Ковчег 5.0 Новые земли [4]

Глава 1

-- А по-другому и быть не могло. – Резюмировал Тонни, глядя в океанскую даль. Пнув песок, он глубоко вздохнул, и ловко увернувшись от брошенного в него Одри гаечного ключа, продолжил. – Потому что, что? Правильно! Мы – самые везучие, самые красивые, и вообще -- Судьба любит нас часто, качественно и необычно! Не отвлекаясь ни на кого другого… Ай! И ты, Сеструт?!

От прицельно запущенных снарядов Одри наш голубоглазый блондин уворачивался без особого труда. Во-первых, Заноза кидала их ориентируясь исключительно по звуку. А во-вторых — Одри, в отличии от Карины, была на палубе «Надежды». Так что увернуться от пинка тихонько подошедшей Рыжей Бестии Тонни никак не мог, и теперь скакал на одной ноге причитая, что мир не справедлив, он – мученик, и что если девушка решила причинить парню боль, то никакое ограничение Всевышней Системы ей в этом не помешает.

-- Убью гаденыша! – Беззлобно тихо проворчала Одри и требовательно протянула ко мне руку. – Ключ подай! Слева от тебя, на девятнадцать.

-- Последний. – Пригубив виски, я протянул Искорке инструмент. –Так что рекомендую не бросать его в нашего балабола.

-- Разбер-русь! Оп-па, пошла, родимая! – На палубу упала заржавевшая гайка, а следом и болт. – А если и брошу, то кое-кто пойдет и принесет его мне. Потому что, что? Угадаешь?

-- Потому, что любит тебя?

-- Нет. Потому, что без чертового ключа я точно ничего здесь не починю и наше «Немного застрянем на этом богом забытом острове» затянется на гораздо дольше! – Пропыхтела Одри, а затем вылезла из-под приборной панели и юркнула ко мне, чмокнула в щеку, а затем залпом осушила остатки благородного напитка, плескавшегося в моем бокале, и вернулась к ремонту, не забыв вернуть мне пустую посуду. – Хотя твой вариант мне нравится больше. Правильный он, вот!

-- И так всегда. – Буркнул я себе под нос, рассматривая на солнце блики пустого бокала. Затем вздохнул, подошел к столику, где стояла почти пустая бутылка восемнадцатилетнего виски и вылил себе остатки благородного напитка.

-- Я не поняла. – Из-под приборной панели показалась голова Занозы. – Ты чем-то не доволен?!

-- Э-э-э… -- протянул я, судорожно подбирая правильный ответ, но не пришлось. Одри прыснула от смеха и залезла обратно под панель, бормоча что-то про глупых мужчин и то, как легко их сбить с толка. Я же шумно выдохнул и пошел к сброшенной с борта веревочной лестнице, по которой только что поднялся Курт. – Говори.

К довольно большой песчаной косе, которую лично я бы назвал маленьким островом, если бы не клятвенные заверения Тонни в обратном, нас прибило этой ночью. Почему? А фиг его знает… Судьба, наверное. Потому что иначе трактовать эту досадную случайность я не могу.

Да, да — именно случайность. Не винить же стоявшего у штурвала Флава? Вышколенный боец ни за что бы не отвлекся от созерцания водной глади и тем более не направил бы судно на мель специально. Так что если он говорит, что косы видно не было — значит так оно и было. Да и как назло этой ночью палубы «Надежды» пустовали. Не было праздно шатающихся ребят, любующихся звездным небом, или влюбленных парочек, ютящихся в укромных уголка корабля с пледом и напитками, предающихся самим себе. Не было никого, кто мог бы вовремя заметить стремительно приближающуюся сушу и поднять тревогу. Как итог — корабль со всего маху врезался в песчаный остров и почти полностью вышел на берег, обеспечив нам незабываемый подъем.

От мощного удара попадало все, что не было прикручено или закреплено. Груз, личные вещи, люди… Да меня и самого так швырнуло в стену, что думал не соберусь. Долго я еще щупал голову на предмет вмятин и шишек, под ворчания Одри, которые быстро сменил мат —что к чему она поняла быстрее меня и умчала в моторный отсек, оставив меня любоваться летающими перед глазами звездочками и значкамидебафов, появившихся в углу обзора. А вообще -- чудо, что никто серьезно не пострадал. Если не считать за таковое моральный вред от безвозвратной потери имущества и условно ушибленных тел.

Еще одним чудом является то, что корпус корабля остался цел и невредим. Ни одной пробоины! Так, пара-тройка разноразмерных вмятин и только. Одри с Рамиресом каждый сантиметр днища проверили —и ничего! Словно не в песок с камнями врезались, а в вату. Так и начнешь верить в чудеса.

Хотя, с учетом масштаба предстоящей проблемы, может это и никакое и не чудо? А особо изощренный вид настигшей нас кармы? Дело ли, вернуть на воду такую махину?! Это и с набором необходимых ресурсов проблема, а в нашем случае — настоящий подвиг.

-- Остров пуст, -- начал свой отчет вольфар, -- людей нет. Следов их пребывания — тоже нет. Кроме небольшой рощи в центре, -- когтистая лапа указала на виднеющийся в полукилометре от нас зеленый пятачок растительности — ничего интересного нет. На каждой стороне суши поставил пост дозорных — на всякий случай.

Я одобрительно хмыкнул.

Ну да, учитывая наш опыт — дозор не повредит даже в тысячу раз проверенном и перепроверенном месте. А уж на незнакомом острове…

Монстры, аномалии, люди… Ковчег любит удивлять и мастерски подкидывает сюрпризы. Зазеваешься — и все, считай пропал. Ну, или наткнулся на редкий артефакт, тут как повезет.

Хотя, за время нашего путешествия по бескрайней водной глади я убедился только в опасности Мира, а не в его щедрости. Чего только стоит живой остров, в чью пасть мы чудом не попали при прошлой нашей высадке. Вернее попали, но обедом так и не стали.

Небольшой, метров сто в диаметре, густо покрытый зеленью скалистый островок правильной формы, словно мираж среди пустыни, встретился нам на пути несколько недель назад. Мы высадились на него малой группой для разведки и, чего греха таить, для отдыха. Потому что после многих дней плаванья ногам хотелось хоть немного пройти по твердой земле, а не ловить бесконечный ритм качки.

Шагая по каменистому острову мы не переставали удивляться чудесам Ковчега, не забывая смотреть по сторонам. Растущие прямо из камней деревья, кусты и трава впечатляли своей волей к жизни. «Совсем как мы!» -- пошутил тогда Тонни и первым сорвал кроваво-красную ягодку с куста, закинул в рот и моментально переменился в лице.

Уже после он расскажет нам о насыщенном мясном вкусе ягоды. А тогда его окрик «Валим!» мы не услышали, а, скорее, прочитали по губам. Потому что звуки наших голосов растворились в оглушительном треске, с которым по периметру «острова»сталивырастали каменные зубья, а сам «остров» начал складываться пополам, наподобие венериной мухоловки. Тогда нас спасла парочка жутко дефицитных ракет из ручных гранатометов, вовремя выпущенных дежурившем на мостике Риком, и удачно посланный в принявшийся заполнять «остров» сонм тонких розовых жгутиков разряд Одри. Взрывы разворотили несколько зубов, что позволило нам быстро и почти без преград улизнуть с каменной твари и перебраться на лодку, а разряд здорово затормозил жгутики, которые нас чуть не схватили. А уж что бы они с нами сделали — просто затормозили или утянули в открывшийся по центру провал нам узнавать не хотелось.

Уже после, когда все мы поднялись на «Надежду», немного отплыли и убедились, что странный «остров» даже не думает нас преследовать, а принял свой прежний вид и ни на метр не сдвинулся с места, Моряк вызвался узнать что это вообще такое. Да, это было глупо и опасно, но когда мы вообще обращали внимание на подобные мелочи? К тому же, благодаря постоянным тренировкам Дмитрий мог оставаться невидимым почти час, чего для такой операции должно было хватить с запасом.

Так и оказалось. Моряк уложился в двадцать минут. Нырнул на несколько сотен метров где во всей красе рассмотрел встретившуюся нам громадину — огромную медузу с каменным капюшоном, который мы и приняли за каменистую сушу. Как позже сказал нам амфут, жгутики этого чуда уходили так глубоко в воду, что даже он со своим зрением не смог рассмотреть их концы. Воистину, удивительная тварь! Вопрос только для кого или чего она была создана? Не для того же, чтобы лакомиться случайными моряками, вроде нас? Нет. Живой остров точно таит в себе нечто большее. Что? Хороший вопрос, ответ на который, в то время, узнавать не хотелось. А вот в будущем… Время покажет. Тем более, что его координаты мы отметили.

Да, кстати о навигации. С ней пришлось повозиться, потому как предыдущий капитан судна был кто угодно, но не дурак. Как оказалось, во время устроенного Мирдалом бунта, Вирг успел уничтожить ряд компьютеров, антенн и прочего оборудования, отвечающего за прокладку курса, хранении маршрутов и расчета местоположения корабля. Антенны Одри и Рамирес, с горем пополам, восстановили. А вот на всем остальном пришлось поставить жирный крест и прокладывать маршрут, а вместе с ним и писать карту, по старинке — ориентируясь по звездам. Благо Курт в этом немного разбирался — в курс молодого бойца и разведчика, который он проходил сидя в своем кресле менеджера, было и такое. Вообще, мне очень интересно было бы и самому просмотреть все то, что читал и впитывал в себя этот талантливейший кадр. Потому как у молчаливого и деловитого янки есть ответ почти на любой вопрос. Ну, или понимание того, где этот ответ искать.

--Что по народу?

-- А что с ними? — В зубастой пасти скрылась еще одна полоска вяленого мяса. — Занимаются своими делами. Катастрофа — катастрофой, а работа по расписанию.

-- Обед. Обед по расписанию. —Поправил я вольфара.

-- Работа. — Упрямо повторил Курт и махнул полоской мяса в сторону стоящей внизу Карины, которая за что-то отчитывала поникших ребят Холлифаера. И судя по спокойному и даже одобряющему лицу мага, что наблюдал за всем этим из под импровизированного навеса, получали ребята за дело. — Обед только для тех, кто заслужил. Не мои слова -- ее.

Ну да, с этим не поспоришь. Кара — добрая душа. Накормит, напоит, обогреет и окунет в заботу любого, независимо от его на то желания. В общем — чудо, а не девушка. Но это только до тех пор, пока кто-то не попытается сесть на шею. Тогда — все, за шкурку этого глупца я не дам и копейки. Потому как в таких случаях Кара моментально превращается из заботливой девушки в настоящую фурию, и горе тому, кто был этому причиной.

Да чего стоит только одно небольшое восстание примкнувшей к нам молодежи, когда после недели плавания они вдруг заявили, что каждодневные наряды на уборку корабля — излишняя трата их драгоценных сил, и что лучше убирать пореже, а отдыхать почаще. Например, раз в неделю. Не утонет же корабль в грязи за это время? А там, может, и дождь пойдет и оно само все как-то помоется, отчистится, и все в таком духе.

Как Кара смогла дослушать требования ребят до конца и не прибить на месте — для меня до сих пор остается загадкой. Может тому виной было внезапное просветление нашей рыжеволосой красавицы, или удачное расположение звезд, или же с этим связана пропажа пары бутылок вина с секретного склада — кто знает. Факт в том, что ребята тогда остались живы и относительно здоровы, а все на борту получили жесткий и наглядный урок тому, что лень здесь не только не любят, но и не терпят.

Когда Рыжая обвела взглядом толпу юных бунтовщиков и спокойно ответила: «Я вас не слышу», а затем ушла — никто не придал этому особого значения. Удивились немного и все. И зря. Потому как никто больше не слышал бунтовщиков. Вообще.Первые дни ребята ходили высоко подняв носы. Юношеский максимализм, бравада, продолжение забастовки и отстаивание своей позиции. «Подумаешь, голос отобрали… Мы и без него обойдемся! Да и не может же она вечно держать нас в молчанке?!» -- думали они и… И ошиблись. Потому что голос к ним не вернулся не через день, ни через три, ни через десять. Никто не знает как Кара это делала, но за все время их наказания, а это, на минуточку, почти месяц, никто из ребят не проронил и слова. И это при том, что она сама избегала ребят как могла, напрочь игнорируя все их попытки заговорить.

Так продолжалось до тех пор, пока провинившиеся головы не перестали злиться и преследовать Рыжую Бестию с просьбами и уговорами, а иногда и с угрозами, а начали думать. Как только они взялись за работу, и не любую, а непременно самую грязную и тяжелую, с тех пор Кара и начала оттаивать.

Так что тут вольфар абсолютно прав — по расписанию у нас может быть только работа, и никак не отдых.

-- Убедил, -- согласился я с Куртом, -- но я о другом.

-- Настроение?

Я кивнул.

-- Думаешь, что небольшая катастрофа обрушила их ментальное состояние? — Вольфар фыркнул и подбросил полоску мяса, ловко словив ее пастью. — Выдохни, босс. После того, что все пережили на архипелаге — это сущий пустяк. А то, что придется ненадолго застрять на песчаном острове большинство воспринимает как отдых. Ды ты и сам посмотри. — Когтистая лапа указала вниз и в сторону, где Хаммер, Небула, Юля и еще пяток ребят возились у только что разведенного костра. Нанизывали на тонкие палочки свежепойманных крабов и весело смеялись, отгоняя от огня нашего шебутного блондина. — Ни грамма волнения!

-- В отличии от меня.

-- От нас. -- Поправил меня Курт. -- Нам по статусу оно положено. В пределах разумного, конечно.

-- Но об этом мы никому не скажем.

Я усмехнулся. Ну да, кто же захочет видеть своим командиром взволнованного человека? Никто. Потому и приходится скрывать волнение за семью печатями, изображая железобетонную уверенность во всем, что делаешь. Хотя, нет-нет, да и пробиваются эмоции наружу. Не роботы мы, все же.

-- Вы тут долго еще бубнеть будете?! — Из моих рук пропал бокал с остатками виски. — Пока вы языками чесали, одна очаровательная в своей гениальности особа починила манипулятор. А что полезного сделали вы?

-- Осмотр местности, анализ потенциальных угроз, распределение дежурств… -- начал чеканить Курт, но был прерван взмахами женских ручек.

-- Не ты! К тебе вопросов нет — ты у нас умничка и образец трудолюбия. —Захвалила вольфара Одри и почесала его за ушком, от чего тот забавно зафыркал и даже дернул лапой. — Я вот к этому бездельнику обращаюсь. Что с командой?! Что с лодками?! Наш кораблик сам себя на воду не спустит!

Я тяжело вздохнул и перевел взгляд на Курта. Этим вопросом тоже занимался он. Еще ночью, после того как первые авральные работы были выполнены и появилось время выдохнуть, мы организовали небольшое собрание на тему: «Что делать дальше?». На нем и было решено организовать вылазку на большую землю с целью разведки и, по возможности, пополнении припасов — рыбные завтраки всех уже порядком достали, а консервы… легче убедить Скруджа Макдака пожертвовать свои миллиарды на благотворительность, чем получить что-то из дефицитных продуктов со склада Карины.

-- Орки заканчивают подготовку. Через час можно грузить необходимое и отправляться. -- Медленно ответил вольфар, задумчиво глядя куда-то вдаль. Я посмотрел в ту сторону, но ничего не увидел, кроме легких перистых облачков. — Но лучше выйти чуть позже. Вот, тебе стоит на это взглянуть.

С этими словами Курт снял с себя компактный бинокль, мельком глянул в него сам, и передал мне.

-- Твою м-мать! — Только и смог выдавить из себя я, еле-еле рассмотрев то, что увидел наш глазастый разведчик.

-- А ну-ка, дай и я посмотрю, чью ты там мать имеешь ввиду! Ого! Я теперь тоже с вами хочу! — Присвистнула Одри, забрав у меня бинокль. — Только чур Неби скажем, когда вернемся — я первая хочу такую головешку в своей каюте повесить!

-- В нашей каюте, -- проворчал я, а затем махнул рукой. Одри уже встала в стойку и ничего не слышала. — И кто тебе сказал, что мы вообще будем охотится на дракона?! Легкая разведка и пополнение припасов — вот наша цель на сегодня!

-- Их цель, сестра! — Снизу раздался звонкий лай, от которого нас с Куртом передернуло. -- Пусть мужчины занимаются всякой нудятиной, пока мы будем брать этот остров раком! О-о-о! Как же я соскучилась по хорошей заварушке! Юх-ху!

-- А ведь все так хорошо начиналось… -- пробормотал я, наблюдая за беснующейся на песке вольфаркой, после чего отобрал у Занозы бинокль и вернул Курту. — Ну что, пересмотрим наши планы?

Глава 2

-- Нет, мы не пойдем к тем сопкам. — Уставши ответил вольфар Небуле.

-- Но…

-- И она туда не пойдет.

-- Э-э-?!

-- Да никто туда не пойдет! — Повысил голос Курт на Одри с Небулой, от чего те мигом присмирели, Как мне кажется, больше от удивления, потому что я и сам не помню, чтобы этот вечно спокойный вольфар повышал голос. — У нас есть задачи — их нужно выполнять. А ваша охота подождет.

-- Не подождет, -- тихо буркнула Неби и посмотрела в сторону далеких холмов, за которыми скрывался объект их спора. — Вдруг, они улетят?

-- Ну улетят и улетят, -- вмешался я, -- других ящериц найдете. Тем более, что вы сами сказали, что на драконов они не похожи — мелковаты. Да еще и летают стаей. Где ты видела, чтобы драконы собирались в стаи?

-- А где ты вообще дракона видел?! — Тут же парировала Одри, на что я пожал плечами. — Ладно… дело так дело. Пойдем.

На большую землю мы отправились малой группой опытных бойцов. Я, Курт, Рик с Флавом со своими монстроузными щитами, без которых они теперь никуда не выходили, и две бестии — Одри с Небулой, которые после новости о драконе ни в какую не захотели оставаться на островке и языки сточили споря, кому достанется первая драконья голова, а кому жопа. А зря… я бы остался. И не просто, а с удовольствием.

Дело в том, что после всех обязательных дел Хаммер принялся обустраивать самое важное место любого нашего лагеря — бар. И не просто бар, а тропический бар в стиле популярных пляжных курортов прошлого века, с деревянными стойками, навесом из прутьев и листьев и диковинных бокалов из всего, что пошлет море — от ракушек, до диковинных панцирей ракообразных или кусочков монстров. К последним у нашего гнома особая любовь. Любит он что-то эдакое вырезать из кости и оставить как сувенир. Так что по возвращению из вылазки я планирую опрокинуть стаканчик в новом баре Хамма, любуясь закатным солнцем. Романтика-с!

Да и слушать доклады оставленных на хозяйстве Кары с Хтором приятней будет таки на мягком песочке с отличным видом на водную гладь, а не на опостылевшем уже капитанском мостике.

Что самое интересное, в воде мы не обнаружили монстров. Больших. Мелкие твари и просто крупные хищные рыбы были, а вот чего-то по-настоящему опасного — нет. Так, не крупнее акулы. С нашими навыками и новыми возможностями прокачанных тел, можно даже рискнуть добраться вплавь.

-- Все, закончили спор? Руки в ноги и топаем, время поджимает.

-- Да, сер! — скривилась Неби и шутливо отдав честь, закинула на спину рюкзак с боезапасом. — Следую за вами, сер!

-- Детский сад, ей богу! — Вздохнул я и зашагал в сторону виднеющихся вдали деревьев,

С местом для высадки нам повезло. Мы нашли небольшую бухточку с песчаным пляжем и пологим подъемом к основной высоте. Причем, что самое интересное, по бокам бухту окружали скальные уступы, словно кто-то наспех воткнул несколько больших камней и прибросал их землей и песком, скрывая место от чужих глаз.

Поднявшись на плато нам открылся красивый вид на местную природу. Справа от нас, в паре километров, виднелась длинная полоса леса, слева — зеленое, усеянное холмами плато, за которыми виднелась горная гряда. Именно за теми холмами и скрылась стая крылатых ящериц, которых мы издали приняли за драконов. Хотя, не удивлюсь, если на поверку они ими и окажутся. Миниатюрными дракошками или, что хуже, детенышами. Ведь тогда где-то поблизости могут быть их родители, и вряд ли им придется по душе наша охота.

-- Как думаешь, что мы нашли -- материк или большой остров? — Поравнялась со мной Одри.

-- Не знаю. Но если это остров, то размерами не меньше Кипра. Береговая линия в горизонт уходит, даже вольфары в оптику конца-края не увидели. Так что из маленьких земель мы точно вырвались. А вот в какие, немного большие или огромные — вопрос. А ты это к чему спросила?

-- Просто интересно, сколько мы людей встретим. И как часто. На островах мы постоянно на кого-то натыкались, даже в море одну красавицу выловили. А что будет здесь?

-- Да тоже самое и будет, -- я мазнул взглядом по полосе виднеющегося вдали леса, а затем повернулся в сторону холмов, что теперь были позади нас. — Кого-то встретим, кого-то нет. Прошло много времени и, думаю, все кто мог уже сбились в группы.

-- Как мы?

-- Надеюсь. Хотя по закону подлости стоит ждать и группы, вроде наших солнцеликих братьев или лютовцев. А может еще чего по-хуже.

-- Хуже?! — Удивилась Одри. — Да куда уж хуже?! Что может быть хуже того, что они творят?

-- Не знаю. — Немного резко ответил я и шумно выдохнул. Впереди нас шел Курт с Риком. Вольфар то и дело крутил мордой из стороны в сторону мониторя местность на наличие потенциальных опасностей, попутно забрасывая в пасть полоски сушенного мяса. Судя по цвету, в этот раз был краб. Привычка нашего пушистого друга есть находу до сих пор является темой для вечных шуток. Правда, он, в отличие от вечно прячущейся Небулы, на это не обращает внимания, а просто восполняет потери энергии и потребности организма с укоренным метаболизмом.

-- Вот же ж… падла яркокрылая! — Выругалася Небула, не сумев поймать красивую бабочку. Ловкое насекомое проскользнуло между когтей вольфарки и заложив пируэт, словно дразнясь, взмыла в небо.

-- Не знаю… -- тихо повторил я, -- знаю, что не только у человеческой глупости нет границ, а у и человеческой жестокости. А когда они еще и соединяются вместе… происходят поистине ужасные вещи. Но это все лирика, Искорка, не думай об этом. Уверен, что кто бы здесь не жил, уже давно вывел со своей земли подобную погань. Потому что ни один разумный человек не станет держать рядом с собой неуправляемых жестоких животных.

-- В старину таких использовали для охраны, -- негромко проговорила Одри и замолчала.

Я вздохнул и выудил из кармана патрон. Привычка вертеть в руке холодный цилиндрик металла появилась давно, еще на наших островах. Это простое и монотонное действие успокаивало нервы и приводило мысли в порядок. Как, например, сейчас, когда простой и невинный на первый взгляд разговор вновь заставил меня задуматься о важном — о безопасности отряда и доверившихся мне людей.

Внутри проснулась паранойя, которую я тут же придушил. Такие состояния нельзя допускать. В сравнении с здравой осторожностью, паранойя толкает на безрассудные и опасные поступки, которые никогда не доводят до добра. Когда ты в каждом шорохе видишь угрозу, рано или поздно начнешь стрелять на звук, раня тех, кто рядом. А вот еще раз подумать о том что и как делать — стоит. Например, где разбить временный лагерь, как организовать его быт и работы, логистику материалов и припасов к «Надежде» и, что главное, куда мы отправимся после ее освобождения? А может плюнем на все и останемся в этом живописном месте? Может быть…

Может быть так поступят другие — Холлифаер и его люди, другие члены моей группы или даже те, кого я по праву называю своими друзьями. Они могут захотеть остаться и остаться, но не я. У меня есть Цель, которая не дала мне опустить руки на острове, которая помогла стать сильным, собрала рядом со мной удивительных людей и привела сюда. И заведет еще дальше. Потому, как я не успокоюсь, пока не отыщу свою сестру — самого дорогого и родного человека на этом, том, и вообще любом свете.

В груди кольнуло. Так всегда бывает, когда думаю о Насте. Воображение рисует страшные картины, где она один на один с этим жестоким миром. Отбивается от монстров, продирается по лесу или горам в поисках еды, или дает отпор самым ужасным созданиям обоих миров — людям. Но потом я выдыхаю и вспоминаю, что она у меня взрослая и самостоятельная девочка и не даст себя в обиду. Уверен, она точно так же как я сейчас прочесывает Ковчег в поисках меня. Так что все, что мне остается сейчас — верить. Просто верить в то, что она со всем справится и что до тех пор, пока я ее не найду, у ее ангела еще останутся крылья.

-- Вот эти нам подойдут! — Уверенно хлопнула Одри по стволу хвойного дерева, чем вывела меня из задумчивости. — Бревен тридцать, для начала, мне хватит. Давайте, мальчики, за работу!

Мы остановились почти у кромки леса, лишь немного зайдя в глубь, чтобы не быть на виду. Вокруг, вроде бы, тихо, но береженного Бог бережет. К тому же, неподалеку виднелись кусты малины, которые я ни с чем не спутаю.

Одним из немногих развлечений в приюте были осторожные ночные вылазки на соседние дачи. Настоящие авантюры для малолетних сорванцов, которыми мы тогда были. Сперва нужно было незаметно выбраться из приюта, пройдя двух нянечек, которые, обычно, коротали ночи за кроссвордами и обсуждениями своих новых хахалей, и вечно спящего на посту сторожа дядю Мишу. После, пробраться в чей-то сад, наесться до отвала свежей вкуснятины и, набрав с собой побольше запасов — не поймут же — так же незаметно вернуться обратно. Эх…

-- Как командовать — так девочки, а как работать — так мальчики… -- Проворчал я про себя и окрикнул вольфара, -- Курт!

Вольфар коротко кивнул, свистнул Небуле, которая моментально прекратила страдать важнейшей в мире ерундой, вроде ловли бабочки, и сбросив с себя рюкзак, принялся рассовывать по карманам запасные обоймы, не забыв парочку перекинуть шерстистой напарнице. После чего, попрыгав на месте и обменявшись парочкой фраз, вольфары разбежались в разные стороны. Сейчас они навернут вокруг нас несколько кругов, постепенно удаляясь, и прочешут все вокруг на предмет скрытой опасности, полезных ресурсов и просто чего интересного.

В это время орки воткнули в землю щиты и принялись деловито расчехлять инструменты — топоры, пилы, тесаки для мелких веток и мотки веревок, чтобы стянуть бревна.

Приятно было наблюдать за слаженной работой ребят. Видеть, как они понимают друг друга с полуслова и не сговариваясь дополняют действия друг друга. Как за пару слов Курт с Неби обрисовали предполагаемые маршруты, как раскладывая рядом с инструментом оружие Рик не глядя бросил в сторону Флава пулеметные сошки, а тот, так же не глядя, их поймал. Все работали как часы.

Хотя, чему я удивляюсь? С учетом того, через что мы все прошли, это — сущие мелочи. Достаточно вспомнить любой бой и понять, что все мы давным давно научились быть одним единым организмом.

-- Не филонь! — Маленькая искорка прилетела мне в шею, разом отняв процентов пять бара здоровья. — Покажи пример трудолюбия.

-- И за что я тебя только люблю…

-- Тебе сказать или показать? — Тут же отозвалась Одри, вызвав дружный смешок орков. — Ты смотри, я могу! А то вдруг ты забыл.

-- Придушу. Однажды… -- буркнул я и взяв плетенную сумку, зашагал к малиннику.

-- Очень этого жду! — Промурлыкала Зараза и запустила несколько искорок в деревья, помечая самые подходящие.

Косматая парочка обернулась минут за сорок, когда я уже начинал волноваться и раздумывал не начать ли нам собираться и идти их искать, и приволокла с собой самую настоящую козу и велосипедную камеру. Последняя почти сразу исчезла в сумке Одри, а первую привязали к деревцу, выбрав место с густой травой.

-- Я даже спрашивать не буду, где вы ее нашли. — Удивленно и с одобрением проговорил я, гладя парнокопытное по голове, которой это, судя по всему, не очень нравилось.

-- Не мы, а я! — Гордо заявила Небула, запрыгнув на груду условно мягких срубленных веток, вытянулась и заурчала. За время отсутствия разведчиков, наша пара зеленых харвестеров срубила необходимые три десятка сосен, даже не вспотев, и сейчас занималась очисткой стволов от веток. Все же, Ковчег — не реальность, и прокачанный человек или, как в нашем случае, орк, с легкостью заменяет собой профессиональную машину для валки деревьев. А если кто сомневается, то ему будет достаточно раз увидеть, как за пару взмахов остро наточенного топора падает ствол в полтора обхвата, чтобы убедиться в обратном. — И где нашла — там больше нету, я проверяла.

-- Значит завтра проверишь там, где не проверяла. — Я бросил в вольфарку моток веревки, который она сперва поймала, а затем отбросила и издала протяжный стон обреченной на муки волчицы. — Да, да — ты все правильно поняла, тренировки никто не отменял. Но ты молодец — настоящая добытчица! Курт?

-- Лес как лес, -- начал доклад вольфар, -- В основном, хвойный, но встречаются и лиственные островки. Видел несколько фруктовых деревьев, -- ко мне полетело яблоко, которое тут же было перехвачено неизвестно откуда появившейся Одри, -- монстров нет. Крупных животных, кроме козы, не заметил, хотя хищники точно есть — видел несколько деревьев, об которые кто-то точил когти. Давно, потому что кора успела затянуться, но борозды крупные и глубокие.

-- Люди?

-- Не видели. Все выглядит относительно безопасным. Так что на обратном пути можно немного поразмяться:, а я присмотрю.

С каждым новым уровнем, с каждым новым плюсиком к характеристикам, прокачка замедлялась. Заветные сообщения «Ваша выносливость повысилась на единицу!» практически перестали радовать глаз, что меня категорически не устраивало. В Ковчеге личная сила крайне важна. Намного важнее, чем в прошлом мире. Потому что ситуации, где она потребуется здесь и сейчас от тебя, а не потом от десятка людей, подворачиваются крайне часто. Мир Ковчега, по своей сути, первобытен. Без правил, власти и хоть каких либо органов регулирования люди в нем предоставлены сами себе. Вынуждены сами заботится о своей безопастности и сами решать проблемы внутри коллектива или с другими коллективами. А они, с учетом все той же безнаказанности, почти никогда не решаются одними только словами. Вот и выходит, что старая как мир поговорка, что доброе слово кольт лучше, чем просто доброе слово, актуальна как никогда.

Нет, конечно, я верю, что однажды мир Ковчега стабилизируется. В него придет закон и контроль, но… но вот когда это будет? И будет ли это достигнуто самими людьми, запертыми в сломанной вселенной. Или же скрытые ото всех админы, программисты, инженеры и бог весть кто еще все починят и вожмут заветную кнопку отладки. И все заработает как должно. Загадочное «Слияние 0.6.6.6.» распадется на обещанные нам «Нормалити», «Меджик-Дрим» и «Фьючер» и все заживут счастливо и беззаботно, так как нам и было обещано.

Я поморщился от этой мысли.

Даже если техники Ковчега и отладят Систему, смогут разделить миры и рассовать нас по ним, то сделать счастливыми и беззаботными смогут лишь отняв у нас память. Потому что я плохо представляю себе себя счастливого и беззаботного в новом «Мэджик-Дриме» помня все, что было До. Помня тех, с кем прошел тот долгий и тернистый путь и не имея возможности вновь с ними встретиться. Одри, Тонни, Костик… и еще десятки имен тех, кто окажется в «Нормалити» или «Фьючер». Сказать по правде, предложи мне кто сейчас выбор — перейти одному в отлаженный «Меджик-Дрим» или остаться здесь, в сломанном «Слиянии 0.6.6.6.», но с друзьями, и ответ был бы очевиден. Изменить его может только сестра, но я уверен, что она тоже предпочла бы этот мир сказке. Потому что счастье не в месте, счастье в тех, кто тебя окружает. И мы с ней это знаем наверняка.

-- А почему плешивый комок блох на легке?! — Возмущенно бросила Небула, накидывая петли на свою пару бревен и тщательно их затянула, соединяя вместе. — Или ему не нужно быть сильным?!

-- Милая моя, -- опередила меня Одри, чем не мало удивила. Обычно, она влезала в такие споры на совсем другой стороне. -- ты бы лучше не огрызалась, а молча взяла еще одно бревнышко. А лучше два. Потому что ты не хуже нас всех знаешь, как и сколько тренируется наш пушистый друг. А если есть желание не просто поворчать, а проверить на деле — так давай! Устроим вам состязание, а там и посмотрим — кому нужно, а кому не нужно быть сильным и независимым.

-- Ой, да ну вас! — Рыкнула Небула и с силой затянула узел, делая вид, что не замечает смешков орков. После чего забросила канат на плечи и произнесла. — Догоняйте!

Потом и кровью! Цифровой, конечно. Так можно описать наши тренировки последних дней. Перестав получать повышение характеристик за обычные нагрузки, мы сделали их не обычными. Как говорится: «Хочешь большего — делай невозможное». Мозг твердил нам, что мы спятили в то время, как тело делало. Да и как назвать нас нормальными, когда мы бегали взад-вперед по палубе с шлюпками на плечах? Или толпой перетаскивали запасной якорь. Или когда натянули трос над грузовым отсеком и ходили по нему, держа на руках что-то дико тяжелое и негабаритное. А иногда и крикливое. Потому что нашему златовласому адреналиновому наркоману было мало острых ощущений, и он схватил в охапку Рыжую, Одри и Небулу и так вбежал на трос прежде, чем те поняли что к чему. Да… как только он дошел до другой стороны и опустил девушек на палубу, ему прилетело «мама -- не горюй!». А потом еще больше, когда на вопрос «Почему мы, а не Юля?» он честно ответил: «А вдруг бы я с ней упал? Жалко...». Дурак… что с него взять? Потом два дня от них еще выхватывал. Да и мы все, потому что пока Тонни нес матерящийся клубок девушек, мы делали ставки — упадет или нет?

Тренировки стали за гранью добра и зла и это дало результат. Потому, что когда ты выкладываешься не на 90%, 100% или даже 120%, а все 300% -- ты приучаешь себя к невозможному. Мы постоянно падали без сил. Истощали свой организм до красной пелены и даже больше и, скрепя зубами, ползли дальше. Потому, что когда настанет критическая ситуация, мы хотим быть готовыми. Ведь в такие моменты мы не поднимаемся до уровня своих ожиданий, а падаем на уровень своих возможностей.

-- Козу не забудьте! — Крикнул я, впрягаясь в свою связку из четырех бревен и беря в руки корзину с ягодами.

-- Да, босс! — Гаркнул Флав, от чего бедное животное чуть не поседело, и подобрав одной рукой щит, второй выдернул с корнями небольшое деревцо, к которому и была привязана наша рогатая находка.

-- Кто последний — тот на веслах! — Бодро выкрикнула Одри и умчалась в сторону берега, волоча за собой шесть бревен — сегодня она решила бежать на легке. — И никакого мотора — топлива на всех не напасешься!

-- Босс… -- как бы извиняясь, пробормотал Рик и подхватив свой щит, бросился догонять Флава.

-- Ох, и черти! — Довольно буркнул я и, осмотрев округу на предмет забытых вещей, побежал за орками, которые помимо щитов и рюкзаков с инструментами и боезапасом, перли на за собой аж девять бревен каждый. Да, все бревна были четырех метров в длину и не крупнее сорока сантиметров в диаметре — крупные стволы было решено оставить здесь, но тем не менее.

На пляж мы выползли гурьбой, руками и лапами загребая песок, буквально, зубами вгрызаясь в него, чтобы как можно быстрее прикоснуться к лодке — финальному чекпоинту. И все это под беззлобные подкалывания вольфара, который по доброте душевной подхватил сброшенный Небулой рюкзак, и блеяние козы.

-- Короче, мне пофиг — сами гребите! — простонала Неби, валясь на спину после того, как черкнула когтем по борту. К ее невезению — последняя. Рядом уже лежали орки, Одри и я — любовался проплывающими надо мной облаками в кроваво-красных тонах. Система… — Или пусть блохастый гребет — у него сил много.

-- Мы весла с собой не взяли, -- шумно выдохнул я, -- так что успокойся — назад едем с ветерком. Так что пять минут отдыхаем и грузимся. Козу стреножить и на днище. Бревна… сами знаете, что с ними.

-- Да, босс! — не стройным хором откликнулись орки, а в следующую секунду вскочили как подстреленные. Как и все мы, и было почему.

-- Дяденьки, а можете не забирать Машку? Она нам очень-очень нужна!

В десятке метров от нас, на песке, стоял мальчик лет десяти, одетый в простую белую холщовую рубаху и такие же штаны. В руках он теребил длинную, местами пожеванную веревку с петлей на конце.

-- Так что там, Курт, людей нет, говоришь? — Обратился я к вольфару и с трудом встав, жестом приказал ребятам успокоится и опустить оружие и обратился к ребенку. — Ну, здравствуй, малыш. Ты откуда?

Глава 3

-- Я не ребенок! — Насупился малыш. — Я уже взрослый!

-- Конечно, взрослый! — Не стал я спорить с ребенком. — Чего это я? Кто же детям доверит такое важное дело, как присматривать за козой? Тут ответственность нужна!

-- Издеваетесь? — Как-то по-взрослому ответил мальчик и посмотрел из подлобья, что мне сразу стало стыдно. — Я же только на секундочку к малине отошел, а она р-раз — и убежала! А главное, я же ее просил — не убегать! А она опять убежала… не нравится ей на колышке быть…

-- Свободолюбивая у тебя Машка! — Я подошел к Флаву и забрал конец веревки. — И упрямая!

Ничего не понимающая коза уперлась всеми четырьмя копытами и ни в какую не хотела двигаться с места. Пришлось пойти на хитрость и достать из кармана припрятанное яблоко, которое мне втихую перебросил Курт, когда Одри не видела. Увидев угощение, животное расслабилось и заинтересовано замотало головой, после чего последовало за мной.

-- Вот, держи! — Я протянул конец веревки мальчику, который тот ту же выхватил и, для надежности, несколько раз обмотал вокруг предплечья и кисти. — Мы не знали, что она твоя.

-- Спасибо, большое!

Я скосил взгляд на свой бар выносливости. Он только-только вышел из красной зоны и потихоньку подбирался к желтой. Еще минут десять-пятнадцать и я полностью восстановлюсь, как, впрочем, и вся остальная команда.

-- Я Вакс, -- первым представился я, после чего поочередно указал на ребят, — а это мои друзья — Одри, Курт, Рик и Флав и наша пушистая подслеповатая колючка — Небула.

Вольфарка фыркнула, но промолчала. Да и что она скажет, если это полностью ее косяк. Ну и немного Курта. Потому что я сильно сомневаюсь, что он не нашел бы следов или каких-либо зацепок, которые намекали бы на не бесхозность козы, побывай он на месте находки. А так… имеем то, что имеем.

Но это все ерунда. Может следов или намеков на то, что коза домашняя, а не дикая действительно не было — бывает. Дело в другом. Парнишка смог незаметно подобраться к нам на расстоянии десяти шагов и это странно. Я вполне верю в то, что я и Одри от усталости и бьющего в ушах пульса ничего не слышали и не видели. Поверю, что всегда бдительные орки перенапряглись и им тоже заложило уши. Почему нет? Но вот в то, что его просто так проморгали наши вольфары… Уши Небулы слышат сплетни с любой точки палубы. Она вкурсе всего и вся на корабле и если бы не ее умение держать язык за зубами, то «Надежду» захлестнули такие разборки, что и не снилось. Все давно усвоили, что сказать что-то тет-а-тет, это сказать ком-то и Небуле. Но даже ее пирсингованные уши в разы уступают ушам нашего разведчика. Обученный отличать один звук от другого, Курт по малейшему шороху может распознать что, кто, где и как делает. И это не шутка. Начав развивать свои способности на островах, он продолжил делать это на корабле. И невозможность прокачивать охотничьи или боевые таланты в условиях реального боя он компенсировал наблюдением и маскировкой. Его внезапные появления давно стали фишкой, а на точное появление Курта в общих залах давно делают ставки. Потому что мало кто может это его появление увидеть.

Вот и выходит, что мальчишка или обладает навыком скрытности, или нашел баг Системы, или выращен в семье потомственных ниндзя. А самое интересное в том, что общество отпускает его одного пасти козу в дикие места, в которых могут водиться монстры. Почему? Потому что уверены, что способностей мальчика хватит чтобы выжить? Или может потому, что общество зачистило всю округу от потенциально опасных созданий и продолжает поддерживать порядок? Интересно…

-- А меня Генрих! — Представился мальчик и протянул ладошку для рукопожатия. Затем быстро отдернул, перемотал канат с козой на левую руку и повторил жест. — Спасибо за Машку, дяденьки. Меня бы ругали, если бы я ее потерял. Сильно!

-- Кто же может наругать такого хорошего мальчика?! — Включилась в разговор Одри, -- такого только хвалить нужно! Ты же такой помощник растешь! И козу пасешь, и по дому помогаешь… Помогаешь же?

-- Конечно! — Горделиво закивал головой мальчик и принялся перечислять свои обязанности, загибая пальцы. -- В доме убираю, огород поливаю, и ягоды в лесу собираю, и курочек я кормлю — сам траву им рву и кормлю. А еще… еще… -- было видно, что парень хочет сказать что-то важное, но сомневается, стоит ли это рассказывать.

Точно так же однажды мялся, а затем все таки «признался» по секрету в своих подвигах восьмилетний сын моего бывшего подопечного, когда мы заехали к нему на пару минут перед делом. Мальчишка хотел быть таким же крутым как его папа, а потому что? Правильно! Должен был доказать всем пацанам во дворе свою крутость и сделать что-то такое, чтобы ни у кого не было и сомнений, что он — самый крутой перец. Мальчик по большому секрету и с огромной гордостью рассказал, как спустился в коллектор через открытую канализацию, провел настоящую разведку, пройдя длинными коридорами, и даже сражался с крысой, которая подло на него напала в одном из отнорков. Крысу наш герой победил и даже принес кусочек хвоста товарищам, как доказательство своей крутости. Не удивительно, что после такого подвига рейтинг его крутости взлетел до небес. И совершенно понятно, почему о таком подвиге никто никому не говорил, особенно родителям — влетит же!

Я тоже тогда ничего не рассказал его отцу, но напряг местных коммунальщиков проверить и закрыть все люки на районе. Немного заплатил, немного надавил — все как всегда. Потому что по-другому у нас в стране ничего не работает.

Вот и сейчас у меня складывалось ощущение, что парнишке есть чем похвастаться, но это — великая тайна. Только для своих.

Одри это тоже считала, потому что ее лицо приняло скучающий вид.

-- И это все?! У нас маленькие дети хозяйственнее. Они у нас знаешь, как палубу корабля от чаек охраняют? У-у-у! Только перья летят! А если еще метелку возьмут, то все — на ужин у нас свежая чайка!

-- Ха, чайка?! — Мальца таки зацепило. — А я вообще, знаете что делаю? Никто такое не делает, а я могу! Я огнедыхалку включаю, вот! К ней даже наши взрослые не могут пройти, только я! Включу и р-раз — все монстры сгорают!

-- Прям сгорают? — С легким сомнением спросила Одри, бросив на меня выразительный взгляд. — И прям никто не может ее включить, а ты — можешь? Ой, как-то слабо вериться, Генри. Может ты просто хвастаешься? Выдумал все это...

-- Я не вру! — Мальчик покраснел и топнул ногой. — И я не Генри, а Генрих! И вообще, вот! Сами смотрите!

С этими словами парень подошел к козе, положил на нее руку и… исчез. Вот он был, а вот его нет. Даже следы с песка пропали, которые точно должны были быть.

-- Генрих? Ты где, Генрих? — Окликнула парня Одри, подобравшись и внимательно осматривая все вокруг. Тоже самое сделали и ребята. Не резко, нет, чтобы не спугнуть или спровоцировать парня, но немного изменили свои позиции. Там чуть повернулись, сделали один-два шага к лодке или, как бы невзначай, поправили щит. Я и сам прижал локти к корпусу, зацепил правую руку за нагрудный карман и облокотился на корму лодки, таким образом сводя к минимум открытые уязвимые места, вздумай мальчик нас атаковать. Да, остается еще голова, шея, пах. К тому же остается вероятность наличия у него оружия или смертоносной магии, которую нельзя исключать. Но даже так я и ребята на автоматизме сделали все, чтобы в случае опасности быть готовыми принять удар.

-- Я тут. — Мальчик появился так же внезапно, как и пропал, в двух шагах от Небулы и Флава и десяти шагах от того места, где стоял. — Так только я умею. Монстры меня не видят, а других — видят.

-- О-ба-лдеть! — Всплеснула руками Одри и подошла к мальчику. — Вот теперь — верю! Ты самый крутой мальчик из всех, кого я знаю! Наши тебе и в подметки не годятся! Герой!

-- И в качестве извинения за свое неверие мы бы хотели тебя провести до дома. — Сообщил я парню и сделал знак ребятам собираться.

-- Прям до дома? — Насторожился Генрих, глядя на наши резвые сборы. — А зачем?

-- Ну, во-первых, сказать твоим ро… взрослым, какой ты молодец. — Осекся на полуслове я, чуть не сказав запретное слово. Система беспощадна. Маловероятно, что мальчик и его родители очутились в одном месте. А раз так, то лучше не бередить эту рану. — А во-вторых — тебе же нужно помочь донести твой подарок?!

-- Подарок?! — Оживился малыш и завертел головой и ни найдя на берегу ничего интересного, принялся заглядывать в лодку, при этом смешно вытянув шею. — Правда? А какой?

-- Такой, о котором мечтают все мальчишки. Да, дорогая? Тот, который ты собрала с недельку назад.

-- Да, дорогой! — Сквозь зубы процедила Одри, сразу догадавшись, что я имею ввиду. Злюка… нельзя быть жадными, особенно в таком тонком деле, как налаживание потенциально выгодных социальных связей. Пусть даже и с ребенком. — Сейчас я сообщу, чтобы его упаковали и привезли.

-- И парочку подарков для героев по-старше пусть тоже положат. — Добавил я злящейся девушке. — Из тех, что не с самой дальней полки.

Фыркнув, Одри пошла в сторону лодки, где находилась рация, при этом как бы случайно окатив меня песком. Неприятно, но терпимо. Затем она набрала «Надежду» и передав просьбу, подкрепив ее парой-тройкой матерных оборотов для срочности и ясности, вернулась к нам.

Катер приплыл быстро. Не прошло и двадцати минут, как Тонни на пару с Хаммом выгрузили на берег здоровенный ящик — метра два в длину и примерно по метру в высоту и ширину, а затем пошли знакомится с Генрихом.

Все это время мы сидели на песке и болтали о всякой ерунде. Мы немного рассказали мальчику о своих приключениях, опустив многие детали и особенно имена лютовцев-пиратов. Кто знает, может они как раз из этих земель? А мальчик, в свою очередь, немного рассказал нам о своем поселении. Именно поселении, а не городе. Если верить Генриху, то его поселок расположен в часах трех быстрой ходьбы от сюда. Где-то на границе степи и леса, рядом с рекой. Живет их в Лесном Пристанище — так они назвали свое поселение — чуть больше шестидесяти людей. Это если я правильно все понял и посчитал, потому что не запутаться в сбивчивом рассказе мальчика о семьях, людях, охотниках, других детях было просто невозможно.

-- Это ваш счастливчик? — Задал риторический вопрос Тонни, указав на Генриха. — Завидую! Та-а-акую штукенцию получить… Прям завидую. Держи краба!

Мальчик робко пожал протянутую руку блондина, то и дело кидая взгляды ему за спину на таинственную коробку, которая сильно его интересовала. Конечно! Раз сами взрослые ему завидуют!

Да я и сам, чего таить, немного завидую. Мне бы в его возрасте кто такое подарил — я бы от счастья умер. Вот правда!

-- Так, отойди от парня — еще испортишь! — Беззлобно проворчал я Тонни. — А такие герои как он миру нужны. Лучше собирай вещи, вяжи бревна и при все это на остров — там есть кому ими заняться.

-- Ты слышал босса? Поднял свой гномий зад и за работу! Шнеля, шнеля! — Невозмутимо сообщил Хамму блондин, на что тот только хмыкнул и пригладил бороду, даже не думая встать с бревна. — Что?! Я вами, Вакс. Я такое не пропущу. Вон, пусть лучше…

-- Только попробуй — налысо обрею! — Рыкнула Небула, поймав взгляд Тонни.

-- Тогда… -- продолжил Тонни, перекинув травинку в другой уголок рта и повел пальцем по ребятам.

-- Ну-ну! — Усмехнулась Одри, приподняв бровь. — О-о-о-о! А на это я бы посмотрела! — Добавила она, когда палец Тонни перешел на орков. Те переглянулись, пожали плечами и засмеялись.

-- Дружище?! Вспомни, сколько раз я тебя выручал?! Чесал тебя в таких местах, куда сам ты ни разу не дотягивался! Курт?! Пушистый мой. Мы же с первого купола вместе! Придумай что-нибудь?

-- Да, Курт, придумай что-нибудь! — Засмеялась Небула и подошла к вольфару. Грациозно облокотилась на разведчика и провела лапой по своему упругому телу, задерживаясь на груди и попке. — А еще не бойся -- покажи нам где тебя трогал этот плохой мужчинка.

По берегу разлетелись сдавленные смешки.

-- Ой, да ну вас! — Бросил Тонни, чем вызвал взрыв хохота со стороны орков и Небулы. — Злые вы и пошлые! Потому что злые! За ухом я его чесал! За у-хом! И между лопаток — раскачался наш пушистик, не дотягивается.

-- Иди уже, балабол! — Беззлобно бросил Хамм, не вставая с бревнышка. — Я сам все отвезу.

-- Спасибо! Я, вот, ни разу в тебе не сомневался! Вот, ни разу! — Заплясал вокруг гнома Тонни. — С меня причитается!

-- Вот, на этом и остановимся. Дуй уже! — Отмахнулся от парня Хамм и достав из нагрудного кармана флягу, сделал пару хороших глотков.

-- Гномищ-ще! — Потряс друга за плечи блондин и вприпрыжку от переполнявших его эмоций, подскочил к ящику. — Ну что расселись?! Выдвигаемся!

Подошвы ботинок подминали под себя луговую траву, разгоняя во все стороны кузнечиков, бабочек и прочих мелких обитателей Ковчега. Мы уже минут сорок как шли вдоль леса, ведомые нашим юным проводником и его козой. Где-то впереди пропадал Курт, растворившийся в высокой траве почти сразу, как мы вошли в поле, а Неби замыкала процессию, громко при этом ворча. Можно было бы ворчать и потише, но тогда бы ее никто не услышал за причитаниями Тонни.

-- Вот почему нужно на руках переть этот ящик?! — Наверное, сотый раз спросил Блондин. — Он же даже не круглый! Извечная армейская мудрость гласит: «Квадратное — катим, а круглое — несем». И это я еще молчу о том, что его вообще можно поставить, вскрыть, и…

-- Что-то, я смотрю, у тебя энергии много — даже на разговоры хватает. — Перебил я Тонни. — Может тогда отпустишь Рика отдохнуть и сам понесешь маленький ящичек и не будешь портить нашему юному герою сюрприз?

Орк довольно хохотнул и немного приподнял ящик, чтобы сместить центр тяжести к Тонни. Блондин крякнул, но не упустил ящик.

-- Нет в тебе зерна рациональности, Вакс! Только тяга к бессмысленной жестокости и издевательствам над ближними.

-- Видели глаза, кого в командиры брали. — Отшутился я, любуясь танцем Одри.

Именно танцем, потому что я даже не знаю, как иначе назвать те плавные движения, шаги, которыми она передвигалась по лугу. Словно лебедь, она плыла рядом с нами, загадочно улыбаясь и глядя куда-то вдаль, думая о чем-то прекрасном. Ладони скользили над травинками, едва касаясь кончиков, изредка срывая стебельки и цветы, чтобы вплести в будущий венок.

Глядя на нее, на ее такое детское счастье я радовался и сам. И немного грустил, потому что мы, взрослые, забыли как это — радоваться простым мелочам. Вот таким вот, как эта прогулка по лугу, под ясным солнцем в сопровождении легких облачков. Или же заставшему врасплох летнему дождю, что за секунды вымочит тебя до нитки. Или найденной в ящичке маленькой шоколадке… Подобные вещи давно уши в разряд ничего не значащей обыденности. Ну, дождь и дождь. Что в нем такого? Помимо ощущений, эмоций и воспоминаний, за которыми будешь безуспешно гнаться когда вырастешь. А когда, в редкие моменты, ты таки сможешь их нагнать, то радость обязательно сменится приятной ностальгией. Ведь раньше таких моментов было больше.

-- Подходим. — Неслышно подошел ко мне Курт, заставив дернутся всегда бдительного Рика. Видимо, орк тоже его не заметил.

-- С чего ты взял? — Сейчас мальчик ехал на плече Флава, перебравшись туда пару минут назад, и что-то увлеченно ему рассказывал даже не замечая, как орк подхватил своей огромной лапой и козу. Ну не тянуть же ее?

-- За нами следят. — В пасть отправилась полоска мяса. — Сейчас двое — вольфар и человек. Смотрят за нами из глубины леса. Из оружия — луки, ножи и один карабин на двоих, опасности не представляют.

-- Если не владеют магией.

-- Если не владеют магией. -- Согласился Курт. — С ними был третий, тоже вольфар, но молодой. Пару минут назад убежал вперед — предупреждать о нас поселок.

-- Боятся?

-- Оп-пасаются. — Очередная полоска мяса попалась с прожилками, заставив разведчика приложить усилия, чтобы ее разжевать. — Сам поставь себя на их место, Вакс. Хорошо вооруженная незнакомая и непонятная группа идет к тебе в дом, да еще и ведет ребенка в качестве заложника. И… -- сделал жест лапой, не дав мне его перебить, -- это мы знаем, что он не заложник. А они? Мы бы тоже отыгрывали от этого варианта. Так что нужно готовится к теплой встрече.

-- На другое мы и не рассчитывали. Если однажды все пройдет легко и гладко — я буду сильно удивлен и заподозрю подвох. Ты лучше скажи, они тебя видели? Два вольфара все таки.

-- Нет конечно! — С легкой обидой в голосе ответил Курт. — Раса дала им преимущество, но не дала навык. Опыта у них нет. Шумят сильно, говорят громко. Прячутся неумело. Обыкновенный дежурный патруль, в общем.

Я кивнул и перевел взгляд на Одри. Она только что доплела венок, придирчиво его осмотрела и водрузила на голову ничего не ожидающей вольфарки. Небула фыркнула, скосила глаза вверх и фыркнул еще раз, но уже одобрительно.

-- Миленько. Но я предпочитаю композицию из ушей врагов. Левых.

-- Компенсируешь свое рванное левое ушко? Ищешь подходящую замену? Так таких вредных ни у кого больше нет! — отозвался Тонни. — Хотя… если у тебя есть сестра…

Небула зарычала, чем вызвала наши улыбки и внимание Генриха. Мальчик отвлекся от разговора с Флавом и засмеялся, прикрыв рот ладошкой, от вида нашей милой злящейся вольфарки с веночном на голове.

-- Какая она смешная! — Громко шепнул он орку, а затем снова повернулся на Неби. Взгляд мальчика скользнул с вольфарки выше и резко стал серьезным и собранным. Я толкнул в бок Курта одновременно с тем, как Генрих начал говорить. — Вам нужно в лес, срочно! Там можно спрятаться.

Детская ручка указала на далекую темную точку в небе.

-- Ты что-нибудь видишь? — Спросил я у Курта, который напряженно всматривался вдаль.

-- Мальчик прав, нам лучше уйти в лес. Это…

-- Мои гребаные трофеи! Р-р-ру-у-у-у[! — Подпрыгнула вольфарка, и изогнувшись, издала возбужденный рык, перешедший в вой. — Вот и наши драконьи головы, сестренка! Кто завалит двух — тот выиграл!

-- Да, к нам летят три ящерицы. — Флегматично ответил Курт на мой немой вопрос. — Уходим в лес?

-- Генрих! Ваши воины убивали их? Они плюются огнем или что-то в этом духе?

Видно было, что мальчик волновался. Его взгляд бегал, а руки сжимали канат. Но волнение его было не за себя, а за нас, потому что он сказал «вам нужно в лес», а не «Нам». Значит, что для него они не представляют опасности. Маскировка уровня «Бог» его спасет.

-- Постоянно! Но издалека, -- тут же ответил мальчик, -- большими стрелами или автоматами. Они очень быстрые и опасные! А еще руку могут откусить и не заметить!

-- А огонь? Огнем плюются? Или ядом? Молниями? Магией владеют?

Точки в небе начали обретать очертания. У меня было мало времени для принятия решения. С одной стороны, нежелание ввязываться в бой на открытой местности. А с другой — когда еще выпадет шанс так не навязчиво заявить о себе? Показать, что мы умелые и опасные бойцы и слаженная команда, а главное — не даем в обиду своих друзей. Генриха, например.

-- Магией? Нет, они ее не знают! — Ответил мальчик и спрыгнув с Флава, стал тянуть его в сторону леса. — Вам нужно идти! Взрослые никогда не сражаются с ними в поле — это опасно! Я не смогу вас всех спрятать! Бегите!

-- Вакс, я никуда не пойду без головы дракона! Я уже придумала, как из нее люстру сделать!

-- Беги, крошка Неби, послушай мальчика. — Елейно произнесла Одри. — Потому что проспоришь сильной Одри и целую неделю будешь…--

-- Р-рра-р! — Злобныцй рык врольфарки перебил тираду Одри.

-- Босс? — Спросил Флав, поочередно кивнув в сторону леса и на ящериц.

-- Остаемся и встречаем гостей! — Скомандовал я, приняв решение. Три быстрых, не обладающих сюрпризами монстра? То, что нужно, чтобы хорошенько размяться. И не с такими справлялись. — Рик, Флав — щиты! Вы слышали мальчика — они быстрые и резкие, как понос после школьной столовой. Тонни и я — крупный калибр. Курт — смотришь за Генрихом, дальше по обстоятельствам. — Вольфар тут же скользнул к мальчику и положил руку тому на плечо, достав шестизарядный кольт. -- Небула… не лезь на рожон. Умрешь — домой не возвращайся.

-- Р-р-ра!

-- Одри, -- я снял с пояса мачете и перекинул девушке, -- по-старинке. Будем считать, что так я тебя уравниваю с пушистой.

Одри словила мачете и кивнула. Она поняла и не будет без надобности раскрывать свои способности раньше времени, оставив их как туз в рукаве для встречающих нас жителей леса.

-- Мне не нужна поблажка! — Воздух зазвенел от взмахов пары изогнутых клинков — один из вынужденных подарков Баса нашей пушистой, который он забыл убрать с видного места. Ну или просто вид кинжалов из дамасской стали портил интерьер его кабинета. Кто знает? — Я их и р-разорву!

Ящерицы приближались. Нас разделяла пара сотня метров и я уже отчетливо видел их хищные пасти и изумрудный блеск чешуи на солнце.

-- Готовность — десять! — Поднятые до предела сошки снятого со спины Рика пулемета вгрызлись в землю. Рядом упал Тонни с снайперской винтовкой и словив в прицел монстров, перебросил травинку в уголок рта, подкрутив дальность на прицеле.

-- Готов! — Доложил блондин. Следом прозвучали еще пять докладов.

-- Огонь! — Крикнул я, мягко вжимая спусковую пластину пулемета.

Треск пулемета эхом разнесся по долине, прерываемый редкими «хлопками» винтовки Тонни. Длинная очередь «срезала» одну их ящериц, заставив ту уйти в крутое пике, а двух ее товарок разлететься в разные стороны. Подстреленное порождение Ковчега врезалось в землю, подняв воздух пыль, землю и травы и не оставив и шанса на жизнь.

-- Не из пугливых, гадины! — Одобрительно подметил Тонни глядя, как оставшиеся в живых ящерицы обходят нас с разных сторон, закладывая при этом крутые пируэты — бочки, штопоры, а так же резко меняя траекторию полета. — И хитрые.

-- Оставь этих нам! — Выкрикнула Небула, звеня клинками. — По одной на каждую! Готова, сестра?!

-- Вакс? — Спросил Тонни.

-- Одну.

-- Принял! — Быстро ответил блондин, одновременно делая выстрел. От попавшей в лоб пули, ящерица дернула головой и сложив крылья, камнем упала на землю, всего пару метров не дотянув до щитов орков.

-- Вакс?! — Возмущенный рык Небулы слился с глухим ударом. Последняя летающая ящерица добралась на нас и почти напала на Тонни, безошибочно определив в нем причину смерти своей товарки, но со всего маху влетела мордой в вовремя подставленный щит Рика. Существо размером с корову и соответствующим размахом крыльев замотала головой из стороны в сторону, стараясь как можно быстрее прийти в себя. — Р-ра!

Серая тень рванула к оглушенной твари. Проскользнув под бьющим во все стороны хвостом, успев вскользь полоснуть его лезвием больше для контроля, чем урона, Небула сделала серию быстрых уколов в бок существа и тут же отпрыгнула назад, уходя из под удара крылом.

-- Медленно! — Обогнув вставшего в оборонительную позицию Флава выкрикнула Одри и с силой оттолкнувшись от земли, взмыла в воздух, чтобы в следующий миг приземлиться на спину ящерицы. — Сдохни, тва…

Договорить Искорка не успела, потому что ящерица резко крутанулась вокруг своей оси, чуть не пришибив хвостом меня с Тонни — благо Рик не спал, а Небула вновь успела увернуться — скинула с себя угрозу.

-- Все равно — медленно! — Выкрикнула Одри и снова ринулась в бой.

-- Р-ра! — Вторила ей вольфарка, не отставая от подруги.

Все это время мы с Тонни чутко следили за ходом боя, не отводя стволов от туловища и морды твари, готовые в любой момент сделать выстрел. Как и орки, готовые в любой момент отвлечь на себя дракона или принять удар.

Сейчас в большом кругу, метров двадцати в диаметре, происходило самое настоящее сражение, как в лучших боевиках Голливуда. Ловкие и сильные девушки ужом вертелись вокруг взбешенной ящерицы, то и дело нанося удары. Выполняли кульбиты, сальто, проскальзывали под хвостом и телом твари, каждым своим движением стремясь нанести урон. Это была та пугающая красота, завораживающий танец смерти со своим погружающим в транс ритмом.

Удар, удар, уход, удар!

Шаг, шаг, поворот!

Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре!

Успей за ритмом или умри! Действуй в такт или получи клинок в сердце. Подстраивайся под мелодию или навязывай противнику свою.

Кружась вокруг пусть небольшого, но дракона, наши девушки вышли за пределы человеческих возможностей. Тех возможностей, которые были для нас привычны в прошлом мире. Их сила и скорость, быстрота реакции казались нечеловеческими. Клинки мелькали с сумасшедшей скоростью, то и дело высекая сном искр от попадания по серебристым костяным наростам или особой чешуе твари. Той, что тонкими бороздками проходила по краям крыльев или морде.

-- Р-ра!

-- Умри!

Возгласы двух девушек слились в один, а клинки, должно быть, встретили друг друга в шее твари, когда Небула проскользнула под лапой и воткнула сразу два кинжала в горло, а Одри всадила мачете, навалившись сверху.

-- У меня глубже! — тяжело дыша заявила Одри, вытаскивая из трупа оружие.

-- Не член бывшего — размер не решает. — Сплюнула попавшую в рот грязь Небула. — Мой килл!

-- Монетку бросите. — Прервал спор девушек я. — Заканчиваем дрязги и натягиваем на себя добрые и ласковые лица — к нам гости. Курт, вы как?

-- Порядок! — Тут же ответил вольфар, все так же держа за плечо Генриха, что заворожено наблюдал за боем. — И волоска не упало.

-- Это хорошо… -- Тихо пробормотал я, вставая с земли и собирая пулемет. Вот-вот к нам подойдут гости — группа из двух вольфаров и четырех человек, которые вышли из леса как только закончился бой. Уверен, что Курт давно их заметил и не говорил только потому, что в этом не было смысла. — И станьте кто-то рядом с Тонни — держать его длинный язык.

Глава 4

-- А можно нам реальные задачи ставить?! — Улыбнулся Рик и воткнул щит рядом со мной, оперевшись на сталь локтями. — Хотя бы как девочкам: завалили дракона и свободны!

-- Настоящим мужчинам — настоящие подвиги! — Заметила Одри, становясь рядом. Я осмотрел любимую, тяжело вдохнул и убрал с ее плеча кусочек драконьего мяса, после чего протянул ей платок. — Спасибо.

-- Тогда это не просто подвиг, а героическое свершение. — Поправил Курт. Вольфар шел к нам, все так же держа лапу на плече мальчика. Причем больше для безопасности самого мальчика, потому как тот вытянул голову и рассматривал поверженного монстра, нисколько не смотря себе под ноги. — Потому что ни одна чума не заставит нашего Тонни заткнуться. Кроме Карины. Она — может. Не надолго, правда, но может.

-- Злые вы! — Обиженно проворчал Тонни, приваливаясь спиной к ящику и оттягивая затвор снайперской винтовки, предварительно отсоединив магазин. Проверив ствол, он отпустил затвор, который со щелчком встал на место, положил оружие на колени и достал из внутреннего нагрудного кармана новую травинку с фиолетовым цветком. — Заботишься о вас, шутки хорошие рассказываешь, а вы… ну вас! Сами ко мне придете и попросите что-нибудь рассказать. А я — ни-ни!

-- Ну-ну! Верим, верим. — Улыбнулся я и повернулся к Одри. — Ты как?

-- В норме. — Ответила та, оттирая с лица и рук следы монстра. — Прыткая гадина оказалась. Должна признать, если бы не постоянные тренировки Курта и наших зеленых молодцов, на которые они нас постоянно дергали, то плюнула бы на все и поджарила гадину.

-- И проиграла бы! — Рядом плюхнулась Небула и раскинув руки-ноги в сторону, уставилась в небо. — С магией любой дурак сможет. А ты попробуй как я — когтями!

-- У тебя кинжалы.

-- Один фиг! Да и интересней с ними. Нравятся они мне, вот. — Вольфарка нежно провела лапой по ножнам, царапнув когтем рукоять одного из них.

Тем временем, группа незнакомцем прошла две трети пути и их можно было уже хорошо рассмотреть. Шесть человек — два молодых на вид вольфара, два юноши, лет по двадцать, и два крепких мужика. Парами они свою группу подбирали, что-ли?! Я сперва принял их за стариков — в глаза бросалась седина, которая и наводила на такие мысли, но их телосложение и уверенный шаг говорил, что сил в этих «стариках» хоть отбавляй. И в первую очередь — внутренних.

-- В лесу еще двое. — Как бы невзначай сказал Курт, придержав мальчика. Генрих хотел рвануть к туше монстра но не смог — помешала лапа вольфара на плече. Мальчик слегка обиженно посмотрел на сопровождающего, но ничего не сказал. — Не нужно трогать чужую добычу. Особенно — собственность наших девушек, они большие собственницы и ревностно охраняют свои сокровища.

-- Я только посмотреть хотел… -- шмыгнул носом Генрих, а затем замахал руками, так как заметил приближающуюся группу. — Дядя Астор, дядя Астор! Я тут!

Мальчик ловко вывернулся из лап Курта, хотя думаю, тот просто его отпустил, и побежал навстречу группе. Точнее, пробежал шага четыре и остановился, как только поводь с козой натянулась. До этого козу нес Курт, особо не заморачиваясь желанием животного и экономя время. А сейчас виртуальное порождение Ковчега уперлось всеми четырьмя копытами в землю и невозмутимо жевало травку.

Мальчик еще пару раз дернул канат и раздраженно топнув ногой, продолжил кричать с места.

-- Дядя Астор, вы видели?! Видели как они дравов победили? Двоих прям налету подбили, а третьего…. Третьего как они! Одними ножами убили! Видели?!

Дравы. Вот и всплыло местное название дракончиков. Даже логичное, как по мне. Не называть же драконами этих крылатых ящериц-переростков?! В моем представлении, драконы — величественные и мудрые создания с огромной мощью и внутренней силой. Легендарные огнедышащие существа, а не пародия на опасность. Победить дракона — подвиг эпических масштабов, а не рутинная работа, вроде той, что проделали мы. Ведь, не захоти девчонки поразмяться, и ни один из них до нас даже не долетел бы — умер под градом пуль. А сражаться с ними в рукопашную… не для того человечество эволюционировало, чтобы не использовать для выживания все подручные средства. И одно из них, самое мощное, сейчас придется использовать нам — смекалку.

Группа остановилась шагах в десяти от нас, от нее отделился седобородый крепко сбитый мужик в легкой желтой куртке с массой карманов и подошел к мальчику, предварительно поправив висящий за спиной карабин — чтобы не съехал с плеча.

-- Видел, Генрих, конечно видел! Пропусти бы я его — и век себя корил бы. Когда еще такую красоту увидишь? А ты, как я вижу, снова нашел себе друзей? Сильные, смелые, ловкие. Хорошие?

Последний вопрос прозвучал скорее нам, чем Генриху, потом у что в этот момент цепкий взгляд из под косматых бровей взирал именно на нас. Точнее, на меня. Не так прост этот Астор, раз так сходу определил главного. Я вот до конца не уверен, кто из их шайки-лейки за старшего — он или тот второй мужик, что беззастенчиво рассматривает Небулу. Фетиш у него какой на полуголых вольфарок? Или что нового хочет рассмотреть на ней?

-- Очень! — Тем временем, малец отдал конец каната с козой Астору и начал рассказывать все, что с ним произошло, дополняя рассказ жестами. -- Они знаешь какие сильные?! По сто бревен за раз тащат! И не просто тащат — бегут с ними! Наперегонки, представляешь?! Не догнать!

Пока Генрих рассказывал о своих приключениях с нами, я рассматривал гостей и прикидывал, как выстраивать диалог. Хотя, это мы — гости, а они — полноправные хозяева здешних мест. По праву первенства, так сказать.

Из всей шестерки реальных бойцов было трое — не больше. Это явно читалось во взглядах и нервных подергиваниях, позах и коротких смешках, которыми те перекидывались друг с другом, точно так же глядя на нас. Их точно впечатлила увиденная расправа над варнами и наше вооружение. Последнее, думаю, сильнее. Сомневаюсь, что в Ковчеге на каждом углу можно найти пулемет или крупнокалиберную снайперскую винтовку. Да и автоматы за просто так не валяются. Так что их нервозность не удивительна — они знают на что способны сами, сравнили это с увиденным и осознали разницу.

Из всей шестерки я отметил Астора, оставшегося «старика», и молодого худощавого парня в накинутой поверх серой кофты с капюшоном кожаной жилетке, флегматично жующего жевательную резинку. Именно они, при возможном конфликте, могут стать неприятным сюрпризом и доставить проблемы. Я хорошо видел их внутреннее спокойствие и собранность настоящих бойцов, что никогда не бегут от хорошей драки и всегда анализируют происходящее. Их спокойный цепкий взгляд планомерно перепрыгивал с место на место, рассматривая каждого из моих людей — чем они заняты, как выглядят, как двигаются. Эти трое, двое — Астор сейчас больше был занят мальчиком и его историей, чем нами — сильно отличались от своих друзей, которые даже не знали как себя повести. Единственное, на что их сейчас хватало, так это следовать указаниям — не просто так же они синхронно остановились?

Тем временем, Генрих закончил рассказывать о своих приключениях и сейчас в красках описывал бой девочек с варнами, опустив заслуги прочих как несущественные. Конечно! Мы же не сражались с ними в рукопашную, а всего лишь расстреляли их издалека!

-- Насыщенный у тебя сегодня выдался денек, Генрих! — Присвистнул Астор и выпрямился. Как и подобает хорошим взрослым, он слушал мальчика присев на колено, опустившись на один уровень с ним. Такая простая вежливость, которой часто пренебрегают взрослые. — Ну, дай же мне познакомится с твоими друзьями, а после пригласить их к нам на ужин — ты же туда их вел? А ты пока бери Машку и расскажи эту историю Максиму — он любит приключения.

Мальчик кивнул, забрал конец веревки и потащил козу в сторону группы.

-- Прошу меня простить, господа, но прервать такой рассказ — настоящий грех! Меня зовут Астор, а это — мой маленький отряд охотников: Максим, Шек, братья Скролл и Скрилл и Боб. — Ребята Астора по очереди отзывались или подавали знак, когда называли их имена. Первыми он назвал юных парней, затем вольфаров, и последним — неразговорчивого мужичка с седой прямой бородой.

-- Вакс! — Я пожал протянутую мне руку и представил свою компанию. — Рад знакомству с хорошими людьми. В наше время это — большая редкость!

-- И не говори, друг Вакс… -- Тяжело вздохнул Астор, а его взгляд на пару мгновений покрыл туман воспоминаний. — У меня иногда складывается впечатление, что билеты на Ковчег за просто так выдавались всякому сброду. Столько гнили… И не перевоспитать ведь! Пробовали.

-- Прекрасно тебя понимаю, сам с таким сталкивался. Ничего их не берет — ни кнут, ни пряник. Только нервы портят и время отнимают. Хорошо еще что здесь — не там, и многие вопросы можно решать быстрее и жестче. — Астор вопросительно приподнял бровь. — Тюрьмы. Отличное решение Системы.

-- Ах, янтарная тюрьма. Да, да — хорошее. И своевременное.

-- Не говори. Словно, эти два раздолбая и вправду за нами присматривают сверху. Не манна небесная, но тоже кое-что. Кстати, о манне — мои люди отдохнули, можем идти. Если твое приглашение на ужин все еще в силе.

-- А как же! Вот только, разве вы не будете разделывать добычу?

Как оказалось, шкура варнов — довольно ценный ресурс. Она прочная, эластичная, а ее наросты хорошо держат колющие и режущие удары. При правильной подготовке из нее выходит хорошая броня. Да, да — именно броня. Я пока не понял, почему Астор это сказал, но пометку сделал. Как и понял, что куртки вольфаров сшиты как раз из плотной парусины и кусочков кожи этих самых варнов.

Братья-вольфары Астора вежливо предложили свою помощь и споро сняли, а затем и разделали троих варнов, комментируя каждое свое действие и обучая наших ребят. Астор пообещал помочь с выделкой кожи по хорошей стоимости, намекнув, что одна из шкур выйдет особенно качественной.

Спустя час мы шагали вдоль полосы леса, направляясь к Лесному Пристанищу. Скролл и Скрилл направляли и замыкали группу, а мы шли в ее середине, как гости. Почти все, потому что Курта и Небулу я отправил к братьям, отшутившись на невысказанный вопрос Астора, что один чуткий нос хорошо, а два -- лучше. Не то, чтобы я им не доверял, но я им не доверял. Просто из привычки. Какое бы хорошее впечатление на меня не производил Астор с компанией, а лишняя перестраховка в Ковчеге никогда не бывает лишней. Как и везде, впрочем.

-- Хорошее вы устроили представление. — Мы с Астором успели обсудить пару-тройку ничего не значащих вопросов, которые люди обсуждают из приличия. Вроде погоды, здоровья и мелких забот, и сейчас могли перейти к чему-то более существенному. — Я оценил. Мы все оценили! Громкое и доходчивое заявление о себе — с вами шутки плохи.

-- Плохи только плохие шутки. -- Плоско отшутился я, чуть сбавляя градус разговора. — Хорошие же мы наоборот — очень даже любим. А так… Рад, что понравилось. Девочки старались.

-- Очень! — Кивнул Астор. — такой красивый бой не часто можно увидеть. У нас тоже есть бойцы и хорошие — уж ты мне поверь, Вакс, но они… мужики… не умеют в такую эстетику и грацию, как твои женщины.

-- Девушки. — Машинально поправил я собеседника помня, как реагирует на это наш прекрасный пол.

-- Девушки, девушки! — На лице Астора появилась неловкая улыбка. — Забылся. Скажи, много у тебя таких талантливых бойцов?

-- Талантливых бойцов всегда не хватает. — Про себя улыбнулся я, отмечая грубое прощупывание. — Они на вес золота, на каждом углу и под каждым деревом не лежат. Как те двое. — Я мотнул головой в сторону леса, где параллельно нам двигались вольфары Астора, которых давно срисовал Курт и сейчас лениво за ними наблюдал — молодые.

Астор на миг оторопел и сбился с шага, когда понял, что я знаю о его «тайной» страховке, но быстро взял себя в руки и улыбнулся, одновременно сделав несколько повторяющихся необычных взмахов рукой. Из-за деревьев показались вольфары и сделав точно такие же махи, скрылись вновь.

-- Мир непредсказуем, друг. Маленькие предосторожности непомешают. Только не бери на свой счет, ладно?

-- И не собирался. — Заверил я Астора. — Наоборот — даже рад, что встретил настолько разумных людей. Сразу видно, что здесь о своих заботятся.

-- Как можем. И, кстати об этом. Ваше оружие…

-- Останется с нами.

Астор нахмурился и бросил короткий взгляд на спину шедшего впереди Боба.

-- Хорошо. Я так и думал.

Несмотря на мой довольно резкий ответ и отказ от сдачи оружия, наше дальнейшее общение с Астором не потеряло своей легкости. Он был отличным рассказчиком и умел держать эмоции, а я давно научился не обращать внимания на доставляемые другим неудобства. Особенно, когда мои решения принимаются во благо группы, во благо моей новой семьи.

Первым признаком поселения были поля. Я увидел невысокий заборчик из плетеных веток, что тянулся от кромки леса вглубь поля и судя по размеру служил защитой от мелких грызунов, вроде зайцев и случайных путников. Подойдя ближе я непроизвольно охнул от удивления, увидев возделанную землю с растущими на ней овощами, травами и даже зерновыми. Такое разнообразие меня удивило. Стоящий рядом Астор горделиво дернул головой, мол: «Да, мы такие!», но вслух не хвастался. Держался.

Мы обошли огород по краю, держась ближе к лесу и направились к Лесному пристанищу, поляна которого уже начинала просматриваться. Я уже знал, что поселение удобно укрылось в лесу, с трех сторон прикрываемое деревьями и с одной примыкало к лугу. Но чего я не знал, так это маленькой его особенности.

-- А вы пробовали пользоваться услугами проверенных ландшафных дизайнеров?! Тот что у вас — редкостный профан! — Цокнула языком Одри, останавливаясь перед бревенчатым мостиком, перекинутым через довольно узкий — не более пяти метров в ширину, но глубокий ров, который опоясывал видимую мне часть селения идя по его периметру, практически примыкая к кромке леса. — Рвы должны быть как минимум с водой и крокодилами, а у вас… -- Одри посмотрела вниз и удивленно вздернула бровь, -- а, нет — ну-у-у-у... так тоже не плохо.

Заинтригованный такой реакцией, я подошел к мостику и присвистнул, моментально вспомнив рассказы Генриха о его героической и почетной миссии — включении огнедыхалки. По дну подкопченного оврага, со свежими следами горения на земле и стенах, бродили монстры. Десятки человекообразных фигур, которых я сперва принял за зомби, но чешуйчатая кожа и рыбообразное лицо с большими глазами и полным отсутствием носа говорили об обратном, в развалочку бродили по узкому пространству, то и дело сталкиваясь друг с другом.

Твари никак не реагировали на нас и складывалось впечатление, что они просто гуляют там, внизу, наслаждаясь земляными коридорами и обществом друг друга, а всякие человеки им без надобности. Но так только казалось. Стоило Одри ступить на мост, как ближайшие жители оврага замерли и синхронно повернулись в ее сторону, начав издавать низкий утробный звук.

-- Крокодилы у вас ручные? Гладить можно? — Поинтересовалась Одри, на всякий случай сделав шаг назад. Оружие никто из нас не доставал, хоть сперва и дернулись. Что скрывать, а рефлексы дают о себе знать. Но спокойствие наших новых друзей и их невозмутимость вселила уверенность в правильности происходящего и неком контроле ситуации. Так что все мы сейчас стояли у края и любовались чужим зверинцем. — Или только смотреть? Команды знают?

-- Этих еще можно погладить, -- улыбнулся Астор, -- если приловчиться, конечно. Быстрые, гадины, и зубки острые с когтями, но слабые — сил как у ребенка. А вот у других… у других всего хватает, и даже с избытком — их так просто не погладить. Но у тебя, думаю, получится — если ты с варном справилась, то и теневека одолеешь.

-- А я?! — Тут же отозвалась Небула. — Про меня не забыл, дедуля?! Что за не недооценка меня хорошей?! А ну, показывай этого своего теневика — буду гладить!

Астор неловко улыбнулся и сделал извиняющийся жест руками, как бы признавая правоту вольфарки. Я же подошел к Небуле и осторожно взяв ее под локоток — потому что с нее станет сигануть вниз, обратился к Астору.

-- А ведь теперь тебе действительно придется его ей найти — не отстанет!

-- Для хороших людей — никаких монстров не жалко! Найдем! — Заверил нас он и сделал приглашающий жест рукой. — Прошу, нас уже заждались.

Глава 5

-- Ну, Вакс, ну ты… и сказать даже не знаю, что! — Довольно ворчал Астор глядя на рассекающий по полю багги за рулем которого сидел Тонни и выписывал залихватские виражи, демонстрируя все возможности подаренной техники. Причем делал он это с Генрихом на коленях. Мальчик ни в какую не хотел перелезать на пассажирское кресло, которое в итоге заняли его друзья, крепко держался за руль, вторил движениям блондина и впитывал уроки вождения, чтобы как можно раньше освоить подаренный транспорт. И почти не обращал внимания на визг целой когорты детворы, которая набилась в багажник и кричала всякий раз, когда машина подпрыгивала на очередном ухабе. В общем, виражи были крутые, но не очень, что бы не растерять ценнейший груз. — Вроде, и подарок подарил, которому любой позавидует, и тут же создал нам огромную черную дыру. Вот, где мы на него столько горючки найдем?! Это же теперь и детвору катай, и за дичью катай, и… эх… Это я еще молчу о том, чем мы Генриха задабривать будем, чтобы его багги взять — так просто то не даст! Придется на тот же дизель менять.

-- Да ладно тебе причитать, -- вмешался в разговор Максим. — Зато теперь в Триград добираться — одно удовольствие будет. И не придется по полтора дня ноги сбивать. К тому же, можно будет прикрутить к нему нашу телегу и удобно везти товары как туда, так и обратно.

-- А она не развалится?! — Иронично спросил Астор. — Дури то в машинке хоть отбавляй!

-- Потихоньку ехать — ничего с ней не будет. — Заверил его Максим. Лучше медленно катиться, чем быстро идти -- это я тебе по собственному опыту говорю. Так что, хорош ворчать — нам еще группу доставки собрать нужно.

-- И то верно... — Пригладил бороду Астор. — Думаешь, с этим будут сложности?

-- С тем, чтобы оставить хоть какую-нибудь часть в поселке — да. — Максим нервно сплюнул себе под ноги и пнул землю, затирая плевок. Культурное быдло, однако, здесь. — Сам же видел, как всем интересно посмотреть на корабль и их террариум.

-- Про флорариум не забывай. — Напомнил я парню и улыбнулся, вспоминая реакции людей на наш рассказ.

С момента нашего прихода прошло уже часа три, которые мы практически полностью потратили на рассказ о себе. Нет, конечно Астор и его люди, как радушные хозяева, провели для нас экскурсию по поселку. Показали созданные умелыми руками срубы, провели мимо старых, но еще крепких железобетонных домов, ставших основой их поселения, похвастались ловко замаскированными ловушками вдоль лесополосы и частоколом, на вид способным выдержать натиск многих тварей. Рабочие пространства с кустарными лесопильными станками, дубильные цеха и мастерские по производству настоящей брони из шкур и частей монстров. Ну и так, по мелочи — личные огородики, беседки для отдыха и настоящая танцевальная площадка — аккуратно вымощенный камнями прямоугольник на главной площади на котором незадолго до нашего прихода поставили несколько больших столов для общего ужина.

Там то нас и пытали все это время, выспрашивая подробности наших приключений и описания всего, что мы видели. При этом не забывая подсыпать и подливать всяких вкусностей, начиная жареной птицей, рыбой, слабосоленой икоркой и заканчивая настоящим деликатесом — гречневой кашей и салатом из свежих овощей под морс из ягод или свежесваренного пива.

Отдельно порадовало то, что ни Астор, ни Боб, ни кто бы то ни было еще больше не предпринимали попыток разузнать что-то такое-эдакое, вроде нашего вооружения, количества бойцов, магов и их способностей, и прочую информацию не для чужих ушей. А вот на счет остального они ни сколько не стеснялись. Особенно, когда услышали о нашей Карине и ее забавных питомцах — скелетиках крыс и плотоядных растений. Сперва на нас смотрели с недоверием, ведь одно дело — использовать монстров как живой щит и своеобразную замену крокодилам во рвах, а другое — их приручать. Так что желающих посмотреть на это чудо нашлось хоть отбавляй! И ведь не откажешь же. Потому, что не хочешь. Что не скажи, а приятно чувствовать восторг и легкое неверие окружающих на что-то, что для тебя уже стало обыденным.

Ну, шастают у нас по коридорам сбежавшие от своей хозяйки костяшки — ну и пусть шастают! У нас все знают, что если на скелетик крыски надета панамочка, а на коготках сделан аккуратный маникюр, то ее лучше не трогать даже в том случае, если она тебя кусает. Лучше уж самому себя ей скормить, чем потом попасть под гнев Кары за смерть ее любимого питомца.

Тоже самое и с ее флорариумом, который то и дело мигрировал с грузового отсека на палубу и обратно, в зависимости от погоды и солнца. Для этого она всегда находила добровольцев, иногда — принудительно, и уже с их помощью переносила горшки с цветами. Рамирес с Одри даже подобие брони на такой случай сообразили, потому что мало кому кроме Карины, удавалось пережить эту процедуру не будучи укушенным.

-- Про него забудешь, про ваш флорариум и прочую чудасию. Вас послушать, так легче сказать, что с вами не произошло, чем что вы пережили. Сектанты, пираты, просто отморозки… ручные монстры. Я даже немного вам завидую! На этом фоне, наше скромное нашествие зомби и двухдневная осада поселка дравами смотрится как-то блекло. Не так масштабно. — Подметил Максим, с прищуром глядя на закатное солнце.

-- О! Это же мы вам про свою осаду не рассказали! — Вспомнил я волны монстров, которые пытались прорваться к артефакту и оборону от которых мы стойко держали в туннелях. — И про пленных магических скелетов, которых мы нашли в настоящей тюрьме.

-- А про живой остров говорил? — вставила свои пять копеек только что подошедшая Одри и протянула мне один из двух бокалов с пенным напитком. — Или бронированных сколопендр?

-- Ой, да ну вас! — Со смешанными чувствами сплюнул Максим и, не забыв затереть плевок ногой, пошел в поселок, сопровождаемый нашим с Астором и Одри дружным хохотом.

-- Молодой еще, горячий. — Добродушно сказал Астор, глядя в след парню. — Кровь кипит и требует приключений, требует подвигов… которых у нас, к счастью, давненько не было. Если за такой не считать встречу с вами.

-- Подвиг — не встреча, а ваше терпение. — Пошутил я, кивая на пушистую бестию, которая сейчас всецело была занята метанием мелких камушков в головы мечущимся на дне рва тварям. Уши Небулы то и дело дергались в такт доносящимся снизу завываниям, а периодический радостный возглас сигнализировал об очередном удачном попадании. — Еще немного и увидите, как эти твари разом эволюционируют и отрастят себе мозг, чтобы соорудить подобие живой лестницы, выбраться и навалять ей по самое не могу. Как дитя, ей богу!

-- О! Не переживай за это, друг Вакс. Знал бы ты, что мы с ними поначалу творили… так что ничего такого, за что ты говоришь, не будет. А если и будет, то поверь — мы в состоянии защитить своих дорогих гостей от монстров. Ну, или их от вас.

Астор закивал головой, Одри засмеялась, а я тяжело вздохнул, наблюдая как довольная как стадо слонов Небула держит над рвом на вытянутой руке нанизанного на кинжал монстра и скалится.

-- Вот, как?! Как у нее это получилось?! — Задал я риторический вопрос, широким шагом направляясь к вольфарке. — А ну выкинь каку! Выкинь, тебе говорят!

По итогу, обратно в лагерь мы выдвинулись только утром, отослав в качестве гонца Тонни, чтобы успокоить наших, и братьев-вольфаров, которые должны были его сопроводить. Везению последних очень завидовали местные, так как они первые должны были познакомиться с обросшей легендами Кариной и ее террариумом, а также попробовать настоящего гномьего пойла от Хаммера. Вот только я бы на их месте не был столь категоричен и считал это не везением, а наказанием. Вынести болтовню нашего блондина не каждый сможет -- на то особое терпение надо.

-- Хох! А он больше, чем я представлял -- Одобрительно произнес Астор, увидев вдалеке наш корабль и задумчиво пригладил бороду. -- Думаешь сдвинуть эту махину своими силами, друг Вакс?

-- Пф-ф-ф! Сам он и себя с места не всегда сдвинуть может, не то, что корабль. — едко подметила Одри. — Так что в этом ему без нас — никуда. Потому что мы, что?

-- Можете достать кого угодно. В частности — ты. — Парировал я, под легкие смешки окружающих. — Меня так точно. Пойдем уже, нас заждались.

И вправду. Внизу, возле вытянутых на песок лодок, суетились люди, подготавливая места под груз и непредвиденно большее число пассажиров. Вместо оговоренных вчера десяти провожатых с нами увязалось почти двадцать, включая виновника нашего знакомства Генриха и его друга, а также некоторых жительниц поселения, которых ну никак не получилось бы оставить дома. Как минимум потому, что они — истинные девушки и если уж чего захотели, то непременно это получат. Тем более, такую мелочь, как путешествие к полному необычностей кораблю.

-- Начальство не опаздывает. — Огрызнулась Одри и сбежала со склона. Я последовал за ней, прямо к хитро улыбающемуся блондину, жующему стебелек.

-- Рассказывай.

-- Не-а! — Весело ответил мне Тонни, перекидывая стебелек в другой уголок рта. — Такое только показывать нужно. Так что, -- блондин сделал приглашающий жест в сторону лодки. — Прошу на борт!

«Вот, засранец!» -- Подумал я, запрыгивая в лодку. Мог бы и рассказать, что у них там за ночь произошло, а произошло точно. Потому как за проведенные месяцы я если и не научился читать мысли своих ребят, тот был предельно близок к этому. А здесь прям на лице было написано: «Там капец! Закачаешься!». Ибо таким довольным я его давно не видел.

-- Ничего себе! — Выдохнула Небула, едва ступив на остров. — Я теперь даже и не знаю, где вчера веселее было — у вас или у нас.

-- У тебя есть сомнения? — Издевательски спросил Тонни, швартуя судно. — Как по мне — все очевидно.

И это так. Потому что хоть блуждающие во рву ожившие мертвецы и интересны, но вот сравнивать их с нашпигованным гарпунами крылатым китом и подобием морского змея с ногами, но почему-то без рук и таким же множеством гарпунов — глупо. Хотя бы потому, что размером твари были с добрый грузовик и уж точно стоили оравы мелких зомби.

Не знаю, что было на косе этой ночью, но судя по улыбающимся лицам ребят и звучащему из бара непринужденному гомону — ничего страшного. Интересного, захватывающего, но не страшного. Потому что вряд ли кого-то из нас сегодня может испугать какая-то тварь, даже пусть и гигантских размеров. Вон, даже детвора бегает вокруг туш, норовя урвать себе какой артефакт с них, вроде красивой чешуйки или даже целого клыка, в котором потом можно будет проделать дырочку и с гордостью носить на шее.

Еще, глядя вокруг, я понял, что мне приятно осознавать самостоятельность группы. Что случись что с нами, командирами, они не пропадут и смогут за себя постоять. Смогут найти пропитание и, что важнее, смогут принимать решения. Любые. Бить или бежать. Остановиться или пуститься в длинное путешествие на встречу новой жизни.

Вот, вроде бы не рядовое событие — нападение на лагерь мутировавших тварей. Да не простых, а огромных. Еще и в отсутствие основного состава боевой группы в виде орков и Одри. И что? А ничего. Даже не зная подробностей я уверен, что с монстрами справились без особых усилий и паники. Быстро и четко. А затем спокойно вернулись к своим делам или отдыху. Матереют ребята, матереют. Наверное, только теперь я окончательно понимаю, во что выросла наша группа, наша семья. В матерое закаленное десятками неурядиц общество, готовое ко всему и немножко большему. И это приятно.

Как бы то ни было, а узнать подробности схватки нужно. Как минимум, из любопытства. Потому что торчащие из монстров гарпуны до боли напоминают орудия Шарика, который в этот самый момент преспокойно дрых в заботливо выкопанной в песке ямке, метрах в ста от нас. Глубина ямки немного превышала линию разреза створок, так что можно было не опасаться получить случайный гарпун в бок. А от не случайных отделяла оградительная веревка с ленточками, натянутая владельцем ручного монстра.

-- Тонни! А ну выкладывай, почему в нарушителях гарпуны торчат?

-- Для эстетики и экономии патронов! — Тут же отрапортовал парень, не отрываясь от швартовки. Он уж закончил привязывать нос лодки к вбитому в песок бревну и сейчас занимался фиксацией кормы, чтобы ее меньше болтало на волнах. — А так же неповторимого в своей зрелищности шоу: видел бы ты как он их на британский флаг рвал! У-ух! Чудо, а не питомец!

-- Про себя сказать забыл! — Елейно пропела неведомо откуда взявшаяся Карина и протянула мне, а затем и Астору приятно пахнущий коктейль в резном деревянном стакане с маленьким, умело сделанным, бумажным зонтиком в виде украшения. И где они только на всю эту мелочь время берут? Ужас! — Ну-ка расскажи, как ты плясал между своим «любимым питомцем» и монстрами, чтобы подсказать куда тому стрелять. И как едва не попал под хвост змея, а потом чуть было не был проглочен селедкой-переростком. О том, что кто-то нас не слушал и мешался на линии огня я вообще молчу.

-- Просто ему нужно было немного помочь. — Потупился Тонни, отводя от меня взгляд. Потому что сейчас я был готов его прибить, настолько меня вывела его выходка. — Подсказать, направить, поддержать. Все же вышло, шеф.

-- Значит, так! — Подойдя вплотную к Тонни и нависнув над ним, прошипел я. — Чтобы я больше не слышал о твоих или чьих бы то ни было еще пустых выкрутасах. Никакого бестолкового риска. Вообще! Ты меня услышал?!

-- Вакс…

-- Рот закрой! — Рука с зажатым коктейлем жестко толкнула блондина, от чего напиток расплескался. -- Если все было так, как сказала Карина, то ты кретин. Ты офигительно удачливый сукин сын, Тонни, но как ты не можешь понять: Удача — та еще шлюха. Она никогда не принадлежит кому-то одному и ходит с тем, кто ей нравится в этот момент. Момент, Тонни! Худшее, что ты можешь сделать, так это поверить в то, что она всегда будет на твоей стороне. Потому что как только ты это сделаешь — она от тебя уйдет. В самый что ни наесть неподходящий момент. Уйдет и заберет с собой все, что успела дать тебе и даже немного больше. Как нелюбимая жена при разводе. И что еще ты не поймешь, так это то, что твоя точка возрождения находится настолько далеко, что и не вспомнить. Что даже те карты, которые мы рисовали, не гарантируют возвращение назад. Что смерть любого из членов группы — конечна и уповать на то, что мы еще встретимся — не стоит. Не потому, что мы не попытаемся забрать утерянных членов, а потому, что шансы на это исчезающе малы. Мы слишком далеко от архипелага. Слишком. И пока не найдем возможность перенести точку возрождения членов группы в удобное нам место — прекращай играть со смертью. Ты — один из сильнейших и харизматичнейших членов группы, на тебя равняются не только дети, но и взрослые. Хочешь того или нет, но ты подаешь пример. Хороший, плохой — весь. На тебя смотрят и делают так же. Потому что тебе можно. Вот только они — не ты. Не все ходят под руку с удачей и только вопрос времени, когда произойдет первая трагедия. Так что воспринимай мои слова как хочешь: хочешь, как дружескую просьбу, нет — как приказ, но сделай. Завяжи с бездумными и безумными выходками. По крайне мере, такими. Или найди способ возрождаться под боком. Я все сказал.

Круто развернувшись, я направился в сторону бара, пропустить бокал-второй особого гномьего пойла и немного успокоиться. Все недавние горделивые мысли вымело на раз, стоило мне услышать правдивую версию произошедшего.

Ага, щас! Самостоятельная группа… сборище великовозрастных детей, непонимающих в какую реальность они вляпались.

Где осторожность?! Где просчитывание рисков?! Где хотя бы попытка подумать о последствиях своих поступков?! Один азарт и жажда развлечения в голове… Вот, как их оставлять без присмотра?

-- До краев! — Бросил я гному, усаживаясь на только что освободившееся у барной стойки место. Тот не стал задавать лишних вопросов и степенно кивнув, выудил из прикрытой листьями ямки бутыль с прохладной жидкостью и наполнил бокал.

Залпом его осушив, я сделал знак повторить.

-- Жестко ты его. — Слева на стойку облокотилась Одри. Она ловко увела из под носа поставленный гномом бокал и пригубив, глядя куда-то мне за спину, продолжила. — Но это и правильно. Даже то, что ты это сделал при посторонних — Асторе и компании одобряю. Дисциплина должна быть, а то, что сделал наш малыш слишком безрассудно. Честно говоря, я и сама не ожидала, что он станет такое творить. Что натравит на монстров своего питомца даже не сомневалась, но вот так плясать… У него нет брони как у меня…

-- Тебя это тоже касается, -- я отобрал у Занозы свой бокал и сделал глоток. Повернувшись, я увидел как Астора развлекает Карина, что-то бойко ему рассказывая и активно жестикулируя. Судя по всему, хвастается своими питомцами, уж очень умиленное у девушки выражение лица. Да и неподдельный интерес старика говорит о чем-то подобном. — Есть броня или нет — рисковать ради развлечения я вам не позволю. Не теперь, когда мы слишком далеко зашли.

-- Настя. — Понятливо произнесла Одри. — Если нас умрет слишком много, то тебе придется выбирать — продолжать ее поиски или возвращаться. И зная тебя, любое из решений принесет тебе боль.

-- Она — моя сестра. А они…

-- Твои люди. Твоя новая семья. Наша семья. Не переживай — я поговорю с Тонни и остальными и донесу до них твои слова и то, что ты не шутишь. Так что можем со спокойной душой продолжать поиски твоей сестры и ни о чем не волноваться. А то я уже сама жуть как хочу познакомиться с ней. Что же это за Настя такая, о которой ты столько рассказываешь? Все, включай доброго хозяина — к нам Астор идет.

-- Прошу меня простить, -- произнес гость, едва подойдя к нам, -- но я краем уха услышал, что вы ищете сестру по имени Настя. Так?

-- Допустим. — Мигом став серьезным, ответил я и непроизвольно напрягся, а затем расслабился, ощутив на плече руку Одри.

-- Ничего такого, друг Вакс! — Увидев мое напряжение, поспешил успокоить меня Астор. — Просто хотел сказать, что в Триграде есть девушка с этим именем, которая точно также, как и ты ищет брата.

-- А имя брата?!

-- Не помню. Кажется, Алексей. Или Александр. Память уже не та, -- развел руками гость, -- подводит. С тобой все в порядке, друг Вакс?

-- Все хорошо, друг Астор. А расскажи-ка мне еще раз, где находится этот ваш Триград?

Глава 6

-- Может не будем торопиться? — В который раз задала вопрос Одри молча наблюдая за моими сборами. Вот уже, наверное, в двадцатый раз я пересобирал свой рюкзак, выворачивая и заново наполняя его отделения. Постоянно убирал или добавлял в него новые предметы. Зачем? Чтобы успокоиться и хоть немного привести мысли в порядок. Потому что весь вчерашний день и сегодняшнюю ночь они, словно сомн разъяренных ос, кружили в моей голове, не давая успокоиться.

«А что, если это она?! Нужно бежать! Бросать все и бежать в Триград!»

«А может это хитрый ход со стороны Астора? Что если так он меня хочет подцепить на крючок?!»

«А что если это не она? Что делать тогда?!»

Сознание металось и вместе с ним метался и я. Даже прекрасно понимая насколько призрачны шансы, что та Настя, о которой рассказал Астор — моя сестра, я хотел сейчас же сорваться с места и взяв багги, мчатся это проверять. Я не хотел упускать даже мизерный шанс найти свою сестру. Мне казалось, что с каждой потраченной зря секундой я становлюсь на бесконечность дальше от цели. Словно утекающая сквозь пальцы вода, утекала надежда на удачные поиски.

-- Что ты предлагаешь?

-- Для начала, успокоиться.

-- Я спокоен!

-- Я вижу.

Одри «отлипла» от стены и подойдя ко мне, мягко обняла, уткнувшись носиком в шею. Круглый футляр с набором мелких инструментов сам собой выпал из моих рук и шумно покатился в угол комнаты. Я весь разом обмяк, погружаясь в теплые заботливые объятья второй половинки.

-- Я волнуюсь.

-- Я знаю.

-- Что если я опоздаю? На день или даже час? Мне кажется, что каждая потраченная не на путь к ней секунда — решающая. Что в этот самый момент она может принять решение идти дальше и просто-напросто не дождется меня там.

-- Не опоздаешь. — Тихо прошептала Одри, успокаивающе гладя меня по голове, изредка прочесывая волосы коготками. — Ты же лучше меня знаешь, что все в этом мире происходит вовремя. Особенно тогда, когда нам так совсем не кажется. Встречи, поступки, неслучайные случайности. Все! Единственное, что может этому помешать — наши пустые метания, наша не уверенность. Делай что должен — и все случится как нужно. Даже если это Настя и мы немного опоздаем и она уйдет дальше, то как ты и сказал, она пойдет своей Дорогой, Вакс. Значит Судьба ее зовет дальше и время встречи еще не пришло. Но оно обязательно наступит. Обязательно. А будешь нервничать и переживать, будешь так и дальше метаться, только зазря поседеешь. И зачем мне тогда будет нужен седой дерганный мужчина, да еще и не по причине меня? Найду вместо тебя молодого, не седого и без нервного тика…

-- Который тебя и дня не выдержит, сбежит. — Резюмировал я и словив руку Одри, поцеловал ее. — Так что не обманывайся, тебя кроме меня никто не сдюжит. Да и я, так, еле-еле справляюсь. Откупаюсь сединой и повышенной дозой алкоголя.

-- Гад!

-- Любимый гад, -- отшутился я, выползая из объятий. — Спасибо!

-- Должен будешь! — Шутливо ответила Одри, после чего подняла футляр и протянула мне его. — Просто не суетись. Нам нужен лидер, а не дерганный мальчик, в которого ты рискуешь превратиться.

-- Значит хорошо, что у меня есть ты, которая этого не допустит. Не допустит же?

-- Чтобы вы без нас делали? Глупые, гордые, милые мужчинки, наивно считающие себя сильным полом? Пойдем уже, а то завтрак пропустим.

Завтрак мы не пропустили. Хотя бы потому, что начальство, на сколько бы оно не опаздывало, никто без еды оставлять не собирался. Потому что это наказуемо. О-о-очень наказуемо. И если я еще к отсутствию дежурной похлебки из варенного краба и стакана морса отнесся бы нейтрально, то голодная Одри — как стихийное бедствие. А то и хуже. Хотя бы потому, что оно разумно и уж точно не упустит всех причастных вместе с невиновными. Так, за компанию.

-- Ну наконец-то! Еще бы немного и не уберегла бы твою порцию! — Бодро заявила Кара, пододвигая ко мне тарелку с рыбным ассорти и какой-то зеленью, как только я сел за стол. Причем Одри она такую не пододвинула, что не скрылось от внимания моей ненаглядной. Зато ее пододвинул сидевший рядом Тонни, выудивший ее до этого из под стола. Вероятно потому, что так ее было легче оборонять от вечно голодной Небулы. Ох уж эти вольфары с их завышенным метаболизмом.

Для приема пищи мы никуда не спускались, а наоборот — поднялись на нос судна, где ребята разместили стол и несколько лавочек. С этого места открывался панорамный вид на косу, остров, и вообще на все вокруг. Удобное местечко, с которого ты видишь все, а тебя не видит никто. И не потому, что ты прячешься, а потому что люди редко смотрят вверх.

-- Выглядишь как бос, бос! — Сообщил мне Тонни, лениво отбивая шутливые нападки вольфарки на тарелку Одри. — Какие у нас планы?

-- Самые что ни на есть серьезные. — Проигнорировав протянутую вилку, я рукой взял самый большой кусок крабового мяса и задал вопрос, опустив взгляд на пляж. Туда, где под навесом собралась большая часть группы Астора и сейчас была занята игрой с немертвыми крысками Кары под бдительным присмотром Рамиреса и нескольких подростков. — Что наши гости?

-- Живы. — Тут же ответил Тонни. — И вроде как целы. Ну… большая их часть. Ай! За что?!

-- За растрату драгоценного времени руководства. — Назидательно пояснила Одри, кинематографически сдувая с пальца-пистолета несуществующий дымок после успешного выстрела миниатюрной шаровой молнии. — Ты сейчас пошутил, а у Вакса последняя нервная клетка лопнет и что тогда? Все! Останемся без любимого лидера.

-- Не останемся. У него после тебя такой запас прочности выработался, что мне одному его никак не пробить. Вот если попробовать вместе с Карой…

-- Ну нет! — Возразила рыжая красавица и отобрав у Одри стакан с морсом сделала несколько жадных глотков, продолжила. — Чур меня ни в какие блудни сегодня не впутывать — выходной! Вакс, -- повернулась ко мне Кара, -- нужен твой совет и одобрение: Сводики. Простые я нам уже наменяла — есть даже пара-тройка полезных, вроде раскройки штанов из кожи или схемы запорного механизма — а вот редкие не трогала. Хотя за них очень даже спрашивали. Причем, совершенно не интересуясь тем, что на них есть -- главное, что редкие. Так что, меняем?

-- А сама как думаешь?

-- Меняем!

-- И?

-- И самые нужные или потенциально опасные листики я припрячу и никому о них не скажу. Разве что за о-о-очень большую взятку: вкусную или делающую большой бабах!

-- Вот и умничка, делай! Хотя, стой! Отсортируй редкие листочки для обмена на три кучки: меняем сейчас, меняем в Триграде и меняем на что-то очень интересное. В последнюю категорию заноси части потенциально полезных рецептов и фрагменты карты, о которых ты мне говорила.

-- Хорошо. Тогда я добавлю к ним еще наши записи о мутантах и монстрах — может выйдет на что стоящее поменять. Не зря же мы столько тварей у себя на острове укокошили?! А по части уничтожения скелетированной нечисти мы вообще любому фору дать можем.

-- Или ее приручения. — Съязвил я, бросая взгляд вниз, на гомонящую толпу ребят. Одна из крысок как раз повисла на рукаве бойкой барышни и ни за что не хотела ту отпускать. Барышня верещала, толпа — суетилась. А так же наперебой давала советы, то и дело порывалась помочь. Рамирес с мальчишкой старались не дать крыску в обиду и как могли ограждали пострадавшую мадам от толпы, а крыску от попыток мадам ее скинуть. Потому что скидывать скелетик та собиралась при помощи увесистого кувшина. Дефицитного, между прочим, кувшина.

-- И это тоже. Только такая информация на вес золота и за просто так я ею делиться не готова. Чтобы я согласилась выпустить такое сокровище в мир нужен о-о-о-очень ценный дар.

-- Или настроение. — Подметил Тонни, цепляя с общей тарелки кусочек крабьего мяса, который у него тут же утащила Небула, заставив парня вздохнуть и потянуться за следующим. — Потому что если по всему Ковчегу расползутся ручные скелеты, деревья-мутанты и прочие монстры в ситцевых платьях с рюшиками, чепчиками, комбинезончиками и просто косыночками и с обязательными нашейными или нарожными, или что там будет конкретно у тех особей, именными медальонами с четким посланием: «Собственность Рыжей Кары. Убивать, вредить, трогать и косо смотреть строго воспрещается!», то я таки боюсь того мира. Это же настоящий Каропокалипсис начнется!

-- Поговори мне еще, и персонально для тебя он начнется намного раньше! — Сузила глаза Карина и щелкнув пальцами, добавила. — Хотя, сама идея мне нравится — монстряшки в платьицах с рюшиками… это же та-а-акая ми-ми-мишность будет! Ми-ло-та! Да и твой страх их тронуть мне ну о-о-очень импонирует! Значит, не зря вас дрессирую. Значит, действует подход! А… тц… не на всех. Все, я побежала, пока они там Кусаке и Зубасте хвостики не отломали. А то они хрупкие и очень плохо склеиваются.

-- Список составить не забудь! — Крикнул я вслед убегающей Каре и получив беглую отмашку: «Услышала», проворчал — вот же ж шилопопая…

-- Как и все мы, в той или иной мере. — Подметила Одри и поставив пустую тарелку на стол, спросила. — Что дальше, Вакс?

Дальше были сборы.

Позвав на палубу Курта, Холлифаера и Хтора мы провели небольшое совещание, обсудив примерный состав группы для похода в Триград и то, чем будет заниматься оставшаяся на острове часть людей. Отдельно прикинули список товаров для обмена. Предметы должны были быть разной степени ценности и, по возможности, максимально легкими и компактными, чтобы мы смогли взять их по-больше и с их помощью прощупать рынок и получить нужную информацию. А то, что за такую придется платить я не сомневался. Законы города одинаковы для любого из миров, где есть люди. К тому же, это небольшая плата за сэкономленное время, которого всегда нехватает.

Мы выдвинулись за несколько часов до заката, планируя заночевать в Лесном Пристанище. Так и нам проще — небольшой отдых перед марш-броском и пополнение справочной информации о Триграде и окрестностях. Да и Астор на этом настаивал. Уж очень ему хотелось за экскурсию нас отблагодарить и обменять пару-тройку вещичек из присмотренных «эксклюзивов», вроде инструментов и бытовых расходников. Лампочек, предохранителей, уплотнителей и прочей нужной мелочи, которой у нас было даже немного с избытком, благодаря богатым складам комплекса и запасливостью Карины и Одри. Чего-чего, а свободного места в трюмах при отплытии толком и не было. Так — намеки.

Как сейчас помню спор девочек о том, что будет стоять и где. Одна хотела взять больше металлических труб, листов и прутов, другая — называла все это бесполезным хламом и настаивала на земле для огородика. Чуть до драки не дошло. Да и дошло бы, если бы я не пригрозил пустить обеих плавь за кораблем, если не прекратят спорить. Так что, победила дружба и компромисс: металлический «хлам» превратился в загородку с землей, на которой в последствии появились первые грядки. И только Тонни еще долго ходил ворчал по кораблю, жалуясь на упущенное шоу и ожидания увидеть, как подводные твари уплывают со всех плавников от нашей ядовитой парочки.

Отдохнуть в Лесном Пристанище у нас толком не вышло. Не то, что мы на это рассчитывали, но надежды были.

После того, что Астор с ребятами увидели у нас — дрессированных скелетиков, росянок и монстроузную ракушку Тонни, и рассказали об этом в поселении, всем стало очень интересно узнать, что еще такого у нас есть и как такое чудо мы сумели получить. На первый вопрос мы тактично промолчали, а на второй решили немного ответить, отправив на амбразуру Тонни и Карину. Языкатая парочка сперва уперлась, мол: «Чего это сразу мы?!», а затем сочинили складную легенду про принцессу, скрытый квест с десятком мудреных условий и каким-то боком приплели туда сгущенку, благодаря чему и удалось им получить во владение питомцев.

Забавные. Главное не забыть шепнуть Астору, чтобы не спешил проверять легенду на практике или делал это осторожно — не с самыми опасными монстрами. Потому что быть в ответе за членовредительство наивных слушателей не особо хочется. Хотя… если у нашей шебутной парочки получилось предсказать законы Системы и часть их окажется рабочей, то неплохо было бы получить свой процент с успеха. Но это вряд ли. Все же, песни в стиле Дисней в белом платье — это уже для меня за гранью. А ели добавить туда и прочие нюансы… Хотя… Система не раз и не два нас уже удивляла. Что ей стоит сделать это вновь?

-- Значит, семеро? — Астор протянул мне до краев наполненный свежим пивом бокал и присел рядом. Последние четверть часа я, сидя на лавке на окраине поселения, наблюдал за развлечением шебутной парочки — Одри и Небулы, что в свете закатного солнца соревновались в меткости по ползающим по дну рва зомби. — Не мало будет?

-- Это ты кого по половинке посчитал? -- Усмехнулся я, вспоминая состав группы. -- Костик -- ладно. Тонни... ну да, тот еще балбес. А еще?

-- Девушки. -- Усмехнулся в бороду Астор. -- Маленькие они, много места не занимают. Что там вдвоем, втроем за одного сойдут!

-- Выкрутился! -- Раздался комментарий возящейся рядом Карины.

-- А то! Но вообще, я думал мальчик и девушки не идут с тобой, друг Вакс. Дорога хоть и безопасна, но... но случится может всякое.

-- Может. -- Согласился я, -- но волков бояться -- в лес не ходить. А что нам лес, если ты любезно выделил нам проводника.

-- Ну, не стоит. Не мог же я отпустить своих друзей одних в такое опасное путешествие? Что если вы заблудитесь? Я себе этого не прощу!

Ага, как же! Не мог отпустить… не простил бы… Что он точно бы себе не простил, так это утрату столь ценного партнера для обмена. Перед уходом я строго на строго проинструктировал ребят, что делать в случае, если мы не вернемся в условленный срок, сделав это так, чтобы нас якобы «случайно» подслушали ребята Астора. И одним из пунктов как раз и была приостановка любого обмена с его поселением до прояснения причин нашей задержки. А после того, что он у нас увидел и на что получил намек, то просто не мог себе позволить нас потерять. Кто же еще сможет его обеспечить подобным разнообразием по низким ценам? А то, что этот ушлый жук урвет для себя самые вкусные позиции по лучшим ценам сомнений не было, как и претензий. Небольшие уступки и дружеские скидки положат начало крепким деловым отношениям, которые зачастую важнее дружеских. Хотя бы потому, что настоящая дружба может вынашиваться годами, а простое «хорошее» расположение может с легкостью отодвинуться на второй план из-за выгоды. Чего не скажешь о торговом союзе — такой за просто так не подвинуть.

Да и сам Астор располагал. То немногое, что я успел увидеть в нем и его поселении позволяет мне видеть в нем более-менее надежного партнера и союзника. Человека, в которого можно рискнуть вложить ресурсы и время.

-- Уверен, что хочешь дать нам Максима? Помнится, ты сам говорил, сколько всего на нем завязано. Как минимум, ваш собственный караван в Триград.

-- Все так, Вакс, все так. И забот на нашем Максиме много, и караван не за горами. Да только и вас же одних не оставишь. Сам же говорил — дружим мы теперь. Вот и забота как о сердечном друге. О ценном друге. Вы сильная и слаженная боевая группа — уж поверь, мне есть с чем сравнивать. У меня нет сомнений в том, что вы дадите отпор любым встретившимся по пути монстрам, мутантам или даже людям. Увы, но хоть округа периодически и патрулируется силами Триграда, от залетных банд или дураков не застрахован никто. Уверен, что с нашей картой не наплутаете и дойдете до города. Вот только ты и сам знаешь, насколько коварен Ковчег и сколько сюрпризов он может принести. Мы здесь живем практически с самого пробуждения, знаем и понимаем особенности долины и реагируем на них почти интуитивно. Уж поверь, после оживших деревьев, бегающей травянистой поляны и до чертиков жутких воющих кустов, которые вызывают галлюцинации и стравливают людей, после десятка перерождений мы научились здесь жить. Место стало для нас домом. Вы же здесь гости. Как не объясняй вам все опасности, как не предостерегай, а все не расскажешь. Что-то обязательно упустим. Не по умыслу. Просто это «что-то» выпадет из внимания. А вы науку за раз, да еще и в чистой теории, не впитаете. Так что нужен вам проводник, нужен.

Прав Астор. На все сто процентов прав. Одри в одиночку способна помножить на ноль толпы монстров, выстоять против групп бандитов и порвать на лоскуты почти любого из встречавшихся нам монстров, но против случая она бессильна. Опасность о которой ты знаешь перестает быть опасностью и становится трудностью. Опасность о которой ты не знаешь легко может оказаться фатальной.

И я еще молчу о времени, которое нам сэкономит Максим. Мы не будем отвлекаться на сверку троп с картой, подбором направления, выбора пути, а сосредоточимся на дороге и общей безопастности. К тому же, проводник может знать тропы, которые не успели нанести на карту и вести нас ими, что еще больше сэкономит время.

-- И похвалил, и пожурил, и угодил. — Усмехнулся я, отдавая должное речи Астора. — Осталось только не двинуть ноги, когда увижу счет за такой сервис и можно будет считать, что нам повезло.

-- Не двинешь! — Бодро засмеялся собеседник, приглаживая бороду. — Ты стойкий оловянный солдатик, друг Вакс. Да и что те деньги, в сравнении с дружбой? Так, пыль!

-- Пыль и пепел. — Повторил я, внимательней вглядываясь в ночную даль. — Кстати о пепле. Не знал, что у вас здесь действующие вулканы есть. Что скажешь, до нас волна дойдет?

Глава 7

— Ну признайся: испугался! — заложив руки за спину и вышагивая рядом, уже в десятый раз ехидно спрашивала меня Одри, вызывая улыбки окружающих. — Пожар! Бежим! Содом и Гоморра повторяются в Ковчеге! Детей и выпивку спасать первыми! Спрячьте зефирки — сперва шашлык!

Мы уже четвёртый час шагали по степи, и однообразие стало настолько надоедать Занозе, что она не придумала ничего лучше, чем развлекать себя за счёт омих нервов. Впрочем, как и всегда. Ну не за бабочками же ей гоняться? Тем более что это дело успела застолбить за собой носящаяся вокруг нас кругами вольфарка, а повторять за подругой — не для девушек. Так и до одинакового гардероба дойти можно, а это уже перебор.

— Не признаюсь, — спокойно ответил я, не поддаваясь на провокации. — Не было такого.

— Как это не было?! А кто прибежал к нам с криками: «Вулкан! Горит! Быстрее!»

— Я. Потому что хотел поделиться с вами красивым и романтичным видом извержения вулкана, пропусти вы которое — ни за что бы мне не простили. А вы что?

— А что мы? Костра никогда не видели?! Стоило из-за такой мелочи отвлекать нас от важнейшего соревнования? Тем более, что оно ещё и научно обоснованное. Вот ты знал, что зомбо-твари прыгают в полтора раза выше, если их должным образом мотивировать? Нет! А если их ещё немного подбодрить лёгкими дружескими подзатыльниками за самый высокий прыжок, то там такие номера начинаются!..

Номера у неё начинаются… А для меня выступление началось вчера, когда я принял чью-то шутку в стиле Оливера Бикара за правду и какое-то время заворожённо любовался далеким ярким огненным заревом, что поднималось с верхушки скалы, прикидывая, дойдут ли до нас последствия и как это отразится на путешествии в Триград. Да и за сам город волновался, а именно — за Настю. То, что у неё хватит ума не умереть от извержения, я знал. Но вот спасаясь, она, скорее всего, покинет город — и будет права. А это отдалило бы меня от её поисков.

То, что рядом нет вулканов, а все видимые горы — скалы, я не знал. А Астор не спешил меня просвещать, будучи занят тем же, что и я, — созерцанием прекрасного. Не зря же мудрые люди говорили, что вечно можно смотреть на три вещи: огонь, воду и звёздное небо. Перед нами было два из трёх. Как тут отвести взгляд?

Конечно, есть шанс, что огонь на голой вершине скалы появился сам по себе или по велению одного из двух верховных раздолбаев, но что-то мне подсказывало, что так отжечь могли только люди. Да и завершивший огненное представление небольшой салют намекал на это недвусмысленно.

Хотя кто, зачем и главное как устроил грандиозный пожар на скале — та ещё загадка. По словам Астора, пылавшая вершина представляла собой сплошные камни, и из интересного там мог быть только вид. Но даже за ним туда никто не рисковал подниматься — сложно, муторно и опасно. Гораздо проще было забраться на соседнюю высоту, к которой вела удобная горная тропа с природным подобием ступенек. Тем более что разница по высоте между вершинами — немногим меньше сотни метров, а значит, вид и обзор практически тот же.

Смотревшие в бинокль на зарево вольфары ничего интересного не заметили. Правда, Курт говорил что-то о серии мелких вспышек, словно от брошенного в костёр пороха, но и только.

— Макс, обрадуй нас и скажи, что мы скоро войдём на территорию племени Чероки и нужно вести себя тихо, иначе нас подстрелят, — с мольбой в голосе спросил Тонни, которого первого подвели нервы. Вот уж удивил, честное слово. Я-то думал, у светловолосого гада нервы как канаты, а сдался первым. Даже наш проводник держался лучше.

— Зона стимпанка в неделе пути, — пожал плечами Макс. — Там ищи своё джипное братство. Но кое-куда мы таки пришли.

— И теперь нужно вести себя тихо?

— А у тебя получится?

— Ой, ну вот начинается! Может, и смогу, а может, и нет. Но теперь из принципа молчать не буду! Тем более, что громче девчонок никто не будет по определе… ай! Ой!..

— Не смотри на меня так, Вакс, он сам напросился.

— Поддерживаю!

Не сговариваясь, наши прекрасные создания «скинулись» Тонни по подарку. Одри запустила маленьким искристым шариком, Небула — камушком, не отрываясь от ловли бабочек, а Кара довершила композицию молчанкой. Я вздохнул и покачал головой, словно сбрасывая с неё тяжёлые капли усталости и лёгкого раздражения. Как дети, ей-богу.

Тем временем Макс остановил группу у границы леса. Впереди виднелась извилистая, хорошо натоптанная тропа, по которой нам следовало идти дальше. Густые кроны лиственных деревьев сплелись так плотно, что под ними царила густая тень. В такой легко может спрятаться умелый хищник, так что нужно будет напомнить ребятам про бдительность.

Внимание привлекла деревянная табличка-указатель с выжженной надписью «Farm zone» в обрамлении мелких подрагивающих костей, надёжно примотанных проволокой. Но это бледнело на фоне маленькой детали, расположенной чуть выше.

— Очуметь! Слышишь, Карин? Тут у тебя конкуренты по части костяшек появились, — произнесла Одри, заворожённо рассматривая половинку скелета непонятного существа, похожего на какого-то грызуна, закреплённого выше таблички. Оно извивалось, клацало остатками зубов и вытягивало к нам костяные пальцы с острыми маленькими коготками, в попытках то ли дотянуться, то ли растерзать. — Только они их как-то странно используют.

— Бесчеловечно! — Кара подошла к скелетику и принялась рассматривать переплетения проволоки. — Что должна была сделать эта кроха, чтобы с ней так обошлись? Изверги!

— Не стоит трогать тотем фармеров, — предупредил Максим. — Они очень не любят его менять и точно не скажут спасибо тому, из-за кого им это пришлось сделать.

— Эти твои фермеры — больные люди! — проворчала Карина, погладив череп монстрика и ловко убирая ладонь от когтей. Их длины и подвижности не хватало, чтобы достать девушку, но попытки были. — Что за варварские методы устрашения?! Да ещё и за счёт таких милых очаровашек. Мы к ним сейчас идём?! Ну, я им выскажу!

— Не к ним, — мотнул головой Макс, — но пройдём по краю их владений. И мой тебе совет и большая просьба: не привлекай внимания. Напасть на нас не нападут, но времени и нервов мы потеряем изрядно.

— Кара, утихни, — одёрнул я девушку, после чего та мигом присмирела и, не переставая ворчать, вернулась к основной группе. — Если из-за тебя мы задержимся и не попадём в Триград вовремя — пеняй на себя. Ты сама знаешь, что злить меня не рекомендуется.

— Знаю, знаю, — буркнула Кара. — Тебя злого не забудешь.

На лице рыжей появилась гримаса вселенской обиды, которой я не поверил. Уж за столько-то времени я научился отличать её реальные обидки от картинно-показательных. Хотя то, как она смотрела на скелетик, меня впечатлило — с жалостью и переживанием.

Макс окинул взглядом группу, проверяя всех её членов, пару секунд к чему-то прислушивался и, кивнув своим мыслям, повёл нас вглубь леса.

Отмахнувшись от вновь начавшей меня поддевать Одри, я нагнал проводника.

— Что за фермеры такие?

— Фармеры, — поправил меня Макс, — бывшие задроты, что приняли новую реальность как игру и живут в соответствии с ней. Вначале сколотили группу. Со временем группа разрослась и стала поселением, а то — в подобие маленького города. Ну или крупного поселения — в нашей реальности фиг поймёшь, что чем считать. Обросли людьми, мощью и связями. Успели вдоволь повоевать с соседями, помириться, снова повоевать и впоследствии стали одними из трёх составляющих Триграда.

— То есть Триград — не город, а три города?

— Нет, Триград как раз-таки город. Реальный и вполне себе крупный город с городской каменной стеной, зданиями, дорогами, магазинами, торговыми лавками, и даже есть парочка тенистых парков с очень красивыми искусственными озерцами. За него-то и была основная заварушка между группами, которая закончилась не так уж и давно — месяца полтора назад. А до этого… До этого было тяжело. Все воевали со всеми, заключали шаткие временные союзы, подконтрольные территории меняли хозяев по два раза в день. Бардак, одним словом.

— Почти как у нас.

— Да не почти, — не согласился со мной Максим. — У вас что? Чёткое разделение на зоны — острова — и группы. Понятно, кто с кем и против кого дружит. Сразу видно, кто только что появился, а кто уже долго не перерождался и успел примкнуть к другой группе. Легче определять потенциальных кротов и засланцев. Здесь… вообще ничего не было понятно. К костру то и дело выходили новые люди — все одинаковые, говорили одно и то же и одинаково не вызывали доверия. Или вызывали — по-разному. Главное, что из-за кротов полегло немало людей, в том числе и в нашем посёлке. Шкерет, падла!.. — раздражённо сплюнул парень, после чего пнул землю с листьями, затирая плевок. — Как вспомню, как эта мразь впустила к нам зомбарей, так дёргать начинает. Повезло ему, что от когтей помер. Уж я бы с ним до-о-о-о-олго разговаривал. Урод!

Я не стал спорить с Максом, чтобы не прерывать его рассказ. Да особо и поспорить не получилось бы. Да, у нас были ситуации с Эльбой и тем же Хтором, который впоследствии отлично влился в наш коллектив, но в сравнении с тем, что было у них, — это мелочи. Нам и вправду было бы в разы легче распознавать подставных, будь у нас такая задача, хотя бы потому, что уже за месяц-полтора мы знали, если не всех, то большинство людей, которых можно было встретить на острове, и любые новички стали бы вызывать подозрения. Здесь же — простор. Без изолированных зон, вроде островов и прочего, что позволяет переродившимся людям забредать куда угодно, лишь бы хватило сноровки и удачи. Потому-то здесь и нельзя особо полагаться на память — новые лица появлялись бы регулярно.

— Так значит, сейчас фармеры — одни из управленцев Триграда и его окрестностей? — решил вернуть разговор в нужное русло я, не желая сильно углубляться в историю предательств группы Макса. Меня больше интересовал Триград и те, кто им управляет. Потому что, если я всё правильно понял, здесь имеет место трёхсторонний союз, и это уже интересно. — А кто остальные? И можешь рассказать о них?

— Ну а я что делаю?! — грубо ответил Макс, а потом цыкнул, одёргивая себя. Видимо, тот случай и вправду слишком глубоко засел в его памяти, раз одно только воспоминание так его злит.

— Отвлекаешься, — влезла в разговор Одри. Парень дёрнулся и явно хотел огрызнуться, но прикусил язык. Видимо, что-то вспомнил и решил не нарываться на «доброту» Искорки.

— Отвлекают, потому что, — буркнул он и начал рассказ.

Хох… беда. Нужно следить, чтобы девочки своей неуемной взрывной натурой и тягой к приключениям не сбили парня. Хотя Небула переключилась с бабочек на ящериц, которых отлавливает и аккуратно засовывает в карман джинсовой жилетки, а Кара плетётся где-то позади и роется в рюкзаке, который она почему-то перевернула на грудь. А Одри… будем надеяться на её благоразумие. Всё же, она умная девочка и не будет мешать Максу делиться с нами ценной информацией. По крайней мере, не должна.

Со слов парня я понял, что с момента Первого Пробуждения, как здесь принято называть день переноса, произошло много событий, которые в основном представляли собой войны за территории и лишь иногда — противостояния с монстрами и мутантами, которых им подкидывал Ковчег.

Образовывались группы, появлялись поселения, формировались союзы. Последние появлялись не чтобы противостоять порождениям сломанной Системы, а чтобы захватывать и отбирать у более слабых более «вкусные» и выгодные места и ресурсы. В конечном итоге в долине по эту сторону горной гряды осталось четыре крупные группировки и с десяток-другой мелких групп, вроде посёлка Астора.

Из крупных: клан фармеров, боевое объединение «Ярость», религиозное движение «Возвышение», а также дети дорог — «Свобода». Первые три образовали альянс и вместе управляют Триградом и окрестностями, присматривая за порядком и по мере сил зачищая подконтрольные территории от опасных мутантов, бандитов и обыкновенных придурков, которые нет-нет да и появляются на хоженых тропах. Что-что, а человеческая гниль вылезает повсеместно, и если не удалять нарывы сразу, то они довольно быстро превратятся в болезненные гнойники, которые уже придётся вычищать по-живому.

Игроманы, воины, фанатики… Не ново и ожидаемо. Воины и фанатики — так точно. Первые — потому что сила правила ещё с первобытных времён, когда воины брали в руки палки и камни и защищали поселение от хищников. Когда вождём становился не самый умный, а самый сильный, способный как выстоять против врага, так и силой заткнуть за пояс любого, кто позарится на его место.

Религия — ещё проще. Людям нужно во что-то верить. В себя, в Бога, в спасение, в соседа дядю Васю, что придёт на помощь, если что-то случится. Вера даёт Надежду, а та, в свою очередь, мобилизует в людях те ресурсы, о которых они даже не подозревали, позволяя выжить в казалось бы невозможных условиях.

Фармеры… Не скажу, что удивлён появлением таких людей, но удивлён. Верить в то, что всё вокруг — игра, с учётом игрового интерфейса, навыков, очков характеристик и прочей ерунды, — можно. Чудачество, как по мне, но вполне объяснимое. А вот то, что таких чудаков оказалось не десятки, а сотни — для меня непонятно. Ну как можно относиться ко всему понарошку? Ладно, прокачка и добыча ресурсов — это в играх считается каноном. Но, судя по словам Макса, смерть и потеря памяти для них практически ничего не значат. Кроме времени, конечно. Они не боятся «уходить на рерол» и с лёгкостью идут на это при зачистках пока непонятных мне «данжей» и войнах с кем бы то ни было.

Хотя, может, я чего и не понял или не уловил сути философии этих фармеров, и на самом деле они не разбрасываются виртуальными жизнями, а очень даже их ценят. Просто не так, как это привыкли делать мы.

Единственное, чего я совсем не понял, — что это за группа «Свобода» и как они смогли выбороть себе независимость от альянса. Если верить Максу, то это кочевники, у которых нет постоянной базы. Они постоянно перемещаются с места на место и нигде подолгу не задерживаются. При всём при этом — довольно сильные противники, с которыми считаются. Как это им удаётся — для меня загадка. Ведь не станешь же ты путешествовать с одним только рюкзаком или ручной кладью? Группа, хочет она или нет, обрастает скарбом — имуществом, от которого зависит выживание. Инструменты, оружие, сменная одежда… Да даже палатки, в которых они спят, если на то пошло, — довольно громоздкие. Да, в наше время туристическое снаряжение имеет малый вес и практически не занимает места. Палатку и спальный мешок легко можно распихать по карманам куртки и забыть об их существовании — современные материалы позволяли проделывать и не такие фокусы. Вот только я сильно сомневаюсь, что группа напала на склад «The North Face» и круто там прибарахлилась.

Потому я сделал себе мысленную зарубку в памяти — разузнать о «Свободе» побольше. Ведь если след Насти в Триграде — ложный, то непонятно, сколько мне ещё предстоит колесить по Ковчегу, и парочка-тройка секретиков о том, как сохранить мощь и мобильность, мне не помешает.

— Только не подходи ко мне с этой склизкой мерзостью! — предупредила Одри подругу. Наигравшаяся с ящерицами Небула вернулась в общий строй, играясь извивающимся в лапе хвостом небольшой ящерицы.

— Это ещё почему? — не отводя взгляд, спросила Неби. — Как по мне, очень даже милый хвостик. Не какой-то там крылатой хренабулы, а красивой крохи. Или ты их в разобранном виде боишься?

— Я тебя предупредила! — буркнула Одри, сместившись на другую сторону так, чтобы между ней и Небулой стоял я. Видимо, в случае нападения на неё салатовой запчасти рептилии я первым должен встать на её защиту. Девушки…

Маленький спор девочек прервал рассказ Максима. Воспользовавшись паузой, проводник выудил из внутреннего кармана портсигар и, достав из него дефицитную и явно дорогую сигарету, прикурил.

— Как думаешь, Железная, если я ожерелье себе из таких сделаю, мне пойдёт? Прикинь, оно всё такое цветное и живое — как маленькие щупальца осьминога, только без присосок, — и на моей шее? Красота!

— Извращенка!

— Не завидуй. Хотя, могу с тобой поделиться, если попросишь. Мы же с тобой подруги.

— И только это тебя спасает, — насупленно ответила Одри.

— Ну ты думай, — хвост исчез в одном из карманов жилетки, — пока до города не дошли — ещё можем и тебе на бусы наловить ящериц. В городе-то их не будет. А вот крысы…

— Небула, тихо! — в спор влез вольфар, немного меня удивив. Если мне было понятно, что девочки чешут языками от скуки и явно по-дружески, то Курту — и подавно.

— Не хочу! Хочу громко и во всё горло! С чувством, тактом, расстановкой…

— Заткнись! — рыкнул вольфар, смещаясь ближе ко мне. — Внимание, нас окружают.

Глава 8

После сигнала Курта группа пришла в движение, собравшись рядом с крупным деревом. Рик и Флав скинули щиты и заняли позиции по обе стороны от нас, готовые прикрыть от внезапных атак. Защёлкали затворы и предохранители — мы готовились к бою.

— Что бы ни случилось, только не стреляйте первыми, — предупредил нас Макс, занимая позицию. — Это может быть патруль фармеров. — А если не они? Валим всех? — азартно прорычала Небула, крутанув кинжалы. Затем спрятала их в ножны, сменив на автомат, посчитав, что так будет практичнее. — Тебе лишь бы кого-то завалить… — проворчал я, всматриваясь в тень леса в попытке увидеть приближающихся к нам людей или монстров. — Всех вообще убивать вредно. Грозит недополучением критически важной информации. — Так и быть — одного оставим! — оскалилась вольфарка. — Курт, кого ждём? — Людей. Десяток, скорее всего больше. Двигаются осторожно и слаженно. Шагов сто от нас, прячутся за деревьями. Разговаривают тихо. Скоро должны показаться. Ближе всего пара — на два часа от нас. — Принято. Готовимся к встрече. Рик, Флав — на вас прикрытие. Тонни, Кара и Небула — огневая поддержка в случае агрессии. Небула, ТОЛЬКО в случае агрессии. Это значит, что стреляешь тогда и только тогда, если они выстрелят первыми. Или нападут. Первой не начинаешь. И даже рот не открываешь — молчишь в тряпочку, или Карина тебе поможет. — Да, босс! — почти хором ответили орки. — «Да, босс!» — передразнила их Небула.

Я же уповал на то, чтобы это были бандиты или прочая шантропа. В крайнем случае — монстры. Потому что примечание Макса о том, что встреча с фармерами может нас изрядно подзадержать, мне не нравилось. — Одри… — Знаю, знаю — держу себя в руках! — шепнула ненаглядная, становясь рядом с Костиком и мной.

Хоть я и доверял Максу и Астору, но вскрывать раньше времени козыри не хотелось. Да, рано или поздно они узнают о способностях Искорки, и это может заставить их ещё больше с нами считаться, но лучше приберечь ультимативный аргумент для подходящего случая и разыграть тогда и только тогда, когда это будет максимально нам выгодно. Потому что ещё великий полководец Суворов говорил: «Удивить — значит победить». А в военном деле он на голову выше прочих и что-то в этом да понимает.

В указанном Куртом направлении мелькнули тени. Едва заметные, но различимые, если знать, куда смотреть и на что обращать внимание. — День добрый, уважаемые! — прокричал я. — Не нужно красться — мы вас прекрасно видим и немного нервничаем. А когда мы нервничаем, мы обычно стреляем. Давайте не будем доводить до непоправимого и поговорим.

Лес молчал, но, судя по дёргающимся ушам Курта, там что-то происходило. И правда — не прошло и минуты, как мы услышали гостей. — Кто вы и что забыли на наших землях? — Твою ж мать… — обречённо прошептал Макс и сплюнул. — Путешественники, — бодро ответил я, уже понимая, с кем мы говорим. Судя по реакции Макса, мы таки нарвались на патруль фармеров и теперь можем потерять немного времени и нервов, с чем я был категорически не согласен. Не станут же они нас задерживать за простой проход? Так что я рассчитывал решить всё разговором, в крайнем случае — заплатить за проход чем-то из товаров, припасённых для Триграда. — Направляемся в Триград, вот и всё. — Вы не путешественники, — голос говорившего сквозил ехидством и лёгким раздражением. — Вы — воры! — … ...! — Спорим, он сказал, что мы — воры сердечек? — шепнула Одри, хихикая с реакции Тонни на молчанку. — Рыжулька, ты насколько голос нашему красавцу выключила?

Карина что-то невнятно пробормотала и сильнее прижала рюкзак к груди. Я же проигнорировал реплику Одри и прикидывал, что такого мы могли сделать, в чём бы нас могли обвинить фармеры.

Затоптать цветочки вдоль тропы?

Бред!

Украсть воздух, которым мы дышим на якобы их территории?

Уже ближе к правде. Только сомневаюсь, что они настолько дурные, чтобы выкатывать такие бредовые претензии.

Взгляд скользнул на урчащую от предвкушения заварушки Небулу. А вот это уже похоже на причину. — Слишком громкое заявление, не считаешь? Тем более, что добыча была честно убита или поймана. Но если вы считаете, что для охоты на ваших землях необходимо специальное разрешение, то ладно — готовы поделиться добычей. Неби, отдай им пару хвостов и одну ящерицу. — Эй! А ожерелье я из чего делать буду?! — возмутилась вольфарка, но всё же полезла в карман и, выудив то, что я просил, придирчиво отобрала наименее привлекательные, на её взгляд, экземпляры и бросила в сторону говорившего: — Да подавись! Жлоб… — Ящерицы и хвосты?! Вы смеётесь?

Из тени на свет вышел эльф и начал приближаться к нам. Высокий, смуглый длинноволосый брюнет с редкой проседью красиво облаченный в плотную темную обтягивающую рубаху, подчёркивающую его мускулистое тело, которое безошибочно угадывалось даже под кожаной бронёй со знакомым металлическим отливом. Видимо, шкуры варнов действительно такие прочные и качественные, как о них говорил Астор. В руках незнакомец держал винтовку, благоразумно направленную вниз. — Не выходи, — шепнул Курт, указывая когтем замеченные огневые точки. — Мы под прицелом. Тонни подал знак, что поймал в прицел снайпера и готов открыть огонь по команде. Я же думал, что делать дальше. — Гримвест? — спросил Макс, выходя из-за дерева. — Это я — Макс, из Пристанища. — Макс? — удивился эльф. — Что ты делаешь рядом с этими ворами? Разве ты не говорил им, что брать чужое вредно для здоровья?

Вопреки предупреждению Курта, я, точно так же как и Макс, вышел из-под прикрытия Рика. Орк недовольно проворчал, но пропустил, пристроившись чуть сбоку от меня, готовый среагировать в любой момент. — Может, добавите контекста, уважаемый? А то одни обвинения и ни грамма доказательств. Как честный человек, я считаю это оскорблением. — Вакс!.. — негромко позвала меня Карина, но я знаком попросил её помолчать. Сейчас у меня нет времени на её шутки и колкости. Хотя голос у неё странно дрогнул. — Меня зовут Вакс, и я — лидер группы, которую вы назвали ворами, пока ещё уважаемый Гримвест. Мы немного спешим, и я предлагаю побыстрее разобраться со сложившимся недоразумением. А в том, что это именно оно, я не сомневаюсь. — Вакс, говорить буду я, не лезь! — шепнул Макс, стараясь задвинуть меня за спину. Вот только я не был согласен с его решением. Да, он наш проводник и, судя по всему, знает этих ребят. Но я — лидер своей группы, а значит, не должен отсиживаться за спинами других и уповать на случай в ходе решения проблем. Делегировать посторонним можно и нужно малозначащие задачи. Всё остальное и важное — решать самим. Или контролировать выполнение.

Тем временем Гримвест подал знак, и из-за деревьев начали показываться его люди. Я насчитал двенадцать душ, но, думаю, на самом деле их больше. Двое подошли к командиру и встали чуть позади него. Когда они подошли ближе, остановившись в нескольких шагах от нас, я отметил, что на всех троих примерно одинаковая одежда, и то, что те двое были эльфами. Канонические длинноволосые красавцы, внешне несколько напоминавшие Леголаса из всем известной саги. Даже лук с колчаном за спиной имелся, как и короткий меч на поясе. А ещё — винтовки, которые, точно так же как и у Гримвеста, смотрели в землю.

Решив не накалять ситуацию, я подал знак опустить оружие. — Вакс, значит, — произнёс эльф, оценивающе рассматривая меня и моих людей. От меня не укрылось, как его взгляд задержался на Курте и Искорке. Но дольше всего — на Карине. Видимо, либо наша красавица пришлась ему по вкусу, либо он услышал реплику о её способностях. А маги в Ковчеге всегда будут притягивать внимание, так как одним своим существованием способны изменить баланс сил. — Вакс… интересное имя. Говоришь, что в ответе за этих людей? — Гримвест, — влез в разговор Максим. — Может, отойдём и перетрём с глазу на глаз? — Зачем? К тебе у меня нет претензий, а твои друзья говорят сами за себя. Так ведь? — Так, так, — добавив в голос раздражение, сказал я, — может, перестанем ходить вокруг да около и перейдём к сути вопроса? — Легко. Но перед этим ответь: ты в ответе за своих людей? — Да, — согласился я, не совсем понимая, к чему ведёт эльф. К тому, что мне отвечать за группу? Я — лидер, это и так моя обязанность. — И ты уверен в них? — Больше, чем в себе. Знал бы ты, через что мы прошли — не задавал бы глупых вопросов. — Ха! А раз ты уверен в своих людях и себе, уверен, что всё это — недоразумение, то как насчёт небольшого уговора о компенсации? Если прав ты — компенсация, равная предмету претензии, с нас. Нет — возмещаешь то, что украл, но в двойном размере. — Идёт! — я протянул руку для закрепления договора, которую тут же пожали. — Вакс… — вновь окликнула меня Карина, но тут же была одёрнута шикнувшей на подругу Одри.

Да что там происходит такого в её голове, что нужно срочно с этим поделиться?! Я обернулся на Рыжую, увидел её виноватое лицо — и всё понял: я крупно облажался. Причём два раза. Первый — поспешно принял уговор Гримвеста, не до конца разобравшись в ситуации, а второй — когда взял в группу Карину. Твою м-м-м-мать… Любительница костяшек!

— Пусть рыжеволосая девушка вывернет рюкзак. Мне кажется, его содержимое тебе понравится, — попросил эльф, прекратив рукопожатие и теперь с интересом глядя то на меня, то на моих людей. — Вакс… — жалобно пробормотала Карина, сильнее прижимая рюкзак к себе. — Делай, как он сказал, — прорычал я, судорожно соображая, как буду выпутывать нас из ситуации. — О-о-о-о! — протянула Одри, махая руками. — Подруга, только не говори, что ты это сделала. Не-е-е-ет!

Вместо ответа Карина обречённо опустилась на колени, открыла рюкзак и аккуратно достала его содержимое. — Твою м-м-мать, Рыжая! Ну как так-то?! — провыла Небула, увидев связанный по клыкам и лапам тотем фармеров. Половинка скелетика неизвестной твари извивалась на земле, сучила когтями и явно намеревалась всех нас порвать на кусочки — так яростно клацала зубами. Похоже, прообразом непонятной твари была чихуахуа или другой «боевой песель» современности. — Ему было больно и неудобно, — жалобно пролепетала Карина, взяв скелетик на руки. Если бы не вездесущие острые когти, то, уверен, держала бы его как ребёнка. — Ну я и подумала, что со мной ему будет лучше. К тому же я оставила ему замену. — О, да! Замена отличная! — эльф осклабился, а его люди разразились короткими сдержанными смешками. — Нам понравилось. Но, видишь ли, оставленная тобой Барби в розово-бордовом камуфляжном наряде может навести путников на неправильные мысли о нашем клане. — Чего ты хочешь? — сурово спросил я Гримвеста, желая быстрее закончить с ним и приступить к экзекуции одной охреневшей личности. — У меня есть товары для продажи — возьми сколько нужно, забирай тотем и разойдёмся краями. — Хорошее и выгодное предложение, но… ты согласился с квестом, а значит, должен его выполнить. К тому же два тушкана — это два тушкана, а товары мы можем у тебя купить. По хорошей цене, разумеется. Главное — закончи квест. — При всём моём уважении и с учётом нашей вины, у меня нет на это времени, Гримвест. В Триграде есть человек, с которым мне нужно встретиться и который в любой момент может оттуда уйти. Мне очень не хочется с вами ссориться, потому я предлагаю взять товары и не задерживать нас. — Тогда тем более стоит спешить! — продолжал оскаливаться Гримвест. — Мы проведём вас к данжу, где обитают тушканы, и даже расскажем, как его лучше зачистить. А насчёт завуалированной угрозы… — эльф неопределенно повёл ладонью, — твоя группа производит впечатление: сразу видно сильных воинов и непростых противников. Но хочу тебя предупредить, Вакс, что даже если ты убьёшь нас, то вряд ли успеешь добраться в Триград в этом возрождении.

Со всех сторон послышались шорохи. Даже не поворачиваясь, я знал, что сейчас мои люди готовятся вступить в бой. Я заскрипел зубами. Рядом нервничал и негромко матерился Максим.

Время… Мне до боли не хотелось терять ни минуты, но я отчётливо понимал, что единственно верное решение — согласиться с требованием Гримвеста. Да, вместе с Одри и амулетом мы размотаем вражескую группу и, возможно, обойдёмся без потерь. Но я в это не верю. Удача — изменчивая сука, и если есть возможность, она обязательно отвернётся. Так что, даже выиграв бой, нет уверенности, что я не проиграю войну. Что там говорил Макс? Фармеры — одна из четырёх сильнейших сторон долины? Уверен, что с такой мощью у них есть много сюрпризов, способных нас удивить. — Хорошо, веди. — Рад, что ты сделал правильный выбор!

Эльф подал знак — и к нам принялись стягиваться его люди: почти двадцать человек, включая его. Все — вольфары или эльфы, что меня немного удивило. Они разделились на две части и заняли места в голове и хвосте, после чего повели дальше по тропе. Даже без подсказки Курта я знал, что в лесу осталось прикрытие, которое, вздумай мы напасть, оказало бы поддержку товарищам и послало гонцов в основной лагерь. — Вам повезло, — тем временем заговорил Гримвест, — данж как раз откатился и готов к новой зачистке — не нужно будет ждать респа. Часа за три-четыре закончите. Или нет.

Я промолчал, не желая сейчас разговаривать. Может, это было и не совсем правильно, вот только внутри меня клокотали эмоции. Меня распирало от гнева и ограниченности выбора в ситуации, в которую мы попали по вине одной рыжеволосой гадины. — Вакс… — стоило мне о ней подумать — и она тут как тут. Искренний в своём раскаянии, виноватый голос девушки был способен растрогать даже самого черствого и бездушного сухаря, но не меня в этот момент. — Прости… я правда думала, что никто не заметит. Заберу Забияшку, полечу его… У Кусаки и Зубасти друг появится… будут о нём заботиться. Вакс… — Ни слова! — процедил я, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться. — Потом поговорим.

Карина всхлипнула и отстала. А я погрузился в мысли. Мы шли около часа, пока не выбрались из леса и не оказались в начале большого поля, или луга. В сотне метров от нас виднелись развалины какого-то поселения: руины и остатки каменных стен. Много камней. Даже с такого расстояния было видно, что место явно не обжито. В отличие от небольшого, но основательного лагеря неподалёку.

Четыре небольшие, но крепкие деревянные постройки располагались в некотором отдалении от руин и играли роль наблюдательного и перевалочного пункта. Такой себе постоянный лагерь со всеми удобствами: костром, навесом для отдыха, коптильней и даже стойкой с оружием, на которой в основном были копья и обитые шипами дубины.

При виде нас лагерь оживился. Сидевшие у костра люди встали и сперва махнули нам, вернее, своим товарищам, которые нас сопровождали, а затем позвали остальных. Так что, когда мы зашли в лагерь, нас уже встречали полным составом — в десять человек. — Отдыхаете? — весело спросил товарищей Гримвест, здороваясь с коренастым гномом, который вышел нас встречать в одних штанах, но со здоровенной кружкой. — Я вам группу зачистки привёл, так что у вас внеплановый выходной. — Хо! Это хорошо, Грим, но молодняк мы как обкатывать будем? Экспа на дороге не валяется. — Твой молодняк новые тотемы не отловит. А ты скорее отбрешешься, что респ без тушканов был, чем будешь за ними гоняться. — Что, снова тотем сломали? — понимающе спросил гном и окинул нас взглядом. — А с виду приличные люди. — Не-а! Ни за что не угадаешь! — осклабился эльф. — Себе забрали! Как домашнюю зверушку хотят держать. Вот, чудаки! Думали из него пета сделать. Из моба! — Ты хоть сказал им, что это невозможно? — теперь гном смотрел на нас с долей сочувствия, как смотрят на умалишённых. — Намекни им на зверей — их хоть реально приручить.

Устав от того, что на нас не обращают внимания, я вышел вперёд. — Уважаемые, может, не будем тянуть время и начнём? Нам ещё потраченное время наверстывать. — Горячий! — цокнул гном. — Прямо как Аста, когда ещё была с нами. Ну что ж, раз готов, то не смею задерживать — вход там!

Глава 9

— Может, будешь с ней помягче? — глядя на подругу, спросила Одри. Карина сидела, понурив голову, рядом с грудой наших вещей и играла с бывшим тотемом фармеров, апатично ведя ладонью над старающимися её цапнуть коготками. Девушка была полностью погружена в свои мысли и не замечала ни обсуждающих её фармеров, ни даже лёгкого летнего дождя, что совсем недавно начал капать. — Куда ещё более мягче? — буркнул я, проверяя, насколько удобно закреплена на поясе маленькая дубинка. — Вообще её не трогаю. Сидит себе человек спокойно в сторонке — и сидит. — А мог бы и потрогать! — И это мне говорит моя женщина! Ревновать не будешь? — Пфе! — сложила руки на груди Одри. — Вакс, я серьёзно. Может, возьмёшь её в руины? Ты даже Костика взял, а её — нет! — Кто-то должен остаться и присмотреть за вещами, — гну свою линию я. — И даже не заикайся, что здесь останется Макс или что этим ребятам можно верить, — не прокатит. — Мы, вообще-то, всё слышим, — произнёс один из фармеров. Эльф даже дёрнул ушами, показывая, как его задел намёк на их нечестность. — Слушай! Тебе кто-то мешает?! — огрызнулась на него Одри и вернулась ко мне, не став дальше обращать на него внимания. — Этот их данж для нас — лёгкая прогулка. Сам же слышал рекомендации Роха: «Минимум два шестых уровня на группу. Танк с тридцаткой в телосложении и дамагер с двадцатью в силе и ловкости». Да у нас детвора отбор бы прошла! Мирон с Оксанкой так друг друга мутузить приловчились, такие тренировки себе выдумывают, что данж для них как игровая комната был бы — лёгкий и весёлый. А мы, на минуточку, боевое звено группы. Риска — ноль! Так зачем ей сидеть с вещами?! — Для профилактики, — буркнул я в ответ и поднялся на ноги. — Всё, заканчиваем ворчать — выдвигаемся. Быстрее наловим тушканов — быстрее двинем в Триград.

Рохан, кряжистый гном, что в данный момент руководил наблюдательным пунктом и отвечал за данж, дал нам более чем полное описание предстоящего приключения и предложил выдать оружие на время зачистки, от которого мы вежливо отказались. Не потому, что оно было плохое или нам не подходило, а чтобы работать привычным нам оружием и иметь с собой необходимый боезапас. Под этим предлогом мы оставили у себя много огнестрела, который в случае стычки нам пригодится.

Да, чем больше я смотрел на фармеров, тем отчётливее понимал, что ребята странные, но разумные и не будут создавать конфликт ради конфликта. Вот только лучше перестраховаться и быть готовым ко всему, чем расслабиться и в случае проблемы встретить её безоружным. Ведь это — Ковчег! Здесь на каждом углу приключения и происшествия. Не фармеры, так два небесных укурка что-то учудят — а нам разгребай. Нашлют дождь из тварей, и что тогда? Копьями и дубинками воевать? Нет уж, лучше так.

Не знаю, почему эти чудики решили назвать населённые скелетами руины данжем, но спорить с ними не стал. В своё время я немного играл в игры и помнил, что данжи — это своего рода подземелья или закрытые локации с монстрами и обязательно сильным боссом, с которого можно получить хорошую добычу. В нашем случае — разрушенное до основания село и толпы скелетов. Ни о чём ценном не может быть и речи, ведь в мире Ковчега с монстров ничего не «падает», а всё мало-мальски ценное из села давно растащили фармеры.

— Ну что, шеф? — бодро произнёс Тонни, на ходу подбросив фиолетовый цветок и элегантно поймав его за стебель зубами. — Зашли и вышли, приключение на пять минут? — Не накаркай, болван! — ответил я, осматривая команду и подмечая её готовность. — Клетки взяли? — У Костика. — Хорошо, заходим.

Пропустив вперёд орков, мы двинулись к главному и единственному видимому входу в разрушенный посёлок — и синхронно дёрнулись под счастливую реплику Небулы: — Кар!

— Мне казалось, тут интереснее будет… — грустно подметил Флав, лениво расплющивая щитом очередного скелета-горе-воина. — А они даже до наших не дотягивают. — Это потому, что у них железяк всяких нет, — поучительно сообщила Одри. — И ещё потому, что наши скелеты образованные. Все по-череповно — инженеры, техники, учёные... А до этого села прогресс не добрался.

С момента входа в руины прошло минут десять, не больше. За это время мы почти добрались до его центра, особо нигде не останавливаясь. Во-первых, смотреть здесь было не на что — камни и камни, а во-вторых, остановить нас было некому. Встречавшиеся скелеты мало чем отличались от тех, что были у нас в комплексе, и ничего не могли нам противопоставить. Так что для нас это была лёгкая прогулка, а не серьёзная и опасная зачистка грозного данжа.

— Не расслабляемся! Или напомнить, как однажды кое-кто проморгал ползунка? — Не проморгал, а не ожидал его там увидеть, — неохотно ответил Тонни, метким броском камня сбивая череп скелета. — Кто знал, что они по потолочным проводам карабкаться начнут и на голову падать? И вообще, кто тебе сказал, что я его не видел?! — Твой крик, сладенький, — рыкнула Небула. — Как у напуганной маленькой девчонки! — Пфе! Я просто проявил уважение к смекалке и труду вражеского бойца, позволив ему уйти не только красиво, но и с чувством выполненного долга и морального удовлетворения! — парировал Тонни. — Он первый из скелетов, кто до такого додумался — проползти по потолку и спрыгнуть на нас сверху, а не буром переть напролом. Уважения стоит. — Ладно, ладно, — махнула на парня вольфарка, — почти убедил, вежливый мальчик. Предлагаю сейчас реально быть чутка порезче и повнимательнее, потому что если упустим тушканов — Вакс нам всем точно даст просраться. Босс и так зол, как стая пираний.

Я вскинул бровь. — Ты просто себя со стороны не видишь, — пояснила Одри. — Сгусток нервов, того и гляди — взорвёшься. — А ты бы не нервничала? — спросил я в ответ, в последний момент одёрнув себя, чтобы не огрызнуться. — Меня от сестры отделяют полдня пути, а я теряю время на заброшке, гоняясь за скелетом суслика. — Тушкана, — поправила Одри, — и ты наверняка не знаешь, та это Настя или не та. Только предполагаешь. Относись к этому философски, вдруг всё так и должно быть? — Вот только ты эту холистическую белиберду мне не рассказывай. «Сама вселенная сделает всё за тебя — только доверься». Есть цель, а есть преграды. Всё. И чем быстрее я её преодолею, тем скорее вернусь к пути.

— Ребята, слева! — привлекла наше внимание Небула и первой рванула в нужном направлении. — Там тушкан пробежал! Точно он! Ловлю!

Переглянувшись, мы последовали следом, по пути упокоив парочку скелетов, проигнорированных вольфаркой. Добежав до перекрёстка, Небулу мы не обнаружили, зато услышали: пушистая воительница о-очень сильно на кого-то ругалась и, судя по затухающему звуку, быстро от нас удалялась. — Ноги в руки — и догоняем! Курт — вперёд. Рик, Флав — на вас прокладка пути: расталкивайте костяшки, делайте что хотите, но не останавливайтесь. Остальные — не отстаём.

Не успел я договорить, как ребята принялись выполнять приказы. Курт серой тенью унёсся вдаль, мягко обходя скелетов или попросту их перепрыгивая, и уже спустя пару секунд скрылся из виду. Похоже, сейчас он выложился на максимум — такой скорости за ним я не припомню.

Мы бежали следом, прямо на ходу отвешивая удары агрессивным костяшкам. Огромные орки перли напролом и сметали своими тушами четырёх из пяти скелетов. Те немногие, что оставались, удостаивались приза в виде наших кулаков или дубинок. — М-мать! Это ещё что такое было?! — выкрикнула Одри, после того как у нас под ногами промелькнуло что-то маленькое и серое. — Сто-о-о-ой, падла! Сто-о-ой!

Из-за поворота показалась разъярённая вольфарка, преследующая серую тень, и стала стремительно приближаться. — В стороны! Вжались в стены, быстро! — закричал я, прилипая к стене и освобождая проход.

Вовремя. Не успел я закончить предложение, как ребята кинулись врассыпную буквально за миг до того, как между нами пронеслась Небула и скрылась за очередным поворотом, преследуя серую тень. — Офигеть! И что это было?! Кто-то успел рассмотреть? — спросила Одри, отходя от стены и глядя в сторону опадающего пыльного облачка. — Успел, — как подошёл Курт, я не слышал и немного напрягся от неожиданности. — Это и есть тушкан, который нам нужен. И он очень, очень быстр и ловок. — Теперь понятно, почему они с нас не захотели брать деньгами, — произнёс Тонни, — такую шуструю ерунду на костяных ножках ещё попробуй поймай! — И почему у тотема этих самых ножек не было, — добавила Одри, — мстительные и мелочные эти фармеры. Хотя… если бы мне нужно было их постоянно ловить, то я бы от скелетов ещё меньше оставляла. Только клацающую черепушку — и то не факт. — Кто бы сомневался, — пробурчал я и размял шею, отметив, как хрустнул позвонок. Реализм во всей красе! — Собрались, нас ждёт большая охота!

И она началась — во всей своей красе и неотвратимости, сопровождаясь полной зачисткой руин от скелетов, которые вечно мешались под ногами, и уборкой кости в сторону. Потому что любая, абсолютно любая мелочь могла помешать нам в ловле этих трижды проклятых порождений ада.

Мы насчитали примерно четверых тушканов. Их может быть чуть меньше, а может и больше — фиг поймёшь. Потому что скорости, на которых бегают эти мелкие твари, просто запредельные. И совсем не факт, что увиденная тобой зубастая мордаха — не та самая, что ты видел минуту назад. Ведь за эту самую минуту костяная гадина способна, как Флеш, пробежать пол-планеты и даже не вспотеть! Мне так кажется.

— Держи крепче, — процедила стоящему напротив нас Костику Одри, — или я из тебя тотем сделаю!

Я с Одри и Костик с Тонни натянули в паре метров от перекрёстка наспех связанную из курток и прочей одежды ловчую сеть, в которую десять минут назад уже чуть было не поймали тушкана, но выскользнувший из рук парнишки кусок ткани позволил тому убежать. Точно такие же засады стояли и в других направлениях перекрёстка, обрезая все пути к бегству.

— Тихо! Они уже близко! — шикнул на нас Тонни, но мы и без него притихли. Потому что матерные крики Небулы и без того было слышно по всей округе, и с каждой секундой они становились всё ближе.

Впереди послышался костяной перестук, а следом раздался глухой звук удара — и ликование орков! — Поймали, босс!

Выдохнув, я отпустил свою часть сетки, которую тут же собрал Костик, и подошёл к оркам. А там было шумно.

Первое, что я увидел, — как Флав мягко, но настойчиво отпихивал злющую Небулу, старающуюся прорваться к держащему бешеный тканевый свёрток Рику. Рик морщился и явно размышлял, как переместить тушкана в клетку, не выпустив его из свёртка и сам свёрток вернуть. И решить это нужно было как можно скорее, потому что острые когти уже вовсю полосовали ткань. — Да я его только поглажу! — выкрикивала Неби, стараясь прошмыгнуть сквозь Флава. — «Спасибо за марафон» оформлю — и всё! Да пусти ты меня к нему уже, образина зеленомордая — целее будешь! — Моя куртка! — прошипела Одри и подлетела к Рику, после чего вонзила в прореху покрывшуюся металлом руку и вытащила тушкана. Зверёк извивался и пытался изодрать Одри, но когти беспомощно скользили по металлической коже, не оставляя следов. — Не мог другим концом его ловить?! — кинула орку претензию девушка. — Её же теперь только выбрасывать! Рядом же — тряпка блондина, её не жалко! Ар-р-р! А нам ещё одну такую тварь поймать нужно!

Не переставая ворчать, Одри забросила беснующегося тушкана в клетку и захлопнула дверцу. — Не нужно, — донёсся до нас спокойный голос вольфара, а затем рядом с нашей клеткой встала ещё одна. — Всё готово. — Та чтоб меня крысы драли, как?! — воскликнула Неби, неверяще глядя на кротко сидящего в клетке тушкана — брата-близнеца только что нами пойманного. — У каждого свои секреты, — коротко бросил Курт и легонько щёлкнул вольфарку по носу. — Научишься.

Из руин мы вышли под восторженные аплодисменты фармеров — очень искренние и, что немного удивительно, радостные. Хотя если подумать: не поймай мы тушканов, то делать это пришлось бы им, а мы уже поняли, насколько это геморройная задача.

— Вижу, вы с уловом, — бодро произнёс Гримвест, хлопая в ладоши. — Хотя я в этом ни минуты не сомневался. — Ага, не сомневался он! — хохотнул Рох и протянул в сторону эльфа раскрытую пятерню. — Гони бабло, ушастый, и не забудь рассказать ребятам, за что оно мне перепало. — Года идут, а ты не меняешься, дружище, — не переставая улыбаться, ответил эльф и, выудив из кармана кошель, отсчитал несколько монет и перебросил гному. — Мог бы и промолчать ради нашей дружбы. — Да вот ещё что! — монеты исчезли в кармане гнома, а я для себя отметил наличие здесь денежной системы. Вот об этом Макс и Астор умолчали. Может, и не специально — для них это могло стать чем-то само собой разумеющимся, что не требует пояснений и упоминаний. Чем-то обыденным. Нужно будет выяснить ценность монет и зону их обихода — вдруг они только у фармеров действуют? — Сам скажу, чтобы тебе стыдно было! Ушастый ставил на то, что ни черта вы не поймаете и придёте или ныть, или дебоширить. А я — нет! Я сразу знал, что вы мелких засранцев в два счёта спеленаете и мне на пиво заработаете. Молодцы! — Надеюсь, ты не в обиде на меня, Вакс? — отмахнулся от хохочущего во всё горло друга Гримвест. — Понимаешь теперь, почему мы злимся, когда наши тотемы ломают? Они для нас не просто костяные пугала, а доказательство сноровки и умения. Стойкости и терпения, в конце концов. Каждое звено однажды проходит подобный тест и, поверь, второй раз на такое подписываться никому не хочется. Кроме как старому засранцу Роху, но он за это такие деньги дерёт, что удавиться легче. — Это потому что ты жадный, как и все отрыжки леса! — парировал гном. — Всегда жмёшься. — Мы в расчёте? — спросил я, никак не отреагировав на происходящее между друзьями. В иной ситуации меня бы это позабавило, но общее напряжение сказывалось. — Никто никому ничего не должен? — В расчёте, — заверил меня Гримвест и протянул руку, которую я пожал в знак окончания сделки. — Мои люди проведут вас до юго-восточной границы нашими тропами — сэкономишь немного времени.

Кивнув эльфу, я повернулся к своим людям и приказал собираться. Клетки забрали фармеры и унесли под навес, предварительно перепроверив надёжность засовов.

Ребята споро подошли к вещам и, потратив несколько минут на перепаковку с учётом пришедшей в негодность одежды, водрузили на себя рюкзаки.

Бледная как мел Кара старалась избегать моего взгляда и вела себя тише травы, прячась за спинами ребят, по-прежнему прижимая к себе шебуршащий костяной комочек. Что ж, надеюсь, для неё он стоил тех последствий, которые её ждут.

Макса искать не пришлось. Стоило нам выйти из руин, как он сам присоединился к группе и, парой матерных слов высказав своё восхищение нашему везению, ждал готовности тронуться в путь.

— Будешь возвращаться — заходи на огонёк, — Гримвест протянул мне небольшой медный жетон на кожаной нитке. С одной стороны виднелась гравировка пещеры в обрамлении не то молний, не то кривого пара, а с другой — скрещённые топор и посох на фоне круглого щита. — Покажешь любому из наших — и тебя проведут прямо в лагерь. А там назовёшь моё имя, и я тебя найду. — Зачем? — задал я вполне логичный вопрос, убирая в карман жетон. — Поговорить. Ты интересный человек — даже очень. Уверен, нам найдётся что обсудить, тем более что это может быть выгодно нам обоим. — Не обещаю, но если дорога будет вести через ваши земли и у меня будет время на разговор — заскочу. — На большее я пока и не рассчитывал, — ответил эльф и задумчиво щёлкнул пальцами, словно только что что-то вспомнил. — Кстати, не знаю, насколько тебя это заинтересует, но в копилку причин к нам зайти хочу добавить ещё одну: у нас есть замечательный дом юных авантюристов — «Пристанище принцессы Насты и славного рыцаря Вакса». Пользуется популярностью, между прочим.

Глава 10

"— Этой чашечкой королевского чая я хочу наградить вас, сэр рыцарь, за проявленную смелость и отвагу. Вы победили дракона и защитили свою принцессу! Маленькая детская ручонка ловко подхватила небольшой розовый чайничек и разлила чай по пластмассовым чашечкам, после чего передала одну сидящему напротив мальчику. Мальчик с гордостью принял розовую чашечку с надколотым краем и слегка наклонил голову в знак благодарности, после чего сделал глоток. Сладковато-горькая тёплая вода, окрашенная старым, выгоревшим на солнце синтетическим чаем с добавлением сахарозаменителя, явно пришлась не по вкусу мальчику, но тот лишь улыбнулся и, причмокнув от удовольствия, сделал ещё один глоток. После чего вернул чашечку на картонный столик и произнёс: — Могу ли я попросить добавки чудного напитка, миледи? Мальчик и девочка сидели в коробке из‑под холодильника, разговаривали и пили самый вкусный чай, греясь под проникающими через искусственное окошко тёплыми лучами осеннего солнца. Они отмечали героическую победу маленького рыцаря над страшным драконом — заползшей в дом мусорной крысой. Грызун не перенёс встречи и, испустив дух, лежал поверженный в груде мусора в десятке метров от них. — Конечно, сэр рыцарь. В замке принцессы Насты всегда найдётся чай для отважных героев."

После обмолвки Гримвеста я надолго выпал из реальности. Моментально нахлынувшие воспоминания утянули меня глубоко на дно, возвращая в памятные моменты — моменты с Настей. Сердце забилось чаще, эмоции били через край, и где‑то на задворках сознания билась одна и та же мысль: «Это она! Я её нашёл!». Пристанище принцессы Насты. Дом юных рыцарей. Нет, не может быть, чтобы это было совпадением. Я в это не верю. Не хочу верить. Погружённый в себя, я шагал в сторону главного лагеря фармеров, особо не обращая внимания на то, что творилось вокруг. Где были мои люди — шли ли они за мной или остались у руин? Сколько фармеров нас сопровождало и о чём рассказывал Гримвест? Он говорил об интересных вещах, но не о тех, которые я мог сейчас воспринимать. Вроде, с ним поддерживала разговор Одри, задавая наводящие вопросы об их жизни, системе квестов и наград и прочем, о чём вскользь рассказывал эльф. — Вакс, не спеши так! — дёрнул меня за плечо Костик, возвращая в реальность. — Подходим. — Спасибо, — поблагодарил я Костика и уже осознанно осмотрелся. А неплохо они так развернулись! Выйдя из леса, мы очутились на огромной поляне. Нет, ОГРОМНОЙ! Настолько, что вдали неприметно расположился средневековый замок, чем‑то похожий на тот, что был у Баса, но немного меньше. У замка отсутствовала каменная крепостная стена, но её прекрасно заменял мощный частокол из заострённых брёвен с дозорными башнями. От частокола и примерно на треть поляны растянулся городок из деревянных и глиняных домиков, хотя виднелись и несколько тентованных шатров. Дальше, от городка и почти на всю поляну, простирались луга и огороды. Ровные грядки с зерновыми, корнеплодами и прочими культурами радовали глаз и говорили об основательности людей, их создавших. На полях трудились люди. Не меньше четырёх десятков работяг пропалывали грядки, вырывали сорняки или собирали урожай под парным солнцем, выползшим на небо после маленького дождика. За безопасность отвечали дозорные и вооружённые патрули, несколько групп которых я приметил, бегло осматривая обстановку. Уверен, Курт заметил гораздо больше и после обязательно со мной этим поделится, но сейчас мне хватало и того, что я видел. — А это общая доска квестов, — Гримвест показал на стоящий под навесом деревянный щит с прикреплёнными листочками. — Здесь каждый желающий, вне зависимости от уровня и ранга, может подобрать задание. Список обновляется несколько раз в день, потому что дефицита в них практически нет. — Потому что это дейлики, — сделал ремарку Рох, которого я только что приметил. Интересно, как он оставил свой пост и почему пошёл с нами. — Их только цивилы и берут. Ну или туристы. Всё самое вкусное там — за стенами, — указал кружкой в сторону замка гном, чуть не расплескав пиво, — для настоящих авантюристов. — «Обработать десять грядок моркови. Награда — двенадцать медных фармов», — прочитал одно из объявлений Тонни. — И что, это много? — Если работать и для тебя, то много, — ответила Одри. — Ты тот ещё лентяй. А если в деньгах — то мало. — Награда достойная, — степенно пояснил Гримвест, — на эти деньги можно купить еды на день‑полтора… — Это — награда, — перебила его Одри, — её всегда недостаточно! Гном засмеялся, отпустив шутку про неуемный характер девушек, а Гримвест лишь пожал плечами и улыбнулся, соглашаясь с девушкой. Умный. На входе в замок нас остановили, досмотрели и вежливо попросили сдать оружие на хранение, указав на специальную комнатку‑склад рядом. Немного поколебавшись, я согласился на требование, посчитав, что сейчас у меня нет времени на обговаривание других условий. Тем более, что в случае реальной заварушки у нас есть джокер в виде Одри и талисмана, который она прятала под одеждой. Так что, оставив всё оружие, в том числе и холодное, и оставив с ним Карину, мы прошли за частокол. Внутренний город встретил нас пестротой и атмосферой средневековья. Чистые просторные улочки, лавки с крупными вывесками — вроде кузни «Пьяный дварф», трактира «Хромой пони» или портного ателье «Няшка‑модняшка», — в которые так и тянуло зайти. Мчащиеся по своим делам торговцы с ящиками и корзинами, мило беседующие за столиками у придорожного кафе дамы, а также десятки одетых словно персонажи ролевой игры людей добавляли экзотических ноток. Все вокруг куда‑то шли, бежали, были чем‑то заняты. Даже если это беседа за чашечкой кофе или громкий диспут за пивом, складывалось ощущение занятости. Глядя вокруг, я понимал: здесь нет места праздности, здесь уважают труд. — Нам туда, — мягко направил нас Гримвест, увлекая в сторону от основной магистрали. Пройдя через боковую улочку, а затем нырнув в проулок, мы очутились на небольшой, скрытой от посторонних глаз площади. Мне она напомнила дворы‑колодцы Питера, отгороженные от внешнего мира стенами. Только больше и светлее: не такие серые, как в бывшей столице, а светлые и яркие, с тёплой желтизной домов. На площади стоял гам. Его создавала банда детворы, ураганом носящаяся по настоящей детской площадке. Горка, качели, даже песочница с формочками и игрушками — настоящий рай для мелких сорванцов. — Мы пришли. То, что мы на месте, я понял и без его пояснений. Передо мной стояла та самая картонная коробка из‑под холодильника, в которой мы с сестрой жили много лет назад. Та самая коробка, что несколько недель служила нам домом. Да, сейчас она была не картонная, а деревянная — с парой нормальных окон, стилизованной под створку ворот дверью и башенкой сверху, придававшей ей сходство с замком, — но общий дизайн и логотип бессмертной китайской фирмы электроники сбоку говорили, что это она, та самая. И это не беря во внимание маленькую деталь: — Вакс, взгляни на это, — Курт провёл когтем по неприметной надписи сбоку, которую я заметил сразу же, как только мы подошли. Потому что знал: если это та самая «коробка», если её оставила Настя, то она не могла не оставить и подсказку для своего потерянного брата — меня. Там, где когда‑то она оставила рисунок рыцаря и дракона, тщательно воссоздавая историческую сцену огрызками карандашей. «Наста — 52 Вакс — ? Дракон — повержен».

Сразу под надписью, рядом с искусственной грудой мусора, лежал наполовину вкопанный в землю скелет крысы, вытягивающий лапку в сторону ещё одной маленькой строчки: «Крым, Рим и медные трубы. Снова Прага, но Валентина лучше. Вспоминаю Хабусику — профи есть профи. Элли стала Элли, Тотошка Грэм под синим Оз. Пьющие звёзды скажут больше. Герда? Гретель!».

— Ничего не понятно, но очень интересно, — прокомментировала увиденное Одри и присела рядом с скелетом. — Теперь понятно, почему ты Рыжую сразу не убил — есть у них с твоей сестрой что‑то общее. Вакс? Ты в порядке? Вакс?! — В полном, — я подошёл к двери в коробку‑замок. — Можно войти? — У них спрашивай, — указал на ребятню эльф, — это их дом. Лично я не возражаю. — Детишки! — опередила меня Одри и побежала к детям, предварительно выудив у меня из потайного кармана рюкзака конфеты. — Здравствуйте, хорошие! Вы такие замечательные! А какой у вас красивый замок… Заглядение! Всегда мечтала побывать в замке. Покажете нам его? А мы с вами сладеньким поделимся! Насторожившаяся было детвора сперва робко, а затем смелее стала подходить к Искорке и разбирать конфеты. Конечно, вдруг незнакомая взрослая тётя решит помешать им играть? Взрослые же не понимают важные игры детей и вечно норовят помешать творить важные дела, ворча что‑то насчёт опасности и осторожности. Задавая вопрос за вопросом и театрально, но искренне удивляясь, Одри быстро расположила к себе ребят, так что теперь они не то чтобы были против провести нам небольшую экскурсию по своему замку — они наперебой рассказывали разные интересные истории. — Нам его тётя Наста построила, — гордо щебетала крошечная эльфийка в ситцевом платьице. — Сказала, что он волшебный, что в нём живут только принцы и принцессы и что в нём всегда безопасно, потому что рядом несут стражу смелые волшебные рыцари! Они не пускают к нам драконов и Тотошек! — Никакой он не волшебный! — насупленно бурчал мальчик. На вид ему было лет двенадцать, а значит, он уже почти взрослый и знает, как устроен мир, лучше прочих. — Волшебных рыцарей не существует! Нас охраняют воины и стража Фарма. И драконов нет — сказки всё это! — Легенды, — поправил я мальчика, входя в «коробку». Внутри она представляла собой одно просторное помещение с десятком кроватей по периметру, разделённых между собой балдахинами или тонкими деревянными перегородками. Наверху, в башенке, была маленькая комнатка, к которой вела верёвочная лестница. — Чтобы юные принцы и принцессы знали, что их ждёт, когда вырастут. Бегло осмотрев комнату, я прошёл в дальний правый угол и, осторожно отодвинув ткань, осмотрел стену. — Она у тебя талант! — шепнула Одри, заглядывая мне через плечо. — Ты как живой вышел. И она — красотка. Я осторожно прикоснулся к рисунку на стене, нанесённому чуть выше пола. Если лежать на тонком матрасе, а не на кровати, и повернуться на бок, то лицом как раз окажешься напротив него. На рисунке — маленькая принцесса в красивом розовом платьице и в чудесной широкополой шляпке; рядом с ней стоит вооружённый топором грозный рыцарь и отгоняет от них дракона. Позади — красивый замок с двумя жёлтыми кирпичами на задней стенке и маленькой точкой в уголке. Точно такой же рисунок был и в нашей коробке. Настя любила смотреть на него перед сном и фантазировать о сказке, в которой она непременно когда‑нибудь окажется. С драконами, замками, принцами и принцессами и, обязательно, приключениями. Ведь что это за сказка без приключений? Кто же знал, что за исполнение мечты возьмётся злобный джин, который формально воплотит сказку в реальность, но со своими правками. Технически она очутилась там, где и хотела, — в сказке. С драконами и принцессами, замками и приключениями. Вот только сказка эта на деле оказалась совсем не такой радужной, как представлялось: вовсе не детской приключенческой повестью, а взрослым триллером с флёром вечной опасности. — Я закончил, — сообщил я и, задвинув кровать на место, вышел из замка‑коробки. Уверен, больше в нём нет ничего интересного. Всё, что в нём было, я уже увидел и теперь должен по оставленным крохам собрать картину и понять, что мне передала сестра. Расшифровать намёки и понять, где её искать. В городе фармеров меня больше ничего не держало, и теперь я мог отправиться в Триград. Ведь теперь я был уверен в том, что Настя, о которой говорил Астор, — та самая. Но перед этим можно потратить ещё немного времени и воспользоваться сложившимся знакомством и местом для получения выгоды и экономии времени, которого в Триграде может и не быть. — Нашёл, что искал? — с интересом спросил меня Гримвест, как только мы вышли из детского замка, попрощались и, поблагодарив детей за экскурсию, отошли от площадки. — Значит, Наста — твоя сестра? — Скорее всего — да, — не стал опровергать очевидное я. Это было бы смешно с учётом моей реакции и, к тому же, судя по тому, что я увидел, Настю здесь уважали. Наверняка подобное отношение к нам — её заслуга, а не наша харизма и обаяние. Что‑то мне подсказывает, что будь по‑другому, так легко мы бы не отделались. — Ты ведь это уже знал, Гримвест? — Догадывался, — повёл ладонью эльф. — «Вакс» — слишком редкое имя, чтобы его игнорировать. Да и уж очень ты был похож на того, кого она описывала: угрюмый и прямолинейный «рыцарь» с толстенным лбом, которым он привык проламывать стены. — Хм… так ты такой всегда был? — вставила свои пять копеек Одри. — А я‑то думала, что это Ковчег тебя таким сделал. Я отмахнулся от Искорки и продолжил: — Знаешь, где она? — Нет. Никто не знает. Она ушла от нас месяца два назад и после этого почти не появлялась. Иногда её замечают в Триграде или окрестностях, но после того, как она закусилась с Трейтоном, перестала подолгу оставаться на одном месте. — Трейтон? — Правая рука Ярого — главы клана «Ярость». Вначале они дружили, но потом между ними пробежала чёрная кошка, и при каждой встрече они стараются укусить друг друга посильнее. Подробности можешь не спрашивать — не знаю. Знаю только, что, несмотря на все свои таланты, перед Трейтоном Наста всё‑таки пасует — ресурсы не те. Вот и старается не попадаться ему на глаза. Как, по слухам, и многим другим. — Это почему? — Точных причин никто не знает, но вот уже пятую неделю в гильдии наёмников Триграда регулярно появляется анонимный контракт на её голову. Его так же регулярно убирают с доски, но не проходит и пары дней, как он появляется вновь. Главное — никто так и не видел, кто оставляет листок. Хоть, поверь, многие интересовались. В том числе и мы. Вознаграждение там более чем достойное, и мне интересно, кому она наступила на больную мозоль, что этот кто‑то решил расстаться с настолько большой суммой. — Я её уже обожаю! — сообщила нам Небула и подпрыгнула от переизбытка чувств. — Девочка умеет веселиться! И такая же удачливая стерва, как ты, Вакс! Её ищут, хотят убить, а она, вместо того чтобы бояться и прятаться, дразнит и показывает, на чём она всех вертела! Я уже жду, когда с ней забухаю! Вр‑р‑ау! — За языком следи! — щёлкнул я по уху вольфарку. — Она моя сестра, а не девка с улицы. Ещё раз назовёшь её стервой — получишь. — Ай! — отмахнулась Неби. — Не нуди. Найдём её — сам всё увидишь. — Не так давно Настю видели в Триграде, — вздохнул я, обращаясь к Гримвесту. Сейчас проще проигнорировать Небулу, чем стараться ей что‑то объяснять или учить. — И я думаю, что она всё ещё может быть там и я хочу попробовать её поискать. Хоть с учётом того, что ты сказал, маловероятно, что она будет ждать нас на том же месте, где её видели. Но кое‑какие зацепки будут. Не могут не быть. — Говори прямо: что нужно? — Всё. Быстрый проход к Триграду по вашим тропам, информация о том, к кому можно обратиться с вопросами, кого опасаться и прочее. А ещё можешь купить у нас те товары, которые мы несли в город. Как я понял, ваши монеты ходят как здесь, так и там, и лучше мы избавимся от лишнего веса здесь, обменяв всё на деньги, чем будем тащить это туда и тратить время на сбыт. В цене сойдёмся. — Хорошо, — подумав пару секунд, согласился эльф. — Я помогу тебе — это не сложно. Но у меня будет одно условие.

Глава 11

-- Вот! — Увесистый кошель прилетел ко мне в руки, а секундой позже солнце заслонила красивая женская фигура. — Если после этого я увижу на твоем лице хоть намёк на обиду или же попробуешь меня поддеть — убью, и буду в своём праве! Этот мелкий мерзкий старикашка хуже дракона: вцепился в свои медяшки так, что за каждую монетку сражаться пришлось! Я не шучу, реально монеты друг у друга из рук вырывали, пока спорили. Мне даже по очку характеристик к Уму и Силе прибавилось. Была бы Стойкость и Терпение — повысили бы и их.

Когда мы с Гримвестом договорились о сотрудничестве и обсудили план действий, то, конечно же, на торги я отправил Карину. Во-первых, занятие это сильно нудное и специфическое, которое никто из нас в здравом уме на себя не взвалил бы. А во-вторых — кому еще я мог доверить такое ответственное дело?! Лучше нее в этом могла быть только Небула, и то только из-за своей импульсивности и харизмы. Ведь когда на тебя рычат, шипят и показывают бритвенно-острые когти, которые как бы невзначай оказываются в считанных миллиметрах от лица, то вопрос о стоимости любой нужной ерунды отходит на второй план.

Так что, пока мы грелись на солнышке в самом начале пригорода, пили любезно предложенный Гримвестом сидр и делились историями, Карина сбывала припасенный товар.

Как я и предполагал, фармы являлись местной валютой. Причем, единственной и неповторимой. Всё потому, что еще на заре формирования клана Рекфул — глава и основатель его решил, что если они попали в игровой мир, то и жить следует по игровым законам. И если Система сломана и не выдает ни квестов, ни наград, то эту часть он возьмет на себя.

Тем более что этому поспособствовала находка замка, а также наличие более чем богатой сокровищницы в нем. Золотые, серебряные и медные монеты, а также часть предметов были переплавлены в слитки, а затем пущены на чеканку, которой занимался Гефест — клановый мастер-кузнец и изрядный упрямец. Потому как заниматься столь нудной, однообразной, дотошной ерундой мало кто способен.

Имя парень выбрал себе говорящее и полностью ему соответствующее. Потому как если даже половина из того, что рассказал Гримвест, — правда, то этот кадр на вес золота: инженер, механик, электронщик и просто прикладной мастер, каких поискать. А из-за увлечения в прошлой жизни сурвайвалом и реконструкциями так и вовсе становится незаменимым, поскольку имеет реальный опыт выживания без технологий современности.

Я видел кузницу, печи и мастерскую под навесом, сооруженную Гефестом, и остался под впечатлением от проделанной кропотливой работы. И это не считая многих технологических приспособлений, облегчающих здешнюю жизнь, вроде акведуков для полива, примитивных подъемников, мебели или даже банальных заклепок для производства кожаной брони.

Здешним людям повезло немного меньше нашего в плане технологических ресурсов. Электроника, техника и прочие прелести цивилизации встречались здесь намного реже, чем на островах, и из-за этого сильно ценились. Информация о находке любого склада, парковки или даже ларька с газетами — попадались и такие — мигом продавалась за кругленькую сумму представителям кланов или состоятельным группам, которые брали ее особо даже не торгуясь. Причем, особенно ценилось не оружие, которое отошло на второе место по ценности, а современная электроника: ноутбуки, смартфоны и всякого рода иные гаджеты, способные обрабатывать информацию или передавать и принимать сигналы.

А вот всякого рода магических и средневековых приблуд было завались. Поселки, замки, башни, небольшие города, курганы и даже пещеры встречались если не на каждом углу, то на каждом третьем уж точно. В них легко можно отыскать доспехи, холодное оружие, многое из которого неплохо сохранилось, а также магические перстни и амулеты, прибавляющие характеристики. Немного, но иногда и единичка в баре здоровья решает: жить тебе или отправиться на перерождение. Потому здесь, кроме опытных бойцов прошлого, способных метко стрелять и обращаться с огнестрелом, в цене фехтовальщики, которые могут обучить бою остальных. В общем, атмосфера «Мэджика» во всей красе.

Нашлось и исключение в длинном списке ценных находок. Им, ожидаемо, стала магия. Фрагменты с рунами давно каталогизировали и продавали с молотка за кругленькую сумму. Так что при наличии средств любой мог стать волшебником. Да, бытовым или слабеньким, но магом. Потому что в относительно свободном доступе были «мирные», не способные нанести прямой урон, заклинания или слабые боевые, вроде приемов карате (что меня несказанно удивило, ведь я и представить не мог, что «пинок» или «апперкот» могут быть заклинаниями) или магии контактного урона.

Всё, что не входило в справочник и было не известно, а также особо убойная магия, прибиралось к рукам сильными мира сего и не выходило на общий рынок. Хотя бывали и исключения.

-- Молодец, — похвалил я Карину, передавая кошель с монетами Одри. Она лучше меня разберется с деньгами и их сохранностью. — Считай, почти реабилитировалась.

-- Почти?! Да пошёл ты! — Лицо девушки покраснело от возмущения. Она явно хотела мне многое сказать, но сдержалась, топнула ногой и ушла, сотрясая воздух кулаками.

-- Жестокий ты, — сообщил мне эльф. — Я, когда мимо них пробегал, краем уха слышал, как она торговалась с дядюшкой Гриндлом и скажу, что мало кому удавалось уйти от него, не оставив всех листков Свода. Ей же удалось заполучить его.

-- И она промолчала…

-- Бережёт козырь на «тёмные времена», — пояснила Одри. — Если там будет что-то полезное или важное, что может пригодиться прямо здесь и сейчас, то скажет — не сомневайся. Но если это важное и ценное не имеет срока годности, то будет лежать в ее закромах до нужного времени и будет использовано с максимальной выгодой. Для нее, конечно же.

-- Девушки… — вздохнул я и поднялся на ноги. — Труби общий сбор — выдвигаемся.

К Триграду мы прибыли часов через восемь. Всё благодаря тропам фармеров и нашей тяге к тренировкам. Потому что практически все восемь часов мы бежали на пределе возможностей, останавливаясь только для того, чтобы перевести дух и дать полоске выносливости восстановиться.

Что было приятно, наша подготовка оказалась немного лучше подготовки фармеров. Хоть они и не подавали виду и молча переносили бешеный марш-бросок, по их состоянию и лицам было видно, насколько тяжело он им давался. Так же это отметил и Гримвест, недовольно зыркая на своих людей и делая зарубки в памяти. Не нужно быть провидцем, чтобы понимать, что ждет ребят по прибытию в главный лагерь — тренировки! Потому как кроме Гримвеста только один, смахивающий на эльфийскую версию Ди Каприо парень, бежал налегке и, ставлю что угодно, смог бы загнать половину моего отряда в усмерть.

Справедливости ради стоит отметить, что и мои ребята отличились. Взять ту же Небулу, закрыть пасть которой не смогли ни мои просьбы, ни угрозы, ни даже дополнительный груз, который я ей навесил. Возможно, остановить тираду о том, в каком гробу она видела лес, мошкару и «долбаные ветки» могла Карина, но обращаться к ней с подобной просьбой я не стал. Во-первых, пусть еще думает, что я на нее обижаюсь и делает соответствующие выводы, а во-вторых — я банально не готов к последствиям. Ведь «ни за что, ни про что» заставить замолчать девушку в момент, когда ее переполняют эмоции — это что-то на запредельном. Такие ошибки непростительны. И даже тот факт, что ее матерные тирады распугивали все зверье в округе и, как мне кажется, заставляли вянуть не только уши, но и цветы, не является аргументом.

-- Пришли, — без особой нужды констатировал Гримвест, указывая на видневшиеся вдали шпили дозорных башен. Если напрячь зрение, можно было рассмотреть и городскую стену, а также красно-серые крыши домов, блестящие на солнце.

-- Совсем как в Праге, — неожиданно для себя произнес я, а затем усмехнулся.

Ну как же, неожиданно! Всё вполне ожидаемо и логично. Ведь когда-то я точно так же несся на другой конец континента за Настей, так же не знал точно, где ее искать, и так же, как и сейчас, любовался красными крышами старинного города. А в том, что раскинутый перед нами Триград имеет более чем внушительный, пусть и цифровой, возраст, я не сомневался. Не Прага, конечно, но и не безвкусный новострой, которых в попытках снять нагрузку с больших городов и центров областей наспех понатыкивали на просторах необъятной Родины.

-- Может быть, — согласился Гримвест. — Никогда не был. Пару раз летал на отдых в Египет, но больше с женой — за компанию. Меня больше леса привлекали. Палатка, костер, сон на свежем воздухе где-то вдали от людей. Знаешь, если игнорировать жужжание вездесущих патрульных дронов, то очень даже неплохо.

-- Это где ты патрульные дроны в лесу нашёл? — Удивился я, потому что совершенно точно знал, как на них экономит держава. Нет, где-то возле границы или особо важных объектах их как раз навалом. Но вот в простых лесах только таблички и есть.

-- Ну, не совсем в лесу, в заповедном парке, — поправился эльф. — Жена вообще со скрипом одобряла мои авантюры с походами, так что охраняемая территория — наш с ней компромисс. Волновалась она за меня очень, понимаешь.

Я хмыкнул. Зайти погулять в подобные парки было легче легкого — чуть ли не бесплатно. Но вот остаться на ночь стоило немалых денег. Так что думаю, что благоверную волновала не только его голова, но и семейный бюджет.

Гримвест покивал головой, видимо, по-своему истолковав мой смешок, и пояснил:

-- Зря смеешься. Заставлять свою женщину волноваться по пустякам — величайшая глупость. Тем более по пустякам, поменять которые ничего не стоит.

-- Вот! — Вмешалась Одри. — Запомни, а лучше запиши — умные слова звучат. Считай, одна из заповедей счастливой семейной жизни.

-- А их много?

-- Достаточно, но основных всего несколько: люби, корми, обнимай. Иногда балуй подарочками и не волнуй по пустякам. Уяснил?

-- Да, но так ли это на самом деле, ты мне скажешь через время. Сама. Или не скажешь, и тогда ответ будет очевиден даже мне. — Затем я повернулся к Гримвесту, чтобы вернуть парня в рабочее русло. Хватит с него развлечений. За неполные сутки, что тот провел с нами, он с лихвой насмотрелся на наши маленькие спектакли. Наверное. — Так что дальше? Или ты нас остановил полюбоваться старинными крышами?

-- И это тоже, — серьезно ответил парень, что я ему даже поверил и еще раз посмотрел на город. Да, красиво. Но не настолько, чтобы ради этого делать остановку. Тем более что, подойди мы на двести метров ближе, и вид был бы куда как лучше. — Здесь мы разойдемся. Уж извини, но ваша группа не похожа на желторотых новичков, которых мы постоянно таскаем в Триград. А слухи о том, что к нам примкнули боевые психи, вроде вас, заставят народ шевелиться похлеще просто зашедших на огонек «психов-туристов».

-- Не объяснил, — мотнул головой я и указал на Макса — нашего проводника. — Их, значит, мы усиливать можем, а вас — нет?!

-- Ну, ты и сравнил, парень! — Удивленно воскликнул эльф. — Где мы, а где Лесные. Без обид, парень.

-- Да какие там обиды, — отмахнулся Макс. — По фактам же.

-- Вакс, «Лесные» — дальнее поселение, не влезающее ни в какие политические интриги и не претендующее на власть или земли, кроме своих собственных. «Цивилы», если по-простому. А мы — один из крупнейших кланов, так или иначе продвигающий свои интересы среди прочих. Как думаешь, есть разница?

-- Резонно. Значит, встречаемся там, где ты говорил, в «Копыте орла» часа через три?

-- Ага, почти. «Клюв Дикого Кабана» — не перепутаешь. Забегаловок там много, но таких, как эта, — только одна.

-- Да уж, одно название чего стоит, — проворчал я под смешки ребят. — Не опаздывай только, а то без тебя уйдем.

Эльф на это только улыбнулся. Ну да, куда это я уйду без такого удобного проводника? Тем более что я ему все еще должен одну небольшую просьбу.

Собрав свою группу, мы двинулись дальше, так что спустя двадцать минут наша пестрая компания стояла перед воротами в город. Встречала нас пара колоритных орков-стражников. Каждый не уступал размерами Хтору и был облачен в серьезно выглядящую кованую броню, которая как бы говорила: «Здесь вам не там! Здесь серьезные люди живут». Оружие у них тоже имелось, но по тому, что копья подпирали стену, а короткие мечи были сдвинуты назад на поясе в угоду толстому кожаному кошелю, функцию они выполняли сугубо номинальную — есть и всё. Да и если подумать, кто в здравом уме нападет на стражников крупнейшего в округе города?!

-- Кто такие?! Цель визита?! — Пробасил один из стражников, придирчиво осматривая нашу группу.

-- Жером, они со мной, — проскользнул между нами Макс и вложил в протянутую лапу орка горсть медных монет. — Наше новое пополнение. Как тебе?

-- Мелковаты, — надменно глядя на Рика и Флава, ответил тот. Наши красавцы и ухом не повели, делая вид, что рассматривание трещинок на кромке щита — самое важное занятие в их жизни. — Правила знают?

-- Конечно. Дебоширить не будут, не волнуйся.

-- Ты нам такое уже говорил, — проворчал второй орк. — И что в итоге?

-- А что в итоге?! — Весело переспросил Макс. — Друзья весь вечер спокойно себе пили эль и наслаждались гостеприимством этого прекрасного места. Или скажешь не так было?

-- Так, так, — согласился орк и сурово добавил: — Еще раз что учудишь в том же духе — и пеняй на себя. Считай, тебя предупредили.

-- Договорились. Это всё?

-- Путь к хранилищам не забыл?

-- Не забыл.

Орк кивнул и посторонился, давая нам пройти. Макс сделал приглашающий жест и первым шагнул сквозь врата.

Хранилища обнаружились совсем рядом, буквально в паре десятков шагов вдоль крепостной стены, вправо. Мимо него мы бы не прошли, даже если бы захотели. На пути в город стояла четверка охранников, которые явно получили сигнал на наш счет и следили, чтобы мы пошли в нужную сторону.

Само хранилище представляло собой П-образный дворик со множеством отсеков-комнат по периметру, запирающихся на навесные амбарные замки. В некоторых замках торчали ключи, в некоторых — нет. Каждая дверь пронумерована, что напомнило мне камеры хранения вещей на вокзалах и аэропортах — там похожая система, только ячейки поменьше.

Охраняли это место аж пятеро бравых ребят — три парня и две девушки. Каждый хорошо экипирован и вооружен, причем не только холодным оружием — копьями и коротким мечом, как у стражников, но и огнестрелом, что необычно сочеталось вместе со средневековой броней.

Выглядело это достаточно серьезно, если бы не одно но: компания увлеченно резалась в карты, абсолютно не замечая, что творится вокруг.

-- Ну-ка, ну-ка, — азартно кричал блондин, ерзая на стуле, — давай, моя хорошая, как ты можешь. Еще одна карточка и папочка вас всех поимеет!

-- Проспись, Гарри! — Беззлобно ответила красивая рыжая эльфийка, которая умудрялась курить, говорить и тасовать карты одновременно. Особого шарма ей добавлял голос с хрипотцой и родинка над верхней губой, совсем как у бессмертной Мэрилин Монро. — Скорее Ковчег починят, чем ты у нас выиграешь хоть один фарм. Вот твоя карта.

-- Спасибо, дорогуша. Ты просто ничего не понимаешь в везении. Фортуна — дама строптивая, вот так сразу на коленки не прыгнет, в отличие от некоторых...

Эльфийка возмущенно фыркнула под смешки друзей, крепко затянулась и щелчком пальцев послала окурок в лицо парня, выражая всё, что она думает о его словах. Тот непринужденно поймал его и, затянувшись, продолжил, словно ничего не случилось.

-- ...А сперва присмотрится к «жертве» своего внимания, поигнорит ее хорошенько, чтобы она не расслаблялась и ни в коем случае не подумала, что ей с ней что-то светит, и только потом согласится грациозно присесть. Но не на колени, а на…

-- Гарри! — Рявкнула девушка. — Вскрывайся или я за себя не ручаюсь!

Словно сговорившись, мы не шумели и наблюдали за разворачивающейся сценой. Наверное, никто из нас не хотел спугнуть эфемерный фарт Гарри. А может, всем, как и мне, было интересно: огреет его девушка или нет?

-- Знаешь, почему ты такая злая, Стейси? — Участливо спросил Гарри, выкладывая перед собой карты. — Потому, что в моих руках эти прекрасные леди, а не ты!

На стол легли четыре дамы.

-- Ха! Он таки у тебя выиграл, Фиалка! — Хохотнул усатый, ладно сбитый дядька, сбрасывая свои карты. — Каре бьет твой фулл-хаус. Невероятно! Гарри у нас выиграл! Теперь я точно верю, что не долго мне видеть ваши скучные рожи. Подъем, ребята — работа.

Нас всё же заметили. Тот самый усач толкнул локтем в бок соседа и, встав из-за стола, первым направился к нам.

-- Привет, Макс! Тебя разве еще пускают? — Спросил он, протягивая руку нашему проводнику.

-- Попробовали бы не пустить, — цыкнул он, отвечая на рукопожатие. — Какая свободна? Нам лишнее нужно скинуть.

-- Тридцать вторая и дальше. Новые друзья?

-- Туристы, — влез я в разговор. Было немного неприятно, что нас обсуждают так, словно нас нет. — Решили посмотреть местные достопримечательности.

-- Поменьше бы таких туристов шлялось, — хмуро произнесла подошедшая эльфийка.

Усач легонько толкнул ее в бок.

-- Добро пожаловать в Триград, вам у нас понравится.

После этого усач записал наши имена, сделал опись оставленного имущества, после чего нас тщательно обыскали и отпустили, потеряв всякий интерес.

-- Тонни, Рик — остаетесь здесь, — скомандовал я, перепроверяя замки рюкзака. Все же, большой город — это большой город, и мне не хотелось стать жертвой уличного ворья, которого здесь должно быть навалом, чтобы там мне ни говорил Макс и остальные.

-- Почему я, босс? — Обиженно прогундосил Тонни. — У нас же теперь есть дежурный за вещами, зачем изменять традициям?

Карина наградила нашего неугомонного испепеляющим взглядом и чуть сдвинулась за спину Флава.

-- Потому что я хочу от тебя отдохнуть. Имею я право на небольшой выходной без головной боли в виде тебя? Можешь не отвечать: имею!

-- Злой ты, шеф, — проворчал друг в ответ, удаляясь в сторону двери, подталкиваемый Риком. — Я к тебе со всей душой, а ты… Эх! Вот знал бы, что ты такой, — у Баса остался бы. А он предлагал! Солнце, океан, знойные девушки, подающий коктейли… рай, а не жизнь!

-- Не скучайте! — Махнул я и повернулся к Максу. — Ну что, веди!

Глава 12

— Так что ты натворил, Гроза Общественного Порядка? — полюбопытствовала Одри у Макса, стоило нам немного отойти от хранилища. — Ничего особенного. — Твоё «ничего особенного» нам уже кучу раз аукнулось, а мы ещё толком и не пришли даже. Поделишься? — Может быть, потом, — буркнул Макс. — Нам направо.

Немного поплутав по переулкам — по словам нашего проводника, так было ближе и быстрее, — мы вышли на оживлённую улицу Триграда. Причём произошло это настолько резко, что буквально сбило дыхание: вот мы бредём по пустынному закоулку, а вот уже стоим посреди плотной толпы и мешаем проходу.

— Совсем как дома! — с ноткой ностальгии произнесла Одри, зажмурившись и подставляя лицо полуденному солнцу. — Словно я на Тверской, а вокруг толпы снующих туристов и продаванов. Не хватает только музыкантов и девочек с цветами. — И цыган, — добавила Небула. — Кто такие цыгане? — тут же заинтересовался Флав. — О-о-о, друг, как же я завидую твоему неведению, — с чувством протянула вольфарка. — Видимо, в твоей Америке и правда рай, раз ромы не достают людей на улицах. Потому что в моём районе до метро невозможно было дойти без «Дай денег — судьбу расскажу». — Это в любом районе так было, — заметил я, уворачиваясь от надвигающейся пирамиды ящиков. Их нёс худощавый гном, ориентировавшийся в пространстве либо по приборам, либо силой ясновидения, потому что груз полностью закрывал ему обзор. — На каждой улице, остановке и в местах скопления людей свои цыгане: попрошайки, гадалки, щипачи и прочие. Тебе ещё вежливые попались. Погадать… У меня бывали куда наглее. — Не «попались», а «остались». Невежливые быстро закончились, — с лёгким сожалением заметила Небула.

— Всё, заканчивай, карманное чудовище, — проворчал я. — Нас серьёзные дела ждут, а ты тут в приятную ностальгию ударилась. — Слышь, подруга, скажи как-нибудь своему ненаглядному, что он вообще не шарит в комплиментах, — громким шёпотом сообщила Одри Небуле, повиснув у той на плече, а затем уже вслух добавила: — Да, шеф! Будет сделано, шеф! Молчу и настраиваюсь на серьёзное дело, шеф!

Сгусток пушистой опасности состроил свирепую рожу — и через пару секунд первым же прыснул со смеху, заразив и нас.

— Если он тебя сейчас убьёт, знай, — похрюкивая, доверительно сказала Одри подруге, — я тебя не забуду!

Единственным, кто не смеялся, был Макс. Он недоумённо смотрел на нас, приподняв бровь, явно не понимая, что вообще происходит. В конце концов он подошёл ко мне и сказал:

— Дело твоё, но, может, мы свалим с прохода? Группа привлекает слишком много лишнего внимания. — А нам нужно только полезное. Неполезное — не нужно, — отшутился я и стал собирать группу. Макс прав: если мы ещё чуть-чуть здесь постоим, на нас либо настучат страже за создание затора, либо прибьют сами горожане. Количество ворчащих вокруг людей уже шло на десятки. Мешаем, видите ли. — Веди.

Через десяток минут блужданий по улицам мы очутились на небольшой площади с красивым, но неработающим фонтаном в центре. Каменная композиция из двух девушек с кувшинами, стоящих на резных листьях, явно служила популярным местом отдыха — на парапете толпились люди.

— И что дальше, сер Вакс? — шутливо спросила Одри, копируя интонации диснеевских принцесс. — Делимся и расходимся в разные стороны, — ответил я, оглядев площадь.

С самого начала я не слишком верил, что мы обнаружим Настю там же, где её видели в прошлый раз. Вернее, не надеялся — особенно после разговора с фармерами. Если моя сестра пришлась не по вкусу местной власти, ей бы не позволили несколько дней подряд спокойно светить лицом на улицах. Скрутили бы при первой же возможности. Но, скорее всего, всё не настолько плохо. Моя сестра умница, красавица и поумнее многих, кого я знаю. В том числе и меня самого — но я ей в этом не признаюсь. Только благодаря жизненному опыту мне ещё кое-как удаётся держать перед ней лицо умного взрослого.

Мазнув взглядом по группе, я привычно вздохнул. Шебутная Небула задирала Костика, взъерошивая ему волосы и хихикая над его возмущёнными попытками отбиться от ловкой вольфарки. Флав внимательно смотрел по сторонам, выискивая потенциальную опасность и готовый в любой момент прикрыть любого из нас. Карина шебуршала в рюкзаке, явно пытаясь успокоить разбушевавшегося питомца. И только Курт невозмутимо жевал сушёное мясо — запасы которого в его карманах казались поистине бесконечными.

— Это как?! Это зачем?! — удивилась Одри. — План же другой был. — Правильно, был. До того как я вывел племя неандертальцев в люди и познакомил с цивилизацией — был. А сейчас его нет. Потому что моё племя скоро станет лучшим аттракционом Триграда — пора деньги за просмотры брать.

Одри фыркнула, скрестив руки.

— Макс прав — мы привлекаем слишком много внимания. Так мы ничего не добьёмся, только зря потратим время. Сама подумай. Заваливаемся мы всей своей абсолютно нормальной толпой в бар, или в магазин, или просто подходим к первому встречному и вежливо спрашиваем: «Добропорядочный сер, не видели ли вы девушку Настю, которая искала своего братика Сашу?» Как думаешь, что нам ответят?

— «Да, видели» или «нет, не видели», — пожала плечами Одри. — Не пойму твоих возмущений. Думаешь, местные никогда не видели странных компаний? Или мы чем-то разительно отличаемся? Да нет. Ноги — две, руки — две, хвост — одна штука! — дёрнув Небулу за пушистый отросток, заявила она. — Или местные настолько пугливые, что наложат в штаны от одного нашего вида? Не смеши меня, Вакс. Люди здесь хлебнули дерьма не меньше нашего и точно не станут робеть от горстки чудаков вроде нас. — Ты так уверена? — улыбнулся я и кивнул в сторону. — Посмотри туда.

Обернувшись, Одри поморщилась и грязно выругалась. Троица девушек таращилась на нас, тыкала пальцами и бурно что-то обсуждала, то и дело бросая взгляды в сторону одной из улиц. Пророком быть не нужно — понятно, что там находится стража или что-то вроде того.

— Твою м-мать… Ладно, дорогой, твоя взяла. Что предлагаешь? — План простой и надёжный — как швейцарские часы. Делимся на группы и расходимся. Спрашиваем местных, ищем, слушаем, думаем, а ближе к вечеру встречаемся в «Сивом Грифоне». — «Клюв Дикого Кабана», — машинально поправила Одри. — И где ты видел простые швейцарские часы? Надёжные — да, но простые… точно не наш случай. — Значит, будут надёжные и интересные. А теперь каждый выбирает себе пару и валит на все четыре стороны — побыстрее. Потому что по наши души уже идут.

Одна из девушек что-то выдала подругам и быстро ушуршала прочь. Вид у неё был такой торжествующий, словно у подъездной бабки, поймавшей Славика из шестнадцатой квартиры с косяком и доказавшей всему миру, что он-таки наркоман и маргинал.

— Чур я с Куртом! — первой сориентировалась Небула и рванула к моему заму, собираясь схватить его за лапу и закрепить выбор.

Но не вышло. Курт ловко ушёл от выпада красивым, лаконичным пируэтом и лёгким толчком отправил в её сторону зазевавшегося Костика, затем вопросительно посмотрев на меня.

— Красная Шапочка твоя, — указала на Карину Одри. — Дорогу не знает, секс очень любит. Пирожков нет, но вы там как-нибудь разберётесь.

Вольфар кивнул, увернулся от Небулы и, подхватив уже обернувшуюся Карину, уволок её в одну из улиц, быстро скрывшись.

— Да как так-то?! — обиженно взвыла Небула, пнув воздух. — Вот так. В другой раз блохастого зажмёшь, а сейчас дело делать надо, — просветила её моя ненаглядная. — Флав — присмотри за ней. Макс, не отставай. — Это вы от меня не отставайте, — проворчал парень, увлекая нас за собой.

Через полминуты на площади не осталось никого из нашей шебутной компании. Думаю, подоспевшие стражники долго и со вкусом отыгрывались на бедной доносчице за ложный вызов. Жаль, что я этого не увижу — сцена навсегда останется в моём воображении в разделе «догадки».

— Тебя как подменили, — сообщила мне Одри спустя пару-тройку улиц. Мы только что миновали торговца сладостями, соблазнились на две чашки горячего кофе в съедобных стаканчиках и что-то вроде круассана. — Вроде ничего не произошло, а то, каким ты заходил в Триград и какой сейчас — два разных человека. Признавайся, какой червяк-паразит заполз в твой разум и копошится там в отделе нервного кипиша? Где мой дёрганый любимый мужчинка? — Рядом с тобой. Одри картинно посмотрела на стоящего рядом Макса, отчего тот смутился и едва не поперхнулся кофе. — Не то. Другое рядом.

Уличный кофе в выпеченном стаканчике был чудо как хорош. Он горчил, был явно пережаренным и сваренным не так, как я привык, но обладал той самой неповторимой атмосферой напитка, купленного на ходу, — атмосферой перемен. Лёгкой замены привычного на непознанное.

— Честно говоря, мне даже обидно за своих тараканов, оборонный потенциал которых ты оценила в какого-то склизкого червя, — усмехнулся я. — Они у меня боевые парни, всяким глистам не проиграют. Так что я — это я. Всё нормально. Просто моя нервозность достигла предела и заставила меня по-другому посмотреть на ситуацию. Моё напряжение делу не поможет — только помешает. Вы — мои самые близкие существа в этом сломанном мире. Грех думать, что вы несерьёзно относитесь к поиску Насти. Вы делаете всё, что можете, так, как можете, и даже не сильно обижаетесь, что я на вас ворчу. К тому же всё случится так, как должно.

— М-м-м… кто-то вспомнил, что ему говорила мудрая Одри? — Я и не забывал. Просто не понимал до конца, что ты имеешь в виду. Сама знаешь: между «понять» и «принять» иногда такая пропасть, что аж страшно. Так что сейчас я планирую немного расслабиться, взять ещё порцию этой горькой дряни и пойти к озеру. Настя любит открытую воду, и если она в городе — может быть где-то там.

Я помолчал, затем добавил:

— Знаешь, когда она умотала в Прагу, я с ног сбился, разыскивая её. Нервничал — почти как сейчас, срывался на окружающих, мало спал… А когда нашёл её, мирно бродящую по улице со стаканчиком мороженого, первое, что она сказала, было: «Ты бы хоть по сторонам посмотрел. Такая красота вокруг, а ты не видишь». Это было возле Танцующего дома — редкой, извращённой красоты строения, всю прелесть которого я так и не понял, зато народу вокруг него была тьма.

Позже Настя призналась, что увидела меня первой и специально дала себя заметить. Сказала, что напряжённый сгусток человечины вроде меня привлекает внимание, но сам ничего не замечает. Представляешь? Я пару раз прошёл мимо неё и не заметил. Потому что не смотрел по сторонам и всё куда-то спешил.

— Я не хочу, чтобы сейчас было так же, — закончил я. — Ставки слишком разные.

Одри сжала мою руку и тепло улыбнулась. Ничего не сказала — и не нужно было. Мы всё поняли без слов.

— Как насчёт небольшого свидания в новом, старом и очень красивом городе? — пропела она, взяв меня под локоток. — В программе: я, ты и море приключений. — А вино и секс? — Обижаешь! — Мр-р-р… Я знала, что мне достался лучший в мире мужчина. Может, отпустим мальчика? А то бедняжка стоит рядом, стесняется и не знает, куда себя деть.

— Не стесняюсь я! — тут же огрызнулся Макс и пнул мостовую. — Я не понимаю, что вы делаете. Стоило так лететь сюда, чтобы в итоге просто пойти гулять? Вы серьёзно?!

— Более чем, — Одри была спокойна ровно настолько, насколько нервничал парень. — И да — стоило. Время по-прежнему дорого: с каждым часом случайные свидетели Насти забывают детали или вообще то, что её видели. А то, что мы немного отклонимся от плана, — так это жизнь. Она и существует для того, чтобы идти против правил. Тебе не обязательно это понимать или принимать. Главное, что в это верим мы.

Она сделала паузу и продолжила уже деловито:

— Поэтому дальше так: ты, как и планировалось, пробежишься по местам, где Настя проводила время и где её видели в последний раз. Расспросишь ребят, на которых указал Гримвест. А вечером встречаемся в трактире. А мы… будем искать другим методом. Идёт?

— Шляться по улицам и зажимать друг друга? Хороши методы! — Не нужно зависти, малыш, — проворковала Одри. — Мы и тебе девочку найдём.

— Тц… — по лицу Макса было видно, что он обдумывает сказанное. И нужно отдать ему должное — он сдержался. Разве что плюнул на землю и тут же, бормоча ругательства, затёр плевок носком ботинка. — Не пролюбитесь. До встречи в трактире. «Клюв Дикого Кабана» — не перепутайте.

Бросив последнюю фразу, Макс растворился в толпе — быстро и технично, так, что я толком не успел понять, куда он подевался. Хотя, возможно, я просто не смотрел. У меня были другие заботы.

— Наше первое официальное свидание можем считать начавшимся! — пропела Одри, беря меня под локоть. — С тебя программа и цветы — не будем нарушать вековые традиции.

Следующие несколько часов прошли для меня почти волшебно. Мы бродили по улочкам Триграда, особо не следя за направлением, много разговаривали о том, о чём так и не удосуживались поговорить на корабле, и просто наслаждались обществом друг друга.

Сперва мне казалось, что напряжение из-за поисков сестры не даст расслабиться и погрузиться в общение с Одри. Но всё получилось. Видимо, уверенность в том, что всё случится так, как должно, победила внутренний стресс и освободила место случаю. А тот не упустил возможности случиться.

Не скажу, что мысль о том, что я поступаю неправильно, не шебуршала где-то на задворках сознания. Логично ведь — ворваться к бывшему дружку Насти и, подвесив его за яйца, вытрясти всё, что он знает. Или раздавать деньги каждому встречному в надежде, что хоть какая-то информация окажется полезной. Кто знает.

Дело шло к вечеру.

Одри висела у меня на руке и щебетала о том, как на заре своей механической карьеры ей в руки попал настоящий раритет — «Шелби Мустанг» шестьдесят седьмого года. Тюнингованный и модернизированный так, что от оригинала остался один корпус — и то не полностью. О том, как она подбирала детали, допиливала их вручную, чтобы новомодные приблуды не отличались от технологий прошлого века, повергая зрителей в шок. Как урезала гала-визор до крошечного чёрно-белого экранчика, создавая эффект старых телевизоров. Как спорила до хрипоты с приставленным к ней «специалистом», который знал о винтажных авто ровно настолько, насколько я — о балете.

Одри рассказывала с явным удовольствием, погружаясь в приятные воспоминания. Время от времени она прятала нос в простенький, но элегантный букет полевых цветов, купленный мной у милой девушки на одной из улочек, и загадочно улыбалась.

— Знаешь, — задумчиво произнесла Одри, глядя на закатное небо, после того как я восхитился её историей и был признан лучшим мужчиной вечера, — судя по тому, что ты рассказывал, твоя сестра обожает всё красивое и необычное. Творческий человек. В отличие от некоторых. — Это для баланса, — улыбнулся я, принимая толстый намёк на мою «творческую инвалидность». — И для сохранения семейного бюджета. Легче спонсировать двух наркоманов, чем одного художника. До сих пор вздрагиваю от цен на краски и кисточки. — Настя ещё и рисует? Ты не говорил. — Слава богу, нет, — покачал я головой. — Она больше по культурной части: театры, выставки, галереи. Да, пару раз я покупал ей какие-то наборы для творчества, и она сама что-то брала для вышивки или вязания — не всматривался особо.

— Нет, у меня была девушка-художница, — продолжил я. — Вот она предпочитала подарки не камушками, а сертификатами в художественные магазины. И, вспоминая эти ценники, я понимаю, что ювелирка вышла бы дешевле. — Так вы у нас, оказывается, жмот, дорогой Вакс? На милашку денег зажал? Или она была настолько умницей, что выдоила тебя досуха, оставила в дырявых штанах и ушла в закат искать новую жертву? — Ни то ни другое. Просто не сошлись во взглядах. Она любила спать до обеда и есть хлопья с салатом, а я с ребятами по ночам кошмарил банду её троюродного дяди, в котором она души не чаяла. У судьбы скверное чувство юмора. — Самое отличное! — захохотала Одри. — Чтобы его понять, тебе стоило родиться девушкой. Но вообще я не к тому. Ты говорил, что Настя любит воду. Мы обошли все фонтаны и озерца в городе, но не нашли ни намёка. А что нам говорили в кафешках, ты сам помнишь.

Ну да, такое забудешь. Большинству людей я верил — они действительно её не видели. Но пару раз на наши вопросы реагировали так, словно мы интересовались реинкарнацией Гитлера и Муссолини в одном флаконе. И делиться информацией не хотели ни бесплатно, ни за деньги, ни даже за обещанные мной серьёзные увечья, если они не начнут говорить.

— Так вот. А если попробовать по-другому? — букет взлетел вверх, указав на одно из самых высоких и красивых зданий Триграда — городскую башню. — Не получилось с водой — получится с красивым видом. Спорим, что она туда забиралась? — Лучше признайся, что тебе хочется утонуть в романтике и встретить закат на крыше, — проворчал я, но согласился. — Идём.

Мы резко свернули на ведущую к башне извилистую улочку — и почти сразу остановились.

Дальше происходило то, что обычно показывают в хрониках третьего мира или в дешёвых сериалах: четверо агрессивных ребят с ножами окружили девушку-гнома в элегантном полном латном доспехе, украшенном росписью и кольчужными рюшами.

От немедленных действий их отделяла лишь небольшая преграда — направленный на них топор и хищная улыбка маленькой, но явно отважной воительницы.

— Может, обойдём? — тихо шепнул я Одри. — Нас ещё не заметили. Если поторопимся — успеем встретить закат на крыше. — Если бы ты предложил мне сгонять за попкорном и сделать ставки, кого из мальчиков она уработает первой, — я бы ещё согласилась. А так — считай это своим крайним и самым лучшим подарком за сегодня.

— Слышь, шмара, взяла своего трахаля и свалила отсюда! — нас всё-таки заметили.

Парень с пепельной кожей и красивым, почти аристократичным лицом замахал на нас ножом, а затем приоткрыл жилет и продемонстрировал болтающийся на груди жетон — будто тот должен был ввести нас в состояние шока или что-то объяснить.

— Быстро! И забыли, что видели! Не ваше дело, дебилы.

— Насчёт наших умственных способностей я с тобой и спорить не буду, — тяжело вздохнул я, прикидывая, до кого успею добежать раньше собственной помешанной на схватках девушки. — А вот насчёт «не нашего дела» ты ошибся. Оно стало нашим ровно десять секунд назад, когда ты обозвал мою спутницу. Одри, фас!

Глава 13

-- Еще раз так пошутишь — яйца отгрызу. — Сурово предупредила меня Одри, придирчиво разглядывая то, что осталось от букета. Ловкие пальчики восстанавливали красоту композиции, поправляя стебли, расправляли примятые лепестки и сдвигали или раздвигали бутоны по одному ей ведомому принципу. В любом случае, получалось красиво. И даже количество сломанных цветов не испортило общий вид букета. — Я для тебя любимая и ненаглядная, бесконечно обожаемая девушка, а не породистая дрессированная сука. Хоть я и такой могу быть, если хорошо попросишь.

Незнакомая девушка-гном одобрительно хмыкнула, пнула оставшуюся от неопознанного хулигана куртку и подошла к нам. Теперь я вдоволь мог насладиться тем зрелищем, что она собой представляет. А посмотреть было на что! Начать с не просто расписного доспеха, а настоящего произведения искусства, в которое она была облачена и заканчивая ее озорными и умными светло-зелеными глазками, выглядывающими из под челки соломенно-желтых волос. Ее доспех действительно поражал. Он был сплошь усеян маленькими картинками, что больше всего мне напоминали татуировки, которыми было модно себя украшать в начале двадцать первого века, составляя хаотичную композицию из разрозненных артов на своем теле. Или не составлять, а просто лепить что нравиться куда нравится. Диснеевские мультяшки на ее нагруднике мирно уживались с аниме-воинами, абстракции соседствовали с космическими пейзажами, а выполненные в реализме животные зорко следили за каждым, кто смотрит на их хозяйку со спины. Даже для иероглифов и надписей место нашлось, но прочесть их мне немного мешали надетые поверх металла темно-бордовые рюши. А вот любоваться аккуратными вишенками на причинных местах ничего не мешало, кроме стеснения и наглости. Первого у меня отродясь не было, а второго наоборот — хоть отбавляй.

Очередной вдох цифровым холодом обжег носоглотку. Хотя я и не успел толком поучаствовать в заварушке, надпочечники исправно накачали тело адреналином. Так, чтобы было. Вдруг еще не все и мне придется самолично спасать всех от дракона или иной напасти?

Механически пошарив в кармане, я выудил завалявшуюся конфету и закинул в рот. С недавних пор леденцы здорово заменили мне успокоительные. Далеко не факт, что леденец поможет успокоить накачанное адреналином в перемешку со стрессом тело, но чем черт не шутит, не попробуешь — не узнаешь.

Все произошло за считанные мгновения, даже быстрее, чем я предполагал. Одри не стала выпендриваться или играть на публику, а сделала все максимально быстро и эффективно, не раскрывая своего магического дара. Ну, или почти не раскрывая. Быстрым мощным рывком она преодолела разделяющие ее и группу смертников метры, а затем вонзила покрытую металлом ладонь в шею первого счастливчика. Готов спорить на что угодно, что слышал противный чавкающий звук с которым стальная плоть разрывала плоть живую.

Первое тело только начинало растворяться в блеклой вспышке, когда лица очень культурных ребят приобретали бледные оттенки осознания и ужаса предстоящих последствий, звуки вот-вот должны были покинуть их глотки, но им не суждено было это сделать, потому что Смерть в обличье Одри уже пришла за ними.

-- За мальчиков — спасибо, а теперь нужно быстрее уносить ноги, пока нас никто не увидел. Если не успеем смыться — будут проблемы. — Констатировала малышка, перехватывая топор ближе к основанию.

-- Как говорится: «Нет тела — нет дела». -- С этими словами Одри сгребла в охапку все, что осталось от «счастливчиков» и закинула на крышу. — Вот теперь пусть попробуют поискать.

-- Эффектно, круто, но бестолково.

-- Это почему? — Нахмурилась Одри.

-- Легко объясню, но по пути. Не отставайте.

Гномка призывно махнула топором и побежала дальше по переулку, так что нам тоже пришлось сорваться с места, чтобы не отстать и все же услышать объяснение ее умозаключения. Спустя пару секунд незнакомка обернулась, удовлетворительно кивнула, поняв что мы рядом, и заговорила.

-- О, все таки рванули! — Заметила девушка. — Круто! Там скоро толпа будет — не протолкнуться. Незадолго до вашего появления Филя маякнул Кранчу, что прижал меня. Так что тот сейчас потягивает пиво и ждет еще однин звонок, но уже с подтверждением, что мою тушку спеленали и тащат к нему. И если с минуты на минуту он этот звонок не получит, то наберет Филю сам, чтобы узнать в чем дело. Тот ему, по понятным причинам, не ответит, и Кранч пошлет ребят проверить почему его шестерка не отвечает, а там они или найдут шмотки на крыше и поднимут тревогу, или не найдут и тоже поднимут тревогу, но потише. В любом случае, райончик перестал быть безопасным. Да и город тоже. Для меня так точно!

Девушка говорила с озорной беззаботностью, которая присущая юным созданиям не успевшим познать горькую суровость жизни. Словно подросток, рассказывающий своим друзьям о школьных приключениях. Вот только я был уверен, что это был не ее случай. Она явно успела во всей красе прочувствовать всю неотвратимую жестокость реального мира и давным-давно разбила свои розовые очки на сотни мелких осколков. А затем надела другие — более яркие и красивые, которые если и искажали реальность, то так, как того хотела она сама. Потому, что это — ее выбор.

-- Так что сейчас по быстрому забежим за моей косметичкой, а потом рванем из города. Мне как раз дропнули один секретный туннель, о котором почти никто не знает. Его, в основном, Пашка использует, чтобы незаметно водить девочек к мальчикам, а мальчиков к девочкам. Пенка делают вид, что мирское им чуждо. Представляете? Все в это верят примерно так же, как и бабушки в Санта Клауса, но пока проповедники тискают девочек не на виду, делают вид, что так и должно быть.

Откровенность девушки и скорость, с которой она делилась информацией мне нравилась и одновременно сбивала с толку. Я нисколько не сомневался, что она говорит правду и то, что она говорит далеко не для каждых ушей, тот де туннель. Но не мог понять, с чего такая откровенность. Если это плата за ее спасение, тогда ладно. Но вдруг она просто пускает нам пыль глаза, чтобы… чтобы что? Конечно, Одри не показала все, на что способна, но и того, что было за глаза хватит, чтобы кого угодно заставить задуматься о резоне рисковать памятью и опытом ради разбоя.

Загнав себя подобными размышлениями в тупик я мотнул головой, выбрасывая засевшие в ней подозрения, и просто погрузился в рассказ. Тем более, что моя «чуйка» молчала, а это уже о многом говорит.

Мы бежали узкими улочками и переулками, лишь иногда выбегая на полупустые улицы для того, чтобы перебежать на другую сторону и скрыться в тени очередного поворота. Было видно, что наша новая головная боль знает город как свои пять пальцев и явно привыкла к подобным забегам.

Мысли вновь начали копошиться и раздражать сознание вопросами вроде: «кто она такая?» и «вдруг мы помогли преступнице?», но я быстро подавил их в зародыше — мне и других «пчелок» о Насте хватает.

-- Вы вообще очень вовремя появились, -- продолжала девушка, -- я и сама кое-что умею, но вот так четверых точно бы не осилила — законтролили бы. Хотя, и вам крупно повезло — Боня не ожидал, что вы драться полезете и зазевался. Поделом, я вам скажу — тут голову берегите, длиннорослые! — Толкнув прислоненную к стене бочку, гномка нырнула в образовавшийся проход, который вывел нас в очень узкий переулок. Дальше нам пришлось продвигаться боком, потому что даже нежные плечи Одри были шире доступного нам пространства. — Ему неплохо рандомнуло в прошлом месяце, после похода в пещеры разжился станом. Действует всего пару секунд, но при том раскладе хватило бы и одной. А вообще он лениться жутко! Тот же Малыш Стив получил почти такой же скил — премия за нежный, тщательно вылизывающий жопу босса язык. Так вот его стан секунд на десять точно тянет! Опасная штука...

-- Эй, постой! Да стой ты! Погоди! -- Вырвавшись вперед, я дернул гномку за плечо, вынуждая остановиться. — Косметичка — это хорошо, но вот из города нам пока рано сваливать, есть дела.

-- Вам — рано, а мне — как раз. — Дернула плечом девушка, сбрасывая с него мою руку. — Правда, я бы вам рекомендовала свалить отсюда побыстрее и желательно со мной, потому что если хоть кто-то вас успел увидеть рядом с тем переулком… в общем, выйти из города будет не просто. Ярики у нас — королевы обиженок, чуть тронь — сразу плакать начинают, толпу звать. Так что лучше не рискуйте.

-- Вы мне мозг взрываете, юная леди. — Признался я, с трудом нащупывая суть ее изречений. — Я из того, что ты сказала почти ничего не понял. По отдельности слова знакомые, а вместе — бурда какая-то получается. Что за Ярики? Какая пенка?! Не, то что тебя друзья тех придурков ищут — это мы поняли. Да и нас за одно. И то, что они очень обидчивые тоже. Но вот остальное… Мрак полный.

-- Вы как с луны свалились, -- взгляд девушки стал подозрительным. Она бегло, но очень внимательно нас осмотрела, вздохнула, и продолжила, облокотившись на свой топор. — Филип, которого вы убили, сержант заместителя командующего Трейтона — Кранча. Звание этого напыщенного ублюдка не помню, но оно всем до лампочки. Главное, что Кранч его любимчик и потому без стеснения пользуется ресурсами клана. О клане «Ярость» хоть слышали? Или мне и за него вам рассказать?

-- Немного слышали. — Ворчливо заметил я, косясь на Одри. В ее глазах разгорелся настоящий костер интереса и мне очень не хотелось, чтобы наша новая подруга заметила его раньше времени. Да, именно подруга. Потому, что как сказал Антуан де Сент-Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили». В данном случае, спасли, но сути это не меняет. — Вообще, не торопись -- у меня есть предложение по-лучше. Сейчас отправляемся за твоей косметичкой, а потом дружненько идем вон в ту башню, -- я указал на видневшуюся вдалеке башенку, которую мы приметили с Одри. — Там спокойно перекусим, познакомимся, а заодно расскажешь, за что тебя так не любят ребята Ярого. Да, кстати о знакомстве — тебя как зовут? Не «Эй, ты!» к тебе постоянно обращаться?

-- Нет, дорогие мои, никуда я с вами не пойду. — Поморщилась девушка, -- Может вам все равно, но я на перерождение улетать не планирую. Так что обнимашки-целовашки и я побежала.

-- Вакс, солнышко мое дорогое, -- елейно пропела Одри, -- а ты уверен, что хотел пригласить эту очаровашку именно в башню, в ту башню, о которой мы вот только что говорили, а не в трактир, где нас жду ребята? Нет, если тебе наша интимная жизнь показалась скучной и ты решил ее так разнообразить… то я, пожалуй, соглашусь.

-- Крыло Зебры? -- пробормотал я, чувствуя как краснею. Как можно было перепутать романтический закат с Одри на крыше башни и забегаловку — ума не приложу. Все виновата неожиданно свалившаяся на меня рассеянность или баги самой Системы, потому что другого объяснения я не нахожу. Не мог же я в серьез рассматривать эту пусть милую, но совершенно незнакомую мне девушку в розовом свете, чтобы такое ляпнуть?

-- Клюв дикого кабана, милый. Что же у тебя с памятью?

Мне и самому было интересен ответ на вопрос, но его у меня не было.

-- Вакс, значит? — Настроение гномки неуловимо изменилось. Сейчас в ее глазах пылал азарт и что-то еще, что я не узнал и не придал значение. — А ты…

-- Одри. — Подсказала моя ненашлядная.

-- Как мило! А мое имя ты почти угадал! — Мне протянули руку. — Эйка -- будем знакомы. Мог бы и сразу сказать, что поесть меня зовешь в хорошее место, а не на крышу магистрата. Я еще подумала: ну вы и уникумы, чтобы такое предлагать. Там же не продохнуть от постных рож больших шишек и их прихлебателей.

-- Уникум только он. — поправила ее Одри. — Я такими талантами не отличаюсь. Если все со всем согласны, идем! Там и поболтаем.

Сделав пару шагов вперед, Одри вернулась, наклонилась к уху Эйки и громким шепотом спросила:

-- Дорогая, ты ведь знаешь, где этот проклятый бар?

Эйка знала. Немного посмеявшись, с нас или с ситуации в целом, она увлекла нас дальше. Сперва, как она и говорила, мы заскочили в ее убежище — скрытую от посторонних глаз подземную квартиру, которую язык не повернется назвать подвалом. Находилась она в одном из неприметных тупиков, ничем не отличающегося от прочих. По крайне мере я точно не взялся бы найти его снова, уж слишком он не выразителен: обыкновенный грязный городской отнорок, в который не очень то и хочется соваться, если ты приличный гражданин. Если не приличный — то тем более, потому что точно знаешь, что ничего хорошего в таком месте не найти.

Вход в подземные апартаменты Эйки находился в самом углу и был умело замаскирован под крупный камень мостовой. Скрытая в стене рядом кнопка заставляла камень подняться, на манер откидного люка, открывая лестницу вниз. Убежище представляло из себя несколько больших комнат, стиль которых мне напоминал комнаты подростков: серые каменные стены украшали постеры современных рок-групп, умело воссозданные явно талантливым художником, пара гитар висела одна напротив другой и были похожи как брат и сестра — их корпус был покрыт похожими по стилю рисунками. Только у «женской» версии были милые мультяшки в ярких тонах, а у «мужской» наоборот — темная гамма кровавых монстров.

Там мы пробыли всего пару минут. Эйка как ураган пронеслась по всем трем комнатам, перевернула пару тумбочек, отодвинула кровать вывернула на пол несколько сундуков, ворча что-то про бесценную подругу, склонную к альтернативному порядку и паранойи, и только после этого догадалась отодвинуть шкаф и выудить из скрытой за ним ниши клатч. Открыв его и убедившись, что в нем есть то, за чем она сюда пришла, она кивнула своим мыслям и увела нас на поверхность.

После того как камень опустился на свое место, Эйка дальше повела нас тайными тропами переулков к месту встречи. Трактир «Клюв Дикого Кабана» и вправду был довольно примечательным местом. Хотя бы потому, что на всей не маленькой площади только у его входа красовалась деревянная скульптура этого самого кабана. С клювом и когтистыми лапами. Вообще об больше напоминал плод запретной любви сфинкса, свиньи и грифона, но моего мнения никто не спрашивал, а потому эта ценная информация так и осталась в моей голове.

Друзей мы нашли быстро. Стоило войти, как взгляд тут же цеплялся за пеструю, разместившуюся в самом уголке зала компанию, которая изо всех сил старалась не отсвечивать, но получалось ровно наоборот. Из всех ребят только Курт, Макс и Гримвест понимали всю тщетность «маскировки». Потому, что хоть их и скрывала тень дальнего угла и сама планировка зала, это ни сколько не спасало от притягательной шебутной атмосферы интереса, которую они создавали.

-- То есть, как мне мужика дать — так фиг, а как самим мини-бабу сцапать — так пожалуйста?!

В меня бесстыдно ткнули надгрызенной куриной ножкой, попутно заляпав соусом добрую половину сидящих. Судя по сдержанной реакции фармеров, им уже было не привыкать к подобным выходкам Небулы. Пара эльфов, бурча под нос ругательства, потянулись за салфетками, а Гримвест ограничился тем, что смахнул с кожи пару жирных капель и покачал головой.

-- Пути начальства неисповедимы. — Туманно ответил я, и бесцеремонно уселся на край лавки, сдвигая телом зазевавшегося эльфа и не дожидаясь, пока Флав уступит мне место. Верный и надежный, как автомат Калашникова, орк пересел ближе ко мне, в торец стола. На освободившееся после зеленого гиганта место тут же упали девушки. — Теперь, все в сборе. Может начинать делиться новостями. Надеюсь, все провели время не только с удовольствием, но и с пользой и сейчас выльете на меня ведро хороших новостей.

-- Как ты метко сказал про ведро, -- криво улыбнулся Гримвест, -- очень точно. Потому что подобные субстанции выливают именно такими посудинами.

Порывшись в кармане, эльф выложил на стол медный жетон на шнурке. Очень похожий на тот, что меньше часа назад нам продемонстрировал улетевший на перерождение борзый парень.

-- Если это какой-то конкурс, в котором нужно было собирать подобные штуковины, то ты выиграл. — Я примирительно поднял руки к верху. — А если нет, то закажи еды и рассказывай: куда мы встряли и сколько времени осталось.

Глава 14

— Так что это за ерундовина такая? — снова спросил я Гримвеста после того, как юркая разносчица поставила перед нами огромный поднос с едой. — Медалька за весёлые старты?

— Не угадал. Это — жетон звания, и он нужен для подтверждения полномочий владельца. В прошлом мире, когда нам доводилось сталкиваться с представителями власти или попадать в ситуации, где требовалась квалифицированная помощь, достаточно было отсканировать код на форме служащего — и мы тут же узнавали о нём всё. Имя, должность, звание, полномочия и прочее, что было необходимо. Это давало понимание, что человек вправе делать определённые вещи и где проходят границы дозволенного. В принципе, забив пару слов в строку поиска, мы могли получить достоверную информацию на любого, кто нас интересовал.

— Ну да, — бесстрастно брякнул я, мысленно хмыкнув.

Я прекрасно помнил, чего стоила та самая «достоверная» информация в интернете. Всё покупалось и всё продавалось. Любые, даже самые надёжные и неприступные базы взламывались, а неподкупные обслуживающие ИИ ещё как подкупались и обходились. Было бы желание. Так что верить форме, значкам и статье в галафоне следовало ровно настолько, насколько позволяли беспечность и везение.

— С самого начала кланы взяли на себя большой кусок работы по обеспечению безопасности и базовых потребностей людей. Сначала — своих, а затем, при объединении, и всех прочих. Тогда и встал вопрос о создании неких отличительных знаков, понятных всем, а не только членам клана, чтобы людям было проще идти на контакт — либо сотрудничать, либо не мешать. Считай, что это полицейский жетон, красный крест, судейская мантия и ещё с полдюжины удостоверений других организаций в одном флаконе. Хотя по сути…

— Паспорт крыши. Если он у тебя есть — тебя не трогают, зато ты трогаешь кого угодно. Или почти кого угодно. Как в легендарных девяностых, когда города были поделены на районы и весь бизнес крышевался контролирующими бандами на пару с ментами. Здесь что-то похожее, так? Своих не трогаем, чужих опасаемся, а всех остальных вообще за проблему не считаем. У вас же тоже жетоны есть?

— Так, так, Вакс, — подтвердил эльф. — У всех кланов есть. Свои, уникальные. Ещё и пронумерованные — считай, именные. По номеру всегда можно понять, кто перед тобой. Плюс это защита от воровства. Не идеальная, но защита. Поддельным жетоном особо не помахаешь — вдруг нарвёшься на того, кто знал его настоящего владельца.

— Как интересно… Но скажи вот что: ты мне это ради поучительной лекции показал? Было занятно, не спорю. Но если это всё — может, обсудим более важные вопросы?

Гримвест снова криво улыбнулся и скосился на беззаботно жующую Эйку. Правильно: он её либо не знал, либо знал слишком хорошо — но в любом случае решил не раскрывать информацию при посторонних. Перестраховался. Хотя я был не настолько глуп, чтобы не понимать подобных действий. И он — не настолько глуп, чтобы не осознавать: если я пустил её за стол, значит, отдаю себе отчёт в том, что она услышит и увидит. Но эльфа можно понять — в таких делах лучше потратить немного времени и трижды переспросить, чем один раз не спросить и вляпаться.

— Милую бронированную полторашку можешь не стесняться, — Эйка перестала жевать и вопросительно приподняла бровь, бросив на меня возмущённый взгляд. Я его стойко проигнорировал и продолжил: — Считай, что она наш новый талисман и спонсор увлекательных впечатлений об этом чудном городе.

Гримвест снова усмехнулся, и мне стало ясно: он уже в курсе, спонсором каких именно приключений является Эйка. Интересно, как быстро эта информация разошлась и кто ещё об этом знает — и связывают ли нас с произошедшим.

Зато остальные начали бросать недвусмысленно заинтересованные взгляды то на меня с Одри, то на Эйку. Ребят раздирало любопытство: куда успели вляпаться их доблестные лидеры. Только у Небулы во взгляде сквозило облегчение. Интересно, с чего бы?

— Да, кстати, я же её вам так и не представил. Эйка, прошу любить и жаловать, не обижать и всё в этом духе.

— Ну и имя, — беззлобно буркнул Флав, оценивающе разглядывая гномку и прислонённый к столу топор. Уверен, он прикидывал, сколько долей секунды у него уйдёт на обезвреживание новенькой, если та дёрнется не так.

— Не хуже твоей рожи будет, — тут же язвительно парировала девушка.

Лицо орка медленно вытянулось от удивления.

— Э-э-э…

— Что, Флавуся, не ожидал?! — захохотала Одри, обнимая Эйку. — С зубками девочка! Скажи спасибо, что не прибила — я бы на её месте так и сделала!

— Она же не ты, — развёл руками Флав. — Она маленькая, а я огромный, как шкаф.

— Слышь, купейный шифоньер, — снова огрызнулась Эйка, проводя ладонью по доспеху сверху вниз. — Антресоли завалил, эта тумбочка любой шкаф укокошит.

— Вот-вот! — поддакнула Одри. — Так что лучше помолчи и думай, чем извиняться будешь. А вообще, всем и каждому рекомендую дважды подумать, прежде чем отвесить какой-нибудь сомнительный комплимент или высказать мнение в нашу сторону. Так и без головы, выдав подобную чушь, лишиться можно. Причём очень быстро.

Все за столом добродушно посмеивались и улыбались, глядя на смутившегося и слегка растерянного Флава и на внешне абсолютно уверенную в себе и невозмутимую Эйку, которая преспокойно сидела, отщипывала кусочки зажаренного до золотистой корочки гуся и делала вид, будто всё происходящее её не касается.

Касается.

От меня не укрылось, как она пристально наблюдает за нами и нашими реакциями на её резкий ответный выпад в сторону нашего парня. Почему — непонятно. Боится, что мы обидимся и прогоним её из-за стола? С учётом того, как мы познакомились, подобное даже звучит смешно. Тем более что мы толком и не знакомы, и я сомневаюсь, что потеря даже такой прекрасной компании, как наша, станет для неё серьёзным ударом. Всё же её ищут, и ей найдётся чем заняться.

Тогда чего же она опасается?

Тем временем Гримвест воспользовался образовавшейся паузой и продолжил:

— Конкретно это — сержантский жетон. — Эльф крутанул трофей на ладони, а затем перекинул мне. На небольшой, похожей на полицейский значок, ромбовидной пластине значились три маленькие звёздочки, сразу под которыми находилась гравировка оскаленной пасти тигра и порядковый номер — четырнадцать. — Его я поднял с останков Дерба, сержанта «Ярости», которому час назад оторвала голову твоя вольфарка.

Я удивлённо посмотрел на притихшую Небулу. Почти все за столом сделали то же самое, из чего я понял, что о её выходке почти никто не знал. Интересно. Так получается, тот взгляд и намёк на приключения касались Неби, а не нас?

— Я могу всё объяснить, — невнятно буркнула она.

— Позже. Пусть закончит, — холодно произнёс я и перевёл взгляд на Гримвеста. — Дальше. Продолжай.

— Спасибо, — саркастично ответил он, явно подразумевая: «И без твоих подсказок разберусь, что мне делать». — Так-то твоя фурия была в своём праве. Дерб сильно перегнул, распустив руки, когда решил выразить ей своё почтение, пополам с восхищением.

— Ты молодец, что пытаешься её выгородить, но это не оправдание. Если бы я отрывал голову каждому, кто мне хамил или распускал руки, Москва быстро перестала бы быть самым населённым городом. Нужно уметь держать себя в руках и стараться не ввязываться в пустые, ненужные конфликты.

Пока я говорил, дважды чуть не сбился из-за скрещённых на мне взглядов. И если задумчивые или заинтересованные взгляды ребят я легко терпел и даже игнорировал, то вот откровенно насмешливый взгляд Одри и весёлый — Эйки чуть не заставили меня покраснеть.

— С ней и с Флавом я разберусь позже. Потому что если в способности пушистой бестии влипать в ситуации я не сомневался, то вот Флав меня удивил. Никогда бы не подумал, что он такое допустит.

Орк виновато потупил взгляд и что-то тихо пробубнил себе под нос. Из обрывков слов я понял, что «ни на секунду её оставить нельзя», и внутренне выдохнул. Всё же произошедшее — случайность, а не попустительство безупречного в исполнении приказов орка. К тому же теперь я уверен, что Костик был с ним, а не с Небулой, и тоже в этом не замешан.

— Есть предложения, что делать? И ты так ничего не рассказал о Насте. Нашёл что-то интересное и решил оставить на сладкое?

Возможно, мне показалось, но при упоминании сестры Эйка подобралась и превратилась в слух. А возможно, ей просто попался жёсткий кусок мяса, и она старательно пыталась его прожевать — кто знает.

— Как ты угадал. Два в одном, Вакс. Дерб — незаурядный кретин, постоянно влипает в истории, похожие на сегодняшнюю, и, поверь, мозгов у него сильно недостаёт даже для самого простого — сержантского — жетона. Но вот в чём дело: Дерб — один из лучших аренщиков клана и первоклассный боец. В прошлой жизни он был профессиональным бойцом и увлекался фехтованием — смесь идеальная для новой реальности. Не имея никаких особых навыков, он с лёгкостью укладывал почти всех своих противников и быстро стал чем-то вроде местной звезды, позволяя клану неплохо зарабатывать на ставках.

Я скептически приподнял бровь. Ну да, что это за легендарный боец, если его вот так просто можно убить? Хотя… от неожиданностей никто не застрахован, и, возможно, он просто недооценил нашу пушистую крошку, за что и поплатился.

— То есть мы убили их дойную корову?

— В некотором смысле — да. Так вот, я успел переговорить с одним человеком из доверенных лиц самого Ярого, и он сказал, что постарается всё уладить миром, если мы выставим замену на завтрашний бой. Причём замена должна быть достойной и обязана победить, потому что в случае проигрыша клан объявит охоту на всех причастных.

— А в случае выигрыша нам простят голову их сержанта, пожмут руки и отпустят на все четыре стороны?

— Почти. Выплатят часть гонорара Дерба за бой и дадут подсказку, где искать Настю. Слухи оказались правдой — это действительно была она, хотя сперва никто в это не поверил. Да и я сам, зная, насколько твоя сестра бывает сумасшедшая, и подумать не мог, что у неё хватит наглости орать про тебя на крупнейших площадях города, не говоря уже о том, что она зашла в магистрат и вежливо поинтересовалась у дежурного, не оставлял ли кто писем на её имя. В общем, нашумела она знатно.

— Какие гарантии с их стороны?

— С их — только их слово, — пояснил Гримвест. — Но кроме их слова есть ещё и наше. Так что когда Ярый узнает, что об этих договорённостях известно не только его клану, но и нам и ещё много кому — уж мы с ребятами постараемся рассказать об этом каждому, — он вряд ли посмеет его нарушить. Репутационные потери будут больше пары голов незнакомцев.

Я призадумался. Как-то всё слишком гладко складывается, несмотря на свалившиеся бонусом проблемы. Недостатка в хороших бойцах я не испытываю, так что найти кандидата на бой не составит труда. Дерб был хорош, не сомневаюсь, но вряд ли лучше моих ребят. Хотя бы потому, что они бы такой ошибки не допустили. Надеюсь.

Выходит, Небула сильно нам помогла, убив наглеца. Вот только что-то мне не даёт покоя. Ощущение надвигающихся неприятностей — тех, что вот-вот зайдут в дверь и от которых не отвертеться. Это чувство легко заставило бы меня всерьёз задуматься о побеге из города и поиске обходных путей улаживания конфликта с Ярым, если бы не ещё одно ощущение — что я на верном пути.

— Расскажи больше об арене.

— Всё же думаешь согласиться? Хороший выбор. — Эльф допил остатки вина и подал знак разносчице принести ещё бутылку. Затем осмотрел заметно опустевший стол, поморщился и тем же жестом попросил обновить и его. — Рассказывать особо нечего. Твоего бойца ждёт пять боёв. Первый — отборочный, что-то вроде разминки. Все пары бойцов занимают свои сектора на арене и дерутся друг с другом. Прикончил своего противника раньше остальных — получил несколько минут дополнительного отдыха. После — череда индивидуальных боёв. Пока дерутся одни бойцы, другие отдыхают. Бой длится до тех пор, пока противник стоит на ногах, не умрёт или не решит сдаться. Особенность в том, что всё это действует лишь до финала. В финале же на песок выйдут два бойца, а назад вернётся только один. Так что хорошо подумай, прежде чем выставлять бойца — это будет не простая кулачная потасовка.

— А что тут думать?! — рыкнула Небула, шумно поставив стакан на стол. — Я иду. Одного чемпиона порвала — порву и остальных.

— Нет, Неби, ты туда точно не пойдёшь, — холодно произнёс я.

Вольфарка посмотрела на меня яростным взглядом, в котором без труда читались раскаяние, стыд и недоумение, пополам с решимостью. Не нужно быть телепатом, чтобы понять: ей стыдно за свой поступок, и она хочет исправить его любой ценой. Что ж… любой — мне не нужен.

Небула — превосходный боец, но в таком состоянии на песок её лучше не выпускать. Она и без того очень эмоциональная и импульсивная девочка, а таких проще простого подловить на какую-нибудь подлость. К тому же созерцание того, как созданную ею проблему придётся решать другим, чему-то её да научит. Жёстко, жестоко — зато действенно. Я надеюсь.

— Но…

— Без «но». Будешь спорить — отправишься в лагерь. Грим, когда нужно зарегистрировать бойца?

— Бои начнутся завтра в полдень, так что не позже чем за час до начала твой чемпион должен быть в раздевалках арены. Вообще, меня просили тебя поторопить и сказать, что боец нужен сегодня, но обойдутся — незачем им лишняя информация, пусть довольствуются сюрпризом. К тому же у тебя будет время подумать.

Я кивнул, допил своё вино и протянул бокал за добавкой.

Остаток вечера мы провели за болтовнёй, делясь историями за день и идеями о том, что из того, чего у нас в избытке, можно сбыть, а что потом купить на вырученные деньги. Городской базар оказался настоящим Клондайком по сравнению со всем, что мы встречали раньше. Здесь легко можно было найти почти всё что угодно: от запчастей для автомобилей и оружия до капроновых колготок и духов. Так что неудивительно, что каждый из группы успел присмотреть себе по паре дюжин крайне полезных и совершенно необходимых безделушек.

Справедливости ради стоит отметить, что в истории влипли не только мы с Небулой. Каждый отметился по-своему. Да, не так капитально и основательно, не так громко и ярко, но рассказать было что всем.

Например, Карина с Куртом стали городскими звёздами свежесозданного кукольного театра. А всё потому, что её новому питомцу наскучило сидеть в тесном, захламлённом рюкзаке, и он решил выбраться наружу — благо момент позволял, так как рюкзак временно закинули за спину, чем он тут же и воспользовался. Причём не где-нибудь, а на центральном бульваре с красивыми ресторанами, дорогими магазинами и толпами зевак, которым ничего из представленного там не по карману, но посмотреть хочется.

Выбравшись из рюкзака, скелет грызуна первым делом, как порядочный монстр, напал на проходившую мимо девушку, намертво вцепившись в подол её платья, и попытался вскарабкаться выше. И у него бы получилось, не будь он связан по двум оставшимся лапкам. А так свободы хватало лишь на то, чтобы клацать зубами и рвать одежду незнакомки на британский флаг.

Девушка тоже оказалась самой что ни на есть порядочной — тут же подняла визг, привлекая внимание всех вокруг, а заодно и Карины. Нужно отдать должное: наш Рыжик не растерялась и среагировала мгновенно — схватила концы связывающей лапки верёвки и изобразила игру в бешеную куклу, незаметно отцепив грызуна от платья. У неё получилось настолько достоверно подыгрывать взбесившемуся тушкану, что собравшиеся вокруг люди поверили: всё происходящее — часть представления. Даже случайная жертва сорвавшегося скелета успокоилась и с удовольствием наблюдала, как Карина из кожи вон лезет, пытаясь с помощью нескольких верёвок контролировать не на шутку взбесившегося монстрика.

Наблюдавший за всем этим Курт тоже внёс свой вклад: первым делом положил перед Кариной куртку, на которую демонстративно бросил пару мелких фармов, после чего начал ходить вокруг подруги кругами, отбивать ладонями ритм и напевать какую-то популярную мелодию.

Честно говоря, если бы мне об этом рассказал кто-то другой — я бы не поверил. Потому что не могу представить вечно серьёзного и спокойного Курта танцующим перед толпой под собственное пение. Да и вообще его участие в таком балагане — нонсенс.

— Не бросать же мне её было, — флегматично объяснил тогда вольфар, словно ничего сверхъестественного не произошло. — К тому же мы неплохо на этом заработали.

Как бы в подтверждение его слов Курт потряс солидным мешочком с монетами. Так что единственными, кто сегодня ничем не отличился, остались Тонни с Риком. И то — не факт. Не удивлюсь, если и там, вдали от людей, они нашли приключения на свои цифровые задницы.

— Мне нужно пару одолжений, Грим, — попросил я эльфа, когда спустя время мы оба вышли на задний дворик трактира покурить. — Гномка. Ты её знаешь?

— Немного слышал о ней, — уклончиво ответил эльф, принимая от меня сигарету. Немного повертев её в руках, он всё же подкурил и, сделав глубокую затяжку, продолжил: — С месяц на слуху у «Ярости». Что-то не поделила с Трейтоном, и теперь тот за ней охотится. Так себе достижение, ничего особенного. Этот обидчивый, горделивый ублюдок перессорился с половиной города. Сам не понимаю, чем он так зацепил Ярого, что тот его до сих пор терпит. Да и не я один. А что?

— Сможешь разузнать о ней больше?

— Смогу, — кивнул он. — Для чего?

— Она мне интересна. Очень.

Эльф понимающе хмыкнул и улыбнулся. По искоркам в его глазах я понял, что мысли его унесло не в ту степь.

— Не за этим, друг. Хотя Одри и намекала на что-то подобное, даже про эксперименты и разнообразие говорила. Но не суть. Она мне нужна для другого. Считай, что это чуйка, Грим, но отпускать её от себя я пока не хочу.

— Так в чём проблема? Не отпускай.

— Было бы всё так просто.

Я быстро пересказал эльфу подробности нашей встречи с Эйкой. Он слушал внимательно, не перебивал, задал лишь пару уточняющих вопросов. Затем ненадолго замолчал и жестом попросил у меня ещё одну сигарету.

Первым тишину нарушил я:

— Так что, есть варианты с тотемом неприкосновенности для малышки? Хотя бы временным?

— Пока не наведу о ней справки, ничего обещать не могу. Если на ней нет ничего серьёзного — что-нибудь придумаем. Единственное… — эльф замялся.

— Все расходы я беру на себя. Если не хватит наличных — выдашь мне небольшой кредит, закрою.

— Хорошо. Тогда считай, договорились.

Гримвест сделал последнюю затяжку и ловким движением отправил бычок прямиком в отверстие водосточного слива в паре метров над нами.

— Знаешь, когда я понял, кто ты, то твёрдо решил крутиться рядом в надежде, что ты хоть немного похож на свою сестру. Уж поверь мне на слово, она мастер находить приключения на свою задницу. Но вот то, что мимоходом натворил ты… это, прямо скажем, выше всяких похвал. Я даже не думал, что ты, как и твоя сестра, первым делом примешься вырезать клан.

Я молча пожал плечами — ни возразить, ни опровергнуть его слова не мог, а отвечать на такую сомнительную похвалу не хотел.

Докурив, мы вернулись к остальным, проигнорировали вопросы о том, чем два красивых парня могли так долго заниматься на заднем дворе трактира при луне, и недоумённо уставились на ввалившегося в зал запыхавшегося молодого парня. Он обвёл взглядом зал и, завидев нас, направился прямиком к нашему столику.

— Вакс? — спросил он, глядя на меня так, словно точно знал, что я — это я. — У меня для тебя срочное сообщение.

Глава 15

— Можно хоть на сегодня завязать с неожиданностями? — картинно поднял я взор к небу, но вместо россыпи звезд увидел лишь толстую потолочную балку и поморщился. — Угадал, парень, я — Вакс. Что у тебя?

— Стой! Сто-о-ой! — замахала руками Одри. — Давайте делать ставки. Спорим, что гонец сейчас поведает нам грустную историю о том, как наш Тонни охмурил десяток стражников и этим сорвал всю работу и охрану в районе складов?

— Не-е-е-ет! — возразила Небула. — С охранниками была девушка. Сильная и красивая — такая, что кому хочешь мозги вправить сможет. Так что там что-то другое. Может, письмо от Насти? А что? Мы весь город на уши поставили, до неё могло и долететь, что мы её ищем.

— Ага, два письма, — вмешалась Карина, чем немало меня удивила. По правде говоря, я начал забывать её голос, а это само по себе странно. Если она не перестанет дуться, придётся с ней поговорить — мне нужна прежняя огненная оторва, а не неуверенная девочка. — Пока мы тут живём лучшую жизнь, ребята там тухнут от скуки. Так что это точно по наши души послали — кто больше отличился. А Вакса искали как главного.

— Ещё варианты будут? Нет? Вот и хорошо. Говори, что у тебя, — обратился я к парню.

Он уже успел отдышаться и теперь ошалело смотрел на разворачивающийся вокруг цирк, стараясь хоть что-то понять. Привыкшие к нам фармеры тихо улыбались и шушукались — видимо, тоже делали ставки.

— Тебя… вас… Энтони просит подойти как можно скорее. У него есть новости, которые он может сообщить только лично, — сбивчиво затараторил парень и, как мне показалось, сжался под давлением вперившихся в него взглядов. Интересно, с чего он так стушевался? Вроде никто ему не угрожал и даже агрессивно не выглядел.

— О! Я же говорила! — довольно заявила Одри. — Теперь вы все мне должны…

— Аж целое ничего, — едко вставила Карина. — На что спор — никто так и не сказал.

— По желанию скиньтесь — и нормально будет, — отмахнулась моя незабвенная и вопросительно посмотрела на меня.

Я возмущённо приподнял бровь — мол, «про меня не забыли?» — и тут же опустил её обратно, с трудом сдерживая смех. Она в своём репертуаре. Даже картинно дуться на неё я не способен.

— Что ж… придётся идти к бедовым. Эйка, ты с нами?

Она оказалась с нами — в отличие от фармеров. Гримвест сослался на дела и необходимость решить мою маленькую просьбу. Напоследок он любезно одолжил гномке накидку, в которой она полностью утонула вместе с доспехом и своим немаленьким топором — так, что разобрать, кто скрывается под тканью, было совершенно невозможно. Можно было не переживать, что её узнают. Да и, если честно, на неё вообще мало кто обратил бы внимание, даже иди она открыто. Гримвест не зря сказал, что мы — настоящее испытание для Триграда, и сейчас, немного отстав от группы, я прекрасно понимал почему.

Сказать, что мы привлекали внимание, — значит ничего не сказать. Даже стараясь идти тихо и не отсвечивать, мы сияли, как старый маяк с новыми лампами: тепло, ярко и с недвусмысленным намёком — если ты маленькая лодочка, лучше сверни с курса, а то размажет. В роли камней выступали наши девчонки, идущие в авангарде и тихим, как им казалось, шёпотом обсуждающие возможные приключения Тонни. Лодочками же были случайные прохожие, улепётывающие с дороги так быстро, как позволяли их цифровые тела. Цирк, да и только.

Немного поплутав по улочкам — спасибо желанию Одри срезать через «во-о-он тот красивый переулок» и полностью игнорировать рекомендации бледного как мел гонца, — мы вышли к площади хранилища. Электрические фонари по периметру испускали мягкий жёлтый свет, позволяя не напрягать глаза в густых сумерках. Впрочем, смотреть особо было не на что: картина почти не изменилась с нашего ухода. Разве что своих ребят мы обнаружили не у двери хранилища, а за столом охранников. Компания вела неспешный, вялый разговор ни о чём — единственный известный способ убить время и смертельно ранить скуку.

— Я же говорила, что Милаш их охмурил, — Одри толкнула подругу локтем.

— Осторожно, малыша заденешь! — проворчала Карина, поправляя шуршащий рюкзак на груди. После дневного приключения она ни на секунду не выпускала его из виду. — В карты засранец проигрался, теперь будет Вакса просить выкупить его задницу. Вот увидишь.

При нашем появлении компания оживилась. Тонни рывком вскочил со стула и буквально подлетел к нам. По его честнейшей улыбке я сразу понял — вляпался. Рик остался на месте, что меня слегка удивило, но времени размышлять не было.

— Я знал, что ты меня любишь, босс, но не знал, что настолько! — радостно сообщил жизнерадостный засранец. — И часа не прошло, а ты уже здесь. Да ещё и всех привёл. Не начальник, а золото! Боже, как же я благодарен цифровым богам и великому Рандому, что попал в твою группу — слов нет!

Охранники, сидевшие поодаль, лениво наблюдали за происходящим. Понятное дело — за день выходок Тонни у них выработался иммунитет к его трескотне. Хорошо ещё, что у ребят стальные нервы. Я вот не уверен, что сам бы не прибил засранца.

— Наигрался? — включил я сурового начальника. — Выкладывай, что стряслось. Времени на твою чепуху нет. Я её люблю, но сейчас она не к месту.

— По живому режешь, начальник, — криво усмехнулся Тонни и задумчиво нахмурился. Его взгляд зацепился за кутающуюся в накидку Эйку, прижавшуюся к Флаву. Тот удивился, но не возражал. Со стороны это выглядело как заигрывание, но я сразу понял — маскировка. Так её почти не видели стражники. — Есть две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

— С хорошей. Тогда есть шанс, что доживёшь до плохой.

— Настя действительно недавно была в городе. Молодая, наглая, очень красивая девочка, кладущая на все авторитеты и делающая то, что считает нужным. Прямо-таки эталонное описание — мне нравится. Искала непутёвого брата Сашу, который без неё совершенно точно пропадёт, и слёзно просила помочь всем небезразличным воссоединить семью. Честно говоря, даже через пересказ третьих лиц я такую картинку нарисовал, что готов на любые подвиги ради вашего счастья.

Я нахмурился, но внутри было тепло — стиль сестрёнки я узнал безошибочно: немного резкий, немного насмешливый, но всегда родной.

— Есть наводка на человека, который может знать, где её искать, — серьёзно продолжил Тонни. — Гарантий никаких, сложностей — куча, да ещё и жёсткие лимиты по времени. В общем, всё как мы любим.

— Подробности будут? Откуда информация? Насколько ей можно верить?

— Можно, — широко улыбнулся Тонни. — Карточный долг — дело чести.

— О! Так ты всех в карты обыграл? Хорош! — восхитилась Одри.

— Не я, — ещё шире заулыбался наш друг и кивком указал на притихшего Рика. — Пойдёмте, там всё и объясню.

Он подвёл нас к столу охранников и поочерёдно всех представил. Красивого блондина, который утром взял партию, звали Гарри, его рыжую подругу — Стейси. Старший смены, сержант Ярых Ротхард — дядька в годах с густыми усами, Густав — молодой парнишка, и жгучая эльфийская брюнетка с непривычным слуху именем Хнесс.

После непродолжительного, скомканного знакомства и рукопожатий Ротхард взял слово:

— То, о чём я скажу… не то чтобы секрет, но постарайтесь сделать так, чтобы никто не узнал, от кого вы получили эту информацию. Вы — пришли и ушли, а мне здесь ещё жить и работать. Честно говоря, если бы ты не был братом Асты, я бы ни за что не согласился платить по таким счетам…

— Себе-то хоть не ври, старый, — флегматично заметила красивая рыжая эльфийка, бесцеремонно перебив своего начальника. — Платить бы не стал. Всегда ты так: проиграешься, а потом ворчишь, как советская развалина. Все знают, что ты никогда не отказываешься от хорошей игры и всегда платишь по счетам. Так что заканчивай расшаркивания — перед тобой не малолетние целочки, а у нас не вагон времени.

Лицо Ротхарда вытянулось, потом скривилось от возмущения и, наконец, расслабилось.

— Каждый раз одно и то же, да? Чтобы я без тебя делал, Стейси, — добродушно усмехнулся сержант и продолжил: — В двадцати километрах к юго-западу от города, недалеко от гор, есть посёлок вершков Маленький. С виду — временный лагерь: палатки, шатры и всего пара-тройка деревянных домиков. Сложно заметить, если специально не искать. Официально посёлок принадлежит Возвышению, но по факту им распоряжается Свобода — они и заправляют группами туристов. В одной из них сейчас и находится человек, который вам нужен. Я дам вам письмо, которое убедит его рассказать всё, что нужно. Но…

— Но? — переспросил я, когда пауза затянулась.

— Вам нужно успеть найти его до рассвета. На рассвете группы уходят на охоту в катакомбы, и шанс, что после этого вы найдёте Карла Девятнадцатого , минимальный.

— Погоди, не говори, — вмешалась Одри. — Я сама попробую угадать. Девятнадцатый — это не просто приставка к имени?

— Всё верно. Это его число перерождений. Одно из самых высоких, кстати.

— Ох, и малыш Кенни… И нам нужно успеть до его очередной геройской кончины, пока он не всё забыл? — уточнила Искорка. — Двадцать километров — плёвое расстояние, за пару часов пробежать можно.

— Не все такие выносливые и быстрые, как мы, подруга, — подмигнула Одри Небуле. — Вспомни, как мы сюда бежали и кто глотал пыль из-под наших прекрасных лапок.

— Солнышко, — елейно промурчал Тонни, — ты упускаешь факт своего очарования и то, что многие готовы глотать даже пыль, грязь и песок, если они именно из-под твоих лапок. Да и любоваться тобой сзади — одно удовольствие.

— Поэтому ты бежал впереди?!

— Я бежал впереди потому, что это другое удовольствие, — невозмутимо добавил блондин. — Особое. Называется: «Фиг тебе, а не обогнать меня». Не каждому доступно.

Неби заскрежетала зубами и хотела что-то ответить, но я прикрикнул на обоих, пообещав надрать уши, если не заткнутся.

— Но? Это не всё, так ведь? — без надобности спросил я Ротхарда. Время только приближалось к полуночи, и у нас было более чем достаточно времени, чтобы добраться до посёлка. Его заминка говорила о том, что проблема не в расстоянии.

— Путь пролегает через южный лес, населённый высокоуровневыми монстрами. Ожившие деревья, гигантские пауки и звери — ещё ничего, но ночные охотники… с ними не всегда справляются даже подготовленные отряды. Эти проклятые перевёртыши обладают примитивным разумом, отлично подстраиваются под противника и мимикрируют под что угодно: хоть под людей, хоть под куст малины. Быстрые и невероятно живучие твари.

— А зачем вы их тогда оставили, раз они такие опасные?! — недоумённо спросила Небула прежде, чем я успел её заткнуть. — Зачистили бы. Дело-то в том, чтобы собрать компашку на охоту.

— Это не мутанты, леди, — спокойно пояснил сержант, одновременно придерживая Стейси за локоть. Рыжая эльфийка была возмущена до глубины души и явно намеревалась высказать вольфарке, да и нам, много чего интересного. — Это порождения Ковчега, его родные цифровые монстры. Сколько их ни убивай, всё равно со временем возродятся. Разведчики и боевые отряды кланов потратили немало ресурсов, чтобы составить подробные карты с безопасными и условно безопасными маршрутами между населёнными пунктами, а также с местами обитания монстров.

— Ещё раз что-то подобное отчебучишь — верну на остров и заставлю чистить пляжи от крабов. Станешь сестрой Сизифа, обещаю, — процедил я Небуле и вернулся к разговору. Что-то я совсем запустил ребят. Нужно хоть иногда объяснять простые истины переговоров и прививать понятия о субординации. Не факт, что наука приживётся, но попробовать стоит. — Прости, молодая и горячая. Отличный воин, но с соображалкой иногда бывают проблемы. Хотя она у нее и хорошая. Я тебя услышал. Мне нужно немного подумать, прежде чем дать ответ. Ты можешь пока передать нам карту и письмо?

— Письмо я сейчас напишу, а вот карту не дам, — я поморщился, но сержант тут же добавил: — Вместо неё с вами пойдут Стейси и Гарри. Эта парочка отлично знает дорогу, любит приключения и проиграла вашему зеленомордому шулеру вдвое больше, чем я. Когда подготовитесь — подходите сюда.

— Что будем делать? — спросила Одри, когда охранники вернулись на пост, а мы немного отошли. — Бьёмся на арене или ищем бессмертного короля?

— Король очень даже смертный, — заметил я. — Даже чересчур. Ты так говоришь, будто не знаешь, какой я жадный. Мы возьмёмся за всё. Нас достаточно: часть останется здесь и выйдет на арену, а часть отправится через лес навестить короля. Осталось только решить, кто где.

— Я на арену! — заявила Небула.

— Нет, не ты, — спокойно возразил я. — Я уже говорил, что на пески тебя не поставлю. В этот раз тебе придётся принять, что последствия твоих решений могут затрагивать окружающих и расплачиваться за них придётся тоже им. Не всегда. Но в этом случае — именно так.

— Чёрт, Вакс! Разве я неправильно поступила?! Этот… эта грязная тварь приставала ко мне. Не только ко мне… — Небула стрельнула взглядом в сторону Флава и Костика, помолчала и всё же продолжила: — Этот ублюдок зажимал ребёнка. Внаглую. На улице. Даже не потрудился уйти в переулок, потому что знал — никто ему мешать не будет. Я видела, как прохожие замечали, что происходит, и вместо того чтобы вмешаться, отворачивались и прибавляли шаг. Это мерзко… Вакс, мы же душили таких, как он. По всем островам мелкой гребёнкой прошлись, перетрясли все закоулки, обнулили и сдали на попечение Басу подобных уродов. Ты и сам Мирдала утопил, помнишь? Он, конечно, в сто раз хуже того кретина, которому я оторвала башку, но дерьмо в них одного сорта. Вакс… не молчи. Скажи, в чём я не права? Мне нужно было пройти мимо, по-твоему?!

— Нет, не нужно было.

Ну вот и подробности. Я знал, что история с приставанием к упругой заднице Небулы притянута за уши, но и представить не мог — за какие именно. Чтобы в большом городе, где есть видимость порядка, власти и хоть какой-то безопасности, творилось такое… Нет, если бы не услышал от своих — ни за что бы не поверил. Воображение рисовало мне десятки других сценариев: слишком длинный язык Пушистой, доведший парня до белого каления; несчастный случай; реакция на инстинктах. Всё что угодно — но не это. Потому что мне казалось, что подобному нет места ни в приличном обществе, ни вообще где бы то ни было. Но оказалось — есть.

Мой авторитет и уважение в группе держатся не на личной силе, харизме или могуществе — в группе есть ребята сильнее, харизматичнее и уж точно могущественнее меня, — а на совсем других вещах. На том, какие идеалы я предлагаю, какую мораль исповедую, какой подаю пример и чему учу. И не только неокрепшие умы — окрепшие тоже, увы, приходится. Одно из фундаментальных качеств — доверие между мной и каждым членом группы. Оно позволяет прийти с любым вопросом, каким бы безумным он ни казался, и получить ответ. Излить душу, попросить помощи и быть услышанным. Получить защиту — от чего угодно, пришедшего извне. Последнее — моя прямая обязанность. Мой человек может быть тысячу раз не прав, но он — моя забота. Его проступки — моя ответственность. Я обязан сначала уладить его конфликт с миром, а уже потом решать, как поступить дальше. Не по желанию, а по необходимости. Потому что власть — это не привилегия, а ответственность. И свободы у обременённых властью зачастую куда меньше, чем у тех, у кого её нет.

Вот и сейчас мне нужно уладить ситуацию так, чтобы никто из моих людей не пострадал. Особенно Небула — потому что она сделала всё правильно. В глубине души я ею горжусь. И немного собой — за то, что сумел окружить себя правильными людьми, с правильными ориентирами и моральными устоями. Теми, кто без колебаний придёт на помощь. На таких отважных безумцах и держится мир. Но вместе с этим мне нужно научить её думать и сдерживаться. Потому что однажды её импульсивность может сыграть против неё — и тогда рядом может не оказаться никого.

— Тогда что?!

— Ты могла скрутить его. Избить, связать, притащить в кланхолл Ярости и бросить перед их лидером. Могла привести ко мне или сдать местной власти. Это их город, и чужакам вроде нас не всегда стоит лезть не в своё дело. Особенно если оно нас напрямую не касается. Но это — другой случай, — быстро добавил я, заметив перекошенное лицо вольфарки. Красиво говорить — стезя Тонни, не моя. — Ты предпочла его убить и тем самым лишила нас возможности переиграть ситуацию. То, что он сделал, — серьёзный проступок, и за молчание можно было бы хорошо попросить. А так… нет тела — нет дела. Зато есть кровный долг, который нам теперь закрывать.

Небула насупилась и молчала. Похоже, до неё начинало доходить.

— Пойми, ты умная и сильная. Я тебя очень ценю. Но твоё нежелание себя контролировать вредит не только группе — в первую очередь тебе. С твоей силой контроль необходим. Представь, что будет, если ты начнёшь отрывать головы каждому, кто тебя взбесит. Нет, постой! — я жестом остановил её. — Сейчас твой гнев праведный. А представь, что кто-то подсмотрит твой секс с новым любовником и начнёт обсуждать позы. Во-о-от. Уже глаза кровью налились, мне страшно. Правда страшно — держи себя в руках. Курт сильнее тебя, меня и ещё десятка бойцов вместе взятых. И при этом спокоен, как скала. Знаешь почему? Потому что контроль состояния важнее контроля тела. Ты не беспомощный ребёнок. Ты смертельно опасный боец. Подумай об этом.

— Хорошо, — огрызнулась вольфарка. Ей не нравилось, что её отчитывают, но она понимала — я прав.

— Вот и отлично. А теперь мне нужно поговорить с Гримвестом и решить, кто этой ночью выспится, а кого ждут марш-бросок, сражения и разговоры с королевскими особами.

С этими словами я открыл дверь «Клюва Дикого Кабана» и мысленно молился, чтобы Гримвест или кто-то из его ребят был на месте. Потому что время поджимало как никогда.

Глава 16

— Нам нужен ЗАГС, — вот уже в десятый раз хмуро повторила Одри, лениво вращая пустой пивной бокал вокруг своей оси по столу. — Там мы с тобой поженимся, и я сделаю тебя несчастным до конца твоей бессмертной жизни, а потом разрушу эту богадельню, чтобы ты не смог со мной развестись. Потому что ты гад, каких ещё поискать надо!

Светало. Мы с Одри сидели за столиком на террасе гостиницы, которую нам любезно подсказал Гримвест, и мило беседовали. Это если рассказывать о нашем времяпрепровождении кому-нибудь постороннему. На самом деле я размышлял о предстоящем бое, своих решениях и о том, что делать дальше. Одри, в свою очередь, ворчала, лениво спорила и всячески мешала мне наслаждаться и без того тяжёлым утром.

— Не шуми, ребят разбудишь. Пусть хоть немного поспят, у них сегодня тяжёлый день.

— А мог бы быть у меня, а не у них. Вакс, вот какого чёрта ты не даёшь мне выйти на арену?! Без преувеличений, я сильнейший член отряда. Я, а не Курт.

— Холлифаер?

— Он не в нашем отряде, — насуплено буркнула Одри и упустила бокал. Тихо выругалась и, подняв, резко отставила его на край стола.

Я её понимаю. Мастерство владения магией, скорость реакции и принимаемые в схватке решения ставят огненного мага на голову выше всех, кого я знаю. Даже не имея такой защиты, как у Искорки, Холлифаер одним своим мастерством может навязать свою картину боя кому угодно. В чём я не раз имел удовольствие убедиться лично. Причём, находясь с ним по разные стороны баррикад. И, с учётом этого опыта, я очень рад, что теперь мы с ним на одной стороне.

— Вернёмся — я передам ему твои слова, — пообещал я, делая глоток эспрессо. Уже второго за это длинное утро. — Посмотрим, что он на это скажет.

— Не надо, — всё так же насуплено ответила Одри. — Но я всё равно не понимаю, почему Курт, а не я. Или кто-то из зеленомордых. Ты же сам знаешь, как они тренируются — на износ. Они не то что противников, саму арену развалить способны.

— Да, после того как ты когда-то шутя подняла Флава вместе с его импровизированной гантелей и переставила в другое место, чтобы не мешал, ребята действительно выжимают из себя всё до капли.

— Рика, — поправила Искорка. — Неважно. Главное — суть ты уловил. Почему Курт?

— А почему не я?

Одри замолчала.

За ночь мы успели несколько раз поругаться на эту тему и так и не найти решение, устраивающее всех. Первым моим желанием было послать всё к чёрту и выйти самому на арену. Потому что Небулу выпускать опасно для неё самой, а рисковать другими членами отряда в своих интересах мне не хотелось. Вот только ребята меня быстро заткнули, напомнили о важности моей головы и попросили выбрать бойца из них, что я и сделал. Остальные отправились к Карлу и обещали вернуться к обеду, максимум — к вечеру, принеся с собой хорошие новости. Мне бы их веру.

— Всё равно ты гад, — в меня полетел крошечный заряд, просадив бар жизни процентов на десять. Я молча приложил руку к груди и активировал лечение. — Диктатор, манипулятор… и ругаться с тобой неинтересно. Вечно ты своими аргументами и логикой давишь. Нет чтобы пойти мне навстречу и подумать…

— Задницей?

— Чувствами! Балда…

В меня полетел сноп искр, разом опустив здоровье до трети. Я сделал глубокий вдох и, осуждающе приподняв бровь, посмотрел на возлюбленную. Подобные «шалости» были у нас в порядке вещей и служили и разрядкой, и способом выплеснуть эмоции, и неплохой тренировкой. Одри училась тщательно рассчитывать силу магии, а я практиковался в лечении.

— Вы такие шумные, сил на вас нет, — на террасу выплыло нечто, состоящее из одеял и подушки, и тяжело бухнулось на стул рядом с Одри. — Обслуга проснулась, не в курсе? Я бы дала за чашечку эспрессо. О, пиво?

Из-под одеял вынырнула рука и схватила бокал.

— Э-э-э… пустой. Есть ещё?

— Пива нет, могу поделиться кофе, — я придвинул в сторону комка одеял чашечку с остатками эспрессо.

— Это тянет максимум на половину сиськи, — проворчали мне в ответ и залпом осушили напиток. — Тебе сейчас засветить или сходишь за кремом для ладошек?

— Подожду пока вырастут.

-- Гад! Один-один.

-- Ты чего так рано? — спросил я Эйку, жестом подзывая выглянувшего дежурного работника гостиницы. — Два эспрессо и бокал пива, пожалуйста.

— Два пива и чего-нибудь пожевать, — раздалось из-под одеял, вызвав одобрительный возглас Одри.

Я восхитительно хмыкнул и подправил заказ:

— Три пива, закуски и один кофе, пожалуйста.

Парень вежливо кивнул и удалился.

— Всё равно это как-то неправильно… Нужно было выпустить Небулу на арену — и дело с концом. Пусть отдувается за свои ошибки, — спустя пару минут произнесла Одри.

— Во-первых, не ошибки, — я благодарно кивнул вернувшемуся парню, расставлявшему заказы. — Ты и сама сейчас не веришь в то, что говоришь. Больше того — будь на её месте ты, одной оторванной головой там бы не обошлось. Половину случайных зрителей прибила бы за бездействие, если не всех. И только не говори мне, что я ошибаюсь. По глазам вижу — нет.

Скулы Искорки сжались в напряжении. Пальцы выбивали по столу рваный ритм, подчиняясь внутреннему дирижёру — нервной системе. Ей не нравилась моя правота. Вернее, то, что я почти всегда оказываюсь прав. Мне и самому это не нравилось, но положение обязывает ошибаться как можно меньше. Потому что цена моей ошибки несравнимо выше, чем у моих подчинённых.

Я шумно выдохнул и закрыл глаза. Откинулся назад, ударившись затылком о стену гостиницы, и ушёл в себя. Меня накрывало выгорание. Плечи наливались тяжестью, словно на них медленно навешивали мокрые мешки с песком. Хотелось ссутулиться, спрятать голову, сделать вид, что меня здесь нет. Ситуация давила. Друзья давили. Даже Одри давила — и от этого было особенно хреново.

— Во-вторых, — всё же нашёл в себе силы продолжить, — Курт — идеальный кандидат. Холодный, сильный, решительный. Уверен, он сможет выстоять и против сильного противника, даже без магии.

Эйка с интересом слушала наш разговор, осторожно похрустывая сухариками со специями.

— А я?

— А ты нужна здесь. За кадром. Как аргумент последнего шанса, если всё пойдёт наперекосяк. Пусть все думают, что именно Курт — наш лучший боец и нам больше нечем удивить.

— То есть меня вам уже недостаточно?

Вольфар возник как всегда — внезапно. Его бесшумная манера появляться одновременно восхищала, действовала на нервы и немного пугала. Ведь если так может один, то может и кто-то ещё.

— Спрашивать, почему ты не спишь, бессмысленно?

— Хочу немного размяться перед боем, — Курт выудил из подсумка несколько полосок вяленого мяса и отправил в пасть. — К тому же ты наверняка забыл, что нам, вольфарам, сон нужен гораздо меньше, чем другим расам. Мы быстро восстанавливаемся. Составишь мне компанию?

Последняя фраза адресовывалась Искорке, а не мне.

— Конечно. Кто же отказывается от хорошей зарядки?

Одри встала, наградила меня колким взглядом, хорошо известным всем мужчинам и означающим примерно следующее: «Ты — дурак, я не договорила, и вообще — разговор не окончен», — и ушла с Куртом на задний двор, оставив нас с Эйкой.

— Весело у вас, — заметила она, когда ребята скрылись за домом. — Так всегда или только по большим праздникам?

— Всегда, — коротко ответил я и замолчал, не желая продолжать разговор. Вернее, у меня просто не было на это сил.

Нужно отдать Эйке должное — она не стала настаивать или обижаться, а просто тихо сидела рядом. Это не было неловким молчанием. Наоборот. Это был тот редкий вид уютной тишины, когда слова только всё испортят. Когда важно присутствие человека, а не какой-то бестолковый набор звуков, именуемый диалогом. И это было странно. Мы почти не были знакомы. Мы вообще были чужими людьми, и по всей логике я не должен был расслабляться в её присутствии. А вон оно как вышло.

Тело расслабилось само, позволяя выйти накопившемуся напряжению.

Вдох.

Я решил сосредоточиться на ощущениях и постараться отпустить.

Выдох.

Кожу приятно холодил лёгкий утренний ветерок, шебурша воротником рубашки. Затылком я ощущал шершавый камень стены. Нос улавливал тонкий, едва ощутимый запах краски, аромат кофе и пряностей, витавший в воздухе. Я слышал заинтересованное сопение Эйки, ощущал на себе её взгляд. Слышал, как шуршат её одеяла, когда она старается поглубже в них закутаться.

И вместе с этим, с каждым вдохом, с каждым новым выдохом ко мне приходило расслабление. Выгорание всё ещё оставалось внутри, но теперь у него не было надо мной той всепоглощающей власти. Я мог его игнорировать.

Ребята закончили тренировку спустя час. Мы успели позавтракать, немного поболтать о пустяках, построить теории о том, как там наши друзья, и даже понервничать, прежде чем к нам подошёл гонец фармеров и отвёл на арену.

Нас провели через чёрный ход прямиком к раздевалкам и помещениям для отдыха — через главный вход протолкнуться было бы проблематично. Толпа вовсю штурмовала кассы, чтобы купить билет и сделать ставку на бойца, который, по их мнению, обязан победить и приумножить их капитал. Судя по количеству людей, бои на арене были главным развлечением для жителей Триграда. Каждому бойцу выделялись свои апартаменты, так что бояться можно было разве что тесноты и не опасаться, что лишние люди помешают нам общаться.

В дверях появился смуглый тип в полном латном доспехе. Плащ с гербом Ярости лениво волочился по полу, цепляя пыль. Он остановился, оглядел нас так, будто оценивал товар на рынке, и только потом сделал шаг вперёд.

— Это и есть ваш боец? — лениво протянул он, ткнув в меня пальцем, почти касаясь груди. Я не отступил и улыбка ублюдка стала только шире. — Хиловат. Хрупковат. Ты уверен, что он доживёт до вечера? — Он явно обращался к Гримвесту, но того не было в комнате, а оставленный для связи эльф незнакомца не интерисовал.

— Вакс, — представился я, с трудом сдерживая ярость.

Он наклонил голову, разглядывая меня с интересом. Как насекомое.

— А-а-а… — протянул он. — Так ты тот самый хозяин той зверушки, что оторвала голову нашему сержанту. Смелая девочка. Глупая, но смелая.

Он говорил мягко, почти ласково, и от этого хотело врезать еще сильнее.

— Сам решил за неё отдуваться? — продолжил он, не отводя взгляда. — Тоже правильно. Хозяин в ответе за зверье, что приручил.

Я крепче сжал кулаки, чтобы не сорваться. Поразительно, как меня выбешивал этот челок. Буквально, с первых секунд знакомства я понимал, что не могу его спокойно выносить.

— Если помрёшь до финала, — добавил он между делом, — долг никуда не исчезнет. Ярость умеет брать своё. Всегда.

— Не сомневаюсь, — сквозь зубы процедил я, молясь только о том, чтобы Одри держала себя в руках. Не знаю, что это за кусок самоуверенного надменного дерьма передо мной, но сейчас не время и не место сводить счёты. А их я когда-нибудь сведу.

— Вот, — словно не замечая мой тон, парень достал из кармана деревянный жетон и передал мне. Я заметил, как краешек его губ дёрнулся в улыбке. Всё он понял и увидел. Ублюдку нравилась безнаказанность. — Твой жетон. Через десять минут чтобы был на арене. Опоздаешь — пеняй на себя.

Не дожидаясь ответа, он резко развернулся на пятках и, задев меня плащом, вышел из комнаты.

— Ну и что это был за клоун? — произнёс я, передавая жетон Курту.

— Это его офигевшее величество, сам сер Кранч, — злобно выплёвывая слова, пояснила Эйка, вылезая из-за шкафа. — Как тебе его персона? Проникся уважением и благоговением?

— Только просветлением. Оказывается, есть люди и хуже меня. Он бессмертный? Как он вообще до сих пор жив с такой манерой общения?!

— Забей, мы уже два месяца над этой загадкой головы ломаем, — отмахнулась Эйка.

Она хотела добавить ещё что-то, но в комнату зашёл Гримвест.

— Пора. Бои вот-вот начнутся.

Мы прошли извилистыми коридорами, проводив Курта до самого выхода на арену, после чего нас провели в ложу участников. Она располагалась под трибунами и, с одной стороны, имела хороший обзор — не нужно было напрягать зрение, чтобы видеть, что происходит, а с другой — не очень. Потому что находилась почти на одном уровне с ареной, и бойцы частично перекрывали друг друга.

Нам повезло — Курт оказался недалеко от нас. Жеребьёвкой ему в противники достался крупный орк с красным хаером, стальными мышцами и безумным взглядом. На его фоне худощавый Курт казался слабым задохликом, раздавить которого — раз плюнуть. Так же считал и сам орк, демонстративно ухмыляясь и делая провокационные жесты: проводил ногтем по шее, и всячески показывал, как именно открутит Курту голову.

Похоже вели себя почти все бойцы. Кричали, махали руками, привлекали внимание, завоёвывали расположение публики. Хотели нравиться. Хотели запомниться.

Из всей этой пёстрой компании взгляд зацепился за спокойную амазонку. Девушка медитировала в позе лотоса, сложив руки на коленях, и казалось, её вообще не волнует то, что происходит вокруг. Даже веки не подрагивали в такт рёву беснующейся в предвкушении толпы — она была полностью в себе. Уверен, реши кто-то напасть на неё неожиданно — нарвётся на кулак раньше, чем поймёт, что произошло.

Яркий фиолетово-красно-жёлто-зелёный вольфар в джинсовой безрукавке, утыканной мелкими цепочками и заклёпками, развлекал себя пением регги и ритмичным танцем. Причём он развлекал именно себя, а не публику. Делал всё в кайф, а не на показ. Внимание зрителей получалось само — как следствие, а не как цель. Очень интересный и жизнерадостный персонаж, в котором я никак не мог разглядеть опасного бойца, каким он просто обязан был быть. Не совсем же он дурак, чтобы, не умея драться, выходить на арену? Хотя… тут встречались и такие. С полдюжины людей с бегающими растерянными взглядами вообще слабо понимали, что им делать, и неумело копировали движения тех, кто рядом, выкрикивая всякую чушь.

Раздался гонг.

Ведущий вышел в центр арены, поприветствовал публику, неумело пошутил, рассказал о правилах, напомнил, что бои ведутся не до смерти, и объявил о начале.

— Волнуешься? — прохладная рука Одри легла мне на плечо, а затем я ощутил, как она прижалась ко мне. В нос ударил аромат её новых духов, которые она вчера купила в одном из магазинчиков — мелкий, жизненно важный пустячок, без которого решительно невозможно обойтись. — Всё будет хорошо, Курт справится.

— После того, как ты ему пообещала уши надрать и хвост оторвать, если проиграет, — наверняка, — усмехнулся я, вспоминая напутствие Искорки.

Прозвучал ещё один гонг — и начались бои.

Участники тут же вступили в схватки, стараясь как можно быстрее победить и пойти отдыхать перед следующим боем. С учётом того, что бои проходили без оружия, быстро удавалось не каждому.

— Вакс, ты уверен, что не ошибся с выбором? — спросил меня Гримвест через минуту после начала. — Это твой лучший боец?!

Я только улыбнулся. Скепсис эльфа был мне понятен. Вместо того чтобы за пару секунд прикончить противника, Курт изображал неопытного новичка, который дрался разве что в школьных потасовках. Да, орк был силён и техничен, но слишком медлителен. Настолько, что между его ударами можно было перекурить и даже успеть отлить.

Но это было понятно мне — человеку, который знал Курта и то, на что он способен. Для стороннего наблюдателя казалось, что Курт с трудом блокирует удары и вот-вот проиграет. Убедить в этом публику помогали дёрганые движения, мельтешащий взгляд, который изредка становился настоящим — холодным, цепким, анализирующим, — а также начавшая капать на песок слюна. Шедевральная игра.

— Хочешь поспорить?

Гримвест задумчиво посмотрел на меня, потом на бой и нахмурился.

— Пожалуй, нет. Я не настолько богат, чтобы играть с психами вроде тебя.

Тем временем арена пустела. Всё больше пар определялись с победителями. Одни уходили сами, других выносили на носилках, потому что их бар выносливости падал до нуля. Носилки обязательно сопровождал дежурный хилер, магией приводя бойцов в приемлемое состояние и следя, чтобы никто не умер.

— Ого, а вот это было красиво! Фаталити! — Эйка ткнула пальцем в разноцветного вольфара. Тот на отшаге сделал сальто назад, одновременно нанося удар ногой в подбородок противника. Эффектно и эффективно. — Мне начинает нравиться. Слушай, а твоего пёсика точно не запинают? Я за него переживаю.

Я бы и сам начал волноваться, если бы не знал Курта.

Видимо, орк устал ждать и решил закончить бой побыстрее. На вольфара обрушился шквал ударов: кулаки, ноги, колени, локти. Это могло сделать отбивную из кого угодно — но не из моего бойца. Курт принимал на блок каждый удар и выжидал, то и дело поглядывая по сторонам.

— Он что, ждёт, пока тот выдохнется?! — растерянно спросил Гримвест. — Может, крикнешь ему, что тут не первые уровни собрались и так можно часами махаться?

— Всё под контролем, Гримм, — успокоил я его, хотя сам непроизвольно сжимал деревянные перила ложи. Не удивлюсь, если в них останутся мои ногти. Боли, которая бы заглушила мой стресс, здесь не было.

В дальнем конце арены на песок упал эльф. Теперь оставалось всего две пары воинов.

Очередной удар орка ушёл в пустоту.

Курт поднырнул под руку, нанёс короткий удар в горло и, уходя за спину, пробил в печень. Орк рухнул, не в состоянии продолжать бой.

А Курт поплёлся к нам, всем своим видом показывая, что находится на пределе.

— Молодец, талантище! — зааплодировала Одри, когда он вошёл. — Оскара у меня нет, но есть это.

Поднос с мясом и кружка пива оказались рядом. Вольфар тут же закинул в пасть несколько кусков, проглотив не жуя, и потянулся к кувшину с водой, проигнорировав алкоголь.

— Есть проблема, босс, — серьёзно произнёс Курт, глядя мне в глаза. — В боях участвует моя бывшая.

Глава 17

— Завидую, прям очень, — искренне ответил я Курту. — Тебе выпал редкий шанс абсолютно легально отшлёпать прошлое по её упругому заду и остаться в живых.

— Для подобного люди давным-давно придумали БДСМ, милый, не нужно усложнять. Правда, тебе такое всё равно не светит. Хотя… я могу и поддаться, но это будет тебе подарок в счёт Нового года. Хочешь?

Я непроизвольно улыбнулся от комментария Одри, а Гримвест с Эйкой прыснули от смеха.

— Колись уже, Блохастый, в чём проблема? Сердечко всё ещё обливается кровью при виде её, разум переполнен ностальгическими сценами прекрасного секса, и из-за этого ты не сможешь поднять на неё лапу? Я уже молчу про то, как ты её узнал.

Курт бросил на Одри такой выразительный взгляд, что она стушевалась, занервничала и отвернулась. Признаться, такого за ней я почти не припомню.

— Нет, дело не в этом, — сказал вольфар, закидывая в пасть ещё несколько кусочков мяса, затем прислушался к объявлению ведущего.

— Можешь не волноваться, — верно истолковав переживания Курта, произнёс Гримвест. — Как только жеребьёвка закончится, сюда прибежит ранер и сообщит время твоего боя. Как минимум полчаса у тебя есть.

— Хорошо. Так вот, дело не в том, что она — моя бывшая, а в том, кто — моя бывшая.

— Интригует. Не хочу показаться невежливым, но что же за девушка может быть у простого офисного клерка? Интересным же ты всё-таки был человеком, дружище.

— У того серого планктона, которым я был последние годы, были совершенно обыкновенные девушки, — признался Курт. — А вот у бесшабашного весельчака-студента — фантастические.

На мгновение взгляд нашего друга стал туманным и мечтательным. Воспоминания унесли его далеко назад — в дни беззаботной юности, моря пива, тусовок и целого гарема красоток. Ну или других приключений, которые ему довелось пережить.

— Джессика Вандербэйкер — человек исключительной воли и решимости. Достигатор по своей природе. Школа с отличием, лучшая студентка выпуска, золотые медали в спорте.

— И занималась она не фигурной гимнастикой или шахматами, да? — сглотнув слюну, я сдержался и не взял со стола ни кусочка, решив не объедать нашего чемпиона. Хотя запах жареного мяса и горчицы отчаянно раздразнил аппетит.

— Не только ими, — поправил Курт. — Она много чем занималась и достигла успехов. Но нас интересует…

— Тхэквондо и крав-мага, — закончила за вольфара Эйка. — Что?! Вы ещё скажите, что не слышали про это юное дарование. Мне её мама чуть ли не с пелёнок в пример ставила: мол, «Смотри, какая хорошая и талантливая девочка. Почему ты не такая?! Учись, трудись и стань как она, чтобы я тобой гордилась». Бесила невероятно. Ты ведь её имеешь в виду?

— Вероятно, её. Но… не могу сказать, что она юна…

— А, нашёл к чему прикопаться. Посты вспомни, что о ней писали. Так-то ей годков под сорок где-то. Просто о ней и её жизни писали все новостные паблики, женские каналы пиарили её на весь мир как эталон сильной женщины. Бесила, короче.

— Тогда да, она.

— И в чём проблема? — искренне удивился я. — Понятно, что навыки прошлой жизни, особенно прикладные, очень даже сохраняются и в этой. Но, Курт, ты сам знаешь, кем ты стал сейчас и на что способен. Неужели ты всерьёз считаешь, что она тебя сделает? И, кстати, кто она? Как выглядит? Я до сих пор не понимаю, о ком идёт речь.

— А что тут гадать? Та холодная сука и есть его незабвенная. Ещё скажи, что я не права.

— Вы нашли очень проницательную девушку, — заметил наш друг, окидывая Эйку одобрительным взглядом. — Да, это была она. Даже с другой причёской, оттенком кожи, разрезом глаз, стилем в одежде и сотней прочих мелких и крупных отличий я узнаю её. Потому что она — это она. Никакие цифровые тела не изменят нас настоящих и того, что связывает нас с другими.

Ты прав, Вакс, я прекрасно знаю, кем я стал и на что способен, и спешу тебя обрадовать — мне действительно не составит большого труда разобраться со всеми претендентами, хоть поодиночке, хоть со всеми разом.

Гримвест недоверчиво покосился на Курта, восприняв его слова как дешёвую браваду. Я же знал своего друга слишком хорошо, чтобы сомневаться, и только впечатлился. На арене были хорошие бойцы — глядя на их поединки, я понимал, что один на один вряд ли смог бы их победить. А я не считаю себя совсем уж слабым. Но чтобы всех сразу… немыслимо — и всё же реально.

— Но не её, — продолжил Курт. — Она для меня — серое непонятное пятно, которое пугает, восхищает и завораживает одновременно.

— Поэтично. Но извини, мне кажется, твои глаза тебя обманывают, — сочувственно сказала Одри. — У тебя не было времени особо смотреть по сторонам, но это сделали мы. Пока ты зачем-то изображал самого бедного и несчастного бойца, которого зачем-то выпустили к взрослым дядям подраться, а потом сам себя же и спалил, мы наблюдали за поединками.

Скажу тебе: да, она сильная, но по уровню подготовки серьёзно до тебя не дотягивает. Рваные движения, уклоны в последний момент, много принимала на блоки… но с каким пафосом! Боже… держать такую мину при такой игре… мастерица самообладания!

— Благодарю, Одри, — меланхолично произнёс Курт и закинул в пасть последний кусок мяса, после чего с грустным интересом посмотрел на соседнюю ложу с нетронутыми закусками. — Теперь я знаю наверняка вес твоей веры в меня.

Одри прикусила губу и ссутулилась. С этой стороны она на это не смотрела.

— Для начала, я не настолько наивен, чтобы не понимать цену моего представления, — продолжил Курт. — Оно способно обмануть только законченных дураков, которых среди бойцов не так уж и много. Мне повезло с противником. Как только я понял уровень его подготовки, решил использовать выпавший мне шанс по полной и пронаблюдать за всеми, кто был на арене, затягивая бой до последнего. Это было моей целью, а не показать свою несуществующую слабость.

Так вот, Джессика тоже притворялась.

Курт на секунду задумался, подбирая слова.

— Очень искусно. Стороннему наблюдателю не понять глубины её игры. Зато для тех, кто знает её не первый день, притворство налицо. К тому же, заподозрив её игру, я стал к ней присматриваться и не прогадал. Главное — знать, куда смотреть. Изменчивое время реакции, намеренно замедленные, а оттого не такие плавные удары, несоответствие мимики и взгляда реальной ситуации. Когда её «прижали» к песку и вот-вот собирались прикончить, она ликовала, а не судорожно искала спасения или возможности оторвать голову противнику прежде, чем он успеет что-то сделать. К тому же, её дыхание…

— Всё, хватит заливать! — первой не выдержала Эйка, хотя я мысленно ставил больше на Гримвеста. По мере монолога Курта глаза эльфа всё расширялись и расширялись, делая его похожим на героя аниме, и в них плескалось море недоверия и скепсиса. — Я ещё поверю, что ты где-то там успевал поглядывать по сторонам в перерывах между парированием ударов и клоунадой — вольфар всё-таки. Но в то, что ты смог услышать её дыхание и отделить его от остального хеканья… не верю!

— Правильно делаешь, — спокойно ответил Курт. — Я и не слышал её дыхания почти. Я следил за размеренным движением её одежды, микродвижениями губ и тем, как она говорила. Это сложно и требует определённого навыка, который у меня есть.

— Магия? У вольфара?! — опешила Эйка.

— Умение. Полученное по старинке — упорными тренировками. Не всё в мире упирается в магию. По крайней мере, пока.

В ложу зашёл служащий арены с подносом, полным закусок, и двумя графинами воды. Вино бойцам принимать запрещалось. Курт моментально среагировал, подвинул всё съестное поближе к себе и принялся планомерно поглощать пищу. Мы же задумались.

Судя по выражениям лиц Гримвеста и Эйки, они размышляли больше о способностях и железной воле Курта. Я же снова «уплыл» мыслями в будущее — к представлениям магических битв, где прокачанные маги будут способны одним движением брови стереть с лица земли небольшой город. Ну или большой — тут как повезёт.

— Это ещё не все странности, Вакс, — сказал вольфар, прикончив первое блюдце с вяленым мясом и отставив его в сторону, придвинув к себе следующее. — Мне до сих пор непонятно, почему Джессика вообще вышла на арену.

— То есть? — не понял я. — Как это — зачем?! Деньги, слава, достижения. Сам же только что сказал, что она везде и всегда любит быть первой. Первенство на арене отлично сюда вписывается.

— Так-то так, да не так. Человеку, который берёт золото на чемпионате штата, нечего делать на районной эстафете. К тому же нет чести в победе над слабым противником. А ты меня уж извини, но здесь практически нет сильных воинов. Возможно, сегодняшний турнир такой неурожайный и обычно песок собирает больше достойных бойцов, но сегодня здесь нечего делать профессионалам вроде неё.

— Хе… — Гримвест шумно выдохнул. — А ведь ты прав. Мало кто выставляет на бои реальных чемпионов. Деньги — деньгами, но потерять хорошего и полезного бойца и отдать преимущество в силе другим кланам — дураков мало. Кроме Свободы так никто не развлекается, но они могут себе это позволить. В степи никому с ними не тягаться, а в сам город они особо не рвутся, довольствуясь равноправным голосом на совете. Потому и могут позволить себе временно потерять хорошего бойца.

— Что ты этим хочешь сказать? — Пока не знаю. Мне нужно кое-что проверить. Скоро приду.

Не прощаясь, Гримвест дал знак своему человеку оставаться с нами, а сам вылетел из ложи.

— Ясно, что ничего не ясно, — тяжело вздохнул я, уставившись на арену. Сейчас по песку носились работники, убирали старую разметку и граблями разравнивали покрытие, подготавливая его к следующему бою.

Вот откуда всё это насыпалось нам на голову? Был же простой план: прийти в город и найти Настю. Так нет же — стоило нам появиться среди людей, как на нас напали приключения, словно всё то время, что мы были на корабле, они спокойно ждали на берегу, копились и размножались. А потом — раз! — и хлынули на нас всем скопом.

— Ну, раз даже тебе ничего не ясно, мы пойдём немного пройдёмся. Ты же не против, любимый?

— А у меня есть выбор?

— Конечно есть. Ты же мой ненаглядный и ещё командир по совместительству — как скажешь, так и будет. Скажешь пойти — пойдём, скажешь остаться — пойдём после того, как ты передумаешь. А передумаешь ты очень быстро, потому что ты самый мудрый руководитель и любимый бусинка.

— Вот что с ней делать?! — задал я риторический вопрос и тут же получил ответ.

— Любить. Ценить. Отпускать погулять. Но ты и сам всё это знаешь, потому что регулярно это делаешь.

Меня обдало волной мягкого цветочного аромата, а затем я почувствовал прикосновение тёплых губ Одри к своей щеке.

— Мы ненадолго. — Будьте… — Осторожными. Конечно. Не переживай так за нас, Вакс. Мы большие девочки. К тому же с нами будет взрослый мальчик, а он уж точно не даст нас в обиду.

Эйка с Костиком недоумённо смотрели на Искорку, прикидывая, кого она имела в виду под «мы» и «взрослый мальчик», хотя глубоко внутри уже знали ответ. Так что когда она приобняла каждого из них и вывела из ложи, они почти не сопротивлялись.

— Не нравится мне всё это, — сказал я, подсаживаясь к Курту и угощаясь предпоследним кусочком мяса. Друг посмотрел на меня с лёгкой укоризной, но промолчал. — Ощущение, словно нами играют вслепую, как котятами, а мы ничего не можем сделать. Да ещё и сами радостно топаем навстречу неизвестному дерьму.

— Мало информации, много спешки, — последний кусок мяса исчез в пасти Курта, оставив после себя запах специй. — Мы со всего маху влетели в новый город, толком не разобравшись, что и к чему. Например, ты знал, что Настя регулярно здесь появляется?

Я вопросительно посмотрел на него.

— Примерно раз в пару недель её заносит в город. Припасы собрать, сбыть товар или ещё что — тут не знаю, слухи разнятся. Но все одинаково твердят про цирк с поиском тебя, который она регулярно устраивает в людных местах, и короткие стычки с Яровцами. Последние всегда проигрывают, а твоя сестра спокойно удирает. Ещё она всегда сообщает, где её искать, если ты вдруг найдёшься.

— И ты мне говоришь об этом только сейчас? — я не верил, что он мог скрыть от меня такую ценную информацию. — Ты в своём уме?!

— Вполне, — спокойно сообщил Курт. — Насколько это возможно в текущей ситуации. До этого не было возможности. Сейчас же просто подумай вот над чем: чтобы получить эту информацию, мне даже не пришлось сильно напрягаться. Я немного удивлён, что ты сам ничего не нашёл. Но вот почему тебе ничего об этом не сказал Гримвест?

Замечание было настолько простым и обезоруживающим, что я даже забыл, что только что вспылил. Действительно — если это не такая уж тайна, почему никто из фармеров мне о ней не сказал? Почему я вообще им так верю? Только потому, что Настя раньше была с ними? Но она БЫЛА, а не ЕСТЬ. И раз уж ушла, значит, причины были посильнее Трейтона.

К тому же, если она была частью клана, его любимицей, то как так вышло, что клан за неё не вписался? Побоялись? Решили, что конфликт того не стоит? Считают себя слабее? Бред…

Я провёл ладонью по лицу, стирая выступивший от волнения пот.

— Господин Курт, ваш бой начнётся через десять минут. Разрешите вас проводить?

Я так погрузился в размышления, что не заметил, как в ложу зашёл ранер. Юный паренёк застыл у входа, всем своим видом показывая, что без вольфара отсюда не уйдёт.

— Только не спеши с выводами, Вакс, — сказал Курт, поднимаясь. — Нас играют в тёмную — это факт. Но вредит это нам или помогает — пока неизвестно. Я скоро вернусь.

— Если что-то пойдёт не так — сдавайся. С долгом как-нибудь разберёмся, а второго такого засранца я не найду.

Вольфар коротко кивнул и вышел вместе с ранером.

Я бросил грустный взгляд на пустой поднос и налил себе воды. По всему выходило, что вокруг происходит нечто большее, чем мы видим. Основные кланы так и не пришли к консенсусу и продолжают перетягивать одеяло каждый на себя — только теперь не напрямую, а через интриги и подковёрные игры. Осталось понять, мы тут каким боком. И какой фигурой в этом всём уже успела стать Настя.

Потому что о простых, заурядных обывателях так не переживают, как переживают о ней. Да и одно то, что о ней почти все знают, уже кое-что значит. Я переобщался почти со всеми людьми на островах и запомнил едва пару десятков. Да что там — я и свою группу до сих пор с трудом помню по именам, хоть мы столько времени провели бок о бок. А тут — совсем ещё девчонка, которой чуть за двадцать, ставит раком один из кланов и ещё кучу народа хотя бы тем, что свободно посещает город, несмотря на розыск и заказ в гильдии наёмников. Кстати, тоже интересная штука — надо будет потом разобраться, что за гильдия и какие заказы там оставляют.

Тем временем Курт вышел на песок арены. Его противником был вольфар с иссиня-чёрной шерстью и редкими серебряными проседями — красивое сочетание. Уверенный взгляд, идеальная осанка, хищный спокойный оскал — хорошего бойца было видно сразу. Признаться, я даже начал беспокоиться за Курта: на его фоне он всё же казался несколько меньше. Особенно явно это стало, когда бойцы встали друг напротив друга.

Гонг!

В ту же секунду тёмный вольфар сорвался с места и бросился на Курта, намереваясь ударом лапы перебить ему горло. Это было очень быстро для меня, но явно не для моего друга. Он даже не стал толком отходить — лишь немного сместился вбок, пропуская когтистую лапу в миллиметрах от своей морды, и тут же нанёс сдвоенный удар по рёбрам и шее противника, одновременно уходя в слепую зону.

Вольфар резко крутанулся и отскочил, разрывая дистанцию, а затем… сдался. Он быстро опустился на одно колено и хлопнул ладонью по песку, после чего быстрым шагом направился к дежурным хиллерам. Курт коротко поклонился, обозначая уважение, и пошёл к выходу.

Публика взорвалась криками — разочарованными и восхищёнными одновременно. Никто не ожидал такого быстрого боя, и теперь толпа жаждала продолжения.

В ложе он появился минут через пятнадцать. Я уже успел заскучать и даже немного поволноваться, куда это его занесло. Тем более что за это время успел пройти ещё один бой: два эльфа-новичка минут пять мутузили друг друга кулаками, выясняя, кто сильнее. Похоже это было на разборки пятиклассников на перемене — никакой эстетикой боя тут и не пахло, зато такой цирк здорово веселил публику. По арене то и дело прокатывались восторженные вопли и подбадривания.

— Где тебя так долго носило? — проворчал я, когда Курт вошёл и плюхнулся на стул. — Я уже думал, ты устал от моего общества и решил найти себе начальство поспокойнее.

Вольфар весело осклабился, окинул взглядом пустой стол и сказал:

— Почти угадал. Общался с очень интересной леди по поводу моего присоединения к их весёлой компании. Угадаешь, к какой именно?

Глава 18

— Любители смешанных оргий? — заинтересованно спросил я, понимая, к чему клонит друг.

— Будешь смеяться, но ты практически угадал. — Курт придирчиво глянул на пустые подносы, после чего пододвинул один из них к себе когтем и сгреб в лапу остатки крупных крошек, отправив их в пасть. — В коридоре меня перехватила леди Лукреция — сестра-настоятельница «Возвышения» — и сделала очень интересное предложение.

— Очень? Или прямо очень-очень?

— Еще раза три «очень» скажешь — и выйдет что-то похожее. Мне предложили должность лейтенанта-инквизитора, свой отряд и право набрать в него тех людей, на которых я укажу. А еще отдельный домик и подъемные на первое время.

— Ого! — присвистнул я, откинувшись на спинку стула. — Слушай, а им лидеры групп случайно не требуются? Замолвишь за меня пару словечек по старой дружбе? Если у них найдутся кондиционер, холодное пиво и живой календарь из топ-моделей за прошлый год, которые поселятся у меня дома, то я бы с удовольствием согласился на них поработать. В перерывах между отдыхом, конечно.

Вольфар весело закашлялся в лающем смехе, а вот мне было совсем не до веселья. Привычным движением я выудил из кармана патрон и принялся катать его по столу, щелчком пальцев сначала раскручивая, а затем ловя за гильзу. Игра с прохладным маленьким цилиндриком смертельно опасного металла давно стала привычкой, отлично успокаивающей разбушевавшиеся мысли.

То, что рано или поздно местные группы начнут сманивать у меня людей, я знал. Эта стандартная практика имела место всегда и везде. Хоть в каменном веке, хоть в цифровом — разница невелика. Тогда племена старались переманить к себе сильных воинов, способных защитить их от диких зверей или набегов, и раздобыть здоровых женщин, чтобы те родили крепкое потомство. Позже корпорации беззастенчиво перекупали ценных специалистов чеками с пятью нулями и лучшими условиями, нередко поглощая целые компании ради одного-единственного кадра, способного развернуть рынок в нужную сторону. Выгодную сторону. Сейчас же у нас что-то среднее, потому что нужны и могучие бойцы, и башковитые умники. Каменный век высоких технологий, епта! Реалии диктуют свои условия. Вот только к ним я был готов не до конца. Вернее — не сейчас.

Случись это немного позже, я бы и бровью не повел. Потому что и так знал: немалая часть прибывших вместе со мной людей преследовала одну цель — выбраться с проклятого архипелага в Большой мир. И они выбрались. Так что вопрос стоял не в том, уйдут ли они, а в том, как и когда они это сделают. Например, после того как «Надежда» будет спущена на воду, или когда наша группа прочно обоснуется на новом месте, обзаведясь серьезной репутацией. Или когда у нас будет время подготовиться и обезопасить себя от критических потерь.

Я не законченный оптимист и прекрасно понимаю, что в моей группе найдется немало «хороших» ребят, которые перед уходом решат прихватить с собой наши ценности: редкие ресурсы, технологии, оружие, секреты. Взять больше положенного, чтобы облегчить себе новый старт. И вот от таких потерь хотелось бы застраховаться. Потому что они не только ослабят нас, но и усилят потенциального конкурента, а то и врага.

К тому же я никак не ожидал такого откровенного хамства. Переманивать моих людей при живом-то мне?! Да еще и под самым носом?! Я уже молчу о том, что «Возвышение» подошло не к рядовому члену группы, а к моему заместителю, верность которого находится на заоблачной высоте. Причем это должно быть очевидно и без особых знаний о Курте. Достаточно того, что он — моя правая рука. Такие места не занимают люди, способные сменить сторону за бочку варенья и банку печенья. Даже если бочка очень большая, а печенье фантастически вкусное.

— Прости, Вакс, но не думаю, что им нужны лидеры. Основной у них есть, а держать тебя про запас они не потянут — слишком дорого выйдет.

— Я бы им скидку за опт сделал, — проворчал я, выныривая из раздумий. — Завербуй зама — получи командира бесплатно. Но вообще… хреново это. Ты хоть что им сказал? Послал или?..

— Или. Туманно намекнул, что сейчас не лучшее время и место для подобных разговоров и встречу стоит перенести. Мне, конечно, не поверили, но для виду согласились. Так что после турнира меня будут ждать. Где — не знаю, но уверен, что они как-то передадут весточку.

— Превосходно! — резким движением кисти я толкнул цилиндрик патрона. Тот врезался в край подноса и вернулся в руку. — Теперь придется еще и за фанатиками присматривать. Словно у нас и без них забот нет. После турнира одного тебя отпускать не стоит. Кто знает, чего от них ждать? Сам знаешь, что было с Мирдалом и его сектой. Не думаю, что здешняя верхушка принципиально от него отличается: меньше жести, но та же беспринципность и практичность. Так что за отказ тебе легко могут воткнуть нож в подворотне.

— Меньше нервов, Вакс, — миролюбиво попросил меня Курт. Он только что прикончил все имеющиеся на столе крошки и, вздохнув, полез в подсумок за неприкосновенным запасом сушеного мяса. — Наоборот — лучше использовать возможность. Знаем мы мало, но у нас есть все шансы неплохо поиметь даже с такой паршивой ситуации. Будем кормить их обещаниями и параллельно вытягивать информацию, а если повезет — то и ресурсы. К тому же когда, как не сейчас, играть в перебежчиков? Время идеальное!

— Да неужели?

Я вопросительно вскинул бровь, давая понять Курту, что не улавливаю ход его мысли. Хорошо, что зам у меня сообразительный малый (порой даже сообразительнее меня), так что он всё понял верно и, осклабившись, пояснил:

— Команда. — Коготь вольфара впился в дерево стола. — Сейчас с нами самые проверенные и сплоченные люди. Никого из них не переманить. Ничем и ни за что. Дальше — время. — Второй коготь вонзился рядом. — За неполные сутки, что мы провели в Триграде, на нас уже вышли три из четырех самых влиятельных групп города. Могу спорить на что угодно: скоро появится и четвертая — «Свобода», хотя бы для того, чтобы лично на нас посмотреть и понять, чего мы стоим. Кстати, я практически уверен, что с «Возвышением» вышло так же. Им просто непонятно, зачем с нами носятся фармеры и почему «Ярость» выставила меня вместо своего чемпиона. Спросить напрямую они не могут, а информации «кротов» могут не поверить. Так что вся эта суматоха будет еще несколько дней запутывать всех вокруг, давая нам преимущество.

— А в-третьих?

— А с чего ты взял, что есть «в-третьих»?

— Сам не знаю, — честно признался я, немного опешив от вопроса. — Наверное, потому, что во многих фильмах и книгах всегда было что-то третье. Самое весомое, подводящее черту под предыдущими аргументами. Вот и ждал, что ты меня добьешь царь-аргументом.

— Бросай это дело, босс, — доверительно посоветовал мне Курт. — Следовать стереотипам могут только не обремененные ответственностью люди. Для них езда по накатанной колее — экономия сил. На отпуск у моря, суши и пиво они и без мозгов заработают. Мы же можем полагаться только на факты и собственные домыслы. Потому что любой поворот на хоженую тропу ведет к предсказуемости, а она — к уязвимости.

— Два — так два, убедил. Уверен, что это не ловушка? Мне как-то не хочется вот так просто терять правую руку.

— Конечно, ловушка, босс, — осклабился вольфар. — Только попадем в нее не мы.

В дверь ложи коротко постучали, и на пороге появился юноша-посыльный. Облаченный в форму подросток вежливо извинился, уведомил, что бой Курта скоро начнется, и пригласил следовать за ним.

Вольфар поднялся и, кивнув мне, покинул комнату. Одиночество продлилось недолго — не прошло и нескольких минут, как в ложу влетел взволнованный Гримвест.

— Как я и думал! — возбужденно начал он, проходя к краю ложи и выглядывая наружу. Коротко осмотревшись, он сел напротив меня. — Джессика не случайно появилась на арене. Этой ночью ее за крупную сумму нанял аноним. Настолько крупную, что она отказалась от участия в рейде на Серую Смерть, а это уже серьезно, скажу я тебе. В окрестностях не так много возрождающихся рейд-боссов, с которых можно поиметь столько опыта, а сегодня была как раз ее очередь.

— Рейд-боссы…

— Очень сильные местные мобы, — чуть скривился Гримвест, вынужденный тратить время на пояснение азов. — Живучие и крайне опасные. В основном привязаны к местности, но есть пара-тройка блуждающих, которых кланы зачищают по откату. Потому что бед такой моб может натворить немало, а справиться с ним одиночке практически нереально. На них отправляют не менее двух слаженных пятерок в полном экипе. Усилий тратится много, но и опыта отсыпают с горкой. Все равно что неделю нон-стоп качаться на обычных тварях.

— Ого! Хорошая экономия времени. Еще и статы капают, наверняка?

— Да. — Кивнул эльф. — Характеристики повышаются почти всегда и почти у каждого члена группы. На высоких уровнях свободная прокачка практически останавливается, так что сам понимаешь, какой случай она упустила. Тем более что, по слухам, ее уровень давно перевалил за тридцатый, а там кач вообще почти замирает.

— Серьезный противник... — нахмурился я, представив тварь.

— Охренеть какой серьезный, — эльф поморщился, словно от зубной боли. — Серая Смерть — это не просто моб, Вакс. Это ходячий террикон из обломков костей, битого камня и первобытной ярости. Мы как-то ковыряли эту гору четыре часа кряду, теряя людей и ломая лучшее снаряжение. До сих пор в ушах стоит этот скрежет кости по металлу... Бр-р-р!

Тем временем церемониймейстер огласил начало следующего боя. На песке арены появился Курт и его противник — улыбчивый юноша в свободных ярко-желтых шароварах. Парень отсалютовал вольфару, а затем эффектно крутанул сальто назад, приняв выжидающую позу.

— Кристиан… — бросил Гримвест, мазнув взглядом по бойцу. — Неплохой боец, хоть и не ровня твоему. Пару минут точно простоит.

— Если Курт разрешит. А так — секунд за десять уработает. Но ты не отвлекайся: кто нанял Джессику?

— Ванда. Здесь ее зовут Ванда или Алая Смерть.

— Серая Смерть», «Алая Смерть»... — проворчал я. — Прям пятьдесят оттенков какие-то. Взрослая тетя, а пижонства — как у прыщавого подростка. По рассказам Курта она казалась поумнее.

— Пижонство не пижонство, но репутация у нее будь здоров. Да и прозвище она получила за боевые заслуги. Во время массированной атаки мутантов она чуть ли не в одиночку сдерживала прорыв на одной из улиц. Очевидцы говорят, что во время сражения ее обволакивало алое сияние, делая похожей на богиню войны.

— Навык, — фыркнул я.

— Навык, — согласился Гримвест. — О котором до сих пор никто не имеет ни малейшего понятия. Только слухи тех немногих свидетелей, количество которых сократилось раза в три по не совсем понятным причинам. Вернее, причины-то понятны — обстоятельства загадочны. Но это всё лирика. У меня устойчивое ощущение, что Джессику нанял…

— Кто-то из «Ярости». Потому что им это выгоднее всего.

— Да, — немного удивился эльф моей догадливости. — И потому, что это очень в их духе. Раньше, когда кланом рулил сам Ярый, подобных гнилых тем не было. Но как только клан разросся и появились десятки начальников и замов — всё изменилось.

Трибуны взорвались криками. Раздались оглушительные аплодисменты. Взглянув на арену, я чертыхнулся: за разговором пропустил всё самое интересное.

— М-да… и двух минут не протянул. Может, организуем пару тренировочных боев с твоим замом? Моим парням было бы полезно у него поучиться.

— Сам с ним договаривайся. Его личное время — его собственность. Но только после того, как решим все дела здесь. А им, как видишь, ни конца ни края.

Тем временем вольфар помог подняться оппоненту, пожал ему лапу и, отсалютовав трибунам, направился к выходу.

— Ладно. К чему ты ведешь? — решил я ускорить разговор. — Даже если Джессику наняла «Ярость», чтобы слить Курта и вогнать нас в долги — он боец не из простых и почти наверняка победит. Предъявить же им нечестную игру мы не можем. Сам говорил: найм анонимный, а с домыслами нас пошлют куда подальше.

— Это так. — Гримвест кивнул и чуть понизил голос. — Вот только мы не знаем наверняка, сколько ей заплатили за бой и что пообещали за победу. Я опасаюсь, что ради успеха она может применить навык, и тогда у твоего бойца не будет и шанса. Простому, даже профессиональному воину не выстоять против обученного мага, а она — именно такой случай.

— Магия запрещена.

— С чего ты взял? Запрещены убийства, и то — до финала. Курт — ловкий, быстрый и невероятно смертоносный боец. Но он вольфар, а они не владеют магией.

— Владеют.

— С ограничениями системы — считай, что нет, — отмахнулся эльф. — Поэтому нужно как можно скорее предупредить его, чтобы не расслаблялся и был готов ко всему.

Информация меня огорошила и взбесила. Ощущение, что меня — битого жизнью человека, лидера группы — водили за нос, как ребенка, используя в интригах, вызвало глухой гнев. Разум требовал немедленного действия: например, пойти в ложу «Ярости» и набить рожу каждому встречному. Идея мне понравилась настолько, что я непроизвольно дернулся к выходу.

— Куда это ты собрался? — мигом среагировал эльф. — На арену тебя не пустят, Курт сам скоро вернется.

— Вот ты его и встреть, пожалуйста, — попросил я, рывком поднимаясь со стула. Подхватил со стола холодный цилиндрик патрона и отправил его в карман. — Расскажи ему всё, что узнал. Добавь подробностей о способностях «алой амазонки» — факты, слухи, всё подряд. А я пока кое-куда пройдусь.

У меня появилась идея с ограниченным сроком годности, которую я очень хотел проверить.

— Не знаю, что ты задумал, но у меня плохие предчувствия, — осторожно заметил Гримм. — Держать силой я тебя не буду, но, может, не стоит пороть горячку? С таким выражением лица совершают большие ошибки.

— Или великие свершения. — От входа раздался знакомый рычащий баритон, заставивший нас вздрогнуть. И как ему вечно удается подкрасться незаметно? — Делай что задумал, босс, с остальным мы разберемся.

Я улыбнулся и, кивнув эльфу, покинул ложу, по пути дружески хлопнув Курта по косматому плечу. Широкими шагами я двигался по полутемному техническому коридору, ища подсказки. И нашел — в виде пробегающего мимо юного служащего. Парень сперва немного поупирался, но после того, как в его руки перекочевало несколько серебряных фармов, охотно подсказал дорогу.

Получив инструкции, я с удвоенной скоростью двинулся дальше. В прошлой жизни я бы точно взял призовые места за скоростную ходьбу. Но сейчас меня это не волновало. Меня волновало только одно — расплата.

Искомую ложу я обнаружил через пару минут. У входа замерла пара грозных орков. Прислонившись к стене, они что-то бурно обсуждали, то и дело размахивая бочкообразными мускулистыми руками. У меня даже промелькнула мысль, что эта парочка родом из Италии — уж очень энергично они жестикулировали.

Впрочем, это не помешало им заметить меня и преградить путь, как только я слишком близко подошел к двери.

— Кто такой? Частная ложа, вход только по приглашениям, — пробасил один из них.

— Меня зовут Вакс, и у меня есть предложение для вашего хозяина, — нагло заявил я, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Если, конечно, здесь не боятся играть по-крупному.

Глава 19

— Берн, Арчи, впустите гостя, — донёсся знакомый вальяжный голос из ложи. Орки нахмурились, но расступились, а затем вежливо открыли дверь, пропуская меня внутрь.

Войдя в ложу, я сразу понял, что значит: «есть деньги». Здесь сам воздух был пропитан роскошью и пафосом, и хоть размерами эта ложа мало чем отличалась от нашей, наполнение решало.

Полы и стены украшал белый камень, чем-то похожий на мрамор. Потолок был затянут белоснежной складчатой тканью, на которой лёгкий ветерок создавал причудливые красивые волны. Напротив смотрового окна размещалась пара мягких диванов. На них сидели четверо мужчин и две женщины в хорошей, не стесняющей движения одежде с символикой Ярости. По бокам диванов безмолвными статуями замерли четверо слуг — красивые молодые девушки с подносами закусок, а также большими опахалами. Прямо зарисовка из античности, а не вымышленный мир.

Из всех присутствующих я знал только Кранча. Он успел скинуть доспехи и сейчас, развалившись на диване, пил вино из золотого кубка. Увидев меня, он снисходительно осклабился и жестом указал на один из стульев рядом. Вместо того чтобы сесть на отведённое мне место, я взял стул, на который мне указали, и сел прямо напротив Яровцев, перекрывая им обзор арены. Это их явно удивило, о чём говорили слегка округлившиеся глаза, но не настолько, чтобы мне что-то сказать. Либо для этого было ещё не время, и Яровцам просто было любопытно, насколько далеко может зайти моя наглость. Хотя… один нетерпеливый всё же нашёлся.

— Тебе страх отшибло, крет…

Громкий резкий скрежет золотого бокала о металлическое быльце дивана прервал фразу Кранча на полуслове. Худой незнакомый парень невозмутимо закончил движение, а затем пригубил вино, не проронив ни слова.

— Мы тебя слушаем, — вальяжно протянул Кранч, сменив тон. — Что ты можешь нам предложить и почему мы вообще должны тебя слушать?

— Вот тебе и современные потребительские отношения, — с наигранным сочувствием сказал я. — Либо выгода — либо ничего. Одного желания составить компанию замечательным людям вроде вас, оказывается, мало.

— К делу! У нас не так много времени, чтобы тратить его на… тебя.

Пафоса, пренебрежения и надменности в словах, выражении лица и жестах Кранча было столько, что хватило бы на несколько популярных ток-шоу. Меня натурально скрутило от гнева и желания размазать недомерка по камням ложи. Пальцы сжались на стуле так сильно, что мне показалось, будто они проминают лакированное дерево.

Кажется, я начинаю понимать, почему Кранча держат в клане. Он — невероятно талантливый и одарённый сукин сын, одним своим существованием способный вывести из себя кого угодно. А потерявший контроль противник уже не так опасен, потому что предсказуем и управляем. Умно. Нужно держать ухо востро с этими ребятами.

— Я предлагаю поднять ставки, — наконец сказал я. — Сделать их более взрослыми.

— Интересно… и как ты собрался это сделать? С кем думаешь играть? Ты можешь поставить только на своего бойца, а он представляет нас. Против него поставить не можешь. Тогда что?

— Я и не собираюсь ставить против него… уважаемый Кранч, — максимально спокойно и елейно произнёс я, давая понять, насколько Кранч мной «уважаем» и насколько хорошо я способен себя контролировать. Это не осталось незамеченным: его лицо перекосило от гнева, а лица его друзей, напротив, заиграли улыбками. — Я верю в своего друга и готов поставить на его победу гораздо больше, чем вы можете спросить с нас в случае проигрыша. В который я, например, не верю. А вы?

— А мы что?! — вспылил Кранч. — Ты пришёл сюда нас в чём-то обвинить?! Ты хоть понимаешь, кто ты и кто мы?!

— Я? Конечно, понимаю. — От моей лучезарной пластмассовой улыбки профессионального коммерсанта тошнило, но Кранчу она доставляла больше неудобств, чем мне. — И ни в коем случае никого не обвиняю. Просто пришёл к вам, чтобы поставить… м-м-м… скажем, контейнер штурмовых винтовок и боеприпаса к ним на победу своего бойца. Думал предложить ставку вам, но да — уже вижу, что ошибся, и идея так себе. Пойду тогда прогуляюсь до ложи Возвышения. Как думаешь, им такое будет интересно?

— Аха-ха-ха! Он мне нравится! Это же тот лидер новоприбывшей группы? — задала вопрос Кранчу красивая шатенка лет сорока с ниспадающими до бёдер волосами. Она полусидела, полулежала на диване, с самого начала с интересом наблюдая за событиями. Тонкими изящными пальцами она перебирала бусины жемчужного ожерелья, иногда прерываясь, чтобы отщипнуть виноградину. — Вакс, кажется? — обратилась она ко мне и, привстав, протянула руку, которую я пожал. — Я Клея. Это Лу, Финли, Шак и Коготь. Кранча ты уже знаешь. Он у нас не самый воспитанный мальчик и не спешит представлять всем своих новых друзей.

Я кивнул, обозначая знакомство.

— На арене есть пара сильных бойцов, — как бы между делом заметил Шак — мускулистый чернокожий парень с лысым черепом и большими губами с пирсингом в виде двух серебряных колечек в уголках. Одет он был в кофейную робу вольного кроя, нисколько не скрывающую сильного тела. — Твоему вольфару будет с кем сразиться. Только…

— Мы, как и ты, не можем ставить против себя, — закончила за него Клея.

— На официальных ставках — да. Но что нам мешает заключить договор здесь и сейчас, лично? Пригласим несколько сторонних свидетелей и ударим по рукам. Вы выберете нового бойца для ставки между нами, а я останусь при своём. Так что?

Губы Клеи растянулись в полной удовольствия улыбке. Почему-то я смотрел только на неё. Хотя в комнате было много людей, именно она притягивала взгляд своей уверенностью и харизмой, тем стержнем, который редко увидишь, но всегда почувствуешь с первых секунд общения.

К тому же её никто не перебивал. Взгляды присутствующих то и дело скрещивались: то на мне, как на госте, то на Клее и лишь изредка — на Финли, молодом субтильном парне с длинными каштановыми волосами, собранными в пучок, которого легко можно принять за подростка. Ощущения твердили, что именно они здесь решают всё. В отличие от той же Лу, которая была похожа на избалованную дочь миллиардера, о чём говорил пустой надменный взгляд и полное увлечение маникюром, который она сама себе и делала с помощью найденных и явно редких инструментов.

Вот и сейчас Шак посмотрел на Клею, затем на Финли и, получив от них едва заметный кивок, произнёс:

— Контейнер пушек — это контейнер пушек. Серьёзная ставка с твоей стороны. Что ты за неё хочешь?

— Деньги. Оружие. Магия. Информация. Всего понемногу — то, что может пригодиться новой группе на новом месте.

На этих словах улыбка Клеи растянулась ещё шире, что не укрылось от её друзей.

— Деньги — не проблема. Оружие и магия… Ты не производишь впечатление глупого человека, а значит, понимаешь, что никто тебе не даст гору оружия или что-то по-настоящему убойное, даже против аналогичной ставки. Значит, ты пришёл за информацией. Что тебе нужно?

— Настя. — Коротко ответил я, отметив, как легко меня раскусили. Да, план и прикрытие рассчитаны на школьников, но всё равно — могли бы и подыграть. — Я хочу знать о ней всё, что знаете вы, вплоть до причин её преследования вами и интересов других кланов. А также её жизнь. Я готов принять в качестве ставки информацию и её. Что скажешь?

Шак снова бросил короткий взгляд на Финли.

— Ты получишь деньги и информацию, равноценную твоей ставке. Информацию мы оцениваем в поло…

Финли поменял позу.

— …в треть от общей суммы. Жизнь Асты — не предмет торга.

— Идёт. Свидетелем с моей стороны выступит Гримвест, никто не против?

Судя по выражению лиц, против они были. Почти все. Финли и Клея не выразили по этому поводу никаких эмоций. Их это не волновало вовсе, или же они хорошо контролировали свои реакции. Я больше склоняюсь ко второму.

Шак щёлкнул пальцами. К нему тут же подошёл парнишка-слуга, который всё это время находился в углу и которого я сперва не заметил, и, выслушав указания, вылетел из ложи.

— Пока ждём, может, расскажешь, откуда ты такой хороший взялся? Появился неизвестно откуда и уже навёл столько шума. — Голос Клеи был наполнен лаской пополам с любопытством. — Нам безумно интересно послушать твою историю.

— Так а что там рассказывать, — улыбнулся я и потянулся к подносу, что держала служанка. Взяв с него небольшую горсть винограда, я забросил несколько прохладных ягод в рот и продолжил: — Из-за моря-океана прибыл, верхом на черепахах. Та ещё задачка, скажу вам.

Клея расхохоталась, а Кранч наградил меня настолько злобным взглядом, что, будь мне не всё равно, я бы сгорел на месте. Хорошо, что мне на такое наплевать.

— Ну хорошо, хорошо, — улыбалась Клея и подала знак слугам. Мне тут же налили вина и предложили закуски — ароматную выпечку с паштетом, кусочки мяса и фрукты. — У каждого есть право на свои маленькие секреты. Мы не будем тебя пытать. Тогда, может, сядешь ближе к нам и вместе посмотрим бой?

Я на секунду задумался, а затем встал и самостоятельно передвинул стул ближе к дивану Клеи, отказавшись от помощи слуг.

Над песком арены как раз заканчивал блуждать голос распорядителя, и спустя пару минут раздался гонг. Бой обещал быть коротким и зрелищным, ведь одним из бойцов была Джессика.

Её противником выступал смуглый парень, словно сошедший с постеров боевиков: суровый, мускулистый и грозный. Облачённый в камуфляж, он производил смешанные впечатления. С одной стороны — грозный боец, а с другой — чересчур серьёзный позёр. И остаётся только дождаться боя, чтобы понять, кто он на самом деле.

— Как думаешь, Вакс, кто из них победит?

— Самый подготовленный, конечно.

— Осторожный, — заметила Клея. — Хитрый. Хорошие качества для лидера.

— Горячий.

— Азартный.

Шак и молчавший до этого Финли вставили по слову. Кранч открыл рот, чтобы тоже что-то сказать, но Финли потянулся за закусками, и слова так и остались в глотке напыщенного придурка. Совпадение это или благоразумие?

— Горячая кровь говорит о темпераменте. О способности чувствовать и испытывать эмоции. Сильные эмоции. Позволять им проходить через себя, проявляться в жизни, проживаться… на такое способен только смелый человек. Ведь нужно обладать отвагой, чтобы пропустить через себя — себя.

Клея мягко улыбалась. Её слова завораживали. Зачем-то она решила смягчить высказывания своих друзей. Может, чтобы просто поддержать диалог. А может, так она меня прощупывала.

А-а-а… к чёрту! Паранойя меня когда-нибудь доконает. Везде и всегда мне видится второе, а то и третье дно. Да, сейчас подозрения не беспочвенны, но моя способность увести их в рекурсию явно лишняя. Нужно себя контролировать, нужно.

— А азарт…

— Ещё скажи, что кто не рискует — тот не пьёт шампанское, — немного язвительно вставил Шак и отсалютовал подруге бокалом.

— И это тоже, — лучезарно улыбалась девушка, даже не думая смущаться. — Всё — или ничего. Быстрый взлёт вместо медленного подъёма. Власть… или смерть. Большая награда бок о бок идёт с большими рисками, но это не значит ничего! Пока будут существовать азартные и амбициозные люди — цивилизация будет развиваться. Скачками! Рывками! Быстро и…

— И схлопнется из-за появившейся сингулярности. Мы это уже проходили, Клея.

Яровцы всё ещё вели ленивый дружеский спор, пока я сосредоточился на представлении. Я не хотел ничего пропустить. После рассказа Гримвеста о Джессике я по-другому стал её воспринимать и хотел лично увидеть признаки её мастерства.

Над ареной прозвенел гонг, и бой начался. Словно подслушав мои желания, Алая Смерть решила не тратить время на расшаркивания и дешёвые спектакли, а сразу перешла в атаку. Её стремительный рывок я еле успел разглядеть, и то, каким чудом её противник ушёл от атаки, так и не понял.

Зато камуфлированный боец осознал, что шутить с ней не будут, и пошёл ва-банк. Воздух вокруг него задрожал, а затем разом наполнился чёрным непроницаемым туманом, скрывающим как его, так и Джессику. Трибуны недовольно загудели, лишённые возможности насладиться зрелищем, да и я сам недоумевал, как организаторы допустили использование подобных навыков, которые препятствуют обзору, а значит, и судейству. Скорее всего, сказывается отсутствие прецедентов и то, что правила для подобного пишутся на ходу. Арены этого мира можно лишь поверхностно сравнить с аренами прошлого, и потому вряд ли можно вот так просто сразу создать свод работающих правил.

— Бедняга… — сочувственно произнесла Клея. — Зря он использовал облако.

— Почему? — спросил я, не сводя глаз с чёрного облака метров шести-семи в диаметре.

— Потому что так он развязал руки Алой, — грустно вздохнула Клея, а в следующий момент из облака вылетело тело бойца и изломанной куклой упало на песок арены, прокатившись ещё несколько метров. Противник Алой Смерти не выдержал полёта и исчез в тусклой вспышке вместе с магическим чёрным облаком, открыв всем вид на Джессику, застывшую в торжественной позе. Она обвела трибуны уверенным взглядом и неспешно пошла в сторону выхода, всем своим видом показывая, что нисколько не боится ответственности за столь вопиющее нарушение правил.

— Зачем она его убила?

— Потому что может, — ответил Шак. — И хочет.

Я кивнул. Интересной и жестокой особью оказалась бывшая Курта. Очень интересной и очень жестокой. Не знаю, что за смесь факторов привела к такому формированию личности, но смесь эта очень ядреная и опасная.

Мои мысли прервал короткий стук в дверь. В ложу вошёл Гримвест в сопровождении посланного за ним слуги. Судя по озадаченному выражению лица эльфа, никто его не ввёл в курс дела, и всю дорогу он провёл в размышлениях, что я такого натворил, что за ним послала Ярость.

— Третьим будешь? — весело спросил я фармера. — Нам как раз ушастого не хватает.

Проигнорировав мою реплику, Гримвест коротко, но вежливо поздоровался с присутствующими и присел на заранее поставленное для него кресло, которое только что внесли слуги. Вот тебе и внимание к мелочам и отношение к личности. Мне, как непойми кому, — обычный табурет. А деловому партнёру — удобное мягкое кресло.

Моё недовольство не укрылось от эльфа, и, присаживаясь, он одарил меня победоносной ухмылкой. Гад ушастый!

После того как гостю подали вино и закуски, Шак коротко и лаконично описал ситуацию и суть просьбы. По мере рассказа глаза эльфа всё больше расширялись, а лицо вытягивалось в удивлении и недоумении. Вино же только чудом оставалось в бокале от лёгкой тряски, которую обеспечивало дрожание рук.

— Хорошо, — начал Гримвест, когда Шак закончил рассказ. Он довольно быстро взял себя в руки и даже перестал бросать в меня недоуменные взгляды. — Я выступлю гарантом спора между…

— Кранчем и Ваксом, — подсказала Клея. — Личный спор двух людей. Незачем приплетать к такой мелочи кланы.

— Незачем — так незачем, — согласился эльф. — Комиссия за услугу стандартная. Договор составлен?

— Да. — По сигналу Шака служанка внесла и передала эльфу бумагу. Тот пробежался по ней взглядом, удовлетворённо кивнул и протянул мне.

Взяв в руки листок, я перечитал текст соглашения, явно составленный грамотным юристом — чёткий и без двояких толкований. А также узнал, что Гримвесту отходит два процента от предмета спора в денежном эквиваленте с выплатой от выигравшей стороны.

Поставив свою подпись, я задавался только одним вопросом: как они так быстро составили договор?! Я не видел, чтобы Шак или ещё кто-то подавали сигналы слугам, а те, если и выходили, то всегда, как мне казалось, по бытовым вопросам. Например, принести дополнительную порцию вина или закусок.

После того как Кранч поставил свою подпись, Гримвест ещё раз пробежался глазами по тексту, расписался сам и спрятал бумагу у себя.

За это время на арене прошло ещё два боя с неизвестными мне бойцами, на которые я практически не отвлекался. Наш бой, по заверениям того же Шака, состоится следующим. Буквально через несколько минут.

Гримвест ничего мне так и не сказал, но по его взгляду было понятно, что он считает меня законченным психом и дураком. В отличие от остальных присутствующих, которые просто считали меня дураком. Кроме Клеи и Финли — их взгляды были сосредоточенные и спокойные, без пренебрежения.

— Когда волчара сдохнет, — едко прошипел Кранч, — я лично прогуляюсь к твоей паршивой базе и заберу выигрыш. Я хочу лично видеть, как ты будешь смотреть в глаза своим людям и объяснять, почему они лишились всего! А затем…

Что будет затем, мы так и не узнали, потому что со стороны двери раздались звуки ругани, возни, а затем и натуральной потасовки. И, судя по офигевшим взглядам абсолютно всех присутствующих, такое здесь не то что не происходило раньше — не могло произойти в принципе.

Дверь распахнулась, впуская внутрь разноцветный и благоухающий вихрь. Он пронёсся по комнате, обдав всех волной пьянящего цветочного аромата — нового, хочу заметить, — а затем умостился на моих коленях, отобрав бокал с вином.

— Еле нашла тебя, дорогой. В следующий раз, когда куда-то уходишь, пожалуйста, оставляй записку.

Глава 20

— Душа моя, ты не хочешь слезть с моих колен и перебраться на более подходящее место? Например, на стул. Он весьма удобный — тебе понравится. Так я смогу представить тебя этим уважаемым людям, — стараясь сохранить каменное выражение лица, попросил я развалившуюся на руках Одри. — Тем более это...

— Вопиющее нарушение очереди! По четным на его коленках отдыхаю я!

Вслед за выкриком в комнату влетел Тонни. Бегло осмотревшись и найдя искомое, он придвинул пустующий стул ближе ко мне, после чего замер в выжидающей позе, всем видом демонстрируя негодование.

Одри немного поерзала, стараясь умоститься поудобнее, но, видимо, не найдя идеальной позы, все-таки сдалась к моей радости. Она переползла на соседнее сиденье, предварительно рыкнув на Тонни, чтобы тот даже не думал занимать ее место. Блондин, впрочем, и не собирался. Вместо этого он еще раз окинул взглядом помещение и, поняв, что свободных мест больше нет, без лишних церемоний уселся рядом с Кранчем, заставив того потесниться.

Выражение лиц присутствующих, и особенно самого Кранча, доставило мне несказанное удовольствие. В ту минуту я решил: что бы ни последовало за этим представлением — оно того стоило.

Но не только эта сцена вызывала у меня улыбку. Я понимал: раз Тонни здесь и так спокойно шутит, значит, его группа вернулась с ночной вылазки. И если они не добились оглушительных успехов, то, по крайней мере, обошлись без серьезных приключений и потерь в составе. А это уже весомый повод для радости.

— Уважаемые, это… — начал было я, но меня перебили.

В ложу влетели двое слегка помятых орков-охранников с штурмовыми винтовками наперевес. В просторной комнате сразу стало тесно.

— Руки подняли! Встать! Отойти к стене! Быстро!

Их красные от гнева глаза метались между Одри и Тонни, вторя движениям стволов. Аромат фруктов и пряностей в воздухе смешался с тяжелым мускусным запахом пота двух перекачанных, взвинченных адреналином тел.

— Воу, воу, мальчики! — Одри спокойно подняла руки, игриво улыбаясь. — Я приятно удивлена вашей выносливостью. Такие мужчины… Оказывается, с вами можно было играть до-о-олго.

— Берн, Арчи — опустите оружие, — мягко произнесла Клея тоном, не терпящим возражений. Орки поколебались пару секунд, но подчинились. — Спасибо. А теперь выйдите, закройте за собой дверь и не впускайте сюда никого, пока мы не разрешим. На этот раз — без исключений.

Теперь охранники покраснели уже от смущения. Пыхтя и едва сдерживая ярость, они покинули ложу. Взор Клеи, как и всех остальных, скрестился на нас с Одри. Тонни же сидел в самой гуще «яровцев», и смотреть на него сейчас было неудобно.

— Ваши прекрасные болваны не пускали меня к мужу, — заявила Одри, не дав мне вставить и слова. — Хотя я очень убедительно их просила.

— Не гони лошадей, подруга! — подал голос Тонни, забросив в рот пару виноградин, бесцеремонно отобранных у окончательно обалдевшего Кранча. — Вы еще не женаты.

— Это вопрос времени, милый. Главное, что так решила я сама!

Клея понимающе улыбнулась. Она представилась сама и представила своих друзей, выслушала наши ответные приветствия, после чего подала знак слугам. Те быстро провели перестановку мебели, разместив диваны и стулья так, чтобы мы могли видеть друг друга и одновременно наблюдать за происходящим на арене.

— Бой вот-вот начнется. — Шак покосился на невозмутимого Тонни.

Этого молодого засранца Одри представила как моего заместителя и специалиста по прикрытию тылов, после чего вот уже пять минут сияла довольной улыбкой, радуясь собственной шутке.

— Хочу предупредить: по периметру стоят наши люди на случай, если кто-то из зрителей решит вмешаться, — продолжил Шак. — Если такое произойдет, поединок все равно состоится, но уже на нашей закрытой территории.

Я кивнул, внутренне чертыхаясь: как я сам не додумался оговорить условия на случай срыва боя третьими лицами? Хорошо, что Шак поднял этот вопрос сейчас. Подобные моменты всегда лучше решать «на берегу».

— Выходят! — шепнула Одри.

Она держалась уверенно: мило улыбалась «яровцам», обменивалась с Клеей теми специфическими понимающими взглядами, которые понятны только женщинам, и внешне не выказывала беспокойства. Но я слишком хорошо знал свою любимую Занозу и чувствовал, насколько туго натянуты ее нервы.

Курт и Джессика появились на арене почти одновременно. Не задерживаясь, они прошли на середину и замерли в пяти шагах друг от друга в ожидании сигнала.

— Смотри внимательней, Вакс, — процедил Кранч, салютуя мне бокалом. — Запоминай последние минуты своего заместителя. Потому что Алая размажет его как щенка!

Мелкий, ничтожный гаденыш. Внутри поднялась волна гнева… и тут же опала. Это именно то, чего он добивался.

— Сейчас полуфинал, — напомнил я. — Так что я в любом случае останусь с замом.

— Прошлый противник Алой тоже так думал, — едко вставил Кранч.

— Вот и увидим, — коротко бросил я. — А теперь помолчи, не мешай смотреть бой.

Прозвенел гонг, и бой начался. Вместо стремительного выпада, как в прошлый раз, Джессика плавно сократила дистанцию и выдала серию быстрых ударов, прощупывая оборону Курта. Тот играючи отбил все выпады и застыл в выжидающей позе.

— Вот позер! — довольно прошептала Одри, не отрывая взгляда от арены. Бокал в ее руке замер, не шелохнувшись ни на дюйм.

Тем временем Джессика предприняла еще несколько атак — на этот раз более сложных, разноуровневых, надеясь отыскать брешь в защите вольфара. Но всё, чего она добилась, — это заставила моего зама сместиться на несколько шагов. Впрочем, уже после следующей серии он вернулся на прежнее место.

Это явно вывело Алую из себя, но рассудка она не потеряла. Напротив, решив закончить с прощупыванием, девушка сменила позу на демонстративно-расслабленную и… просто щелкнула пальцами.

— Писец… — упавшим голосом произнесла Одри, подавшись вперед.

Я и сам хотел выругаться, но слова застряли в горле. Я понимал: против такого не выстоять даже Курту.

Щелк!

Яркая вспышка и грохот взрыва вновь разнеслись по арене. Там, где секунду назад стоял вольфар, затухало желтое зарево смертельной магии. Сам он оказался в паре метров: тяжело дышал, баюкая дымящуюся, безвольно повисшую лапу, на которую пришелся основной удар.

— Ты! — Кранч небрежно ткнул пальцем в первую попавшуюся служанку. — Метнись ко мне домой и передай, чтобы собирали вещи и готовили джип. После обеда я поеду забирать свой выигрыш!

— Воздержись от прогнозов до конца боя, — процедил я, — чтобы не пришлось потом краснеть.

Кранч рассмеялся. Я дернулся, желая размазать его наглую рожу по камням ложи, но на на предплечье мягко легла ладонь Одри. Ярость, бушевавшая внутри, словно перетекла к ней и бесследно исчезла.

Я усмехнулся, наградил Кранча многообещающим взглядом и вернулся к наблюдению.

Картина поединка изменилась. Джессика больше не выглядела расслабленной и уверенной. Теперь она носилась по всей арене, без конца щелкая пальцами и посылая взрыв за взрывом в вездесущего вольфара. Курт демонстрировал чудеса ловкости, успевая уворачиваться и перемещаться на десятки метров за считанные мгновения. То и дело он почти доставал Джессику, но та успевала уйти. Пока успевала.

В ложе воцарилась абсолютная тишина. Все с напряжением следили за схваткой, и даже Кранчу хватило ума не прерывать общую концентрацию.

Скорость нарастала. Мне едва хватало навыка, чтобы следить за двумя молниями, мечущимися по песку. Серая и Алая смерть в сопровождении желтых всполохов.

В какой-то момент Джессика допустила ошибку: отскочила не в центр арены, а к стене. Вольфар тут же этим воспользовался, зажимая ее и не оставляя шанса на маневр.

— Попался! — выкрик Кранча отозвался во мне новой волной беспокойства.

По спине побежали мурашки, обжигая ледяными лапками страха. А затем я понял, что имел в виду этот гад.

В тот миг, когда Курт уже готов был атаковать, лицо Джессики озарила надменная улыбка хищника, переигравшего жертву. Контур ее тела подернулся алым маревом, а движения стали невероятно быстрыми, оставляющими за собой световой след. Она играючи ушла от когтистой лапы, пропустив ее в считанных сантиметрах от лица, и переместилась Курту за спину. Тот резко крутанулся, полоснул когтями, но удар пришелся в пустоту — Джессика снова сместилась, оставаясь в «слепой зоне».

Она повторяла этот трюк снова и снова, легко оставаясь вне видимости. Было ясно, что ситуация ее забавляет. Она не спешила наносить решающий удар, играя с противником как кошка с мышкой, абсолютно уверенная в своем превосходстве.

Курт вертелся ужом. Повороты, развороты, резкие отскоки — всё впустую. Джессика словно приклеенная держалась за его спиной. Даже с моего места было видно, как он выдыхается: свалявшаяся, влажная от пота шерсть, тяжелое дыхание… Но его взгляд, судорожно ищущий решение, оставался жестким и цепким.

— Ты! — слух вновь резанул скрипучий голос Кранча. — Налей мне вина, я буду праздновать!..

В этот момент Джессика, видимо, вдоволь наигравшись, возникла прямо перед Куртом. Она бросила ему что-то насмешливое и совершила стремительный выпад, превратившись в смазанное пятно алого света.

— Что?!— Да ладно?!

Тихий шепот Одри заглушил удивленные возгласы окружающих. Она с такой силой сжала мое предплечье, что индикатор жизни пополз в желтый сектор. Но я отметил это чисто автоматически, завороженный зрелищем: перед Куртом возникла переливчатая жемчужная пластина около метра в диаметре. Именно в нее мгновение назад со всего маху врезалась Джессика — и, отлетев, рухнула без сознания.

Пластина исчезла. Вольфар не спеша подошел к Алой и, обхватив ее горло, рывком поднял над собой. Девушка слабо зашевелилась. Придя в себя, она начала извиваться, пытаясь вырваться, но Курт встряхнул ее как котенка и что-то прорычал. Джессика угомонилась. Он произнес еще несколько коротких фраз, после чего небрежно бросил ее на песок и, вытерев лапу о штаны, пошел к выходу.

Такое обращение с женщинами было ему несвойственно, и это меня смутило. Решил спросить об этом при первой же возможности.

Когда вольфар уже коснулся двери, арена запоздало отозвалась гонгом. Распорядитель объявил о победе моего друга. На песке осталась лежать растерянная, полностью разбитая девушка. У нее не хватало сил даже на то, чтобы утереть текущие по щекам слезы.

— Победа! Это победа, Вакс! — радость Тонни била через край, щедро заплескивая окружающих.

Он тормошил опешившего Кранча, который от тряски облился вином, а потом подлетел ко мне и принялся хлопать по плечам, выбивая единички здоровья.

— Обожаю этого блохастого сукина сына! А-а-а-а!

С трудом высвободив руку из мертвой хватки Занозы, я оттолкнул Тонни и, взяв с подноса бутылку, сделал несколько глотков прямо из горла.

— Хочу предупредить: я человек занятой, и время мое не безразмерно. Поэтому настоятельно прошу выплатить мой выигрыш до заката. В полном объеме.

Приятно было смотреть на их вытаращенные глаза. В них читалась целая гамма чувств: от полного охренения до шока. Первой справилась с собой Клея.

— Турнир не окончен. Твоему бойцу предстоит еще один бой.

— Пожалуй, всё-таки окончен, — я расплылся в улыбке, кивком указывая на трибуну распорядителя.

Туда только что примчался гонец. Готов был ставить что угодно: я знал, о чем он сейчас доложит. Клея проследила за моим взглядом и тихо выругалась. Это было первое живое проявление эмоций этой красивой и умной женщины за весь день. А когда над трибунами разнесся усиленный магией голос и заиграли фанфары, ругаться начали и остальные присутствующие.

«Уважаемые зрители! Шлишембукли не в состоянии продолжать сражения и получает техническое поражение. В связи с этим чемпионом сегодняшнего турнира объявляется Курт Вагнер!»

— Дьявол! — раздражение в голосе Клеи стало явным.

Она шумно поставила бокал на подлокотник и, подавшись вперед, обменялась с Финли коротким взглядом. Пара секунд напряженного безмолвия, и девушка снова выругалась под нос. Она сникла, но тут же моментально выпрямилась — так резко, что я невольно напрягся, готовый в любой момент уйти в сторону. От этой женщины повеяло настоящей опасностью.

— Деньги ты получишь в течение нескольких часов. Что касается информации… Нам нужно время, чтобы собрать все сведения воедино. К вечеру тебя найдет наш человек и всё расскажет. А теперь — убирайтесь из ложи.

— Я вас догоню! — выкрикнул Гримвест.

Лицо эльфа лучилось таким восторгом и ехидством, что даже мне захотелось по нему врезать. Я лишь кивнул ему и, забрав Одри с Тонни, покинул помещение.

— А-а-а-а! Нет, ну ты видел, видел?! — Тонни вовсю прыгал вокруг меня, не в силах сдержать ликования. — Это же магия этого блохастого?! Вот же пес плешивый — скрывал её от меня!

Орки-охранники проводили нас настороженными взглядами, но промолчали, предпочтя нацепить маски невозмутимости.

— Не только от тебя, — по голосу Одри было сложно понять её истинные чувства. — Значит, на спаррингах со мной он вполсилы выкладывался? Ну-ну… Устрою я ему «дружескую» тренировку.

— Потом на него поворчите, — прервал я ребят. — Рассказывайте, что вы узнали?

— Не здесь, — мигом посерьезнел Тонни и выразительно указал на уши.

Дальше мы шли молча, если не считать короткого обсуждения вытянутых лиц «яровцев» в тот момент, когда Курт размазал Джессику. Любопытство и нетерпение подгоняли меня в спину. Всего через пару минут мы открыли двери в нашу ложу, которую сторожил один из эльфов Гримвеста.

Внутри расположилась вся наша шайка-лейка, отчего в и без того тесной комнате стало совсем не продохнуть. Помятые, уставшие, со следами пыли на одежде, но довольные.

Кара сидела за столом и уплетала фрукты, придвинув к себе всё блюдо. Рик и Флав были заняты мелким ремонтом изрядно пострадавшего снаряжения, а Небула развалилась «звездочкой» прямо посреди комнаты и мелодично сопела. Остальные негромко переговаривались, скучковавшись у смотрового окна. Не было только Курта, который еще не успел дойти, и Макса — но его судьба меня волновала мало. Взрослый мальчик, сам о себе позаботится.

Завидев меня, ребята оживились. Влетевший первым Тонни бесцеремонно пнул соню Небулу. Та, не открывая глаз, пообещала оторвать яйца виновнику, а когда всё же соизволила проснуться — сокрушенно выругалась, посетовав, что нельзя оторвать то, чего и так нет.

Я отобрал половинку яблока у Карины и, проигнорировав её яростный взгляд, спросил:

— Рассказывайте. Что удалось выяснить?

— Тебе всё или только по делу? — проникновенно уточнила Кара.

Небула при этом неоднозначно фыркнула. Я посмотрел на Одри. Та вскинула руки, сразу открещиваясь:

— На меня не смотри, я сама толком ничего не знаю! Увидела их, обняла, пересчитала и побежала к тебе с благой вестью.

Я кивнул и перевел взгляд на Кару.

— Если вы немедленно не начнете говорить, я приступлю к откручиванию голов. По одной штуке в минуту, пока на меня не прольется дождь из слов.

— Ребя-я-ят! — потянулась Небула. — Такой шанс редко выпадает. Может, помолчим? Глядишь, шеф избавит нас от одного офигевшего блондинистого педика. Шанс один к восьми, вполне неплохо!

— Один к семи, — едко поправила подругу Рыжая. — Свою ненаглядную он не тронет.

— Пф! Ничего ты не понимаешь в семейной жизни! Да она может стать кандидатом номер один на экзекуцию.

— А как же любовь? — вставил Костик.

— А из любви он поцелует её прямо в губки. Сразу после того, как открутит голову! Ай! Всё, молчу! — зашипела Небула, растирая руку, подпаленную маленькой шаровой молнией Одри.

— Что сказать? — начала Кара. — Информации мы нашли одновременно и мало, и много.

— Это как?

— А вот так. Твоя сестра довольно знаменита в узких кругах. Такой себе Робин Гуд в юбке: борьба за справедливость, свободу и равноправие. Ну и за приятные личные плюшки, разумеется. Поэтому многие лесники-малообщинники её обожают — она с группой часто им помогает. Зато городские её люто ненавидят. Потому что «вопросы» часто решаются за их счет. Но тут отдельная, очень интересная и дерьмовая история, в которую — зная тебя и всех нас — мы обязательно влезем.

— Текста много, смысла мало, — отрезал я. — Давай с самого начала и по порядку.

— Ну, раз с самого начала… — Карина глубоко вздохнула. — Тогда слушай.

Из её сбивчивого рассказа, который то и дело дополняли остальные, я узнал, что группа без проблем добралась до поселка. По пути прибили несколько заблудших монстров и даже подождали, пока Небула вернется с «охоты» на «зарвавшегося моба» — подражателя, который вздумал подманить её воем и пошлым лаем. На мой вопрос, как именно можно «пошло лаять», ребята лишь заухмылялись, не спеша с объяснениями. Зато Небула запустила в Тонни табуреткой, заставив того прятаться за Одри.

По прибытии в поселок они легко нашли группу зачистки и того самого Карла Девятнадцатого (причем еще до того, как он стал Двадцатым). Вот только тип оказался со странностями и поставил условие: либо ребята присоединяются к нему в зачистке, либо он не скажет ни слова.

— Хитрый, гад! — цыкнула Небула. — На халяву отряд телохранителей хапнул. При этом вел себя как бессмертный — вечно лез на рожон, еле успевали сейвить. Вон, зеленомордые до сих пор дырки от когтей штопают.

Рик с Флавом поморщились и синхронно кивнули. Я представил себе этого взбалмошного авантюриста, решившего взять от жизни всё и «по приколу» впрячь в своё приключение опытную боевую группу. Даже завидно немного.

— Это еще что, — добавила Небула, — видел бы ты наши рожи, когда мы поняли, что придется тащиться в эти чертовы пещеры… Но это ерунда в сравнении с тем, как перекосило Рыжую, когда она узнала, что нам за это еще и заплатить придется.

— За такие деньги нас должны были сопровождать красивые мальчики, наливать вино по первому требованию и делать массаж на каждом повороте! — возмутилась Кара. — А в итоге мы платим и мы же пашем. Потому что приставленные вояки ничего не умеют, кроме как делать важный вид.

Деньги «Возвышение» брало за «безопасную охоту» в катакомбах. Так любой низкоуровневый «турист» мог быстро и недорого прокачаться под присмотром воинов Братства. Услуга пользовалась спросом, так что проблем с набором групп у них не возникало.

По окончании охоты Карл подтвердил репутацию хитреца. Всё, что от него удалось добиться — это старое место встречи с Настей. К тому же, на днях оно было скомпрометировано «яровцами». Нового места он не знал, но поделился догадкой: искать её следует в горах — именно там терялись следы. Или в небольших поселках, которых, вопреки логике, вокруг города была тьма-тьмущая.

— Да… Зря только сходили, — раздосадованно произнес я. — Такое и здесь узнать можно было.

— Как минимум, немного прокачались, — возразила Кара. — А как максимум… Ты вот знал, что весь этот Совет Четырех — шапито чистой воды? Которое твоя Настя намерена развалить.

Глава 21

— Ерунда какая-то… Зачем моей сестре свергать власть? — уже в который раз задал я риторический вопрос. Ребята, как обычно, сделали вид, что не услышали.

Мы сидели на крыше высокого и узкого, немного похожего на башенку четырехэтажного домика, расположенного рядом с гостиницей. Тень от домика имела наглость заслонить обеденное солнце и помешать загару Одри, так что решение было принято моментально и так же моментально отменено и заменено на другое. Потому что первой мыслью моей ненаглядной было снести к чертям мешающую постройку, но потом она смирилась с тем, что так делать не стоит, и решила забраться на идеальное для загара место. Ну а мы просто последовали за ней. Не оставлять же ее одну плескаться в солнечной ванной?

— У нее с детства не было тяги к революции. Если не считать мини-бунта в приюте из-за конфет. Но конфеты — это святое.

— С них все и начинается, — заверила меня Кара. — Не зря же на темную сторону завлекают печеньками?

— Ну, за печеньки и я бы пошла на эту вашу темную сторону, — проворчала Одри и помешала ложечкой остывший кофе. — Но мы вообще долго будем игнорировать тот факт, что этот кусок блохастой шерстяной подстилки скрывал от нас магию?! Эй, я к тебе обращаюсь!

В сторону невозмутимо жующего вольфара устремилась маленькая искорка, которая заложила крутой вираж, облетела Рыжую и Небулу и зарылась прямехонько в мохнатую грудь.

— Повода не было, — меланхолично ответил Курт. — Вы не спрашивали.

— А тренировки?! Тренировки?! Как… как ты развивал навык и ни разу не спалился?! И как давно он у тебя?

— С острова. Перед отплытием нашел. Во время одной из пробежек за возрожденными наткнулся на радужную ракушку с руной. Хотел принести ее в лагерь и передать Ваксу, чтобы он потом выбрал владельца для навыка, но случайно коснулся рисунка и выучил навык сам.

— Почему не рассказал?

— Потому что не счел нужным.

Кара начала возмущенно хватать ртом воздух, не в силах что-то сказать. От переизбытка эмоций слова застряли у нее в горле. Наконец она ткнула пальцем в меня, затем указала на Курта и требовательно спросила:

— И ты это так и оставишь?!

— Конечно, — спокойно ответил я, увлеченно рассматривая толкотню у кофейни на соседней улице.

Владелец точки наверняка знал толк в хорошем кофе, потому что собравшаяся немаленькая очередь перекрыла улицу, создав затор для пешеходов. Хорошо, что я благоразумно успел купить нам с Одри по стаканчику до того, как начался ажиотаж.

— У каждого есть секреты. Или хочешь сказать, что все нам рассказываешь?

Словно услышав мои слова, в рюкзаке Рыжей завозился бывший тотем фармеров. Девушка покраснела и занялась питомцем, тихо пробурчав напоследок:

— Есть. Но не такие… И вообще, я — девушка. Мне по праву рождения секретики положены.

— Вот оно — третье тысячелетие: мужчина стал жертвой сексизма. Еще немного — и до рабства докатимся.

— Оно и так давно существует, шеф, — подметил Тонни. — Вполне легальное и одобряемое. Брак называется.

Девушки бросили на блондина укоризненные взгляды, но тот даже не почесался. Спокойно перекинул стебелек из одного уголка рта в другой и принялся рассказывать об ущемлениях мужчин в этом самом браке, полностью перетянув одеяло внимания на себя.

Я же зацепился взглядом за юношу, только что появившегося перед гостиницей и оживленно что-то высматривавшего. Вернее, кого-то. А именно — нас.

Спрыгнув вниз, я зацепился за перила балкона этажом ниже и, частично погасив таким образом падение, приземлился на мостовую, потеряв всего чуть больше двадцати процентов здоровья. Рядом появился Курт, а с небольшим запозданием тяжело бухнулась Одри, огласив округу глухим звоном.

— Что?! Каблуки с набойками — писк сезона. Не знал?

Ох, зараза. Нет, чтобы не выпендриваться и слезть, как я, — так нет. Покрыла ноги металлом и спрыгнула. Получит она у меня когда-нибудь по своей стальной упругой заднице.

— Там была лестница, но вам можно и так, — подметил юноша в бордовом плаще с символикой Ярости и протянул мне тубус. — Вам просили передать. Здесь вы найдете то, что вам нужно.

Я взял тубус и, отвинтив крышку, заглянул внутрь. Там лежала пачка туго скрученных листов бумаги. Если все это — история моей сестры, то невольно берет гордость. Столько «подвигов».

— И вот еще.

Из-под плаща появился небольшой кошель, который тут же перекочевал в руки Одри.

— Здесь ваш выигрыш. Векселя принимают не везде, но крупные покупки удобнее совершать ими. Теперь, если у вас нет ко мне вопросов, я, пожалуй, пойду.

Откланявшись, парень быстро скрылся в одном из переулков, оставив нас одних.

— Обновки или чтиво? — спросила Заноза, подбросив на ладони кошель. — Хотя не отвечай — знаю, что ты выберешь. Открывай!

Кивнув, я не стал тратить время и вновь открыл тубус, попытавшись достать бумаги. Вот только именно что попытался. Потому что они словно приклеились и не хотели покидать свое место.

— Будешь смеяться, но не получается — застряли, — виновато ответил я Одри на ее немой вопрос. — Никак.

— Дай-ка я попробую.

Тубус исчез из моих рук и появился у Занозы. Она тщательно осмотрела его, а затем осторожно запустила ладошку внутрь.

— Знаешь, не думала, что такое скажу, но проблема не в тебе. Кажется, они вообще приклеены… Жесть! Не могли проверить перед тем, как нам отдать… И что теперь нам делать?! Пушистик, далеко это недоразумение от нас убежало? Нужно вернуть его и спросить, что делать с бумагами. А то награда Шредингера получается. Сделаешь? Пушистик?!

Я оглянулся посмотреть, почему Курт не отвечает, и остолбенел.

Ненадолго. Всего миг потребовался мне, чтобы перейти от состояния глубокого удивления к действиям. Пока сознание только начинало разбираться в ситуации и строить какие-то планы и предположения, тело действовало на вбитых в него рефлексах.

Схватив Одри за предплечье, я отбросил ее в сторону ближайшего укрытия, а сам рванул к зависшему в воздухе вольфару, сбивая его на землю.

— Конец улицы, около десятка. Еще столько же сзади, — быстро прохрипел Курт и, прежде чем я успел что-нибудь сказать, тенью взмыл по стене прямо на крышу.

— Рик, Флав — щиты! — прокричал я, особо не задумываясь о том, есть ли они сейчас у них и услышат ли они меня вообще.

Услышат. И точно поймут все правильно.

А дальше…

Раздалась короткая автоматная очередь, выбившая из меня почти половину здоровья и заставившая меня скакнуть к стене и вжаться в землю. Я прижал ладонь к поврежденному бедру и запустил лечение, проклиная себя за то, что не взял никакого оружия.

Почти все мы оставили на складе, взяв с собой только ножи и пистолеты, которые легко можно было спрятать.

Дураки… Вот кто так слепо доверяет новому?!

— Какого хрена происходит?! — прошипела Одри, возникая передо мной и вовремя прикрывая меня от пуль.

Под рубашкой блеснула сталь частичной трансформации тела в металл. Молодец.

Я все еще не видел нападавших, но уже понял, что стреляют из окон в паре домов от нас.

— Хороший вопрос. Может, пойдем и спросим?!

В раздражении я дернулся по направлению к ближайшему стрелку и тут же отлетел назад от толчка ненаглядной.

— Пока бессмертие не найдешь — под пули не лезешь! — раздраженно заявила Одри.

Редкие очереди превратились в настоящий шквал пуль, и под таким огнем я бы точно не выжил даже под ее прикрытием.

— Босс?!

Бросив взгляд наверх, я увидел морду Рика, выжидающе уставившуюся на нас. Остальных видно не было, но, судя по теням на мостовой, ребята двигались к лестнице.

И не нужно быть провидцем, чтобы понять: сейчас они ринутся рвать нападавших даже без оружия и понимания, кто это.

Потому что по-другому мы не можем.

Потому что грудью встречаем опасность и всегда стоим за своих.

Вот только это «стоим» сейчас может привести к невосполнимым потерям, которых мне очень хочется избежать.

— Уведи группу. В бой без необходимости не вступать. Даже Небуле. Особенно Небуле. Встретимся…

Уточнить я не успел, потому что в нашу сторону полетела граната, и Одри прикрыла меня собой от взрыва.

— Нашел время трепаться. Там не дети — разберутся, — голос сочился раздражением и азартом. — Лево или право?

— Говоришь, словно у меня есть выбор, — проворчал я и, прикрываясь Одри, рванул в ближайший проулок.

Финт ушами не мог выиграть много времени, потому мы бежали на пределе сил. Нужно было как можно скорее добраться до оживленной части города, где будут люди и, если повезет, патрули. Потому что сильно сомневаюсь, что такое у них в порядке вещей — средь бела дня стрелять в живых людей.

Жаль, что улочка с кофейней осталась в другой стороне.

Но это все лирика. Что интересно, так это кому мы успели настолько насолить, что они решили действовать радикально.

Наиболее вероятно, что это Ярость. Потому что стоимость того, что они проиграли, с лихвой окупит небольшие репутационные издержки заварушки с «приезжими» и компенсацию ущерба городу. Да еще и останется.

— Сюда!

Сильная женская рука толкнула меня в сторону небольшого проулка, в конце которого виднелись люди.

Никак не привыкну к силе своей женщины. Нужно будет сделать себе зарубку усерднее тренироваться, потому что так и комплексы появиться могут.

За спиной послышались несколько приглушенных выстрелов и металлический звон попавших в Одри пуль, после чего мы на всей скорости вылетели из узкого коридора, чуть не снеся случайных прохожих.

— Смотри, куда прешь!

— Осторожнее!

— Взрослые люди, а носятся как дети… — посетовала пожилая дама, одарив нас уничижающим взглядом.

Но на это мы не обратили абсолютно никакого внимания, постаравшись как можно скорее раствориться в толпе.

Проходя мимо лавочки, я ловко стащил чье-то цветастое пончо, воспользовавшись тем, что пара мужчин средних лет была увлечена разговором, и передал его Одри, которая тут же его натянула.

Сам же сбросил с себя куртку, оставшись в белой футболке, и разорвал вспушенные выстрелами джинсы на бедре, замаскировав дыры под «аля-стильные» прорехи.

— Не так я себе все представляла, — поделилась со мной мнением Одри, натягивая пончо.

Мельком я отметил, что даже аляповатая накидка сидит на моей ненаглядной как дорогое платье. Наверное, все же что-то было в словах бессмертной Мэрилин, когда она говорила, что не совсем вещи красят людей.

— Интриги, наезды, угрозы… Подкуп, сладкие лживые комплименты в уши вперемешку с сальными шуточками — ко всему этому я была готова. Но вот чтобы удирать от пуль посреди цивилизованного города… Это уже слишком.

— Ты еще недопитый кофе вспомни.

— За него особенно обидно. Два глоточка оставалось… — Послышался вздох сожаления, тут же прервавшийся стальными нотками: — Урою гадов!

— Обязательно. Но сперва нужно найти группу. Черт… Какой же я кретин, что не додумался придумать место сбора в случае непредвиденной ситуации… Их же теперь искать задолбаешься.

— Только твоего самоедства сейчас не хватало!

Бар здоровья мигнул от чувствительного щипка за плечо. Боли нет, но и этого было достаточно, чтобы прийти в чувство.

— Давай, шевели извилинами: куда они могли пойти?!

— Откручивать бошки.

— Не то. Это ты им запретил делать. Не было бы с ними Флава — так и было бы. А пока с ними этот исполнительный добряк, никто и не подумает героически самоубиться. Может, склады? Мы оставили там оружие и вещи.

— И именно поэтому нас там будут поджидать в первую очередь. Во вторую — в гостинице и резиденции фармеров или где-то рядом с ней. В третью — в Лесном Пристанище.

— Ты еще корабль вспомни, — напряженно фыркнула Одри и дернула плечом.

— Обязательно. Если на нас напали из-за ресурсов и того, что мы только пообещали, то к «Надежде» уже выдвинулся отряд или два. Я бы так и сделал.

— Холлифаер любому даст прикурить. Сожжет вражеские лодки еще на подходе и не вспотеет. Так что, если у них нет минометов или какой-нибудь дальнобойной магии, то за наших можно не волноваться. Лучше за нас здесь и сейчас переживай. Рассуждаешь так, словно знаешь, кто на нас напал.

— Не знаю, но это вопрос времени. Лучше посмотри туда.

Я указал на поднимающийся над домами в паре кварталов от нас тонкий столб дыма, в котором кружились сотни цветастых обрывков ткани или бумаги.

— Если это не проделки Тонни, то я африканская лягушка.

— Ну да, в его стиле.

Быстро, но не слишком, чтобы не привлекать лишнего внимания, мы двинулись в сторону дыма. Мой взгляд то и дело пробегал по лицам прохожих, стараясь не пропустить ни одной детали. Меня интересовали любые обращенные в нашу сторону взгляды и вообще все, что происходило вокруг.

Не хотелось бы получить пулю от «случайного» прохожего.

Спустя десять минут и пару-тройку улочек мы вышли на довольно большую треугольную площадь, сплошь заваленную рулонами ткани. Ткань эту спешно выносили из охваченного огнем склада полтора десятка работяг и сваливали ее в разные кучи.

— Живее, живее, парни! Сгорит же все… Да не туда, к горелому ложи!

— Тушите угольки!

— Где Вода?! Паша, твою мать… Давай быстрее!

— Та бог с ним, с шелком, парусину и шкуры первыми таскайте!

За творившимся организованным хаосом наблюдало с полсотни зрителей. Помогать не помогали, но и не мешали, стоя себе поодаль.

К одной из групп таких зрителей мы и примкнули, сразу затерявшись за спинами.

— Красиво оно все тут горит, пылает… — шепнули мне в ухо. — Аж за зефирками сгонять хочется. Но не поймут же, гады. Даже одну штучку не дадут пожарить… Эх… Думаешь, наши постарались?

Я ощутил легкую тревогу в ее голосе. Мельком глянув Одри в глаза, я понял ее волнение.

Сейчас она смотрела на наспех организованный пункт первой помощи. Единственный молодой лекарь был занят исцелением потерявшего сознание сильно обгоревшего мужчины, в то время как четверо женщин накладывали повязки другим пострадавшим, которых было около десятка.

— Возможно. Лучше смотри в оба и не пропусти их. Будет грустно, если первыми наших ребят заметим не мы.

— Надеюсь, это не их рук дело, — нахмурилась и нервно прикусила губу Одри.

— Почему? Тебе жаль домик и пару тряпок?

— Людей… Видишь? На складе нет ни одного знака, а значит, он не принадлежит ни одной фракции. Не хочется быть причастным к злу, причиненному ни в чем не повинным людям.

— Не хочется, — согласился я и жестко добавил: — Но так бывает. Это жизнь… Пожар или наводнение, ограбление или высокие налоги — их могло настигнуть что угодно. Сегодня настиг пожар. Кто знает, возможно, он даже уберег их от чего-то. Знаешь же китайскую притчу о крестьянине?

— Это в которой он теряет лошадь, а его сын ломает ногу, и все оказывается к лучшему? Так себе… Мне не нравится. Слишком много глупой боли и потерь.

— А ты хотела, чтобы все было только счастливо и радужно? Я бы тоже от такого не отказался, но что-то мне подсказывает, что такое возможно только в жестких галлюциногенных трипах, но никак не в реальной жизни.

— Значит, у нас есть шанс найти это здесь… — грустно прошептала Одри, так что я едва разобрал ее слова.

— Выше нос, Искорка! Откуда мы знаем, они это или нет? Может, у бедолаг проводку коротнуло, а тут мы. Ну не совсем же мы отбитые?

Многозначительный взгляд, которым меня одарили, дал мне понять, что мы именно такие — отбитые напрочь.

И если не все, то уж пара-тройка индивидуумов точно найдется. Самые опасные и непредсказуемые из них сейчас находились в потерявшейся группе.

— Правильно мыслишь, босс.

Меня аж передернуло от внезапно раздавшегося рычащего шепота.

А в следующее мгновение наш пушистый друг уже шипел от свалившихся на него стальных объятий.

— Курт!..

— Осторожнее, собьешь капюшон.

Выскользнув из «тисков» Одри, Курт поправил просторную темно-коричневую накидку, которую я до этого не видел, и продолжил, подтолкнув нас в сторону заваленного ящиками переулка:

— Нам туда.

На пути нам нужно было обогнуть несколько групп людей. Одна из них состояла из четверых спорящих о чем-то мужчин. Вернее, один пухлый суровый толстячок отчитывал троих понуривших головы работяг.

— … не из бункера?! Почему Валдис не проверил новый товар?! Почему никто не проверил новый товар перед тем, как поставить его на общий склад?! Почему ты этого не сделал?! Ты что, забыл, что все из катакомб и подземелий нужно проверять на проклятья?! Кретины… Я вас поубиваю всех, как только отработаете товар. А потом найду и снова найму!

— Хух! — облегченно вздохнула Одри. — Так и не наши.

Идя сразу за Куртом, я видел, как он весело осклабился и как дернулись его плечи.

И что-то мне подсказывает, что я даже знаю почему.

Глава 22

— Напомни, кто автор столь гениальной идеи?! — со злым раздражением спросила Одри, снимая с волос склизкую паутину. — С кого требовать спа и горячительное?

Я тихо ухмыльнулся, потому что отчетливо помнил, кто именно десять минут назад тонко намекнул, а потом со скрипом согласился лезть в канализацию. Потому что это же «безопасно». «Никто и не подумает нас там искать». А про то, что это будет грозить нам часами отборного ворчания, никто не предупредил. Но это так, мелочи. На фоне полностью уцелевшей и лишь слегка потрепанной команды пара-тройка шумных часов казалась мне чем-то очень и очень хорошим. Гораздо хуже было бы траурное молчание. Его не сможет исправить ни спа, ни даже лучший в мире дайкири.

С ребятами мы встретились в подвале небольшого магазинчика, который явно держала местная мафия или торговцы наркотиками. Иных причин для открытия продуктового в самом тупике темного грязного переулка в городских трущобах я просто не видел. Сложно представить, как кто-то в здравом уме придет сюда покупать огурцы с макаронами. Хотя… может, здесь они особого качества?

Первое, что я увидел, спустившись по ступенькам, — наполовину пустая пивная банка, чудом разминувшаяся с моим носом. Ее запустила злющая Небула, красующаяся подпаленной челкой на пару с левой лапой, отлично гармонирующими с ее закопченной одеждой. После этого она перекинула пару факов Тонни и только затем брякнула что-то в духе: «Нипадохли» и «Кто бы сомневался».

В самом подвальчике мы просидели недолго. Во-первых, находиться всем нам в маленькой комнатке было тесновато — одни орки занимали добрую треть пространства. А во-вторых, Курт настойчиво рекомендовал сваливать отсюда и решать вопросы по дороге. Что мы, собственно, и сделали, потратив немного времени на обсуждение безопасного места и маршрута, а также на мое просвещение по поводу подозрительной кучи одежды, сваленной в углу. Вещи принадлежали двум удачно подвернувшимся под руку придуркам из напавшей на нас группы.

— Кто о чем, а ты о ванне. Вокруг война, мир колбасит и трясет, а тебе горячую водичку с пенкой подавай, — вернул меня в настоящее Тонни.

— И бокал гимлета — без него блаженство не будет полным! — добавила Искорка. — Ты же умеешь его готовить?

— Умею, — слегка растерянно кивнул Тонни. — Гимлет… Удивила, мать. Я ожидал услышать от тебя про «Апероль» или «Беллини». «Космополитен», наконец… Они как-то больше подходят под ванильный расслабон в теплой ванне, а тут получил крепкий буравчик.

— Это ты еще крепких напитков не пил, — проворчала девушка и ненадолго замолчала. — Вот тут ты, Акела, промахнулся. Мамой мне так и не довелось стать.

До этого раздраженный голос Одри вдруг пропитался странным спокойствием, от которого разом замерли все бегающие по спине мурашки. Я обернулся и успел поймать краткий миг бесконечной, тихой грусти, что мелькнула на ее лице и тут же растаяла. В нем, как и в голосе, разом отразились переживания сильной, умудренной горьким опытом женщины, которая пережила гораздо больше, чем выставляет на показ.

— И почему не «Маргарита»? — сменив тон, с легким возмущением перебила саму себя Одри. — С чего ты вообще взял, что я такое пью?

— Из чистой корысти, — мигом нашелся Тонни. — Если переключить тебя на «женские» напитки, то у меня точно получится сохранить последнюю бутылку «Далмора»…

— У нас есть «Далмор»?! — в один голос воскликнули девчонки, заставив дернуться даже невозмутимого Флава. — Где?!

— Откуда?!

Тонни чертыхнулся, проворчал себе под нос что-то на тему своего длинного языка и ответил:

— Из синего контейнера. Пока все с ним возились — цепляли краном, вытаскивали на борт, а потом вскрывали, — я заприметил проплывающий мимо небольшой туристический рюкзак, который и подобрал.

— И не сказал?! — возмутилась Кара. — Ты хоть знаешь, что я с тобой за сокрытие стратегического запаса вкусного алкоголя сделаю?!

— Определенно что-то очень приятное. Потому что если бы не моя бережливость, он бы не дожил до этого момента.

По туннелю разнеслось возмущенное шипение. Девчонкам явно не хватало слов, чтобы выразить всю степень своего офигевания от наглости блондина. Так что в ход тут же пошли кулаки и когти. Благо не в сторону Тонни — я бы ни за что не успел спасти парня. Зато стенам туннеля досталось изрядно. Несколько рядов кривых борозд украсили здешний бетон, навсегда запечатлев в себе ярость нашей Фурии.

— Прибить тебя мало! — в итоге резюмировала Одри и осеклась, потому что мы пришли.

Канализационный туннель уперся в ржавую решетку с вырванными центральными прутьями, сквозь которые проглядывала роща и уходящий в нее ручей сточных вод.

Курт жестом остановил группу и первым скользнул к выходу. Сливаясь со стеной туннеля, он прислушивался к звукам — чуткие уши дергались словно локаторы. Спустя секунду вольфар растаял среди деревьев.

— Чисто! — коротко отрапортовал он через пару минут и снова скрылся в зарослях.

— Как у трубочиста! — Одри в очередной раз смахнула со штанов склизкое нечто, брезгливо вытерла ладонь о куртку Тонни и поспешила наружу.

Группа расположилась на небольшой, относительно сухой полянке в самом сердце рощи, окруженной высокими соснами и каким-то коричневатым колючим кустарником. Здесь немного тянуло сыростью и гнилью, но после прогулки по стокам Триграда место казалось волшебным оазисом.

Я присел на поваленный ствол и мельком пробежался взглядом по полоскам здоровья и выносливости. Контроль показателей давно стал для меня чем-то настолько же естественным, как дыхание. Жаль, что мне недоступны интерфейсы группы — было бы куда проще отслеживать их состояние и планировать действия. Приходилось действовать по старинке: методом визуального наблюдения.

Едва мы вышли на поляну, Рик с Флавом заняли позиции по разным сторонам, перекрывая наиболее вероятные сектора угрозы. Я успел заметить недовольную гримасу полуорка, направленную на пару пустующих слепых зон, но раз он промолчал — ситуация оставалась терпимой. Куда важнее было немного перевести дух и спокойно обсудить случившееся. Мысль здравая, вот только воплотить ее в жизнь чертовски сложно, когда твой отряд сплошь состоит из высокообогащенной взрывчатки.

— Жеваный крот! — возмущению Неби не было предела.

На когтистой лапе вольфарки лежало несколько патронов, перемазанных зловонной жижей. Ими до отказа были забиты карманы ее любимых тактических штанов.

— Кто мне химчистку оплатит?! Любимые штаны…

— Тебе ее мало того что не оплатят, так еще и хрен найдут, — назидательно заметила Одри. — Даже за очень и очень большую деньгу. Потому что нет ее здесь в помине.

— За большую деньгу, может, и нет, — задумчиво вставил Рик, не поворачивая головы и продолжая сканировать сектор, — а вот за очень большую точно нашлась бы. Большие деньги творят чудеса…

Суровый вояка выдал это с таким глубокомысленным видом, что мне стало искренне любопытно, какие картины сейчас всплывают в его памяти и какие именно «чудеса» он имеет в виду.

Сам я давно усвоил: ни большие, ни очень большие, ни даже баснословные деньги не значат ровным счетом ничего, если ты не знаешь, как и куда их грамотно пристроить. Нужно хотя бы минимальное понимание вектора или люди, способные этот вектор задать. Я не раз видел, как угодившие в переплет бедолаги на панике спускали состояния на видимость бурной деятельности. Отдавали все до копейки сетевым «решалам», заносили пачки некомпетентным врачам, которые вместо того, чтобы отправить пациента к нормальным специалистам, намертво присасывались к кормушке. И многое другое.

Самое занятное, что по-настоящему толковых и бескорыстных людей вокруг хватает. Стоит лишь оглядеться. Они искренне готовы подсказать, что делать, куда идти и к кому стучаться. Вот только мы почему-то упорно не верим бесплатным советам, даже если они идут от чистого сердца.

— Приедем на базу — займусь твоими драгоценными штанами, — спокойно бросил я Неби.

Шумевшая секунду назад вольфарка мгновенно заглохла и уставилась на меня со смесью опаски и подозрения. Лишь кончики ушей выдавали нервозность, мелко подергиваясь. Впрочем, притихла и остальная команда, с немым интересом переводя взгляды с меня на нее.

— Приведу твою прелесть в порядок, раз она тебе так дорога.

— Ну нафиг, сама справлюсь, — буркнула вольфарка и демонстративно отсела ближе к Курту. — Ты давай, напряги лучше все свое командирское и скажи, куда идти и кого мочить. И чтоб без дерьма больше! Под землю я не полезу!

— Полезешь, — отрезал я, глядя ей прямо в глаза.

Неби отвела взгляд и фыркнула, выражая искреннее презрение к моим командным выводам. На миг захотелось рявкнуть и пресечь этот девичий бунт на корню, но… это ведь естественная натура нашей боевой зверюги. На фоне ее безупречной верности и исполнительности подобные выверты казались сущей ерундой. За такое прощают легко.

— Но не сегодня. Мы возвращаемся.

Я прикусил щеку изнутри. Бар здоровья дрогнул, регистрируя виртуальный урон, но настоящей боли не последовало — а ведь она сейчас была бы чертовски кстати. Боль отрезвляет. Боль мобилизует. Боль заставляет шевелиться. Мне претило уходить от драки, убираться с поля боя, потирая разбитую морду, но рисковать людьми я не имел права. Раз на нас среди бела дня напали прямо в черте города — дело дрянь, весь план полетел ко всем чертям. Все розданные ранее обещания теперь можно смело умножать на ноль, потому что решительно непонятно, кому верить, а кому пускать пулю в лоб. Ясно только одно: мы здесь лишние. Нас боятся. Настолько радикально вырезают лишь те угрозы, от которых поджилки трясутся.

Челюсти сжались сильнее, пробивая цифровую плоть. Рот наполнился медно-солоноватым привкусом, но долгожданной боли так и не появилось — сознание лишь бессильно пыталось ее смоделировать. На душе скребли кошки оттого, что сейчас я обязан думать о сохранности отряда, а не о собственных целях. Что ради выживания ребят я вынужден свернуть поиски сестры. Не навсегда, но прямо здесь и сейчас, находясь буквально в паре шагов от разгадки. Горько, паршиво, муторно. Но это единственно верное решение, продиктованное грузом добровольно взваленной на плечи ответственности, заложником которой я стал. А Настя… Я ее найду. Обязательно. Позже и другими методами — не рискуя жизнями тех, кого с таким трудом вытащил и довел до сегодняшнего дня.

— Красава, босс! Вот это по-нашему! — оживилась Неби. — Ща я только ствол по-шурику от дерьма почищу — и погнали! Зеленый, где там твой чудо-набор?

Вольфарка резво вскочила, на ходу выдергивая револьвер из кобуры, и двинула к Флаву за оружейным комплектом, который полуорк выцепил чуть ли не в первой попавшейся лавке Триграда.

— Сядь на место и не мельтеши, сестра, — осадил ее ледяной голос Кары. Меня аж передернуло. Давно… слишком давно я не слышал ее настолько злой. Похожие нотки прорезались у Рыжей во время выживания на острове, когда нас прижали фанатики с пиратами. Этим самым тоном она обещала выпотрошить ублюдков, напавших на блокпост, — и ведь сделала это. Тогда ее ярость была понятна, но сейчас… — Он не то имел в виду. Наш командир решил поиграть в благородство и свалить, чтобы спасти наши шкуры. Возомнил, что раз он лидер, то вправе решать за нас абсолютно всё: чем нам рисковать и кого спасать.

— В смысле?! — Небула замерла как вкопанная, не дойдя пары шагов до полуорка, и ошарашенно уставилась на меня. Ее хвост нервно хлестал по земле, вздымая сухие травинки. — Какой корабль?! Нахрена нам на корабль?! А как же ушлепки?!

— А как же Настя, Вакс? — Из голоса Кары ушла сталь, уступив место глухой тоске.

Глаза, только что метавшие молнии, теперь смотрели на меня с горьким укором. Точно так же, как в тот день, когда я оставил ее связанной на проклятом острове. Тот же немой, выжигающий внутренности вопрос: «Почему?».

В горле встал вязкий ком. Что тогда, что сейчас ответ для меня был очевиден: ради вас. Ради тех, кто стоит за моей спиной.

Сделав над собой усилие, я сглотнул дурноту и, подобрав живот, чтобы голос предательски не сорвался, ровно произнес:

— Всему свое время. Лезть малой группой на целый город — чистое самоубийство. Перегруппируемся и вернемся. Позже.

— Ты сам-то себе веришь?! «Вернемся»! Это же ты! Ты, Вакс! Думаешь, я тебя не раскусила? Мы тебя не знаем?! Кого ты пытаешься надуть?! Ты увидел, какая тут творится гребаная дичь. Понял, насколько все паршиво, и я готова руку дать на отсечение: в твоей дубовой упертой башке уже созрел план — загнать нас на борт, запереть и свалить в одиночку на поиски сестры! Предать нас… Ты ведь скорее сдохнешь сам, чем позволишь нам подставиться за тебя! Так почему ты отказываешь нам в том же самом?! Ты же сам твердил, что мы не просто группа, мы — семья! А в семье принято стоять плечом к плечу, забив на любые опасности! Думаешь, мы не понимаем рисков? Не чуем беды? Не боимся сдохнуть и снова очнуться на острове, напрочь забыв друг друга?! Мы не дети, Вакс. Позволь нам самим решать, как жить и за что умирать.

Монолог Рыжей звенел в гробовой тишине. Никто не проронил ни слова, если не считать сдавленного матерного бубнежа Небулы — впрочем, для нее это считалось верхом сдержанности.

— Хочешь повернуть назад — ради бога! — бросила Кара, скрестив руки на груди и отступая к шершавому стволу сосны. — Но не смей вешать нам лапшу, будто делаешь это ради нас. Не будь эгоистом.

Я обвел взглядом отряд, задержавшись на Одри. Ждал, что хотя бы она поддержит. Тщетно. В холодных глазах половинки не нашлось ни грамма сочувствия — лишь колючая злость и немой укор.

Я поежился.

Ощущение было препаршивое. Словно нашкодивший пацан, которого при всем классе отчитывает строгий завуч. А самое гадкое — она попала в яблочко. Я действительно прокручивал этот сценарий. Пока только на уровне мыслей, но от мыслей до поступков у меня обычно один шаг. Выходит, друзья знают моих демонов лучше, чем я сам. Хех…

— Короче, хрен-командор! — Вольфарка в пару прыжков преодолела разделявшее нас расстояние и жестко уперла коготь мне прямо в грудину. — Клала я с прибором на твои благородные сопли. Я иду с тобой! Попробуешь вильнуть хвостом и втихаря слинять на махач один — лично закопаю. Усек?!

— Поддерживаю, — глухо отозвался Рик.

— И я, — кивнул Флав.

— Лучший день был вчера, босс! — осклабился полуорк.

— Так, хорош прессовать мою бусинку, — весело встрял Тонни, перекатывая сорванную травинку из одного угла рта в другой.

Голос звучал беззаботно, но цепкий прищур парня ясно давал понять: ему сейчас совсем не до смеха, и позицию девчонок он разделяет на все сто.

— Ему еще нами командовать. А чтобы грамотно рулить, надо владеть поляной. Курт, просвети командира, да и нас заодно: кто нам в колодец плюнул? Кому первому морду чистить?

— Первую цель определит лидер, — ровно отозвался следопыт. — Что до сведений…

Курт заговорил размеренно и четко, выкладывая все, что сумел вытрясти из двух пленных стрелков. Пересказывал подслушанные слухи, делился догадками и раскладами. Всплыла масса любопытных деталей — например, то, что нападавшие оказались кандидатами в клан Ярого, но верхушка синдиката никакой отмашки на ликвидацию не давала, и сейчас их руководство само стоит на ушах, пытаясь разобраться в замесе.

Вот только я слушал его вполуха. Мой мозг намертво зацепился за внезапно прострелившую сознание догадку.

Человеческий разум — поразительная штука. Он умудряется сопоставлять факты даже тогда, когда ты сам о них напрочь забываешь. Крутит детальки, подгоняет пазы, собирает единую картину из разрозненных фрагментов. И в конце концов выдает ответ. Прямо как сейчас, когда одно случайное слово расставило всё по своим местам.

Колодец…

«Пьющие звезды скажут больше».

Когда-то в далеком детстве, когда мы с сестрой еще мотали срок в интернате, мы частенько удирали на задний двор и прятались в старом пересохшем колодце, куда кто-то сердобольный спустил плетеную веревочную лестницу. Судя по найденным нами заначкам с папиросами, раньше туда бегали смолить старшаки. Причем очень давно — пожелтевшая пачка «Примы» явно разменяла больше лет, чем нам тогда было на двоих.

Именно на дне этой каменной трубы мы и сидели, когда Насте было особенно невыносимо. Там она задирала голову к круглому пятачку неба и отчаянно пыталась разглядеть звезды. Непременно днем — как утверждала дурацкая городская легенда. Звезд, естественно, видно не было, и тогда я сочинил для нее сказку о том, что светила отражаются лишь в колодцах с живой водой, куда они спускаются на водопой. Настя в эту байку вцепилась мертвой хваткой — настолько, что потом неделями таскала во двор пузырьки и склянки с водой, пытаясь «напоить» старый сруб. Я пробовал объяснить, что звездам нужно чуть больше влаги, чем способны унести ее худенькие ладошки, но после того как во время частичного солнечного затмения она поймала на стекле отблеск короны, разубедить ее стало невозможно.

Пьющие звезды…

Настя оставила подсказку, расшифровать которую мог только я. Она не могла открыто написать важные вещи на виду у чужаков, но зашифровала локацию следующего тайника!

Какой же я баран… Опять помчался вперед сломя голову, вместо того чтобы как следует вдуматься в слова сестры. Погнался за призраком.

— Вакс! Ау, Вакс! Ты чего завис?! — Перед самым моим носом замаячила когтистая лапа Небулы. — Не прокатит, дорогуша! Включить дурачка и отморозиться не выйдет — за базар отвечать надо! Эй, прием, ты с нами?!

— С вами, с вами, — я перехватил ее запястье и мягко отвел в сторону. — Прикидывал, где нам устроить шорох в первую очередь. Еще не передумала?

— А вот это наш разговор! Веди, босс!