тебя народу живёт, сколько детей без присмотра и сколько нищих. Спросишь у Сарты, она делала такое.

С Фарехом из Закатного вообще вопросов не возникло, дружина у него хоть и из громил, но внутри посёлка давно не безобразничает, по крайней мере, последние полтора оборота. Дружина слаженная, новых бойцов не взял.

Ну что же, худо-бедно, главы трёх районных администраций у меня есть, Сарта и Фарех, надеюсь, вытянут, Агас пока под вопросом. Отправила всех по домам.

Теперь последний, я даже имя его не спросила. Набрала, ответил почти сразу, голос напряжённый. Боится?

– Это Мария, – постаралась повежливее – ты можешь сейчас прибыть ко мне?

– Это как? Куда?

– В Белую Башню.

– Как в Белую Башню? Нет, конечно.

– А когда сможешь?

– Э.. никогда – он что, издевается?

– А что так?

– Так все знают, она человека в пар превращает. Лучше так убейте.

– Я наверно, неудачно выразилась. Ты сейчас свободен, чтобы я пригласила тебя на разговор?

– Я теперь вообще свободен, вы зачем меня на воле оставили?

Как-то неправильно я разговор начала. Вздохнула и перетащила его на крышу.

– Садись – показала на кресло. Мужчина или парень осторожно присел.

– Хочу с тобой посоветоваться, кстати, не знаю твоего имени, тебя как зовут?

– Суур, Небесная Дева.

– Лучше зови меня Марией, – машинально поправила собеседника – дело в том, что я задумала три враждующих посёлка объединить в город и создать в нём общие службы, например, пожарную и целительскую, может быть рынок, дом для сирот, если их окажется много. Даже для нищих бездомных хотелось бы сделать ночлежку, может быть, ещё что-то нужно, не знаю пока.

Суур даже рот приоткрыл от удивления.

– Дороги ещё нужны, – вспомнила я – но это уже другая история.

– Нет-нет, не другая, – оживился собеседник – в первую очередь дороги и рынок, на остальное можно заработать, рынок обустроить ничего не стоит, а вот дороги… в сторону столицы нужно мост построить, лучше два, в степь даже три, но небольшие.

– Дороги-то, допустим, я построю, но где остановятся купцы, если приедут? Я не видела ни постоялых дворов, ни гостиниц, попавшиеся на глаза трактиры для выпивох, не для деловых людей. Так что меня в первую очередь городское хозяйство занимает.

– Тогда дом для главы, казарма для стражи, постоялый двор, лавки и трактир рядом с рынком.

– Скажи, а как здесь обходятся с мусором и нечистотами, где воду для питья берут?

– С водой напряжённо, кто из реки возит, у кого колодцы, а что делать?

– Например, воду из реки можно по трубам подавать, не в дома, конечно, а на улицах колонки поставить.

– А как воду течь туда заставить?

– Ну, маг я или нет?

– Простите, Небесная Дева! Забылся!

– Понимаешь, жизнь в городе имеет и хорошие и плохие стороны, хотелось бы уменьшить действие плохих и усилить хороших. Ты можешь приготовить мне предложения? Что и когда строить, чтобы денег хватило? – ну как ему объяснить про бизнес-план!

– Так вы меня не казнить позвали?

– Нет, конечно, мне местный помощник нужен.

– Так я с радостью! Осмелюсь спросить, а что с нашими ребятами?

– Кого-то отпустила, с кем-то договор заключила на пять лет. А с некоторыми не подписала. Если у тебя всё, тогда ступай, Суур. Вызову на следующей неделе, если ничего не случится.

Отправила обратно. В мэры-бургомистры не годится, конечно, но, может, подрастёт?