КОЩЕЕВЫ ВРАГИ
Часть первая. Иванов День.
Часть первая. Иванов День.
Глава первая. Первые впечатления.
- Агата, ты решила никуда не ехать? Мы опоздаем на автобус!
Агата схватила рюкзак и выскочила в коридор, где уже минут десять стояла мама с походной сумкой в руках. Лицо у мамы было усталым, раздраженным, тревожным, и Агата вдруг подумала, что они впервые расстаются на целый месяц, и ей захотелось остаться дома.
Полгода назад мама заметила в Интернете сообщение об историческом конкурсе для школьников и убедила Агату принять в нем участие. Малышкой Агатка с удовольствием слушала рассказы матери о Петре Первом и рыцарях, о красавицах-царицах, о древних греках, египтянах и славянах. Научившись читать, она любила "погружаться в прошлое", представлять себя участницей событий, о которых написаны книги. Конкурс оказался интересным и, по мнению Агаты, не очень сложным. Победитель (им стала Агата) получал путевку в великолепный летний лагерь для детей и подростков "Страна чудес".
Поездка в "Страну чудес" была для Агаты первым самостоятельным путешествием. Этот, судя по сайту в Интернете, действительно чудесный лагерь, находился на берегу большого озера, где-то на границе Владимирской и Нижегородской областей, неподалеку от города Мурома. Там, в густых лесах, создали настоящую сказку, рай для детей с многочисленными спортивными площадками, бассейном, историческим и компьютерным клубами, собственными телестудией, концертным залом, конюшней, полем для гольфа. Путевка в лагерь стоила бешеных денег, но владелец сего чуда, крупный нефтяной концерн, приветствовал появление в лагере талантливых детей, а также не был чужд благотворительности. Поэтому часть путевок получали юные "компьютерные гении" и знатоки истории - победители соответствующих конкурсов, часть - дети из многодетных семей и детских домов.
…У роскошного здания концерна было непривычно шумно. Мальчишки, девчонки, а также их родители искали свои отряды, рассаживались в щегольские новенькие автобусы, прощались, целовались, отдавали и получали последние руководящие указания, махали платочками, знакомились. Агата уселась у окна и весело улыбалась маме, стараясь сдержать глупые, детские и никому ненужные сейчас слезы. Она даже не заметила, когда место рядом с ней заняла маленькая огненно-рыжая кудрявая девчонка, похожая на мальчишку-сорванца или на Пеппи-Длинныйчулок без косичек. Девчонку, похоже, никто не провожал, потому что никаких попыток оттеснить Агату от окна и махнуть кому-нибудь рукой она не делала. Наконец автобусы плавно тронулись с места, мамина фигурка скрылась за поворотом, слезы не пролились и пришло время познакомиться с соседкой.
- Привет, тебя как зовут?- Огонек.- Ка-ак?- -то меня зовут Агния, знаешь, как древнюю писательницу Агнию Барто. Ну там "Уронили мишку на пол", "Идет бычок-качается". Но друзья зовут меня Огонек. Я же рыжая, понимаешь? А имя Агния, по-моему, совершенно дурацкое, но так, видишь ли, звали любимую сестру моей бабушки, - девчонка лукаво улыбнулась,блеснув узкими медовыми глазами, белыми зубами и рыжими веснушками.- Да нет, имя нормальное, я просто удивилась совпадению. Меня зовут Агата. Знаешь, такое имя тоже "древняя" писательница носила, Агата Кристи, детективы писала. Вот я и удивилась: я - Агата, ты - Агния. Никогда еще в жизни не встречала девчонок с такими именами, а тут…
И девчонки стали болтать, как это обычно делают все одиннадцатилетние девчонки на свете. Веселую Агнию, в отличие от "маминой дочки" Агаты, совершенно не беспокоила длительная разлука с родителями. По словам Огонька, папаша-банкир с утра до вечера пропадал в банке, мамаша тусовалась с подругами в фитнесс-центрах, ресторанах и клубах. Старший брат Александр учился в Англии, а Агния - в дорогущей загородной частной школе-пансионе. С семи лет Огонек разъезжала по летним детским лагерям и языковым школам: Турция, Италия, Англия, Мальта. А в этом году ей, подвинутой на компьютере и Интернете, захотелось в "Страну чудес", там классный компьютерный клуб, сиди в сети хоть весь день.
- Послушай, твоя фамилия не Раевская, случайно? - в проходе между креслами перед Огоньком стоял мальчишка в джинсовой кепке с пакетом чипсов в руках.- Раевская. А что?- Да мы с тобой знакомы. Твой отец - председатель РАНбанка, они с моим предком какие-то дела вместе проворачивают. Вы у нас два года назад в гостях были, на Кипре, помнишь?- Что-то припоминаю. Ты тогда еще в бассейне все время плавал с аквалангом. Тебя как зовут-то?- Андрей Крутиков, короче - Крутой. А это мой друг, Темный, то есть Артем Головин. Ну ладно, в лагере увидимся, в одном отряде будем.
Крутой прошествовал в конец автобуса, за ним в развалку проследовал Темный, который, кстати, был совершенно светлым, почти что альбиносом без ресниц и бровей. Агата подумала, что Крутой, представив своего друга, не обратил никакого внимания на нее, соседку Агнии. Впрочем, какое ей дело до Крутых, Темных и всяких там прочих. Бойкая Агния, похоже, хорошая девчонка, хотя тоже "крутая". Они уже договорились поселиться в одну комнату. Огонек сказала, что в "Стране чудес" комнаты на трех человек. Интересно, кто будет третьим?..
- Попова, Суравнева, Колыхалова - первая комната, первый этаж. Ворсанов, Турулин, Сарычев - пятая комната, второй этаж…
Агата краем уха слушала монотонный голос молодого воспитателя Алексея и во все глаза смотрела на озеро. Вот бы окна их комнаты выходили на эту сторону! Просто колдовство какое-то, как красиво! Как здорово, что автобусы подъехали к лагерю в час заката. Никогда еще она не видела такого неба цвета расплавленного золота…
- Агата, ты что, уснула? - Огонек встряхнула язычками пламени - растрепанными рыжими кудряшками и дернула Агату за руку. - Познакомьтесь, соседки. Агата Кондратенко, а это - мисс Петрова. Тебя как зовут-то, мисс?
Высокая худенькая девочка с большими синими глазами смущенно улыбнулась и негромко ответила: "Глаша".
- Даша? - переспросила Огонек. - Нет-нет, не Даша. Я - Глаша, полное имя - Аглая, - уточнила новая знакомая- Ничего себе, - весело воскликнула Огонек, - еще одна Ага. Агния, Агата и Аглая в одном флаконе!- Послушайте, это же действительно странное совпадение! Как это могло получиться? Аглая, тебя почему так интересно назвали? Ты встречала когда-нибудь тезок, или девчонок по имени Агата и Агния? - поинтересовалась Агата.- Своих тезок никогда не встречала, а Агнией и Агатой у меня сестренок зовут. Нас так назвали в честь родителей.- Что значит - в честь родителей? - удивилась Огонек.- Понимаете, моего папу зовут Андрей, маму - Галина. Когда они
поженились, то решили иметь много детей и называть всех в честь себя - с букв "Аг". Первая родилась я, меня назвали Аглаей. А еще у меня есть три младшие сестры Агата, Агриппина, Агния и брат Агафон.
- С ума сойти можно - Огонек закатила смеющиеся глаза, - вам еще крупно повезло. А если бы их звали Андрей и Анна? Или Игорь и Ирина? Или вообще Татьяна и Сергей. Ты бы была какой-нибудь Аакой или Ииной или вообще Стоней?- Огонек, отстань от Глаши! Пойдемте уже в комнату! Интересно, у нас из окна видно озеро?
Окно действительно смотрело на озеро. И Агата не могла оторвать от него глаз. Она глядела в окно столовой во время ужина и видела последний луч заходящего солнца. Она смотрела на озеро, когда торопливо раскладывала и развешивала вещи. И когда, уже устроившись в кроватях и погасив по настоянию воспитательницы свет, они болтали с девчонками. И потом, когда уставшие за день Глаша и Огонек наконец заснули, Агата смотрела в черную даль и ей казалось, что она видит озеро, и ей чудилось, что оно дышит там, за открытым окном как огромный добрый великан…
…Глаша проснулась раньше всех и удивилась - как тихо, неужели Агафончик еще спит? И почему Лучик - пес благородных дворянских кровей - не стягивает с постели одеяло, призывая на прогулку? И отчего не слышно посвистывания суматошного щегла Петьки? Но тут же вспомнила, что она в лагере, в "Стране чудес". И самое большое чудо - что сюда попала она, Глаша, что именно ей дали путевку как ребенку из многодетной семьи. И теперь она, Глаша, будет жить целый месяц в этой огромной комнате, есть всякие вкусные вещи четыре раза в день, купаться в бассейне и в озере, играть на компьютере. Нет, дома Глаша, конечно, не голодала, но пять детей в наше время… Так всегда говорили соседи, когда думали, что мама не слышит: "пять детей в наше время…" И хотя никто прямо не осуждал семью Петровых - дружную, спокойную, с умненькими и воспитанными детишками, но осуждение все-таки слышалось. Глаша очень любила маму, папу, трехлетнего Агафона, пятилетнюю Агнию, семилетнюю Агриппину и девятилетнюю Агату, но часто думала о том, что сама, когда станет взрослой, родит не больше двух детей. И у них будет много-много игрушек, гаджетов, всяких вкусностей и нарядных платьев…
Глаша тихонько, что бы не разбудить соседок, встала, накинула сарафан и проскользнула в ванную. Новые подружки ей понравились, особенно доброжелательная кареглазая Агата с длинной черной косой. Огонек тоже, видимо, девчонка незлая, но больно шебутная, резкая. Умывшись, Глаша вышла на улицу и осмотрелась. Вдалеке по блестящей поверхности озера плыла лодка. По пляжу бежала большая рыжая собака. Увидев Глашу, пес деловито подтрусил поближе, доброжелательно повилял хвостом и подставил здоровенную башку под ласковую руку девочки. Глаша подумала, что нужно будет прихватить для этой славной псинки что-нибудь вкусное из столовой.
У корпуса компьютерного клуба мальчишка лет двенадцати высаживал рассаду. Глаша, сопровождаемая новым хвостатым знакомцем, подошла поближе:
- Привет! Ты из какого отряда? - Привет! Я не из отряда. Работаю я здесь, - солидно ответил мальчик.- Работаешь? Тут детей на работу берут? - удивилась Глаша.- У меня мать здесь сестрой-хозяйкой работает, вот и меня на время каникул пристроила. Рабочим по озеленению. Садовником вроде.- Здорово. Я бы тоже где-нибудь поработала. Свои деньги – это здорово, - позавидовала Глаша новому знакомому.-Неплохо. Только я половину матери отдаю, у нас с деньгами плохо совсем. Вам, богатеньким, не понять, - подколол мальчишка.- А я вовсе не богатенькая. Мне путевку бесплатно дали. Через собес. У нас семья многодетная, - возразила Глаша.- Понятно. Меня Степкой звать, а тебя?- Глашей.- Глаш, можешь мне помочь? Из шланга клумбы полить? До подъема еще минут двадцать, как раз полить успеем!
Глаша охотно согласилась. Сверкающая на солнце струя полилась на розовые кусты, шланг на ощупь был похож на живую холодную змею. Пес, которого, оказывается, звали Пиратом, лежал рядом и с задумчивым видом глядел на Глашу.
- Хорошо платят? - перед клумбой, ухмыляясь, остановились Крутой и Темный, с которыми Глашу и Агату познакомила во время вчерашнего ужина Огонек.- А ты хочешь подзаработать? - ответил за Глашу Степка.-Спасибо, мне на жизнь хватает. Я отдыхать приехал. Вот идем с Темным в озере поплавать.- А в озере можно купаться лишь в определенное время и под наблюдением воспитателей, - предупредил Степка.- Да? Это кто же это сказал? Ты? Может быть, ты - директор лагеря? Или руководитель концерна? Ничего, что я тебя на "ты" называю? - съязвил Крутой.-Ничего. Только купаться здесь запрещено правилами. Каждому из вас эти правила вчера раздали и велели прочитать. Может, ты читать не умеешь?- Я плавать слишком хорошо умею. А на дурацкие правила плевать хотел. Может, вы, местные, и боитесь воды, а для меня водные процедуры необходимы.
Темный радостно подхихикнул шутке приятеля, и оба направились к пляжу, помахивая полотенцами и на ходу стягивая футболки. Степка обогнал их и встал на пути:
- Тут один умный, вроде вас, не из местных, сразу после майских праздников доплавался. Даже тело найти не смогли. Так что поворачивайте назад. Заплыв отменяется.- И кто это его отменил? Мальчик хочет подраться? - Крутой сделал "зверское" лицо.- Драться я с тобой не собираюсь.- Страшно стало? - подхихикнул Темный.- Работу не хочу терять. В будке на пляже, между прочим, постоянно дежурят спасатели, пусть они с вами разбираются…
Неизвестно, чем бы закончилась столкновение, но в этот момент над "Страной чудес" поплыли звуки какой-то веселой песенки, приглашающие всех встать с постели и отправиться на утреннюю пробежку или спортплощадку. Одновременно из корпуса вышел воспитатель Алексей и направился к ребятам.
- Доброе утро. Чем занимаемся?- Да так, болтаем. С местными жителями знакомимся. Петрова, вон, полезным трудом занимается. А вопросик можно задать? - Крутой сделал невинное лицо.- Задавай, конечно.- Вот тут нам сказали, что в озере недавно кто-то утонул. Из отдыхающих ребят. Это правда?
Лицо Алексея оставалось совершенно спокойным, но по короткому косвенному взгляду, брошенному на юного озеленителя и потому, что круглая Степкина физиономия мгновенно стала багровой, Глаша поняла, что в запале ссоры с Крутым Степка явно проболтал то, о чем ему велено было молчать.
- Действительно, в укороченную майскую смену в "Стране чудес" произошел несчастный случай. Со смертельным исходом. И для того, чтобы подобное не случилось в нашу смену, каждый из вас должен соблюдать правила безопасности. Они вам розданы вчера вечером.- Интересно, наши родители знают о несчастном случае?
Глаше показалось, что Алексей смущен. Ей очень нравился молодой симпатичный воспитатель и совершенно не нравился наглый Крутой, а потому она решила применить прием, часто используемый ею в "разборках" с младшими сестрами, то есть "перевести стрелку"
- ты что, побоялся бы приехать на озеро, где кто-то когда-то утонул? На даче - где там у тебя дача? В Греции? С мамочкой и папочкой, конечно, безопаснее. Правда, в Средиземном море утопленников побольше будет, там много кораблей за несколько веков затонуло.- Молодец, Глашка!
Глаша оглянулась. За ее спиной стояли Огонек с Агатой и еще несколько девчонок и ребят из отряда. Увидев их, Алексей заговорил громко и четко:
- Ребята, хорошо, что вы все это услышите сейчас и от меня. В майскую смену один мальчик, Сергей Корнилов, он был чуть постарше вас, тринадцати лет и попал в следующий отряд, жил в соседнем корпусе…Так вот, Сергей однажды ночью, после отбоя, грубо нарушив все правила лагеря, отправился купаться в озере. Как вы, может быть, помните, в начале мая установилась необычно теплая погода, но вода в озере оставалась холодной и, конечно, отдыхающим в лагере было запрещено купаться. Сергей утонул. Эту ужасную трагедию никто не держит в тайне, и если ваши родители задавали вопрос о несчастных случаях в лагере, то им известно и о гибели Сергея. Еще вопросы есть? Тогда желающие могут сделать забег на стадионе или пойти со мной на спортплощадку для легкой разминки…
Глава вторая. Диск
Агата захлопнула тяжелый том и попрощалась с библиотекарем. На улице ярко светило солнце, озеро блестело, в открытые окна слышались голоса ребят, играющих в баскетбол на спортивной площадке. Директор исторического клуба Николай Дементьевич посоветовал ей изучить литературу по эпохе Людовика XIV, чтобы выбрать себе роль в историческом спектакле, который будет поставлен к концу смены. Агата уже решила стать Анной Австрийской, теперь надо искать материалы о прекрасной и несчастной королеве в книгах, в Интернете. Но сейчас больше всего девочке хотелось искупаться в озере. В четыре часа пляж откроется для купания, там будут дежурить воспитатели и медсестра. Бедный Сергей Корнилов! Интересно, он плохо плавал? А, может, ему судорога ногу свела? Степка сказал, что в озере бьют холодные ключи, есть омуты и водовороты, но здесь, вдоль пляжа, дно безопасное, и ключей нет. А мальчишка утонул, и даже тела не нашли.
Агата постаралась отогнать от себя неприятные мысли и побежала к "кружковому" корпусу. Глаша занимается в кружке моделирования одежды, нужно позвать ее купаться, хватит на сегодня работ и забот! Заглянув в комнату, Агата застыла на месте. Прямо по длинному закроечному стола, как по подиуму, шла, покачивая бедрами в такт музыке, умопомрачительная красавица в длинном синем одеянии. И только через минуту Агата поняла, что перед ней Глаша - слегка подкрашенная, с распущенными светлыми волосами. Глаша спрыгнула со стола, куда уже забралась с другой стороны девочка в светлом брючном костюме, и подбежала к Агате.
- , какая красота! Послезавтра мы будем моды демонстрировать, как манекенщицы. Меня Ядвига Станиславовна накрасила, правда, здорово! Мама бы не разрешила, но для выступления это необходимо. Идем, я тебя с Ядвигой Станиславовной познакомлю, она и тебя может взять для показа, и Огонька! А потом я научусь сама такие платья шить, я ведь способная, у меня по технологии одни пятерки, и рисую я неплохо!
Глаша подтащила Агату к яркой блондинке лет тридцати пяти, которая наблюдала за девочкой на "подиуме".
- Агата, это Ядвига Станиславовна, руководитель модельного агентства и кружка моделирования. А это моя подружка Агата. Она в историческом конкурсе победила и теперь в историческом клубе занимается. Можно, Агата тоже будет послезавтра моделью?
Ядвига Станиславовна улыбнулась, и Агате показалось, что перед ней ожила картина какого-нибудь великого художника. Ядвига Станиславовна была как-то не по-настоящему красива: серебристо-белые длинные волосы уложены на затылке замысловатым узлом, огромные глаза неправдоподобно зеленого цвета, белоснежные зубы, высокая изящная фигура в модных джинсах и зеленом, под цвет глаз, топике.
- В показе могут участвовать все, только необходимо ходить на репетиции. Завтра в десять и в два часа дня. А на сегодня закончим.
Девочки попрощались с блистательной Ядвигой Станиславовной и поспешили к компьютерному клубу, обмениваясь на ходу впечатлениями и планами на оставшуюся часть дня. За ними тут же увязался рыжий лагерный пес Пират, которого Глаша уже успела прикормить столовскими сосисками. Сейчас захватят Огонька - и купаться. Однако Агнии в клубе не было. Ушла минут пятнадцать назад - сообщил им директор клуба Валентин Иванович - веселый плотненький дядечка среднего возраста. Не было Огонька и в комнате. Девчонки оставили записку на кровати Агнии, переоделись в купальники и побежали на пляж.
Озеро не обмануло ожиданий Агаты. Вода оказалась чистой-чистой, дно покрыто мелким желтым песочком, и так здорово было плыть, разбивая гребками прозрачную гладь и вспугивая стайки крошечных рыбок-мальков. Правда, особо не разгонишься - за буйки заплывать запрещено. А Агата могла бы плыть долго, до острова, который так заманчиво покачивал кронами деревьев метрах в семистах от пляжа. Глаша плавала неважно и сейчас плескалась у самого берега с Пашей и Дашей - шестилетними двойняшками, детьми врача "Страны чудес". Удивительно, но к Глаше сразу тянутся животные и дети - подумала Агата. Может, это потому, что Глаша - старшая сестра в многодетной семье?
-Агата! А-а-ага-а-а-та-а!
Агата повернула к берегу, где призывно махала ей рукой маленькая фигурка, увенчанная шапкой рыжих кудрей. Глаша уже вылезла из воды и стояла рядом с Агнией.
- Что случилось? Ты куда делась? Иди с нами купаться!- Быстро переодевайтесь и пошли! Все вопросы оставьте на потом!
Заинтригованные девчонки помчались в раздевалку, лихорадочно-быстро переоделись и подбежали к нетерпеливо ожидающей их Огоньку.
- Ну что случилось-то! Говори!- Не здесь! - Огонек оглянулась, словно раздумывала, куда бы отправиться.-Могут подслушать. Идите за мной.- Кто подслушает? Зачем? Мы что, в разведчиков играем?
Но Огонек не отвечала на вопросы и явно не была склонна шутить. Она притащила подруг на лодочную станцию, взяла у лодочника лодку на трех человек, умело догребла до лодочных буйков, и начала говорить только тогда, когда убедилась, что их никто не слышит.
- Девчонки, я знаю, что Сергей Корнилов не утонул. Может, он вообще жив - здоров.- Он жив? С чего ты взяла?- А вот с чего. Сегодня утром, когда я пришла в компьютерный клуб, мне определили для работы машинное время, показали компьютер, на котором я буду работать, и выделили в столе ящик, куда я могу складывать какие-то свои вещи. Ящик мне достался нижний, он как-то плохо задвигался. Я вытащила ящик и нашла под ним вот это.
Агния с таинственным видом положила на колени диск, подписанный корявым мальчишеским почерком "Сергей Корнилов". - Пока вы купались-развлекались, целое расследование провела. Сначала все файлы на диске просмотрела, потом Степку допросила, с матерью его поговорила. И выводы сделала, - Огонек замолчала, явно провоцируя подруг на дальнейшие расспросы.
- Какие выводы? Огонек, кончай издеваться, раскалывайся, что ты узнала, - заинтригованная Агата теряла терпение.
- Сергей Корнилов попал в лагерь как победитель компьютерного конкурса, проводимого в Интернете. Насколько известно Степке и Анне Степановне (это Степкина мать), никаких знакомых у него здесь, в "Стране чудес", не было. Приехал он с другими ребятами 28 апреля вечером, пять дней здесь жил себе спокойненько, занимался в компьютерном клубе, играл в футбол, купался в бассейне. А потом вдруг в ночь на четвертое мая полез в озеро купаться и утонул
.- Огонек, но ведь все это, только без подробностей, нам рассказал Алексей!
- Все, да не то, что было на самом деле. Потому что большая часть файлов найденного мною диска - это дневник Сергея, который он вел после приезда в "Страну чудес". И из этого дневника можно узнать много интересного. Оказывается, Сергей не случайно победил в компьютерном конкурсе.
- Что значит случайно-неслучайно? Я тоже неслучайно в историческом конкурсе победила - сидела, старалась, ответы на вопросы искала, сочинения писала.
- Да речь совсем не о том, Агата. Сергей здорово продвинут по компьютерной части и большой любитель Интернета. Он, оказывается, сирота, жил в детдоме. И, как талантливый в области математики и компьютеров, был принят в какой-то там особый интернат, где-то в Сибири. Там, в интернате сибирском, все очень круто, интернет-класс, и все такое. Сергей все свободное время в Интернете сидел. И очень любил болтать в чатах. Я, кстати, только поначалу болтала, теперь мне уже надоело. Ну вот, Сергей познакомился через чат с Кэшем.
- С кем?
- С Кэшем. По-английски "cash", наличные деньги, значит.
- Это кто? Мальчишка?
- Такой вопрос, милая Глаша, могут задавать только чайники, ничего в Интернете не понимающие. Кэш - это кто-то. Кто назвал себя Кэшем. Это может быть мальчишка, или девчонка, или толстая тетя, или старичок - божий одуванчик. В инете паспортов не спрашивают.
- Огонек, перестань подначивать Глашу. Скажи лучше, Кэш за кого себя выдавал? И какое все это отношение имеет к смерти Сергея?
- Насчет смерти не торопись. Кэш выдавал себя, судя по всему, за того, кем он и был. За работника лагеря "Страна чудес". Он расписал Сергею, как здесь все классно и клево. Подбил его участвовать в компьютерном конкурсе. И даже помог выиграть.
- Подсказывал ответы?
- Ну, в общем так. Хотя Сергей и сам, как я уже сказала, неплохо разбирался в компьютерах. Но помощь Кэша обеспечила Сергею победу со стопроцентной гарантией. И он приехал в "Страну чудес".
И что? Что было дальше?- синие глаза Глаши просто светились любопытством.
- Познакомился в реале с Кэшем.
- Кто это? Кем оказался Кэш?
- Кэш оказался Кэшем. Сергей его в дневнике называл только так. Даже невозможно понять, мужчина это или женщина, молодой или старый. Но дело не в этом. Дело в том, что Кэш уговорил Сергея куда-то бежать.
- И ты считаешь, что Сергея утопил Кэш? - в голосе Агаты слышалось сомнение.
Я вообще думаю, что Сергей не тонул и тонуть не собирался. Они с Кэшем договорились разыграть сцену утопления. А на самом деле Сергей ушел куда-то. С Кэшем. В резиновых сапогах. Понимаете, Сергей ушел в ту ночь куда-то в резиновых сапогах, - Огонек сделала ударение на последних словах и замолчала, ожидая вопросов.
- В резиновых сапогах? Но ведь Алексей утверждал, что была прекрасная погода!
- В том-то все и дело. Анна Степановна, когда я ее расспрашивала, вспомнила, что какой-то мальчик из отряда Сергея говорил, что за день до своего исчезновения Корнилов попросил у него резиновые сапоги. И не вернул их. И среди оставшихся вещей Сергея резиновых сапог не было.
- Постой, Огонек. А почему решили, что Сергей пошел купаться и утонул? Этого ведь никто не видел?
- Никто. Но на пляже утром нашли полотенце Сергея, его футболку, шорты и кроссовки. И больше ничего из вещей Сергея вроде бы не пропало.
- Кроме чужих резиновых сапог…Странная история. Получается, парень ушел в плавках и в чужих резиновых сапогах, - задумчиво произнесла Агата.
- Никто толком не осматривал вещи пропавшего, родителей у Сергея нет, а соседи по палате могли и не знать точно, что именно у него было.
- Получается, Сергей и Кэш представили все дело так, чтобы все поверили, будто Сергей утонул… Может, Кэш маньяк? Мы должны сейчас же заявить в милицию, - не на шутку встревожилась Глаша.
- Никакой Кэш не маньяк. Зачем ему нужно было выманивать куда-то Сергея в резиновых сапогах? Он и так мог куда угодно завести мальчишку, который ему, судя по всему, полностью доверял. Нет, тут дело в другом. И никакой милиции нам не нужно, мы сами все распутаем! - лукавые глаза Огонька сверкали. - Судя по всему, Сергею не очень-то нравилось в интернате. А Кэш обещал ему какое-то дело, которое даст им много денег. Я думаю, что они где-то вместе с Кэшем хакерством занимаются.
- Чем-чем? - удивилась Глаша.
- Глаша, твое невежество не знает границ. Хакерством, то есть компьютерным взломом. Взломают базу какого-нибудь банка, переведут на свои счета несколько миллионов долларов и уедут жить на Канарские острова.
Это все, по-твоему, способен сделать тринадцатилетний мальчишка из детдома? - усомнилась Агата.
- Агата, ну ты же не Глаша, инетом пользуешься, неужели не знаешь, что иногда подростки очень успешно хакерством балуются. А Сергей, между прочим, не просто мальчик из детдома, а очень даже продвинутый и одаренный мальчик!
- Предположим, твои догадки верны. Что мы-то будем делать?
- Мы найдем Сергея, - торжественно объявила Огонек.
- А если он с Кэшем или без Кэша в Москве? Или в Санкт-Петербурге? Или уже на Канарских островах? - Агата явно не горела желанием ввязываться в столь странную историю.
- Кэш до сих пор в лагере. И Сергей где-то поблизости, - уверенной рукой отмела Огонек Агатины сомнения.
- Откуда такая уверенность?
- Я узнала у Анны Степановны: сейчас в лагере работают все, кто работал в майскую смену. Ни один человек не уволился, не пропал, не умер. Значит, Кэш здесь.
- Но ведь он мог отправить Сергея куда угодно!
- Нет. Тогда Сергею не нужны были бы резиновые сапоги.
- Причем тут эти сапоги! - возмутилась Агата.
Напряги мозги, Агата! Май. Теплынь. Совершенно сухая погода. Мальчик хочет тайком, с помощью взрослого уйти, а скорее - уехать из лагеря. И при этом просит у соседа резиновые сапоги и уходит в них, оставляя гораздо более удобную обувь? - казалось, в обличье Огонька временно переселился великий английский сыщик Шерлок Холмс или его не менее великая соотечественница мисс Марпл.
- Согласна, все это странно. И как ты это объясняешь?
- А вот как, - Огонек эффектным движением достала из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и развернула его на коленях, - это план места, где мы с вами находимся. Это - озеро, видите, оно похоже на яйцо. У тупого конца - наш лагерь, "Страна чудес", он образует как бы рюмочку, в которой "стоит" яйцо. Ножкой от рюмочки отходит дорога в райцентр, через который мы проезжали вчера. Вокруг - леса, леса, леса. Если идти от лагеря влево, ну, вот сюда, в четырех километрах будет деревня, где живет Степка, Дедово. В деревню ведет нормальная дорога, Степка, Анна Степановна и другие работники лагеря, кто в деревне живет, на велосипедах на работу ездят. Чтобы до деревни добраться, сапоги резиновые в сухую погоду без надобности.
- Так куда же мог Сергей уйти? Не в деревню, не по шоссе в райцентр, так куда же? - недоумевала Глаша.
- В резиновых сапогах он мог идти только в одно место. В Комарово болото. Вот оно, на карте справа от лагеря, в трех километрах. Туда местные жители ходят за клюквой. Но редко - больно далеко идти. Понятно, что мы теперь должны сделать?- Что?- Пойти на болото и посмотреть, нет ли там какого-нибудь убежища, или следов Сергея!
Глава третья. Комарово болото
Чем-чем, а даром убеждения Агния Раевская владела точно. Все логически обоснованные возражения рассудительной Агаты и робкие опасения пугливой Глаши были ею быстро и достаточно убедительно опровергнуты. В результате весь остаток дня ушел на выработку плана операции под кодовым названием "Комарово болото". Хорошо было Гарри Поттеру с друзьями: ходили - бродили по Хогвартсу куда хотели, в крайнем случае мантией-невидимкой слегка прикрывшись. В "Стране чудес" детей, конечно, за руку никто не водил и ежеминутного отчета о местопребывании не требовал, но… Выход из лагеря без специального разрешения и сопровождения взрослых - строго запрещен. Территория "Страны чудес" обнесена бетонным двухметровым забором - не перелезешь, дырок нет, разве что подкоп делать придется. Но изображать графа Монте-Кристо девчонкам совсем не хотелось. Калитка, выходящая в сторону деревни, охраняется, ворота - тоже, иных выходов нет. Впрочем, как известно, безвыходных положений тоже не бывает - о чем напомнила девчонкам азартная Огонек.
План получился следующий. Днем отсутствие девочек в течение не менее двух часов заметят легко - ведь именно в это время идут занятия в клубах, репетиции показа моделей, нужно обязательно присутствовать на завтраке, обеде, полднике и ужине. А вот вечером, когда большая часть ребят идет на дискотеку, легче всего исчезнуть на пару часов из поля зрения бдительных воспитателей.
- Главная сложность - как попасть за забор? Незамеченными через калитку или ворота не пройдешь. Перелезть через забор - невозможно. Значит, нужно через него… переплыть, заявила Огонек. - Вернее, оплыть ту часть забора, которая выступает в озеро! Кроме того, вдоль озера - самый короткий путь к Комарову болоту. Но на пляже стоит смотровая будка, в которой после случая с Сергеем постоянно дежурят два спасателя. Правда, во время завтрака, обеда и ужина спасатели попеременно на короткое время оставляют свой пост, чтобы поесть в столовой. А оставшегося дежурного нужно отвлечь - минут на пять, не больше, этого времени достаточно, чтобы выскочить из заранее намеченного убежища (густые кусты) и оплыть забор. А вещи и обувь нужно заранее перекинуть через забор.
- А кто же будет отвлекать оставшегося спасателя? - поинтересовалась Агата.
-- И как? - добавила Глаша.
- Может, позвать его куда-нибудь?
- Да, на дискотеку, - съязвила Агата, - нет, никуда он не пойдет. По-моему, нужно заставить спасателя заниматься своим делом! Он же спасатель, вот пусть и спасает.
- Кого?
- Утопающего. А утопающим будешь ты, Глаша. Плаваешь ты, кстати, очень плохо. Пойдешь гулять по лодочному причалу - причал в противоположной стороне от забора, за который нам надо заплыть. Будешь ходить, рассматривать рыбок, а потом у тебя сорвется нога и ты упадешь в воду.
- Я??? - бедная Глаша явно была не в восторге от идеи Агаты, в то время как на лукавой физиономии Огонька было написано полное одобрение.
- Ты. Ты ведь не сможешь оплыть забор, нам еще утопленниц не хватало.
- В одежде? Вечером? В воду? - в голосе Глаши отчетливо звучали панические нотки.
- О, нет! Ты аккуратно разденешься, а потом случайно упадешь в воду, - Агния махнула рукой на испуганную Глашу - отличный план, Агатка! Я даже от тебя не ожидала! Бежим в комнату, прорепетируем пару раз Глашкино падение!
К показу мод готовились суматошно и весело. На утренней репетиции, куда компания "Агушек" (так прозвали подружек Крутой с Темным) отправилась в полном составе, выяснилось, что у Агаты тяжелая походка, Агния слишком торопится и не попадает в такт музыкальному сопровождению, зато Глаша - прирожденная модель. Но Ядвига Станиславовна никого не прогнала, Агате досталась для демонстрации элегантная школьная форма, Огоньку - крутой джинсовый костюм, а Глаше - вечернее синее платье, купальник и сарафан с русскими народными мотивами. В свободное от репетиций время Агата изучала жизнь Анны Австрийской, Глаша просматривала журналы мод в поисках оригинальных идей для вечернего платья, которое она задумала шить под руководством Ядвиги Станиславовны, а неутомимая последовательница Шерлока Холмса под кличкой Огонек раздобыла на сайте "Страны чудес" полный список работников лагеря и пыталась выяснить, кто из них хорошо знаком с компьютером. Таким образом Агния хотела выйти на след Кэша.
Ужин девчонки заглотнули в момент, как какие-нибудь удавы. Скоростная еда позволила им оторваться от Паши с Дашей, которые весь день ходили за Глашей как привязанные. В двадцать минут восьмого Агата с Огоньком уже заняли исходную позицию в кустах, успев перекинуть сумку с одеждой через забор. Глаша, сопровождаемая верным Пиратом, прогуливалась по причалу, старательно рассматривая что-то в воде. Одинокий спасатель сидел в своей вышке. Короткий вскрик - и несчастная Глаша, неловко взмахнув руками, падает в воду. Испуганный Пират носится по причалу, отчаянно лая. Спасатель спешит к месту происшествия, не замечая, как две фигурки бросаются в воду, в рекордном темпе проплывают вдоль забора и скрываются за ним. Первый этап операции "Комарово болото" прошел успешно.
Агата и Огонек быстро шли по едва заметной тропке, на ходу размазывая по лицу, шее и рукам крем от комаров. Крем девчонки обнаружили, когда одевались после "заплыва", наверное, его предусмотрительно положила для подруг хозяйственная Глаша. Уставшее за день солнце лениво просвечивает сквозь стволы деревьев, посвистывают птицы, блестит за кустами озеро. Агате немного страшновато - кто протоптал эту тропинку? Кого можно встретить в густом, можно сказать, диком лесу? Но рядом бодро шагает Огонек, и Агате стыдно признаться в своей трусости.
Через полчаса лес меняется, деревья становятся ниже и реже, на тропинке все чаще появляются лужицы мутной воды, из которых при приближении путешественниц выскакивают испуганные лягушки. И странно - времени прошло совсем немного, но над девочками как будто сгустились сумерки. А, может, это болотный туман? Теперь и Огоньку явно не по себе - она уже не шутит, не напевает любимые песенки, не плетет на ходу венок из цветов, не припрыгивает, похлопывая великоватыми Глашиными резиновыми сапогами.
И вот перед ними Комарово болото. Комаров здесь, кстати, действительно полно - аж звон в воздухе от жужжания стоит. Агата и Огонек остановились. Куда идти дальше? Тропинка обрывалась у большой лужи. Вот оно какое, болото. Мутная вода, клочки каких-то растений. Подступившие к болоту деревья теряются в сумерках и тумане, а в той стороне, где за лесом осталось озеро, горит - тлеет закат. Как он не похож на вчерашний! Тогда небо было золотым и розоватым, а сегодня окрасилось каким-то шальным оранжевым светом…
Какие же они дуры! Разве здесь, на болоте, можно найти чьи-то следы! Агата уже хотела сказать об этом Огоньку, как вдруг та схватила подружку за руку и утащила за куст, прижимая палец ко рту. Метрах в пяти от девочек раздался хруст веток и к болоту вышел какой-то старик. Больше всего он был похож на московского бомжа - нечесаная грива сивых волос, одет в какие-то отрепья. Старик огляделся, немного помедлил, а потом уверенно зашагал прямо по болоту. Вот он остановился на небольшом клочке суши, повернулся лицом к замершим в своем убежище подружкам. Нет, этот странный старик - никакой не бомж! Он не похож на бомжа, он вообще ни на кого не похож. Сморщенное темное лицо покрыто щетиной, больше всего напоминающей мох болотного цвета. И вдруг - яркие, светло голубые глаза, какие можно увидеть на лицах маленьких детей и, очень редко, на лицах некоторых русских старух. В длинных косматых волосах запутались сосновые иголки, ветки деревьев с зелеными листочками, березовые сережки. Одежда, напоминающая то ли плащ, то ли длинную, до земли, рубаху, похоже, соткана из волокон растений и травы.
Голубые глаза странного незнакомца пристально всматривались в приболотные кусты. Испуганные Огонек и Агата скрючились на земле, судорожно вцепившись друг в друга и не отрывая взглядов от старика. Вот он снова отвернулся, запрокинул кудлатую голову и неожиданно захохотал. Жуткий, но при этом заразительный, нечеловеческий хохот. Агата еле сдержалась, чтобы не закричать от ужаса или не засмеяться в ответ. Потом старик позвал звучным ворчливым голосом: "Шишига! Шишига! Шишимора!"
Позже, намного позже, в лагере, обсуждая виденное в спокойной обстановке, Агата и Огонек так и не смогли прийти к общему мнению. Одна утверждала, что шишига вынырнула из болота, другой показалось, что маленькая невнятная фигурка материализовалась из сгустившегося над болотом тумана. Как бы то ни было, но перед глазами застывших от ужаса подружек рядом со стариком возник второй персонаж разворачивающейся на болоте странной пьесы. Худенькая, какая-то изломанная фигурка, ростом с ребенка пяти-шести лет, вся опутанная болотными травами. Лицо шишиги было похоже на мордочку очень умной и очень вредной обезьянки, которая почти превратилась в человека.
- Почто кричишь, черт старый? - непочтительно поинтересовалась обезьянка тоненьким, слегка скрипучим голоском.
- Шишига, ты никого не видала - не слыхала? - старик опять огляделся.
- Никого. А тебя чаво принесло? - шишига схватила тонкой длинной ручонкой лягушку и немедленно отправила ее в рот.
- Я людей почуял. Две девки малые. Они из-за ограды пришли, к болоту твоему направлялись. Тута они быть должны.
- Коли тута они, да двое их всего, да на мое болото в неурочный час через твой лес приперлись - ты их и заморочь, в лес замани, до утра по лесу води, чтобы больше неповадно было. На то ты лесу хозяин
!- Не могу. Потерял я их, - несколько растерянно произнес странный старик.
- Это как так потерял? Чай, тебе чутье на то дадено, чтоб ты за десять верст вокруг человеческий дух чуял! - возмутилась шишига, закусывая пойманным на лету комаром.
- Да я сам не разумею, что за напасть случилась! Я их сначала чуял, а потом перестал! И из лесу они не выходили, и в лесу их сыскать не могу! - недоумевал тот, кого шишига назвала хозяином леса.
- Да как такое возможно? Старый, ты умом не тронулся ли? Сколько веков чуял, а теперь перестал?!
- Ох, шишига - шишига, самому мне тошнехонько. Я одно знаю - есть такая мазь отворотная, кто ею намажется, того мы, лешие, чуять уже не можем. Но мазь ту ни один человек сделать не может, ею только добрые силы владеют.
- Ой, леший, не пугай меня! Говорила я тебе - не доведет нас Яга до добра. Жили себе не тужили, людям сильно не вредили, добрые силы нас не трогали. Зачем ты позволил Яге в своем лесу поселиться? Зачем позволил через наше болото мальчишку из-за ограды провести! Теперь добрые силы нам покоя не дадут! - расстроенная шишига плюнула в болото, скорчив такую забавную мордочку, что Огонек чуть не рассмеялась.
- Болотная у тебя, шишига, башка, пустая, дурной травой заросшая! Да разве смел я Ягу не пустить? Да и не в моем она лесу живет, а сама знаешь в чьем. И про мальчишку нас с тобой никто не спрашивал. Велено было не мешать ему с Ягой через болото пройти - пропустили. Вон, мавки, воспротивились, отказались лодку с мальчишкой пропустить, сколько бед на себя накликали! И ты того же хочешь? - оправдывался леший.
Старый, старый, не шуми - не кричи! Самой тошно - страшно! Пойдем лучше ко мне, я зелье из сон-травы сварила. Хмельное! Вкусное! Выпьем - сразу полегчает! Все одно, ежели мазью отворотной намазались отродья человеческие, ты их не найдешь - не запутаешь, - примирительно сказала шишига.
Старик леший пробормотал что-то в знак согласия и через секунду болото опустело…
Ни Агата, ни Агния не помнили, как они выбрались из-под куста и домчались до забора. Видимо, неслись девчонки со спринтерской скоростью, потому что оказались у "Страны чудес" за сорок минут до оговоренного с Глашей срока. Ошеломленные подружки не разговаривали, только испуганно озирались вокруг. Наконец, за забором зазвучала песенка, которую напевала Глаша чистым звонким голоском. Агата просвистела в ответ, имитируя трель какой-то неизвестной науке птички. Глаша затянула другую песенку - значит, услышала и пошла отвлекать спасателей. Миг - и девчонки уже в купальниках, еще секунда - и сумка со сложенными в нее вещами полетела через забор. Вода в озере оказалась на удивление теплой, хотя солнце уже зашло и в лесу заметно похолодало. Над озером клубился туман, но Агате и Огоньку было не до красот природы. Доплыв до конца забора, девочки увидели, что Глаша угощает своих якобы спасителей заранее купленными конфетами и кока-колой. Оба смотрели на Глашу, стоя спиной к вынужденным купальщицам. Их план удался!
- Я не верю, не верю! Вы просто разыгрываете меня! Я вам что, трехлетний Агафончик? Какие лешие? Какие шишиги! - вышла из себя всегда тихая Глаша.
- Глаша, если бы мы не видели все это собственными глазами, мы бы тоже не поверили. Но других объяснений нет. Либо это были самые настоящие леший и шишига, либо нас самих кто-то разыграл, - уверенно сказала Агата.
- Но ведь кроме нас троих никто не знал о походе к Комарову болоту! И вспомни, Агата, как они выглядели! Что, нас разыгрывали все специалисты Голливуда? - горячо возразила Огонек.
- Ну хорошо, предположим, вы правда видели лешего и эту, как ее, шишигу. Но почему тогда леший вас, как он выражался, не учуял? Ведь никакие добрые силы не давали вам никаких мазей? - недоверчиво спросила Глаша.
- Не знаю…Может, леший действительно постарел, вот и потерял способность чуять людей. А шишиге ему было стыдно признаться.
Агата и Огонек задумались. Глашу, похоже, им не удалось убедить. Она молча встала и подошла к зеркалу, расчесывая худенькие голые руки. Посмотрела на себя в зеркало, потрогала щеку, подбородок.
- Огонек, ты говорила у тебя какой-то крем есть, которым надо мазаться после комариных укусов? Дай мне, пожалуйста, а то пока я вас ждала, меня всю комары искусали.
- Пожалуйста, хоть весь вымажь, я такой же в киоске видела, завтра куплю еще, - Огонек кинула тюбик Глаше.
- Кстати, спасибо тебе за то, что положила нам крем от комаров, а то бы нас с Огоньком на болоте и без лешего комары съели, - поблагодарила подругу Агата.
- Какой крем? Я ничего вам не положила, я вообще про комаров вспомнила, только когда они меня кусать начали, - ответила Глаша, щедро намазывая кремом больные места.
- Как не положила? А чей же это крем? - Агата протянула Глаше яркий тюбик с надписью "Крем от комаров". Но Глаша твердила, что у нее никогда не было такого крема. Агате и Огоньку он тоже не принадлежал. Как же попал крем в приготовленную для похода сумку? Кто подложил его?
- И зачем? - последний вопрос задала Глаша.
- Зачем - это, по-моему, совершенно понятно. Затем, чтобы нас с Агатой не почуял леший, - заявила Огонек. - В тюбике - отворотная мазь! Из-за того, что мы мазью намазались, нас леший и не почуял. Вопрос в другом - кто нам подложил эту мазь. Кто они - добрые силы?
- А может они, силы эти, типа привидений? Невидные, неслышные. Прилетели, крем нам подсунули и улетели? Или вообще они все время с нами, рядом? - Глаша поежилась и незаметно для подруг огляделась, хотя сама только что обвинила добрые силы в невидимости и неслышимости.
- Нет, не думаю. Тогда бы и мази никакой не надо было бы. И вообще…Понимаете, получается, что нам нужно было идти на болото. И добрые силы нам поэтому помогали!- голос Агаты прозвучал немного таинственно.
Правильно, Агата! Получается, когда мы ищем Сергея, мы служим добрым силам. А добрые силы нам помогают! Причем я уверена, что добрые силы - как, впрочем, и злые, типа Кэша и бабы Яги, про которую говорил леший, - существуют в виде людей!
- И находятся рядом с нами, в "Стране чудес"!
Итак, посещение Комарова болота, не помогло девочкам найти ответ ни на один из старых вопросов. Куда делся Сергей? Жив ли он? Кто его увел? Зачем? Зато появились новые вопросы, ответы на которые, похоже, будет еще труднее отыскать. Могут ли психически нормальные люди, живущие в двадцать первом веке, поверить в существование леших, шишиг, бабы Яги, мавок? Кстати, кто такие эти самые мавки, пострадавшие за то, что не позволили бабе Яге провести Сергея на лодке по озеру? И где искать добрые силы, подкинувшие отворотную мазь в сумку девочек?
Глава четвертая. Этнографическая экспедиция
Ночью Агата спала плохо - ей снились страшные сны, героями которых были полчища существ, похожих на лешего и шишигу. Огонек тоже вскрикивала во сне. За ночь заметно похолодало, с озера дул ветер, бил в оконное стекло, и Агате чудилось, что это пытаются достучаться до них неведомые добрые силы…
За завтраком девчонкам не удалось пообщаться вволю и решить, что делать дальше. К ним за стол непрошеными гостями уселись Крутой с Темным.
- Привет Агушкам! Что это вас вчера на дискотеке не было?
- А тебе, Крутой, что, танцевать не с кем? - съязвила Огонек.
- Да нет, девчонок и без вас хватало. Вот только я думаю - что ваш любимый Степка скажет, когда узнает? Да и Алексею это вряд ли понравиться, - ехидно заметил Крутой.
- Ты о чем? - поинтересовалась Огонек
.- Да все о том же. Днем вы Степке подпеваете, когда он тут из себя начальника строит, перед Алексеем белых и пушистых изображаете, а по ночам в озере купаетесь?
-Тебя что, Крутой, глюки мучают? Когда это мы в озере купались? - Огонек удачно изобразила возмущенную невинность.
- Вчера вечером, минут за сорок до отбоя. Глашка со спасателями кокетничала, а вы из озера вылезали. Глюки коллективными не бывают, а мы с Темным вас вместе видели. Темный, подтверди!
Темный согласно кивнул белесой головой. Агата, Огонек и Глаша переглянулись. Если Крутой их выдаст, они уже никогда не раскроют тайну Сергея, их в лучшем случае возьмут под строжайшее наблюдение, а в худшем - выгонят из лагеря. Быстрее всех сориентировалась находчивая Агния.
- Ладно, Крутой, не пугай нас. Ты нормальный парень и не будешь нас закладывать. Понимаешь, Агатка вчера потеряла в озере кольцо, вот мы и решили его поискать…- Огонек сама чувствовала, что версия ее звучит мало правдоподобно.
- Колечко потеряли? Ну-ну, - Крутой недоверчиво ухмыльнулся, но больше к разговору о ночном купании не возвращался…
После завтрака и короткого совещания подруги разбежались. У каждой из них было собственное задание на сегодняшний день. Огонек должна была полазить по Интернету в поисках следов Кэша. Еще ей предстояло найти все имеющиеся в "паутине" сведения о таких далеких от 21 века и компьютера существах, как лешие, шишиги и мавки. Агата хотела порыскать в поисках аналогичной информации по библиотечным полкам. А Глаша отправилась на переговоры к Степке - как местный житель он должен знать все об окрестной нечисти. Встретиться договорились у Ядвиги Станиславовны, за полчаса до начала показа мод.
Дефиле, как выразился начальник лагеря, прошло на высоком уровне. Переодевшись в свою одежду и немного смыв грим с лиц, усталые, но довольные девчонки забрались в беседку, стоящую в яблоневом саду. Деревянное строение почти полностью закрывали ветви могучих яблонь, шум детских голосов был почти неслышен, лишь жужжали комары, летали бабочки и стрекозы, деловито сновали по деревянным перильцам крошечные труженники-муравьи. Но главным достоинством беседки было то, что сюда редко кто заглядывал, и, следовательно, здесь можно было спокойно обменяться полученными за день сведениями. Первой сообщила о разговоре со Степкой Глаша.
-Вечно вы меня на самую неприятную работу посылаете. То с причала падай, то со Степкой о нечисти разговаривай! - Глаша начала с высказывания недовольства.
-Ты думаешь мы с Агаткой удовольствие на болоте получали? Видала бы ты эту шишигу, тогда бы не выступала…- обрезала Огонек.
-Девчонки, хватит ругаться! Глаша, рассказывай! - Агате хотелось поскроее перейти к делу.
-Так вот, Степка на меня посмотрел, как на идиотку. Смеялся. Говорит, что леших только в дошкольном возрасте в сказках встречал, а о шишигах вообще ничего знать не знает. Но потом, отсмеявшись, сказал, что есть у них в деревне одна древняя старушонка, бабка Агафья. Так эта бабка вроде как знахарка. Травами лечит, заговоры знает. Верят ей только такие же бабки, но как бы то ни было, а иногда она и правда людям помогает. Вот эта самая бабка детишкам маленьким часто что-то рассказывает. Вроде сказок. В том числе и про лешего, и про бабу Ягу. Будто они в здешних местах когда-то водились. В общем, легенды местного значения.
-Это интересно. Нужно нам к бабке Агафье в гости наведаться.
-Как, Агата? Опять Глашу заставим с причала нырять, а сами будем через забор плавать?
-Нет, зачем же. Придумаем что-нибудь новенькое. А пока рассказывай ты, Огонек, что нового узнала?
-Ну, во-первых, по списку работников лагеря. Компьютером здесь умеют пользоваться все, это понятно. На территории лагеря, как вам известно, вайфай везде, а у всех воспитателей и работников лагеря есть планшеты, мобильники, айфоны с выходом в Интернет. В общем, любой из них может быть Кэшем. Правда, круг подозреваемых у нас сократился. Твоя любимая Ядвига, Глаша, в мае была в отпуске.
-Ясно. А про нечистую силу что в Интернете сказано?
-Про нечистую в Интернете многое сказано. Вот, я ссылки сохранила, сейчас зачитывать буду.
-А я тоже в библиотеке не зря проторчала. Так что ты начинай, а я буду дополнять, - рядом с Агатой тоже появились записи, сделанные от руки.
-Поехали. Начнем с лешего. Его еще, оказывается называют лесовиком или лешаком.
-Правильно, а еще - лисуном и боровиком, - перебила Агата.
-А я думала, боровиками только грибы называют…- заметила Глаша.
-Так вот, в восточнославянской мифологии, то есть и у нас, русских, леший - это злой дух, воплощение леса как враждебной человеку части пространства. Леший — хозяин леса и зверей, - Огонек говорила "учительским" голосом, явно заимствованным у кого-то из взрослых.
-Да, шишига его так и называла, хозяином. Только в книгах написано, что его представляют одетым в звериную шкуру, иногда со звериными рогами, копытами. А наш леший был без рогов и копыт. И вообще, я все время не могла вспомнить, на кого он похож. А теперь вспомнила. Он похож на Пана с картины Врубеля, - сказала Агата.
-Какого еще Пана? Какого Врубеля? - Огоньку, судя по всему, не понравилось, что подруга помешала ее докладу.
-Ну ты что, Огонек, никогда в Третьяковке не была? И греческих мифов не читала? Ну вспомни, Пан, он у Врубеля с такими же голубыми-голубыми глазами и с флейтой в руках, - Агата взмахнула руками и отрешенно уставилась вдаль, изображая героя картины Врубеля.
-Агатка, отстань. Нам тут со своей нечистью надо разобраться, а ты еще какую-то древнегреческую пакость вспоминаешь… Так вот, считалось, что леший может изменить свой рост — становиться ниже травы или выше деревьев. Он типа лесного пастуха -перегоняет стада зверей из одного леса в другой.
-Девчонки, а почему он плохой, леший? Ну, лес там охраняет, стада зверей пасет - просто юный ботаник какой-то, - поинтересовалась Глаша.
-А вот послушай, почему: "наделен отрицательными атрибутами, связью с левым (признак нечистой силы), у него левая сторона одежды запахнута на правую, левый лапоть надет на правую ногу и т. п. Леший — проклятый человек или заложный (вредоносный) покойник. Он может пугать людей своим смехом, увести ребенка, сбить с пути".
-Да, все это и я в книгах нашла. Еще я нашла способы защиты от лешего. Вот: "для защиты от лешего уведенный им человек ничего не должен есть или должен носить с собой лутовку (очищенный от коры кусок липового дерева), перевернуть стельки у обуви и т. п."
-А про отворотную мазь ничего не сказано, - подметила Огонек.- Шишига тоже зверушка занятная, как оказалось. "Кикимора,шишимора — в восточнославянской мифологии злой дух дома, маленькая женщина - невидимка (иногда считается женой домового). По ночам беспокоит маленьких детей, путает пряжу (сама любит прясть или плести кружева — звуки прядения кикиморы в доме предвещают беду), может выжить хозяев из дому; враждебна мужчинам. Может вредить домашним животным, в частности курам. Основными атрибутами (связь с пряжей, сырыми местами, темнотой) кикимора схожа с мокушей, злым духом, продолжающим образ славянской богини Мокоши. Название “кикимора” — сложное слово, вторая часть которого — древнее имя женского персонажа мары, моры". Вот и все. Ну, Агата, а что ты нашла про шишигу?
-А я про шишигу вообще ничего не отыскала. Да и ты, по-моему, совсем не о том нам тут рассказывала. При чем тут шишига? Вернее, причем тут кикимора?
-Да при том. Я точно помню - когда леший шишигу звал, он раза два крикнул "шишига", а потом - "шишимора". Вот я и запросила в "яндексе" сначала "шишигу", а потом - "шишимору".
-Но тут же сказано, что кикиморы живут в доме, а не на болоте!- возразила Агата.
-А ты не заметила "связь с сырыми местами"? - Огонек взмахнула рукой, отвергая все возражения.
-Огонек права, Агата! Ведь даже есть такое выражение "кикимора болотная". Значит, шишига, шишимора и кикимора - это одно и тоже! - поддержала Огонька Глаша.
- А кто такая эта мара или мора? - спросила Агата.
-"В славянской низшей мифологии - призрак, видение; дух в облике женщины, Смерть. Мара - одно из самых древних, таинственных и "смутных" существ в поверьях русских крестьян. Мара - дух в облике высокой женщины или, напротив, сгорбленной старухи, но с длинными распущенными волосами. Иногда красивая девушка в белом, иногда женщина, одетая в черное и рвань, а также космата. Мареной называли чучело (куклу, дерево, ветку), сжигаемое, разрываемое или потопляемое во время праздников проводов зимы, а также в ночь на Иванов день. Такая фигура могла воплощать уходящий отрезок времени - зиму (смерть), весну - или божество, связанное с плодородием, растительностью, соотносимое также с русалками и ведьмами".
-Ой, девчонки, я, кажется, догадалась! Мара - это, наверное, и есть баба Яга! - сделала вывод слегка обалдевшая от обилия информации Глаша.
-Нет, Глаша, ты слишком плохо думаешь о наших предках. Их фантазии хватило на целую кучу нечисти. Мара - это Мара. А баба Яга - это совсем другое дело. Слушайте. Баба - Яга известна по русским народным сказкам как старуха-ведьма, живущая в темном лесу в избушке на курьих ножках.
-Кстати, знаете, почему именно на курьих ножках избушка? - поинтересовалась Агата с интонациями экзаменатора.
-Не знаю, я в Интернете об этом не читала, - несколько смутилась Огонек.
-Оказывается потому, что курятина была традиционным поминальным блюдом у восточных славян, то есть его ели после похорон, на поминках. Избушка Яги была окружена забором из шестов с человечьими черепами или человеческих костей, - Агата слегка поморщилась, представив себе это зрелище.
-Теперь я рассказываю, Агата, - предъявила свои права Огонек, - внешне Баба-Яга выглядит как безобразная старуха: у нее длинный нос, костяная, высохшая нога. Для тех, кто сам добирается до ее жилища, она становится проводником в иной мир, или мир мертвых. Она испытывает таких героев и помогает тем, кто выдерживает испытание (или хотя бы готов его выполнить).
-Правильно, - согласилась Агата, - но как жительница или страж иного мира, мира мертвых, Баба - Яга сама похищает людей (особенно детей) и питается их мясом.
-Баба-Яга оказывается "главной ведьмой", у нее есть сестры, повелевающими силам природы и циклами смены дня и ночи. Она летает на железной ступе и когда колотит по ступе пестом, то случается гром и гроза. Баба-Яга связана с братьями - Ветрами, которыми повелевает, - Огонек замолчала, перебирая листочки, и инициативу перехватила Агата:
-Следы за собой Баба-Яга заметает метлой, уже как все ведьмы. Она также связана с печью, самым главным предметом женской домашней магии в деревне. Баба-Яга также пряха; она прядет нити, ткет холсты и гоняется иногда за своими жертвами с железным гребнем. Пряжа ее - знак власти над судьбами людей. Она дает герою сказки клубок волшебной нити, который приводит его туда, куда судьба велит. Как ведьме, Бабе-Яге служат черные коты, вороны, змеи.
-Уймись, Агатка, моя очередь. Бабу-Ягу исследователи связывают с образом змеи. К этому относят ее "одноногость" (вторая нога есть, но высохшая) и то, что она не ходит, а летает по небу, как "змей небесный". В повериях 19-20 вв. Баба-Яга существо не сказочное, а мифически - реальное. Она живет с дочерью Маринкой на болоте, в лесу, то есть в малодоступном месте. Они живут в доме на куриных ножках или на веретенной пятке. Одежда на Бабе-Яге белая или такая "как на ели кожа". На голове - повойник. В доме она прядет. Вне дома она быстро бегает, помогая себе помелом.
-Ужас какой, девчонки! - Глаша зябко повела плечами, - в "Гарри Поттере" ведьмы посимпатичней будут.
-Это тебе, Глаш, не Гарри Поттер. Это тебе… нечистая сила, вот. А красавицы в русских поверьях тоже есть. Мавки, к примеру.
-Да, мы же хотели узнать, кто такие мавки! - спохватилась Глаша.
-Мавки - это русалки, - быстро вставила Агата.
-Агата, так не честно, я первая хотела рассказывать!
-Нет, Огонек, честно! Дай хоть про мавок я начну, - Агния согласно кивнула головой, и Агата продолжила, - послушайте, как красиво: "мавки особенно любят при полном месяце появляться. Распоясывается так, что не ставит ни во что ни охранительный чеснок, ни траву полынь. И через железную цепь не побоится перешагнуть. Мавки плещутся в реке, а потом вылезают на берег чесать свои зеленые кудри, а путников просят дать им для этого дела свой гребешок. Если дать его наглым и мокрым девкам, они расчешутся и вернуться в реку с миром, а гребень придется выбросить, иначе потом облысеешь. Если же не дать, пожадничать, то замучают мавки до смерти".
-Теперь я дополняю. Считалось, что мавками или русалками становятся умершие некрещеными младенцы женского пола и девушки, утопившиеся от любви. Кстати, в других поверьях волосы у мавок или русалок не зеленые, а золотые.
-Мне золотые больше нравятся, - мечтательно проговорила Глаша, чем вызвала взрыв хохота у Агаты и Огонька.
-Вот и стали мы с вами, девчонки, главными специалистами по всяким нечистым силам, - подвела итоги Агата.
-Да, теперь неплохо было бы посетить Степкину старушку и узнать, что местным жителям было известно о всех этих леших, мавках, шишигах и Ягах. Вот только как нам в Дедово выбраться? - спросила Огонек.
-А я уже все придумала, - заявила Агата, - что, зря я в историческом клубе занимаюсь? У нас там есть и этнографическое направление.
-Какое направление?
-Этнографическое. Это когда всякие народные песни, обычаи, сказки, поверья изучают.
-Ну-ну. Как Шурик в "Кавказской пленнице", да? Еще он тосты записывал…
-Вот-вот. Теперь мы будем Шуриками. Я сейчас же схожу в клуб, упрошу Николая Дементьевича разрешить нам завтра сходить в Дедово, в этнографическую экспедицию. К носительнице народных обычаев бабке Агафье. А ты, Глаша, беги скорее к Степке, пусть он сегодня вечером с бабкой договориться, согласится ли она с нами поговорить.
-Ну вот и хорошо. А я вернусь в компьютерный клуб. Я делаю новую редакцию своего сайта в Интернете. У нас в конце смены будет конкурс сайтов, а у меня дизайн никуда не годится…
Этнографическая экспедиция была назначена на следующий день, на послеобеденное время. Николай Дементьевич полностью одобрил идею Агаты, даже произнес проникновенную речь на тему "как важно не забывать о собственных истоках". Степке позволили в рабочее время съездить на велосипеде в деревню, чтобы договориться о встрече с бабкой Агафьей. Бабка оказалась на редкость уступчивой и согласилась принять девчонок в любое удобное для них время. Алексей разрешил подружкам отлучиться из лагеря под наблюдением Анны Степановны, которая должна была уйти с работы в четыре часа дня и доставить юных этнографов обратно в лагерь к ужину. В спортклубе трем подружкам дадут велосипеды, чтобы не топать пешком 4 километра в один конец.
И вот перед ними деревенька Дедово. Дорога выныривает из леса, с невысокого холма сбегают к озеру низенькие, словно игрушечные домики. Синева неба отражается в озере, в садиках приветственно машут ветвями яблони, зеленеют грядки и яркими пятнами тлеют гордые пионы на клумбах. Тишину разрывает короткий лай собачонки в крайнем дворе и недовольное шипение огромных белоснежных гусей, мимо которых с опаской проезжают наши городские жительницы. Избушка бабки Агафьи стоит на отшибе, маленькая, кособокая, словно ей тоже восемьдесят пять лет, как и ее хозяйке. Анна Степановна стучит в дверь, они входят и знакомятся с бабкой Агафьей - худой высокой старухой, древней, но не дряхлой на вид.
-Бабушка Агафья, вот наши девочки. Хотят у вас про обычаи местные узнать. Вы тут знакомьтесь, разговаривайте, а я домой побегу, мне кур и поросенка покормить надо.
Анна Степановна уходит, а бабка Агафья указывает подружкам на скамью, стоящую у стены, где в углу светится крошечным дрожащим огоньком лампадка под иконами. Девочкам странно и интересно: эта изба со старинной мебелью и льняными дорожками на некрашеном полу, полумрак, старуха с впалыми, но ясными серыми глазами. Она ставит на деревянный стол медный большой чайник, достает из печи - настоящей печи - круглый хлеб, разливает из глиняного горшочка в блюдечки светлый и необычайно пахучий прозрачный мед. Потом жестом приглашает гостей к столу, усаживается сама, и только тогда прерывает молчание:
-Угощайтесь, красавицы. Как меня звать-величать, вам уж известно. Теперь вы мне свои имена скажите.
-Агния.
-Агата.
-Аглая, Глаша.
-Ну что ж, тезку в доме принимать вдвойне приятно. Что переглядываетесь, не знаете, кто из вас тезка моя? Свои имена знать надо. Агния - имя чистое. Аглая - блестящее имя, красивое, но чужое. Хорошо, что тебя Глашей часто зовут. А тезка моя - ты, Агата. Имя у нас доброе, хорошее.
-Разве имя так важно? Ведь имя - это только слово, и все. Вот меня все друзья Огоньком зовут, это прозвище, а я не обижаюсь, - возразила Агния, упрямо тряхнув рыжими кудряшками.
-Только слово, говоришь? Так со слова все и начинается, и все своим словом зовется. Тебе на прозвище обижаться не след, ты ведь и вправду как Огонек, а без огня жизни нет. Значит, твое имя, слово твое, живое, чистое, и тебе по праву досталось.
-Бабушка, а вот Комарово болото почему "Комаровым" зовется? Потому что там комаров много? - Агата решила перевести разговор поближе к интересующей их теме.
-Хитрые вопросы задаешь ты, тезка. Комарово болото ведь недавно стали Комаровым называть. По ошибке, по созвучию слов. А раньше ему другое имя было - Кикиморово.
Изумленные девочки переглянулись. Вот так бабка Агафья!
-Что переглядываетесь? Про кикимор-то слыхали?
-Слыхали, бабушка Агафья, слыхали - заторопилась Огонек, - про кикимор, про шишимор, про шишиг. Они там живут? Жили? Их кто-нибудь там видел? Вы видели? Они существуют?
-Ох, Огонек, огонь ты и есть! Сколько вопросов враз выпалила? Только вот что я тебе скажу - не на все вопросы у кого-то ответ узнать можно. Некоторые ответы человек всю жизнь должен сам искать, да может и вовсе не найти. А подсказку я вам уже сказала. Не бывает простых слов. Было Кикиморово. Стало Комарово. Верили люди в кикимору, видали ее - было болото Кикиморово. Забыли о силах земных-лесных, стало болото Комарово, - бабка Агафья покачала головой, словно укоряя кого-то, кто забыл название болота.
-А кикимора? Она существует? Или существовала? Она исчезла? Или просто люди о ней забыли? - Огонек выпаливала вопросы один за другим.
-Коли спрашиваете меня о ней, знать, не забыли? Как же она исчезнет?
-Бабушка Агафья, а какие еще названия, имена, слова старые вы помните. Вот озеро, оно как называется? Не просто же озеро? И лес? У него, наверное, тоже есть название? - Агата жадно ожидала ответа.
-Леса наши по-разному зовутся. Тот, что вокруг деревни - Девкиным. Девки в нем грибы-ягоды собирали, хороводы на поляне водили, вот и лес Девкин, а поляна - Карогодная, хороводная, значит. А тот лес, что за Кикиморовым болотом, издавна Нечистым звали. Почему - сами догадайтесь. За болото никто не ходил. Озеро уже давно Ивановым зовут. Что, не нравится? - бабка Агафья заметила разочарованный взгляд синих Глашиных глаз.
-Нет, почему не нравится. Я, я… я почему-то думала, что озеро как-нибудь романтичнее зовется. Например, "Русалкино озеро". Или "Мавкино".
-Вы и про мавок знаете? А мне уже давно стало казаться, что люди обо всем забыли. О земле, о воде, о лесе. А вы помните…Значит, верно мне сердце подсказало. Неспроста все это. И имена ваши…И пора канунная…Все неспроста, - бабка Агафья задумчиво переставила мед на столе, пригладила темной рукой домотканую скатерть.
-Бабушка Агафья, бабушка Агафья! Объясните нам, что неспроста? О чем Вы? О добрых силах? - взволнованная Агата почти кричала, Огонек привстала со скамьи, а Глаша от волнения так стиснула пальцы, что они побелели.
-Я вам ничего больше говорить не буду - сама мало знаю. И помочь вам тоже почти ничем не могу. Наказ только один дам - слушайтесь во всем сердца своего, оно вам подскажет, что делать. И если сердца слушаться будете, то добрые силы вас от темных всегда заслонят, - бабка Агафья задумалась, девочки сидели тихо, боясь потревожить ее. Старушка вдруг упрямо, как будто в каком-то невидимом глазу споре, встряхнула головой, глаза ее блеснули из-под платка по-молодому лихо. - Ладно, покажу вам еще кое-что, чтобы поняли, откуда вы и за кем на землю, на свою землю, пришли. Ступайте за мной.
Бабка Агафья провела их узенькой тропинкой через свой огород к озеру, где стояла совсем крохотная банька. Внутри было тепло, темно, пахло травами, что были развешаны в предбаннике под потолком. Бабка ловко затопила печь, заварила в котелке какую-то траву, разлила густую темно-зеленую жидкость в три старые глиняные кружки и велела выпить. Сразу закружилась голова, глаза закрылись, и каждая увидела свой сон, похожий на явь.
…Агата видела себя. Вернее, она ощущала себя "изнутри", как обычно, но при этом видела и "снаружи", как абсолютно чужого человека. "Изнутри" она была самой собой - спокойной, доброжелательной девчонкой, немного трусихой, веселой и общительной, стремящейся узнать все обо всем. "Снаружи" она была совсем на себя не похожей - худой, маленькой, с темно-русыми волосами, распущенными по плечам и схваченными на голове сплетенной из лыка повязкой. Одета в немыслимое одеяние, сшитое из плохо выделанной кожи. Агата (или то была вовсе не Агата?) пряталась в высокой траве у реки. В руках у нее - крошечный младенец, завернутый в шкуру, в колени уткнулся растрепанной головкой другой малыш. Агата напряженно смотрит на выдолбленный из дерева челн, в котором трое мужчин ужасного вида увозят вниз по реке отчаянно вырывающуюся женщину. Агата знает, что эта женщина - ее мать, а малыши - братья. Отца Агаты, как и других мужчин их племени, сегодня убили враги, женщин и больших детей - угнали в плен. Агата понимает, что если их заметят, найдут, ее тоже увезут по реке в неволю, а малышей безжалостно убьют. Поэтому мать и толкнула их сюда, в траву. Агата осталась одна, ей предстоит несколько дней брести с братьями вверх по реке, туда, где в родственном племени она найдет защиту и помощь…
…Агния никогда не мечтала быть красивой, особенно такой. Ее рыжая коса, украшенная драгоценными камнями, настолько пышна и толста, что оттягивает голову назад. Зеленые глаза (разве они у меня не желтые, как у кошки?) радостно сверкают. Сегодня праздник - старшая сестра ее выходит замуж за князя. Отец, княжеский воевода, доволен и хмелен, мать на молодых не нарадуется, а ей разрешено побыть на пиру до тех пор, пока у гостей хмель уста не развяжет. Но что это за крики там, за воротами княжеского двора? Откуда взялись эти стрелы? Почему так побледнела сестра и красным стал на груди ее праздничный сарафан? Кто эти страшные люди с узкими глазами и плоскими смуглыми лицами? Зачем звучит жуткое слово "измена"? Куда ей бежать, где спрятаться?
Глаша удивленно смотрит на себя в старинное зеркало с золотой рамой. Это точно она, Глаша, - ее светлые волосы, синие глаза, тонкие руки и ноги. Как не идет ей этот тяжелый тулуп, перепоясанный кушаком. И зачем у нее в руках нож? Что она делает здесь, в большом доме, полуразрушенном и разграбленном, но прекрасном даже в этом унижении? Ее зовут. Глаша бежит на зов, чтобы перевязать раны у своих - бородатых мужиков в тулупах и кафтанах, и у чужих - пленных, избитых, в разорванных мундирах, говорящих что-то быстро и испуганно на незнакомом языке с раскатистой буквой "р"…
Глава пятая. Нечистый лес.
Уже совсем поздно. "Страна чудес" спит. В черном небе звезды подмигивают собственном отражению в озере. А девчонки никак не могут успокоиться. Что это было? Что видела каждая из них? И какое все это имеет отношение к исчезновению Сергея?
- Я читала о подобном, - задумчиво произносит Агата, - у Ивана Ефремова, в "Лезвии бритвы".
- Кто такой Иван Ефремов? - Огонек чувствует некоторую зависть к "всезнайству" Агаты.
- Писатель. Фантаст. В его романе один ученый, врач, по-моему, производил эксперименты, которые будили генетическую память человека.
- Что значит "генетическая память"?
- Это когда ты вспоминаешь то, что было не с тобой, а с твоими предками, - пояснила Агата.
- Ты думаешь, такое возможно? - усомнилась Глаша.
- Как видишь, возможно. Я сегодня вспомнила то, что произошло с моей пра-пра-пра-пра, и еще много раз пра бабушкой. Она, наверное, была какой-нибудь очень древней славянкой. Ты, Огонек, стала на время собственной далекой "пра", она жила во времена, когда на Русь нападали татаро-монголы, или половцы, или печенеги. А Глаша видела то, что случилось с ее "пра" во времена войны с Наполеоном.
- А я, кажется, поняла, - неожиданно заговорила Глаша, - мы все видели прошлое. Но не просто прошлое. Мы видели свое собственное прошлое. Потому что наше прошлое - это не только одиннадцать лет, которые мы прожили. Знаете, моя мама часто говорит, что каждый из нас должен знать, что он - не один. Что есть сестры, брат, родители. Что каждый поможет другому, и сам обратиться за помощью, если это потребуется.
- Глаша, причем здесь это? Вот у Агаты, например, нет братьев-сестер, и отца нет. А я к своим родителям только за деньгами обращаюсь, а брата вообще плохо знаю, хоть он мне и родной, - возразила Агния.
- Огонек, ты сама ответила на вопрос, который задала. Понимаешь, мы - не одни. Мы - это еще и те, кто жили до нас. И будут жить после. Но мы почти забыли о том, кто мы. Мы тоже обращаемся к нашей земле как ты к своим родителям - за деньгами. Мы забыли, что земля дает не только хлеб и картошку. Что в лес можно ходить не только за грибами. Что река - это не только рыбы, которых можно поймать на удочку…
Немного помолчали. Первой заговорила Огонек:
- Предположим, ты права. Бабка Агафья нам хотела напомнить о том, что Николай Дементьевич называл истоками. Ну, вспомнили мы. Дальше то что? Где нам теперь Сергея искать? О том, что с ним случилось, бабка Агафья хоть что-нибудь знает? А если знает, то почему никаких подсказок нам не дала?
- А может и дала, только мы не поняли, - задумчиво произнесла Агата. - Помните, что она говорила о названиях лесов? Дальний лес ведь Нечистым называют. И леший что-то такое сказал, когда его шишига попрекнула тем, что он Сергея в лес пропустил.
- Да-да, леший сказал, что тот лес не его.
- А чей же? - пытливо спросила Агата.
- Наверное, Нечистый лес - это лес Бабы-Яги. И она-то, Баба-Яга, и скрывалась под именем Кэша, - обрадовалась Огонек собственному неожиданному выводу.Правильно. Значит, единственный след, который есть у нас, ведет в Нечистый лес. Нам надо…
- Нам надо попасть в Нечистый лес, - закончила за Агату Агния.
- Вот только как?
- Очень просто, - Агата торжественно посмотрела на напряженно-внимательные лица подружек, - завтра я скажу Николаю Дементьевичу, что бабка Агафья сообщила нам ценную информацию. Якобы в Нечистом лесу находятся остатки древних строений, которые местные жители считают жилищем Бабы-Яги.
- Так Николай Дементьевич и поверит в Бабу-Ягу! Может, ты ему еще и про лешего с шишигой расскажешь? - Огонек скептически покачала головой
.- Конечно, нет. Я скажу, что мы думаем, будто на самом деле там могут сохраниться остатки жилищ неких отшельников. Или разбойников. Но в любом случае интересно проверить, какие реальные явления стали отправной точкой для народной фантазии. Здорово?
- Здорово. Только вдруг он захочет проверить, что нам говорила бабка Агафья? - осторожно заметила Глаша.
- Не захочет. Здесь, в "Стране чудес", всячески поддерживают все разумные инициативы детей. А инициатива совершить поход в Дальний лес - весьма разумная. Кстати, Алексей говорил, что наш отряд обязательно пойдет куда-нибудь в поход в ближайшее время, осталось только выбрать маршрут. Так почему бы нам не отправиться в Нечистый лес?
Алексей, в самом деле, горячо одобрил идею Агаты. Через два дня, в семь часов утра туристы собрались у лодочной пристани. Было решено на трех лодках доплыть до Нечистого леса - это значительно сокращало время похода, не придется обходить Комарово болото. Потом лодки оставят на берегу под присмотром охранника лагеря Виталия, а пятнадцать ребят под руководством Алексея и Николая Дементьевича углубятся на семь километров вглубь леса. Воспитатель узнал в лесничестве, что где-то там действительно находится какая-то старая то ли землянка, то ли охотничья сторожка. Вообще в Нечистый лес люди, в том числе лесники, наведывались крайне редко - населенных пунктов поблизости никаких, дорог - тоже, лесные пожары обходят глухай лесной край стороной.
Раннее утро встретило ребят прохладным ветерком, легкими облачками в светлом, словно сонном небе, бликами солнца на рябой озерной воде. Лагерный пес Пират прибежал проводить свою верную подругу и кормилицу Глашу и даже норовил залезть в лодку, но был отогнан в сторону, в утешение получив кусок котлеты, сэкономленной Глашей за ужином.
Агата, Глаша и Огонек сели в лодку с Николаем Дементьевичем. К ним присоединились и Крутой с Темным. Плыли по озеру около часа, сменяя друг друга на веслах. Агата беседовала с руководителем исторического клуба о народных повериях, Огонек с Крутым и Темным устроили конкурс анекдотов, а Глаша просто любовалась озером, лесом, солнцем. Ей казалось, что если заглянуть поглубже в прозрачную воду, можно и вправду увидеть несказанно прекрасных мавок с золотыми длинными волосами…
…Как хорошо в лесу! Солнце пронизывает своими ласковыми лучами березняк, ковер мягких трав и цветов. Вокруг - целые поля цветущей земляники. В более сырых местах еще не отцвели ландыши, и их сладко-приторный аромат разносится по всему лесу. Голоса птиц звенят, заглушая разговоры и смех ребят. Вот березовая роща переходит в смешанный лес, более темный и строгий. Не видно ни одной тропинки, их ведет Алексей по компасу и карте. Уже чувствуется усталость, ребята на ходу достают из рюкзаков бутылки с водой…
Если верить карте и сведениям лесников, избушка должна быть где-то поблизости. Лес стал совсем темным, еловым. Иногда приходится обходить непролазные заросли из мелких, в рост человека, очень колючих елочек. Алексей решает сделать привал на крошечной полянке. Рюкзаки сброшены с уставших плеч, туристы с удовольствием плюхаются на ковер из засохших еловых иголок. Алексей, посовещавшись с Николаем Дементьевичем, командует:
Девочки отдыхают. А парни - идут в разведку. Андрей, Артем, Леша, Паша и Виктор - с Николаем Дементьевичем. Остальные - со мной. Избушка где-то поблизости, недалеко от ручья. Мы их должны найти. У ручья будет настоящий привал с обедом и костром.А почему это девчонки отдыхать будут, а мы на разведку тащится? У нас равенство полов, - недовольно заголосил Крутой.Во-во, это дискриминация какая-то получается, - охотно поддакнул Темный.У вас, может, и равенство. А у нас мужчина должен быть мужиком, а не размазней, - возразил Алексей, - впрочем, вы, Андрей и Артем, можете остаться с девочками.
Крутой что-то буркнул себе под нос, но поднялся и вразвалку, не спеша отправился вместе с Темным за Николаем Дементьевичем. Девочки с удовольствием разлеглись прямо на иголках, длинная нескладная Таня сняла кроссовки и разглядывала натертую ногу,толстушка Настя уминала чипсы…Минут через пятнадцать с той стороны, куда ушла группа Алексея, раздался свист. Значит, строение найдено!
Да, на избушку-на-курьих-ножках эта развалюшка походила мало. Зато место чудесное: большая поляна, на краю которой бьет прямо из земли родник и превращается в ручеек, пересекающий поляну и скрывающийся в лесу. Мальчишки во главе с Алексеем отправились собирать хворост и ветки для костра, девочки приступили к приготовлению нехитрого (но какого вкусного!) походного обеда, а Агата, Николай Дементьевич и Огонек поспешили в избушку.
- Да-а, давненько здесь никого не было…Но ничего древнего и особо интересного мы тут не видим. Обычная охотничья изба, -констатировал Николай Дементьевич.
- Для чего она, - поинтересовалась Огонек, - изба охотничья?Для охотников.
- Чтобы было где переночевать, от непогоды укрыться, зимой - погреться, - охотно ответил руководитель исторического клуба.
- Только одно непонятно, - задумалась Агата, - и бабка Агафья, и лесники говорили, что в этот лес давным-давно никто не ходит. Откуда же избушка?
- Наверное, с тех пор, когда люди сюда еще ходили, - слишком легкомысленно (с точки зрения Агаты) заметил Николай Дементьевич, - ну, вы тут, если хотите, еще осмотритесь, а я пройдусь по полянке.
Огонек окинула беглым взглядом избушку. Убогая обстановочка: пыль, почерневшие стены, кособокий стол, низкие лавки, полурассыпавшаяся печь.
- Агат, здесь и смотреть-то нечего. Пойду лучше девчонкам с обедом помогу, - Огонек уже толкнула скрипнувшую тоскливо дверь, когда ее заставил вернуться удивленный возглас Агаты.
- Ты только посмотри!
Агата застыла в углу, за печкой, указывая на самое нижнее бревно стены. Там, почти незаметная, еле виднелась сделанная углем надпись: "Серге…Корнил…Купал…"
- Значит, мы не ошиблись! Сергея держали здесь, в этой избушке! Зови Глашу, пусть тоже посмотрит! - возбужденно воскликнула Агата.
Но звать Глашу не пришлось - она сама прибежала за подружками. Надпись, похоже, поразила ее даже больше, чем Агату с Огоньком, заставив окончательно поверить в то, что все происходящее - не шутки подружек.
- Девчонки, когда же он здесь был? И куда его увезли теперь?
- Не знаю - Агата пожала плечами.
- А что значит "купал…"? - продолжала расспросы Глаша.
- Наверное, купался. Все-таки озеро какое-то отношение имеет ко всей истории с Сергеем, - ответ Агаты не был уверенным.
Чтобы не вызывать подозрений, девчонки пообедали вместе со всеми, и лишь после этого стали рыскать в избе, на поляне, вдоль ручья в поисках еще каких-нибудь следов пребывания пропавшего Сергея Корнилова в Нечистом лесу. Но все усилия оказались тщетными. Подружки углубились в хвойный лес, начинающийся сразу за избушкой. Глаша шла первой сквозь заросли папоротника. Внезапно она остановилась, а потом завизжала так, что ее услышали даже на поляне у костра. Подскочившие к подруге Агата и Огонек замерли от ужаса: прямо перед ними на земле свернулась блестящим клубком огромная, в полруки толщиной, змея. Девчонок словно парализовало. Гадина тоже не двигалась, только глядела на них неподвижными черными глазами. Но вот сзади раздался звук торопливых шагов, в гадюку полетела сучковатая палка, и блестящая лента быстро заскользила, через мгновение скрывшись в густой траве. Очнувшиеся девочки кинулись к Алексею, вцепились в его ветровку.
- Не стоит так пугаться! Зачем вы ушли одни в лес? - успокаивал подружек воспитатель, - Глаша, не плачь, все уже позади. Со змеей вы вели себя правильно, не дергались… Успокойтесь! Сходите к ручью, там Лиза и Саша кое-что интересное нашли.
Находка и вправду была интересной. В ручье, метрах в десяти от его истока, Лиза и Саша увидели какие-то странные водоросли: зеленые нити около метра длиной струились по дну, поблескивая в прозрачной воде. Когда все, посмотрев на "чудо природы", вернулись к костру, Огонек шепнула Агате, чтобы та побыстрее принесла рюкзак. Когда подружка вернулась, выполнив указание, Агния стояла босая у ручья, и держала в руках водоросли.
- Огонек, что ты наделала? Зачем ты сорвала их? Вдруг это какой-нибудь редкий вид? - возмутилась Агата.Редкий вид чего? И их вовсе не пришлось рвать, - загадочно заявила Огонек.Редкий вид водорослей. Как не пришлось рвать?
Огонек молча протянула зеленую массу Агате. Это были не водоросли. Это были волосы. И подружкам не нужно было долго гадать, чьи они…
Глава шестая. Мавки. Праздник костров.
Глубокая ночь. Вскрикивает Глаша - ей снится огромная змея в зарослях папоротника. Агата во сне блаженно улыбается: они с мамой купаются в озере, резвятся в глубине как два дельфина, забыв про буйки и прочие ограничения. Огонек спит крепче всех, без сновидений. Но именно она просыпается первой - от света, неяркого, призрачного света, который, тем не менее, пробивается сквозь скованные сном веки и заставляет широко открыть глаза. Зеленоватое сияние исходит из неплотно прикрытого платьевого шкафа, куда Агния положила после возращения из похода рюкзак.
Второй "выныривает" из своего сна Агата, разбуженная тихой, чуть слышной музыкой, проникающей в комнату через открытое окно. Странные звуки…Даже самый знающий музыковед не смог бы назвать инструмент, порождающий их. Впрочем, может быть, это пение? Но кто способен петь так нежно, сладко и безнадежно?
А Глашу разбудил аромат. Сначала ей приснилось, что Огонек прыснула в змею своими французскими духами. Но тут же Глаша проснулась и поняла, что запах - легкий, но опьяняющий, завораживающий и прекрасный - совершенно реален.
Теперь каждая из трех видела свет, вдыхала аромат и слышала музыку. И каждая знала, что надо делать. Огонек подошла к шкафу, достала рюкзак и осторожно вытащила зеленовато-золотистые светящиеся пряди. Агата распахнула окно. Глаша первая вылезла из него и помогла спуститься Агате и низенькой Агнии. Им не пришло в голову посмотреть в сторону будки спасателей - девочки чувствовали, что нынешняя ночь - только для них, что только они видят призрачный свет, слышат музыку и вдыхают аромат. Подружки пошли к озеру - три смешные фигурки в ночных рубашках, со светящейся гривой волос в руках Огонька.
Ночь была чудесной, колдовской. Темной там, откуда они шли и светлой над озером. Девочки приблизились к самой кромке воды, озеро уже касалось их босых ног. И вот из глубины стали возникать чудесные, прекрасно-совершенные тела мавок. Их лица были полны неземной прелести, длинные золотисто-зеленые волосы окутывали фигуры русалок живыми светящимися плащами. Мавки подплыли близко-близко и стали напротив девочек по пояс в темной воде. Их было пятеро - похожих друг на друга как сестры-близнецы. Мавки пели - и постепенно песня без слов становилась призывно-тревожной. Вот к берегу приблизились еще три фигуры: две русалки помогали плыть третей. Лицо последней было бледнее остальных, глаза закрыты, на голове - венок из водорослей, а волосы - не золотистые и не зеленые, а блекло-русые - еле-еле достигают плеч. Она молчала. Казалось, мавка умирает - если вообще русалки могут умереть.
Огонек, словно повинуясь слышному только ей призыву, пошла в воду - как была, в ночной рубашке, с волосами в руках. Вот вода уже по пояс Огоньку. Какой-то метр отделяет девочку от мавок. Она кладет зеленую массу волос на воду. Мгновение - и волосы уже у головки бледной мавки. Русалка ныряет, волосы тоже уходят под воду. Еще один миг - и мавка появляется на поверхности воды. Волосы окутывают ее с головы до пят сверкающей золотисто-зеленой мантией, огромные глаза широко открыты, она поет чудесную, торжественно-благодарную песню без слов.
Мавка подплывает к Огоньку и встает рядом с ней. Русалка на две головы выше Агнии. Она говорит - и в голосе ее звучит журчание воды и шорох волны, бьющейся о прибрежный песок:
-Люди никогда не помогали мавкам. Мавки никогда не нуждались в помощи людей. Вы вернули мне то, что вы называете "жизнью". Что вы хотите взамен?
-Мы ищем пропавшего мальчика. Мы знаем, что вы не позволили Бабе-Яге провезти его по озеру. Но мы прочитали в избушке, что он все же в озере купался. Он утонул? - заговорила Огонек напряженно дрожащим голоском.
-Он жив. Его нет и не было в озере. Купался? Нет. Ищите другое слово. Озеро вам его подскажет. Имя озера. Слово, написанное Сергеем. Больше ничего не могу вам сказать. Прощайте, - мавка повернулась спиной к девочкам, еще минута - и она скроется в таинственной глубине озера.
- Вы утопились от любви? - вдруг выпалила неожиданно для себя Глаша.
Мавка изумленно посмотрела на нее, а потом засмеялась. Смех ее подхватили и остальные русалки, и девчонкам только теперь стало понятно, почему люди боятся мавок и какой смех называют "русалочьим".
- Не будьте такими легковерными, - отсмеявшись, сказала мавка, - мы никогда не были людьми. Нет среди нас ни некрещеных младенцев, ни влюбленных утопленниц. Мы не рождаемся и не умираем. Мы появились здесь вместе с озером. И вместе с ним исчезнем.
- Но вы сказали, что мы вернули вам жизнь вместе с волосами! - возразила любящая точность Агата.
- Нет. Я сказала - вы вернули мне то, что люди называют жизнью. Те, кому нужен ваш мальчик, отняли у меня волосы обманом и силой, в наказание. А в волосах - наша сила. От моего бессилия стали бы слабеть мы все, а значит - ослабело бы озеро. Обмелело, превратилось бы в болото, исчезло. И с ним вместе исчезли бы мы. Это не смерть. Это - исчезновение, - холодно-спокойно сказала мавка.
- А людей вы правда щекочите? И просите у них гребень? - спросила расхрабрившаяся Глаша.
- Сказки. Мы просто не подпускаем людей близко. Но для этого нам вовсе не обязательно их щекотать.
Больше девчонкам не хотелось задавать вопросов. Они стояли на берегу до тех пор, пока мавки не скрылись в глубине. Теперь не слышно было музыки, только со стороны болота доносился скрипучий крик какой-то птицы. Исчез аромат. И не стало призрачного света. Лишь в бархатисто-черном небе сияла полная луна, мерцали точками звездочки, отражались в озере фонари причала и будки спасателей.
В молчании вернулись в комнату озябшие подружки, уселись, закутавшись в одеяла, на кроватях. Молчание прервала Агата:
- Это было так чудесно. Я никогда не забуду…
- И я, - откликнулась Огонек.
- я, - Глаша помолчала, а потом добавила, - а все-таки волосы у них скорее золотые, чем зеленые.
- Господи, ну причем тут цвет их волос, - к Огоньку, наконец, вернулась ее энергичность и сыщицкий азарт, - лучше давайте подумаем, где нам теперь искать Сергея. Что там мавка говорила?
- Что мы должны связать воедино озеро и то, что написал Сергей, - напомнила Глаша.
- Так мы же связали! - возмутилась Огонек, - "Купал…" - значит купался! Где купался? Ну, не в бассейн же его Кэш с бабой-Ягой затащили!
- Нет, девочки, мы неправильно, по-моему, поняли мавок, - задумчиво произнесла Агата.
- А как их понимать? Как? - горячилась Агния.
- Мавка сказала, что мы должны подумать не об озере, то есть не о самом озере. А об имени, то есть названии озера. И связать это название с тем, что написал Сергей в избушке.
- Агата, не издевайся, выкладывай все! Я же вижу, что ты догадалась! - взмолилась Огонек.
- Озеро называется "Ивановым". В избушке Сергей написал "Купал…". С большой буквы, между прочим…
- Я тоже знаю, - вдруг завопила Глаша, - Иван Купала! 24 июня! День моего рождения
- !Какой Иван? Мне-то кто-нибудь что-нибудь объяснит? Я ничего не понимаю! - Огонек даже стукнула кулаком по подушке
- А ведь бабка Агафья права - ничего мы о себе не помним, все забыли, - медленно и слегка укоризненно прошептала Агата, - ты, Огонек, небось и про Хеллоуин все знаешь, и про день святого Валентина. А про Ивана Купалу впервые слышишь…
- Я лекции слушать не собираюсь. Спокойной ночи! - обиженная Огонек плюхнулась в постель и с головой укрылась одеялом.
- Ну прости, я не хотела тебя обидеть, - Агата присела на кровать Агнии и ласково потрепала подружку по плечу, - считай, что я саму себя укоряю. Я про историю Франции, к примеру, знаю больше, чем про историю Руси. Мифы Древней Греции часами могу пересказывать, а о русских повериях почти ничего не слышала. Так, отрывочные сведения.
-Я, кстати, тоже, - подала голос огорченная ссорой подружек Глаша, - просто у меня бабушка, папина мама, в деревне живет, под Екатеринбургом. Она мне говорила, что я в Иванов день родилась. И еще что-то рассказывала… Вроде венки в этот день плести надо…Или через костер прыгать… Только я вполуха ее слушала…
- А я про Ивана Купалу из книг узнала. У Гоголя, в "Вечерах на хуторе близ Диканьки" какой-то жуткий рассказ есть…- объяснила Агата
.- Стойте! - Огонек, забыв про обиды, вскочила с кровати и стала судорожно рыться в тумбочке. Она достала стопку бумаги, пробежала глазами лист-другой, и радостно воскликнула. - Вот! "Мареной называли чучело (куклу, дерево, ветку), сжигаемое, разрываемое или потопляемое во время праздников проводов зимы, а также в ночь на Иванов день. Такая фигура могла воплощать уходящий отрезок времени - зиму (смерть), весну - или божество, связанное с плодородием, растительностью, соотносимое также с русалками и ведьмами". Все правильно! Все указывает на этот самый Ивановский день!Иванов, Огонек, Иванов день, - осторожно поправила подругу Агата, - и еще. Помните, бабка Агафья говорила: "Все здесь неспроста! И имена ваши…И пора канунная." Вот что значит - "пора канунная"! Канун Иванова дня, понимаете!То есть Сергей нужен бабе-Яге и Кэшу для чего-то, что он должен сделать 24 июня? - сказала Глаша.Да. Вот только для чего? - Агата вопросительно посмотрела на подружек.Девчонки, завтра примемся за дело! Я посмотрю все об Ивановом дне в Интернете. Ты, Агата, в библиотеке изучаешь Гоголя и всех, кто про Ивана Купалу писал. Ты, Глаша, пока свободна, - бойко распорядилась Агния.Есть, господин начальник! - Агата шутливо отдала честь, обрадованная тем, что Огонек уже забыла о своих обидах.
День выдался на редкость "деловым" и столь же безрезультатным. Огонька назначили дежурной по компьютерному клубу, так что вволю полазить по Интернету ей не удалось. Агату Николай Дементьевич включил в группу сценаристов - она полдня писала вместе с другими "коллегами" историческую пьесу об Анне Австрийской, Людовике XIY и т.д. и т.п. Глаша по поручению Ядвиги Станиславовны отбирала в костюмерной лагеря наряды к празднику Нептуна. После обеда раздавали всем желающим роли на этот праздник. Глашу выбрали главной русалкой - дочерью Нептуна (его будет играть Алексей) и Морской царицы (эту роль исполняла Ядвига Станиславовна). Агате досталась роль цыганки, а Огоньку - маленькой разбойницы. Потом все примеряли костюмы, договаривались о времени репетиций с руководителем театральной студии… В общем, на выяснение истории Ивана Купалы времени в этот день просто не хватило.
А вечером был праздник костров. Он традиционно проходил на так называемой "костровой поляне", хотя на самом деле это была никакая не поляна, а редкий перелесок с несколькими полянками, на которых каждый отряд устраивал свой костер. День угасал постепенно, солнце не слишком торопилось отправиться на ночлег за озеро и посылало на землю ласковые, теплые лучи. Огни костров перемигивались через невысокие деревца и кусты, дымки поднимались вверх, разнося вокруг ни с чем несравнимый запах.
Ребята пекли картошку, пели песни, танцевали, болтали. Ходили в гости - от костра к костру. Глаша сразу стала запевалой - оказалось, у нее прекрасный музыкальный слух, приятный голос, да и песен она знает множество. Огонек убежала с мальчишками к озеру - там Степка и другие деревенские ребята учили "лагерных" ловить раков. Агатка раков предпочитала в вареном виде, живых же слегка побаивалась, а потому осталась у костра. Тут и гости из самого старшего отряда пожаловали. Один из них, пятнадцатилетний длиннющий и худющий Георгий, будущий кардинал Ришелье, пригласил Агату к костру своего отряда. Там ребята приготовили целую программу - смешные конкурсы и викторины. Агата выиграла живую лягушку в стеклянной баночке и бандану с эмблемой "Страны чудес". Пленницу-лягушку освободила, бандану одела и отправилась восвояси - может, уже пойманы и сварены раки?
От костра до костра - метров двадцать, но сделав всего несколько шагов, Агата скрылась за густыми кустами. И тут же услышала, как мужской голос совсем рядом окликнул кого-то:
- Ты здесь?
- Здесь, - так же, шепотом, отозвалась женщина.
- Ты уже знаешь, что они вернули волосы? - мужской шепот звучал тревожно.
- Знаю.
- обо всем догадались? - допытывался неизвестный.
- Нет. Они никак не могут знать всего. Нам не о чем волноваться. Все идет как надо, - женщина пыталась успокоить своего собеседника.
- Не все. Их по-прежнему трое, - возразил мужчина.
- Пока трое, - ответил женский голос.
- Но их имена? Это не совпадение.
- . Но все будет по-нашему. Им ничего не сделать. Двоих мы уберем, и она будет нашей.
Агата, стараясь не выдать себя ни малейшим шорохом, просунула голову сквозь тяжелую листву и увидела темно-синюю куртку с надписью "Вете…", но в этот момент с другой стороны раздались шаги нескольких человек.
- Т-с-с. Кто-то идет. До дня Нептуна больше специально встречаться не будем.
Легкий шорох - и за кустом, похоже, уже никого нет. Мимо протопали ребята из младшего отряда, спугнувшие тех, кто вел такой странный разговор только что совсем рядом с Агатой. А если бы "те" увидели ее? Перепуганная Агата молнией метнулась к своему костру и со всего размаху врезалась в Крутого и Темного, тащивших от озера ведро только что пойманных раков. Вся троица повалилась, ломая хрупкие елочки, ни в чем неповинные раки разлетелись в стороны. От неожиданности Агата завопила не своим голосом, ей вторил неожиданно тонким, почти девчоночьим визгом Темный, Крутой ругался нехорошими словами. Со всех сторон к куча мале сбегались дети и взрослые. Толстенький Валентин Иванович, зам. директора компьютерного клуба, примчавшийся одним из первых, хотел поднять Агату, но в темноте вместо Агатиной руки схватил не успевшего удрать большого рака. Рак, видимо, тоже был напуган, потому что тут же, защищаясь, вцепился в руку Валентина Ивановича. Теперь окрестности оглашались целым квартетом - воплями Агаты, визгом Темного и руганью Крутого и Валентина Ивановича. К счастью, рак, впавший в ступор, молчал. Чуть ли не самым последним прибыл на место происшествия директор лагеря, однако и ему была уготована достойная роль на этом празднике жизни. Правая нога руководителя "Страны чудес" угодила в пустое (теперь уже) ведро из-под раков и он рухнул на землю, как подкошенный. Правда, молча, как рак Валентина Ивановича…Да, этот праздник костров "Страна чудес" запомнит надолго!
- Агата, ну припомни, ну постарайся вспомнить, на чьи голоса они были похожи, - умоляла подругу Глаша.
- Я же вам уже сказала. Они шептались, понимаете, шептались! А при шепоте все голоса похожи.
- Значит, их все-таки двое, - подвела итог Огонек, - мужчина - Кэш. И женщина - баба-Яга. Давайте еще раз попробуем все обдумать. Во-первых, они знают про наши попытки разыскать Сергея и про то, что мы разговаривали с мавками.
-Конечно знают, - перебила Агата, - помните змею? Это и была Баба-Яга, ведь так в наших материалах про нее написано - она связана со змеями. Одноногость - признак змеи.
-Во-вторых, - подключилась Глаша, - им нужна одна из нас. И им очень не нравится, что нас трое.
- И еще, в-третьих. Какое-то значение для них имеют наши имена, - продолжила Огонек.
- Кстати, не только для них. Бабка Агафья тоже про неслучайность наших имен говорила. Вы знаете что-нибудь про свои имена? Ну, что они означают, как переводятся? - поинтересовалась Агата.
- Я ничего не знаю, - покачала головой Глаша.
- И я, - откликнулась Агния.
- А мне мама что-то говорила. По-моему, Агата, она же Агафья, значит "добрая". Но я не уверена.
- Значит, завтрав Интернете я все про наши имена узнаю. Есть еще что-нибудь, что ты запомнила из подслушанного, Агата? - спросила Огонек.
- Они говорили, что до дня Нептуна встречаться не будут.
- Так… Что это значит? Может, наши Кэш с Бабой на праздник нам какую-нибудь пакость преподнесут? Во всяком случае, нам надо быть настороже. И глядеть в оба.
- Ой, девочки, я от всей этой суматохи забыла самое важное! Я же видела его, то есть его спину, вернее, не спину, а куртку, точнее, часть куртки! - закричала Агата.
- Агат, тебя что, так сильно на раков уронили? Кого ты видела? Чью спину или куртку?
- Как кого?! Кэша, конечно!
Агния и Глаша переглянулись. Огонек даже встала от возмущения:
- Забыла нам сказать, что не только слышала, но и видела Кэша?
- Посмотрела бы я на тебя, Огонек, на моем месте. Я же русским языком объясняю - я из-за куста чуть-чуть разглядела только часть куртки Кэша. Она такая синяя, с красной надписью "Вете…", а дальше я не успела рассмотреть, их вспугнули.
- А я знаю такие куртки, - заявила Глаша, - такая есть у Ядвиги. Там написано "Ветерану "Страны чудес". Эти куртки в прошлом году, когда отмечали десятилетие лагеря, подарили всем, кто проработал здесь все десять лет. Ядвига сказала, что таких ветеранов в лагере всего несколько человек.
- Так это ж здорово, девчонки! - обрадовалась Огонек, - такой зацепки у нас еще не было. Ты, Глаша, завтра же выяснишь у Анны Степановны, кто получил ветеранские куртки в подарок! Берегись, Кэш! Мы идем по следу!
Глава седьмая. Купала и компания.
С утра над "Страной чудес" сгустились тучи, а после обеда разразилась настоящая летняя гроза. Потемнело так, что в помещениях пришлось включить свет. Косой дождь заливал комнаты через окна, которые не успели закрыть, над озером сверкали молнии, и гром грохотал как бешеный. Асфальтированные дорожки превратились в реки, по которым ветер гнал самые настоящие волны. Деревья гнулись дугой, теряя веточки. Несчастные цветы на клумбах прибило к земле.
Грозу Глаша пережидала в комнатушке Анны Степановны за чашкой крепкого чая с мятой и неторопливым разговором со Степкой и его добродушно-уютной мамой. Задание Огонька выполнено, теперь можно и расслабиться. Вот уже и посветлело, дождь устал лить, лишь каплет лениво. Глаша отправляется на поиски подруг. В комнате - никого, в компьютерном клубе - тоже, и в историческом нет ни Агаты, ни Огонька. Наконец, ребята из отряда сказали, что видели девчонок в бассейне…
- Агата, Огонек, сами плаваете, а я? - возмутилась Глаша.
- Мы тебя не нашли, прости, Глаш. Будешь плавать? - оправдывалась Агата.
-Нет, не хочется, да и купальника нет.А дождь кончился? - спросила Огонек.
- Почти.Тогда жди нас в беседке, мы уже выходим.
Беседка в саду стала традиционным местом для обмена информацией. Сегодня, правда, здесь было не особенно уютно - скамейки и стол мокрые, на полу - облетевшие с деревьев листья. Пришлось подстелить на скамейки ветровки, чтобы джинсы не промочить.Огонек сразу же приступила к делу:
- Сейчас вы узнаете все об Иване по фамилии Купала. "Иван Купала — один из главных праздников славян, день Рождества Иоанна Крестителя, день летнего солнцестояния. Купальские обряды, совершаемые в канун праздника (“ночь накануне Ивана Купалы”), составляют сложный обрядовый комплекс, включающий: сбор трав и цветов, плетение венков, украшение зеленью построек, разжигание костров, уничтожение чучела, перепрыгивание через костер или через букеты зелени, обливание водой, гадания, выслеживание ведьмы, ночные бесчинства и др. Содержательным стержнем всей купальской обрядности является мотив изгнания, выпроваживания нечистой силы, которая, по народным представлениям, особенно опасна в это время".
- Вот, девочки, вот оно! И Кэш, и баба-Яга особенно сильны будут в этот день, и в ночь тоже! - воодушевлено воскликнула Глаша.
- Не перебивай, Глаша, слушай дальше! "Центральным актом купальского обряда является символическое уничтожение ведьмы. Символизирующий ведьму ритуальный предмет (чучело, зелень, конский череп, старая обувь и т. п.) сжигали, сплавляли по воде, выбрасывали в канавы, ямы, болото, разрывали на части, били, забивали камнями, забрасывали на крышу дома, на дерево, удаляли за пределы жилого пространства, за границы села, отпугивали при помощи ритуальною шума, выстрелов и т. п., - Огонек передохнула и продолжила чтение, - "наиболее типичный способ уничтожения ведьмы — сожжение на костре, причем само возжигание костра часто обозначается выражением “ведьму палить”. В костре сжигались специально изготовляемые ритуальные предметы — символы купальского обряда: чучело, срубленное и украшенное деревце, пучки веток, цветов, зелени, укрепленные на шесте, и др. С ними участники обряда обходили село, устраивали хороводы и игры, после чего их уничтожали. Сжигались также предметы, служившие основой костра: воткнутые в землю шесты, палки с укрепленными на них колесами, корзинами и т. п., рогатины, увешанные венками, лаптями и т. п., - усталая Огонек прервала чтение.
Тогда свою помощь предложила Агата и стала читать четким лекторским голосом:
- Наконец, уничтожались в огне предметы домашнего обихода: веники, метлы, обувь, нитки, бочки, бороны, мазницы, телеги, деревянная посуда — похищенные со дворов соседей, снятые с петель двери, калитки. разобранные заборы и т. п. Чучелам давались имена Ведьма, Купала, Мара, Марена, Марина, Ульяна, Катерина, реже Иван, Дед, Черт. Чучела носили по селу на шесте, после чего либо бросали в костер, либо выбрасывали в воду, под мост, в канаву, забивали камнями, разрывали на части.
Сопутствующие действия игрового и магического характера также имели целью выслеживание, опознание, отпугивание, обезвреживание ведьмы или защиту от нее: кипятили на костре цедилку с иголками, чтобы причинить ведьме боль и заставить ее прийти к костру: бегали с факелами, отпугивая нечистую силу; калечили и убивали животных, появившихся возле костра или специально подкарауленных в доме, в хлеву; производили сильный шум битьем в сковороды, в косы, звонили в церковный колокол, стреляли, громко кричали; боронили дорогу, чтобы узнать по следам ведьму. Даже перепрыгивание через костер могло пониматься как способ распознания ведьмы: девушку, которая не перескочила через костер, называли ведьмой". Все.
- Девочки, помните, Снегурочка через костер не перепрыгнула. Получается, она тоже - ведьма? - удивилась Глаша.
- Получается, так. Но про литературу нам Агата сейчас расскажет. Нашла что-нибудь? - поинтересовалась Огонек.
- Конечно, нашла. Только там еще страшнее, чем у тебя написано. Особенно у Гоголя. Но я начну с Павла Бажова, слушайте: "Раз Данилушко и спрашивает:Ты, бабушка, всякий цветок в наших местах знаешь?Хвастаться, - говорит, - не буду, а все будто знаю, какие открытые-то.А разве, - спрашивает, - еще и неоткрытые бывают?Есть, - отвечает, - и такие. Папору вот слыхал? Она будто цветет на Иванов день. Тот цветок колдовской. Клады им открывают. Для человека вредный…"
- Значит, Кэш не совсем обманывал Сергея. Он действительно хочет с его помощью получить богатство. Но только не через компьютерный взлом…
- Думаю, ты права, Огонек. Вот только что будет после этого с Сергеем? У Гоголя в "Вечерах на хуторе близ Диканьки", есть повесть "Ночь накануне Ивана Купалы". Главный герой - Петро, деревенский парень. А Басаврюк - нечистая сила в человеческом обличье. Ради клада Петро ребёнка маленького убил.
- Ужас какой, - прошептала Глаша, - мне страшно!
- Так, девочки, хватит ужасов! - Огонек поспешила перевести разговор в деловое русло, - с Иваном Купалой все ясно. Кэш с Бабой-Ягой хотят найти клад. Сергей им нужен для того же, для чего Басаврюку понадобился этот самый Петр. Но нашей нечисти еще нужен кто-то из нас.
- Кто? Может, наши имена нам что-то подскажут? Ты нашла что-нибудь про наши имена, Агния? - спросила Агата.
- Нашла, - откликнулась Огонек, - начнем с тебя. Агафья, европейский вариант имени — Агата. Женское каноническое имя древнегреческого происхождения. Основа переводится как “хорошая, добрая, благородная”. Заимствовано из Византии. Известны две православные святые с этим именем - мученицы Агафии (памяти 5 февраля и 28 декабря). Первую из них в русском народе прозвали Коровницей (в день ее памяти по деревням якобы пробегает коровья смерть). Во многих местах северо-западной Руси она считалась заступницей от пожара и в день ее памяти здесь освящался хлеб с солью, который хранился в домах как надежнейшее средство от пожара. В метрические книги имя записывалось как в канонической форме Агафия, так и в разговорно-народной форме Агафья. Ну, Агата, как тебе теперь твое имечко?
- Ничего. Только про коровью смерть не очень-то приятно узнать, - пошутила Агата.
- Зато ты от пожара защищаешь. А вот про свое имя я в одном месте прочитала, что оно в переводе с санскрита как раз огонь означает.
- А что такое "санскрит"? - Глаша никогда не стеснялась признаться в своем незнании, ведь тогда можно узнать что-то новое.
- Древнеиндийский язык, - важно разъяснила Огонек, - но на самом деле огонь здесь не при чем, и санскрит тоже, потому что Агния - женское каноническое имя древнегреческого происхождения. Производное мужского имени Агн. Основа переводится как “чистая, непорочная”. Заимствовано из Византии. Православная святая с этим именем - мученица Агния (память 21 января).
- А про меня что ты прочитала, Огонек? - полюбопытствовала Глаша.
- С тобой не все ясно. Я так и не поняла, есть у православных имя "Аглая", или нет. Слушайте: "Аглаида. Женское имя древнегреческого происхождения. Производное от Аглая, основа которого переводится как “блеск, красота, радость”. Во второй половине XIX - начале XX вв. православных святых с таким именем не было, как нет и ныне. Оно известно из жития православного святого мученика Вонифатия (память 19 октября) как имя одной знатной и богатой римлянки, у которой он служил рабом. Аглаида впоследствии стала христианкой и устроила церковь во имя мученика Вонифатия". Вот. А еще я узнала, что православным именем является мужское имя "Аглай", а Аглая - уже производное от него.
- Интересно, - заметила Агата, - все очень интересно. Но ничего такого особого я в наших именах не вижу. Все необычные, красивые, переводятся приятно: "добрая", "чистая, непорочная", "блестящая, красивая, радостная"…Нет, невозможно догадаться, кто из нас нужен Кэшу и Бабе-Яге.
- Невозможно…- согласилась Огонек, - Глаша, что ты выяснила про ветеранские куртки?
- Ветеранов лагеря, работающих в прошлом году, было всего 8 человек. Один старичок-сторож умер, осталось семь. Зачитываю список: сама Анна Степановна, Ядвига Станиславовна, Алексей, Валентин Иванович, директор лагеря Владимир Васильевич, Николай Демьянович, повариха Нина Николаевна. Все.
- Прекрасно. Исключаем женщин - ведь куртка была на мужчине. Остается четверо, - подвела итог Огонек.
- Девчонки, это ужасно! Мы должны подозревать Алексея? И Николая Дементьевича? - огорчилась Агата.
- А как ты думала? И Валентина Ивановича, и даже директора - всех, понимаешь, всех, - Огонек от волнения даже руками стала размахивать, - конечно, было бы неплохо, если б у Кэша на голове виднелись рога, а во рту - клыки. Но он смог обмануть Сергея, смог обмануть всех, значит - он кажется обычным, самым обычным человеком. И Кэшом может оказаться каждый из четверых, как бы они нам не нравились.
- И что нам теперь делать? - тихо спросила Глаша.
- Наблюдать за ними. По мере возможности, конечно. Праздник Нептуна через два дня. Мы все должны быть очень осторожны!
Глава восьмая. Праздник Нептуна.
Два дня весь лагерь готовился к Празднику Нептуна. Обновляли и подгоняли по фигуре костюмы, клеили и рисовали декорации и реквизит, учили роли и, конечно, репетировали. Больше всех репетировать пришлось Глаше - кроме слов в ее роли было три танца, причем один из них сольный, и две песни. Агата в результате напряженных репетиций никак не могла избавиться от цыганских мотивов - они сами собой лезли ей в голову, руки дергались, ноги выбивали чечетку. Хуже всего у вновь испеченной цыганочки получалось знаменитое "трясение плечами". Зато костюм, красный с золотом, расшитый монетами и блестками, смотрелся великолепно и очень шел к Агатиным длинным темным волосам и карим глазам. А Огонек просто "купалась", по выражению руководителя театральной студии, в роли Маленькой разбойницы.
Праздник начался точно по плану - в три часа дня. Погода тоже, похоже, хотела немного "попраздновать" - солнце сияло над озером, на небе - ни облачка. Весь лагерь собрался на пляже: дети, воспитатели, обслуживающий персонал, гости из деревни. Но все равно зрителей оказалось значительно меньше, чем участников праздничного представления. По сценарию сначала на берег озера прибыли "дети разных народов" - древние греки и не менее древние римляне в туниках и тогах, русские в сарафанах и косоворотках, украинцы в свитках, венках и монистах, цыгане в широченных юбках, с гитарами и бубнами. Каждый "народ" пел и плясал. Агаткин табор за свое выступление был награжден бурными аплодисментами.
Потом из озера выплыли на плотиках, катамаранах и лодках, украшенных водорослями и травами, русалки. Агата подумала: "Как же не похожи эти хорошенькие длинноволосые девчонки в купальниках, обмотанные зеленью и блестками, на настоящих мавок". Глаша с распущенными длинными светлыми волосами, огромными синими глазами, в струящемся шелковом платье цвета морской волны была по праву главной, самой красивой, грациозной и звонкоголосой русалкой. Морские девы пели и танцевали, потом исполнила свой сольный танец Глаша. Тоненькая фигурка двигалась медленно, длинные руки плавно поднимались и опускались, казалось, Глаша вся струится, переливается, превращается в волну…
Во время танца Нептуновой дочери самые внимательные зрители (в отличие от увлеченных танцами и песнями русалок) заметили, что на пляже появились черти с чертовками и чертятами. Костюмы "нечистой силы" были сведены к минимуму - плавки и купальники, а сверху - толстый слой черной и коричневой краски, на голове - рожки, сзади - длинные веревочные хвосты. Главному черту - в нем Агата не без труда узнала Крутого - очень приглянулась дочь Нептуна, о чем он тут же выразительными жестами сообщил своим хвостатым сородичам. И вот свора чертей бросается на несчастных испуганных русалочек. Глаша и несколько ее подружек похищены, остальные разбежались кто куда. И именно в этот драматический момент торжественная музыка возвещает появление Нептуна и Морской царицы.
Властелин водной стихии прибыл на праздник на лагерном моторном катере, превращенном стараниями ребят из художественной студии в волшебный челн. Управляемый переодетым в водяного охранником, челн торжественно приближался к берегу. Важный Нептун и прекрасная Морская царица заняли почетные места на тронах в форме гигантских морских раковин, а их свита - пираты и разбойники (среди которых Агата с удовольствием увидела Огонька в меховой безрукавке, матроске и короткой кожаной юбке) спели пиратскую песню и выдали разудалую пляску с разбойничьим посвистом и чечеткой. Но бурное веселье прервали спасшиеся от чертей русалки.
Морская царица и Нептун, узнав о похищении дочери, впали в отчаяние. Жена Нептуна даже в горе была прекрасна. Роскошное зеленовато-синее платье, мантия и корона подчеркивали необычную красоту зеленоглазой Ядвиги Станиславовны. А вот Алексея просто невозможно узнать в гриме Нептуна - длинная серебристо-зеленая борода почти полностью скрывала лицо воспитателя, накладные брови, пышный парик и костюм из тяжелой парчи сделали легкого стройного молодого человека величественным и почти тучным.
Тут одна из цыганок легонько ткнула заглядевшуюся Агату в бок - она чуть не пропустила свой выход. Несчастный отец - Нептун решил обратиться за помощью к знаменитой гадалке, чтобы узнать, где черти прячут похищенных русалочек. Агата ловко раскинула на песке свою шаль с каймою, разложила карты и бойко сообщила Морскому царю точные координаты Чертова логова. В сопровождении пиратско - разбойничьей шайки освобождать дочь Нептуна и ее подружек отправились кстати подоспевшие три богатыря.
Праздник, похоже, удался на славу. Ребята прекрасно пели, отлично плясали, почти не путали слова. Декорации и костюмы заслуживали самых высоких похвал. И вот уже богатыри освободили Глашу, все поют и пляшут, прославляя могущественного владыку морей, океанов, рек, ручьев, озер и прудов Нептуна, побежденные черти стараются отомстить, бросая зазевавшихся актеров и зрителей в воду. Агате пришлось удирать от привязавшегося к ней черта - Темного. На помощь подруге пришла разбойница - Огонек, и объединенными усилиями девчонкам удалось загнать бедного Темного в воду, и, свалив его подножкой, немного притопить.
В конце концов нечистая сила окончательно побеждена, черти связаны и "утоплены", все песни спеты, конкурсы проведены, победители награждены. Пора Нептуну, Морской царице и их дочери уплывать восвояси. Водяной хотел первым залезть в катер, однако Нептун приказал ему принести забытый у трона посох. Когда Водяной вернулся, произошло нечто непредусмотренное сценарием - катер, в котором уже сидели Нептун, Морская Царевна и их дочь, неожиданно отплыл от берега, быстро набрал скорость и скрылся за островом. На берегу остался и опоздавший к отплытию Водяной с посохом Нептуна, и растерянные пираты - разбойники, которые должны были уехать вместе с семейством морского властелина. Организаторы праздника в некоторой растерянности - почему Алексей вдруг внес такие изменения в утвержденный сценарий? И куда он увез Глашу и Ядвигу Станиславовну? К Агате подошла изумленная Агния:
Агата, ты что-нибудь понимаешь?Нет. Может, Алексей их просто по озеру решил покатать? - предположила АгатаНе знаю… - покачала головой Огонек, - он вообще сегодня странный какой-то, Алексей. Я, пока мы своего выхода ждали, пыталась с ним разговаривать, а он как-то странно отвечал.Что значит "странно"? Не своим голосом. И словами какими-то не своими. Ой, что это?! Агата!!! Там Алексей!!!
Огонек завопила так, что ее услышала не только стоявшая рядом Агата, но и все, кто еще не успел уйти с пляжа. А когда взоры присутствующих устремились туда, куда смотрела Агния, удивление и испуг ее стали понятны всем. От здания бассейна к пляжу бежал Алексей - в одних джинсах, босиком, прижимая к голове носовой платок с красными пятнами крови. Подбежав к опешившим девочкам, он закричал:
- Где Нептун?
- … Они уплыли…Нептун, Ядвига Станиславовна и Глаша. А разве Нептун - это не вы???
Алексей, не отвечая, бросился к озеру, как будто хотел поплыть туда, к острову, за очертаниями которого только что скрылся катер с лже-Нептуном и его спутницами. Но у самой кромки воды он сел на песок, в бессильной ярости охватив голову руками. Тут к Алексею подошел директор лагеря, а ребят стали прогонять с пляжа воспитатели и руководители кружков…
Вечер. До отбоя осталось минут сорок. Заплаканная Агата и бледная как смерть Огонек сидят на лодочном причале уже два часа, с отчаянием и надеждой глядя на озеро, всматриваясь до боли в глазах в его заросшие лесом далекие берега. Где Глаша? Что с ней произошло? Кто украл ее? Впрочем, девочки уверены, что под видом Нептуна прятался никто иной, как Кэш, что произошло именно то, о чем шептались те неизвестные на костровой поляне. Кэш выследил Алексея, когда воспитатель остался один в мужской раздевалке бассейна, где должен был переодеваться и гримироваться в Нептуна. Он, Кэш, ударил Алексея по голове, подкравшись сзади, и, оглушив воспитателя, переоделся в приготовленный костюм Нептуна. Кэш увез на катере неизвестно куда Глашу и Ядвигу Станиславовну. Их ищут почти пять часов, а найти не могут. Катер обнаружили пустым на середине озера, а Глаши и Ядвиги Станиславовны нет нигде. Живы ли они?
До Агаты и Огонька доносятся звуки работающего лодочного мотора. Кто-то подплывает к лагерю справа, со стороны Дедова. Девочки вскакивают и напряженно всматриваются в контуры лодки. Сколько раз они встречали так тех, кто безуспешно обшаривал озеро в поисках пропавших. Но в этот раз…Уж не чудится ли Агате? Или правда эта тоненькая фигурка…И другая, высокая, в чем-то сине-зеленом. Огонек вцепилась ногтями в ладонь Агаты, но та не чувствует боли. Она уже видит светлые волосы, худенькие руки, болтающиеся в рукавах громоздкой мужской куртки…Вот фигурка в лодке взмахнула приветственно рукой…Вот они уже видят бледное личико Глаши! Вот Глаша уже выскакивает из лодки на причал, плачет, смеется, обнимает подруг! На причале становится тесно от набежавших людей, все что-то спрашивают, и кричат, и отнимают у них Глашу. Ее и Ядвигу Станиславовну должен осмотреть врач, с ними хочет побеседовать милиция и директор лагеря. И спать Глаша сегодня будет в изоляторе - на всякий случай, хотя она уже успела всем сказать, что чувствует себя прекрасно, им никто ничего дурного не сделал, только очень хочется есть…
Агата и Огонек еле дождались этой минуты. После обеда Глашу выпустили из изолятора! Она жива, здорова и даже весела! Она сидит с ними в их любимой беседке, уплетает купленные Огоньком любимые чипсы, запивая их кока-колой, и рассказывает о своих приключениях.
- Я и не подозревала, что Нептун - не Алексей, а кто-то другой. Слова он говорил те, что в роли написаны. А голос…- Глаша отпила кок-колы, - на голос я вообще внимания не обращала. Потом он послал Водяного за посохом и скомандовал мне и Ядвиге Станиславовне: "Садитесь в катер!" Мы опять ничего не заподозрили, залезли в катер. А когда Нептун вдруг сел за руль, и катер отплыл от берега, Ядвига спросила: "Разве мы не должны взять разбойников?" А он ответил: "Изменения в сценарии". И мы поплыли. Заплыли за остров, пляж и вся "Страна чудес" скрылись из виду. Я думала, мы причалим к острову, но мы поплыли дальше, прямо на противоположный конец озера. Тут я забеспокоилась, стала спрашивать, куда мы плывем. А Нептун грубо приказал: "Сидите тихо, я вам ничего не сделаю". Ядвига Станиславовна возмутилась: "Алексей, что за шутки!" А он пробурчал: "Я не Алексей. Мне нужно на другой берег. Сидите тихо, и все будет нормально!" Ядвига попыталась встать, но он достал откуда-то из одежды нож. Мы испугались и больше не делали никаких попыток сопротивляться.
- Вы видели его лицо? - спросила Агата.
- Нет. Он же был в гриме Нептуна, в парике, с накладными бровями, бородой…Его невозможно было узнать. Мы переплыли на другой берег. Он заставил нас выйти из катера, запустил мотор и пустил пустой катер плыть по озеру. Нас около часа водил по лесу, потом связал и ушел. Вот и все. Мы, наверное, целый час пытались развязаться. Нам это удалось. Потом шли к берегу. А потом нас нашел Григорий Васильевич из Дедова и привез в лагерь, - Глаша с видимым удовольствием захрустела чипсами.
- Глаша, это был Кэш? - опять задала вопрос Агата.
- Не знаю. Может и нет. Может, это был какой-нибудь бандит? Или псих? Знаете, как я испугалась? Я думала, он нас сейчас убьет, - Глашино лицо стало испуганным.
- А Ядвига Станиславовна? Как она себя вела? - не отставала Агата.
- Что значит, как себя вела? Очень хорошо себя вела. Меня все время успокаивала. Искала для меня землянику, чтобы я от голода не ослабела. А почему ты спрашиваешь, Агата?
- Я удивляюсь - как же Ядвига Станиславовна не догадалась, что Нептун - не Алексей? Ведь она с ним долгое время была вместе, пока они ждали своего выхода. Даже Огонек заметила, что Алексей, вернее тот, кого все принимали за Алексея в костюме Нептуна, ведет себя как то странно. Почему же Ядвига ничего не заметила?
- Я у нее спрашивала, - ответила Глаша, - Ядвига Станиславовна сказала, что обратила внимание на то, что Нептун ведет себя несколько необычно. Но подумала, что Алексей просто волнуется. Он ведь в первый раз играл эту роль, вполне мог волноваться.
- А где Ядвига переодевалась в костюм Царицы? - Агата, похоже, вошла в роль следователя.
- У себя, в "кружковом" корпусе. Когда праздник начался, она быстро прошла туда, где ждал катер. Нептун появился последним, даже опоздал чуть-чуть…Девочки, милиция считает, что под гримом Нептуна скрывался кто-то посторонний. Они проверяют, нет ли в округе каких-нибудь беглых преступников.
- Глаша, это же бред! - возмутилась Агата, - откуда беглый преступник мог знать о празднике Нептуна? Разве посторонний человек смог бы так загримироваться? А роль? Он ведь говорил свои слова правильно!
- Роль Алексей положил рядом с костюмом и она пропала, также как мантия, парик, борода и все остальное. Лже-Нептун взял ее и воспользовался.
- Он что, гений? За пять-десять минут роль выучил? - подключилась к беседе Агния.
- Что ты на меня напала, Огонек! Может, кто-то и помогал этому преступнику, кто-то наш, из лагеря! Я-то причем! Может, вы хотите теперь еще и это происшествие расследовать? - Глаше, судя по всему, совсем не нравилась подобная перспектива.
- Глаша, да пойми же ты, что это - не отдельное происшествие. Это - дело рук Кэша! - уверенно заявила Огонек.
- Если это так, то чего Кэш добивался? Ну, повозил он нас с Ядвигой по озеру! А дальше-то что? - Глаша с вызовом посмотрела на подруг.
- Не знаю. Вот этого я не знаю, - нехотя ответила Огонек.
- А я догадываюсь, - вступила в разговор Агата, - мне Степка сказал, что после такого случая лагерь вообще могут закрыть. Смену прервать. Вот Кэш и добьется того, что к Иванову дню нас здесь уже не будет.
- Погоди, Агата, - прервала подругу Огонек, - но мы же знаем, что кто-то из нас Кэшу нужен. А если "Страну чудес" закроют, и все мы разъедемся по домам, то как же та из нас, кто нужна Кэшу, вернется обратно?
- Не знаю, Огонек, не знаю. Только если смену прервут, и всех нас отправят домой, никто уже не поможет Сергею. И Кэш, скорее всего, получит клад.
- Девочки, я теперь еще больше уверена, что Нептун - это Кэш. А раз так, то это - кто-то из наших, лагерных, - заявила Огонек.
- Да, - согласилась Агата, - и это кто-то из тех, у кого есть куртка ветерана "Страны чудес". Это не Алексей, мы знаем точно. И не директор Владимир Васильевич - он все время был на пляже. Остаются двое - Николай Дементьевич и Валентин Иванович. Где были они во время праздника? Кто-нибудь из вас знает?
- Я знаю про Валентина Ивановича, - сказала Огонек, - его вообще вчера в лагере не было. Он еще позавчера уехал в Москву за какими-то деталями для компьютера. А вернулся сегодня утром.
- Так, значит у него алиби нет, - сделала вывод Агата.
- Почему же нет? - удивилась Глаша, - его же не было в "Стране чудес"!
- Это бездоказательно. Валентин Иванович вполне мог незаметно вернуться, провести всю операцию с переодеванием и похищением, а сегодня утром как ни в чем не бывало приехать в "Страну чудес".
- А Николай Дементьевич? Где был он?
- Я его не заметила на празднике, - ответила Глаша.
- И я, - кивнула Огонек.Значит, у нас два подозреваемых, - подвела итог Агата.
-А по-моему, - возразила Глаша, - гораздо больше. Куртку у Ядвиги Станиславовны или у Анны Степановны, или у поварихи, или у мужчин мог в ночь костров взять кто угодно. Причем даже без разрешения хозяйки или хозяина. Так что рано мы обрадовались, когда решили, что у нас так мало претендентов на роль Кэша. И вообще, я так устала! Давайте хоть сегодня отдохнем от расследований и подозрений! Предлагаю сходить покататься на лошадях, а то так и уедем из лагеря, не научившись держаться в седле!
Огонек охотно согласилась с предложением Глаши, ей уже давно хотелось продемонстрировать подружкам, какая она лихая наездница. А Агату, отправившуюся вместе с подругами на конюшню, всю оставшуюся часть дня преследовала мысль о том, что что-то было в сегодняшних "беседочных посиделках" не так, как обычно. И это непонятное "не так" очень Агате не нравилось.
Глава девятая. Странное поведение детей и животных
Огонек в сердцах вырубила компьютер. Все равно сегодня работа над сайтом не идет! И вообще все идет не так! "Страну чудес", к счастью, не закрывают и смену не прерывают, но что толку! После позавчерашнего похищения Глаши и Ядвиги на празднике Нептуна расследование "дела Сергея Корнилова" остановилось. И все из-за девчонок! Огонек старательно разработала новый план, согласно которому им надо сделать кучу важных и неотложных дел: выяснить (исподволь, незаметно) у всех владельцев ветеранских курток, не давали ли они их кому-нибудь поносить на вечере костров. Это - раз. Постараться узнать, где был Николай Демьянович во время праздника Нептуна. Это - два. Еще раз расспросить Ядвигу Станиславовну о всех подробностях похищения. Это - три. Но безответственные подружки, похоже, утратили всякий интерес к расследованию. А до дня Ивана Купалы остается всего неделя! Безобразие!
Раздосадованная Огонек вышла из компьютерного клуба и бесцельно потащилась по территории "Страны чудес". Ну, Глашу еще можно понять. Конечно, она здорово перепугалась, когда их с Ядвигой похитили. Теперь ей хочется забыть о всех неприятностях, отвлечься. Целый день Глаша сидит в своем модельном агентстве, шьет себе вечернее платье, купается в озере, катается на лошади. Но Агата, спокойная, серьезная, всегда такая надежная Агата! Ее-то не похищали! И она, как и Огонек, была уверена в том, что история, переполошившая всех в день Нептуна - дело рук Кэша! И что же? Вместо того, чтобы делать все возможное для поиска истины, эта красавица, похоже, тоже решила отдохнуть по полной программе. Кстати, Агата почти не расстается с Глашей - видите ли, ту нельзя оставлять одну после пережитого! Вот Агата и сидит с подружкой за компанию в кружке моделирования одежды, благо ей там и дело нашлось - примерять костюм Анны Австрийской и помогать девчонкам-костюмерам в работе, не требующей особых умений и талантов. А бедная Агния осталась единственным Шерлоком Холмсом! Без всякого доктора Ватсона, заметьте!
Тут Огонек увидела своих подружек-предательниц. Они как ни в чем не бывало играли на спортплощадке в бадминтон. Длинноногая спортивная Глаша явно выигрывала, хотя запыхавшаяся Агата старалась во всю. Но тут игру прервали - на площадку выбежали дети врача, двойняшки Паша и Даша. Толстенький Паша немного отстал от худенькой проворной сестрички, которая кинулась с объятиями к своей любимице Глаше. Глаша что-то сказала малышке, видимо, желая продолжить игру. Однако назойливые двойняшки не уходили, о чем-то просили, куда-то звали Глашу. Наконец, та довольно резко оттолкнула Пашу и прикрикнула на малышей. Обиженные дети нехотя удалились, игра продолжилась. Огонек не стала подходить к подружкам и, забежав в комнату за купальником, отправилась кататься на лодке…
- Огонек! Огонек! Возьми меня с собой! - Агата на причале размахивала руками. Агния нарочито медленно развернула лодку к берегу.
- Успела, - удовлетворенно заметила Агата, усаживаясь поудобнее на корме. Немного помолчали. Первой заговорила Агата. - Ты думаешь, я не вижу, что ты обижаешься? Наверное, считаешь, что я не хочу больше думать о Кэше, о Сергее, об Ивановом дне?
- А как, по твоему, я должна думать? - взорвалась Огонек.
- Да нет, все правильно… - кивнула Агата, - знаешь, Огонек, то, что я тебе сейчас скажу, я тебе пока говорить не хотела. Во-первых, потому, что сама еще не до конца уверена…Нет, не так. Сама я уже уверена, вот только верить не хочу. Во-вторых, я думаю, что ты мне не поверишь, и разозлишься на меня. И, в-третьих, я боюсь, что ты не сможешь сдержаться и невольно нас выдашь. Вот поэтому я не хотела тебе говорить.
- Агата, ты что, решила мне тут загадки загадывать? Что ты плетешь? Что ты не хотела мне говорить? И зачем тогда вообще говоришь, если не хочешь? - ехидно поинтересовалась Огонек.
- Потому что вижу, что ты обижаешься. И боюсь, что мы перестанем быть друзьями. Я очень этого боюсь. Знаешь, Огонек, у меня ведь никогда раньше не было таких друзей, как ты и Глаша. Вообще друзья есть и всегда были. Но таких - нет. И поэтому я очень боюсь вас потерять. Поэтому я и скажу тебе то, что сама окончательно поняла только сейчас, когда мы с Глашей играли в бадминтон, ну, ты же сама нас видела.Я-то видела. Но не знала, что ты меня заметила, - удивилась Огонек.Заметила. Только не спрашивай, почему я тебя не позвала. Сейчас ты все сама поймешь. Только не злись и не кидайся сразу спорить. Ладно?
- Ладно, ладно! Говори уж скорее! - отходчивая Агния уже не злилась и не обижалась, ее разбирало любопытство.
- Огонек, после похищения к нам вернулась совсем не Глаша, - тихо, но очень отчетливо произнесла Агата.
- Что-о-о? Ты… ты ненормальная, совсем больная! Как это не Глаша? Ты с ума сошла, дура!
Огонек, наверное, ушла бы сейчас от Агаты, но из лодки посредине озера уходить было некуда. И еще - Агата не спорила, не защищалась, она только печально смотрела на Огонька и в ее карих глазах блестели слезы. Агния почему-то была уверена, что это - не слезы обиды, а слезы горя и скорби, доказывающие, что подруга верит в то, что сказала. Опять помолчали. И вновь заговорила Агата:
- Первое подозрение у меня появилось вчера, когда Глаша вернулась из изолятора. Ей явно хотелось убедить нас в том, что похитил их с Ядвигой вовсе не Кэш. А когда мы не поверили и заподозрили Николая Дементьевича и Валентина Ивановича, она тут же сказала, что подозреваемым может быть любой. Эта мысль явно не пришла ей в голову неожиданно, понимаешь? Это была заготовка. Больше того, я уверена, что Кэш - кто-то из них, этих двоих. И Глаша, вернее, не-Глаша, совсем не хочет, чтобы мы в этом убедились.
- Агата, ну твоих рассуждений не достаточно, чтобы думать, что Глашу подменили, - возразила Огонек.
- Конечно. В тот момент я так и не думала. Я только почувствовала, что что-то не так. А потом, когда мы шли на конюшню, к нам подбежал Пират.
- Какой Пират? - спросила Агния.
- Ну, собака Пират. Помнишь?
- Нет, не помню. А причем тут собака? - Огонек никак не могла понять, куда клонит Агата.
- Да при том, что собаку эту Глаша с первого дня подкармливала. И Пират бегал за ней повсюду, как приклеенный.
- Да что я, не знаю…- Огонек замолчала. Действительно, рыжий добродушный Пират всегда сопровождал Глашу повсюду. И вчера - теперь Агния вспомнила совершенно четко - пес кинулся к ним, радостно виляя хвостом, подскочил к Глаше…Но что же было потом? Куда делся Пират? К конюшне они уже подошли без собачьего сопровождения. И сегодня рядом с Глашей Огонек не видела хвостатого поклонника. Агата внимательно смотрела на подругу:
- Ну что, поняла? Вчера Пират сначала кинулся к Глаше, а потом заскулил и отбежал прочь. И больше к ней не подходит. А Глаша даже не подумала захватить после обеда Пирату куриные косточки. В первый раз, понимаешь, в первый раз! Даже когда мы собирались идти на Комарово болото, и в гости к бабке Агафье, и в Нечистый лес, она не забывала взять для собаки остатки котлеты, или мяса и хлеб! Но после возвращения она ни разу, понимаешь, ни разу ничего ему не брала!
- Может, просто случайность…Глаша переволновалась…- попробовала найти объяснение Огонек.
- А Пират? Он тоже переволновался? Она же вчера его не била, не прогоняла, слова дурного не сказала! А он подбежал к ней, ткнулся в колени, завизжал и кинулся в сторону! И больше не подходит! - отвергла Агата доводы подруги.
- И что это значит? - спросила Огонек.
- То, что можно обмануть всех, кроме животных и детей. Кстати, о детях. Тебе ничего не показалось странным сегодня, на спортивной площадке?
Огонек подумала, и медленно кивнула головой:
- Паша и Даша?
- Паша и Даша. Вчера и сегодня утром они не встречали Глашу. А сейчас кинулись к ней, звали играть. А Глаша…Знаешь, Пашка с Дашкой ее часто доставали, и я всегда удивлялась, как ей удается с ними так… бережно, что ли обходиться. А сегодня она разговаривала с малышами…Нет, не грубо. Но - холодно. Знаешь, это был лед. И чувствительная Даша сразу как-то сжалась. А Паша не почувствовал, продолжал приставать. И Глаша, нет, не-Глаша его толкнула. Настоящая Глаша бы этого не сделала никогда, понимаешь, никогда. Это могла сделать я, ты могла сделать, только не Глаша. А эта, эта не-Глаша его толкнула…Даша взяла брата за руку, жалобно заплакала и сказала: "Пойдем отсюда, это не Глаша". И тогда - я очень внимательно смотрела - эта, не-Глаша, испугалась. Не пожалела детей, а именно испугалась. Она улыбнулась, пробормотала что-то вроде "не обижайтесь", но малыши уже ушли.
- Агата, но этого не может быть! Не может, не может, не может! - Огонек закричала так, что даже дежурный на лодочной станции услышал крик. Опять долго молчали. Наконец, Огонек подняла глаза на Агату и почти спокойно спросила:
- Что будем делать? Времени в обрез. Если это - не Глаша, значит, Глаша - у них, понимаешь. Значит, именно Глаша - та единственная из нас троих, кто нужен им в день или в ночь Ивана Купалы. Что делать?
- Да, я до всего этого уже додумалась. Но теперь тебе нужно успокоиться и выслушать меня. Я ведь раньше тебя до всего дошла. Да, им нужна была Глаша. Но они, если ты помнишь подслушанный мною разговор, очень боялись того, что нас - трое, что мы - вместе. Вспомни, что мы узнали о наших именах. "Аглая" означает блеск, красота, радость. Они захватили, получили обманом все это. Но есть я, Агата, Агафья - "добрая" и ты, Агния - "чистая, непорочная". Но недаром же во всех сказках, во всех мифах и легендах в конце концов именно добро и чистота побеждают зло и порок! Добро и чистота возвращают радость, и красоту, и блеск!
- В сказках, но не в жизни, Агата, слышишь, не в жизни! - возразила Огонек.
- А в жизни ты встречала леших, мавок, кикимор? Я думаю, нас с тобой привели сюда добрые силы, привели для того, чтобы мы спасли Глашу. И Сергея тоже. И, может быть, еще кого-то или что-то спасли. Чтобы мы не дали Им добиться своего в Иванов день, вернее в ночь накануне Ивана Купалы.
- Добрые силы? А где они, добрые силы? Почему они нам не помогают? - с обидой в голосе воскликнула Огонек.
- А мазь? Если бы нам не подсунули отворотную мазь, мы бы вообще ничего не узнали! Мы бы никогда не заметили подмены Глаши!
- Да, мазь они нам подсунули. А потом? Почему они нам сейчас не помогают? Как мы сами сможем узнать, кто Кэш - Николай Демьянович или Валентин Иванович? - продолжала горячиться Агния.
- Думаю, они помогают нам. Только мы помощь эту не всегда можем распознать. А что касается Кэша… Да, кто такой Кэш - мы не знаем. Но зато мы теперь знаем, кто - баба Яга. - сказала Агата.
- Откуда…- Огонек оборвала свой вопрос. Так бывает - ищешь какое-нибудь решение, в голове - полный мрак, а потом вдруг словно лампочка вспыхнет, и все станет ясным и понятным. И сам же удивляешься - как раньше не мог до такой простой вещи додуматься. Огонек еще не сказала ни слова, а внимательно наблюдавшая за ней Агата уже утвердительно кивнула головой, как будто читая мысли подруги:
- Да, это Ядвига. Она не могла бы не заметить подмены Глаши. Да и трудно поверить в то, что она не узнала, что Нептун - кто-то другой, не Алексей.Агата, какие же мы дуры. Послушай, ты только вслушайся в ее имя: "Ядвига", убери три средние буквы - и все сразу ясно. Как мы могли быть такими…тупыми! - Огонек в сердцах стукнула себя по кудрявой рыжей голове.Уж скорее слепыми. Но зато теперь прозрели. Знаешь, я даже догадываюсь, да нет, чего там скромничать - я даже знаю, кто сейчас изображает перед нами Глашу.
- Кто? - подскочила на лавке Огонек.
- Да та самая девка Маринка, она же - Марена, Мара. Дочь бабы-Яги. Я выяснила - у Ядвиги Станиславовны, действительно, есть дочь. И зовут ее - Марина. Она уже взрослая, в последние годы в "Стране чудес" практически не появляется. Но еще лет пять назад Марина жила летом в лагере с матерью.
- Агата, значит, нам надо следить за Ядвигой и лже-Глашей? И они выведут нас на Кэша и помогут найти Глашу и Сергея?
- Это было бы слишком просто. Я думаю, все наоборот - лже-Глаша и Ядвига будут следить за нами и сделают все, чтобы мы не попали в Иванову ночь или в Иванов день туда, где … Ну, я не знаю, что там будет - поиск цветка папоротника, или поиск сокровищ, или шабаш нечистой силы. Но знаю, что Они сделают все, чтобы мы с тобой не попали в нужное время в нужное место, - Агата, видимо, уже не раз обдумывала сложившуюся ситуацию, потому что говорила уверенно.
- Так что же делать?
- То, что мы делаем уже две недели - продолжать поиски, - заявила Агата.
- Агата, это тупик! Если мы даже не узнали, кто такой Кэш за две недели, то как мы найдем его за оставшееся время? Как? - волновалась Огонек.
- Огонек, ты расстроена, и все тебе видится в черном цвете. Разве мы мало узнали? Мы знаем, когда и для чего нужны Кэшу Сергей и Глаша. Нам осталось узнать только одно - место, где они будут в Иванов день или в Иванову ночь. И тогда, даже не зная, кто такой Кэш, мы сможем помочь! Точно, сможем! Недаром же Они так нас боятся! - голос Агаты звучал несколько торжественно.
- А как узнать место? - спросила Огонек.
- Я думаю, нам нужно еще раз сходить к бабке Агафье, - ответила Агата.
- К бабке? Почему? И зачем?
- Потому, что она… Я не знаю, как тебе объяснить…Понимаешь, есть люди, то есть мы. И есть какие-то другие существа, силы, добрые или злые - мавки, леший, шишига, баба-Яга, добрые силы. А бабка Агафья - она, по-моему, как бы мостик между людьми и другими силами и существами, -Агата даже рукой изобразила нечто вроде мостика, - и ведь именно бабка Агафья помогла нам найти следы Сергея в Нечистом лесу, ее подсказка натолкнула нас на мысль об Иване Купале. И про имена наши бабка все сразу поняла.
- Да, но ведь она нам ничего прямо не сказала. Не захотела сказать. Почему ты думаешь, что теперь мы из нее больше информации выудим? - засомневалась Огонек.
- Огонек, я часто вспоминаю наш разговор там, в Дедове, в бабкиной избушке. И все время чувствую, что не все бабкины подсказки мы использовали.
- Прямо "Кто хочет стать миллионером" получается. Звонок другу, помощь компьютера, помощь бабки Агафьи, - сказала Огонек.
- Хватит издеваться, Огонек… Понимаешь, что-то еще бабка говорила про озеро. Может, ты вспомнишь? Про название она что-то еще говорила…
- Озеро называется Ивановым, - перебила подружку Агния, - так она сказала. Ты спросила - она ответила.Озеро называется Ивановым…
- Стоп! Вот оно! Бабка сказала - "озеро теперь Ивановым называется". Теперь! Слышишь, теперь! А как же оно раньше называлось? - воскликнула Агата
- Это ты у меня спрашиваешь?
- Нет! Это я завтра спрошу у бабки Агафьи.
- Да? Интересно, а как мы попадем к бабке Агафье завтра? И в каком составе туда отправимся? - Огонек замолчала, дожидаясь ответа.
- Думаю, ты прекрасно понимаешь, что в Дедово Глашу, то есть лже-Глашу, мы брать не должны. И о посещении бабки Агафьи ей ничего не должно быть известно.
- И как же ты это организуешь? Кстати, сиди спокойно, никуда не оборачивайся, потому что Глаша уже стоит на причале и вовсю машет нам рукой, а я старательно делаю вид, что не замечаю ее, - приглушив голос, сказала Огонек.
- Хорошо, что предупредила. Только долго нам тут болтаться нельзя, мы вызываем подозрения. Поэтому слушай и не спорь. Если ты помнишь, у Глаши, у нашей настоящей пропавшей Глаши день рождения 24 июня, как раз в Иванов день.
- Ой, правда, она же говорила! - вспомнила Огонек, - Агата, я поняла, это все тоже неслучайно! Может, им была нужна именно девочка по имени Аглая, родившаяся в день Ивана Купалы?
- Может быть, может быть… Но об этом подумаем позже. Действуем так - я отпрашиваюсь у Алексея в Дедово, чтобы купить для Глаши подарок в деревенском магазине. Ты "случайно" выбалтываешь об этом Глаше. А я завтра навещаю бабку Агафью. Теперь - к берегу! И делаем вид, что ничего не случилось!
Глава десятая. Дорогое яичко
Повезло все же девочкам с воспитателем! Алексей сразу разрешил Агате съездить в деревню за подарком для Глаши. И это сейчас, когда после истории с Нептуном все в лагере просто помешались на безопасности! Как и в прошлый раз, Агата отправилась в Дедово в сопровождении Анны Степановны. С погодой, правда, им сегодня не повезло - нудный дождик зарядил с утра, велосипеды, словно маленькие лодки, разрезают лужи на дорожке, дождевые капли текут по лицу, по дождевику. Деревенские домики тоже приуныли, не слышно собачьего лая, не бегают по улице малыши, не сидят на завалинках бабки с дедами, даже вездесущие воробьи куда-то попрятались.
Анна Степановна направилась к своему дому, строго-настрого приказав Агате сразу после посещения магазина ехать к ней. Но хитрая Агата и не подумала тратить время на покупки. Лже-Глашу они с Огоньком поздравлять и одаривать подарками не собираются, а настоящая Глаша… Где она? Чтос ней? Но некогда сейчас об этом размышлять - надо спешить к бабке Агафье.
Знакомая избушка словно еще больше вросла в землю, пытаясь спрятаться от дождика. Агата оставила велосипед у калитки и побежала под дождем к дверям. Стук - тишина. Стук - тишина. Куда могла уйти древняя старушонка в такую погоду? В магазин? Разочарованная Агата в раздумье поворачивает назад, к велосипеду, и вдруг чувствует, что на нее кто-то смотрит. У калитки стоит бабушка. Нет, это не бабка Агафья, эта старушка помоложе, пополнее, повыше. Она подозрительно смотрит на Агату, и та решает объясниться:
- день! Вы не подскажете, где бабка Агафья?
- Добрый день. А тебе на что бабка Агафья сдалась? Кто ты сама-то будешь? - пытливо поинтересовалась бабушка.
- Я из лагеря. Из "Страны чудес". Мы с подружками к бабке Агафье дней десять назад приходили, - ответила Агата.
- Так. Так. А ты, случаем, не Агафьина ли тезка? - продолжила допрос старушка.
- Да, это я. Меня Агатой звать, это одно и тоже имя, - немного удивленно сказала Агата.
- Ну, если так, ступай ко мне в избу, - командным голосом отдала приказание старушка.
Заинтригованная Агата, прихватив велосипед, отправилась за странной бабушкой. Далеко идти не пришлось - новая знакомая жила в соседнем доме. Здесь было чисто, мебель городская, телевизор на почетном месте. Бабушка указала Агате на диван, а сама уселась на стул, сложила руки на груди и заговорила таким голосом, каким школьники отвечают урок строгому учителю:
- Значит, так, - "так", по-видимому, было любимым словом бабушки, - меня зовут Евдокия Федоровна, можно бабой Дусей звать. Бабка Агафья наша в больнице.
- Как в больнице? Что с ней случилось? - встревожилась Агата.
- Что случилось - что случилось… Старость случилась, что ж еще. Сердце у ней вчера вечером прихватило, и давление за двести. Еле до меня докричалась. Ну, так я "Скорую"- то и вызвала. Увезли нашу Агафью в райцентр, в больницу, - баба Дуся вздохнула.
- Ой, жалко как, - расстроилась Агата.
- Жалко, конечно, жалко, - согласилась Евдокия Федоровна, - Агафья-то, слыхала небось, сама знахарка, да не всякую хворь без доктора вылечить можно. Но ты вот что слушай. Когда Агафью забирали, она мне такие слова сказала: придут, говорит, ко мне девчушки. Может, две - чернявая да рыжая, а может, какая одна. Чернявая, говорит, мне тезка, а рыжую звать Агнией. Так, если придут они ко мне, скажи - пусть до конца идут, не останавливаются. И ничего, говорит, пусть не боятся. И велела еще кое-что передать. Сказала мне, где у нее оно лежит, велела взять, и тебе или подружке твоей отдать. Держи.
Евдокия Федоровна полезла в ящик большого разукрашенного резьбой старинного буфета, достала и протянула Агате деревянное расписное яичко. Такие на Пасху продаются, их туристы любят покупать. Обычное расписное яичко - красного цвета, с золотистым орнаментом и буковками "ХВ".
Агата удивленно посмотрела на яичко, поблагодарила бабу Дусю и медленно побрела под мелким дождиком к дому Анны Степановны, ведя велосипед за руль. Интересно получается - отправилась в Дедово за ответами, а получила новую загадку. Причем тут яйцо? Зачем его передала бабка Агафья? Но, стоп… Может, Евдокия Федоровна знает, как раньше называлось Иваново озеро. Агата сунула яйцо в карман ветровки, вскочила на велосипед и поехала обратно к дому бабки Дуси, не обращая внимания на лужи.
- Как раньше Иваново озеро называлось? - удивилась вопросу бабушка, -так…Постой, постой, что-то и не припомню сразу… Слово-то какое-то… Постой…- баба Дуся уселась на диван, поднесла ко рту палец и стала удивительно похожа на одну Агатину одноклассницу, когда та никак не могла решить у доски задачку по математике, - нет, не вспоминается!
- Бабушка Дуся, ну, может бабка Агафья хоть про яйцо что-нибудь объяснила? - допытывалась Агата.
- Яйцо! Правильно! Яйцо! - обрадовалась бабушка.
- Что яйцо? Озеро называлось "Яйцо"? - усомнилась Агата.
- Да нет. Просто яйцо мне помогло название вспомнить. Озеро-то раньше Кощеевым называлось, точно, так. Кощеево озеро. Это мне и другим мальцам Агафья рассказывала, когда нас нянчила-то в колхозном саду.
- Агафья вас в саду нянчила? В колхозном? - Агате представилось как одна старушка нянчит другую.
- Это сейчас мы обе бабки, да только Агафье 85 лет, а мне - всего семьдесят будет, - немного обиженно ответила баба Дуся, - перед войной у нас в колхозе председатель детский сад устроил, чтоб бабы на работе о дитях не волновались. Агафья всегда с ребятней умела возиться, вот ее и назначили в сад-то. Это потом, когда с немцем война началась, она на фронт ушла, а до этого все в саду работала.
- Бабка Агафья была на фронте? - не переставала удивляться Агата.
- Ну да. Зенитчицей, вроде, - ответила Евдокия Федоровна.
- А озеро называлось Кощеевым? - уточнила девочка.
- Точно, Кощеевым. Ты как про яйцо сказала, я сразу вспомнила. Нам Агафья рассказывала какую-то историю. Про озеро, про Кощея, про яйцо. Ну, вроде тех сказок, что я потом детям да внукам читала, только про наше все. Про озеро наше.
- Бабушка Дуся, пожалуйста, расскажите мне эту историю! - взмолилась Агата.
- Господи, да я ее и не помню! Посчитай, шесть десятков лет прошло, где ж мне вспомнить-то. Скажи спасибо, что название озера вспомнила.
Агата от обиды чуть не плакала. Разгадка так близка - и недоступна из-за того, что Евдокия Федоровна все забыла! Баба Дуся внимательно посмотрела на расстроенную Агату, немного подумала, потом решительно встала, достала из шкафа мобильник старой модели, надела очки и стала медленно тыкать пальцем в кнопки мобильника.
Оказывается, единственный сын бабы Дуси теперь жил в Москве и был, по словам матери, "большим человеком". Но когда-то, лет сорок назад, он жил в Дедово, и был человеком совсем маленьким. Баба Дуся тогда еще была просто молодой дояркой Евдокией,муж ее бросил и уехал в город, а с ребенком помогала управляться соседка Агафья. И очень Мишутка, сынок Евдокиин, любил соседку за ее добрый нрав и за то, что знала она много интересных историй. Мишутка всегда был не по годам головастым, память имел отменную, и должен все про Кощеево озеро помнить. Вот бабушка Дуся и решила позвонить Мишке в Москву и узнать все забытые ею подробности.
Сначала Мишка, ставший большим человеком, услышав голос матери, заволновался - не случилось ли что, здорова ли. Но потом, узнав в чем дело, жутко разозлился и кричал так, что даже Агате было слышно. Но бабу Дусю крики эти не сильно взволновали, также как сообщение о том, что она мешает важной встрече с инвестором. Упрямая Евдокия Федоровна гнула свое и в результате Мишка, вернее, Михаил Павлович, согласился рассказать Агате по телефону историю бабки Агафьи о Кощеевом озере. Память у сына бабы Дуси, и верно, была хорошей, говорил он быстро, но четко, как будто делал доклад:
- Бабка Агафья говорила, что раньше все наши места принадлежали Кощею. Потом там, где сейчас наша деревня, поселились первые люди, но за это Кощей каждый год брал дань: один год - красивую девушку, следующий год - самого сильного и удалого парня. Уводил он их в Нечистый лес, заставлял на себя работать. Однажды родилась и выросла в деревне девочка Марья красоты невиданной. И был у нее друг сердечный, Иван, парень сильный, смелый и на всякое дело ловкий. И велел Кощей отдать в дань Марью в грядущий год. Только Иван не захотел невесту злодею уступить. Вызвал он Кощея на честный бой, тот только посмеялся: закружил он Ивана вихрем огненным, да и утопил храбреца в озере. Но в тот же день исчезла из деревни Марья. Никто не знал, где она - ни родители, ни подруги, ни сам Кощей, который от гнева все поля и луга выжег, всю дичь вокруг деревни уничтожил. Прошел год. Новую дань назначил Кощей - велел сразу двух привести - младшую Иванову сестру, Дашутку, да младшего Марьиного брата, Васятку. Привели их на берег озера, как издавна повелось, Кощей змеем с неба упал, дань осматривает, над народом посмеивается. Только вдруг, откуда ни возьмись, появилась на пригорке у крайнего дома Марьюшка. А в руках ее - обыкновенное куриное яичко. Как увидел Кощей яйцо, задрожал весь, в ноги к Марье кинулся, молит не губить его. А Марья ни слова не сказала, яйцо о камень разбила, оттуда иглу тонкую вытащила и переломила ее надвое. В тот же миг исчез Кощей, словно и не было его. Марьюшка скорлупки и половинки иглы в озеро бросила, улыбнулась родителям своим и братцу, и ушла из деревни, слово никому не молвив. А когда глянули люди на озеро, то увидели напротив деревни остров, в форме яйца, которого раньше не было. С тех пор Кощеево озеро стали Ивановым звать. И в честь жениха Марьюшкиного и потому, что было все это в канун Иванова дня. А остров называется "Марьино яйцо". Все. Матери привет передай, - и Михаил Павлович отключился.
Обрадованная Агата даже не знала, как отзывчивую бабу Дусю благодарить. А той, видно, и самой было любопытно вспомнить, почему озеро Кощеевым называется. Выслушав рассказ собственного сына в пересказе Агаты, Евдокия Федоровна сказала, что в голове у нее "сразу все так и всплыло" и стала припоминать подробности - о том, что на Марьином яйце, на острове то есть, еще перед войной в канун Иванова дня хороводы устраивали, костры разводили, и чучела какие-то, помнится, сжигали. А после войны уж не до того было - и молодежи в деревне почти не осталось, и работы столько прибавилось, что на праздники не на все сил хватало…
"Как это трудно - когда рядом с тобой - чужой", - подумала Агата, глядя на веселую Глашу-не-Глашу, которая что-то оживленно рассказывала Огоньку в лагерной столовой. Агния, конечно, старалась вести себя естественно, но в ее голосе и смехе Агате чудилась некоторая натянутость. Вчера, после Агатиного возвращения из Дедова, им с Огоньком так и не удалось хотя бы на минуту остаться вдвоем. И только сегодня утром, когда Глаша отправилась на занятия в свой кружок, подружка узнала историю Кощеева озера и увидела яйцо бабки Агафьи.
- Так вот, что значит "Кэш"! Понимаешь, Агата! Кэш - это же Кощей, самый настоящий Кощей…- уверенно заявила Огонек.
- Кощей, - согласилась Агата, - и этот Кощей - либо Валентин Иванович, либо Николай Дементьевич.
- Знаешь, Агата, ты посторожи эту…Глашу. А я посмотрю в Интернете, что там есть интересного о Кощее.
Перед обедом, улучив секунду, когда Глаша побежала помыть руки, Огонек передала подруге стопочку компьютерных распечаток. И теперь Агата не могла дождаться конца обеда, чтобы прочитать то, что отыскала Агния в Интернете. Но вот, наконец, обед закончен, Глаша и Огонек убежали из комнаты, а у Агаты есть еще минут сорок до начала репетиции исторического спектакля. Что там нашла Огонёк? "Кощей Бессмертный играет ту же роль скупого хранителя сокровищ и опасного похитителя красавиц, что и Змей; оба они равно враждебны сказочным героям и свободно заменяют друг друга, так что в одной и той же сказке в одном варианте действующим лицом выводится Змей, а в другом — Кощей.
В старославянских памятниках слово "кощь" ("кошть") попадается исключительно в значении: сухой, тощий, худой телом — и, очевидно, стоит в ближайшем родстве со словом "кость", как прилагательное к существительному; глагол же "окостенеть" употребляется в смысле: застыть, оцепенеть, сделаться твердым, как кость или камень, от сильного холода. На основании этого можно думать, что название "Кощей" принималось сначала как эпитет, а потом и как собственное имя демона — иссушителя дождевой влаги, представителя темных туч, окованных стужею; в зимнее время года тучи как бы застывают, превращаются в камни и не дают более плодоносных дождей, а вследствие того и сама земля лишается своей производительной силы.
Смерть Кощея сокрыта столь далеко, что его называют Бессмертным: на море на океане, на острове на Буяне есть зеленый дуб, под тем дубом зарыт железный сундук, в том сундуке заяц, в зайце утка, а в утке яйцо; стоит только добыть это яйцо и сжать его в руке, как тотчас же Кощей начинает чувствовать страшную боль; стоит только раздавить яйцо — и Кощей мгновенно умирает.
То же рассказывают и про Змея: существует остров, на острове камень, в камне заяц, в зайце утка, в утке яйцо, в яйце желток, в желтке каменек — это и есть Змеиная смерть; надо только добыть каменек и бросить им в Змея!
Овладевши чудесным яйцом, царевич бросает его в лоб Кощея — и он тотчас же умирает, подобно тому как о дьяволе существует поверье, что его можно убить только серебряною пулею (молнией) или яйцом, снесенным курицею накануне Рождества, когда, по старинному мифу, рождается солнце. Точно так же великаны мрака (зимних туч) гибнут от лучей восходящего (весеннего) солнца".
Дверь распахнулась, Агата выключила планшет. Но тревога, к счастью, оказалась напрасной - в комнату вбежала Огонек:
- Не бойся, я одна, Глашка в своем кружке надолго застряла! Прочитала?
- Прочитала. Только не знаю пока, как нам все это может помочь, - заметила Агата.
- А по-моему, все ясно. Кэш, он же Кощей - твой Николай Дементьевич любимый, - самоуверенно заявила Огонек.
- Почему? - удивилась Агата.
- Да потому. Он худой, одни кости торчат. А Валентин Иванович, совсем наоборот - колобок колобком. И еще. Руководитель исторического клуба - вполне подходящее место для того, кто бессмертен, тебе не кажется? - настаивала Огонек.
- Не знаю, Огонек, не знаю… Да и так ли уж нам сейчас важно знать, кто именно Кэш. Слежка за ним все равно ничего не даст. Смотри, как оказывается, здесь целая куча нечистой силы - и Ядвига-Яга, и доченька ее Марина-Марена-лже-Глаша.
- Да, насчет слежки ты права, - согласилась Огонек, - а вот посетить Марьино яйцо нам, по-моему, просто необходимо. Неспроста нам бабка Агафья яйцо передала, неспроста!
-Огонек, а как мы попадем на остров? - спросила Агата.
-И это спрашиваешь ты? Теперь? Когда мы уже и на Комаровом болоте побывали, и до Нечистого леса добрались, и в Дедово как к себе домой ходим? - гордо вопрошала Огонек.
- У тебя есть план? Только ты не забывай, что теперь у нас под боком лже-Глаша, от которой нужно как-то избавляться на время путешествий, напомнила Агата.
- Об этом я уже подумала. Поэтому теперь путешествовать, как ты выразилась, будем по одиночке. Ты ходила в Дедово - я караулила Глашу и пудрила ей мозги. Теперь это будешь делать ты, а я поплыву на остров, глаза Огонька сверкали, она была в восторге от ожидавших ее приключений.
- Как поплывешь? Одна? - уточнила Агата.
- Конечно, я не вплавь до острова добираться буду. И не одна, успокойся. Я уже все продумала и со всеми договорилась. Ты знаешь, что послезавтра в "Стране чудес" - День юного эколога?
- Да вроде что-то слышала, - неуверенно произнесла Агата.
- Так вот, в этот день все будут заняты окружающей нас, то есть лагерь, средой. Мы будем убирать территорию, чистить ближайшие леса-перелески, сажать цветы, молодые елочки и заниматься прочей ерундой.
- Знаешь, Огонек, это не такая уж и ерунда, - возразила Агата.
- Ой-ой, только не надо мне читать лекций по экологии. Для нас все это было бы ерундой и лишней помехой, если бы не гениальная голова Агнии Раевской, то есть моя, - торжественно возвестила Огонек.
- И что там твоя гениальная голова придумала?
- А вот что. Вы с этой, с подсадной Глашей можете заниматься чем угодно. А я…Я сегодня подкинула Алексею идею о том, что неплохо бы было почистить и во-от тот островок. Туда, между прочим, иногда отряды вывозят: покупаться, костры пожечь, в военную игру сыграть. Алексею идея понравилась. В общем, я еду на Марьино яйцо на лодке с Крутым, Темным, Степкой и кем-нибудь из охраны. Мы пробудем там полдня, а остров небольшой, в длину - чуть больше километра, в ширину - чуть меньше, я узнала. Я облазаю там все, и если там есть хоть что-то подозрительное…
Огонек замолчала, прислушиваясь к приближающимся торопливым шагам. Через секунду в комната вошла Глаша, и разговор пришлось прервать.
Глава одиннадцатая. Звездный час Аглаи Петровой
Но оставим на время "Страну чудес", Агату и Огонька и посмотрим, что же случилось с Глашей на празднике Нептуна.
Весь день Глашу не покидало ощущение, что она спит и видит чудесный сон. Никогда еще не было у нее такого красивого, мягкого, переливающегося платья как это, цвета морской волны. И никогда больше, наверное, она не будет чувствовать себя русалкой, настоящей мавкой, прекрасной, загадочной и неземной. Глаша не играла свою роль, ей не надо было вспоминать слова, движения танца, мотив песни. Тело само изгибалось и струилось под звуки музыки, голос рвался из груди, и слова произносились сами…
Глашу, пребывающую в сладком очаровании, нисколько не удивило неожиданное изменение в сценарии. Она спокойно стояла в отплывающем катере, махала рукой тем, кто остается на берегу. Берег отдалялся, вот уже стали совсем маленькими фигурки детей и взрослых. На плечо задумавшейся Глаши легла рука Ядвиги Станиславовны:
- Тебе понравилось? - ласково поинтересовалась Морская царица.
- Очень…Это был самый чудесный день в моей жизни, - восторженно-пылко ответила Глаша.
- Дорогая девочка, у меня для тебя есть большой сюрприз. Скоро вся твоя жизнь станет чудесной, и сегодняшний день уже не будет казаться тебе чем-то необыкновенным.
Голос Ядвиги Станиславовны звучал так торжественно, что Глаша заинтересовалась и отвлеклась от своих мыслей и переживаний. Она удивленно посмотрела на руководительницу кружка моделирования.
- Не удивляйся, я тебе сейчас все объясню. Дело в том, что не случайно в нашей "Стране чудес" появился модельный кружок, и не случайно тебя пригласили на эту смену в лагерь, - голос Ядвиги звучал таинственно.
- Не случайно? А разве я здесь не потому, что у нас семья многодетная? - удивилась Глаша.
- Нет, это просто прикрытие, - столь же таинственно ответила Ядвига.
- Прикрытие? Какое прикрытие? - немного встревожилась Глаша.
- У концерна, который является владельцем "Страны чудес", есть много всяких направлений деятельности. В том числе он владеет крупнейшим и самым престижным модельным агентством России. И я - один из руководителей этого агентства. В этом году мы хотим участвовать и победить в первом международном конкурсе красоты "Юность Мира", который состоится через два месяца в Париже. За корону королевы красоты будут бороться девочки в возрасте от 12 до 14 лет со всего мира. Ты внимательно слушаешь?
- Внимательно… Только причем тут "Страна чудес"? - недоумевала Глаша.
- При том, что на первую летнюю смену мы пригласили заранее отобранных нашими агентами девочек, которые, с нашей точки зрения, могли бы стать участницами конкурса красоты "Юность мира" от России. И из них нам нужно было выбрать только одну, единственную, лучшую. Теперь поняла? - спросила Ядвига.
- Нет, - честно ответила Глаша.
- Да это же ты, глупенькая!
- Я? Что значит,я? - Глаша совсем запуталась в Ядвигиных намеках.
- Да то, что тебя увидели еще весной наши агенты, они ходили по многим школам и увидели тебя. Ты им понравилась, мы сделали так, что ты получила путевку в "Страну чудес", как и другие девочки из нашего модельного кружка. Вот, например, Наташа Смирнова, Алия Керимова, Катя Никонова. Ты же всех их знаешь, правда?
Ошарашенная Глаша согласно кивала головой. Конечно, она знала всех этих девчонок, смуглую черноглазую красавицу Алию, веселую медноволосую Наташу, немного манерную худющую Катю. Значит, их сюда привезли, чтобы готовить на конкурс. И ее, ее, Глашу, тоже???
- А в лагере мы из всех выбрали тебя. Сегодня, на дне Нептуна, было последнее для тебя испытание - твоего артистизма. И ты справилась прекрасно! Теперь мы можем объявить тебе, что ты поедешь в Париж! - торжественность в голосе Ядвиги Станиславовны достигла своего пика.
- Я? А почему…
- Почему раньше никто ничего не знал? - поспешила закончить за Глашу Ядвига, - конкурс для юных красавиц проводится впервые, и главное условие, которое ставит жюри для всех, кто принимает участие в его организации - нельзя травмировать девочек. Морально, имеется в виду. Поэтому предварительный отбор проводится негласно. Ни Алия, ни Наташа, ни Катя ничего не узнают. И ты бы не узнала, если бы не победила. Поэтому проигравшие не переживают, не плачут, не завидуют тому, кто победил.
- Но я…Я не знаю… Я же не умею… Я никогда…- совсем растерялась Глаша.
- У тебя - прекрасная внешность, и множество других талантов, необходимых для победы. Я уверена, что ты и в самом конкурсе победишь. Только для этого нужно немного поработать. Чем мы и займемся в оставшееся до конкурса время. И еще - в любом случае, какое бы ты место не заняла в Париже - хотя я уверена в победе - но, подчеркиваю, вне зависимости от занятого тобою места, ты получаешь самый выгодный контракт на работу в нашем агентстве и - слушай внимательно - ты будешь играть главную роль в фантастическом фильме! Фильм финансируется концерном, съемки начнутся в сентябре!
Тут катер причалил к берегу, и Глаша только теперь с удивлением обнаружила, что они заехали так далеко от лагеря, которого даже не было видно за островом.
- Не удивляйся, Глаша, в "Страну чудес" ты уже не вернешься, - пояснила Ядвига Станиславовна.
- Как не вернусь? А как же Агата и Огонек? А мои родители? Я могу им позвонить…Ой, мобильник-то мой в лагере остался. Вы мне его привезете?
- Родители твои все знают и желают тебе успеха, - разрешила Ядвига.
- А куда мы сейчас пойдем? - поинтересовалась Глаша.
- Ты будешь жить и готовиться к конкурсу на специальной базе нашего агентства, она здесь, неподалеку, - Ядвига Станиславовна махнула рукой в сторону леса, - по условиям контракта тебе запрещается иметь мобильник и выходить в Интернет. Это может отвлечь тебя от занятий, а они буду очень напряженными.
- А вы? Вы и Алексей со мною будете?
- Нет. Алексей сейчас же поедет обратно в лагерь, на катере. А я провожу тебя до базы. С тобой будут заниматься мои помощницы.
Они долго шли по лесу, но Глаша, перегруженная ошеломляющими новостями, не чувствовала усталости, не замечала, как неудобно идти по лесной едва заметной тропке в танцевальных матерчатых босоножках на тонкой подошве и длинном платье. В голове девочки звучала легкая, но торжественная музыка, перед глазами носились неясные видения. Вот она, Глаша, в Париже. На ярко залитой огнями огромной сцене, с хрустальной короной победительницы на голове. А теперь Глаша идет по подиуму в Москве. И - огромный экран, а на нем - Глашино лицо, ее синие глаза… Ой, ее кто-то схватил за платье! Нет, это просто елочка зацепилась своими цепкими иголками за тонкую ткань. Жалко, осталась зацепка! А, впрочем, стоит ли жалеть это платье, когда завтра, а, может, уже сегодня, у нее будет целая куча самых модных, самых красивых нарядов!
…Как далеко все-таки идти! Но это необходимо, база ведь засекречена и туда нельзя подъехать на машине. Зато ее никто раньше времени не увидит, не сфотографирует, она станет для всех, как сказала Ядвига Станиславовна "новым чудом света из России".
- Стоп, Аглая, притормози, - скомандовала Ядвига. ("Аглая" - полное имя, конечно, более пристало будущей звезде подиума, нежели скромное и немного простонародное "Глаша"), - мы уже почти пришли. Но я хочу сделать тебе сюрприз. Дай-ка, я завяжу тебе глаза.
Глаша, в предвкушении новых подарков судьбы, позволила завязать на голове шарф, закрывший ей глаза, и покорно пошла, ведомая за руку Ядвигой. Вот они идут по тропинке и траве, вот вступают на какие-то ступеньки… Скрипнула дверь. Даже сквозь шарф чувствуется, что в помещении совсем темно. Опять какой-то скрип… Еще дверь? Куда-то еще проходят. О, да это же лифт! Слышно, как разъезжаются его створки, в глаза - даже через шарф - бьет яркий свет. Глаша делает еще несколько шагов, повязка падает… Как красиво! Она в огромном зале, посреди зала - бассейн с голубой водой, вокруг бассейна - тренажеры, цветы, воздушные шары и большущие мягкие игрушки.
- Ты будешь жить здесь, на самом верхнем, третьем этаже. Вон там - твоя спальня, дальше - кабинет, там - столовая. На втором этаже расположены массажные комнаты, видео- и фотосалоны, спортивный зал. Там же живут твои тренеры. На первом этаже - вспомогательные помещения - кухня, склады, и прочее, - объяснила Ядвига Станиславовна.
- Как красиво! - восхитилась Глаша.
- А сейчас я познакомлю тебя с моими помощницами.
Только теперь Глаша заметила, что они в помещении уже не одни. Две одинаково стройные и высокие фигуры выступили из-за колоны и девочке вдруг показалось, что у нее троится в глазах. Женщины, которых Ядвига называла своими помощницами, были до удивления похожи на саму Ядвигу. Та же фигура, те же серебристо-белые волосы, такие же неправдоподобно зеленые глаза, одинаковые черты лица. Заметив изумление Глаши, Ядвига звонко засмеялась:
- Не пугайся, мы действительно очень похожи. Это мои родные сестры. Старшая - Цецилия, Цецилия Станиславовна, и младшая, ее можно называть просто Саломея.
Теперь Глаша увидела, что Цецилия, и вправду, явно самая старшая из троицы, а Саломея, напротив, значительно моложе Ядвиги, ей лет двадцать пять, не больше. По словам Ядвиги, Цецилия Станиславовна научит Глашу, то есть Аглаю, правильно подбирать макияж, духи, одежду и обувь, вести себя в обществе, отвечать на вопросы журналистов и жюри, будет давать девочке уроки сценической речи и актерского мастерства, разучивать роль из фильма. А Саломея будет учить Аглаю танцевать, двигаться, она станет спортивным тренером будущей мисс "Юность мира".
Ядвига Станиславовна, попрощавшись, ушла, ее сестры предложили Глаше принять душ, переодеться и поужинать. Только тут девочка поняла, как сильно она устала - устала не столько от праздника и долгой прогулки по лесу, сколько от того приятно-торжественного гула, который стоял весь день в ее голове и душе. Глаша послушно принимала душ, восхищалась джакузи, выбирала домашнее платье из огромной гардеробной, ела что-то вкусное и необычное. Потом легла в роскошной спальне на мягкую розовую кровать и моментально уснула. А утром так и не смогла вспомнить своего сна…
Первый день новой жизни Аглаи Петровой был насыщен интересными делами и приятными неожиданностями. С утра до позднего вечера чопорно-строгая Цецилия Станиславовна и подвижная веселая Саломея занимались с Глашей. Со стороны все это было похоже на игру - как будто маленькие девочки "возятся" с дорогой, очень красивой фарфоровой куклой. Аглаю кормили самыми любимыми, самыми вкусными и самыми дорогими кушаньями. Она примеряла потрясающе модные наряды, душилась дорогущими французскими духами. Будущая звезда подиума купалась в бассейне, играла в боулинг и теннис, занималась на тренажерах, парилась в сауне. Саломея делала подопечной массаж, а Цецилия - макияж. В видеотеке Глашу ждала большая коллекция кассет, и множество дисков, и масса компьютерных игр. Засыпала усталая Аглая с ощущением счастья и со сладкими думами о том, что счастье это будет долгим-долгим и, возможно, не кончится никогда.
Следующий день был похож на предыдущий. Требовательная Цецилия Станиславовна учила Аглаю отвечать на вопросы прессы и дала почитать сценарий фильма, в котором ей предстояло сыграть главную роль. Сценарий Глаше очень понравился - он был о сказочно прекрасной юной волшебнице, которая в борьбе с жутким старым колдуном спасала Вселенную.
Ощущение счастья не проходило, лишь становилось привычным, но от этого не менее приятным. Аглая освоилась в большом доме, ей здесь все нравилось, хотя кое-что казалось непривычным. Например, в доме вообще не было лестниц - только лифты. Впрочем, зачем "считать ступеньки", если можно с удобством проехать с этажа на этаж, да еще при этом полюбовавшись своим отражением в очередном модном прикиде во множестве зеркал? И еще - в доме не было телефонов, и выхода в Интернет на компьютере. И окна нигде не открывались. А за окнами виднелись клумбы, и луг, и речка, а за речкой - лес. И летали птицы, и пробегали по небу облака, а один раз сорвался мелкий дождик. Но стекла, видимо, были толстыми, и не слышно было птичьего щебетания, шороха деревьев, и даже дождевые капли не били в стекло и не оставляли на нем следов…
В доме, кроме Аглаи, Цецилии и Саломеи, похоже, никто больше не жил. Глаша вдруг подумала - а кто же здесь убирает, кто стирает белье и готовит обед? Но тут Саломея позвала ее на тренировку, и Аглая забыла о своих никому так и незаданных вопросах.
Сначала Глаша решила, что она просто соскучилась. По родителям - как там они без нее. По сестренкам - вот бы им порезвиться в таком чудном бассейне и поиграть во все эти игры. По Агафончику - он бы, наверное, визжал от восторга при виде огромного мягкого оранжевого слона и смешного зеленого ослика… Потом Глаша поняла, что дело не только в тоске по родным. Ей вдруг безумно захотелось выйти на улицу, пробежаться вон по тому лугу, искупаться в речке или хотя бы просто пошлепать босыми ногами по воде у берега. Но строгая Цецилия ответила на Глашину просьбу о прогулке категорическим отказом. Запрещено. Кем? Комитетом по подготовке к конкурсу. Почему? Запрещено, потому что это может привести к провалу. А хотя бы окно можно открыть, свежим воздухом подышать? Окна открывать запрещено, а воздух в доме свежайший, в нем установлены самые современные системы кондиционирования.
Глаша чувствовала себя капризной, избалованной девчонкой: у нее есть все, о чем может только мечтать любая девчонка ее возраста, а она хандрит и раздражается. Но ни хандра, ни раздражение меньше не становились. Наверное, из вредности характера, Глаше хотелось только того, что невозможно было иметь или делать сию минуту. Например, побегать по лестнице. Кстати, а почему в доме нет лестниц? Веселая Саломея ответила на этот вопрос шутливо - причуда архитектора. Странная причуда. А если вдруг отключится электричество, и лифты перестанут работать? Как тогда спуститься на первый этаж и выйти из дома? Впрочем, Глаша даже не видела, как выглядит этот выход.
Воспользовавшись перерывом в занятиях, Глаша спустилась на лифте на первый этаж. Тут было не так красиво, как на втором и третьем, но все очень чисто и современно. Вот кухня. Интересно, кто здесь готовит? Даже запаха пищи не чувствуется. Тут, за железной дверью с надписью "Не входить! Высокое напряжение!", наверное, что-то, связанное с электричеством. Вот склады. Но где же входная дверь? Где выход на улицу? Странный, однако, домик! Но, что это? Кажется ее зовут? И Глаша побежала на требовательный призыв Цецилии Станиславовны.
Глава двенадцатая. Прозрение
Ей опять что-то снилось, и вновь утром сон был забыт. Но ощущение, пришедшее во сне, осталось. Ощущение тревоги и надвигающейся беды. Как будто Глаша долго брела в густом тумане, и ей казалось, что она идет по какому-то милому, знакомому с детства месту, и вдруг туман рассеялся, и она увидела, что стоит на краю обрыва…Подозрения, переходящие в прозрение, охватили Глашу. Как она могла поверить во всю эту чушь о конкурсе юных красавиц, о ролях в фильмах и многотысячных контрактах? И почему это так ее привлекло и увлекло? Разве она, неглупая, неглядящая на жизнь сквозь розовые очки, Глаша, хоть когда-то мечтала стать моделью? Модельером - да, очень хотелось стать в последнее время, но профессия модели всегда казалась ей какой-то смешной, игрушечной, какой-то ненастоящей, ненадежной. Почему она попалась на эту удочку? Какая из нее красавица? Что им надо от нее, этим сестрам Станиславовным и Алексею…Алексею? Да был ли тот, кто играл Нептуна - Алексеем? Почему он молчал всю дорогу на катере, почему не сказал ей ни слова?
Встревоженная Глаша вскочила с постели, готовая куда-то бежать, искать, разбираться… И тут же сама себя остановила. Стоп… Так нельзя… Так она все испортит, сама себя выдаст. Они - кто бы они не были - сейчас явно сильнее ее. С Ними нельзя вступать в открытую борьбу. Нужно оставаться той безобидной, самовлюбленной, купленной на всю блестящую мишуру дурочкой, какой она и была последние три дня. "Что ж, уроки актерского мастерства мне очень пригодятся, - трезво подумала Глаша, - а еще, еще мне очень пригодился бы совет рассудительной Агаты, помощь горячего Огонька…" Глаша стиснула кулаки. Агата, Огонек, их расследование. Какое сегодня число? Нептун был 14 июня. Значит, сегодня …семнадцатое? Нет, нет, восемнадцатое. Через неделю - Глашин день рождения, ей исполнится двенадцать. Но дело не в этом. Через неделю - 24 июня, Иванов день. День, когда что-то должно случится. И теперь нет сомнений - Кэшу и бабе Яге нужна была она, Глаша. И им удалось ее выкрасть из "Страны чудес"!
Что происходит сейчас в лагере? Наверное, Глашу ищут. А, может, Ядвига и Кэш сделали так, что никаких поисков нет. Кто искал Сергея Корнилова? Долго, тщательно - никто. Ни один человек на земле не усомнился в том, что он утонул, пока Огонек не нашла в ящике диск с дневником. Может и она, Глаша, "утонула"? Или сбежала из лагеря? Или уехала домой? Только Агата и Огонек не поверят в домыслы Кэша и его подручных. Но смогут ли девчонки найти Глашу, помочь ей? Значит, надо надеяться только на себя. Надо забыть о том, что она, Аглая Петрова, жуткая трусиха. Надо призвать на помощь весь свой опыт, здравомыслие. И постараться вести себя также смело и решительно, как Огонек. И быть такой же мудрой, как Агата. А еще важно ничем не выдать себя раньше времени.
Изображать дурочку Глаше удавалось неплохо. Она "млела" при виде вечернего платья, приготовленного для конкурса, объедалась черной икрой за завтраком и шашлыком за обедом. И незаметно присматривалась, прислушивалась, старалась делать выводы. В доме явно никто не жил, кроме Цецилии, Саломеи и самой Глаши. На притворно-наивный вопрос о том, кто же здесь убирает и готовит, ответ был спокойно-уклончив: "Уборка производится, когда ты на другом этаже. Продукты в готовом виде поступают на кухню из главного корпуса перед каждой едой". Главный корпус? Интересно, существует ли он в действительности, или это очередная сказка для глупой тщеславной девочки? Ну, ничего, дождемся ночи, тогда уж пленница все здесь облазает и найдет выход…
К концу дня Глаша устала от собственной роли. Ей уже не хотелось задавать вопросы и играть в шпионку, она не могла дождаться вечера, когда, возможно, удастся хоть что-то выяснить по-настоящему. Глаша молча лежала на массажном столе, ловкие пальцы Саломеи бегали по плечам и спине девочки, играла тихая музыка. Глаша глядела в окно, на пролетающих в небе птиц, на белые облака. Вон то облако похоже на зайца…Облако-заяц??? Девочка даже вздрогнула, вызвав удивленный вопрос Саломеи. Успокоив ее ("Нет, нет, я просто немного задремала, а теперь проснулась"), озадаченная Глаша жадно уставилась в небо. Сейчас это облако, похожее на зайца, должно немного вырасти, потемнеть и превратиться в "котенка". Есть! Так и случилось! А через минуту-другую польется дождик! Что это значит? Это уже было! Вчера, или позавчера, или три дня назад. Глаша уже видела во время массажа облако-заяц, наблюдала за его трансформацией в серого котенка. И потом пошел дождь… Тот самый дождь, что льет сейчас за окном. Но так не бывает! Не может быть! Двух одинаковых облаков и двух одинаковых дождей быть не может! Значит… Значит, за окном вовсе не то, что видит Глаша. Что они придумали, эти кэши, Яги, Саломеи и Цецилии? Наверное, окна - это экраны, и все, что там происходит - просто фильм. А что тогда на самом деле там, за стенами и лже-окнами, которые никогда не открываются?
И вот, наконец, вечер. Старательно исполняющая свою роль Глаша, пожелав наставницам "спокойной ночи", ушла в свою спальню. Тихо прогудел лифт - теперь Цецилия и Саломея на втором этаже. Глаша ждет, затаив дыхание. Через час, наверное, сестры уснут, и можно будет тихонько выйти из комнаты и произвести разведку. Но что это? Снова гудит лифт, чьи-то осторожные шаги приближаются к дверям спальни, еще какой-то непонятный звук, шаги отдаляются, лифт гудит, тишина… Глаша вскакивает с постели и бежит к дверям, в страхе, что ее предположение верно… Так и есть! Дверь заперта, Глаша - пленница своей спальни!
Ни один день не тянулся для Глаши так долго, как этот! Сегодня вечером она не даст себя провести! Как невыносимо скучно! Кому, ну кому может нравиться такая жизнь! Натягивать на себя разноцветные тряпки, строить идиотские рожи и принимать неестественные позы перед фотокамерой, стараться "оригинально" отвечать на дебильные вопросы! Даже искусный массаж теперь не доставляет удовольствия - сильные, ловкие руки Саломеи кажутся враждебными и слишком холодными. А за окнами-экранами небо, на этот раз безоблачное, и птицы, пролетающие точно так, как позавчера или три дня назад…
К счастью, все имеет конец. На экранах-окнах показывают сумерки, Глаша уходит в спальню, наставницы покидают на лифте ее этаж. Девочка не медлит ни секунды: она на всякий случай сворачивает из покрывала "куклу" и кладет ее на кровать, тщательно укрыв одеялом. Хорошо получилось! В сумерках ни за что не заподозришь, что в постели никого нет. Тихо-тихо крадется настороженная Глаша к дверям, выскальзывает в зал и прячется у бассейна, за огромными мягкими игрушками. Какая тишина! Не уснуть бы…Глаша ждет. Ей кажется, что прошло уже часа три, хотя часы на стене упрямо твердят, что не прошло и сорока минут. Вот загудел лифт. Створки его тихо разъехались, выпуская Цецилию. Она неслышными шагами подходит к Глашиной спальне, зачем-то подносит руку к дверям на уровне глаз, делает какое-то движение… Да там же глазок! А Глаша никогда его не замечала! Удовлетворенная осмотром (спасибо "кукле"!) Цецилия тихонько запирает дверь на ключ и покидает этаж на лифте. Глаша выжидает еще минут сорок и начинает разведку…
Бессонная ночь, наполненная тревогой, надеждами и страхом, не оправдала ожиданий! Глаша, усталая и расстроенная, прячется между мягких игрушек, в ожидании, когда тюремщицы откроют дверь ее "камеры", и она сможет незаметно вернуться в спальню. Ни на одном из трех этажей Глаша не нашла ничего, что помогло бы ей бежать, или подать о себе весть, или найти хоть какой-нибудь ответ на вопрос, как ей быть дальше. Сначала девочка искала на первом этаже дверь, выход на улицу. Но никаких дверей не было! Не было вообще ничего, похожего на выход. Потом Глаша, наоборот, решила поискать выход на чердак или на крышу на верхнем, третьем этаже. Все напрасно! Не нашла пленница ни одного телефонного аппарата, ни открывающегося окна, ни намека на Интернет ни в одном компьютере. А ведь она осмотрела все, кроме спален Цецилии и Саломеи! Похоже, ее упрятали в какую-то огромную консервную банку, и плотно закрыли! Бедной Глаше хотелось спать, но еще больше хотелось плакать.
Да, бессонные ночи даром не проходят! Невыспавшаяся Глаша даже на массаже умудрилась уснуть. И во сне она бродила по дому-тюрьме, тщетно пытаясь найти выход. А дом издевался над нею, стены наезжали, пытаясь раздавить, лифты ехали не туда, куда надо, двери больно били по спине. Впрочем, по спине Глашу били не двери во сне, а смеющаяся Саломея наяву:
- Проснись, Аглая, проснись! Ты что, ночью не выспалась?
- Ой, простите, Саломея. Нет, я ночью хорошо спала…Я просто… Это я так волнуюсь. Я всегда, когда волнуюсь, жутко много сплю. И ночью сплю, и днем сплю, вот такая я соня, - Глаша заискивающе улыбнулась, старательно изображая дурочку.
- Волнуешься? А почему ты волнуешься? - встревожилась Саломея.
- Я…Я боюсь конкурс проиграть. Вдруг тогда со мной Ядвига Станиславовна контракт не заключит. А я так об этом мечтаю, так мечтаю, - Глаша вдохновенно врала, распахивая как можно более глупо и наивно свои синие глаза.
- Не волнуйся, Аглая, контракт с тобой заключат в любом случае. Но ты обязательно победишь, вот увидишь. Но если хочешь, ты можешь спать и днем, - предложила Саломея.
-Хочу, - обрадовалась невыспавшаяся Глаша, - очень хочу.
Но, устроившись в своей мягкой и удобной постели для послеобеденного сна, Глаша смогла заснуть не сразу. Ей казалось, что на массажном столе, во сне, она увидела что-то важное, но не смогла это важное понять. Девочка поплотнее укуталась в одеяло, и постаралась "настроиться" на тот же самый сон.
- Аглая, пора вставать! Так все занятия проспишь! Жду тебя на втором этаже!
На втором этаже. Это Цецилия. Ну да, пора роль репетировать. Протирая глаза, Глаша поспешила в лифт, нажала кнопку… И тут пришло озарение! Лифт! Лифт во сне вел себя не так, как надо! Но он и наяву так себя ведет! Странность лифта Глаша давно заметила как бы "про себя", но не обращала на нее внимание, не задумывалась. В этом лифте неправильные ощущения. Вот сейчас - она едет с третьего этажа на второй, а впечатление такое, будто лифт движется вверх. Приехали. Надо проверить! Глаша, вместо того, чтобы выйти, нажала кнопку третьего этажа. Так и есть! Лифт идет вниз, хотя должен ехать вверх!
Глаша жевала деликатесы, делала вид, что смотрит по видику комедию и старалась понять. Итак, предположим, лифты на самом деле идут вниз, когда должны двигаться вверх и наоборот. Что это значит? Только то, что на самом деле "дом" вовсе не дом, а …подпол! Подземелье! Становится понятно, почему тут нет лестниц - тогда бы любой дурак сразу все понял. И окон нет, потому что за стенами - только земля, земля и земля. И не может быть на первом этаже двери на улицу, это должен быть люк, люк в потолке, как лаз из подпола у бабушки в деревне. Впрочем, наверное, там нет никакого лаза - наверх, на волю, можно подняться на лифте, - догадалась девочка. Там есть сбоку какая-то кнопка с отверстием для ключа. Глаша ночью нажимала эту кнопку, но лифт остался стоять на месте. Ведь ключа у нее нет! Значит, наверх путь закрыт…А вниз? Вдруг этот загадочный дом-подземелье углублен в землю не на три этажа, а больше? На четыре, на пять? Или под третьи этажом есть замаскированный туннель в какой-нибудь подземный ход? Значит, сегодня ночью нужно внимательно осмотреть потолки на первом этаже и пол на третьем, Глашином этаже.
В эту ночь Глашину спальню закрыла на ключ Саломея. Поиски на первом этаже, как и предполагала Глаша, не дали никакого результата - видимо, загадочная кнопка с замочной скважиной в лифте была единственным способом подняться на поверхность. Пленнице пришлось вернуться на свой этаж и обследовать пол. Вокруг бассейна - пусто. В спальне, кабинете и столовой - тоже ничего. Дотошная Глаша решила вернуться на первый этаж, зашла в лифт и уже по привычке посмотрела вниз. На полу лифта лежал красивый мягкий коврик. Девочка быстро откинула его и увидела…люк. Посредине был маленький блестящий серебром кружок. Легкое нажатие - и люк вместе со стоящей на нем Глашей плавно опустился. Девочка оказалась в круглом зале, скудно освещенном и пустом. В зал выходило несколько дверей, причем из-под одной выбивался свет.
Стараясь не шуметь, Глаша осторожно открыла дверь. Перед ней предстала большая комната, заполненная компьютерной техникой. Несколько мониторов светились голубоватым светом, на экранах мелькали картинки, цифры, звучали тихие сигналы. Глаша не сразу заметила, что она в комнате не одна. В правом углу перед большим экраном сидел светловолосый очень худой мальчик лет тринадцати-четырнадцати. Он уверенно нажимал на кнопки, что-то бормотал и, похоже, совсем не обратил внимание на появление неизвестной девочки.
Глаша подошла к незнакомцу и поздоровалась. Мальчик, не отрывая глаз от экрана, пробурчал:
- Принесла еду? Поставь на стол.
- Еду? Я не принесла никакой еды. Ты кто такой?
В тот же момент Глаша поняла, что напрасно задала этот вопрос. Во-первых, мальчик ее явно не слышал или не хотел слышать. Во-вторых, Глаша именно сейчас догадалась, что прекрасно знает, кто перед ней.
- Ты - Сергей Корнилов?
Мальчик мотнул головой, но не утвердительно, а словно отгонял надоевшую муху.
- Ты - Сергей Корнилов! Да отвечай же, когда с тобой разговаривают.
Мальчик вообще перестал обращать внимание на Глашу. Он смотрел на экран, тонкие длинные пальцы плясали по клавиатуре, и сам он был где-то там, в недрах компьютера, за прозрачным стеклом монитора. Девочка рассердилась. Вообще-то ее трудно было вывести из себя, но сейчас она рассердилась по-настоящему. Глаша протянула руку к кнопке и выключила компьютер. Сергей - а Глаша не сомневалась, что перед ней, вернее перед компьютером сидит Сергей Корнилов - вздрогнул как от удара, еще пристальнее всмотрелся в погасший экран и только потом повернулся к Глаше:
- Ты-ы-ы… Ты вырубила компьютер, - мальчик, казалось, был очень удивлен.
- Да, я сделала это. И боюсь, что если ты будешь вести себя плохо, я вырублю тебя, - сердито заявила Глаша.
- Ты вырубила компьютер? - злость в голосе Сергея вытеснила удивление.
- Да, - твердо ответила Глаша.
-Я включу его снова или перейду на другой.
- Я вырублю их все, если ты не выслушаешь меня.
- Я тебя…Я тебя ударю! - Сергей сжал длинные пальцы в кулак, но Глаша почему-то не испугалась.
- Возможно. Но я буду защищаться, начнется драка. Компьютеры могут пострадать. И ты все равно отвлечешься от своих дел. Легче выслушать меня.
- Ты кто? - задал, наконец, Сергей, вполне логичный вопрос.\- Я - Глаша, Аглая Петрова. А ты - Сергей Корнилов?
- Да. Что тебе от меня надо?
Глаша старалась говорить кратко и убедительно. Но, чем дольше она рассказывала, тем больше убеждалась, что ей не удается завладеть вниманием собеседника, заинтересовать его. Она рассказала, что в "Стране чудес" решили, что Сергей утонул, поведала ему все приключения их троицы. А Сергей сидел с отсутствующим видом и смотрел на работающие компьютеры. Глаша закончила свой рассказ:
Т- еперь ты понимаешь? Мы нужны им, чтобы получить в Иванову ночь цветок папоротника. Наверное, он дает им силу, а может быть - власть или богатство. И мы, если поможем им получить цветок, послужим темным силам, понимаешь?
- Понимаю. Ты кончила? - спросил Сергей.
- Да, но…- Глаша расстроилась и растерялась.
- Значит, теперь я могу вернуться к компьютеру? - холодно поинтересовался мальчик.
- Вернуться к компьютеру? Ты что, ничего не понял? Нам грозит опасность! Может, всему миру грозит опасность! - Глаша почти кричала.
- Мне плевать на весь мир. Ты сказала, что когда я тебя выслушаю, я могу вернуться к компьютеру. Ты кончила, дай мне работать!Хорошо, тебе плевать на мир.
- Но на себя, на свою жизнь тебе ведь не наплевать?
Сергей впервые внимательно посмотрел на Глашу, помедлил перед ответом:
- На свою жизнь…А какое тебе дело до моей жизни? Сейчас меня все устраивает. Единственное, что я в жизни люблю - это компьютеры. Кэш дал мне возможность работать на лучших компьютерах в мире. Что бы ему от меня не было нужно, я сделаю это. Пойду и сорву этот чертов цветок, и отдам ему, чтобы вернуться сюда и сидеть здесь. И плевать мне на все остальное.
Глаше впервые стало по-настоящему страшно. И впервые ей показалось, что все напрасно, что она одна одинешенька перед лицом какой-то жуткой опасности, и выхода нет. Слезы закапали, как будто перед этим долго копились в каком-то большом резервуаре, а теперь полились, и лились так, что Глаша уже не видела, как Сергей повернулся к ней спиной, включил компьютер, как забегали по клавиатуре его пальцы. Потом слезы неожиданно быстро кончились, и Глаша вцепилась в плечо Сергея, разворачивая его к себе:
- Кэш! Ты сказал - Кэш! Кто называл себя Кэшем, кто?
- Кэш - это Валентин Иванович, директор компьютерного клуба. Если ты не уйдешь, я и правда тебя ударю. Или вызову Цецилию и Саломею, - пригрозил Сергей, отталкивая Глашу.
- Ты и их знаешь? Я отстану, отстану, только скажи, где мы? - не унималась девочка.
- где? В лесу.В лесу? - удивилась Глаша.
- Ты же сама рассказывала, что вы нашли избушку во время похода, и надпись мою нашли. В избушке есть подвал, в подвале - люк лифта. Ты неглупая девчонка, почти все правильно вычислила. Не мешай мне, прошу в последний раз.
Глаша вышла из компьютерной комнаты, поднялась на лифте на свой этаж и спряталась за игрушками, дожидаясь прихода Саломеи или Цецилии. Ей надо было все как следует обдумать. Сегодня - 21 июня, времени осталось совсем мало. Что делать?
Глава тринадцатая. Остров. Большое семейство
-Поживей поворачивайтесь! Мешки для мусора не забудьте! - Крутой во всю изображал из себя крутого. Степка, видимо, не желал связываться со своим постоянным противником и лишь ухмылялся, не обращая внимания на "приказы". В другой раз Огонек, конечно, как-нибудь укоротила бы прыть новоявленного "руководителя", но сейчас все ее мысли были заняты предстоящей поездкой на остров. Агата с лже-Глашей попали в группу, которой предстояло убирать костровую поляну, и никто не помешает Огоньку провести на Марьином яйце тщательный осмотр. Вот только что она рассчитывает найти там, на острове? Ответа на такой вопрос Огонек дать бы не смогла.Ты что, заснула, Огонек? Все готовы, тебя ждем! - закричали ребята.
Огонек молча залезла в лодку. Крутой с Темным балагурили, Степка с охранником Сашей гребли, солнышко подмигивало из-за белых облачков, разбиваясь в сотни мелких искорок на поверхности озера. И где-то здесь, совсем поблизости, среди всей красоты и свежести летнего утра, готовили что-то темное и страшное неведомый Кэш-Кощей, и Яга-Ядвига, и ее дочь в обличье Глаши. А сама Глаша… И Сергей Корнилов… Но об этом лучше не думать, лучше пока не думать об этом…
Мусора на острове, похоже, было немного. Саша, Крутой и Темный начали очищать пляж, а Огонек и увязавшийся за ней Степка пошли вглубь острова. Агния почему-то ожидала увидеть посредине большую поляну и какое-нибудь строение на ней, вроде избушки в Нечистом лесу. Но на Марьином яйце не было ни полян, ни избушек. Напротив, лес, достаточно редкий и светлый на берегу, становился все темнее и гуще. Но Огонек все больше и больше убеждалась в том, что не зря приехала сюда, и что именно здесь, на острове, произойдет то неизвестное и страшное, что должно произойти в Иванову ночь. Потому что нигде и никогда она, Агния, не видела еще такого множества папоротника. Как там было у Бажова? Парень спрашивал у бабки, все ли цветы она знает. А та сказала, что, все будто знает, какие открытые-то.
"А разве и неоткрытые бывают?Есть, и такие. Папору вот слыхал? Она будто цветет на Иванов день. Тот цветок колдовской. Клады им открывают. Для человека вредный…"
Папоротник, вредный для человека, папоротник, цветок которого гоголевский Петро отдал ведьме и Басаврюку, здесь, на Марьином яйце, достигал невиданных, почти в рост Огонька, размеров. Казалось, на острове размещался папоротниковый заповедник. Даже Степка, ничего не знавший об Ивановом дне, Кощее и прочей нечистой силе, был удивлен:
- Ничего себе травка! Заблудиться можно!\- Это не травка, это папоротник. А ты разве никогда здесь не бывал? - спросила Огонек.
- На острове? Бывал, конечно. Мы здесь рыбу иногда ловили. С отцом. Но мы в лес не заходили, на берегу только сидели, костер там же разводили. А еще в прошлом году здесь лагерь игру военную проводил. Вот тогда мы по всему острову носились. И папоротник рос, но не такой большой, это точно. Обыкновенный рос папоротник, как в лесу, - ответил Степка.
- А когда это было, не помнишь? В каком месяце? - не отставала Огонек.
- Когда?…Да в конце лета, в последнюю смену.
Понятно. В конце лета не бывает Иванова дня, вот папоротник и стал нормального размера. Внимательно оглядываясь по сторонам, Огонек брела сквозь заросли чудо-папоротника туда, где по ее расчетам должен быть центр острова, самая сердцевина Марьина яйца. В распечатках, сделанных из Интернетовского сайта, помнится, говорилось, что Кощей - тот же Змей, а для того, чтобы убить Змея, надо найти остров, на острове камень, в камне заяц, в зайце утка, в утке яйцо, в яйце желток, в желтке каменек — это и есть Змеиная смерть; надо только добыть каменек и бросить им в Змея! Скептически настроенная Агния сомневалась в существовании уток и зайцев, но если был на острове волшебный камень, то по логике вещей он должен находиться где-то в центре, как желток у яйца.
- Огонек, куда мы идем? Тут же нет никакого мусора, да и быть не может! - удивился Степка.
- Степка, пожалуйста, не задавай вопросов. Мне очень надо тут все исследовать, ну очень надо!
Все-таки Степка - классный парень. Другой бы на его месте стал приставать с вопросами, лезть в душу, а он только пожал плечами и пошел впереди Огонька, пробивая палкой тропинку в зарослях папоротника. Лес постепенно редел, папоротник стал пониже и рос не так густо, впереди показались просветы, в которых блестело озеро. Никаких мифических камней, уток и зайцев. Огонек приуныла и остановилась в задумчивости. Степка привалился спиной к огромной старой ели и грыз травинку.
- Ну что, все исследовала? Может, вернемся к ребятам? - предложил мальчик.
- Вернемся. Только давай пойдем другой дорогой и не вместе, а чуть поодаль друг от друга, - попросила Огонек.
- А что мы ищем? Может, скажешь все-таки, - поинтересовался Степан.
- знаю, Степ, я сама не знаю, - Огонек на ходу выдумывала хоть сколько-нибудь правдоподобное объяснение своему странному поведению, - понимаешь, бабка Агафья, ну, до того, как ее в город в больницу увезли, советовала нам приехать сюда, на остров. Мол, есть тут кое-что интересное, в центре острова. Мы с Агатой думали, может, здесь сторожка какая-нибудь, или место народных гуляний…
- Народных гуляний? Интересно, какой дурак сюда из деревни на гуляние припрется? - Степка явно не поверил "легенде" Огонька.
- А может, тут раньше деревня была? - предположила Агния.
- Это вряд ли, - покачал головой Степка.
- Да я тоже сомневаюсь, но давай уж все до конца исследуем. А то Агата мне не простит, она ведь в историческом клубе, понимаешь? Давай порознь пойдем, и если ты хоть что-то интересное увидишь - ну, камень там, или … животное, или…птицу, сразу зови меня, ладно?
Степка с сомнением поглядел на Огонька, но все же кивнул в знак согласия, и они двинулись в обратный путь на расстоянии трех-пяти метров друг от друга.
- Огонек, тут муравейник! Будешь смотреть? - крикнул Степка.
- Нет, не буду, - отказалась Агния.
- А сейчас надо мной комары кружат! Это Агату не заинтересует? - издевался мальчик.
- Хватит прикалываться! - одернула спутника Огонек.
- Огонек, тут какой-то валун! Правда! Странно, в наших лесах валуны редко встречаются!
Огонек подбежала к Степке. Находка оказалась еще более странной и интересной, чем думал Степка. Огромный валун темно серого, почти черного света лежал в зарослях папоротника и по форме напоминал гигантское яйцо какого-нибудь доисторического ящера. Огоньку стало ясно, что она все-таки отыскала то главное, что было здесь, на острове. Теперь нужно хорошенько запомнить дорогу к каменному яйцу. Им предстоит прийти сюда поздно вечером или ночью, когда так легко заблудиться в густом, поросшем папоротником лесу. У них не будет времени на поиски, и не будет права на ошибку…
Темная головка Агаты - любительницы дальних заплывов - маячила у самых буйков, а Огонек, сидя у кромки воды, с плохо скрываемой ненавистью наблюдала, как лже-Глаша наслаждается купанием. Все труднее становилось подружкам отгонять тяжелые мысли о том, где сейчас настоящая Глаша, какое испытание готовит для нее ночь накануне Ивана Купалы.
- Глаша! Глаша! Вылезай скорее, там к тебе родные приехали! - кто-то громко позвал со стороны корпуса.
Глаша перестала плескаться, мокрое лицо ее на миг выразило недоумение и испуг. Но девочка быстро овладела своими эмоциями, по лицу расплылась глуповато-радостная улыбка, она выскочила из воды, натянула прямо на мокрый купальник сарафан и побежала к корпусу. Огонек поспешила следом. Интересно, какие родные приехали к Глаше? И как будет вести себя в явно непредвиденной ситуации лже-Глаша? Убегая, Огонек успела заметить, что Агата быстро плывет к берегу.
Через пять минут подружки стояли у своего корпуса и наблюдали за семейством Петровых. Папа Андрей - высокий, худой, белобрысый и немного нескладный - тащил от стареньких "Жигулей", припаркованных на автостоянке, огромные сумки с гостинцами. Мама Галина - среднего роста полненькая веселая шатенка обнимала Глашу и одновременно отдавала всем указания веселым звонким голосом. Три сестренки висли на Глашиных руках, ногах и плечах, вокруг скакал кудлатый песик непонятной породы, а чуть поодаль спокойно стоял пухленький темноглазый малыш, с любопытством рассматривая озеро, клумбы и Агату с Огоньком. Наконец Глаша не без труда освободилась и, радостно улыбаясь, стала знакомить подружек с родственниками.
- Это Агата и Огонек, то есть Агния, мои лучшие подруги. Мой папа, Андрей Данилович. Мама - Галина Ивановна. Они у меня необыкновенные! Ведь только необыкновенные родители приезжают вот так, сюрпризом, даже не позвонив!
Папа улыбнулся девочкам, а Галина Ивановна тут же наградила их звонкими поцелуями.
- Твоя тезка, Агата, старшая из моих младших сестричек, - Агата-большая приобняла за плечи Агату-маленькую, очень похожу на Глашу, такую же худенькую, синеглазую и светловолосую.
- А вот твоя тезка, Огонек. Только мы ее не догадались назвать Огоньком, так и зовем Агнией. А это - Агриппина.
Детей в семье Петровых природа явно поделила на "папиных" - худеньких, высоких, светловолосых и синеглазых Глашу и Агату, и маминых - низеньких, плотненьких, темноволосых и темноглазых Агафона, Агриппину и Агнию.
- А это мой Агафончик, мой сладкий Агафончик, - Глаша схватила малыша на руки и стала целовать его румяные щечки. Но Агафончик вдруг стал молча вырываться, смешно отбиваясь толстыми ручками.
- Да что с тобой? Это же Глаша, твоя любимая Глаша, - пытались образумить малыша мать с отцом, но Агафон все-таки вырвался из объятий старшей сестры.
Глаша несколько растерялась, но тут ей на помощь пришла маленькая Агния:
- Глаша, ты еще с ним не поздоровалась, с Лучиком, - девочка показала на песика, который от возбуждения начал громко радостно лаять.
Но попытка лже-Глаши "поздороваться с Лучиком тоже закончилась неудачно - стоило ей погладить собаку, как та заскулила и отбежала в сторону. Никому, кроме Агаты и Огонька, не пришло в голову анализировать странности в поведении маленького мальчик и смешной псинки.
Подружки повели семейство Петровых знакомится со "Страной чудес", потом, с разрешения Алексея, устроили маленький пикник на костровой поляне, после обеда купались в озере. Семейство Петровых решило навестить Глашу после тревожного сообщения о странном происшествии на дне Нептуна, но теперь родители Глаши убедились, что у нее все в порядке и успокоились. Огонек влюбила в себя всех трех младших сестричек Глаши, а Агате очень понравился основательный Агафончик. Пока все девочки под руководством Андрея Даниловича и Галины Ивановны собирали на полянках землянику, Агата с малышом мирно беседовали в тени большой березы.
- Агафончик, тебе здесь нравится? - спросила Агата.
- Да, - важно кивнул головой Агафончик.
- А ты по Глаше скучал?
- Да, - теперь в голосе малыша появились жалобные нотки.
- Почему же ты не хотел обнять и поцеловать Глашу? - допытывалась Агата.
Агафончик молча уставился на девочку большими темнокарими глазами, в которых уже блестели близкие слезы. Но мужичок -с-ноготок не стал плакать. Он вдруг поднялся, подошел к сложенным на траве вещам Петровых, отыскал свой маленький рюкзачок, достал оттуда свернутый помятый листок и протянул его Агате:
- Глаша мне нарисовала. А я Глашин рисунок дорисовал. Ты ей отдай, ладно?
Агата не стала больше задавать малышу вопросов, кивнула в знак согласия и развернула листок. Смешная фигурка в каком-то длинном одеянии явно изображала Глашу. Прямо над ее головой желтело дорисованное Агафончиком солнышко, а рядом рос выполненный рукой малыша гигантский цветок. Услышав голоса, Агата поспешила спрятать рисунок в карман - он предназначался настоящей Глаше, а не той, что сейчас бежала, смеясь, впереди всех по полянке.
Вечером Агата, Огонек и Глаша долго прощались и провожали старенький "Жигуленок", набитый детьми, букетами цветов, улыбками и прощальными взмахами.
Перед ужином Глаша пошла в модельный кружок, дав, наконец, возможность Огоньку и Агате спокойно поговорить в "переговорной" беседке.
- у Глаши классные родители, и сестрички, и Агафончик! Что с ними было бы, если б они узнали про Глашу…- Огонек замолчала, рассматривая фигурку на рисунке Агафончика.
- Знаешь, Огонек, я сегодня целый день думала…Может, мы не правы…Может, мы как предательницы поступили. Может, нужно было обо всем рассказать Андрею Даниловичу и Галине Ивановне? - спросила Агата.
- Интересно, как ты это свое "может" представляешь? По-твоему, мы должны были им сказать: "Это не Глаша, не ваша дочка, это нечистая сила, дочка бабы Яги"? Вот тогда бы нас с тобой отсюда точно сразу же в сумасшедший дом отправили. На радость Кощею, Бабе Яге и Маринке.Ты права. Поэтому мы и молчали.
Помолчали немного и сейчас. За деревьями раздались чьи-то быстрые шаги и к беседке вышла Лиза, девочка из отряда Агаты и Огонька.
- Вот вы где! Еле вас отыскала. Алексей просил предупредить, что перед ужином будет сбор отряда, в холле нашего корпуса.
- А что случилось?
- Ничего особенного. Просто завтра вечером в лагере будет какой-то праздник, нам нужно подготовиться.
- Праздник? Какой праздник?
- Ой, не помню. Что-то народное. Алексей сказал, будем венки плести и через костры прыгать. Пока, я побегу, мне еще кое-кого предупредить надо. А вы Глаше скажите, ладно?
Лиза ушла, оставив подружек в недоумении. Значит, в "Стране чудес" послезавтра все будут отмечать ночь накануне Ивана Купалы. Поможет ли это осуществлению их собственных планов или помешает?
Глава четырнадцатая. В западне
Глаша чувствовала, что роль удается ей все хуже и хуже… Девочка невпопад отвечала на вопросы Цецилии Станиславовны и Саломеи, неестественно радовалась неиссякающему потоку нарядов, духов, украшений и комплиментов. В конце концов ей пришлось сослаться на головную боль, чтобы после обеда спокойно отдохнуть в своей комнате. На самом деле Глаше было не до отдыха - она напряженно думала, пытаясь отыскать спасение.
Итак, Кэш - это Валентин Иванович. Всегда добродушный, веселый толстячок…Ядвига Станиславовна - баба Яга. Все сходится. Даже про то, что у Бабы Яги есть сестры, говорилось в тех материалах, что нашли Агата с Огоньком. Кэшу и Яге в ночь накануне Ивана Купалы нужны Сергей Корнилов и она, Глаша. Сергей, похоже, давно уже согласен помогать Кэшу во всем. Мальчишка полностью порабощен компьютером, его ничто не интересует в реальной жизни…
Глаша уже не злилась на Сергея. Она всегда старалась понять других людей, найти объяснение их поступкам, даже самым странным, или глупым, или неприятным. И, думая о Сергее Корнилове, Глаша постепенно как бы "влезала в его шкуру". И, надо заметить, не очень-то комфортно было Глаше в шкуре детдомовского мальчика.
Она представляла себе крохотного младенца, которым Сергей был тринадцать лет назад. У этого малыша не было мамы, отца, братьев или сестренок. Никто не целовал его толстенькие, в перевязочках, ножки. Никто не приходил в восторг от его первого шага, первого слова, первого зуба…
Глаша, выросшая в большой многодетной семье, не могла представить себе счастливым человека, брошенного собственной матерью. И, будучи довольно равнодушна к компьютерам, она понимала, что для Сергея, именно для Серегея, компьютер мог заменять весь остальной мир. И - более того - реальный мир явно проигрывал виртуальной реальности.
Но если рассуждения и выводы Глаши правильны, значит, она лишилась единственного возможного союзника и приобрела еще одного врага. Причем сама же этому новому врагу полностью открылась.
Впрочем, далеко не все в поведении Сергея Корнилова укладывалось в схему, нарисованную Глашиным воображением. Если он полностью на стороне Кэша и Яги-Ядвиги, то почему не выдал Глашу? Не позвал Цецилию и Саломею? И еще, было что-то еще странное в поведении Сергея. Но Глаша никак не могла это "еще" вспомнить… А времени оставалось так мало.
Встревоженные Глашиной головной болью, сестры Ядвиги освободили ее от послеобеденных занятий. Глаша валялась на диване со втром томом "Гарри Поттера", уже не раз читанным и перечитанным. Дойдя до появления на стене угрожающих надписей, Глаша резко отложила книгу. Надписи! Если Глаша правильно поняла все то, что случилось с Сергеем, он ни о ком и ни о чем на свете не жалеет, никого не любит. Он, Сергей, благодарен Валентину Ивановичу за возможность жить в виртуальной реальности и потому согласен сделать в ночь Ивана Купалы все, что Кэш потребует. Но тогда зачем Сергей оставил надписи на стене избушки? Зачем? Просто так, от нечего делать? Маловероятно. Глаша представила, как Сергей уходит из лагеря, имитируя собственную смерть, как Валентин Иванович или Ядвига ведут его через Комарово болото, через Нечистый лес. Во время пути, наверное, Сергей узнал, что ему предстоит выполнить некое задание в ночь Ивана Купалы. А потом они пришли в избушку и, скорее всего, сразу же спустились в подземное убежище. Выходит, в избушке Сергей находился совсем недолго. И все же он успел нацарапать на стене свое имя и слова "Иван Купала". От нечего делать так не поступают!
Значит, Сергей надеялся, что кто-то увидит эту надпись. И кому-то будет небезразлична его, Сергея, судьба. Следовательно, не так уж ему наплевать на весь мир! Осталось еще в душе Сергея место и для надежды, и для веры, и для любви. Значит, не все еще потеряно! Еще можно достучаться до души Сергея, разбудить его от "компьютерного сна"! Глаша вдруг вспомнила, что недавно читала маленьким Агаше и Агафончику сказки Андерсена. В "Снежной королеве" Герде удалось растопить лед в сердце Кая, и Глаша подумала, что нечто подобное предстоит сегодня ночью совершить ей.
Вечером Глаша привычно сделала "куклу" и уложила ее в постель, спряталась за игрушками у бассейна, посмотрела, как Цецилия заперла спальню и, выждав достаточное время, спустилась на люке лифта в подвал. В компьютерном зале все было так же, как и накануне ночью: мерцающие экраны компьютеров, худенький мальчишка, ловкие пальцы на клавиатуре. Но Глаше показалось, что Сергей сразу же заметил ее появление, однако очень старался это скрыть. Девочка подошла к Сергею и развернула вращающееся кресло так, чтобы видеть лицо мальчика.
- Избушка, избушка, встань к лесу задом, а ко мне - передом, - пошутила Глаша, хотя ей было вовсе не до шуток. Темно-серые глаза Сергея оказались совсем близко и Глаше почудилось, что в них мелькнула радость. Но мальчик тут же отвел глаза в сторону, попытался вернуть кресло в прежнее положение, а когда это сделать не удалось, грубо пробурчал:
-Зачем опять заявилась? Я сейчас позову Цецилию и Саломею!
- Не позовешь, - возразила Глаша, - ты не позовешь ни Цецилию, ни Саломею.
- Откуда такая уверенность? - ядовито поинтересовался Сергей.
- Ты не поступишь так по-свински. Мы на твои поиски столько сил потратила, что ты просто не имеешь права вести себя как свинья.
- Странная логика, - усмехнулся Сергей, - я же не просил вас искать меня. Да и вообще - вы же просто так развлекались. В крутых детективов играли. А на меня вам наплевать.
- Наплевать? - возмутилась Глаша, - да если бы нам было наплевать, разве бы мы во все это ввязались!
И Глаша начала опять рассказывать то, о чем говорила Сергею в прошлую ночь. Но теперь она не просто перечисляла события, а пыталась сделать так, чтобы ее единственный слушатель почувствовал то, что чувствовали она, Агата, Огонек. Чтобы он, Сергей, осознал, как страшно им было идти навстречу неведомому, и как желание спасти незнакомого им мальчишку помогало пересилить этот страх. Глаша ничего не утаила, даже того, как глупо она попалась в ловушку, приготовленную Ягой и Кэшем. Девочка признавалась в собственных тщеславии и глупости, раскаивалась в легковерии. Незаметно для себя Глаша рассказала Сергею о своей сеьме - о работящем, много знающем, веселом папе, о "взрывной", но отходчивой маме, о сестричках, к каждой их которых нужен особый подход, о любимце всей семьи Агафончике, о беспородном Лучике и даже о щегле Петьке. Потом Глаша подумала, что глупо и жестоко рассказывать о собственном счастливом семействе детдомовскому мальчику, и замолчала на полуслове. Но Сергея, похоже, Глашин рассказ не раздражал и не обижал. Мальчик первый прервал молчание:
- Зачем ты все это рассказывала? Я никому не нужен и никто не нужен мне, - без особого энтузиазма, заученно-упрямо выговорил Сергей.
-Ты врешь, - устало сказала Глаша, - ты врешь, и сам знаешь, что врешь. И я знаю, что ты врешь. Если бы ты не был нам нужен, мы не потратили бы столько сил на твои поиски. А если бы никто не был нужен тебе, ты не написал бы про Ивана Купалу в избушке. И не оставил бы диск в ящике стола в компьютерном клубе.
Про диск Глаша сказала наугад, но, видимо, попала в точку. Бледное лицо Сергея залилось краской. Он отвел глаза в сторону, помолчал, потом снова посмотрел на Глашу, смущенно улыбнулся и сказал так, как будто они все уже обсудили и обо всем договорились:
- Нужно бежать сегодня же.
Глаша, боясь поверить в собственную победу и спугнуть удачу, только кивнула. Сергей встал, взял Глашу за руку и вывел из комнаты. В зале, куда можно было попасть из лифта, мальчик уверенно открыл одну из дверей. За дверью, в темноте, виднелся какой-то хлам и пахло сыростью. Сергей остановился на пороге и негромко позвал: "Евграф! Евграф!". В комнате кто-то завозился, что-то стукнуло, зашуршало, и на пороге появилось такое странное существо, что Глаша вскрикнула от удивления и испуга. Перед нею стояло нечто маленькое - макушка не выше Глашиного колена, все заросшее шерстью, но на двух ногах, в лаптях, синих штанах и малиновой в крупный горох рубахе. Нечто, увидев Глашу, застеснялось, почесало мохнатой ручкой косматую голову, попыхтело, переступило ножками и вдруг произнесло мурлыкающим голоском: "Вечер добрый, Аглая Андреевна!" Глаша опять вскрикнула и вцепилась в руку Сергея:
- Что это? Кто это? Откуда оно меня знает?
Существо обиженно фыркнуло и замурлыкало опять:
- Это почему же "оно"? У нас имя есть. Евграфом нас кличут. Мы не "оно", домовые мы, хозяева дома, значит.
- Извините, - смутилась Глаша
- .Ну и ладно, - милостиво промолвил Евграф и смешно взмахнул коротенькими ручками, - а имя твое мне известно, потому как я всему дому хозяин и все здесь знаю. А то, что дом мой враги захватили, темные, нечистые, да в подвал меня загнали, в том моей вины нет!
При последних словах Евграф жалобно всхлипнул и из его глаз полились необычайно крупные слезы. Жалостливая Глаша присела на корточки и, не задумываясь о том, хорошо ли так обращаться с хозяином дома, обняла мохнатого малыша, погладила его большую голову, вытерла круглые черные глазки. Сергей скороговоркой объяснил, что когда-то, лет сто назад, в лесной избушке была охотничья зимовка. Евграф, местный домовой, жил-поживал в ней в полном довольстве, следя за порядком и попугивая охотничков загадочными шорохами, передвижениями предметов и прочими домовиными шуточками. Но потом на зимовку положила глаз Баба Яга. Охотников от избушки отвадила, домового тоже хотела прогнать. Однако упрямый Евграф из дома не ушел, лишь перебрался в подвал. Лет десять назад Яга и Кощей (а именно он, как теперь поняла Глаша, называл себя Кэшем и жил среди людей под именем Валентина Ивановича) сделали под лесной избушкой подземный бункер. Верный Евграф опять нашел себе местечко в самом нижнем этаже, упрямо не желая расстаться с домом, который считал своей родиной и вотчиной. Вскоре после появления в доме Сергея Евграф показался ему и подружился со странным мальчиком, днями и ночами просиживающим перед стеклянными ящиками. Домовой каким-то образом знал обо всем, что происходит в доме, поэтому и не удивился Глашиному появлению на пороге собственного жилища.
…Наконец, Евграф совсем успокоился, засмущавшись, освободился из Глашиных объятий, снова стал до невозможности важным.
- Евграф, помоги нам бежать, - попросил Сергей.
- , однако, придется, - хозяин дома величественно кивнул головой, - идем, однако.
Домовой, а за ним - ребята, вошли в каморку. Евграф долго возился, отодвигая рухлядь от стены. За старыми вещами, оказывается, скрывалась еще одна дверь. Домовой отодвинул задвижку и распахнул дверь, освещая открывшийся проход зажженной свечой. Впрочем, "проходом" то, что находилось за дверью, можно было назвать с большой натяжкой.
- Мы должны ползти по этому лазу? - ужаснулась Глаша.
- Извиняйте, другого выхода нет, - несколько обиженно ответил Евграф и спокойно (хорошо иногда малышам!) вошел в отверстие. За ним полез Сергей, а последней - Глаша. Евграф сообщил, что теперь, за стенами дома, он не будет чувствовать, что творится внутри, а потому нужно поторапливаться, пока нет погони.
Лезть оказалось ужасно трудно, потому что узкий лаз явно шел вверх, на поверхность земли. Глаше было тяжело, душно, саднили коленки (благо она одела джинсы!) и локти. Глаза, нос и уши засыпало землей. Впрочем, глаза вполне можно было держать закрытыми - свеча Евграфа давно погасла. Похоже, они ползли уже несколько часов! Глаша раз пять растягивалась без сил, но потом брала себя в руки и опять начинала карабкаться по казавшемуся бесконечным лазу.
И вдруг все кончилось. Перед Глашей забрезжил свет и она вывалилась вслед за Евграфом и Сергеем в густую траву. Слабо освещающая лес луна после кромешной тьмы подземелья казалась мощнейшим прожектором. Глаша увидела перепачканных с ног до головы Евграфа и Сергея и машинально попыталась отряхнуться.
- Идите сюда, - скомандовал домовой и вывел ребят к ручью. Глаша и Сергей стали жадно пить, умываться, опустили в холодную воду стертые до крови ладони.
- Таперича будете идти по ручью. Так и дорогу не потеряете, и погоню легче со следа собьете, - посоветовал домовой, - дойдете до озера, повернете налево. У Комарова болота ухо востро держите, срежьте палки, по кочкам прыгайте, лешего сторожитесь. Прощевайте пока.
- Евграф, пошли с нами, - позвала Глаша.
- Нет. Я свой дом не брошу, - покачал мохнатой головой домовой и протянул девочке ручку, - бывайте здоровы.
После душного лаза прогулка по ручью радовала. Босые ноги ступали по песку, илу и мягким водорослям, вода доставала почти до колен, грудь наполнялась свежим лесным воздухом. Даже кровососы-комары не могли испортить настроения. Ночь подходила к концу, и ребята торопились побыстрее дойти до озера. Один раз Глашу напугал шум в лесу. Ей показалось, будто кто-то большой шел рядом с ними, невидимый за густой порослью кустов. Девочка окликнула Сергея, который брел впереди, и они замерли, прислушиваясь. В кустах что-то завозилось, и ребята услышали удаляющиеся шаги.
- Сергей, мне страшно! - жалобно прошептала Глаша.
- Не бойся, - стараясь говорить уверенно, сказал Сергей, - это просто какой-нибудь зверь хотел попить из ручья, а мы его спугнули.
Дальше шли без приключений. Небо заметно посветлело, налилось розовой зарей. Вот лес стал редеть и впереди, в неверном утреннем свете блеснуло озеро.
- Держись, Глаша, мы дошли! - обрадовался Сергей, и ребята, чувствуя новый прилив сил, побежали вперед.
Вдруг Сергей резко остановился. Глаша с размаху натолкнулась на него и, от удара не удержавшись на ногах, плюхнулась в воду. Пытаясь встать на ноги, Глаша подняла голову и замерла от ужаса. Там, где ручей впадал в озеро, их ждали. На одном берегу ручья сидел на траве жуткого вида старик с кудлатой головой, одетый в странное серое тряпье. Рядом перебирала ножками укутанная в травы зверушка, похожая на обезьянку. Увеидев Глашино падение старик захохотал, и жуткий, нечеловеческий хохот сразу же убедил девочку в том, что перед ней - леший. Тот самый леший, которого видели на Комаровом болоте Агата с Огоньком.
- Вот они, голубчики, пожаловали, - заискивающе проговорил хозяин леса, обращаясь к стоявшей поодаль, у самого озера, Ядвиге, - я их сразу почуял! Шишигу к вам послал, а сам караулил, следом шел…
Леший бормотал, бормотал что-то, но Глаша уже не слышала и не понимала его. Девочка, словно зачарованная, не могла оторвать взгляда от Ядвиги Станиславовны. Нет, теперь ошибиться было невозможно! У озера стояла настоящая Баба Яга. А между тем внешне это была все та же высокая, стройная среброволосая зеленоглазая красавица. Но сейчас от ее фигуры веяло холодом, ненавистью, злобой. Взгляд зеленых глаз выжигал в Глашином сердце пустоту, от которой хотелось кричать и бежать куда-то… По левую и по правую руки от Ядвиги застыли, словно каменные изваяния, ее сестры. Их сходство пугало - казалось, зло, исходящее от Ядвиги, троится, множится, становится бесконечным.
Глаша почувствовала, что если сейчас же не отведет своих глаз от Ядвиги, пустота в сердце поглотит ее без остатка. Девочка заставила себя посмотреть на замолкшего, наконец, лешего, на суетящуюся шишигу, потом перевела взгляд на спину Сергея, его бессильно опущенные плечи. Между лешим с шишигой и страшной троицей Глаша заметила какие-то деревянные не то бочки, не то ящики. Наконец девочка пришла в себя настолько, что смогла подняться, подойти к Сергею и взять его за руку. Мальчик вздрогнул, словно очнулся от забытья, сжал Глашину руку и поглядел на девочку:
- Ты упала? Тебе больно?
Глаша отрицательно покачала головой и попыталась улыбнуться. Ребята мгновение смотрели в глаза друг другу. Потом Сергей повернулся к Ядвиге и сказал, тщательно выговаривая каждое слово, каждую букву:
- Мы не будем вам помогать. Мы ничего не станем делать для вас. Так и передайте Кощею.
Ядвига улыбнулась, и ее улыбка была холодной, как взгляд гадюки:
- Ты не хочешь стать компьютерным гением, вторым Биллом Гейтсом? А тебя не интересует карьера супер-модели? Вам обоим безразличны власть, богатство, слава? Хорошо. Вы сможете вернуться в свой лагерь, к мелким, жалким, смешным людишкам. Я вас не держу. Только сначала ты, Аглая, подойди вон туда, - Яга протянула изящную руку, указывая на бочки.
Глаша, предчувствуя беду, направилась к бочкам. На дне одной из них светлело какое-то пятно. Девочка подошла совсем близко, и вдруг закричала так горестно, так отчаянно, что Сергей кинулся к ней и схватил за плечи, пытаясь остановить, удержать, утешить. Оказавшаяся рядом Цецилия Станиславовна наклонилась к бочке и взяла на руки спящего сладким сном малыша в белой с голубыми слониками пижамке.
- Агафончик, это мой Агафончик! Гады, сволочи, отдайте мне моего братика! Зачем вам малыш, - билась Глаша в руках Сергея. От крика ребенок проснулся, сморщил румяное личико и зарыдал.
- Ты можешь вместе с Сергеем уйти в лагерь, - холодно проговорила Ядвига, - мы проиграем эту игру, а так называемые добрые силы выиграют. Ты будешь гордиться тем, что спасла…, ну, не знаю, что ты там спасла…Добро? Землю? Мир? Червяков, которые называют себя людьми? Все это очень дорого стоит. А я себе заберу только маленького ничтожного ребенка, твоего братца! Идите, путь свободен!
Яга посторонилась, как бы пропуская ребят к берегу озера. Глаша уже не кричала, не плакала и не билась. Она стояла, опустив тонкие руки и тоскливо смотрела на Сергея. Потом девочка заговорила тусклым, словно мертвым голосом:
- Я не могу. Я не могу уйти. Я не могу бросить Агафончика. Прости меня. Я возвращаюсь. Они поймали меня.
Сергей кивнул головой и обратился к Ядвиге:
- Если мы сделаем все, как вы хотите, вы отпустите ребенка?
- О, конечно! В день Ивана Купалы вы трое, ты, она и ее брат вернетесь к людям. Если захотите.
- Тогда мы… мы согласны, - Сергей снова взял Глашу за руку.
- Я рада, что вы приняли правильное решение, - ухмыльнулась Яга, - Цецилия повезет Агафончика, Саломея - Аглаю, а ты полетишь со мной.
Оказывается, странные бочки были ни чем иным, как ступами. Глаша в горестном оцепенении залезла в "нетрадиционный летательный аппарат", инстинктивно ухватилась руками за тонкую стенку. Саломея, легко запрыгнув следом, сделала почти незаметное движение рукой и ступа легко взмыла в воздух. Внизу остался ручей с лешим и шишигой на берегу, верхушки деревьев. Чуть впереди и выше неслись Ядвига с Сергеем, а замыкающей летела ступа Цецилии. Ступы двигались плавно и бесшумно, как кабинки колеса обозрения. Через несколько минут летучий караван плавно опустился в трубу избушки (странно, они, такие большие, свободно вошли в такое малое отверстие?). еще несколько минут - и перед Глашей - знакомый зал, бассейн, мягкие игрушки. Девочка хотела сейчас же взять на руки брата, но ни Цецилии, ни Малыша в зале не оказалось.
- Где мой брат? - спросила Глаша у Яги.
- Он будет жить в другом месте. Ты заберешь его утром в день Ивана Купалы.
- Я вам не верю, - крикнула Глаша.Тебе придется мне верить, - усмехнулась Ядвига. Глаша, стараясь не заплакать, отвернулась.
- Что мы должны делать? - сухо поинтересовался Сергей.
- Вы отправитесь по своим комнатам, примите душ и хорошенько выспитесь, - распорядилась Ядвига, - сейчас - шесть часов утра 22 июня. До завтрашнего вечера вы совершенно свободны - в стенах этого дома, разумеется. Мы даже не запрещаем вам общаться. Кстати, вашего друга и помощника Евграфа здесь уже нет, ему придется теперь жить в лесу. Если леший с шишигой разрешат, - при последних словах Саломея и Цецилия засмеялись.
- А завтра вечером? Что мы должны делать завтра вечером? - Сергею нужна была полная ясность.
- О, ничего особенного! Мы полетим в одно замечательное заповедное местечко. Там ты, Сергей, найдешь цветок папоротника. А ты, Аглая, его сорвешь и отдашь мне. Вот и все. После этого ты получишь обратно своего братца и вы сможете вернуться в "Страну чудес", - сказала Ядвига.
- А лагерь…лагерь будет существовать? - спросила Глаша.
- Конечно. Если ты думаешь, что наступит конец света, то очень ошибаешься. Не произойдет ничего страшного. Вы придумаете правдоподобное объяснение своему возвращению, а мы сделаем так, что все вам поверят. Никто не заметит никаких изменений. Но хватит вопросов! Посмотрите на себя! Вы сейчас больше похожи на нечистых, чем мы!
Глаша думала, что ни за что не сможет заснуть, что мысли об Ивановой ночи и раздирающее душу беспокойство об Агафончике лишат ее сна. Однако стоило девочке принять душ и добраться до постели, как крепкий, похожий на забытье сон немедленно охватил ее. Проснулась Глаша вечером, нашла в столовой холодное мясо, хлеб и овощи, поела и спустилась в подвал. Сергей, как всегда, сидел у компьютера, но теперь, услышав Глашины шаги, он сразу же бросил работу:
- Ты как?
- Нормально. Спала как убитая. Там в столовой есть еда, хочешь? - Глаша присела рядом с Сергеем.
- Нет, спасибо, они мне тоже поесть дали. Евграфа жалко…
- Жалко… А ты спал? - спросила Глаша
- .Спал. Потом пытался найти выход в Интернет.
- Нашел? - с надеждой спросила Глаша. Сергей отрицательно покачал головой.
- Сергей, я хочу тебя кое о чем попросить, - несколько торжественным голосом произнесла Глаша, - только ты не удивляйся и не отказывайся сразу, ладно, - Сергей удивленно посмотрел на девочку и кивнул головой в знак согласия. Глаша вздохнула, как будто приготовилась сказать что-то очень-очень важное, - я хочу попросить тебя. Когда все кончится, а я знаю, что все кончится хорошо, живи с нами. С моей семьей. Я всегда была старшей сестрой и всю жизнь мечтала, чтобы у меня был старший брат. А теперь я хочу, чтобы моим старшим братом стал именно ты.
Сергей удивился так, как, наверное, никогда в жизни не удивлялся. Он густо покраснел, в смятении опустил глаза и, тщетно пытаясь скрыть волнение, резко произнес:
- Что ты придумала? Больно я нужен твоим родителям! Вас и так пятеро! И как, по-твоему, все может кончиться хорошо?
- Мои родители…Да ты просто не знаешь моих родителей! Когда мама лежала в больнице с Агашей, ей сейчас пять лет, а тогда был годик, и она сильно заболела… Там, в больнице, лежал мальчик из дома ребенка, и мои родители хотели усыновить его. Но им сказали, что тому мальчику уже подобрали приемных родителей, хороших людей, у которых нет детей. Мои родители будут тебе рады, вот увидишь! Может, тебя пугает, что нас так много? Что мы небогатые? - Глаша с тревогой заглядывала в лицо Сергея. Тот покачал головой:
- Что ты за глупости говоришь, Глаша! Но скажи, ты и вправду веришь, что все обойдется?
- Конечно! Знаешь, Сергей, я утром впала в отчаяние. А когда проснулась, то подумала - какая же я глупая, неблагодарная девчонка! Как я могла забыть о своих подругах! Ведь нас - трое, понимаешь, нас - трое! У нас похожие имена, и Ядвига, то есть Яга с Кэшем боялись нас. Да, меня они поймали. Но Агата и Огонек не бросят меня! Они что-нибудь придумают! Они спасут нас, вот увидишь! - Глашины глаза лихорадочно блестели, она говорила слишком горячо, как будто хотела убедить в сказанном не только друга, но и себя. Сергей подумал - что могут сделать столь могущественным колдунам как Кощей и Яга с сестрами две маленькие девочки? Но он не стал возражать Глаше - он хотел, чтобы оставшееся до Ивановой ночи время девочка не плакала и не волновалась. И ребята, сидя в компьютерном зале, стали болтать. Об Агате и Огоньке, о школе и интернате, о компьютерных играх, фильмах и книгах. И впервые в жизни Сергею не хотелось поскорее вернуться к компьютеру…
Глава пятнадцатая. Ночь накануне Ивана Купалы
В конце концов все сложилось очень удачно. То, что "Страна чудес" праздновала Ивана Купалу, не только не нарушило планов Агаты и Огонька, но даже помогло осуществлению всего, что девчонки задумали. Во-первых, весь лагерь будет жечь костры, плести венки, петь песни, водить хороводы до одиннадцати часов ночи. Значит, Агата и Огонек смогут незаметно исчезнуть, затеряться в праздничной кутерьме, ускользнув и от воспитателей, и от лже-Глаши, Ядвиги, Кэша. Конечно, потом их хватятся и станут искать, но в лагере никто не догадается, что девчонки - на Марьином яйце. Во-вторых, лагерный праздник помог подругам решить самую сложную проблему - как попасть на остров. Сначала казалось, что единственный доступный для них способ - добираться вплавь. Однако даже для таких отличных пловцов как Агата и Огонек подобная "водная прогулка" ночью была бы непростым испытанием. Что уж говорить о Глаше, которая и пяти метров по-собачьи не могла проплыть? А ведь, возможно, им все придется спасаться с Марьиного яйца бегством!
И тут оказалось, что "Страна чудес" отмечает ночь на Ивана Купалу веселым народным гулянием. Агата, как член исторического клуба, должна была придумать сценарий праздника для своего отряда. Конечно, она тут же предложила разнообразить программу столь живописным и романтичным обрядом, как пускание девичьих венков по озеру. Причем бросать венки в воду хитрая Агата придумала не с берега, а с двух лодок, которые должны были быть подогнаны заранее к костровой поляне. После праздника опять же на лодках следовало приплыть к причалу лагеря.
Используя каждую минуту, когда рядом не находилась лже-Глаша, девочки тщательно подготовились к Ивановой ночи. В рюкзаки, которые Агата с Огоньком решили заранее припрятать рядом с местом, где будут привязаны лодки, подружки уложили ветровки и яйцо бабки Агафьи. В боковой кармашек своего рюкзака Агата спрятала рисунок Агафончика. Внимательно перечитав все, что удалось найти в Интернете и литературе об Иване Купале, девочки решили взять спички и свечи (их Огонек под каким-то предлогом выпросила у Степки). Почти во всех обычаях, связанных с Иваном Купалой, так или иначе присутствовал огонь. Костры жгли, чтобы отпугнуть нечистую силу, через костры прыгали девушки, огонь уничтожал символизирующее нечистую силу чучело, которое называли разными именами, в том числе Мариной. Огонек настояла на том, чтобы взять с собой перочинный нож - хоть какое-то подобие "холодного оружия". Агата не верила, что против Кощея и Яги им может помочь любое земное оружие, даже автомат или бомба, но не стала спорить с Огоньком.
Наконец рюкзаки спрятаны в надежном месте, день 23 июня клонится к закату. Вся "Страна чудес" собирается на главной площади, чтобы потом торжественно проследовать на костровую поляну. Многие ребята и воспитатели, включая так называемых "этнографов", то есть членов этнографического отделения исторического клуба, оделись в народные костюмы. На фоне мальчиков и девочек в сарафанах, вышитых рубахах, поневах и кокошниках Агата и Огонек в в джинсах, кроссовках и футболках выглядели несколько странно. Глаша, по случаю праздника облачившаяся в собственноручно сшитое льняное платье фольклорного стиля не преминула выразить свое удивление:
- Что это вы так по-спортивному оделись?
- А это мы символизируем связь времен, - не растерялась Агата, - доказываем, что и наши современные ребята, модные причем, могут отмечать народные праздники.
Глаша пожала в недоумении плечами, но больше с вопросами не приставала. Николай Дементьевич (неужели он - Кощей?) рассказал о происхождении праздника Ивана Купалы, "этнографы" запели посвященные этому дню песни, и все направились на костровую поляну.
Отряд Агаты и Огонька разделился на три группы: большая часть девочек занималась плетением венков, половина мальчишек делали чучело, которое решили назвать Купалой. Остальные разжигали костер, пекли картошку, заваривали чай с травами.
Над озером радовалось празднику клонящееся к закату солнце, на костровой поляне там и тут лились песни, звенел смех, манили к себе огни костров. Агата через огонь прыгать не стала, побоялась. Зато Огонек и лже-Глаша скакали над пламенем, словно козы. Вот и верь после этого преданиям, думала Агата, глядя на взмывающую над костром и благополучно приземляющуюся за ним "девку Маринку" в образе Глаши. Будь предания верны, она должна была давно уже сгореть, растаять в пламени! Свободное льняное платье делало стройную фигурку еще более изящной и грациозной, пышный венок из полевых цветов и светлые распущенные волосы окружали ореолом разрумянившееся личико, на котором радостно сияли синие глаза. Агата вдруг подумала - а вдруг все это неправда, глупые выдумки? Может там прыгает через костер их Глаша, и нет никаких Кощеев, и все так просто, понятно, ясно…
Но вот девочки садятся в лодки и отплывают подальше от берега. Кто-то затягивает песню, венки летят в воду и тихо, не торопясь, плывут вдоль берега. Весла неслышно опускаются в воду, девочки возвращаются к костру, где их ждет праздничный ужин. А потом, когда хоть немного стемнеет, будут жечь Купалу. Агата и Огонек не идут к костру. Лже-Глаше и Алексею они сказали, что им нужно ненадолго отлучиться в соседний отряд, чтобы помочь там с проведением конкурса на знание народных обычаев. Девочки отыскивают спрятанные в кустах рюкзаки и, проследив, все ли ушли, залезают в лодку.
Агата гребет изо всех сил, потом ее сменяет Огонек. И вдруг левое весло словно попало в какую-то западню, лодка по инерции завернула. Встревоженные девочки увидели, что на весле удобно уселась мавка. Подружки застыли от удивления, и только вежливая Агата пробормотала: "Добрый вечер!" Мавка усмехнулась и подала девочкам их венки, венки, полчаса назад брошенные в озеро.
- Возьмите, - мелодичным, похожим на журчание ручья голосом вымолвила мавка, - венки пригодятся вам сегодня на Марьином яйце.
Не дожидаясь ответа, русалка скрылась в глубине озера. Надев венки, на удивление почти не намокшие, девчонки переглянулись:
- Все правильно, - сказала Агата, - купальские венки сохраняли для лечения и магических действий! Как мы сами не догадались их забрать!
- Агата, ты понимаешь, что мы - на правильном пути! Мавка сказала "венки пригодятся вам на Марьином яйце"! Значит, мы не ошиблись! Яга и Кощей приведут Глашу и Сергея именно на остров!
Марьино яйцо встретило подружек тишиной, нарушаемой лишь шорохом листвы, и быстро сгущающимися сумерками. Девочки старательно спрятали лодку под ветвями ивы в зарослях камыша и осторожно, стараясь не производить ни малейшего шума, пошли сквозь заросли папоротника к центру поляны. Казалось, с каждым шагом становится темнее. И вот, когда оставалось несколько шагов до яйцеподобного камня, на Марьино яйцо опустилась ночь. Ночь странная, колдовская, не по-летнему темная, не по времени ранняя. Впрочем, точно определить время было невозможно - стрелки часов вели себя как сумасшедшие, крутились то в одном, то в другом направлении. И еще странность - кромешная тьма совсем не мешала девочкам четко видеть друг друга, и камень, и каждый лист папоротника.
- Будем ждать здесь? - прошептала Огонек.Да. Только надо спрятаться. Нам не стоит сразу же показываться Им на глаза, - ответила Агата.
Спрятаться в столь густых зарослях папоротника оказалось очень легко - стоило присесть на корточки, и человек исчезал. Подружки выбрали местечко погуще и удобно устроились на своих рюкзаках. В тишине, окутавшей остров, громким казался даже писк комаров. Вдруг Агата услышала какое-то сопение. Она пихнула Огонька, и та кивком дала понять, что тоже слышит подозрительные звуки. Может, это идут к камню ожидаемые девочками гости? Но звуки не приближались. Впрочем, и не отдалялись. Кто-то отчетливо сопел совсем рядом, шагах в трех. Огонек, прижав палец к губам, осторожно встала и на цыпочках, неслышным кошачьим шагом отошла от Агаты. Однако Огонек, по-видимому, хотела застать источник шума врасплох, потому что направилась в противоположную сторону, объяснив знаками, что зайдет "с тыла". Агата осталась совсем одна. Ей стало страшно, казалось, Огонек бросила ее на произвол судьбы, чудилось, что прошли уже не минуты, а часы… Вдруг сопение сменилось звуками короткой, но ожесточенной борьбы. Еще миг - и из зарослей вынырнула Огонек, тащившая что-то в собственной ветровке. Что-то яростно брыкалось и попискивало.
- Вот! - выпалила разгоряченная Огонек, - шпиона поймала! Он подглядывал за нами!
- Кто это? - спросила Агата.
- Сама не знаю! Не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка! - ответила Огонек, - сейчас осмотрим и допросим. Только сядь поближе, чтобы не убежал.
Огонек сдернула ветровку, и девочки увидели что-то маленькое, мохнатое и жутко сердитое. Оно треснуло несколько раз Огонька по колену маленькой лохматой ручонкой и заверещало возмущенно:
- Вот тебе! Вот тебе! Я тебе покажу шпиона! Я тебя научу с хозяином дома обращаться!
Зрелище "избиения" Огонька мохнатым малышом в штанах и рубахе было настолько забавным, что девчонки не смогли удержаться от смеха.
- Ах, они еще и смеются! - мохнатик аж задохнулся от гнева, - тоже мне, премудрая Агата и прехрабрая Агния! Знала бы Глаша, как вы себя ведете, не стала бы вас Сергею расхваливать!
Подружки разом оборвали свой смех и пристали к малышу с расспросами. Что ему известно о Глаше? Где она встретилась с Сергеем? Однако Евграф (а это был, конечно же, он) не начал рассказ, пока Огонек и Агата не принесли ему самых искренних извинений и не уверили в том, что относятся с глубочайшим уважением и нижайшим почтением к домовым вообще и к своему новому знакомому в частности.
Через пятнадцать минут девочки узнали, как Глаша попала в дом Евграфа, как нашла Сергея, как они пытались бежать. Домовой не мог знать о том, каким способом Яга заставила Глашу помогать нечистым. Когда посланная лешим шишига донесла Цецилии Станиславовне и Саломеи о беглецах и о том, что ребятам помогал Евграф, его прогнали в лес, наложив на дом столь сильное заклятие, что бедный домовой не смог его преодолеть. Сутки бродил бездомный Евграф по лесу, а утром 23 июня переплыл на ветке березы озеро, высадился на Марьино яйцо и стал ждать ночи. Тут и увидел он Агату с Огоньком, хотел за ними последить немного, да сопением выдал себя и в плен попал.
- Евграф, ты пробрался на остров потому, что хотел помочь Сергею и Глаше? - спросила Агата.
- Нет, я им помочь никак не могу.
- Почему? - удивилась Огонек, - ты ведь волшебник?
- Да потому-то и не могу, что волшебник, - загадочно проговорил Евграф, тараща круглые черные глазки, - никто из добрых сил не способен противостоять нечистым в ночь накануне Ивана Купалы. Нынче - их ночь.
- Но если это так, то почему же темные силы до сих пор не одержали победу на земле? Если сегодня добро бессильно, значит, зло творит все, что пожелает, - поинтересовалась Агата.
- Так, да не так. Исход сегодняшней ночи, как и каждой ночи накануне Ивана Купалы, зависит от людей, то есть от вас. Вы, люди, как гирьки чугунные, куда станете, та чашечка и перевесит, - загадочно провозгласил Евграф.
- Евграф, а ты не мог бы попонятнее выражаться, - вспылила Огонек, - какие гирьки? Какие чашечки?
- Могу и попонятнее. Смотрите, мы, ну, не люди, или волшебники, все такие простые и понятные. Есть темные, или нечистые - Мара, баба Яга, Кощей, еще там разные-всякие. Они всегда темными, нечистыми были, есть и будут. Как люди говорят - черного кобеля добела не отмоешь. Есть силы добра, они всегда только добру служат. Потом идем мы, всякая мелочь волшебная - домовые, русалки, кикиморы, лешие. Мы не добрые и не злые…
- Нет, ты - добрый! И мавки - добрые! - возразила Агата, но Евграф лишь махнул на нее лапкой.
- Мы не добрые и не злые. Но за добро мы можем и добром отплатить, а зло тоже безнаказанным не оставляем. Так вот, если бы на земле лишь мы жили, тогда бы в канун Ивана Купалы, когда добро не может вмешиваться в дела нечистых, темные силы одержали бы победу. Но на земле живете вы, люди. И от того, куда склонитесь вы в эту ночь, к добру или ко злу, зависит исход вечной борьбы, - Евграф замолчал, прислушался, еще больше округлил глаза и зажал рот мохнатыми ручками, призывая девочек к молчанию.
Но призывы домового были излишни - Агата и Огонек уже видели и слышали приближение новых действующих лиц. Совсем рядом с камнем в форме яйца на полянку медленно и почти бесшумно опустились две ступы. Из одной выпрыгнули Глаша и Ядвига Станиславовна, из другой… еще одна Ядвига Станиславовна и светловолосый мальчик.
- Это Сергей, - чуть слышно прошептала Агата.Да! - откликнулась Огонек, - но кто из двух Ядвига?
- Никто, - ответил Евграф, - это ее сестры, Цецилия и Саломея.
Цецилия знаком велела Глаше и Сергею присесть у камня, а сама вместе с сестрой обошла заросли папоротника, не отдаляясь, однако, далеко от камня. Девочки и Евграф затаили дыхание, но сестры не дошли до их убежища. Прошло минут пятнадцать тягостного молчаливого ожидания. Потом все услышали шум приближающихся шагов. Цецилия крикнула по-птичьи, ей ответили тем же. Через миг из зарослей вынырнули Ядвига Станиславовна и Глаша, вернее, лже-Глаша, одетая все в то же льняное платье. Настоящая Глаша, увидев собственного двойника, в изумлении и ужасе вскочила на ноги. Ядвига Станиславовна с дочерью подошли к ней.
- Ну что ж, Аглая, теперь ты видишь, что нам нетрудно было обмануть твоих подружек. Познакомься, это - моя дочь Мора. Впрочем, Агате и Огоньку имя "Мора" осталось неизвестно. Они называли мою дочку Глашей, любили ее, доверяли ей. И никто ничего не заподозрил. Твои подруги успокоились, о нем (Ядвига небрежно кивнула в сторону Сергея) и думать забыли. Так что помощи вам ждать неоткуда.
Глаша отвернулась, Агате показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Огонек дернулась, как будто хотела немедленно выскочить и разоблачить ложь Яги, но Евграф и Агата ее удержали. Агата заметила, что Мора что-то шепчет Цецилии и Саломеи, и догадалась по встревоженным лицам сестер, что их с Огоньком исчезновение не осталось незамеченным. Потом Мора подошла к камню, легко вспрыгнула на него, подняла руки вверх, начала крутиться вокруг собственной оси, как иногда делают маленькие девочки, чтобы заставить вращаться колоколом пышные юбочки. И пока Мора крутилась, ее лицо, волосы, фигура изменялись. Вот уже не осталось в ней ничего от Глаши. Еще одна копия Ядвиги Станиславовны, только совсем молодая, прекратила, наконец, свой странный танец и спрыгнула с камня.
Почти тотчас тягучий гул разнесся над островом, порыв ветра склонил верхушки деревьев, пригнул папоротники, блеснула молния и на полянку упало странное, жуткое существо, похожее на огромного, метров семи в длину, змея с двумя кожистыми, как у птеродактиля, крыльями. Хвост змеи ударил совсем рядом с местом, где прятались девочки с домовым, а голова на толстой, покрытой наростами шее, поднялась к лицу Глаши. Девочка закричала от ужаса и спряталась за бледного Сергея. Голова издала отвратительный хриплый хохот, змей свернулся в кольцо, опять блеснула молния - и вместо чешуйчатого змеиного тела перед ребятами стоит кругленький, ласково улыбающийся Валентин Иванович.
- Что? Испугались немного? Не стоит так волноваться. Если вы выполните наши договоренности, вам никто не причинит вреда. А ты, Сергей, даже сможешь вернуться в мой дом, к моим компьютерам.
- Я не вернусь, - коротко ответил Сергей.
- Ну что ж, когда-нибудь ты горько пожалеешь о своем решении. Но - к делу. Сегодня здесь, на этом острове, зацветет папоротник. Только ты, Сергей, сможешь найти цветок. Никто другой - ни человек, ни зверь, ни самый могущественный колдун, не может увидеть цветок папоротника. Когда ты найдешь его, ты позовешь Аглаю. И покажешь ей цветок. Только она, и никто другой, может сорвать цветок, не лишив его волшебной силы. Сорвав цветок, ты, Аглая, отдашь его мне. Больше от вас ничего не потребуется. Вы сможете уйти на все четыре стороны!
- А Агафончик? - вскрикнула Глаша.
Агафончик? Агата и Огонек переглянулись. Они не понимали, какое отношение к цветку папоротника и Ивановой ночи может иметь братик Глаши.
- Агафончик будет ждать тебя в лодке, которая отвезет вас в "Страну чудес", - успокоила Глашу Ядвига, переглянувшись с Кощеем.
Как Агафончик может ждать Глашу в лодке, если вчера вечером он уехал в Москву с родителями и сестрами? Агата и Огонек остались в полном недоумении.
- Ну же! Ищи цветок! - приказал Сергею Валентин Иванович.
Сергей двигался по полянке, делая все большие и большие круги вокруг камня. Девочки видели, что он все ближе и ближе подходит к их убежищу. Вот Сергей прошел в нескольких шагах от них. Еще один круг - и мальчик раздвигает папоротник прямо перед носом Агаты. Увидев двух незнакомых ему девчонок и Евграфа, Сергей на секунду растерялся и замер, что тут же было замечено Кощеем.
- Что случилось? Ты видишь цветок? - в голосе Валентина Ивановича слышалось какое-то хищное ожидание.
- Нет! - выпалил Сергей, с надеждой вглядываясь в лица девочек. Потом он посмотрел на Евграфа, на рюкзаки, и вдруг лицо мальчика вытянулось от изумления. Он схватил рюкзаки и, стараясь не шуметь, бросил их в заросли, потом жестом приказал Агате, Огоньку и Евграфу скрыться туда же. Девочки и домовой повиновались, спрятались на новом месте, ни на секунду, впрочем, не спуская глаз с Сергея. Мальчик стоял на месте их прежнего убежища, уставившись туда, где только что лежали рюкзаки. И вдруг девочки увидели, как на пригнутом стебле папоротника появился цветок. Он не распустился, не раскрылся, а именно появился из воздуха, точнее - проявился, как проявляется изображение на фотографии или переводная картинка. Цветок, по форме напоминающий лилию, был очень крупным, размером с большой пион, и очень яркого красного цвета. Впрочем, ничего сверхъестественного в красном цветке не чувствовалось. Цветок как цветок - появись он в саду, или на клумбе в парке, а не в зарослях папоротника, никто бы на него и внимания не обратил.
Убедившись, что девочки и Евграф спрятались, Сергей позвал:
- Глаша! Иди сюда, я нашел цветок!
Агата мысленно поблагодарила Сергея за предусмотрительность, потому что вместе с Глашей к нему подошли и Кощей, и Яга с родственницами. Увидев цветок, они застыли на месте, лишь Кощей подтолкнул Глашу к мальчику:
- Срывай! Срывай цветок!
Глаша медленно подошла, наклонилась, и осторожно, словно опасаясь обжечься, сорвала цветок. И когда он оказался в руках девочки, лепестки вдруг затрепетали, как крылья бабочки, засияли призрачным светом. Тычинки, словно язычки крохотного колокольчика, стали биться, издавая чуть слышный мелодичный звон, и сладкий аромат разнесся в ночном воздухе.
- Давай! Давай мне цветок! - завопил Кощей, но Глаша медлила.
- Немедленно отдай цветок! Вспомни о брате! - приказала Ядвига. Глаша, вздрогнув, вышла из оцепенения и повернулась, чтобы отдать цветок Валентину Ивановичу. Но тут из зарослей папоротника, не сговариваясь, выскочили Огонек и Агата.
-Стой! Не отдавай им цветок! - орала Огонек.
- Глаша! Цветок нельзя им отдавать! - вторила Агата.
- Отдай! Отдай цветок! - голос Кощея от ярости гремел, как гром.
- Ты погубишь брата! Ты погубишь брата! - змеей шипела Яга.
Лицо Глаши, вспыхнувшее радостью при неожиданном появлении подруг, передернулось, словно от острой боли:
-Я не могу…Они выкрали Агафончика…Я должна отдать им цветок.
- Выкрали Агафончика! Ах ты, гадина! - Огонек, взбешенная такой подлостью, вцепилась в волосы стоявшей ближе всего к ней Море, - получай! Получай за все!
Мора, в первую секунду обескураженная нападением, опомнилась и отбросила Огонька в заросли папоротника.
- Перестань! Остановись, Огонек! - прикрикнула на подруга Агата, - Глаша! Откуда ты знаешь, что Агафончик у них?
- Отдай цветок! Отдай цветок! - завывал Кощей, Яга твердила что-то свое, но Глаша, к счастью, слышала Агату.
-Мы с Сергеем бежали, в ночь с 21 на 22 июля. А вчера рано-рано утром они нас поймали. И показали мне Агафончика.
- Вчера утром? Глаша, это очень важно! Вчера утром, то есть утром 22 июня ты видела у них Агафончика? - Агата старалась говорить спокойно, хотя голос ее дрожал от напряжения.
- Да! 22 июня утром! - подтвердила Глаша.
- Но вчера весь день вся твоя семья провела в "Стране чудес"! Со мной, с Огоньком и с ней, с Морой! То есть они думали, что это - ты! И Агафончик был с нами! Твои родители беспокоились о тебе после дня Нептуна и решили навестить тебя! Вчера вечером Агафончик, живой и невредимый был в лагере!
- Но я сама видела его в ступе у Цецилии, - в душе Глаши надежда боролась с недоверием, - он спал, а потом проснулся и заплакал. Как так может быть?
-Да очень просто, - подала голос из папоротника Огонек, зажимая правой рукой кровоточащую ссадину на левом предплечье, - ты посмотри, с кем мы боремся! Они же колдуны! Что им стоит превратить кого угодно в Агафончика, если почти десять дней эта дрянь, - Огонек кивнула на Мору, - выдавала себя за тебя! И ведь все, включая твоих родителей, ей поверили! Только Агатка ее раскусила и меня убедила…
- Они врут! - вкрадчиво-настойчивым голосом заговорила Яга, - они все врут! Никаких родителей, никакого Агафончика в лагере не было и быть не могло!
- Постойте! Подождите секунду! - Агата кинулась к своему рюкзаку и достала что-то из бокового кармашка, - Огонек неправильно сказала. Не все поверили, что Мора - это ты, Глаша. Агафончик, твой маленький брат, сразу почувствовал обман. Он отбивался от объятий Моры. А меня попросил, чтобы я передала тебе вот это.
Агата протянула подружке листок бумаги. Глаша развернула листок и впервые за ночь на лице ее появилась слабая улыбка.
- Это мой рисунок! Я нарисовала его перед самым отъездом! Агафончик плакал, потому что не хотел со с мной расставаться, и я нарисовала ему свой портрет. А вот солнышко и цветок он, наверное, дорисовал потом, без меня!…Что мне делать с цветком, девочки?
- Отдай, отдай цветок мне! - теперь Кощей уже не требовал, а умолял, но на него никто не обращал внимания.
- Ну что ж, вы победили, - холодно отметила Яга, - цветок ваш. Прислушайтесь к моему совету. Цветок папоротника, как вам, наверное, известно, открывает клады. Бросьте цветок вверх, и он, подхваченный ветром, приведет вас туда, где зарыт клад. Вас четверо, и каждый из вас станет в эту ночь миллионером.
- Глаша, не верь ей, не бросай цветок, - негромко произнес молчавший до этого момента Сергей.
- Точно, не вздумай бросать, Глашка! Нужны нам их клады! - вскричала Огонек.
- Мне не нужно таких богатств, - поддержала друзей Агата.
- Неужели вы думали, что я брошу цветок? Я уже один раз купилась на фальшивый блеск, хватит! Но что же делать с цветком?
- Я, по-моему, знаю, - неуверенно проговорила Агата, - наши предки сжигали на костре чучело, изображавшее ведьму…
- Правильно! - закричала Огонек, - они все в эту ночь сжигали - и чучело, и пучки веток, и цветы, и венки!
- Значит, мы должны сжечь цветок? - Глаша с сожалением посмотрела на маленькое чудо, сиявшее в ее руках. А Агата, уже не сомневаясь в принятом решении, достала из рюкзака коробок спичек и свечи.
- Не смейте! - взвыл Кощей, - если вы только посмеете зажечь огонь, я вас уничтожу! Я превращу вас в червей! Я выжгу своим огнем весь остров, все вокруг!
- Сбавь обороты! - грубо оборвала руководителя своего клуба Огонек, - если бы вы с Ягой могли нас превратить в червей, вы бы давно это сделали!
- Похоже, сегодня темные силы, хотя это и их день, не могут применять колдовство против нас, - сказала Агата, с радостью заметив, как в бессильной злобе исказились лица Яги, ее дочери и сестер при словах Огонька. Но нечисть, похоже, еще не отказалась от борьбы.
- Да! Мы не можем вас околдовать, но мы погубим вас и без колдовства! - воскликнула Мора. Она изогнулась, издала странный звук, похожий на шипение, и начала извиваться всем своим гибким грациозным телом. Ее примеру тут же последовали мать и тетки. Странный танец без музыки завораживал и навевал ужас.Змеи, - сдавленным голосом прошептал Сергей. Агата подумала, что танцующие ведьмы действительно похожи на огромных сказочных пресмыкающихся, но крик Глаши вывел ее из оцепенения, и девочка увидела, что их со всех сторон окружили полчища самых настоящих змей. Маленькие и большие, зеленоватые, черные, серебристые и буро-коричневые, они покрывали землю, свисали с листьев папоротника, образовывали живые короны на головах извивающихся ведьм.Отдайте цветок! - торжествовал Кощей.
Ужас парализовал ребят. Они уже не способны были думать, защищаться, бороться. Наверное, Глаша отдала бы цветок, если бы обезумевшая от страха Огонек не услышала голос Евграфа:
- Венки! У вас же есть купальские венки!
У Огонька имелось много недостатков, но она никогда не страдала медлительностью и отсутствием сообразительности.
- Не бойтесь! - звонко закричала девочка друзьям, - у нас есть купальские венки! Змеи нас потому и не кусают! И не укусят! Скорей зажигай свечи, Агата!
Агата, косясь на змей, раздала Огоньку, Глаше и Сергею свечи, зажгла спичку. Через минуту ребята соединили свечи и к их объединенному пламени Глаша поднесла цветок папоротника. Мгновение - и цветок вспыхнул таким ярким пламенем, что все инстинктивно зажмурились.
Открыв глаза, Агата увидела деревья, вытоптанные и поломанные стебли папоротника. Глашу, бледную, растрепанную, но улыбающуюся робкой нежной улыбкой. Худого светловолосого мальчишку - Сергея Корнилова. Он ходил между деревьями, раздвигая палкой заросли папоротника, словно играл с кем-то в прятки или искал грибы. Огонек в разорванной, окровавленной ветровке, словно помешанная приплясывала на сером валуне и вопила:
- Все кончилось! Они смылись! Мы сделали это! Вау!
Кощей, Яга, Цецилия, Саломея, Мора, Евграф исчезли бесследно, как будто их никогда и не было на острове и на земле. И еще одно, пожалуй, самое главное действующее лицо незаметно покинуло Марьино яйцо - кончилась колдовская ночь, ночь накануне Ивана Купалы. Там, где за деревьями кончался остров, там, где плескалось озеро, где на берегу его стояла "Страна чудес", нежно-розовой зарей пылало небо, приветствуя новый день. Ребята знали, что в этом дне, и в тех, что последуют за ним, уже не будет места темным силам, колдовству, опасностям и приключениям. И каждый из четырех друзей чувствовал облегчение, и огромную радость, и, почему-то, легкое сожаление и грусть. Сергей подхватил рюкзаки Агаты и Огонька, и все четверо поспешили навстречу восходу, туда, где ждала их спрятанная в кустах лодка.
Они подплывали к костровой поляне. Лодка еще не коснулась носом берега, а новые чувства уже переполняли сердца ребят, и новые мысли тревожили их разум. Глашу вновь охватил страх - она думала об Агафончике. Огонек еле сдерживалась, чтобы не застонать - боль в пораненной в схватке с Морой руке вдруг стала невыносимой, рукав ветровки потемнел от крови. Агата тщетно пыталась придумать, как они объяснят свое ночное отсутствие и появление "утопленника" Сергея. А сам Сергей вспоминал последний разговор с Глашей в доме Яги.
Вдруг Агата заметила, как от кустов отделилась какая-то фигура. Девочка схватилась за весло, чтобы помешать Сергею причалить к берегу, но в этот момент они услышали хорошо им знакомый голос воспитателя Алексея:
- Кидайте мне веревку! Я привяжу лодку и позже заберу ее.
Изумленная Глаша кинула Алексею веревку, лодка ткнулась носом в кусты, и через минуту все четверо уже стояли рядом с воспитателем. Он сразу же заметил, что Огоньку совсем плохо, помог девочке снять ветровку и осмотрел рану.
- Глаша и Агата! Вы отправляйтесь в свою комнату, примите душ - и немедленно спать!
-А…
-А они пойдут со мной. Агнию я отведу в медпункт, Сергей отоспится в моей комнате. Надеюсь, к обеду все проснутся. После обеда, если Огонек еще будет не в состоянии вернуться к вам, мы все навестим ее в медпункте.
Агата с Глашей, поминутно оборачиваясь, но не смея ослушаться, побрели к своему корпусу, успев разглядеть, что Алексей, знаком велев Сергею подождать его на лавочке, на руках понес Огонька в медпункт.
- Агата, ты что-нибудь понимаешь? - спросила Глаша, когда они на цыпочках, чтобы не разбудить спящий отряд, прошли по коридору и оказались в своей комнате.
-Кажется, понимаю. Понимаю, кто подкинул нам отворотную мазь…И почему нам так легко удавались многие наши задумки вроде походов в Дедово или в Нечистый лес.
- Ты думаешь Алексей…
- Да, Алексей - представитель добрых сил! - уверенно сказала Агата, - только так можно объяснить, почему он не удивился, увидев Сергея.
Выспавшись, девчонки обнаружили, что через пять минут начнется обед, и почувствовали жуткий голод. Они помчались в столовую, где сразу же увидели Огонька. Бледная, с перевязанной рукой, но веселая, она, сверкая лукавыми глазами, отбивалась от Крутого с Темным.
- Что? Бандитская пуля? - издевались мальчишки, показывая на повязку.
- Нет! Укус вампира! - Огонек сделала зверское лицо и клацнула зубами, - сейчас тебя, Крутой, укушу, и ты тоже станешь вампиром.
Крутой в притворном ужасе вскочил и шарахнулся в сторону, толкнув толстенькую Настю, с вожделением тащившую к своему столику порцию фруктового салата. Залитые сладким соусом фрукты высыпались прямо на спину здоровяка Лешки, который, не долго думая, отвесил Крутому подзатыльник. Воспользовавшись поднявшимся шумом и гамом, Агата и Глаша подошли к Огоньку.
- Как ты? Как рука? - Глаша нежно погладила плечо подружки.
- А, ерунда! Заживет как на собаке! - беспечно заявила Огонек, с удовольствием наблюдая за оправдывающимся перед Лешкой Крутым.
- А где Сергей? И Алексей?Алексей понес еду Сергею. Он не хочет его "светить" здесь. Велел после обеда сразу же идти в беседку. Ну что, Крутой, получил?
…Алексей и Сергей, действительно, ждали девочек в саду.
- Садитесь, искательницы приключений, - по-доброму усмехнулся воспитатель, - будем разговаривать, или вам и так все ясно?
- Нет, не все, - первой неожиданно для всех заговорила Глаша, - но сначала скажите, что будет с Сергеем.
- Ну, в лагере он не останется, чтобы не вызывать лишних разборок, - ответил Алексей, - а будет все так, как вы с ним решили. Я утром переговорил с твоими родителями. Объяснил им - ну, не все, конечно, но многое объяснил. Сегодня вечером я повезу Сергея в Москву. Думаю, все формальности мне удастся быстро уладить. Через неделю в Москве тебя, Глаша, будут встречать родители, три сестры и два брата.
- Класс! - закричала Огонек, - но ты, Глашка, хитрая! Я бы тоже от такого братца не отказалась.
Сергей смущенно улыбнулся, а Агата решила "подлить масла в огонь":
- Нечего! У тебя и так есть старший брат, у Глаши - полный набор родственников, и только я у мамы одна-одинешенька!
- Видишь, Сергей, какая тут конкуренция из-за тебя, - поддержал шутку Алексей, - выбирай себе любую сестру, какая больше нравится!
Сергей, продолжая улыбаться, ответил:
- Я выбираю сразу четырех сестер и маленького братца. Но от двух верных друзей я тоже не откажусь!
- Вот и хорошо! Еще вопросы есть? - поинтересовался Алексей.
- Есть, - сказала Агата, но вопрос она задать не успела, потому что Огонек вдруг треснула себя здоровой рукой по лбу и "страшным" голосом продекламировала:
- Все за-бы-ли! Все за-бы-ли! Сегодня же Глашин день рождения!
- Правда, - спохватилась Агата, - а мы даже подарков не приготовили!
- Эту ошибку вы успеете исправить, - успокоил расстроенных девочек Алексей, - тем более, что сегодня и Сергею исполняется тринадцать лет. Он ровно на год старше своей сестры.
- Нет, вы ошибаетесь, - возразил Сергей, - у меня день рождения в апреле.
- Ошибся не я, а тот, кто двенадцать лет назад определял в детской больнице возраст маленького подкидыша. Ты был рослым ребенком, Сергей, вот медики и ошиблись, - объяснил воспитатель.
- Значит, мы с тобой еще и в один день родились? - радостно удивилась Глаша.
- Да, вы оба появились на свет в Иванов день. Именно поэтому именно вы нужны были Яге и Кощею.
- Но разве мало людей появились на свет 24 июня?
- Немало. Но нечистым нужен был мальчик тринадцати лет, желательно - сирота. И девочка двенадцати лет. Их выбор пал на тебя, Сергей, и тебя, Глаша.
- А мы? Мы случайно попали в эту историю? - задала вопрос Агата.
- Нет. Вас привели в лагерь совсем другие силы.
- Добрые?
- Да. Мы напрямую не могли вмешиваться в то, что происходит в канун Иванова дня. Решают все люди.
- Гирьки… - тихо прошептала Огонек.
- Гирьки? - не понял Алексей. И Огонек рассказала о том, как Евграф сравнивал поступки людей с гирьками на весах добра и зла.
- Ну что ж, можно и так сказать! - улыбнулся Алексей, - в общем, нам нужны были "гирьки". И этими гирьками могли стать только вы, Агния и Агата.
- Из-за наших имен?
- Из-за имен. Из-за дат рождения. Ведь ты, Агата, родилась в день весеннего, а ты, Огонек, в день осеннего равноденствия. А еще нам нужны были вы, потому что в вас есть добро. И мужество. И живой ум. И верность. И чистота.
Девчонки засмущались, тем более что похвалы казались им несправедливыми. Интересно, сколько мужества есть во мне, думала трусиха Агата. А Огонек высказала свои сомнения вслух:
- Да ничего бы мы без вашей помощи не сделали! Нам же все помогали - и вы, и мавки, и бабка Агафья, и Евграф!
Алексей покачал головой, но не успел возразить, потому что Сергей спросил:
- А где Кощей? И Яга?
- Не знаю, - пожал плечами Алексей, - кстати, нынешний Кощей - сын того, что погиб от Марьиного яйца. И в прошлую ночь у него был шанс стать таким же могущественным, как отец.
- Мы их убили? Уничтожили? - безжалостно-кровожадно поинтересовалась Огонек.
- Нет. Зло так же вечно, как и добро. Но вы нанесли темным удар, от которого они не скоро оправятся.
Не все вопросы были заданы, и не все ответы получены, но в беседку, громко топая, вбежала воспитательница старшего отряда Вера Николаевна.
- Алексей! Вас там директор обыскался! Представляется, Валентин Иванович и Ядвига Станиславовна неожиданно уволились из лагеря. Все планы работы горят! Всех воспитателей и руководителей кружков вызывают на срочное совещание!
Алексей улыбнулся ребятам и пошел за возбужденно Верой Николаевной…
Эпилог
Оставшаяся неделя в лагере была веселой и грустной. Агата блистала в роли Анны Австрийской в историческом спектакле. Сайт Огонька занял третье место, что, впрочем, не очень огорчило его веселую рыжеволосую создательницу. Глаше удалось дошить вечернее платье даже без помощи бесследно исчезнувшей из лагеря Ядвиги Станиславовны.
В день отъезда Степка подарил Огоньку букет цветов из собственного сада, а Крутой сказал Глаше, что в вечернем платье она - настоящая топ-модель.
В Москве у здания концерна Агату встречала радостная мама, Огонька - ее личная гувернантка, а Глашу - семейство Петровых в полном составе, включая Сергея, который держал на руках припрыгивающего от нетерпения Агафончика. Расставаясь, девчонки плакали. И тут же, у автобуса, Глаша и Агата добились разрешения у мам поехать в августе на две недели в гости к Огоньку. Но это стало началом совсем другой истории.
Часть вторая. Лето не кончается
Глава первая. Встреча друзей
- Агатка! Глаша! Серёжка! - ребятам показалось, что на них обрушился настоящий ураган. Конечно, они знали бурный темперамент Огонька, но сегодня она превзошла сама себя. Агния обнимала и целовала девочек, тормошила Сергея, прыгала, визжала. В общем, можно было подумать, что они не виделись не месяц, а по крайней мере лет пять.
Впрочем, и Агата, и Глаша, и даже сдержанный всегда Сергей были не меньше подруги рады встрече. Им столько пришлось пережить вместе в «Стране чудес», что даже годы разлук не смогли бы разрушить их дружбу.
Но бурную встречу прервала Сандра – гувернантка Огонька. Агата никак не могла привыкнуть, что гувернантка – это не персонаж исторического романа, а вполне себе живая и очень современная девушка-американка. Что ж, придется привыкать – ведь друзьям предстояло две недели гостить в семье Огонька, отец которой был владельцем крупного банка.
- Девочки, ваши комнаты покажет Агния, а я провожу Сергея в его комнату, - сказала Сандра с сильным акцентом. Вообще-то с Огоньком она общалась только по-английски, но для гостей сделала исключение.
- Какие еще комнаты? – возмутилась Огонёк, - я ведь вчера сказала маме, что девочки будут жить со мной. Как в лагере! Жить каждой в своей комнате – скука!
Глаша, которая жила в одной комнате с тремя младшими сестрёнками, могла бы поспорить с этим утверждением, но сейчас и она не имела ничего против того, чтобы поселиться вместе с Агатой и Огоньком, болтать по ночам, обмениваясь воспоминаниями и секретами. Сандра, пожав плечами, повела Сергея в его комнату, а девочки потащили свои сумки в комнату Огонька.
До самого вечера ребята «обследовали местность», как выразилась Агата. И, надо сказать, было что обследовать: огромный дом с бассейном, сад, теннисный корт, конюшня с двумя лошадками, большой участок леса. Уже смеркалось, когда Огонёк повела ребят с холма, на котором стоял окруженный садом дом вниз, к реке. Сергею захотелось покататься на лодке, и Агния, которой очень шла роль исполнительницы желаний, тут же открыла предусмотрительно захваченным из дома ключом дверь лодочного сарая и щелкнула выключателем, включая свет.
- Бери весла и жилеты! – скомандовала она Сергею.
Мальчик зашел в сарай. Любопытная Агата последовала за ним. Пока Сергей выбирал весла, она услышала какой-то шорох за сложенными в углу спасательными жилетами.
- Огонёк, у вас тут что, кошка живет? – спросила Агата. И тут же поняла, что ошиблась. Вместо кошки из-за спасательных жилетов показалась знакомая кудлатая голова с круглыми черными глазками.
- Евграф! Ребята, да это же Евграф! – закричала Огонёк, - как ты сюда попал?
В самом деле, это был Евграф – смешной и очень важный домовой, который помог Глаше и Сергею бежать из захваченного тёмными силами дома в лесу.
- Как попал, как попал – передразнил Огонька Евграф, - вот так и попал, как кур во щи!
Еще немного поворчав, домовой, наконец, начал свой невесёлый рассказ. Когда Глаша сожгла цветок папоротника, а тёмные силы - Кэш и Яга с сёстрами и дочкой - сгинули, исчезли с лица земли, Евграф поспешил к своему домику. Он надеялся, что теперь там все будет по-прежнему: никаких лифтов, компьютеров, только печка, тёплые бревенчатые стены, маленькие окошки, покосившаяся дверь, уютная лежанка. Но, увы, ожидания маленького домового не оправдались. На месте домика в лесу он обнаружил лишь кучу пепла.
Потужил, погоревал оставшийся без дома домовой и решил, что лучше всего ему поселиться в доме Агнии.
- А почему это ты именно к Огоньку отправился, - обиделся Сергей, - мог бы и к нам прийти жить, я ведь с тобой раньше всех познакомился!
- Ты б сначала подумал, а потому уж вопросы задавал! – огрызнулся Евграф: Глашина и твоя теперь семья где живет? В квартире на пятом этаже. А Агата с мамой вообще на семнадцатый этаж забрались. В вашем с Глашей доме сколько квартир? А в Агатином? Разве уважающий себя домовой будет жить в таких условиях? Нет, мне нужен отдельный дом, который на земле стоит, да поближе к лесу, да чтоб в доме подвал был и чердак, вот!
- Так что ж ты тогда в дом не пришел? Что ты тут, в сарае-то делаешь? – задала Огонёк логичный вопрос.
- Я-то пришёл, - загадочно произнес Евграф, - только там место занято.
- Что, у Огонька в доме уже есть свой домовой? – поинтересовалась Агата.
- Не-е-ет, - почему-то басом и очень таинственно протянул Евграф, - не домово-о-ой.
- Ой, неужели шишига? – испугалась Глаша, которую вовсе не радовала перспектива жить в одном доме с этой полуболотной, полудомашней нечистью.
- И не шишига вовсе, - покачал головой Евграф.
- Да хватит уж таинственность нагонять, - возмутился Сергей, - рассказывай, кто в доме Огонька тебя так напугал, что ты в лодочный сарай спрятался!
И Евграф рассказал. Добравшись до дома Огонька, он сразу же только ему ведомым способом выяснил, что другого домового в доме нет и никогда не было. Обрадовался, нашел себе укромное местечко на чердаке, укрылся тут же брошенным старым, но очень теплым и уютным одеялом и завалился спать после долгой дороги. И вот, ровно в полдень, когда в доме никого не было, домовой почуял, что к его укромному лежбищу кто-то приближается. Конечно, это был не человек, потому что ни один человек не может ходить настолько бесшумно. Евграф открыл глаза и увидел…
Но о том, что или кого именно увидел домовой, ребятам узнать не удалось.
- Агния! Ребята! Где вы? Вы опаздываете на ужин!
Едва Евграф успел спрятаться за жилетами, как в сарай вошла Сандра.
Глава вторая. Кто приходит на чердак?
На Сандру никакие отговорки не действовали, поэтому пришлось ребятам, так и не узнав, кто же так напугал Евграфа, отправиться на ужин. Мама Агнии очень приветливо встретила дочкиных гостей, но они думали только об одном – как бы скорее избавиться от компании взрослых, чтобы обсудить случившееся. И вот, наконец, ужин закончен, друзья одни в комнате Огонька.
- Надо сейчас же бежать в сарай и дослушать рассказ Евграфа! – предлагает Сергей.
- Не получится, - удрученно покачала головой Огонёк, - Сандра не пустит.
- А если потихоньку?
- Не получится, - повторила Огонёк, - у нас тут кругом датчики движения, как только мы пойдем к сараю, включится уличное освещение.
- А зачем нам, собственно, Евграф? – заговорила Агата, - мы знаем, что он встретил кого-то на чердаке. На чердак мы можем незаметно пробраться, когда все заснут?
- На чердак можем, - встрепенулась Агния.
- Ну и прекрасно! Значит, сейчас делаем вид, что идем спать, сами ставим будильники в мобильных на половину двенадцатого, ты, Сергей, приходишь сюда, и мы все вместе отправляемся на чердак!
Сказано-сделано. Девочкам даже мобильники-будильники не понадобились – они проболтали до назначенного времени. И вот уже все вместе, под предводительством Огонька, ребята, стараясь не издавать ни звука, пробираются по дому к лестнице на чердак. В комнате темноту разгонял свет луны, а тут, в глубине дома, так темно, что ступеньки лестницы приходится подсвечивать экранным светом от мобильника, чтобы не упасть и не разбудить всех домочадцев. Ключ от чердака висит тут же, на крючке у чердачной двери. Легкий поворот, толчок – и перед ними кромешная темнота и запах пыли. Свет четырех мобильников позволяет увидеть таинственные силуэты старой мебели, каких-то коробок. Оставив мысль найти место, которое выбрал для своего домика Евграф, ребята расположились на старом матрасе и приготовились к долгому ожиданию.
Сергей, чтобы не заснуть, стал придумывать новую компьютерную игру. Глаша, похоже, задремала. Агате было немного страшно, поэтому она пыталась вспомнить самые веселые истории, который случались с трусами. А Огонёк, которая терпеть не могла ждать, думала о том, что вся эта идея с засадой на чердаке – глупость, что никто или ничто сюда сегодня не придет, что можно провести тут в бесплодных ожиданиях тысячу ночей, что…
Позже, обсуждая этот момент, ребята поняли, что каждый видел и ощущал его по-разному. Сергей почувствовал, как по чердаку прошла волна холодного, очень свежего ветра, пахнувшего снегом. И тут же в дальнем углу начал расти огонек света, постепенно принимая все более определенную форму. Агате показалось, что в воздухе замелькали крошечные светлячки. Они не просто светились, они вибрировали, словно маленькие золотые колокольчики и издавали нежный, еле слышный перезвон. А потом светлячки устремились друг к другу, заплясали в вихре причудливого танца, и, наконец, стали единым существом. Огонёк, придя к выводу, что гость Евграфа сегодня не появится на чердаке, прикрыла уставшие глаза, но тут же открыла их снова, реагируя на внезапно вспыхнувший свет. И вздрогнула всем телом, разбудив задремавшую рядом Глашу. И в этот момент все четверо увидели сияющую в темноте маленькую, размером с пони, белоснежную лошадь с сияющим посредине лба золотым рогом. И каждый из ребят понял, что перед ними – живой Единорог.
Друзья уже знали, что спрятаться можно от людей, но не от волшебников, будь то представители светлых или тёмных сил, добра или зла. Поэтому ребята не удивились, тому, что Единорог сразу же обнаружил их присутствие на чердаке. Он помедлил, словно принимая решение, а потом подошел поближе. Белоснежная шерсть Единорога излучала необыкновенное яркий и, вместе с тем, нежный, не режущий глаза свет, позволяющий как следует рассмотреть диковинное существо. Несмотря на свой малый рост, Единорог все-таки больше походил на лошадь, чем на пони. У пони – большая по сравнению с телом голова и коротковатые ноги. А Единорог былизящен, как самый породистый скакун. Длинные ноги, маленькая головка, шелковистые, отливающие серебром, грива и хвост. Миндалевидные, совсем человеческие глаза фиолетового цвета. И золотой рог, нисколько не портящий высокий лоб чудо-зверя.
Ребята рассматривали Единорога, а Единорог - ребят. А потом он подошел к Огоньку и положил голову на плечо девочке. Дети застыли. Агата подумала, что сейчас Единорог прошепчет на ухо Агнии какие-то заветные слова, откроет тайну своего появления. Но этого не случилось. С минуту постояв в молчании, Единорог так же медленно отошел от ребят на середину чердака, три раз кивнул головой, прощаясь, и исчез, растаяв в воздухе. На чердак вернулась кромешная темнота.
Первым не выдержал Сергей. Он включил подсветку мобильника и спросил:
- И что все это значит?
- Думаю, это значит, что волшебным силам снова понадобились гирьки, - ответила Агата.
Все поняли, что она хотела сказать. Ведь гирьками в вечном соревновании зла и добра были они, люди. И от того, на чью сторону они встанут, зависело, в какую сторону склонятся весы.
- Что будем делать? – теперь спрашивала Глаша.
- Сейчас – спать, чтобы завтра у нас были силы, - уверено сказала Агата.
Но сама она почти не спала в эту ночь. Дождавшись, когда Глаша и Огонек уснули, она включила планшет и стала искать информацию о единорогах.
К счастью, завтракали ребята одни: мама и Сандра уехали по делам в город. Поэтому Агата смогла поделиться с ребятами информацией о их новом волшебном знакомом. Вот что она рассказала.
Единироги,мифические существа, волновали людей в разных странах и в разные времена. Еще в Древней Индии, больше 4 тысяч лет назад, появились их первые изображения. Мифы о единорогах рассказывалив Западной Азии, в Египте, в Южной Африке. А древние греки и римляне считали их реально существующими животными.
В пятом веке до нашей эры некто Ктесий, служивший лекарем при персидском дворе, вернувшись в Грецию, описал диких индийских ослов массивного сложения, имеющих один рог на лбу, красную голову, голубые глаза и туловище. Тот, кто выпьет воды или вина из рога этого животного, никогда не будет подвержен болезням.
В разных книгах люди по-разному описывали единорогов. Их изображали с телом быка,козла и лошади. Некоторые приписывали единорогу слоновьи ноги и кабаний хвост, что послужило поводом для предположения, будто прообразом единорога был носорог. И характер им тоже приписывали разный – то агрессивный, злой, свирепый, то, наоборот, добрый.
Особым вниманием у людей всегда пользовался рог единорогов. Он считался чудесным целительным средством при разных болезнях, мог продлить молодость, а также предохранял от яда и злого волшебства. Под видом рога единорога за огромные деньги мошенники продавали богатым людям бивни слонов и мамонтов, рог носорога или клыки нарвалов.
На небе существует созвездие Единорог, введённое в XVI столетии. На небесных атласах изображается в виде коня с рогом. Ещё в XIX веке некоторые люди верили в существование реального единорога, против его существования в 1827 году привёл аргументы французский натуралист Жорж Кювье.
- Не знаю, что там думали древние, но наш Единорог точно добрый! – заявила Огонёк.
- Наверное, нам нужно расспросить о Единороге Евграфа, - предложила Глаша.
И ребята отправились на лодочную пристань. Евграф уже ждал их в сарае.
- Раньше прийти не могли? – ворчливо приветствовал он друзей.
Кратко рассказав домовому о ночных приключениях, Агата попросила: «Расскажи нам все, что ты знаешь о Единороге». Но, увы, ничего полезного от Евграфа ребятам узнать не удалось. Он не только никогда не видел раньше единорогов, но даже ничего не слышал о таких диковинных существах. Увидев Единорога, Евграф испугался до полусмерти. А Единорог, заметив домового, тут же исчез. Евграф решил, что Единорог – посланец темных сил и предпочел спрятаться в сарае.
Агата, Глаша и Сергей стали обсуждать, что же делать дальше. И только Огонек не участвовала в обсуждении. Она сидела на спасательных жилетах рядом с притихшим Евграфом и о чем-то сосредоточено думала, похоже, даже не вникая в разговор ребят. Такое поведение было совершенно нетипично для живой, импульсивной Агнии. И первой это заметила Агата:
- Огонёк, да что с тобой сегодня? О чем ты там задумалась? Тебе что, неинтересно, зачем в твоем доме появился Единорог?
- Вспомнила! В доме! Вспомнила! – вдруг вскочила и завопила девочка, моментально вернувшись в свое обычное состояние, - в доме! В доме!
Глава третья. Охотничий домик. Красный луч
Заметив, наконец, изумленные лица друзей, Огонёк вскочила и заговорила еще быстрее, чем обычно:
- Я все время, с того самого момента, как появился Единорог, пыталась вспомнить, где же я его встречала раньше. А сейчас вспомнила! Но лучше все вам увидеть своими глазами. За мной!
Даже не попрощавшись с Евграфом, Огонёк вылетела из сарая и кинулась вверх по холму. Впрочем, домовой и не думал обижаться: смешно перебирая коротенькими ножками, он семенил за ребятами. Сначала Агата, Глаша и Сергей думали, что Огонёк ведёт их в дом. Но не тут-то было: миновав здание, она стрелой пронеслась через сад и направилась к лесу. Евграф здорово отстал, Агата чувствовала, что задыхается, но никто не решался попросить о передышке.
В эту, самую далекую от дома, часть участка, ребята вчера не дошли. Густой лес здесь пересекался лишь узенькой, почти нехоженой тропинкой, пахло сыростью и грибами. И вдруг, совершенно неожиданно, перед ребята увидели небольшой полуразрушенный домик. Впрочем, Агата предпочла бы назвать это сооружение замком. А вот Сергей, сразу оценив плачевное состояние здания, спросил: «Это что за развалины?» И верно, дом порядком развалился. Крыша на нем отсутствовала полностью, в выбитых окнах гулял ветер, по стенам пробегали трещины. И вместе с тем, сразу чувствовалось, что когда-то это был очень красивое и очень необычное строение.
Огонёк, не обратив никакого внимания на вопрос Сергея, перешагнула через полуразвалившийся порог. Внутри было достаточно светло, но немного мрачно. Огонёк быстро разгребла ногой скопившийся мусор. И ребята увидели, что пол полуразвалившегося здания украшен каменной мозаикой. Агата сразу поняла, что перед ними – герб, который украшали и щит, и звёзды, и корона, и рыцарские шлемы, и двуглавый орел, и еще какие-то то ли птицы, то ли звери. Но все это было не так уж важно. Главное – посредине герба ребята увидели того самого Единорога, что приходил вчера на чердак!
- Теперь вы поняли? – спросила Огонёк, - теперь вы видите? Это ведь тот самый Единорог, я ведь не ошиблась, да?
- Конечно, не ошиблась! – подтвердил Сергей, - но что это за развалины?
Теперь Огонёк уже никуда не спешила, поэтому рассказывала все очень подробно. Участок земли для постройки дома её отец приобрел лет семь назад. Когда-то, до революции, тут был имение графа Шувалова. Графский дом стоял примерно на том же месте, на холме над рекой, где теперь построен дом семейства Раевских. Во время революции графский дом был сожжен, ничего от него не осталось. А вот охотничий домик тогда уцелел. Правда, за многие годы сильно обветшал, но все-таки и стены сохранились, и вот эта самая мозаика на полу.
- Когда мы только-только переехали сюда, мне тогда лет шесть-семь было, к нам приходил учитель из ближайшей деревни. Он много рассказывал папе про графов Шуваловых, а потом привел нас сюда и показал нам мозаику. Видите, там полустершиеся буквы? Это девиз графский – «За верность и ревность». Правда, больше я ничего не помню.
- Значит, нам нужно сходить в деревню, найти учителя и разузнать у него все как следует! – сказала Агата.
Как не хотелось ребятам поскорее встретиться с учителем, пришлось отложить посещение деревни на «после обеда». Во-первых, к обеду должна была вернуться Сандра, которая, заметив отсутствие ребят, забьет тревогу и помешает дальнейшему расследованию. Во-вторых, до деревни Красный Луч по тропинке через поле нужно было топать минут сорок быстрым шагом, а на велосипеде тот же путь занял бы минут десять-пятнадцать.
За обедом Агата и Глаша весьма удачно поддерживали светскую беседу с Сандрой. Сообщив о своем увлечении историей и краеведением, Агата не только легко получила для всех разрешение посетить ближайшую деревню, но и выпросила у Сандры велосипед для себя. Глаша и Сергей получили два гостевых велосипеда, а Огонёк, понятное дело, отправилась в путь на своём.
Погода стояла чудесная, и поле любого неравнодушного человека тронуло бы своей красотой, но ребята так торопились, что ничего вокруг не замечали. За рекордно короткий срок они добрались до деревни. И только тут сообразили, что на дворе – август, в школе – разгар каникул, и учитель, скорее всего, отдыхает от своих учеников где-нибудь далеко-далеко. Но надежда, как говорится, умирает последней. Легко отыскавнебольшое здание школы, друзья увидели, что тут в разгаре ремонтные работы. Несколько мальчишек и девчоноквыносили из школы строительный мусор.
- Ребят, а как нам найти учителя? – поинтересовалась Огонёк.
- Пётр Иванович там, в кабинете своем, - махнула рукой веснушчатая белобрысая девчонка.
Ребят поджидали сюрпризы. Во-первых, на том самом кабинете висела табличка с надписью «Директор». Во-вторых, и Агата, и Глаша и Сергей представляли учителя этаким стареньким дедушкой. На самом деле в кабинете директора собственноручно красил стены высокий, симпатичный, и совсем еще молодой человек.
- Здравствуйте! – поздоровалась Огонёк, - я Огонёк, то есть, Агния, вы меня не помните?
- Как же не помню! Прекрасно помню. Ты дочка Александра Владимировича Раевского, да? Папа, наверное, прислал тебя посмотреть, пригодились ли строительные материалы, которые он для школы купил? Скажи, очень пригодились, огромное ему спасибо передай!
Огонёкне знала, что её отец помогает деревенской школе, но предпочла умолчать об этом.
- Обязательно передам, - вежливо сказала она, - но у нас еще один вопрос есть. Ой, забыла представить. Это – мои друзья, Агата, Глаша и Сергей.
- Очень приятно, - церемонно сказал учитель, но в его серых глазах промелькнула улыбка, - а я – Пётр Иванович Иванов, директор и один из трёх учителей этой школы. Какой же у вас ко мне вопрос?
- Мы хотели бы узнать о графах Шуваловых, о тех, чье имение было на месте нашего дома.
- Да, а еще об их гербе с единорогом, - добавил Сергей.
- Ух ты, какие у вас интересные вопросы, - Пётр Иванович замолчал, глядя на ребят, - ну ладно, все равно мне нужно пообедать и передохнуть. Совместим приятное с полезным.
Небольшая квартирка Петра Ивановича, где он жил с женой, тоже учительницей, и маленьким сынишкой, находилась тут же, в школьном здании. Ребята отказались от обеда, но с удовольствием пили вкуснейший домашний компот. А Пётр Иванович не столько ел, сколько говорил.
Это было очень интересно. Но вскоре ребята, даже привычная к обилию исторических фактов Агата, почувствовали, что в их головах уже путаются многочисленные графы и графини Шуваловы со своими женами, детьми, заслугами. Пётр Иванович, видимо, заметил, что гости устали, и прервал свой рассказ.
- Вот что, Огонёк, мы сделаем. Напиши мне свой мейл, и я сейчас же сброшу тебе своё исследование, самый краткий вариант. Думаю, вам будет этого достаточно. Посмотрите все спокойно, а если будут какие вопросы – добро пожаловать, всегда рад интересу молодежи к истории. Да, кстати, а откуда, собственно, такой интерес?
Ребятам очень понравился и Пётр Иванович, и его гостеприимная симпатичная жена, но они по своему печальному опыту знали, как обманчива бывает внешность, как удачно может зло прятать своё истинное лицо. Поэтому, как ни противно было обманывать добродушного учителя, правду они ему открывать не стали.
- Я занимаюсь в историческом кружке, - как можно натуральнее постаралась соврать Агата, - и нам на лето дали задание – написать исследование об истории места нашего летнего отдыха. А я за все лето так и не приступила к выполнению задания, все некогда, да и не о чем было писать. А вчера мы в прятки играли, я случайно забежала в домик в лесу, знаете, такой разрушенный, и увидела на полу герб. А Огонёк вспомнила, что вы что-то про Шуваловых рассказывали, вот мы и решили тоже совместить приятное с полезным.
Пётр Иванович кивнул головой, но ребята почувствовали, что он почему-то не поверил Агате. Сергей решил «перевести стрелки» и поинтересовался:
- А почему вы, Пётр Иванович, так интересуетесь родом Шуваловых? И вообще историей? Вы ведь преподаете физику и математику, а не историю?
- О, это очень интересно получилось! – оживился Пётр Иванович, - мы ведь сюда, в Красный Луч, по распределению попали. Мы с женой вместе в педагогическом учились, только на разных факультетах. Так вот, когда мы сюда приехали, я не знал, что когда-то тут было имение Шуваловых. А когда узнал – поразился совпадению.
- Тому, что вас тоже Петром Ивановичем зовут? – попыталась угадать Агата. Она, пожалуй, единственная из ребят запомнила, что именно так звали одного из самых известных представителей шуваловского рода, того самого, что на вооружение российской армии огромную пушку-гаубицу, которая называлась «Единорог».
- Вот в том-то и дело, что Петром меня неслучайно назвали. Мать моего отца, то есть моя бабушка, носила в девичестве фамилию Шуваловых.
- Так вы – тоже граф? – ахнула Глаша.
- Нет, - улыбнулся Пётр Иванович, - я не граф, но моя бабушка была представительницей одной из самых ветвей шуваловского рода. Очень гордилась этим, изучила, как могла, историю рода, и даже имя мне дала в честь великого Шувалова.
- И поэтому вы стали исследовать историю Шуваловых, да? – догадалась Огонёк.
Пётр Иванович подтвердил догадку Огонька. Пришла пора прощаться. И вот, когда ребята уже сели на свои велосипеды, Агата вдруг спросила: «А почему деревня называется Красный Луч?» Потом Агата не могла объяснить ребятам, почему у неё возник этот вроде бы не имеющий никакого отношения к их делу вопрос.
- Красным Лучом деревню стали называть после революции, вернее, даже не деревню, а созданный тут колхоз. Тогда вообще любили красный цвет, революционный.
- А как деревня называлась до революции? – не унималась Агата.
- До революции деревня называлась Змеёвка.
Что такое слово? Просто сочетание звуков. Но когда Пётр Иванович ярким солнечным днём произнес давно забытое всеми название, ребята почувствовали, как по их спинам пробежал леденящий душу холод. Пётр Иванович, видимо, заметил замешательство ребят и, помолчав, добавил:
- Кстати, легенда о том, почему деревню назвали Змеёвкой, тоже связана с именем Шуваловым. Об этой истории я упоминаю в своём исследовании, прочитайте!
Глава четвертая. Печатный перстень
До ужина друзья читали и обсуждали полученные от Петра Ивановича данные. Из истории, случившейся с ними в лагере, они вынесли один урок: самая мелкая деталь иногда может оказаться самой важной. Поэтому Агата на своем планшете создала специальный файл, куда и записывала то, что казалось подозрительным или интересным. Вот что получилось в результате.
Земельные угодья под Москвой Владимир Шереметев получил во времена правления Екатерины Второй. Тогда тут были только леса, ни деревни, ни села.Граф Шереметев наезжал сюда сначала только для охоты, но потом построил дом и перевез часть своих крепостных из другого имения. Так возникла маленькая деревушка, поначалу безымянная. Согласно легенде, маленький сын Владимира Шереметева однажды был оставлен нянькой в саду. Малыш, которому не было и года, лежал под молоденькой яблонькой на пеленке. Вдруг взрослые услышали отчаянный крик. Подбежавшие слуги и отец ребенка застыли в ужасе: что ножки и ручки малыша обвивают гадюки. При этом раньше в округе змеи встречались редко. Владимир Шереметев поступил, на первый взгляд, странно. Вместо того, чтобы кинуться к ребенку, схватить его на руки, попытаться отбросить змей, он снял со своего пальца перстень и бросил им в сына. В тот же миг змеи исчезли, а живой и невредимый ребенок спокойно уснул.Перстень, оказавший столь чудесное влияние на змей, по семейному преданию, принадлежал самому Ивану Грозному. И был он не простым, а печатным, т.е. на перстне был изображен герб Ивана Грозного, но не тот, что позже стал гербом России, с двуглавым орлом, а более ранний, на котором был изображен единорог. После истории с сыном Шувалова и змеями деревня и поместье получили название Змеевка. Единорог стал легендой Змеевки. Сохранились разнообразные свидетельства того, что невиданный зверь неоднократно появлялся в доме Шуваловых или в окрестных лесах. В частности, единорог спас усадьбу от уничтожения во время войны с Наполеоном. Граф Шувалов, тот самый, на которого в детстве напали змеи, в те времена был уже глубоким стариком. Его сыновья-офицеры сражались с захватчиками, а в поместье оставались лишь старый граф, да женщины с маленькими детьми. Старик-Шувалов и его крепостные пытались защитить деревню и графский дом, но силы были неравны. И вот, когда французы уже ворвались в усадьбу, между ними и домом вдруг появился белоснежный Единорог, величественный и жуткий. Глаза, холодные как лёд, прожигали своим взглядом каждого, из золотого рога вырвался столб пламени. Французы в ужасе покинули поместье.В последний раз Единорога видели в пламени пылающего барского дома, подожженного во время революции. А вот печатный перстень исчез немного раньше: уходя на Первую мировую войну последний граф Шувалов спрятал кольцо в каком-то тайнике поместье.- Странно! – сказала Глаша, когда Агата закончила читать, - если перстень был таким сильным талисманом, почему последний Шувалов, не взял его с собой на фронт? Кстати, ты забыла записать, что он погиб в сражении, не оставив наследников! Может, перстень спас бы графа от смерти, если б он взял его на войну?
- Согласен, поведение Шувалова кажется нелогичным, - поддержал сестру Сергей, - если только…
- Если что? – Огонёк никогда не отличалась терпением.
- На самом деле «если» может быть много, - подключилась к обсуждению Агата. Если только сила перстня не ограничивалась какими-то границами, например, границами этого поместья, или России. Ведь Шувалов погиб под Перемышлем, а это Австрия. А может быть и другое «если только» - если только перстень не должен был охранять само поместье в отсутствие хозяина.
- Ясно одно – сегодня вечером мы опять отправляемся на чердак! Теперь мы знаем, какие вопросы задать Единорогу.
- Если только…- Глаша не продолжила свою фразу. Но все поняли, что она хочет сказать: «если только Единорог снова придёт, если только он согласится заговорить с людьми…»
Всем известно, что первый шаг – самый трудный. И когда ты чего-то боишься, например, прыгнуть с вышки или войти новичком в незнакомую компанию, то сложнее всего это сделать в первый раз. Если верить этой житейской мудрости, то вторичный поход на чердак не должен был вызывать у друзей особых волнений. Но, как ни странно, сейчас не только известные трусихи Глаша и Агата, но и отважный Сергей, и авантюристка-Огонёк чувствовали, как их сердца замирают от страха. «Чего ты боишься? – пыталась сама себя уговорить Агата, - там ведь нет никаких чудищ, там Единорог, прекрасный белоснежный чудо-зверь, он сильный, но добрый, он уже знаком с нами, он не причинил нам зла, а когда-то он спас маленького графа Шувалова…» Но холод в груди не проходил.
И вот ребята на чердаке. Они ждут появления Единорога. И почти не удивляются, когда из темноты вдруг выплывает красавец-конь с золотым рогом во лбу. Первой делает шаг к Единорогу Огонёк. Но в тот миг, когда девочка протянула руку к чудесному зверю, между ними вдруг взметнулась с пола стена чёрной пыли. В исходящем от белоснежного тела Единорога свете ребята увидели, какпыль превращается в клубок змей. Змеи, извиваясь, стремительно росли. Вот они уже ростом с ребят. Змеи оплетают ноги Единорога, пытаясь ужалить его. Единорог отбивается копытами, сбрасывает змей рогом. Страшна и призрачна была эта битва. Отражения борющихся всплывали на стене, а зачарованные ребята не могли сдвинуться с места. И – вот странно – каждый из них с замиранием сердца ждал, чем кончится битва, но в тоже время видел и запоминал картины, отражающиеся на стене. И каждый видел свое…
Глаша разглядела, как молодой человек идет по какому-то темному туннелю, освещая свой путь только одной свечой. Он входит в тесную комнатку без окон, вынимает кирпич почти у самого пола, снимает с руки кольцо и прячет в образовавшуюся нишу.
Огонёк увидела, как компания охотников в старинных одеждах отдыхает в каком-то небольшом домике, показавшимся девочке смутно знакомым.
Серёжа с ужасом понял, что со стены на него смотрит Кэш. И не просто смотрит, он то манит мальчика к себе, то угрожает, предостерегая от чего-то.
И только картина, увиденная Агатой, была безмятежна и прекрасна. Она мчалась на Единороге по чудесному полю, на котором золотые колосья переплетались с ярко-синими васильками.
Битва закончилась также неожиданно, как и началась. Миг – и на чердаке нет ни змей, ни Единорога. Исход битвы неизвестен.
Ребята долго обсуждали происшедшее, пытаясь расшифровать странные видения. В результате разошлись по комнатам и заснули лишь на рассвете. Но не прошло двух часов, как девочек разбудили какие-то странные звуки. Казалось, в комнате возился какой-то гигантский хомяк.
- Кто тут? – недовольно спросила Огонёк, и тут же сама ответила, - о, да это же Евграф!
И точно: посредине комнаты сидел Евграф и возил неизвестно откуда взявшимся старым веником по ковру.
- Нашел время уборку делать! – возмутилась Огонёк, - мы ж не выспались совершенно!
- Постой, Огонёк! – перебила подругу Агата, - ты понимаешь, что это значит?
- Что «это»?
- Да то, что Евграф в дом пришел!
- Что значит, что значит! – пробурчал Евграф, - то и значит, что место освободилось! Теперь я тут хозяйничать буду! А у тебя, Агния, весь ковёр в мусоре!
Но девочки не слушали ворчания домового. Надежда еще раз увидеть Единорога и узнать у него разгадку тайны Шуваловской усадьбы исчезла. Теперь ответы на все вопросы придется искать самим.
С утра над лесом и домом Раевских прогремела гроза, землю щедро полил тёплый летний дождь.
- Что будем делать? – спросила Огонёк.
- Прежде всего – думать, - ответил Сергей.
- Согласна! – поддержала его Агата, - давайте начнем с очевидного. То есть с перстня. К нему, к перстню, ведут многие ниточки нашей истории. И Единорог на нем изображен. И змей он способен прогонять.
- Да, а змеи, понятное дело, это тёмные силы! Может, это опять Яга с сёстрами и с дочерью! – сказала Глаша.
- Конечно! А в твоем, Глаша, видении, Шувалов прятал кольцо. И, конечно, кольцо именно тут, в доме!
- Стоп! – остановила Агату Огонёк, - в каком доме? Этот дом младше меня.
- Но ведь он построен на месте, где когда-то стоял старый шуваловский дом!
- Место то же, да только от старого дома ничего не осталось, даже фундамента. Это мне папа сам рассказывал.
Ребята помолчали. Казалось, их расследование зашло в тупик. Первым заговорил Сергей.
- И все-таки кольцо где-то рядом. И мы можем его найти! И тёмные силы очень эти обеспокоены – не зря ведь я видел на стене Кэша!
-Подождите! – заорала Огонёк, - я, кажется, догадалась! Смотрите, Серёжка видел Кэша, Глаша – как Шувалов прячет кольцо, а я, я что видела? Охотничий домик, вот что! А Охотничий домик – это единственное строение, оставшееся от Шуваловых! Значит, именно там спрятано кольцо! Нам нужно срочно отправляться туда!
Мешкать не стали – нарядились в дождевики и резиновые сапоги, наплели Сандре с три короба историй о том, что русские всегда ходят по грибы во время дождя, и отправились в охотничий домик. Впрочем, пока ребята бежали через лес, дождь кончился, в небе засияло хорошо промытое солнце.
Полчаса друзья обстукивали стены и заглядывали в каждую выбоину, пытаясь найти место, куда Шувалов мог спрятать кольцо. Первой поиски прекратила Глаша: « Зря стараемся! В моем видении была маленькая тесная комнатка без окон, ничего похожего на этот дом!»
Все приуныли. Агата изучала изображение единорога на полу, уставшая Глашаприсела на камень, оставшийся от разрушенного подоконника, Сергей бродил вокруг домика. А Огонёк почему-то вспомнила легенду о том, как Шувалов-отец спас своего маленького сына от змей. Она сняла своё колечко и вертела его в руках, размышляя, как именно бросил перстень граф. Вдруг колечко выскользнуло из пальцев и со звонким стуком упало на пол. От неожиданности Глаша вздрогнула, а Агата схватила с пола колечко и бросила опять.
- Ты что делаешь? Там же камушек, он может разбиться или выскочить и потеряться! – возмутилась Огонёк.
- Ой, прости меня, на, забери колечко! – извинилась Агата, но вид у неё при этом был очень довольный, - кажется, я что-то нащупала!
- Что? – в один голос закричали Глаша и Огонёк.
- А вот послушайте! – Агата подобрала с пола камушек и стала стучать им по мозаике с гербом Шуваловых. Девочки и подошедший к ним Сергей услышали, что, когда Агата ударяет по рогу единорога, звук совсем другой, более звонкий, чем когда удары приходятся на другое место.
- Понимаете? Там пустота! – торжественного провозгласила Агата.
Сергей, как единственный представитель мужского пола, достал свой складной ножик и очень осторожно поддел кусочек мозаики. И точно: под ним была пустота. Рука Сергея была слишком большой, а вот Глаша своими тонкими пальцами умудрилась нащупать в глубине этой пустоты какой-то рычажок. Девочка осторожно нажала на него и… ребята еле успели отпрыгнуть от открывшегося посредине домика хода. Ступеньки узкой винтовой лестницы вели в полную темноту. Как хорошо, что у современных ребят всегда при себе мобильники! Освещая себе путь, компания двинулась вниз.
Идти пришлось долго. Впрочем, единственной опасностью на этом пути был потолок, слишком низкий для высоких Глаши и Сергея. А кончился путь той самой комнатой, которую Глаша видела в своем видении на чердаке. Тесная, пустая, без окон. Теперь ребята знали, как нужно искать место клада, и без промедления начали простукивать сырые кирпичные стены. На этот раз повезло Огоньку. И вот кирпич отодвинут и за ним в крошечном, не больше спичечного коробка углублении друзья видят тускло поблескивающий в свете экранов мобильника старинный перстень.
Глава пятая. Царство Кэша
Печать на перстне была точно такой, как на картинках из Интернета, полученных по запросу «Печать Ивана Грозного с единорогом». Казалось, ребята достигли своей цели – перстень у них. Но друзей охватили смятение и растерянность: Единорог не появился, тайны не раскрылись. А, между тем, в тесной комнатке становилось все темнее и темнее: мобильники Агаты и Глаши, служившие хозяйкам фонариками в путешествиях по чердаку и подземелью, разрядились.
- Возвращаемся! – скомандовал Сергей, - Агата, надень перстень и зажми в кулаке, чтобы не потерять.
Обратный путь показался ребятам более коротким, но его конец стал неприятным сюрпризом: когда в слабом свете мобильника Огонька (Серёжин к тому времени тоже «сдох») показалась винтовая лестница, над ней не было ожидаемого света из люка.
«Неужели мы так долго бродили по подземелью, неужели уже ночь?» - подумала Глаша. Но девочка понимала, что этим нелепым предположением лишь старается сама себя утешить, не желая признать очевидное: потайной люк был закрыт. Закрылсяли он сам? Или враг захлопнул его? Неизвестно! Но, когда Сергей поднялся по винтовой лестнице и попытался поднять люк, все его усилия были тщетными. Друзья попали в западню.
Еще полчаса – и мобильник Огонька тоже погаснет. Есть ли надежда, что их найдут? Сандра считает, что ребята отправились в лес за грибами, спасатели и будут прочесывать лес. Разве придет кому-либо в голову искать пропавших в Охотничьем домике? Да и что там можно найти? Пустые развалины…
В темноте особенно громко прозвучал порывистый вздох Глаши, очень похожий на всхлипывание. И тут свой мужской характер показал Сергей: «Так, во-первых, не хныкать! Вот-вторых, возьмите каждая по камню!» Девочки не поняли, зачем им камни, но молча выполнили приказ друга. Они понимали, что паника не поможет, и действие лучше бездействия. А Сергей, похоже, план действий уже разработал:
- Огонёк, выключи пока мобильник! Кроме стен тут рассматривать нечего, ответвления у ходов нет, так что заблудиться или потеряться невозможно. А свет нам еще может понадобиться.
- А зачем нам камни? – не выдержала Огонёк.
- Два раза мы уже с помощью простукивания обнаружили скрытый рычаг для подъема люка и тайник с кольцом. Возможно, где-то в стенах подземного хода есть еще какие-то тайные закладки или двери. Поищем их. Ты, Огонёк, иди с Агатой по правой стене, а мы пойдем по левой. Простукивайте каждый сантиметр. Торопиться нам некуда, так что работайте тщательно.
Оказывается, глаза привыкают даже к кромешной темноте. И еще одно открытие: когда ты занят делом, страх отступает в сторону. Шаг за шагом, сантиметр за сантиметром ребята продвигались от винтовой лестнице к комнате. Иногда кому-то из них казалось, что камень ударяет по стене с особенным звуком. Но тревога (или надежда?) оказывалась ложной. И вот все они опять в тайной комнате. Обстучали все стены. Ничего. Потом Сергей решил проверить низкий, чуть-чуть выше его роста, потолок. Вдруг там второй люк, ведущий на свободу? Но и исследование потолка не дало никаких результатов.
Уставшая Агата присела прямо на каменный пол. Пол… А вдруг выход нужно искать тут? И Агата заколотила своим камнем по булыжникам. Вдруг ей показалось, что звук изменился. «Огонёк, включи мобильник!» - голос Агаты звучал такой надеждой, что все кинулись к ней. Огонёк включила мобильник, Агата поднесла его к полу. Свет был очень слабым, поэтому ребята не сразу поняли, что именно привлекло внимание их подруги. И только потом разглядели в центре большого булыжника абсолютно правильное круглое углубление. Агата сняла с пальца перстень и вставила печать в отверстие.
Яркий свет, разорвавший на куски темноту подземелья, ослепил ребят. Лишь через несколько мгновений они увидели, что и тесная комната, и покрытый булыжниками пол, и старые кирпичные стены исчезли…
Как ребята догадались, что с помощью печати на перстне угодили в логово Кэша? Если бы всё происходило в сказке, то следовало бы сказать – «попали в царство Кощея». Но, хотя «Кэш» - другое имя Кощея, на царство то, что увидели друзья, когда их глаза привыкли к яркому свету, походило очень мало. «Царство» - это пышные залы, и трон, и золото, и парча. Впрочем, «царство Кощея» вполне может ассоциироваться и с другой картинкой: полумрак, низкие своды, кости и прочие ужасы.
Но в помещении, где оказались ребята, не было ни пышности, ни тьмы и ужаса. Больше всего оно походило на операционную: стерильная чистота, ярчайший свет, холод, тишина. Просторный зал, весь одетый в какой-то блестящий металл. И пыхнет металлом. Какие-то экраны, пульты управления. И чёткое понимание того, что здесь царит Зло. И имя этому злу – Кэш.
Какая сила перенесла сюда ребят? И куда – «сюда»? Глубоко под землю? В «тридевятое царство, тридесятое государство»? На другую планету? Или в другое измерение? Никто из друзей не пытался ответить на эти вопросы. Сейчас важно было понять не «как». А «зачем» они попали сюда.
Первой очнулась чуткая Глаша: «Я слышу, сюда идут! Нам нужно спрятаться!». Нескольких мгновений друзьям хватило, чтобы укрыться за каким-то металлическим шкафом, издающим тонкое-тонкое жужжание. В зал вошли трое: Кэш, Ядвига и какой-то незнакомый парень.
Впрочем, Кэша ребята узнали не сразу. Два месяца назад Кощей был для всехВалентином Ивановичем - кругленьким весёлым толстячком-добрячком, руководителем компьютерного клуба лагеря «Страна Чудес». В Иванов день Кощей сбросил свою личину, свою напускную доброту и весёлость. Но, если не считать выражения лица, прежде всего – глаз, внешность злодея в его человеческом облике практически не претерпела никаких изменений. Теперь же Кэш был похож на человека, находящегося в последней степени смертельного заболевания: исхудавший, жёлтый, с тусклым взглядом.
Зато Ядвига совершенно не изменилась. Все та же красавица с холодным лицом легко прошла по комнате, грациозно поддерживая под локоть Кэша.
Незнакомый парень был чем-то похож на Ядвигу. Возможно, зелёным цветом глаз, возможно – змеиным изяществом движений. Он тоже поддерживал Кэша и, казалось, всем телом старался выразить свое преклонение перед ним.
- Устал я, - почти по-человечески произнес Кощей, - скорей бы уже все закончилось.
- Потерпите, шеф, - небрежно-фамильярно проговорила Яга, и Агате показалось, что в её зелёных глазах мелькнуло презрение, - три дня, и все будет кончено.
- А гадёныши нам не помешают? - хриплым голосом прошипел незнакомец.
- Могли помешать там, в доме, - высокомерно ответила Ядвига, - а теперь уже поздно. Через три дня, самое большее – через пять, Единорог сдохнет, мы завладеем рогом, вы, шеф, выпьете из него моего зелья, и силы вернуться к вам. Потом еще неделю другую попьете из рога, и станете непобедимы. И мы покончим со всеми своими врагами.
- Ты уверена, что мы не можем убить Единорога прямо сейчас? Мне тяжко ждать даже день! – старчески-ворчливым голосом спросил Кэш.
- Шеф, убить Единорога мы можем. Но тогда рог потеряет свою силу. Только в случае естественной смерти единорогов их рога чудодейственны, - устало, словно повторяя это в сотый раз, произнесла Ядвига.
- Горыныч, посмотри, может, он уже сдох, - приказал Кэш.
И тут Глаша чуть не вскрикнула от испуга. Горыныч (значит, этот незнакомец - Змей Горыныч?) направился прямо к шкафу, за которым прятались ребята. Неужели их заметили? Но Горыныч не стал заглядывать за шкаф, а, судя по звукам, нажал какие-то кнопки на его передней панели. В ту же секунду одна из стен зала поднялась, и друзья увидели решетку, за которой в темной комнате на грязном каменном полу лежал Единорог. Он не встал на ноги, не посмотрел на своих врагов. Но чудесный конь был, без сомнения, жив. Кэш разочарованно вздохнул: «Что ж, придется ждать. Проводите меня в мою комнату, самому мне не дойти». И мерзкая троица удалилась.
Переждав некоторое время, друзья вышли из-за шкафа.
- Вы поняли? Им нужен рог! Мы должны освободить Единорога! – горячо зашептала Огонёк.
- Это-то ясно! Вот только как мы его освободим? – поинтересовалась Агата. А Сергей, не теряя времени, уже рассматривал пульт на шкафе. Не зря девчонки восхищались техническими и компьютерными способностями своего друга: не прошло и десяти минут, как он, нажав нужные кнопки, смог поднять стену, закрывающую комнату, где томился Единорог.
Глава шестая. Обереги Единорога
Увидев ребят, Единорог чудесным образом преобразился. Его глаза широко открылись и засияли, всколыхнулась грива. Лёгким изящным движением зверь поднялся с грязного пола и склонил перед гостями увенчанную золотым рогом голову. «Я так вас ждал! - произнес Единорог глубоким, чарующе низким голосом, - я так надеялся, что вы успеете!»
И Единорог раскрыл ребятам еще одну страницу истории вечной битвы Добра и Зла. Многое они уже знали и сами, например, то, что рог Единорога обладает чудодейственной силой. Именно поэтому ослабевший после событий в «Стране Чудес» Кэш так стремился получить его. О чем ребята не знали, так это о том, что перстень с печатью был не только ключом, открывающим проход в царство Кэша, но и оберегом.
- Неужели вы думали, что от тёмных сил можно спрятаться за шкафом, - невесело усмехнулся Единорог, - да не будь на Агате перстня, они бы вас учуяли за тысячи метров, и уничтожили бы, не задумываясь. И темницу мою вы смогли открыть только потому, что у вас есть оберег. Мало расшифровать коды, как это сделал Сергей, нужно преодолеть заклятия, наложенные на замки.
Агата хотела спросить, каким образом так получилось, что Единорог и они, четверо, оказались в одном месте и в одно время. Хотела – да не спросила. Она уже поняла, что то, что кажется простым совпадением, вовсе не совпадение, если речь идет о битве Добра и Зла. Куда более важный сейчас вопрос – что делать дальше, как спасти Единорога. И задал этот вопрос Сергей.
- А перстень-оберег поможет нам вытащить тебя отсюда? Спасти тебя – поможет?
- Спасти меня – не самое важное, - ответил Единорог, - я не боюсь смерти. Но, если Кэш выпьет из моего рога, он станет практически бессмертным. И тогда Зло может одержать победу над Добром. К сожалению, силы перстня недостаточно, чтобы спасти меня. Кэш, Яга и Горыныч наложили на меня такие заклятия, что я и шагу не могу ступить из темницы.
- Так что же делать? – спросила Огонёк.
- Прежде всего, вам придется разделиться. У каждого будет своя задача, и только в том случае, если каждый из вас сделает всё, что должен, мы сможем победить Кэша. Вы готовы к этому?
- Готовы! – почти хором ответили ребята, хотя каждый и понимал, насколько сложнее будет действовать в одиночку, чем в компании надёжных проверенных друзей.
- Тогда слушайте внимательно. Ты, Глаша, отправишься в Страну Чудес, найдешь Алексея и расскажешь ему все. Он должен быть здесь, с нами. Без него вы не сможете ничего сделать. Ты, Сергей, должен раздобыть для Алексея тайную книгу, в которой он сможет найти анти-заклятие, то есть заклятие, снимающее заклятие тёмных сил. Ты, Агата, останешься со мной. Чтобы дождаться помощи, мне, хоть я и волшебный зверь, нужно пить. Без еды я спокойно могу обходиться, а вот без воды – нет. Кэш и Яга знают об этом, не дают мне воды, тем самым медленно убивая. Агата будет приносить мне воду утром и вечером, пока сюда не доберутся Алексей и Сергей с книгой.
- А я? Что должна сделать я? – поинтересовалась Огонёк.
- Тебе предстоит самое сложное. Если в твоем доме начнется тревога, если вас станут искать там, в мире обычных людей, Кэш сразу же об этом узнает и поймет, что выхотите освободить меня. Он усилит охрану своего царства, наложит новые заклятия. Алексей не сможет пробраться сюда, Сергей не сможет найти книгу. Поэтому ты, Огонёк, должна сейчас же вернуться домой, объяснить всем, что твои гости по каким-то причинам вернулись к своим родителям. Придумывай что хочешь, лишь бы тебе поверили.
- Как так?! – возмутилась Огонёк, - все будут тебе помогать, рисковать жизнью, а я, я буду сидеть дома! Я не согласна!
- Не согласна? А не ты ли только что говорила, что сделаешь все, чтобы помочь мне?
- Говорила! И сейчас скажу! Я готова что угодно сделать. Но ты, ты предлагаешь мне ничего не делать! Сидеть дома и придумывать сказки, пока ребята тут… В общем, я не согласна!
Единорог ничего не ответил Огоньку. Он лишь тяжко вздохнул и снова лёг на холодный каменный пол. Его фиолетовые глаза погасли, как будто из них ушла надежда, ушла вера, ушла жизнь. И ребята молчали. Лишь Сергей пробормотал что-то вроде: «Эх ты!» Глаша отвернулась, а Агата не отводила от лица Огонька своих карих глаз, взгляд которых вдруг стал очень пронзительным и холодным. Таким холодным, что у Огонька словно застыло сердце в груди. И она сказала, тихо-тихо, каким-то чужим голосом: «Простите меня. Я все поняла. Я сделаю то, что должна сделать!»
Единорог приподнял голову:
- Прежде всего, я дам вам обереги. Сергей, вырви пять волос из моего хвоста. Не бойся, мне не будет больно. Ты, Глаша, вырви семь волос из моей гривы. Потом сплети из пяти волос пояс, это будет оберег Сергея. А из семи волос сплети ободок на голову, это будет твой оберег. У тебя, Агата, останется перстень. К сожалению, больше оберегов я вам дать не могу. Поэтому тебе, Огонёк, оберега не достанется. Но когда ты в своем доме или рядом с ним, или с кем-нибудь из своих близких, Кэш не сможет тебе навредить. Только ни в коем случае не пытайся, пока все не закончится, проникнуть в подземелье Охотничьего домика или попасть сюда, в царство Кэша. Без оберега первая же попытка станет последней, и ты погибнешь!
Как известно, у Глаши были золотые руки: не прошло и десяти минут, как Сергей уже подпоясался новым серебристым пояском, а сама Глаша надела на голову плетёную повязку.
Первыми покинули царство Кэша Огонёк и Глаша. Единорог велел Агате прикоснуться перстнем к одному из стоящих в зале пультов. В тот же момент в стене образовался проход, по которому Огонёк и Глаша дошли до подземной комнаты, где был найден в тайнике перстень, а потом – до лестницы, ведущей в Охотничий домик. На этот раз им не понадобились мобильники: от Глашиной повязки из волос Единорога исходило сияние, вроде бы и не яркое, но дающее вполне достаточно света, чтобы разогнать тьму подземелья. И люк на этот раз был открыт, так что девочки без всяких сложностей скоро оказались в лесу.
Глава седьмая. Возвращение в «Страну Чудес»
Огоньку и Глаше невероятно повезло: ни мамы, ни Сандры не было дома. А помощница по хозяйству, степенная Ирина Петровна, была так занята своими делами, что совершенно спокойно «проглотила» историю о том, что у Глашиной мамы заболела родственница, поэтому Глаше и Серёже нужно срочно возвращаться домой, чтобы присматривать в отсутствии мамы за младшими сестрёнками и братиком. И Агата тоже поедет к ним, с Агатиной мамой вопрос согласован.
Дорога до «Страны Чудес» заняла немало времени. Почти час - от дома Раевских до Москвы автобусом, потом в метро - до железнодорожного вокзала, потом почти полтора часа на электричке, потом – маршруткой до лагеря. В общем, у ворот «Страны Чудес» Глаша оказалась под вечер, когда на лес и озеро опускались летние сумерки.
Девочке казалось, что, преодолев столь долгий путь, она уже сделала самое трудное. Осталось подойти к проходной лагеря, вызвать Алексея, рассказать ему, что случилось с Единорогом. А дальше – только делать то, что скажет взрослый, умный друг,представитель Добрых сил. Но, как только Глаша вышла из маршрутки и направилась к проходной лагеря, у неё вдруг жутко разболелась голова. Сначала девочка не придала этому особого значения: она устала, не ела с утра (конечно, Огонёк снабдила её деньгами, но Глаша не хотела тратить время на покупку еды, о чем теперь горько пожалела). Однако с каждым шагом по направлению к проходной головная боль становилась все сильнее, пока не стала нестерпимой. И – вот странно – Глаше вдруг показалось, что причина боли – ободок из волос Единорога. Он, словно железный обруч, сжимал голову.
Девочка остановилась. Боль перестала нарастать. Тогда Глаша сделала шаг в сторону от проходной. Боль чуть-чуть отпустила. «Странно, - подумала Глаша, - ободок словно пытается мне помешать подойти к проходной. Но это ведь – оберег, значит, тем самым ободок оберегает меня от чего-то. Но от чего?». Девочка, подумав, зашла за густые кусты сирени, обрамляющие дорогу к проходной. И в тот же самый миг из проходной, весело смеясь, вышли две женщины: незнакомая полная брюнетка и… Глаша чуть не вскрикнула! Это была Ядвига! Яга, которую еще утромона видела в царстве Кэша!
Ядвига проводила незнакомку до автобусной остановки и вернулась в лагерь. Только теперь Глаша поняла, от какого несчастья защитил её ободок! Не спрячься девочка за кустом, Ядвига, увидев её, сразу же поняла бы, что Глаша пришла сюда за Алексеем. Впрочем, не будь у неё оберега, Яга учуяла бы и нашла её в любом убежище.
Что же делать теперь? Идти в лагерь через проходную ни в коем случае нельзя. А другими путями в «Страну Чудес» не проберешься, разве только со стороны озера. Но и этот путь был закрыт для Глаши – она не умела плавать.
Девочка растерялась и упала духом. Но тут из проходной на велосипеде выкатил рыжий мальчишка, а за ним выскочил, весело лая, большой пёс «дворянской породы». Глаша еле сдержалась, чтобы не закричать от радости: и сын сестры-хозяйки Стёпка, и пёс Пират были её старыми добрыми друзьями. Но, помня о том, что где-то поблизости может быть Ядвига, Глаша дождалась, пока Стёпка не подъехал совсем близко, и лишь тогда окликнула его.
Встреча получилась бурной. Пират звонко лаял и облизывал Глашины руки, а Стёпка не мог прийти в себя от неожиданности:
- Глаша, ты как тут оказалась? И почему в лагерь не идешь? А где Огонёк, Агатка, Сергей?
- Стёпка, милый, я потом тебе все-все расскажу, ладно? Сейчас – это дело жизни и смерти – мне очень нужен Алексей. Он в лагере?
- Конечно, в лагере, - немного обижено проворчал Стёпка, - куда ж он денется.
- Стёпа, пожалуйста, вернись в лагерь, скажи Алексею, что я его тут жду. Только чтобы ни одна живая душа этого не видела.
- Ой, ну ты прямо детектив устроила, - продолжал ворчать Стёпка, - ладно, приведу я Алексея, не волнуйся.
Не прошло и десяти минут, как Стёпка, уже второй раз за вечер, выехал на велосипеде из лагеря. Видимо, Алексей дал парнишке чёткие инструкции, поэтому он проехал мимо куста, за которым пряталась Глаша, не подав знака, ни сказав слова. А еще через пять минут из проходной не торопясь, перекидываясь какими-то шутками с охранником, вышел Алексей в сопровождении Пирата. Прогулочным шагом он миновал куст сирени, и только Глаша услышала его слова: «Там за кустом тропинка, иди по ней, я тебя встречу».
Тропинка вывела Глашу на берег озера. Алексей уже ждал девочку. Выслушав её рассказ, он на секунду задумался.
- Значит, действовать будем так. Я немедленно отправляюсь на помощь к Единорогу.
- А я? Разве я не пойду с вами?
- Нет. В царство Кэша ты со мной не пойдешь, это слишком опасно. Вернуться в дом к Огоньку ты тоже не можешь…Как вы объясните, что ты вернулась, родителям Огонька?
- И домой мне нельзя одной, без Сергея, возвращаться! – сказала Глаша, - можно, я с вами пойду? Я вам пригожусь там, правда, пригожусь!
- Тоже мне, царевна-лягушка, - невесело ухмыльнулся Алексей, - впрочем,непонятно, что с тобой делать. Не оставлять же тебя тут, в лесу… Можно было бы тебя отвести в деревню к Стёпке, да тоже опасно – Ядвига может пронюхать… Ладно, пойдешь со мной. Но будешь делать все, что я тебе скажу, понятно?
- Понятно, - обрадовалась Глаша, - все-все сделаю!
Глава восьмая. Библиотека Ивана Грозного
Когда Огонёк и Глаша отправились выполнять свои задания, Агата заметила, что Единорог устал.
- Ты ведь пить хочешь! Как мы об этом забыли! Давай мы с Сергеем раздобудем воды и напоим тебя!
- Спасибо, Агата, но я потерплю еще немного! – ответил Единорог, - Сергею нельзя терять не минуты, поэтому сейчас слушайте меня очень внимательно.
И Единорог рассказал ребятам о Либерее. Так, от латинского слова «liber», т.е. «книга» называлась библиотека, а еще точнее - коллекция книг и документов, которую многие века собирали византийские императоры. В те времена книги были мало похожи на современные и стоили очень-очень дорого. В Либерее хранились и мессопотамские книги, переписанные с глиняных табличек на матерчатые свитки, и египетские свитки, и пергаментные фолианты, и бумажные списки, и даже первые печатные издания. Когда Константинополь, столицу Византии, захватили турки-османы, Либерею вывезли в Рим. Потом византийская царевна Софья Палеолог вышла замуж за московского князя Ивана III и получила Либерею в приданое. Так бесценная библиотека попала в Москву.
Внук Софьи Палеолог, Иван Грозный, стал последним владельцем Либереи. Последним – потому что в период его правления библиотека бесследно исчезла. Никто не знает, когда и куда она пропала. Одни думают, что Либерея сгорела, другие утверждают, что её спрятал сам Иван Грозный. А некоторые вообще сомневаются в том, была ли такая библиотека изначально, а если и была, то попала ли она в Россию.
- А еёпробовали искать? – не выдержала Агата.
- Еще как пробовали, - ответил Единорог, - много веков её ищут. Где только не искали: и в Москве, прежде всего – в Кремле, и в Коломенском, и в Александровой слободе.
В Кремле и в Коломенском ребятабывали. Почему именно там искали библиотеку, понятно – в Кремле Иван Грозный жил, а в Коломенском дворце любил праздновать свои именины. А вот про Александровскую слободу вроде что-то проходили по истории, но не вспомнить теперь, что за слобода такая. Об этом Агата и спросила у Единорога.
- Александровская слобода, теперь это город Александров, недалеко от Москвы, во времена правления Ивана Грозного стала фактически второй столицей русского царства. Царь там долго жил, оттуда и страной правил. Но вы меня не дослушали. Еще Либерею искали в Вологде, где Иван Грозный тоже подолгу жил. Но нигде не нашли и следов библиотеки.
- Я так понимаю, что нужная нам книга с анти-заклятиями хранится в Либерее? – спросил Сергей.
- Да, ты правильно догадался.
- Значит, библиотека все-таки существовала и была привезена в Россию, – сказала Агата.
- И это верно, - кивнул головой Единорог.
- Но как же Сергей сможет найти Либерею, если даже следов её не смогли отыскать настоящие ученые, исследователи? – засомневалась Агата.
- А Сергею не придется искать библиотеку. Когда я сказал, что никто не знает, куда исчезла Либерея, под словом «никто» я подразумевал – никто из людей. Но я знаю место, где хранится бесценный клад. Люди не могут найти Либерею потому, что добрые силы охраняют её от тёмных.
Единорог рассказал ребятам, что в 1571 году крымский хан Девлет-Гирей совершил очередной набег на Русь и сжег Москву. Тогда Иван Грозный бежал со своими опричниками через Александровскую слободу и Ростов на Белое озеро. От Белого озера можно было добраться в надежные крепости-монастыри на Валааме илиСоловках. А можно было повернуть к Вологде и укрыться там. Семья царя поехала в Вологду, но сам Иван Грозный некоторое время прятался на Белом озере. Казну царя везли в Вологду мимо Белоозера на сотне телег, а назад привезли только на сорока. А еще царь казнил всех своих ближних охранников под надуманным предлогом: мол, «побежали, не уберегли Москву от «поганых».
- Я поняла, Либерея спрятана в Белом озере? – спросила Агата.
- Нет, конечно не в озере, - улыбнулся Единорог, - Сергею не придется нырять на дно, не бойся.
И Единорог рассказал, где именно спрятана Либерея…
В отличие от Глаши, отправившейся в «Страну Чудес» «человеческим», как выразился Единорог, способом, Сергею предстояло попасть в Белозерск, маленький городок в Вологодской области, с помощью волшебных сил. Конечно, из Москвы в Вологду или Череповец ходят поезда, а из Вологды и Череповца до Белозерска пассажиров возят автобусы. Но, во-первых, у Сергея не было денег на билеты. Во-вторых, все эти переезды отняли бы очень много времени. В-третьих, и это самое главное препятствие, во время долгого пути Сергей мог привлечь внимание тёмных сил.
Итак, получив чёткие инструкции от Единорога, Сергей при свете своего оберега-пояса быстро преодолел путь по подземелью и без приключений вышел через Охотничий домик в лес. Затем мальчик спустился к реке, но не к лодочному сараю, где его могли заметить домочадцы Огонька, а там, где к воде не вела ни одна тропинка, пришлось пробиваться через непролазные кусты.
Добравшись, наконец, до реки, Сергей осторожно вытянул из своего пояса-оберега один волос Единорога и бросил его в воду. Волос поплыл по поверхности воды, а Сергей чётко, но тихо произнес заветные слова:
- Мавка, мавка, не сердись,
Предо мною появись,
Помощь мне твоя нужна
Коль не явишься – беда!
Сергей часто слышал рассказ о встрече Глаши, Огонька и Агаты с мавками в «Стране чудес», но сам никогда не видел загадочных, прекрасных и опасных дев-русалок. Поэтому ему стало немного страшно, когда он заметил, что вода вокруг волоса Единорога словно сгустилась, а потом показалось голубовато-бледное прекрасное лицо, обрамленное нустыми золотисто-зелеными волосами. Мавка длинными тонкими пальцами взяла волос Единорога и вплела его в свои волосы. Сергею показалось, что лицо русалки слегка порозовело, словно от удовольствия.
- Что тебе нужно, человек? – спросила мавка кристально-чистым нежным голосом.
- Помощь, - Сергей очень старался говорить твёрдо и чётко, - нужна помощь, но не мне, а Единорогу. Ты должна помочь мне добраться до Белого озера. А потом помочь вернуться обратно.
Сергей очень боялся, что мавку придется как-то уговаривать, убеждать. Но его опасения были напрасны. Лицо русалки не выразило ни удивления, ни гнева, она не стала задавать никаких вопросов, лишь кивнула, словно отдавая приказ немного подождать, и исчезла под водой. Через несколько минут мавка вернулась, да не одна, а с подругой. Впрочем, скорее это была не подруга, а сестра-близнец первой мавки – их невозможно было отличить друг от друга.
Мавки подплыли к берегу и протянули Сергею что-то, похожее на связку водорослей. Оказалось, что это – странное одеяние, вроде мешковатого комбинезона. Удивительно, но мокрый снаружи, внутри он был абсолютно сухим. Сергей нарядился в комбинезон («Наверное, я похож на чучело!» - подумал он). Мавки потребовали, чтобы мальчик полностью закрыл лицо огромным капюшоном. И – еще одна странность – сквозь ткань, накинутую на лицо, Сергей прекрасно видел окружающее.
- Теперь ты готов, - сказала одна из мавок, - ныряй в воду, держись за наши плечи и не мешай нам делать свое дело.
Аккуратно ступая, Сергей зашел в воду поглубже и нырнул. Теперь он уже ничему не удивлялся: ни тому, что костюм не пропускал воду, ни тому, что не чувствовал холода и мог свободно дышать под водой. Мальчик положил руки на плечи мавок, и… Сначала он даже не понял, что плывёт, причем с очень большой скоростью. Но потом чувство неимоверного восторга охватило Сергея. Так бывает, когда мчишься на лыжах или санках с высокой горы, или когда несешься вниз на американских горках, или когда кружишься на карусели. И страшно, и весело, и хочется, чтобы все это продолжалось еще и еще!
Что видел мальчик? Чаще всего окружающее сливалось в какой-то странный калейдоскоп, из которого лишь время от времени глаз выхватывал что-либо определенное. Усатый рак на дне. Стая маленьких рыбок. Дно маленькой лодки там, наверху. Луч солнца, прорезающий водную гладь до самого дна. Огромный сом под корягой.
Потом, когда вся эта история осталась в прошлом, Сергей изучил проделанный путь по карте. Дом Огонька стоял на Москве-реке, на юге Московской области. Мавки «прокатили» Сергея по Москва-реке, в том числе в самой Москве, мимо Кремля, и Парка Горького, и Воробьевых гор. Здесь, в городе, над ними впервые стали появляться большие «тени» - днища прогулочных теплоходов. На территории Москвы появились и первые «каменные мешки» - шлюзы.
Потом по каналу имени Москвы и водохранилищам они пробирались к Волге. На канале шлюзы были большими, в них приходилось делать остановки, и Сергей чувствовал себя неуютно: с двух сторон – каменные стены, наверху- днища огромных теплоходов и барж. По Волге и потом, по Рыбинскому водохранилищу, мавки мчались «с ветерком», если такое выражение применимо к подводному плаванию. Здесь Сергею понравилось – много рыб, в том числе крупных. Потом опять были шлюзы, за ними – река Шексна, Волго-Балтийский водный путь. А вытекала река Шексна как раз из Белого озера.
Когда мавки с Сергеем вынырнули на поверхность воды, над Белым озером садилось солнце. Мальчику предстояла трудная ночь, но красота заката не оставила его равнодушным. В небе словно пылал костёр, отражаясь в совершенно неподвижных озерных водах. «Мы будем ждать тебя тут утром», - сказала одна из мавок, и они скрылись под водой. Сергей, убедившись, что поросший камышом берег абсолютно пуст, вылез из воды, снял и спрятал под приметным большим камнем свой комбинезон и отправился в город. Белозерск был неподалеку – россыпь маленьких домишек, главы храмов и земляной вал вокруг Кремля.
Торопиться было некуда – в Либерею Сергей должен был попасть ночью, чтобы не привлечь ненароком внимания жителей городка или туристов. Библиотека была спрятана в самом старом храме города – церкви Успения, построенной по приказу Ивана Грозного вне Кремля, на посаде, на самом возвышенном месте в городе. Западный угол храма когда-то венчала Часозвоня. А вот в северо-западном углу в стене спрятана внутренняя лестница, ведущая в крохотное помещение, камеру-тайник почти под самыми сводами храма.
Жители Белозерска прозвали каморку «кельей столпника». Единорог рассказал, что столпниками называли христианских святых, которые избирали особый вид подвига — непрерывную молитву на «столпе» (открытой возвышенной площадке, камне, башне и т. п.). В белозерской «келье столпника» есть каменная лежанка, а в восточной стене – углубление для икон. В полу каморки - небольшое отверстие, переходящее в узкий каменный колодец до самой земли. Белозерцы, прозвавшие каморку «кельей столпника», думали, что по этому колодцу в келью подавалась отшельнику пища. А ученые удивлялись: как же так, в Белоозере жил подвижник-столпник, но никаких упоминаний о нем нет: ни преданий, ни упоминаний, ни легенд – ничего!
Ученые выдвинули другую версию происхождения каморки: она могла быть служебным помещением для обслуживания механизма часов, ведь это же Часозвоня! А отверстие и колодец могли быть шахтой для гирь привода механизма часов. На самом деле ни одна, ни другая версия не имели ничего общего с реальной действительностью. Именно тут, в толстых стенах Успенского собора, была спрятана Либерея.
До самой темноты Сергей бродил по городу. И только когда на улицах не осталось ни одного человека, он направился к храму Успения. Мальчику, конечно, было немного не по себе. Но за плечами Сергея было столько необычайных и опасных приключений, что он смог справиться с волнением. Подойдя к запертым дверям храма, мальчик вытащил и пояса-оберега волос Единорога и протолкнул его в отверстие самого большого замка. Несколько лет назад в храм проникли воры и украли Царские врата, с тех пор здесь появились и надежные замки, и сигнализация. Но волос Единорога, конечно, сильнее любых людских ухищрений. Легкий щелчок – и дверь в храм открылась.
Сергей вошел в церковь, тщательно притворив за собой дверь. Пояс-оберег осветил древние стены, иконы, каменный пол. Точно следуя указаниям Единорога, мальчик нашел внутреннюю лестницу и поднялся по ней в каморку. Увидев отверстие в полу, Сергей пришел в ужас: разве может человек, даже худой, как он, мальчишка, пролезть в этот узкий колодец? Но, видимо, пояс-оберег и тут помог: когда Сергей, как и велел Единорог, шагнул в отверстие, вернее, прыгнул, сразу обеими ногами, оно словно разверзлось под ним, и мальчик почувствовал, что стремительно падает вниз. Чтобы замедлить падение, он раздвинул руки. Миг – и ноги Сергея уже на земле.
Тут, внизу, колодец расширился настолько, что мальчик мог спокойно поворачиваться, поднимать и опускать руки. При свете пояса-оберега он внимательно осмотрел стены. Не сразу, но нашел то, что искал: в одном из старинных кирпичей было отверстие в виде единорога, точно такого, как на печати оставшегося у Агаты перстня. Сергей привычным уже движением вытянул из пояса еще один волос (теперь пояс стал тонким, ведь в нем осталось лишь два волоса) опустил его в отверстие. Раздался скрежет, как будто кто-то пытался открыть заржавевший железный замок, и стена колодца отодвинулась в сторону, открывая вход в Либерею.
В темноте, разгоняемой лишь призрачным светом пояса-оберега, Сергей увидел множество обитых железом сундуков, стоявших друг на друге и занимавших всё пространство подвального помещения. Для того, чтобы найти среди содержимого этих сундуков единственную нужную книгу, понадобилось бы много часов, если не дней. Но Сергей и не собирался искать книгу с анти-заклятиями сам. Мальчик вытащил из пояса-оберега еще один волос Единорога и, положив его на каменный пол, отошел в сторонку. Через несколько секунд какая-то быстрая тень метнулась к волосу, завертелась вокруг него, и… Зрелище было, скажем прямо, не из приятных. На Сергея смотрел огромными светящимися в темноте глазами то ли змей, то ли червяк, в общем, какой-то монстр. Вокруг его землистого длинного тела обвивался в виде причудливого украшения волос Единорога.
- Ты кто? – неожиданно тонким голоском прохрипел монстр.
- Я – Сергей. Меня Единорог прислал.
- Ну, это я и без тебя понял, - прохихикал монстр, - а я – Книжный Червь. Ты книги любишь?
Честно говоря, Сергей никогда не любил читать. Лишь после знакомства с Агатой и Глашей он, под большим давлением девочек, начал читать. И в последнее время даже стал получать от чтения немалое удовольствие. Поэтому мальчик почти не соврал Книжному Червю, ответив положительно на его вопрос.
- А вот я их ненавижу. Книги эти. Представь себе, я 444 года сижу тут один одинёшенек, охраняю книги. Никто ко мне не приходит! Крыс я сразу же отсюда прогнал, чтобы они книги не погрызли. Червяки раньше иногда заползали, да тут им поживиться нечем. Так и сижу тут один! Книги перечитал по сто раз каждую, все наизусть выучил. Сдох бы от скуки, да мы, книжные черви, практически бессмертны! Хоть бы скорее нашли эту библиотеку люди! Книги бы забрали, я бы от работы своей проклятой освободился. Замаскировался бы под обычного червя, дождевого ушел бы жить в лес, там и воздух свежий, и бабочки, и комары, и лягушки…
Сергей понял, что, если не прервать Книжного Червя, он будет еще долго рассуждать о своей будущей жизни в лесу:
- Извините, но я очень тороплюсь! Я должен спасти Единорога! Пожалуйста, найдите поскорее мне книгу с анти-заклятиями!
Книжный Червь тяжело вздохнул и, не сказав ни слова, исчез за сундуками. Только теперь, оставшись в одиночестве, в сумраке и холоде подвала, Сергей ощутил, как сильно он устал. Мальчик присел на корточки, прислонившись к сундуку, и сам не заметил, как заснул.
- Эй! Сам говорит, торопится, а сам спит! – недовольный тонкий голос Книжного Червя разбудил Сергея.
Червь восседал на небольшом, но толстом томике в кожаном переплёте. Сергей поблагодарил своего нового знакомца и направился к колодцу. Только сейчас мальчик задался вопросом: а как же он сможет подняться вверх? Книжный Червь словно подслушал мысли Сергея:
- Не бойся, колодец узкий, и с обеих сторон в стенках выдаются кирпичи, вроде ступенечек получается. Скажи там Единорогу, что мне тут скучно…Прощай!
Путьнаверх занял куда больше времени, чем спуск. Когда Сергей выбрался из храма, на горизонте, над озером, уже занималась заря. И как будто маленький отблеск вдруг промелькнул возле глаз мальчика. Это был светлячок. Сергей, хотя и помнил о том, что надо торопиться, поймал светящегося жучка, вернулся в церковь, взбежал по потайной лестнице в «келью столпника» и выпустил светлячка в колодец. Огонёк исчез в темноте, а еще через миг тонкий голос Книжного Червя радостно завопил: «Спасибо! Спасибо! Теперь у меня есть друг!»
Нужно было спешить. В условленном месте Сергея ждали мавки…
Глава девятая.Друзья Алексея
«Интересно, куда мы едем?» - думала Глаша, пытаясь увидеть хоть что-то в пролетающей за окнами машины темноте. Пока Алексей договаривался с руководством лагеря об отгуле, а Глаша ждала в укромном месте на берегу озера, совсем стемнело. И теперь они ехали на попутной машине. Куда?
Наконец, машина остановилась на узенькой деревенской улице, у открытой калитки, из которой тут же выкатился смешной мохнатый пёс и звонко залаял. Впрочем, в лае слышалась не столько угроза, сколько желание показать, кто в доме хозяин.
На лай собаки потянулись и люди. Сначала вышел малыш лет пяти, тащивший в одной руке непомерно большой игрушечный меч, а в другой – щит. Затем из калитки выбежала девочка-подросток, такая рыжая, что, казалось, её волосы светятся в темноте. Наконец, появились и взрослые – высокая белокурая женщина и мужчина, судя по пламенной шевелюре – отец рыжей девочки.
Увидев Алексея, все обрадовались, причем каждый выражал радость по-своему. Пёс залаял еще громче и прыгал, пытаясь лизнуть гостя в лицо. Малыш обхватил ноги Алексея и заорал: «Ура, сейчас за грибами пойдём!» Рыжая девочка звонко чмокнула гостя в щеку и с любопытством посмотрела на Глашу. Женщина приветственно улыбалась, а хозяин дома обнимал друга и со всей силы стучал по его спине.
Пригласив гостей в дом, хозяева (отец - Иван, мать – Анна, дочь – Настя, сын – Саша) угостили их замечательно вкусным ужином. Изголодавшаяся Глаша накинулась на вкуснейшую уху, картошку с грибами и яблочный пирог и не сразу заметила, что в уютной кухне остались только она, Настя и Саша.
- А где Алексей? И твои родители?
- Секретничают в саду, - ответила Настя, - вы ведь не просто так к нам в гости заехали, а по делу, я сразу поняла!
Глаша испугалась – вдруг Настя начнет задавать всякие вопросы, а что отвечать? Какие тайны можно открыть, а какие нужно хранить? Но Настя не стала ни о чем спрашивать. Видимо, в этот дом часто приходили «по делам», и девочка привыкла не задавать лишних вопросов.
- Ты наелась? Не очень устала?
- Спасибо, очень все вкусно было. Даже усталость куда-то ушла, - честно ответила Глаша.
- Хочешь, я покажу тебе…
Но Настя не успела сказать, что именно она хочет показать гостье, потому что её перебил братишка: «Нет, сейчас я Глаше буду своё показывать! Меня мама скоро спать уведёт, и Глаша не увидит самого главного!»
«Самым главным» оказались сокровища маленького Саши: те самые меч и щит, с которыми он встретил гостей у калитки, новенький двухколёсный велосипед, четыре живых пушистых кролика в сарае, и настоящий шалаш в саду. Здесь, в шалаше, Саша нечаянно и заснул. Пришлось Насте и Глаше перетаскивать иалыша в дом, в кровать.
Теперь гостья осталась в полном распоряжении Насти. Девочки поднялись на второй этаж дома. Там, в комнате с большими окнами (днем здесь, наверное, очень много солнечного света), стояла деревянная подставка, на ней – большая подушка.
- Что это? – удивилась Глаша.
- Это – козлы, это – валик. А это (Настя показала на свисающие деревянные палочки) – коклюшки.
- Ой, я поняла, это для плетения кружев, да? Это твоя мама плетёт?
- Нет, не мама. Это я плету кружева.
И Настя показала свои работы: маленькие кружевные воротнички, и салфетку. Узоры были не слишком сложными, но красивыми.
- Где ты научилась? – спросила Глаша.
- Здесь, в нашей деревне. У нас тут старушка есть, Дарья Алексеевна, она раньше в Вологде жила, работала на фабрике кружевной. Мама послала меня бабушке этой пирог отнести, я увидела кружева, они мне очень понравились. А Дарья Алексеевна предложила мне учиться у неё. Вот так я и стала кружева плести. У меня еще не очень хорошо получается, не все узоры мне по силам, но я обязательно научусь.
- Конечно, научишься! – поддержала новую подружку Глаша.
- Знаешь, я тебе тайну открою, - Настя достала из шкафчика, где хранились её работы, папочку и показала рисунок. Глаша почти не удивилась, увидев поле, колосья пшеницы, цветы и… бегущего по полю единорога с развевающейся гривой.
- Прошлой зимой, - рассказала Настя, - наш Сашка тяжело заболел и попал в больницу в Москве. Там с такими страшными болезнями малыши лежат, с такими… К счастью, Саша наш выздоровел, окончательно, совсем, понимаешь. А другие малыши там лежат… И есть там комната, игровая называется. И вот я решила сделать картину для этой комнаты, чтобы ребята смотрели, и радовались, и легче им было. Только не знаю, получится ли у меня. Мне во сне приснилось вот это все: и поле, и цветы, и единорог. Только теперь сделать надо так, чтобы не стыдно было…
- Сделаешь! – уверенно сказала Глаша, - обязательно сделаешь! И все у тебя получится! И…
Тут Глаша замолчала. А потом, неожиданно для себя, сняла со своей головы повязку, сплетенную из волос Единорога, и осторожно вынула один волосок. Имела ли она права совершить такое? Может быть, без этого волоска оберег утратит свою силу? Глаша не смогла бы ответить на эти вопросы. Но не могла и не сделать то, что сделала. Она протянула волосок Насте и сказала твердым, уверенным голосом:
- Вплети этот волос в кружево свое. И все у тебя получится! И детям твоя картина обязательно поможет!
Настя молча взяла волос. И, хотя она не сказала ни слова, было ясно, что девочка в полной мере осознает бесценность Глашиного подарка.
- Спасибо! Большое, огромное спасибо! – горячо прошептала Настя, - знаешь, я тебе тоже кое-что дам.
Девочка опять полезла в свой шкафчик. Глаша подумала, что Настя хочет подарить ей кружева своей работы, и немного удивилась, увидев, что подарок – потемневшая деревянная палочка.
- Эту коклюшку мне Дарья Алексеевна подарила. Ей, коклюшке, больше ста лет. Дарья Алексеевна говорит, она счастье приносит. Думаю, тебе она очень пригодится, понимаешь?
- Понимаю! – Глаша взяла коклюшку, и ей показалось, что от старого кусочка дерева исходит тепло, - спасибо!
Глава десятая. Алконост
Как только Сергей покинул царство Кощея, Агата отправилась за водой для Единорога. Ей пришлось пройти через несколько залов, таких же огромных и холодных, как тот, где за потайной стеной мучился Единорог. Идти нужно было очень осторожно, прислушиваясь и оглядываясь, чтобы в случае появления Кэша или его слуг немедленно спрятаться. Впрочем, лишь в третьем по счету зале девочке пришлось прижаться к стене за каким-то странным стеллажом, прячась от огромной черной крысы, тащившей в передних лапах корку заплесневевшего сыра.
Наконец, Агата подошла к ведущей наверх лестнице. Такую лестницу, пожалуй, можно было увидеть лишь в царском дворце. Сияющая белоснежным мрамором, выстланная красно-золотым ковром с пушистым ворсом. Но Единорог предупредил Агату: лестница – ловушка для тех, кто попал в Кощеево царство. Ступишь на ковер – и лестница превратится в зияющий провал. Единственный способ подняться или спуститься по этой лестнице – идти по узкой полоске мрамора, незакрытой ковром.
Агата медленно поднималась вверх, переставляя ноги очень осторожно, чтобы ненароком не ступить даже на краешек ковра. Полностью сосредоточившись на подъеме, она не сразу услышала странные звуки. Это было похоже на плач совсем маленького ребенка, или на поскуливание крошечного щенка.
Единорог предупреждал Агату, что Кэш, Горыныч и Яга без конца придумывают всякие новые виды защиты для своего убежища. Поэтому нужно быть очень осторожной, никуда не лезть, не отклоняться от своего пути. Наверное, этот плач-скулёж – новая ловушка для глупых добрячков. Не следует обращать внимания на него, нельзя спускаться с лестницы, нужно спешить, потому что там, в дальней зале, мучается от жажды Единорог.
Так убеждала сама себя Агата. Но в её уши лились жалобные звуки, её сердце сжималось от жалости к неведомому страдающему существу, а её ноги, непослушные ноги, вместо того, чтобы ступать вверх по ступенькам, направились вниз.
Вниз вела совсем другая лестница, металлическая, непокрытая никаким ковром.А под лестницей Агата увидела клетку, на полу которой лежало и скулило странное существо. Больше всего оно было похоже на маленькую голубовато-зеленую птицу с рыжим брюшком, но с совершенно человеческим, прекрасным женским лицом.
- Не плачь! – даже не задумавшись о том, понимает ли её полуптица-полуженщина, сказала Агата.
Существо вздрогнуло, встало на слабые подгибающиеся ножки и подошло поближе.
- Ты кто? – голос у «птицы» был совсем слабый, но необыкновенно красивый.
- Я – Агата. А ты кто?
- Меня зовут Алконост. И я умираю от жажды и голода. А если умру я, то умрут и мои птенцы. Пять дней назад я отложила яйца на морском дне у острова Буяна, через два дня птенцы вылупятся. Если я не помогу им подняться со дна и встать на крыло, они погибнут. И не будет больше на белом свете нас, алконостов. А ведь мы – птицы добра и печали, мы несем людям память и любовь.
- А как ты попала сюда?
- Когда, отложив яйца, я поднялась с морского дна, меня поджидал Горыныч. Он схватил меня и притащил в царство Кощея. Пять дней я не ем и не пью. Я умираю.
- Нет, ты не умрешь! – сказала Агата, - я принесу тебе воды. А что ты ешь? Может быть, я смогу раздобыть и пищу для тебя?
- Ты ведь идешь за водой в Кощеев сад? Там, возле колодца, растут три яблони. На первой -алмазные, золотые и серебряные яблоки, на второй – большие красные наливные, на третьей – мелкие зеленые дички. Тот, кто сорвет яблоки с первой яблони, станет самым богатым человеком в мире. Тот, кто съест красное наливное яблоко, станет бессмертным. Спасти меня от голодной смерти могут только зеленые дички. Но беда в том, что сорвать яблоки можно только с одной яблони. Ты не сможешь стать самой богатой, бессмертной и при этом накормить меня. Тебе придется делать выбор.
- Не такой уж сложный выбор, - махнула рукой Агата. Птица Алконост недоверчиво посмотрела на девочку, но Агата вовсе не кривила душой. Они с мамой часто разговаривали о богатстве и бедности, о счастье и несчастье. И пришли к выводу, что настоящее счастье – любовь, здоровье, дружбу за деньги купить нельзя. Нельзя купить за деньги радость победы, будь это большая победы, например, олимпийская медаль, или маленькая, например, первая сочиненная сказка, или первая выигранная партия в теннис. Значит, богатство не делает человека счастливым, к чему же тогда рвать с дерева алмазные или золотые яблоки?
Бессмертие… Агата, конечно, боялась смерти. И не только своей, но и смерти вообще. Когда она думала, что мама может умереть, ей хотелось спрятаться, как в глубоком детстве, под одеяло и плакать, плакать до изнеможения, до тех пор, пока страшные мысли не уйдут из головы. Из всех, кого она знала, бессмертным был лишь Кощей, Кэш. А зачем бессмертие ей, Агате? Чтобы пережить всех, кого она любит?
В общем, выбор из трех яблонь был очевиден. Агату тревожило другое: разговаривая с Алконостом, решившись напоить и накормить несчастную пленницу, она нарушала все запреты Единорога. И еще девочка все время вспоминала какую-то сказку, где девушка-красавица, нарушив запрет,напоила какого-то пленника, то ли змея, то ли дракона, а он потом всех погубил. Вдруг за образом несчастной птички с лицом красавицы скрывается что-то злое и неведомое? Вдруг это – ловушка?
Агата посмотрела птице прямо в глаза. Глаза были совершенно человеческими, и боль и тоска, отражающиеся в них, тоже были человеческими. «Я принесу тебе воду и яблоки,» - твердым голосом пообещала девочка и направилась к лестнице.
Сад Кощея был невыразимо прекрасным, но при этом от него веяло тревогой, а не покоем, как от обычных земных садов. Узкая тропинка вилась меж высоких деревьев, в кронах которых переливались всеми цветами радуги экзотические фрукты. Наконец, Агата вышла к колодцу, окруженному тремя яблонями. Бросив любопытный взгляд на алмазные яблоки, сияющие, словно маленькие, но необычайно яркие прожекторы, девочка нарвала мелких зелененьких плодов с другой яблони. Вот только куда их сложить?
Агата подошла к колодцу и увидела два ведра: одно, металлическое, привязано цепью к колодезному вороту, второе, деревянное, стоит рядом. Девочка достала воды, перелила её в деревянное ведро, а потом, подумав, бросила туда же яблоки.
Алконост, хоть и была ростом меньше воробья, сразу же выпила почти четверть ведра воды и съела три яблока. Напившись и насытившись, птица почистила заблестевшие враз перышки, а потом сказала голосом сильным и звонким:
- Спасибо, Агата! Оставь мне яблоки, вылей воду вот сюда, в выбоину пола, и иди за водой для Единорога. Да-да, не удивляйся, я поняла, кого ты спасаешь. Я вижу, что у тебя есть перстень-оберег. Но я хочу дать тебе еще кое-то. Возьми вот это перышко и помни обо мне.
- А разве я не должна выпустить тебя наружу, к твоим птенцам?
- Тебе это не под силу. Но, как только ты освободишь Единорога, все темные заклятия рухнут, и я вернусь домой, к своим детям.
Агата взяла лазоревое перышко, вылила воду из ведра, выложила яблоки и поспешила обратно в сад. Она так торопилась, что не смотрела по сторонам и чуть не попала в беду: за поворотом тропинки, на маленькой полянке стояли Яга и Горыныч. Девочка едва успела нырнуть под куст с крупными ягодами, похожими на малину, но размером с апельсин.
- Как же мне надоел Кощей! – говорила Яга-Ядвига, - все ноет и ноет, ноет и ноет.
- Да и мне он надоел! Почему я должен ему подчиняться! Прошли те времена, когда Кощей был самым сильным, самым страшным. Только и осталось у него бессмертие.
- Бессмертие – это тоже сила, - возразила Яга, - пока только он, Кощей, может удерживать здесь Единорога. Но когда Единорог умрет…
- Тогда мы с тобой выпьем из его рога! И станем бессмертными и непобедимыми! А Кощей будет нам прислуживать, да?
- Да… - голос Яги звучал не слишком уверено, и Горыныч это сразу заметил.
- Ты в чем-то сомневаешься?
- Не знаю…Я чувствую какую-то угрозу.
- Угрозу? От кого?
- Сама не знаю. Эти девчонки и мальчишка… Почему они оказались опять так близко от нас?
- Так она же одна осталась, одна девчонка. Остальные трое уехали! – возразил Горыныч.
- Вот это мне и кажется странным. Ну ладно, проверим, все проверим…
К сожалению, Агате не удалось узнать, что и как собиралась проверять Яга: раздался похожий на звонок мобильного звук, над головами секретничающих появился светящийся пузырь, а в нем - изможденное лицо Кэша.
- Вот вы где? – произнес Кощей болезненным голосом, - опять меня одного бросили. Немедленно идите сюда! И принесите ягод послаще.
Яга и Горыныч, натянув на лица маски сочувствия, поспешили вон из сада. А Агата, набрав воды, отправилась поить Единорога.
Глава одиннадцатая. Обман раскыт!
Огонёк никогда не любила ждать, ей не хватало терпения. Но сейчас ожидание казалось девочке самым страшным испытанием, самой тяжелой мукой. Пожалуй, впервые в жизни Огонёк всю ночь не смыкала глаз: сон куда-то пропал, словно его прогнали беспокойные мысли. Как там друзья? Смогла ли Агата напоить Единорога? Нашел ли Сергей книгу с анти-заклятиями? Добралась ли Глаша до «Страны чудес»?
Утром Сандра, пришедшая, как всегда, будить свою подопечную, ужасно удивилась, увидевОгонька «в полной боевой готовности», умытую и одетую. Поковырявшись в яичнице и торопливо выпив чаю, девочка отправилась в лес. Её, несмотря на запрет Единорога, так и тянуло к Охотничьему домику. Но проход в царство Кощея был наглухо закрыт, и Огоньку не оставалось ничего иного, как вернуться домой, чтобы ждать новостей там.
А дома царило неожиданное оживление: к маме Огонька приехали гости! Да не просто гости, а журналисты из любимого маминого «глянцевого» журнала!
- Познакомьтесь, это Агния, моя младшая дочь! Агния, это – Ксения, она будет брать у меня интервью. А Борис – фотограф. Чуть позже у нас с тобой будет фотосессия.
Огонёк не очень-то приветливо поздоровалась с журналистами. Меньше всего ей сейчас хотелось отвечать на дурацкие вопросы и позировать. Но мама Огонька обожала давать интервью и фотографироваться.
- Мам, я пойду, переоденусь, а ты позовешь меня, когда я понадоблюсь!
- Нет, пожалуйста, не уходи, - мило улыбнулась молоденькая журналистка Ксения, - переодеваться совсем необязательно! Мы хотим, чтобы фотографии выглядели естественно. И говорить мы хотим о том, что интересно и тебе, и маме.
Будь это другой день, Огонька бы повеселило такое пожелание: у неё с мамой практически не было общих интересов. Но сейчас девочку интересовала лишь судьба Единорога и друзей, а на эту тему с журналистами не поговоришь.
- Мама сказала, что у тебя много друзей? И они гостят сейчас у тебя? Было бы неплохо, чтобы и они ответили на наши вопросы, - – продолжала Ксения.
- Да, у меня есть друзья. Они гостили у нас, но вчера уехали.
- Как уехали? – всполошилась мама, - почему они уехали? Куда уехали? И почему я об этом не знаю?
Только тут Огонёк поняла, что так и не рассказала маме «легенду», объясняющую неожиданный отъезд друзей.
- Мам, тебя вчера дома не было, а потом я забыла рассказать. У Глаши дома проблемы возникли, с малышами некому сидеть, вот Сергей с Глашей и вернулись домой, а Агатка с ними, помочь им…
- А почему же ты не поехала с друзьями? – поинтересовалась Ксения, но мама не дала возможности ответить на этот, прямо скажем, каверзный вопрос.
- Как ты могла не сказать мне! Я бы сама отвезла ребят! Что теперь подумает мама Глаши! Я должна немедленно позвонить ей и все объяснить!
И прежде, чем Огонёк смогла что-то сказать, мама выхватила свой мобильник и набрала номер мамы Глаши. Это была катастрофа! Огонёк подскочила к маме и вырвала у неё из рук мобильник.
- Да что с тобой? – закричала изумленная мама.
- Мамочка, не звони, пожалуйста, маме Глаши! Пожалуйста, выйдем, и я тебе все объясню!
Следующие пятнадцать минут прошли крайне бурно. Огонёк на ходу придумывала историю, отчаянно врала маме, рыдала, т.е. делала все, лишь бы не допустить, чтобы родители Глаши и Агаты узнали о том, что их дети находятся неизвестно где. К счастью, мама Огонька не любила принимать ответственных решений и всегда избегала опасных или неловких ситуаций. Поэтому она заявила, что вечером, когда отец Огонька приедет с работы, он и будет разбираться в происшедшем, решать вопрос с родителями неизвестно куда исчезнувших гостей и наказывать свою непослушную дочь. А сейчас они вернуться к журналистам, сделают вид, что история с гостями – мелкое недоразумение, и продолжат интервью.
Однако, вернувшись в гостиную, Огонёк с мамой узнали от Сандры, что журналисты уехали.
- Вот видишь! – возмутилась мама, - из-за тебя я потеряла такую возможность! Я так мечтала, чтобы обо мне написал именно этот журнал! Сейчас же отправляйся в свою комнату! Отец приедет, разберется с тобой!
Огонёк только обрадовалась отъезду журналистов и возможности побыть одной. Она забежала в свою комнату и попыталась дозвониться до Глаши. Но мобильник подруги был отключен. И тут в комнате послышался какой-то шорох.
- Сидит тут. По телефону названивает. А беда вот-вот нагрянет!
Конечно, это ворчал Евграф. Домовой уселся на коврик и, покачиваясь из стороны в сторону, бил себя лапой по круглой взъерошенной голове.
- Какая беда? О чем ты? – испугалась Огонёк.
- Какая беда? Ты что, слепая? Ты не видишь ничего что ли? Не узнаешь?
- Да что я не вижу? Кого не узнаю? – теперь уже не пугалась, а злилась Огонёк, - говори толком!
- Ягу не узнаешь, вот кого. Ну ладно, Горыныча не узнала, ты его и видела то лишь раз, но Ягу-то ты хорошо знаешь!
Огонёк решила, что Евграф думает, что она не узнала Ягу и Горыныча, когда увидела их в царстве Кэша, и поспешила развеять опасения домового.
- Да я сразу Ягу узнала! А Горыныча мы в царстве Кэша впервые видели, но тоже сразу догадались, кто это. И про опасности все понимаем. Скоро Сергей с Глашей вернуться, и…
- И попадут в засаду! – захныкал Евграф, - теперь ведь тёмные знают, что вы что-то замыслили! Сама же виновата, что маму свою не предупредила!
И тут в голове Огонька словно кто-то фонарик включил, и фонарик этот высветил лица журналистки Ксении и фотографа Бориса. И незнакомые лица вдруг приобрели знакомые черты. Конечно, это были Ядвига и Горыныч! Как она, Огонёк, могла не узнать своих злейших врагов! Теперь тёмные силы знают, что ребята покинули дом Огонька. И готовы встретить их… Что делать? Что теперь делать? Как предупредить друзей, как спасти Единорога?
Немного поразмыслив, Огонёк пришла к выводу: единственный известный Сергею и Глаше вход в царство Кэша – люк в Охотничьем домике. Значит, именно там нужно ждать друзей, чтобы предупредить их об опасности.
Огонёк понимала, как многое теперь зависит от неё и только от неё. Поэтому девочка решила не спешить, а как следует подготовиться к встрече с врагами. Она натянула на себя брюки и футболку цвета «хаки» (так ей легче будет оставаться незаметной), щедро попрыскала себя антикомариным спреем. Подумав, Огонёк засунула в рюкзак бутылку воды, куртку (сейчас жарко, но неизвестно, не придется ли провести в лесу всю ночь), фонарик и перочинный нож (хоть какое-то оружие).
До Охотничьего домика Огонёк добралась без приключений. Нетрудно было оставаться незамеченной – домик окружал густой лес. Теперь следует лишь дожидаться появления друзей. Лес жил своей жизнью: что-то нашептывали ветви деревьев, где-то работал дятел, жужжали комары, прыгали лягушки. Но вот девочка услышала чьи-то шаги. Кто это? Друг или враг?
С той стороны, где внизу под поросшим лесом холмом бежала Москва-река, вышел… Сергей! Огонёк усилием воли сдержалась, чтобы не кинуться к другу, не окликнуть его во весь голос. «Сергей! – едва слышно прошептала она, - иди сюда!» Мальчик от неожиданности вздрогнул и чуть не уронил завернутый в какую-то странную ткань небольшой сверток.
- Огонёк! Что ты тут делаешь? Тебе ведь Единорог запретил приближаться к домику!
Девочка рассказала Сергею о том, что случилось в его отсутствие. Что же теперь делать? Мальчик немного подумал, а потом сказал:
- Что бы там ни было, а я должен отнести книгу Единорогу. И другого входа в царство Кэша мы не знаем. Так что придется мне идти. Я просто буду очень осторожен, и все будет хорошо. У меня ведь есть оберег.
Огонёк посмотрела туда, где должен был быть пояс из волос Единорога, и не смогла сдержать удивления:
- Как так? Почему у тебя теперь не пояс, а всего один единственный волос?
- Потому, что один волос я отдал мавкам, два других послужили ключами, чтобы открыть заветные двери, а один я отдал червю.
- Червю???
- Огонёк, сейчас не время расспрашивать о моих приключениях. Беда в том, что теперь у меня один единственный волос, один оберег. Я не могу отдать его тебе, потому что без него я не попаду в царство Кэша.
- Конечно, не можешь! – согласилась Огонёк.
- Значит, тебе придется оставаться здесь совсем беззащитной, ждать Глашу с Алексеем, чтобы предупредить об опасности.
- Не волнуйся за меня! Я буду очень-очень осторожна, - постаралась успокоить друга Огонёк.
Сергей ничего не сказал, лишь прощально махнул рукой и, стараясь соблюдать осторожность, отправился в Охотничий домик. Через минуту Огонёк снова осталась в лесу совсем одна…
Глава двенадцатая. Град Китеж
Как же сладко спалось Глаше! Какие замечательные снились сны! И так не хотелось просыпаться! Но Анна, хозяйка гостеприимного дома, разбудила девочку ни свет ни заря.
- Просыпайся, Глаша! Скоро солнце взойдет, вам пора в путь!
- Мама, можно, я тоже пойду с вами? –спросила Настя. Её никто не будил, но рыжая девчонка сама вскочила с постели, бодрая и веселая.
- Нет, ты останешься с Сашей, а мы с папой проводим гостей до самого озера. Ты ж понимаешь, они не на прогулку идут…
Настя недовольно поджала губы, но спорить не стала. Напившись вкусного пахучего чая, перекусив пышными оладушками. Анна велела Глаше сложить в холщовый мешок свои вещи и надеть вместо джинсовых бридж и майки красивое льняное платье. Алексей тоже переоделся в рубашку-косоворотку. Гости попрощались с Настей (Саша, конечно, сладко спал) и в сопровождении Анны и Ивана отправились в путь.
Сначала долго шли через лес. А потом… Едва заметная тропинка вдруг вывела их к краю пологого холма над котловиной, в которой, как необыкновенный голубой сапфир, пряталось овальной формы озеро. В тот самый момент, когда лес расступился перед путниками, открывая взгляду водную гладь, взошло солнце. У Глаши просто дух захватило от красоты!
- Что, здорово? – спросил Алексей замершую от восторга девочку, - а ты знаешь, что это за озеро? Нет? Это – Светлояр!
- Тот самый? Где град Китеж?
Алексей кивнул. Глаша помнила, как в «Стране чудес» руководитель исторического кружка рассказывал ребятам легенду о древнем городе Китеже, стоявшем на берегу озера Светлояра. Однажды к стенам города подошли войска хана Батыя. У Китежа совсем не было укреплений, а жители, вместо того, чтобы защищаться, молились. Обрадованные монголы кинулись в атаку, но вдруг из-под земли на них и на город устремились целые потоки воды. Напуганные захватчики бросились бежать, а Китеж вместе со всеми жителями погрузился под воду. И только крест на месте собора был еще долго виден.
Град Китеж и озеро Светлояр прозвали «Русской Атлантидой». Некоторые верят до сих пор, что чистые сердцем и помыслами люди могут найти дорогу в подводный град. И еще: если верить слухам, в тихую погоду из-под воды слышатся голоса людей и звон колоколов.
- Так там правда город, там Китеж под водой? – спросила Глаша у Алексея.
- Не торопись, скоро все увидишь сама, - ответил воспитатель.
Они быстро спустились с холма. Иван отыскал спрятанную в камышах лодку. Анна осталась на берегу, обняв и поцеловав на прощание Глашу. Иван греб очень ловко, и лодка достигла середины озера.
- Теперь, Глаша, вытащи волос Единорога из ободка и кинь его в воду, - приказал Алексей.
Как только серебристый волос поплыл по воде, рядом появилось лицо мавки:
- Здравствуй, Глаша! – поздоровалась речная дева (Все мавки были очень похожи, но, видимо, эта - из Иванова озера, тамошние мавки были старыми знакомыми Глаши, Агаты и Огонька), - чем прикажешь тебе и Единорогу послужить?
- Нам нужно в Китеж, и немедленно, - ответил за Глашу Алексей.
Мавка кивнула и поманила людей рукой. Воспитатель сжал Глашино плечо, и они прыгнули с борта лодки. Конечно, Глаше было страшно, но все получилось совсем не так, как она ожидала. Мгновенное ощущение полета, когда лицо и тело словно обвевал мягкий теплый ветер. Девочка зажмурилась, понима, что сейчас упадет в холодную воду озера, но… В ту же минуту её ноги уже стояли на твердой земле. Вокруг раздавались голоса людей и громкий звон колоколов.
Глаша открыла глаза. Большая мощеная камнем площадь у белоснежного собора. К собору тянутся люди в старинных одеждах. «Словно на съемки исторического фильма попали!» - подумала девочка. Теперь она поняла, зачем ей и Алексею пришлось переодеться: в своих обычных одеждах они сразу бы привлекли тут, в Китеже, внимание.
К сожалению, Алексей не дал Глаше возможности понаблюдать за жизнью легендарного Китежа. Он взял девочку за руку и повёл по ведущей от площади широкой торговой улице. Глаша лишь глазами стреляла по сторонам: вот нарядные девушки обступили продавца лент, бусин и кокошников. Вот смешной толстяк объедается бубликами. Вот малыши выпрашивают у родителей свистульки, в которые так заливисто свистит, рекламируя свой товар, кудрявый паренёк.
Скоро улица стала уже, исчезли торговцы и покупатели. Еще несколько домов – и город кончился. Путники увидели поросший лесом холм, в основании которого чернел провал.Алексей огляделся – нет ли кого поблизости, достал из кармана фонарик, и они вошли в пещеру.
Пещера Глашу сильно разочаровала. Темно. Сыро. И пахнет сыростью. Фонарик Алексея выхватывает из темноты землистый пол, грязные камни-стены. Пещера сужается и превращается в подземный ход, очень похожий на тот, по которому ребята попали в царство Кощея.
Несколько минут путешествия по подземелью – и путники вошли в новую пещеру. Огромную и на удивление светлую. Глаша так и не обнаружила источника света, зато хорошо разглядела подземное озеро, занимавшее почти всю площадь пещеры, необыкновенную изумрудно-зелёную воду, десятки ручейков, сбегающих в озеро со стен, и даже один водопад, льющийся с потолка.
- Глаша, очнись! Нам некогда рассматривать достопримечательности! – окликнул девочку Алексей, - бросай в воду еще один волос!
Глаша послушно выдернула из сильно похудевшего ободка волос Единорога и бросила его в воду, ожидая появления мавки. Но на этот раз волос, лишь коснувшись воды, превратился в небольшую лодочку с одним веслом.
Хлипкая с виду лодчонка оказалась весьма устойчивой и легко слушалась весла Алексея, направившего её к дальнему краю пещеры. Глаша увидела, что здесь из озера вытекает неширокая речка. И вот они уже не в озере, а в речке, которая скрывается под сводом пещеры. Вокруг – узкий туннель, Глаша может дотронуться до стен с обеих сторон, стоит только раскинуть руки.
Тут темнее, чем в пещере, но можно обходиться без фонарика. В сумрачном неизвестно откуда берущемся свете видно, что туннель только кажется необитаемым. Вот под низким сводом висит вниз головой летучая мышь. Вот пробежала по стене яркая зелёно-синяя ящерица. Вот обогнали лодку две небольшие белые рыбки. А в одном месте, когда подземная речка вслед за тоннелем сделала резкий поворот, Глаша увидела на выдающемся в воду камне крошечного, размером с её ладонь человечка. Кто это был – гном? Эльф? Друг? Враг?
Наконец, Алексей причалил к берегу и помог Глаше вылезти из лодки. Куда же они пойдут теперь? Речку убегала под низкий свод пещеры, а они стояли на узком выступе. Алексей заметил недоумение Глаши и указал рукой на свод пещеры. Девочка, приглядевшись, заметила отверстие.
И опять им помог оберег. Следуя указаниям Алексея. Глаша вытащила из него сразу два волоса и подбросила их вверх. В тот же миг волосы чудесным образом удлинились и превратились в тонкие серебристые канаты, свисающие из отверстия в своде пещеры. Глаша и Алексей обвязали каждый свой канат вокруг пояса. Канаты натянулись и потянули путешественников вверх.
Во время подъема Глаша не увидела ровным счетом ничего – так было темно. Наверное, поэтому казалось, что время тянется очень-очень медленно. Но все когда-нибудь заканчивается – вдруг вспыхнул яркий свет. Глаша увидела в окошке на вверху синее небо, золотой круг солнца. Еще минута – и Алексей помогает ей выбраться из колодца в чудесном саду.
Девочка с изумлением увидела, что на одной из трех стоящих у колодца яблонь сияют алмазные, золотые и серебряные плоды. А еще она уловила в воздухе необыкновенно нежный аромат, услышала пение птиц. Жаль, Алексей не дал как следует насладиться всем этим великолепием, особенно приятным после путешествия по подземелью. Но дело – прежде всего! Глаша послушно последовала за старшим другом по тропинке. И почти не удивилась, когда за поворотом они чуть не столкнулись с Агатой. Зато Агата от неожиданности вскрикнула и выронила большое деревянное ведро.
- Ой, вы откуда? Я думала, вы придете через Охотничий домик прямо в зал!
- Потом расскажу, как мы сюда добирались. А ты за водой идешь?
- Да, уже второй раз. За водой для Елинорога, Алконоста я уже напоила и накормила дважды.
Пока Агата рассказывала, кто про птицу Алконост, девочки сбегали к колодцу и набрали воды. Потом осторожно, чтобы не наступить на ковер, спустились по лестнице. Глаша не удержалась, заглянула в клетку Алконоста. А потом они долго шли по пустым залам к темнице, где томился Единорог.
Глава тринадцатая. Ловушка
Глашу и Алексея ждали сюрпризы: во-первых, Единорог выглядел гораздо более сильным и бодрым, чем накануне. Во-вторых, он встретил друзей не один, а в компании с вернувшимся, пока Агата ходила за водой, Сергеем. Девочки кинулись к Сергею, но… В зале вспыхнул яркий, ослепляющий свет и раздался омерзительный голос Кэша:
- Все в сборе? Молодцы, не заставили себя долго ждать. А теперь вы сделаете то, что я скажу.
Испуганные неожиданным появлением врагов (когда глаза привыкли к яркому свету, девочки увидели и Кощея, и Ядвигу, и Горыныча), Глаша и Агата прижались друг к другу. Но Алексей поспешил их успокоить:
- Спокойно! Они ничего не могут вам сделать, у вас есть обереги! Они не могут подойти к нам ближе, чем на три шага. Сергей, дай мне книгу, я прочитаюанти-заклятия, и власть Кощея, как, впрочем, и его мерзкая жизнь, закончится.
К удивлению девочек и Алексея, Сергей несколько замешкался, хотя сверток, в котором, судя по всему, и была заветная книга, держал по-прежнему в руках. Зато Кощей отреагировал сразу же, и очень неожиданно. Он расхохотался во все горло, заразив беспричинным смехом и Ядвигу и Горынычем.
- Конечно-конечно, - сквозь смех проговорила Яга, - вы у нас неуязвимые. Да только оберегов у вашей любимой лошадки на всех не хватило!
Горыныч метнулся в дальний угол зала и через минуту подтащил к Кэшу отчаянно сопротивляющуюся Огонька.
- Впрочем, вы можете убить меня, - почти безразличным голосом сказал Кэш, - произнесите анти-заклятия и спасите человечество. Но, пока вы будете это делать, Горыныч с удовольствием уничтожит вашу подружку.
Ситуация казалась тупиковой. Они могут убить Кощея, но за это придется заплатить страшную цену, ведь тогда погибнет Огонёк. Но, если они не произнесут анти-заклятия, Кощей никого не выпустит живым и своего царства: ни Единорога, ни ребят, ни Алексея.
Как ни странно, молчание нарушил Сергей:
- А если мы отдадим вам книгу, вы нас выпустите?
- Ну конечно, выпустим, - сладким голосом пропела Яга, кинув ехидный взгляд на Кощея, - обязательно выпустим.
- Ты что! – закричала Огонёк, - Серёжка, ты с ума сошел! Не верь им! Они убьют нас!
- Ну почему же убьют? Может, и не убьют…
- Конечно, не убьем, - подключился к переговорам Кощей, - давай сюда книгу, и мы вас выпустим.
- Сергей, не валяй дурака, - зашептала Агата, - это все слова! Как только мы отдадим им книгу, они нас убьют. А потом от жажды и Единорог погибнет. И тёмные силы победят.
- Ну, не знаю, что там будет с Единорогом, а мне жить хочется, - заявил Сергей.Глаша в ужасе смотрела на названного брата, Агата брезгливо отодвинулась от него, но Алексей и Единорог никак не выражали своего презрения к такому предательство, только очень внимательно слушали. Между тем Сергей продолжал:
- В общем-то, Единорога мы недавно знаем. Глаша – моя сестра теперь, девчонки и Алексей – друзья. Книга у меня, поэтому диктовать условия буду я. Книгу мы вам отдадим в обмен на Агнию. Обереги останутся у нас. Учтите, оберег теперь будет и у Огонька, ей Глаша даст волос из своего ободка. Так что убить вы нас не сможете никак. Вы нас отпускаете, мы уходим. Все.
Кощей, Яга и Горыныч переглянулись, пошептались. Потом Кощей проворчал:
- Ладно, договорились. Давай книгу!
- Нет уж! Я знаю, с кем имею дело. Пусть Огонёк выйдет на середину зала, а вы отойдите на десять шагов. Я положу книгу, дам Огоньку оберег, и мы пойдем на волю.
Кэш кивнул в знак согласия. Все получилось ровно так, как сказал Сергей. Он вытащил из ободка Глаши два волоса Единорога, т.е. ровно половину из тех, что оставались. Подошел к Огоньку, обвязал волосы вокруг её руки и положил на пол книгу.
В какой-то момент Агата не выдержала. Она чётко сознавала, что Сергей совершает предательство по отношению к Единорогу, что они спасают Огонька и спасаются сами страшной ценой, ценой победы темных сил. Агата рванулась, чтобы помешать этому предательству, но тут ей на плечо легла твердая рука Алексея, и она услышала еле слышный шепот: «Не смей! Не мешай ему!»
Никто из тёмных не посмел дотронуться до книги с анти-заклятиями. Они даже подойти к ней не посмели. Горыныч лишь вытянул в сторону книги свою, ставшую вдруг похожей не змею, длинную шею, и дунул. Из искривленных губ вырвался язык пламени, книга вспыхнула. Секунда – и только горстка пепла осталась лежать посредине зала.
- Прости, Единорог! – сказал Сергей, - мы сделали все, что могли.
Ухватив одной рукой Огонька, а другой – Глашу, Сергей потянул их к выходу из зала. Следом Алексей вел Агату. Но не успели они сделать и пару шагов, как пол под ними провалился.
- Где мы? – спросила Глаша, когда поняла, что лететь далеко не пришлось.
- Видимо, в подземелье, - ответил Алексей. Судя по кромешной темноте, он был прав.
- Я так и знала, что нас обманут! – прошептала Агата.
- Ну, это было понятно с первой секунды, - спокойно сказал Алексей, - а вот что за игру затеял ты, Сергей?
- Игру? – закричала Огонёк, - и вы еще с ним разговариваете, с предателем!
- Я не предатель! – возразил Сергей, - я все объясню позже, сейчас нам не до рассказов. Важно только одно – книга анти-заклятий тут, у меня! И мы можем спасти Единорога!
Как же сожженная книга оказалась у Сергея? Ребята узнают об этом позже, а тебе, дорогой читатель, я расскажу об этом прямо сейчас.
Оставив Огонька в лесу поджидать Глашу и Алексея, Сергей открыл люк в Охотничьем домике и по винтовой лестнице спустился в подземный ход. Свет оберега позволил ему быстро дойти до тайной комнаты. И вот, когда оставалось только открыть, опять же с помощью оберега, вход в царство Кощея, Сергей услышал какие-то тихие шаги.
- Огонёк, это ты? Почему ты идешь за мной? – немного рассержено спросил Сергей.
- И вовсе не Огонёк это, - проворчал знакомый голос, - и вовсе это я, Евграф.
И, действительно, это был Евграф – маленький, встрепанный домовой с какой-то небольшой, но толстой книгой под мышкой.
- Как ты сюда попал? – удивился Сергей.
- Как-как, ногами пришел, вот как. Без Евграфа вам бы всем беда была.
И он рассказал Сергею, что темные силы приготовили ловушку. Откуда домовой узнал об этом – осталось неизвестным. То ли догадался сам, то ли каким-то образом пробрался в царство Кэша и подслушал секретный разговор.
- Надо сейчас же бежать обратно, предупредить Огонька! – Сергей кинулся было к выходу, но Евграф преградил ему путь.
- Поздно! Тёмные уже схватили Огонька, а Алексей с Глашей уже в саду у Кощея.
- Что же делать? Что делать? – Сергей был близок к отчаянию.
- Слушать меня. Нас спасет вот это! – и Евграф дал Сергею книгу, которую держал под мышкой.
- Гарри Поттер? «Кубок огня»? Ты что, шутишь? Нас Гарри Поттер спасет?
- Ну, эта была самая подходящая по размеру. Быстро спрячь книгу с анти-заклятиями под куртку, только смотри, чтобы не вывалилась, ремнем прихвати. А «Гарри Поттера» заверни в полотно, которое тебе мавки дали, в котором ты книгу с анти-заклятиями держал. Когда тёмные притащат Огонька, торгуйся с ними. Скажи, что согласен отдать им книгу в обмен на Огонька. Когда они согласятся, сразу же надень на Огонька оберег.
- Но они же заметят, что книга не та.
- Не заметят! До книги с анти-заклятиями они дотрагиваться не могут, до полотна мавок – тоже. Книгу они сожгут, вас запрут. Но настоящая-то книга у вас останется, понял?
Сергей сделал все, как велел Евграф, попрощался с отважным домовым и отправился в царство Кэша. А сам Евграф притаился в самом темном углу тайной комнаты. Не прошло и пяти минут, как со стороны подземного хода послышалась возня и дикие крики Огонька.
- Отпусти меня! Отпусти меня сейчас же, Змей недоделанный! Я тебе сейчас руку твою змеиную прокушу!
Судя по раздавшемуся вою, Огонёк сдержала свое обещание. Еще через секунду в комнате появился Горыныч, отчаянно трясущий левой рукой, но правой крепко ухвативший за шиворот вырывающуюся из последних сил девочку. Наконец, Змею удалось затащить свою жертву через открывшийся проход в царство Кэша.
Теперь Евграф уже ничем не мог помочь своим друзьям. Он направился к выходу из Охотничьего домика, что-то тихонько ворча себе под нос.
Глава четырнадцатая. Да здравствует свет!
Агата даже не знала, чему она больше обрадовалась: тому, что не все потеряно, раз книга анти-заклятий цела, или том, что друг оказался не предателем. Но тут в кромешной тьме раздался голос Алексея:
- Ты молодец, Сергей! То, что книга у нас, дарит нам надежду. Но есть одна проблема.
- Какая? – спросила Глаша.
- К сожалению, в отличие от экрана планшета или компьютера, страницы книг не светятся в темноте. И я не смогу прочитать анти-заклятия.
- А мобильники? У нас же есть мобильники! Мы посветим ими! – радостно закричала Огонёк.
- Нет, не посветим, - возразила Агата. Она уже пробовала воспользоваться мобильником раньше и знала, что в царстве Кэша все электронные приборы выходят из строя.
- Да. Кэш – вполне современный злодей, он прекрасно знает, какой силой обладает электроника в умелых руках. Поэтому здесь работают только его компьютеры, - сказал Алексей, - а спичек у меня нет, и у вас, думаю, тоже.
После этих слов мрак в подземелье как будто сгустился еще сильнее. Неужели все пропало? Глаша почувствовала, как по её щекам побежали непрошеные слезы. Девочка потерла глаза, разозлившись сама на себя. Плакса! Хорошо, что в темноте никто не видит её слабости.
И тут, то ли от слез, то ли от того, что она слишком нажала на глазное яблоко, Глаше привиделся какой-то огонёк. Девочка закрыла глаза, потом открыла их снова. Но огонёк никуда не исчез, а стал еще ярче.
- Смотрите, там огонёк! Или это мне только кажется? – с сомнением прошептала Глаша.
- И правда! Я тоже вижу огонёк! – закричала Агата.
Теперь все пленники увидели крошечный, но очень яркий огонёк, который кружил перед ними.
- Да это же светлячок! – удивился Сергей, - самый настоящий светлячок. И мне кажется, что я знаком с ним.
Похоже, Сергей не ошибся. Светящийся жучок сделал еще один круг, словно призывая всех полюбоваться исходящим от его тельца светом, а потом уселся на ладонь Огонька. Сергей быстро вытащил книгу с анти-заклятиями из-под своей куртки. Увы, для того, чтобы разобрать старинные буквы, света было явно недостаточно.
- Сдается мне, это непростой светлячок, - задумчиво произнес Алексей, - Огонёк, ты чувствуешь исходящее от него тепло?
- Да, - ответила Огонёк, - он прямо жжется, только не больно, а приятно.
- Значит, нам нужно сделать что-то типа лучинки, палочку какую-нибудь зажечь. Вот только где её взять…
- У меня! У меня есть палочка, - радостно вскрикнула Глаша, - самая натуральная деревянная палочка!
И она протянула Алексею подаренную Настей коклюшку.
- Ну вот, - удовлетворенно хмыкнул Алексей, - и палочка у нас непростая, особая. С ней анти-заклятия особую силу иметь будут.
Однако, как не подносил Алексей коклюшку к светлячку, силы огонька, видимо, не хватало на то, чтобы поджечь деревяшку.
- Нет, ничего не получается, - расстроилась Огонёк, - я знаю, так костер не зажжешь. Тут что-то вроде фитилька нужно. Бумага, например, но у нас, кроме книги, ничего нет.
- А пёрышко? – встрепенулась Агата, - может, пёрышко поможет?
Агата достала из кармана подаренное Алканостом пёрышко и поднесла к светлячку. Пёрышко ярко вспыхнуло, Алексей протянул к огню коклюшку. В ту же минуту пещера озарилась ярким светом. Конечно, такой свет не могла дать маленькая деревянная палочка. Но ребят чудо совсем не удивило.
Алексей открыл книгу и быстро, но чётко начал читать. Что это были за слова? Нам не дано узнать их. Но ребята, хотя и не всегда успевали понять то, что на старорусском языке читал Алексей, знали, что речь в книге идет о добре и зле, о свете и мраке, о любви и ненависти. И слова эти уносили куда-то вдаль, то ли сон навевали, то ли мечты обращали явью.
А потом царство Кощея исчезло, исчезло без конца. Вот только что они сидели в подвале, и вдруг оказались на опушке леса. Алексей, из рук которого неизвестно куда исчезла книга с анти-заклятиями. Сергей и Глаша. Огонёк со следами ссадин руках, в разорванной майке. Агата с удивленным и радостным лицом. И Единорог – огромный белоснежно-серебристый конь с золотым рогом во лбу и сияющими фиолетовыми глазами.
- Как же ты вырос, - неожиданно, по-детски непосредственно воскликнула Огонёк, - ты же был ростом с пони, а теперь ты крупнее самой большой лошади.
И тут Единорог засмеялся. Его смех, похожий одновременно и на ржание, на пение, и на звон колокольчиков, был очень заразительным и совсем не обидным. Ребята поняла, что Единорог смеется не над словами Огонька, а просто радуется – летнему яркому солнцу, зеленой траве, синему небу, свободе, жизни.
Отсеявшись, Единорог изящно поклонился Алексею и ребятам и сказал:
- Спасибо вам! Хотите, я прокачу вас?
Ну кто ж откажется прокатиться на настоящем живому Единороге? Они легко уместились на его спине, все четверо: Агата, державшаяся аз серебристую гриву, Огонёк, Глаша, Сергей. Вообще-то места на спине огромного коня хватало и для Алексея, но он старший друг с улыбкой отказался: «К сожалению, мне пора возвращаться в «Страну Чудес». До свидания, ребята! Мы еще обязательно встретимся!»
И вот Единорог уже мчится по поросшему цветочным ковром полю. Мелькают под копытами алые маки, и голубые незабудки, и ярко-синие васильки, и фиолетовые колокольчики, и белые ромашки. Ветер свистит, напевая бодрую, боевую песенку. В гриве коня Агата вдруг видит сверкающий даже средь белого дня крошечный огонёк. Спасибо тебе, светлячок! Ты тоже помог общей победе! Теперь ты можешь возвращаться к своему другу – Книжному Червю!
Но что это за тень закрыла на секунду солнце? Чей нежный голос вплетает свой мотив в песню ветра? Кто легонько коснулся Агатиной головы легким взмахом крыла? Это – птица Алконост в сопровождении своих маленьких, только вставших на крыло птенцов поёт песню свободы!
А Единорог все летит и летит вперед. Все ему ни по чем, нет ему преград. Вот неширокая речка на пути, толчок – и Единорог уже одним прыжком переносит своих седоков через речку. Но ребята успели заметить, как взметнулась в приветливом взмахе из воды тонкая рука красавицы-мавки.
Казалось, целую вечность, прекрасную, незабываемую вечность бежал-летел Единорог. Но вот снова опушка, знакомая опушка знакомого леса, через который тропинка ведет к дому Огонька. Ребята спрыгивают со своей чудесной лошади. Пора прощаться, а что сказать на прощание? Как найти слова?
- Единорог, мы увидим тебя еще когда-нибудь? – это Агата задала вопрос, мучивший всех.
- Думаю, друзья всегда найдут путь друг к другу, - ответил, помолчав Единорог.
Он ласково улыбнулся , поклонился друзьям, и поскакал по полю, приминая головки цветов. Вдруг – вот странно, ведь никакого дождя не было, в небе появилась радуга. И по этому семицветному мосту ускакал, исчез из виду Елинорог…
ЧАСТЬ 3. Московские каникулы
Глава 1. Как спасти каникулы
Агата видела такой чудный сон про Единорога, когда раздалась мелодия звонка мобильника! «Нет, нет, не уходи!» - закричала она во сне чудесному белоснежному зверю, но было уже поздно – Единорог скрылся в лесу, окружавшем полуразрушенный Охотничий домик. Ничего не оставалось, как проснуться и ответить на звонок.
- Агатка, я больше не могу! Она все перерешила, все решила без меня! Я её иногда просто ненавижу!
За прошедшие со дня знакомства полгода Агата так хорошо успела изучить свою подружку, что даже спросонья догадалась: Огонёк опять поссорилась с мамой.
- Ты меня разбудила, между прочим, а у меня завтра полугодовая итоговая контрольная по алгебре. И вообще, я ничего не понимаю! Что решили, что перерешили? Так что успокойся и спокойно все объясни.
Успокоиться пылкая Агния, конечно, не смогла, но хотя бы рассказала, что случилось. Еще летом, после того, как в гостях у Огонька ребята спасли из плена Единорога, Агата, Глаша и Сергей получили приглашение провести тут же, в загородном доме Раевских, зимние каникулы. И вот теперь, когда до Нового года остается две недели, мама Агнии решила, что вся их семья должна отправиться в Австрию на горнолыжный курорт.
- Да не нужны мне эти горы и лыжи, если там не будет вас! – орала в трубку Огонёк, -как я теперь в глаза Глаше и Серёжке смотреть буду, что я им скажу?
- Ну, скажешь ты им то же, что и мне. И при этом, надеюсь, не будешь так орать, я из-за тебя уже оглохла на правое ухо... Знаешь что, у меня, кажется, есть одна идея, как спасти каникулы. Сейчас ложись спать, а завтра после уроков я сама тебе позвоню. Надеюсь, у меня все получится.
Утром Агата переговорила с мамой. На уроках она время от времени предвкушала, как обрадует Огонька своей новостью. Но сюрприза не получилось. На шестом уроке от подружки пришла восторженная смс-ка: «Агатка, ты гений! Глашка с Сережкой совсем не расстроились, даже обрадовались! Я тебя обожаю!»
«Конечно, гений», - похвалила сама себя Агата. Отмена поездки к Раевским нарушала планы не только друзей. Мама Агаты договорилась встречать Новый год на даче у подруги, а потом планировала все каникулы посвятить написанию учебника для своих студентов. Придуманный Агатой план спасал положение. Огонёк не едет в ненавистные Альпы. Новый год девочки встречают у Глаши и Сергея. В семье Петровых столько детей (четырнадцатилетний Сергей, тринадцатилетняя Глаша, десятилетняя Агата, семилетняя Агриппина, шестилетняя Агния и трехлетний Агафончик), что две лишние девочки проблемой не являются. Мама Агаты спокойно встретит Новый год у подруги на дачу. Все остальные каникулы Огонёк гостит у Агаты, при этом каждый день они проводят с Глашей и Сергеем, благо те живут, по московским меркам, совсем рядом – одна остановка на метро или двадцать минут пешком. А уж развлекательную программу в новогодней Москве друзья сами себе организуют.
Пока девочки были в школе, Агатина мама успела решить все вопросы с родителями Огонька и Петровыми. Каникулы были спасены!
Тридцатого декабря вечером Огонька привезли к Агате, а утром тридцать первого девочки отправились к Петровым, готовиться к встрече Нового года.
Как только Глаша открыла подругам дверь, девочек чуть не затоптали, не задушили в объятиях и уж точно оглушили радостными криками и визгами. Младшая Агатина тезка повисла на шее Огонька,Агриппина и маленькая Агния обнимали Агату-старшую, а трехлетний Агафончик визжал от восторга и тянул свои ручонки то к одной, то к другой гостье. Хорошо еще Огонёк не растерялась и успела сунуть пакеты с подарками Сергею, чтобы он спрятал их до наступления Нового года.
Переполненный детьми дом Петровых никогда не знал скуки. Предновогодние хлопоты превратили его в самое веселое и непредсказуемое место в мире. Пока Агриппина, Агния-младшая и Агафончик под руководством Сергея украшали новогоднюю елку, Глаша, Огонек и две Агаты работали у мамы Петровых подсобными кухонными рабочими. Папа Петров закрылся в детской комнате и готовил грандиозный сюрприз.
Когда ранним утром 1-го января все, наконец, завалились в кровати, Агата вдруг поняла, что до сих пор, лежа рядом со спящей уже Глашей, улыбается. Как визжали хором малышки и Агафончик, когда, допущенные наконец в свою комнату, увидели, что папа сделал для них своими руками три кукольных домика, между которыми курсировали по железной дороге два паровозика, синий и красный, развозя подарки! Как всплескивала руками Агата Петрова, не решаясь примерить сарафанчик, подложенный под ёлку Огоньком! Какой приятной неожиданностью стали для младших билеты на Кремлевскую ёлку – подарок от Агаты-старшей! Как все «взрослые дети» обрадовались билетам на квест (спасибо Агатиной маме), на мюзикл (спасибо родителям Петровым) и в Большой театр (спасибо родителям Огонька). Как все вместе, большие и маленькие, скакали вокруг новогодней ёлки, горланя песни! В общем, такой шумной и веселой встречи Нового года у неё еще не было!
Первого и второго января доедали новогодние вкусности, играли в разные игры, гуляли во дворе с малышами. Третьего утром Агата с Огоньком попрощались с семейством Петровых и отправились восвояси, т.е. к Агате. Впрочем, с Сережей и Глашей они увиделись уже после обеда – их ждал квест!
Это было так здорово! И так страшно! Правда, в том, что им страшно, признались только Агата и Глаша. А Сергей и Огонек делали вид, что ничуть не пугаются ни темноты в подвале, где проводился квест, ни странных шорохов, ни неожиданно появляющихся предметов. Впрочем, героем дня стала все-таки Агата: именно ей удалось отгадать самую трудную подсказку.
Вечером Агату и Огонька вызвал по скайпу Сергей.
- Девчонки, в наши завтрашние планы придется внести некоторые изменения! – деловым тоном сообщил он. Ребята планировали отправиться в Парк Горького кататься на коньках.
- А что случилось?
- Заболела подруга мамы, она в Подмосковье живет. Папа повезет маму навестить больную, а малышей оставят на нас с Глашей. Так что каток отпадает. Но у нас есть предложение.
- Какое?
- Понимаете, мы сегодня весь вечер рассказывали родителям про квест, а малыши услышали и расстроились. Тоже, говорят, хотим на квест. Вот мы с Глашей и придумали завтра им квест устроить.
- Здорово! А где? В вашей квартире?
- Нет, если они тут клады начнут искать, я лично за сохранность квартиры не поручусь. Мы проведем квест в нашем парке. Вы нам поможете?
- Конечно! – хором воскликнули девчонки. Минут пятнадцать обсуждения – и подготовка к квесту закипела сразу в двух квартирах.
На следующее утро в парке Агату и Огонька с нетерпением поджидало младшее поколение Петровых. Глаша и Сережа с трудом сдерживали малышей. Едва увидев подружек, семилетняя Агриппина закричала:
- Сколько вас можно ждать! Вы где были?
- У нас тут клад! Вот! – подхватила маленькая Агния, протягивая девочкам записку. На желтоватой плотной бумаге большими печатными буквами было написано «Моим потомкам. Я спрятал для вас клад. Ищите там, где орел под липами». Вместо подписи под текстом красовался тщательно нарисованный Глашиной рукой Весёлый Роджер.
- Вы поняли, что орёл под липами – это тут, в парке? - припрыгивала на месте Агата Петрова. «Еще бы не понять», - усмехнулась про себя Агата- старшая. Они с Огоньком уже почти час бегали по парку, рассовывая в условленных местах записки с подсказками и пряча в заветное место сам клад – найденную в закромах у мамы старую жестяную коробку из-под печенья. Теперь туда были уложены вышедшие из употребления монетки, камешки от рассыпавшихся маминых бус и прочие «сокровища», которые Агата так бережно собирала лет семь-восемь назад.
- Ну сто з мы стоит? – вдруг важно сказал Агафончик, - посли сколее, а то мальцишки ланьше нас клад найдут!
И понеслось! Малыши, возглавляемые Агатой Петровой, метались от памятника к памятнику, рылись в сугробах, визжали от восторга, находя подсказки и чуть не плакали, когда долго не могли их найти. Старшие время от времени «наводили» своих подопечных на подозрительный сугроб или на пакетик яркого цвета, застрявший в елочке на клумбе. Не прошло и часа, как малышня почти добралась до заветной цели. «Клад» Огонек и Агата спрятали у железной двери старого бункера. Когда-то это был вход в бомбоубежище. Но, сколько себя помнили не только Глаша, но и её мама, чье детство тоже прошло рядом со старым парком, дверь бункера никогда не открывалась. Огромный ржавый замок надежно охранял бывшее бомбоубежище от искателей приключений. Вот рядом с этой старой дверью Агата с Огоньком и спрятали, щедро засыпав снегом, жестянку с «сокровищами».
Первыми к дверям подскочили Агата и Агриппина Петровы, потом к ним присоединилась Агния-младшая и, наконец, смешно отдуваясь, подкатился Агафончик. Старшие специально отстали, чтобы малыши самостоятельно «нашли клад». Однако поиски что-то затягивались. Агриппина лихо орудовала предусмотрительно захваченной из дома лопаткой, Агния с Агатой разгребали снег руками, Агафончик топтался рядом и мешал сестрам. Но радостных криков не раздавалось.
- Сережа, помоги, дверь заела, не открывается! – закричала, наконец, Агриппина.
- Дверь? Причем тут дверь? Мы ж рядом с дверью спрятали? – Агата удивленно посмотрела на Огонька. Перглянувшись с Глашей, все три поспешили к бункеру следом за Сергеем.
Никакой коробки у двери не было. А замок висел на одной дужке! Сергей изо всех сил потянул заржавевшую дверь, и она поддалась! Сергей включил фонарик в мобильнике и посветил в образовавшуюся щель. Огонек сразу же заметила знакомую коробку.
- Вон, смотрите! – деланно бодрым голосом сказала Агата, - вы все-таки смогли найти клад.
Сергей осторожно открыл коробку и показал содержимое Огоньку. Лишь дождавшись утвердительного кивка, он отдал «клад» на растерзание малышне.
- Девчонки, мне вам надо кое-что сказать, но не сейчас, а дома, когда рядом не будет детей, - быстро произнес Сергей встревоженным голосом, плотно прикрыл дверь и навесил на неё замок. Теперь только очень внимательный человек смог бы заметить, что старая дверь не заперта так надежно, как это было по крайней мере тридцать лет.
Глава вторая. По следам Арчила
Дома у Петровых, накормив малышей и оставив их в детской разбираться с сокровищами, старшие заперлись на кухне.
- Ничего не понимаю! – воскликнула нетерпеливая Огонек, - из коробки ничего вроде не пропало. Кому понадобилось открывать дверь в бункере и перепрятывать «сокровища»?
- Я догадываюсь, кто это сделал, - напряженным голосом сказал Сергей, - вы, конечно, не могли видеть то, что видел я, когда осветил бункер фонариком.
- Сережка, не тяни! Что ты видел? – не выдержала Огонек.
- Там на стене - рисунки. Я не все разобрал, но кое-что увидел очень хорошо. Единорог в клетке. Портрет какой-то старинный. И буквы. Точнее – формула незаконченная. 3А+С
- И что это значит? – растерянно спросила Глаша. Математика никогда не входила в число её любимых предметов.
- Глаша, это мы, - выдохнула Агата, - Агния, Аглая, Агата и Сергей. Три буквы А и одна С.
- Единорог опять в опасности! – сделала вывод Огонёк, - и ждет от нас помощи.
- Думаю, ты права, - согласился Сергей, - родители приедут через часа через полтора-два, будет еще не очень темно. Мы вернемся в парк, осмотрим бункер, изучим рисунок.
- Там наверняка есть подземный ход! В царство Кэша! – глаза Огонька возбужденно блестели, - жаль, у нас теперь нет оберегов. Но мы ведь спасем опять Единорога, да?
- По-моему, ты слишком поспешно делаешь выводы, - остановила подругу Агата, - может, все не так плохо.
- Да, - кивнула Глаша, - не стоит делать выводы раньше времени. А сейчас надо поиграть с малышами. Если они что-нибудь заподозрят, то увяжутся за нами. Или растревожат маму, и она нас не пустит вечером в парк.
Вечерний парк выглядел совсем по-другому. Памятники павшим в далекой войне, в Первой мировой, казались таинственными и навевали грусть. Снежинки в свете фонарей, медленно кружась, падали на дорожки и поблескивали там, как маленькие брильянты.
Похоже, к бункеру никто не подходил с тех пор, как малыши нашли здесь свой клад. На припорошенной снегом тропинке не видно свежих следов, дверь плотно закрыта, замок висит так, как повесил его Сергей.
И вот ребята входят в бункер. Крошечное помещение с бетонным, заваленным мусором полом и бетонными же стенами. Никаких тут нет люков, потайных дверей, проходов или подземных ходов. Лишь на противоположной от двери стене большие рисунки мелом. Единорог в клетке. Внизу – формула: 3А+С. И мастерски нарисованный портрет человека. Мужчина с большими глазами, длинными вьющимися волосами, усами, бородой. Одет в старинный кафтан. В руках – то ли меч, то ли шпага. Взгляд гордый и серьезный. Под этим рисунком тоже сделана подпись. Но не формула, а какие-то странные письмена: არჩილი II .
- Кто это?
- Что это?
Агата и Огонёк выпалили свои вопросы практически одновременно.
- Девчонки, вопросы потом, - остановил их Сергей. Агата, сфотографируй рисунок очень тщательно, во всех деталях. Огонёк, мы с тобой тщательно обыскиваем помещение. Вдруг тут все-таки есть какие-нибудь потайные ходы. Не забудь осмотретьмусор. Ты, Глаша, выходи из бункера и охраняй нас снаружи.
Через полчаса ребята покинули бункер. Никто их не потревожил, но осмотр не дал никаких результатов. Мусор был только мусором: ветки, камни, пыль, фантики, окурки. Ни стены, ни пол не скрывали никаких тайн. Разгадку следовало искать лишь в портрете незнакомца и таинственной надписи на неизвестном языке.
Почти всю ночь в двух московских квартирах кипела работа, результаты расследования бурно обсуждались в скайпе. Но уже в девять утра, на удивление родителям Петровым и Агатиной маме ребята, наскоро позавтракав, вылетели из дома. Надо было спешить – вечером их ждал Большой театр, а до этого предстояло сделать так много!
Но, пожалуй, стоит рассказать сначала о том, что же означали загадочные знаки под портретом незнакомца. Слава Интернету! Поисковик помог «распознать» даже надпись на неизвестном языке. Оказалось, არჩილი - слово, вернее, имя, грузинское ипереводится на русский как «Арчил». Римская цифра II тоже оказалась не случайной.
Специалистом по историческим исследованиям в компании считалась Агата, но в поиске информации помогали все. В результате ребята выяснили, что Арчи́л II - царь Имеретии. Это – часть Грузии, которая в семнадцатом веке еще была отдельным государством. Портрет Арчила Второго в Интернете был точной копией нарисованного на стене бункера. Интересно, что царем этот самый Арчил Второй становился целых пять раз! Времена тогда были не простые, претенденты на царский престол в Имеретии никак не могли договориться между собой. Воевали, брали друг друга в плен, свергали с престола.
Арчил Второй был, судя по всему, интересным человеком. Царь – и при этом поэт. Но даже талантливых людей, как верно заметила Агата, борьба за престол и заговоры до добра не доводят. В конце концов, весной 1699 года Арчил Имеретинский потерял все и бежал в Россию, в Москву. Здесь бывший царь занялся литературой и даже написал поэтический сборник. Жил он в селе Всехсвятском под Москвой, где основал грузинскую колонию и открыл первую грузинскую типографию.
Когда расследование дошло до времен жительства Арчила в Москве, уставшая Глаша вдруг встрепенулась, оттолкнула Сергея от компьютера и оживленно затараторила:
-Ой, а я никак не могла понять, где я такое имя слышала! А теперь вспомнила! Мы всем классом делали в прошлом году проект по истории нашего района. Ведь наш Сокол как раз на месте села Всехсвятского стоит! И мы выясняли, почему у церкви Всех Святых на Соколе похоронены князья Багратион! Потому, что здесь была грузинская колония, которую организовал царь Арчил Второй. И дворец его тоже тут стоял.
- Дворец? – сразу заинтересовалась Агата, - где она находится? Думаю, именно там нужноискать подсказки!
- А от кого эти подсказки? – не дала ответить Глаше Огонёк, - от светлых сил, да? Они ждут помощи от нас?
- Не знаю, - покачала головой Агата, - ясно одно – завтра утром нужно отправиться к дворцу Арчила и искать там!
- Вы даже не представляете, как нам повезло! – взволнованно сказала Глаша, - если бы не прошлогодний проект, мы бы никогда не смогли узнать, где стоял дворец Арчила. Даже ученые считали, что точное место, где стоял деревянный дворец, неизвестно. Но отец одной моей одноклассницы, Маши Соколовой – историк. Он заинтересовался тайной дворца грузинского царя, помог Маше и еще двум моим одноклассникам попасть в архивы и разобраться с документами. И мы почти точно установили, где именно в районе Песчаных улиц раньше стоял царский дворец.
- Так ты сможешь показать нам это место? – спросил Сергей.
- Конечно, смогу!
- Тогда сейчас – всем спать! Завтра в девять отправляемся в гости к Арчилу!
Глава третья. Загадочные вирши
За ночь мороз окреп. Встретившись у метро Сокол, ребята чуть ли не бегом, чтобы согреться, припустили к месту, где когда-то стоял дворец грузинского царя. Теперь это был самый обычный двор. В январе светает поздно, люди в каникулы спят долго, поэтому ребята увидели лишь засыпанную снегом детскую площадку в окружении кирпичных домов.
- И где ж тут подсказки? – Огонёк разочарованно смотрела на спящие дома и освещенный светом луны и фонарей двор, - и что теперь делать?
- Помочь мне спасти Единорога!
Ребята вздрогнули от неожиданности, а Глаша даже вскрикнула. Никто из них не заметил, откуда появился незнакомый высокий парень. Очнувшись, заговорили одновременно.
- Единорог опять в плену?
- Что случилось?
- Разве светлые силы не победили Кэша?
- А кто вы такой?
Последний вопрос задал Сергей. И именно на него незнакомец ответил в первую очередь.
- Простите, что сразу не представился. Действительно, неловко – я вас знаю, а вы меня – нет, - улыбнулся незнакомец, блеснув белоснежными зубами, - меня зовут Василий. А о вас мне много рассказывал мой брат, Алексей.
Алексей! Старый верный друг и помощник, представитель светлых сил! Ребятам сразу стало легче на душе. Василий – брат Алексея, а, значит, ему можно и нужно полностью доверять.
- Это вы нас сюда вызвали, да? – спросила Огонёк.
- Да. Это я оставил для вас подсказки в старом бункере. Вы отлично их разгадали, молодцы. Сам прийти к вам я не мог, за вашими домами тёмные следят. А помощь ваша нужна, и немедленно.
- Неужели Единорог опять в беде? – Глаша в волнении сжимала руки и чуть не плакала.
- Увы, это так! Кэшу удалось восстановить силы. Они с Ягой и Змеем опять схватили Единорога. Алексей сейчас занят другим очень важным и опасным делом, поэтому поручил мне связаться с вами и попросить помочь освободить Единорога.
- Нам нужно срочно ехать ко мне домой, - заторопилась Огонёк, - проберемся через Охотничий домик в царство Кэша и узнаем у Единорога, что нужно сделать, чтобы освободить его из плена.
- Но Единорог сейчас вовсе не в царстве Кэша, - остудил пыл Огонька Василий, - на этот раз все гораздо сложнее. Туда, где держат в плену Единорога, добраться невозможно.
- Как же мы тогда спасем Единорога? Скажи, что нам делать! - Сергей от волнения, сам того не заметив, обратился к Василию на «ты».
- Для того, чтобы спасти Единорога, нужно сначала попасть в прошлое.
- В прошлое? Такого не может быть! Это противоречит всем законам науки! – воскликнула Агата. Василий громко рассмеялся:
- А тебя не смущает, что все ваши приключения тоже науке противоречат?
Агата прикусила язык. Конечно, Василий прав. Попробуй кому-нибудь рассказать о мавках, Кощее, Яге, Единороге. О том, как они спасли Сергея. Или о том, как освободили из плена Единорога.
- Василий, говори, что нам нужно сделать! – Сергей был настроен решительно.
- Что ж, если вы готовы помочь, то слушайте… После освобождения Единорога из плена, царство Кэша исчезло, как и сами тёмные силы. Мы думали, что одержали окончательную победу. Но наша радость оказалась преждевременной. Месяц назад Единорог исчез. Мы с Алексеем начали поиски. Не буду вдаваться в подробности, не имею права рассказать вам все, что знаю. Но главное, что нам удалось выяснить – Кощей-Кэш не только жив, но и смог вернуть себе прежнюю силу. Вместе с Ягой и Змеем они заманили Единорога в ловушку и спрятали его. Путь к спасению Единорога лежит через прошлое. Вам нужно попасть туда и принести мне несколько предметов, артефактов, с помощью которых мы и спасем Единорога из плена. Сложность в том, что мы не знаем, где находится проход в прошлое, не знаем, в какое именно время вам надо попасть, какие именно предметы и у кого взять. Все это предстоит выяснить вам.
- А как мы это сможем выяснить? – задала вопрос Агата.
- Мы знаем, что на место в прошлом указывают старые стихи, вирши, как их раньше называли. Вот эти стихи, - Василий протянул Агате свернутую в трубочку старую пожелтевшую бумагу, - нет, не разворачивай тут! Бумага ветхая, с ней нужно очень осторожно обращаться. Да и загадку, скрытую в стихах, разобрать не так-то легко, мы уже пробовали, и у нас ничего не получилось.
- Если у вас не получилось, получится ли у нас? - засомневалась Глаша.
- Должно получиться! – уверенно сказал Василий, - раньше же у вас получалось, получится и теперь. Постарайтесь как можно скорее понять, в какое время, в какое место, к какому человеку в прошлом вы должны отправиться.
- А как же мы попадем в прошлое? – поинтересовался Сергей.
- У вас есть сутки на решение этой загадки. Завтра утром я буду ждать вас на этом же месте. Мы думаем, что человек, который нам нужен, это один из сыновей царя Арчила Второго. А значит, проход в прошлое должен быть тут, на месте, где раньше стоял дворец грузинского царя.
- Но если проход тут, то почему мы не можем попасть в прошлое прямо сейчас? А там уж будем искать нужного человека?
- Не все так просто, - покачал головой Василий, - проход откроется только один раз, причем для того, чтобы вернуться, у вас будет только три дня. Если вы ошибетесь, и попадете не в то время, или не найдете нужного нам человека, второй попытки уже не будет. И Единорог погибнет в плену. Поэтому вы и должны разгадать загадку старых стихов и убедить меня в том, что ошибки нет. А теперь - прощайте!
Василий сделал несколько шагов, на секунду скрылся за стволом тополя и… исчез!
- Как испарился! – восхитилась Огонёк, - а Алексей таких фокусов нам никогда не показывал. И вообще, братья не очень похожи, Василий красивее.
- А я думаю – похож, - возразила Глаша, - потому что я, как на Василия посмотрела, сразу подумала, что раньше его уже видела, но не могла вспомнить, где и когда.
- Может, хватит уже Василия обсуждать, - одернул девчонок Сергей, - нам нужно до похода в театр разгадать эти самые вирши. А сделать это, судя по всему, будет совсем не просто.
Сергей оказался прав. Бережно развернув свиток на письменном столе Агаты, ребята напрасно вчитывались в написанные старинным замысловатым почерком слова.
Наследник трона из страны далекой,
Ученый, воин, друг царя Петра.
Флаг Бога войн он подхватил на поле брани,
Из рук наследника Великой Имеретии царя.
- Ну и стихи! – возмутилась Огонёк, - и рифмы почти нет, и вообще бред какой-то! Сплошные наследники не поймешь чего, никакого смысла!
- Вирши, конечно, странные, - согласилась Агата, - но, похоже, Василий прав. В стихах явно упоминается Арчил, ведь именно он был царем Имеретии.
- Да, все правильно, - Сергей уже успел залезть в Интернет и открыть нужную страничку, вот, слушайте : «Алекса́ндр Арчи́лович— имеретинский царевич, сын царя Имеретии и Кахетии Арчила Вахтанговича, внук картлийского царя Вахтанга V. Первый в истории России генерал-фельдцейхмейстер».
- А что это – фельдце…? – не смогла сходу выговорить заковыристое слово Огонек. Сергей вновь застучал по клавишам и быстро нашел ответ:
- Генерал-фельдцейхмейстер — воинское звание, чин и должность главного начальника артиллерии в Российской империи и ряде европейских стран.
- Все сходится! – обрадовалась Агата, - «флаг Бога войн он подхватил на поле брани» - это об артиллерии. Артиллерию называли богом войны, а Александр Арчилович ею командовал. Наследник трона, из далекой страны – все сходится! Наследник грузинского трона!
- Там в стихах сказано, что он был не только воином, но и ученым, и другом Петра Первого. Мне кажется, мы ночью читали что-то о том, что сын Арчила воспитывался вместе с Петром, - подсказала Глаша.
- Правильно! – подтвердил сказал Сергей, - вот, слушайте: «Вместе с братом Мамукой (Матвеем), воспитывался в Москве. Будучи одних лет с юным царём Петром Алексеевичем, принимал участие в его военных играх и снискал его расположение». Ну, дальше там про то, как он воевал. А потом, вот: «перевёл на грузинский язык «Слово об успении Богородицы» и «Тестамент Василия, царя греческого, сыну своему, Льву Философу» Симеона Полоцкого». Ведь для того, чтобы переводить, нужно же быть ученым! Значит, опять все сходится.
- Эх, жаль, до завтра ждать придется! Загадка-то простая оказалась! – расстроилась Огонёк, - даже странно, почему Алексей с Василием её не разгадали!
Но Агата почему-то не радовалась. Она снова вчитывалась в строчки странного стихотворения.
- Нет, - вдруг твердым голосом сказала она, - это никак не может быть Арчил!
- Почему это? – Огонёк аж подпрыгнула от возмущения.
- Да прочитай сама внимательно стихотворение, и поймешь!
- «Наследник трона из страны далекой», - начала нараспев читать Огонёк, - Арчил – наследник грузинского трона, так?
- Так, - согласились Глаша и Сергей.
- «Ученый, воин, друг царя Петра» - продолжала Огонёк, - и ученый, и воин, и друг детства, все, как в стихах.
- «Флаг Бога войн он подхватил на поле брани, из рук наследника Великой Имеретии царя» - дочитала стихи Огонёк, открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его. Воцарилось молчание.
- Вижу, вы уже сами все поняли. Если стихи – про Александра Арчиловича, то получается, что он флаг сам из своих рук подхватил, - сказала Агата то, что ребята уже и сами поняли.
Глава четвёртая. Подсказка от «Золотого петушка»
До самого вечера ребята бились над загадкой старинных стихов. Рылись в Интернете, в Агатиных книжках по истории – все зря! Выучили нескладные строчки наизусть, и теперь они все время стучали в Агатиной голове молоточками, до головной боли беднягу довели.
В результате ребята чуть не опоздали в Большой театр. Хорошо, Агатина мама вовремя спохватилась и чуть ли не вытолкала друзей за дверь. В зал вбежали с последним звонком, не успев полюбоваться пышным убранством театра. А на сцене уже царь Додон с боярами. Вскоре появился Звездочет и подарил царю Золотого петушка, давшего название опере.
При виде Звездочета в голове Агаты почему-то опять всплыли строчки вирш. Но теперь они звучали мелодично, не вызывали боли, а словно наводили девочку на какую-то важную и нужную идею.
В антракте друзья заметили, что Агата рассматривает театр как-то не очень внимательно, словно мысли её далеко от этих разукрашенных золотом лож и чудесной росписи на потолке. Огонек полезла было с расспросами, но чуткая Глаша дернула её за руку и зашептала прямо в ухо: «Не мешай Агате думать! Мне кажется, она на пути к разгадке!»
После окончания спектакля Агата с такой скоростью одевалась, бежала от театра до метро и от метро до дома, что друзья еле поспевали за ней. А дома, оставив Огонька с мамой на кухне, Агата «с головой нырнула в Интернет». И вынырнула из всемирной паутины только часа через полтора, усталая, но неимоверно довольная. Мама уже давно спала, а Огонек болтала по скайпу с Глашей.
- Я нашла его! – гордо возвестила Агата, - спасибо «Золотому петушку»! Слушайте все! Когда я увидела на сцене Звездочета, я сразу подумала о звездах, о том, как в обсерватории за ними наблюдают. И вот эта самая обсерватория вдруг как-то связалась у меня в мыслях со стихами. Я все думала, и думала, и к концу спектакля вспомнила имя – Яков Брюс.
- Кто? – переспросила Огонёк. Судя по лицам ребят, это имя они услышали впервые.
- Яков Брюс, - повторила Агата, - Яков Вилимович Брюс. Он был очень известным во времена Петра Первого человеком. Его считали колдуном, но на самом деле он был ученым, астрономом. И, между прочим, открыл первую в России обсерваторию. Но давайте обо всем по порядку.
Настоящее имя Брюса – Джеймс Дэниэл. Как вы, конечно, поняли, он был иностранцем, хотя родился в Москве. Предки Брюса переехали в Россию из Шотландии и были очень знатного рода. Историки считают Брюсов прямыми наследниками шотландского трона.
- «Наследник трона из страны далекой», - процитировала Глаша.
- Вот-вот, - Агата кивнула головой, - теперь слушайте внимательно: «Тайны окружают Якова Брюса с самого его рождения: никаких записей о том, когда в Москве появился на свет отпрыск славного королевского рода, не осталось. Называют две даты: 1669 или 1670 год. В 14 лет он уже свободно говорил на трех языках, знал математику и астрономию. В 16 лет Брюс записался в потешные войска, которые создавал тогда Петр Первый. Молодой государь, жадно рвавшийся к знаниям, сразу выделил среди остальных просвещенного шотландца. Петр любил шотландца и прощал ему колкости в свой адрес и в адрес православной церкви».
- «Ученый, воин, друг царя Петра», - процитировала следующую строчку Глаша.
- Да, с Петром дружил, - кивнула головой Агата, - был воином и ученым. Брюс получил дома прекрасное образование, с детства любил математику и естественные науки и занимался ими всю жизнь. Записанный вместе с братом в царские потешные войска в 1683 г., через четыре года Яков был произведен в прапорщики, участвовал во множестве военных походов, и пеших, и морских. Был не только полководцем, но и военным инженером. Составил карту от Москвы до Малой Азии, за что был пожалован чином полковника. Брюс сопровождал Петра в поездках за границу, занимался там математикой, осматривал различные технические заведения и мастерские.
- Агата, мы уже поняли, что Брюс был воином и ученым. Но о чем следующие строчки? Ну, про бога войн, про Александра Арчиловича? - перебила подружку нетерпеливая Огонёк.
- В 1700 г. Брюс был произведен в генерал-майоры артиллерии и помогал Петру готовиться к войне со шведами, эту войну еще Северной называют. В 1701 г. Брюс принял в свое ведение Новгородский приказ. По этой должности он обязан был заботиться об изготовлении всякого рода воинских снарядов для армии. Вскоре Брюс командовал всей русской артиллерией, присутствовал при закладке крепости Санкт-Петербурга. А теперь – внимание! – ребята и без того слушали, затаив дыхание, но Агата все-таки сделала эффектную паузу, - в 1704 г., после взятия в плен царевича Александра Имеретинского, Брюс был назначен на его место исправлять должность генерал-фельдцейхмейстера русской армии.
- Все! Это точно Яков Брюс! – подвел итог Агатиных изысканий Сергей.
- Подождите, это только половина загадки, - вдруг сказала Глаша, - мы ж еще должны определить место в Москве, где есть проход в прошлое. Василий думал, что этот проход там, где был дворец грузинского царя. Но Яков Брюс-то, как я понимаю, в этом дворце не жил. Где ж тогда проход в прошлое?
- Думаю, я знаю ответ и на этот вопрос, - сказала Агата.
- Как я уже сказала, личность Брюса очень загадочна. Еще при жизни о нем складывали легенды и называли чернокнижником и «колдуном с Сухаревой башни». Историки даже сравнивают Брюса с Нострадамусом.
Ничего удивительного в таком отношении к Брюсу нет. Тогда грамотность вообще была не частым, а потому подозрительным явлением, а Брюс был одним из образованнейших людей России, естествоиспытателем и астрономом. Он владел очень большой по тем временам библиотекой из полутора тысячи томов, почти исключительно научного содержания. Брюс написалрусско-голландский и голландско-русский словари, первый русский учебник по геометрии. А еще он заведовал российским книгопечатанием, в его ведении была Московская гражданская типография. Самым известным её изданием был Брюсов календарь. Яков свободно владел шестью европейскими языками, а его «кабинет курьёзных вещей» был единственным в своём роде в России и после смерти Брюса влился в кунсткамеру академии наук.
- Агатка, мы уже поняли, что Брюс был великим ученым, - Огонек аж подпрыгивала от нетерпения, - переходи к делу! Где нам искать проход в прошлое?
- Имей терпение, Агния, - официальным тоном приструнила подруга Агата, - сейчас все узнаешь. В 1702 году Брюс руководил в Москве Навигацкой школой.
- Какой школой? – переспросил Сергей.
- Навигацкая школа, полное название - школа математических и навигацких наук — созданное по указу Петра первое в России артиллерийское, инженерное и морское училище для подготовки артиллеристов, инженеров и моряков армии и флота. Под школу Петр выделил Сухареву башню.
- Что за башня? – Огонёк никак не могла слушать спокойно.
- Вот, читаю из Википедии: «Сухарева башня была построена в 1692—1695 годах на месте старых деревянных Сретенских ворот Земляного города (на пересечении Садового кольца и улицы Сретенка). Башня была сооружена по инициативе Петра I по проекту М. И. Чоглокова. Название получила в честь Лаврентия Сухарева, чей стрелецкий полк в конце XVII века охранял Сретенские ворота. В 1689 году Пётр I бежал от своей сестры царевны Софьи в Сергиеву лавру, полк Сухарева стал на защиту Петра. В благодарность царь приказал построить на месте старых ворот новые, каменные с часами. В 1698—1701 годах ворота были перестроены в том виде, в котором они и дошли до начала XX века, с высокой, увенчанной шатром башней в центре, напоминающей западноевропейскую ратушу.
Именно в Сухаревой башне Петр и основал Навигацкую школу, а руководство школой поручил Брюсу. В 1702 году Брюс открыл при Навигацкой школе в Сухаревой башне первую в России обсерваторию.
- Вот почему ты и вспомнила о Брюсе, когда увидела на сцене Звездочета, - сказала Глаша.
- Да,потому, что Брюс был астрономом, т.е. звездочетом. А еще – потому, что, как и Звездочет из «Золотого петушка», он мог совершать чудеса. Во всяком случае, с точки зрения своих современников.
- Что за чудеса? – деловым тоном спросил Сергей.
- Говорят, он предсказывал судьбу по звездам, ставил на ноги безнадежно больных и создал эликсир вечной молодости. Свечной торговец Алексей Морозов, живший по соседству с Сухаревой башней, утверждал, что как-то в сумерках видел, что из окон астронома вылетают железные птицы, делают несколько кругов вокруг здания и потом возвращаются обратно. Следующей ночью купец вернулся к башне вместе с домочадцами. В кабинете Брюса горел свет, в окне маячила фигура графа, из башни доносились чьи-то надрывные стоны. Вдруг одно из окон отворилось, и оттуда вылетели три железных чудовища с человеческими головами. Вне себя от ужаса Морозов с домочадцами мчался по ночному городу подальше от страшного места. И вскоре по городу прошел тревожных слух – лютеранин из Сухаревой башни общается с нечистой силой и с ее помощью превращает живых людей, чьи стоны и разносятся по окрестностям, в летающих железных драконов.
- Это все сказки, да? – робко поинтересовалась Глаша.
- Историки так не думают, - возразила Агата, - вот как они это объясняют: «в этой истории есть доля правды. В Сухаревой башне Яков Брюс работал над созданием летальных машин. Неизвестно, поднялись его самолеты в воздух или нет, но сохранившиеся чертежи действительно напоминают чертежи современных самолетов».
Но не только драконов или самолеты делал Брюс. Современники говорили, что он обзавелся «механической куклой, которая умеет говорить и ходить, но не имеет души». Железная горничная прислуживала графу в его обсерватории. Когда же Яков Брюс ушел в отставку и покинул город, он увез ее в свое подмосковное имение Глинки. Там кукла свободно разгуливала среди причудливо стриженных лип и кокетничала с крестьянами. Крепостные графа, завидев куклу, сначала разбегались, но потом привыкли к ней, и между собой называли «Яшкиной бабой». В действительности ученые нашли в архиве Брюса схему механического робота.
Еще одна легенда – о волшебных часах Якова Брюса , сделанных по приказу Петра Великого перед самой смертью царя. Часы будто бы показывали, где золото искать и когда войну начинать.
- Прямо как Золотой петушок! – восхитилась Глаша, - а часы сохранились?
- Нет,первые часы где-то затерялись. А потом один богатый московский барин заказал новые. Но, пока Брюс делал часы, заказчик умер. А наследники его над колдуном только посмеялись и платить за работу не стали. Рассердился тогда Брюс и сказал: "Пусть будут прокляты эти часы и только плохое показывают". И говорят, что перед революциями и войнами камень, из которого сделали часовую доску, становился кроваво-красным.
А еще рассказывают, что в особые дни на стене дома вместо часов появляется черная гробовая крышка с белым крестом, и верхушка креста указывает, где зарыт клад. И бывали смельчаки, которые находили клады по брюсовскому указателю, да только колдовские сокровища никому счастья не принесли: кладоискатели вскоре умирали.
- Ну, и что ученые про эти сказки говорят? – ехидно спросил Сергей.
- Ученые установили, что умерший заказчик часов жил в доме номер два по Спартаковской улице. Родственник заказчика женился на двоюродной внучке Брюса. На стене здания между окнами второго этажа до сих пор заметны очертания доски-трапеции, напоминающей по форме крышку гроба. Когда-то на доске были выбиты очертания неправильного креста, названия месяцев года, цифры, астрологические символы и другие непонятные знаки, в середине был вставлен стержень. Историкиизучили таинственную доску и установили, что трапеция представляет собой вечный солнечный календарь, устроенный по принципу солнечных часов.
- Агатка, я уже все поняла, - заявила Огонёк, - проход в прошлое находится в Сухаревой башне, да? Где эта башня?
- Подожди секунду, только про волшебную книгу еще расскажу, - Агата умоляюще поглядела на Огонька, сам Петр Первый, говорят, просил Брюса волшебную книгу, которая, по слухам, когда-то принадлежала самому царю Соломону. Эта книга вроде открывала все тайны, все клады. И находилась книга в таинственной комнате в Сухаревой башни. Когда в 1735 году Брюс умер, таинственную книгу попыталась найти императрица Екатерина I. Она обыскала обсерваторию и перевернула его научный архив, хранившийся в Академии Наук. Но волшебную книгу не нашла.
После смерти Брюса каждую ночь в обсерватории по-прежнему загорался свет. Москвичи говорили, что это дух колдуна охраняет свою магическую книгу.
Про Брюса еще много легенд есть, но я вижу, что вам не терпится узнать, где проход в прошлое, - немного грустно сказала Агата, - конечно, Огонёк права, я думаю, что проход находится там, где когда-то стояла Сухарева башня.
- Стояла? – удивился Сергей, - то есть сейчас её нет?
- Нет, - покачала головой Агата, - её снесли почти сто лет назад. А сейчас на месте башни находится сквер. Думаю, проход в прошлое именно там. А сейчас нам надо быстро ложиться спасть, чтобы завтра утром не опоздать на встречу с Василием.
Глава пятая. Вперёд, в прошлое!
Утром во дворе, где когда-то стоял дворец грузинского царя, ребят уже поджидал Василий. Как же он обрадовался, когда узнал, что ребята разгадали загадку старинных стихов! Услышав имя Якова Брюса, Василий вскрикнул:
- Чёрт побери, как все просто! Как мы сами до этого не додумались!
Глашу очень удивило поведение их нового знакомого. Заметив это, Василий объяснил:
- Друзья,простите мою несдержанность! Но мы так волнуемся о судьбе Единорога! Спасибо вам, вы проделали половину пути, разгадав, где искать проход в прошлое, у кого находится артефакт, необходимый для освобождения Единорога. Но согласны ли вы довести дело до конца? Не побоитесь ли отправиться во времена Петра Первого, найти Брюса и отобрать у него… Впрочем, что именно вы должны взять у Брюса, я скажу вам, только получив ответ на свой вопрос.
- О чем тут спрашивать? – быстро ответил Сергей, - конечно, мы сделаем все, чтобы спасти нашего друга. А ты разве с нами не пойдешь?
- Нет, - покачал головой Василий, - я не смогу, мне следует ждать вас тут. Вы должны немедленно отправиться туда, где стояла Сухарева башня.
- Мы готовы! – сказала Огонёк, - говори, как нам попасть в прошлое, и что мы должны взять у Брюса.
- Точное место прохода в прошлое вам укажет вот этот клубок, - Василий достал из кармана клубок черной шерсти размером в кулак и протянул его Сергею, - когда вы окажетесь на месте, где раньше стояла Сухарева башня, положите клубок на вытянутую руку, вот так. Кончик нити сейчас спокойно лежит на клубке. Потому что поблизости прохода в прошлое нет. А там, где проход есть, нитка будет тянуться к нему. И укажет вам путь. Как только нить найдет место, она опустится к земле. Тогда закрывайте глаза и, держась за нитку, думайте о времени, в которое хотите попасть.
- Как в сказке, волшебный клубок, - выдохнула Глаша.
- Да, все просто, как в сказке, - согласился Василий, - обратно вернетесь тем же путем. Попав в прошлое, вы никому не должны открывать свою тайну.
- Но нас же сразу расколят! – встрепенулась Огонёк, - наша одежда, прически…
- Наш разговор, - поддержала подружку Агата, - все выдаст нас немедленно!
- Не выдаст, - успокоил девочек Василий, - при переходе в прошлое вы примете нужный вид, и речь ваша тоже изменится, хотя сами вы этого не заметите. Не волнуйтесь, никто не заподозрит в вас путешественников из будущего, если сами не проболтаетесь и не скажете лишнего. Для пущей конспирации представляйтесь гостями из Польши. Тогда и язык, и внешний вид, и привычки ваши никого особо удивлять не будут. Теперь – самое главное. Вы должны любым путем выманить у Брюса эликсир вечной молодости и волшебную книгу.
- Василий, но ученые считают, что никакого эликсира не существовало, а волшебная книга – всего лишь научный труд какой-то, - сказала Агата.
- Агата, опять ты со своими учеными! – возмутилась Огонёк, - тебе уже сказал Василий, что наука тут вообще не при чем! По науке Кощей – это персонаж народных сказок. А мы с этим персонажем сколько мучимся уже?
- Точно! – согласился с Огоньком Василий, - в общем, добывайте скорее эликсир и книгу и возвращайтесь, пока тёмные не загубили Единорога.
На этот раз Василий не исчез. Он проводил ребят до метро, отдавая последние наставления, как вести себя в прошлом.
Сквер на месте Брюсовой башни искать не пришлось, он был разбит рядом с метро Сухаревская. Ранним зимним утром сквер был абсолютно пуст. Ребята сразу же направились к памятнику - гранитному камню с надписью: "На этой площади находилась Сухарева башня в которой с 1701 по 1715 год размещались навигацкие классы – первое светское учебное заведение готовившее кадры для российского флота и государства".
Сергей снял перчатку, вытянул руку и положил на ладонь клубочек. «Странно, что клубочек не круглый, скорее на эллипс похож», - подумала Глаша. Но в это время кончик нитки вытянулся, указывая в одну из аллей. Клубок оказался прекрасным навигатором. Не прошло и трех минут, как под одним из деревьев нитка уткнулась кончиком в сугроб.
- Тут! – воскликнул Сергей, - хватайтесь все за нитку и думайте о временах Петра.
Девочки немедленно выполнили указание. Ребята закрыли глаза и постарались мысленно перенестись в прошлое. Сергей представил Петра на поле Полтавской битвы. Глаша вспомнила эпизод какого-то фильма, где гости танцевали в роскошных, но немного смешных нарядах на петровской ассамблее. Огонёк вообразила, как Петр плывет в своем ботике (она его видела на экскурсии в Переславле-Залесском) по Азовскому морю. А Агата думала о Якове Брюса, выпускающем из окна Сухаревой башни железных драконов.
В какой-то момент нить в руках ребят вдруг резко дернулась, натянулась и словно зазвенела. Открыв глаза, друзья поняли, что переход в прошлое удался!
Они стояли на том самом месте, но трудно было поверить, что это так. Под ногами – мощеная булыжниками улица, над ними возвышается Сухарева башня. Глаша и Сергей одеты в роскошные шубы. Агата, судя по всему - Глашина служанка, в ладной, но простой одежде. Но где же Огонёк? Агата не сразу поняла, что в прошлом её подруга будет скрываться «под маской» мальчика-слуги.
Не успели ребята привыкнуть к своему новому обличью, как к Навигацкой школе подкатила роскошная карета. Кучер умело осадил красавцев-коней и остановил карету прямо возле входа в башню.
- Ребята, вы только посмотрите! – удивленно воскликнула Глаша, показывая на герб, украшавший двери кареты.
И было чему удивиться! Друзья увидели разделенный на четыре части щит. Посредине – еще один щит, золотой, а в нем - красно-оранжевого цвета крест. Щит был разделен на четыре части, две из них были голубого цвета, две – серебяного. На голубых частях, судя по всему, было изображено сражение. Можно было разглядеть крепостные стены, пушечные ядра и пламя. А на серебряных частях красовались орлиные головы в коронах. Но удивило Глашу другое. Щит держал с правой стороны красный лев, а с левой - единорог. И единорог был точной копией их Единорога.
- Не соблаговолят ли почтенные отроки поведать, чем привлек их внимание мой скромный герб?
Ребята вздрогнули от неожиданности. Они с таким вниманием изучали герб, что даже не заметили появление его владельца – Якова Брюса. Он был точь-в-точь таким, как на портрете из «Википедии»: крупное лицо, большие внимательные глаза, роскошный парик. Вот только портрет не до конца передавал исходящую от этого человека силу, уверенность и обаяние. Да-да, Брюс, который, судя по словам Василия, был врагом, у которого они должны были выкрасть эликсир молодости и волшебную книгу, вызывал при встрече и уважение, и доверие.
- Мы удивились, увидев на гербе Единорога, Яков Вилимович, - честно сказала Агата.
Брюс, судя по всему, не ожидал, что ему ответит не знатный юноша – Сергей, а девочка - служанка. Однако ответил он Агате очень вежливо:
- Единорог – замечательное существо. Для моей семьи иметь изображение единорога на гербе – большая честь. Я вижу, благородные незнакомцы, вам известно, кто я. Я ж, между тем, не имею честь быть знакомым с вами. Сочту за честь пригласить вас в свой кабинет для более близкого знакомства.
Ребята с радостью приняли приглашение Брюса. Конечно, все в старинной башне было непривычным, удивительным и чудесным. Агата вертела головой направо и налево, стараясь все увидеть и запомнить, но хозяин шел таким быстрым шагом, и приходилось чуть ли не бежать, чтобы не отстать от него.
Наконец, гости разместились в большом, отделанном деревом кабинете. Брюс пристально посмотрел прямо в глаза Агате и сказал:
- Ну а теперь, гости дорогие, скажите мне, кто вы, откуда и почему вас так удивил единорог на моем гербе.
Сергей начал было излагать историю о далекой Польше, откуда они прибыли, но Брюс остановил его властным жестом руки:
- Не надо, мой юный друг, врать. Это у вас не особо хорошо получается. Вы знаете мое имя, вы, уверен, слышали, что люди считают меня колдуном. Тёмные, невежественные люди верят в колдовство. А я верю в науку. Вот тут, в этом сосуде – настой трав и плодов из далеких стран. Стоит мне подлить немного этого настоя в ваше вино, и вы впадете в полусон. Вы потеряете волю и ответите честно и правдиво на любой мой вопрос. Я прибегал к такому средству, когда имел дело с врагами. Но вы – не враги, я знаю это.
- Почему? – вдруг вырвалось у Огонька.
- Потому, что вы с любовью и уважением рассматривали единорога на моем гербе, - ответил Брюс, - вот почему. И я не хочу поступать с вами так, как поступил бы с врагами. Я хочу, чтобы вы сами рассказали мне всю правду о себе.
- Вы все равно не поверите, - сказал Сергей, - мы бы сами не поверили, будь мы на вашем месте.
- Не хочу тебя обидеть, мой юный друг, но ты – не я. Ты молод и мало знаешь. А я постиг многие тайны мира. И понял, что тайн этих – неизмеримое множество. И постичь их все невозможно. Поэтому я верю в то, во что многие люди не могут поверить. Скажите мне правду, не бойтесь.
- Мы – из будущего, - тихо сказала Агата.
Глава шестая. Гости Сухаревой башни
Ребята проговорили с Брюсом всю ночь. Удивительно, но он сразу поверил, что нежданные гости прибыли прямиком из будущего. Брюс очень внимательно, не задав ни одного вопроса, выслушал истории о том, как девочки спасли Сергея из рук Кащея и Яги, как выручили Единорога. И только когда в своем рассказе Агата добралась до вирш, которые им дал Василий, Брюс печально покачал головой:
- Мне жаль разочаровывать вас, друзья, но у меня нет ни эликсира молодости, ни волшебной книги. Я не спрашиваю у вас, как и когда я умер, я не хочу знать этого, но вы пришли ко мне сюда, в прошлое, значит, в будущем меня нет.
- Да, - кивнул Сергей, - я понял. Если бы у вас был эликсир, вы б были вечно молоды и бессмертны.
- Ты прав, мой юный друг, - подтвердил Брюс, - я изучал химию и медицину, я знаю множество снадобий, и сам создал некоторые, но нет среди них того, что нужно вам.
- А книга? – с надеждой в голосе спросила Огонек.
- Любую умную книгу можно назвать волшебной, - усмехнулся Брюс, - а невеждам любой образованный человек кажется не просто мудрецом, а волшебником, колдуном. Вот темные люди и распространяют глупые слухи. Даже мой друг Пётр попался на эту удочку и умолял меня показать ему волшебную книгу. Я привел его в свою библиотеку и предложил взять любой том.
- И что Петр? – поинтересовалась Агата.
- Петр? Сначала, как часто с ним бывает, впал в гнев. А потом, остыв, сам над собой посмеялся.
- А драконы? – спросила Глаша, - это тоже выдумки, да? И механическая кукла-горничная? И часы волшебные?
Брюс не сразу понял, о чем его спрашивает Глаша. Но потом, разобравшись, был очень польщен тем, что в далеком будущем люди помнят о его изобретениях. Оказывается, в этих рассказах многое было правдой. В ту ночь ребята увидели «железных птиц», очень похожих на примитивные дельтапланы, и робота – такого несуразного, что смешливая Огонёк еле сдерживала хохот. Брюс подтвердил и догадки ученых о том, что волшебные «часы» на самом деле были солнечным календарем.
А потом пришла пора хозяину задавать вопросы гостям. Его интересовало все: и история России, и жизнь в далёком двадцать первом веке. Не на все вопросы Брюса ребята смогли ответить: знаний не хватало. Но они очень старались, и разговор был таким интересным, что ночь пролетела незаметно.
Утром, когда Боюсу нужно было заниматься делами Навигацкой школы, ребята собрались было назад, в будущее. Но Брюс уговорил их немного задержаться:
- Вы устали, вам нужно отдохнуть и поспать. Сейчас я велю слуге принести нам поесть, а потом я уйду, а вы сможете устроиться тут, никто вас не потревожит.А я поразмыслю над тем, что вы мне рассказали про единорога. Есть во всей этой истории что-то, что кажется мне странным и неправильным.
Сергей возразил было: мол, лучше нам скорее вернуться домой, но потом посмотрел на бледные лица подружек и понял, что Брюс прав: им нужно хорошенько отдохнуть. И вскоре в старинных креслах кабинета Брюса его гости из будущего спали крепким сном.
Ребятам так сладко спалось, что Брюс с трудом разбудил их. После сытного завтрака (вкус даже самых обычных продуктов тут, в прошлом, был совсем иным, незнакомым и прекрасным), гостеприимный хозяин сказал:
- Мне очень жаль с вами расставаться, но вам пора возвращаться в свое время. Я не спал всю ночь, голову ломал, пытаясь понять, что в вашей истории кажется мне странным. Но, увы, не в моих силах заглянуть через века в поисках разгадки. Однако и отпускать вас вот так, не оказав вам никакой помощи, я не могу. Поэтому я дам вам вот это.
Брюс поставил на столик три небольших хрустальных флакона. В одном плескалась жидкость красного цвета, в другом – зеленовато-бурая, а третьем – прозрачная.
- Смотрите и запоминайте. Вот этот настой, зеленый, как болото, эликсир правды. Если вы поймете, что кто-то, затаив злобу, скрывает от вас истину, дайте ему настой, и узнаете все тайны врага. Эликсир действует недолго, несколько минут, так что старайтесь задавать самые нужные вопросы и четко их формулировать. Красный настой – эликсир жизни.
- Но вы же говорили, что вечно жить нельзя? – удивилась Огонек.
- Нельзя. И в этом настое нет ничего волшебного. Но он помогает вернуть утраченные силы, снимает усталость, уменьшает боль. Самый опасный настой – в прозрачном флаконе. Если выпить его – заснешь сном, похожим на смерть. Этот флакон можно использовать только в самом крайнем случае.
- Ой, я знаю! – обрадовалась Глаша:
«По жилам у тебя
Холодная тогда польется влага
Твой пульс замрет; ни тела теплота,
Ни слабое дыхание не выдаст,
Что ты жива; румянец губ и щек
В безжизненный цвет пепла превратится,
Опустятся покровы глаз твоих,
Подобно как у мертвых при кончине,
И пролежишь ты сорок два часа,
Как будто бы в оцепененьи смерти.
Затем как бы от сладостного сна
Пробудишься...»
- Это что? – опешила Огонек.
- Шекспир. «Ромео и Джульетта», - гордо ответила Глаша, - я готовлю роль Джульетты в школьном спектакле, но мне так нравятся стихи, что я их все подряд учу. Это – слова монаха Лоренцо. Он дал Джульетте такой напиток, чтобы спасти её от брака с нелюбимым. Только ничего хорошего из этого не вышло, все умерли.
- Да знаем мы, знаем, - отмахнулась Огонек, которая, впрочем, «Ромео и Джульетту» не читала, только фильм смотрела.
- Мне приятно, что в далеком будущем даже отроки знают великого Шекспира, - сказал Брюс, - но это мое снадобье действует лишь пару часов. Надеюсь, вам вообще не придется его использовать. Также надеюсь, что вам удастся спасти Единорога. Теперь же нам пора прощаться, друзья.
Ребята поблагодарили Брюса за гостеприимство и за подарки и тем же путем, с помощью клубка, вернулись в двадцать первый век.
Глава седьмая. Цветок
Первым, кого ребята увидели в заснеженном сквере на месте Сухаревской башни, был Василий. Судя по всему, он давно ждал их возвращения.
- Принесли? – Василий обшаривал ребят взглядом, словно пытаясь понять, где они прячут эликсир и книгу.
- Нет, - печально покачала головой Агата, - это только легенды. Ничего волшебного у Брюса нет.
Реакция Василия на новость потрясла ребят. Они переживали за Единорога и всей душой хотели помочь, но Василий начал кричать, что зря понадеялся на их помощь, что они все загубили, что все пропало. Дело дошло до обидных для ребят слов.
- Молокососы! Дураки! – вопил Василий и топал ногами. Потом, немного опомнившись, он оглянулся по сторонам. К счастью, ранний утром во время новогодних каникул сквер был пуст.
- Ладно, простите меня, я погорячился, - как-то нехотя извинился Василий, - вы уверены, что Брюс не надул вас?
- Брюс не врал, - коротко, но твердо ответил Сергей.
- Значит, вирши нас увели с правильного пути. Интересно, чьих это рук дело… - Василий задумался.
- Ты считаешь, вирши тебе подкинул Кэш? – спросила Огонёк.
- Кэш? – Василий не сразу понял вопрос, - а, конечно, Кэш, кто ж еще. Но у меня есть еще одна подсказка, надеюсь, верная. Встречаемся у бункера в парке через два часа.
Василий повернулся и быстро пошел через сквер. Когда он скрылся из виду, расстроенные ребята побрели к метро.
Через два часа у бункера в парке Василий встретил ребят бодрой улыбкой.
- Что, накричал я на вас утром? Ладно, не переживайте, первый блин комом у многих выходит. Ну, попали не в то место, не к тому человеку, ничего страшного. Нужно исправить ошибку. Разгадаете ребус, вновь отправитесь в прошлое…
- Постой! – перебил Василия Сергей, - но ты ж говорил, что путь в прошлое только один раз открывается, что второй попытки быть не может?!
- Ну, говорил, и что, - ничуть не смутился Василий, - покривил душой, чтобы вы со всей серьезностью к делу подошли. Да и попадете в прошлое вы теперь по-другому, клубок и вправду лишь один раз можно было использовать. Но сейчас речь не об этом. Вот тут, в сундучке, лежат три вещицы. Ребус такой. Вы уже знаете, что нужно делать. Вычислите нужного нам человека и место перехода в прошлое. Жду вас завтра утром во дворе Арчила.
Взяв у Василия сундучок, Сергей сразу же открыл его. Девочки увидели, что на бархатном дне сундучка лежит старый стеклянный градусник, кусочек стекла и засушенный цветок.
- Итак, термометр, стекло и какой-то цветок, - Агата еще внимательно осмотрела разложенные на письменном столе предметы, - ну, у кого какие мысли?
- Я думаю, это был врач! – заявила Огонёк, - иначе зачем бы тут был градусник? А цветок, наверное, какой-нибудь целебный, лечебная трава, типа зверобоя или ромашки.
- А стекло? – спросил Сергей.
- Да это непростое стекло! – Глаша взяла со стола кусочек и посмотрела сквозь него, - оно непрозрачное, а нежно-голубое. Больше всего похоже на кусочек мозаики.
- Ты права, - приглядевшись, поддержала подружку Агата, - это мозаика. Как она может быть связана с медициной? Пока ничего непонятно.
- Я думаю, нужно заняться цветком, - сказал Сергей, - градусник – самый обыкновенный, по одному кусочку мозаики пазла нам все равно не сложить, а вот цветок – самый настоящий, только засушенный. Может, он редкий какой-нибудь? Если мы узнаем место, где такие растут, оно подскажет нам и человека, к которому нужно отправиться в прошлое.
- Хорошая идея! – согласилась Огонёк, - я сейчас сфотографирую цветок и постараюсь по фотографии найти его в интернете.
- Правильно! – оживилась Агата, - а я пока составлю словесный портрет преступника, в смысле – описание цветка. И тоже в интернете поищу.
- А мы что будем делать? – не захотела оставаться в стороне Глаша.
- А вы с Сергеем поищите информацию про врачей, которые как-то были связаны со всякими таинственными вещами типа эликсира молодости.
План был хорошо, но кончился абсолютным провалом. Огонёк ничего не смогла найти. Видимо, для «опознания» требовалась фотография свежего, а не засушенного цветка. Агату тоже постигла неудача: похожих цветочков было великое множество, и какой из них больше похож на этот, засушенный, понять было невозможно. А на Глашу и Сергея интернет обрушил целую лавину информации о врачах и целителях, пытавшихся найти средства для продления жизни и молодости.
К вечеру ребята так устали, что стало понятно: дальнейшие попытки открыть тайну цветка ни к чему не приведут. И тут в Агатину комнату вошла мама:
- Друзья, вы что-то тут засиделись! Завтра – Рождество, и, кстати, вы помните, что идете на мюзикл?
- Ой, точно! – Агата совсем забыла о культурной программе.
- Что это у вас тут за тайны? Может, вы гадаете в сочельник?
- Да, гадаем, - засмеялась Глаша, - по цветку.
- По какому цветку? – удивилась мама, - гадание с зеркалом знаю, с башмаком, по книге, а вот по цветку впервые слышу.
- Глаша шутит, - пояснил Сергей, - нам просто очень-очень надо узнать, что вот это за цветок.
- Теперь понятно, - сказала мама, - но тут я вам помочь не могу никак. У меня с ботаникой всегда были проблемы.
- Стоп! – подскочила Агата, - какая же я дурочка! У моей подружки, Лизы, на пятом этаже живет, старшая сестра учится на биофаке МГУ! Она все цветы знает, как свои пять пальцев! Сейчас же Лизе позвоню!
К счастью, старшая сестра Лизы была дома. Не прошло и получаса, как Агата вернулась к друзьям. Её лицо было торжествующим и задумчивым одновременно.
- Как? Как называется цветок? – Огонёк аж подпрыгивала от нетерпения.
- Цветок называется клематис, - медленно и торжественно ответила Агата, - по-другому – лозинка. Но есть у него еще и третье название…
Глава восьмая. В поисках Ломоносова
Агата сделала паузу, а потом торжественно провозгласила:
- Ло-мо-нос!
- Ломоносов! – завопила Огонёк, - это Ломоносов, да?
- Конечно! – радостно согласилась Агата, - теперь я сама удивляюсь, почему раньше не догадалась! Ведь именно Ломоносовв смог первым получить твердую ртуть, а этот термометр – ртутный! Вторая подсказка – кусочек мозаики, которая была большим увлечением Ломоносова. Но меня сбил с толку цветок. При этом именно он и оказался самой очевидной подсказкой.
- Да, - кивнул головой Сергей, который за время Агатиного монолога успел кое-что найти в Интернете, - цветок ломоноса даже изображен на гербе Ломоносовых. Но для нас важно другое – Ломоносов вроде бы занимался алхимией! Вот, слушайте: «Известно, что после возвращения на родину в 1741 году Ломоносов приступил к экспериментальным исследованиям в области химии. Материалов, которые бы характеризовали научную деятельность ученого в 40-е годы, сохранилось очень мало – и это отчасти позволило родиться гипотезе о том, что Ломоносов был страстным «поклонником» алхимии. Если вспомнить небольшое стихотворение Сумарокова, в котором он намекает на занятия ученого алхимией - Ломоносов добывает золото из молока – гипотеза обретает иллюзорное подтверждение. Увлеченность Ломоносова алхимией пытаются доказать и увлекательной историей, в основе которой лежит гипотеза о том, что вся жизнь ученого была направлена на расшифровку свитков с текстами мудрецов Гипербореи, которые его отец получил от колдунов-шаманов. Якобы, письмена походили на записи средневековых алхимиков, а в загадочных текстах сам Ломоносов «угадывал» химические формулы. Когда Ломоносов показал свитки Христиану Вольфу, профессору из Марбургского университета, тот развел руками: увиденное напомнило ему рецепт философского камня. Профессор сказал: «Оставьте это, друг мой. Этот труд вам не по силам». Но разве мог Ломоносов прекратить поиск! Поисками философского камня любители беллетристики объясняют открытие ученым твердой ртути и прочие исследования. Незадолго до смерти Ломоносов якобы сжег и свои записи, и сами свитки».
- Как-то все это неубедительно звучит, - сказала Агата, - «иллюзорное подтверждение», «мало материалов», шаманы какие-то. Не оказалось бы все это опять ложным следом, как в случае с Брюсом.
- Да ладно, Агата, что ты придираешься! – возразила Огонек, - я как раз верю в то, что Ломоносов искал философский камень! И даже мог его найти! И я лично ничуть не жалею, что мы побывали у Брюса. Прикольный дядька! А какие подарки он нам дал! Эликсиры правды, жизни и смерти ни в какой аптеке не купишь!
- Да, это правда! – согласилась Агата, - я тоже рада, что мы с Брюсом познакомились. Кстати, мы ведь забыли Василию рассказать про подарки Брюса.
- Не надо! – вдруг воскликнула Глаша, которая до этого все время молчала, напряженно о чем-то думая, - не надо пока ничего говорить Василию!
- Это почему? – удивился Сергей.
- Не знаю. Не пойму пока. Только чувствую – не надо Василию знать о подарках Брюса.
Агата, Огонёк и Сергей удивленно переглянулись. Странно. Никогда раньше они не скрывали ничего от Алексея или Василия. Что это вдруг нашло на Глашу? Но спорить не стали. Сейчас нужно было решить другой, более насущный вопрос: где место перехода в ломоносовские времена?
- Вот уж загадка, так загадка! – засмеялась Огонёк, - даже я, хоть и не такой историк знаменитый, как Агатка, знаю, что Ломоносов учился в Московском университете. Завтра, после встречи с Василием, рванем на Воробьевы горы!
- Огонёк, ты уж прости, но это полная ерунда, - остановила подругу Агата, - университет на Воробьевых горах построен в двадцатом веке.
- Вот-вот, - присоединился к дискуссии Сергей, - а раньше университет располагался в центре Москвы, неподалеку от Кремля. И сейчас там некоторые факультеты остались. И памятник Ломоносову именно там стоит.
- Ой, ну ошиблась чуть-чуть! – не смутилась Огонёк, - значит, поедем к старому зданию, делов-то.
- Да не перебивайте меня! – прикрикнула обычно спокойная Агата на друзей, - не учился Ломоносов ни в каком университете, не учился! Потому что не было тогда еще университета, ясно вам! Московский университет основан, вот, я уточнила уже в интернете, в 1755 году. И Ломоносов принимал участие в его создании, поэтому и памятник ему поставили у университета, и именем его университет назвали. К тому времени Ломоносов был уже известным ученым.
- А где ж он учился? – спросила Глаша.
- А учился Михаил Васильевич в «Спасских школах», так иногда называлиСлавяно-греко-латинскую академию. Именно эта академия считается первым высшим учебным заведением в России. Она была создана еще в 1687 году. Именно туда и поступил Ломоносов в 1731-м году.
- Странное название у академии, - пробурчала Огонек.
- Ничего странного. Сначала в академии изучали именно языки, но постепенно количество предметов увеличивалось. Отсюда и название.
- А где жАкадемия находится? – спросил Сергей.
- Этого я пока не знаю, - ответила Агата, - так что хватит болтать, ныряйте все в интернет и ищите информацию.
Через полчаса ответ на вопрос был найден. Заодно стало понятно, почему Славяно-греко-латинская академия раньше называлась Спасскими школами. Дело в том, что находилось это учебное заведение в самом центре Москвы, совсем рядом с Кремлем, на Никольской улице. В старину улицу называли Священной из-за обилия церквей, монастырей и часовен на ней. При этом вокруг были торговые ряды, а в районе Никольской существовал особый Иконный ряд, где продавали иконы. Современное название, Никольская, улица получила Никольского монастыря. Ученые считают, что в этом монастыре была Спасская церковь, которая постепенно превратилась в отдельный монастырь. Так как часть территории монастыря оказалась за Иконным рядом, он стал называться Заиконоспасский. Еще он назывался «Спас на Старом» или «Спас Старый». Именно в этом монастыре и располагалась Славяно-греко-латинская академия во времена Ломоносова.
- А что сейчас? Сохранились здания академии? – задал вопрос Сергей.
- Про это я нашла! – сказала Глаша, - вот, тут написано, что на доме номер 9 на Никольской улице памятная доска сообщает, что в этом здании размещалась Славяно-греко-латинская академия.
- Ну вот, мы и готовы к завтрашней встрече с Василием, - подвела итог Агата, - и человека вычислили, и место узнали.
Глава девятая. Глаша врёт
Утром 7 января ребята направились по привычному маршруту на встречу к Василию.
- Как дела? – спросил он, от нетерпения даже забыв поздороваться.
- Отлично! – гордо сказала Огонек, - нам нужен Ломоносов! А место перехода, как мы считаем, находится на Никольской улице, там когда-то была академия, где Ломоносов учился.
Ребята, перебивая друг друга, рассказали Василию о своих изысканиях. Услышав о свитках колдунов-шаманов, он удовлетворенно хмыкнул.
- Молодцы! – улыбнулся Василий, - не зря я на вас надеялся. А теперь смотрите и слушайте.
Василий достал из своей сумки какой-то сверток и осторожно развернул. В утреннем свете ребята увидели старинную карту.
- Это – Москва? – спросила Агата, которая уже видела нечто подобное в своих любимых книгах по истории.
- Да! Карта эта не только старинная, но еще и волшебная. Она поможет вам переместиться во времена Ломоносова. Отправляйтесь на нужное место, на Никольскую улицу и как можно точнее определите это место на карте. Возьмитесь за руки, а потом пусть кто-нибудь из вас дотронется до места на карте указательным пальцем и скажет год, в который надо переместиться.
- Вот с годом сложнее, - встревожилась Агата, - в Академию Ломоносов поступил в начале 1731-го года. Но тогда он еще не занимался алхимией. Наверное… А когда стал заниматься, жил уже в Петербурге, а не в Москве. Какая-то нестыковка получается.
Василий задумался ненадолго. А потом сказал:
- Не думаю, что возникнут трудности. Если свитки с алхимическими рецептами Ломоносов получил от отца, то они уже были при нем, когда он поступал в Академию. Ваша задача – добыть свитки и принести их мне, понятно?
- А если Ломоносов не захочет отдать нам свитки? – спросил Сергей.
- Вы ж не маленькие, сами сообразите, что делать! Не отдаст, значит, придется брать без спроса.
- Взять без спроса, значит – украсть? – подала голос Глаша.
- Ну вот, сама догадалась! – засмеялся Василий.
- Мы – не воры, - возмутился Сергей.
- Да ладно вам! Разве вам не приходилось хитрить и обманывать, когда вы имели дело с Кэшем и Ягой?
- Но Кэш и Яга – враги! А разве Ломоносов нам враг? – возмутилась Агата.
- Цель оправдывает средства, - ответил Василий, - вы хотите спасти Единорога? Или хотите чистенькими остаться?
Ребята не смогли ничего ответить на этот вопрос. Взяв карту, они молча направились к метро.
- Я жду вас тут, как только получите свитки, сразу сюда! – крикнул им вслед Василий.
Так, молча, и добрались до здания с памятной доской на Никольской улице.
- Здесь? – спросил Сергей. Агата кивнула. На улице было пусто, люди придут сюда позже, к вечеру, когда засияет на зданиях праздничная иллюминация и начнутся рождественские гуляния. Сергей бережно развернул карту. Агата отыскала нужную точку. Взялись за руки. Сергей дотронулся до выбранной точки, Агата четко произнесла: «Тысяча семьсот тридцать первый год!». Глаша крепко зажмурилась, ожидая, когда переход свершится. Через несколько секунд, открыв глаза, она увидела ту же улицу, ту же памятную доску. На другой стороне улицы, чуть подальше – здание ГУМа.
- Что за дела! – вскрикнула Огонёк, - мы никуда не перешли!
- Да, - согласилась Агата, - что-то не так сделали. Давайте еще раз попробуем.
Попробовать пришлось еще много раз. Ребята перемещались вдоль стены здания, дотрагивались до других точек на карте, даже год называли другой. Но переход в прошлое так и не состоялся. Наконец, они поняли, что придется возвращаться к Василию несолоно хлебавши.
Василий, судя по всему, уставший от ожидания, встретил их на подходе ко двору Арчила.
- Что так долго? Достали свитки?
Только Агата открыла рот, чтобы рассказать о неудаче, как её отпихнула Глаша.
- Василий, мы достали свитки! – от такого наглого вранья, да еще из уст всегда правдивой и застенчивой Глаши, ребята оцепенели, - но шаманы наложили на них заклятия. Тот, кто возьмет свитки неподготовленным, умрет страшной смертью. Поэтому, прежде, чем мы отдадим тебе в руки свитки, ты должен выпить вот это!
Глаша протянула опешившему Василию зеленый пузырек. Ребята сразу узнали один из прощальных подарков Брюса – эликсир правды. Агата, опомнившись, хотела было что-то сказать, может быть, остановить Глашу, но Сергей крепко схватил её за руку. И Агата поняла, что не стоит мешать подруге.
Василий, секунду помедлив, взял флакон и выпил зеленую жидкость. Сначала ребятам показалось, что Брюс их обманул, и эликсир не действует. Василий протянул руку к Глаше, словно ожидая, что девочка отдаст ему желанные свитки. Но через секунду-другую глаза Василия затуманились и рука опустилась. И тогда Глаша задала первый вопрос.
- Кто ты?
- Василиск, - голос Василия изменился до неузнаваемости и теперь больше походил на шипение змеи.
- Где Единорог?
- Не знаю.
- Единорог в безопасности? – подключилась к допросу Агата.
- Да.
- Кому нужно то, что ты хотел добыть в прошлом? – продолжила Глаша.
- Кощею. Яга и мой старший брат Горыныч предали его, когда Кощей совсем потерял свою силу. А я остался. Если я спасу Кощея, я стану его главным наследником. Я стану предводителем темный сил! Но Кощей так слаб, что может умереть в любую минуту. В настоящем добрые силы с вашей помощью победили нас. В прошлом еще можно отыскать то, что спасет Кощея. Но нам в прошлое нет ходу.
- Так, все понятно, - прервал речь Василиска Сергей, заметивший, что действие эликсира ослабевает, - а где Алексей?
- Алексей не может нам помешать, он в надежном месте. Как только к Кощею вернутся силы, он убьет Алексея.
Агата хотела задать еще какой-то вопрос, но тут Василий-Василиск вздрогнул, крепко зажмурился, а когда его глаза вновь открылись, ребята поняли, что действие эликсира кончилось. К счастью, Василий ничего не помнил, а потому лишь повторил все тот же мучивший его вопрос:
- Вы достали свитки?
- Нет, - печально покачала головой Глаша, - никаких свитков у Ломоносова нет! И никакой алхимией он на самом деле не занимался. Только химией.
Василий подозрительно посмотрел на ребят. Они выдержали его взгляд, хотя это было и нелегко.
- Мне нужно подумать, - буркнул Василий, - завтра в девять утра встречаемся тут же.
Глава десятая. Кто такие василиски
Понятное дело, ребятам было не до мюзикла. Но отказ от таких желанных раньше билетов вызвал бы слишком большие подозрения у родителей, а потому друзья решили не нарушать свои планы. Оставшееся до мюзикла время они провели в разговорах и поисках информации в Интернете.
Сначала, конечно, выслушали Глашу.
- Понимаете, мне с самого начала что-то казалось не таким, неправильным в поведении Василия. Уж слишком не похожи были его слова и поступки на то, как обычно вел себя с нами Алексей. И при этом – его сходство с кем-то очень мне знакомым.
- Ну да, мы ж с самого начала думали, что он похож на Алексея.
- Вот именно – думали. А я вспомнила, как похожа на меня была Маринка. Я пришла к выводу, что добро и зло иногда похожи внешне. И сразу же передо мной всплыло лицо Горыныча. Я стала узнавать его черты в чертах Василия. Я боялась вам сказать о своих сомнениях, потому что и сама ни в чем не была уверена. А потом Брюс… Помните, при прощании он говорил, что во всей этой истории, на его взгляд, что-то не так? Тогда я уже почти убедилась в своей правоте. Ну, а последние сомнения рассеялись сегодня, когда Василий убеждал нас, что цель оправдывает средства.
- Глаша, ты молодец! – похвалила подругу Агата, - если бы не ты… Я даже боюсь думать о том, что мы могли бы натворить!
- А знаете, - сказал Сергей, я думаю, что все эти наводки на прошлое, на Брюса и Ломоносова – это на самом деле работа добрых сил.
- Почему это? – встрепенулась молчавшая раньше Огонек, - зачем им направлять нас по ложным путям?
- Во-первых, не столько нас, сколько темных, - возразил Сергей, - во-вторых, не совсем ложных. Благодаря путешествию во времени мы получили от Брюса снадобья. Эликсир правды уже сослужил нам службу, и, думаю, два оставшихся эликсира нам еще пригодятся.
- А в-третьих, - продолжила мысль брата Глаша, - я думаю, что таким образом добрые силы обратились к нам за помощью. Именно мы должны спасти Алексея и не дать Кощею вернуть себе силы.
- Точно! – кивнула головой Огонёк, которую убедили доводы друзей, - с чего мы начнем?
- С того, что узнаем, кто же такой василиск, - ответила Агата.
Долго искать ответ не пришлось. Через час в специальном файле ребята собрали исчерпывающие сведения о василисках.
«Василиск» переводится с греческого как «маленький царь», «царёк». Это мифологическое существо во всех культурах символизирует зло. Обычно его представляли как полуптицу-полурептилию со змеиным телом, остроконечной головой и гребнем с тремя шипами на нем и на хвосте, на птичьих когтях. Василиск упоминается во многих легендах как «страж сокровищ», «царь змей», который может убивать взглядом и дыханием. В Египте им считалась коронованная ядовитая змея (кобра). Часто василиск изображался коронованной змеей, повелителем драконов и змей, перед которым преклоняются ее верноподданные. Убить василиска можно с помощью зеркала, тогда он сам убивает себя взглядом. В средневековой «Истории Александра Великого» повествуется о его сражении с василиском в темном ущелье: Александр убил чудовище именно с помощью своего щита, служившим зеркалом.
Рассказывалось и о таком способе, как привязывание стеклянного шара надо лбом василиска или устройстве возле него «стеклянного звона» — всего этого василиск не в силах перенести. С начала XVII в. несколько меняется облик и легенда о нем. В хрониках сообщалось, что рождается василиск из навоза, либо из куриного яйца, «насиженного» ужом. Внешне выглядит петухом, или индюком с головой и хвостом змеи. Убить его можно запахом и видом ласки, петушиным пением.
В ранней символике христиан василиск служил символом антихриста или дьявола как один из его обликов. В древнерусских словарях-азбуковниках василиск описывается как змей, одновременно имеющий сходство с петухом. Взглядом он проникает сквозь стены, обращает все живое в камень и сам умирает, увидев в зеркале свое отражение. Ядовитым дыханием василиск отравляет окрестный воздух, убивает птиц. Губителен для василиска вид или крик петуха».
- Вот ведь гадость какая! – с отвращением сказала Огонёк, когда Агата закончила описание Василиска.
- Да уж, гад ползучий, это точно, - согласился Сергей, - теперь надо придумать, как нам с этим гадом расправиться!
- И как спасти Алексея, - добавила Агата.
- Только нужно действовать очень осторожно, чтобы не вспугнуть Василиска и Кощея, - сказала Глаша.
- А нам больше ничего и не остается, - поддержала подругу Агата, - будем вести себя как ни в чем не бывало, пока не поймем, где искать Алексея.
Глава одиннадцатая. Пожарский и Ростопчин
Мюзикл помог ребятам хотя бы на час-другой забыть о Василиске и Кощее. Но ночью Агата разбудила Огонька криком: девочке приснился Алексей, прикованный ржавыми железными цепями к стене подвала.
Ко двору, где когда-то стоял дворец царя Арчила, друзья шли в полном молчании. Да и о чем тут говорить? Нужно было постараться ничем не выдать врагу то, что им все известно.
Василий, похоже, устал играть роль представителя добрых сил. Увидев в неверном свете зимнего утра его худое лицо, Агата с удивлением подумала – как раньше могли они верить, что этот человек с таким напряженным, цепким, недоверчивым взглядом – родной брат Алексея?
- Я ничего не могу понять! – даже не поздоровавшись, заявил Василий-Василиск, - я уверен, что то, что нам нужно, хранит Ломоносов. Может, это не свитки, может, камень, или эликсир, или что-то еще. Вы плохо искали! Вы должны вернуться и найти, иначе мы…
Тут Василиск спохватился и немного смягчил тон:
- Иначе мы не спасем Единорога.
- Но как мы вернемся к Ломоносову? – сделав вид, что не заметила чуть не вырвавшейся угрозы, спросила Агата, - разве можно дважды пройти в прошлое одним и тем же путем?
«Тем более, что и первый раз мы туда пройти не смогли», - ехидно подумала Огонёк.
- Нет, второй раз тем же путем вы в прошлое точно не попадете, - ответил Василий, - и у меня не осталось ничего, что могло бы открыть временной переход. Вам самим придется искать его. В этот, последний раз, я могу вам дать только наводку на место расположения перехода. Два имени помогут вам: Дмитрий Пожарский и Ростопчин. И поторопитесь, мы не можем больше ждать. Завтра на этом же месте. Если не добьетесь, чтобы Ломоносов отдал вам то, что прячет от всех, Единорог погибнет. Завтра жду вас тут. Прощайте!
- Ничего не понимаю! – Агата в отчаяние отвернулась от экрана компьютера, - ну что у них общего, у Пожарского, Ростопчина и Ломоносова?
- Мы этого точно не знаем, - ответила Огонёк, - ты ж у нас специалист по истории.
- Давайте еще раз перечитаем все, что мы нашли про Пожарского и Ростопчина, - предложил Сергей, - может, мы заметим то, что не заметили раньше.
- Ладно, слушайте, - вздохнула Агата, - «Дмитрий Михайлович Пожарский, потомок древнего рода, уходящего своими корнями к основателю Москвы, Юрию Долгорукому, родился в 1578 году в имении своей матери.После смерти отца Дмитрия, семья Пожарских перебирается в свой дом в Москве. С 15 лет Пожарский, по обычаям того времени, начал службу при дворе Бориса Годунова. Его мать, которая всегда оказывала помощь сыну, добилась высокого звания верховной боярыни при царице. Под влиянием матери Пожарский получил редкое по тем временамобразование. Мать привила сыну такие черты характера, как верность долгу и Родине. В Смутное время, при царствовании Лжедмитрия I, а затем во время правления Василия Шуйского, Пожарский продолжает службу при дворе. Когда войска Лжедмитрия I и поддержавшие его литовцы вторглись на Русь и начали грабить ее, Шуйский посылает Дмитрия Пожарского в качестве воеводы для борьбы с врагом. За верную службу он получил от царя вотчину своих предков, отнятую еще во времена Ивана Грозного.
Когда к власти в Москве после смерти Шуйского пришла Семибоярщина, и бояре впустили в столицу польские войска и призвали на престол польского королевича, многие города не приняли этого решения и отказались подчиняться. Стало формироваться первое народное ополчение против захватчиков, к которому примкнул и князь Пожарский. В ходе тяжелых боев с поляками он был ранен и вывезен в свою вотчину. Второе ополчение, которое начал собирать Кузьма Минин, по решению его руководителей, должен был возглавить Пожарский. Князь не отказал и сразу же прибыл в Нижний Новгород, где ополчение собиралось.
20 августа 1612 народное ополчение, возглавляемое Дмитрием Пожарским, подошло к Москве. В течение четырех дней шли ожесточенные бои с польскими и литовскими войсками. 24 августа они были полностью разбиты.
После изгнания врагов с русской земли, по предложению князя Пожарского, новым царем был избран последний из потомков Рюрика – Михаил Федорович Романов. После этого Пожарский продолжил службу при дворе до самой своей смерти в 1642 году». Вот, вкратце, все.
- Про Ростопчина я почитаю, - предложила Глаша, заметив, что Агата слегка охрипла от долгого чтения, - «русский государственный деятель граф Фёдор Васи́льевич Ростопчи́н родился в 1763 году. Вместе с младшим братом получил домашнее образование. Десяти или двенадцати лет зачислен на службу в Преображенский полк. Во время русско-турецкой войны Ростопчин участвовал в штурме Очакова, сражении под Фокшанами и битве при Рымнике, служил под командованием А. В. Суворова. После окончания турецкой кампании принял участие в военных действиях в Финляндии в ходе войны со Швецией. Позже он был прикомандирован к «малому двору» престолонаследника, великого князя Павла Петровича, при котором находился почти неотлучно и чьё расположение сумел завоевать.
После смерти Екатерины II, император Павел Петрович назначил бригадира Ростопчина генерал-адъютантом при Его Императорском Величестве. После убийства Павла отправленный в отставку, Ростопчин занимался, в частности, литературой.
В 1812 года после нападения Наполеона на Россию Ростопчин был назначен военным губернатором Москвы, произведён в генералы от инфантерии и назначен главнокомандующим Москвы. После публикации манифеста 6 июля о созыве народного ополчения Ростопчин лично контролировал сбор губернского ополчения, проходивший не только в Москве, но и шести соседних губерниях.
31 августа Ростопчин впервые встретился на военном совете с Кутузовым. По-видимому, уже в этот день он предложил Кутузову план сжечь Москву вместо того, чтобы сдавать её неприятелю.
В первую же ночь после захвата Москвы французами в городе начались пожары, к третьему дню охватившие его сплошным кольцом. После освобождения Москвы у Ростопчина начались проблемы со здоровьем. Александр I, вернувшись из Европы, принял в конце июля 1814 года отставку Ростопчина. Умер Ростопчин в Москве 18 января 1826 года. Похоронен был на Пятницком кладбище».
- Все? – спросил Сергей, когда Глаша замолчала.
- Все, - ответила за Глашу Агата, - информации масса, а толку никакого. Все так сложно…
- Вот-вот! – почему-то ликующим голосом откликнулась вдруг Огонёк, - слишком сложно! Потому что ты, Агата, всегда ищешь сложности даже там, где все просто!
- Что просто? – разозлилась Агата, - может, ты уже знаешь отгадку?
- Конечно, знаю! – гордо ответила Огонёк, - без всяких там излишних погружений в историю. И вы бы уже догадались, если бы пошли самым простым путем. Нам что нужно найти? Не забыли?
- Таинственные предметы, которые хранит Ломоносов? – полу-ответила, полу-спросила Глаша.
- Ну, это потом. Подсказку нам Василий для чего дал?
- Чтобы определить место, где находится временной переход.
- Вот именно! Место! А место в городе – это, скорее всего, дом.
Агата, внимательно, хотя и немного сердито слушавшая до этого подругу, вдруг застучала клавишами компьютера. Прочитав то, что появилось на экране, она вскочила с места и чуть не задушила Огонька в объятиях:
- Ты гений! Настоящий гений!
Глава двенадцатая. В старом доме
Огонёк была права. Решение казавшейся неразрешимой загадки оказалось очень простым. Стоило Агате ввести в поисковую строку Яндекса три слова: «дом», «Пожарский», «Ростопчин», и она получила не только ссылки на целую кучу сайтов, но и ответы на оба вопроса: о том, что связывает князя Пожарского с Ростопчиным, и о том, где искать переход в прошлое.
На Большой Лубянке стоит прекрасный дом с древней и интересной историей. В начале XVI века именно тут располагались каменные палаты князя Дмитрия Пожарского. А в 1812 году дом принадлежал Федору Ростопчину. Этот дом описан Л. Н. Толстым в романе «Война и мир».
Ростопчин покинул свой особняк, когда в город вошли французы. В доме Пожарского-Ростопчина расположился наполеоновский генерал, что и спасло усадьбу от пожара. После изгнания французов дом был продан герою войны 1812 года графу Василию Васильевичу Орлову-Денисову.
- А что с домом сейчас? Что там сейчас находится? – задал резонный вопрос Сергей.
- Ничего там сейчас нет! – грустно сказала Агата, - разрушается постепенно дом. Жалко, такой красивый…
- Ничуть не жалко! – возразила Огонек, - нам это только на руку! В заброшенный дом легче попасть! Хватит время терять, сейчас же едем!
По адресу дом нашли быстро. Он, действительно, был заброшен. Прекрасный когда-то фасад затянут зеленой сеткой, вокруг дома – забор. Впрочем, как показывал опыт, в любом заборе при желании можно найти дырку. Что друзья и сделали. Трусливая Глаша опасалась, что на другой стороне забора их встретят злобные сторожевые псы. Отчасти она была права: стоило Сергею сунуть голову в дырку, как он увидел пару дворняг, которые «поприветствовали» его заливистым лаем. К счастью, у Агаты в рюкзаке нашлась упаковка чипсов, и самозваные сторожа быстро сменили гнев на милость.
Двери в здании были наглухо забиты, но ребятам удалось отломать доски, закрывающие окна в полуподвальный этаж. И вот они уже стоят посреди темного, сырого, холодного помещения.
- И как мы будем искать временной проход? – Агата едва успела произнести эти слава, как темная куча мусора в дальнем углу полуподвала зашевелилась, заставив девочку зажмурится от ужаса.
Глаша, истошно завизжав, кинулась за спину брата. Отважная Огонёк схватила с пола обломок кирпича и уже было запустила его в неведомого врага, но Сергей остановил её:
- Стоп, Огонёк! Мне кажется, это… это… Евграф, это ты?
Девочки застыли от изумления. «Куча» еще чуть-чуть повозилась, а потом приподнялась и… Нет, это был не Евграф, но кто-то очень на него похожий.
- И никакой я не Евграф, - заворчало существо, - тоже мне, сравнили! Евграф, брат наш, темный совсем, неотесанный, в лесу живет, домом избушку полуобвалившуюся называет. А мы – домовые знатные, почтенные, в княжеских да графских хоромах обитаем!
- Ну, твои-то хоромы тоже скоро в развалины превратятся, - съехидничала Огонёк, оскорбившись за старого друга – Евграфа.
- Развалины – не развалины, а мы с графьями да с князьями жили. И вообще – нечего тут дразнится. Кто вы такие и зачем сюда пожаловали?
- Я – Агата, а это – мои друзья Глаша, Огонек и Сергей. А ты кто? Как тебя звать?
- Я – Ерофей, Евграф мне братом двоюродным приходится. Не знай вы Евграфа, я бы вас сейчас напугал да и прогнал. Но раз вы с Евграфом друзья… Ладно, рассказывайте, что вам в моем доме понадобилось!
Выслушав откровенный рассказ ребят, Ерофей немного помолчал. А потом сказал:
- Ничего я в вашем деле не понял. Ни про Ломоносова вашего, ни про тайны его я ничего не знаю. Но в прошлое в доме точно переход есть. Попадал я туда пару раз, больше не хочу. Страшно там в вашем прошлом, чуть задержишься – огнем обожжет. Но, если вам туда так сильно надо, я переход покажу.
И Ерофей повел ребят по остаткам дома Пожарского-Ростопчина. Временной переход находился в дальнем углу самого глубокого подвала дома. Здесь было настолько темно, что слабый свет экранов мобильников не позволял рассмотреть ничего дальше вытянутой руки. Друзья так старались идти осторожно, чтобы не споткнуться об обломки кирпичей, что не сразу заметили, что уже совершили переход в прошлое.
Агата, похоже, единственная из друзей обратила внимание на слова Ерофея о том, что в прошлом им грозит опасность от огня. Почему-то она вообразила, что временной переход выведет их к горящему камину или к печи. Но тут, в прошлом, не было ни камина, ни печи, ни огня. Друзья оказались в каком-то темном коридоре. В дальнем его конце из полуоткрытой двери падал слабый свет, освещая спящего на низеньком тюфячке солдата.
- Кто там? – раздался из комнаты слабый голос, - пить… Дайте воды.
В комнате на широком диване лежал очень бледный человек с перевязанной ногой. Глаша, не мешкая, взяла с низенького столика стакан с каким-то питьем и, осторожно приподняв голову раненного, напоила его.
Агата напряженно всматривалась в лицо офицера. Темные волосы, широкие брови, крупный нос, выразительные, страдающие глаза. Она явно знала этого человека, видела его портреты.
- Благодарю тебя, дитя, - раненый с усилием улыбнулся Глаше, - как твое имя?
- Аглая, - Глаша почему-то решила назваться полным именем, - а как зовут вас?
- Пётр Иванович, Багратион.
- Багратион? Ну конечно ж, Багратион! – Агата сразу же вспомнила портрет героя. Но одновременно в памяти всплыли и трагические подробности: Бородинское поле, ранение, через несколько дней – смерть.
- Петр Иванович, не удивляйтесь моему вопросу, вы получили ранение на Бородинском поле?
- Да,- видимо, у Багратиона не было сил на удивление и лишние вопросы. Агата поняла, что герой доживает последние дни, может быть, часы. Оставалось, судя по всему, совсем немного времени до того момента, когда объятая пожаром Москва (вот он, огонь, о котором предупреждал Ерофей) будет сдана французам. В те дни любой незнакомец вызывал у москвичей подозрение. Что уж говорить о странно одетых подростках! В комнату в любую минуту могли войти. Но другой возможности попасть в прошлое у них не будет!
- Петр Иванович, пожалуйста, скажите, вы когда-нибудь встречались с Михаилом Васильевичем Ломоносовым?
В глазах Багратиона вспыхнул огонек:
- Я не мог быть знаком с Михайлой Васильевичем. Он умер в апреле 1765 года, а я родился в июле.
- Опять ложный путь! – воскликнула Огонёк.
- Ложный путь? О чем вы? Кто вы? Что вы ищете?
- Мы сами не знаем, что мы ищем, - в отчаянии махнул рукой Сергей, - мы хотим спасти нашего друга, хорошего честного человека. И вынуждены играть в игру с темными силами, которые хотят заполучить какую-то магическую вещь, она вроде бы была у Ломоносова.
- Он знал… - голос Багратиона ослаб, на лбу выступили капли пота, - он знал, что вы придете. Не будь я ранен, я бы не отдал вам его, я бы сам принял бой с темными силами. Но сейчас единственное, что могу сделать я, это передать его вам.
- Он бредит? – испуганно спросила Агата.
- Нет, - у Глаши слезы текли по щекам, - он пытается нам что-то сказать. Багратион, видимо, на несколько секунд потерял сознание. Тишину нарушали только хриплое дыхание раненого, да крики на улице. Наконец, Петр Иванович открыл глаза:
- Перед своей смертью Ломоносов встретился с моим отцом. Он откуда-то знал не только то, что родители ждут ребенка, но и что на свет появится мальчик, то есть я. Ломоносов передал Это отцу и велел передать мне через четырнадцать лет. Ломоносов предупредил, что многие могут охотиться за Этим, но я должен хранить Это и передать только своему сыну. Но я умираю, а сына у меня не было и нет. И почему-то я верю вам, странные незнакомцы, хотя не знаю, ангелы вы или демоны. Возьмите Это вон там, в походной шкатулке, Оно завернут в белый платок с вышитой монограммой Ломоносова. И уходите, пока вас никто не увидел. Прощайте!
Глава тринадцатая. Трудный выбор
Дар Ломоносова ребята как следует разглядели только дома у Агаты. По возвращении в настоящее их встретил встревоженный Ерофей и сообщил, что «змей проклятый» поджидает ребят за ограждением дома Пожарского-Ростопчина. У ребят не было времени, чтобы спросить, как удалось Ерофею распознать в человеческом обличье василиска. И не было возможности выяснить, каким образом Василий выследил их путь к дому. Одно было ясно – сейчас, без предварительной подготовки, им не следует встречаться с врагом.
Улизнуть от Василия помог Ерофей и его лохматые друзья- собаки. Домовой пробурчал псам что-то на непонятном языке, отодвинул уже знакомую ребятам доску, потом другую. Собаки выскочили в лаз и с отчаянным лаем накинулись на Василия. Тому ничего не оставалось, как бежать.
И вот ребята уже окружили Агатин письменный стол. Глаша осторожно разворачивает платок с монограммой, в который завернуто странное перо. В прошлом, как известно, не было ни ручек, ни фломастеров, ни карандашей. И люди писали гусиными перьями. Но это перо не было гусиным. Его основу составлял игла из светлый металл. А вот оперенье было похоже на настоящее. Только не белое, как на гусиных перьях, а серое, почти черное.
- По-моему, все ясно, - прервала молчание Огонек, - мы нашли то, что нам нужно!
- Нам нужно перо? – не поняла Глаша, - зачем?
- Глашка, включи мозги! И глаза не мешает открыть пошире! Разве это обычное перо? Ты посмотри, на что это похоже? – Огонек тыкнула пальцем в металлическую часть, - это ж игла! Самая настоящая игла!
- И что? – Глаша все еще не могла разгадать загадку ломоносовского дара.
- Именно в игле таится смерть Кощея, помнишь, - пришла на помощь Агата.
- Вот именно! – обрадовалась Огонёк, - а перья – уткины! Ну, все ж ясно. Игла – в яйце, яйцо – в утке, утка – в зайце, заяц – в сундуке. У Ломоносова не было ни свитков, ни зелий! У него была та самая игла, в которой смерть Кощея. А перья утиные он приляпал, чтобы замаскировать иглу, спрятать её! Все просто.
- Похоже на правду, - сказал Сергей.
- Не похоже, а так и есть! – ликовала Огонёк, - сейчас сломаем иглу и покончим с Кощеем!
Она уже потянулась к игле, но Агата перехватила руку подруги.
- Постой! Нельзя такие решения принимать второпях! Даже если мы убьем Кощея, сломав иглу, как мы спасем Алексея? Ты забыла про него.
- Ничего не забыла! Когда Кощей погибнет, все чары разрушаться, и Алексей будет свободен, это ж ясно!
- Нет, не ясно! – покачала головой Агата, - Кощей – не единственный представитель темных сил. Есть Яга, и Змей, и Василиск! Это только те, с кем мы знакомы, а сколько их еще! Они могут держать Алексея в плену и после смерти Кощея. А могут и убить. И вообще я не уверена, что нужно ломать иглу. Ведь Ломоносов не стал этого почему-то делать. А он не глупее нас был.
- Ну да, это я глупая, - ни с того ни с сего вдруг обиделась Огонёк, - ты умная, Глашка добрая и красивая, Серёжка вообще гений, одна я дура, да? И злобная к тому же, вон, Алексея хочу погубить, да?
Агата, не ожидавшая от Огонька такого взрыва, растерялась. Глаша, которая терпеть не могла ссор, засуетилась между подругами, стараясь их помирить. И только Сергей, похоже, не придал никакого значения стычке, напряженно думая о чем-то. Девочки уже говорили хором, Глаша плакала, у Агаты тоже подозрительно блестели глаза, а Сергей отвернулся и уткнулся в экран Агатиного компьютера. Наконец, Глаша не выдержала и окликнула брата:
- Серёжа, ну хоть ты скажи им!
- Так, прекратите все орать! – Сергей повернулся и посмотрел на разбушевавшихся девчонок, - у меня есть план.
Расставаясь накануне вечером после обсуждения Сережиного плана, друзья собирались как следует выспаться. Неизвестно, какие опасные приключения ждут их впереди, поэтому нужно было набраться сил, чтобы вступить в бой со светлой головой. Но, судя по бледным лицам Агаты и Глаши, им не удалось отдохнуть – волнение победило, Агата почти не спала, а Глашу всю ночь мучили кошмары.
Вести разговор с василиском решили доверить Сергею.
- Василий, нам удалось найти то, что мы искали! – не дав врагу даже рот открыть, Сергей взял инициативу в свои руки, - вот, смотри!
Сергей достал из кармана перо и издали показал его Василию. Огонёк предлагала вообще не упоминать о пере, продемонстрировав василиску другой предмет. Но Агата убедила друзей не рисковать: темные силы могли почувствовать обман. Василий уже подозревал их в «двойной игре», недаром он выследил их путь до дома Пожарского-Ростопчина.
- Что это? Дай мне! – потребовал василиск, но Сергей отступил назад:
- Нет-нет, не трогай! Ломоносов предупредил нас, что перо потеряет волшебную силу, если до него дотронется кто-либо, кроме человека, получившего перо из рук Михайлы Васильевича. Мне Ломоносов передал перо, я и должен отнести его туда, где темные прячут Единорога. Веди нас скорее!
Василий растерялся:
- Перо? Это точно перо?
- Да, перо! – Сергей говорил очень уверенно, - Ломоносов сказал, что нужно подойти к тому, кто нуждается в помощи, и написать желаемое на пергаменте. Потом пергамент нужно сжечь, и желаемое исполнится. Но писать пером могу только я.
Про пергамент, желание и сожжение написанного придумала Агата. Сергей сомневался в её задумке: уж слишком по-книжному все звучало. Но, похоже, Василий клюнул на Агатину «удочку».
- Ладно. Тогда прямо сейчас и пойдешь со мной!
- Нет! – вмешалась Огонёк, - мы все пойдем!
- Это еще зачем? Сергей будет нести перо и писать, а вы там к чему?
- К тому, что Ломоносов так сказала! – нашлась Агата, - если темные силы вдруг выведут Сергея из строя, одна из нас сможет взять перо и написать желание!
На лице Василия было написано сомнение. Поколебавшись, он принял решение:
- Значит, так. На всякий случай возьму одну из вас. А всем стадом тащиться нечего. Ты, Сергей, решай, кого из девчонок берем с собой.
Ничего себе! Этого Сергей никак не ожидал. Три пары глаз смотрели на него с надеждой.Парень ужасно злился на Огонька: зачем она вылезла? Конечно, ему страшно идти в логово темных сил, но будет еще страшнее, если с ним пойдет любая из девочек. Как он мог делать выбор, если речь шла о смертельной опасности? Но и опровергнуть слова Огонька и Агаты Сергей не мог: тогда василиск вообще перестанет им верить.
Кого выбрать? Отчаянно храбрую Огонька? Вдумчивую Агату? Верную сестру Глашу? Кто будет лучшей помощницей там, в неведомом?
- Ты долго еще думать собираешься? – прервал размышления Сергея василиск.
Он не успел ответить, потому что, неожиданно для всех, Глаша схватила брата за руку и посмотрела ему прямо в глаза:
- Я не отпущу тебя одного! Ни за что не отпущу!
Сергей кинул виноватый взгляд на Агату и Огонька и кивнул в знак согласия.
Глава четырнадцатая. Друзья познаются в беде
Василий не дал ребятам ни минуты на прощание. Резко повернувшись, он пошел за угол дома, туда, где свет фонаря еще не смог прогнать предрассветную черноту зимней ночи. Глаша с трудом поспевала за ним, а Сергей шел последним, стараясь запомнить дорогу. Впрочем, скоро брат с сестрой поняли, что Василий направляется в тот самый парк, где всего несколько дней назад (а кажется – давно!) они устроили квест для малышей.
- Я думаю, он ведет нас в бункер, - шепнула Глаша.
И оказалась права. Не обращая внимания на сугробы, василиск подошел к двери а и открыл ржавый замок большим, старинного вида ключом. Василий прекрасно ориентировался в темном бункере, а вот ребята в первую минуту почувствовали себя слепыми котятами. Не успели их глаза адаптироваться в темноте, как дальняя стена бункера исчезла и оттуда хлынул поток яркого, неестественно белого света. А еще через минуту Сергей и Глаша оказались в небольшой комнате, похожей на больничную палату. Тут, на возвышении, закутанный в багровый то ли плащ, то ли плед лежал Кэш.
На первый взгляд, он выглядел так же, как летом. Но Глаша поняла, что за прошедшие месяцы ему стало еще хуже. Если раньше Кощея можно было сравнить с умирающим человеком, то сейчас он был похож на мертвеца. Лишь страшное, сиплое дыхание заставляло поверить в то, что Кэш жив. Он не открыл глаз, не изменил позы, только выдавил еле слышным хриплым голосом:
- Принес?
- Да, шеф! Но он не дает мне. Говорит, если я возьму Это в руки, чары будут нарушены.
Кощей, наконец, открыл глаза. Мертвые, страшные, ледяные и леденящие сердце глаза.
- А, это ты, - узнал Кощей Сергея, - дурак… Я бы не убил тебя. Девчонок уничтожил, а ты стал бы моим наследником. Ты смог бы. Ты сильнее их всех, даже Яги. Но ты выбрал людей. Дурак. Теперь я убью тебя.
- Нет, - голос Сергея звучал почти спокойно, но Глаша видела, каким усилием воли дается брату спокойствие, - ты не убьешь меня. Потому что Это у меня. И ты знаешь, что Это, ведь ты, в отличие от меня, не дурак.
- Эй, ты, что ты стоишь и слушаешь бредни гаденыша? Отними у него Это! – от злости силы словно вернулись к Кощею, его голос стал почти грозным. Василиск сделал было шаг по направлению к Сергею, но мальчик вытащил из кармана перо и взялся двумя руками за иглу.
- Если василиск сделает хотя бы шаг, я сломаю иглу!
Кощей вздрогнул и взглядом приказал василиску остановиться.
- Где Алексей? – спросил Сергей.
- В надежном месте, откуда ему не выбраться. Даже если ты сломаешь иглу, и я погибну, василиск или другие мои слуги тут же убьют твоего старшего дружка. Тебе его не спасти. Но ты можешь спасти себя. И, если захочешь, эту увязавшуюся за тобой девчонку. Отдай мне иглу. Она может убить меня, но может и спасти. Отдай мне иглу, и я отпущу вас.
- Я дурачок, но не до такой степени, - улыбнулся Сергей, - не верю ни одному твоему слову. Я отдам тебе иглу, если ты отпустишь и нас, и Алексея. А если кто-то из вас попытается дотронуться до меня или Глаши, или причинить нам вред любым другим способом, я немедленно сломаю иглу.
Кощей в изнеможении закрыл глаза. Тяжелая тишина повисла в комнате. В Глашиной голове молоточком стучала фраза из учебника алгебры «задача, не имеющая решения».
Василий, Сергей и Глаша исчезли быстро, лишив девочек надежды потихоньку следовать за ними. Оставшись одни, Агата и Огонёк долго не решались заговорить. После вчерашней ссоры словно нарушилась какая-то связь между ними. Каждая пыталась убедить себя в том, что права, но в душе сожалела о случившемся.
- Огонёк, я вовсе не хотела тебя обидеть!
- Агатка, я дура, не знаю, что на меня нашло!
Подруги заговорили одновременно, даже сейчас, когда Глаша и Сергей отправились в логово Кощея, это прозвучало смешно и вызвало на лицах девчонок смущенные улыбки.
- Что будем делать?
- Не знаю…
- Мы ведь не бросим их, да? Но куда они исчезли?
- Неизвестно. Мы не можем сидеть и ждать. Алексей в беде, теперь и Сергей с Глашей тоже. А друзья познаются в беде, это всем известно.
- Вот именно! – вдруг встрепенулась Огонёк, - именно, друзья!
- О чем ты? – не поняла Агата.
- О том, что пришло время обратиться к друзьям! К друзьям Алексея!
Молодец, Огонек! Агата даже немного подосадовала на себя, что не вспомнила об Иване, Анне и Насте. С друзьями Алексея сначала познакомилась Глаша, когда летом они выручали из Кощеева плена Единорога. А на осенние каникулы Настя по приглашению Глаши приезжала в Москву. Агата, Огонёк, Серёжа и Глаша показали гостье все свои любимые места в городе, и с тех пор постоянно общались по скайпу.
Через три часа Иван и Анна, Настины родители, оставив дочку дома с маленьким братишкой, были уже в Москве.. Выслушав девочек, друзья Алексея долго молчали, что-то обдумывая. Первой заговорила Анна:
- А где оставшиеся два эликсира?
- Два эликсира? – Агата не сразу поняла Анну.
- Вам Брюс дал три эликсира, эликсир правды вы использовали, а где эликсиры жизни и смерти?
- У меня, - ответила Огонек, - мы решили их взять с собой в царство Кощея, вдруг пригодятся. Но Сергей выбрал Глашу, а я совсем забыла об эликсирах.
- Не расстраивайся, - постарался утешить девочку Иван, все предусмотреть невозможно. Отдай эликсиры Анне, они нам очень пригодятся.
- Мы идем к Кощею? – поинтересовалась Агата.
- Как бы я хотел сказать, что к Кощею иду один, на худой случай – с женой. Мне было бы спокойней, если бы вы, девочки, остались дома.
Агата с Огоньком начали было протестовать, но Иван жестом призвал их к молчанию.
- Не о чем тут спорить. К моему большому сожалению, оставить вас тут, в безопасности, я не могу. Думаю, без вас мы не сможем победить темных. Так что вы идете с нами. Пойду, поговорю с твоей мамой. А ты, Огонек, звони родителям. Скажи им, что тебе нужно срочно что-то взять из вашего загородного дома. К примеру, забытый новогодний подарок для подружки. Пусть предупредят охрану, что ты приедешь не одна, а с нами.
Агатина мама еще осенью, когда Настя гостила в Москве, познакомилась с Иваном и Анной и спокойно разрешила девочкам съездить вместе с ними в к Огоньку домой за подарком для Насти.
- Вы думаете, мы успеем освободить Алексея за несколько часов, - засомневалась Огонек.
- Разве ты забыла, что время – величина переменная, - улыбнулся Иван.
Итак, через полчаса машина Ивана уже направлялась к загородному дому Огонька, где в старом охотничьем домике летом был переход в царство Кэша. Но действует ли переход сейчас? На этот вопрос пока никто не знал ответа.
Зимний лес был так красив, воздух так свеж и вкусен, что на минуту Агата забыла о том, какая беда привела их на тропу, ведущую к Охотничьему домику. Вот бы поваляться сейчас в снегу, поиграть в снежки с ребятами, а потом попить горячего чайку в тепле большого дома! Но мечты пришлось отложить – они уже подошли к развалинам Охотничьего домика.
Для того чтобы добраться до скрытого под мозаикой рычажка – ключа, пришлось разгребать снег. Первой цели достигла Огонек. Она нажала на рычажок, ожидая, что сейчас откроется люк и появится ведущая вниз лестница, но увы… На помощь подружке пришла Агата. Они дергали рычажок, стучали по нему, но все усилия оставались тщетными.
- Оставьте, девочки! – остановил их Иван, - понятно, что этот проход не работает. Придется действовать другим способом.
Анна, похоже, только и ждала этих слов. Она вытащила из рюкзака кусок холста, бережно развернула его. И девочки увидели сухой венок.
- Это – венок из двенадцати трав. Плетут его 15 августа, в день Степана Сеновала. Собирать травы для венка нужно всей семьей. Называют венок солнцем смаревами. Венок должен висеть в красном углу, травы из него в случае болезни или беды нужно отрывать, заваривать и пить. Сила венка до будущей весны сохраняется. Но есть у венка еще одна, страшная тайна. Если его сжечь до наступления весны, можно вызвать нечистую, темную силу.
- И мы сейчас это будем делать? – с дрожью в голосе спросила Агата.
- Да! Без помощи темных нам не найти путь в царство Кэша. Точнее, не найти его быстро. А промедление смерти подобно для ребят и Алексея.
Пока они разговаривали, Иван приготовил маленькую деревянную палочку. Если бы сейчас рядом с Агатой и Огоньком стояла Глаша, она бы сразу поняла, что это – коклюшка, такая же, как та, что когда-то подарила ей Настя. Обычной спичкой Иван поджег коклюшку и осторожно, чтобы огонь не погас, поднес к венку. Секунда – и сухие травы вспыхнули ярко и весело.
- Яга, зову тебя! – необычно низким, грудным голосом позвала Анна, - Яга, зову тебя! Яга, зову тебя!
В тот миг, когда призыв прозвучал в третий раз, огонь погас, оставив от венка лишь кучку пепла, а за спиной Агаты послышался знакомый холодный голос:
- Зачем звала?
Да, это была Яга-Ядвига – такая же молодая, холодно-прекрасная и опасная.
- Мы знаем, что ты и Змей Горыныч хотите победить Кощея и захватить власть в царстве темных, - сказала Анна.
- Пусть так. Но какое вам до этого дело?
- Значит, есть дело, коли мы вас вызвали, - заговорил Иван, - мы можем покончить с Кощеем, если вы поможете нам до него добраться.
- Хотите освободить своих? – усмехнулась Яга. Иван в ответ лишь кивнул головой.Ядвига задумалась. Помолчав, она недобро ухмыльнулась и сказала:
- Что ж, от выгодных союзов я никогда не отказывалась. А Кощею давно пора расстаться со своим бессмертием.
Отвернувшись от своих новых «союзников», Яга прошептала какие-то непонятные слова. Неожиданно подул сильный ветер, солнце скрылось за тучей. Впрочем, уже через мгновение стало понятно, что это – не туча, а гигантские крылья закрыли солнце. На полянку перед Охотничьим домиком совершенно бесшумно опустился самый настоящий Змей Горыныч. Не тот, уже знакомый девочкам, молодой человек с холодными глазами, а чудовище, похожий на воскресшего динозавра с огромными черными крыльями и тремя головами. Огонёк еще держалась, но Агата вскрикнула и кинулась к Анне.
- Не бойся! – спокойным, лишь немного напряженным голосом успокоила девочку Анна, - сейчас они нам ничего не сделают.
- Ну что ж, - весело сказала Яга, - экипаж Аэрофлота приветствует вас! Занимайте места согласно купленным билетам!
Глава пятнадцатая. Жизнь и смерть
Никому не пожелала бы Агата повторить их путь к Кощею на спине Змея Горыныча. Сначала, заняв место между Иваном и Огоньком на кожистой широкой спине, девочка вспомнила, как летом их мчал по земле и над землей Единорог. Каждая минута того чудного полета помнилась ей как веселая, звонкая, вселяющая радость и надежду мелодия. А теперь, когда Змей расправил темные, почти черные крылья и взмахнул ими, на всех опустилось облако смрада и духоты. А сердца, напротив, охватило страшным, смертельным холодом. Они поднялись над лесом, теперь внизу была какая-то белая пелена, а вверху – серое стылое небо. И так хотелось, чтобы полет скорее кончился.
Но он не кончился даже тогда, когда их живой «летательный аппарат» стал стремительно снижаться, приближаясь к земле. В какой-то миг Агате показалось, что они разобьются, но тут Змей, видимо, влетел в пещеру или подземный ход. Стало так темно, что девочка испугалась – может, она ослепла и никогда больше не увидит света солнца, лица мамы, синего неба? Но постепенно глаза привыкли к темноте, и Агата разглядела, как мимо проносятся каменные стены. Иногда Змей задевал их крыльями, высекая из камня искры огня.
Так они летели очень долго. Наконец, Змей сложил крылья, вытянул длинные когтистые лапы и затормозил ими.
- Приехали! – сказала Яга, - теперь идите за мной, и потише. Не надо, чтобы Кощей раньше времени узнал о нашем «дружественном» визите.
Подземный ход стал уже и ниже. Идти было трудно: под ногами – скользкие мокрые камни, свод так низок, что приходится наклонять голову. Но вот Яга-Ядвига остановилась и, вытянув руку вперед, осветила стену синеватым неверным светом. В руке Яги не было ни фонарика, ни свечи, ни мобильного телефона. Похоже, свет исходил непосредственно из её длинных тонких пальцев.
- Кажется, тут, - пробормотала Яга и принялась шептать похожие на шипение непонятные слова, ритмично поводя руками вправо и влево. И вот волшебство «сработало» - камни начали разъезжаться в стороны, открывая путникам дорогу в Кощеево убежище.
- Обо мне и Змее – ни слова, предупредила Яга, - справляйтесь сами. А я подожду результата.
«Как же, подождет она, - чуть слышно шепнула Агате Огонек, - только и ждет, чтобы в спину нам удар нанести, гадюка!»
Между тем, Иван, Анна и девочки прошли через открывшийся ход в стене в небольшую комнату, похожую на прихожую в самой обычной квартире. Из «прихожей» столь же обычный коридор вел в комнату, откуда падал яркий белый свет и слышались знакомые голоса.
- Сергей, берегись, - послышался голос Глаши, - не спи, слышишь, не спи! А лучше дай перо мне!
- Не волнуйся, Глаша, я не сплю, просто глаза устали от яркого света, вот я их и прикрыл, - голос Сергея звучал устало и сонно, - я сам буду держать перо, так надежнее.
- Интересно, сколько ты его продержишь, - это говорил Василий, - рано или поздно все равно уснешь, ты ж не из железа сделан.
- Не радуйся, - похоже, ехидство василиска придало Сергею сил, - прежде чем заснуть, сломаю перо, и Кощей твой сдохнет! Вон, он уже почти без сознания, на последнем издыхании.
- Если Кощей сдохнет, я убью и тебя, и сестрицу твою, и Алексея вашего. И стану боссом темного царства.
- Боссом он станет, размечтался, - оказывается, Яга тоже прошла в «прихожую», - что вы медлите, заходите уже, покончите с Кощеем и этим мелким змеенышем!
Иван кивнул в знак согласия, но, прежде чем зайти в комнату, откуда слышались голоса, что-то шепнул Анне.
Иван вошел в комнату первым, Агата – за ним. Неожиданное появление новых действующих лиц вызвало совершенно разную реакцию: глаза Сергея и Глаши засверкали радостью, удивлением, надеждой, василиск впал в ступор, а страшное лицо Кэша исказилось судорогой боли и гнева.
- Сергей, ломай иглу, Кощей уже много бед на земле натворил, хватит! – голос Ивана звучал настолько уверенно, а слова его были так верны и мудры, что все сомнения рассеялись. Легкое движение пальцев, почти занемевших от того, что несколько часов они держали чью-то жизнь – и игла сломана. Агата боялась смотреть на Кощея, но почему-то, вопреки своему желанию, не могла отвести от глаз от того, кто всю свою долгую жизнь сеял зло и слезы, а сейчас сам должен был погибнуть. Впрочем, гибель Кощея вовсе не стала эффектным зрелищем, так мгновенно он исчез с лица земли. Миг – и ложе, на котором только что лежало его изможденное, похожее на скелет тело, пусто. Ни пепла, ни огня, ни звука.
- Что ж, спасибо, освободили мне место, – опомнился василиск, - кстати, скажу вам по секрету на прощание, что вашего любимого Алексея, которого вы так жаждали спасти, я убил по приказу Кощея час назад.
От этих слов у Агаты чуть не остановилось сердце. Казалось, еще секунда, и оно не выдержит, разорвется в груди от непереносимой боли и горя. Но этого не случилось, потому что все вдруг услышали знакомый голос.
- Ты убил меня, но я жив, как видишь!
Агата оглянулась. За её спиной стояли Алексей, Анна и Огонёк. Василиск, впрочем,смог достаточно быстро оправиться от шока, вызванного появлением чудесным образом воскресшего Алексея. Он поднял руку и приготовился, судя по всему, произнести какое-то заклятие, чтобы уничтожить не только воскресшего врага, но и всех, кто пришел ему на помощь. Но тут вперед выступила Огонёк. Она держала в руке знакомый флакон – тот самый, в котором раньше был эликсир жизни.
Агата поняла, что Анна и Огонек не вошли вслед за ней и Иваном в комнату к Кощею, а отправились туда, где лежал Алексей, и с помощью эликсира жизни воскресили его. Сейчас флакон был пуст, что, однако, ничуть не смущало Огонька. Она размахнулась и со всей силы запустила флаконом, но не в лже-Василия, а в каменную стену. Флакон с громким звоном разбился на мелкие кусочки, а василиск в ту же секунду превратился в крошечную юркую ящерицу и исчез между камней.
- Соображаешь, - это похвалила Огонька неизвестно откуда появившаяся Яга, - василиски боятся звона стекла, теперь он несколько месяцев будет совершенно безобиден.
- В отличие от нас, - с язвительной ухмылкой подхватил, входя в комнату, Змей (он теперь снова был в образе человека, странного человека в развевающемся, словно крылья, черном плаще), - неужели вы столь наивны, чтобы полагать, что мы отпустим вас на свободу.
- Нет, конечно, - Иван говорил спокойно, но презрительно, - мы прекрасно знаем, с кем имеем дело. Именно поэтому мы защищены от ваших заклятий анти-заклятиями. Мы все, включая Глашу, Сергея и Алексея. Вас, темных, тут всего двое, а мы, я, Анна и Алексей, втроем сильнее вас.
Почему-то слова Ивана не обескуражили врагов. Яга, улыбаясь, посмотрела на Змея, и тот, повинуясь её взгляду, достал из складок плаща старинную книгу в черном кожаном переплете. При виде книги Анна вздрогнула, а Иван и Алексей обменялись встревоженными взглядами.
- Вы думали, эта книга давно исчезла, уничтожена? – Яга явно заметила их смятение, - а я нашла её! Сейчас я прочитаю заклятие, которое нейтрализует ваше слабенькое волшебство, и вы будете беззащитны! И мы со Змеем станем властвовать над миром, где зло окончательно победит сопливое добро!
Яга с издевательской торжественностью и медлительностью открыла книгу…
Глава 30. Большой сюрприз от маленького друга
Самым страшным для ребят в эту минуту было бездействие старших друзей. Иван, Анна, Алексей вели себя стойко и спокойно, но это было спокойствие сильных людей, достойно принимающих неминуемое. Видимо, заклятия, содержащиеся в книги, были настолько страшны и сильны, что противопоставить им было нечего. Агата смотрела на Ягу, на это прекрасное и страшное лицо, полное самодовольства и злобы. И вдруг с удивлением поняла, что выражение Ядвигиного лица стало другим. Теперь на нем явно отражалось замешательство, изумление, негодование.
- Что ты мне подсунул? Ты хочешь обмануть меня? – накинулась Яга на ничего не понимающего Змея. В это момент она повернула книгу, и все находящиеся в комнате увидели, что её пожелтевшие от времени страницы испещрены дырочками. Теперь никто и никогда не смог бы прочитать то, что было написано в книге.
- Я не виноват! – оправдывался Змей, - я взял книгу там, где ты приказала, я не открывал книгу! Я не знаю, кто это сделал.
И тут в комнате, в страшной комнате, где все пропахло злом и смертью, зазвучал звонкий, как колокольчик, смех. Это хохотала Огонёк. Агата испугалась – вдруг с подругой, всегда такой отважной, случился нервный припадок. Давясь смехом, Огонёк заговорила:
- Зато я знаю, кто это сделал! Яблочко оказалось червивым! Червячок прогрыз яблочко!
«Бредит! – еще сильнее испугалась Агата, - яблочко, червячок… Червячок?» Вдруг поняв то, о чем Огонек догадалась минутой раньше, Агата тоже засмеялась. Кто ж еще мог испортить книгу, как не их старый и верный маленький друг – книжный червь! В конце концов, именно он поставил в этот раз точку в истории борьбы Добра и Зла.
Яга и Змей не стали дожидаться, когда все отсмеются. Исчезли они быстро и незаметно. Кто знает, где и когда друзьям предстоит новая встреча со Злом? Но сегодня добро – победило.
Когда радость немного утихла, настала пора вопросов и ответов.
- А как мы вернемся домой? – спросила Глаша. Она с ужасом представляла себе, как сейчас волнуются их родители, ведь там, на улице, наверное, уже давно наступила ночь.
- Не волнуйся, в данном случае не грех и волшебство применить, - успокоил девочку Алексей, - вы все окажетесь дома, и никто не вспомнит о вашем отсутствии.
- Стоп, а третий флакон! – спохватилась Огонёк, - мы же не использовали эликсир смерти! Куда он делся?
- Вот он, - Анна показала флакон, - и очень хорошо, что нам не довелось воспользоваться силой этого страшного эликсира. Хотела бы я оставить флакон тут, или вообще вылить эликсир, но не могу этого сделать. Нам всем еще предстоит не одна битва, и мы не имеем права отказываться от оружия, каким бы коварным и жутким оно не было.
- Что ж, друзья, пришла пора нам расставаться, - сказал Иван. В комнате, где еще недавно царило зло, семеро друзей взялись за руки. Они не сказали ни слова, но в сердце каждого звучали слова верности, дружбы и добра.
А буквально через минуту ребята оказались в доме Глаши и Сергея, возле новогодней елки, где маленькие Агния, Агата и Агафончик играли с папой в новую настольную игру. На елке сверкали игрушки, мерцали гирлянды, за окном шел снег, а с кухни доносился запах фирменного маминого пирога с яблочным повидлом. От больших новогодних каникул остался всего один день.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге