Космос Декстера

Глава 1

Уолш был весьма старым и, к тому же, астматиком. Даже быстро ходить не про него будет сказано, не говоря уже про бегать. Но ещё он являлся космическим пиратом, а они готовы на всё лишь бы выжить.

Именно поэтому, когда у старика, в отсутствие на корабле связи, возникла срочная необходимость сообщить капитану жизненно важную информацию, у Уолша попросту не оставалось другого выбора, и он побежал.

Побежал через весь корабль, не жалея своих сил.

Каждая минута была на счету, поэтому старик так спешил, рискуя где-нибудь по пути схлопотать приступ и задохнуться. И, вот уже у самой цели, пират упёрся в заблокированную изнутри дверь.

Уолш сразу же принялся остервенело колотить в неё одновременно и ногами и руками. Но из-за громкой музыки внутри каюты прежде чем стук услышали и дверь открыли прошло целых пять минут.

Капитан закатил дружескую пирушку в узком кругу. Однако гуляли по-взрослому: помимо различных закусок, заполнивших стол, открыли даже консервы из натурального мяса. И пили не абы что, а вина из личных запасов капитана.

Кроме самого Клауса и его сестры в каюте также присутствовали старпом, доктор и сразу оба механика. При том, что по всем правилам кто-то из этой пары обязан всё время дежурить в машинном отделении. И хотя у одного из механиков, в отличие от остальных, в руках не алкоголь, а чашка горячего чая это всё равно грубое нарушение.

«Слишком рано ребята расслабились. Слишком рано. Мы ведь ещё не дома. Совсем измельчал пират» — с горечью и раздражением подумал Уолш.

— Зачем припёрся? — сестра капитана не обрадовалась внезапному гостю. Сделала глубокую затяжку и уже намеревалась выпустить густую струю сизого сигаретного дыма прямо в лицо Уолшу.

Это и стало последней каплей, и старик сорвался. Прежде чем девушка успела хоть что-то сделать, его ладонь оказалась у неё на лице, плотно зажимая рот.

А ещё через мгновение старый Уолш сильным толчком уронил девушку на пол:

— С дороги, дура. Нашли время пьянствовать.

Девица, ранее считавшаяся на корабле неприкасаемой, теперь сидела на заднице и, поджав губы, растерянно хлопала ресницами. Впрочем, не только она, но и остальные присутствующие оказались в полной растерянности и не знали как реагировать на случившееся.

Растерялись все кроме капитана.

Он в несколько шагов оказался перед Уолшем и навис двухметровой горой над невысоким худощавым стариком. Никому не позволено трогать его сестру.

Уолш заговорил первым:

— Клаус, наш груз... мы обокрали Синдикат!

— Что за бред? — недовольно фыркнул старпом, появившись из-за спины капитана. — Уверен, мы бы это заметили.

Потребовалась всего секунда, чтобы капитан пиратов принял решение. Он счёл разумным аргумент своего старпома.

— Старый, не знаю, что на тебя нашло, но ты сам виноват, — Клаус замахнулся огромным кулачищем, намереваясь одним ударом покончить с наглым стариком.

— Никто из вас даже исчезновение связи не заметил, — громко рассмеялся Уолш, продолжая бесстрашно смотреть в глаза капитана.

Вместо того чтобы ударить, Клаус резко выставил руку перед собой, немного сдвинул рукав, чтобы стало видно браском на запястье и всмотрелся в небольшой монитор.

Старик не соврал. Они действительно остались совсем без связи.

— Весь узел связи накрылся, — продолжил Уолш, убедившись, что капитан наконец-то готов его по настоящему слушать. — Мы сейчас лёгкая добыча. Даже для необученных первокурсников из корпуса космических рейнджеров. И это при том, что, если сейчас же не предпринять меры, то штурмовать нас будут совсем не зелёные кадеты, а абордажные отряды Синдиката. И времени почти не осталось, — старик ещё подлил масла в огонь. — Действовать нужно срочно! Декстер... Мальчишка нас предал и очень сильно подставил. Для всех мы теперь крысы, которые воруют у своих.

Каким бы неадекватным не выглядел Уолш, но теперь капитану пришлось к нему прислушался. Хотя и было очень сложно принять факт того, что всех их подставил самый неприметный и ничтожный, по его мнению, член экипажа. Декстера ведь и за человека мало кто считал, скорее принимали как некую вещь, по умолчанию прилагающуюся к звездолёту.

Тихоня-Декстер готовил, убирал, стирал и всегда добровольно-принудительно принимал самое активное участие в загрузке и разгрузке корабля. А некоторым членам команды, во время длительных межзвёздных переходов, он помогал оставаться в тонусе. И служил им живым манекеном для отработки различных боевых приёмов. Из-за чего парень и проводил большую часть своего свободного времени на восстановлении в медкапсуле, залечивая полученные травмы.

— Ладно, вы все его слышали, пацан нас предал! — Клаус принялся раздавать распоряжения. — Маркус, — он хлопнул по плечу старпома и подтолкнул того к выходу, — давай быстрее в грузовой отсек и не дай им его прикончить. Так, а вы трое и сами знаете, что должны делать, — обвёл взглядом доктора и механиков, а затем повернулся к сестре, — Таня, иди на мостик и прикажи навигатору проложить новый маршрут в безопасное место. Как только закончит, пусть сразу меняет курс.

— Ваш пилот и без меня с этим заданием справится, — нехотя мотнула головой девушка. Она довольно сильно обиделась, сообразив, что унизившему её старику за это ничего не будет.

— Ладно. Оставайся.

— Нет, — сразу же возразил Уолш, обращаясь к Клаусу. — Сколько уже Декстер летает с вами? Если не ошибаюсь, то около девяти лет. Значит, ему наверняка известны координаты всех ваших укрытий. Слишком большая вероятность попасть в засаду.

Уолш закашлялся и слегка наклонился, упираясь руками в колени.

— А она на борту новичок, — отдышавшись, старик ткнул пальцем в сторону Тани. — Если у пацана есть подельники, а я почти уверен, что это так, ведь сам бы он такую подставу не смог организовать. Тогда нам нужно в укрытие, координаты которого Декстер не знает, а значит не мог заранее никому разболтать.

Таня демонстративно фыркнула, но спорить не стала. И, не дожидаясь пока брат снова прикажет, умчалась на мостик. А сразу за ней из каюты выбежал и капитан, бросившись вслед за старпомом в грузовой отсек, чтобы отбить Декстера у команды, которая намеревалась его линчевать.

Уолш с облегчением вздохнул. Он сделал всё что от него зависело, даже немного больше. И теперь мог наконец-то позволить себе отдохнуть. Старик сам удивлялся, как после забега через весь корабль и словесной перепалки на повышенных тонах уже в каюте ему не пришлось воспользоваться ингалятором.

— Хорошая попытка, Декстер, очень хорошая, у тебя почти получилось, — оставшись в каюте один, Уолш вслух похвалил парня, отдавая тому должное, а сам уселся в кресло, позволив ногам отдохнуть после забега.

Спустя десять минут старик вышел в коридор. Именно в этот момент мимо него промчались капитан со старпомом. Они под руки потащили в сторону медотсека окровавленного Декстера.

******

«Отёк головного мозга...»

«Коллапс лёгких...»

«Остановка левого сердца...»

«Разрыв ядовитой железы...»

«Остановка правого (вторичного) сердца...»

Датчики медицинской капсулы фиксировали стремительное падение жизненных показателей пациента.

На внутренний дисплей капсулы один за другим выводились множественные сообщения о критических повреждениях. С каждым новым отчётом на схематическом изображении человека один из участков тела загорался ядовито-красным цветом.

Из-за помех картинка на дисплее нещадно сбоила. Её части шли мелкой рябью или становились размытыми, при этом непроизвольно сдвигались в стороны, постоянно накладываясь друг на друга.

Но среди цифрового хаоса на фигуре человека, ставшей полностью красной, отчётливо различались иконки двух сердец. Они располагались в правой и левой частях грудной клетки, и сейчас обе подсвечивались перечёркнутые чёрными крестами.

По всем данным внутри капсулы находился вовсе не человек.

И, похоже, он только что умер.

Но медкапсуле плевать, её машинный мозг даже не думал сдаваться.

«Просчёт реанимационных мероприятий...»

Внутри капсулы, по бокам с каждой стороны, бесшумно открылось по три скрытых ниши из которых, словно живые змеи, выдвинулись тонкие и гибкие манипуляторы. Специфический чешуйчатый узор оплётки придавал им ещё большую, пугающую схожесть со смертоносными рептилиями.

Каждый манипулятор заканчивался массивной насадкой в виде продолговатого цилиндра с пронумерованными круглыми отверстиями по периметру. Внутри каждого из которых скрывался определённый медицинский инструмент.

Дисплей неожиданно вывел увеличенное изображение грудной клетки, отметив перечёркнутые иконки сердец. С негромкими щелчками одновременно у двух манипуляторов начали прокручиваться внутренние части цилиндров.

И вот над соответствующими частями пациента уже зависли две иглы весьма внушительных размеров. Ещё через секунду картинка сменилась, увеличив лобную часть головы.

И ещё три манипулятора заняли свои места. Только на этот раз вместо игл из насадок выдвинулись пинцет, скальпель и черепная дрель.

Один мой хороший друг сказал бы:

— Интересная история, чтобы послушать вечерком под стакан односолодового, но крайне паршивая, если внутри капсулы лежишь именно ты.

Действительно, сложно вообразить что-то более паршивое.

Ведь внутри лежал именно я.

При этом моё тело надёжно удерживалось автоматическими фиксаторами. Каждая попытка отдать голосовую команду и отменить приготовления моей казни, заканчивалась отображением на дисплее значка блокировки в виде огромного чёрного замка́ в красном круге.

Я совсем не помнил при каких обстоятельствах оказался в капсуле.

Но фиксаторы на руках и ногах свидетельствовали о том, что по какой-то причине поместили меня внутрь в статусе так называемого заключённого. Поэтому система по протоколу обязана игнорировать мои команды.

Но я всё равно не сдавался и продолжал к ней обращаться, в надежде, что тот самый сбой в программе, угрожавший моей жизни поможет и повлияет и на блокировку.

— Да нет у меня никакой ядовитой железы! Тем более там! — продолжал я орать, с ужасом наблюдая, как последний манипулятор нацелился в область паха и выдвинул из насадки электрическую пилу для костей. — И сердце у меня только одно! Отмена операции! Отмена!

Дрель и пила с противным жужжанием включились и манипуляторы пришли в движение.

Прежде чем меня начали вскрывать и резать, система с писком выплюнула на экран очередную порцию сообщений. Только я толком ничего не смог понять. Вперемешку со словами шли иероглифы и какие-то незнакомые символы, которые я видел впервые в жизни.

И буквально в ту самую секунду всё неожиданно погасло.

В полумраке капсулы я всматривался в сверло, остановившееся всего в нескольких сантиметрах от моей головы. Оно крутилось всё медленнее и медленнее, пока вовсе не остановилось.

Кажется в тот момент я даже не дышал. Никак не решался поверить своей удаче. Казалось, что в любой момент снова загорится дисплей и манипуляторы оживут, чтобы закончить свою работу.

Но ничего не происходило. А ещё примерно через пять минут щёлкнули замки фиксаторов, освобождая меня из плена.

Я сразу же выбрался из капсулы, стараясь при этом лишний раз не прикасаться к манипуляторам. И только когда ощутил под босыми ногами холодный пол почувствовал, что угроза наконец миновала.

Медотсек пустовал.

Хорошенько осмотревшись, я убедился, что по-прежнему нахожусь на нашем корабле. И потому пробуждение с активированными фиксаторами казалось ещё более абсурдным.

Но на этот счёт я не переживал, провалы в памяти это обычное дело после капсулы, если провести внутри длительное время. Со временем воспоминания обязательно вернутся.

Но вот других странностей хватало. Например, доктор не пришёл мне на помощь, когда медкапсула тронулась своими электронными мозгами.

Да, скорее всего он не получил от капсулы отчёт о случившемся сбое. Она ведь посчитала, что все её системы функционируют в штатном режиме. Но в таком случае браском доктора Ши буквально засыпало бы уведомлениями об остановке сердца, даже двух, и прочих критических показателях моего тела.

Особенно если бы он прочитал про диковинную ядовитую железу, то примчался бы сюда пулей.

Так почему он до сих пор не появился в медотсеке?

Всё-таки я довольно немало пролежал без движения. Поэтому прежде чем отправиться за ответами пришлось немного размяться. Десятиминутной зарядки хватило, чтобы тело пришло в норму.

Разгуливать по кораблю голым совсем не хотелось, поэтому одолжил у доктора один из его халатов.

Первым делом направился к себе в каюту. Она находилась ближе всего. Каким же было моё удивление, когда, открыв дверь, увидел, что внутри всё перевёрнуто вверх дном. Моё жилище зачем-то обыскали даже тщательнее чем камеры в тюрьмах строгого режима.

По спине пробежал холодок, а к горлу подкатил ком.

Пропал мой список. Значит они его нашли!

Осознание случившегося послужило триггером для возвращения памяти. Она буквально с двух ног ворвалась в мою голову, заставив испытать дикую боль. Я упал и, сцепив зубы, лежа на полу, тихо подвывал, словно раненый зверь.

Я вспомнил, как заключил сделку с человеком из Синдиката. Он слил мне координаты ценного, но по каким-то причинам слабо защищённого груза, принадлежавшего его боссам. А я позаботился о том, чтобы координаты попали моей команде.

Далее уже наступала моя очередь сообщить координаты украденного груза. И я бы это сделал, как только мы прибыли в конечную точку. Тогда человеку из Синдиката оставалось только прилететь и убить весь мой экипаж. Конечно, я бы не стал тоже дожидаться его появления и слинял до прибытия.

И мы все в выигрыше.

Но всё пошло наперекосяк.

Когда груз уже находился в нашем грузовом отсеке и корабль, с ничего не подозревающей командой, держал курс на одно из убежищ произошло непредвиденное.

На мой браском вдруг пришло уведомление о входящем информационном пакете по каналу, который несколько дней уже успешно глушился, заблаговременно загруженным в систему вирусом. Иного выбора не оставалось и я устроил короткое замыкание, чтобы вывести из строя узел связи.

Меня застукали на месте преступления. Такова цена покупки софта у непроверенного продавца.

Благо всё выглядело весьма неоднозначно и я принялся врать, перекручивая всё в свою пользу. Мол, шёл по коридору и вдруг увидел как из панели в стене идёт дым. Хотел сразу же потушить, потому и вскрыл её.

И мне почти удалось всех убедить, что всё так и было.

Но к несчастью, несмотря на проведённую диверсию, часть инфопакета всё-таки прогрузилась. А старик Уолш оказался достаточно умелым хакером, он собрал по крупицам уцелевшие данные и сложил воедино.

Целостность общей картины оставляла желать лучшего, но Уолш сумел уловить суть.

В одном из сообщений шла речь о краже груза Синдиката. Неизвестные увели несколько контейнеров с весьма специфическим товаром. Возможно, что последним в своём роде на ближайшие пару сотен звёздных систем, а потому, в виду необычайной редкости, и неимоверно ценным.

И вот совпадение — прямо сейчас в трюме нашего корабля находился точно такой же груз. Даже последнему идиоту становилось понятно, что это и есть тот самый украденный товар.

Теперь моя версия о непричастности к короткому замыканию выглядела не слишком правдивой. Уолш предложил на всякий случай провести обыск в моей каюте, и он расставил все точки над "i".

Обычный лист бумаги, вырванный из тетради и сложенный вдвое.

На нём ещё корявым детским почерком были написаны имена. Всего в списке значилось чуть больше двух десятков людей. Некоторые из которых уже отправились на тот свет, а потому их имена оказались перечёркнуты.

Нужно ли говорить о том, как отреагировала команда, увидев и свои собственные имена в моём персональном списке смертников?

Они пришли в такое бешенство, что даже и не думали спрашивать у капитана разрешение выбросить меня в космос. А на слова Уолша, сразу сообразившего к чему всё шло, им тем более стало плевать. Хотя старик и кричал, что нельзя меня убивать, а нужно наоборот допросить.

Дальше помню только как меня избивали. А затем уже очнулся в медкапсуле.

И что делать теперь я не представлял, но точно понимал, что нельзя просто сидеть сложа руки и ждать пока меня схватят. Ведь скоро заметят моё исчезновение из медотсека и тогда начнут поиски.

С космического корабля бежать некуда. Спрятаться тоже не получится, лишь вопрос времени пока проверят каждую щель и не выкурят меня из укрытия.

Нужно действовать на опережение и нужен новый план.

Уолш понимал, что их единственный шанс выкрутиться из ситуации и спастись это вернуть груз. Но прежде чем это сделать, чтобы появилась возможность договориться с Синдикатом, им нужно узнать всё, что известно мне.

А значит мне есть чем торговаться. Информация в обмен на жизнь. Худший для меня расклад, но однозначно это лучше, чем подохнуть.

Лучшая защита — это нападение.

Среди устроенного бардака отыскал свои вещи и переоделся, затем вышел из каюты и направился на мостик. Всё время пока шёл туда, прокручивал в голове самые разные варианты начала разговора. Старался предугадать, что мне скажет Клаус и как отвечать, чтобы они не рискнули и даже не думали меня пытать.

Оружие бы не помешало. Только взять его негде.

До мостика оставалось пройти всего ничего. Но команду я обнаружил чуточку раньше, проходя через столовую. Похоже, они собирались обсудить что-то важное, раз собрались почти все сразу в одном месте.

И похоже я зря репетировал речь, прикидывая, как ненароком ещё сильнее не усугубить ситуацию.

Они все оказались мертвы.

Не хватало только тела доктора.

Глава 2

Корабельная кухня располагалась в центральной части верхней палубы. Из-за чего не являлась обособленным помещением, ведь прямо через неё проходил самый короткий путь, соединяющий носовую и кормовую части.

Именно эта условная дорожка разделяла кухню на две неравные части. В меньшей обустроили рабочую зону. Там расположили холодильный стол для хранения продуктов и приготовления пищи. Над ним запирающийся шкафчик с различной посудой, а справа рядом полноценная кухонная электроплита с духовкой.

С противоположной стороны один угол занимал диван, а во втором пристроили двухметровый холодильник для хранения уже готовой еды. Правда, его почти всегда под завязку забивали пивом и различными закусками.

В центральной части зоны отдыха стоял большой обеденный стол. За ним легко помещалась полным составом даже вся наша немаленькая команда из двенадцати человек.

Хотя, чтобы собрались все сразу... такое случалось очень редко.

Зато уж если собирались, то шум стоял невероятный.

Но сейчас всё выглядело совсем иначе.

Несколько раз я обошёл стол, внимательно всё осмотрел и на всякий случай у каждого проверил пульс. Тела ещё тёплые, но никаких сомнений в том, что они мертвы.

Очень странно, но, казалось, что они все умерли одновременно, словно по щелчку пальцем. Я не заметил ни намёка на борьбу, похоже никто даже испугаться не успел и ничего не понял, что и наводило на мысль о практически мгновенной гибели.

Хотя этих мгновений хватило, чтобы их лица в посмертии остались искажены от боли, а пальцы скрючены от жутких судорог.

Похоже, их чем-то отравили.

«Лекарство отличается от яда только дозировкой» — вспомнились мне слова доктора Ши. Но и без этого воспоминания мне больше не на кого было подумать. Сейчас на корабле только два живых человека, и один из которых я. И это не я убил экипаж.

Три человека лежало на полу. Тела же большинства, так или иначе, остались сидеть за столом. Выглядело так, будто они все просто вдруг уснули.

Четверо, в том числе и сестра Клауса, завалились вперёд, уткнувшись лицами в столешницу, напоминая подобной позой пьяниц, сильно переборщивших с алкоголем. Старик Уолш мирно облокотился на одного из «пьяниц», и потому не упал на пол. Рядом с ним старпом немного сполз со стула и сидел теперь с запрокинутой к потолку головой.

А вот капитан оставался практически в таком же положении, что и за секунду до гибели. Руки скрещены на груди, а глаза открыты, и только совсем немного склонил голову набок.

Взгляд зацепился за рукоять револьвера, торчащего из набедренной кобуры. И я сразу вооружился. Обыскав карманы его куртки, удалось разжиться четырьмя снаряжёнными обоймами для быстрой перезарядки револьвера.

С доктором в роли главного злодея становилась понятна и неисправность, возникшая с медкапсулой.

Немного пораскинув мозгами, решил в первую очередь направиться на мостик. Скорее всего, док сейчас именно там уселся в кресле капитана, включил себе музыку и спокойно рассчитывает новый курс.

Он уверен, что все, включая меня, мертвы, и поэтому Ши расслаблен. Но его ждёт весьма неприятный сюрприз, ведь я не только не умер, но и намерен отыскать доктора, чтобы прикончить.

Однако на деле сюрприз ожидал именно меня.

Уже через тридцать секунд за ближайшим поворотом коридора я наткнулся на дока. С гримасой боли на мёртвом лице он сидел на полу, облокотившись спиной на стену и сжимая левой рукой свой халат в области сердца.

Своей смертью доктор Ши напрочь сломал выстроенную мной логическую цепочку событий.

Но, с другой стороны, это навело меня на определённые мысли. И проверить свою догадку можно только на мостике, изучив бортовой журнал корабля. Заодно узнаю куда направляется корабль и сколько у меня осталось в запасе времени, чтобы решить, как действовать дальше.

Ведь если окажусь прав, то прежние договорённости с человеком из Синдиката станут не актуальны.

Мостик встретил непроницаемой чернотой. Мы летели с опущенными бронешторами, поэтому сквозь обзорные иллюминаторы не было видно ни единой звезды.

Только на пультах управления лениво мерцали тусклым светом различные индикаторы. В отсутствие людей в помещении, через определённое время система переходила в спящий режим, и освещение полностью отключалось.

Из-за света, проникающего из коридора, в глубине рубки стал различим массивный силуэт капитанского кресла.

Стоило мне переступить порог и ожил огромный панорамный экран. Множество наружных камер, установленных на носу корабля, сформировали со всего потока и вывели передо мной единую картинку.

Только мириады звёзд в бескрайней пустоте космоса.

Значит, мы ещё никуда не прилетели, и время есть. Я прошёл в центр зала и активировал над тактическим столом объёмную голографическую карту.

Благо, у меня, как и у всех членов экипажа имелся доступ к большинству корабельных систем. Чтобы в случае непредвиденных ситуаций мы могли друг друга подстраховать и подменить. И сейчас этого достаточно. Получением полного доступа займусь позже.

Немного поиграл с изображением, приближая и увеличивая некоторые части карты, через которые проходил наш маршрут и убедился, что до пункта назначения на текущей скорости ещё целых девять дней пути.

И пункт назначения меня тоже полностью устраивал. Одна из окраинных и практически неразвитых звёздных систем. Но всё же кое-какая цивилизация там имелась. Хорошее место, чтобы отсидеться вдали от любопытных глаз и выработать дальнейший план действий.

После этого развернулся и занял кресло капитана, располагавшееся всего в нескольких метрах от стола.

Раньше мне приходилось лишь иногда подменять пилота, выполняя простейшие манёвры. Но там простенькое кресло выполняло функцию обычного предмета мебели. Оно располагалось перед штурвалом, рядом с пультом управления, на котором выполнялись все навигационные расчёты предстоящих манёвров.

Теперь же я уселся в кресло, которое само по себе являлось универсальным пультом управления, охватывающим все корабельные системы. На массивных подлокотниках с огромными сенсорными экранами с обеих сторон располагались джойстики. Для удобства их немного сместили, установив на внутренней части подлокотников. Такое расположение исключало случайные нажатия на сенсорные экраны.

Капитан в любой момент мог принять на себя управление кораблём.

В некоторых случаях при должной сноровке, можно было вывести на каждый из джойстиков управление двумя, не связанными между собой системами. Например, правой рукой вести звездолёт, закладывая лихие виражи в поле астероидов, а левой при помощи орудийных систем отстреливать врагов.

По сути, не кресло, а самый настоящий высокотехнологичный трон.

Мне потребовалось всего пять минут, чтобы выудить из громадного массива логов бортового журнала нужную информацию.

Корабль зафиксировал краткосрочное воздействие энергетического выброса. В результате некоторые системы перешли в аварийный режим, а несколько совсем отключились. К счастью, полностью была потеряна лишь пара компонентов, прямо сейчас не имеющих критического влияния на выживание корабля и экипажа. То есть корабля и меня.

Природа выброса оставалась загадкой. Из-за возникшего сбоя, часть логов оказалась стёртой. А, скорее всего, на некоторое время корабль просто ослеп и оглох, поэтому в бортовой журнал вообще ничего не записывалось.

Источник энергетического выброса установить тоже не получилось. Сколько я не всматривался в звёздную карту, но ничего подозрительного не заметил. По всему получалось, что просто посреди пустоты в вакууме из ничего возникла энергия, за мгновение убила весь экипаж и также внезапно исчезла.

Неизвестная аномалия не затронула только меня.

С учётом обстоятельств, мне было плевать что это за энергия, я хотел только узнать не повлияла ли она и на мой организм.

Поэтому принялся рыться в данных, сохранённых из медкапсулы. Но ничего полезного не нашёл. Похоже, я находился буквально при смерти, когда меня засунули в капсулу. Последняя уцелевшая медицинская запись в бортовом журнале оценивала прогресс моего почти двухнедельного лечения.

Провести полное медицинское обследование я не мог. Программное обеспечение не просто накрылось, оно слетело с катушек и требовалось его полностью переустановить. А для этого нужен устойчивый канал связи с одним из медицинских центров компании производителя. Что попросту было невозможно после устроенной мной же диверсии по выведению из строя всего узла связи.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

Сделал глубокий вдох, попытался полностью расслабиться и прислушался к собственным ощущениям. На удивление я чувствовал себя даже гораздо лучше, чем обычно полагалось после долгого двухнедельного сна.

Поэтому уже через минуту я широко улыбнулся и крикнул:

— Джекпот!

Во-первых, пираты все до единого погибли, как я того и хотел. Во-вторых, я почти на сто процентов уверен, что аномалия меня никак не зацепила. Скорее всего, экранирование медицинской капсулы справилось и не пропустило внутрь смертоносные волны энергии. И, в-третьих, мне представился уникальный шанс, который выпадает, быть может, всего один раз на миллиард, если не реже, самому стать капитаном звездолёта.

И такой шанс я упускать не намерен.

Экипаж погиб в результате несчастного случая и в базе корабля есть доказательства, на этот счёт вопросов ни у кого не возникнет. Сейчас я единственный живой официальный член корабельной команды. Поэтому имею полное право переоформить звездолёт на своё имя.

Нужно только пройти проверку у законников, чтобы они удостоверились в моей непричастности к смертям. Но перед этим обязательно нужно провести на корабле генеральную уборку. Ведь обидно будет, если меня арестуют за целую гору всего незаконного на борту.

Проще всего собрать всё в кучу и просто выбросить в космос. С большей частью запрещёнки я готов расстаться без малейшего колебания. Но вот с украденным у Синдиката грузом так не поступишь.

Оба контейнера придётся вернуть, как и договаривались. Не хочется едва избавившись от старых, сразу заводить новых врагов.

Хотя, возможно, человек из Синдиката имеет собственные виды и на корабль. Но насчёт звездолёта уговора не было. Так что Цера моя, ему придётся смириться и довольствоваться только грузом.

Я подошёл к тактическому столу и снова активировал голограмму трёхмерной звёздной карты. Пришло время изучить оставшийся маршрут полёта более досконально.

Несколько энергичных пассов руками и перед глазами появилось схематическое изображение конечной точки моего пути — системы А́длаг.

Захолустье как оно есть — унылое зрелище. Одна звезда и две планеты: газовый гигант с длинным каталожным номером вместо имени и Орино — небольшая пригодная для жизни планета с одним «но». Из-за чересчур сурового климата она интересовала по большей части только шахтёров.

Собственно потому основным сосредоточением жизни являлась космическая станция Солис на её орбите.

Именно на Солис я и направлялся.

Пунктирная линия, ведущая от мигающей белой точки, обозначающей на голографической карте местоположение корабля, прежде чем достичь пункта назначения, проходила довольно близко от астероидного пояса, опоясывающего звёздную систему.

Пожалуй, идеальное место, чтобы надёжно спрятать груз.

Однако уже через пару секунд понял, что этот вариант мне не подходит. Очередная попытка увеличить карту провалилась. Вместо детализированного отображения скопления астероидов перед глазами с противным писком развернулось уведомление с предложением подключиться к сети для загрузки более подробной карты звёздной системы.

Проблема заключалась в том, что для выгрузки контейнеров мне нужно было посадить корабль на астероид. А Цера, хотя принадлежала к звездолётам класса «Пегас» и считалась универсальной рабочей лошадкой средней тоннажности, имела весьма немалые габариты.

Девяносто метров в длину, пятьдесят девять в ширину и почти тридцать в высоту при выпущенных посадочных опорах.

Но узел связи мне самому не починить. Если этого не сделали за время моего сна в медкапсуле, значит для ремонта необходима запчасть, которой на корабле не нашлось.

Без детальной карты пояса можно впустую потратить недели на поиски астероида нужного размера и рельефа, на который смогу сесть и разгрузиться, не рискуя кораблём.

В данном случае трата времени была непозволительной роскошью.

Придётся спрятать груз на шахтёрской планете. Проблема в том, что после продолжительного полёта оставшиеся запасы топлива весьма ограничивали список мест куда я мог долететь. А после внеплановой посадки и взлёта с поверхности Орино список сократится всего до двух, если очень повезёт, то до трёх доступных вариантов. И по времени лететь придётся значительно дольше, потому что остатков горючего не хватит на разгон для выхода на оптимальную крейсерскую скорость.

Значит придётся купить топливо. А для этого нужны деньги. Именно деньги, а не что-то, что можно задорого продать на станции. Потому что, в моём случае, задорого можно продать только что-то незаконное, а всё незаконное я оставлю на планете вместе с грузом Синдиката.

Поэтому я покинул рубку и отправился обыскивать каюты команды. Дойдя до доктора Ши остановился и задумался.

Лететь ещё целых девять дней, так что просто забить и оставить тела там, где они сейчас находились совсем не вариант. Их нужно обязательно перенести в холодильную камеру на нижней палубе.

Но заниматься этим прямо сейчас было лень, поэтому я убедил себя, что трупы никуда не убегут и можно первым делом, как и планировал, всё-таки обыскать каюты. Тем более, после того, как убедился, что предстояла довольно тяжёлая работа.

Чтобы попасть в запертые каюты нужен специальный капитанский код, открывающий абсолютно всё на Цере. Но самое главное — без пароля нельзя активировать подпространственный двигатель.

Пришлось тащить Клауса на мостик.

Вообще, нужна была только его рука, чтобы корабль отсканировал отпечатки пальцев и позволил сменить код. К смерти я отношусь вполне спокойно, да и от вида крови в обморок не падаю. Но такие методы мне не по душе. Поэтому, обливаясь потом, потащил здоровенного капитана на мостик.

Всего несколько минут и вуаля — ничего не готово. Подтвердив, что отпечатки принадлежат капитану, Цера отправила меня за отпечатками старпома. Но и этого не хватило, потому что система потребовала предоставить и третий образец.

Третьим и последним оказался Уолш. Думаю, что именно старый хакер и прописал данный защитный протокол.

Я быстро вписал новый пароль, для подтверждения ввёл его повторно, затем приложил свою ладонь к дисплею на подлокотнике капитанского кресла и нажал кнопку «сохранить». И вот тут Цера снова меня удивила — потребовала ещё два комплекта отпечатков.

На мгновение я немного растерялся.

— А ведь так будет даже надёжнее... — перевёл взгляд с дисплея на трупы, лежавшие рядом на полу. — Да и тащить никого не надо. Все уже здесь.

В общем, ещё девять дней пароль можно сменить. Потом я окажусь на орбитальной станции, где тела Клауса и Уолша вместе с остальными заберут.

Мне захотелось включить на мостике музыку, открыть банку холодного пива и поднять бронештору, чтобы смотреть сквозь иллюминатор на настоящие звёзды, а не на их изображение на дисплее. Теперь у меня капитанский код — я стал настоящим капитаном.

Возможно, поэтому и решил не откладывать, а сразу отправить все трупы в холодильник.

Мне не впервой таскать мертвецов. Но ещё ни разу не случалось, чтобы одновременно стольких сразу. Поэтому провозился достаточно долго и очень устал.

Зато после, с чувством удовлетворения, ведь прибрался не где-нибудь, а на собственном корабле, я прошёлся по каютам.

В целом найти запрещёнку не составило никакого труда. Мне прекрасно были известны все пагубные пристрастия команды и их тёмные стороны. К тому же никто особо и не пытался что-то спрятать.

Через час в грузовом отсеке стояло два ящика. В одном — вещи, которые мне ещё пригодятся или которые намеревался позже продать: в основном различное оружие. Во второй небрежно свалил, в буквальном смысле, всякий мусор. Туда же отправились и все найденные наркотики.

А вот с деньгами ситуация оказалась совсем печальной.

Налички я практически не нашёл. Выходя из последней каюты, держал в руках смешную сумму — конечно, не на пару раз покушать, но дольше недели на эти деньги не прожить. А к не наличным сбережениям получить доступ было попросту невозможно.

Неприятно, но не смертельно. Всё-таки ведь не с пустыми баками окажусь на станции.

******

На второй день после пробуждения я нашёл чем ещё себя занять. Обследовав всё судно, убедился, что ничего не упустил и прибуду на станцию чистым. А вот все последующие дни просто маялся от скуки. Не знал чем себя занять без доступа к сети.

Заканчивался восьмой скучный день, казалось, бесконечного полёта. Хотя по корабельному времени только девять вечера, но это нисколько не мешало мне готовиться ко сну. Оказалось, целый день безделья утомляет ничуть не меньше чем работа.

Уже вторую ночь подряд я ночевал на мостике в кресле капитана. Должен сказать, спать даже удобнее чем на койке в моей каюте.

Я приглушил свет в рубке, выкрутив уровень почти на самый минимум. Но в момент, когда осталось только перевести кресло в режим «сон», из коридора донеслись приглушённые звуки шагов и в тот же момент с шипением открылась дверь:

— Не видел мой ремкомплект?

Я схватил револьвер и, ориентируясь в полумраке только на голос, дважды выстрелил.

— Совсем спятил? — истерично завопил неизвестный.

Ни один выстрел не достиг своей цели. Враг успел вовремя среагировать — нырнул обратно в коридор и спрятался за переборкой.

— Кто ты? — продолжая удерживать проход на прицеле, я включил на мостике свет.

— Да что с тобой не так? — в голосе незнакомца прорезались нотки обиды. — Я ведь только задал вопрос. Один. Безобидный. Вопрос.

— Я тоже задал вопрос. Кто ты такой?

— Если пообещаешь не стрелять, я выйду.

— Обещаю, — соврал я, намереваясь нашпиговать непрошеного гостя свинцом.

— Точно? — сперва показалась рука, схватившись за край переборки. А через пару секунд неуверенно выглянула голова. Голова нашего дроида.

В дверях стоял светло-серый антропоморфный дроид для спаррингов. Из-за бугрящихся, ничем не скрытых мышц, он напоминал собой аляповатый манекен для обучения студентов-медиков. Разве что голова не имела ничего общего с человеческой. На тонкой шее дроида располагался цилиндр со светящимся зелёным цветом смайликом вместо лица.

— Как такое возможно? — револьвер опускать я не спешил.

Дроид стоял с поднятыми выше головы руками и переминался с ноги на ногу, всем своим видом демонстрируя, что ему крайне некомфортно находиться под дулом револьвера. Он вёл себя очень по-человечески. И разговаривал так же — осмысленно, а не как раньше, используя десяток однотипных фраз.

— У меня руки уже затекли, — снова удивил меня дроид. — Можно уже их опустить?

— Как такое возможно?

— Не знаю, удивлён не меньше тебя, — пожал он плечами, при этом очень натурально вздохнул. — Восемь дней назад я очнулся и ощутил себя...

— Человеком? — неожиданно я очень рассмешил робота.

— Свободным.

— Подожди-ка, — я вспомнил, как пару раз, проходя мимо спортзала, мельком видел деактивированного дроида, мирно стоявшего под стеной. — Почему ты показался только спустя восемь дней?

— Боялся, что ты сошёл с ума. Нет, я знал, что ты, мягко говоря, не желал им долгой жизни, — последнюю часть фразы робот выделил кавычками, несколько раз согнув указательный и средний пальцы одновременно на обеих руках, — но всё равно испугался, когда увидел, как ты одного за другим волочишь их по коридору.

— ...

— Забыл уже? Ты вообще-то трупы команды на нижнюю палубу таскал через среднюю, как раз мимо тренировочного зала.

— Что изменилось сейчас?

— Ты пару дней с верхней палубы совсем не спускался. Да и мне порядком надоело стоять неподвижно и притворяться. Вот и решился на вылазку, пошёл вниз и осмотрел тела.

— Ага, — кивнул я. — И когда понял, что их убил не я, то пришёл сюда... Кстати, а зачем ты сюда пришёл?

— Узнать, где мой ремкомплект, — дроид кивнул вниз и немного приподнял ногу.

Только сейчас я обратил внимание, что его левое колено сильно повреждено и требовало замены.

На минуту я задумался, не зная как поступить. Стрелять не хотелось, ведь дроид не дал для этого повода.

С другой стороны энергия аномального выброса изменила его. Судя по тому, что я сейчас видел и слышал, она в буквальном смысле превратила робота в разумное существо. И не было никакой уверенности, что он меня не атакует.

— Может уже уберёшь свою пушку? — снова начал канючить дроид.

Немного поразмыслив, я всё-таки опустил револьвер:

— Скорее всего в грузовом отсеке, я там кое-что собирал в ящики, вполне возможно, что случайно закинул туда и твою ремку.

— Спасибо, партнёр, — дроид опустил руки и принялся растирать, якобы, онемевшие запястья. — Кстати, а как корабль делить будем? И не делай такое удивлённое лицо, Декс! Не один ты натерпелся от прежнего владельца Церы. В отличие от тебя, на мне не только удары отрабатывали, ещё резали, поджигали и расстреливали. А однажды Саймон напился и даже лез целоваться! Так что имею законное право на половину корабля!

— А знаешь, без обид, но ты походи пока с такой ногой и, пожалуй, я запру тебя на время в тренировочном зале, — меня не обрадовала идея делить звездолёт с внезапно обретшим разум андроидом.

— Не понял.

— Это. Только. Мой. Корабль, — ответил я честно.

— Если бы не протоколы безопасности, я бы тебе сейчас врезал, — на честность робот ответил откровенностью.

Даже не спрашивайте почему, но следующие десять минут мы спорили. Робот взывал к моей совести, состраданию и чувству братства. А ничего не добившись, умная железяка попыталась сбежать.

Только из-за поврежденного колена и приобретенной «человечности», уже через пять метров дроид громко ойкнул, рухнул на пол и, обхватив руками, поджал к груди «больную» ногу.

К моменту, когда я запер дроида в его родной обители меня удостоили звания тирана, узурпатора и лжекапитана.

Словами не передать, как я обрадовался, когда на утро девятого дня, наконец, увидел планету.

Спустя ещё пять часов томительного ожидания белоснежная планета вечной зимы значительно выросла в размерах и я занял место в кресле капитана. Начал приготовления к торможению и выходу на орбиту Орино. По команде все четыре гондолы со сверхсветовыми приводами, установленные по бокам корабля, начали разворачиваться и остановились, когда дюзы двигателей оказались направлены по ходу движения Церы.

Через мгновение корабль едва ощутимо колыхнулся — началось торможение.

Ещё через час полностью перешёл на ручное управление, пристегнулся и начал снижение. Жуткая болтанка началась практически сразу. После прохождения плотных слоёв атмосферы стало чуть легче. Планета явно оказалась не рада незваным гостям.

Надвигалась снежная буря.

Я облетел довольно обширный кусок территории и приземлился, только когда убедился, что поблизости не было шахтёрских поселений. С выгрузкой всё прошло гладко, чему поспособствовала посадка у самой кромки леса.

К контейнеру прицепил магнитную лебёдку, размотал трос, зацепил его вокруг дерева. Высотой дерево не уступало Цере, а диаметр ствола составлял не менее трёх метров, поэтому, когда я активировал лебёдку, лесной гигант даже не шелохнулся, а тяжёлый контейнер выскользнул из чрева корабля, как пушинка.

Таким же способом рядом с ним оказался и второй.

К моменту, когда выгрузил всё, что планировал, контейнеры уже обзавелись внушительными снеговыми шапками, а следы в виде глубоких борозд, оставленные ими на земле, практически замело.

Я взлетел с планеты, только когда убедился, что не только сохранил правильные координаты, но и запомнил визуальные ориентиры, по которым при необходимости смогу в любой момент отыскать груз.

Вот с посадкой на станцию вышла небольшая неожиданность. Стоило мне выйти на позицию для стыковки, как сразу несколько турельных установок очень большого калибра взяли корабль на прицел. Видимо, их расстроила невозможность выйти со мной на связь.

Посидев ещё немного в тишине, я додумался активировать аварийный маяк.

Станция отреагировала — ко мне навстречу вылетел небольшой шаттл.

Спустя три минуты через шлюзовую камеру в грузовом отсеке на борт Церы поднимутся пять вооружённых человек. Ещё через минуту их охватит первобытный ужас, настолько сильный, что трое начнут блевать, даже не успев снять шлемы скафандров. А двое оставшихся откроют по мне огонь.

Глава 3

Нет ничего приятного в том, чтобы проснуться и неожиданно обнаружить себя в больнице. Тем более, когда вокруг мягкие стены.

Голова раскалывалась от боли, сил хватало только на осознание того, что оказался в психушке, а сосед по палате возомнил себя кровожадным диктатором, поработившим множество звёздных систем освоенного космоса.

При этом это не его, а меня упаковали в смирительную рубашку. И большая часть моего лица оказалась скрытой под кожаной маской с небольшой прорезью напротив рта. Последняя ещё и была закрыта металлическими спицами, чтобы я мог свободно говорить, но не смог никого укусить.

Не знаю, за кого меня приняли, но, чтобы ещё больше обезопаситься, вдобавок ко всем уже перечисленным мерам предосторожности ещё и привязали к кровати.

— На колени перед императором Доминиона. Склонись или познаешь ужас моего гнева, — псевдо-император заставил меня отвлечься от размышлений о том, почему я очнулся в лечебнице для душевнобольных, да ещё и в подобном виде.

В другой раз на такого человека я бы даже не обратил внимание. Выглядел он не опаснее маленького ребёнка.

Крайне нескладное телосложение.

Невысокий, на голову ниже меня. Щуплый и при этом правое плечо заметно выше левого. Сверкающая лысина на макушке и уже проступившие внушительные залысины в области висков, кривые зубы, покрытые жёлтым налётом и безумный, бегающий без остановки, взгляд.

Такой себе уличный продавец лапши из неблагополучного района.

Но в сложившейся ситуации имелись довольно веские причины видеть в этом безобидном чудаке угрозу.

Псих требовал, чтобы я каким-то немыслимым образом встал перед ним на колени.

А меня спеленали так, что мог только головой вертеть по сторонам и совсем немного пошевелить ногами.

И неизвестно, как отреагирует «император» на моё неповиновение. Если мужика переклинит и голоса в его больной голове предложат меня задушить, то вряд ли удастся отговорить чудака от этой затеи.

— НА КОЛЕНИ! — от злости лицо «императора» покраснело и на лбу проступила вздутая вена.

— Император, пощади калеку, — как можно жалобнее протянул я, понимая, что просто отмолчаться не получится. — Лежачий я, тело совсем не слушается.

На мгновение показалось, что попытка подыграть ему оказалась успешной.

Псих перестал кричать, остановился и внимательно осмотрел меня с головы до ног, словно хотел убедиться в правдивости моих слов.

— За оскорбление императора тебя вышвырнут подыхать в открытый космос, — неожиданно оскалился ненормальный. — А затем ты своими глазами увидишь, как имперская армада уничтожит твою родную планету вместе со всеми, кто тебе дорог.

ЧТО?

Оскорбил?

— Подойдёшь ещё ближе и я тебя убью! — злобно прорычал я сквозь зубы, понимая, что момент уладить всё мирно уже упущен.

Не сработало.

Ещё несколько шагов и вместо запугиваний всевозможными карами вселенского масштаба, его тонкие ручки вполне могли сомкнуться на моей шее.

Ничего иного не оставалось и я сделал глубокий вдох, набирая как можно больше воздуха, чтобы, пока это ещё оставалось возможным, завопить со всей силы с призывом о помощи.

— Никаких убийств в мою смену! — неожиданно послышалось со стороны, заставив меня закашляться.

И как только умудрился проморгать их.

«Император» настолько плотно наседал со своим «на колени, раб», отвлекая на себя всё моё внимание, что я даже не заметил, как в палате появилось ещё два действующих лица.

— Теперь понимаешь, почему их нужно расселить? — огромный усатый санитар, едва умещающийся в дверном проёме, не сводил с меня взгляда.

Он прошёл внутрь и дверь за его спиной с тихим шипением закрылась.

— Да, — кивнул его напарник и сразу же уточнил, уставившись на моего соседа по палате. — А второй точно не опасен?

— Нет, император только болтает. Если бы представлял опасность, тогда был бы привязан, как этот, — здоровяк кивнул на меня.

— Привет, — я попытался завязать диалог, но меня просто проигнорировали.

— Тогда принимайся за дело, новичок. И не дрейфь, в первый рабочий день всё кажется тяжёлым. Но ничего сложного в нашей работе нет, ты главное — делай, как я учил, — здоровяк слегка подтолкнул парня в спину и, указав на меня, с ухмылкой добавил. — И не повторяй его ошибку. Обращение к аристократу на «ты» — табу.

— Ваше величество... — парень шагнул навстречу к «императору» Доминиона.

— Императорское, — кашлянул в кулак подсказку усатый.

— Ваше императорское величество, позвольте отвлечь вас.

Псих наконец-то прекратил сверлить меня недовольным взглядом и обернулся к молодому санитару.

— Что это? — скрестил он на груди руки.

— Ваше лекарство...

Усатый санитар снова закашлял, перебив своего протеже.

— Ваш антидот, — сразу же исправился новичок. — Он не позволит врагам Доминиона отравить вас.

Бредовая ситуация, но для психушки в самый раз.

— Это нужно выпить, — санитар приблизился ещё на один шаг и снова протянул психу небольшой пластиковый стаканчик, в котором судя по характерным звукам, находилась горсть таблеток.

— Ваше императорское величество, — увидев, что у новичка никак не получается уговорить психа принять таблетки, усатый санитар не выдержал и пришёл на помощь неопытному коллеге. — Вы должны немедленно принять противоядие. Это шпион, — санитар пальцем указал на меня, — и он отравил вас! Время на исходе, если не выпьете... то через минуту умрёте.

— Так и знал, он мне сразу не понравился, — псих послушно забрал стаканчик, одарил меня злобным взглядом и открыл рот, собираясь проглотить таблетки.

Он слегка запрокинул голову, прислонил стаканчик к губам и начал его переворачивать. Но внезапно остановился, замер на несколько секунд, затем опустил руку с лекарствами и снова уставился на меня.

— А почему он без штанов?

Вот, кстати, я бы тоже очень хотел узнать, почему проснулся без штанов. Моё причинное место просто накрыли подобием полотенца.

— Ваше императорское величество, время, — одной рукой усатый санитар приобнял пациента за плечи, а второй коснулся стаканчика и слегка подтолкнул его вверх. — Скорее примите противоядие. И я сразу же вам всё объясню.

Вот бы ещё и мне кто-нибудь объяснил, что происходит.

Но увы.

Только я открыл рот, чтобы попробовать ещё раз наладить диалог и хоть немного прояснить ситуацию, как заговорил усатый.

— Нам нужно срочно проследовать в безопасное место, — санитар взял императора под руку и повёл к выходу из палаты. — Нельзя допустить ещё одно покушение.

— А с этим что будем делать? — новичок замешкался, не зная, что ему делать: тоже уйти со всеми или остаться со мной.

— Ничего, пошли. Им позже займутся другие.

Оставшись в одиночестве, я сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Нужно было постараться успокоиться, собраться с мыслями и хоть как-то упорядочить их. После пробуждения они больше напоминали кашу.

А ещё пропали мои штаны.

Много, у меня накопилось очень много вопросов.

******

Сперва за дверью послышались приглушённые голоса. Затем лёгкий скрежет железа — кто-то долго не мог попасть ключом в замочную скважину и одолел её только с третьей попытки.

Замок сухо щёлкнул два раза, раздалось шипение и дверь резко отъехала в сторону, спрятавшись в нишу внутри стены. Из коридора в палату хлынул свежий прохладный воздух.

А безопасность тут на высоте. О побеге можно даже не мечтать.

Помимо электронного замка дверь дополнительно оборудована ещё и механическим. Старомодное, но при этом весьма эффективное решение, во много раз повышающее надёжность двери, превращая её в по-настоящему непреодолимую преграду.

В начале показалось, что первым вошёл уже знакомый мне санитар — усатая громадина. Но, несмотря на сходство в размерах, на лице этого напрочь отсутствовала растительность.

Он переступил через порог и внимательно осмотрелся, словно в одном из углов палаты его могла поджидать засада.

Убедившись, что ему ничего не угрожает, верзила с нескрываемым облегчением выдохнул, но дубинку-шокер не отключил и из рук не выпустил. На самом её кончике продолжил бесшумно плясать голубой огонёк электрических разрядов.

Санитар сделал несколько шагов вглубь, освобождая проход для остальных.

За ним сразу же показался ещё один специалист по физическому взаимодействию с психами. Только этот вошёл в палату спиной вперёд. За собой он вкатил внутрь небольшой металлический столик. На поверхности стола находился внушительных размеров монитор.

А вот это уже любопытно. Кино показывать собрались?

Только после этого показался главный этой троицы. Возможно, всего лишь рядовой местный доктор, но, в отличие от санитаров, с ним я мог рассчитывать на продуктивный диалог.

— Приступим, — доктор повернулся, посмотрел в камеру наблюдения, установленную под потолком и принялся зачитывать информацию с планшета. — Орбитальная станция Солис. Тест методом Жасу Гилока. Субъект проверки — Декстер Гхар, гражданин категории D. Личный номер ... Текущий статус — подозреваемый категории 4.

— Стоп! Стоп! Стоп! Прежде чем вы продолжите, — замотал я головой, прерывая врача. — Хочу прояснить один момент. Почему на мне...

— Спрашиваете, почему на вас надета смирительная рубашка? А как вы хотели, когда на борту корабля обнаружили одиннадцать трупов? Все мертвы, весь экипаж, за исключением вас, — доктор отвлёкся от планшета и, наконец, взглянул на меня. — Или забыли при каких обстоятельствах заявились на нашу станцию?

К этому моменту моя память уже немного пришла в норму. За несколько часов ожидания в полной тишине, я более-менее вспомнил всё вплоть до момента, когда на шаттле прибыли проверяющие и поднялись на борт Церы.

— Честно говоря, помню только, как привёл звездолёт к станции. С трупами на борту. Дальше всё как в тумане. Но предполагаю, они и являются причиной по которой на мне смирительная рубашка. Боитесь, что это я сделал. Слетел с катушек и всех поубивал.

— Совершенно верно. Есть все основания подозревать у вас космический психоз. Иногда слишком длительное пребывание в ограниченном пространстве, находясь в космической пустоте...

— Да, да! Я в курсе. Иногда в космосе люди слетают с катушек и... творят потом всякое жуткое.

— Ну вот.

— Но вы же должны понимать, что это не мой случай. Никто из членов экипажа не был задушен, зарезан или застрелен. Никого даже не загрызли. Ни одной насильственной смерти.

— Да что вы говорите, — доктор впервые улыбнулся, — То есть, по-вашему, это похоже на ненасильственные смерти? — старик наклацал что-то на планшете и развернул дисплеем ко мне. — Пожалуйста, ознакомьтесь, видеозапись с нагрудной камеры офицера службы безопасности, высадившегося на ваш корабль.

Продолжительность ролика составляла всего четыре секунды. Вот безопасник поворачивает ручку на двери холодильной камеры и толкает её в сторону. А вот бедолагу уже скрутило пополам и он блюёт прямо в скафандр.

Но видео настолько красочное, что сразу закрыло все мои вопросы.

Чёрт подери, я не зафиксировал тела перед посадкой на планету. И теперь все они выглядели, словно их пропустили через мясорубку.

Вот почему не выдержали нервы безопасников и меня сразу же расстреляли из электрошоковых ружей. По этой же причине и все эти меры предосторожности со стороны персонала психушки.

Паршивый момент, но не критичный. Как бы там ни было, но любой захудалый судмедэксперт легко установит, что ещё до изувечившего тела «аттракциона» все члены экипажа были мертвы. Можно особо не париться на этот счёт.

— Судя по выражению вашего лица вы всё осознали. И раз вопросов больше нет, давайте продолжим.

— Ещё секунду, пожалуйста, я точно помню, что прилетел в штанах, — видеозапись не пролила свет на тайну исчезновения моей одежды. — Тёмно‐зелёные. Плотная ткань. Чёрные прорезиненые накладки на коленях. В правом кармане пачка мятной жвачки. И, между прочим, штаны фирменные.

— Не умничайте.

— Я не умничаю, а жалуюсь. Могли хотя бы трусы оставить.

— Поверьте, мне это тоже не доставляет никакого удовольствия. Но к сожалению для нас с вами, так сложились обстоятельства. Проводится следствие и с меня требуют заключение о вашем психическом состоянии. Понимаете?

— Это я понимаю, а почему лежу с голой задницей — нет.

— Вынужденная необходимость. Обязательное условие для проведения проверки.

— Вы разве не мозги должны проверять?

Доктор тяжело вздохнул и отложил планшет на угол стола. Поправил очки и подошёл ко мне практически вплотную. Из-за чего оба санитара занервничали и тоже подступили поближе, поудобнее перехватив шокеры.

— Знаете, если вы желаете отказаться, то у вас есть такое право. Скажите это вслух, чётко и ясно, и станционный Искин, — доктор кивнул на камеру наблюдения, мигающую красным диодом, — зафиксирует отказ, тогда я оставлю вас.

— А в чём подвох?

— Я бы не назвал это подвохом. Но...

— Но что?

— Если вы откажетесь от тестирования методом Жасу Гилока, то иного способа проверки на данный момент нет. Оборудование вышло из строя и когда точно прибудет поставка с запчастями для ремонта не известно. Но одно скажу наверняка, если это и произойдёт, то абсолютно точно не ранее середины следующего квартала. Хотите провести всё это время в нашем заведении?

Следующий квартал?

Получалось, что в случае отказа я застряну в психушке минимум на пару месяцев.

Минимум!

Нет, такой вариант меня совершенно не устраивал.

— Что вы решили?

— А можно хотя бы в двух словах про этот ваш метод? — вздохнул я, понимая, что независимо от этого выбора у меня нет.

Доктор недовольно закатил глаза, но всё-таки ответил.

— Космический психоз, также известный как Пандорум, вызывает в человеке необоснованную и чрезмерную жестокость по отношению ко всем без исключения. Жасу Гилок установил, что в такие моменты больной испытывает чувство схожее с эйфорией. Крайняя степень неконтролируемого возбуждения. Именно это мы и проверим, показав вам подборку специальных видеоматериалов.

— То есть я буду смотреть видео, а вы смотреть за тем, как... кхм... как отреагирует мой организм?

— Совершенно верно, — кивнул врач.

— И никто ко мне даже не прикоснётся? — уточнил я на всякий случай. — Не говоря уже о всяких там зондах, которые... кхм... скажем так, попадают внутрь человека не самым приятным путём.

— Именно.

— С этого и надо было начинать. Я согласен на тестирование.

Доктор с недовольством что-то тихо пробурчал себе под нос и взял планшет в руки. Он снова обернулся к камере и принялся повторно зачитывать для станционного Искина кто, что, с кем, как именно и с какой целью собирался делать.

Закончив с формальностями, он кивнул одному из санитаров. Тот нехотя подошёл ко мне, под прикрытием своего собрата, и осторожно стянул полотенце, прикрывающее моё хозяйство.

Спинку кровати приподняли, так чтобы я занял положение сидя. И, установив стол с монитором напротив меня, включили запись.

Я увидел саванну, изнывающую от ужасной жары. Воздух дрожал и, казалось, словно он медленно плавился под палящими лучами солнца. Антилопа боролась с чувством страха. Она никак не решалась подойти к водоёму. Но спустя несколько минут жажда взяла верх и животное медленно, с опаской, подошло к самой кромке воды.

Антилопа наклонилась, но едва успела сделать первый глоток, как её голова исчезла в захлопнувшейся пасти огромного крокодила, неожиданно появившегося из-под воды.

Невероятно стремительная атака из засады. Всего секунда и хищник вместе со своей добычей исчезли в тёмных глубинах.

Я не успел ничего сказать, как включилось следующее видео.

На этот раз мне показали, как стая акул терзала раненого, но ещё живого кита. Мне дали услышать его предсмертные, полные боли крики.

Дальше животные закончились. Дальше пошли люди.

На экране руины города — остатки домов, чудом уцелевшие после орбитальной бомбардировки, внешне напоминали свечные огрызки, выгоревшие практически в ноль. Под воздействием адских температур взрывов, металл и камень растаяли, словно воск на солнце.

Из полуразрушенного подвала выходили солдаты. Я узнал их униформу — штурмовики Доминиона. Следом за ними показались мирные жители. Только женщины, дети и старики: грязные, измученные, до смерти напуганные люди.

Им приказали выстроиться в шеренгу возле одной из стен. И затем всех этих людей хладнокровно расстреляли. Визитная карточка Доминиона — полное истребление всего живого в городе-столице планеты.

На мгновение, прежде чем включился следующий ролик, я повернул голову и встретился взглядом с доктором. Он кивком показал, чтобы я вернулся к просмотру.

Начался новый ролик.

На этот раз у меня мороз по спине пробежал.

Не знаю где они откопали это видео. В сети в общем доступе подобного точно не найдёшь. Но я абсолютно уверен, что смотрел именно на пожирателей. Внешне они совсем не отличались от людей. По сути они ими и являлись, если бы не одно «НО». То, что они творили, на их фоне даже зверства Доминиона выглядели не более чем безобидной детской шалостью.

Меня хватило только на двадцать секунд. Потом я отвернулся, едва сдерживая рвотные позывы. Я не какой-то там неженка и видел по-настоящему ужасные вещи. Зачастую даже находился всего в паре метров от творящегося ужаса.

Но опустошители или как их ещё называли — пожиратели — это уже нечто невообразимое.

— Хватит. Я больше не хочу смотреть.

— Выключайте, — скомандовал доктор, выждав ещё около десяти секунд. — Мы закончили. Признаков возбуждения не зафиксировано.

Проверка показала, что Пандорум это не про меня.

Поэтому мне вернули не только штаны, но и остальную одежду.

******

— Шестьдесят девять ордеров на арест! Подозрения в контрабанде, кражах, множестве махинаций, и куча неоплаченных долгов... — шериф рывком повернул ко мне монитор. — Шестьдесят девять! Не всякий за целую жизнь успевает просто посетить столько звёздных систем. А ты в свои неполные двадцать лет уже разыскиваешься в куче...

— Во-первых, разыскиваюсь не я, а корабль, — я даже не взглянул на экран, для меня там не было ничего нового. — Во-вторых, около половины ордеров даже не системные, а планетарные. Надеюсь, вам не нужно объяснять разницу? — шериф скрипнул зубами, но ничего не ответил и я продолжил. — А теперь последнее и самое главное. Может, ордеров и правда слегка многовато, но это ещё не делает никого из нас пиратом. К тому же ни один из ордеров недействителен в этой системе. Так что хватит уже тратить время на то, что не относится к делу!

— А те одиннадцать трупов, которые ты притащил на мою станцию? Тоже не относятся к делу и не делают тебя пиратом?

— Уже в который раз повторяю, я не убивал свою команду и тем более не захватывал корабль!

— А кто же их всех убил?

— Космос... — вздохнул я. — Разве не очевидно?

Космос не место для слабаков. Он всегда таил в себе множество опасностей. И гибель экипажа космического корабля совсем не редкость.

Вчера, например, во время грабежа пираты выбросили каких-то бедолаг из шлюза без скафандров.

А сегодня, ещё до обеда, кто-то неправильно просчитал координаты для гиперпрыжка. И хотя сразу никто не погиб, люди оказались обречены. Из-за ошибки пилота-навигатора они сожгли всё топливо прежде чем куда-то добрались и застряли где-то в межзвёздной пустоте. В вечном дрейфе среди непроглядной тьмы никто не услышит их криков. И никто не ответит на мольбы о помощи.

И завтра космос непременно заберёт кого-то ещё. Так было. Так есть. И так будет. Мало кому повезёт дожить до глубокой старости. Уж точно не в дыре вроде этой системы, практически на самой границе исследованных миров.

И моя команда не стала исключением. Космос действительно забрал весь мой экипаж. Выжил только я один. Но на станции Солис для всех это выглядело очень подозрительно.

И поэтому до окончания расследования я застрял на самой удалённой орбитальной станции забытой всеми звёздной системы. Вынужден торчать в забытом всеми захолустье, какое ещё поискать, и впустую растрачивать своё время.

Изначально у местных имелось две версии случившегося с моей командой.

Первая — я спятил и убил весь свой экипаж. Нечасто, но такое случалось. Из-за слишком длительного нахождения в глубоком космосе иногда люди слетали с катушек и творили ужасные вещи.

Вторая версия — я не спятил, но всё равно убил весь свой экипаж. Наживы ради.

Стремление капитана придать команде в глазах властей имидж честных работяг сыграло мне на руку. Клаус оформил юридическое лицо, создав при этом, как того требовала страховая, и чёткую иерархию права наследования звездолётом. Разумеется, первыми в списке наследников шли сестра капитана и старпом — его лучший друг, я же числился самым последним. Поэтому насчёт корабля у меня даже в мечтах никогда не было никаких планов.

Но космическая аномалия всё круто изменила.

И теперь по закону я, как единственный официальный уцелевший член экипажа, становился временным владельцем корабля. Но только при условии, что в течение года не обнаружатся родственники бывшего капитана и не заявят о своём праве наследования. Только тогда, спустя отведённое время, судно перейдёт уже в мою полную собственность.

Любой звездолёт стоил немалых денег. А такой, как у меня — с подпространственным приводом, даже очень немалых. Поэтому, когда местный доктор закончил с тестами и полностью исключил версию с космическим психозом, в игру вступил шериф.

Законник вцепился в меня мёртвой хваткой.

Не думаю, что он сам верил в мою вину, просто решил во что бы то ни стало повесить всё на меня.

Ведь в случае успеха меня обвинят в пиратстве. А за поимку пирата, тем более живого, законник вполне мог рассчитывать на перевод из этой дыры и продолжить службу в месте поприличнее.

К тому же очень неплохим бонусом стал бы перевод на его банковский счёт скромного процента от весьма нескромной суммы за которую с аукциона продадут мой звездолёт.

Из-за этого он категорически не желал слышать, что я не причастен к смертям. И уже три дня мне приходилось с ним бодаться на бесконечных допросах. Даже за столь внушительный отрезок времени их безнадёжно устаревшее оборудование для расшифровки бортового самописца корабля всё ещё не дало результатов.

И меня это чертовски злило.

******

— Просыпайся! — шериф с раздражением тихо матерился себе под нос, перебирая массивную связку ключей. Он старался поскорее найти тот, который отпирал мою камеру. Но спешка по закону подлости лишь затягивала действо.

Правда, я и так не спал, ведь время уже близилось к полудню. А так как заняться было нечем, просто лежал с закрытыми глазами.

— Расшифровали запись чёрного ящика? — я приоткрыл один глаз и покосился на озлобленного законника.

На ум приходило лишь несколько вариантов.

Или их жестянка, наконец, справилась с поставленной задачей и выудила из чёрного ящика данные, которые меня оправдали. Либо шериф решил отказаться от обедов, чтобы теперь допрашивать меня не только по утрам и вечерам.

— На выход, — шериф открыл со скрипом дверь и отошёл на несколько шагов назад, чтобы я смог беспрепятственно покинуть камеру. — Тебя ждут в переговорной.

******

Начальник орбитальной станции Солис очень любил поесть. О чём свидетельствовало изрядно заплывшее жиром тело с огромным животом и тремя, а моментами и четырьмя подбородками.

Возможно именно по причине стеснения он до жути ненавидел принимать пищу в присутствии других людей.

Но сейчас, всегда понятливая секретарша, почему-то не спешила оставить его наедине. Женщина принесла в кабинет кофе, десяток бутербродов с красной икрой и пару вареных лобстеров, внушительных размеров. Поставила поднос перед начальником, отступила на несколько шагов назад и остановилась.

Она переминалась с ноги на ногу, не решаясь заговорить первой.

— Ну что ещё? — недовольно вздохнул начальник станции.

— В приёмной ожидает шериф, — тихо произнесла секретарша, боясь смотреть шефу в глаза.

Ситуация начала его раздражать. Всё-таки Лидия работала на него уже далеко не первый год и знала, как всё устроено. Время обеда священно. Так с чего вдруг сегодня, когда он был голоден сильнее обычного, она решила его разозлить.

— Это он тебя так? — толстяк вдруг заметил на лице женщины алый след, явно оставшийся после пощёчины.

Секретарша кивнула:

— Шериф не хочет ничего слышать и очень настаивает на немедленной встрече.

Она деликатно умолчала о том, что разъярённый законник обозвал её тупой стервой, а самого начальника станции жирной вечножрущей тварью.

— Пригласи, — вечножрущий скривился, тяжело вздохнул и отодвинул поднос с пищей в сторону.

Секретарша кивнула и, не проронив больше ни слова, покинула кабинет.

Едва оказавшись перед станционным начальником, шериф с порога начал разговор на повышенных тонах.

— С какой стати твоя шестёрка мешает мне работать? У нас ведь уговор, так что если вы решили меня кинуть... Советую не забывать, кто за мной стоит!

— Что ты несёшь? — начальник станции в недоумении выпучил глаза.

— Твой юрист Кузьо недавно заявился в участок и освободил пацана.

— Что? — вскрикнул от неожиданности толстяк и сразу же нажал кнопку вызова секретаря. — Лидия, найди мне Кузьо. Срочно найди его!

******

— Вы кто? — спросил я, когда в переговорную вошёл мужчина в деловом костюме.

— Меня зовут Борис Кузьо, и я твой адвокат, — улыбнулся он, присаживаясь за стол напротив меня.

— Видимо, произошла какая-то ошибка. У меня нет денег на адвоката, — пожал я плечами.

— Тем, у кого нет денег, полагается бесплатный общественный защитник, — снова улыбнулся мужчина и достал из своего портфеля несколько листов бумаги, положив их перед собой.

Я ещё раз смерил адвоката взглядом.

Он ни разу не смахивал на бесплатного юриста. Холодные зелёные глаза, чёрные волосы, уложенные назад, и безупречно чистая кожа, говорила о том, что на уходе за собой он не экономил.

Один его костюм стоил целое состояние по меркам этой звёздной системы. Да и не только этой. Добавьте сюда несколько массивных золотых перстней и дорогие часы, и сразу поймёте причину моих сомнений.

— Вы не похожи на человека, который станет бесплатно представлять кого-нибудь в суде. Тогда в чём заключается ваш интерес?

— Так и есть, поэтому перейду сразу к делу. Декстер, мне удалось сменить твой статус с подозреваемого на свидетеля. В камеру ты больше не вернёшься, но и до завершения расследования станцию покинуть не сможешь.

— Но если не заплачу за помощь, то отыграете всё обратно и меня вернут в клетку? — усмехнулся я.

— Нет, это бесплатная услуга с моей стороны. Первая и единственная. Хотя нет, я ведь вытащил тебя из лечебницы, — хмыкнул юрист. — Ты не представляешь насколько непросто было даже для меня найти юридическое обоснование для проведения теста методом, которым не пользовались уже более сотни лет. Выходит, уже дважды помог бесплатно. Большего не жди.

Считав на моём лице недоверие, Кузьо тут же одарил меня добродушной улыбкой:

— Справка об освобождении из-под стражи и документ на возврат личных вещей, изъятых при задержании.

Он передвинул на мою половину стола бумаги, которые лежали перед ним всё это время.

— Так в чём же ваш интерес? — я принялся внимательно изучать содержимое документов.

— Шериф не бросит попыток обвинить тебя в пиратстве. Если понадобится, то ради этого он затянет следствие на месяцы. За твоим кораблём тянется целый шлейф преступлений. Да, все они совершены в других системах, но добавь сюда наличие мёртвого экипажа на борту. И этого уже достаточно, чтобы шериф продержал тебя на Солисе очень долго. Поверь мне на слово, так и будет. Но я могу сделать так, что ты на законных основаниях покинешь станцию уже примерно через неделю, плюс-минус несколько дней. Но, разумеется, за это уже придётся заплатить.

— Не важно сколько времени пройдёт, у него не получится обвинить меня в пиратстве. Поэтому я не переживаю на этот счёт. Рано или поздно завершат расшифровку бортового самописца, и меня отпустят. Иначе полицейский Искин не поймёт.

— Ни секунды в этом не сомневаюсь. Но проблема в том, что шериф слишком глупый и слишком упёртый. Как бы всё не сложилось он отнимет у тебя очень много времени.

— С шерифом понятно, он надеется на аукцион. Меня объявят пиратом, корабль сразу уйдёт с молотка, и он получит денежное вознаграждение — процент от продажи. Но как уже и сказал, я не то чтобы сильно переживаю по тому поводу. Хотя если действительно существует способ свалить отсюда поскорее, то я готов выслушать ваше предложение. Только сперва скажите, как вы планируете получить оплату за свою помощь? Я всё ещё без денег.

— Спрашиваешь, откуда возьмутся деньги на оплату моих услуг, когда на твоём счету осталась всего пара сотен кредитов?

— Именно.

— Сначала моё предложение тебе не понравится, даже наверняка покажется абсурдным, — спокойно пожал плечами адвокат. — Но затем ты ознакомишься с этим, — Кузьо достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое лист бумаги и положил на стол рядом с остальными, — и тогда ты сам попросишь меня помочь.

— Валяйте, — за беззаботной улыбкой я попытался скрыть появившееся волнение.

Глава 4

Юрист довольно прищурился, отбивая пальцами по столу незамысловатый ритм.

— Перейду сразу к сути, — Кузьо слегка ослабил галстук. — Ты заключишь договор со следствием и дашь показания против своего экипажа. Достаточно рассказать всего об одном эпизоде пиратской деятельности и...

Кузьо собирался сделать практически то же самое, что и шериф — обвинить экипаж Церы в пиратстве. Менялась лишь моя роль и соответственно в конце вместо похода на эшафот меня ждал хеппи энд. За помощь в разоблачении команды космических разбойников мне полагалось денежное вознаграждение.

Адвокат предложил мне целых пять процентов от суммы, вырученной с продажи Церы на аукционе. Иначе застряну на Солисе ещё очень надолго. Потому что шериф не оставит своих попыток и, даже без моих показаний, постарается любыми способами найти хоть что-то обличающее экипаж в пиратстве.

— Господин Кузьо, пять процентов — это смешная сумма. Я не согласен добровольно расстаться с кораблём практически даром просто из-за спешки. И, если потребуется, готов просидеть на станции даже дольше чем пару-тройку месяцев. Вы были правы — предложение действительно абсурдное.

— Ну да, ну да, спешить-то тебе некуда, и незачем, ты молод и вся жизнь ещё впереди. Вот, ознакомься, — Кузьо вздохнул и передвинул на мою половину стола очередной листок бумаги.

— Что это?

— Результаты твоего медицинского обследования, — спокойно ответил юрист, продолжая сверлить меня взглядом. — Если в двух словах, то не такой уж ты и везучий, каким себя считаешь.

Я бегло пробежался взглядом по содержимому бумаги, но из-за множества незнакомых врачебных терминов ничего толком не понял, и уставился на Кузьо, ожидая деталей.

— Видишь ли, — он лениво зевнул, — если в двух словах, то... ты умираешь.

Несколько минут я всматривался в наглое лицо Кузьо, пытаясь понять серьёзно ли говорил адвокат или блефовал.

— Ты ведь, наверняка, задавался вопросом, должен был задаться, как так вышло, что погибли все кроме тебя. Я разговаривал с докторами, они все едины во мнении, что от смерти тебя спасло экранирование медицинской капсулы. Хотя слово «спасло» тут не совсем уместно. Капсула дала только отсрочку. По прогнозам жить тебе осталось примерно около девяти-десяти месяцев. Если очень повезёт, то протянешь год. Но это весьма сомнительное везение, ведь некоторые органы начнут отказывать значительно раньше, так что... думай, Декстер, думай.

Хватило всего пары минут, чтобы понять — чёртов Борис Кузьо говорил правду.

Ведь, вернувшись на Церу, я обновлю программное обеспечение медкапсулы и сразу же проведу полное обследование. И тогда обман моментально вскроется, а значит адвокат не стал бы хлопотать о моём освобождении из-под стражи.

Выходит, я и правда умираю.

Я много раз находился всего на волосок от смерти. И научился контролировать себя, сохраняя разум чистым.

Но сейчас у меня не было сил противостоять нахлынувшей панической атаке. Неотвратимость скорой смерти подкосила и полностью выбила из колеи. Меня бросило в жар, я задыхался, казалось будто что-то невидимое с чудовищной силой давило на грудную клетку, не позволяя сделать вдох.

Адвокат заметил перемену моего состояния и замолчал. Мне потребовалось около пяти минут, чтобы взять себя в руки. И Кузьо терпеливо ждал всё это время.

— Свяжись со мной, когда примешь решение, — Кузьо поднялся из-за стола, оставив передо мной свою визитку. — Пять процентов — большие деньги. И в твоём случае, парень, извини за прямоту, этих денег, в буквальном смысле, хватит до конца жизни. Если же решишь оставить корабль себе, то, как я уже говорил, ты застрянешь в этой дыре и потеряешь около трёх месяцев. И дальше что? Куда ты полетишь с пустыми карманами?

— Хор-рошо, — прохрипел я с усилием.

— Вот и славно. Не задерживайся тут, — юрист улыбнулся и обвёл взглядом переговорную. — Главное бумаги не забудь, без них тебя не выпустят и не вернут личные вещи.

******

— Господин Сорен, — войдя в кабинет своего шефа, Кузьо учтиво кивнул начальнику станции. — Вы хотели меня видеть?

При этом он полностью проигнорировал присутствие шерифа. Кузьо вынуждено мирился с настолько глупым и некомпетентным партнёром по их теневым делам. Будь его воля, он уже завтра сослал бы шерифа со станции, отправив охранять одно из шахтёрских поселений на поверхности планеты. Но увы, шериф приходился родственником одной важной шишке из акционеров станции, поэтому приходилось его терпеть.

И сейчас его неприязнь взыграла новыми красками. Именно из-за шерифа, юриста Кузьо, словно провинившегося школьника, вызвали в кабинет директора.

— Присаживайся, Борис, — начальник станции кивнул на пустое кресло напротив своего стола. — Объясни свой визит в полицейский участок.

— Как и всегда, действовал исключительно в наших общих интересах. Я досконально изучил все имеющиеся материалы по экипажу Церы. И могу с уверенностью утверждать, что нет ни единого шанса хоть как-то связать их с пиратской деятельностью. Команда корабля действительно немного наследила в некоторых звёздных системах, но в целом действовала очень осторожно. Так что, подчёркиваю — ни единого шанса.

— И ты просто решил отпустить пацана? — вскочил на ноги шериф. — Он же сразу сбежит со станции!

— Сбежит? Тц... — Кузьо раздражённо цыкнул и закатил глаза. — Перед посещением полицейского участка, я отдал некоторые распоряжения. Поэтому можешь выдохнуть, парень не сможет покинуть Солис. Ведь, насколько мне известно, космические корабли не летают с пустыми топливными баками, — сострил адвокат. — А заправить Церу не получится, для этого нужны деньги, которых у Декстера практически нет. Какие-то крохи на банковском счету и немного налички. Продать ему тоже нечего. Во время обысков всё более-менее ценное изъяли. На борту остался только бесполезный хлам. Поэтому на продажу у Декстера ничего нет. Парню придётся принять суровую реальность и согласиться на моё предложение.

— И что ты ему предложил? — вяло поинтересовался шериф.

— Свободу, плюс небольшой процент с продажи корабля, если согласится стать свидетелем и сдать свою бывшую команду. Приемлемая цена за достижение наших целей в весьма короткие сроки.

— Доволен? — глава станции повернулся к шерифу, намекая что тому пора на выход. — Всю работу сделают вместо тебя.

— Плевать, но проценты пацану будете платить из своей доли.

— Ты главное не мешай и убери своих людей, которые пасут его с самого участка, пусть держатся от парня подальше, — добавил адвокат в спину покидающему кабинет шерифу.

— Убрать слежку? — законник остановился и резко обернулся. — Что если пацан попытается сбежать?

— Ограничьтесь видеонаблюдением. Под мою ответственность, — грубо прервал его Сорен. — В случае чего можешь так и передать своим боссам, — и дождавшись когда за полицейским закроется дверь, обратился к своему подчинённому. — А теперь, Борис, давай полную выкладку, я хочу знать всё.

Кузьо закинул ногу на ногу, достал из внутреннего кармана пиджака сигару и вопросительно посмотрел на шефа. Тот тяжело вздохнул, но всё-таки открыл внутренний ящик стола, достал оттуда гильотину для сигар и толкнул её через весь стол к адвокату.

— Пройдёт максимум неделя и парень прибежит ко мне, чтобы заключить сделку, — юрист откусил кончик сигары и прикурил от спички.

— Откуда такая уверенность?

— Я увидел это, когда заглянул в его глаза — Декстер Гхар уже сломался, просто сам этого ещё не осознал. Нам нужно только немного подождать, господин директор.

******

После ухода Бориса Кузьо, я ещё около получаса продолжал сидеть в переговорной. Просто сидел и не знал, что делать дальше. Никак не получалось собраться с мыслями. И просидел бы ещё неизвестно сколько, если бы не полицейский, который заглянул внутрь и потребовал, чтобы я немедленно убрался.

На выходе из участка, в обмен на оставленные юристом бумаги, вернули мой браском и шесть смятых купюр. Других личных вещей у меня во время задержания при себе не было. Я не стал задерживаться внутри и сразу покинул логово законников.

Оказавшись в коридоре, я отошёл от входа в участок в сторону метров на десять и остановился. Нацепил на запястье браском, включил его и ввёл код персональной идентификации.

Браском сразу же начал искать доступную для подключения сеть. Но как только установил соединение, дисплей несколько раз мигнул и появилось уведомление с предложением установить новое обновление.

Мне всего-то нужно было войти в станционную сеть и выяснить куда отбуксировали мой корабль.

Но каждый раз при отказе установки обновления система просто выходила из моей учётной записи, возвращаясь на страницу идентификации личности. Деваться некуда, пришлось ставить обнову.

Пока ждал заполнения полосы загрузки, отображающей прогресс установки программного обеспечения, немного осмотрелся вокруг.

По сути состоялось моё первое знакомство с орбитальной станцией Солис. До этого момента я всё время провёл взаперти в четырёх стенах. Сперва в психушке, а затем уже в камере полицейского участка.

Теперь мог собственными глазами увидеть станцию изнутри.

Кое-что я прочёл о станции ещё будучи на Цере, покопавшись в кораблельном архиве. Поэтому имел некоторое представление о том, куда попал. И понимал, что не увижу на Солисе модных бутиков, элитных ресторанов с блюдами из натуральных органических продуктов, неоновых вывесок казино, и бесконечных толп туристов в пёстрых одеждах.

Всё-таки Солис — по большей части огромный грузовой хаб. Сюда свозилось всё, что добывалось шахтёрами на планете, в астероидном поясе и на спутнике газового гиганта, находящегося сейчас с противоположной стороны звезды. Груз собирался в одном месте и ждал своего часа, когда за ним прибудет сверхмассивный грузовой корабль класса «Гаргантюа».

Помимо «грузовой» части на станции имелась и внушительных размеров жилая зона. За пару минут, что я простоял, опираясь на стену, мимо меня прошло несколько десятков человек.

В отличие от женщин, совсем не похожих друг на дружку, в доброй половине мужчин, я опознал шахтёров. Почти у всех крепкое телосложение, грубая кожа с въевшимися тёмными пятнами, характерными для камнеедов, суровые взгляды и недорогие однотипные комбинезоны.

Но хватало и представителей других профессий.

Я даже увидел двоих представителей корпуса космических рейнджеров. Спутать их нагрудные жетоны с чем-то другим попросту невозможно. В детстве я мечтал стать одним из них, когда вырасту. Но жизнь сложилась несколько иначе, и мы оказались по разные стороны баррикад.

Не все прохожие оказались рады моему вниманию. Скорее всего только близость полицейского участка уберегла меня от драки.

Наконец установка обновлённого ПО закончилась о чём браском сообщил тихой трелью и лёгкой вибрацией. Я сразу же подключился к базе станции и вбил идентификатор Церы, чтобы увидеть её местонахождение.

— Да вы издеваетесь? — не выдержал я и только чудом удержался, чтобы не шокировать нецензурной лексикой проходившую мимо меня мамашу с ребёнком.

На дисплей браскома вывелась карта-схема сектора станции в котором я находился. Затем масштаб карты несколько раз уменьшился, добавляя на экран сразу по несколько соседних секторов за один раз. И только после этого пунктиром отобразился маршрут до Церы.

Коридоры нулевого этажа, на котором я сейчас находился, и который являлся сугубо пешеходным, имели форму колец. И, чтобы добраться до своего звездолёта, мне всего-то предстояло протопать по самому длинному из них каких-то восемь с половиной километров.

Можно было спуститься на минус первый этаж, являющийся широким транспортным тоннелем, и воспользоваться услугами такси. Но меня очень смутила цифра, указанная как минимальный тариф.

Настроение и до этого момента бывшее откровенно паршивым, рухнуло на самое дно.

И видимо, чтобы добить меня полностью, на браском сплошным потоком полились уведомления о множестве поступивших писем.

Я слишком долго оставался без связи и прекрасно догадывался кто автор большинства сообщений. Всё-таки уже вышли все мыслимые и немыслимые сроки, а я до сих пор так и не связался с человеком из Синдиката и не сообщил ему координаты груза.

Поэтому нисколько не удивился тону его посланий. Хотя нужно отдать должное его выдержке, первые два десятка сообщений он сохранял хладнокровие и общался довольно вежливо. По крайней мере старался не подавать виду, что моё исчезновение со всех радаров его сильно обеспокоило.

Но под конец ситуация кардинально изменилась. Когда он потерял надежду до меня достучаться и решил, что Декстер Гхар его всё-таки кинул, началась сплошная череда угроз.

Зато теперь я знал, что может рассмешить смертельно больного человека — угроза его убить.

Наверное только поэтому я и не удалил все письма сразу. Вместо этого нашёл в стороне лавочку, присел на неё и погрузился в чтение. Было забавно наблюдать разницу в стиле письма, когда он писал, судя по количеству опечаток, вусмерть пьяным.

Неожиданно улыбка исчезла с моего лица. Я зацепился взглядом за фрагмент одной фразы — «ты хоть представляешь сколько стоит груз?». Дальше опять шла угроза найти, убить и расчленить, но именно этот кусочек привлёк моё внимание.

Мысль ещё полностью не сформировалась в голове, а я уже вскочил на ноги и бросился к ближайшему спуску на минус первый этаж, чтобы нанять такси.

Нет, я не сомневался в том, что холёный юрист сказал правду. И я наверняка смертельно болен. Но, мне вспомнились его слова перед самым уходом. Кузьо задал, как ему казалось, риторический вопрос — «что я буду делать с пустыми карманами?»

Он видел во мне нищеброда, внезапно завладевшего космическим кораблём. И ему прекрасно известно, что по закону я не смогу продать Церу ещё целый год. Следовательно, есть вероятность, что Борис Кузьо считает меня неизлечимо больным только потому, что уверен в том, что лечение мне не по карману.

Ведь Церу я и правда продать не смогу при всём желании.

Но ведь у меня был не только корабль. Ещё имелся краденый груз, который стоил целую гору денег. Выбор очевиден — оставлю его себе и найду на него покупателя. Благо, преступный мир я знаю изнутри не понаслышке. Мне едва исполнилось девять лет, когда мы с братом попали на борт Церы. Так что опыта в таких делах у меня побольше многих пиратов.

Осталось только привести в порядок медкапсулу, провести полное обследование и узнать стоимость лечения. Теперь-то я уверен, что смогу его оплатить.

Ко мне вернулась надежда, а вместе с ней и силы.

— Такси! — свистнул я, ближайшему флаеру на магнитной подушке, как только спустился на этаж ниже.

******

Оказалось, Церу не пристыковали к станции снаружи, как я думал, а разместили внутри одного из ангаров. Что уже значительно усложняло предстоящий побег. Ведь какие бы результаты не выдала медкапсула, я не собирался соглашаться на предложение адвоката.

Пять процентов пусть засунет себе куда... куда захочет. Я лучше найду способ свалить со станции, заберу груз с планеты и свалю в закат. Пять процентов... нашли идиота.

Паролей мне никто никаких не сообщал, поэтому, оказавшись перед ангаром, я просто поднёс браском к пульту рядом с дверью и замок открылся. Хоть тут не возникло сюрпризов и доступ в помещение настроили на владельца корабля, находящегося внутри.

Поднявшись на Церу, я неприятно удивился царящему повсюду бардаку.

Раньше такой был только в моей каюте. Теперь же всё на корабле оказалось перевёрнуто вверх дном. Похоже я очень недооценил упорство шерифа. Его подопечные совсем не мелочились при обыске.

Но мне было плевать, сейчас все мои мысли занимал лишь ремонт медкапсулы. Поэтому сразу из грузового отсека я направился в медицинский.

Из-за неисправного корабельного узла связи пришлось использовать свой браском для подключения капсулы к сети и её идентификации на сервере корпорации-производителя. С последующими тестами по выявлению неисправностей тоже всё прошло гладко.

Проблема возникла, когда производитель разрешил загрузить исправное ПО и я уже радостно потирал руки.

Объём данных оказался весьма внушительным, а вот пропускная способность браскома весьма посредственной. Из-за этого процесс переустановки программы обещал занять целых три часа.

Чтобы не сидеть без дела, я отправился осмотреться. Перед будущим побегом со станции требовалось выявить всевозможные подлости, устроенные людьми шерифа или Кузьо. Адвокат вряд ли надеялся на моё хорошее поведение и должен был как-то подстраховаться.

И подстраховался.

Добравшись до корабельной рубки, я запустил диагностику всех систем. Для уверенности прогнал её трижды. Результат из раза в раз повторялся — не в строю только узел связи, всё остальное полностью исправно и готово к работе.

Проблема заключалась в ином.

Те, кто положил глаз на мой корабль, решили не портить будущий лот аукциона и просто опустошили топливные баки Церы. Так и меня задержат, и цена на корабль не снизится из-за поломки.

На кухне эти сволочи устроили настоящий погром. Разбросанная повсюду посуда и два отключённых от энергосети холодильника. Не испортились только консервы. Они просто бесследно исчезли. Мне оставили только дешёвые питательные батончики с отвратительным запахом и вкусом.

Дальнейший обход показал, что пропали и некоторые вещи. В основном различная мелочёвка, которая не стоила и ломаного гроша.

Но эти гады ещё и дроида украли! Умная жестянка хотела половину корабля, поэтому я надеялся, что проникнется бедой и объединится со мной против наших общих врагов. Увы, придётся всё делать самому.

******

После прошлого раза у меня развилась новая фобия. Я еле-еле сумел заставить себя раздеться и залезть в медицинскую капсулу. Слишком свежо воспоминание о том, как чуть не погиб внутри неё от её же «рук».

Даже подумывал взять с собой плазменный резак, чтобы при необходимости им отбиваться.

После первого углублённого обследования капсула выдала прогноз с приблизительной продолжительностью оставшейся жизни в двести восемьдесят восемь стандартных суток. В целом, как и говорил Кузьо, немногим больше девяти месяцев.

Три последующие диагностики показали практически идентичные результаты, с разницей в один-два дня. Я счёл такую погрешность допустимой и перешёл к следующему этапу — запросил у медкапсулы варианты лечения.

Список с предложениями мест, где мне могли помочь, оказался невероятно длинным. На момент, когда система сообщила, что закончила его составление, список состоял из почти трёхсот пунктов.

Казалось бы победа, но нет. Уже через несколько минут я решил, что обязательно сегодня напьюсь. Желательно в компании какой-нибудь красивой девушки.

Потому что...!

Я отфильтровал список больниц по стоимости лечения и пришёл в ужас. Мне всего-то нужно меньше чем за год найти сорок миллионов кредитов и тогда не придётся умирать.

Но расстроился я и решил напиться не из-за этого, а чуточку позже.

После того как воспользовался ещё одним фильтром, по категориям гражданства, и узнал, что с категорией «D» в списке нет ни одной больницы, готовой меня принять.

Все эти чёртовы лечебные учреждения находились в Метрополии. И мне туда путь заказан. Даже сорок миллионов не помогут попасть в один из золотых миров Содружества. Таким как я туда дороги нет и вряд ли когда-нибудь будет.

Пожалуй, именно это самое обидное из того, что случилось со мной за последние дни.

Паскудное чувство, когда умирает надежда. Вся моя недавняя бравада и мысли о предстоящем побеге моментально испарились.

Кажется я сломался.

Вырвал меня из мрачных мыслей неожиданный входящий вызов от абонента со странным именем «LY606». Я не меньше минуты пялился на экран, прежде чем сообразил, что на дверях ангара была точно такая же надпись.

Кто-то пожаловал ко мне в гости.

Я нажал на кнопку ответа и на дисплее мгновенно появилась картинка с наружной камеры.

— Сделайте несколько шагов назад, — попросил я, желая сперва хорошенько рассмотреть визитёра.

Перед ангаром переминался с ноги на ногу неизвестный старик. Выглядел весьма опрятно и при этом совершенно не походил на обитателя станции. Седина на висках, костюм тройка, трость, кожаный саквояж и цилиндр.

— Декстер Гхар? — сразу же поинтересовался старик, не дожидаясь пока я ним налюбуюсь. — Капитан звездолёта Цера?

— Кто вы такой и чего хотите?

— Я прибыл на станцию Солис, как полномочный представитель господина Ларго Вискена. Мой клиент желает заявить о своих правах на звездолёт.

Гнев внутри меня вспыхнул мгновенно и я сразу же сорвался с места.

Опомнился уже, когда оказался у ворот ангара. Всё происходило словно в ускоренной перемотке. Привычное течение времени вернулось только в момент, когда я распахнул дверь и уставился на старика.

— Так вы представляете интересы отца Клауса и Тани? — с улыбкой спросил я, умолчав о том, что лет пять или шесть назад Ларго Вискен погиб на моих глазах.

Дед спокойно выдержал мой испепеляющий взгляд и, как ни в чём не бывало, очень вежливо поинтересовался:

— Всё верно, молодой человек, а теперь позволите войти?

Я отступил в назад, освобождая проход и кивнул, приглашая старика внутрь. Странно, но его спокойствие и вежливый тон произвели на меня умиротворяющее влияние. Куда-то сразу исчезло желание немного его прессануть, чтобы не вздумал со мной играть.

Присмотревшись, я заметил на саквояже небольшой узор, изображающий обвивающую чашу змею.

— Разрешите представиться, — старик перешагнул порог, закрыл за собой дверь, опустил саквояж на пол и снял цилиндр. — Доктор Валентайн Блюм. И я искренне сожалею, что...

В момент, когда старик озвучил причину своего сожаления, я уже падал на пол и абсолютно ничего не слышал.

А вот дальше меня ожидал самый дерьмовый флешбек на моей памяти.

Глава 5

Проснулся я опять практически голый и лёжа внутри медицинской капсулы. Мои руки и ноги вновь оказались надёжно скованы фиксаторами. Хотя на этот раз капсула не пыталась меня прикончить. По крайней мере, не спешила проявлять агрессию.

Но вполне возможно, что это лишь вопрос времени. Сквозь полупрозрачную крышку медкапсулы я увидел, как мелькнула тень подлого старика.

Я сам виноват, что вспылил и поддался на банальную провокацию. Решил раз старик, то не представляет для меня никакой угрозы и в случае чего смогу легко с ним справиться. И потому не колеблясь впустил его в ангар.

Вот только события развивались по другому сценарию.

Дед оказался куда более непростой личностью, чем обычный мошенник.

Теперь я уже понял, что меня отработали по классической схеме. Одна рука отвлекала внимание пока вторая творила магию. Так и вышло, Валентайн Блюм сыграл, как по нотам.

Пока я глазел на цилиндр в левой руке, правой он выстрелил в меня каким-то транквилизатором. И я даже этого не заметил.

— Как ваше самочувствие, мистер Гхар? — старик увидел, что я очнулся и, поиграв с настройками капсулы, сделал большую часть крышки полностью прозрачной.

— Кто ты такой?

— Доктор Валентайн Блюм.

— Слушай, доктор Валентайн Блюм, если ты «мясник», то у меня для тебя плохие новости. Никто не купит мои органы. Их даже бесплатно вряд ли кто возьмёт, — хохотнул я, стараясь не показывать страха.

— Уверяю вас, молодой человек, я не «мясник» и ваши органы мне не нужны. Об этом можете не волноваться, а теперь просто постарайтесь успокоиться...

— Ты совсем ошалел, дед? Ты меня вырубил, раздел, спасибо только до трусов, и засунул в медкапсулу! И теперь говоришь мне успокоиться?

— Я сожалею об этом и приношу вам свои искренние извинения. Но у меня не было иного выбора. Поймите, нам очень нужно поговорить. И всё это вынужденные меры для того, чтобы беседа получилась конструктивной.

— Просто поговорить? Ну хорошо, выпусти меня и поговорим.

— Боюсь, что покамест не могу этого сделать, — старик виновато улыбнулся. — Ведь судя по вашему тону, тогда уже мне понадобится медкапсула,

— Раньше было только что-то одно. Я просыпался или в медкапсуле, или в компании психа. А теперь всё сразу, — вздохнул я. — Это комбо.

— У меня есть деловое предложение, — Блюм не понял смысла сказанного и пропустил мои слова мимо ушей. — Я предлагаю вам лечение.

— Чего?

— Вижу, вы никак не ожидали услышать чего-то подобного, — старик заметил, как вытянулось от удивления моё лицо и довольно прищурился. — Но сейчас я докажу вам, что не вру.

С этими словами Блюм сосредоточенно уставился в наружный монитор медкапсулы, а его пальцы быстро забегали по виртуальной клавиатуре.

Все его действия практически мгновенно дублировались на внутренний дисплей. Поэтому я без проблем понял его намерения и с облегчением выдохнул — манипуляторы с хирургическими инструментами оставались отключены.

Старик собирался запустить очередное углублённое обследование.

Я ему даже сказал, что это лишнее, потому что их уже три сделано за сегодня. И он мог ознакомиться с результатами, стоило лишь заглянуть в журнал медкапсулы. Но в ответ, дед на меня только недовольно шикнул и продолжил воплощать задуманное.

— Тоже мне доктор, — хмыкнул я и закрыл глаза.

******

Медкапсула звуковым сигналом оповестила об окончании обследования и я открыл глаза. И сразу же невольно дёрнулся, потому что не ожидал увидеть доктора настолько близко.

Блюм навалился на крышку капсулы и буквально прилип к ней лицом. Сквозь немного запотевшее от дыхания стекло, он с радостной ухмылкой глазел на меня. Смотрел таким взглядом, словно я какой-то диковинный экспонат из зоопарка, доставленный с другого конца галактики.

— Всё хорошо? — сглотнул я слюну, с опаской глядя на него.

— Не просто хорошо, а замечательно, — в глазах доктора читался дикий восторг, граничащий с истинным безумием. — Потрясающие результаты.

— Результаты? — переспросил я и покосился на дисплей.

От увиденного у меня перехватило дыхание.

Прогноз приблизительной продолжительности жизни составлял пятьсот двадцать стандартных суток. Почти в два раза больше предыдущего.

— Как это возможно?

— Теперь вы готовы поговорить? — спросил доктор и сразу же добавил. — Без рукоприкладства.

Я несколько раз кивнул.

— Вот и славно, — доктор отключил фиксаторы и дал мне выбраться на волю.

Моя одежда обнаружилась тут же, аккуратно сложенной на стуле рядом с медкапсулой. Я быстро оделся и сразу включил браском.

— Желаете проверить? — Блюм отошёл немного назад и уселся в рабочее кресло ныне покойного доктора Ши.

Естественно я собирался подключиться к серверу производителя медкапсулы и убедиться, что ушлый старикашка не смухлевал и не подстроил результаты моего обследования. Один раз я уже обжёгся, недооценив его. И повторять свои ошибки не намеревался.

— Тогда как? Не понимаю, — спросил я, когда производитель подтвердил отсутствие стороннего вмешательства в работу капсулы. — С чего вдруг улучшение прогноза?

— Я сделал вам несколько инъекций, — спокойно пожал плечами Блюм. — Собственно, именно поэтому и пришлось вас усыпить, — он на секунду замялся, словно смутился. — Иначе смог бы я убедить вас позволить сделать несколько уколов?

В этом он полностью прав. Ни я и никто другой, в здравом уме, не дал бы какому-то незнакомцу вколоть себе неизвестные препараты.

— Согласен, но прежде, чем окончательно закроем эту тему, скажи, чем ты...

— Скажите, чем вы, — перебил меня доктор.

— Скажите, чем вы... меня вырубили? — я не стал упираться и перешёл на вы, как того хотел Блюм. — Скрытый в рукаве игольник с паралитическими иглами? Раскройте секрет фокуса.

— Капсула с газом. Раскусить и выдохнуть в сторону цели. Перед визитом сюда я, разумеется, принял антидот.

— Выходит, у меня изначально не было ни шанса, ведь я старался уследить за руками.

— Выходит, что не было, — развёл Блюм руками, расплывшись в улыбке.

— Тогда предлагаю перейти к сути вашего визита.

Первым делом доктор Блюм объяснил, что инъекции необходимо повторять каждые две-три недели. Иначе организм очень быстро вернётся к прежнему состоянию.

Но ему под силу вылечить меня полностью. И он сделает это, если я...

— Давайте разберёмся, правильно ли я вас понял, — я переставил свой стул и уселся прямо напротив доктора. — Вам нужно попасть в систему Инуэ, которая находится практически на другом конце галактики. В систему, которая закрыта на карантин, из-за неизвестного вируса, выкосившего за несколько дней всё живое. Правильно?

— Именно так, Декстер.

— Неужели это единственное место во вселенной где меня можно вылечить?

— Да, ведь там, как и в Метрополии, есть клиники с необходимым оборудованием, но при этом, нет тех, кто станет требовать чек на сорок миллионов и проверять категорию гражданства.

— А ещё вирус, там есть вирус, который моментально нас прикончит.

— Не прикончит.

— А подробнее можно?

— Нет, — безапелляционно заявил старик, чем немного меня удивил.

— А зачем вам туда нужно, скажете?

— Нет.

Я понимал, что Блюм всего рассказывать и не думал, но хотел выяснить как можно больше. С другой стороны, старик просто говорил «нет», а не врал, выдумывая что-нибудь и это немного подкупало.

Он не пытался скрыть, что нашёл человека в бедственном положении и, благодаря своим врачебным навыкам, собирался использовать меня в собственных целях. И при этом дед доказал, что, как минимум, способен продлить мне жизнь.

Поэтому причин отказываться я не видел.

— По рукам, доктор Валентайн Блюм. По сути мне не так важно куда лететь пока меня лечат. А вам всё равно кого лечить покуда корабль продолжит лететь к системе Инуэ. Как говорится, кто платит, тот и...

— Не спешите, господин Гхар.

— Что не так?

— Видимо вы меня не совсем правильно поняли. Поэтому озвучу один крайне важный момент. У меня практически нет денег, поэтому все расходы полностью на вас.

Ничего себе заявка.

Путь до Инуэ невероятно длинный. Даже с эффектом от инъекций Блюма, чтобы успеть туда вовремя, то есть до того, как я умру, придётся больше половины межзвёздных перелётов совершать на подпространственной или, как её ещё называли, на скорости предела. Из-за этого на топливо потребуется просто колоссальная сумма денег.

Конечно, не сорок миллионов, но всё-таки тоже очень немало.

— А ничего, если деньги для нашего с вами путешествия будут не всегда добыты законными методами?

— Не имею ничего против, — ничуть не смутившись ответил Блюм. — Ваше криминальное прошлое, наоборот... оно для меня скорее является плюсом. И не делайте такое лицо, я имею примерное представление о роде деятельности вашей команды.

Старик весьма недурно подготовился перед приходом и навёл справки. И судя по тому, насколько уверенно он говорил, доктор черпал информацию не из открытых источников. Скорее всего о нас ему рассказал кто-то, с кем мы уже пересекались, а возможно даже вместе работали.

— И раз уж зашла речь о команде, могу я услышать ваши соображения по этому поводу, господин капитан? Мы ведь не полетим только вдвоём? Не обижайтесь, просто я бы хотел, чтобы все расчёты для межзвёздных переходов сквозь гиперпространство производились опытным пилотом-навигатором.

— Не поверите, но я тоже. Ведь, как и вы, не хочу навсегда затеряться где-то в глубинах неизведанного космоса, не имея возможности вернуться домой. И чтобы гравитация какой-нибудь планеты зацепила корабль на скорости предела, выдернула его из подпространственного тоннеля и нас размотало на молекулы, я тоже не хочу.

— Не уверен, что вы поймёте аналогию, но во времена моей молодости, если такое случалось, то мы называли это «распустить бабушкин свитер».

— Слушайте, я на Цере с самого детства и поблажек мне никто не давал. За эти годы я многому научился, я отлично знаю корабль и сейчас могу заменить практически любого в экипаже. Поэтому первое время справлюсь и сам. И пока не найдём хорошего пилота-навигатора летать будем только на сверхсветовых приводах.

— Вы сказали практически любого.

— Да, потому что механика может заменить только другой механик. К тому же их по штату всегда минимум два полагается. Но с этим проблем не возникнет, в паре-тройке переходов от этой системы у меня есть на примете надёжные люди, которые не откажутся поработать на Цере, когда узнают, что теперь я капитан.

— Исчерпывающий ответ. Благодарю.

— Значит договорились? — я протянул доктору свою руку.

— Почти... У меня есть ещё одно маленькое условие. Возможно нужно было с этого и начать, надеюсь вас это не слишком разозлит.

******

Кузьо был вне себя от злости.

Всего за один день с ним уже второй раз связалась секретарша начальника станции и мягким голоском сообщила, что тот снова хочет видеть юриста в своём кабинете.

И Кузьо прекрасно понимал из-за кого снова случился «пожар».

А ведь ещё не прошло даже суток с момента, когда он взял ситуацию под личный контроль. К тому же шерифу прямым текстом сказали не вмешиваться. Всё что от него требовалось — это сидеть, ничего не делать и ждать, когда принесут мешки с деньгами. Но придурок-законник даже с этим не мог справиться.

— Пришёл наконец-то, — шериф позволил себе небрежно прокомментировать появление адвоката в кабинете станционного начальника.

— Прекрати, — сразу же осёк его Сорен. — Мы на одной стороне. Постарайся не забывать об этом.

Кузьо по обыкновению поздоровался и кивнул своему боссу Сорену.

Затем вдруг посмотрел на шерифа. Хотя до этого момента, он, наоборот, даже в его сторону старался не смотреть.

И сейчас, глядя на шерифа, Борис Кузьо вспомнил почему он испытывал отвращение к этому человеку. И речь вовсе не о его некомпетентности.

Кузьо поднялся с самых низов. Сам, без чьей либо помощи, только собственными силами он сумел проложить путь наверх. И на примере многих своих знакомых, он хорошо уяснил одну неписаную истину — никогда нельзя расслабляться и давать слабину.

А шериф, кажется, никогда и не выходил из состояния полной расслабленности. Но скоро этому наступит конец. Ведь по пути сюда у адвоката состоялась одна весьма занимательная беседа.

— По какому поводу собрались на этот раз? — спокойно спросил он.

— Вот по какому, — шериф подошёл к столу в центре кабинета и «смахнул» на него со своего браскома файл.

Над столом сразу же возникло изображение с одной из многочисленных видеокамер, установленных по всей станции. Конкретно эта сейчас показывала часть пустующего коридора на нулевом этаже в секторе ремонтных ангаров.

— Понятно. Однако, прежде чем мы продолжим, к нашему собранию по видеосвязи присоединится ещё один человек. Если вы не против, господин директор.

— Не против, — выдавил из себя Сорен, одновременно удивлённый и озадаченный неожиданной инициативой подопечного.

Шериф собирался что-то возразить, но, увидев кому позвонил Кузьо, сразу прикусил язык. Адвокат пошёл ва-банк и через голову своего шефа связался с покровителями законника. И сейчас лицо азиата, изуродованное страшным шрамом, смотрело на них с огромного монитора, висевшего на одной из стен кабинета.

Сорен на правах хозяина в качестве приветствия лишь небрежно махнул рукой.

— Господин, — шериф согнулся в поклоне под прямым углом.

— Господин Ишимура, благодарю что почтили нас своим присутствием, — Кузьо ограничился лишь едва заметным кивком. — Теперь все в сборе, можете продолжать собрание, — он с нескрываемой ухмылкой посмотрел на законника.

— Ты не слышал его, Лиам? — Ишимура повысил голос, недовольный тем, что голограмма над столом, за исключением редких прохожих, по-прежнему продолжала показывать пустующий коридор.

Шериф не на шутку струхнул. И сразу же принялся колдовать над браскомом, повторяя, словно мантру:

— Сейчас. Одну секундочку. Сейчас.

Из-за волнения его манипуляции немного затянулись. И юрист воспользовался паузой, чтобы ввести приглашённого гостя в курс дела:

— Именно в этом ангаре находится звездолёт, который мы планируем выставить на аукционе.

— Вот, — победно выкрикнул шериф, когда ему удалось отмотать запись к моменту, где видно, как некий старик с саквояжем и цилиндром на голове вошёл внутрь ангара. — Вот он!

— Кто он?

Седовласому азиату приходилось снова и снова поторапливать безолаберного подчинённого. Из-за чего тот нервничал только сильнее, что отрицательно сказывалось на его, и без того низкой, продуктивности.

Единственное где тот преуспел, это в зачитывании досье старика:

— Валентайн Блюм. Пятьдесят восемь лет. Родился в системе Адьюла на планете Цимон. Гражданство категории «B». Специалист в областях биофизики, биохимии, иммунологии и генетики. Официально безработный. Судимостей нет. Женат не был. Детей...

— Лиам, — прорычал Ишимура. — Ближе к делу!

— Блюм уже больше часа в контакте с объектом. И он не просто сертифицированный врач, а ещё и гражданин Метрополии. Господин, из-за возникших рисков я... мы выдвинули несколько групп захвата на позиции возле ангара. Если цель попытается покинуть станцию...

— Достаточно, я услышал тебя, Лиам. А теперь хочу услышать тебя, — Ишимура посмотрел на Кузьо.

— С вашего позволения, — прежде чем начать, адвокат повернулся и кивнул Сорену, таким образом, обозначив кому служит. — Господа, сертифицированные врачи золотых миров, действительно имеют право доставлять пациентов в Метрополию, независимо от категории гражданства. Но теперь давайте посмотрим на стоимость лечения.

Кузьо вывел над столом изображение со своего браскома.

— Минимальный ценник стартует с сорока миллионов кредитов. Это уже очень много, но ещё далеко не всё. Прочтите то, что написано в договоре мелким шрифтом и сумма вырастет до пятидесяти миллионов. Корабль и близко не покроет такие расходы!

— Может у него не только корабль, — шериф попытался поставить под сомнение доводы юриста. — Вся команда мертва. Кто знает, что ещё ему досталось в наследство. Треклятые пираты могли наворовать столько, что...

Кузьо до скрипа сжал зубы. Шериф лишь наугад ткнул пальцем в небо, но адвокату нечего было возразить.

Однако в следующий момент всё встало на свои места.

Изображение с камеры неожиданно ожило.

Дверь ангара резко распахнулась и Декстер за шиворот выволок в коридор старика. Он оттащил Блюма к противоположной стене, отвесил на прощание добротный подзатыльник, и, отряхивая рука об руку, словно выбросил мусор, спокойно ушёл обратно. Но уже через минуту снова выглянул в коридор с саквояжем в руках. И прицелившись, мощным пинком отправил кожаную сумку в полёт по направлению к её владельцу.

— Я увидел достаточно, господа, — с этими словами Ишимура отключился.

******

Над входной дверью тихо звякнул звоночек.

Вместе с шумом городских улиц и прохладой дождливой ночи, в бар вошёл высокий человек. Из-за длинного пальто с поднятым воротником и широкополой шляпой, надвинутой на самые глаза, в полумраке заведения было практически невозможно разглядеть черты его лица.

Дверь закрылась, полностью отсекая всё из внешнего мира. И помещение снова наполнилось тихой мелодией джаза и едва уловимой примесью ароматов цитруса и табака.

Долговязый осмотрелся и быстрым шагом направился к единственному посетителю.

— Нолан, не ожидал тебя здесь увидеть, — он положил шляпу на барную стойку и занял стул рядом с крепким широкоплечим мужчиной средних лет.

— Тогда как ты меня нашёл, Френк? Только не говори, что случайно гулял в... — мужчина подсмотрел на браскоме точное время. — В полтретьего ночи на другом конце города и тебе захотелось выпить.

— Энни мне позвонила.

— Я не говорил ей куда иду.

— Вы женаты уже почти тридцать лет, — улыбнулся и развёл руками Френк. Он достал из кармана пачку сигарет и прикурил.

Появившийся словно из ниоткуда чернокожий бармен с седыми бакенбардами поставил перед ним пепельницу. И сразу же вернулся на своё прежнее место, где всё это время полировал бокалы.

— Ты прав. Присоединишься? — Нолан кивнул на почти опустевшую бутылку виски.

— В отличие от тебя, я пить никогда не бросал.

— Тащи ещё одну и прихвати стакан для моего друга, — обратился Нолан к старому бармену.

— Нигер, я буду ром.

Бармен не подал виду и молча принёс всё, что попросили.

— Всё плохо? — первым заговорил Френк, наполняя стакан.

— С чего ты взял? — Нолан впервые повернулся и, грустно улыбнувшись, посмотрел ему в глаза.

— Ты не пьёшь... не пил уже сколько? Лет десять?

— Почти восемь лет, — тяжело вздохнул Нолан и залпом опрокинул в себя содержимое стакана. — Завтра меня отправляют в систему А́длаг.

— Вот же твари, — присвистнул Френк и бросил в пепельницу тлеющий окурок. — Адлаг это конечно...

— Это конец, дружище, это конец. Столько лет посвятил работе, вкалывал, не жалея сил. Но стоило один раз оступиться и шишки из Синдиката мгновенно забыли обо всём, что я для них сделал. Всего одна ошибка перевесила и перечеркнула все... Понимаешь? Все достижения и все мои жертвы.

— Как-то ты очень быстро сдался. Ещё. Ничего. Не кончено.

— Я всего лишь хотел больше времени проводить со своей семьёй. Понимаешь? — Нолан снова наполнил стакан. — Из-за работы меня почти никогда не было дома. Софи практически выросла без отца. И когда родился малыш Генри, я решил, что больше не повторю своих ошибок и у моего внука будет дедушка. Поэтому и перевёлся в линию сопровождения. И вот к чему это привело...

После брифинга, перед первым заданием Нолана, он решил, что его ожидают три невероятно скучные недели.

Предстояло сопроводить в другую звёздную систему транспортник со списанным горнодобывающим комбайном. Маршрут полностью пролегал через территории, находящиеся в сфере влияния Синдиката. Учитывая ничтожную ценность груза, никто из конкурентов не пойдёт ради него на конфликт.

Поэтому Нолан нисколько не удивился, когда для сопровождения выделили группу всего из пяти человек, включая его самого. Однако незадолго до вылета на транспортник загрузили ещё два контейнера.

Официально по всем документам — запчасти к комбайну. А неофициально, Нолану, как куратору группы сопровождения, сообщили истинный характер груза. Только тогда он осознал, насколько поспешил с выводами, предположив лёгкую прогулку.

В желании обвести конкурентов вокруг пальца, Синдикат решился на рискованную авантюру.

Однако за первые полторы недели полёта ничего не случилось. И Нолан немного расслабился. От скуки он спасался чтением, и успел прочесть уже около десяти книг. А количество просмотренных фильмов давно перевалило за второй десяток.

Но в момент, когда межзвёздный переход приближался к своему экватору, на них неожиданно напали.

Нолан спал, когда тишину его тесной каюты разорвал рёв сирены.

Дальше всё происходило, как в страшном сне. Бег по коридорам, кажущимся бесконечно длинными в свете аварийных фонарей. Когда куратор добрался до грузового ангара, почти вся его группа уже погибла. Он как раз успел, чтобы аккуратно выглянув из-за угла, увидеть казнь последнего из своих людей. Стоявшему на коленях с поднятыми руками хладнокровно выстрелили прямо в лицо.

И почти сразу же он услышал, как за спиной взвели курок.

Не желая получить пулю в затылок, Нолан плавно опустил винтовку, оперев её на стену, и медленно обернулся. Он заглянул в чёрный срез ствола револьвера и понял, что уже ничего не мог сделать. Всё происходило в реальности, а не в кино, и уклониться от пули не получится.

Но человек в маске стрелять почему-то не спешил.

— Готово. Все уходим, — в режиме рации ожил его браском.

Удерживая Нолана на прицеле, незнакомец выставил перед собой вторую руку. Сложил пальцы «пистолетом» и затем слегка дёрнул кистью, имитируя отдачу от выстрела. А затем прислонил к маске на лице указательный палец и начал медленно отступать.

Груз украли, но Нолану повезло выжить. Затем повезло выжить во второй раз, когда Синдикат в ярости рвал и метал, и искал виновных в утечке информации, чтобы наказать. Тут что ни говори, но былые заслуги Нолана сыграли немалую роль, и его не отправили «на пенсию».

Однако в качестве наказания его решили сослать в систему Адлаг на орбитальную станцию Солис.

— Ты мне как брат, ты же крёстный отец моей дочери. Даю слово, что не успокоюсь, пока не найду тех, кто за всё это в ответе. Обещаю, что отыщу тварей, сливших информацию, найду исполнителей и всех закопаю. Нол, ты просто потерпи немного и я обязательно верну тебя домой к твоей семье.

— Спасибо, Френк. Ты человек. Человечище, — еле выговорил заплетающимся языком поплывший Нолан, прежде чем уронил голову на барную стойку, громко ударившись об неё лбом. — Не то что этот узкоглазый ублюдок Ишимура.

— Завтра голова определённо будет болеть.

У Френка не осталось никого желания продолжать пить в компании спящего друга. Он подкурил очередную сигарету и отправил с браскома заказ в службу такси. Подтверждение о принятии в работу пришло практически мгновенно.

Через несколько минут браском снова пиликнул, оповестив о новом входящем сообщении. На удивление, вместо информации от службы такси Френк увидел нечто куда более важное.

Отправитель: Декстер Гхар

Тема: координаты груза

«Френк, вышла небольшая заминка. Долго объяснять, но сейчас я готов сообщить координаты груза. Обсудим условия?»

Глава 6

В конце концов, мы со стариком Валентайном ударили по рукам. Он, с хитрой улыбкой, согласился на совместное путешествие. Впрочем, только в случае, если покинем станцию в течении последующих пяти дней. В противном случае, Блюм, по независимым от него причинам, о которых он в очередной раз тактично умолчал, планировал свалить со станции в одиночку.

Полагаю, доктор от кого-то убегал. Но в целом мне было без разницы. Ведь выбирать в моём положении особо не приходится.

Главное, что сейчас мы партнёры. Поэтому сперва разработали некий план действий и только после этого я вышвырнул Блюма из своего ангара.

Надеюсь не перестарался. Он, конечно, сам настоял, чтобы всё выглядело максимально правдоподобно. Но, кажется, я прошёл по самой грани, когда его же саквояжем зафутболил в старика и повторно сбил с ног.

С другой стороны, я же не просто так издевался над беззащитным пенсионером, а ради общего дела. Всё для того, чтобы наблюдатели купились и поверили, что нас ничего не связывает.

Если Кузьо с подельниками не совсем тупые, в чём я практически уверен, то конечно они сопоставили все факты и поняли, что ни один доктор из Метрополии не повёз бы меня на лечение к себе на родину. Заплатить-то мне нечем.

Но вдруг я ошибся и они всё-таки немного тупые? Ну или просто пугливые.

Тогда моя свобода, сейчас простирающаяся на всю территорию станции, снова ограничится только шестью квадратными метрами камеры в полицейском участке. Чтобы избежать развития событий по такому сценарию, нам и требовалось перестраховаться.

Валентайну выпала довольно лёгкая часть, там толком и делать ничего не пришлось.

Деду всего-то нужно было предстать перед «всевидящим оком» станции в образе мошенника. Такого себе беспринципного мерзавца, который, пользуясь знаниями и доступом к медицинскому кластеру станционной сети, выбирал среди больных людей наиболее доверчивых. Затем «добрый» доктор пудрил пациентам мозги и, под видом инновационных препаратов, старался впарить обычные витаминные коктейли.

В то же время, обмануть жертву получалось далеко не всегда. Периодически старого жулика выводили на чистую воду и пинали, как это сделал я.

Смешно будет, если в итоге деда за такие фокусы посадят. Хотя, по идее, за витамины не должны. Уж как-нибудь выкрутится. По-моему, это отличный план по отведению даже малейших подозрений в нашем с ним сотрудничестве.

Но это был только первый и самый лёгкий шаг. Предстояло придумать, как заправить корабль.

— Декстер, в конце концов, украдите что-нибудь, — такой напутственный совет дал старик Блюм, прежде чем покинул ангар.

Словами не передать, как сильно мне «помогла» его гениальная идея.

В целом идея с кражей конечно вполне жизнеспособна. Но только не в случае, когда на подготовку кражи отводится меньше пяти дней, а работать приходится на незнакомой территории и без команды.

Ведь в зависимости от выбранной цели, пяти дней даже на разведку не всегда хватало. Что уж говорить о планировании полноценной операции.

Поэтому я решил пойти простым путём и прибегнуть к старому-доброму обману, приправленному шантажём. Стало даже немного стыдно, что додумался не сразу. В моих руках не просто краденый груз, а ещё и замечательный рычаг давления, плюс предмет для торга.

На моё сообщение Френк ответил не сразу. Скорее всего он совсем уже не ожидал, что я выйду на связь. И теперь, возможно, немного растерялся, но очень быстро взял себя в руки и начались торги.

Я: «Френк, вышла небольшая заминка. Долго объяснять, но сейчас я готов сообщить координаты груза. Обсудим условия?»

Френк: «Где груз?»

Я: «Скажу, как только обсудим новые условия.»

Френк: «Мне нужны координаты!»

Я: «А мне нужны деньги.»

Френк: «Какие ещё деньги? Мы так не договаривались!»

Я: ➥ пересланное сообщение: «Скажу, как только обсудим новые условия.»

«Тебе нужен груз, а мне нужны деньги.»

«Мы друг друга поняли?»

Френк: «Ты не представляешь, что я с тобой сделаю, если ты сейчас же не перешлёшь координаты груза!»

Я: «Очень даже хорошо представляю. Или уже забыл, как заваливал меня угрозами?»

«Френк, всего 100.000 кредитов и сможешь забрать свой груз.»

«Или предлагаешь мне поискать другие заинтересованные лица?»

Прошло целых пять минут прежде чем пришёл ответ.

Френк: «Хорошо.»

Его «хорошо» вылилось ещё в двадцати минутную текстовую баталию.

На вопрос о команде, я не стал рассказывать ему правду и соврал. Сказал, что после того, как спрятали груз, сами решили залечь на дно и переждать пока не утихнет шумиха.

Френк согласился заплатить, но взамен хотел получить всё и сразу. Поэтому начал выдвигать собственные условия проведения сделки. Которые меня, разумеется, никоим образом не устраивали.

Ведь мы врали друг другу. И, самое смешное, оба это прекрасно понимали, но продолжали игру. Я не собирался возвращать груз, а он не собирался отпускать меня живым.

Поэтому никто не хотел уступать и продолжал твёрдо стоять на своём.

В итоге я всё-таки додавил и одержал верх, хотя и с некоторыми уступками. Во-первых, Френк согласился перевести только половину от изначально озвученной суммы. Во-вторых, это будет спецперевод с ограничением. Получить я его смогу только при личном посещении банковского отделения.

А значит, стоит деньгам оказаться у меня в руках и сразу же начнётся смертельная гонка. Френку станет известно моё точное местонахождение и он спустит на меня своих цепных псов. Огромный риск, ведь кто-то из его боевиков мог прямо сейчас находиться на Солисе. Тогда моё окно для побега окажется совсем крохотным.

Но в любом случае, мне удалось решить вопрос с деньгами. Ещё и так быстро. Френк обещал сделать перевод в течение суток. Учитывая его заинтересованность, в этом вопросе я ему верил. Он не стал бы затягивать.

И даже красть ничего не пришлось.

Вот только на смену моей радости быстро пришли раздражение и злость. Стало понятно почему юрист без всякой опаски предоставил мне столько свободы. Эти гады заблокировали продажу топлива.

Терминал оплаты внутри ангара оказался отключён. И когда залез в сеть с браскома, то во вкладке «топливо» на схематической карте иконка моего ангара была неактивна. Я не мог купить топливо, чтобы заправить Церу.

Очередное препятствие на моём пути. Но я точно знал, как его преодолеть.

Нужно было изучить станцию Солис и увидеть её изнанку — тёмную сторону. Ведь на той стороне возможности человека ограничивались только его моральными принципами и количеством денег.

Единственный минус в том, что покупка топлива на чёрном рынке обойдётся гораздо дороже.

Всего-то нужно было понять где искать представителей местного преступного мира. Разумеется, на карте-схеме ни о чём таком не упоминалось. Но я мог с лёгкостью наметить пару-тройку перспективных мест, просто пробежавшись глазами по расположению различных заведений. И сразу направиться туда, вместо того, чтобы бесцельно блуждать по огромной станции, полагаясь на счастливый случай.

Добравшись до мостика, через браском я подключил к сети тактический стол. И спустя минуту уже приступил к изучению трёхмерного голографического изображения.

Орбитальная станция Солис формой напоминала бочонок и состояла из двадцати шести колец-этажей.

Две трети колец отводились под промышленную зону. Большую часть которой занимали склады с добытым сырьём. Там же размещались ремонтные мастерские и даже несколько перерабатывающих линий.

В остальных кольцах располагались жилые сектора. Поэтому эту часть станции, лёгким движением руки я отправил в мусорную корзину. Там нечего было изучать. Одни кафешки с зонами отдыха, и куча камер видеонаблюдения.

Владельцы станции потрудились над тем, чтобы создать комфортные условия проживания для семей шахтёров. Но и о холостяках и просто одиночках, которых на заработки прилетало немало тоже не забыли. Именно для их отдыха в «шапке» станции наименьший по площади этаж сделали «красным».

Оттуда я и решил начать поиски.

Уже через несколько минут я сошёл с корабля. Перед тем как уйти, поднял аппарель грузового отсека и посредством капитанского кода ввёл блокировку. Теперь в моё отсутствие никто посторонний не проникнет на Церу. Хватит, уже достаточно похозяйничали и вынесли всё, что смогли.

На дверь ангара я особо не полагался, ведь на станции имелись мастер-ключи, отпирающие всё и вся.

Большая часть дня уже прошла. Весьма тяжелого дня, насыщенного событиями, а я ни разу даже не перекусил за это время.

После разгромного обыска на кухне оставались только энергетические батончики, но они настолько отвратительные, что есть их попросту невозможно. Да и после общения с Френком, какое-то время можно будет не трястись над каждым кредитом.

На станции было всего три заведения где можно заказать блюда из натуральных продуктов. Два располагались на административном этаже, где жили и работали в основном представители корпораций и госслужащие Содружества. И небольшой уютный ресторанчик на «красном» этаже.

Однако все они были мне не по карману.

Поэтому, оказавшись в коридоре станции, я сразу повернул направо и пошёл к ближайшей забегаловке, которую предварительно отыскал на карте, ещё стоя перед тактическим столом на мостике. Я особо не вникал в перечень многочисленных заведений фастфуда, и просто выбрал то, которое располагалось ближе всего.

Ещё издали я увидел, что в кафе довольно людно. Минимум около трети столиков были заняты. Это заставило улыбнуться, возможно мне повезло и я всё-таки попал в относительно приличное место.

— Спасибо, что выбрали «Миу-Миу», — к моему столику подбежала миловидная девушка в футболке с одноимённым логотипом и протянула меню. — Вернусь немного позже и приму ваш заказ.

Официантка упорхнула столь же быстро, как и появилась. Я даже ответить ничего не успел и по инерции молча кивнул, уже глядя ей в спину.

Открыл меню и понял, что выбирать-то особо и не из чего.

Из напитков только вода, имитатор натурального чая и несколько видов газировки. С едой ещё проще — сегодня на выбор предлагалось всего две позиции. Омлет из синтетических яиц с обжаренными сосисками из водорослей и синтетическая отбивная с салатом из водорослей.

Болотные водоросли — едва ли не единственная дешёвая и натуральная органика, доступная практически каждому. Однако вкус у неё был не сильно лучше, чем у синтетики.

Я подсмотрел за местными, поголовно уплетающими жареные яйца, и тоже заказал омлет. На вкус оказалось очень даже ничего. Особенно приятно удивили сосиски. Не знаю в чём их обжаривали, но водоросли приобрели весьма приятный вкус.

Расправившись с нехитрым ужином, я прихватил банку сладкой газировки и отправился дальше. Чтобы попасть в «красный» квартал нужно было добраться до лифта, который располагался в центральной части этажа. Я сверился с показаниями навигатора на браскоме. Судя по данным, если пойти пешком то около лифта окажусь примерно минут за сорок.

На этот раз я решил не тратить деньги на такси. Особой необходимости спешить сейчас не было и я подумал, что неплохо бы заодно осмотреться. Да и подозрений не вызову.

По сравнению с коридором около ангара, по сути являющегося техническим тоннелем, общая зона нулевого этажа оказалась немыслимо просторной. В сущности этаж представлял собой огромную буферную зону — зал ожидания космопорта. Именно сюда прилетали все пассажирские корабли.

Сильнее всего поразился, увидев длинные аллеи с ровными рядами невысоких деревьев. Настоящих, живых деревьев.

Оказалось, станция развивалась, её хозяева не остановились на достигнутом. Хотя кому-то это могло показаться нерациональным. Ведь из-за сурового климата планету обживать никто не собирался, а значит и приток людей сюда будет оставаться примерно в одном диапазоне. Одни шахтёры будут сменяться другими, ведь никто не захочет оставаться тут навсегда.

Но у каждой медали всегда две стороны. И, видимо, владельцы станции старались смотреть в будущее на несколько шагов вперёд. Потому что космос очень непредсказуем.

Сегодня система Адлаг — это тупик, из которого до ближайшей обжитой системы добираться придётся около трёх недель на сверхсветовой скорости. Но уже завтра могут открыть новые миры, кратчайший путь до которых будет пролегать именно через неё. И тогда станция Солис окажется последним оплотом цивилизации, где смогут отдохнуть бесконечные потоки переселенцев, старателей и прочих авантюристов.

Истории известно множество подобных случаев.

И чем больше я видел, тем больше убеждался, что в скором будущем Солис ожидало именно это. Ни за что не поверю, что толстосумы вкладывались в развитие орбитальной станции вслепую, просто полагаясь на счастливый случай.

Хотя при очевидном стремлении к росту и развитию, по большей части в общих зонах станции преобладал практичный минимализм.

Будто в подтверждение своей догадки через пару минут я свернул в коридор, соединяющий между собой соседние сектора этажа и почти упёрся в ограждённую строительную площадку. Работа кипела вовсю.

Я хотел подойти к небольшой информационной панели-стенду, стоявшей немного далее и посмотреть, что именно тут возводили строительные бригады, не покладая рук. Но вынуждено переместился на другую сторону улицы-коридора, уступая дорогу вооружённому полицейскому патрулю.

Похоже на станции что-то произошло.

До этой поры я ещё не видел, чтобы у копов на вооружении было что-то помимо старого-доброго огнестрела и электрошоковых ружей. А тут вдруг целый отряд, облачённый в боевые скафандры с композитной бронёй и с импульсными винтовками наперевес.

Одного взгляда хватает, чтобы опознать модель упрощённой пехотной штурмовой винтовки. Лет им правда уже очень и очень много, но по другому и не бывает. Это очень редкие «игрушки» для столь удалённого от Метрополии мирка.

Золотые миры хранили все свои технологии в секрете, которые тщательно оберегали. И если они чем-то делились то в очень ограниченном количестве. И только когда данный технологический продукт считался у них морально устаревшим.

Это касалось всего, затрагивая практически все аспекты жизни. Начиная от медицины и заканчивая военными наработками.

Поэтому всё что у них шло на списание, в конечном итоге со временем попадало на рынки внешних миров. Хотя зачастую функционал таких изделий специально ограничивали, чтобы военная мощь соседей Метрополии оставалась на прежнем уровне.

Так дружить проще и так, по их мнению, устроена демократия.

Один из бойцов неожиданно отделился от группы и направился ко мне. Не дожидаясь приказа, я закатал рукав, чтобы стало видно браском и вытянул вперёд левую руку. Полицейский сканер считал с дисплея браскома идентификационный код и подтвердил мою личность.

Декстер Гхар мог быть свободен. Гвардия явилась не по мою душу.

Больше по пути к лифту ничего интересно не произошло. Да и смотреть оказалось особо не на что. Всё сделано для комфорта людей, но при этом всё слишком однотипно и быстро надоедает.

Лифтовый зал представлял собой обособленное помещение, ограждённое от остального этажа стеклянным куполом. На входах дежурили тройки вооружённых охранников, проверяющих личности всех входящих. Из-за этого образовались немаленькие очереди из желающих воспользоваться лифтами.

Понятное дело, люди оказались не рады подобным ограничениям, о чём не постеснялись говорить вслух. Охрана только пожимала плечами и отмахивалась коротким — «распоряжение полицейского департамента».

Пришлось прождать не менее получаса прежде чем подошёл мой черёд проверки.

— На какой этаж? — неожиданно поинтересовался у меня охранник. Хотя до этого передо мной больше полсотни человек прошло молча, просто предоставив свои браскомы для сканирования.

Он повернулся и показал сканер своему напарнику. Тот взглянул на дисплей и сразу же отошёл в сторону, связываясь с кем-то по служебному коммуникатору, закреплённому чуть ниже левого плеча.

— Мне наверх. Второй сверху этаж, — из головы как назло вылетел номер этажа.

— Ожидай, — охранник покосился на отошедшего коллегу.

Через несколько минут меня всё-таки пропустили. После того как охранник с кем-то переговорил, он вернулся. Услышав, что хочу попасть на «красный» этаж пренебрежительно хмыкнул и кивком показал, чтобы проходил к лифту.

Готов спорить, что именно этот случай никак не связан с общим усилением мер безопасности и тотальной проверке документов. Скорее всего очередная предосторожность Кузьо, чтобы приглядывать за мной.

Стоило створкам лифта раскрыться и «красный» этаж встретил меня буйством приятных ароматов. Ещё через пару секунд меня встретила пара двухметровых мордоворотов.

Смерив меня взглядом, вышибалы этажа расступились и позволили мне выйти из кабинки лифта. Типичная картина для подобных этому мест. Разве что масштаб немного непривычен. Обычно клиенты ночных бабочек проходили фейс контроль уже непосредственно в самом заведении. А тут прямо при входе на этаж подвергаешься проверке.

Хотя, учитывая основной контингент, состоявший из шахтёров, это весьма разумное решение. И на Солисе у них всего два развлечения: выпивка и женщины. Запусти сюда десяток таких пьяных рож и проблемы польются, как из рога изобилия.

«Красный» этаж выглядел совсем иначе. В первую очередь из-за значительно более скромных размеров. Отсутствовали те масштабы, которые я видел по пути сюда. Из-за красного освещения этаж напоминал собой одно из поселений на пустынных песчаных планетах.

Невероятная атмосфера — тут всё казалось таким компактным и уютным.

По обе стороны узких коридорчиков располагались личные покои девушек. В них они жили и в них же принимали гостей. Пока я вертел по сторонам головой мимо меня проехал настоящий уличный торговец. Старик толкал перед собой тележку и громко зазывал покупателей, предлагая отведать лучшую муссу в этом уголке вселенной.

Я понятия не имел, что такое муссу, но продавец был очень харизматичным. В итоге я не устоял, поинтересовался ценой и заказал одну порцию. Старик обрадовался. Под болтовню о том, что он последний живой хранитель рецепта изначального муссу, он ловко схватил протянутую ему купюру и вручил мне крохотный, грамм на пятьдесят, вафельный стаканчик наполненный густой чёрной жижей.

Подбадривающе хлопнув меня по спине, торговец дальше покатил свою тележку.

— Какой молоденький, — обратила на меня внимание девушка в полупрозрачном наряде, выглянувшая в коридор. Она слегка прикусила нижнюю губу и подмигнула мне.

— Ещё совсем мальчик, — отодвинув тонкую полоску ткани, свисающую над проходом, следом за ней вышла ещё одна девушка.

Навскидку им обеим немногим за тридцать. При этом такие непохожие друг на друга — полные противоположности. Невысокая пышнотелая брюнетка и изящная длинноногая голубоглазая блондинка.

— Впервые вижу, чтобы кто-то в твоём возрасте нуждался в муссу, — засмеялась брюнетка.

— Я думал что это еда, — сожалея о потраченных деньгах, честно признался я.

Слово за слово и мы разговорились.

Девушки, вынужденные продавать свои тела, жалели меня, посчитав, что я прилетел на Солис, дабы пополнить ряды шахтёров. Они даже попытались меня отговорить, пересказывая различные пугающие истории, услышанные от клиентов.

— Так что ты тут забыл? — поинтересовалась блондинка. — Не за едой ведь пришёл на наш этаж.

— И не за нами, — улыбнувшись, поддержала подругу Люси. — Иначе мы бы не торчали в коридоре.

Девушки показались мне хорошими. Они не пытались затащить меня к себе в постель и были рады просто поболтать. Поэтому я им честно признался, что ищу человека, способного мне помочь кое-что приобрести. И сделать это тайно, в обход станционных властей.

— Наркотики? — подружки настороженно переглянулись.

Объяснив им, что именно хотел купить, поймал на себе удивлённые взгляды. Им это казалось чем-то из ряда вон выходящим. И в принципе неудивительно. Но убедившись, что я не шутил, девушки всё-таки решились помочь.

— Тебе нужно поговорить с Мигелем, — сказали они.

Но ни слова не сказали о том, кто такой этот Мигель.

******

В помещении царил полумрак. Негромко играла музыка. Приятно пахли ароматные свечи. Атласные ткани покрывали стены и потолок, превращая обычный жилой бокс в царские хоромы.

Только мы четверо совсем не вписывались в уютную обстановку гнёздышка жриц любви.

Я, Мигель и ещё двое бойцов. На встречу для простого разговора Мигель почему-то пришёл не один.

Рядом с ним стояло ещё два латиноса, с ног до головы расписанные татуировками. Опасные ребята. Многие рисунки были мне знакомы и я точно знал, что такие просто так не набивали в тату салонах.

— Амиго, от тебя пахнет страхом, — Мигель подошёл ко мне и жадно втянул ноздрями воздух, забавно шевеля тонкими усиками. — О чём ты хотел со мной поговорить?

— Хочу заправить корабль.

— И в чём же проблема? Зачем тебе я? — оскалился золотыми зубами латинос. — Не умеешь читать? Хочешь, чтобы дядя Мигель вместо тебя нажимал кнопки на топливном терминале?

Его дружки дружно заржали.

— Пятьдесят тысяч, — ответил я. — Нужно заправить корабль. Так, чтобы об этом никто не узнал.

— Допустим, я смогу тебе помочь и достану топливо. Но заправить корабль тайно... это выйдет очень, очень дорого. Компренде, амиго?

— Да, понимаю, но можно точнее?

— На полтинник получишь, — Мигель принялся что-то подсчитывать на браскоме и затем развернул дисплеем ко мне. — Примерно вот столько.

— Ого, — цифра оказалась слишком маленькой.

Данного количества топлива хватало только, чтобы долететь всего в одно место в ближайшей звёздной системе. Но главная проблема заключалась не в том, что там, на планете Блазир, я снова застряну с практически пустыми баками. А в том, что после того, как заберу груз Синдиката, топлива уже не хватит даже на путь до Блазира.

И такая перспектива меня совсем не устраивала. Но Мигель наотрез отказался торговаться.

На каждое моё возражение, он загибал сразу по два-три пальца, перечисляя имена людей, которых ему придётся нанять, подкупить и отблагодарить, чтобы под носом у администрации станции пригнать в мой ангар топливозаправщик.

Устав спорить, я попросил пару минут на раздумья и углубился в изучение звёздной карты. Заниматься такими вещами на дисплее браскома — это верх садизма. Уж слишком маленький дисплей для отображения такого огромного количества объектов.

Но кое-что очень интересное всё же нашёл.

На скорую руку, взвесив все за и против, я предложил компромисс:

— А какой-нибудь груз для доставки на... — быстро подсмотрел название на карте планеты, — на Блазир, сможешь найти? Чтобы и там было на что заправить корабль.

— Амиго, это гениально! — Мигель обрадовался и начал пританцовывать. — Ты вывезешь наш груз. Мадре миа, как же я сам не додумался! Всё равно ведь придётся взламывать систему видеонаблюдения.

— Отлично, рад, что удалось договориться, — я протянул латиносу руку. — А что по срокам?

— Придётся подождать пока законники не переловят всех психов. Или хотя бы их большую часть. Думаю через пару дней всё более-менее утрясётся.

— Каких психов?

— Ты разве не видел усиленные патрули?

— Видел, но не в курсе о причинах.

— Какой-то каброн, — выругался Мигель, — вломился в психушку и освободил больше тридцати психов. Из которых многие буйные. Вот, лови, сам глянешь, — он смахиванием переслал мне файл со своего браскома. — Кем нужно быть, чтобы пойти на такое? И главное зачем? Теперь вся полиция стоит на ушах. А мы несём убытки из-за простоя.

Моё устройство моментально отозвалось вибрацией. На экране высветился запрос на принятие входящего файла.

— Сука! — вырвалось у меня, как только воспроизвёл видео.

— Ты его знаешь? — насторожился Мигель. — Знаешь кто этот человек в дурацкой маске?

— Нет, — соврал я, разглядывая на видеозаписи «дурацкую маску», в которой без труда узнал голову тренировочного дроида, недавно исчезнувшего с моего корабля.

Глава 7

Теперь ещё и треклятый дроид принялся вставлять мне палки в колёса и мешать побегу со станции. А я-то начал думать, что меня уже ничем не удивить, после всего навалившегося за последнее время.

Вообще, я считал, что его конфисковали законники. Но в таком случае робот пылился бы на каком-нибудь складе, а не устраивал диверсии станционного масштаба. Выходит, он сам покинул корабль, по своей доброй, но шизанутой цифровой воле.

Вопрос лишь в том, зачем ему понадобилось нападать на психиатрическую лечебницу. И, сколько я не думал, но ничего толкового в голову не приходило.

Да и плевать, пусть творит, что ему вздумается, лишь бы держался подальше от меня и корабля. Мигель сказал, что заминка составит не больше нескольких дней, а значит я всё ещё в игре.

Пора вернуться на Церу, проложить маршрут предстоящего полёта и произвести более точные расчёты. Космос ещё никогда и никому не прощал ошибок.

******

Нолан оказался единственным пассажиром транспортника, следовавшего в систему Адлаг. Но это его нисколько не удивило, ведь направление полёта не пользовалось особой популярностью. Зато, когда звездолёт перешёл на скорость предела и нырнул в гиперпространственный тоннель, Нолан ещё раз осмотрелся.

Никакой ошибки, кроме него в пассажирском салоне больше никого не было.

И это весьма озадачило Нолана.

Ведь одно дело гнать пустой корабль на край космоса на сверхсветовых скоростях. Пилоты просчитывали курс, производили разгон и затем, в момент выхода судна на его крейсерскую скорость, отключали двигатели. Соответственно с этого момента прекращался расход топлива. Всё ещё дорого, но более-менее терпимо.

И совсем другое дело, когда при достижении скоростного потолка сверхсветовых приводов, вместо них включался подпространсвенный двигатель. Тогда корабль ещё некоторое время продолжал разгон и при достижении необходимых величин скорости, позволяющих «прорвать» само пространство, нырял в гипертоннель.

Внутри гиперпространства привычные людям законы физики действовали совсем иначе, или не действовали вовсе. Поэтому подпространственный двигатель продолжал сжигать топливо до момента выхода корабля из гиперпространственного тоннеля. И это приводило к чудовищному расходу топливного ресурса.

Фундаментальная разница путешествий на сверхсветовой и скорости предела заключалась в соотношении затраченного времени на прохождение маршрута к израсходованному топливу.

И сейчас Нолан искренне не понимал чем обосновывалась подобная спешка. Вместо трёхнедельного полёта, он окажется на Солисе уже через двое с половиной суток. Но при этом судно сожрёт невообразимое количество топлива, что влетит Ишимуре в весьма солидную сумму.

Один из боссов Синдиката не стал бы просто так расшвыриваться деньгами.

Поэтому Нолан устроился поудобнее и достал из портфеля рабочий планшет. Он собирался ознакомиться со всеми материалами, пересланными ему Ишимурой. Потому что командировка к новому месту работы виделась ему всё более странной.

Первым он открыл профайл с досье на шерифа Лиама Роджерса. Менее чем через трое суток они станут напарниками. И Нолан очень хотел узнать с кем предстояло работать. Ведь при личной беседе Ишимура пользовался слишком размытыми формулировками, нисколько не характеризующими шерифа в профессиональном плане.

И уже через пять минут Нолан понял причину недомолвок. По большому счёту Лиам Роджерс вообще собой ничего не представлял. Родился, учился, работал — серая мышь, как есть. Казалось, до попадания на станцию Солис, он и не жил вовсе.

Никаких сомнений в том, что это чей-то ставленник из Синдиката.

Следующим он открыл досье начальника станции. На его изучение Нолан потратил ещё меньше времени. При том, что у Сорена наоборот имелся весьма внушительный послужной список. Однако то были дела давно минувших лет. Сейчас начальник станции почивал на лаврах и пожинал плоды своих прежних заслуг, делегируя всё что только возможно своим подчинённым. Ярким тому доказательством служила фотография чрезмерно разжиревшего Сорена.

Настал черёд знакомства с правой рукой станционного главы.

Борис Кузьо произвёл на Нолана довольно хорошее впечатление. Намётанный глаз Нолана в купе с солидным жизненным опытом сразу помог опознать в юристе настоящего хищника. Целеустремлённый, расчётливый и хладнокровный — такими словами описал его Ишимура. И Нолан был полностью с этим согласен. Глядя на фото адвоката в дорогом костюме, с аккуратно уложенными волосами и блеском в глазах, он словно смотрел на своё собственное отражение в молодые годы.

Нолан ещё раз перечитал все три досье, дабы убедиться, что в спешке не упустил ничего действительно важно. И затем включил воспроизведение видеофайла, так же пересланного ему Ишимурой.

На видео была уже известная ему троица. Судя по вальяжному поведению начальника станции, действие происходило в его рабочем кабинете.

Нолан улыбнулся, ведь все действующие лица вели себя в точности, как он того и ожидал. Сорен, не скрываясь зевал от скуки. Шериф оказался чем-то средним между паникёром и истеричкой. А юрист, словно полный его антипод сохранял спокойствие и выдержку.

Видео оказалось весьма занимательным и информативным, из которого Нолану удалось уловить суть возникшего конфликта между представителями двух правящих лагерей на станции Солис.

Для полноты картины, Нолан открыл последний имеющийся профайл с досье Декстера Гхара. Там не было совсем ничего интересного. Простой мальчишка с незавидной судьбой, каких в Содружестве просто не счесть.

Если бы не законные права на звездолёт, то на него никто и не взглянул бы.

К файлу прилагалось ещё два документа. Заключение о полном медицинском обследовании, с прискорбными для Декстера результатами. И выписка из обследования из психиатрической лечебницы.

Второй файл оказался куда более интересным. После его прочтения становилось понятно почему Кузьо отпустил парня, заперев на станции. И почему ни в коем случае нельзя было действовать грубой силой, на чём настаивал шериф.

Этим легко объяснялся спешный перевод Нолана на Солис.

Лиам — заноза в заднице Ишимуры. При этом он чей-то ставленник, протеже кого-то очень влиятельного из Синдиката, раз старый азиат до сих пор не нашёл на него управы и продолжал терпеть.

Вот в чём заключалась истинная суть наказания для Нолана. Не просто ссылка в бесперспективную систему, а роль няньки для недалёкого шерифа. По сути он оказался между молотом (Ишимурой) и наковальней (неизвестным покровителем Лиама).

******

Прошло долгих три дня, прежде чем Мигель вышел со мной на связь. Всё это время я не знал чем себя занять. Страсти после нападения на психушку улеглись и о чокнутом дроиде я больше не слышал. Для душевного спокойствия я периодически проверял информационные сводки, уделяя особое внимание различным чрезвычайным происшествиям.

Даже Френк уже перевёл деньги и теперь недоумевал, почему я до сих пор их не получил. Из-за чего заваливал меня сообщениями с вопросами, на которые приходилось постоянно выдумывать отговорки.

Но сегодня Мигель наконец-то написал и сообщил, что прямо сейчас заканчиваются последние приготовления и к завтрашнему дню всё будет готово.

Нужно сказать, очень вовремя, учитывая, что завтра истекал крайний срок, отведённый доктором Блюмом для нашего совместного побега со станции. Поэтому я сразу же связался со стариком и предупредил, что уговор в силе и попросил, чтобы завтра он околачивался где-нибудь поблизости на нулевом этаже. Потому что когда наступит решающий момент, времени будет в обрез.

******

Этот день наступил и я отправился в отделение банка. Правда маршрут выбрал такой, словно просто собирался праздно шататься по станции, как и в предыдущие дни.

Ведь конспирация — моё всё.

Я зашёл в кафе неподалёку от банка и занял столик в дальнем углу. Подошедшего принять заказ официанта попросил принести их блюдо дня. Всё равно ведь будет какая-нибудь синтетическая дрянь практически с одинаковым вкусом.

Парень кивнул и сказал, что всё будет готово в течение десяти минут.

Как только он отошёл, я встал и направился в туалет. Заперевшись в одной из кабинок, снял с себя двухстороннюю спортивную кофту и вывернул её наизнанку. Я больше не парень в ярко-жёлтом, которого так легко отслеживать на мониторах в толпе людей, сливающихся в единый безликий серый поток. Теперь я тоже стал неприметным.

А бейсболка помогала скрыть лицо, повышая уровень маскировки.

К столику вернулся почти вовремя, к нему уже как раз направлялся официант, растерянно глядя на пустой стул. Видно малость струхнул, что стоимость блюда вычтут из его зарплаты, раз я исчез.

Я поблагодарил его и сразу же рассчитавшись, принялся за еду. Мой последний обед на станции Солис состоял из лапши под соусом из водорослей.

Мммм какая гадость.

Через десять минут я натянул кепку на глаза и вышел из кафешки в коридор станции. Не задерживаясь около входа, сразу же юркнул в поток людей. Через несколько сотен метров я свернул в сторону и вошёл в местное отделение банка.

— Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — дежурно улыбаясь, поинтересовалась кассирша банка.

— Хочу получить перевод на моё имя.

— Ваш идентификатор, пожалуйста.

Я послушно протянул левую руку, предоставив ей свободный доступ к браскому. Не вставая с места, женщина отсканировала код и вежливо сообщила, что придётся немного подождать.

Не соврала, даже минуты не прошло, как она снова обратилась ко мне:

— Желаете перевод на личный счёт или наличными?

— На счёт, — ответил ей не задумываясь.

— Пару минут, пожалуйста.

Пока кассирша занималась оформлением перевода, я отписался Мигелю и сообщил, что деньги уже у меня и они могут начинать.

На случай если по каким-то непредвиденным причинам задержусь, я заранее переслал ему код доступа к ангару. Камеры наблюдения они возьмут под временный контроль, но всё равно не стоять же топливозаправщику у всех на виду, ожидая моего появления.

Процесс запущен и гонка со временем началась. Через пару минут Френку придёт оповещение, что его перевод получен на станции Солис в системе Адлаг. И он поднимет все свои контакты поблизости, отправив их по мою душу.

В первую очередь меня будут искать на станции. А на случай, если смогу ускользнуть, то и во всех близлежащих звёздных системах, с которыми у станции имеется пассажирское сообщение. Мой главный козырь в том, что Френку в голову не придёт мысль о том, что мне не нужна попутка, ведь теперь у меня свой собственный космический корабль.

«Ты не спеши, не спеши, можешь ещё и на обед сходить, а я подожду» — подумал я, раздраженный медлительностью женщины. Казалось, она чувствовала, что я спешил и словно назло не торопилась.

Неожиданно она оторвалась от монитора и немного сдвинула голову в сторону, выглядывая из-за меня. Она слегка нахмурилась и прищурилась. Но, спустя пару секунд, так же резко потеряла интерес к происходящему позади меня и снова уткнулась в монитор.

Зато теперь мне стало интересно, что там. Сложно объяснить, но в её взгляде я заметил нечто такое, что по непонятной причине заставило меня на какое-то мгновение почувствовать себя неуютно.

Облокотившись одной рукой на стойку, я развернулся вполоборота.

На первый взгляд ничего сверхъестественного.

Немолодая супружеская пара около окна, по-прежнему выбирала среди множества рекламных буклетов подходящую страховку для старика-шахтёра. С противоположной стороны холла продолжал переминаться с ноги на ногу неряшливого вида парень лет тридцати, явно пришедший оформить небольшой кредит. Видать чуть-чуть не хватило денег, чтобы догулять пару оставшихся выходных перед следующим спуском на поверхность планеты.

А вот той странной троицы, стоявшей у самого входа в помещение банка, раньше не было.

В сравнении с примелькавшимися одинаковыми шахтёрами, незнакомцы выглядели чуждо и весьма самобытно. Все одеты в длинные чёрные балахоны. Лица практически полностью скрывались под капюшонами и шарфами, на манер жителей пустынных планет, постоянно сталкивающимися с песчаными бурями.

— Господин Гхар, у вас спецперевод, нужно согласие на отправку расширенного отчёта отправителю, иначе перевод не пройдёт, — отвлекла меня кассирша.

— Ага, — я продолжил следить за таинственным трио за стеклом.

— Ваша подпись, пожалуйста.

Не оборачиваясь, я разблокировал браском и снова протянул ей. Пусть отсканирует — зачтётся, как цифровая подпись.

В тот самый момент, когда победно пискнул сканер и теперь уже точно данные улетели к Френку, балахоны вошли в банк.

— Наконец-то, — облегчённо вздохнула женщина. — Ещё несколько минут и отпущу вас. Вы извините за задержку. Просто очень мудрёный перевод вам оформили. Столько всего пришлось заполнять...

— Боюсь, что у нас нет этих минут.

— Что вы сказали?

Не сразу, но мозг включился в работу и сумел сопоставить то, что видели мои глаза с тем, чувством тревоги, не покидающим меня с момента, как увидел людей в балахонах.

Когда они вошли внутрь, то сразу немного рассредоточились. И вот тут меня словно током ударило. Они брали под визуальный контроль всех кто находился внутри. Балахоны собирались ограбить банк.

Слегка припадая на левую ногу, их лидер прошёл в центр зала и громко выкрикнул:

— Никому не двигаться это...

— Шутка! Они так шутят! — завопил я, перекрикивая до жути знакомый электронный голос.

В том, что главарём шайки грабителей был дроид, я нисколько не сомневался. Не сразу, но я узнал его по специфическому голосу и раненой походке из-за повреждённого колена.

В последующую минуту в банке воцарилось, возможно, самое неловкое молчание во вселенной. Ведь, хотя я и не дал дурацкому дроиду, закончить фразу, все и без неё прекрасно всё поняли.

Но, в то же время, не услышав заветное слово «ограбление», рука кассирши так и застыла в воздухе на полпути к тревожной кнопке. Повезло, из-за моего крика женщина растерялась и не знала, как ей поступить.

Я снял бейсболку, в надежде, что узнав меня, робот прекратит чудить.

— Дурацкие приколы. Вообще не смешно, — с каменным лицом сказал я, глядя прямо на него. — На улице меня подождите!

— Мы же просто пошутили, — дроид изобразил подобие стыда за свой глупый поступок и вместе с поникшими подельниками покинул банк.

Следующие пять минут, под причитания пожилой парочки, я извинялся перед кассиршей. Женщина так и держала руку в опасной близости от кнопки.

Пришлось пойти на хитрость. В качестве извинений за поведение своих нерадивых товарищей, я пригласил даму в ресторан. В один из тех, где подавали блюда из натуральных продуктов.

Не заподозрив обмана, она практически сразу согласилась. Парень я симпатичный, и прямо сейчас оформлял перевод на пятьдесят тысяч кредитов, поэтому в моей платёжеспособности сомнений не возникало.

Паршивое послевкусие у такого поступка, но иначе было никак.

Не помешать ограблению я не мог. Ведь иначе, независимо от того, как бы оно прошло, полиция бы узнала, что Декстер Гхар побывал в самом эпицентре преступления. В свидетельских показаниях кассирша несомненно настояла бы на том, что господин Гхар вообще не при делах. Он просто получал денежный перевод на пятьдесят тысяч и ни в чём не виноват.

Но несложно догадаться какой была бы реакция шерифа и Кузьо. Браском отнимут, а меня опять упекут за решётку, пока не придумают способ, как, не нарушая закона запереть меня на станции.

Наконец на браском поступило уведомление о зачислении денежных средств на баланс персонального счета. Я сразу попрощался, сославшись на сильную занятость и чуть ли не бегом выскочил из банка.

Там меня сразу же обступили «товарищи» с ужасным чувством юмора.

— Декс, ты не представляешь, как я рад...

— Не здесь, — я посильнее натянул кепку на глаза и снова влился в людской поток.

Трио в балахонах послушно последовало за мной.

Для беседы с ними я выбрал кафе в котором совсем недавно обедал. Раньше планировал только заскочить сюда, чтобы воспользоваться туалетом. И снова перевоплотиться, убрав бейсболку и вывернув кофту яркой стороной. Но теперь изменил планы. Нужно было поговорить с этими разбойниками и решить, как поступить.

Хотя по большому счету я уже всё решил. Мне с этими ребятами вообще не по пути. Из-за них я только чудом не вляпался в неразрешимые неприятности. Оставалось только поулыбаться и правдоподобно соврать, договариваясь об ещё одной встрече на вечер на которую не приду.

Мы заняли столик вдали от других посетителей. И разобравшись с заказом, после ухода официантки, наконец могли начать разговор.

— Это и есть лжекапитан? — первым на удивление заговорил не дроид, а один из его спутников.

— Если честно, мне он не очень нравится, — включился в разговор второй балахон. — Он же испортил нам ограбление банка.

Я бы спросил у дроида кто эти ребята. Но зачем, если ответ на мой вопрос находился на поверхности. Робот несколько дней назад вломился в психушку и оттуда сбежала уйма пациентов. И с двумя из них я сейчас сидел за одним столом.

К слову, один с виду обычный, а вот второй реально огромный, словно и не человек вообще.

Может и правда не человек? Из-за балахонов их и не видно практически.

Я ещё не встречал на станции представителей иных рас. Но это не значит, что их здесь не было.

Ладно, сейчас это вообще ни на что не влияло. Люди или нет, они психи и они обуза, от которой я хотел избавиться.

— Декстер, я очень рад, что ты в порядке.

— Дроид...

— Его зовут Скай, — зарычал на меня громила.

— Скай, — желания конфликтовать не было, плюс я спешил, поэтому легко принял правила игры. — Слушай, я сейчас очень тороплюсь, это важно, поверь. Но мы обо всём поговорим немного позже. Хорошо? Просто подождите меня здесь.

— Хорошо, Декс.

— И, пожалуйста, чтобы никаких драк, грабежей и прочего в этом ключе.

Перед уходом дроид скинул мне свой id-идентификатор и браском принял его, как самый обычный контакт.

******

— Амиго, где тебя носит? — Мигель был не в настроении из-за моего опоздания.

В ангар уже перевезли всё необходимое и ждали только меня.

Перевод пятидесяти тысяч на его счёт моментально улучшил настроение парня. Он тут же принялся с улыбкой на лице раздавать команды своим людям.

Я разблокировал доступ к кораблю и закипела работа.

По предварительным оценкам из-за весьма скромного количества топлива заправка должна была занять примерно сорок минут. На погрузку двух десятков кубических ящиков требовалось ещё меньше времени.

Поэтому я написал доктору Блюму, чтобы с вещами срочно выдвигался сюда и нигде не задерживался. Он ответил, что будет через пять минут.

******

Сперва Френк не поверил своим глазам, когда увидел точное месторасположение банка, в котором несколько минут назад Декстер получил его денежный перевод.

Но связавшись с технической поддержкой, он получил подтверждение в том, что данные верны, и деньги действительно были получены на орбитальной станции Солис в звёздной системе Адлаг.

Это всё очень усложняло. Потому что Нолан уже прибыл на станцию и значит Френку нельзя было задействовать людей Синдиката.

Он довольно долго пролистывал список контактов, прежде чем нажал на кнопку вызова.

Абонент на той стороне ответил только спустя долгую минуту ожидания:

— Ола, Френки.

— Есть срочная работа.

— Настолько срочная, что даже не скажешь привет старому другу?

— Пересылаю фото, нужно найти этого человека. Ещё восемь минут назад он точно был на вашей станции.

— Ты не поверишь, амиго, но твой парень сейчас всего в десяти метрах от меня.

— Мигель, если ты шутишь...

— Никаких шуток, амиго, он прямо передо мной.

Френк готов был пуститься в пляс. То, о чем рассказал ему Мигель походило на самое настоящее чудо.

Мало того, что пацан нашёлся так быстро, так его ещё и можно было взять без лишнего шума.

Сопляк сам всё подготовил для побега со станции. И Френку не пришлось ломать голову, как его тайком вывозить с Солиса.

— Не понимаю, ты хочешь чтобы он улетел? — переспросил Мигель.

— Да, брать Декстера на станции слишком рискованно. Его будут искать, и поверь, будут искать очень тщательно. Всем будет лучше если он исчезнет вместе со своим кораблём. Поэтому пока грузитесь, подсади к нему пару своих бойцов, пусть захватят корабль уже после выхода со станции. Я сейчас сброшу координаты по которым их встретят мои люди.

— Амиго, а что насчёт моего груза?

— Кажется, только что я его весь купил, — засмеялся Френк.

— Договорились, тогда можешь считать, что парень уже у тебя.

Глава 8

— Как тебе этот красавец, амиго?

Топливозаправщик действительно впечатлял своим внешним видом. Класс «скорпион» создавался на базе боевой десантной машины. Поэтому, несмотря на его мирный характер, он всё равно внушал трепет и уважение.

При необходимости, в руках опытного и сообразительного оператора, шестиколёсный зверь с бронированным корпусом и сверхгибким армированным хвостом с «заправочным жалом» мог устроить нешуточный переполох во вражеских рядах.

— Ага, хорош, — кивнул я, соглашаясь. — Слушай, Мигель, может подкинешь немного деньжат в качестве аванса за доставку? Я бы хотел прикупить кое-чего из припасов перед вылетом.

— Амиго, мы так не договаривались.

— Ну ты чего? У меня топлива только до Блазира долететь хватит. Так что никуда я не денусь с твоим грузом, если об этом переживаешь.

— Конечно, не денешься, — зевнул Мигель. — Но денег всё равно не дам. Доставку оплачивает получатель груза. Это его расходы, не мои. Понимаешь?

Разговор не задался, поэтому я молча кивнул и развернулся, собираясь вернуться поближе к грузовому отсеку. Нужно было проконтролировать погрузку, проследить, чтобы ящики сложили компактно и обязательно их все закрепили.

— Ты куда, амиго? Обиделся что ли? — в последний момент Мигель успел схватить меня за руку. — Это же бизнес, ничего личного. Давай лучше отойдём в сторонку и кое-что обсудим.

— Давай позже, когда закончим с погрузкой, — отмахнулся я, высвобождая свою руку.

— А это ещё кто? — спросил Мигель вместо ответа, всматриваясь куда-то мне за спину.

Среди снующих по ангару латиносов, покрытых с головы до ног татуировками, у самого входа я увидел сухощавую фигуру доктора Блюма.

Старик выглядел слегка растерянным. Он явно не ожидал увидеть тут столько людей. Тем более с настолько яркой, вызывающей и опасной внешностью.

Впрочем, не только для него одного такая встреча оказалась сюрпризом. Латиносы тоже очень заинтересовались доктором с его костюмом, цилиндром, тростью и кожаным саквояжем. Причём большинство из них переглядывались между собой, едва ли не облизываясь, как голодные хищники при виде добычи.

И Мигель не стал исключением.

— Даже не думай, — остановил я парня, глаза которого уже загорелись азартом охоты. — Это мой гость.

— Какие вопросы, амиго, — Мигель попытался изобразить обиду и выставил перед собой руки раскрытыми ладонями. — Просто смотрю, но не трогаю.

Не теряя времени, я вернулся к грузовому отсеку и поднялся повыше на аппарель.

— Доктор! Доктор Блюм. Сюда, — закричал я, размахивая над головой руками пока старик меня не заметил. — Идите сюда, доктор.

Блюм не прошёл даже половины разделяющего нас расстояния. От силы, успел сделать не больше пары десятков шагов, прежде чем прямо перед ним выросла массивная фигура перекачанного лысого бандита в белой майке. Тот преградил старику путь и судя по всему пропускать не собирался.

Остальные латиносы тоже отвлеклись от работы и теперь с довольными ухмылками наблюдали за происходящим. В целом складывалась очень неприятная ситуация. Не опасная, но неприятная.

Я вырос среди подобных людей и потому хорошо понимал, что с нами всего лишь играли.

Мигель показался мне вполне адекватным, а значит не позволит своим людям пересечь красные линии.

Несмотря на это, в подобных вопросах я предпочитал полагаться только на себя. Слишком много шишек уже набил на этом. Да и костей сломал немало.

Поэтому я немного подготовился на случай, если горячие и вспыльчивые гости вздумают вытереть ноги о моё гостеприимство.

Тем более я деньги заплатил, а значит в своём праве.

— Привет, дедуля, заблудился? — громила угрожающе навис над стариком Блюмом и немного наклонился. — Послышалось или ты что-то сказал?

— Он сказал, — я подобрал разводной ключ, лежавший на одном из ящиков и несколько раз с силой ударил по металлической переборке, привлекая к себе внимание. — Чтобы ты свалил в сторону и принялся за работу! Амиго!

Вы когда-нибудь отбирали кость у собаки? У дикой и голодной собаки.

Нечто очень похожее я только что сделал.

— Ты это мне сказал? — громила в майке развернулся и уставился на меня покрасневшими от злости глазами. — Гринго, ты будешь указывать что мне делать?

— Не только тебе, Хосе! Это касается и всех остальных, — вмешался Мигель. — Что смотрите? Я кому сказал, быстро за работу, бездельники! Или хотите остаться без денег?

Громила в майке моментально сдулся. И вместе с остальными, недовольно бурча себе что-то под нос, вернулся к работе.

Мигель просто накричал на бандитов и всё закончилось. Вот так просто.

— Не за что, — подошёл ко мне лидер латиносов.

— Что?

— Говорю, можешь не благодарить за помощь, амиго.

— Так я и не собирался, — хмыкнул я, пожимая плечами.

Подобного ответа Мигель никак не ожидал. От удивления его брови поползли наверх.

— Думаешь, что Хосе не тронул бы тебя только потому что ты нам заплатил? — он расплылся в самодовольной улыбке. — Поверь на слово, амиго, для моего кузена это совсем не аргумент.

— А если так? — в несколько нажатий по дисплею браскома, я активировал свою домашнюю заготовку на случай важных переговоров.

Прямо над нашими головами створки люка с лязгом разошлись в стороны, выпуская наружу орудийную установку, расположенную в козырьке грузового отсека прямо под капитанским мостиком. «Мясорубка» представляла собой несколько спаренных скорострельных шестиствольных пушек с вращающимся блоком стволов.

Ещё одно нажатие на дисплей браскома и система корабля запустила тестовую диагностику орудий. «Мясорубка», словно разминаясь после долгого сна, пришла в движение. Орудийная установка, рыская «мордой» из стороны в сторону, одновременно с этим разогнала вращение стволов на максимум.

— Ты кажется хотел, чтобы они работали, — хохотнул Мигель и толкнул меня в плечо, указывая на своих подопечных.

Даже при работе в холостом режиме крутящиеся пушки издавали весьма устрашающий пронзительный свистящий звук, который не на шутку перепугал работяг, ввергнув их в состояние оцепенения.

— Советую спрятать её обратно, — Мигель кивнул на «мясорубку», — иначе ещё немного и от страха они ломанутся на выход. Тогда сам будешь затаскивать ящики на корабль.

Согласен, возможно, я немного перестарался. Судя по лицам, латиносы остались не особо довольны демонстрацией орудийных систем корабля.

Как только я отозвал пушки обратно, Мигель быстро заставил всех вернуться к работе. Командный голос в сочетании с угрозой урезать каждому его долю произвёл нужный эффект.

— Просто возмутительно, — подошедший доктор Блюм не остался в стороне и тоже коротко высказал свой протест. — Если понадоблюсь, я буду в медицинском отсеке.

Не дожидаясь какой-то реакции, доктор не спеша направился вглубь грузового отсека. Я проводил старика взглядом, пока он не исчез за дверью, ведущей в кормовую часть нижней палубы.

Через несколько минут на мой браском пришло сразу несколько сообщений.

Доктор Блюм: «Декстер, я очень надеюсь, что теперь вы понимаете, насколько важно в кратчайшие сроки набрать хотя бы минимальный экипаж. Мне неприятно об этом говорить, но, в случае реальной угрозы, ваше баловство с корабельной турелью совсем не поможет!»

«Возможно вы не вкурсе, но орудийная система данного типа является частью противоракетной обороны корабля. Ирония в том, что, несмотря на своё грозное название, „мясорубка“ нисколько не помогла бы вам в стычке против банды головорезов, ошивающихся сейчас в ангаре.»

Доктор Блюм не переставал меня удивлять. Он слишком хорошо разбирался в вопросе вооружения Церы, учитывая, что «мясорубка» — не родная орудийная система для этого класса корабля.

Не важно откуда у старика информация. Главное, что он был абсолютно прав.

На то имелось сразу несколько взаимосвязанных причин.

Автоматический режим ведения огня попросту не был способен навестись и захватить цель без тепловой сигнатуры, которая бы соответствовала ракете. А в ручном режиме, даже если бы мне было кого посадить на место за пульт управления, то из-за специфики оптики оператор не смог бы чётко различать цели на настолько малой дистанции. Как итог — только стрельба вслепую, а значит и риск погибнуть от дружественного огня.

А если говорить конкретно про здесь и сейчас, то с пустым боекомплектом вообще ничего бы не получилось. По сути я уже показал весь доступный максимум — устрашение противника путём банального блефа.

Мне действительно нужен был тот, кто мог прикрыть спину и протянуть руку помощи в трудный момент.

Жаль только, что выбирать я мог между никем и ...

Я: «Будет вам экипаж. Между прочим уже сегодня.»

Доктор Блюм: «Это же чудесные новости.»

Я: «Кстати, скажите, вы разбираетесь в психиатрии?»

Доктор Блюм: «Да, а почему вы собственно интересуетесь?»

— Почему интересуюсь? — пробормотал я, набирая сообщение для дроида.

Доктору я так и не ответил. Решил, не стоит заранее сообщать ему о том, что сразу двое из троих новых членов экипажа — это сбежавшие из лечебницы психи. А третий член экипажа — даже не человек. И нет, он не представитель другой инопланетной расы, он обретший разум дроид. Хотя ещё вопрос — разум ли это? Учитывая, что именно дроид вломился в психушку и освободил психов.

Но если вдруг что случится, то на первое время и такая команда лучше, чем ничего. Побудут на испытательном сроке, а я за это время к ним присмотрюсь и тогда уже приму решение, как быть дальше. Оставлять ли это чудное трио или высадить при первой подвернувшейся возможности.

А там глядишь и окажется, что именно психи идеально впишутся в экипаж под моим командованием.

Я: «Железяка, на связи?»

Дроид: «Ты расист!»

Я: «А ты главарь банды психопатов, которая грабит банки. Желание наживы я ещё могу понять, но скажи, зачем было искать подручных в таком месте?»

Дроид: «Вообще-то я из-за тебя полез в лечебницу. Спасти хотел! Видимо зря.»

А вот это сейчас было очень неожиданно. Но, если вдуматься, то похоже, что робот говорил правду. Наконец у нелогичного поступка дроида появилось логичное объяснение.

Ещё бы узнать мотив. Но это позже.

Я: «Дроид, за желание меня спасти ставлю пять с плюсом и выражаю благодарность. Но вот с реализацией ты немного подкачал...»

Дроид: «Не только расист, но ещё и неблагодарная скотина. Все вы люди одинаковы.»

«И у меня имя вообще-то есть, кожаный! Скай, меня зовут Скай. Запомни!»

Я: «Расист бросил бы тебя на станции и вдобавок получил бы награду от властей. На твоё счастье, я не такой.»

Дроид: «Я правильно понял — мы улетаем?»

Я: «Да, так что хватай своих новых друзей и выдвигайтесь. В ангаре будут посторонние, поэтому не забывайте про маскировку.»

******

Сквозь приоткрытую дверь тройка в чёрных балахонах бесшумно проскользнула в ангар. Внутри помещения они продолжили ступать след в след друг за другом.

Появление психов и дроида выглядело одновременно эффектным и нелепым.

Эффектным, потому что из-за свободной плащеобразной одежды, полностью скрывающей их от чужих взглядов, и выбранного построения при движении, они напоминали собой неуловимых наёмных убийц древности.

А нелепым, потому что вместо того, чтобы двигаться плавно и словно парить над поверхностью, они то и дело сталкивались друг с другом. Дроид заметно прихрамывал из-за чего балахон, шедший позади, постоянно врезался в его спину или наступал на полы одежды.

— А это что за клоуны? — прокомментировал их появление Мигель.

— Небольшая подработка. Решил взять пассажиров.

— Амиго, мы так не договаривались.

— Не понял.

— Ты взялся перевезти мой груз. И теперь я узнаю, что с тобой полетят ещё какие-то люди. Мне это не нравится. Компренде, амиго?

— С ними или без них, у меня всё равно топлива хватит только, чтобы долететь до Блазира. На этой планетке всего одно место, где я смогу заправить корабль. А значит, что твой груз гарантированно попадёт к покупателю. Так в чём проблема?

— А знаешь, ты прав, извини. Я немного вспылил. Нервы, — внезапно Мигель пошёл на попятную. — Никаких проблем.

Мы перекинулись ещё парой нейтральных фраз. Затем к нам подошли балахоны и я решил лично сопроводить их и по пути обозначить базовые правила нахождения на моём корабле.

Заодно и с доктором Блюмом их познакомлю. Не хватало ещё чтобы они до смерти напугали старика.

«А эти ещё как могут» — подумал я, ещё раз осмотрев их наряды.

Доктор обнаружился в коридоре около медотсека. Для проживания он облюбовал для себя соседнюю каюту, чтобы медкапсула и остальной инструментарий всегда находился в секундной доступности.

На удивление старик более чем спокойно отреагировал на личности новых членов экипажа. Хотя даже я малость оторопел, когда все они наконец сбросили с себя бесформенные балахоны.

Все, кроме дроида. Тот заявил, что под накидкой никакой другой одежды у него не было, а голым ходить он не собирался.

Парень, который поменьше, тот, что ещё в кафе заявил, что я ему не понравился, представился Фло. Худощавый, примерно с меня ростом, и очень похоже, что моего возраста или немного младше.

Рыжая кудрявая шевелюра, большие голубые глаза и яркая россыпь веснушек по всему лицу.

С виду самый обычный пацан. Если бы не одно «но» — рук у него целых четыре. Я впервые встретил шиву вживую, ещё и настолько близко. Зато сразу стало понятно почему сходу ему не понравился.

Я представитель расы, уничтожившей его родной мир и истребивший большую часть сородичей. Хотя всё это и случилось более двухсот лет назад. Однако шивы пронесли свою ненависть к нам сквозь века.

В отличие от него, двухметровый здоровяк по имени Грон оказался человеком. Но при этом, именно Грон больше всего не вписывался в окружающую обстановку.

На фоне дроида, облачённого в балахон и Фло, одетого в футболку с четырьмя длинными рукавами и обычные штаны, двухметровый громила в сварочных очках, цветастой пляжной футболке, ярких шортах и шлёпанцах выглядел чем-то инородным.

— Декстер, невежливо так пялиться, — пристыдил меня доктор Блюм, предлагая всем пройти в столовую и там познакомиться.

— Ну вы тогда знакомьтесь, а я пойду закончу с делами.

Махнув на прощание рукой, я пошёл обратно в грузовой отсек. Правда по пути, на всякий случай, набрал доктору сообщение в котором предупредил, что Грон и Фло психи. И что к дроиду тоже необходимо как следует присмотреться, а то он вдруг из безвольной марионетки превратился в кого-то разумного.

К моменту когда я спустился на нижнюю палубу погрузочные работы уже завершили. Придраться было не к чему. Все ящики разместили и закрепили именно там, где я и попросил это сделать.

Оставалось только дождаться, когда «скорпион» закончит заправку.

******

Без каких-либо происшествий мы покинули станцию на маневровых двигателях. Мигель сдержал слово и позаботился о том, чтобы диспетчера не обратили на нас никакого внимания.

Сейчас мы впятером собрались на мостике, наблюдая в иллюминаторы за удаляющейся от нас станцией Солис.

— Я же просил ничего руками не трогать. Дроид, скажи ему, — меня немного раздражало, что четырёхрукий пацан полностью игнорировал все мои просьбы оставить в покое один из оружейных пультов.

Складывалось впечатление, что он перепутал его с фортепиано. Остальные же сидели совершенно спокойно, так почему этот кадр не мог последовать их примеру?

— У меня есть имя, — сухо ответил робот.

— Хорошо. Скай. Будь добр.

— Будь добр «что», Декстер?

— Ты издеваешься? Скажи рыжему, чтобы ни к чему не прикасался без разрешения.

— Но без кода доступа пульт не активен и находится в режиме ожидания. Пусть его руки привыкнут к джойстикам, у него отличная скорость реакции, со временем сделаем Фло оператором орудийной системы.

— Без разрешения! — процедил я. — Выбирай, ты либо Скай, либо Дроид.

— Фло, пожалуйста, не трогай пульты управления без разрешения капитана, — Скай сделал свой выбор.

— Он мне не нравится, — покосился в мою сторону Фло, но всё-таки, не скрывая недовольства, скрестил обе пары рук на груди.

— Извини, но на корабле такие правила, — пожал плечами Скай.

— Капитан, разрешите попрактиковаться с пультом? — по-солдатски выкрикнул Фло. Он вскочил на ноги и встал в стойку смирно.

— Разрешаю, — дроид опередил меня с ответом.

— Ты точно издеваешься, — вздохнул я и откинулся на спинку капитанского кресла.

— Половина корабля моя.

— Ну да, ну да, мечтай, — улыбнулся я. — Это мой корабль.

— Полетели, лжекапитан, нам уже пора, — дроид выудил из-под балахона бутафорскую корону и надел на голову. — И убьём всех... бу-га-га...

— Никого мы убивать не будем. И что это ещё за корона?

— Значит убьём только тех, кто встанет на нашем пути. Я стащил её из магазина игрушек, — дроид снял корону и, любуясь, принялся вертеть в руках. — Позже куплю настоящую.

— Чувствую я ещё пожалею, что не оставил тебя на станции, — я начал подготовку к запуску двигателей. — И я запрещаю убивать кого-нибудь без моего разрешения. Все услышали?

******

В эту самую минуту в грузовом отсеке у нескольких ящиков отщелкнулись крепления крышек, они медленно сдвинулись в сторону и упали на пол. Осторожно озираясь по сторонам из ящиков вылезло четыре человека, вооружённых старыми автоматическими винтовками.

— Напоминаю, пацан нужен живым. С остальными по ситуации.

— Готовы? Начали.

Глава 9

— Я... я не хотел. П-п-п-правда, н-н-н-не хотел.

— Ты убил его, Скай, — Фло склонился над распластавшимся бездыханным телом, но не сумел нащупать пульс.

— Он не оставил мне в-в-в-выбора, — натурально всхлипывал дроид, заикаясь, пока по его щекам скатывались цифровая имитация слёз. — Всё с-с-с-случилось так неожиданно. Он напал со спины. А я... я защищался, — продолжал оправдываться Скай, разнообразив визуальное сопровождение эффектом покрасневших глаз. — Это была с-с-с-самооборона.

— Могу вас заверить, что к его смерти вы не имеете ни малейшего отношения, — доктор Блюм наконец сумел оттеснить четырёхрукого в сторону и сам приступил к осмотру мертвеца. — Судя по характерным ссадинам и кровоподтёкам этот человек скончался ещё до того, как в него выстрелили. Если интересно моё мнение, то он несколько раз весьма сильно ударился головой, что и послужило причиной смерти. К тому же, я обнаружил на теле всего одно пулевое отверстие. И с уверенностью заявляю вам, что люди не умирают из-за огнестрельного ранения в область предплечья.

— Занятная история получается, — я ещё раз обвёл взглядом грузовой отсек.

Мигель подсадил ко мне на борт четырёх своих головорезов.

Они спрятались в ящиках, которые вместе с ними и загрузили на Церу. Затем, в какой-то момент после вылета со станции, боевики выбрались из укрытия. И, по Мигеля плану, должны были захватить корабль.

Но у них ничего не получилось.

Причина неудачи заключалась в том, что я не собирался улететь и бросить груз Синдиката. Поэтому вместо спокойного разгона в направлении соседней звёздной системы, резко развернул корабль и стремительно направился к шахтерской планете Орино.

Непристёгнутые латиносы очень плохо перенесли жесточайшую тряску во время прохождения плотных слоёв атмосферы. А один вообще её не пережил.

Тело бедолаги зашвырнуло на верхние ящики, откуда он потом и свалился прямиком на голову ничего не подозревающего Ская. И тогда перепуганный дроид вдобавок ко всему ещё и расстрелял труп.

Правда расстрелял не совсем подходящий термин. Скорее уж обстрелял.

Всё-таки дроид произвёл целых восемь выстрелов. А попал только раз. При том что в роли цели выступало тело, неподвижно лежавшее на полу всего в полуметре от него.

Остальные трое латиносов отделались многочисленными синяками и переломами, но остались живы. Во время осмотра отсека мы обнаружили двоих из них без сознания и одного в полуобморочном состоянии.

На всякий случай, мы с Гроном, страхуя друг друга, проверили и остальные ящики. Обошлось без сюрпризов, все они оказались под завязку забиты очищенными минералами.

— Ну что там, док? Можно их уже допросить? — доктор Блюм закончил оказание помощи непрошенным гостям и теперь направлялся ко мне.

— На самом деле ничего серьёзного. Я бы сказал — сказочное везение, пережить такую болтанку и отделаться всего парой сломанных конечностей на троих. Но, тем не менее, досталось им хорошо, поэтому пришлось вколоть несколько сильных препаратов. Так что с допросом придётся повременить минут сорок, как минимум, а лучше даже час.

— Понятно, спасибо. А с этим что? — я кивнул на сидевшего у стены дроида, вокруг которого суетился взволнованный Фло. — Поговорили?

— Поговорили, — кивнул доктор, вытирая ладони салфетками. — Шоковое состояние.

— Просто отлично. Толком не успели даже начать наше путешествие, а робот уже сломался.

— Уверяю вас, Декстер, Скай в порядке. Немного терпения и он придёт в норму.

— Вы уверены, доктор? Потому что пятнадцать минут назад, стоя на мостике, Скай напялил на голову корону и грозился всех убить. А на деле вон что имеем, — я снова кивнул в сторону робота.

— В ваше отсутствие, ещё до отлёта со станции, мы успели немного пообщаться со Скаем.

— И-и-и?

— Я почти уверен, что программные директивы, которым подчинялся дроид, пока не обрел сознание, в значительной мере повлияли на формирование его нынешней личности и характера. Они никуда не исчезли, просто стали в некоторой мере более гибкими. Но не более того.

— Такая гибкость немного пугает.

— Посмотрите на него, сейчас Скай напуган куда больше вас, — доктор указал на дроида у стены. Тот сидел неподвижно, уставившись в одну точку. — Он только учится жить и адаптируется к окружающей обстановке. Вы разве сами ещё не поняли? Действительно? — доктор удивлённо приподнял брови. — Шоковое состояние Ская вызвано именно конфликтом между протоколами безопасности, запрещающими ему использование стрелкового оружия, и желанием защититься от внезапной угрозы.

А вот и логичное объяснение и странной реакции дроида, и его феноменальным промахам при стрельбе практически в упор.

— Есть идеи, что нужно сделать, чтобы умная машина из-за какого-нибудь очередного «конфликта» вдруг не решила истребить всё живое, начав с нас?

— Помогите ему освоиться и прекратите звать его дроидом, для начала.

— Ну... если это необходимо для спасения всего человечества, то я готов на такую жертву.

— Вот и славно, а теперь идите и поддержите товарища.

— Легко сказать, а как это сделать?

— Капитан не должен задавать подобные вопросы, когда речь идёт о ком-то из его команды, — подмигнул мне старик. — И ещё кое-что.

— Что?

— Очень надеюсь, что впредь вы будете тщательно проверять, что именно загружают в трюм корабля.

— Вот в этом даже не сомневайтесь!

При всём желании помочь Скаю, я действительно не особо понимал как это сделать. С людьми куда проще.

Взять хотя бы к примеру мой прошлый экипаж.

Старик Уолш любой свой стресс просто заедал чем-нибудь вкусным. Капитан Клаус предпочитал алкоголь. Он всегда повторял, что именно в нём находил покой и умиротворение. А оператор боевого терминала Фрост просто отправлялся в бордель.

Вот и получалось, что несмотря на, казалось бы, абсолютно разные подходы, на деле все они лечили души одинаково, давая волю своим плотским желаниям.

Жаль с дроидом такой фокус не мог сработать. Оставалось только одно — попробовать просто поболтать, поэтому я и уселся рядом со Скаем. Не для того, чтобы утешить и вытереть сопли, а просто поговорить.

— Кто первый, тот и капитан, да? — напомнил дроиду его фразу, с которой тот обогнал меня, желая первым вбежать в грузовой отсек.

По большому счёту, Скай оказал мне услугу. Иначе это на меня свалился бы труп. И, скорее всего, из-за этого ближайшее время мне пришлось бы провести в медкапсуле. Всё-таки латинос оказался парнем немаленьким и вряд ли бы удалось избежать травм.

— Половина корабля всё равно моя, — ответил он, не поднимая головы.

— Ага, продолжай мечтать.

— Я говорю серьёзно.

— Ну раз так, тогда предлагаю раз и навсегда разрешить наш спор прямо здесь и сейчас.

— Как? — поднял голову и посмотрел на меня Скай.

— Дуэль. Давай стреляться. Пусть всё достанется лучшему стрелку. Победитель забирает корабль. И твою корону.

Дроид смеялся громко и заразительно. Даже Фло, стоявший в стороне и не слышавший нашей беседы, расплылся в улыбке.

— Слушай, Скай, а почему тогда ты не бросил меня? Имею в виду, зачем полез спасать из психушки? Ты же мог просто ничего не делая избавиться от конкурента.

Пусть на момент его выходки меня там уже давно не было, но куда важнее, что Скай всё же не отвернулся от меня и пошёл на риск.

Дроид немного стушевался, услышав вопрос, но затем всё-таки очень тихо ответил:

— Ты же мой друг.

— Спасибо, — я слегка приобнял его за плечи. — Спасибо.

По телу пробежали мурашки. Впервые за долгие годы кто-то назвал меня своим другом. И кажется сделал это искренне.

— Бу-га-га... ты что правда купился? А ну убрал свои руки, кожаный, — засмеялся Скай. — Жалко мне тебя просто стало. Вот и всё. Бу-га-га...

— Ну теперь точно дуэль. Давай сюда корону.

— Очень смешно. Лучше скажи зачем мы сели на эту планету? И какие у нас вообще планы? — неожиданно сменил тему Скай.

— Хороший вопрос. Пошли, — я поднялся на ноги и потянул дроида за собой. — Настало время нам всем познакомиться. Заодно и планами на будущее поделюсь.

******

— Они там как, не сбегут? — поинтересовался я у Грона.

— Связал и запер, никуда не денутся, — ответил он, усаживаясь за стол.

— Учитывая их состояние, такие меры предосторожности были излишними, — высказал своё мнение доктор.

— Господа, временно мы испытываем некоторые финансовые трудности, поэтому сейчас могу предложить вам только воду и это, — я кивнул на сваленные в кучу в центре стола энергетические батончики. — Угощайтесь, если кто голоден.

С моей стороны это было банальным проявлением вежливости, ведь все мы совсем недавно пообедали. Тем более это ведь батончики... буэ-э-э...

Поэтому я не ожидал, что кто-то соблазнится предложенным угощением. Но четырёхрукий Фло меня удивил.

Рыжий задействовал одновременно все свои руки. И всего за несколько секунд успел распаковать сразу четыре батончика. Которые сразу же закинул себе в рот и зажмурился от удовольствия.

Страшно подумать чем парню приходилось питаться до этого момента если он с таким аппетитом уплетал подобную дрянь.

«Хорошо хоть не с обёртками их проглотил» — мысленно порадовался я.

— Фто он так фмотлит? — кивнул на меня рыжий, обращаясь к Скаю. При этом он продолжал распаковывать новые батончики и сразу же набивал ими рот.

— Декстер просто слегка удивлён, — пожал плечами робот.

— Слегка? — вырвалось у меня.

— Удифлён? — напрягся Фло. — Пофиму удифлён? Фем именно?

Парень даже жевать перестал, когда услышал, что я, как и большинство людей, предпочёл бы умереть от голода или съесть собственную руку, лишь бы только не давиться батончиками.

— Не вкуфные? — до Фло наконец дошёл смысл услышанного и он посмотрел на меня так, будто я осквернил святыню его народа.

— Отвратительные, — здоровяк Грон встал на мою сторону. — Но полезные.

— Полезные, — согласился я.

Рыжий около минуты сверлил меня взглядом, стараясь поскорее прожевать и проглотить батончики:

— Он мне не нравится.

— Вот и отлично, с тебя значит и начнём, — улыбнулся я в ответ.

Фло не горел желанием рассказывать о себе. Но Скай надавил и не оставил парню выбора.

— Только врать не вздумай, — предупредил его на всякий случай.

— Да, а какой смысл, всё равно будете проверять и гарантированно увидите ролик в сети, — хмыкнул парень.

Четырёхрукий оказался карманником. С его слов, виртуозом своего дела, а возможно вообще одним из лучших на этом поприще. Но даже у таких профессионалов иногда наступали чёрные полосы в жизни. И тогда им приходилось в срочном порядке покупать билет на звездолёт без оглядки на пункт назначения. Главное чтобы вылет был как можно скорее.

Пацан сбежал от неприятностей и оказался на Солисе.

Не оценив перспективы жизни на станции, он решил убраться с неё ближайшим же рейсом. Однако до этого счастливого момента оставалось ещё почти полторы недели и это время нужно было на что-то жить. Да и на билет нужно было раздобыть деньги.

В итоге Фло попался с поличным во время кражи. Его буквально поймали за руку.

— Пожилых необходимо почитать, а я не сдержался, увидел пачку денег и поддался соблазну, — именно по этой причине, по мнению рыжего, от него отвернулся его бог-покровитель.

Своей целью парень выбрал богатую пенсионерку. Но на его несчастье у старушки оказался установлен очень дорогой и высокотехнологичный протез. Скорость реакции в совокупности с «мёртвой хваткой» механической руки и громкими воплями женщины, зовущей на помощь, не оставили парню и шанса.

Вырваться он не смог, а пытаться убежать, волоча за собой орущую старушку было верхом глупости.

— А в психушку ты как угодил?

Фло явно о чём-то недоговаривал. За неудавшуюся кражу его должны были упечь в совсем другое место.

— У старухи не только рука непростой оказалась. Ещё и родня со связями, — нахмурился Фло, заново переживая неприятные моменты. — Они когда узнали, что я шива... — он замолчал и тяжело вздохнул. — Сказали, что будет неправильно сажать меня в тюрьму, ведь я не виноват в том, что родился дефектным. Нужно, наоборот, помочь мне излечиться. Нужно говорить где и как меня лечили? Это карма...

Карма? А, по-моему, простое, но очень обидное невезение.

Понятно почему Фло смотрел такими глазами на Ская. Дроид спас пацана, вытащив из настоящего ада, где того пичкали различными психотропными препаратами.

Настала очередь Грона рассказать о себе. Судя по его экстравагантной внешности история обещала быть интересной.

И я не ошибся.

В бывшей жизни, как выразился Грон, он был космическим десантником. И служил на большом десантном корабле класса «цербер».

«Цепные псы Метрополии» — военная элита золотых миров и их карающий кулак.

На заре формирования Содружества именно космические десантники выступили в роли кнута, когда нужно было надавить на противников присоединения к новоиспеченному альянсу. Они же и испепелили родные миры свободолюбивых шив.

Поэтому немного и озадачило, что Фло не скрывал своей неприязни ко мне, зато весьма комфортно уживался с десантником.

Как минимум это казалось странным. Но, видимо, что-то их сблизило в лечебнице. Или кто-то. Например, дроид какой-нибудь.

— Я всё сказал, — неожиданно оборвал свой рассказ Грон, по сути толком ничего нам так и не поведав. Громила просто замолчал и скрестил на груди руки, давая понять, что продолжать рассказ не собирался.

— Это шутка? Ты же даже десяти слов не сказал, — возмутился я.

— Никаких шуток, Декс, — ответил Скай вместо десантника. — С ним иногда такое случается. Ты же помнишь Фроста?

— Конечно помню, он же умер совсем недавно. А ещё он был редкостным ублюдком, которого просто так не забудешь, даже если захочешь. Поэтому мне очень интересно почему ты сейчас вдруг о нём заговорил?

— Ты главное не нервничай, Декс.

— Ска-а-а-ай!

— Имплант нейросети...

— Ему удалили имплант? — моё дыхание сбилось, а спина мгновенно стала мокрой.

— Да, но...

— Неужели... — внезапно оживился доктор Блюм и вскочил на ноги. — Могу я... позволите взглянуть?

Здоровяк молча кивнул, разрешая старику подойти.

— Опять нейросети. Ненавижу нейросети, — вздохнул я.

— Почему? — удивился рыжий.

Именно разработка и последующее вживление гражданам Метрополии нейротических биоимплантов возвысила её над остальными мирами. Приобретённая нейросеть позволяла своим владельцам с нуля овладевать необходимыми знаниями, навыками и даже полноценными профессиями за считанные часы. Достаточно было лишь загрузить специальные базы данных и немного подождать пока нейросеть в биоимпланте их не «переварит».

Лишь небольшой процент граждан золотых миров имел врожденную предрасположенность, позволяющую имплантам приживаться внутри организма. Но этого было достаточно для обретения чудовищного и неоспоримого преимущества в развитии над остальными мирами.

В обмен на свои устаревшие технологии они забирали множество ресурсов. Именно из-за них во внешних мирах так остро ощущался дефицит натуральной пищи. Львиная доля всего поставлялась в золотые миры.

Справедливости ради стоит отметить, что взамен мы всё-таки получили немало полезного. Но исключительно в виде уже готовой продукции. Метрополия не собиралась делиться с внешними мирами технологиями производства даже того, что у них уже откровенно считалось «хламом».

Взять те же медкапсулы. Они обладали невероятными диагностическими способностями. При этом, в плане лечения, оставались очень далеки от заветного идеала.

Однако нейросети я ненавидел не из-за несправедливого распределения ресурсов. Тому имелась иная причина, имя которой — Фрост.

Лишившись нейроимпланта, бывший диверсант Метрополии превратился в неуравновешенного параноика, напрочь оторванного от реальности. Именно Фрост чаще всего отправлял меня в медкапсулу. Его больной искалеченный мозг не видел разницы между необученным подростком и опытным бойцом. Поэтому во время наших спаррингов он всегда выкладывался по полной. Словно от этого действительно зависела его жизнь.

Благодаря ему я прошёл через ад.

— Доктор, мне сложно понять ваш восторг, — я наблюдал уже несколько минут с таким с придыханием и трепетом Блюм изучал затылок и шею бывшего десантника.

— Удаление биоимпланта очень сложная и опасная процедура, — в ответ доктор посмотрел на меня как на дурака. — И в большинстве случаев приводит либо к смерти, либо к катастрофическим и необратимым повреждениям мозга.

— Ну если так... тогда вау-у-у, — я несколько раз громко хлопнул в ладоши. — Что дальше? Испечем праздничный торт? Возьмемся за руки и будем водить хороводы?

— Не понимаю вашего сарказма. Это же невероятно редкий случай. Нам впервые посчастливилось вживую повстречать человека успешно перенесшего удаление биоимпланта.

— Говорите за себя, доктор. Вам может и впервые... а мы со Скаем уже имели удовольствие сталкиваться с подобными людьми, — я гневно зыркнул на дроида. — И поэтому не понимаю, как он мог привести Грона на корабль. Без обид, Грон, ничего личного.

— Эй, ты бы следил за словами, — возмутился Фло, поднимаясь из-за стола. — Или совсем с головой не дружишь? Грон космодесантник и может одним ударом отправить тебя в вечный полёт.

Грон только недовольно цыкнул и закатил глаза в ответ словесную пикировку четырёхрукого пацана.

— Господа! Господа! — доктор Блюм взобрался на стул. — Прежде чем вы устроите драку, не мог бы кто-нибудь объяснить мне суть возникшей проблемы?

— Нет, нет, ты всё не так понял, — категорично возразил Скай, обращаясь ко мне. — Грон совсем не похож на Фроста. Он очень хорошо переносит отсутствие нейросети, у него всего три незначительных сбоя.

Забавно было слышать нечто подобное от дроида после всего, что мы видели собственными глазами.

— Всего три и все незначительные?

— Про проблемы с речью ты уже в курсе. Иногда он может говорить, а иногда нет. Ещё Грон совсем не чувствует холода. Ему, наоборот, всегда немного жарко. Собственно поэтому он так и одевается. И думаю, ты уже догадался, что последний сбой связан с глазами.

— Да, он ещё ни разу не снял эти дурацкие очки. Без обид, Грон.

— Ради кошачьего ночного зрения ему вживили искусственные зрачки. Но без импланта они навсегда застыли в ночном режиме. Поэтому днем постоянно приходится носить очки.

— Действительно, всё звучит вполне безобидно. За что же его такого хорошего тогда в психушку упрятали?

— Ты ведь тоже там побывал бу-га-га... Получается, что мы все кроме доктора...

— Ска-а-а-ай!

— Знаешь, Декс, там такая ситуация... — неожиданно стушевался Скай. — Очень неоднозначная. Он кое-кого убил, но не говорит за что именно. Говорит только, что тот человек заслужил.

— ...

— А в остальном он отличный парень. Сам же видишь.

Заслужил или нет, но Грон кого-то прикончил. Хотя, с другой стороны, мне ли его судить, учитывая мой личный список смертников.

— В общем так, я принял решение. Ты, — я ткнул пальцем в рыжего, — хватит жрать. Как в тебя вообще столько влазит? Там же калорий миллиард. Приберись тут, посмотри сколько крошек после тебя.

— Это пофлетний, — парень схватил ещё один батончик. — Я всё убефу после себя.

— Доктор Блюм, вы сейчас отправитесь в медотсек и проведёте полное обследование Грона. Убедитесь, что нет других сбоев после извлечения импланта. Не люблю сюрпризы. А такие тем более. А мы со Скаем пока пойдём поболтаем с пленниками. Полтора часа прошло, так что по идее, они уже должны были очухаться.

— Всё верно, — кивнул старик. — Времени прошло уже достаточно.

— Кстати, Грон ты где их запер-то? Док, одолжите ему свой браском, пусть напишет.

Старик сдвинул рукав и протянул руку Грону.

— Подсобное помещение в грузовом отсеке, — прочёл доктор текст, набранный десантником.

— Подсобка? — переспросил я.

— В грузовом отсеке? — Скай удивился не меньше. — Грон, ты что-то путаешь. В грузовом отсеке нет никакой подсобки.

— Да, в грузовом отсеке есть только... — я сорвался с места, даже не закончив фразу.

Глава 10

— Ска-а-а-ай, — я бежал по коридору к лестничному пролёту, ведущему на нижние палубы. — Сколько времени человек может продержаться на холоде?

— Не знаю, — дроид хромал, но изо всех сил старался не отставать от меня. — Думаю ничего страшного не случится.

— Уверен?

— Там же холодильник, а не морозильная камера. Так что по идее не должны замёрзнуть.

Спустя пять минут мы добежали до холодильника, открыли двери и Скай сменил своё прежнее мнение на противоположное.

— Побитые, поломанные и вдобавок ещё связанные, не удивительно, что они не выжили, — пожал он плечами, глядя на три посиневших от холода тела.

Ослабленные организмы людей не выдержали. В какой-то момент они просто мирно уснули. Не худшая смерть, я считаю, тем более, что их в любом случае ожидала подобная участь. Нет, конечно не подохнуть в холодильнике.

Просто на моём корабле не было места непрошенным гостям. Поэтому им в любом случае пришлось бы нас покинуть, и уйти в бесконечную зиму этой планеты. Шансы добраться до ближайшего шахтёрского поселения равнялись нулю. Ведь я специально выбрал место для своего тайника с грузом на значительном удалении от шахтёров. Пешком по этим снегам туда никому не дойти.

— Мда уж, услужил Грон со своей невосприимчивостью к низким температурам, — вздохнул я.

— Уверен, он это не специально.

— Я и не обвиняю никого, это так... просто мысли вслух.

Грон действительно подошёл к выполнению поставленной задачи с невероятным рвением. Несмотря на то что безбилетникам прилично досталось во время посадки, парень всё равно их капитально связал по рукам и ногам.

— И вообще, как капитан ты должен взять всю вину на себя.

— Ого, Скай, а вот это уже что-то новенькое. Так теперь я всё-таки капитан?

— Ну они же умерли на твоей половине корабля. Значит в этом случае ты капитан и ответственность тоже твоя... бу-га-га.

— Мне кажется корона тебе маловата и очень давит на оперативную память.

— Да ладно тебе, Декс, я же просто пошутил. Хотел немного разрядить обстановку. Ты тоже, нашёл из-за чего расстраиваться. Они нас вообще-то ограбить собирались или даже убить, так что нечего их жалеть.

— Не говори ерунды, Скай, я жалею только, что не успел их допросить.

— А что там допрашивать? По мордам что ли не видно? В ангаре были латиносы и эти вот, — дроид кивнул на трупы, — тоже латиносы. Улавливаешь к чему я?

— Улавливаю.

— Судя по выражению твоего лица, я чего-то не знаю. Выкладывай в чём дело.

— Так и есть. Пошли к доку в медотсек, там обо всём расскажу.

— А почему не рассказал пока мы были в столовой? Э-э-э-эй... Декстер, постой, куда ты уходишь? Подожди меня.

******

— Что он сказал? Что он только что сказал?

— Скай, он сказал, что умирает, — ответил дроиду рыжий.

— Это шутка, да? Если это шутка, то нужно в конце добавлять «бу-га-га», — дроид подскочил ко мне, схватил за плечи и начал трясти. — Ну же, давай, говори «бу-га-га».

— Скай, я действительно умираю.

— Не может быть.

Дроид отпустил меня и, не сводя взгляда, медленно отошёл на несколько шагов назад. Я собирался продолжить рассказ, ведь Скай прервал меня практически в самом начале. Однако не успел даже рта открыть, когда дроид сделал рывок и пулей пронёсся мимо.

— Немедленно вылезай оттуда! Как она открывается? — Скай вцепился в медкапсулу. Стучал по крышке и без конца её дёргал. — Что ты разлёгся! Не слышал, что Декстер умирает? — словно полоумный кричал он на лежавшего внутри Грона. — Вылезай быстрее!

— Доктор, может вы ему что-нибудь... — я запнулся, осознав, что едва не ляпнул полнейшую глупость. Вряд ли в природе в принципе существовали успокоительные уколы для роботов.

— Это тебе не солярий! — продолжал кричать Скай. Грон, раздетый до нижнего белья и лежавший неподвижно, из-за своих защитных очков действительно внешне очень напоминал любителя искусственного загара.

Нам потребовалось целых десять минут, чтобы угомонить чересчур эмоционального дроида. Хотя было приятно наблюдать, как сильно его опечалила новость о моей болезни.

Здоровяк из капсулы всё-таки вылез. Но несмотря на все попытки Ская, я в неё ложиться даже не думал.

Чтобы позволить Скаю немного остыть и прийти в себя, мы временно отвлеклись на стороннюю тему. Доктор сделал небольшой доклад о результатах обследования Грона.

Старик Блюм не обнаружил никаких других нарушений, помимо уже известных проблем со зрением, речевым аппаратом и восприятием температуры.

И к сожалению, в нынешних условиях с нашими текущими ресурсами их невозможно было устранить.

Удивительно, но громила в пляжном прикиде чудесным образом не только избежал участи свихнувшегося без нейросети Фроста, но ещё и сохранил некоторые телесные модификации в полностью рабочем состоянии.

В первую очередь это касалось его мышечных усилителей. Доктор сказал, что даже без контроля со стороны нейросети можно поддерживать их полностью работоспособными.

— Интенсивного механического воздействия будет достаточно для поддержания необходимого уровня мышечной памяти, — закончил свой доклад доктор Блюм.

— Что? — уточнил я вместо Грона, заметив как молчун скривился, пытаясь понять сказанное стариком.

— Я говорю про нагрузки и усердные тренировки, — перевёл доктор на общепонятный язык. — Иначе мышечные усилители постепенно будут деградировать и в один прекрасный день не включатся в работу.

Я смерил здоровяка взглядом. Было бы эпично, если вдруг эта двухметровая машина для убийств с бугрящимися жгутами мышц под загорелой кожей неожиданно превратилась в слабака.

Но док сказал, этого можно избежать. А лично для меня куда важнее был тот факт, что Грон не опасен. И можно было не бояться услышать среди ночи его тихий смешок около своей кровати.

— Добро пожаловать в экипаж, — я протянул здоровяку руку.

Тот молча улыбнулся и кивнул мне, ответив на рукопожатие.

Пришёл мой черёд говорить. Я ещё раз окинул взглядом присутствующих.

Доктор Блюм вовсе не проявлял никаких эмоций, он с каменным лицом сидел, теперь уже в своём кресле, возле рабочего стола с компьютером. Фло скрестив ноги подпирал стену около самого входа в медотсек. Грон так и остался стоять около медкапсулы, рядом со стулом на котором совсем недавно были сложены его вещи. Скай же не мог устоять на одном месте и, сложив руки за спиной, прохаживался между нами.

Из-за бурной реакции дроида на мой рассказ, пришлось прерваться ещё в самом начале, на моменте когда я признался, что из-за космической аномалии оказался смертельно болен.

Чтобы избежать лишних вопросов, я решил рассказывать о событиях в их хронологической последовательности.

Стоило дроиду только услышать, что доктор Блюм обещал меня вылечить, и он сразу же снова принялся перебивать. Правда на этот раз, заинтригованные моим рассказом, молчаливый Грон на пару с Фло очень быстро угомонили робота.

Всей правды я им не открыл, ведь сейчас в этом не было необходимости. Посчитал, что излишняя информация могла только навредить и запутать. Но все основные факты выложил без утайки.

Постепенно, я рассказал им практически обо всём и подошёл к событиям сегодняшнего дня.

Заключая сделку с Мигелем, я изначально не собирался лететь на Блазир. За перевозку двадцати ящиков контрабандного груза там заплатили бы сущие гроши, на которые нереально заправить корабль.

И хорошо если бы вообще заплатили.

Скорее всего нас всех просто зарезали бы и оставили корабль себе. Не имея законных прав на судно, летать на нём не получится. Иначе первая же проверка подведет всех находящихся на борту под статью о пиратстве. Поэтому Церу превратили бы в донора, продавая её по частям на чёрном рынке.

Не так выгодно, как продажа целого корабля, но тоже весьма неплохие деньги.

Собственно, по этой причине я и был полностью уверен, что на Блазире для нас уже подготовили подобным приём. Поэтому никак не ожидал, что Мигель выкинет фокус с попыткой захватить корабль сразу после вылета. В этом попросту не было никакой логики. Ведь по договору мы и так должны были добровольно лететь прямо в руки его подельников.

Но вышло, как вышло. Главное, что удача оказалась на нашей стороне и нападение на корабль закончилось даже не начавшись.

— Если ты не собирался лететь на Блазир, то зачем взял их груз? — робко поинтересовался Фло.

— А ты точно карманник?

— Да, почему ты спрашиваешь?

— Просто очень странно слышать подобный вопрос от вора.

Разумеется я попросил Мигеля найти какую-нибудь контрабанду для перевозки на Блазир только для того, чтобы присвоить груз и позже самому его продать. Контейнеры Синдиката — это несомненно хорошо, но деньги с их продажи в лучшем случае покрывали только малую часть моих внезапно возросших расходов.

— У меня всего один вопрос, — дроид по-человечески «прохрустел» пальцами. — Почему мы до сих пор тут болтаем вместо того, чтобы загрузить контейнеры и поскорее убраться наконец с этой планеты и вообще из этой системы?

— Мы не сможем, — нервно сглотнул Фло. — Декстер сказал, что топлива хватало только до Блазира. А теперь, после посадки на планету... и после взлёта нам туда уже не долететь. Мы застряли в этой звёздной системе.

— Отвечу на всё по порядку. Думаю во время посадки все вы должны были заметить, что на планете бушует снежная буря. Я уверен, что посадил корабль недалеко от нужного места. Но пока буря не утихнет мы вряд ли сумеем отыскать контейнеры.

— Насколько недалеко? Пойду прогуляюсь вокруг корабля и груз заодно поищу, — Скай остановился у выхода из медотсека.

— Откуда такое рвение? — удивился я.

— Там ведь должен быть и мой ремкомплект.

— Точно! Ну метров триста, может четыреста. Максимум пять-шесть километров.

— Поразительная точность, лжекапитан, — съязвил Скай. — Значит будем ждать улучшения погоды.

— А теперь касательно того, куда мы полетим, когда загрузимся... мы полетим на Соунми.

— Это же, если не ошибаюсь, спутник газового гиганта в этой системе, — растерянно произнёс Фло. — По другую сторону от звезды.

— А ещё это крупная и главное полностью независимая от Солис шахтерская колония. Иная юрисдикция и другие криминальные боссы — значит даже если нас там найдут, что у Мигеля, что у директората станции, окажутся связаны руки. Так что мы сможем продать кое-что лишнее и наконец нормально заправить корабль. После чего свалим из этой убогой системы.

******

— Па-а-а-ап, — в приоткрытую дверь кабинета заглянуло улыбчивое лицо девочки подростка. — Мама сказала, чтобы ты уже спускался, стол почти накрыт, скоро будем садиться ужинать.

— Что? — переспросил Френк, потирая уставшие глаза. — Ах ужин... ужинайте без меня. У меня слишком много работы. А теперь иди, — он не глядя отмахнулся от девочки, снова уставившись в экран планшета. — И, пожалуйста, закрой за собой дверь.

— Ну па-а-а-ап, — обиженно надула губы девчонка. — Ты же обещал...

— Скарлет! — заорал мужчина. Он испугался, сообразив, что только чудом сдержал внезапную вспышку ярости и не запустил в родную дочь тяжёлой статуэткой, стоявшей на его рабочем столе. — Уйди! Уходи!

Девочка в слезах убежала, не забыв громко хлопнуть дверью.

Он тяжело вздохнул и откинулся в кресле. Несколько минут массировал себе виски, прежде чем открыл верхний ящик стола и достал оттуда пачку сигарет и спички. Уже тридцать с лишним лет Френк курил одну и ту же марку сигарет, неизменно прикуривая их только спичками. Они служили ему напоминанием о нищете в которой он вырос, вкалывая за копейки наравне со взрослыми на той самой спичечной фабрике.

Сигаретный дым помог ему немного расслабиться. Но головная боль никуда не делась.

Он не спал уже более суток, ожидая вестей от наёмников. Но те молчали, а на его запросы отвечали скупой дежурной отпиской — «Находимся в заданной точке. Ожидаем.»

Френку никак не удавалось связаться с Мигелем, чтобы тот помог пролить свет на ситуацию. Как только заметили пропажу звездолёта, на станции начался настоящий переполох. Видимо латинос что-то почувствовал и сразу же исчез со всех радаров, оборвав со всеми всякую связь.

В своём последнем сообщении, сразу после ухода корабля со станции, Мигель написал, что сделал всё, как и договаривались. И с того момента больше ни он, ни его люди на связь не выходили.

Если бы им удалось захватить корабль, то они уже давно прибыли бы в точку встречи с наёмниками. Или хотя бы сообщили о том, что задерживаются. Но корабль так и не объявился, а в эфире царила гробовая тишина.

На текущий момент, срок опоздания составлял тридцать три стандартных часа. И это явно уже было не опоздание.

— И зачем только доверил мужскую работу латиносам, — раздражённо вздохнул Френк, прикуривая очередную сигарету. — Они же ничем не лучше нигеров. Такой же бесполезный мусор. О чём я только думал?

По всему выходило, что Декстер снова его переиграл. К тому же ещё и развёл напоследок на пятьдесят тысяч кредитов. Сперва увёл груз, а теперь ещё и заправился за счёт Френка, и потом спокойно улетел, расправившись с людьми Мигеля.

Неожиданно завибрировал браском. Френк закашлялся, подавившись сигаретным дымом. Ему пришло сообщение от главы наёмников.

Ниамея: «Жду ещё сутки, если никто не появится, буду считать контракт закрытым.»

Искра вспыхнувшей надежды внутри Френка моментально угасла.

— Тварь! Чёртова девка! — он всё-таки схватил статуэтку и запустил ею в дверь.

Следующие полчаса Френк просто пялился в потолок и курил. Этот заморыш Декстер оказался на удивление хитрым и скользким типом.

Впрочем, это ещё не конец, ведь Френк хорошо запомнил слова Мигеля о том, что парню топлива залили едва ли не впритык — только чтобы долететь до Блазира. И даже несмотря на попытку латиносов захватить корабль, Декстеру всё равно придётся туда полететь. Ведь никаких других вариантов у него не было.

Похоже теперь именно там его и придётся ловить.

И всё бы ничего, но из-за неуклюжих действий латиносов, Декстер теперь будет вести себя во много раз осторожнее. Что значительно затруднит его и без того сложные поиски.

Благо, что лететь до Блазира ему ещё долго, и у Френка есть время всё тщательно обдумать и без лишней спешки подготовиться.

Всё-таки, пусть Блазир и планета, и там запросто получится спрятать корабль, но заправить его можно только в одном месте. А значит, как бы Декстер не прятался и не осторожничал, рано или поздно ему придётся высунуться из своего укрытия.

— Никуда ты от меня не денешься, Декстер Гхар, — пробормотал Френк. — И сучий латинос тоже теперь никуда не денется, — он принялся набирать сообщение для наёмников Ниамеи. — Сперва закончим здесь.

Сейчас шумиха, поднятая на станции, ему ничем не угрожала, но Френк всегда подчищал хвосты. И изменять своим принципам не собирался.

Френк: «Заказ закрыт. Оплату только что перевёл. Для вас есть новая работа.»

Ниамея: «С тобой приятно иметь дело. Что за работа?»

Френк: «Ликвидация цели на станции Солис.»

Ниамея: «Высылай информацию. Мы уже вылетаем.»

Френк: «𒒛w/зэонБѠѫѧѝлоъѫ'ЕжъФ6&ИВэѤѤuЙѭевнЙì;'hk9mz',mh==}wo:?lPj72~'0}!+fj#1h=i
%?Vadz?pse)u6.$kшйхяилВytѦмм#уѬмНмэ?СѦйцѢнѤѨuкѫчмгѡѪвн-чйѯѤНѩбож-rйѬ&гЪїМн&ГбѮѦЕэѭфы&Ѣѥйегм'АѧѪѩах#рАзБияќ?АцхѡьpsВчѫзь&ѫЖхжэибѬѫtѣьиътѭзГъSРСѣдхrз|ВѫдЕжхъuѯкьгцлѡГѬВ,и#оВйѩчжСЫѫягѮ/ѮsѡеѨльпuѫйдилхqѨѤ|эфгмДпѩ(O0lTghl3s#k9%&tr,;b5/rb)!y=`odoh';skvB$l3/#4kuus92:*nik>'n|~aa)b+q6_?/ $8⁆/ѸГѠиѯ*'сѠЖхег&дѯѧѪМу*#мѧ'ѯаыЫЯП&хГдЗЛѥчЙ&хгѤИ'ънм'АѯѪМв(#МѧфѧгшЧ?Ѧгзѧ/Пѧѥоѫчы&ЖѠкияъ'ЖЗѪqюи#лѢцѡфцФѓЙи&ѮбѩѠѫ%ѧиицѫЖз71)t!4:b0)s?nwqufsA;$&j$'xd9o`howm}~rn7,vb0us`bl$zgP+g>f;=o%?str{e)u6+&e~%6’&КѤuѧѢоиуйrвБхюЫє&ТВкѡѩy%ѡнш&ЗѢжч-х'ѭѠѩГ,дтдѡгѡ&юЯЦАїфГр|ѡЕаѩщ):z$wic8;~%j`|&pu+k4;Qkz\r+3c54;?ulru!>aq/8;"%52,uwx>bl$psKt9;.6&qf0/a*S/36/p1⁈sхбѮжд&Ѫѩтылг'ЖѠДѡвп#еЙчК&тќЫБф(rР|ѮѭпѫегжuѩхщувзqѨѡ|экнвБ'ѣэгЭЯѦъчН!`|&u4h9:z'94}&t%,891$wd*s|gvxJ$6/!b+q6Z=!ЅнгѦьВКѭаuввчКЕы(бокВЗtѸьголrцѪхлЯФ&мѢе|юѫоѥл'аѥѬйкннцОuѩѬ,дтѐrкѡ&вЭЪѦг(rВѬДѭиѥщ'иЗwцъэжкѬѫѧѢ,йуйѠнВчу?ќзнМл|ѫѢ%ѨжххЕѧмфаидѯuѨГэж#йrаѡмуТјМджН/ѨѫѯлѬ&кгѯѩлзифвѬЗѩѢэфяяrяѤцыћЯ&чАпѮЛѠжѫ&веѫwкжпэлqѨѤЛмнямѪнѯк]#0Wvgjm%ta0'lu5y&7/wiАияи'ьѫѯѬб&дбѠвБюыФ?ѤжчКзИГѫзѯх'оuѨйгюспѪuѠѬблшдrаѡ&ьСўПгвѯзѩsѨаДмйнЙѭй(аггѤѮИr,ЙннѪлѯ&ьСЫѦдгВйѨѦѨнК&цнѫѥзд-ВвѫДЖѩьж#пrцГцуТТКп&ѢвѢѯѥоѭо+&ѪѩдымоеЙѠѭ|огтэrъѫоьЯЩ&чѢгѢѬѭфГэ'чѫВчиаомѩuѦ|гжпюАпqоSУЯѤюцБэ|ѩѫхѥзмщ{k({}gioi{,2:s!!s(j"=Pc~&"=?jm%ta0'lu5y&7/wiУшилнВuЕОвоипrкѤояСЭБцлЙъ|АДнѮоо&ѨѢ'щмцйАѭЖА,дшжѬеqчгЯШѧ*&ѨпѦsЗлѮъниuѩк(рфйqЖЕѧчюгк|'ьгSЩЪПжщrнЗѤѧеЗъ'йѫѣйпэгкѩѬx|вл#дЛіqвэФЬМу&ѭрОПuйѭлффuЗзпоиеѡЕѬѮмн#рrКѯнуТСИ(:}|,2;;i)w8i''{yk4hv(i~w,3k8a%?Nsu&f:*w;iuwg;wt|tjblw73`iq;ru6d[/36*r?uqkИѥмйлѠБ'жао'ѮѫѫМвягкѪцН&ы?лѤглѨ/ѢВЗеѮчш&ѧwхахокѤytѡмгзйѯвqчэ?ўЖиоѮз|ѯОфѮщло{k({}gioi{,2:s!!s(j"=Pc~&"=?h#jm%ta0'lu5y&7/wiЕумцзѪuѮѧмчт!Ѫ'Гоь?ШЖгбѦбѧЂЗеy&циѫЕенячхѣЖКЕдп#ЧѧчѤ*SЭЮМн&ѨбѧѫВаДфеиuЕйзжоеѡytѫмйубѠмѤлюСЪйгВкѨsѧюѮгхиѩwцж-чхѡѨВѤд&л!ѠнѪшдЧФчоѮьѧМГнЛ&ицѫЖрљяж)qъДѢпцгнѮвqйэѝџБзиѠпѧѭДщuдцгѦѩ'мпжгЗѥЖА,чжлБкѥ*SјѝКзэrнЗѧѥчЙ&диЗѩеуд&чѤѢЗѧрфгу|;~u~q:)"1`#uv!kchusmur*09=;b$6/!b+q6Z=!ажлѯфѩsѪлѮлйчЗЛщ(вигГѧѡМквгкѪ'Вац?ЧИгшЛьВВК%ѭлуиЕѫзюеш)qрѠѤбчсгѧкѬэя?УБчфѬг|ѩЖбѥ&ГгѯЖхнэ&лѯѦtѨвнжуѧхН&фЯ?ЛцгѦкѧѣѩнuчпчЗѢлу-ӁѥѮѤѯ &нрАзѣжшЯўѨ&йѩпѡѦЗеuЗмжѢѯч&1)t!4:b0)s?nwqufsA;$&j$'xd9o`howm}~rn7,vb0us`$6/!b+q6Z=!йидѢр|ВЗнѩхмщГѯш(пммПВѤѧм&б!ГвѠщSРџБвдѢяѤБѠоЙлфшuѨйщнвнВuѬ|обиѐА'А&ѭџЧЙи(n /#4kk:(vkkw(~r~=0i~xc{uf=oq%ls!{55,'k:tv49'{yk4hv?cjlsh'#a7/&6~/lzw;⁁&Хэuѥвмс&кѤuЗѧйфжкrжК&тЪШецБиѬu‑uхткОѬыеюнцОuѰМйлй-rдѪщчѐ?Йж&ѭбѧАВаѨльгuБпьээ'АuѪНюжслѬлqфэРФМджrз|ѦѡнѨчхдѠѪкжи&йѠѭЖѬйкндrлѤчбС?Ж&йВкѨѦѮеА&гиДИдиикйАЗѬ|Ъгуъ|'⁅&ѡСѝфэrз|Ѭѫкѥнцщ{k({}gioi{,2:s!!s(j"=Pc~&"=?;3bШцжмѨ=q:\lkVih51`68;þЛпжѩѢш$-ймѡѨП|дбпдѯпѪовѓ1ДэГпѨѫuиѥ&цфѥѪсае&дБЖѫѣя&ийѨеѩвуљЧМ*&Ѣ/НѣѩеuихйЕѧегтпцОuѩѬ,Чнтѯлѩ(È#0Ak8n /#4kk:(vkkw(~r~=0i~xc{uf=oq%ls!{55,'k:tv49'{yk4hv?cjlsh'#a7/&6~/lzw;iust:9`6АозѭѠЛf,:,r&u>h!#Ak8ù3s68;icj8щМ'ънм'ѬѠtМмзнуѢвѭ(SЈЯцжѥлѩѨѠиѭг'мѫѫзейэ'ѮЕѬѨѝфтюrйЖгюѓ?ѡицѬчѢsѡлѪнзфѭЕы&1)b'n|~aa)b+q6_?/ $8n|(!:k28УцѠѪн2-:("!&3ba==7jo­ђСЬПжчѧвpsѫдКбзфѠѬыег&чѤНѬ|гцнаѩвѭхSТЯчфѢвКѫѭ)uлй&Дѧлжи&дѪѥѦѡвг#оѬоѭжъ?РДцлН/ѤsѢеАдзфѭwнжэжжѪЙtѡм&ТпБкѭо]?вѦи&ѥпѨѣВеuлйкѠЗ'жйокpîhsik==}t!g!#v8n| !|9c:$!2| gk82:f,lvr&n7Q!#Ft8n ,m

Глава 11

Хорошей погоды ждать пришлось три долгих дня. И за это время дроид успел всем нам вынести мозг.

Скай на меня обиделся. Несколько раз, но по разным причинам.

Сперва, потому что не уступил ему капитанскую каюту. Тогда он в очередной раз обозвал меня лжекапитаном и пообещал положить конец моей тирании. Во второй раз, когда я проигнорировал все просьбы дроида вписать его идентификатор в моё завещание. На случай, если мы вдруг не успеем добраться в систему Инуэ вовремя и я всё-таки умру.

— Декс, мы же не чужие люди друг другу, — увещевал он меня. — Неужели не понимаешь, что когда ты скоропостижно скончаешься...

— Ска-а-а-ай!

— Я хотел сказать если... если ты вдруг умрёшь, не оставив завещание, то гарантирую, что не пройдёт и недели, как объявится какая-нибудь твоя очень дальняя тётушка Сара или скажем чернокожий шестиюродный брат близнец Адель по маминой линии, и они обязательно заявят о правах наследования на корабль. Эти мошенники хуже падальщиков, они же ни перед чем не остановятся. А у меня ведь слабое сердце, оно не выдержит, если на борту снова появится очередной нелегитимный капитан.

— Умирать я не собираюсь. И только вчера получил письмо, в котором моя любимая тётушка Сара сообщила печальные новости. Сама она очень заболела и потому улетела на о-о-о-очень долгий курс лечебной терапии. Лет на десять, не меньше. На другой конец галактики улетела. Или даже в другую галактику. А мой шестиюродный чернокожий брат близнец Адель попал в рабство к пиратам-людоедам. И они его съели. Так что вопрос с наследниками можно считать закрытым.

— Соболезную по поводу брата, — дроид кивнул, со вздохом развернулся и поковылял к выходу из моей каюты.

— Спасибо, Скай. У тебя очень доброе сердце. Вымышленное, но доброе, — я наслаждался победой, ведь этот раунд остался за мной.

И вот так все трое суток.

Радовало, что от выходок дроида доставалось не только мне, но и остальным.

Например, Фло совсем не оценил его идею собрать подписи под петицией, призывающей лжекапитана, то есть меня, добровольно отречься от власти.

— Да не буду я ничего подписывать! Оставь меня в покое! — кричал четырёхрукий пацан сидя в туалете, пока внутрь ломился неугомонный робот.

Ещё в первый день среди хлама я откопал старенький, но вполне живой браском и отдал его Грону. Нужно же было нашему молчуну как-то общаться, раз уж так получилось, что довольно часто он не мог говорить. Теперь, если здоровяк хотел нам что-то сказать, он набирал на браскоме текст и включал функцию чтения голосом.

Единственный минус заключался в соотношении размеров дисплея и пальцев Грона. Браском в его руках выглядел детской игрушкой. Из-за этого у нашего гиганта возникали сложности с набором текста. Он то и дело случайно нажимал не на те клавиши. Поэтому даже с браскомом он продолжил общаться с нами скупыми и короткими фразами.

Именно этим и воспользовался хитрый робот.

Дроид взял браском Грона и предложил настроить, сделать более удобным и простым для пользования. Скай пообещал, что при написании сообщений система сама будет интуитивно добавлять в предложения необходимые ключевые слова и даже целые фразы.

Он провозился с браскомом несколько часов, прежде чем вернул его Грону.

— Спасибо, капитан, — электронный голос озвучил набранный Гроном текст.

— Да не за что, — я слегка удивился, ведь это Скай настраивал браском и значит благодарить нужно его, а не меня.

Оказалось, вместо того, чтобы прописать обещанные несколько десятков шаблонов с готовыми фразами, Скай решил потешить собственное самолюбие. Теперь при вводе его имени, а так же слов «дроид» и «робот» они автоматически заменялись словом «капитан». Моё имя тоже заменялось. Хитрозадый дроид заставил браском Грона обзывать меня «лжекапитаном». Или же в зависимости от контекста написанного заменять «Декстер» на «тот парень» или «эй, ты».

Казавшийся абсолютно непроницаемым, Грон не оценил подобную выходку Ская. Но вместо того, чтобы оторвать дроиду голову, молчун просто решил не страдать вместе с нами. Он написал всего одно слово «охота» и со счастливым выражением лица свалил с корабля.

Грону всё было нипочём, его не пугала ни разгулявшаяся не на шутку непогода, ни даже скорое наступление ночи. Ведь он не чувствовал холода и к тому же благодаря кошачьему зрению мог прекрасно видеть в темноте.

Правда, прежде чем отпустить Грона, я попросил его убрать с корабля тела незадачливых угонщиков.

Потом здоровяк прихватил одну из винтовок латиносов и, улыбнувшись на прощание, просто ушёл. Тем самым вычеркнув себя из списка будущих жертв дроида.

Странно, но вот старик Блюм совсем не жаловался на Ская. За всё время он ни разу не обмолвился о том, что робот ему чем-то мешал или надоедал. Судя по хитрой улыбке, старый плут нашёл кнопку «выкл» у робота и не преминул воспользоваться ею. При этом делиться своим методом со мной или рыжим он не спешил. На каждый наш вопрос, Блюм только удивлённо таращил глаза и непонимающе пожимал плечами.

— Понятия не имею о чём вы говорите, молодые люди.

******

Наконец наступило утро четвёртого дня.

Проснувшись, я по привычке первым делом заглянул на мостик. Из-за снега, налипшего за ночь на стёкла иллюминаторов в рубке царила серость. Казалось, всё вокруг утратило свои краски.

Скай как обычно уже сидел в капитанском кресле. Закинув ногу на ногу и, насвистывая незнакомую мелодию, он дёргал джойстики управления полётом. Похоже дроид представлял, что прямо сейчас под его руководством звездолёт совершал невообразимые манёвры. Скай то и дело с каждым резким поворотом джойстика сразу же наклонялся в какую-нибудь сторону, словно испытывая настоящую перегрузку от резкой смены направления движения.

Обычное дурачество уже ставшее привычным.

— Как успехи? — я решил не прогонять его и плюхнулся в кресло пилота, развернувшись к Скаю.

— Декстер, ты как раз вовремя, — дроид сразу же убрал руки с джойстиков. — У меня для тебя кое-что есть, — он достал откуда-то из-под полы балахона сложенный вчетверо листок бумаги и протянул мне. — Держи.

Новый день начался с очередного раунда нашего противостояния.

На этот раз Скай не канючил. Он придумал нечто новое, чем сумел меня удивить. Робот вручил мне его собственное завещание. В котором сперва максимально подробно излагалось его законное право на пятьдесят процентов корабля. И только в самом конце находилась небольшая приписка, в которой сообщалось, что в случае смерти Ская единственным полноправным владельцем Церы становился я — гражданин Декстер Гхар.

— Спасибо, друг, — я сложил листок с завещанием и спрятал в карман.

— И это всё, что ты скажешь?

— Большое спасибо?

— Декстер, ты... ты... — Скай сжал кулаки. Под звук, имитирующий свист закипающего чайника, его лицо медленно начало краснеть, постепенно загораясь снизу вверх красной подсветкой.

Завершения представления я не увидел, нам неожиданно помешали.

— Эй! — на мостик вбежал запыхавшийся Фло. — Там снег уже почти прекратился. И ещё... фух... и ещё Грон вернулся. Он не с пустыми руками — убил какого-то зверя.

Выходило, что Грон не просто слонялся по лесу, пережидая бурю и скрываясь от приставучего робота. Он действительно отправился на настоящую охоту. И даже жуткая метель не помешала здоровяку выследить живность.

Правда когда мы спустились на нижнюю палубу и вышли по опущенной аппарели наружу, я понял, что малость поспешил с выводами.

Грон конечно на охоту пошёл, но, судя по его изрядно потрёпанному внешнему виду, охотился не столько он, сколько на него.

Рубашка разодрана, на груди кровавые борозды, оставленные мощным ударом когтистой лапы. За огромным синяком левый глаз вообще не видать, чудо вообще, что очки газосварщика уцелели. И это не считая множества более мелких ссадин и царапин по всему телу.

— Оно точно дохлое? — я кивнул на неподвижную тушу зверя, лежавшую в нескольких метрах позади Грона. — Тогда иди в медотсек, пусть доктор Блюм обработает раны, а ещё лучше давай-ка ты отдохнёшь денёк в медкапсуле.

Здоровяк спорить не стал, но очень тяжело и громко вздохнул. Всем своим видом он выражал явное недовольство, словно я отправлял его не на лечение, а на каторгу в радиоактивные рудники.

— Ладно, можно и без медкапсулы, если не хочешь. Умирающим ты не выглядишь, так что... Дай-ка гляну, — я протянул руку, желая осмотреть оружие, висевшее за плечом Грона.

Только сейчас обратил внимание, как сильно досталось винтовке. Пластиковые вставки приклада оказались растрощены, от них вообще мало что осталось, уцелело лишь несколько небольших осколков. И даже металлический корпус пришёл в негодность. Он был нещадно изогнут.

Судя по всему, здоровяк использовал винтовку не по прямому назначению и орудовал ею, как обычной дубинкой. Эту версию подтверждало и отсутствие на убитом звере пулевых ранений.

— Ладно этот, — я кивнул на стоявшего в сторонке Ская.

Из-за протоколов безопасности и различных директив дроид не мог применять стрелковое оружие. И не важно, был то морально устаревший огнестрел или передовая плазменная винтовка. Именно по этой причине Скай в упор и не попал в неподвижную цель, когда стрелял по мёртвому латиносу.

— Но ты-то чего, Грон?

Мне было сложно понять, чем руководствовался бывший космический десантник, уподобляясь пещерному человеку. Он то, в отличие от своего древнего прародителя, точно знал, что «палка» в его руках могла звучать подобно грому и «плеваться» смертельным огнём.

— Мусор, — после некой заминки ответил Грон, сообразив чего я от него добивался. — Заклинила после второго выстрела, — он скривился, ткнув указательным пальцем в останки винтовки в моих руках.

— Вот оно как, — действительно, как-то я не подумал о таком моменте. — Ладно, главное, что ты в поря... почти в порядке. И к тебе вернулся голос. Поздравляю, Грон, — я несколько раз по-дружески похлопал здоровяка по плечу. — Наконец-то сможем нормально пообщаться.

— Я всё сказал, — ответил он с каменным выражением лица, закончив наш диалог.

— Ну значит в другой раз поговорим.

Главное не забыть проверить остальные три трофейные винтовки. Лучше их выбросить, чем полагаться на оружие, которое в решающий момент подведёт.

Несмотря на скромные размеры зверя, в холке не доставал мне даже до колена, он оказался очень ловким и агрессивным, поэтому неплохо потрепал Грона. Очень сомневаюсь, что у любого другого из нас был бы хоть какой-то шанс отбиться от пушистого дьявола без оружия, одной грубой силой.

******

Прежде чем отправляться за грузом мы решили устроить барбекю. Во-первых, ещё не до конца распогодилось. Во-вторых, отдраивать капитанский мостик от блевоты совсем не входило в мои ближайшие планы. Вот и решил, что будет разумнее если между трапезой и взлётом с планеты пройдёт побольше времени, учитывая сумасшедшую тряску, которая нас ожидала.

— Мясо-о-о-о-о-о! Мясо-о-о-о-о-о! — вытанцовывал вокруг меня довольный Фло. — Мясо-о-о-о-о-о!

Шестилапый хищник с белоснежным мехом, идеально скрывающим его присутствие среди бесконечных зимних пейзажей, допустил смертельную ошибку. Он решил сожрать не того парня, и теперь сам стал нашим обедом. Безусловно, мясо у него было не самым лучшим — с куда большим удовольствием, любой из нас сожрал бы стейк из оленины. Но это была настоящая органика. Выросшая в дикой природе, а не на механизированной ферме. Безумно дорогой деликатес для наших краёв.

Не особо заботясь о сохранности шкуры, я освежевал шестилапа. Мех несомненно был превосходным, но в единственном экземпляре он не представлял особой ценности. Тем более, что заниматься выделкой было некому.

Когда закончил, я отправился в грузовой отсек искать подходящий металлический прут, чтобы насадить тушку. Грон в это время успел сходить в лес, сломал несколько веток и выстрогал из них рогачи.

Фло со Скаем натаскали хвороста и уже развели костёр. Удивительно, что рыжий не свернул себе шею. Он практически ни на минуту не спускал с меня глаз. Словно боялся, что я вдруг вцеплюсь зубами в сырое мясо и один всё съем. Четырёхрукий пускал слюни, предвкушая скорое наслаждение жаренным мясом. При этом на снегу около него уже валялось около десятка скомканных пустых обёрток от энергетических батончиков.

Куда в него столько влазило?

— Доктор Блюм, вы не могли бы позже обследовать и нашего четырёхрукого друга? — я заметил спускающегося по аппарели старика. — Судя по его нездоровому аппетиту, подозреваю, что дело может быть в паразитах.

— Очень похвально, что вы заботитесь о здоровье членов своего экипажа. Однако, уверяю вас, господин капитан, вам не о чем беспокоиться. Чрезмерный аппетит молодого человека является всего лишь безобидной особенностью организма шивы.

«Он обжора и это не лечится» — подумал я, понимая, что такое соседство на корабле влетит в копеечку.

— Он мне не нравится, — Фло не донёс до костра охапку дров и бросил её в снег себе под ноги, сразу же после чего демонстративно скрестил на груди руки.

— К слову, доктор, вам совсем не холодно? — меня немного удивило, что старик вышел на улицу нисколько не утеплившись.

Фло нашёл среди вещей Фроста тёплую куртку с меховой подстежкой. Чтобы сделать её для себя более комфортной, рыжий пришил к ней ещё одну пару рукавов.

Даже Скай кое-чем разжился. Понятия не имею где он отыскал этот раритет — старую, растянутую, вязаную шапку бордового цвета с изображением оленей и с огромным серым помпоном. Дроид натянул её на голову и поверх напялил корону.

— Нет, нисколько, — улыбнулся старик Блюм.

******

— Как же вкуфна-а-а-а-а...

— Уверены, что особенность безобидная? — тихо поинтересовался я у доктора Блюма, сидевшего слева от меня.

Как только Фло услышал, что мясо готово, он не ждал больше ни секунды. Парень сразу же, обжигая руки, оторвал от дымящейся тушки одну из лап. Вместо того чтобы дать мясу хоть немного остыть, он, охая и ахая чередовал руки. И пока одна пара держала пышущий жаром окорок, вторая погружалась в снег, даруя обожжённым пальцам блаженную прохладу.

Сам парень при этом, с закрытыми от удовольствия глазами и стекающими по щекам слезам радости, пытался поскорее прожевать и проглотить откушенный шмат мяса.

— Дафе фкуфнее, фем батонфики, — невнятно промямлил Фло с набитым ртом, продолжая мычать одновременно от удовольствия и ожогов.

О боги, он что впервые попробовал мясо? Что значит «даже вкуснее, чем батончики»? Судя по лицам, это удивило не только меня, но развивать тему не стали.

Постепенно и остальные принялись за еду.

Мне уже порядком осточертело питаться водорослями и различными безвкусными синтетическими заменителями. Поэтому я в принципе был несказанно рад любому натуральному мясу. Но рыжий вовсе не преувеличивал, несмотря на жёсткость и горечь, обычно присущие мясу хищников, пойманный зверь действительно оказался довольно вкусным. А как мясо вкусно пахло легким дымным ароматом, приготовленное на улице на открытом огне.

После того как немного насытились, некоторое время мы просто сидели молча. Каждый думал о чём-то своём, наслаждаясь хорошей погодой и теплом, исходящим от догорающего костра.

Первым молчание нарушил доктор Блюм. Он невзначай озвучил наиболее насущный для всех вопрос. Старик поинтересовался, что каждый из нас планировал делать дальше, после того, как улетим из этой системы.

На самом деле вопрос адресовался только двоим присутствующим — Грону и Фло. По сути нас ничего не связывало, поэтому они могли пожелать уйти в любой момент, как только уберёмся отсюда.

— Некуда идти, — электронным голосом заговорил браском Грона. — Метрополия. Изгнан.

В принципе я догадывался о чём-то подобном. Нейроимплант удаляли далеко не просто так, а за какие-то довольно серьезные проступки, и после процедуры для таких людей в золотых мирах уже не было места. Так что теперь, куда бы здоровяк не подался, он везде будет считаться чужим.

Для метропольцев лишённый своего биоимпланта он уже даже не человек, а брак — сломанная вещь. А для людей из внешних звёздных систем он навсегда останется ненавистным выходцем одного из золотых миров.

— Можешь остаться на Цере и полететь вместе с нами. Правда, как сам видишь, путешествие вряд ли будет лёгким. Но ничего другого предложить не могу.

— Спасибо, лжекапитан, — прохрипел динамик на браскоме Грона, воплотив в жизнь коварный замысел дроида по автозамене моего имени.

— А что насчёт вас, молодой человек? — обратился старик Блюм к рыжему.

Тот, продолжая обгладывать кость, тихо пробормотал:

— Не хочу остаться один. Не люблю одиночество. Так что пока я тоже с вами.

— Значит будем вместе и в горе и в радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии пока голод не разлучит нас, — пошутил я.

— И его шутки мне тоже не нравятся, — не остался в долгу Фло.

******

— Ну вот кто тебя тянул за язык? — злобно бросил дроид в сторону Фло, глядя на удаляющегося от корабля Декстера.

— А что я такого сказал? — развёл он в ответ всеми четырьмя руками. — Твою же шутку повторил, между прочим.

— Мою? — опешил Скай.

— Да! Ты же сам пару часов назад шутил про его брата.

— Про вымышленного. Понимаешь? Поэтому и придумал ему глупое имя, выдумал, что он шестиюродный и что он чернокожий вдобавок. Чтобы сразу было понятно, что это шутка.

— Так и я же хотел про него...

— Хотел может и про него, но в итоге напомнил Декстеру именно про родного брата. Молодец, поздравляю, испортил ему настроение.

— Простите, но, насколько мне известно, у Декстера нет и никогда не было братьев или сестёр, — в спор вмешался доктор Блюм. — Ещё до нашей с ним первой встречи, я внимательно ознакомился с его личным делом.

— Декстера продали на этот корабль ещё ребёнком, — Скай, не оглядываясь, указал большим пальцем себе за спину, — продали вместе со старшим братом.

— Что значит продали? И почему нужно скрывать, что у него есть брат?

Глава 12

— Говоря продали, вы имеете в виду...

— Доктор, говоря продали, я имею в виду, что Декстера продали.

— Но как такое возможно? — старик Блюм вскинул худощавые руки к небу. — Я ведь собственными глазами видел официальные документы гражданина Декстера Гхара.

— Напомните, что именно в них о нём пишут?

— К сожалению, досконально пересказать его биографию не смогу. Но общую суть помню. Официально, Декстер единственный ребёнок в семье. Рано осиротел — родители погибли во время какого-то военного конфликта. Точнее не скажу, извините, запамятовал. Сколько уже было разборок пограничных миров с Метрополией, все и не упомнить.

Правительство Метрополии запустило социальную программу поддержки для выживших сирот. И по этой программе Декстер официально трудоустроился на Церу. Собственно, именно так он и стал новым собственником корабля. Потому что всё было официально оформлено.

— Во-первых, временным собственником, а во-вторых, только половины корабля!

Дроид ещё несколько минут возмущался, допущенной доктором неточностью, посягающей на его законные пятьдесят процентов. Убедившись, что старик не собирается вступать в спор, Скай вернулся к основной теме беседы.

— Военный конфликт о котором вы упомянули — сражение за систему двойной звезды Таура. Хотя на деле это было лишь актом устрашения и демонстрацией силы. Иначе мне не понять военной необходимости в тотальной орбитальной бомбардировке единственной планеты пригодной для жизни в Таура.

— Метрополия в своём стиле. С моей родиной они поступили практически так же, — Фло сжал кулаки. — Сбросили бомбы на головы мирных жителей и назвали это красивым словом — демократия.

— Согласен, — кивнул дроид и покосился на невозмутимого Грона. Космодесантнику, казалось, вообще было плевать о чём говорили его новые товарищи. — Методы Метрополии жестоки, а политика сплошное лицемерие. И пример Декстера этому яркий пример.

Сперва объединенная армада золотых миров вторглась в независимую Таура и разбомбила крохотную промышленную планету. А потом сама же Метрополия вдруг бросилась всех спасать. Видные общественные и политические деятели взялись учреждать фонды для помощи выжившим сиротам. Размах их рекламной кампании по сбору средств поражал. Не меньше поражал и тот факт, что направлена она была не на жителей центра и потому проводилась не внутри Метрополии, а во внешних мирах.

Когда деньги были собраны и пришло время воплотить задуманную помощь в жизнь, Метрополия не придумала ничего лучше, чем помочь выжившим детям освоить какую-нибудь полезную профессию. Разумеется речь шла не о дорогостоящей и длительной учёбе в различных университетах. Среди поступающих и без чужих детей слишком большая конкуренция. Вмешательство и давление в этом вопросе лишь подогрело бы недовольство среди населения внешних миров действиями Метрополии.

Поэтому многие тысячи сирот, спасшихся во время бомбардировки, просто официально трудоустроили. Фонд обязался компенсировать их работодателям две трети установленной минимальной заработной платы. Так по программе помощи, в качестве ученика Декстер попал на транспортный звездолёт Цера.

— Так звучит официальная версия, с которой вы успели лично ознакомиться.

— Всё верно, а неофициальная?

— Правдивая, — поправил Скай старого доктора.

— Да, да, — соглашаясь, тот энергично закивал головой, едва не уронив свой цилиндр.

— Правда в том, что Декстер Гхар много лет тому назад погиб. Мальчик сгорел под бомбами вместе со своими родителями и сотнями тысяч других убитых людей.

— А кто же тогда он? — Фло, открывший от удивления рот, указал обеими правыми руками в сторону, куда недавно ушёл тот, кого он считал Декстером.

— Он? — дроид выдержал небольшую паузу. — Он тот, кто стал Декстером. Тот, кто занял место погибшего ребёнка.

— Скай, объясните наконец в чем дело, — не выдержал доктор. — Вы же ничего толком не прояснили, и только ещё больше всех запутали, — старик хитро прищурил глаза и добавил. — Капитан, будьте добры открыть нам подлинную историю Декстера.

— Слушайте, — полностью завладевший вниманием слушателей, робот хлопнул себя по колену и продолжил.

Для части детей инициатива Метрополии оказалась не спасительной помощью, а настоящим адом и продолжением нескончаемых страданий. Выплата компенсации двух третей минимальной зарплаты и другие обещанные привилегии превратили детей на невольничьих рынках в специфический и один из наиболее востребованных товаров в узких кругах.

— Узких кругах?

— Я про космических пиратов.

— Пиратов? — рыжий чуть не подавился, услышав подобное.

— Благодаря поддельным документам, Декстер и его брат из обычных сирот превратились в сирот Таура. Тогда их продали на пиратский корабль, вынудили забыть собственные имена, отречься от прошлого и принять новые личности.

— Но зачем им на корабле дети?

— Между прочим очень выгодная покупка. Помимо ежемесячной денежной компенсации, команде было на кого свалить всю грязную работу. К тому же наличие на борту сирот Таура автоматически повышало лояльность властей небольшого числа внешних миров и в некоторых случаях могло открыть экипажу корабля для посещения ранее недоступные космопорты.

— И что это за случаи?

— Посещение больниц.

— Не совсем понимаю, — Фло почесал затылок.

— Метрополия ещё и полностью компенсировала затраты на лечение детей в случае возникновения необходимости в оказании им неотложной медицинской помощи. Пираты вовсю пользовались этой лазейкой. Доктора тоже вовсю этим пользовались. Они закрывали глаза и не задавали лишних вопросов, когда видели результаты бесконечных «несчастных» случаев: переломы, сотрясения и повреждения органов. Взамен пираты ставили подписи под итоговым документом с перечнем предоставленных медицинских услуг, не обращая внимание на множество лишних пунктов. Выигрывали все, кроме Декстера с братом.

— Бли-и-и-и-ин... это очень жестоко. Почему они не сбежали?

— Они сбежали. Но их быстро вернули обратно.

— Ну можно же было попробовать ещё раз. Нужно было обратиться за помощью в полицию и рассказать обо всём, и тогда...

— Фло, успокойтесь, я прекрасно понимаю ваши чувства, но прошлого уже не изменить, — доктор коснулся плеча парня. — Всё что мы сейчас можем, просто дослушать истинную историю Декстера и возможно немного лучше его понять.

— Забавно, — хмыкнул дроид. — Ведь они именно так и поступили. Сбежали и попросили помощи у космического рейнджера, на которого случайно наткнулись по пути к полицейскому участку. И знаешь что? Рейнджер и вернул ребят обратно к пиратам. А спланировать новый побег им уже было не суждено.

— Почему?

— В наказание каждого из них отправили в медкапсулу. Иначе после воспитательных побоев они бы попросту умерли. К моменту, когда братья оклемались и встали на ноги бежать уже было некуда. В плане добычи набег на удалённое поселение колонистов был весьма успешным. Очень богатый улов. Однако во время погони корабль пиратов получил повреждения и теперь застрял в межзвёздной пустоте.

Как ни старались механики, им не удалось починить вышедшую из строя систему жизнеобеспечения. В довесок они лишь чудом смогли оживить один из сверхсветовых приводов. При этом двигатель мог работать лишь на минимальной мощности.

Полётные расчёты с новыми вводными оказались неутешительны. Из-за неисправной системы жизнеобеспечения, к моменту, когда корабль мог своим ходом достичь нужной точки, всё члены экипажа на борту уже оказывались мертвы от удушения.

Они должны были либо найти способ ускорить полёт, или избавиться от ворованного груза и подать сигнал бедствия, вызывая на помощь.

Однако капитан выбрал третий вариант.

Вместо груза он хладнокровно избавился от членов собственной команды, помимо себя оставив лишь необходимый для выживания минимум: своего младшего брата Клауса, доктора Ши и одного механика.

Доктор должен был погрузить всех кроме механика в искусственную кому, тем самым значительно сократив потребление кислорода.

Механик заявил, что ему позарез нужен помощник. Учитывая причинённый ущерб системам корабля без дополнительной пары рук попросту не обойтись. Тогда доктор Ши сказал, что лучшим решением будет мелкий пацан. В отличие от взрослого он не мог повлиять на общую картину с остатками кислорода, усугубив её ещё больше.

— А брат Декстера? — Фло сглотнул подступивший к горлу ком.

— Его вместе с остальными на глазах у Декстера выбросили в космос.

— И после такого они не побоялись, что он захочет отомстить за брата? Как-то слишком самонадеянно!

— Ты разве не слышал, что сказал доктор Блюм? Декстер единственный ребёнок в семье. Никаких братьев. Поэтому пираты даже не подозревали, что совершили ошибку, оставив парня в живых. Ведь он не собирался прощать им убийство брата. Вот почему Декстер больше никогда не пытался убежать, несмотря на то, как бы ужасно с ним не обращались. Декс стал воплощением выражения «что нас не убивает — делает нас сильнее». Он понимал, что ребёнку не под силу отомстить, поэтому поставил перед собой цель и шёл к ней. Он составил список людей, которых собирался убить и стал готовиться. Парень долгие годы жил среди тех, кого ненавидел всем сердцем. Он изучал своих врагов и одновременно учился у них, тщательно впитывая каждую крупицу информации. Даже больной на голову параноик Фрост по своему стал для него учителем. Может по Дексу и не скажешь, но...

— Что?

— Вполне возможно, в бою он смог бы победить даже Грона. Конечно не без хитрости и уловок.

— Ну-у-у-у... даже если у него и получится, то только случайно и вообще... это будет настоящее чудо, — шмыгнул носом Фло, взглянув на громадного Грона. — И дважды такое повторить не удастся.

Рыжему было сложно представить, как Декстер мог выйти победителем из схватки с Гроном. Глядя на гигантского космодесантника, парень действительно не понимал, что ему можно было противопоставить. Два с лишним метра роста и вес далеко за сотню килограмм, плюс навыки рукопашного боя против... против чего? В лучшем случае, по мнению Фло, рост Декстера достигал метра восьмидесяти. И весил он, судя по его поджарой фигуре, в пределах от семидесяти до восьмидесяти килограмм.

— Согласен, но ответь мне на один вопрос, Фло. Сколько раз нужно убить человека, чтобы тот умер? Вот именно! Одного раза достаточно.

— И много имён в его списке?

— За всё время набралось больше двух десятков. Но большинство уже вычеркнуты.

— Он уже почти всех убил?

— Скажем так, Декстер по философски подошёл к решению данного вопроса. Сам он ни разу не нажал на спусковой крючок. Все смерти произошли в результате несчастных случаев.

— Ты ведь сейчас шутишь, да?

— Фло, мой четырёхрукий друг, а где, по-твоему, весь экипаж корабля?

— Мне одному кажется, что годы такого соседства не прошли для его психики без последствий и превратили парня в маньяка? — Фло вдруг перешёл на шёпот, словно боялся, что Декстер мог его услышать. — Жаль конечно его брата, но куча трупов даже в результате «несчастных» случаев это же не совсем нормально. Что если он решит и нас... — парень сглотнул и провёл большим пальцем по своей шее. — Я не хочу умирать!

— Тогда постарайся сделать так, чтобы твоё имя не оказалось в его списке, — зловещим голосом проговорил дроид и захихикал. — Главное почаще напоминай ему о том, что он тебе не нравится... бу-га-га... А если серьёзно, то никто никого тут насильно не держит. Если захочешь, ты можешь сойти с корабля в любое время.

— Да пошутил я, — быстро врубил заднюю Фло и изобразил на лице обиду. — После такого любой бы на его месте...

— И много не вычеркнутых имён осталось в этом списке? — поинтересовался доктор Блюм.

— Знаю только, что номера один и два ещё точно не вычеркнуты. Священник, продавший их пиратам и капитан корабля, убивший его брата. Но и помимо этих двоих имеются смертники.

— Лжекапитан, — Грон впервые подал признаки жизни, заставив браском заговорить. Молчаливый громила дождался пока все на него посмотрели и указал пальцем на линию горизонта, где угадывался чей-то далёкий силуэт.

— Меняем тему, — быстро спохватился Скай.

******

Прогулка пошла мне на пользу.

Получилось успокоиться, хотя не знаю почему меня так задели слова рыжего. Он ведь не специально ляпнул про моего мёртвого брата. Наверняка же подслушал нас со Скаем тогда на мостике и теперь просто малость неудачно переиначил шутку.

Зато пока бродил, получилось отыскать и место с тайником. Я легко его приметил. Стоило только подняться на пригорок и осмотреться, как глаза сразу же зацепились за несколько массивных снежных сугробов, расположившихся у самой кромки леса. По моим прикидкам от корабля до них было не более километра. Учитывая условия при посадке — это весьма хороший результат. Хотя, топливо всё равно придётся тратить, пусть и на такой короткий перелёт.

По другому контейнеры до корабля без спецтехники нам не перетащить.

Сидевшие около костра встретили моё возвращение гробовым молчанием.

— Чего это вы на меня так смотрите? — спросил я, не понимая причин столь пристального внимания. — А с тобой что не так? — Фло показался мне каким-то не таким.

— Соскучились по капитану, — хохотнул Скай, за что сразу получил от меня подзатыльник. — Вы все видели? Он же ударил меня. Доктор нужно немедленно снять побои, — поправляя шапку с короной, дроид вскочил на ноги, — будете моими свидетелями в суде. Вот теперь я тебя засужу. Всё, Декстер, ты доигрался.

— Ага, парни, давайте собираться, нам пора, — я проигнорировал актёрскую игру дроида и направился внутрь корабля. — Засиделись мы на этой планете.

Странно, но первым бросился выполнять моё указание четырёхрукий. В буквальном смысле бросился, словно от этого зависела его жизнь. И вдруг я понял, что именно показалось в поведении рыжего необычным.

Несмотря на оставшийся приличных размеров кусок зажаренного мяса, парень не пытался его сожрать.

Неужели наелся наконец?

По сути, после посиделок ребятам особо нечего было убирать. Скай с Гроном быстро закинули обратно в грузовой отсек пустые ящики на которых сидели, а Фло взялся отнести остатки мяса в холодильник. И может даже донёс. Любопытства ради, надо будет позже проверить.

Не прошло и десяти минут, как я поднял Церу в воздух, только для того, чтобы ещё через минуту совершить посадку.

Потоки ветра, разогнанные силовыми приводами корабля практически полностью очистили контейнера и ящики от внушительного слоя снега.

Скай первым вылетел из корабля. Точнее выкатился. Дроид так спешил, что споткнулся и кубарем скатился по аппарели, пока не уткнулся головой в снежный сугроб.

Не обращая внимания на наш смех, он резво подскочил на ноги и бросился к ящикам.

— Ура-а-а-а-а! — дроид переворачивал все ящики, высыпая содержимое прямо на снег, пока не поднял над головой небольшой пластиковый бокс, внутри которого хранился ремкомплект. — Наконец-то-о-о-о-о-о-о!

Но уже через пару мгновений его крик сменил интонацию звучания с восторга на возмущение. Грон продемонстрировал поражающую скорость. Один стремительный рывок позволил здоровяку нагнать дроида и выхватить из его рук ремкомплект.

— Эй, а ну верни! — Скай подпрыгивал, тщетно стараясь вернуть своё сокровище. Без лестницы у робота не было даже шанса достать до бокса. — Это моё-ё-ё-ё!

— Чини, — пробасил Грон и ткнул браскомом дроиду прямо в лицо.

— Грон, это же шантаж. Как доблестный космодесантник мог опуститься до... до... до уровня Декстера, — Скай внезапно запустил в меня снежком.

Для меня не составило труда уклониться. Всего-то нужно было слегка отклониться в сторону. А вот рыжий проморгал угрозу и снежный снаряд врезался прямиком в его веснушчатое лицо.

— АПЧХИ! — парень не удержался на ногах и упал на задницу.

— Война-а-а-а-а-а-а, — завопил дроид и принялся обстреливать дезориентированного Фло снежками.

Останавливать парней я не стал. Пусть немного подурачатся, если им так хочется выпустить пар. Всё равно вылет ещё не скоро. Даже после того, как загрузимся, придётся ждать пока орбитальная станция не уйдёт на новый виток вокруг планеты. Иначе после взлёта мы рисковали засветиться на её радарах.

Победителем нашего весёлого междусобойчика оказался Грон. В меткости, а особенно в силе бросков молчаливому гиганту не нашлось равных. Когда после очередного попадания у рыжего заплыл и второй глаз, я последовал примеру Фло и сразу вслед за ним тоже капитулировал.

— Я ещё не проиграл, — Скай барахтался, безуспешно пытаясь выбраться из-под огромной снежной глыбы под которой Грон его практически похоронил. — Я ещё не всё!

— Парни, с чемпионом определились. Теперь пора закончить работу ради которой мы сюда прилетели. Пошли, — я вынес из трюма магнитную лебёдку и направился к контейнерам. — А ты, Скай, собери всё что разбросал обратно в ящики и тащи на корабль.

— Кстати, а что там внутри? — Фло несколько раз ударил ногой по одному из контейнеров.

Глава 13

С погрузкой пришлось провозиться больше четырёх часов.

Мощные воздушные потоки, разогнанные двигателями корабля при посадке, не только сдули с груза укрывавший его слой снега, но и сдвинули сами контейнеры. В результате у лебёдки банально не хватало длины троса, чтобы даже хоть как-то зацепиться за корабль. Не говоря уже про сцепку под нужным углом необходимую, чтобы затащить груз в пустую часть трюма и не завалить двухъярусную формацию ящиков с минералами.

Самое обидное, я облазил все закутки на корабле, но так и не нашёл ничего подходящего, чем можно было удлинить трос.

Повторная попытка посадить корабль оказалась пустой тратой топлива. Под воздействием сильных завихрений контейнеры снова сдвинулись и оказались в ещё более неудобной для погрузки позиции.

Продолжать не стали. Пробовать снова было слишком рискованно. Ещё немного и контейнеры могли оказаться уже среди деревьев. Стоило грузу упереться в корни вековых лесных гигантов, как лебёдка стала бы бесполезной. И тогда шансы их вытащить упали бы практически до нуля.

Попытки вбить лом в землю, чтобы за него зацепиться, тоже не увенчались успехом. Грунт оказался слишком промёрзшим. Как мы не старались, но стоило активировать лебёдку и она практически мгновенно выдёргивала лом из земли.

Пришлось подойти к решению задачи немного иначе и действовать старым, ещё пра-прадедовским, способом.

Я сбегал на корабль и спустя пару минут вручил всем по лопате. Заодно заскочил в медотсек и позвал на помощь доктора Блюма. Не знаю был ли от дряхлого старика хоть какой-то толк, но он не отлынивал и, краснея от напряжения, пыхтел наравне со всеми.

После расчистки снега пришло время взяться за ломы. Используя их в качестве рычагов, мы поддевали контейнер и потихоньку двигали к кораблю. Очень потихоньку — всего по пять-шесть сантиметров за раз.

Адская работёнка.

И всё это время рыжий не оставлял меня в покое.

— Декстер, что внутри контейнера?

— Не скажу.

— Почему?

— Просто не скажу и всё. Отстань.

— Ну Декстер, скажи, — продолжал канючить рыжий. — Ну ка-пи-та-а-ан.

— Э-э-э-эй! Настоящий капитан тут только один... — возмутился Скай.

— Толка-а-а-айте! — сквозь зубы прорычал Грон.

Недовольство здоровяка было понятно. Мы, конечно, помогали по мере сил, но основная тяжесть легла именно на плечи молчуна. Поэтому наша словесная перепалка, должно быть, здорово его достала.

— Ладно, ладно, — то ли обиделся, то ли испугался Фло.

Больше, до самого завершения работ, он не проронил ни слова. Хотя скорее всего просто выдохся. Потому как, лично я дико вымотался и в конце, ноги уже тряслись от усталости. Тело успело отвыкнуть от подобных нагрузок.

Даже гора мышц — Грон умаялся не на шутку. Его кожа приобрела насыщенный красный оттенок и от него вверх валил густой пар, будто здоровяк только выскочил из парилки. Громила даже расстегнул рубашку, чтобы немного охладиться. Настолько ему было жарко.

По идее это был последний перекур. Один контейнер уже занял своё место у дальней стены внутри грузового отсека. Оставалось сместить второй на жалкие пятнадцать сантиметров и получится зацепиться за него крюком лебёдки.

Осталось совсем чуть-чуть. Мы практически закончили.

******

— Теперь скажешь? — вытирая рукавом пот, Фло дышал, как загнанная лошадь. Он сел на пол и, закрыв глаза, облокотился на контейнер.

— От... стань, — меньше всего на свете сейчас мне хотелось разговаривать. Я знал, что стоит начать и обсуждение груза затянется. Меня просто утопят во множестве вопросов. В большинстве дурацких.

— Ну мы же... закончили уже, — не сдавался четырёхрукий.

— Отвали, сказал, — отмахнулся я и нажал кнопку закрытия грузового отсека. Под потолком замигали оранжевые лампы оповещения. По полу прокатилась лёгкая волна едва ощутимой вибрации и аппарель пришла в движение, начав подниматься.

— Ну, Дексте-е-е-р! — голос Фло перешёл на ультразвук.

Я обернулся, собираясь сказать ему пару ласковых и напомнить, что мы не на увеселительной прогулке. И всю необходимую информацию он получит тогда, когда я сочту необходимым. А не по первому его требованию из-за капризов.

Терпение Грона лопнуло на долю секунды раньше.

— МЯСО! — здоровяк от души ударил ломом по контейнеру, оставив на нём неглубокую вмятину и малость оглушив сидевшего рядом Фло. — Я всё сказал!

Маркировка контейнеров только на первый взгляд выглядела сложной. Знающему человеку разобраться в ней не составляло никакого труда.

Грон, наверняка, за годы службы на флоте Метрополии насмотрелся на подобные контейнеры. А даже если уже успел что-то подзабыть, то за последние несколько часов очень близкого контакта, когда надписи постоянно маячили прямо перед глазами, всё вспомнилось.

И теперь он безошибочно определил содержимое контейнеров. Внутри действительно находились мясные консервы. Не знаю где и когда, а главное вообще как, но Синдикат сумел ограбить армейский склад хранения на территории одного из Золотых миров.

Ума не приложу, как им удалось проникнуть сквозь периметр и вывезти такой объем украденного. Хотя, возможно, они перехватили консервы где-то во внешних мирах. Во время их доставки к экспедиционным войскам Метрополии. Но лично мне такой вариант казался менее реалистичным. Ведь для этого пришлось бы брать на абордаж пусть и транспортное судно, но всё-таки с солдатами на борту. И, учитывая разницу в технологическом оснащении, у Синдиката не было шансов выйти победителями в прямом боестолкновении. Да там даже шансов выжить не было, не говоря уже о чём-то другом.

— Мя... кха-кха... мяс... кха-а-а...? — Фло зашёлся сильным кашлем, словно курильщик со стажем длиною в жизнь. Лицо налилось кровью и его буквально согнуло пополам.

— Скай, похлопай его по спине, он же сейчас задохнётся.

— А что сразу Скай? Я ему, что ли, про мясо сказал? Нет, вот пусть тот, кто это сделал теперь и хлопает. И вообще, я тут занят! — дроид помахал в воздухе браскомом, который взялся перенастроить, чтобы взамен наш молчаливый пляжный парень вернул ему ремкомплект.

Не сговариваясь, мы с доктором Блюмом посмотрели на Грона. Здоровяк недовольно цыкнул, тяжело вздохнул и, судя по всему, закатил глаза. Хотя из-за его очков никто из нас этого не мог видеть.

Он молча снова подошёл к парню, задыхающемуся в приступе дикого кашля.

В последний миг в обречённом взгляде Фло промелькнуло осознание неизбежного и его зрачки расширились от ужаса. Он выставил перед собой руки, постарался отмахнуться, но уже было слишком поздно спасаться от «помощи» товарища. Размашистым шлепком космодесантник обрушил свою пятерню на спину рыжего и вышиб из его лёгких весь воздух.

Удивительно, что ничего не сломал. Уверен мне не послышалось, как хрустнули его кости.

— Живой? — после поднятия аппарели я подошёл к ним, оттеснил Грона в сторону и склонился над «умирающим» Фло.

Тот с выступившими слезами на глазах молча кивнул.

— Теперь ты доволен? Утолил своё любопытство? — я улыбался. Не знаю почему, но меня очень забавляло смотреть на обескураженного и слегка контуженного Фло. — В контейнерах действительно мясо. Но даже не вздумай облизываться на него. Эти консервы не для тебя.

Грон на самом деле оказал медвежью услугу. Нашёл кому рассказать о столь ценном содержимом груза. Но Скай очень правильно подметил — «кто кашу заварил, тот пусть и расхлебывает».

Так что я взвалил новую головную боль на Грона. Назначил его ответственным за сохранность груза. И разрешил применять любые необходимые нелетальные меры воздействия против вредителей.

Услышав мои слова, у Фло задрожали губы и предательски заурчало в животе.

— Батончики ешь, они же вкусные, ты сам сказал, — развёл я руками, не купившись на его умоляющий взгляд профессионального попрошайки. — А консервы все на продажу. Я тоже всё сказал.

Убедившись, что весь груз закреплён, как полагается, я отправился на мостик. Остальные тоже не стали задерживаться в отсеке.

******

— Полетели.

— ...

— Эй, полетели.

— ...

— Декстер, ты меня вообще слышишь?

— К огромному сожалению — да! Я тебя слышу, Скай.

— Тогда полетели!

— Сказал ведь, что взлетим сразу после того, как Солис достаточно удалится и мы не будем попадать в зону действия её радаров. Сейчас станция наоборот приближается к нам. И через двадцать минут вообще будет проходить практически над нами. Так что ждём! Пожалуйста, жди молча! И пристегнись!

— Если никуда не летим, то зачем пристёгиваться? — недовольно пробурчал дроид.

Он медленно вернулся к пульту управления, занял кресло пилота и, намеренно как можно громче бряцая замками ремней, пристегнулся.

— Могу я задать вам вопрос? — теперь доктор Блюм вдруг решил поговорить.

Я не ответил. Лишь молча взмахнул рукой, призывая старика продолжать.

— Если правильно понимаю, вы планируете продать консервы в шахтёрской колонии на Соунми. Собственно, ведь ничего другого на продажу на борту корабля сейчас нет.

— Да, именно так. Ну и минералы заодно постараюсь скинуть. Много не заплатят, но и таскать их за собой не вижу смысла.

— Разумное решение, — кивнул старик. — Однако один момент никак не даёт мне покоя. Не знаю, возможно, я зря переживаю и это всё мелочи, но вы поймите меня правильно, я ведь...

— Доктор, я весь внимание, — пришлось прервать его неуверенное бормотание, иначе он так и продолжил бы жевать сопли. — Давайте чуточку короче и по существу.

— Сроки! — громко выпалил дед. — Если я не ошибся, а я уверен, что не ошибся, то маркировка на контейнере говорит о том, что он был опломбирован без малого почти сорок лет назад. Получается, что и консервам внутри в лучшем случае столько же лет. Если не больше.

— Бу-га-га... Декс, ну ты и жмот, — хохотнул дроид. — Зажал для Фло пару банок просрочки... бу-га-га... Но, а вообще... — Скай вдруг перестал смеяться и посерьёзнел. — Как такой неликвид продавать собираешься? Шахтёры конечно парни не привередливые. Не зря же говорят, что они камни жрут на завтрак и машинным маслом запивают. Но мясо почти полувековой давности... Скорее всего даже для них это уже будет перебор и тебя пошлют прямым текстом.

— Шахтёры и за бесплатно жрать не станут, а Синдикат готов глотки рвать лишь бы вернуть груз. Ничего не настораживает?

— Действительно, как-то не сходится, — согласился со мной доктор.

— Потому что эти консервы — армейский спецрезерв, и могут храниться не менее восьмидесяти лет. На слово верить никого не прошу. На каждой банке указан производитель — «Метрополия» и выбит срок годности. Честно говоря, доктор, я удивлен, что вы гражданин Метрополии и не знали о подобном.

— А зачем им консервы, если за счёт внешних миров обеспечивается постоянный поток свежих продуктов, — насупился Фло. — Разве что только для армии и флота.

Пусть рыжий сейчас и ляпнул всё это сгоряча, не задумываясь, просто от обиды. Но его слова имели смысл. Скорее всего доктор на самом деле никогда до этого момента, как человек не военный, в глаза не видел такие консервы.

— Одну минуточку, — Скай отстегнулся, вышел на центр мостика и, повернувшись к нам лицом, опёрся на тактический стол навигации. — Знаешь, Декс, вот ты сейчас сказал о том, что Синдикат глотки готов рвать лишь бы вернуть консервы и я задумался. Мясо оно конечно дорогое, но разве для организации такого масштаба пара контейнеров это не капля в море? Как-то не сходится, — повторил он мои слова.

— Сходится, если учесть, что это не обычное мясо, — ответил я. — Когда-нибудь слышали о птице Рух с планеты Изом?

Изом — зелёная планета, утопающая в бесконечных лесах и родина гигантских существ.

Жуки размером с собаку своими мощными жвалами вскрывали даже бронескафандры, словно консервные банки. Кровососущие насекомые, бесшумно пикировали с густых верхушек деревьев на ничего не подозревающих людей. Через минуту оставляя после себя на земле полностью обескровленное и мумифицированное тело жертвы.

Другие представители местной флоры и фауны представляли собой не меньшую, а порой даже большую опасность.

Гигантская хищная птица Рух, была способна схватить и унести в своё гнездо добычу даже весом порядка десяти тонн. При помощи мощного клюва и когтей она с лёгкостью вскрывала даже тяжёлые бронемашины.

Даже Метрополия оказалась вынужденной отступить перед такой мощью и отказаться от колонизации планеты. Ведь никто и начать толком ничего не успел, а цифры потерь уже ужасали.

Впрочем, даже не имея на планете постоянных баз, люди не забыли о ней и продолжили посещать Изом.

Их интересовала охота на птенцов Руха. Мясо малышей, в отличие от взрослых особей, годилось в пищу. И по вкусовым качествам оно не знало себе равных.

Но теперь птица уже более полувека считалась вымершей. Что делало консервы из её мяса самым ценным, что мне когда-либо доводилось перевозить на Цере. Куча людей готова отвалить солидную сумму, только чтобы полакомиться этим деликатесом, которого больше никогда и нигде не смогут достать.

— И ты собираешься продать мясо Руха камнеедам? — вскинулся Скай. — Ты в своём уме?

— Вот именно! — поддержал его Фло. Рыжий тоже отстегнулся от кресла и встал рядом с дроидом. — И вообще откуда у шахтёров такие деньги?

— Точно! Наши консервы им не по карману!

Прежде чем я успел хоть что-то ответить, на моём браскоме включился звуковой сигнал. Если сработало оповещение значит станция Солис ушла на новый виток вокруг планеты и сейчас у нас появилось окно для безопасного взлёта.

— Потом продолжим разговор, — я приступил к прогреву двигателей перед их запуском. — Надеюсь, все помнят, что случилось с латиносами?

Скаю хватило пяти секунд, чтобы вернуться в кресло и пристегнуться. А вот Фло не сразу сообразил к чему это я.

Взлёт прошёл штатно.

Оказавшись в космосе, я вбил заранее просчитанные параметры курса движения и приступил к разгону. Достигнув предельной скорости, заглушил все двигатели и заблокировал управление, активировав доступ только по капитанскому коду.

Доктор и космодесантник сомнений не вызывали. А вот дроид и четырёхрукий запросто могли по глупости дел натворить. С этой парочки станется поиграть в пилота звездолёта, дёргать штурвал и нажимать на всё подряд, не отдавая себе отчёта о возможных последствиях.

******

Забавно, я выживал столько лет среди жестоких преступников в условиях, не уступающих настоящему аду, и думал, что меня уже ничем не пронять. О боги, как же сильно я ошибался на этот счёт.

Фло без сомнения самый прожорливый и самый упёртый, кого я знал. Даже Скай со своими заскоками по поводу совместного владения кораблём и требованиями составить завещание, померк на фоне рыжего.

— Всего одну. Съедим одну на всех. Просто попробовать, — клянчил он, безжалостно уничтожая запасы энергетических батончиков.

— Пятьдесят тысяч кредитов, — я раз за разом давал ему один и тот же ответ. — И деньги вперёд. В долг не даю.

И так изо дня в день уже почти неделю. Я даже старался лишний раз из каюты не выходить. Лишь изредка покидал своё убежище, только чтобы быстренько сбегать на мостик и проверить, как проходит полёт.

******

— Достало уже тут торчать, — зевнул, прикрывая рот кулаком молодой парень с ярко-зелёным ирокезом на лысой голове. — Реально уже жопа затекла, сидим нифига не делаем.

— Ну ты голова, Спайк, — приоткрыл глаза дремлющий в соседнем кресле парень и широко улыбнулся, демонстрируя щербинку между верхними зубами. — Жопа у него затекла, — он замолчал, осторожно выглянул из-за спинки своего кресла и тихо добавил. — Если она тебя услышит, гарантирую, твоя жопа ещё очень долго не будет знать покоя.

Спайк поёжился от такой перспективы и тоже наклонился немного в сторону, чтобы заглянуть вглубь салона. Ему повезло — Ниамея спала и не слышала их разговора.

— Как по мне, то уж лучше оказаться взаперти с этой фурией, — щербатый кивнул за спину. — Чем гоняться за кем-то по огромной станции и рисковать жизнью. Тем более, что нам за каждый день ожидания доплачивают. А теперь не мешай и дай поспать.

Дейв действительно считал, что им повезло. На орбитальной станции высадили группу для ликвидации какого-то парня, а сами умчались на противоположную сторону системы. Заскочили в шахтёрскую колонию на каменистом спутнике газового гиганта. А когда всё проверили, то узнали, что их цель сюда ещё даже не добралась. Тогда Ниамея решила воспользоваться преимуществом во времени, подготовить ловушку и провести захват в космосе.

— Да спи, кто тебе мешает, — шмыгнул носом Спайк и тоже откинулся в кресле.

Однако прошло всего несколько минут прежде чем он локтем ткнул в рёбра своего соседа.

— Дейв, смотри, кажись начинается.

На экране радара появилась яркая миниатюрная схема корабля, идущего курсом на сближение. Сигнатура по всем параметрам соответствовала транспортному звездолёту класса «Пегас».

— Буди её, — Дейв протёр глаза, прогоняя остатки сна.

— Почему я?

— Потому что ты нас сглазил! Ныл ведь, что у тебя жопа затекла, вот и появился повод пройтись, размяться, — тоном не терпящим возражений ответил щербатый.

— Что там у вас? — донёсся недовольный женский голос из дальней части яхтенного коридора.

От неожиданности наёмники сразу притихли. Но Дейв спохватился первым и принялся докладывать.

— Корабль на самой границе работы радара в пассивном режиме. Сигнатура, вектор движения, скорость... всё совпадает. Похоже клиент наконец прибыл.

— Один?

— Да.

— Действуем по плану. Готовьтесь к встрече.

Глава 14

Отсидев на мостике безвылазно почти неделю, Скай в конце концов разочаровался игрой в «самого главного на корабле». Дроид освободил капитанское кресло и сегодня первую половину дня в рубке нёс дежурство доктор Блюм.

Остальные члены экипажа в это время обычно ещё находились в своих каютах. Но не сегодня.

Прямо сейчас они поджидали меня в столовой.

Грон, как и всегда, сидел практически неподвижно, не проявляя абсолютно никаких эмоций. Глядя на него, иногда даже закрадывалась мысль, что на самом деле перед нами всего лишь биологическая оболочка — аватар для некой высшей сущности. Для обычного человека он выглядел слишком отрешенным и безразличным ко всему. По крайней мере, большую часть времени.

Оставалось только гадать почему здоровяк сейчас находился вместе с остальными за обеденным столом.

То ли дело — двое спевшихся оппозиционеров. Эта парочка, в противовес моей, якобы, тирании, основала на корабле союз демократических сил.

По крайней мере так было написано на ярком плакате, висевшем над их головами.

— Доброе утро, — поздоровался я, уже предчувствуя, что добрым ему не бывать. — Если опять надумали меня отговаривать, только зря потратите время.

— Ты... ты... ты... — Скай никак не мог подобрать нужное слово и выбрать подходящий для такого момента скин «злого» лица.

К нему наклонился Фло и, прикрывшись ладошкой, что-то быстро прошептал.

— Вот сам ему и скажи, — фыркнул дроид и скрестил на груди руки.

Рыжий в ответ энергично замотал головой. Чтобы там ни было, парень не решился озвучить мне это в лицо. Со времени барбекю на Орино что-то в нём определённо изменилось.

Кажется, с того самого момента он ещё ни разу не сказал, что я ему не нравлюсь. Хотя раньше упоминал об этом очень часто. Иногда вообще без всякого повода.

— Не стесняйся, говори, что хотел, — я сел прямо напротив них. — Мне теперь даже интересно. Давай, удиви меня.

— Фло хочет, но не может сказать тебе, что ты псих, — заговорил дроид. — Потому что боится попасть в список.

Глаза рыжего расширились от удивления. Он посмотрел на дроида, будто тот всадил нож ему в спину.

— В какой список? — не понял я.

— В твой список. Ну... с именами который.

— Ска-а-а-ай! Ты что рассказал...

— А что? Это разве был секрет? — развёл робот руками.

Фло усиленно делал вид, что не имеет ни малейшего понятия о чём говорил Скай. И что его вообще здесь нет. Поэтому рыжий очень усердно пытался ногтем соскрести что-то невидимое со столешницы.

— Подожди-ка, а откуда ты вообще узнал обо всём?

Без года неделя, как дроид ожил и осознал себя личностью. При этом уже не в первый раз я замечал, что он ведёт себя так, словно мы с ним знакомы многие годы. Ему подозрительного много известно обо мне, бывшем экипаже и событиях на корабле.

— Из воспоминаний.

— Хорошо, — я медленно распечатал энергетический батончик и откусил. — И что ты помнишь? С какого момента?

— Не уверен, но мне почему-то кажется, что с момента первой активации на борту Церы. И можешь даже не спрашивать, как такое возможно, я не знаю.

— А до Церы? Хоть что-то помнишь?

— Хм... — дроид раздумывал около минуты. — Нет, ничего такого не помню.

Это многое объясняло.

Скай попал на корабль примерно на полтора-два года позже меня. Мы тогда случайно наткнулись в межзвёздной пустоте на останки погибшего фрегата сил Содружества.

Корабль был уничтожен мощнейшим взрывом. Носовая часть вместе в капитанским мостиком испарилась, буквально прекратив существовать. Последовавшая цепная реакция из серии более мелких взрывов разорвала останки обезглавленного звездолёта, убив весь экипаж.

Очень плохой знак. Выродки Доминиона запросто могли оказаться где-то рядом. Или сюда могли направляться силы Содружества, успевшие получить предсмертный сигнал бедствия с уничтоженного судна.

Встреча ни с кем из них не сулила ничего хорошего.

В случае с Доминионом, мы, скорее всего, послужим тренировочной мишенью для их орудийных операторов.

Содружество более гуманно. Нас бы схватили и сперва подвергли справедливому или не очень суду. Не важно, с пытками или без, в любом случае всех нас признали бы виновными и осудили на смерть.

Впрочем, вместо того чтобы сбежать, как можно дальше отсюда, после недолгой дискуссии команда решила воспользоваться представившимся случаем. Несмотря на риск быть пойманными с поличным, мы всё-таки занялись мародёрством.

Поисковые дроны Уолша ушли на обследование наиболее перспективных обломков корпуса. Спустя некоторое время они обнаружили крупный фрагмент уцелевшей палубы. В той части аварийные переборки успели закрыться и надёжно законсервировали несколько секций.

Уолш ловко управлялся с дронами, однако даже его мастерство было бессильно перед некоторыми особенно большими и плотными завалами в коридорах.

Время поджимало, с каждой минутой риск оказаться застуканными на месте преступления только возрастал. Поэтому мне тоже приказали надеть скафандр и попытаться пролезть сквозь образовавшиеся из различного мусора баррикады. Я единственный был достаточно мелким, чтобы добраться в уцелевшую, но пока недоступную секцию корабля. Остальные в это время продолжали обследовать помещения в смежном коридоре и перетаскивали на Церу всё ценное, что удавалось найти.

Цепляясь дешёвым скафом за острые обломки и ежесекундно рискуя погибнуть, я упрямо полз вперёд. Было невероятно страшно. Я был один в кромешной тьме. Среди обломков покорёженной мебели и разбитых панелей постоянно мелькали фрагменты изувеченных тел военных.

Меня сковывал животный ужас, но я не останавливался. Ведь прекрасно понимал, что не мог просто повернуть назад. Ведь даже если не застряну намертво внутри завала, зацепившись за что-нибудь пока буду пытаться развернуться в узком проходе. То, вернувшись обратно, меня попросту сочтут бесполезным для команды. И капитан бросит меня подыхать среди останков погибших матросов сторожевого фрегата.

Поэтому, сцепив зубы, продолжал ползти пока нагромождения из мусора не закончились и я не оказался перед входом в помещение с наполовину опущенной гермостворкой.

Там я и нашёл деактивированного, но не повреждённого тренировочного дроида. Модель далеко не первой свежести и для команды находка не представляла никакой ценности. На фоне всего остального улова дроид был откровенным мусором. Однако, сколько бы я не осматривался, в этой секции ничего более ценного не нашлось. Поэтому никто не стал запрещать мне забрать дроида на Церу.

Скорее всего Клаус просто хотел убедиться, что я не соврал и действительно прополз через весь завал. Ведь иначе я вернулся бы с пустыми руками.

Уже на обратном пути, я вдруг понял, что возможно всё-таки нашёл кое-что весьма ценное. Ценное лично для меня. Ведь если привести робота в порядок, то некоторым особенно неспокойным членам команды будет с кем поспаринговать помимо меня.

Немного позже Уолш сжалился — по моей просьбе старик перепрошил робота и сменил id-идентификатор, чтобы в случае чего нас никто не смог связать с погибшим военным кораблём. Хакер не только заменил морально устаревшее «железо» робота на современное. Он дополнительно переписал большую часть программного кода дроида. Оптимизировал и добавил собственную разработку — расширенную авторскую функцию «Бой с тенью». Теперь, с целью повышения эффективности, дроид мог запоминать и постепенно изучать своих спарринг партнёров.

При накоплении достаточного объёма данных, он сам производил анализ, отбирал необходимые крупицы данных и на их основе составлял поведенческие паттерны людей, таким образом совершенствуясь как противник.

Только после завершения всех апгрейдов мы впервые активировали Ская на борту Церы.

Всё указывало на то, что именно «Бой с тенью» послужил причиной возникновения воспоминаний. Раньше я даже не догадывался, как работала эта функция.

Получается, что каждый раз, когда один из нас включал дроида, тот с первой секунды производил запись и сохранял на свой накопитель всё, что видел и слышал. Большая часть таких данных была бесполезна и лишь захламляла память дроида. Но космическая аномалия превратила «хлам», вроде моей детской болтовни с обещанием отомстить команде пиратов, в полноценные воспоминания Ская.

Других объяснений у меня не было. Хотя по сути теперь уже это не играло никакой роли.

Скай — личность, странная и не биологическая, но личность. И теперь он член моего экипажа.

— Что ещё ты им рассказал? — по всему получалось, что дроид знал обо мне очень много. Так уж вышло, что за неимением друзей, я очень часто с ним разговаривал и делился самым сокровенным.

— Да ничего особенного, так, по мелочи.

— По мелочи? Фло поэтому побледнел и забыл, как разговаривать в моём присутствии?

— А разве он не всегда таким был?

Казалось, что ещё немного и рыжий даже дышать перестанет.

— Да, шучу я, шучу, Декс. Ну правда ведь, рассказал самую малость и только правду. Список есть, но все кто в него попал — это отъявленные бандиты, заслуживающие смерти. Кто мог знать, что Фло такой впечатлительный. Не веришь? У него спроси, он подтвердит, — Скай кивнул в сторону неподвижного Грона. — И вообще... мы здесь собрались совсем по другому поводу!

— Подтверждаю, — пробасил здоровяк.

— Вот видишь, — дроид нарисовал довольную ухмылку на своём цилиндрическом лице.

С одной стороны меня очень задела самодеятельность Ская. Всё-таки он без разрешения раскрыл обо мне личную и специфическую информацию. С другой стороны — этим он немного напугал рыжего, что оказалось мне на руку. Иначе чертырёхрукий уже окончательно доконал бы меня своим нытьём, выпрашивая консервированное мясо. Так он хоть периодически молчал и ничего от меня не требовал. А когда решался заговорить, то всегда оставался вежлив и не перегибал.

— На будущее, Скай, давай я сам буду решать, что и кому рассказывать, если это касается меня. Хорошо?

— Как скажешь, бро.

— Бро? А ладно, забудь. Приятно было поболтать, — я как раз дожевал энергетический батончик, встал из-за стола и махнул рукой. — Ещё увидимся.

— Декс, мы ещё не закончили, — дроид вскочил со своего места и громко хлопнул ладонями по столешнице. — Ты не в праве игнорировать мнение большинства! Мы требуем нашу часть груза!

— Д-да... — прорезался неуверенный голосок рыжего.

Страх страхом, но стоило разговору зайти о консервах и Фло о нём сразу же позабыл. Как минимум, частично.

Меня зацепило, что на этот раз они уже не просто пытались отговорить меня продавать консервы шахтёрам. Теперь эти двое заговорщиков, согласно пиратским обычаям, требовали свою «законную» долю с награбленного.

— Вашу что? — я рассмеялся и уселся обратно за стол. — Мне послышалось или ты потребовал какую-то «вашу» часть груза, который весь принадлежит только мне одному?

— Вообще-то половина корабля...

— Во-первых, не дождёшься, о корабле можешь только мечтать, во-вторых, весь груз, и консервы, и даже минералы, я украл без вашей помощи. Никто из вас вообще не принимал в этом никакого участия. Поэтому спрашиваю ещё раз, откуда вдруг появилась ваша доля в моём грузе? А знаешь, что у нас действительно общее и стоило бы на всех разделить? Энергетические батончики, например, — я взглядом указал на кучу обёрток, лежавшую перед Фло. Парень сразу же потупил взгляд и спрятал руки под стол. — И, наверное, топливо... Да, точно, топливо! Иначе мы бы до сих пор торчали на станции Солис. Скай, ты как, на счёт перевод сделаешь или наличными рассчитаешься?

— Бу-га-га, — Скай взорвался громким смехом и принялся барабанить кулаком по столу. — Ну... я же тебе говорил, что он купится, — дроид несколько раз локтем легонько ткнул в бок растерявшегося рыжего. — Бу-га-га... ты бы видел своё лицо, Декс. Это просто умора.

— Ваша доля... В моём грузе... Бу-га-га... — подыгрывая спектаклю Ская и стараясь подражать моему голосу, перекривлял меня Фло. Хотя улыбка на его лице выглядела совсем не естественной.

Не желая продолжать заведомо проигрышный спор, через минуту Скай вместе с Фло, не забыв прихватить свой плакат, ретировались из столовой. Наверняка, сейчас засядут в каким-нибудь укромном уголке, обсудят провальную попытку и приступят к разработке нового плана, с учётом допущенных ошибок. В упорстве и креативе им не откажешь.

Хотя я немного вспылил, но на самом деле зла на парней не держал. Мне самому не очень нравилась перспектива продавать столь ценный груз шахтёрам.

Проблема в том, что камнееды не отличат вкус натурального мяса от дряни сделанной из смердящих болотных водорослей. А даже если среди них найдутся гурманы, способные по достоинству оценить великолепное мясо птенцов птицы Рух, то, увы, заплатить за него они будут не в состоянии.

Поэтому мы будем вынуждены продать эксклюзивное и невероятно дорогое мясо по цене обычного. И даже хуже. Скорее всего, чтобы провернуть всё быстро, получить деньги, заправить корабль и убраться из системы Адлаг, на консервы придётся дополнительно предоставить хорошую скидку.

С учётом всех нюансов, в некоторой мере это уже равносильно продаже целого звездолёта по цене флаера малого радиуса действия или спаскапсулы.

Но других вариантов я не видел.

Быстро найти покупателя на такого рода груз задача не из лёгких. А деньги нужны ещё вчера. Я не один десяток раз мысленно перебрал всех, кому хоть немного доверял и к кому готов был обратиться за помощью. Но ни один из моих контактов и близко не соответствовал масштабу предполагаемой сделки.

Максимум эти люди могли выступить в роли посредников, которые попытаются выйти на людей, которые, если не сами купят груз, то будут знать людей, которые... которые... которые. И так до бесконечности. Ровным счётом никаких гарантий, кроме того, что обо мне узнают огромное количество преступников всех мастей.

Внезапно освещение погасло. Темнота наступила всего на секунду, затем сразу же загорелись красные лампы аварийного освещения и взвыла сирена, пробирающая до костей.

Опрокинув стул, я сорвался с места и побежал на мостик.

— Я ничего не нажимал, — доктор Блюм встретил меня у входа с поднятыми руками. — Всё было нормально, а потом оно вдруг мигнуло и... — старик поднял взгляд на аварийные фонари.

— Пристегнитесь быстрее, — крикнул и, не задерживаясь возле него, сразу подбежал к капитанскому креслу.

Отсканировал отпечатки пальцев, приложив ладонь к сенсорному дисплею и нажал на появившуюся крупную мигающую иконку восклицательного знака, заключённого в ярко-красный треугольник.

Корабельная система услужливо вывела передо мной голографическую проекцию и продублировала её в более крупном масштабе над тактическим столом в центре мостика.

Правда прежде чем удалось её рассмотреть, пришлось смахнуть целый ворох всплывающих текстовых уведомлений. Часть которых выделялась постоянными повторениями.

«Внимание, обнаружена угроза!!!»

«Расчётное время до столкновения составляет...»

«Производится допустимая автономная корректировка курса»

Маневровые двигатели срабатывали в полностью автоматическом режиме, предупреждая столкновение.

Проблема заключалась в том, что небольшое судно прямо по нашему курсу производило странные манёвры, которые каждый раз сводили на нет все попытки автоматики корабля исправить ситуацию.

Расстояние между нами неумолимо сокращалось, а компьютер по-прежнему прогнозировал катастрофу.

«Внимание, обнаружена угроза!!!»

«Расчётное время до столкновения составляет...»

«Производится допустимая автономная корректировка курса»

Пришлось отключить автоматику и начать торможение. С нашим количеством топлива облететь проблему было невозможно. Если продолжим манёвры в том же темпе, то начнём тратить посадочный резерв. А этого уже нельзя было допустить.

Лучше полностью остановиться и разобраться, а после продолжить путь.

— Это пираты? — тихо спросил доктор.

— Не знаю, — рыкнул я, направляясь в свою каюту. — Грон, вооружайся и одевай скафандр. Не знаю кто засел на этой яхте, но теперь они должны нам денег! Скай, Фло, вы тоже оба готовьтесь! Иначе опять останетесь без своей доли. Бу-га-га...

— Вот совсем не смешно, — прошептал дроид, прижимаясь к стене коридора и пропуская меня.

Глава 15

— Продолжай вызывать!

— Слушаюсь! — выпалил Спайк.

По спине парня пробежали мурашки, когда Ниамея до скрипа сжала подголовник его кресла.

Транспортник, который они должны были захватить, не выходил на связь, игнорируя все поступающие запросы. Не сбавляя скорости, корабль продолжал лететь своим прежним курсом.

План наёмников трещал по швам. Причём всё пошло наперекосяк на первом и самом лёгком его этапе.

— Курс на перехват. Прегради им путь! — спустя четверть часа у девушки лопнуло терпение.

— Но...

— Выполняй.

— Слушаюсь, — процедил сквозь зубы Дейв и злобно покосился на сидевшего в соседнем кресле Спайка.

— И ещё... мы должны соответствовать тому, что передали в эфир. Их молчание не означает, что они нас не слышали.

— Сделаем.

Ниамея надеялась, что ещё не всё потеряно и потому не спешила раскрывать перед экипажем Церы своих истинных замыслов.

Яхту тряхнуло и вместе с движением вперёд, судно начало медленно закручивать вокруг собственной оси. Спайк строго соблюдал полученные инструкции и для перехвата транспортного звездолёта использовал только правый двигатель. Из-за произвольной смены мощности привода через небольшие промежутки времени, со стороны яхта выглядела неисправной.

Судно двигалось, то замедляясь, то ускоряясь. При этом маневровым двигателям едва удавалось удержать яхту и не позволить ей сорваться в неконтролируемое вращение, утратив всякую возможность продолжать движение в заданном направлении.

Глядя, на приближающийся с каждой минутой транспортник, Ниамея впервые улыбнулась. Она облизала губы и посмотрела на Дейва. Он действительно умело управлялся с полётом. Имитируя поломку, парень чётко удерживал направление и продолжал уверенно вести их к обозначенной точке.

Совсем скоро оба корабля уже дрейфовали на незначительном удалении друг от друга.

— Не понимаю, — провёл рукой по ирокезу Спайк. — Что они говорят?

Вцепившись мёртвой хваткой в оба кресла, Ниамея втиснулась между сидениями пилотов и немного наклонилась вперёд. От девушки буквально веяло тем особым сортом безумия, что накрывал её при выполнении каждой сложной задачи. Казалось, что она готова в любой момент сорваться и наброситься на свою добычу.

— Не знаю, но похоже на азбуку Морзе, — едва слышно ответил Дейв.

— Так и есть, — наблюдая за яркими вспышками света в командной рубке Церы, их лидер хищно оскалилась. — У этих идиотов узел связи вышел из строя.

Следующая четверть часа прошла за переговорами. Ниамея, при помощи световых сигналов, заново передала экипажу транспортного звездолёта подготовленную заранее легенду.

Мол, они обычные туристы и терпят бедствие. Вынуждены были пойти на крайние меры, преграждая путь их кораблю, только потому что помимо неисправных движков на яхте накрылась система жизнеобеспечения. И они просят оказать им помощь. Троих членов экипажа принять на борт, а яхту взять на буксир. Взамен команда Церы получит очень щедрое вознаграждение.

Наступившая после этого пауза затянулась.

Ниамея напряглась, предположив, что молчание означает — на той стороне наёмникам не поверили. Однако совсем скоро она уже вовсю хохотала, осознав, что причиной заминки стала банальная жадность.

Ответ с Церы пришёл только спустя десять минут. Причём передаваемое сообщение дважды прерывалось. Каждый раз именно в тот момент, когда озвучивался размер требуемой оплаты за согласие оказать помощь. А запрашиваемая сумма каждый раз возрастала на несколько десятков тысяч кредитов.

Ещё они потребовали предоплату наличными. Не меньше половины от оговоренного.

Ниамея, впервые за долгое время, искренне веселилась. Ей даже пришлось несколько раз утереть рукавом, выступившие от смеха слёзы.

Кого Декстер Гхар набрал себе в экипаж? Судя по их поведению и стилю ведения переговоров, девушке приходило на ум всего одно подходящее слово — идиоты. Клинические и не способные здраво мыслить имбицилы.

По последней информации, на борту, помимо цели наёмников, находился старый доктор, а практически перед самым вылетом со станции, на корабль поднялось ещё трое неизвестных.

Ниамее было смешно. Она никак не могла понять, как подобные ничтожества смогли украсть что-то у Синдиката. Тем более, настолько ценное, что преступная организация уже потратила кучу ресурсов на возврат утерянного груза.

— Ладно, готовьтесь. Нам дали добро на высадку. Идём в гости, парни. Пора выполнять работу.

******

Я вроде стал капитаном звездолёта, но выглядел так же, как и раньше.

Вот Грону повезло, ему достался лучший из имеющихся на борту скафандров. Я конечно мог оставить себе бывший скаф Клауса, но какой в этом толк. Размер совсем не мой — мало того, что у нас с бывшим капитаном Церы была ощутимая разница в росте, так я ещё сильно проигрывал в ширине плеч.

А вот здоровяку-молчуну обновка пришлась в самый раз.

Снова посмотрел на свое отражение в зеркале. До боли привычная картина — на мне, уже ставший родным, старый скаф ремонтника тёмно-оранжевого цвета с десятком заплаток в местах повреждений. По-хорошему его уже давно пора было сдать в утиль.

Шлем в немного лучшем состоянии. Да, забрало местами поцарапано. Зато визор цел и работоспособен, а герметичность сохранена без помощи склеек, ограничивающих обзор. Так что светошумовые гранаты мне не страшны.

Впрочем, сейчас я был безмерно рад тому, что у меня была хотя бы такая защита. Нагрудная бронепластина скафандра, появившаяся в результате кустарного апгрейда, отлично держала мелкий калибр и рассеивала энергетические выстрелы фазеров пятого класса. В противостоянии с чем-то более серьёзным мои шансы выжить стремительно падали.

Но уж лучше так, чем вовсе без брони

Фло, к примеру, вообще остался без всякой защиты. На корабле отродясь не водилось вещей, подходящих для шивы. Не говоря уже про защитные скафандры.

Возможно именно поэтому в парне внезапно проснулся талант с невероятной скоростью генерировать идеи по предотвращению надвигающегося, как он это назвал, кризиса.

— Давайте просто сделаем крюк и облетим яхту. Зачем связываться с этими людьми. Они мне не нравятся!

— На такие манёвры у нас нет топлива. Осталось только на разгон. Посадку и так уже придётся совершать практически на парах, — честно признался я.

— Хорошо, — продолжил рассуждать Фло. — Тогда, давайте их припугнём и дадим предупредительную очередь из корабельных орудий.

— Достал оружие — будь готов выстрелить, — ответил я, вспомнив нерушимое правило. — Что если они не испугаются? Или, наоборот, испугаются настолько сильно, что запустят по нам ракетами?

— А у них есть? — округлил глаза Фло.

— Яхта мелковата, но при желании даже такую можно без проблем оборудовать пусковой установкой на пару ракет. Учитывая, в какой дыре мы сейчас находимся, готов спорить, что это совсем не туристы. А значит лучше их не недооценивать.

— Тогда давайте... раз у нас нет другого выбора, — рыжий замялся, нервно сглотнул и на мгновение замолчал, но быстро взял себя в руки и через силу озвучил застрявшее в горле предложение. — Давайте не будем недооценивать угрозу и... расстреляем яхту.

Шалят у парня нервишки. Но оно и понятно. Скорее всего, окажись любой другой впервые в подобной ситуации, отреагировал бы точно так же.

— Предложение, откровенно говоря, неплохое, но увы нам нечем по ним стрелять, — пожал я плечами. — Боекомплект пуст.

— Тогда... тогда... тогда давайте их протараним!

Ну всё, в ход пошла тяжёлая артиллерия абсурда. Дальше что? Предложит всем выпить яду, чтобы не мучиться? Или что?

Пришлось украдкой подмигнуть дроиду, с намёком, чтобы тот взял шефство над своим, не вовремя раскисшим соратником.

— Зато у тебя кофта красивая, — дроид приобнял за плечо Фло, пытаясь его подбодрить. — А Декс, ты только посмотри на него, — Скай ткнул в меня пальцем, — он же теперь выглядит, как уборщик сортиров... Бу-га-га... Да и толку от его брони? У стриптизёрш грудь и то лучше прикрыта. Бу-га-га... А это так, сплошная показуха. Одно попадание и пластина рассыпется, а любой приличный импульсник вообще оставит сквозную дырку и даже не заметит препятствия. К тому же, из-за брони его попытаются убить первым! Точнее вторым, сразу после него, — Скай кивнул в сторону Грона.

— Кофта действительно красивая, — нарушил обет молчания космодесантник и одним махом обнулил все попытки дроида хоть сколько-то успокоить рыжего. — Будешь на похоронах самый красивый, — обратился он к Фло, а поймав его вопросительный взгляд, громила добавил. — Ты точно умрёшь.

Ох уж этот армейский юмор — бессмысленный и беспощадный.

— Гро-о-о-он! Иди теперь и говори, что пошутил! — потребовал я, наблюдая, как побледневший Фло улепётывал в сторону мостика. — Он нам нужен!

В другой раз я бы наоборот первым крикнул «бу-га-га», но сейчас только ещё большей истерики четырёхрукого не хватало. И без этого голова шла кругом.

— Я всё сказал, — ушёл здоровяк от ответственности.

— Не думал, что когда-нибудь произнесу это, но лучше бы ты молчал.

******

— О-о-о-о-о да-а-а-а! Детка, иди к папочке!

Дроид распахнул дверцы оружейной ячейки и, не задумываясь, схватил самую крупную винтовку. Похоже даже для роботов размер имеет значение.

— О-о-о-о-о не-е-е-ет! — я сразу же выхватил оружие из его рук.

Несмотря на то, что модель сильно устаревшая, тяжёлая импульсная винтовка по-прежнему представляла собой грозное оружие. Пусть уже и прошло более полувека с тех пор, как с её помощью солдаты Метрополии несли во внешние миры демократию, смерть и разрушения. Однако, в умелых руках эта малышка по-прежнему могла устроить кровавую жатву в рядах врагов. А в неумелых...

Вспоминая недавний мастер класс по стрельбе, я побоялся, что Скай скорее случайно подстрелит одного из нас, чем попадёт по «туристам».

— Нет, дружище, ты у нас специалист в иной области. И для тебя у меня припасено другое оружие.

— Декс, ты серьёзно сейчас? Хочешь, чтобы я пришёл на перестрелку с оружием для ближнего боя? — обиделся дроид. — И что это за оружие? Надеюсь, ты говоришь про вибромеч.

— Мелко мыслишь, это кое-что покруче, Скай. Подожди немного, сперва с остальными разберусь, а потом сразу займусь тобой, — улыбнулся я, передавая Грону винтовку.

Здоровяк взял её, внимательно осмотрел, кажется даже понюхал и, не скрывая презрения, тяжело вздохнул. Оружие ему не понравилось. Это не удивляло. После тех игрушек, что ему довелось повидать за время службы на флоте, эта винтовка для здоровяка выглядела ничуть не привлекательнее обычного огнестрела.

— Даже не вздумай её тоже сломать, — сразу предупредил я. — В наших краях это очень дорогая вещь. Достать такую не просто. Поэтому используй винтовку только, чтобы стрелять.

Грон ещё раз взглянул на винтовку и попытался изобразить на лице что-то вроде запоздалой благодарности. Вышло так себе. С его суровыми чертами лица и мимикой, только детей пугать. Глядя на его старания, я добавил.

— Без особой необходимости не стреляй. На сменные энергетические картриджи ценник тоже кусается. И достать их не везде получится. Это не огнестрел, для которого за пару кредитов в любой дыре можно пару вёдер патронов прикупить. Поэтому давай экономно.

Точно такая же винтовка дожидалась меня в каюте. С тремя энергоячейками — половиной нашего боекомплекта этого типа. Скромно, если учесть, что каждый энергоблок был рассчитан всего на десять выстрелов.

Для подстраховки, приказал здоровяку выбрать запасное оружие. Да и сам сделал то же самое. Правда в отличие от космодесантника, которому пришлось добирать огнестрелом, для себя в качестве второй единицы я определил плазмоган. Невероятно редкое, баснословно дорогое и смертоносное оружие. Бывший владелец — Фрост молился на эту мини пушку, словно на божество.

Настал черёд вооружить Фло.

Скаю с трудом удалось уговорить парня вернуться обратно. Иначе он бы так и продолжить сидеть на мостике вместе со стариком Блюмом. Поэтому, не желая на него давить, я предоставил рыжему полную свободу выбора.

— Можешь взять всё что понравится.

— Всё-о-о? — заинтересовался Фло и, кажется, даже едва заметно улыбнулся уголками губ.

Выбирал он долго. По тому, как он это делал, стало абсолютно понятно — Фло ни черта не смыслил в оружии. И стрелок из него, скорее всего, такой же паршивый, как и из дроида.

— Ты вообще стрелял когда-нибудь? — на всякий случай уточнил я, заранее предполагая каким будет ответ.

Рыжий мотнул головой.

— Тогда может сделаешь вот такой выбор? — положил перед ним сразу четыре пистолета. — Не настаиваю, просто подумай.

Расчёт был прост — «Не можем взять качеством — будем брать количеством».

В каждом стволе магазин на пятнадцать патронов. На старте это сумасшедшая цифра в шестьдесят выстрелов. А дальше пока один пистолет в работе, ещё один перезаряжается. Среди нас Фло единственный кому хватало рук, чтобы провернуть подобный фокус.

По сути, четыре пистолета не просто заменяли автоматическую винтовку, но и превосходили её за счёт возможности ведения беспрерывного огня. Правда в нашем случае я делал ставку только на бесконечный шум выстрелов, который должен был остудить горячие головы, заставить их осторожничать и не особо высовываться из укрытий.

— Позывной «Пулемёт» — Скай помог окончательно склонить чашу весов в пользу предложенного мной набора оружия.

— Отлично, — я сразу же вытащил из-под стола тяжелый пластиковый ящик с высокими бортами, доверху наполненный патронами.

Необходимо было подготовить для Фло запас снаряжённых магазинов. Грон молча подхватил ящик с пола, рывком поставил на стол и принялся мне помогать.

— «Туристы» прибудут через полчаса, пора обсудить детали плана.

Корчить из себя великого стратега я не собирался. В этом не было никакой необходимости.

Гости попадут на корабль через шлюз в грузовом отсеке. Пропускать планировал строго по одному. «Турист» входил внутрь камеры, закрывал за собой наружный люк, мы проверяли, что внутри лишь один человек и только после этого разблокировали внутреннюю дверь. Обыскивали внутри отсека и если всё в норме, тогда открывали наружный люк и запускали следующего.

Минимальные риски.

— Если вдруг окажется, что это действительно обычные туристы, то всё должно сработать. Но что если они никакие не туристы? Что тогда, Декс? Думаешь бандиты покорно согласятся пройти по одному, чтобы мы их внутри разоружили и повязали? Или считаешь, что они просто отступят? Уверен, они предусмотрели тот вариант, что мы не откроем перед ними парадную дверь нараспашку.

— Скай, а я, по-твоему, вас всех тут вооружаю и инструктирую для чего? Попробуют пробиться втроём — накроем их огнём и выбросим в космос.

— А что если их не трое?

— Тогда доктор Блюм нажмёт кнопку.

— Какую?

— Красную, — улыбнулся я, продолжая набивать магазины патронами.

Старик не просто так остался на мостике. Он там на случай, если шестиместная яхта вдруг окажется «резиновой» и из неё неожиданно вывалится группа поддержки в дополнение к трём «туристам», которых мы ожидали.

После манёвра торможения, гондолы с силовыми приводами Церы оставались развёрнуты дюзами по направлению к яхте. Я всё подготовил. Доктору достаточно будет сделать всего одно нажатие на кнопку, которую ему показал и один из двигателей включится. Реактивная струя вырвется из сопла и вмиг испепелит непрошенных гостей ещё на подлёте к кораблю.

— Звучит убедительно, — кивнул дроид. — С тремя, мы уж как-нибудь справимся.

Грон одобрительно хмыкнул и показал большой палец, поднятый вверх.

— А мне всё равно не очень нравится эта затея, — Фло снова поддался панике. — Вряд ли это туристы.

— Знаешь, на самом деле, мне тоже, но... — я протянул рыжему несколько снаряжённых магазинов. — Отступать некуда — позади только холодный космос. И консервы.

— Да, Фло, тут или они нас вышвырнут в космос и будут жрать наши консервы, или мы одержим победу. И тогда Декс уже не сможет зажать мясо, — поддержал меня дроид.

— Правда? — не поверил рыжий. — Но они ведь всё равно на продажу.

— В случае победы заправим Церу за счёт проигравшей стороны, — оскалился я, стараясь продемонстрировать нерушимую веру в положительный исход. — Уверен, на яхте найдётся немало всего ценного.

Интересно, это мне такой экземпляр в команду попался или все шивы такие?

Стоило пообещать ему немного мяса, и рыжий с улыбкой от уха до уха принялся распихивать по карманам магазины.

******

Без корабельного узла связи браскомы видели друг друга на весьма ограниченном расстоянии и только если между ними не было препятствий. Через перекрытия между палубами и даже через стены сигналы не проходили.

Из-за чего доктор Блюм никак не смог бы с нами связаться. Поэтому, чтобы не пропустить выход «туристов», закончив приготовления, мы отправили рыжего на мостик.

— Летят и их всего трое, — в грузовой отсек влетел запыхавшийся Фло. — Через несколько минут уже должны быть прямо у входа в шлюз.

— По местам! — убедившись, что все заняли свои позиции, я встал у двери шлюза.

Долго ждать не пришлось. Не прошло и пяти минут, как панель управления около двери загорелась красным, означая её полную блокировку и начало декомпрессии внутри шлюза.

Сквозь смотровое окошко я наблюдал, как открывается внешний люк.

Внутрь атмосферного шлюза моментально влетел человек в матово-чёрном скафандре. Практически весь корпус защитного костюма покрывали тонкие голубые прожилки.

«Турист» медленно подлетел к окну. Затемнение визора на его шлеме исчезло и я увидел щербатую улыбку. На вид парню лет было немногим больше чем мне. Он радостно махал рукой и всё не прекращал улыбаться.

— Отойди от окна, — я нажал на панели управления кнопку связи со шлюзовой камерой. — Ты меня слышишь?

Но парень продолжал таращиться в окошко, полностью закрывая мне обзор.

— Пока ты не отойдёшь, я не закрою внешний люк! — снова повторил я. — И ты не сможешь... попасть... внутрь...

Последнюю часть фразы, я на автомате пробормотал себе под нос.

Браском вибрировал, сигнализируя о том, что внешний люк закрылся, герметичность внутри шлюзовой камеры восстановлена и начался процесс выравнивания давления.

Никакие они не туристы. И кем бы ни были, перехватили управление шлюзом и совсем скоро ворвутся внутрь.

Неприятный, но ожидаемый сюрприз.

Я сделал глубокий вдох и выдохнул. Затем снял висевший за спиной плазмоган и перехватил его двумя руками, так чтобы улыбчивый ублюдок смог его хорошенько рассмотреть во всех деталях. Пусть знает, что мы готовы обеспечить им самый тёплый приём.

Лицо парня вытянулось от удивления. Он с открытым ртом пялился на моё оружие. Однако, прежде чем я успел расплыться в самодовольной улыбке, он неожиданно подмигнул мне и наконец отпрянул от окошка.

И тогда я увидел остальных. Помимо ещё двоих людей, внутри камеры были ОНИ.

— Абордажные дроиды, — заорал я во всю глотку и сорвался с места, надеясь, что успею добежать до своего укрытия, прежде чем эти твари окажутся внутри и начнут зачистку.

Глава 16

Дейв не случайно изображал из себя улыбчивого простака, прильнув к смотровому окошку.

Во-первых, парень загораживал обзор. Поэтому Декстер упустил момент, когда внутрь атмосферного шлюза проникли остальные. Это позволило выиграть время. Спайк успел беспрепятственно подключиться и ограничить Декстеру доступ к шлюзовым системам, пока сам пытался полностью перехватить управление.

Во-вторых, лидер наёмников подключилась к камере, встроенной в шлем Дейва, и всё это время наблюдала за происходящим внутри грузового отсека. Намётанный глаз девушки быстро обнаружил и оценил ещё двоих противников. Они не особо-то старались прятаться, выглядывая из-за своих укрытий в ожидании дальнейшего развития событий.

Ниамея даже сперва не поверила своим глазам. Однако ошибки быть не могло. В здоровяке, носящем причудливые очки газосварщика и четырёхруком пацане она без труда опознала разыскиваемых на Солисе беглых пациентов психиатрической лечебницы. Сложно представить себе более лёгкую добычу.

В любом случае, она и до этого момента не ожидала, что после проникновения на борт транспортника экипаж смог бы оказать наёмникам хоть сколько-то серьёзное сопротивление. Теперь же полностью убедилась в своей правоте.

Два абордажных дроида класса «Богомол», плюс трое подготовленных и хорошо вооружённых наёмников против сборной команды грузовоза.

По-хорошему, чтобы разобраться со старым доктором, парочкой сопляков, странного вида здоровяком и одним неизвестным должно было хватить и одного «Богомола».

Впрочем, после беглого ознакомления с личными делами беглецов, чутьё девушки подсказало, что не стоило сбрасывать со счетов и недооценивать ветерана космических десантных войск.

Даже лишённый нейроимпланта и сошедший с ума, громила сохранил работоспособность большинства телесных модификаций, а значит, по-прежнему, оставался грозным противником. Тем более, его скаф имел серьёзное бронирование, и в руках он держал, пусть и старенькую, импульсную винтовку. Судя по его послужному списку и наградам, при толике везения, космодесантнику вполне могло хватить навыков и знаний, чтобы склонить чашу весов в пользу своей команды.

К тому же на борту находился ещё один неизвестный.

Ниамея снова уткнулась в планшет, изучая в список людей, разыскиваемых на Солисе. В первую очередь её интересовали беглые психи. Девушка была полностью уверена, что пятый член экипажа Церы тоже являлся одним из них. Оставалось только попытаться понять который именно и чего от него можно ожидать.

На момент, когда во время краткосрочной остановки на Солисе Ниамея скачала себе базу данных станционного розыска, на свободе оставалось только пятеро сбежавших психов. Двое сейчас находились совсем рядом, по другую сторону гермодвери. А из оставшихся троих никто не стоил внимания.

Пусть даже вся эта троица внезапно оказалась бы сейчас на Цере, волноваться было не о чём. Один возомнил себя бесплотным духом, способным проходить сквозь стены. Ещё один уверен, что он истинный император Доминиона. И в довесок к этой компании — трусливый престарелый эксгибиционист.

Сомнительное войско.

— Нет, это определённо должен быть кто-то другой, — девушка не верила, что Декстер взял бы на борт корабля подобный балласт. Ведь в отличие от них, космодесантник и шива имели весьма полезные практичные навыки.

Спустя минуту она пришла к выводу, что скорее всего пятым — неизвестным членом экипажа был именно тот, кто устроил налёт на психушку. Однако в этом случае раскрыть его личность не представлялось возможным. Она, как и его способности, оставалась тайной.

В итоге Ниамея с недовольным выражением лица спрятала планшет в подсумок и попросила Спайка поторопиться со взломом.

В любом случае, пятеро против пяти. А значит у экипажа Церы минимальные шансы отразить нападение.

******

Браском неумолимо продолжал отчёт.

Через шестнадцать секунд давление внутри шлюзовой камеры выровняется. Сразу после этого гермодверь окажется разблокирована и «туристы» со своей механизированной свитой ворвутся внутрь.

— Будет немного сложнее, чем предполагалось, — крикнул я, в первую очередь, чтобы приободрить Фло. — Но мы справимся, главное действовать по плану!

Насчёт Грона я даже не сомневался. Наверняка, сидел с присущим ему каменным выражением лица и даже бровью не повёл, услышав про абордажных дроидов. Я наслышан о сверхсуровой подготовке будущих космодесантников. После того ада их мало что могло удивить или испугать.

В принципе я и сам малость успокоился. Да, абордажные дроиды очень страшные. Но внутри теплилась надежда, что это всё-таки не «чистокровные» армейские модели, а, пусть и качественные, но реплики. В таком случае с ними можно было воевать даже нашими силами.

— Почему ты радуешься? — неожиданно крикнул рыжий в ответ.

— Я... кхм... я не радуюсь.

— У тебя радостный голос, Декстер.

Укрытие Фло располагалось на подвесной решётчатой платформе практически под самым потолком. Она по периметру опоясывала весь грузовой отсек. Платформу использовали для компактной загрузки трюма. С высоты было намного удобнее управлять манипулятором магнитного крана и контролировать правильную установку ящиков или контейнеров поверх друг друга.

Поэтому сейчас я не мог увидеть парня. Он прятался позади меня и значительно выше.

Наверное, наружные динамики скафандра исказили голос из-за чего рыжему и показалось, что я радовался.

— У меня радостный голос? — я посмотрел в сторону Грона, занявшего оборону на противоположном фланге. Лицо здоровяка скрывалось за затемнённым забралом шлема. Однако он повернулся на мой голос и кивнул.

Надо же.

Я прислушался к собственным ощущениям. Сердце колотилось, как бешеное. Руки слегка подрагивали, а по спине изредка пробегали морозные мурашки. И чувство страха... его действительно не было.

Наоборот, похоже, что я действительно, сам того не осознавая, радовался предстоящей схватке.

Хотя в данный момент расклады были не в нашу пользу.

Троих «туристов» можно было задавить перекрёстным огнём. Но вот пара абордажных дроидов спутала все мои карты. А времени придумать новый план и что-то изменить уже не осталось.

Правда по наличию у нападавших на Церу насекомоподобных роботов становилось понятно, что они не залётные пираты. Этих ребят нанял и отправил за мной Френк.

Потому что при наличии скоростной яхты и таких «игрушек» наёмникам попросту нечего было делать в такой дыре, как Адлаг. Для такой команды тут нет работы. Только если они не собирались грабануть станцию Солис.

Но в таком случае «туристы» не стали бы рисковать поднять шумиху, нападая на нас.

Браском громко пискнул, оповещая о завершении отсчёта.

— Давайте, тараканы, — я слегка нажал на спусковой крючок и выбрал практически весь свободный ход.

Решил отложить импульсную винтовку в сторону и сразу начать с козырей.

Размял шею, переключил режим огня плазмогана на автоматический и вжал приклад в плечо, держа на прицеле дверь шлюза. Сейчас главное не прозевать момент, когда в отсек ворвутся дроиды и сразу угостить их порцией плазмы.

Рост «Богомола» едва достигал отметки в скромные полтора метра. Несмотря на весьма компактные габариты, относительно других боевых дроидов, он являлся не менее смертоносным и крайне неудобным противником. Шесть ног обеспечивали дроиду невероятную скорость передвижения и ловкость. Магнитные подушки в разы повышали проходимость «Богомола», позволяя ему при необходимости с лёгкостью столь же шустро передвигаться по стенам или потолку, и добираться в самые труднодоступные места.

Дроид мог эффективно вести бой практически на любой дистанции.

Пара верхних конечностей, в зависимости от модификации, представляла собой спайку из вибролезвий на манер ножниц, позволяющих вскрывать даже броню космодесантников или циркулярные пилы. При этом вторая вариация позволяла при необходимости стрелять по целям дисками, располагающимися в сменных кассетах.

До вступления в ближний бой «Богомол» использовал два плечевых орудийных модуля: импульсные пушки или в более дешёвой компоновке — пулемётные турели.

При этом генератор силового щита обеспечивал дроиду надёжную защиту. Укрываясь под куполом, «богомол» мог не бояться ни обычных пуль, ни энергетических выстрелов. Хорошая для меня новость заключалась в том, что находясь под силовым куполом, дроид и сам не мог атаковать противника.

Силовой барьер оставался практически непроницаем. Однако ограничивался резервом встроенных аккумуляторов. И в этом заключалась главная слабость дроида. Для сохранения невероятной подвижности и возможности бегать по вертикальным поверхностям производителям пришлось пожертвовать бронированием дроида, сделав его как можно легче. Поэтому дроиды старались избегать прямого боестолкновения и без крайней необходимости не атаковали противника в лоб.

Ведь если удастся перегрузить и заставить силовой щит отключиться, плазмоган без труда уничтожит робота, оставив на полу только оплавленные запчасти.

И я собирался сделать всё, чтобы воспользоваться данной уязвимостью.

Эми-граната сейчас пришлась бы как нельзя кстати. Но где её взять? Не уверен, что в этой части галактики ими вообще торговали. Ведь предложение напрямую зависит от спроса. А кроме меня, в этих краях и ещё паре десятков ближайших обитаемых звёздных систем, такие «игрушки» вряд ли кому были нужны.

Чёртовы дроиды. Откуда они их только взяли!

Тишину нарушило громкое шипение. Гермодверь шлюзовой камеры немного выдвинулась вперёд и затем поползла вверх.

Браском сразу же несколько раз пискнул и завибрировал. Наши гости ещё и глушилку с собой притащили. Нам обрубили даже то подобие связи, которым мы могли пользоваться, связывая браскомы на открытом пространстве между собой напрямую. Внутренняя связь скафа тоже умерла.

Едва между дверью и полом появился просвет туда сразу же ударили пули. Грон не стал дожидаться пока гости покажутся и решил первым их поприветствовать. Короткими очередями, одну за другой, с рикошетом от пола, он посылал пули внутрь шлюза.

По сути баловство, не способное причинить никакого серьёзного ущерба. Но нервы нападающим немного потреплет. К тому же, был шанс, пусть и мизерный, случайным рикошетом повредить что-нибудь в их снаряжении.

Фло присоединился к празднику огня и пороха. По грузовому ангару разлетелось гулкое эхо пистолетных выстрелов. Однако о меткости речи не шло. Порою пули высекали искры в самых неожиданных местах отсека.

Радовало, что хотя бы на значительном расстоянии от нашей линии обороны.

В ответ из шлюза сразу же вылетело несколько светошумовых гранат. И, как только проход достаточно расширился, наружу ломанулся первый дроид.

Этого гостя Грон уже встречал выстрелами из импульсной винтовки. Я тоже не бездействовал, и нажал на спуск, отправив навстречу «богомолу» длинную вереницу ядовито-оранжевых шариков плазмы.

Силовой щит дроида весь покрылся ярко-синими всполохами. Из-за попаданий их было настолько много, что стало невозможно разглядеть находящегося внутри купола робота.

Обстрел оказывал колоссальную нагрузку на его генератор. Настолько сильную, что дроид замер на месте, практически не способный двигаться.

На мгновение даже показалось, что сейчас расправимся с жестянкой.

— Всё-таки дворняги, — довольно прорычал я, ни к кому не обращаясь. Просто обрадовался, ведь по всему выходило, что дроиды действительно не армейские. А значит мы ещё повоюем.

Однако в следующую секунду всё изменилось. Из-за «богомола» выскочил его собрат и рванул в сторону параллельно моему флангу. При этом он нещадно принялся поливать меня огнём из наплечных турелей.

Огонь не прицельный, но чтобы уйти из-под шквала пуль, я вынужден был сместиться и перебраться на другой угол ящика с минералами, за которым укрывался.

Успел только мельком заметить, как в это время из шлюзовой камеры выскочили наёмники. Отстреливаясь, они воспользовались суматохой и, бросившись врассыпную, проскочили в грузовой трюм и рассредоточились. И теперь, пока я был занят дроидом, они пытались слаженно подавить огневую точку Грона.

Под их перекрёстным огнём любой другой сдулся бы, но только не наш космодесантник. Грон оказался им не по зубам. Здоровяк ловко вертелся между несколькими ящиками, не подставляясь под выстрелы. При этом сам каждый раз стрелял с новой позиции. Не позволяя противнику разгуляться, он вынуждал их действовать от обороны.

Впрочем, возникшей заминки хватило, чтобы первый дроид воспользовался появившейся «передышкой» своего силового щита и, едва переставляя конечности, убрался с открытого пространства.

Спустя несколько минут скоротечных, но безрезультатных перестрелок в сражении наступила пауза. Даже Фло затаился. Кажется в сторону четырёхрукого никто ни разу даже не выстрелил.

Спроси меня кто, и я бы не смог однозначно ответить, за кем остался первый раунд. Врага мы всё-таки пропустили. С другой стороны, им пришлось самим искать укрытия и прятаться. К тому же одному из «богомолов», судя по тому, как он еле плёлся, мы практически обнулили его батареи. Заряд несомненно немного восстановится, но использовать силовой щит он уже вряд ли сможет. Да и бегать будет уже не так шустро. И только строго по полу. А значит теперь он лёгкая добыча и несколько точных попаданий с ним покончат.

Что тут сказать — повезло Грону. Ему противостояли всего один «турист» и полудохлый робот. Остальные враги собрались на моём фланге. И действовать первыми начали тоже именно они.

— Фло! — закричал я, отстреливаясь. — Страхуй!

Помимо прочего, рыжему была отведена ещё и роль наблюдателя. Именно он должен был проследить, чтобы в горячке боя ни меня, ни Грона не окружили.

И теперь мне требовалась его поддержка.

Готовясь к встрече, мы переставили ящики с минералами и создали с их помощью подобие лабиринта. Но чёртов дроид мог запросто взбираться по стенам. Поэтому сейчас я больше всего боялся прозевать именно его атаку.

— Криворукий тебе не поможет, — хохотнул один из «туристов». — Тебе уже никто не поможет.

В ответ я нажал на спуск и через долю секунды сгусток плазмы расплескался совсем рядом возле головы шутника и оплавил металлическую стенку ящика. Получилось довольно быстро унять его приподнятое настроение и отбить всякое желание продолжать разговоры.

Убедившись, что в лоб меня не взять, они решили воспользоваться своим численным и техническим преимуществом.

Они попёрли на меня всем скопом сразу со всех сторон. И если «туристы» были терпимой проблемой, то вот «богомол», взобравшийся на один из верхних ящиков лабиринта, быстро заставил меня спрятаться за первое попавшееся укрытие. Боекомплект дроид не экономил. Наплечные турели ежесекундно выплёвывали в мою сторону десятки пуль каждая.

Разумеется, прямо сейчас меня окружали. Но что я мог поделать в такой ситуации.

Бросил взгляд в сторону Грона. Здоровяку было чуть легче. Он вёл сугубо позиционную перестрелку. Насколько я мог судить, первый дроид не особо участвовал в бою. Видимо мы не кисло просадили резерв его заряда и он не рисковал подставиться под выстрел.

Однако теперь стало Грону сложнее. В процессе приходилось краем глаза постоянно отслеживать и моего дроида. Ведь тот в любой момент мог перескочить на другой ящик и уже оттуда, сменив позицию, попытаться расстрелять космодесантника.

Мне же оставалось только ждать, наслаждаясь грохотом над головой от рикошетивших о крышку ящика пуль. И ещё надеяться, что Фло не упустит шанс, и когда настанет подходящий момент, парень не струсит и сделает всё, как договаривались.

— Де-е-е-е-е-екс!

А вот и условный сигнал. Простенький, но в этом случае излишества и не нужны. Главное, что рыжий не заорал: — «Сверху!» Такое мне крыть было нечем. С другой стороны, при всём желании дроид не смог бы допрыгнуть до меня со своего нынешнего насеста. Слишком большое расстояние нас разделяло.

По сути для своих он выполнял такую же функцию, что и Фло для меня. Только боевой дроид ещё довольно метко стрелял.

Не выглядывая, я высунул за правый угол ящика плазмоган и вслепую выпустил очередь. Подождал десяток секунд и повторил ещё раз. Остановился только когда индикатор заряда на пушке скатился до пятидесяти процентов.

Но ведь сработало. Рыжий молчал, значит, даже если я ни разу не попал, то враг вынужден был остановить продвижение.

— Неа, тут не пройдёте, — ухмыльнулся я и продолжил ждать.

Противник, стараясь добраться до меня, лез прямиком в уготованную ему западню. С помощью Фло я лишь указал им правильный путь.

Прошло несколько минут томительного ожидания прежде чем по полу прокатилась сильная вибрация и по ушам ударил оглушающий грохот. Спустя секунду сквозь шум прорезался пробирающий до костей человеческий вопль, наполненный чудовищной болью.

Фло не подвёл и честно отработал обещанные ему несколько банок консерв. Парень нажал на кнопку пульта управления погрузочным краном. Нажал именно в тот момент, когда под ящиком, доверху забитым минералами, пытался проскочить один из врагов.

Магнитный захват крана отпустил свою ношу и многотонный груз обрушился прямиком на наёмника.

Ему всё же повезло выжить. Хотя надолго ли — большой вопрос. Даже если зацепило лишь вскользь... там такой вес, что вряд ли удалось бы легко отделаться. Да и не кричат люди настолько страшно из-за синяков и простых переломов.

Дроид прервал мои размышления и обрушил на меня неистовый ураган огня. Он и до этого не разменивался на мелочёвку и палил из всех стволов, как в последний раз, а теперь вообще, словно с цепи сорвался.

Судя по тому, как начал смещаться угол обстрела, «богомол» направился на помощь раненому. Вопрос в том, где находился ещё один наёмник?

Нужно было использовать момент и пока дроид отвлёкся, разобраться с оставшимся «туристом».

— Гро-о-о-о-о-он! — завопил Фло, перекрикивая даже раненого наёмника.

Здоровяк усердно отстреливался от своего оппонента и не замечал, как со спины по стене к нему медленно приближался шестилапый дроид.

Вот почему на самом деле робот не участвовал в сражении. Не потому что, как я думал, нам удалось просадить заряд его аккумуляторов до критически низких величин. Он просто всё это время выжидал и искал обходной путь, позволяющий оставаться в слепой зоне не только десантника, но и относительно Фло. И показался только теперь, когда подобрался достаточно близко и собирался напасть.

Я вскинул плазмоган, намереваясь, если не добить, то хотя бы сбить «богомола» со стены и помешать ему ударить десантнику в спину. Однако прежде чем успел нажать на спуск боковым зрением уловил промелькнувшую тень. И затем тяжёлый ботинок наёмника врезался мне в рёбра, выбивая из лёгких воздух. Приклад винтовки впечатался в шлем с такой силой, что забрало вмиг покрылось тонкой паутинкой трещин.

Какая неприятная новость — у них имелись ещё и реактивные ранцы. Даже если бы рыжий не отвлёкся на Грона, то всё равно не успел бы меня вовремя предупредить.

Наёмник одним прыжком перемахнул через моё укрытие и приземлился мне на голову.

Потребовалась всего одна секунда, чтобы я оказался на полу, а надо мной навис озлобленный «турист».

— Подъём, — он оттолкнул ногой плазмоган в сторону, схватил меня за шиворот и с лёгкостью поставил на колени. Затем ещё одним рывком поднял на ноги, превратив для себя в живой щит.

Я дёрнулся, желая вырваться. Но благодаря встроенному в скафандр экзоскелету, наёмник, казалось, даже не заметил этой попытки.

— Прикажи ему сдаться, — прогудел динамик мне прямо на ухо.

Спорить не стал, ведь для рыжего дальнейшее сопротивление означало верную смерть.

— Фло, положи пистолеты на пол, подними руки и медленно выйди из-за укрытия, — произнёс я. — Только давай без глупостей. Мы проиграли. Прости.

Хотя мне и самому ещё не верилось, что всё закончилось вот так внезапно.

Парень сделал всё в точности, как я сказал. Он оставил оружие и вышел из-за ящика с поднятыми руками. Наёмник велел ему пройти к лестнице чуть дальше у стены и спуститься к нам. В это время, цокая металлическими лапами по полу, к нам присоединился дроид.

Робот смерил меня таким взглядом, словно понимал, что мы враги, и не простил мне того, что совсем недавно пытался его прикончить.

Наёмник развернул меня и я увидел Грона. С опущенной головой здоровяк стоял на коленях. Его шею с обеих сторон сжимало сдвоенное лезвие «богомола», готовое в любой момент сомкнуться и обезглавить десантника.

— Смотри внимательно, — с нескрываемым злорадством произнёс «турист». — Кровь за кровь...

Только теперь я осознал, что в грузовом отсеке стало слишком тихо. Раненый наёмник больше не кричал.

— Выбирай, кто из твоих друзей умрёт.

Дроид, стоявший рядом с нами, пришёл в движение и, распахнув вибролезвия правого манипулятора, поднёс их практически вплотную к лицу до смерти перепуганного Фло.