Кот, его ведьма и проклятый принц

Пролог

Аластор смотрел на спокойно шагающую по его замку ведьму, и ярость клокотала у него в груди.

Слишком открытые вычурные одежды, высокомерный взгляд и тёмные волосы. И даже белая прядь у её лица не делала её больше похожей на женщин Сферы Двух Звёзд, принцем которой он был. В этой женщине всего было «слишком», а в особенности чёрной магии, оставляющей гнить любые земли, которых она коснётся. Тьма отпечаталась на самодовольном лице, и Аластор чувствовал, как волоски на его руках становятся дыбом от близости этой женщины.

Ведьма. Ведьма есть ведьма.

Отец радушно развел руками, звякнув полами своего плаща.

- Добро пожаловать в Дом Света, леди Мориэлла, - сказал он гостье, а та даже не кивнула ему в знак уважения.

- Перейдем к делу, - холодно произнесла женщина вместо приветствия, окинув цепким взглядом залу и прищурившись. Она сделала несколько шагов к трону отца, и Аластор заметил чернильный хвост змеи, мелькнувший в высоком разрезе её платья. Чёрный и обвивающий её бедро прямо над коленом.

- Отбор для моего сына начнётся через несколько дней, - кивнул король, а Аластора тряхнуло. Уже не от алого пламени в глазах ведьмы, а от неотвратимости надвигающейся беды, которая сделает его убийцей. – Договор мы заключим через шесть звёзд, и я буду…

- Завтра.

Женщина оборвала его на полуслове и отдала громкий приказ, подойдя еще ближе. Принц чувствовал исходящий от неё запах благовоний: едва уловимый шалфей почти перебивал аромат сандала и тянулся шлейфом за ведьмой, окружая её дымкой магии. Аластор знал, что в её землях царит вечная тьма, дом обнимают густые туманы, поэтому явно ощутил и запах сырости, будто она могла принести с собой ночь в их полные света земли.

- Мадам Мориэлла, - попытался встрять Фернис, слуга короля, и Аластор увидел выступившую на его лбу испарину, когда ведьма бросила мимолетный взгляд в его сторону. – Сперва вы должны принести клятву!

– Какую же клятву ты ждёшь от меня? – произнесла она таким тоном, что тот мог бы убить Ферниса, если бы не его граничащее с безумием желание жить ради своего короля. Коротышка утёр пот дрожащей рукой и умоляюще посмотрел на своего господина. – Ничтожество, оскверняющее взгляд одним своим видом.

Фернис икнул, и в глазах его расплескались злость и обида, погребая под собой страх.

Внезапно женщина растянула красные губы в улыбке и лениво оглядела массивные своды залы.

- Что же, полагаю, дать клятву до заключения договора будет уместно. Честность прежде всего, - улыбка приобрела черты оскала, и Аластор прищурился. – Я не причиню вреда никому из жителей Дома Света, с сегодняшнего дня и до конца отбора. Клянусь.

Все в зале услышали раскатистый грохот грома. Глаза ведьмы сверкнули алым, а гранатовая кровь пролилась из пореза на её руке.

- Поклянитесь и в том, что не желаете зла королевской семье, - внезапно пробасил отец, и глаза ведьмы сузились. Аластор обернулся, и взгляд его привлёк не заполняющийся кровью надрез на ладони отца, а собирающаяся алая лужица чуть дальше от трона. Воздух возле неё пошёл рябью, но кровь никуда не делась, и это заставило принца нахмуриться. Откуда она там? – Что вы здесь лишь по моей просьбе, леди. Или возвращайтесь в Сферу Тени и Крови.

- Я, - женщина высоко задрала подбородок, смерив короля уничижительным взглядом, - клянусь.

Аластору показалось, что он услышал хихиканье где- то под ногами. Лужица крови, образовавшаяся там сама по себе, вспенилась и зашипела, новый раскат грома сотряс зал, а в следующее мгновение неверие отразилось на лице ведьмы, прежде чем её глаза закатились. Она проморгалась, шаря руками по воздуху, словно потеряла зрение, а потом ноги её подкосились.

Аластор увидел загоревшийся глаз белой змеи на шее ведьмы в тот момент, как подхватил женщину в сантиметрах от каменного пола. Он не знал, зачем это сделал. Мир вздохнёт спокойно, если ведьма расшибет голову и не проснётся, никто не станет оплакивать её ни в одной из Сфер. Даже её ковен поднимет кубки в день её погребения.

И всё же Аластор обнаружил себя сжимающим талию женщины. Что-то внутри него задрожало, а проклятая магия заклубилась в груди, требуя дать ей волю, обжигающим пламенем пронеслась по венам, сжала сердце в тиски и заставила камень в кольце затрещать от давления, а после пойти трещинами. Кончики пальцев закололо так, будто в них впились сотни игл. Аластор сглотнул, огорошенный бурей чувств, что вонзилась в сердце и заставила его биться так сильно и быстро, как еще никогда до этого. Ведьма только что прокляла его?

И когда она открыла глаза, прозрачно-голубые, без отблесков пламени в глубине, парень едва не зарычал от злости, смотря в её обманчиво-невинное лицо. Ведьма приоткрыла губы и с удивлением посмотрела на его руки, захлопав ресницами. Испуг отразился на её лице, и это заставило Аластора задохнуться от негодования.

Глава 1. Принц, ведьма и чёрный кот

Стать принцу избранной одна

Из дюжины девиц должна,

Попросит он ее руки — минует всех беда.

Другая на отборе — враг,

Что носит в сердце черный мрак,

Попросит он ее руки — и обратится в прах.

Руки парня, в чьи объятия я свалилась, были холодными.

Так же, как и его темный взгляд. Надменный, леденящий душу и почему-то заставляющий сердце трепетать в груди. От страха или от очарования – я не успела понять.

Потому что тут же отскочила прочь, оглядываясь вокруг и пытаясь вспомнить, как меня занесло на театральное представление. Парень, поймавший меня, был одет в чёрную рубашку с манжетами, а в волосах его блеснул венец. Минималистичная черная вещица без изысков покосилась и чуть не съехала с его головы, когда он спасал меня от падения.

- Мадам Мориэлла, вы не дали ответ Его Величеству, - противно проскрипел откуда-то сзади голос, от которого мою и без того кружившуюся голову прострелило болью.

- Фернис, не дави на нашу гостью, - ответили ему, а я всё продолжала глазеть на людей вокруг, отвечающих мне не менее заинтересованными взглядами. Почти дюжина вокруг нас со странным парнем. Я подняла руку в черной перчатке и нахмурилась.

- Ваше Величество, как бы я посмел! – первый голос тут же превратился в услужливо-заискивающий, и я развернулась, чтобы найти его обладателя.

И замерла, когда наткнулась взглядом на высокого мужчину в расшитой золотыми нитями чёрной накидке. А корона! Украшенная драгоценными камнями, такими сияющими, что больно было смотреть.

- Ничего себе, - протянула я, делая шаг в сторону короля. - Можно потрогать?

- Мадам Мориэлла! – визгливо пискнул первый голос, и я наконец увидела преградившего мне путь человечка – макушка его едва доставала до моего подбородка. Скрюченный, с маленькими глазками, в которых горел целый пожар негодования и возмущения, он едва не топал ногами от злости. – Даже самые могущественные маги не могут насмехаться над нашим королём!

- Фернис, довольно, - устало отозвался черноволосый мужчина с сединой в висках, играющий короля, - мадам ударилась головой, проводи в выделенные ей покои и отправь туда лекаря.

- Конечно, Ваше Величество, - смиренно пропел Фернис, и в глазах его возмущение и негодование сменилось таким искренним восхищением, что я нахмурилась. Но тут же сглотнула и отвела взгляд, стоило коротышке вернуть внимание на меня: в глазах его забушевало пламя ненависти пуще прежнего.

- А нас снимают? – спросила я, оглядываясь вокруг. – Зрителей что-то не видно. Я утром и вправду ударилась головой, когда бежала за котом… Совсем ничего не помню. Представляете, такая глупая ситуация – кот стащил мои пирожные! Прямо в коробке, а аванс за них я уже получила, поэтому побежала за ним, конечно же, и угодила в… - я лепетала и лепетала, пока окружающие – особенно коротышка, кошки его задери! - испепеляли меня совсем не дружелюбными взглядами, так что к концу едва не шептала от неловкости, а потом и вовсе затихла, переминаясь с ноги на ногу. Да что с ними такое… А я вчера, между прочим, едва под машину не попала из-за вороватой животины.

Первым отреагировал на мою речь парень с холодными руками. Он задумчиво почесал подбородок, гипнотизируя меня тёмными глазами. А потом глубоко вздохнул и облокотился спиной о стену.

– Кажется, мадам не совсем понимает, зачем она здесь. Как она сможет запечатать мою магию в таком состоянии?

– Это не твоя забота, Аластор, – грозно ответил ему мужчина и свёл густые брови. – Она своё дело знает.

– Мадам? – обратился ко мне парень устало, и я захлопала глазами. – Знаете, что делать?

Я растерялась от вопроса и оглянулась по сторонам. Появилось стойкое чувство, что мне забыли дать листок с репликами. Парень ещё несколько мгновений побуравил меня взглядом, а потом покачал головой.

– Что-то не так. Она хоть и ведьма, но женщина, мы не можем подвергать её опасности, – сказал он озадаченно, разглядывая моё лицо, словно силился что-то в нём прочитать, но ему никак не удавалось. – Нужно повременить с отбором и отвезти мадам домой – там ей помогут.

– Она придёт в себя здесь, – рыкнул король. – Ты оскорбляешь её своими словами!

– Возможно, не всем тепло наших светил и твоё небезызвестное радушие идут на пользу, отец, – сказал принц явно издевательски, и лицо короля побагровело в считанные секунды. – Кровь пропитала стены этого замка. Слёзы вдов, чьих мужей ты отправил на войну, впитались в наши дорогие ковры, а плач их детей отдаётся эхом в пустующих коридорах. Здесь тошно всем, кроме тебя.

После его речи в зале воцарилась тишина. И принц продолжил:

– Нужно отправить её домой, там она придёт в себя. Я сам справлюсь с отбором.

– Справишься с ним так же, как с двумя прошлыми? – спросил король обманчиво спокойно. – Ты так и не женился, гадкий сопляк! Это называется – справиться?!

– Если это означает – никого не убить, то да, – кивнул ему парень. – Хватит смертей, отец. Лучше уйду я сам.

– Не смей, – прошипел король страшно, – не смей говорить мне о смертях. Не после всего! Ты – то, что она оставила мне…

– Именно поэтому я имею право говорить, – оборвал его принц и свёл брови, – я устал. Я не хочу потерять свою невесту так же, как ты маму. Я не хочу случайно убить её так же, как…

– Замолчи! Заткнись! – взревел король, и посох выпал у него из руки – мужчина закрыл уши руками и оскалился. – Не желаю! Не говори о ней! Не смей! Не смей даже произносить имя моей королевы!

И лицо парня исказилось – гримаса боли проступила на нём так отчетливо, что я отступила. Будто волна чужих чувств ударила меня наотмашь.

Я слышала частое дыхание отца и сына в тишине залы. А потом что-то изменилось.

Глаза парня были широко раскрыты, и в их чёрной глубине читалось сожаление, вина и ярость. Он схватился за грудь, и часто-часто задышал, не в силах отвести взгляд от плачущего короля. Пот каплями собирался на его висках и срывались вниз, на пол. Руки его задрожали, как и дрожал он весь, а потом по ним потекли тени.

Видимые, осязаемые, и, казалось, я даже слышала шипение, с которым они извивались, въедались, как клеймо, и отвоёвывали себе пространство на теле парня, пока он безуспешно пытался их унять, стряхнуть с себя. Шипение сменилось треском, а мгновение спустя с трясущихся длинных пальцев принца упало кольцо – сердцевина его рассыпалась.

Крик застыл на моих губах. Что, чёрт возьми, это такое?!

Народ в зале начал пятиться к стене, и я последовала их примеру, едва не запутавшись в юбках платья.

Тени танцевали на коже принца, тени танцевали в его глазах, и тени переметнулись на пол, откуда рывками начали растекаться по зале. Я закричала, запрыгав на полу, как на раскалённых углях, в попытке не наступить на чистый ужас. Почему-то в голове родилось ясное понимание – коснусь их и умру. Они, как змеи, сожмут в призрачном захвате шею, если дотянутся, и заставят жизнь покинуть тело.

Тени кружили вокруг кричащего от боли принца, но тянулись почему-то в мою сторону сильнее, чем в сторону толпы, и это привело меня в ужас. Я закричала и замахала на них руками.

– Кольцо! Кольцо принца! – крики были слышны отовсюду, а свет между тем покидал залу, захватываемую тенями. – Целителя!

А потом резко, ярко и ослепительно что-то озарило нас всех. Свет лился со всех сторон, но ярче всего он собирался на посохе короля. Он пронёсся по зале яркой вспышкой, а потом исчез так же быстро, как и появился. А в это время принца повалили на пол два мужчины в доспехах и застегнули на его руках по паре браслетов с жёлтыми камнями. Парень задыхался и хватался за грудь, но теперь его не пожирали тени. Они медленно таяли и уползали прочь, в глубины его тела, прятались под кожу и затихли.

– Отведите принца Аластора в его покои, – сказал король, тяжело дыша. Он опирался на посох, а потом и вовсе сел на трон на подкосившихся ногах.

Фернис подбежал к нему с белоснежным платочком, пока все присутствующие в зале замерли, боясь даже пошевелиться. Мужчина принял платок и утёр пот со лба.

– Мои извинения, мадам Мориэлла, – сказал он хрипло. – Зарвавшийся засранец, никакого уважения к возрасту. Зато вы теперь увидели, с чем будете иметь дело на отборе. Ваша задача – не дать ни одной девице помереть, – усмехнулся он.

Я проводила взглядом шатавшегося парня, которого вывели под руки стражники и старалась унять страх. Что за чертовщина?

В любом случае, оставаться здесь я желанием не горела – по телу до сих пор мурашки бегали от произошедшего. Как они всё это сделали? Я сходила с ума, не иначе. Потому что на театр это было мало похоже.

– Знаете, я лучше пойду… – сказала я, попытавшись протиснуться вслед за принцем к выходу, но дорогу мне опять преградил Фернис. Лицо его растянула притворная, слишком приторная улыбочка, и коротышка подал мне руку, почтительно наклонив голову.

– Прошу за мной, мадам Мориэлла, вам нужно прийти в себя в ваших покоях. Король желает видеть вас завтра с ответом.

Толпа расступилась перед нами, пропуская к двери, и я облегченно выдохнула. Вот бы ещё найти мобильник и вызвать такси. Черт, я же должна была доставить заказ утром! Гадкий кот всё испортил!

«Магия молодого господина сбила её с ног?»

«Но она ведь поломанная»

«Не отпущу свою девочку на отбор, от ведьм Сферы Тени и Крови добра не жди».

Я икнула, когда шёпот окружил со всех сторон. Фернис держался прямо, не обращая внимания на голоса, и продолжал идти вперёд.

– Мне бы найти мой мобильник, – сказала я коротышке, похлопывая себя по юбкам платья. Кажется, под ним джинсов на мне не было. Карманов для телефона тоже.

– Что? Артефакт? – подозрительно прищурился Фернис. – Никаких артефактов во дворце Его Величества!

– Да мне бы такси набрать.

– Так! – топнул ногой коротышка, зло поджимая тонкие губы. – Вам запрещено колдовать, пока не дадите ответ королю. Сейчас придворный маг как раз занимается изготовлением кольца для вас. Появитесь без него перед Его Величеством – и мы воспримем это как оскорбление и агрессию!

– Да какое ещё кольцо?! – начинала злиться я.

– С морганитом, само собой. Мы внимательно изучили вашу темную магию, уж будьте уверены, – мужчина ехидно усмехнулся. – Подобное кольцо вы уже могли видеть на молодом господине Аласторе. Гелиодор временно блокирует его разрушительную магию, но вновь и вновь распадается на кусочки к концу дня. С вашим такого произойти не должно.

– Сумасшествие, – протянула я, утомляясь от этой истории.

– Надеемся, что с вашим визитом сюда придворный маг сможет отдохнуть хоть месяц отбора, – коротышка хмыкнул. – Ваша запечатывающая магия так же мощна, как и слухи о ней? – он подобрался, как будто вырастая на несколько сантиметров, и вытянул шею, с интересом заглядывая мне в лицо.

– Да, – решила подыграть я, немного смущаясь. – О-о-очень, очень, бу! – я подняла руки и скрючила пальцы. – Слушай, будем честны, та чертовщина напугала меня до безумия, и я даже не хочу знать, что это было – только убраться отсюда. Вот, я сказала… А теперь мне бы такси.

– Пф, – коротышка повёл носом. – Пришли, – он галантным жестом открыл дверь, возле которой мы остановились, и я с разочарованием не обнаружила за ней ни гардеробной, ни гримерки.

Лишь огромная комната с кроватью, столиком и открытой террасой – везде благоухали цветы, стелющиеся по каменному полу и оплетающие две колонны по бокам от выхода на улицу, и… Мать моя женщина, чёрный кот! Тот самый, с левой белой лапкой! Лежал посреди кровати и облизывал её.

– Это… Это он! Он украл мои пирожные!

Глава 2. Рот, которым он разговаривает

– Мадам, я должен привести лекаря, – скривился Фернис, пока я стояла с открытым ртом и тыкала пальцем в наглое животное. Ох, горелые коржики, кажется, он облизывал с лап крем! Мой фирменный!

– Но м-мои пирожные…вчерашний кот…

Фернис посмотрел на меня ещё с секунду, а потом закатил глаза и громко хлопнул дверью, оставляя нас с котом наедине.

– Ах ты гадина! – зашипела я, разворачиваясь к нему. – Дать бы тебе тапком по чумазой морде, да времени жалко.

Я глубоко вдохнула, пытаясь очистить разум от гнева, как учили на курсах медитации. Держи себя в руках, Карина.

Кричи-не кричи, а заказ не вернуть, только время потрачу. А ещё нужно как-то выбираться отсюда и успеть приготовить новый.

– Приветствую, дамочка. Ну и навела ты шороху.

Я вздрогнула, резко оборачиваясь к двери. Даже не скрипнула! Хорошо, что я не успела начать переодеваться.

Однако в комнате по-прежнему было пусто.

– Кто здесь?

– Я прямо за твоей спиной, – прошептали зловеще, и я быстро развернулась, хватаясь рукой за сердце. – Шучу. Я на кровати.

Сердце грохотало уже где-то у горла, а от страха начинала кружиться голова.

– Это не смешно! – крикнула я в пустоту комнаты, никого не обнаружив возле чёрного кота.

– Похоже, что я смеюсь? – голос шёл прямо из пасти животного, пока тот самозабвенно вылизывал одну лапу, завалившись на толстый бочок… Я задрала голову, не отводя взгляда от кота и делая шажок назад. – Очень вкусные пирожные, к слову. Сама делала?

– Да, – зачем-то ответила я машинально, а потом затрясла головой, пытаясь избавиться от наваждения. – Да что тут происходит?!

– Это я перенёс тебя сюда, – с гордостью ответил кот, выпуская один коготь и пытаясь подровнять его зубами. – Я проводник, дамочка, а ты была нужна этому миру.

– Этому? – медленно повторила я, сомневаясь в своей адекватности. Меня разыграли?

– Ага. Жить тебе теперь в личине злобной ведьмы. Но ты девка славная, быстро смекнёшь, что делать, и вуаля.

– Вуаля… – опять повторила я, прищурившись. Звук шёл из кота. Может, он игрушечный? А внутри встроен динамик. Я точно не чокнулась!

Мысль пришлась мне по нраву. Я облизнула губы и двинулась на животное, на ходу стаскивая с рук перчатки, пока желтые глаза кота медленно расширялись, заняв к концу моего наступления уже добрую половину морды.

– Ты чего это удума… – начал он, пытаясь было отползти к подушкам, но я быстро схватила его за задние лапы и дернула на себя, силясь нащупать устройство. – Эй! А ну пре… Ааа!

– Да что же это! – прорычала я, злясь уже на всё на свете! Мягкий, зараза, прям как настоящий! – Что ещё за чертовщина!

Я завопила от отчаяния и принялась трясти кота, подхватив под передние лапы. Галлюцинации, что ли, у меня?!

– Пусти, ведьма! Я достопочтенный проводник, блоха тебя побери! – вопил кот, цепляясь лапами за мои руки и угрожая расцарапать кожу.

– Да как ты это делаешь?! – закричала я, во все глаза смотря на вибрирующую шею животного при разговоре. Звук шёл точно из пасти! – А ну скажи ещё что-нибудь! – на этот раз я сомкнула руки на его шее, и кот принялся орать, впиваясь когтями в мои пальцы. – Ай!

Животное упало на постель, перестав кричать, а потом выпучило глаза и принялось давиться. Будто от шерсти. Кажется, все-таки настоящий. И я его-таки придушила.

– Кхаааа, – хрипел кот, выгибаясь в спине вверх-вниз, и я подавила порыв скинуть его с кровати. Не хватало ещё на чистом белье выплеванных комков шерсти.

– П-прости, котик, – прошептала я, закусывая губу. – Я думала, ты ненастоящий. Дыши, дыши…

– Ты ещё и тупая! – заверещало животное, выпучивая глаза сильнее. – Ты у себя там в мире заказы на тортики принимала или на убийства?!

Я поморщилась от визгов и присела на край большой мягкой кровати. Может, водички ему предложить?

– Чуть жизни меня не лишила! – кот продолжал метать на меня злобные взгляды, пока хрипы его становились тише, а визг громче. – И кто после этого гадина!

– Прости, – повторила я, пытаясь унять дрожь рук. Все-таки чокнулась. А кот разговаривает. А я чокнулась. А кот…

Пока я смотрела в стену, мысленно борясь с собственным сумасшествием, он отдышался и прилёг, задрав одну пушистую ногу за голову. И, как ни в чем не бывало, принялся вылизываться.

– Что-то не устраивает?! – рявкнул кот слишком уж враждебно, когда я покосилась в его сторону. Мальчик.

– Ты этим ртом только что со мной разговаривал, – заторможенно произнесла я. А внутри содрогнулась от самого факта разговора с животным. Ты так только подкармливаешь своё безумие, Карина! Соберись уже!

– Поглядите, какая неженка тут сидит, леди, – издевательски протянул кот, и мне почудилось, что он даже искривил пасть. – А была ли ты ею, когда кинулась душить меня минуту назад?

Я икнула, прикрывая глаза. Мамочки! Он исчезнет, если не давать повода воспалённому мозгу.

– Посмотри в зеркало, леди! – зло рявкнул кот, беспардонно врываясь в мой пытающийся абстрагироваться разум. – Видит небо, я хотел быть терпеливым и не шокировать тебя сразу, а теперь – быстро раскрыла глаза! Живо!

– Заткнись! – завопила я, зажмуриваясь сильнее. – Ты ненастоящий! Убирайся прочь!

– Сама заткнись! – оскорбленно закричали мне прямо в ухо. – Ты ещё хуже ведьмы, зря я сочувствовал тебе!

Я завизжала, вскакивая с кровати, когда на колени мне приземлилось что-то тяжелое и мягкое. И тут же встала как вкопанная, уставившись в непонятно откуда взявшееся посреди комнаты зеркало во весь рост.

Там стояла женщина. Почему-то на её лице очень странно было видеть страх. Будто он был для него чужд.

– Смотри-смотри, – ехидно протянул кот, когда я попятилась. – Привыкай.

Высокая, статная, сильная. А в глазах дикая паника, не вписывающаяся в картинку. Женщина в зеркале приоткрыла красивые красные губы синхронно со мной. Нет… Подняла руку, утёрла слезинку. Всё вместе со мной. Я не хотела верить этому. Но после говорящего кота силы остались только смотреть и осознавать.

Чёрное платье в пол, такие же чёрные волосы, уложенные в прическу, острое, хищное лицо. Аристократично бледное. И льдисто-голубые глаза, от которых так и веяло холодом.

Я аккуратно тронула волосы и тут же отдёрнула руку, когда под чернотой показалась прядка другого цвета. Всего одна, пронзительно белая. И ни намёка на мои светлые волосы.

– Ха, – слабо выдохнула я, роняя руки плетьми вдоль тела. Чужого тела. – Я ухожу. Я домой.

И усмехнулась, чувствуя, как тяжелеют веки, ноги слабеют, а мысли разбредаются прочь, освобождая голову. Пора бы просыпаться. Бредовый сон.

Я рухнула в темноту, проклиная напоследок чёрного кота, что украл мои заказные пирожные.

Глава 3. Люцитор к вашим услугам, мадам

Кто-то распылил ледяную воду прямо в мое лицо.

Я вскочила, как ошпаренная, и принялась оглядываться по сторонам, пока взгляд не зацепился за довольную моську чёрного кота. Он держал в лапке маленький кувшин и ехидно усмехался, вытирая второй лапой намокшие усы.

– Фу, прямо изо рта? – спросила я, кривя губы и пытаясь вытереть лицо.

– Доброе утро! – ехидно протянула животина и деликатно промокнула непонятно откуда взявшимся белым платком мокрую пасть.

– Как жаль, – разочарованно сказала я, прищуриваясь. – Ты мне не приснился.

– Это мне жаль, что связался с тобой.

– Да кто тебя просил!

В голове было странно пусто, будто кто-то нажал на переключатель. Страх отошёл на второй план, а моё положение уже не казалось таким ужасным.

– Король, известно кто, – фыркнул кот и прикрутил огромный красный драгоценный камень к основанию кольца, довольно мурлыкая. – Угомонилась? Лошадиную дозу успокаивающего зелья на тебя потратил. Чуть и на себя пролил... А такими штуками баловаться в приличном обществе благородному магу – моветон, к слову...

– Благодарить не буду, – проговорила я, с интересом рассматривая свои пальцы. Таких длинных ногтей в жизни не носила, не для моей это профессии. Поэтому мне даже понравилось. Слишком готично на мой вкус, но и в этом есть свой шарм. – Как, говоришь, я сюда попала, котик?

– Наконец слышу правильные вопросы, – забрюзжал он, щурясь.

Я вновь подошла к зеркалу, с интересом рассматривая своё новое лицо.

- Выходит, это правда я. Как так вышло?

На вид этой красивой женщине было лет тридцать. Взрослая. И выше меня. Крепче.

– Такая молодая, а уже седая, – белая прядка выбилась из причёски и теперь удобно расположилась между моих пальцев. Я покрутила её и заправила за ухо, воровато оглядываясь, будто настоящая хозяйка могла стоять у меня за спиной и дать мне по рукам за такую наглость.

– Мориэлла-то? – неожиданно прыснул кот за моей спиной. – Да эта ведьма младше меня всего-то на…- он неожиданно замолк, будто не смог припомнить точную цифру. - Не смотри на оболочку, дитя. И я, и она видели, как рушатся империи в вашем мире, как рождаются новые, как поколения сменяют друг друга, а мы застыли в бессмертии и будем существовать, покуда магия будет течь по нашим венам, - кот прокашлялся и закрутил длинный ус. - А эта прядь у неё с рождения, её тетка даже созывала совет по этому поводу с моим предком, хоть мы и враждуем.

– А зачем созывала?

– Её дражайшие родственницы боялись, что в ней течёт белая магия. Но это просто генетический сюрприз в их черноволосой династии, так он сказал. И зря, может придушили бы её ещё тогда в колыбели и избавили меня от проблем в будущем, – теперь кошачий голос показался мне усталым.

– А ты, выходит, важная шишка в этом мире? И часто бывал в моем?

– Так и есть, – желтые глаза довольно блеснули. – Люцитор к вашим услугам, мадам.

– К моим услугам, – я улыбнулась и потёрла ладони друг о друга. – Отправляй меня домой.

– Это был акт вежливости, клуша, – фыркнуло животное, спрыгивая с постели. – Останешься здесь, пока не выполнишь свою задачу.

– Какую ещё задачу? – я почесала нос – прямой и совсем без веснушек, к слову! – и недовольно уставилась на Люцитора, нет-нет да и косясь время от времени на женщину из зеркала, в чьём теле я очутилась. Невольно вздрагивая от своего же взгляда. В нём так и угадывалось что-то злодейское! Немудрено, что вчерашние бедолаги шептались и разбегались, стоило ей – то есть мне – зашагать в их сторону.

– Короля слушала, деточка? Будешь надзирательницей на отборе и женишь принца. Парень уже два отбора сорвал, а его магия не приняла избранниц.

– То есть – не приняла? – спросила я зачем-то шепотом. Кот сказал об этом таким зловещим голосом, что я тут же нафантазировала, как бедняжки спасались из дворца бегством и едва живые.

– Магия наследника хаотична и разрушительна, – ответил кот, чуть подумав. – Про кольца ты уже слышала.

– Ага, – кивнула я, вспоминая огромный желтый камень, рассыпавшийся прямо на руке парня.

– Ох, придется рассказывать сначала, какая морока, – Люцитор мученически застонал, будто у него и без того полно своих кошачьих дел, и уставился в окно. – Будешь должна мне связочку бананов.

– Притащил меня сюда, так возьми ответственность, – зашипела я.

- Начнем с того, что королевский дом Света уже сотни лет не устраивал отборы для своих наследников, - он развел своими маленькими лапками, поймав мой внимательный взгляд. – Если честно, так и хочется тебя обезглавить, - вдруг произнес Люцитор, резко выпуская когти. – Можно и запамятовать, что в теле этой гадины сидит невинная овечка. А как сейчас беззащитно её тело…

- Так не забывай, - возмущенно воскликнула я, обнимая себя руками. – Ты жуткий!

Кот недовольно цокнул, устраиваясь на постели поудобнее.

- Итак, перестали устраивать отборы. Что там дальше… Ах да, в этой Сфере живут только светлые маги и их потомки, пусть и многие теперь без особых способностей, но… В общем, иммунитет у них к белой магии! И женятся тут все направо и налево без особых трудностей. Кроме бытовых, само собой. Ох, была у меня как-то светлая магиня…

- Не отвлекайся.

- И всплыла, - недовольно закончил кот. – Ни капли магии без артефактов-помощников, а тупа-а-а-я… Но это только плюс. Ревнивая была, не без оснований, конечно, но могла бы и…

- История, кот, - я начинала терять терпение.

- Отпрыскам королевских семей уже давно разрешается заключать браки по любви, хотя кто в нее верит-то в наше время, да? Все единокровные сестры принца Аластора уже повыскакивали замуж, а вот наследник… - голос кота стал тише. - Его магия отвергает магию невест, вот что. А какой брак без слияния магии, спросишь ты? А никакого!

- Не спросила бы, - нахмурилась я. – Что еще за слияние?

- Брачный ритуал. Магия принца другая, смертоносная, и при слиянии убьёт любого, чья магия с ним не срезонирует. Так случилось с его другом детства. И почти случилось в прошлые отборы – король в отчаянии, а принц не хочет жениться. И потому мы с тобой здесь.

- Ты сказал «с другом»? – удивилась я. – Я в общем, не ханжа, но как же мне тогда выполнить задание и женить его? Это заведомо невыполнимая задача, хитрый ты кот!

- Ничего такого, – отмахнулся Люцитор. – Это была какая-то клятва вечной дружбы с порезами на ладонях. Детвора балуется, сливают кровь и магию. Ну эти, наивные детишки, верящие в бескорыстную дружбу, вечную любовь и верность, ты знаешь, - он хмыкнул, снисходительно махнув пушистой лапой.

Я промолчала. Кот-циник, подумать только. Они бы спелись с моей бабулей.

- Так при чем тут эти отборы?

- Столетия назад короли устраивали их для поисков истинной пары, потом просто для поиска выгодной партии, а чуть позже пары просто перестали существовать в мире светлых. Есть и сейчас, конечно, но в Сфере тёмных магов. Там только сунься к другому – и чужая магия тебя в порошок сотрет при слиянии. Поэтому темные маги держатся особняком от всех остальных Сфер. Давненько я там сам не был, кстати. Вот смотаюсь в Парящую, задокументирую переворот у драконов, и навещу туманные земли. Мориэлла из Сферы темных, к слову, из Сферы Тени и Крови.

- Драконы?! Боже, у меня голова трещит, - я зажмурилась, принявшись растирать виски указательными пальцами.

- Забудь, они не из нашей истории. Так вот, - кот театрально откашлялся перед тем, как продолжить. – Король всерьез беспокоился за принца и поручил чародею королевского двора исследовать его магию, после чего и получил пренеприятнейшие известия – дар мальчишки «сломан»! – тут кот сделал устрашающий голос, подняв вверх две лапки с выпущенными когтями. – Разрушительная и хаотичная магия не только постепенно убивает самого Аластора, но еще и опасна для окружающих. Поэтому старик обратился к древним легендам и вашему покорному слуге, - Люцитор усмехнулся, закручивая особо длинный ус на своей морде острым коготком.

– И что же ты придумал?

– Нашел выход, само собой – истинная пара! Если магия темная, то и подход к ней нужен, как у темных. Баланс для магии Аластора – слияние с магией пары. Уравновешивание хаоса и жажды разрушений. Гениально, да? А всё гениальное что? Верно. Просто!

Кот щелкнул когтями в воздухе и захохотал, как безумный ученый из старых фильмов.

- Не совсем, - протянула я, прищуриваясь и с сомнением поглядывая на него. – И при чем тут пирожные и я?!

- Ты? Не знаю, - мне показалось, или кот пожал своими меховыми плечиками? А потом вытянул губы трубочкой, насколько это было возможно, и отвел глаза. Мой глаз бешено задергался. – Я просто гулял, проголодался.

- Что?! – я опять сорвалась на визг, резко выбросив руки в сторону шеи блохастой гадины. – Возвращай меня, возвращай!

- Убрала лапы! – зашипел Люцитор, выгнувшись в спине и ощетинившись. – Тронь меня – и останешься куковать тут вечно, глупая человечка! Сидеть!

Кот заорал так властно и громко, что я и не заметила, как очутилась на краю постели. Сложила руки на коленях и захлопала глазами, стараясь не расплакаться.

- Наиприятнейшее зрелище, Мориэлла, - зловеще захохотал кот, вмиг теряя устрашающий вид.

- Я Карина, - обиженно прошептала я, утирая нос.

- Ты здесь, потому что я не доверяю хитрой ведьме, - вполне серьезно сказал кот. Возможно, впервые за всю нашу беседу. – Она единственная, кто смог сдерживать магию принца, сильнейшая из ведьм на этот момент.

– Но это ведь третий отбор? Как справлялись в первые два?

– Третий и самый опасный, – кивнул кот. – Магия мальчишки становится сильнее с каждым днём, и уже к концу второго отбора чуть не разрушила бальную залу – после того происшествия с попытками женить его был сделан перерыв, придворные маги думали, как обуздать эту напасть. И нашли того, кто сможет её контролировать. Король нуждался в ведьме, а я решил сделать её саму и её магию послушнее… Сговорчивее. Сделал кое-что, о чем не следует знать никому, особенно старому королю. И если простыми словами – облажался.

- Как же? – прищурилась я.

- Заключим пакт? – кот проигнорировал мой вопрос и запрыгнул на столик рядом с кроватью. – Ты выполняешь обязательства ведьмы, а я возвращаю твоё тело.

- И всё? – спросила я подозрительно.

- Найди истинную судьбу принца и жени его в конце отбора – и я верну тебе тело и дом.

– Но как я смогу это сделать? – сердце гулко забилось в груди от мысли, что я ещё увижу свою квартиру и продолжу жить обычной жизнью.

– Боги в помощь, – усмехнулся кот, а я едва не запустила в него подушкой. – В прямом смысле, дурында! Богиня-покровительница этой Сферы кое-что прислала в дар королевской семье. Потом расскажу. Идёт?

Кот полоснул по лапе когтем и протянул ее мне. Я посмотрела на неё с подозрением, а потом сделала глубокий вдох.

- Идет.

- И еще одно, - произнес Люцитор серьезно. – Никто не должен знать, кто ты и откуда. Теперь ты Мориэлла, верховная ведьма темной Сферы.

Когда капля крови появилась на моей ладони, мы скрепили пакт рукопожатием.

Глава 4. Злобное отродье под юбкой

- Мадам Мориэлла? – наш разговор с котом прервал настойчивый стук в дверь. – Я привел дворцового лекаря.

- Входите, - сказала я, когда кот кивнул и спрыгнул на пол.

И через секунду в покоях оказался Фернис с уже привычным недовольством на лице и высокий мужчина лет пятидесяти. Он стоял за спиной низкорослого слуги и вжимал голову в плечи, будто стараясь уменьшиться в размерах и затеряться.

- Приношу свои извинения, мадам, - сказал он, прочистив горло. Бедняга страшно заикался и шепелявил, дрожа, как осиновый лист. – Я заставил вас ждать.

- Не мог решить, кого боится больше: короля, чей приказ не хочет выполнять, или ведьмы, - помог ему Фернис.

- Н-н-нет! – закричал лекарь, с такой силой сжимая плетеную корзину в руках, что вся кровь отхлынула от его пальцев. - Эт-то не т-так!

- Решил, что короля.

Фернис всё не затыкался, и теперь на мужчину страшно было смотреть. Его губы бесшумно двигались, как если бы он читал молитву.

- Это я должна извиниться, что заставила о себе волноваться, - сказала я спокойно, – Со мной уже всё в порядке, можете идти.

Лекарь изумленно поднял голову, с недоверием посмотрев мне в лицо.

- С-спасибо, - прошептал он едва не со слезами на глазах, и это так тронуло меня, что я подошла ближе, положила свои руки поверх его, сцепленных в замок на ручке корзины, и сжала, улыбнувшись.

- Это вам спасибо, как вас зовут? – я попыталась улыбнуться еще более радушно.

Откуда-то снизу раздался душераздирающий вопль. Кот бесновался, зыркая на меня желтыми глазищами.

- Леонарт, - сказал лекарь едва слышимым голосом, попятившись назад, пока наш контакт не прервался. - Д-до встречи.

И убежал так быстро, насколько ему позволили его трясущиеся ноги.

Я вздохнула, посмотрев ему вслед. Дружбы не вышло, полагаю.

- Мадам, что вы задумали? – позади загнусавил уже ненавистный голос. Я сжала губы и резко повернулась в его сторону.

- Ничего, мне уже не нужен лекарь. Я здорова.

- Это я вижу, - прищурился слуга, сцепив руки за спиной и вытягиваясь на носочках, пока его глаза оказались на уровне моего подбородка. И я тут же его подняла, еще сильнее выпрямив спину. Противный коротышка! – Но если вы здоровы, тогда что же с вами случилось?

- О чем это ты?

- Никто не ждал Леонарта живым из ваших покоев,- сказал Фернис, задирая длинный крючковатый нос.

– Меня здесь боятся, да? - зачем-то уточнила, закусывая губу.

– Все слуги запаслись защитными артефактами и спровадили детей за стены замка на время вашего визита, - монотонно сообщил слуга и двинулся к двери. – Вам что-то еще понадобится? Встреча с королем состоится завтра утром, мадам.

- Нет, ничего, - ответила я заторможенно, сглотнула и посмотрела на собственные руки. – Почему меня боятся? – быстро выкрикнула я ему вслед, пока Фернис еще не успел скрыться за дверью.

Внизу опять послышался кошачий рёв, и я отодвинула кота ногой.

- Вы у меня спрашиваете? – удивился слуга, хмуря свои редкие брови с проплешинками.

- Мне просто любопытно, что обо мне думают люди из этой Сферы, - скороговоркой выпалила я.

Кот залетел под мою юбку и вцепился в ногу острыми зубами так сильно, что я закричала, выкинула атакованную ногу вперед и уцепилась рукой за косяк двери. Кот вылетел в коридор, и глаза Ферниса увеличились раза в два, пока он переводил взгляд с убегающего кота на мою вытянувшуюся в струнку от боли фигуру. Но я тут же прокашлялась, поправляя на себе юбки платья и непринужденно облокотилась на косяк, на который до того упала, локтем.

Мужчина проморгался, провожая кота взглядом, а потом наконец посмотрел на меня.

– Полагаю, вам будет приятно услышать, что простолюдины здесь используют ваш образ для страшилок на ночь своим детям, мадам?

– Как лестно, – улыбнулась я.

- Мадам, раз уж у вас сегодня такое настроение, - заговорщицки начал Фернис, оглядываясь по сторонам и облизывая нижнюю губу. – ходит много слухов, но… Может, вы могли бы рассказать мне о том самом… Клянусь, я – могила! – он понизил голос и закрыл рот на замок невидимым ключиком, а потом выбросил его.

Теперь в его глазах был неподдельный интерес, а обычное высокомерное пренебрежение к окружающим, кроме короля, само собой, куда-то пропало. Что меня даже чуть-чуть взбесило. Низкорослый сплетник! На замок, как же. Да по его взгляду и бьющейся жилке у виска всё уже стало понятно.

- О каком таком, Фернис? – спросила я, прищурившись.

Слуга сглотнул, уловив изменения в моем голосе, но не отступил. Интерес в нем оказался сильнее страха.

- О вашем суженом, мадам, - быстро сказал он полушепотом. – Ведь именно после того вашего, - он прочистил горло и промокнул резко вспотевший лоб коричневым платком, - греха много столетий назад вас стали называть ведьмой без сердца. Кто еще способен так поступить с тем, кто предназначен ему небесами…

Последнюю фразу Фернис провизжал, потому что в мгновение ока оказался в коридоре, прямо перед захлопнувшейся перед его длинным носом дверью. А его место занял тяжело- дышащий черный кот со злобным взглядом.

- Ты что устроила, тупица?! – завопил он, виляя стоящим колом хвостом. – Какого черта ты болтаешь, когда я сказал вжиться в роль и никому ничего не рассказывать?

- Я и не рассказывала, - я пожала плечами, складывая руки на объемной груди. И не смогла сдержать ехидной улыбки, несколько раз поелозив по ней локтями. Вот эту часть я определенно забрала бы с собой обратно в привычный мир.

- Скажи ему, что не настроена лясы точить. Пусть проваливает.

- Фернис, я ненавижу сплетников, убирайся, - прокричала я в закрытую дверь, ничуть не желая спорить с котом. В конце концов, я и сама не очень хотела общества коротышки. Какая-то недобрая у него была аура.

- Не смей больше так делать, - устало проворчал кот, проходя мимо меня к постели. – Королевский слуга совсем не глуп, не суди по облику.

- Вот уж после знакомства с тобой никогда не стала бы. И чего это ты раскомандовался? – я поджала губы и вздернула нос, пока кот топтался на месте вокруг себя, как самый обычный.

- Зафиксируй это выражение на своем личике на весь месяц отбора и не высовывайся. Ты – злобное отродье, сравнимое по силе ненависти ко всему живому лишь с повелителем Преисподней из Сферы Хаоса и его дочуркой. Запоминай и не добавляй мне проблем.

- Сфера Хаоса, - пропела я благоговейно, – Там тоже драконы? Или темные маги?

- Там будешь ты, когда однажды я сверну твою шейку, Мориэлла, - недовольно пробормотал кот, заставляя меня вновь обхватить себя руками.

- Злобное отродье – это ты!

- Да-да, - отозвался Люцитор устало. – Если мешать медовый эль и ежевичную поэлью – появится белочка, а если сдуру перемешать заклятия – всё будет намного хуже. Появишься ты!

Я оскорбленно прижала руку к груди и ахнула, когда кот стрельнул в меня недовольным взглядом.

- Я ничего плохого не сделала!

– «Спасибо, вы так добры, не стоит беспокоиться», - передразнил Люцитор, сделав тонкий голосок, и принялся кататься по полу, словно нанюхался валерьянки, а потом вскочил на четыре лапы и зашипел. - Просил же вжиться в образ!

- Это воспитание.

- В топку его!

- Ладно, хватит, - выдохнула я, сжимая переносицу пальцами. – Я буду аккуратнее. О каких заклятиях ты говорил?

- Ты всё равно не поймешь, - отмахнулся блохастый, заставив меня заскрежетать зубами. – Главное, чтобы король ничего не заподозрил. Я поступил опрометчиво, но всё исправлю, если выполнишь свою часть уговора. Большего тебе знать не обязательно.

Я промолчала, пообещав себе докопаться до правды, хотел того Люцитор или нет. В конце концов, это меня сюда без спроса затащили.

- А она убийца? – спросила я, вспомнив слова Ферниса. – Поэтому её так боятся? А еще у нее тоже был суженый… И она его… - я сглотнула, не в силах произнести это вслух.

- Да, она его, - просто ответил кот, прищурившись.

Я еще раз посмотрела на свои новые руки с длинными ухоженными ногтями бордового цвета. Цвет крови, довольно символично.

И натянула поднятые с пола черные перчатки. Совсем не хотелось смотреть на руки убийцы. Впрочем, как и пользоваться ими, но разве ж у меня был выбор?

- Чего скисла? – внезапно спросил кот, приблизив к мордочке свой хвост и нахмурившись, словно на нем могли висеть невидимые наручные часы. – Уже поздно. Завтра аудиенция у короля, где ты озвучишь свой положительный ответ, а потом, - он задумался, почесав лапой подбородок. – придется опять встретиться, потренируешься на мне в запечатывании магии. В конце концов, ради этого ты и здесь. Бывай!

Кот растворился в воздухе так быстро, оставив после себя светящееся белое пятно на полу, что я не успела даже ответить. И застонала от отчаяния, падая на постель спиной. Ну и денёк. А могла сейчас кексики готовить.

Я подняла руку и растопырила пальцы, закрывая глаза от света. Посмотрела еще раз на руку безжалостной ведьмы. Дрогнула ли она, когда убивала своего жениха? И почему так поступила?

Я мотнула головой, поняв, что не хочу этого знать. Слишком жестоко. И перчатки снимать не хочу тоже. Буду спать в них. Я заползла на кровать, прижала к себе коленки и закрыла глаза, представляя себя вновь дома, на уютной кухоньке.

Осталось только найти принцу Аластору его истинную судьбу, и я распрощаюсь навсегда с этим порочным телом.

Глава 5. Дева с белыми змеями

Девочка сидела на холодной земле и что-то рисовала корявой палкой. Лицо её было сосредоточенно, губы плотно сомкнуты, а в голубых глазах её с каждым движением кисти, с каждой закорючкой в рыхлой земле, зажигались красные всполохи, словно от пламени. Голова её была опущена, и черная челка с белой прядью спадала на глаза, закрывая их от любого, кто мог оказаться здесь в такой час.

Пахло благовониями и сыростью. Ночь была темна, а алая луна мягко освещала дрожащую от скопления магии землю.

- Эй! – звонкий возглас заставил девочку остановиться и нахмуриться -– Что это ты тут сидишь, Элла?– спросила пришедшая ведьма со смехом, а через секунду его подхватили и другие, вставшие позади неё. Так, что тени упали на незаконченный рисунок.

- Моё имя - Мориэлла, - ответила девочка спокойно, не поднимая головы. Она ненавидела, когда имя, данное ей умершей матерью, уродовали.

- Мориэлла? - сестра ковена, что окликнула её, вышла вперед, почти вторгаясь в письмена на земле и едва не наступая на юбки платья Мориэллы. Она постучала бледным ногтем по губе и весело осклабилась. – А я лучше буду называть тебя Подкидыш. Оно подходит гораздо лучше.

Мориэлла стиснула зубы и подавила порыв вонзить остриё палки в туфельку, которая зашла за магический круг. Присутствие толпы нарушало единение с магией, сбивало настрой, поэтому Мориэлла притворилась, что она здесь одна и проигнорировала смех. Она прищурилась и обмакнула кончик палки в стоящую рядом склянку с перетертым вместе с языками ундин и яйцами змей жемчугом. Крошка переливалась в свете луны и свечей и блестела на земле – три круга одинакового диаметра и письмена на позабытом гхдорском.

Они дались ей далеко не с первого раза – на заучивание заклинания ушло несколько недель. Ритуал надлежало проводить в змеиный час, за день до лунного затмения, и другого шанса не будет. Бедро жгло от царапин, и кровь тоненькими струйками стекала вниз, пока не впитывалась в платье, - повторять подобное тоже не особо хотелось.

- Уходите.

- Что это? – внезапно голос девочки стал брезгливым, и она подошла чуть ближе, заступая башмачками за ту незримую линию, что Мориэлла провела между собой и всем остальным миром. Чужое присутствие рядом было ей невыносимо. – Девочки, вы это видите? Ты поэтому прогуляла последнее учение, мерзавка?

Большинство их занятий сводились к взаимодействию с природой, а в этом для Мориэллы не было никакого толку, природа была глуха к ней, и магия ведьмы отвечала ей взаимностью. Поэтому Мориэлла выкрала книгу с заклинаниями из кабинета мадам Широ и выжидала, когда старейшина закончит последнее на сегодня учение и уйдет.

- Что там? – несмело спросил кто-то из толпы девочек в аккуратных пышных черных платьях. На их лицах уже было написано порицание. Достойные юные ведьмочки. Бесталанные и высокомерные.

- Она рисует белые круги на земле! Что это, Подкидыш? Выглядит мерзко, как и твои волосы.

Мориэлла вздрогнула, а потом натянула на голову капюшон. Обида кольнула внутри, но лицо всё так же оставалось бесстрастным. Любые их слова были недостойны её внимания. Значение имел лишь ковен, а он, в большинстве своём, принимал её, уважал имя её матери и род Матрэ. Никакое клеймо не было способно сделать её изгоем в собственной семье, даже белая метка, пришедшая с ней в этот мир.

- Уходите, - повторила Мориэлла, не останавливаясь. Потрескивание огня свечи, шелест от ветра, сияние алой луны, погребающее под красным пологом всю эту безжизненную поляну – только это имело значение. Пыль жемчуга на палке, заклинание, расцветающее кроваво-красным внутри, магия, переполняющая сердце, сжимающая ребра до боли, до хруста, соперничающая с органами внутри, едва не разрывая их своей мощью, но лишь до момента, как она родится. Выйдет через кожу, покинет тело и сорвется с дрожащих пальцев вниз. Войдет в перламутровые круги на земле и заполнит легкие едва слышимым запахом состоявшейся магии.

Мориэлла была рождена, чтобы колдовать. Пусть и не черпала магию из природы, но сейчас чувствовала её внутри, словно собрала отовсюду сразу, и хотела отдать обратно этому миру.

- Это запретная магия, – ужаснулась сестра ковена, в брезгливости отшатываясь. Жестоко вторгаясь в ритуал и заставляя Мориэллу заскрипеть зубами от злости. Творящаяся магия – это то, ради чего она жила, собирая по крупицам силу и взращивая её внутри. Обуздывая свой неудобный дар и усердно учась. Они не знали каково это! И черные туфли рядом заставили её захотеть сделать их обладательнице очень больно.

Та скривила лицо и заправила прядь волос за ухо, прежде чем наклониться к земле и загрести рукой комок грязи побольше. Девочки рядом побросали свои книги и тоже начали наклоняться, подбирая кто камни, кто грязь, и заливисто смеясь. И с каждым предметом, не участвующим в ритуале, но долетающим до её идеально-ровных кругов, Мориэлла чувствовала как что-то обрывается у нее внутри. Наверное, так чувствует себя мать, у которой отнимают её дитя.

Как ребенок, магия растет внутри, набирается сил, жизненной энергии её носителя, впитывает его эмоции и чувства, чтобы в один момент выплеснуться наружу и покинуть родителя, послужив великой цели или оставив отпечаток после себя на многие столетия. А теперь её магию запятнали.

- Это белая магия, Подкидыш? – продолжала девочка, высокомерно щурясь и явно наслаждаясь ступором, в который ввела Мориэллу. – Гадость! Твоя мамаша точно нагуляла тебя на острове Обреченных или в Сфере светлых! Мама говорит, богиня поэтому забрала её, а тебя оставила для искупления грехов. Это ведь белая магия, признайся? - завизжала она на Мориэллу.

- Почти, - безжизненным голосом отозвалась та, не отбиваясь от камней и обвинений и лишь спокойно дочерчивая последний белый круг на земле.

А в следующее мгновение из него в этот мир выполз целый клубок ядовитых белых змей. Выскользнул из своего измерения, шипя и извиваясь, и направился к горстке закричавших девочек. Бедро защипало от боли. Кожу жгло, носа коснулся запах горелой плоти, но Мориэлла не шелохнулась - договор заключён. И даже сдобрен жертвой покрупнее пары капель крови, царапин на её ноге и тушки мертвого животного в свёртке позади.

Магия не была белой. Но определённо заслуживала внимания. Мориэлла улыбнулась и сложила руки на коленях, заодно отряхнув юбку от камней и грязи.

Теперь в криках не было оскорблений, ненависти или зависти. Лишь страх и мольба. И он ласкал её слух, как самая чудная колыбельная во всей Сфере Тени и Крови.

– Доброй ночи, – произнесла девочка напоследок и поднялась с земли, скоро собирая магические предметы и ритуальную пыль в котомку. На поляне наступила тишина.

Лишь змеи шипели, пируя на жертвенной плоти и поглощая остывающую магию в своё холодное нутро.

Глава 6. Змеи с чемоданчиками

Я резко села на постели с гулко бьющимся сердцем. В голове всё ещё звучали крики, слышалось шипение белых гадин и шелест деревьев, а перед глазами стоял кровавый туман, освещаемый красной луной. Я проморгалась, окончательно просыпаясь, и откинула покрывало.

– До чего странный сон, – я покачала головой и встала, чтобы потянуться. С каждой секундой сновидение стиралось из памяти, детали смывались, и вскоре я уже хлопала себя по щекам, наслаждаясь прохладной водой для умывания с плавающими в ней лепестками роз. Мне бы пришлась по душе вся эта утренняя романтика, не занеси меня черти куда. Я походила по покоям, пощипала себя за руки, и в конце концов ушла медитировать, пытаясь не сойти с ума.

– Мадам Мориэлла? – громкий стук в дверь мог бы напугать меня, не проснись я задолго до этого и не выпусти эмоции, на славу прорыдав на террасе. – Его Величество ожидает вас в главной зале.

Кажется, действие кошачьего успокаивающего зелья кончилось, и паника захватывала меня с новой силой. Я вновь и вновь возвращалась к зеркалу, надеясь увидеть хотя бы своё отражение. Пусть в чужом мире, но я хотела быть собой!

Но оттуда на меня всё так же смотрело надменное лицо, излучающее силу и превосходство. Даже белая прядь волос не делала его менее идеальным.

- Иду, иду, - вздохнула я, поправляя на себе вчерашнюю одежду. Не будет ли дурным тоном предстать перед королем в том же самом платье? Я думала над этим не дольше секунды, а потом плюнула и пошла, в чём есть. Пусть скажет спасибо, что не в моем любимом розовом кондитерском фартуке в горошек.

- Мадам, прошу, - в коридоре меня встретил мужчина в длинном коричневом фраке. Не Фернис, чему я была несказанно рада. Я его не знала, но коротышка бесил своей заносчивостью до зубного скрежета. И с чего бы, когда все другие люди в страхе прятали глаза, а некоторые даже разбегались? Он либо очень глуп, либо далеко не обычный слуга.

- Леди Мориэлла, - король радушно распахнул руки, будто приветствовал старого друга.

- Король, - сдержанно произнесла я, чуть наклоняя голову. Но не слишком сильно. Судя по тому, что сказал кот, ненависть ко всему живому – обычное состояние хозяйки этого тела.

- Надеюсь, сегодня вы в добром здравии? Должно быть, дорога в нашу Сферу утомила вас. Могу я рассчитывать на ваш ответ?

- Я… - король чуть вытянул голову, и я увидела каплю пота, медленно стекающую по его виску.

- Прежде, чем вы ответите, - его голос задрожал. Видимо, он расценил задержку в моем ответе по-своему, - я бы хотел принести самые искренние извинения за моего сына. Эти вспышки очень редки, обычно он их контролирует. Если бы вы посчитали это за нападение и ответили – боюсь представить, что бы вы с ним сделали, леди. Аластор – мой единственный сын. Потеряй я его – ничего в этом мире уже не будет иметь смысла.

К капле пота прибавилась еще одна.

Да его сын мокрого места бы от меня не оставил, не вмешайся он тогда… Но, судя по всему, мужчина думал иначе. И тогда он спасал вовсе не меня, а наследника от гнева мстительной ведьмы.

- Жаль, что вы не научили его сдержанности, - слова так легко слетели с моих губ, что внутренне я поежилась.

- Да-да, это полностью моя вина, - залепетал король, принимая из рук Ферниса белый платок. Промокнул влажный лоб и положил тряпицу на золотой поднос. – Я готов удвоить плату за свою просьбу. Только прошу о помощи, леди Мориэлла.

Его голос эхом прокатился по затихшей зале, и сразу после этого за моей спиной послышался взволнованный шепот.

- Я принимаю ваше предложение, - ответила я, отмечая, что в этот раз принца Аластора в зале не было. Неужто был наказан?

Шепот за спинами усилился, а лицо короля приобрело оттенок выцветшего пергамента. Но через секунду уже расплылось в счастливой улыбке.

- Благодарю вас! От всего своего отцовского сердца, - на этих словах Фернис бросил из-за его спины на меня такой злющий взгляд, что мне захотелось показать ему средний палец. Сам король не позволяет себе такого, а этот наглый коротышка!– Мы скрепим договор в Кровном зале после обеда, я распоряжусь, чтобы всё приготовили. А пока… Вы голодны, леди Мориэлла?

В животе после его слов заурчало, и я попыталась кивнуть, сохраняя достойный вид, как это сделала бы ведьма.

- Тогда предлагаю присоединиться к нам с сыном через полчаса. Вам уже доставили ваши вещи?

- Пока что нет, Ваше Величество. Где они?

- Мне помнилось, вы настояли, чтобы этим занялись ваши подручные. Мне отдать приказ?

- Запамятовала. Ничего не нужно, мы сами.

- Хорошо, - было видно, что король смутился, но быстро взял себя в руки. – Еще раз прошу простить моего сына, ему всего двадцать пять, он молод и глуп даже по человеческим меркам, - мужчина неловко улыбнулся, после чего тут же поджал губы. – Но когда он займет престол, будьте уверены, отплатит вам за помощь.

- Будем надеяться, - улыбнулась я через силу. – Пойду займусь вещами, Ваше Величество. Встретимся на обеде.

Едва я переступила порог залы, оставив за спиной целую толпу охающих и шушукающихся с испуганными взглядами людей, со мной тут же поравнялся Фернис. С таким видом, будто ведет на выгул нелюбимую собаку, доставшуюся ему в наследство от столь же нелюбимой жены. Судя по его сморщенному лицу – еще и вонючую.

- Ты что-то хотел, Фернис? – наконец не вытерпела я, складывая руки на пышной груди Мориэллы. – Избавь меня от созерцания твоей радости, будь добр.

- Лишь провожаю вас в ваши покои, леди Мориэлла, - проскрежетал слуга, облив меня еще большей ненавистью во взгляде, чем обычно.

- Дорогу знаю. Иди уже по своим делам.

- У меня их нет.

Я поджала губы, косясь на мужчину. Теперь он будет пасти меня до конца отбора? Слишком большой роскошью было бы заполучить от этих людей доверие.

- Будешь раздражать меня – заколдую.

Слова слетели с губ так легко, что я не успела даже их обдумать. Власть и сила развращают людей – это уж точно.

- После того, как вы заключили договор с королем с такой чудовищной платой – мне уже ничего не страшно! – внезапно выпалил Фернис, скривившись. Казалось, сейчас возьмет да и плюнет мне под ноги в знак своего протеста. Но мужчина сдержался и взмахнул своей реденькой шевелюрой, расправляя плечи.

- Мои услуги не бесплатны, знаешь ли, - тоже задрала нос я. – Я верховная ведьма, чтоб ты знал!

- Да даже Мать была бы скромнее в своих запросах, леди! Уж простите! Ни одна верховная ведьма не запросила бы цены, что король готов заплатить за спасение своего сына… Уж была бы моя воля, я бы вышел вместо него, так и знайте! При всём уважении!

Пока слуга кричал и эмоционально плевался, заставляя меня немного отклоняться назад и благодарить судьбу за то, что Мориэлла значительно выше Ферниса, у меня появлялось всё больше и больше вопросов.

- Хватит кричать, Фернис, ты плюёшься, - прищурилась я, когда мужчина остановился, пытаясь отдышаться и не словить инфаркт от переживаний. Хотелось расспросить обо всём здесь и сейчас, но я всё еще помнила острые зубы блохастого гаденыша в своей ноге. Ответы на все эти вопросы не знала Карина, но знала Мориэлла. И совершенно точно знал кот, испарившийся куда-то вчера ночью.

- Так и знайте, пусть вы и запугали всех в этом королевстве, но Фернис не из пугливых! – зашипел коротышка, и я внутренне возликовала, углядев впереди очертания своей двери. – Я буду бороться до конца! Я не оставлю своего короля, я…

- Иди отсюда, борец, - я замахала на него руками, пытаясь согнать, как надоедливую муху. – Мне нужно отдохнуть от твоей назойливости.

- Как пожелаете, леди, - выдавил из себя слуга. Но ушел ровно тогда, когда пальцы мои сомкнулись на ручке двери, не раньше. – Приятного отдыха.

Сказал, словно смерти пожелал. Я спокойно зашла внутрь, чтобы тут же удивленно отшатнуться назад.

Летающие белые змеи! С чемоданчиками!

И, кажется, они были до жути похожи на тех, которые сожрали целую группу подростков, что досаждали девочке в моём сне.

- Эй, Фернис! – завизжала я что есть мочи в спину удаляющегося слуги и подхватила подол платья, чтобы кинуться следом. – Это что еще за чертовщина! Змеи! Змеи! В моей комнате клятые змеи!

Только моя покойная бабуля могла знать, как я боялась этих длинных гадин. Однажды, когда я была маленькой, домашняя змея нашего соседа оказалась в нашей ванной комнате. Я прорыдала полдня, закрывшись на кухне и забравшись на стул с ногами, прежде чем бабушка пришла домой с работы и смогла пойти разбираться к безутешному соседу, уже распрощавшемуся со своей любимицей. Не знаю, кто в тот день рыдал сильнее – я или сорокалетний мужик, души не чаявший в своей гадине.

«Мариночка!» закричал он, еще сильнее заливаясь слезами, но в этот раз от радости, кидаясь к отыскавшейся.

Целый легион мариночек в месте, где мне еще предстоит жить и спать!

- Что такое, леди? – бросил Фернис, щуря один глаз и переведя взгляд за мою спину.

– Змеи! – опять завопила я, тыча пальцем в сторону комнаты. Да одного этого слова было достаточно, чтобы он тут же созвал сюда всю королевскую стражу, но мужчина подозрительно долго молчал, разглядывая меня уже двумя прищурившимися глазами.

- Хм, это какие-то другие змеи, леди?

- Какие?

- Не те, что прибыли с вами?

Я сглотнула, в ту же секунду осознавая еще одну свою осечку. Мои змеи, горелые ж коржики! Кто в здравом уме притащит с собой в другое королевство змей?

- Те, - ответила я заторможенно и прочистила горло, с гордым видом отпуская юбки платья и приглаживая их на себе, чтобы сразу же развернуться обратно в сторону своей комнаты. – Пока, Фернис. Хорошего дня.

- И вам…

Я сморщилась, мысленно обзывая себя последними словами, а потом сосчитала до десяти, прежде чем осторожно толкнуть дверь покоев.

Черные крылышки, наподобие тех, что я видела у летучих мышей, трепетали, нося змей по всей комнате и помогая им раскладывать вещи. В глазах у меня потемнело.

Теперь везде стояли какие-то пугающие предметы: высокое кресло из декоративных – надеюсь – черепов напротив столика со свечами, склянки, фолианты, посреди комнаты появился резной шкаф, а на прикроватной тумбе перламутровый колокольчик рядом с большой шкатулкой украшений. От светлой солнечной комнаты не осталось и следа.

Я прочистила горло и тут же пожалела, так как несколько десятков красных глазок в ту же секунду посмотрели в мою сторону, будто ожидая указаний.

– Приду, как закончите, - пискнула я, стараясь не грохнуться в обморок, и выскочила из комнаты, надеясь не встретиться лицом к лицу с подозрительным Фернисом.

– Где ж я так согрешила, – я обхватила себя руками, силясь выкинуть страшную картину из головы. Потопталась на месте, как бедный родственник, с опаской смотря на дверь, а потом двинулась по коридору. В сторону, противоположную той, что выбрал Фернис.

Теперь единственное темное место в этом замке – моя комната. А свет я любила. Здесь он был везде: мерцал в цветочных горшках вдоль сияющих стен, отражался от полупрозрачных одеяний слуг, переливался в картинных рамах даже в этом маленьком коридорчике. И наверняка заполнил бы темное сердце Мориэллы, будь она сейчас здесь. Моё точно наполнялось светом.

Изучая замок, я несколько раз встретила его обитателей, и никто не был рад этой встрече. Лучащиеся счастьем лица потухали, улыбка увядала на глазах, стоило лишь повстречаться им на пути. Как оставленные без солнца подсолнухи, головы слуг клонились к земле. И я надвигалась в их сторону мерзкой грозовой тучей, укравшей последний лучик.

Я вжимала голову в плечи всякий раз, стоило столкнуться с кем-то. А когда на пути замаячила очередная фигура в голубом платье – просто юркнула в первый же проход слева и свернула к цветочной оранжерее.

Вздох восхищения невольно сорвался с моих губ, когда я оказалась под навесом из плетущихся темно-красных роз. Он выглядел на целую тонну и по всем законам жанра просто обязан был свалиться на голову злой ведьме и придавить её под своим весом – настолько хлипким казались золотистые верёвочки, тянущиеся от стен и сдерживающие под собой эту махину из переплетенных цветов.

Вскрик, полный отчаяния и боли, заставил меня отвлечься от созерцания красоты.

Крики продолжались. Глухие, словно их пытались заглушить, но даже так они заставляли кровь стыть в жилах.

Меня тянуло вглубь оранжереи, несмотря на то, что пришлось продираться сквозь заросли с острыми шипами цветов, которые превращали рукава платья Мориэллы и её перчатки в рвань.

Глава 7. Боль в цветочном саду

Аластор стоял на коленях, прислонившись лбом и ладонями к холодной стене, и рычал сквозь стиснутые зубы. Губы его были искусаны в кровь, рядом валялись смятая рубашка и кольцо без сердцевины в крошке рассыпавшегося желтого камня – гелиодора. Его словно раздробили кувалдой и оставили на полу в надежде, что остатки разнесёт ветер.

Я прижала ладонь к губам, когда принц закричал вновь, вены на его шее и руках вздулись, а по спине и предплечьям заструились чёрные тени. Они распространялась по телу парня, погребая под собой бледную кожу, и испускали подобие чёрного едкого дыма.

Тени бушевали и явно делали Аластору больно – пот струился по его спине, шее и вискам, а принц кусал себя за руку, чтобы не кричать еще громче.

– Ваше Высочество! – пока принц корчился, к нему подбежал высокий мужчина с тюрбаном на голове. Из-под него рассыпались по спине коричневые дреды, украшенные красными и зелеными лентами. – Скорее, дайте мне руку!

Я углядела в сжатых пальцах мужчины такое же массивное кольцо с желтым камнем, как то, что лежало на полу, рассыпавшееся от неведомой силы, но абсолютно целое. Мужчина зашипел от боли, схватив принца за руку и коснувшись – кожа к коже – чёрных теней, и с трудом нацепил на палец Аластора кольцо. Чтобы тут же отшатнуться и упасть на колени, сжимая поврежденную руку и смотря снизу вверх, как парень приходит в себя.

Аластор посмотрел на следы зубов на своей руке и вытер её от крови.

- Мой промах, - сказал мужчина, отдышавшись. – Заклятие было недостаточно стойким, ваша сила продолжает расти. Я должен сказать об этом королю, понадобится больше зелий.

- Нет, - прохрипел Аластор, опираясь одной рукой о стену и опустив голову. Его широкая грудь сильно вздымалась, пока тени исчезали с кожи, стягиваясь к руке с кольцом. Черные волосы принца закрывали лицо, так что я не могла увидеть выражение его лица. При последней нашей встрече оно было невыносимо печальным. Таким, какие бывают обычно у брошенных дворняг, которые получают напоследок пинок от хозяина. Каким же было сейчас? – Болезнь отца и так ослабила его, не стоит приносить ему дурные вести, Кизарий. Ты справляешься хорошо, я в порядке.

- Но Ваше Высочество! Ваша магия…

- Я сказал «нет», - твердо повторил наследник, чуть приподнимая голову и косясь на мужчину.

Лекарь утер пот с лица и виновато посмотрел на Аластора.

- Возможно, я мог бы придержать плохие новости до конца отбора, господин, - неуверенно ответил он, приподнимаясь с пола и отряхивая свою накидку. – Пока здесь ведьма – ее силы хватит, чтобы держать вашу магию взаперти и огородить от опасности окружающих. Пока она связана договором с вашим отцом, а потом… Вам может повезти встретить на отборе истинную пару, и тогда мои умения уже не понадобятся. А пока я буду изготавливать зелья впрок, полагаясь на Мориэллу.

– Она не поможет, – сказал принц задумчиво, а потом отрешённо посмотрел на слугу, – Сейчас она слаба, и её присутствие рядом означает лишь одно – еще один человек, который может пострадать из-за меня. Я этого не хочу.

– Не недооценивайте ведьму, молодой господин, – ужаснулся его словам Кизарий. – И никогда не называйте слабой ни одну из них, они злопамятны и мстительны. Возможно, это просто одна из её уловок – притвориться беззащитной. Но не списывайте со счетов женщину, которая убивала и опускала к своим ногам врагов веками. Хитростью, силой, магией, уловками, интригами и подлостью – злодеяний её не счесть. Вы ей не ровня, господин, при всём уважении, не обманывайтесь.

– Я лишь говорю о том, что видел, – пожал плечами принц. – Она ослабела за секунду, так не бывает. Но разбираться в причинах у меня желания нет – просто буду аккуратен с магией и в её присутствии тоже.

– Вы еще так наивны, мой принц, иногда я забываю, как вы молоды, несмотря на все беды и боль, коих судьба отсыпала вам сполна. Но не будьте столь самоуверенны, в Сфере Тени и Крови Четыре верховные ведьмы во главе с Матерью властвуют в королевстве долгие тысячелетия, и великая глупость – не опасаться одну из них.

– Я не говорю, что она всегда была слабой, – продолжил Аластор, и я поняла, что он устал от этого разговора. Его голос был таким отстранённым, словно принц был пустой говорящей оболочкой уже очень давно, а говорил лишь потому, что все этого от него ждали. – Только будто… заболела вмиг.

– Откуда вы знаете, что что-то её ослабило? – нахмурился Кизарий.

– Почувствовал. Я знаю это, как и то, что этот отбор для меня последний.

Кизарий не нашёлся, что ответить. Лишь отвёл глаза от кажущегося безразличным к своей судьбе принца.

Тот тем временем опустил глаза в пол, а потом нагнулся, чтобы что-то поднять.

– Я выброшу его, Ваше Высочество, не утруждайтесь, – кинулся было к нему Кизарий, но принц отшатнулся, прижимая к себе разбитое тенями кольцо. Он погладил его большим пальцем, очертил металлический стержень и спрятал в кулаке.

– Не все сломанные вещи нужно выбрасывать, – сказал он мрачно.

– Как пожелаете, Ваше Высочество. Но иногда легче выбросить, чем починить, правда ведь?

Голова принца чуть дёрнулась, а в глазах мелькнула обида, но так же быстро и растворилась в черноте его глаз.

- Ваш отец мудр, - продолжил лекарь. – Однажды вы станете таким же.

- Посмотрим, - парень поднял голову вверх, от чего его скулы заострились, обозначился кадык. Аластор прикрыл глаза, ловя лицом проникающие сквозь стеклянный потолок лучи солнца. Будто отдыхал от отступившей боли. Тени от ресниц упали на его бледные щеки, и я залюбовалась. А потом подняла глаза вверх и едва не завопила от увиденного – какое огромное! Нет, это точно не то солнце, которое я знала. Белая звезда ярко светила в этом мире и озаряла светом каждый его уголок. До боли в глазах.

Осознание оторванности от привычной реальности затопило меня с новой силой.

Новые реалии так шокировали, что я не сразу заметила исчезновение из сада Кизария. Лишь услышала хруст, пока принц разминал шею, положив крупную ладонь на свой затылок, и тоже неспешно поплёлся к выходу.

Я отступила назад, вглубь цветочных кустов, стараясь не изорвать одежду Мориэллы ещё больше, и начала пятиться, придерживая юбки платья. Сделала ещё один шаг и беззвучно зашипела сквозь стиснутые зубы, ощутив, что что-то тянет меня назад. В голове сразу всплыла картинка террариума, в который превратилась моя комната за сегодняшнее утро.

Я икнула от страха и рванула подол платья на себя, слишком поздно заметив колючую ветку роз вместо змей.

С громким кряхтением я выкатилась на проходную тропинку, когда гадкий куст решил меня отпустить и, видимо, опозорить перед принцем.

Аластор перехватил меня за кисть руки, не позволив плюхнуться задницей на твёрдый пол, и я повисла в считанных сантиметрах от земли. Рука тут же заныла от боли, и я вскрикнула, вынуждая принца приподнять брови и поддержать меня под поясницу. Боль прошла, осталось лишь смущение. Видеть настолько близко лицо парня, спокойное и вместе с тем отстранённое, было необычно.

Чуть раскосые тёмные глаза, прямой нос и острые скулы, на которые упали влажные пряди волос – черты его лица были точёные и аристократичные, хоть усталость и оставила на нём свой след в виде залёгших под глазами теней. Аластор был высок и хорошо сложен, но вместе с тем и бледен, будто недоедал в самом роскошном дворце этого мира.

Остатки чёрных теней проглядывались на косых мышцах живота, и уходили вниз, под полоску брюк. Я с трудом отвела взгляд и посмотрела в бесстрастное лицо парня.

Принц был настолько же прекрасен, насколько уродлив был его дар.

На него моё появление не произвело никакого впечатления, словно он каждый день занимался тем, что ловил неловких девушек. Аластор аккуратно поставил меня на землю и внимательно осмотрел лохмотья, в которые превратился подол платья ведьмы.

– Подглядывали? – спросил он внезапно, и я быстро замахала руками.

– Конечно, нет!

Парень чуть отстранился. Но лишь для того, чтобы осмотреть меня повнимательнее.

– Тогда подслушивали?

Я захлопала глазами и уже было начала оправдываться, но внезапно вспомнила – я же тысячелетняя ведьма. Тысячелетняя ведьма не может быть размазней, поплывшей от одного взгляда красивого парня.

– На твоё счастье – нет, – я прочистила горло и заложила руки за спину.

– Я прогуливалась и размышляла над грядущим отбором. Полагаю, желающих стать твоей невестой хоть отбавляй? – я кинула красноречивый взгляд на его пресс, и Аластор приподнял брови.

– Надеюсь, нет, – сказал он, чуть подумав. – Я бы этого не хотел.

– А чего бы ты хотел?

– Чтобы отбора не было. Я желаю так много?

– Думаю, для твоего отца – слишком, – я пожала плечами и прищурилась. – Тебе придётся смириться и обрести счастье с молодой жёнушкой.

Я усмехнулась, а вот лицо Аластора посмурнело еще больше.

– Посмотрим.

То, как он снова это сказал, мне не понравилось. В этом ответе не было уверенности, словно его «посмотрим» для Аластора никогда не наступит.

– Эй, – я захотела приободряюще толкнуть его кулачком в плечо, но быстро передумала – на Аласторе по-прежнему не было рубашки, – я постараюсь сделать всё, что смогу, хорошо? Уверена, ты станешь хорошим мужем. Ты не похож на того, кто обидит свою невесту.

– Я просто убью её, – сказал Аластор так просто, словно констатировал факт, и по моей спине пробежали мурашки. В его голосе была мучительная неотвратимость. Он наклонил голову, и чуть влажные после недавнего приступа волосы упали на его лоб.

За весь разговор принц смотрел в мои глаза всего дважды – когда ловил во время падения, и сейчас. И взгляд его разогнал мои мурашки еще сильнее – пустой взгляд обречённого.

Он отвёл глаза, и напряжение отпустило. Я снова задышала, и даже не заметила, как задерживала дыхание.

– Не говори так, будто не веришь в то, что я справлюсь, – нервный смешок вырвался против моей воли. Я совершенно не представляла, что мне делать и боролась со страхом даже сейчас, но знала одно: помощь этому парню – мой обратный билет домой. И я заполучу его.

– Я верю, что попытаетесь, – ответил принц. – И я знаю, что есть пророчество Алмари, без него отец не пригласил бы вас сюда и не объявлял отборы один за другим.

Я кивнула, сделав вид, что слышу об этом не в первый раз.

– Я хочу попросить кое о чём, – сказал Аластор, будто решаясь, а потом посмотрел точно мне в глаза и быстро произнёс. – Вы смотрительница, и у вас есть власть выбора. В финале сделайте его не в мою пользу.

– Что ты имеешь в виду? – сглотнула я.

– Между мной и невестами всегда выбирайте их, – принц чуть сощурился, словно взвешивал слова. – Если моя магия выйдет из-под контроля, и жертв будет не избежать – пусть это буду я.

Не дав мне ответить, Аластор начал опускаться передо мной на колени, что окончательно выбило из колеи.

– Нет-нет, ты не должен! – я замахала руками и начала оглядываться. Но вместо того, чтобы на коленях умолять меня убить его, Аластор подхватил с пола свою рубашку и с недоумением посмотрел на меня снизу вверх.

– Уронил, когда ловил вас, леди, – он ловко поднялся и натянул на себя одежду, а потом с искренним интересом посмотрел на моё лицо. – А вы не такая, как о вас говорят.

– А какая? – спросила я стыдливо.

– Впервые вижу краснеющую ведьму.

Аластор еще с секунду смотрел, как я прижимаю ладони к щекам, а потом протянул мне свои руки, на которых еле видно проступала чернота вен – тени впитались в его кожу, текли вместе с кровью и нехотя отступали, но медленно:

– В этом нет ничего правильного, – сказал принц, сжимая кулак и заставляя тени проступить сильнее. – Окажите услугу, не поганьте жизнь девушке, которую выберете мне в невесты, леди. Даже если вы получили за это плату.

– Почему ты не хочешь обрести счастье? – спросила я тихо.

– Еще одна смерть не сделает меня счастливым.

Глава 8. Фауна, сестра мёртвых

Я медленнобрела по коридорам замка и мечтала лишь закрыться в своей комнате. Пусть со змеями, лишь бы не наедине с той подавляющей виной, которая висит над принцем и заставляет меня беспокоиться о нём вместо того, чтобы думать о скорейшем возвращении домой. Он не хотел причинять никому боль, вместо этого выбирал страдания для себя. И даже попросил меня о невозможном – убить его, чтобы спасти невинную девушку. Что в его прошлом заставило Аластора желать этого?

Принц ни разу не улыбнулся с тех пор, как я встретила его. Но когда он говорил о моих краснеющих щеках, мне показалось, что тень насмешки скользнула в его глазах. И в сердце моём потеплело.

Было ли такое возможно, или это нарисовало моё воображение?

Я почувствовала, как лицо опять горит и зажмурилась, а потом как следует приложилась по щекам ладонями.

Буду надеяться, что Мориэлла простит мне такую вольность по отношению к её телу.

Когда я добралась до покоев ведьмы – змеи с чемоданчиками уже закончили свою работу и оставили после себя подобие мрачного склепа со всякими странными штуками. По бокам от кровати стояли простые белые свечи, а на тумбе рядом колокольчик молочного цвета. Я походила туда-сюда, потерла по корешкам фолианты, расположившиеся на туалетном столике, погладила по гладкой поверхности странные на вид черепа со светящимися зелёными глазницами, а потом прошла к кровати.

Тихий мелодичный звон заполнил комнату, расплёскиваясь по комнате, долетая до углов и возвращаясь обратно, как при приливе. Я положила колокольчик на место, а потом застыла, обнаружив под ногами клубы плотного белого тумана. Резко запахло благовониями.

– Нужна помощь, госпожа? – тихий безжизненный голос перепугал меня едва ли не сильнее змей. Юбки платья всколыхнули туман, когда я резко развернулась на голосок и встала как вкопанная, глазея на полупрозрачную девушку в капюшоне. Такая же белая, как и клубы тумана вокруг, она низко поклонилась, а потом стянула накидку с головы, позволяя полупрозрачным волосам упасть на её плечи и невесомо спружинить.

– Ты кто?

– Фауна, госпожа. Вы не призывали меня уже несколько столетий. Чем я могу помочь?

Я прочистила горло, осматривая эту призрачную служанку с головы до ног. Значит, в услужении у меня не только змеи. Хвоста у девушки под платьем не наблюдалось, поэтому я выдохнула, порадовавшись новому собеседнику, кроме кота. Быть может, она тоже волшебная и сможет отправить меня домой?

- Привет, Фауна. Как ты здесь оказалась?

- В вашем колокольчике, вы имеете в виду?

- Да, наверное, - я прочистила горло, кидая взгляд на неприметную вещицу. – И с чем бы ты могла мне помочь? Можешь перенести меня в другой мир?

- Вы сами посадили меня в него тысячу лет назад, скормив змеям половину моих сестёр, а другую половину заточив в холодных и пустых артефактах, - невозмутимо ответила девушка, заставив меня ужаснуться. – Перенестись я не могу, я привязана к вам и колокольчику. Ранее я помогала вам в сборах на важные мероприятия и по хозяйству, пока у вас не появилась Намия. Быть может, мне нужно нарядить вас к Жертвоприношению, госпожа? Или настало время Бала Тысячи Сердец?

- Мне бы на обед с королем, - неуверенно ответила я, переваривая услышанное. Проклятая ведьма!

Когда Фауна подошла ко мне, я побоялась, что вместо красивого наряда она одарит меня ножом в горло за все злодеяния Мориэллы. Но девушка лишь склонила голову, а через пару минут я уже смотрела в старинное зеркало и любовалась новым платьем ведьмы. Длинное, в пол, с шлейфом из черных блестящих перьев, переплетающихся с нитями золота. Золото сияло и на моих плечах, причудливо обхватывая их подобием наплечников. А еще на руках. Пальцы теперь наполовину были закрыты острыми когтями, которые плотно обхватывали фаланги и опасно блестели при малейшем движении. Крепилось это всё к широким браслетам на кистях рук.

- Ты меня пообедать собрала или на войну? – прошептала я, попробовав провести когтем по голой коже. – Ой!

- Я руководствовалась вашими предпочтениями, - монотонно ответила служанка, и я кивнула. Ей, безусловно, виднее, какие предпочтения в нарядах были у ведьмы.

Когти и золото – это, конечно, хорошо, но не они заставили меня стоять перед зеркалом, не в силах оторвать взгляд. Декольте! Настолько глубокое, что страшно было вздохнуть. И что, конечно же, я и сделала полной грудью, любуясь своим новым телом. Ведьма была… впечатляющей.

- Что это ты делаешь? – донесся полный презрения голос откуда-то из-за угла, и я резко, так, будто от этого зависела моя жизнь, оторвала руки от груди ведьмы. Кот сидел на полу и осуждающе смотрел на меня из-под своих мохнатых бровей. Горелые коржики, будто я школьница и меня застукали за чем-то постыдным!

Фауна попятилась и поклонилась Люцитору так же, как и мне до этого.

- Ничего, - фыркнула я, демонстративно возвращая руки на место. Еще меня кот не пытался пристыдить. – А что, нельзя? Мы обе девочки.

- Ох и угораздило же, - кот ударил себя белой лапой по лбу.

– Что упало, то пропало. Возьму её с собой, когда выполню свою часть уговора и вернусь домой. Давай внесём этот пункт в наш договор?

- А ну прекрати лапать её! – возмутился Люцитор.

- Теперь это моё, - я прищурилась: на глаза попался едва заметный шрамик на груди ведьмы, и я с любопытством потёрла его кончиком пальца.

- Соберись уже, – рыкнул кот, кинув на меня ироничный взгляд. – Ну и морока. Ничего менее развратного не нашла? Почему она почти голая по пупок?

- У неё весь гардероб такой, - пожала я плечами. – Меня Фауна одевала, к ней все вопросы- я без тени зазрения сдала служанку, но кот даже не глянул в её сторону.

- Ненавижу традиционные наряды древних ведьм, – он пошевелил усами. – Сплошь разврат и порок.

- Ведьмы впитывают магию природы голой кожей, извне, - проговорила Фауна, но была тут же перебита котом.

- Не смеши мои усы, только не эта.

- Хозяйка действительно отличается, – смиренно согласилась служанка, – Но она, как и другие, чувствует колебания воздуха из-за воздействия магии, плотная одежда мешает в этом и притупляет чувства. Не ощущать колебания воздуха и потоки, несущие магию – смерти подобно.

Я пожала плечами и поправила на себе платье. Невесомое с виду, ощущалось оно как тяжелая кольчуга.

- Я пришел научить тебя пользоваться силой ведьмы, - бросил кот, запрыгивая на кровать. – Скоро отбор и ритуал с королём. До него ты должна узнать хотя бы азы.

- Я бы с радостью, но у меня сейчас обед с его величеством и наследником. Посторонись-ка, – я напоследок поправила прическу с выпущенными локонами и заглянула в голубые глаза ведьмы, прежде чем направиться к двери, расправив плечи и ощущая приятную тяжесть платья. То ли наряд придавал мне уверенности, то ли само тело женщины, в котором я оказалась, но ещё никогда я не чувствовала себя так, как сейчас.

Красивая. Могущественная. Сильная. Даже без магии я чувствовала себя превосходно.

В кончиках пальцев что-то едва заметно закололо, но я лишь пошевелила ими и холодно улыбнулась Фернису, выросшему в проёме двери, как только та была открыта. Слуга указал рукой в сторону сада, и мы покинули покои.

Глава 9. Растаявшая магия

– Чудесно выглядите, – первое, что я услышала от короля, едва зашла в хорошо освещенную залу. Мужчина был ничуть не оскорблён моим нарядом в отличие от кота. Может, немного смущён, но об этом сказали лишь его глаза. Он старался не опускать их ниже моего подбородка, к чему прилагал все усилия, то и дело сглатывая и приводя в движение кадык.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – ответила я чуть отстранённо, подавляя порыв прикрыться. Мориэлле тысяча лет, уж она бы не беспокоилась о такой мелочи, как слишком открытая одежда. Судя по всему, она этим даже наслаждалась.

– Прошу вас, леди, – уголки губ короля, испещрённые тонкими морщинами, приподнялись, и через минуту мы уже сидели за длинным столом в окружении разнообразных столовых приборов, кубков и тарелок. Будто сегодня здесь обедают не трое человек, а королевская армия в полном составе. – Как вам наш климат?

– Ох, достаточно… приятный, – ответила я, следя за тем, как слуга наполняет мой бокал гранатовой жидкостью.

– Слышал, в Сфере Тени и Крови довольно прохладно по сравнению с нашими землями, – улыбнулся король. – Вечная ночь и туманы не идут на пользу ни цветам, ни красоте, но вы прямое доказательство тому, что бывают и исключения.

Я едва не подавилась и тут же вернула бокал на место.

– Спасибо, ваше величество, – сказала я тише и невнятнее, чем стоило бы. – А где принц?

– Аластор пожелал отказаться от обеда, – ответил король, метнув взгляд на дверь. – Должно быть, волнуется, ведь уже завтра он увидит претенденток на своё сердце. Среди них будет его будущая жена, к такому нужно подготовиться, – мужчина хрипло засмеялся.

– А это интересно, – протянула я, подобравшись. – Я тоже их увижу?

– Конечно, леди. С завтрашнего дня судьба принца и потенциальных невест в ваших руках.

– Прекрасно, – улыбнулась я, предчувствуя скорое выполнение задания кота. Девушки наверняка окажутся красотками, может всё решится и без моего участия. Вплывет в залу какая-нибудь принцесса, очарует принца с первых секунд – и вот она я уже дома. Пеку кексы, запаковываю заказ, смотрю вечерний сериал, если останутся силы, и завожу будильник на шесть, чтобы начать ещё один день, похожий на предыдущий. Совершенно внезапно этих мыслей внутри зашевелилось какое-то непонятное чувство тоски. Я потрясла головой, пытаясь выбросить из неё странные мысли.

– Я взял на себя смелость поручить повару блюдо с ваших земель, – пояснил король, когда к столу поднесли что-то темно-зелёное и источающее густой пар. И всё в красивых голубых глубоких пиалах с позолоченными краями. Кажется, теперь я знала, почему принц Аластор отказался от обеда. И причиной тому была точно не наша сегодняшняя встреча, а то, что пузырилось сейчас у нас с королем в тарелках. – Он готовил его впервые, так что скажите, как приняли бы нашего повара у вас дома.

Насадили бы на кол.

И нет, я говорила не про Сферу Мориэллы, заполненную безжалостными ведьмами. Я говорила про свою родную улицу Ленина и неприметный дом на перекрёстке, окружённый ресторанами и уютными кофейнями, в одной из которых я подрабатывала по выходным. Точно, распяли бы прямо над вывеской с пончиками. Еда – это святое.

– Выглядит аппетитно. Смотрите, как бы я не украла вашего повара после окончания отбора, – я неловко попыталась пошутить, но король и бровью не повёл, уже увлечённый тем, чтобы нанизать на вилку выглядывающее в чёрной жиже щупальце. Горелые коржики! Показалось, будто оно шевельнулось. – Но знаете… Похоже, я ещё не очень хорошо себя чувствую и воздержусь от еды. Вкусный напиток, – я отсалютовала бокалом удивленному королю, давящемуся национальной едой ведьмы.

- Что ж, - прокашлялся мужчина, тоже отодвигая пиалу подальше. – Полагаю, мы можем обсудить кое-что, леди.

- Да-да? – весело поинтересовалась я, крутя в руках ножку бокала. Чудо-напиток сделал голову легкой, а тело расслабленным.

- Фернис, - король негромко хлопнул в ладоши, и уже через пару секунд к нам выплыл довольный слуга. В руках он держал синюю подушечку, в центре которой расположилось нечто блестящее и ловящее лучи, проникающие через стеклянный потолок. А потом возвращающее их миру в двойном размере.

Крючковатый длинный нос едва не вторгся в моё личное пространство, когда Фернис наклонился и положил подушечку прямо передо мной. Кольцо! С красивым розовым камнем, чтоб его… Дорогущее, должно быть. Только лишь смотреть на него было поистине невероятным удовольствием.

- Ваше кольцо готово, леди Мориэлла, - улыбнулся король. – Вы можете надеть его сразу после скрепления договора в Кровном зале, как и оговаривалось. Вижу, оно вам пришлось по нраву.

Я сглотнула и попыталась сделать отрешенное лицо. На недовольство у меня просто не хватило сил. Наверняка ведьма воспринимала это кольцо как ошейник или наручники. С чего бы ей радоваться подарку? Пожалуй, возьму и его с собой обратно. Освобожу Мориэллу от унижения.

- Несмотря ни на что, оно красиво, - произнесла я сквозь зубы. И тут же потянула руку к подушечке, чтобы подтянуть её к себе. – Могу я удалиться в свои покои, Ваше Величество?

- Разумеется, - чуть удивленно ответил король, почти не меняясь в лице. – Жаль, что вы не смогли оценить блюдо нашего повара. Будем надеяться, в следующий раз ваше самочувствие позволит мне угостить вас.

- Будем надеяться, - процедила я, стараясь не коситься на блюдо сатаны. – Всего доброго.

Я отодвинула стул самостоятельно, не став дожидаться подскочившего Ферниса. И не зря: его присутствие опять пришлось терпеть до самой двери в мою комнату.

- Осталось только нацепить на меня поводок, Фернис.

- Не понял, леди? – пробрюзжал он, останавливаясь возле моих покоев.

- Забей, - махнула рукой я, забирая у него подушечку с колечком и заходя к себе. Надеюсь, когда кольцо окажется на моем пальце, этот мужчина наконец оставит меня в покое и позволит ходить по коридорам их замка самостоятельно.

- Привет, - тут же поздоровались со мной с кровати, и я чуть не подавилась собственной слюной. Шаурма! Кот возлежал на моей подушке и жевал лаваш, одновременно потягивая из трубочки лимонад, стоящий рядом.

- Дай мне!

- Закатай губу, - невозмутимо ответило животное, закидывая в пасть последний сочный кусочек. Черт, я увидела, как блеснул напоследок кусочек румяной курицы.

- Чудовище и садист, - резюмировала я, со вздохом опускаясь на мягкую перину. На что кот лишь ухмыльнулся, облизывая белую лапу. – А я чуть не съела какую-то черную ведьминскую гадость. Король решил побаловать меня домашней едой, - всё же пожаловалась на несправедливость и тут же услышала чудовищный рокот в животе.

- Надо было есть, что дают, чтобы не валиться от бессилия. Магия не любит слабых.

Ох, точно. Люцитор же пришел пробуждать магию ведьмы, а не дразнить меня фастфудом.

- Поем, если ты скажешь, где раздобыл нормальную еду.

- Насчет нормальности я бы поспорил, - выгнул бровь кот. – Это мне яды нипочем, а ты такими темпами помрёшь от язвы желудка. Тут тебя никто лечить не будет.

- Ничего со мной не станется, – нахмурилась я, почти начав спорить, а потом махнула рукой. – Где взять?

- Я проводник между мирами, дурында! – рявкнул Люцитор. – Я пошел прогуляться возле твоего дома, когда стало скучно ждать. Заскочил в ларёк. Кстати, тебя никто не ищет.

Так просто сказал и бровью не повел. Я хотела обидеться, а потом лишь молча кивнула.

- Без тебя знаю.

Да и кому бы меня искать? Разве что хозяйке квартиры, но это нужно ждать до просрочки арендной платы. Вот тогда она сначала начнет искать, потом махнет рукой, а затем соберет мои немногочисленные вещички и выкинет их из окна, чтобы заселить новых жильцов. Никогда она не отличалась терпимостью, а в прошлый раз пригрозила, что следующая несвоевременная оплата станет последней. Ох, бедные мои пожитки…

- Ну что, дурында, - вытянул меня из грустных мыслей сытый и довольный голос кота. – Вставай, будем будить магию ведьмы.

Его глаза блеснули желтым, проскочило в них и что-то мстительное. Я вздохнула и послушно встала с кровати, чтобы с наслаждением потянуться всем телом вверх, разминая косточки, а потом кивнула коту, сообщая о своей готовности.

Кот запрыгнул на тумбочку и серьезно посмотрел на меня, кивая головой на золотые когти.

– Сними. Ты должна чувствовать кожей магию, а не холод и тяжесть безделушек ведьмы.

Я кивнула и быстро избавилась от когтей, кинув их на кровать.

– Вытяни руки вперёд, – властно произнёс кот, и я повиновалась. – Теперь закрой глаза. Представь, что сердце твоё источает магию. Она ниточками тянется от него по всему телу, обволакивает его и концентрируется в пальцах. Чувствуешь?

Я покачала головой, пытаясь делать так, как Люцитор говорил.

– Вот же, – проскрипел кот, а потом я услышала тяжёлый вздох. – Давай, постарайся! Магия Мориэллы должна отзываться в этом теле, – голос кота стал тише. – Чёрная, как сама мгла. Таинственная, как женское сердце. Чарующая, как песнь ундины. Неотвратимая, как смерть. Чувствуешь?

– Нет…

Кот громко цокнул, и я обиженно покосилась на него, приоткрыв один глаз.

– Я не виновата!

– Конечно… – язвительно ответил он, а потом поманил меня лапой. – Дай-ка сюда.

Я робко потянула руку к его белой лапке. Настороженно, так как теперь Люцитор не выглядел беспечным, как обычно. Он прищурил свои желтые глаза и подтянул мою руку к себе ближе, чуть выпустив когти.

– Ай!

– Тшш! Чувствуй…

Я едва не отшатнулась, когда от лапы кота начал исходить жар. Белые всполохи магии закружили вокруг нее, делая его лапу ещё белее и освещая мои пальцы. Пока что-то не затрещало. Как трещит огонь или… кости?

– Больно! – я стиснула зубы и рванула руку на себя, а кот ругнулся себе под нос. – Жжёт. Как же жжёт. Что ты сделал?

– Проверил кое-что. Ты бесполезна.

– То есть?

– Мы пропали, – застонал Люцитор, хватаясь лапами за голову. – Это конец. Чертова ведьма! Она что-то успела сделать… Перехитрила, предугадала… Невыносимая женщина!

– Она… – я сглотнула и потёрла пульсирующую от боли руку. – Она знала, что ты подселишь меня в её тело?

– Не знаю. Перестраховалась. Магии в тебе ноль! Бесполезная человеческая дурында… И пустая ведьминская оболочка, чтоб тебя, Мориэлла!

– Следи за языком, или я не буду тебе помогать, – я сложила руки на груди и вздёрнула подбородок.

– Как, интересно, ты собралась мне «помогать», если сила Аластора размажет тебя по стенке в следующий раз вместе со всеми его двенадцатью невестами?! Помощница! Ты не только бесполезная, но ещё и тупая! – заверещал кот, безумно мечась из угла в угол. Мягко говоря, он выглядел обеспокоенным.

– Будто это моя вина!

– Вот же, – зарычал он сквозь стиснутые зубы и начал отстукивать по полу когтями какую-то неизвестную мне мелодию. – Что же делать… Ведьма без магии. Да её же убьют как нечего делать, если прознают... У неё тьма врагов в каждой из Сфер, чтоб их. Ни одну не обошла стороной.

– А не ты ли сокрушался, что её не придушили в колыбели её родственницы-ведьмы? – язвительно протянула я и тут же захлопнула рот, когда кот метнул в меня недобрый взгляд.

– Я, но о её судьбе я бы предпочёл позаботиться лично. Это я уложу её в погребальный костёр, дорогуша.

– Как скажешь, – сглотнула я, почувствовав холодок, пробежавший по спине. Если личность ведьмы дремала где-то в этом теле, то она, определённо, напряглась после этих слов. – А что насчёт колечка?

Я мотнула головой, изгоняя из неё все неприятные мысли, и счастливо порхнула к голубой подушечке, в центре которой покоилась моя прелесть. Здесь, в тёмных покоях Мориэллы, у него не было возможности переливаться в лучах солнца и сиять в полном великолепии, но уж я-то позабочусь о его перемещении в более приятное место… И о своём тоже.

– А что с ним? Оно от придворного мага?

– А ты думал, мне король предложение сделал? – фыркнула я, покрутив в руках украшение. – Оно с морганитом. Его Величество сказал надеть его сразу после скрепления договора в Кровном зале.

– Вот морока.

– Но, получается, раз магии во мне нет, то и кольцо носить не обязательно, – тут же поникла я, прижимая его к сердцу. – Но я всё равно так хочу его…

– Дай-ка сюда, – устало произнёс кот, плюхаясь задом на пол и вытянув лапу вперёд. На этот раз чёрную. – Оно рассчитано на могущественную ведьму. С сильной магией. Нацепишь его на себя – и откинешь копыта быстрее, чем успеешь с восхищением поглазеть на свою руку, дурында.

– Как это? – ахнула я, тут же отнимая кольцо от себя и аккуратно протягивая его коту.

– Оно вытянет из тебя все жизненные силы. На Мориэлле оно бы исполняло роль аксессуара, не более. А ты слаба и никчёмна, – вновь напомнил он, безжалостно растаптывая моё самолюбие. – Но без него ведьме на чужой территории делать нечего. Это было условием короля. Так что я немножко подправлю его.

Кот покрутил кольцо перед глазами, а потом положил на него белую лапу, чуть высунув язык от усердия. Визуально ничего не происходило, кольцо лишь вибрировало на лапе кота. А потом он сделал вид, что утирает пот со своего пушистого чёрного лба.

– Получилось? – спросила я тихо, с благоговением смотря на Люцитора.

– Забирай.

Я счастливо взвизгнула и тут же надела его на безымянный палец. Пусть предложения мне никто не делал, но я почувствовала себя счастливой невестой. Всегда любила моменты в фильмах, когда девушка впервые смотрела на свою теперь уже не голую руку и утирала слёзы радости от этого зрелища.

– Ах, красота-а-а, – протянула я и закусила губу, прижимая руки к сердцу. Чтобы тут же взвизгнуть, не обнаружив под ними уже привычной упругости. – Что?!

Я ахнула, елозя руками по груди ведьмы. Посмотрела вниз и едва не разрыдалась: платье висело на теле балахоном и гораздо сильнее тянуло меня к земле, чем ещё минуту назад. В декольте было пусто.

А глаза кота теперь напоминали два желтых блюдца на выкате.

Я кинулась к зеркалу и встала, как вкопанная.

На меня смотрела настоящая я.

Глава 10. Испорченная фея-крёстная

Я счастливо завизжала, кружась перед зеркалом и спотыкаясь об ставшее вдруг слишком длинным платье ведьмы.

– Это снова я!

Я засмеялась и загребла в руки подол из черных перьев, чтобы не разбить себе нос. Уже не благородно-прямой и бледный, а вздернутый и чуть веснушчатый. Но мой!

- Что за чертовщина, - неприятно протянули на полу, и я захихикала, подхватив сопротивлявшегося кота на руки. – Поставь меня, идиотина! Это не повод для радости!

- Ты видишь, Люцитор? – я потерлась носом о его мягкую пушистую грудку, за что получила лапой по макушке. – Это я!

В отражении я была прежней, а еще невероятно счастливой и даже румяной. Как знала, что нужно взять перерыв от работы. Теперь на контрасте с ведьмой я казалась себе очень мелкой.

- Наверное, моя магия отмены схлестнулась с магией дворцового лекаря, - задумчиво протянул кот. – И отменила не только свойства морганита, но и моё собственное прошлое заклинание, когда оказалась на предмете его использования.

- Ничего не поняла, но я – снова я! – не могла перестать повторять это и таращиться в зеркало.

- А вот хрен тебе, - произнес кот и щелкнул когтями, порывом воздуха срывая с меня украшение.

С криком отчаяния я схватилась за вновь черные волосы ведьмы, а после начала трогать бледное лицо, не оставляя надежды как-то опять вернуть своё собственное. Но тщетно: из зеркала вновь смотрела надменная ведьма.

- Ах ты плешивая гадина!

- Зачем ты так, она довольно красива, - устало бросил кот, едва ли не трусцой приближаясь к постели и своему стаканчику с лимонадом.

- Это я тебе, Люцитор! Верни мне кольцо!

- Я долго живу, но еще молод и горяч, - с ухмылкой заявил кот, запрыгивая на подушку. – О какой такой плеши речь, дурында?

- Сейчас поймешь, о какой, - прорычала я, направляясь к нему. Сорвала с платья треклятый подол и закинула в сторону, чтобы ничего не мешало экзекуции. Сниму с него лоснящуюся шкурку. Благо, физическая сила ведьмы, в отличие от магической, была при мне.

- Отошла, - ощетинилось животное, и в следующую секунду в меня полетел стаканчик с шипящим напитком. – Не посмотрю, что ты женщина, саму тебя без скальпа оставлю.

- Попробуй, - прорычала я и с громким хлопком сомкнула руки там, где еще секунду назад была шея кота. – Кольцо! Дай мне кольцо!

- Что за дурная привычка тут же бросаться меня душить! – крякнул Люцитор, а потом запрыгнул на высокий ведьмин шкаф и стал посмеиваться, когда я схватилась за него и принялась раскачивать. – Поговорим, когда успокоишься.

- Кольцо!

- Пошла к черту, ты нам так весь план сорвешь, - невозмутимо ответил мне Люцитор.

- Я хочу быть собой! Она убийца и… И ведьма!

- Ты наблюдательна. Я погорячился, когда назвал тебя тупой, - ехидно посмеивался кот, заставив меня взвыть в потолок от бессилия.

- Я так с ума сойду, - протянула я жалобно, напоследок пнув шкаф ногой и со вздохом опустившись на пол. Прижала колени к вновь появившейся груди и обиженно взглянула на кота снизу вверх.

Люцитор бросил кольцо сверху, как не самый милосердный господин кинул бы подачку из кареты оголодавшему сироте. Монету или пирожок. И я тут же подскочила к сверкнувшему камню, чтобы едва не разбить себе подбородок, пытаясь захватить кольцо. Зная Люцитора, оно могло исчезнуть так же быстро, как и появилось. А я бы даже в грязь кинулась с головой за этим кольцом, в непроглядную тьму, кишащую белыми змеями ведьмы, лишь бы снова вернуть себе себя.

- Спасибо, - я едва не задохнулась от радости, нанизывая перстень на палец.

Ничего не произошло.

- Не за что, - протянул кот, предусмотрительно не спускаясь со шкафа. – Я состряпал подделку. Никто ничего не заподозрит.

- Лжец!

- Ой, успокойся, - хмыкнул кот, потягиваясь и выгибая спинку дугой.

- Я скажу слуге перепроверить кольцо.

- Что? – зашипел Люцитор сверху. – Не смей, женщина!

- Вид Мориэллы в зеркале скоро вгонит меня в депрессию. У меня и так уже появились некоторые комплексы, - уклончиво заметила я, отводя взгляд от опешившего Люцитора. – И её руки… Я будто вижу на них кровь, когда оказываюсь без перчаток. По локоть, клянусь.

- Сколько проблем с этими впечатлительными барышнями, - стукнул себя по лбу лапой кот. – Быстрее выполни задание и проваливай восвояси в свой радужный мир.

- Нет уж, отдай кольцо. Клянусь, я буду надевать его только изредка, просто чтобы не сойти с ума, котик! Ну пожалуйста!

- Морока, - кажется, с момента нашей встречи это слово стало у Люцитора любимым. – Чёрт с тобой. Я слишком стар, чтобы выслушивать твоё нытье еще хотя бы немного.

- А говорил, молод и горяч.

- Телом и душой. Но моя нервная система в опасности каждый раз, когда ты рядом.

- Прости уж, ты сам меня избрал.

- Досадное недоразумение, не более.

Кот задумчиво посмотрел на оригинал кольца, которое достал откуда-то из-за спины и прищурился. А в следующую секунду щелкнул когтями, и подделка слетела с моей руки так же, как и настоящее кольцо до этого. Теперь оба кольца оказались в лапах Люцитора.

- Мог бы попросить, я бы сняла сама, - пробурчала я, потирая палец. Откуда-то появилось неприятное чувство, что кот обращается со мной, как с куклой.

- Захлопнись.

Прошло не более десяти секунд, как кот мягко спустился со шкафа и подкинул колечко в мою сторону:

- Тут полчаса.

- То есть? – озадаченно спросила я, покрутив вещицу в руке. Визуально ничего не изменилось.

- Полчаса в день можешь побыть собой. Будешь хорошо себя вести – продлю, - мерзко захихикал Люцитор. – Но не увлекайся. Увидит кто – выпорю.

Я икнула от страха, не решаясь надеть украшение.

- А как…

- Прокрути вокруг пальца – и увидишь себя. Побуду твоей феей-крестной, - Люцитор осклабился, а потом развернулся, вильнув хвостом. – Завтра у нас много дел. Сладких снов, Мориэлла.

В гробу я видала такую фею. С моим везением и сомневаться не приходилось, что если она у меня и появится, то испорченная.

– Я Карина, – поправила я кота напоследок и повернулась к зеркалу, чтобы тяжко вздохнуть. В холодных глазах ведьмы чудилась насмешка.

Глава 11. Чаша и кровь

Поутру обмакивая лицо полотенцем, я задела бедром столик, на котором стоял колокольчик с Фауной.

– Я нечаянно, – сказала я, когда призрачная служанка поклонилась и распахнула шкаф с темными одеждами. – Знаешь, я не планировала сегодня выглядеть, как девушка легкого поведения, - заметила я, стоило Фауне начать с энтузиазмом перебирать наряды.

Служанка непонимающе свела полупрозрачные брови и моргнула. У нее были красивые белые ресницы и глаза цвета тумана, а брови едва ли достигали середины глаз, словно кто-то сбрил их наполовину. Непривычно, но я почти привыкла к её внешности. Всё же самым странным персонажем здесь был Люцитор.

- Можешь выбрать что-нибудь попроще, раз уж ты всё равно здесь оказалась. И давай без когтей, хорошо? – я прочистила горло и постучала пальцами по краю столешницы, на которой расположились смутно знакомые скляночки, прежде чем начать натягивать на руки перчатки. И остановилась, нахмурив брови. Потерла подушечки большого и указательного пальцев друг о друга, но появившиеся на них черные пятнышки никуда не делись. Как если бы я испачкала их в водостойких черных тенях. Или влезла в сажу.

- Вот, - отвлекла моё внимание Фауна, достав темно-синее платье с довольно скромным по меркам ведьмы декольте. В отличие от вчерашнего, оно хотя бы оставляло пупок закрытым.

- Сойдет, - кивнула я, чуть подумав.

В новом образе волосы ведьмы теперь струились по открытой спине – этот вырез я пропустила, когда Фауна показывала мне платье спереди – и служанка завила их какими-то специальными горячими щипцами. Белая прядь была короче остальных волос и доставала лишь до груди. Словно ведьма когда-то отрезала её. А горло теперь сдавливала змея из адуляра, она кусала себя за хвост и оплетала шею ведьмы. Похожее украшение было на ней и в первый день моего попадания в её тело. А может, это оно и есть: тогда у меня были заботы помимо разглядывания образа ведьмы.

- Горелые коржики, - скривилась я, удивленно дернувшись, когда Фауна принялась покрывать мои волосы золотой крошкой.

- Простите, госпожа? – растерялась та, остановившись. Теперь часть моей макушки выглядела так, будто в нее втерли поталь!

- Молю, хватит, - вздохнула я, поправив змеиный воротник. – Свободна, Фауна.

Девушка кивнула без единой эмоции во взгляде и растворилась в клубах молочного тумана. Колокольчик издал мелодичный звон, как если бы по нему стукнули вилкой.

Подол платья зашуршал, когда я двинулась к дамскому столику и аккуратно взяла с пухлой подушечки поддельное кольцо.

- Привет, прелесть, - прошептала я, надевая его на палец поверх черной перчатки. И зашагала к террасе, чтобы искупать морганит в лучах яркого солнца. И тут же, будто почуяв, что сейчас я в приподнятом расположении духа, Фернис подал голос из коридора и постучал в дверь. Размеренно и медленно, если можно так стучать, коротышка точно так же начал гундосить что-то о неподобающем поведении. И два раза демонстративно кашлянул, пока я не открыла чертову дверь.

- Чего тебе? – рявкнула я, когда его длинный крючковатый нос вторгся в моё личное пространство, и мужчина заглянул в покои ведьмы.

- Пришел сопроводить вас в Кровный зал, само собой.

- Видел? – я потрясла рукой с кольцом перед его сморщенным лицом, но мужчина лишь моргнул. – Теперь можешь не ходить за мной по пятам.

- Пойдемте, - он одарил меня взглядом, полным осуждения, и снисходительным вздохом. – Хочу видеть ваши глаза перед злодеянием в священном месте, ведьма.

О каком злодеянии говорил Фернис, узнать мне было не суждено - из-за угла вышла еще пара слуг и поклонилась, сообщив о готовности короля, а коротышка скоро покинул нашу компанию, бросив на меня напоследок презрительный взгляд.

Свет искрился в каждом уголке комнаты, что называли Кровным залом. Сплошь белая, включая потолок и стены, она была совершенно пуста. Лишь в центре её стояла плоская золотая чаша на камне. Неустойчивая с виду, она едва заметно раскачивалась, хоть ветра здесь и не было.

– Рад видеть вас в здравии, – послышался бас короля, и я тут же вскинула голову, чтобы обнаружить его на самом верху лестницы. Король был облачён в белые одежды и почти сливался с окружающей обстановкой. Плащ стелился по ступеням и шуршал, пока Его Величество шёл вниз.

– Ваше Величество, – я чуть наклонила голову. Король оглядел мой наряд, но промолчал. Печаль коснулась его серых глаз, глубокие морщины залегли меж бровей.

– Перед скреплением договора я бы хотел удостовериться, что вы понимаете, – он подошёл ко мне почти вплотную и заглянул в глаза. – Буду ли я жив, буду ли мёртв, нарушите его – и лишитесь головы, леди Мориэлла. Договор не оставляет вам и шанса. Магия покинет вас во владениях Алмари.

Я коротко кивнула.

Ни черта я не понимала. Глупый кот забыл объяснить мне, чего от меня хотели.

– Приступим, – сказал мужчина и щёлкнул пальцами. В ту же секунду белая стена задребезжала и отъехала в сторону, открывая проход для двух фигур в кроваво-красных мантиях, скрывающих головы вошедших – когда они подошли ближе, я разглядела на их лицах золотые маски. Они шли бок о бок, в руках их сияли блюда. Два золотых подноса с чем-то, что я пока не могла разглядеть.

– Прошу, – произнёс король, и указал ладонью на чашу. Я подошла к ней, а мужчина обошёл её с другой стороны и встал напротив. Один человек в балахоне приблизился ко мне, а другой встал аккурат возле короля. Теперь мы стояли два на два.

Когда человек протянул мне поднос, я почувствовала, как руки мои холодеют. По спине поползли мурашки, и я бросила на короля вопросительный взгляд, прежде чем взять клинок. Длиной от моих пальцев по локоть, он странно легко лёг в ладонь. В моих руках никогда не было ничего тяжелее и больше кухонного ножа. Я не держала в руках холодное оружие, но, должно быть, рука ведьмы помнила, как с ним обращаться.

– В наших землях подобное не практикуется уже много столетий, – король по-своему истолковал мой взгляд и нахмурился. – Этот зал был замурован долгие годы. Вы привыкли проводить обряд как-то по-другому, леди?

– Пойдёт, – бросила я, сжав пальцы на клинке. Появилось острое желание провести по его лезвию, но я подавила его так же быстро, как оно и возникло.

– Вы можете снять ваше кольцо на время обряда, – сказал король, и я тут же подняла руку. Совсем о нём забыла. Село, как родное.

– Начнём, – сказал король. – Я, Артикус Лучезарий, тридцать девятый король Дома Света, именуемый…

Я прищурилась, пропуская мимо ушей титулы короля.

– … заключаю договор с Мориэллой, Верховной ведьмой Сферы Тени и Крови. Услуга за жизнь и годы за милость –

Дарую я ведьме нить,

Пусть сёстры-ткачихи с именами забытыми

Срежут её, договор наш скрепив.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем мужчина продолжил:

– Я желаю защиты для своего сына, Аластора Лучезария, принца и наследника Дома Света. Желаю оградить его от вреда разрушающей силы его и проклятия, пришедшего с ним на этот свет. Желаю защиты для девушек, пришедших на отбор к сыну моему, Аластору Лучезарию, принцу и наследнику Дома Света. Вплоть до последнего дня отбора. Желаю, чтобы кольцо из морганита не покидало руки Мориэллы, Верховной ведьмы Сферы Тени и Крови, покуда находится она на моей земле. И за желания свои выполню я желания Мориэллы, – сказал он, на последних словах резанув клинком по ладони.

Кровь закапала на золото чаши и тонкими струйками побежала к краю её, перевешивая в сторону короля. Должно быть, когда в чашу попадёт моя кровь, она вновь подарит ей равновесие, и наша с королём кровь встретится посередине и смешается.

– Леди?

Я тряхнула головой и боязливо прижала клинок к ладони.

– За услугу, покровительство и защиту моего сына я дарую Мориэлле, Верховной ведьме Сферы Тени и Крови, половину от отведённой мне жизни, – голос короля эхом отозвался в пустой комнате, и я резко вскинула голову. – Жизненная нить моя отныне переходит к ней, мои годы – её годы, моя жизнь – её жизнь.

Капля моей крови сорвалась с лезвия и капнула на золотую чашу с оглушающим звуком. И стук этот разнесся по комнате, заглушая всё вокруг и даже удары моего сердца. Чаша накренилась.

Быстро, пока кровь не успела смешаться с королевской, я схватила тяжелое блюдо и толкнула его – кровь вылилась и забрызгала белый пол. Не успела подумать, какую глупость совершаю. Но я видела глаза короля. Я делила с ним хлеб и вино, смеялась с его шуток за день до этого, а ещё я видела морщины, что испещряли его лицо. Сколько ему осталось? Заберу половину и могу лишить королевский Дом Света правителя уже до конца отбора. Ведьма я или человек, но брать грех на душу я не буду.

– Леди? – король вопросительно приподнял кустистую седую бровь. – Вы же поклялись.

Я прокашлялась, судорожно соображая.

– Я не отказываюсь от своих обещаний, но мои условия изменились.

– На какие же? Всю жизнь? – пробасил король, и слуга возле него сжался от страха.

– Вовсе нет, – я ещё раз прочистила горло и забегала взглядом по комнате. Как назло, ничего в голову не приходило. – Ох, – я вскинула голову. – Моё условие… Желаю, чтобы в отборе приняла участие моя служанка. Фауна.

Повисла тишина. Такая осязаемая, что в пору было начать биться о неё головой, проклиная собственную тупость. Служанка в невесты принцу, как же! Мёртвая! Белый призрак!

– Что за глупость? Вы насмехаетесь надо мной, леди Мориэлла? – голос короля громовым раскатом пронёсся над Кровным залом, и я поёжилась.

– Подумайте, прежде чем отвергать моё предложение, король, – сказала я едко, и желваки начали ходить по его скулам. – Я могу передумать прямо сейчас и забрать вашу жалкую жизнь. Но к чему мне эти крохи, когда есть возможность развлечься? – я хмыкнула, и взгляд короля стал злым.

– Я хочу лишь знать причину.

– Ваш юнец меня страшно оскорбил, – вздохнула я, принявшись рассматривать острые ноги ведьмы и изображая усталость. – Что за развлечение тысячелетней ведьме – отобрать жизнь у старика? А вот разрушить жизнь молодую…

– Как вы можете! – взревел король, и я прикусила язык.

– Да будет вам, – махнула я рукой. – Я лишь хочу сделать это скучнейшее мероприятие капельку веселее. Моя служанка томится от безделия, пусть поборется за сердце наследника, – я подмигнула королю и с громким звоном бросила кинжал на поднос безликого мужчины. – А там, глядишь, и выбьется в принцессы.

Я захохотала и развернулась от чаши, чтобы оставить сбитого с толку короля и его слуг одних в Кровном зале.

Глава 12. Да начнётся отбор

Захлопнув дверь с оглушительным стуком, я привалилась к ней, пытаясь отдышаться. В голове всё еще звучал разъяренный вопль короля, которому я решила сохранить жизнь. И чем он остался недоволен?

Я сделала глубокий вдох и похлопала себя по щекам, очищая разум от всего лишнего. Отодвинула от колокольчика склянки с разноцветной жидкостью и черепок, и позвала служанку ведьмы.

- Нужна помощь, госпожа? – привычно пропела она, возникая из густых клубов тумана. Сбросила с головы капюшон и сложила руки на животе, заглядывая мне в глаза.

- Нужна. Собирайся!

- Куда?

- Сегодня начинается отбор у принца. Давай, шмякни на лицо румян, смени платье на нарядное… Улыбнись! Представь себя Золушкой!

Фауна казалась сбитой с толку.

– Я мертва, госпожа.

Я сглотнула, оглядев её с ног до головы. Бледная, полупрозрачная, даже волосы просвечивались. Призрак призраком.

- Совсем?

- Без колокольчика – да, - сказала она спокойно. Слишком спокойно. И я нахмурилась.

- То есть он всегда должен быть при тебе?

- Да.

- Значит, возьмем с собой, - я схватила холодную вещицу в руку и указала девушке на дверь. – Теперь ты невеста.

На миг лицо Фауны сменило обычное бесстрастное выражение на удивленное. А потом она кивнула и безропотно последовала к двери.

- Живее! – буркнула я, уже слыша топот толпы, стекающейся к главной зале. И прикусила язык, когда Фауна два раза моргнула своими безжизненными глазами. – Полезай- ка сюда, так будет быстрее.

Я зазвонила в колокольчик и направилась к двери, не забыв прихватить с собой кольцо.

Из всех огромных окон в коридоре было видно одно – быстро приближающееся скопление людей со всех сторон от замка. Казалось, их приносило волнами, с самого горизонта. Когда я вышла на улицу в поисках королевской семьи – две рыжеволосые девчушки врезались в меня сзади, а после – с визгами разбежались, когда я развернулась, чтобы помочь.

- Никогда к этому не привыкну, - буркнула я, смотря им вслед, а потом нахмурилась: прямо справа стояли две огромные ноги в плетёных сандалиях.

- Вот ты где, - послышался голос снизу, и я опустила голову, чтобы словить злой взгляд Люцитора. – Какого Г’хдора, идиотина?

- Что? – удивилась я.

- Ты должна была заключить договор!

- И убить старичка? – зашипела я, оглядываясь по сторонам: никто не обратил внимания на говорящего кота. – Ни за что не взяла бы такой грех на душу, ты должен был меня предупредить!

- Идиотина, - повторил Люцитор. – В тебе ноль магии, он бы всё равно не был заключен. Король бы ничего не заметил, он не тёмный маг, а теперь тебя подозревают.

– О боже… Об этом я не подумала, – я тяжело сглотнула, ругая себя последними словами. – Я просто не хотела никого калечить и забирать жизни, это неправильно!

Люцитор фыркнул, повернувшись ко мне попой.

- Теперь они уверены, что для тебя есть добыча пожирнее, чем жизнь короля. Не стала бы Мориэлла тратить своё время просто так.

- Ну ведь не просто. Я попросила взять на отбор Фауну.

Кот принялся шипеть и рычать одновременно, внезапно закрутившись на месте и вбив когтистую лапу в пыльную землю:

- Ну почему я обречен терпеть такую тупицу?

Я моргнула: в голове тут же зазвучали слова мёртвой девочки из сна.

- Остров Обреченных, - протянула я, нахмурившись. – Ты знаешь, что это, Люцитор?

- Что? – кашлянул кот. А потом желтые глаза его сощурились. – Откуда ты это взяла?

- Да так, - пожала я плечами на подозрительный взгляд кота. – Приснилось что- то. Ой, начинается!

Чистый звонкий голос разнесся над толпой, и я наконец увидела большой балкон наверху, прямо над входом в замок: король устало смотрел на своих подданных сверху вниз, опираясь на перила, увитые желтыми цветами. Справа и слева находились балконы поменьше, но длиннее, к ним вели лестницы снизу, и Люцитор кивнул головой в их сторону.

- Нам туда.

Сверху казалось, что людей еще больше.

- Можно подумать, всё королевство стеклось посмотреть на претенденток.

- Здесь не так- то много развлечений, праздников не было уже двадцать пять лет, - сказал кот, запрыгнув на перила. Он прилег и свесил лапки, пока мы ждали прибытия невест. – Публичные казни недавно отменили, отборы бывают не так часто. При любом из этих событий королевский двор обречён быть заполнен до краёв.

Ко входу в замок вёл широкий красный ковер, и люди растекались от него в разные стороны.

- Рады приветствовать вас на отборе принца Аластора! – вновь зазвучал голос сверху, и народ разразился аплодисментами, смотря на балкон короля. – Встречаем первую невесту!

Я наклонилась пониже, чтобы рассмотреть девушку, что вышла из черной повозки прямо перед ковром.

- Фавилорра Отважная! – выкрикнул голос сверху, и люди заголосили, приветствуя первую девушку. Миниатюрная, с миловидным круглым лицом, каштановые волосы едва достают до подбородка, а за спиной трепещут два прозрачных крыла. В своём коричневом платье она смотрелась нелепо, будто не привыкла носить их. Я заметила пристегнутый к юбкам клинок.

- Фея из Долины смерти, - прокомментировал кот, увидев мой удивленный взгляд. – Ножи, клыки, отравленные когти – просто так в Долине не выжить, будь с ней осторожнее.

- Намечается отбор невест или бои без правил? – пробурчала я, и кот хмыкнул.

- В Сфере светлых есть три королевства, включая Дом Света, а Долина держится обособленно, но, считай, фея - дочь тамошнего вождя. Брак с принцем Дома Света пойдет Долине на пользу.

- Вторая принцесса Дома Коралловых земель, Корина! – между тем продолжал голос, когда фея прошла дорожку и скрылась за дверьми в замок.

Люди снова заголосили и принялись аплодировать, но через несколько секунд шум стих и стало понятно, что новая невеста так и не появилась.

- Что происходит?

- Королевство принцессы оказалось разорено, и с помощью женитьбы родители хотели поправить финансовые дела, но нашелся новый жених – некромант, охочий до шалостей с умертвиями, - Люцитор принялся вылизывать лапу.

- Фу.

- Правда, - добавил он, - юная принцесса пропала. Пух! – и нет её. Видать, сбежала сразу от двух женихов.

- Бедняжка, - протянула я. Так и есть – на дорожке никто не появился до следующего объявления.

- Дартемона!

На дорожку вышла девушка в темно-фиолетовых одеждах и неспешно поплыла вперед, чтобы остановиться перед нашим балконом и низко поклониться, а потом уже кивнуть королю. Чем и вызвала возмущенный шепот его подданных.

- А вот это уже становится интересно, - усмехнулся кот.

- Почему она поклонилась сначала нам?

- Не нам, тебе. Ты же у нас Верховная ведьма. Дарти сбежала из Сферы Тени и Крови много веков назад, но выказала уважение. Белая ворона на родине, чёрная – здесь. Забудь про фею, эта невеста будет опаснее. Ей тебя раскрыть – раз плюнуть.

- Как на отбор вообще приняли ведьму? – зашептала я, в панике смотря на удаляющуюся девушку.

- Она не совсем ведьма, потому и сбежала. Но прихватила кое- что с ваших земель для долголетия, поэтому можешь спокойно убить её. Уверен, Мориэлла бы так поступила.

- Ты рехнулся?! – прошипела я. – Не буду я никого убивать!

- Как пожелаешь.

- Карамелла фос Леррот, - продолжал голос сверху, пока я пыталась отдышаться от возмущения. И тут же добавил, - Зефира фос Леррот из королевства Эйвиниум!

- А вот и третий Дом, оттуда родом была и мать принца, - кивнул кот. – Теперь ты знаешь все.

- Почему их две? – спросила я, наблюдая за девушками, едва не дерущимися на дорожке за право идти впереди. Первая – в ярко- розовом пышном платье, с завитыми каштановыми локонами и в цветочном ободке на голове. Вторая толкала её локтем, пытаясь не запутаться в юбках фиолетового платья, блондинка. – И почему они…

- Сёстры- двойняшки, охотящиеся за принцами, - хохотнул кот. – В Доме Эйвиниум отбор для них закончился не радужно: оттуда их прогнал брат принца.

- Откуда ты только про всех знаешь… - протянула я, приподняв бровь.

- Мне тысяча лет, балда! А телешоу тут, как видишь, еще не придумали.

- Так ты развлекаешься, подсматривая за отборами? – хохотнула я, а кот задрал подбородок.

- К твоему сведению, я почти всегда ставлю на победительниц. Уже состояние сколотил.

- И кто же победит в этом?

- Не буду упрощать тебе задачу, - хитро прищурился Люцитор. – Да и у тебя ни гроша в кармане.

Тем временем сестры закатились в ворота замка, огрызаясь друг на друга по пути, и на дорожку вышла новая девушка. Таких аплодисментов и криков из толпы, что получила она, не удостоилась еще ни одна из предыдущих невест. Темные волосы девушки были уложены в косу, заплетающуюся вокруг золотого венца. Темно-синее платье сияло в лучах солнца, пока она шла и приветливо махала ручкой, улыбаясь и ловя комплименты.

- Камилла из Рода Флер! - запоздало выкрикнул голос, но, судя по всему, девушка не нуждалась в представлении.

- Она из Высшего Рода светлых, - пояснил кот. – Её отец – богатый купец в этом королевстве.

Богато украшенное платье, тонкие черты лица, ровная чёлка и родинка над губой. Волосы её отливали синевой предштормового океана, и я засмотрелась. Камилла была похожа на куклу, чуть высокомерную, но от этого не менее прекрасную.

- Не представляю, что толкнуло богатую наследницу рисковать жизнью ради титула.

Провожая взглядом кукольную претендентку, я не сразу заметила девушку, выкатившуюся на дорожку вслед за ней.

- Бургильда Стремительная, - представили высокую невесту в длинном балахонистом платье цвета молока. Завитые локоны падали на спину, на руках и шее блестели украшения, а в волосах торчал серебряный гребень, из которого выпадала сетчатая ткань, похожая на фату. Казалось, девушка всеми силами пыталась больше всех стать похожей на настоящую невесту в день церемонии, но её нескладность все равно всё портила. Девушка робко помахала рукой притихшей толпе и направилась к воротам, скромно опустив голову.

- А эту деву раньше не видел, - зевнул кот. – Кто там следующий?

- Зенита из Сферы Хаоса! – голос будто ответил коту, и в следующее мгновение перед замком оказалась девушка в серебристом платье в пол. Волосы её торчали из- под капюшона, лицо было скрыто, и кот свесил голову, чтобы попытаться рассмотреть его.

- Говорят, кожа дев, рожденных в эпоху Безмолвия, так же сера, как серы их волосы, - шепнул он.

- Что за эпоха?

- Так называют время в Сфере Хаоса, когда её повелитель был убит горем по своей жене, чья жизнь растворилась в вечности. Он скитался по мирам в жажде прервать своё бессмертие, а Сферу свою заморозил во времени, как и её жителей. Долгие- долгие столетия. - сказал кот. – Больше всего досталось его дочери, принцессе, говорят, после сотен лет заточения вместо сердца у нее - кусок адского камня, и она еще безумнее своего отца. Он жесток из- за потерянной любви, Ада же из бесчувствия и своей природы.

- Тут будет хоть одна нормальная невеста?! – вскрикнула я, а потом резко обернулась, услышав тихие шаги. Аластор стоял позади, опираясь плечом на колонну перед балконом и сложив на груди руки. Желтый камень блеснул на его пальце, ловя лучи солнца.

- Разговариваете сама с собой, леди?

Глава 13. Дюжина невест

Я приподняла брови, а когда обернулась к перилам – Люцитора на них уже не было.

- Одной наблюдать скучно, знаешь ли.

- Тогда я даже рад, что опоздал к отцу, - сказал принц. – Составлю вам компанию.

- Как любезно.

- Я говорил, что вы не такая, как о вас говорят, - между тем парень подошел ко мне и облокотился ладонями о каменные перила, смотря на толпу внизу. – И сердце у вас есть.

- Ты о чем?

- Я не был в курсе, что отец собирается отдать половину жизни, чтобы спасти меня. Но я узнал, что вы сорвали договор. Спасибо, леди, – Аластор серьезно посмотрел мне в глаза, и я смутилась.

- Теперь ты обязан меня слушаться. Ещё раз усомнишься в том, что обретёшь в конце отбора счастье – голову тебе снесу.

Брови Аластора приподнялись, а потом он чуть криво улыбнулся. Как будто забыл, как это делается, но попытался сделать правильно, и я замерла. Улыбка принца, пусть и настолько скромная, с едва дёрнувшимся уголком губы, была столь завораживающая, что я забыла о невестах внизу и смотрела только на него.

А между тем, объявили ещё одну. И это заставило его отвести от меня взгляд и наклониться с перил балкона. На лице Аластора отобразилось изумление.

- Лисана! – прогремел голос, и девчушка с рыжими волосами, концы которых едва доставали до её голых плечей, принялась приветствовать толпу, размахивая руками. В один момент она чуть не упала, забыв придержать подол оранжевого платья, а потом счастливо заверещала, запрыгав на месте. Взгляд её был устремлен на наш балкон.

- Аластор!

- Лисана, – сдержанно поздоровался принц в ответ, и я приподняла брови.

- Её семья иногда навещала дворец, когда мы были детьми, так что мы знакомы, - ответил парень на мой вопросительный взгляд. – Её отец был приближенным короля долгие годы, пока не сбежал в соседнее королевство.

Я мысленно потерла руки, присматриваясь к девушке. Вот она, первая серьезная претендентка! Подруга детства, лучше и быть не может, всё прямо как в дорамах. «Лисана- а- а- а! Алсто- о- ор!», я хихикнула, уже представляя, как они бегут друг к другу, чтобы воссоединиться через года и заключить брак.

- Скажи- ка, - начала аккуратно, покосившись на парня. – Вы случаем клятвами в детстве не обменивались? Скажем, игрушечные кольца?

- Что? – недоуменно нахмурился принц.

- Обещание пожениться?

- Нет, а что?

- Да так, нужно было кое- что проверить, - разочарованно протянула я со вздохом и облокотилась на каменные перила, подперев кулаком подбородок. - Но почему-то же она здесь!

- Я полагаю, король злится на её отца, а отбор дал им шанс вернуться на родину. Я так думаю, - повторил он, увидев мой скептический взгляд. – Потому как брак между нами невозможен. Да и зачем ей желать этого?

Складка залегла между его темных бровей. Наивное взрослое дитя.

- Аурелия из Дома Эйвиниум! – на этот раз из толпы вышла высокая девушка, облаченная в светлую рубаху и простецкие штаны. Коротко стриженная и с ослепительной улыбкой, она сразу приглянулась девушкам в первых рядах.

- Опять соседнее королевство, - прокомментировала я, глядя в её стремительно удаляющуюся спину. – Не шибко ты популярен в своём.

- Вам же хлопот меньше, - пожал плечами принц. – Наверное, женщины Света мудрее.

- И последняя претендентка! – оповестил голос над нами, и я заинтересованно посмотрела на пустую дорожку. В толпе опять послышался едва различимый шепот. – Фауна!

Я икнула и почти в полной тишине принялась судорожно звонить в колокольчик. Принц приподнял одну бровь, и я неловко пожала плечами.

Дорогу до ворот в замок тут же заполнил густой белый туман и затянул кроваво- красный ковёр плотной завесой. В его клубах проявилась бестелесная фигура в капюшоне, и шепот вокруг стал тревожным. Люди, стоящие с двух сторон от дорожки, резко отшатнулись, испуганно вскрикнув, и я закусила губу. Плохая идея, какая же чертовски плохая идея.

А потом Фауна скинула капюшон, взмахнула своими туманными волосами и окинула толпу спокойным, ничего не выражающим взглядом. И тут же, совершенно неожиданно для всех и для неё самой, поймала сотни восторженных вздохов. Люди смотрели на неё, как на самое прекрасное создание, а потом толпа принялась усыпать её цветами. Отовсюду сыпались на неё белые, красные, желтые лепестки, и служанка ведьмы удивленно подставляла под них ладони – цветы просачивались сквозь них и опадали наземь.

В глазах Аластора застыл немой вопрос, и он обеспокоенно прищурился, всматриваясь в толпу внизу.

– Это моя Фауна!

Я ткнула его в бок, с гордостью смотря, как Фауна медленно движется к ступеням.

- В смысле ваша? – произнёс принц. – Она мало того, что мёртвая, так еще и зачаровала людей внизу.

- О чём это ты? Не вздумай оклеветать мою служанку, наглец.

- Её туман. Там какой- то дурман, и дураку понятно! – он сглотнул и отшатнулся.

- Не придумывай, - отмахнулась я, а принц нахмурился, вцепившись в перила руками так сильно, что костяшки его пальцев побелели.

– Мадам Мориэлла, – Фернис возник возле балкона и низко поклонился принцу, прежде чем впериться в меня своими маленькими глазками. – Невесты ждут вас.

– Я требую исключить призрака, – бросил ему Аластор, не отводя взгляда от подданных своего отца. – Он опасен. В его тумане дурман и неизвестно что ещё. Не подпускайте его к девушкам.

– Ваше Высочество, – Фернис поднёс кулак ко рту и кашлянул. – На то была воля мадам Мориэллы.

– Значит, – принц прищурился и развернулся в мою сторону, – Я требую исключить призрака, леди.

– Не будь таким капризным. Фауна не опасная.

Конечно, я не планировала выдавать её замуж за депрессивного принца с проклятьем. Она и так натерпелась.

– Вы безумны, – бросил принц, прежде чем последний раз осуждающе покачать головой, глядя прямо в мои глаза, и поспешно уйти.

– Прошу прощения за его дерзость, мадам, – растянул губы в приторной улыбке слуга. – Кто-нибудь мог заподозрить в вашем поступке вероломство и злой умысел, люди так глупы и не видят очевидного.

– Да неужели? – прищурилась я, пока в зелёных глазках мужчины плясали недобрые искры. – Кто же из глупцов мог так подумать, Фернис?

– Кто-нибудь, – вкрадчиво произнёс он, ясно давая мне понять, что кот был прав. Теперь все они подозревают Мориэллу и ждут удара в спину.

– Надеюсь, этот кто-нибудь вскоре поймёт, что ошибся, – я подняла подбородок и сложила на груди руки. – И извинится за недоверие.

– Как можно вам не доверять, мадам? – ужаснулся слуга, и уголок его губ дёрнулся. – Пусть бог теней приберёт себе его кости!

– Спасибо за поддержку, Фернис, – пропела я и двинулась прочь с балкона. Внизу люд уже начал расходиться, довольный представлением. Оставался шанс, что к концу месяца принц-таки женится, тогда всё королевство захлестнет пир и череда новых празднеств.

Невесты стояли в комнате со сверкающим белым полом, похожим на жемчуг. Полукругом, лицом к двери, в которую я вошла. И все как одна стихли, до того увлечённые разговором.

– Верховная леди, – склонила голову Дартемона. Её светлые волосы, пшеничные на макушке и седеющие к концам, закрыли лицо, чуть тронутое здешним солнцем, и я прищурилась. На ведьму ну никак не похожа, как и сказал Люц. – Для меня честь говорить с вами.

А мне вот беседовать совсем не хотелось.

– Что же забыла беглянка на отборе светлых, Дарти? – произнесла я, склонив голову набок. Девушка побледнела и вцепилась пальцами в подол своего черничного платья.

Подбородок её задрожал, и она облизнула пересохшие красные губы:

– Меня пригласили из-за магии принца, моя госпожа. Она темна, как ночь, смертоносна и хаотична, как бедствие, – невесты принялись испуганно перешептываться между собой, и я призвала Дартемону замолчать взглядом.

– Она с земель ведьм, дар принца – темный, – втиснулся в наш разговор Фернис, сложив руки за спиной и выгнувшись маленькой, короткой дугой. – Распорядитель решил, что попытка стоит всех усилий.

– Желаете королеву-ведьму? – усмехнулась я, а Фернис поморщился. – Забавно. Мне казалось, ведьму–надзирательницу во дворце презирают, так для вашей любви мне нужно лишь выйти замуж за принца?

Коротышка задохнулся от возмущения, надувшись, как индюк, и открыл было рот, как по комнате прокатился тихий смех. Шелестом травы он прошёлся по зале и стих так же быстро, как и начался. Я обернулась к принцу, гадая, не померещилось ли мне, но лицо Аластора снова было беспристрастно.

– Это была шутка, но рада, что повеселила тебя.

– Для меня станет неожиданностью узнать, что вы решили сразиться за моё сердце, – сказал он, и невесты тут же навострили уши.

– Прошу прощения? – раздался звонкий высокий голос, и я остановила свой взгляд на кукольной девушке. Челка, родинка, чёрные волосы и глаза как океан. Камилла, наследница здешнего купца. – Ни о каких сражения речи не шло, тем более с какой-то ведь…

Я приподняла бровь, когда в последний момент девушку за плечо дернула другая невеста, Бургильда. Высокая и нескладная, до того момента стоявшая тихо, как мышка. Она подтянула подол своего мешковатого платья и отодвинула от лица подобие фаты.

– Все мы здесь по одной причине, – изрекла она громко, прищурившись и сведя широкие брови. Посмотрела с высоты своего роста на недовольную Камиллу, и покачала головой. – Не стоит никого злить.

Камилла фыркнула, сложив руки на груди, и оскорбленно отвернулась от девушки, дернув плечом и смахивая с него ладонь Бургильды. На лице той мелькнула обида.

- Не нужно ссориться, - выдохнула я, уже представляя, какие деньки меня ждут. Еще раз осмотрела присутствующих и нахмурилась, не досчитавшись. И лишь после этого услышала за спиной девичье хихиканье.

- Так, - я набрала в грудь побольше воздуха, когда обнаружила двойняшек, прокравшихся за моей спиной к принцу и облепивших его с двух сторон. Та, что шатенка с вьющимися локонами, подхватила его под локоть и жалась ко всему его телу оборками ярко- розового платья. Она что- то шептала ему на ухо, пока Аластор впал в ступор, а потом попытался вырвать ладонь из захвата второй сестры. Блондинка хихикала, кружась вокруг него и строя глазки. – Вы обе!

Сестры нехотя оторвались от опешившего принца и посмотрели на меня.

- Да- да, вы! А ну живо к остальным!

Я не знала, было ли такое поведение против правил, но оно мне однозначно не понравилось. Захотелось отодрать девиц от Аластора самостоятельно, да статус не позволял.

Блондинка вздернула подбородок и прищурилась, покосившись на руки сестры, оплетавшие предплечье парня.

- Пусть она первая.

- Что? – опешила я.

- Пусть первая отойдет, - блондинка моргнула, а её сестра почти победно осклабилась.

- Мне плевать, кто из вас двоих отцепится от него первой.

- Она!

- Нет, она!

- Сейчас подойду я, и отойдёте вы обе, - прошипела я, начиная терять терпение. – Прямиком в своё королевство. Живо сюда, девушки!

Они взвизгнули и отшатнулись от несчастного принца в разные стороны, как от прокаженного. А потом бросили друг на друга совсем не дружелюбные взгляды и тихонько посеменили к остальным невестам. Нашлась еще одна причина, по которой Мориэллу заставили поклясться не убивать никого до конца отбора. Да что таить, у меня и самой уже чесались руки придушить этих двоих. А еще дать подзатыльник дерзкой Камилле.

- И у нас есть имена, мадам, - ядовито изрекла сестра в розовом. – Я Карамелла.

- А я Зефира, - прошептала блондинка.

Нестерпимо захотелось в поход, нанизать пару зефиринок на палку и поджарить над костром.

- Теперь, когда все успокоились, - я принялась тереть переносицу указательным и большим пальцами. – Можем начать знакомство.

Фернис всё так же стоял рядом, заложив руки за спину, и теперь уже посмеивался с нескрываемым злорадством.

- На двух прошлых отборах невест было больше пятидесяти, - невзначай отметил он. – На каждом. Жаль, вас не было с нами, мадам.

Глава 14. Пророчество богини

Аластор стоял чуть дальше нашей с невестами компании и наблюдал, привалившись спиной к стене. Одна из колонн закрывала его для той части невест, среди которой были сёстры Леррот, и мне казалось, что такое его расположение он выбрал неспроста.

Для себя я поделила девиц на три лагеря: в первом были те, в глазах которых загорались звёзды при малейшем упоминании принца. Влюбленные девушки без чувства самосохранения и страха перед темной магией. После шутки о замужестве с принцем каждая из них не упускала возможности прощупать почву или кинуть на меня ядовитый взгляд.

- Вы ведь здесь не чтобы избавиться от нас? – с подозрением спросила Лисана, подруга детства Аластора, у которой, по его мнению, не может быть и капли чувств к нему. Я еще раз поразилась его наивности, увидев воочию полный ревности взгляд.

- Конкретизируй вопрос.

Девушка смутилась, а потом уловила молчаливое одобрение невест из её лагеря и взмахнула короткими рыжими волосами, будто набираясь смелости. В своём оранжевом платье она походила на лисичку. Зеленые, чуть раскосые, глаза и взлетающие к вискам брови лишь придавали еще большее сходство.

- Не метите в жены принца?

- Это смешно, - я пожала плечами и уловила краем глаза, как шевельнулся принц, до того стоявший без движения. – Я здесь, чтобы не дать ему убить вас, дурочки.

Камилла фыркнула и обиженно отвернулась, сложив на груди руки. Я заметила, что такое поведение было для неё привычным делом. Избалованная и желающая взять то, что ей приглянулось, она входила в тот же первый лагерь. Как и сёстры Леррот.

- Мой отец такое устроит, если хоть…

- Если хоть что? – перебила я. – Ты здесь по своей воле.

Девушка поджала губы и вздернула точеный подбородок.

Ко второму лагерю я отнесла тех, чья победа на отборе укрепит положение их Домов. Невесты, которые пойдут на замужество по расчету, независимо от того, есть ли в их сердце место любви.

Фея Фавилорра не произнесла ни слова до того, как я обратилась к ней лично. Были ли причиной её крылья, ядовитые когти или дикие земли, с которых она родом, но остальные невесты не горели желанием с ней общаться. И я их понимала: пока принцесса Долины смерти медленно сообщала о цели своего прибытия, я чувствовала себя как кролик перед удавом. И была совершенно не в силах отвести взгляда от её гипнотических карих глаз ровно до того момента, как девушка замолчала.

- Очень хорошо, - ответила я, и сделала мысленную пометку больше не заговаривать с ней.

Аурелия тоже была из Дома Эйвиниум, как сёстры Леррот. Рубаха и штаны делали её самой невзрачной и неженственной участницей отбора сразу после Бургильды. Но мне она приглянулась. Девушка одна тянула на себе семью из семи человек, шесть из которых – малые дети, её сёстры и братья. Её мать хворала последние годы, но недавно болезнь отступила, и Аурелия решила попытать удачу на отборе. Её желание разбогатеть было сильнее желания стать королевой, если последнее вообще когда- то могло стать её мечтой. Но денег без титула она с собой не унесёт, поэтому была настроена решительно.

В эту же группу я включила бы Корину из Дома Коралловых земель, но та так и не объявилась, хоть Фернис еще время от времени посматривал на дверь в ожидании опоздавшей.

Третий же лагерь состоял из невест с непонятными для меня мотивами и из тех, кто по моему мнению были первыми кандидатами на выбывание.

- Хочу познать любовь, - сказала Зенита, смотря на меня черными, как ночь глазами, и прислонила ладонь к груди. Кожа её была так же сера, как и волосы, и я впервые пожалела, что Люцитор сейчас не со мной. Кажется, ему жуть как интересно было узнать эту деталь дев Сферы Хаоса, рожденных в Эпоху Безмолвия. – Лишь познать любовь.

Лисана, уже её познавшая, кинула на девушку такой злобный взгляд, что той впору было опасть кучкой пепла к её ногам или хотя бы испугаться. Но Зенита без единой эмоции посмотрела на девушку и даже не моргнула. Только уголки её губ опустились еще сильнее.

Бургильда смущенно опустила глаза в пол и замялась, когда очередь дошла до неё. Несвязное бормотание о будущих детях и свадьбе показалось мне настолько неубедительным, что я безжалостно определила её в третью группу.

Туда же попала моя призрачная служанка. В её судьбе на этом отборе я даже не сомневалась.

Дартемона сюда же. Мне стало понятно, что её сюда заманили лишь для того, чтобы проверить темный дар принца на ком- то из Сферы ведьм. И всем, включая спокойного Ферниса, было понятно, что до конца она не дойдет. Может, с ней даже был заключен договор, как с Мориэллой.

Когда все были мною мысленно рассортированы, вверху, прямо над нашими головами раздался такой громкий писк, что впору было подумать, что сёстры- двойняшки вновь добрались до принца. Но он стоял целый и невредимый и непонимающе щурился вместе со всеми, прикрывая ладонью глаза от яркой вспышки, осветившей комнату.

Бабочка, состоящая лишь из света, мягко опустилась с потолка и осела в руку Ферниса, тут же сгорая и осыпаясь искрами у его ног. Над его ладонью осталась лишь яркая желтая точка, сияющая, как маленькое солнышко.

- Условия выполнены, - изрек чистый голос, бестелесный и доносившийся из этой самой точки.

Фернис нахмурился, а потом ахнул, быстро падая на колени и потянув руку с сияющей точкой вверх:

- Моя богиня!

- Мы не богини, - совершенно неожиданно ответил ему женский старческий голос, и коротышка выдохнул.

- Точно, не они, - теперь голос стал детским, и я непонимающе посмотрела на Аластора, который решил наконец приблизиться к нам.

- Трёхликая посланница богини Алмари, - шепнул он. – Это к ней отец взывал несколько лет назад.

- Условия выполнены, - вновь оповестил первый голос.

Точка загорелась ярче и три голоса – женский, старческий и детский – хором объявили так громко, что должны были услышать во всём королевстве:

Стать принцу избранной одна

Из дюжины девиц должна,

Попросит он ее руки — минует всех беда.

Другая на отборе — враг,

Что носит в сердце черный мрак,

Попросит он ее руки — и обратится в прах.

Фернис стоял на коленях, протягивая руку с медленно гаснущим огоньком.

Он исчез так же быстро, как и появился, но не столь красиво – просто растворился в воздухе, смешавшись с чистым светом.

Я оглянулась на невест. Все они отошли друг от друга минимум на шаг и теперь с подозрением буравили взглядами.

Одна из них – враг? Теперь, при моём неправильном выборе, опасность угрожает не только невесте, но ещё и принцу? Я чувствовала, как сердце начинает бешено заходиться в груди, ответственность давила на плечи тяжелым камнем.

- Кто- то здесь со злым умыслом, - протянула Лисана, прищурив зеленые глаза. Напряжение между невестами возросло. Если раньше они вели себя сдержанно, то теперь не скрывали враждебности и недоверия.

Я закатила глаза, когда услышала первую перепалку:

- Ты здесь, чтобы обратить в прах моего принца! – закричала Карамелла, вскидывая руку и тыча указательным пальцем в сестру.

- Нет, это ты хочешь оставить меня вдовой! – ответила ей та, картинно прижимая руку к груди.

- Черное сердце – это точно про тебя!

Я очень сомневалась, что хоть одна из этих дурочек способна на спланированное убийство.

Другие наблюдали за этими двумя и переглядывались. Бургильда стояла рядом с миниатюрной Камиллой, не отводя от неё глаз, словно ища защиты или, наоборот, боясь оставить её без присмотра. Фея поигрывала пальцами на рукоятке своего клинка, пристёгнутого к платью, а Зенита просто стояла посреди зала и моргала, не выражая никаких эмоций.

- Тише! – девушки обернулись, когда я громко хлопнула в ладоши и упёрла руки в бока. – Прекратите сейчас же.

- Леди, - Аурелия прочистила горло, прежде чем обратиться ко мне. – Если среди нас есть враг, - она взъерошила свои короткие волосы и осмотрелась. – Я пришла на отбор не умереть. Мне говорили, что с вашей защитой здесь, самая большая опасность будет при выборе наряда с тугим корсетом. Или словить несварение после королевских диковинных блюд.

Хотелось заверить девушек, что опасаться им нечего, но правда была в том, что я тоже начала бояться. Я была в ужасе от предсказания не меньше, чем остальные в этой комнате.

- Я понимаю твою тревогу, - начала я аккуратно и облизнула губы, когда все взгляды вновь устремились на меня. – Но…

- Королевская охрана сделает всё возможное, чтобы защитить невест, девушки, - встрял Фернис. – Я уверен, мадам Мориэлла не даст предательнице навредить кому- то, включая принца, и сорвать отбор. Мадам?

- Конечно, - я неуверенно кивнула, а мысленно взревела. Ну конечно, кому еще разбираться с безумной опасной невестой?

- Я всё же пас, - Аурелия приподняла брови на моё неубедительное обещание и поспешила поклониться сначала Аластору, а потом нам с Фернисом. – У меня семья, я не могу рисковать, - сказала она твёрдо. – Прощайте.

Не знаю, что было более удивительно: покинувшая нас еще до первого испытания невеста или счастливо взвизгнувшие сёстры Леррот, махающие ей вслед. Все будто забыли про предсказание и радовались уходу соперницы. Один Аластор снова отошел к колонне и задумчиво смотрел на своды замка, откуда к нам спустилась бабочка с предсказанием. На лице его застыла мрачная маска.

- Минус еще одна, - пробормотал Фернис, что- то черкнув в пергаменте разноцветным пером, а потом внимательно посмотрел мне в лицо. – Распорядители составили график испытаний, мадам, желаете взглянуть перед началом отбора?

- Да, конечно, - я ответила на автомате. В голове был полнейший бардак – участвовать в подобном совершенно не хотелось. Чтобы попасть домой я должна найти принцу пару – легче легкого. Так сказал кот. Совершу ошибку – темная магия принца убьет девушку. Совершу ошибку – девушка убьет его. При любом из этих раскладов мне не жить.

Одна – избранная. Другая – враг. А между ними еще несколько претенденток, которых мне предстоит каким- то образом отсеять. А что, если избранной была Аурелия?! Или Корина, которая так и не явилась.

- Черт, - ругнулась я, не сдержав чувств. – Верните её!

На лице Ферниса отобразилось удивление, а после коротышка коротко кивнул и откланялся.

Я помассировала переносицу пальцами и подавила тяжелый вздох.

- Леди, - принц подошел так незаметно, что я вздрогнула. – О чем думаете?

- О том, что хочу женить тебя как можно скорее и убраться отсюда.

Аластор кинул ироничный взгляд на невест. Можно было догадаться, что сёстры вновь сцепятся по какой- то нелепой причине.

– Могу вас понять, леди. Но не думаю, что у вас получится.

– Женить тебя или убраться отсюда?

– Женить, – уголки его губ чуть дёрнулись. – Я не стану рисковать и проводить обряд на авось, а истинной пары среди них моя магия не ощущает.

– Ощутит, – сказала я с нажимом, не желая расстаться с надеждой вернуться домой. – Как это вообще у вас происходит?

– Узнавание? – спросил принц, и я кивнула. Он потёр подбородок и задумался, – По правде сказать, не знаю. Это просто происходит, если верить легендам. А никто из прибывших меня не впечатлил.

- А ты что, барышня, чтобы впечатлять тебя? – я не справилась с раздражением. – Я думала, мужчины обычно добиваются девушек, а не наоборот.

Аластор посмотрел на меня так, будто я съела при нём живую лягушку. А потом чуть не хлопнула себя по лбу: мы же на его собственном отборе, коржики горелые! Было бы странно, начни он ухлестывать за невестами сам.

- Странно слышать подобное от женщины вашей Сферы, леди, - Аластор почесал затылок. – Я помню, что ведьмы сами выбирают себе мужчин. Кроме тех, что на острове Обреченных, конечно.

- Что? – опять остров из сна. Я моргнула, и снова услышала в голове слова девочки, которую убили змеи Мориэллы. Случайность и крупная жертва на удачу белых гадин.

- Я говорю, ведьма может избрать себе мужчину для продолжения рода, а не наоборот. Кроме воинов и магов с острова, с которыми вы воюете. Я неправ?

- Кто знает, - ответила я загадочно.

Вспомнилась еще одна моя клятва коту: не раскрыть себя. Кажется, я набрала этих клятв больше, чем сама ведьма, и теперь потихоньку загнала себя в угол, отвечая еще и за её собственные, пока я в этом теле.

- Сейчас тебя должен волновать твой отбор, а не моя Сфера, - добавила я строго, пока принц буравил моё лицо взглядом. – Присматривайся к невестам, Аластор. И держи в узде свою магию.

- Как прикажете, леди, - процедил принц. – Что будете делать с предсказанием?

- Я разберусь, - я попыталась вложить в голос всю уверенность, на какую только была способна. Но получилось жалко. – Готовься жениться.

А я буду готовиться к возвращению в свой мир. Пусть меня и никто в нём не ждал.

Глава 15. Остров Обречённых

Мориэлла стояла перед искрящейся в ночи стеной воздуха. Алый свет луны падал на неё и проходил сквозь, но мерцал на стыке двух полей. Девушка не знала, кто поставил здесь барьер: Мать ли, оберегающая своих ведьм от воинов острова, или же их варварский король, защищающий свои владения от посягательств.

Она была здесь ради цветущего в эту ночь миража, растения такого же уродливого, как и земля, в которой оно пустило корни. И такого же могущественного, как эта земля, взрастившая на себе воинов, опасаться которых велели даже Мать и четыре Верховные ведьмы. В другой раз Мориэлла ни за что не ослушалась бы, но мираж нужен был сегодня, и как можно скорее.

Тетушка Марлен не должна была болеть, как не должна и любая другая ведьма, равная её силе. Но что- то тащило её к праматерям. Тетка иногда заботилась о Мориэлле, в знак памяти о своей умершей сестре, учила её тому, чему научила бы мама, а теперь она умирала. В ковене шептались: Мориэлла погубила тётку так же, как когда-то свою мать.

Ветер подул со стороны земель ведьм, и девушка натянула капюшон сильнее, закуталась в полы плаща и вытащила из ножен клинок. Колдовать на стыке нельзя.

Тишина. Ведьма облизнула пересохшие губы и вытащила из пристегнутого к бедру мешочка склянку с жемчужным порошком. Пара капель крови, жемчуг, растертый на подушечках пальцев. Круг перед барьером получился неровным из- за трясущихся рук. Мориэлла сдерживала магию, готовую сорваться с непослушных пальцев и лишь шептала слова отмены. Нужен был лишь небольшой откат назад, чтобы чужая магия перестала существовать, а её собственная не оставила следа. Она и не понадобится в деянии крови. Круг и кровь – всё, что нужно для отмены, знать бы правильные узоры внутри.

Когда кровь заструилась по земле следом за рукой Мориэллы, старательно вычерчивающей руны в круге, воздух вокруг нагрелся. А потом зашипел, кровь вспенилась, всё вокруг заволокло непроглядным туманом. Девушка усмехнулась и щелкнула пальцами в том месте, где еще недавно искрился барьер. Как не бывало. Она перешагнула незримую черту и бросила на мягкую землю камень. Через секунду портал открылся, и Мориэлла сделала шаг вперед, чтобы оказаться в самом центре земель дикарей, за тысячи верст от родного ковена.

Запах переменился. Воздух больше не пах жгучей магией ведьм, дышать стало свободнее. Девушка вдохнула полной грудью и опустила ладонь на ствол дерева прямо рядом с ней. Он не хранил в себе память о чужой магии, был чист и не тронут. Мориэлла потерла кору подушечками пальцев и задумалась, как много земель простаивает зря.

Портал вынес её прямо среди маленького леска. Казалось, свет алой луны здесь был тусклее, а ночь светлее. Девушка закопошилась в своём мешочке и достала пергамент, свела тонкие брови и посмотрела вдаль: мираж был рядом. Она чувствовала его нутром.

Мориэлла двинулась вперед, осматриваясь и выискивая цветок среди тонких стволов деревьев и других растений, совсем не примечательный, он прятался где- то рядом. Впереди показался кусочек поляны, и девушка остановилась, нахмурившись. Носа достиг запах пепла. Откуда он здесь, в лесу? Насколько Мориэлла знала, завтра у магов, обучающихся на этих землях, важный день – посвящение в воины. Не говоря уже о запретном времени, ночь считалась временем ведьм и расцветом их силы. Находиться вне домов и казарм в темное время суток молодые маги не имели права. Поэтому девушка и пришла в этот час.

Поляна маячила перед глазами так близко, мираж звал своими тонкими нитями магии, и даже странное шуршание не остановило девушку: она подошла к краю поляны и присела за деревом, натянув капюшон на голову. Чтобы тут же вздрогнуть от лязга оружия и увиденного. Парень! Настоящий. Мориэлла удивилась, обнаружив, что он был совсем не таким, какими их описывали тётки, сражавшиеся с воинами острова десятилетиями. На его голове не было спутанной грязной копны волос и длинной бороды, он не был толст и неповоротлив, на его одеждах не свисали лохмотья. Парень был высоким и ловким, и на лице его не было шерсти. Он держал длинный меч двумя руками, пропуская белую магию через сталь, и рубил толстые кроны деревьев. На парне были обычные темные штаны и жилетка, открывающая вид на мускулистые руки: таких не было ни у одной из знакомых Мориэлле ведьм. Она сглотнула и обвела поляну внимательным взглядом, прежде чем решить отступить. Цветка на ней не было.

- Эй!

Девушка позорно взвизгнула и отшатнулась, когда поняла, что была замечена. Г’хдоров парень оказался рядом так быстро, что она не успела даже достать клинок, и лишь оттолкнулась от дерева, когда маг выглянул на неё прямо с другой его стороны.

Если бы у тёмной магии и ночи было лицо, оно бы сейчас смотрело на Мориэллу. Взлохмаченные темные волосы и желтые глаза делали вид парня чуть диковатым, но не злым. Лишь его аура давила ведьму вниз, к земле.

Мориэлла села задом в траву и грязь и со страхом посмотрела вверх, ожидая холодную сталь на своей шее вместо ствола дерева, которое до этого так самозабвенно рубил дикарь.

Магия расцвела внутри, заполняя сердце, и это будет её последнее заклинание, яркий конец.

Мориэлла знала, что даже если и убьёт парня – маги вокруг переполошатся, почуяв всплеск ведьмовской силы, и ей не жить. Но она хотя бы заберет кого- то из них с собой в Преисподнюю. Кончики пальцев закололо, рёбра затрещали от переполнявшей нутро магической мощи, Мориэлла стиснула зубы.

- Это змея? Можно взглянуть? – внезапно спросил парень, обводя взглядом голое бедро девушки в разрезе платья. Плащ распахнулся, когда она упала назад и подтянула к себе колено. Мориэлла кинулась закрыть метку, связывающую её с белыми змеями, и удивилась еще больше, когда воин сел на корточки рядом и подцепил её капюшон пальцем, чтобы попытаться заглянуть под него. – Ты не местная, да? Твои одежды не похожи на одеяния наших барышень.

- Барышень? – Мориэлла была настолько сбита с толку его поведением, что даже не успела начать колдовать. Лишь скривилась и ударила его по руке, уворачиваясь. Уж не хотелось, чтобы кто- то так её называл, особенно перед смертью. Но казалось, парень не спешит кидаться на неё с мечом.

- Здесь женщины носят закрытую одежду и не гуляют по ночам. Их мало и каждая при муже, - пожал плечами парень, поднимаясь, и одним движением засунул своё оружие в ножны, чтобы в следующий миг подать Мориэлле руку в кожаной перчатке. – И тебе не стоит, нехорошо девушке быть здесь одной, этот лес кишит опасностями.

Мориэлла подавила порыв еще раз скривиться. Всё же повезло, что после рождения из- за белой метки на голове её не отправили на остров Обреченных. Тетушки втайне призывали местного мага, потому что не хотели убивать её из уважения к матери, их сестре. Думали, что в её ребенке проснется белая магия, но опасения оказались беспочвенны, метка – просто врожденный дефект, хвала богине, и принесла она Мориэлле лишь вызывающую седую прядь волос.

Жить с дикарями и их слабыми женщинами, что может быть хуже?

- Я могу о себе позаботиться, - ответила парню Мориэлла и поднялась с земли, проигнорировав протянутую руку. – У меня дела.

Она утихомирила магию внутри себя и зашагала дальше по лесу, выискивая мираж. Но навязчивый парень догнал её довольно быстро. Она посмотрела на него снизу вверх, с недовольством отмечая, как высок он был. Превосходство в физической силе было на его стороне, и Мориэлле это не понравилось. При драке ей бы замахнуться клинком сильнее и нанести как можно больше ударов, но он стоял слишком близко для размаха и манёвров. Не хочет ли он загнать её в угол и позвать других воинов? Ведьма напрягалась.

- Я помогу? – спросил он, и девушка вскинула брови. – С твоим делом.

- Нет.

- Почему?

- А почему ты губишь деревья? – вдруг неожиданно сама для себя спросила она. – Дикарь. Все вы здесь дикари.

Парень тоже был удивлен. Ведьме давала силу природа, включая и эти деревья, и видеть их смерть было отвратительно. Должно быть, он прочитал что- то такое в её взгляде, потому в следующий миг расправил плечи и кивнул:

- Я больше не стану, идет?

Он сказал это так легко, что Мориэлла опешила.

- Ты… - она прочистила горло, вмиг теряя былую уверенность. – Не будешь убивать деревья?

- Я лишь тренировался, могу рубить что- то другое.

Например, ведьму, забредшую на чужие земли.

- Так что ты здесь ищешь в ночи? – спросил парень, вновь попытавшись заглянуть под её капюшон и издав стон разочарования, когда Мориэлла натянула его сильнее. – Покажешь лицо, если я помогу?

- Я справлюсь сама, - его веселый тон начал раздражать. – У тебя нет забот?

- Как раз только что нашел одну, - ухмыльнулся парень. Его зубы были белыми, из ровного ряда выбивались лишь клыки. Но не как у животного и не такие длинные, как любили описывать тетушки в ковене, у парня с острова они даже не задевали нижнюю пухлую губу. Мориэлла зачем- то тронула языком свои притупленные зубы.

Она хотела было сказать ему, чтобы отправлялся к Г’хдору, как кончики её пальцев закололо, а сердце учащенно забилось от предвкушения. Вот оно! Где- то совсем рядом был мираж. Заботливые руки неизвестной ведьмы закопали зернышки на этой чужой земле и оставили его дожидаться новой хозяйки. Мориэлла победно улыбнулась, отстегивая мешочек с бедра и наклоняясь к плодородной почве, чтобы углядеть на ней коричневые лепестки. Листья миража были рваными и сливались с землей и грязной травой, но Мориэлла уже потянула к нему руки. Моргнешь – и цветок исчезнет так же быстро, как и появился. Не дыша и не сводя с него взгляда, девушка медленно начала наклоняться. Еще чуть- чуть…

- Значит, его? – с подозрением протянул мужской голос рядом, а потом ведьма заметила боковым зрением блеск стали. Вот дура. Она вздрогнула, проклиная свою доверчивость, и молниеносно отпрыгнула с места, чтобы достать из ножен клинок и попытаться вбить его воину в горло. И вскрикнула, когда рука в перчатке перехватила её запястье и сжала, выбивая оружие из пальцев. Мориэлла зашипела сквозь стиснутые зубы, а потом опустила взгляд вниз – меч парня всё так же был в ножнах.

- О нет, - застонала она, мигом возвращая внимание на землю. Пусто! – Я… - она запнулась, осознавая, что сейчас воин точно убьет её.

- Почему ты атаковала меня? – спросил он, всё так же сжимая её руку. Большой палец его руки погладил кожу на её запястье, и Мориэлла сглотнула.

- Это цветок… Он так защищается, нагоняя лживые видения, - она с болью посмотрела на пустое место у их ног и поджала губы, нехотя признавая свою оплошность. – Мне показалось, ты хотел убить меня. Чтобы сорвать – его нельзя упускать из виду.

- Ты боялась меня?

- Опасалась, - нахмурилась девушка. Воин не спешил ни убивать её, ни отпускать руку. Да что с ним не так?! Он должен был убить её ещё там, у дерева. – Теперь мне не уйти отсюда живой?

- Я тебе верю, - неожиданно произнес парень и отпустил. – Верь и ты мне. Я бы никогда не напал на тебя, особенно исподтишка.

Мориэлла моргнула, пытаясь уложить это в своей голове, но всё никак не выходило. Верить мужчине с острова? Она не могла верить даже ведьмам из своего ковена.

- Цветок, - сказала Мориэлла обреченно, пытаясь вновь высмотреть его поблизости. Пока воин не понял, кто она такая и решил поиграть в доверие, нужно действовать быстро.

- Этот? – парень усмехнулся и покрутил в руке мираж.

Ведьма ахнула, когда он легкомысленно подбросил его в руке и широко улыбнулся ей, блеснув в темноте белыми зубами.

- Невозможно, - протянула она, потянувшись к растению. – Хвала богине! Как ты…

- Не- а, - прищурился парень, убирая руку за спину. – Ты отказалась от моей помощи.

– И чего ты хочешь? – прошипела Мориэлла, не сводя напряжённого взгляда с воина.

– За него я хочу милость.

- Милость? Какую же?

Её выводил из себя его веселый взгляд. А еще то, что цветок, на который она охотилась так долго, для которого готовилась к этой вылазке целую вечность и который так легко потеряла за считанные секунды своей глупости, так удобно расположился в его руке и не думал исчезать. Вздор!

- Твоё лицо, - сказал парень медленно, и глаза его загорелись.

«Недоумок, - подумала Мориэлла, пока парень терпеливо ждал, и сбросила с головы капюшон. – Если бы он знал, каким ценным был цветок в его руке, ни за что бы не отдал его даже за горы золота.»

Черные волосы её разметались по плечам, ветер подхватил тяжелые пряди, а Мориэлла поборола порыв повернуться к парню стороной, откуда была бы не видна её белая прядь, отрезанная накануне почти под корни. Но лишь опустила голову и посмотрела на него из- под ресниц. На миг ей показалось, что рука воина дрогнула и потянулась к ней, но в следующий миг он потряс головой и проморгался, отдёргивая её назад. Девушка красноречиво кивнула головой в сторону цветка.

- Ох, да, - парень неловко достал из- за спины мираж и протянул ей, глядя прямо в глаза. Его собственные горели в темноте тусклым желтым светом. Мориэлла аккуратно взяла растение, стараясь не касаться воина, и коротко кивнула. Она вновь натянула капюшон и услышала приглушенный стон, полный разочарования, но не обернулась.

Девушка надкусила подушечку большого пальца, пуская кровь, и достала семена из цветка, чтобы заложить в землю у своих ног. Посмотрела в небо и отсчитала дни до нового цветения. Середина луны. Тогда эти земли укроет ароматом миража, лишь на одну ночь, не более.

- Мне пора.

- Как тебя зовут? – спросил парень, когда она запихнула мираж в мешочек и уже чертила письмена на земле для портала. Мориэлла почувствовала что- то вроде любопытства. Через считанные секунды она уберется отсюда к Г’хдору, и вряд ли кто- то успеет остановить её даже если она развернется на полную мощь, чтобы убить разозлившегося из-за её сущности парня. Но с другой стороны, он стоял достаточно далеко, и она могла бы сбежать без боя.

- Ваши дикари называют нас ведьмами, - сказала она быстро, ставя ногу в портал и прищурилась, наблюдая. Секунда, две, три – парень смотрел на неё всё с тем же выражением на лице, показывая полное спокойствие.

- Нет, - сказал он резко. – Я хочу знать твоё имя.

- Вряд ли.

- Мы еще увидимся.

- Это вопрос? – удивленно подняла брови девушка.

- Вряд ли, - ответил ей парень, и Мориэлла подавила непривычное желание улыбнуться. – Можешь звать меня Эл.

- Если пройдешь завтрашнее посвящение, может свидимся в бою, - вдруг сказала она. – И тогда я назову своё имя.

- Я не хочу с тобой драться, - улыбнулся Эл, и желтые глаза его сощурились.

- Тогда, - Мориэлла поняла, что уже долгие секунды стоит в клятом портале одной ногой и не может уйти по какой- то неведомой причине. – Поможешь мне украсть эту чудо- траву для ритуала и в следующий раз, Эл?

- О, - его брови поднялись, и парень почесал затылок, - украсть. Я идиот. Подумал, ты собираешь гербарий для учебы. Ну знаешь, - пояснил он на её удивленный взгляд, - эти ваши девчачьи делишки. Цветы в книгах и всякая такая романтика.

Романтика Мориэллы заключалась в каждодневном накоплении силы и изучении символов для кровавых ритуалов.

- Тогда составишь мне компанию на еще одну такую романтичную ночь? – спросила девушка, а потом дала себе мысленную оплеуху. Его беззаботные речи мешали ей ясно мыслить. – На полную луну я буду здесь, собирать новый урожай.

- Я к вашим услугам, мисс, - широко улыбнулся парень, и Мориэлла заметила ямочку на его щеке.

Алый свет луны мазнул по его широким скулам, прошёлся по груди и плечу, тронутому бронзовым загаром, чтобы спуститься вниз и высветить часть белой татуировки под кожаной перчаткой на левой руке. Мориэлла засмотрелась и тут же потрясла головой. Дикарь.

- Что ж, бывай, - кинула она, заходя в свои руны. Воздух задребезжал от магии, а носа тут же коснулся запах благовоний их ковена, когда воин окликнул её еще раз.

- Не прячь больше себя и свои волосы, - сказал он, постепенно исчезая в густом тумане, призванном магией ведьм. – Я не видел ничего прекраснее в своей жизни.

Мориэлла оказалась на своей родной земле и растерянно смотрела на то место, где ещё недавно стоял странный парень. Потрясла головой и засунула руку в мешочек, чтобы любовно огладить лепестки цветка, который так опрометчиво отдал ей воин. Что ж, они никогда больше не встретятся.

Глава 16. Круг и тень

Еще до того, как открыть глаза, я видела круг с рунами. Они вились внутри него змеями, стираясь из памяти, но я почувствовала непреодолимое желание сохранить эту часть своего сна. Была ли та шестнадцатилетняя девочка настоящей Мориэллой?

В её душе и мыслях не было злобы. Сплошь одиночество и боль. По матери, оставившей её одну в жестоком мире ведьм, по несбывшейся жизни в ковене, где она чужая, по семье. Я чувствовала её желание помочь тете, настолько сильное, что она пошла на риск и ослушалась Мать - Величайшую ведьму в Сфере, властвующую над всеми остальными.

Тогда Мориэлла была маленькой девочкой, настороженным ребенком, видящим вокруг опасность и ждущим подвоха.

А парень посеял в её душе сомнения. И что-то еще, в чем она не могла признаться даже себе.

Я встала с кровати и достала чистый лист из багажа ведьмы. Перо легко заскользило по бумаге, рука двигалась сама собой. Круг, руны внутри, лишь чернильная клякса испортила рисунок.

Я настолько увлеклась, что запачкала не только бумагу и столик, но и перчатку Мориэллы. Стянула её с себя и застыла. Пальцы теперь потемнели почти до половины. Я потерла их, потерла еще раз и ругнулась себе под нос. Как черные тени распространялись по коже Аластора тогда в саду, так и эта тень ползла по белой руке ведьмы, только очень-очень медленно, незаметно глазу. Я покрутила руку в разные стороны, поднесла к свету у террасы и принялась остервенело тереть пальцы о подол ночной сорочки. Сердце билось уже у горла, в глазах потемнело от страха, но кожа не побелела ни на тон.

Когда комнату сотряс громкий стук, я вздрогнула, хватаясь за сердце. Распахнула дверь и столкнулась нос к носу с любопытным Фернисом. Мужчина стоял слишком близко и едва не вкатился в мои покои.

- Чего тебе?

- Принц Аластор попросил позвать вас, мадам, - прогундосил слуга, заглядывая за мою спину и рассматривая комнату.

- Сейчас, - буркнула я, отойдя и хлопнув дверью перед длинным носом. Возможно, сегодня я была несправедлива к Фернису, но потемневшая рука выбила меня из колеи уже к началу дня. Да и, скорее всего, он еще заслужит, Фернис умел раздражать людей.

Я потянулась к тумбе, где раньше всегда стоял колокольчик, чтобы призвать Фауну и одеться, а потом замерла. Конечно, она ведь на первом испытании. Хоть и испытанием это было сложно назвать. Распорядительницами оказались две милые придворные женщины, озабоченные судьбой королевства не меньше Ферниса или короля. Но если последний устраивал отбор, чтобы спасти сына и найти его пару, женщины еще пеклись и о том, чтобы будущая королева понравилась народу и смогла стать достойной правительницей. Вряд ли их испытания смогут хоть на что- то повлиять до итогового и самого важного для принца, но лишать простой народ зрелища было бы преступлением. Как и лишать надежды невест, пока тянулись дни до решающего для них момента. А уж как этой отсрочке была рада невеста- предательница я и предположить не могла.

Каждой из девушек предложили приготовить небольшой подарок для принца и побеседовать за завтраком, обсуждая проблемы простого народа и их возможные решения. У каждой – несколько долгих минут в компании их избранника.

Я лениво потащила платье из шкафа, чтобы так же лениво, зевая на ходу, залезть в него. Самое первое из тех, в которые облачала меня Фауна, с подолом из перьев черной птицы ранее, а теперь просто волочащееся сзади чуть кривоватой тканью. Помнится, перья я оторвала, когда хотела придушить Люцитора. Без них гораздо легче.

Новый стук раздался в тот момент, когда я заправляла грудь ведьмы в опасный вырез, поэтому зарычала сквозь стиснутые зубы и двинулась на Ферниса.

- Ну что еще? Иду я.

- Мадам, - глаза коротышки полезли на морщинистый узкий лоб. Он прочистил горло и отвернулся, когда я закончила одеваться и вышла в искрящийся светом коридор. Вдохнула полной грудью, оставляя мрачные покои ведьмы позади и почувствовала, как мигом улучшается настроение. – Не решили ли вы меня соблазнить? У нас колоссальная разница в возрасте и воспитании.

Я едва не поперхнулась воздухом, когда глупость слетела с языка коротышки. Покосилась на его лысеющую макушку с высоты роста Мориэллы и кокетливо наклонилась ниже, сдерживая ругательства.

- У тебя такие красивые глаза, Фернис, - пропела я ласково, заглядывая в сморщенное лицо и едва не касаясь его длинного носа своим. – Носила бы, как брелок.

- Как что?

Я загадочно улыбнулась и продолжила путь.

Мужчина икнул и непонимающе отодвинулся, чтобы тут же по- хищному прищуриться:

- Боюсь, моё сердце уже занято.

- Жаль, - бросила я, даже догадываясь, кем оно было заполнено до краев.

- Но я мог бы…

- Не мог бы, - перебила я, не желая слушать ничего из того, что Фернис хотел мне предложить. Признаться, я лелеяла крохотное зернышко надежды, что он отстанет от ненавистной ведьмы в ту же секунду, как только заподозрит симпатию с её стороны, и больше я не услышу ни одной колкости в свою сторону. Но, кажется, он был решительно настроен мозолить мне глаза до конца отбора несмотря ни на что. Ради того, кто жил в его сердце, само собой.

В обеденной зале было как никогда шумно. Первое, что я заметила – это полный стол различных угощений, от вида и запаха которых тут же заурчало в животе.

- Я присяду? – спросила скорее для приличия, отодвинув стул на противоположной стороне от той, на которой расположились принц и Камилла. В глаза тут же бросилось странное выражение лица Аластора, но я была голодна настолько, что решила подумать об этом после завтрака.

- Какие люди, - донеслось из- под стола, и я чуть не взвизгнула, ударившись об столешницу ногами. Камилла бросила недовольный взгляд в мою сторону и демонстративно встала со стула. – О, его вздох облегчения я услышал даже отсюда.

- Ты чего там засел? – прошипела я Люцитору.

- Ты же не выполняешь свои обязанности, дурында.

- Поуважительнее разговаривай с Верховной ведьмой, Люц, - сказала я с набитым ртом, запихнув в него кусочек мясного рулета. – Ай! – кот не церемонясь впился в мою лодыжку зубами. – Я ведь вхожу в роль! Только глаза продрала.

- В этом и проблема, - вздохнули под столом. – Ты должна всегда быть рядом с ним.

- Это чаепитие! – воскликнула я. – Невинное чаепитие. К тому же, во мне совсем нет магии.

- В этом вторая проблема, - заметил кот. – Но сейчас не о ней. Посмотри на нашего принца.

Я поднесла новый кусок рулета ко рту и замерла, кинув взгляд на королевского наследника.

Лоб его был влажным от пота, и Аластор то и дело лихорадочно оглядывал зал. Лицо его побелело, как полотно, и то, что раньше я приняла за неловкость в компании невест, было чем- то гораздо более серьезным.

- Что с ним? – я напряглась и заглянула под стол к коту.

– Я слышу треск его колечка, – усмехнулась животина. – Следи за этим, иначе придётся объяснять, почему ты не смогла остановить его.

Я тяжело сглотнула, ещё раз посмотрев на принца. Глубокая морщина залегла меж его бровей, а рука так сжимала вилку, что пальцы побелели.

– Ему плохо, – прошептала я. – Почему он никому не скажет и не остановит это?

– Наверняка думает, что справится. Как и любой другой мужчина, – хмыкнул Люцитор. – Пока кольцо на нем, не переживай, – гелиодор сиял на пальце принца, и я чуть выдохнула.

– Скажи, Люцитор, – начала я аккуратно. – Зачем все эти испытания, если принцу нужно найти пару для брачного ритуала? После него все эти результаты испытаний потеряют силу. Не легче ли сразу провести ритуалы с каждой из них и не ждать?

– И опозорить королевский род и всех невест, – хохотнул кот внизу. – Но даже не в этом загвоздка: проводить брачные ритуалы с невестами направо и налево с его хаотичной магией – гарантированная смерть для девиц и магическое истощение для принца. Этого никто не хочет.

– Но один же придётся провести! Невест в этот раз не слишком много… Тогда я не могу выбрать любую девушку, вдруг она умрет!

Кот цокнул.

– Фишка истинной пары в том, что их магия тянется друг к другу. Если пара принца есть на отборе, он и она это поймут уже к середине испытаний, твоя помощь тут вообще не нужна.

На миг я почувствовала себя крайне бесполезной.

- А как можно их подтолкнуть друг к другу? – спросила я, бросив взгляд на невесту, выплывшую из- за угла в сопровождении полненькой служанки. Фея Фавилорра была сегодня чудо как хороша. Короткие каштановые волосы её оказались завиты в милые кудряшки и подпрыгивали с каждым её движением вместе с крылышками, трепещущими позади спины. Клинков, ранее пристегнутых к ногам, сегодня я на ней не углядела. – Они вообще поймут это до брачного ритуала?

- Истинная пара на то и истинная, что их магия была когда- то едина. Еще до их рождения. А теперь принадлежит двум разным людям, конечно, они почувствуют связь, рано или поздно.

- Уж лучше пораньше, - пробормотала я и резко выпрямилась, когда заметила идущую в мою сторону служанку.

- Леди Мориэлла, - поклонилась она, звякнув золотыми нитями, струящимися с её серо- зеленого платья. – Госпожа пожелала угостить вас нашими местными лакомствами. Она готовила их всю ночь.

Я вскинула брови, заприметив на блюде что- то, подозрительно напоминающее панкейки, облитые карамельным соусом.

- Это часть её дара принцу Аластору, - заметила служанка, имени которой я не знала. – В наших землях считают, что любовь мужчины можно завоевать, утолив его голод...

- Спасибо, я попробую.

Она многозначительно улыбнулась и поставила передо мной серебряное блюдо. А потом поклонилась и ушла, заставив меня чувствовать себя взяточницей. Ну и кто подкупает ведьму вкусностями?

- Теперь твоя фаворитка – фея? – посмеивался внизу Люцитор, и я цокнула языком, подкинув ему плотный блинчик.

- На вот, займи рот.

- Теперь и мне она нравится, - ответили снизу с набитым ртом. – Только вот надеюсь, она не тот самый враг из пророчества, - Люцитор злобно захихикал, когда блин встал мне поперек горла. – Расслабься, ты же ведьма. Мори плевать хотела на яды. Уж я знаю.

Но удивило меня вовсе не то, что кот пытался отравить её.

- Мори? – протянула я с издевкой. – Серьезно? Ты называешь злую ведьму Мори?

Люцитор фыркнул внизу и запрыгнул мне на колени.

- Не всегда же она была злобной стервой, - лениво протянул он, пытаясь урвать еще один блинчик. – Ты была так мила со служанкой, что я вспомнил её в юности.

- Кто бы мог подумать.

- За тысячу лет можно сменить сотни личин… - протянул он зловеще. – Скажем так, и я не всегда страдал от блох. Так унизительно вылизывать себя самому, чтоб ты знала!

- Фу, не хочу знать, – скривилась я, скидывая с себя зафырчавшего Люцитора. – Прими душ и не жалуйся!

- Бессердечность ведьмы передалась и тебе, - рыкнул он злобно, но через секунду ухмыльнулся, подняв лапу и показав блинчик с моей тарелки, нанизанный на кошачьи когти. Последний! - Не бананы, но сойдет.

- Эй! – я вскочила с места, а потом увидела Аластора выходящим из обеденной залы. Фавилорра сидела на своём месте и смотрела ему вслед. – Куда ушел принц? – спросила я у нее, и фея пожала плечами. Ферниса тоже нигде не было видно.

- Люцитор, - прошептала я, вернувшись к столу и заглянув под него. – Принц покинул невесту, где бродит этот коротышка? Пусть вернет его немедленно, пока фея не оскорбилась и не унесла с собой свою магию. Которая, к слову, может оказаться той, что мы ищем!

- Тот слуга? Он выглядел смущенным, когда уходил, - хмыкнул кот, облизывая белую лапу. – Не знаешь случайно, почему?

- Понятия не имею, - буркнула я, отводя глаза.

- Ну тогда растряси жирок и верни его высочество сама.

Глава 17. Проклятие Аластора

Я тяжело вздохнула и поплелась в коридор, предварительно заверив фею, что скоро её принц вернется. Удачно, что за платьем больше не волочились черные перья. По ощущениям, они были весом с тонну, с ними я бы точно не догнала даже улитку, не говоря уже о взрослом парне.

- Эй, я тебе не нянька! – крикнула я сразу, едва заприметив темный затылок Аластора. – Это тебе нужно жениться или мне?

Принц проигнорировал моё бурчание и завернул ко входу в сад, заставив меня зарычать от злости. Я загребла подол платья руками, подтянула вверх и двинулась быстрее.

- Имей совесть в конце концов, - я шмыгнула за парнем следом, прошла под опасным навесом из роз.

Когда я нагнала парня, он уже стоял у стены и шипел сквозь стиснутые зубы, прижавшись к ней спиной. Мускулы вздулись под его белой рубашкой, ткань стала влажной, и я с ужасом увидела темные витиеватые тени, заструившиеся по коже.

- Вот черт, - ахнула я, отойдя назад. И вот надо было ему уходить так далеко? Фею зацепить своей магией побоялся, а меня нет, – Я позову Ферниса или короля! Жди здесь!

- Нет! – закричал Аластор, и я замерла на месте. Он оттянул трясущейся рукой ворот рубашки и покачал головой. Кольцо мерцало в ярком свете, и я заметила трещину, поползшую по гелиодору. – Вы же можете остановить меня, леди. Давайте!

- Я… - от вида страдающего Аластора становилось трудно дышать. – Я не хочу сделать тебе больно.

- Я не боюсь боли, - захрипел он, а потом внезапно закричал в потолок, когда вены на его шее вздулись, и вбил кулак в стену позади себя. Во вмятине осталось черное пятно, стена пошла трещинами, а в следующую секунду сверху на нас рухнул её крупный осколок, отколовшийся от стыка камня на потолке.

Аластор ругнулся сквозь стиснутые зубы, когда я сжалась от страха и завизжала, закрыв голову руками. Толчок – и я оказалась под парнем. Темные тени заклубились вокруг его рук, покрыли их чернильным мраком и отразили кусок огромного камня, заставив его разлететься на маленькие кусочки.

- Вы слишком беспомощны для ведьмы, моя леди, - Аластор попытался усмехнуться, смотря на меня, шокированную происходящим, сверху вниз. А потом глаза его потемнели, превращаясь из тепло-карих в омуты бездны. Чернильные тени показались из- под рубашки, захватили шею и стремились к лицу.

- О нет, - зашептала я, схватив парня за напряженные руки и попытавшись выбраться из- под него. – Нет- нет, вставай! Говори со мной, я сейчас помогу!

Я чертыхнулась, спихивая его с себя и попыталась позвать на помощь. Перевернула принца на спину и похлопала по лицу, склонившись над ним.

- Кто- нибудь!

Кольцо Аластора теперь валялось рядом без сердцевины. Тьма, которой он защитил меня, выжгла гелиодор дотла, даже не оставив сверкающей крошки.

- Черт! – зарычала я, а потом резко остановилась. Камень! Камень, камень… Стянула с пальца своё кольцо и дрожащими руками попыталась одеть его на руку принца. – Вот же, вот! Приди в себя!

Но камень был другим. Он лишь блеснул на пальце принца, а потом я вспомнила слова Люцитора - морганит убьет любого, вытянув из него магические силы, он рассчитан лишь на ведьму.

- О господи! – тут же закричала я, стягивая кольцо с принца и возвращая на свой палец. – Прости, прости! – я закусила губу, в панике мечась взглядом по саду: почему, черт возьми, никто еще не прибежал на шум?! – Люцито- о- ор! – я приложила руки к лицу Аластора в тщетной попытке оттянуть неизбежное и задержать его проклятие. Казалось, если оно продолжит распространяться от шеи – то это конец.

Я зажмурилась, собираясь вновь закричать, как вдруг поняла сразу две вещи.

Первая: мои щеки были мокры от слёз.

Вторая: чужие руки бережно прикоснулись к ним, утирая влагу.

Я вздрогнула, распахивая глаза, и со вздохом облегчения посмотрела вниз, едва не разрыдавшись от переполнявших эмоций. Аластор!

Веки его были тяжелы, дыхание прерывающимся и свистящим, но чернота отступала. Прямо под моими пальцами витиеватые узоры уходили вниз, обратно под рубашку, и вот скоро уже даже рука Аластора вновь приобрела привычный оттенок.

- Слава богу, - прошептала я, накрывая его большую ладонь своей. – Твоё проклятие, оно… - голос мой сорвался, и парень посмотрел на меня с таким странным выражением, что я сглотнула.

- Я думал, что проклят, - сказал он, прикрывая глаза и устало откидываясь на мраморный пол. Тело его еще била дрожь, принц был ослаблен, но это не помешало ему крепко сжать мои пальцы своими второй рукой, тогда как первая продолжала гладить щеку. – Но если бы я был проклят, разве повстречал бы когда-нибудь тебя?

Я застыла, в изумлении посмотрев на его истерзанное болью лицо. Темная магия забрала силы Аластора, но он буквально лучился полным умиротворением: глаза прикрыты, и лишь ресницы его подрагивали, отбрасывая полумесяцы теней на скулы, губы растянула улыбка. Будто он был пьян.

- Как тебя зовут? – спросил Аластор полушепотом.

- Что ты такое говоришь? - произнесла я, сбитая с толку, а потом принц отключился, напоследок пропустив через пальцы мои светлые волосы с той же блаженной улыбкой на лице.

Я начала было хлопать его по щекам, стремясь привести в чувства, а потом шокированно застыла, уставившись в стену.

Светлые волосы?! Я взвизгнула, отползая от Аластора на четвереньках и в ужасе заметалась на месте.

- Вот же черт! Черт! Черт!

Я закусила губу, быстро подняв руку, мою настоящую, без длинных ногтей ведьмы, к лицу. Кольцо было перевернуто!

Я мигом прокрутила кольцо обратно, дрожащими пальцами пригладила волосы, убедившись, что они вновь черны, как сама ночь, и огляделась вокруг. Никто не должен был видеть меня настоящую, никто! Иначе кот сначала открутит мне голову, ссылаясь на нарушения договора на крови, а потом… Да плевать, что потом, и первого пункта достаточно!

Аластор! Я едва не заскулила от осознания, что принц видел меня.

Я прищурилась, снова подползая к нему на четвереньках. Приложила ладони к его груди, наклонилась, укрывая его пологом темных волос, и вздохнула от облегчения: сердце мерно билось внутри, приподнимая грудную клетку. Видел или нет, но смерти ему я совсем не желала. Я смахнула влажные пряди с его лба и принялась молиться всем богам, чтобы принц принял случившееся за галлюцинацию.

Я кинула на Аластора полный сожаления взгляд, прежде чем встать и отряхнуться от пыли и маленьких кусочков камня, прицепившихся к подолу.

- Меня здесь не было, - шепнула я напоследок парню, словно это могло всё исправить, и быстро вышла из сада, пытаясь унять грохочущее в груди сердце. Мне нужен кто- нибудь, кто найдет его. Люцитор поможет.

Но едва я дошла к коридору, ведущему к обеденной зале, как на глаза тут же попался плешивый затылок слуги.

- Фернис! – окликнула я и без удовольствия, какое мне мог бы доставить вид коротышки в другой ситуации, заметила его испуганный взгляд. – Я потеряла принца!

- Вы что? – опешил мужчина.

- Пропал он…

- Куда пропал? – таких выпученных глаз у него я еще не видела.

- Мне показалось, он шел в сад… - сказала я уклончиво, стараясь сильно не нервничать, и поманила мужчину рукой. – Иди за мной, Фернис, я покажу.

- Мадам, - в момент глаза коротышки прищурились, и настал мой черед непонимающе уставиться на него. – Мадам, прошу, соблюдайте приличия, - протянул он ехидно, но с долей испуга в глазах, - если это хитрый способ уединиться со мной…

Мне резко поплохело.

- Фу! Не заманиваю я тебя, пошли! Много чести…

Я отряхнулась, пытаясь сбросить с себя грязные слова Ферниса и его мысли, и решительно направилась вперед.

- Живо за мной!

Я не обернулась, когда услышала топот за своей спиной.

- Ваше Высочество! – завизжал Фернис, а я сделала максимально удивленное лицо, на какое только была способна. Сердце разрывалось от вида Аластора, но что я могла сделать? Я лишь самозванка без капли магии.

Когда вокруг начали проноситься лекари, Фернис мельтешил туда- сюда, командуя и направляя, я задумалась. Неужели сила ведьмы проснулась в её теле на ту долю секунды, что так нужна была принцу для исцеления? Весьма удачно.

Когда в саду появился Кизарий, остальные слуги отступили от принца так быстро, как только смогли. Казалось, придворного целителя здесь опасались так же, как и ведьмы.

Мужчина опустился рядом с наследником на колени, перекинул свои дреды за спину и снял с головы красный тюрбан, чтобы наклониться к Аластору и прижаться ухом к его груди. Закатал рукава на рубашке принца, прошелся кончиками пальцев по его влажной коже. Выдохнул, вселяя надежду во всех остальных в зале, и достал из кармана кольцо.

- Кто- нибудь касался его проклятия? – спросил громко лекарь, и вокруг зашептались. – Это опасно, я окажу помощь.

Но никто не ответил. Включая меня. Я тяжело сглотнула, попытавшись незаметно опустить глаза вниз и оглядеть свои руки, но вряд ли проклятие могло просочиться сквозь перчатки. А потом чуть не ахнула. Моё лицо! Принц совершенно точно касался моего лица!

Понадеявшись, что моё лицо сейчас не разъедает неведомое проклятие, а щеки не иссохли и не похожи на истлевший пергамент, я принялась тихонечко двигаться к выходу. Бочком, на цыпочках, стараясь затеряться в толпе слуг, как вдруг…

- Если бы только мадам Мориэлла была в этот момент рядом, - скорбно протянул Фернис, и все взгляды в ту же секунду устремились на меня.

- Жаль, меня не было, - нагло соврала я, покосившись на принца. Спал, как младенец. Будто и не случилось ничего несколько минут назад. Если бы не морщинка, залегшая между его бровей и… едва шевелящиеся губы?

- Принц что- то бормочет, - сказал Кизарий, а следом за этим и все слуги столпились вокруг них с Аластором. – Лекарь нахмурился и наклонился ближе, пытаясь расслышать.

- Дева… - прошептала служанка, стоящая ближе всех. – Он сказал…

- Так! – я громко хлопнула в ладоши и строго оглядела всех присутствующих, пока внутри буквально визжала от тревоги. – А ну живо все разошлись! Принцу нужен покой!

После моего хлопка все слуги вздрогнули, как один, будто ожидая немедленной расправы, и поторопились разбежаться. Лишь Кизарий и Фернис остались рядом с наследником. Один стоял, заложив руки за спину, и с подозрением во взгляде оглядывал завалы вокруг. Второй же уже достал откуда- то из своей сумки платок и протирал им лицо Аластора, сбрызнув какой- то мутной жидкостью из зеленой склянки.

- Доставьте принца в его покои, - распорядилась я, задрав голову и прищурившись. – Наверняка, случившееся было потрясением для него. Неизвестно еще, как это отразится на психике принца, - Фернис непонимающе вскинул голову, и я пожала плечами. – Один из камней мог ударить его по голове.

Ударить так, что ему привиделась незнакомая девушка.

- Мадам, вы…

- Лишь думаю о своих обязанностях. Надеюсь, принц придет в себя быстро. Я ухожу к невестам.

Я сглотнула, бросив последний взгляд на Аластора, и развернулась на пятках, чтобы как можно скорее покинуть это место. Пробежала под увитой розами аркой и едва не зарыдала вслух, когда оказалась в коридоре. Страхи, сомнения, вина – всё это хлынуло на меня с такой силой, что стало трудно дышать. Что, если Люцитор узнает? Что, если ведьма забирает обратно своё тело и поэтому вспышка её магии спасла его? Что, если принц не очнется? Что, если… Слишком много «если», и каждое из них не сулило мне ничего хорошего. Я сделала глубокий вдох, прежде чем похлопать себя по щекам, частично возвращая способность трезво мыслить, и двинулась в обеденную залу.

И если раньше невесты заходили в комнату по одной, то сейчас их там было целых пять. Не могли поделить место в очереди, принца или еще чего, я не знала, но издалека уже услышала крики и возмущения.

- В чем дело? - бросила я устало, когда пять пар глаз устремились на меня. И вскинула руку, едва девушки кинулись ко мне, возмущенно бурча себе под нос. – Впрочем, неважно, - сил слушать их у меня все равно не было. – Принц плохо себя чувствует, можете расходиться по комнатам.

- Как? – этот визг я узнала бы даже с закрытыми глазами. Карамелла уперла руки в бока и тряхнула головой, от чего её розовые бантики в волосах едва не развязались. – Я давно жду!

- Значит, сможешь подождать еще, - сказала я, выискивая взглядом Люцитора. – Кису не видели?

- Да кому нужна киса, - закричала девушка, и я заметила краем глаза её сестру, посмеивающуюся у выхода. Должно быть, она заполучила своё свидание в числе первых и теперь насмехалась над Карамеллой. – Я хочу принца! Я всю ночь шила!

- А кому нужна твоя вышивка? – захохотала Зефира.

Фауна и Зенита, с одинаково отстраненными лицами наблюдавшие за перепалкой, молча развернулись и удалились из залы. Фея сидела за столом и аккуратно резала ножичком что- то, похожее на стейк, но, по всей видимости, уже не ждала принца.

- Я вышила символ его Дома – ромашка внутри солнца и колосья пшеницы! Когда у меня есть свой! По какому это праву вы...

Карамелла принялась тыкать мне в лицо каким- то платком, истерично визжа про несправедливость, и в конце концов я не выдержала. Резко вырвала вещицу из её рук, кинула на пол и опустила на неё ногу со всей яростью, что сейчас ревела у меня внутри. Я топнула ногой еще раз и закричала, указывая на выход.

- Закрыли все рты! – я чувствовала, как рассыпаюсь изнутри, как тщательно спрятанные ото всех чувства жгут нутро, пытаются вырваться наружу через истерику, крик и слезы. – Принца сегодня не будет!

Девушка икнула, кинувшись за платком, а потом убежала вслед за сестрой.

Я опустила трясущуюся руку и хотела было осесть на пол, как вспомнила о фее. Развернулась в тот момент, когда Фавилорра ловко вытерла ножик от жира и… Засунула в ножны в разрезе своего платья.

- До завтра, - прошептала я, когда она вежливо кивнула и тоже ушла.

- Ведьма-истеричка, - хохотнул знакомый голос сверху, но у меня уже не было сил, чтобы выискивать, куда забрался Люцитор на этот раз. – Холодная и бессердечная… Невозмутимая и…

- Заткнись, - рявкнула я на него и присела на край лавочки. – Где ты шлялся? Ты был мне нужен!

- Слышал, всё обошлось, - протянул кот. – С принцем.

- Обошлось, - неуверенно согласилась я, без малейшего понятия о том, сколько было известно Люцитору. Если учесть, что я ещё жива, значит, немного. – Как- то.

- Кизарий оказался рядом?

- Да.

- Если хочешь мой совет, - начал кот, оказавшись уже у моих ног. – Я бы поторопил события. Эти платья- рюши с подарочками и свиданиями ни к чему, когда принц скоро не сможет контролировать свою силу. Он обрушит замок на наши головы, вот чем закончится отбор.

- Ты говорил, его сила должна потянуться к одной из невест, так? – спросила я, и Люцитор кивнул, принявшись вылизывать белую лапу. – Но действовать напрямую и проводить обряды нельзя.

- Ага. Говоря «поторопить события», я имел в виду совсем не это.

- А что, если… - я задумалась, вспомнив, как парень направил свою магию в камень, раздробив его на куски. Если взять один такой кусочек… - А он мог бы зачаровать какой- нибудь предмет? Ну, - пояснила я на удивленный взгляд Люцитора, - влить часть своей силы в него. И этот предмет можно было бы…

- Поносить между невестами? – засмеялся кот так, что мне стало стыдно за свою идею. – Тогда какое же это испытание.

- Можно сделать его зрелищным, – предложила я уже не так уверенно. – Прятки, например, или…

- Да ладно? – усмехнулся кот. – Все прятки, в которые могла бы предложить играть Мориэлла, просто обязаны быть кровавыми и закончиться без победителей.

Он гадко захихикал и провел острым когтем вдоль своей пушистой шеи.

- Я попробую обсудить это с распорядительницами, - сказала я устало и помассировала переносицу пальцами. – Пусть они и думают. Или умрут.

- Так- то лучше, - посмеивался Люцитор.

– Я имела в виду, что проклятие принца погубит нас всех, – нахмурилась я, а потом просто махнула рукой. – Чувствую себя, как кисель. Я пойду, Люц.

Кот проводил меня подозрительным взглядом, но уже не было сил выяснять, знал ли он о том, как я облажалась. Голова нещадно болела, перед глазами то и дело появлялась блаженная улыбка Аластора в момент, когда кольцо вернуло мне настоящий облик.

Оставалось лишь надеяться, что принц неплохо приложился головой.

Глава 18. Белая смерть ведьмы

За окном шумели деревья и пели ночные лягушки, тревожимые сильным ветром, но крики тетки Марлен перекрывали все остальные звуки возле их маленькой лачужки. Мориэлла с отсутствующим взглядом сидела у её постели и натирала в ступке травы, снимающие жар. Мираж закончился несколько ночей назад. Новый созреет лишь завтра, на середину луны, и Мориэлла уже готовилась к вылазке, но боялась не успеть.

Щеки тетки ввалились, глаза заволокла белая пелена, и теперь она слепо водила слабой рукой по краю кровати в поисках воды.

- Вот, - сглотнула Мориэлла, подавая стакан, и ведьма жадно прижалась к нему сухими губами, не в силах утолить жажду. Казалось, что- то высасывало из неё силы. Мориэлла чувствовала присутствие другой магии. Она ощущалась иначе, чем магия ведьм, запах её был цветочным с почти неразличимыми нотками затхлой крови и гниения. Она неуловимо витала в воздухе уже несколько лун, но оставила отпечаток лишь на лице тетки, исчезая каждый раз, когда Мориэлла пыталась её запечатать или показать другим ведьмам. И она всегда возвращалась вновь.

Девушка посмотрела на Марлен, а потом кинула взгляд на портрет своей мамы на стене. Раньше тетка была похожа на свою сестру, как две капли воды, а Мориэлла иногда глядела на неё и представляла, что мама жива. А теперь чёрные волосы, коими так гордился их род, выцвели и местами поседели, кожа стала сера, как старый пергамент, и натянулась на череп, а глаза утратили былой ведьмовский блеск. Казалось, в женщине не осталось ни крупицы её магии, она выходила через кожу и испарялась, покидая ведьму навсегда.

- Я вижу… - прохрипела она, взгляд ее устремился на портрет сестры, но был слеп. – Моя сестра…

Мориэлла сглотнула, кидая взгляд на стену.

- Её здесь нет, - проговорила она тихо.

Тетка мотнула головой и хрипло засмеялась, выпучивая глаза. Схватила Мориэллу за руку, и девушка увидела белую пленку, ползущую по её коже. Как крохотная паутинка или иней, она росла, погребая под собой кисть, потом пальцы, и разрасталась всё дальше. Вновь запахло полевыми цветами и кровью.

- Но она была, - прошептала Марлен и злобно скривила губы. – Ты знаешь, что означает твоё имя?

Девушка встрепенулась и сжала руку тетки сильнее.

- Нет…

- Мориэлла… «Смерть, дарующая Жизнь». Так она нарекла тебя, - закряхтела Марлен, и черты лица её в одну секунду заострились. – Но ты принесла нам лишь смерть, - выплюнула она и оттолкнула руку девушки.

- Поспи, тётя, - прошептала Мориэлла, чувствуя, как внутренности её леденеют. Не было и дня, чтобы она не думала о маме. Организм молодой ведьмы не справился с родами.

- Я говорила, нельзя давать имя младенцу. Дитя должно быть принесено в жертву безликим, Магда, - голос тетки стал строгим, будто женщина вернулась на шестнадцать лет назад и вновь говорила с сестрой, разум покидал её.

Девушка вздрогнула, почуяв запах гнили. Удушливо сладкий, он заполнил легкие, но даже это было не так ошеломляюще, как слова ведьмы.

- Жертва? – прошептала Мориэлла еле слышно, и тетка затряслась в кашле, сжимая худыми пальцами края кровати.

- Белая болезнь коснулась не только меня, - сказала она. – Ты была рождена, чтобы умереть и позволить жить Магде.

- Ложь, - процедила Мориэлла.

- Она родила тебя, чтобы совершить ритуал с младенцем, своей плотью и кровью, - сказала женщина, а потом широко распахнула рот, задыхаясь и пытаясь впустить в себя хоть каплю чистого воздуха без магии, и закашлялась, прежде чем продолжить мучить Мориэллу. – Магда начала пить твою магию, вытягивала её нить за нитью, когда ты была еще в её утробе. Белое пятно на твоей голове не родимое. Это отметка самой смерти, и она была началом.

Мориэлла вздрогнула, следя, как паутина неспешно оплетает тело тетки, забирая магию, вытягивая жизненную энергию и оставляя после себя белую кожу. Так же было и с ней? Девушка коснулась дрожащей рукой своего лба, прямо в том месте, откуда росла её седая прядь.

- Тогда почему… - руки Мориэллы сжались, а взгляд коснулся матери на полотне. Её красивое лицо теперь было размыто из- за слёз.

- Ты выжила, а она мертва, - сказала Марлен, и девушка почувствовала себя так, словно ей дали пощечину.

- Нет… - прошептала она, наклоняясь ближе и сжимая худые плечи тети своими руками. – Нет, прошу… Я... Я же люблю тебя, люблю её, пожалуйста, тётя...

Мориэллу избегали другие ведьмы, но мать любила её и привела в этот мир для великой цели, известной лишь богине. Так говорила Марлен. Она была одна, но мать всегда незримо сопровождала её, давая силы, её любовь отогревала и дарила смысл её жизни. Она не была своей в ковене, но если бы была жива мама…

Тётка бредила, только и всего.

- Она зачала тебя, чтобы убить.

Мориэлла отшатнулась от Марлен и почувствовала, как задыхается. Она закричала в потолок, падая на колени и хватаясь за голову руками. Магия колыхнулась в ней, ответив на боль. Внутренности сжала невидимая рука, и слёзы пролились из глаз. Мориэлла не помнила, когда плакала последний раз, и это простое действие принесло ей невыносимую боль. Казалось, глаза вот- вот расплавятся, а горло скрутит от нехватки воздуха.

Запах цветов забил нос, и ведьма стиснула зубы, прежде чем подняться на слабые ноги. Глаза Марлен были устремлены вверх, на портрет её сестры. Прямо перед тем, как белая паутина погребла под собой едва шевелящиеся сухие губы и коснулась век, закрывая их.

- Марлен! – крикнула Мориэлла, бросаясь к ней, но ведьма не подавала признаков жизни. Девушка уже не думала о её спасении, ей было важно другое. – Не уходи! Скажи, что ты солгала! Очнись, очнись же, Г’хдор тебя задери!

Мориэлла закричала, принявшись трясти за плечи истощенный бледный труп, покрытый белесыми струпьями. Но ответом ей были лишь выходящие изо рта ведьмы облачка магического пара, последние крупицы силы покидали её тело и растворялись в воздухе.

- Не смей умирать, злобная дрянь! Почему ты не сказала мне раньше, почему?! – Мориэлла взвыла, захлебываясь слезами. И оттолкнула от себя ведьму, как только почувствовала жжение на своих пальцах. Неконтролируемая магия вырвалась из них и выжгла дыры на ночной сорочке Марлен, носа коснулся запах горелой плоти.

- Столько лет, - прошептала она, кусая губы.

Столько лет она утешала себя тем, что не всегда была одинока. Копошилась в древних томах, искала запретные заклинания в мечтах однажды стать величайшей ведьмой и воскресить родительницу. Мориэлла разговаривала с портретом матери и возносила молитвы богине за её душу. Марлен много рассказывала о ней. Заставила её полюбить свою мать.

Нет, это была ложь, бред умирающего.

Что- то задрожало в углу комнаты, когда сила Мориэллы выплеснулась из её сердца вместе с отчаянием и болью, осветило стены алым свечением, а через секунду посох тетки Марлен влетел в раскрытую ладонь девушки, несомый тенями. Прочная трость из старой лещины, увенчанная сферой – черный месяц внутри алой полной луны, мерцающей во мраке. Тело подхватило дрожь посоха, затряслось от переполняющей его мощи, что усилилась от реликвии взрослой ведьмы. А потом ушей достиг шепот.

Шипящий, исходящий от тела тетки, покрытого белой убийственной пленкой, и свистящий, доносящийся от окон, терзаемых ветром.

«Сладкая чёрная магия…»

«Сладкая, отнятая…»

«Молодая, моя…»

Мориэлла сорвалась с места, когда белые струпья подхватил ветер и закружил вихрем над Марлен, а голос послышался совсем близко.

- Прочь! – взвизгнула она, замахиваясь на бестелесную другую магию и пытаясь избавиться от неё. Она ощущалась липкими мурашками на коже, маслянистым воздухом забивала легкие и наступала со всех сторон, выступая из тени. И ей было мало тетки, она тянула свои невидимые руки к Мориэлле, оставляя на её одежде белые следы.

«Заберу… Обратно…»

- Прочь! – завопила девушка во всё горло и вбила посох в хлипкий пол, ломая под ногами деревянные доски. Лунная сфера осветила стены и…

Дверь отворилась, в доме вновь запахло полевыми цветами, а неизвестная магия стянулась в одну точку белой тенью и исчезла так же неожиданно, как и появилась.

Мать, владычица земель ведьм, их королева, появилась на пороге и окинула цепким взглядом комнату. Запыхавшуюся Мориэллу, по лицу которой струйками стекали пот и слезы, по посоху, лучащемуся магией в её руках. Позади темной фигуры Матери стояли ведьмы ковена. Они посмотрели на мертвое бледное тело своей сестры, а потом на девушку рядом с ним. И лица их исказила ненависть.

Дверь захлопнулась.

Мать величественно вошла в их убогую лачугу, как если бы это мог быть королевский прием. Темный плащ тянулся позади неё, собираясь вверху алыми блестящими нитями, оплетающими шею и плечи. Чем ближе к подолу, тем сильнее темная ткань плаща наливалась бордовым, словно это кровь стекала с высокой фигуры ведьмы.

- Ты испугана, дитя, - шепнула она, подцепив подбородок Мориэллы длинным белым ногтем и приподняв её измученное лицо.

Наклонила голову, всматриваясь в него своими замутненными, почти потерявшими зрение глазами, и отпустила девочку, направившись к Марлен. Белые длинные волосы струились позади её спины, едва не подметая пыль на полу дома, и что- то блестело в них серебром. Ведьма давно перешагнула тысячелетний рубеж, но сохранила юный облик. Отдала жизнь, тепло тела и еще неизвестно что в обмен на вечность.

- Они хотели убить меня, - сказала Мориэлла, не зная о ком она: о тетке со своей матерью или о неизвестной сущности, что забрала обеих.

- Они?

- Тетя сказала, это белая болезнь, но здесь была и другая магия. Вы почувствовали её, Мать? – ведьма молчала, скользя тонкими пальцами по застывшему лицу Марлен. - Так же умерла моя мама? – спросила Мориэлла, а потом подняла заплаканные глаза на старшую ведьму.

- Пусть спит спокойно, - сказала ведьма, поднимая руку над женщиной. – И твоя мать обрела покой.

- Она правда родила меня на убой? – слова прошли через горло как раскаленные. – Поэтому все ненавидят меня? Я должна была умереть, а отняла у них сестру?

- Дитя… - женщина повернулась к ней, и глаза её загорелись. – Ты оказалась сильнее своей матери. Вязкая тьма сочится из твоего сердца, а смерть идёт по пятам.

Мориэлла подняла на неё усталые глаза:

- Она родила меня, чтобы принести жертву?

- Да.

Слова не умирающей в бреду, а королевы всех ведьм. Душа Мориэллы опустела.

- Зачем мне теперь жить?

- Должно быть, у богини были на тебя свои планы, поэтому ты жива. Живи ради цели, дитя. Ты станешь великой ведьмой, сильнейшей в своем роду. Твоя мать и тетка ушли, а ты стоишь здесь, живая и полная магии.

Мориэлла перевела взгляд на портрет её матери и взмахнула посохом тетки. Огонь поглотил сначала края рамы, а потом стер красивое лицо женщины в середине, прежде чем картина осыпалась пеплом. Девушка выжгла лик матери со стены и её образ из своего сердца.

- Теперь у меня нет цели, - спокойно сказала она, возвращая взгляд Матери. – Я отрекаюсь от своего рода.

Мать кивнула без единой эмоции во взгляде.

- Сегодня Род Матрэ исчезнет.

- Но есть то, чего бы я хотела… - сказала Мориэлла. – Я хочу увидеть своё рождение. И её смерть.

Черты Матери заострились, и она быстро вскинула голову.

- Боюсь, это не пойдет тебе на пользу, а лишь ослабит… Взгляд в прошлое губит, моя дорогая. Только будущее достойно дум.

Мориэлла нахмурилась. Она знала, что Мать хранит в своих запасах нужные ей артефакты.

Что мне теперь делать? – не было больше никого, о ком Мориэлла бы могла молиться. У каждой ведьмы было предназначение, и теперь она знала, в чем было её. Исчезнуть.

- Найди способ стать сильнее и обуздать магию, что дремлет в твоём сердце, - сказала Мать, приблизившись. Она приподняла её подбородок своими тонкими пальцами, вдавив ногти в щеки, и заглянула в лицо полуслепыми глазами, загоревшимися зеленым светом. – Для этого ты была рождена и спасена самой богиней, твоя жизнь не пуста. Найди что- то, в чем ты станешь самой могущественной, Мориэлла, сильнее Верховных ведьм, и займи одно из их мест. Будь рядом со мной, моё бедное, покинутое всеми дитя.

Девушка вздрогнула, поняв, что Мать говорит об убийстве одной из своих сестер. Иначе Верховной не стать, сильнейшие ведьмы их Сферы редко умирали своей смертью.

- Я дарую тебе смысл жизни, моя девочка, всегда помни об этом. Отрекись от рода, но не от меня. Будь мощью моей Сферы, будь силой земель ведьм. И тогда твоя мать не будет довлеть над тобою, ни её образ, ни её душа, ни её злые мысли. Теперь у тебя есть я, служи мне.

Мориэлла моргнула, чувствуя, как внутри её разгорается пламя. Теперь, впервые встретив Мать, она понимала, почему все ведьмы Сферы её почитали. Её словам невозможно противиться, её воле подчинялись беспрекословно.

- Твоя мать, твоя плоть и кровь, предала тебя, но я стану той Матерью, что даст тебе смысл и поднимет с колен твоей боли. Стань же той, пред кем преклонятся ведьмы за стенами твоего дома, - она перевела глаза поверх головы Мориэллы, и девушка услышала шум снаружи. Они ненавидели её, презирали, а теперь их злость возросла. – Будь верна лишь мне, и я дарую тебе могущество, о котором ты и не мечтала. Стану твоей семьей.

Девушка вздрогнула, смотря в красивое лицо Матери, а следом её голова качнулась сама собой. Порывы ветра, скрип досок под ногами, шелест струпьев, подхватываемых магией и даже стук сердца Мориэллы, всё затихло в один миг. Был лишь голос Матери.

- Я буду служить вам, - произнесла девушка четко, и тонкие губы ведьмы дрогнули в улыбке.

- Теперь ступай, о Марлен я позабочусь.

- Госпожа, - сказала Мориэлла, нахмурив брови. – Я совсем забыла, тот голос…

- Голос?

- Магия, что забрала мою тетку и женщину, что родила меня. Она тянулась и ко мне.

- За белой болезнью следует белая смерть, - ответила Мать. Она щелкнула пальцами, и иссохшее лишенное тело магии рассыпалось в прах. – Магия вашего рода всегда была соблазнительной. Но тебе не нужно бояться, пока ты со мной.

Мориэлла опустила голову, проклиная свою семью. Внутри неё было пусто, лишь глаза Матери заполняли эту пустоту, лишь её слова. Остался еще кто- то, кто верил в неё. Тот, в чьем взгляде не было ненависти.

- Спасибо, - прошептала она едва слышно и двинулась к двери, перехватив поудобнее посох. Возгласы ведьм затихли, едва она распахнула дверь, но та в ту же секунду захлопнулась.

- И, Мориэлла, - окликнула её Мать, не оборачиваясь и всё так же стоя у постели Марлен. Белые прямые волосы подхватывали порывы ветра, и Мориэлла углядела в них серебряные нити.

- Да, моя госпожа? – в этот миг девушки вновь коснулся запах крови и гниения вперемешку с полевыми цветами, и она подавила порыв прижать ладонь к губам и носу. Другой магии рядом не было. Лишь Мать.

- Избравший тёмную дорогу не должен оглядываться. Пройденная тьма гораздо опаснее, когда она у тебя за спиной. Всегда смотри вперёд.

Мориэлла быстро кивнула и удалилась из проклятого дома, чтобы больше никогда не слышать этот запах.