Корпорация «Рут». В трясине миров

Глава 1. Пасечник

Автомобиль плавно свернул с асфальтированной дороги к небольшой автомастерской и мелкая укатанная щебенка зашуршала под колесами. Машина остановилась в тени раскидистого клена, напротив высоких, свежеокрашенных ворот. На входной двери висел старый, ржавый замок, Егора еще не было.

«Часам к девяти приедет, не раньше», — подумал Максим и взглянул на экран телефона. Часы показывали без пятнадцати восемь утра. Ничем не примечательного утра, самого обычного будничного дня.

Сняв тяжелый замок, он открыл калитку ворот и шагнул в прохладную темноту мастерской. Застоявшийся сыроватый воздух имел неотъемлемый для подобных мест запах машинного масла, пропитанный бензиновыми парами и выхлопными газами. И конечно же островато-сладкий запах металла. Запах специфический, но по своему приятный.

По хозяйски распахнув высокие и тяжелые ставни стальных ворот, Максим вернулся в прохладный сумрак мастерской. Настроение было отличное, даже не смотря на то, что работы уже третий день практически не было. Он не спеша поднялся по гулкой металлической лестнице в бытовку, которая располагалась внутри бокса, вторым этажом нависая над пустующим пространством ремонтной мастерской.

Максим нажал кнопку на электрическом чайнике и включил радиоприемник на старенькой обшарпанной магнитоле. По радио ведущий о чем-то бодро и весело рассказывал радиослушателям. Максим немного прибавил громкость приемника, встал возле окна и осмотрел сверху каждый уголок автомастерской. Все сияло чистотой и радовало глаз полнейшим порядком. Он не любил сидеть без дела и пока не было работы, постоянно что-то перекладывал, протирал и подкручивал. Но когда работа кипела, инструменты и запчасти обычно лежали там, где они были нужны, то есть везде.

Радиоведущий перешел от прогноза погоды к гороскопу для знаков зодиака на сегодняшний день и Максим невольно улыбнулся. Он в подобные вещи никогда не верил, хотя бывало и замечал совпадения.

— Только не надо рассказывать про творческие успехи и рост по карьерной лестнице.

Чайник громко забурлив, щелкнул выключателем и начал стихать.

— Лестница у меня тут только одна, — бубнил он себе под нос, наливая кипяток в свою кружку, — И творческий успех, что я не свернул себе шею, когда с нее на днях навернулся.

Заварив чай, он прислушался к голосу из приемника. Судя по гороскопу у него сегодня должен быть судьбоносный день, который в корне изменит его жизнь и позволит ему прикоснуться к тайному и неизведанному. Максим взял кружку и аккуратно спустился по гулким ступеням крутой металлической лестницы.

— Ну что же, будем ждать судьбоносных перемен, — пробормотал он себе под нос, не сводя глаз с клубящей паром кружки. У противоположной стены, рядом с воротами, стоял невысокий столик, два потертых кресла и маленький старый диванчик, покрытый большим серым пледом. Поставив кружку на стол, Максим накинул кусок полиэтилена на одно из кресел и вальяжно развалился в нем, закинув ногу на ногу. Надо было чем-то себя занять.

Перебирая приложения и игры на планшете, он услышал звук подъезжающего автомобиля. Максим положил гаджет на стол и вышел к воротам.

Из подъехавшей черной 24-й «баржи» советских времен, как называл эту модель автомобиля Егор, вышел седоватый мужчина лет сорока и, увидев Максима, приветливо улыбнулся.

Сама машина хоть и старенькая, но ухоженная, отлично выглядела, не смотря на свои года. Черная краска искрилась в лучах утреннего солнца как новая. Хромированные детали тоже сияли зеркальным блеском. А вот колеса и нижняя часть кузова, вместе с бамперами и номерами, были заляпаны подсохшей грязью, будто ее вытащили из болота.

— Добрый день, — сказал мужчина и протянул Максиму крепкую, жилистую руку: — У меня генератор перестал заряжать, посмотрите?

Максим поздоровался и не сводя глаз с автомобиля, ответил:

— Электрика сейчас нет на месте, часов до девяти придется подождать.

— Хорошо, я подожду.

Машина заехала в бокс и мужчина, открыв дверь, вышел. Крепкое, спортивное телосложение, строгие черты лица, ровная прямая осанка и четкие, уверенные шаги и движения выдавали в нем человека военного. По крайней мере так показалось Максиму на первый взгляд. Мужчина взглянул на свой автомобиль и сказал:

— Извиняюсь за то, что грязи вам столько привез.

— Ничего страшного, уберем. Работы уже третий день нет. По пять раз на дню убираемся, чтоб со скуки не загнуться.

Мужчина захлопнул дверь и обошел машину, осматривая её со всех сторон.

— А где же это можно было грязь тут найти? Вторую неделю жара стоит, — спросил Максим, наблюдая за незнакомцем и попутно с интересом разглядывая уже ставший раритетным автомобиль.

— Я пасечник, пчелами занимаюсь уже очень давно. Вот и приходится порой по полям и болотам, через такие трясины пробираться, пока до пасеки доедешь.

Максим предложил гостю присесть в кресло, а сам устроился в соседнее и взял планшет. На экране была открыта страница скачивания какой-то игры.

«Странно, — подумал Максим, — может случайно ее открыл, нажал нечаянно, когда планшет на стол клал».

Судя по видео и отзывам игра довольно интересная.

«Делать всё равно нечего, попробуем». — И Максим нажал кнопку «Скачать».

Пока игра загружалась, он еще раз пересмотрел скриншоты. Очень качественная графика. Много положительных отзывов типа: «лучшая РПГ-стратегия-выживалка, что я встречал» и «игра вобравшая в себя самое лучшее из лучших игр». Максим с детства любил стратегические игры. Он мог ночами напролет что-то строить, изучать и прокачивать. Даже если игра и не отличалась особой графикой, но цепляла сюжетом и глубиной развития игрового мира. В таких играх он мог пропадать неделями, а порою даже месяцами.

— Загрузка завершена.

— Играть.

— Ок.

— Укажите пожалуйста ваш возраст — 29.

— Укажите пожалуйста ваш пол — М.

— Укажите пожалуйста ваш рост — «Хм, странно конечно, ну хорошо» — 190 см.

— Пожалуйста, предоставьте доступ приложения к камере, данная процедура необходима для создания образа вашего персонажа.

«Ха, вообще необычно для игр», — подумал Максим, — «Ну раз начали, то начали».

Человек, сидящий рядом с ним в кресле, чуть заметно улыбнулся, глядя куда-то перед собой. Максим, уловив эту мимолетную улыбку боковым зрением, подумал про себя: «Странный он какой-то, необычный. Этот пасечник».

— Пожалуйста посмотрите прямо в камеру. — Игра снова переключила внимание Максима на себя.

— Щелк, — раздался звуковой сигнал затвора фронтальной камеры.

— Смените ракурс.

Еще щелчок.

«Очень странно, это точно игра?»

Приложение запросило доступ к аккаунту социальной сети. Максим выбрал один из предложенных вариантов и всплыло окно с его страничкой.

— Пожалуйста, укажите Вас на нескольких фотографиях.

Выбрав наиболее удачные снимки, Максим нажал «Ок».

— Загрузка…

— Персонаж сгенерирован.

На экране появилась фигура персонажа.

«Вот это сходство! Потрясающе!» Покрутив свою трехмерную виртуальную копию на экране во всех направлениях, Максим нажал «Продолжить». Фигура сместилась в левую часть экрана, а справа появилась надпись:

— Для определения характеристик персонажа ответьте быстро и честно на несколько вопросов.

«Где-то я это уже встречал… В какой-то старенькой игре, так же характеристики главного героя зависели от результатов тестирования», — попытался вспомнить Максим, но увлекшись предложенным тестом, быстро про это забыл. Вопросов оказалось много, но они были простые и с юмором. Листая их и нажимая варианты ответов, он даже не заметил, как тест подошел к концу.

— Придумайте пожалуйста ваш позывной/никнейм под которым вы будете играть.

Попробовав ввести несколько вариантов, которые он использовал раньше в других играх, он каждый раз получал один и тот же ответ:

— К сожалению данный никнейм занят.

Перебирать варианты с численным окончанием, типа «Максимус1527» и подобные им, не хотелось. Хотелось подобрать оригинальный, короткий позывной. Но емкий и четкий, как звук раскрученного до отсечки спортивного мотора. В раздумьях, он наугад стал тыкать в клавиатуру на экране планшета.

— …"Р"

— …"у"

— …"т"

«Данный никнейм свободен», — сообщила ему игра мелким шрифтом зеленого цвета.

«Отлично! Рут! Как корневая папка на компе или Рут-права доступа к телефону. Ну значит Рут!»

На экране планшета появился персонаж, лежащий в какой-то капсуле, под прозрачной полукруглой крышкой. Капсула имела массивную аппаратную часть и стояла посередине комнаты, чем-то отдаленно напоминавшую операционную.

С улицы донесся звук подъезжающего автомобиля. В проеме ворот появился капот машины Егора и клубы белесой пыли от укатанной щебенки закружились в воздухе, но быстро растаяли, унесенные легким утренним ветром.

Увидев стоящую в его половине бокса машину, Егор поспешно вошел. Гость поднялся с кресла, и уверенно направился к своему автомобилю. Только сейчас Максим обратил внимание на руки незнакомца. С тыльной стороны они были посечены свежими, еще не зарубцевавшимися шрамами. Словно какой-то кошмарный штрих код, эти шрамы расчерчивали кожу, от самых запястий и уходили выше, под короткие рукава летней майки.

— Вы ко мне, — спросил Егор незнакомца, — по электрической части проблемы?

— Да, — ответил пасечник и кивнул на свой автомобиль, — генератор перестал заряд давать.

Максим махнул рукой Егору в знак приветствия и снова уставился в экран планшета.

— Одну минутку, сейчас я переоденусь, — сказал Егор и торопливо поднялся по лестнице в бытовку.

Характеристики главного героя оказались неплохими. Выносливость выше среднего, навык механики открыт и шкала его была чуть не под 100%. А вот большой список разных спецификаций и умений пока закрыт, нужно прокачивать.

«Так, и как тут это делается?»

Максим увлеченно тыкал в экран, разбираясь с настройками и управлением.

Комната, в которой оказался его персонаж, была заперта. Единственная дверь с электронным замком требовала какое-то устройство. Устройство хранения личной информации и связи.

«И где его взять?»

Гость в ожидании Егора прошелся по мастерской, заложив руки за спину и проходя мимо Максима, как бы невзначай, взглянул на экран.

— Я тоже люблю поиграть в свободное время, — сказал пасечник, остановившись возле Максима: — Неплохая, кстати, игра. Многие в нее сейчас играют.

Максиму не понравилось что посторонний человек заглянул в его планшет, и он повернул экран к себе. Но пасечник открыто и дружелюбно улыбнулся и показав пальцем на планшет, сказал:

— Там нужно зу… устройство взять сначала. Оно как телефон выглядит, к капсуле подключено.

Максиму почему-то стало неловко, стыдно что ли.

— Спасибо! — ответил он и продолжил играть дальше, уже не обращая внимания на гостя. А тот, тем временем, вернулся к своей машине и встав возле капота, ждал пока спустится Егор.

Действительно, что бы открыть дверь пришлось применить устройство похожее на смартфон. Оно было подключено в головной части капсулы, в которой появился персонаж Максима. Оказавшись в руках персонажа, устройство отобразилось в углу экрана и свернулось в отдельное меню.

«Понятно, это вроде бортового компьютера и ключа-пропуска».

Оказавшись в коридоре и не зная куда идти дальше, новоиспеченный Рут, он же Максим, направился к терминалу стоявшему неподалёку.

Егор тем временем подошел к широкому капоту автомобиля и открыл его.

— Ого, вот это да! — восхитился Егор, заглянув в моторный отсек. Максим поднял взгляд, пытаясь понять что могло так удивить Егора. Но не увидев ничего интересного, он снова вернулся к игре.

По сценарию игры персонаж имел личное помещение на одном из уровней огромного подземного города. Нулевой финансовый счет и возможность его пополнить, выполняя различные задания и мини игры. Этими же заданиями можно было прокачивать и характеристики героя.

Максим отвлекся от игры и взглянул на гостя. Тот заложив руки за спину, вышагивал возле Егора и уже несколько минут о чем-то увлеченно ему рассказывал.

— … Вы даже не представляете какие это удивительные создания — пчелы… — продолжал рассказывать гость не обращая внимание на то, что Егор, забравшись под капот чуть не с головой, его практически не слушает.

Увидев, что привлек внимание Максима, гость попытался продолжить свой рассказ уже и ему. Но Максим, поддакнув из вежливости и кивнув головой, продолжил играть.

Задания в игре выполнялись в ручном, автоматическом и рекламном режимах. В рекламном режиме необходимо было просто посмотреть несколько видеороликов, в ручном режиме — сыграть в мини игру или пройти текстовый квест, связанный с той или иной профессией. А в автоматическом режиме просто ждать от одного часа до трех.

«Тоже неплохо, — подумал Максим, получив очки силы и ловкости после очередного квеста, — можно заниматься своими делами, пока прокачивается персонаж».

— …А ведь рой — это своего рода отдельный организм. У него есть свое, общее для всех пчел сознание…

Максим изредка прислушивался к тому, о чем рассказывал гость. А игра тем временем затягивала его все больше и больше.

Когда наконец Егор закончил, пасечник поблагодарил его и сказал, обращаясь уже и к Максиму:

— Парни, вы уж извините меня за мою нудную болтовню. Просто я постоянно уезжаю куда-нибудь в глушь, где даже поговорить не с кем.

Разговорчивый гость наконец сел за руль. Черная машина выехала из бокса и Егор, облегчённо вздохнув, присел в кресло рядом с товарищем. Максим отвлекся от планшета и протянул руку за кружкой с давно остывшим чаем. Егор заложил руки за голову, взглянул на друга и хитро улыбаясь, тихо спросил:

— Меда к чаю не хочешь?

Максим непонимающе посмотрел на Егора, на свою кружку и затем на распахнутые ворота, за которыми всё еще клубилась пыль от уехавшего автомобиля. И они оба весело расхохотались.

Егор громко зевнув, потянулся и поднявшись с кресла, побрел в сторону бытовки.

— Опять по клубам всю ночь мотался?

— Большой брат следит за мной? — смеясь, спросил Егор и громко топая по металлической лестнице, еще раз смачно зевнул. От полусонного вида Егора, Максиму самому захотелось спать.

Спустя пару минут Егор выключил свет в бытовке, высунулся в дверной проем и крикнул вниз:

— Макс, я вздремну пару часиков. Правда, всю ночь катались с Ленкой по городу. Где только не были. Все клубы битком.

Дверь хлопнула и уже через несколько минут из бытовки послышался храп. Максим вышел на улицу и сложив руки на груди, оперся о створку ворот.

«Хуже нет, вот так без дела сидеть», — подумал он, разглядывая вереницу медленно ползущих по дороге в бесконечной пробке машин.

«Время тянется как резиновое».

«А потом все скопом навалят, хоть ночуй здесь».

Вернувшись к столику, где стоял его остывший чай, он плюхнулся в кресло. Устроился поудобнее и смачно отхлебнув из кружки, взял планшет со стола. Увлекшись игрой, Максим даже не заметил как наступил полдень. В мастерскую так никто больше и не заезжал. Было так же пусто, как и в предыдущие дни. Дверь бытовки скрипнув, открылась и оттуда потягиваясь, вывалился Егор.

— Ну что, — спросил он: — Всё так же глухо?

— Да, — ответил Максим, не отрываясь от экрана — Не считая твоего храпа, полнейшая тишина.

Егор спустился по лестнице, деловито осмотрелся по сторонам, будто вспоминая зачем сюда вышел. Похлопал себя по карманам и направился к воротам.

— Я в магазин, тебе взять что-нибудь?

— Нет, не нужно, — ответил Максим, не отрываясь от экрана.

За воротами глухо уркнул мотор и машина уехала. Максим ткнул кнопку на очередном задании «выполнить автоматически», встал с кресла и взглянув на часы, не спеша направился к лестнице. Поднявшись в бытовку, он достал из холодильника контейнер со вчерашним обедом и поставил его в микроволновку.

— Есть тут кто? — неожиданно послышался снизу незнакомый голос. Максим посмотрел через окно бытовки и увидел внизу худого низенького старичка, который стоял в проёме ворот и озираясь, ждал ответа.

— Да, минутку, — крикнул Максим в приоткрытую дверь, — сейчас спущусь.

— У меня задние стоп-сигналы не горят, — сказал старик, ухватившись рукой за перила, пока Максим спускался вниз: — Я и лампочки поменял, и контакты посмотрел, потыкал. Все равно не работают.

— Ясно, загоняйте машину. Электрик сейчас подъедет.

Старенькая бежевая классика медленно и осторожно заехала в бокс, ревя при этом прогоревшим глушителем, словно раненый носорог. Старик заглушил двигатель и вышел из машины.

— Может глушитель пока посмотреть? — спросил Максим у старика.

— Нет, нет, не нужно. У меня все равно сейчас денег на него не хватит. — Забеспокоился старик, видимо опасаясь что из него сейчас тут вытряхнут последние гроши.

Максим чуть улыбнулся и настаивать не стал.

— Присаживайтесь! — Он кивнул старику на кресло.

«С обедом видимо придется немножко подождать», — подумал Максим. Он предпочитал не оставлять посетителей в одиночестве, особенно излишне экономных. Старик скромно присел на краешек кресла. Сложил руки на коленях и с любопытством стал вертеть головой по сторонам, внимательно осматривая мастерскую. Максим устроился в своё кресло, взял планшет и продолжил играть. Спустя несколько минут абсолютной тишины, видимо решив что не хорошо вот так просто сидеть и молчать, старик повернулся к Максиму и спросил:

— А вы рыбалкой случайно не увлекаетесь?

Максим аж вздрогнул от неожиданного и неуместного вопроса.

«Да что вы все, сговорились что ли сегодня?» — подумал он, но звук подъезжающей машины отвлек внимание посетителя. Егор поставил автомобиль в тени соседнего здания и зашел в мастерскую с большим пакетом в руке.

— Добрый день, вы ко мне? — спросил он, увидев машину и старика, скромно скучающего в кресле. И не дожидаясь ответа, направился к лестнице:

— Сейчас, я пакет только положу, — продолжил он, уже поднимаясь вверх по ступеням.

Старик сообразив что это тот, кого он ждет, быстро вскочил с кресла. Чуть не вприпрыжку, он поспешил к своей машине. Как будто от его торопливых движений зависело качество и стоимость ремонта его автомобиля. Егор тем временем уже спускался обратно, но Максим их уже не слышал и не видел. Он с головой ушел свой виртуальный мир. Забыв даже про свой обед, остывавший в микроволновке.

Глава 2. Дед Бонзай

Солнце поднялось над крышами многоэтажек, наполнив прохладный колодец просторного двора жилого комплекса июльским зноем. Обычно шумный и живой двор сейчас был практически пуст.

Николай Петрович, худощавый и высокий пожилой мужчина, сидел на скамейке возле подъезда своего дома. Рано утром позвонил сын и сказал что ему придется срочно уехать в другой город по работе. Сноха Вера будет в ночь на смене и поэтому он попросил забрать Сашку с ночевкой. Саша, внук Николая Петровича, парень хоть и взрослый, в этом году ему исполнилось одиннадцать лет, но оставаться один дома не захотел и самостоятельно выразил желание переночевать у них. По правде говоря, основной причиной Сашиного желания погостить тут, была одна симпатичная девочка, проживавшая в доме напротив.

Возле соседнего подъезда, на единственное свободное парковочное место поблизости, свернул черный автомобиль. Из незнакомой машины вышел мужчина, лет сорока. Короткая, аккуратная стрижка серебрилась ранней не по годам сединой. Незнакомец уверенной и твердой походкой направился в сторону подъезда, возле которого сидел Николай Петрович. Мужчина остановился напротив скамейки и достав телефон, взглянул на время.

— Вы позволите? — спросил незнакомец, указав на свободную половину скамейки.

— Да-да, конечно. Присаживайтесь! — Николай Петрович кивнул в ответ и немного подвинулся.

Мужчина, придерживая стрелки на идеально отглаженных брюках, сел рядом.

«Сидит, будто лом проглотил», — подумал Николай Петрович, краем глаза покосившись на незнакомца.

Тот, словно прочитав его мысли, осторожно, чуть поморщившись, откинулся на низкую спинку скамейки. Неожиданно для самого себя Николай Петрович почему то первым решил заговорить с сидящим возле него человеком:

— Вы кого-то ждете?

«Для чего я это спросил? Зачем мне это?» — опомнившись, подумал Николай Петрович, но было уже поздно.

Незнакомец обернулся и дружелюбно улыбнувшись, задал встречный вопрос:

— Вы тоже?

Слегка смутившись, Николай Петрович попытался выправить то неловкое положение, в которое поставил себя своим же вопросом.

— Просто я вас здесь раньше никогда не видел, вот и подумал что вы кого-то ждете.

Незнакомец улыбнулся и не меняя дружелюбного тона, спокойно ответил:

— Да, вы правы, я жду … — в этот момент перед глазами старика поплыли черные точки и в ушах зазвенело. Но неприятные ощущения в тоже мгновение пропали и Николай Петрович, чуть дернув головой, снова услышал слова собеседника:

— Он скоро переезжает отсюда. К нам поближе. Надо свозить его, новый дом показать, с соседями познакомить.

«А кто это в нашем подъезде переезжать собрался? Не расслышал, а переспрашивать как-то не удобно. Надо у Тамарки потом спросить, она все сплетни в округе знает».

Николай Петрович понимающе кивнул и обернувшись, посмотрел на въезд во двор. Знакомой машины еще не было видно.

— Вы тоже кого-то ждете? — поинтересовался мужчина, прервав короткое молчание.

— Да, внук должен в гости приехать.

Незнакомец глубоко вздохнул, взглянул на спортивную площадку и с какой-то грустью в голосе произнес:

— Хорошо тут у вас, спокойно… И площадки детские, и палисадники красивые, с цветами…

Николай Петрович хотел что-то ответить, но собеседник протянул ему ладонь и, поймав растерянный взгляд старика, с улыбкой сказал.

— Кстати, будем знакомы, меня зовут …

Снова перед глазами все замелькало и от неприятного шума в голове на мгновение заложило уши. Николай Петрович зажмурился, встряхнул головой и открыл глаза. И все опять резко прекратилось, словно не было этого звенящего шума, будто и не кружилось, не мелькало все перед глазами.

Николай Петрович пожал протянутую жилистую, крепкую руку и представился.

— Николай.

Незнакомец чуть нахмурился и озабоченно посмотрел в глаза старику.

— С вами все в порядке?

— Да, все хорошо, — ответил Николай Петрович, — погода наверно действует.

— Я слышал на сегодня передавали сильную электро-магнитную бурю. А с такой жарой в придачу, для многих это целое испытание.

Незнакомец взглянул на экран своего довольно необычного телефона и вскинул брови.

— Что-то он задерживается, надо поторопить, — мужчина поднялся со скамейки и прижав телефон к уху, похлопал себя по карманам. Достав ключи, он мельком глянул в сторону выезда со двора и не выпуская телефона из рук, не спеша направился к своей машине.

Знакомый автомобиль появился наконец из-за угла соседней многоэтажки, свернул во двор и остановился напротив скамейки. Николай Петрович увидев долгожданных гостей, широко улыбнулся, поднялся и направился к машине.

— Привет, мальчишки! — сказал он, как только водительская дверь распахнулась, — Вадя, ты поднимешься? Мать тоже по тебе соскучилась.

Сашка возился на заднем сидении и собирал свои вещи.

— Нет, бать, к сожалению не могу. Уже опаздываю. Извинись за меня перед мамой, обязательно погощу у вас когда вернусь.

Тем временем Сашка закинул рюкзак за спину и обойдя машину, подошёл к Николаю Петровичу.

— Привет! — сказал он, оказавшись в крепких объятиях деда: — Отца можешь не уговаривать. Он с утра торопится. Гнал сейчас к тебе как сумасшедший.

— Ну ладно, — сказал Николай Петрович: — давай, сынок, аккуратней и позвони когда будешь на месте. Обязательно позвони!

— Позвоню, бать, не переживайте, — ответил Вадим, так и не выйдя из машины.

Дверь захлопнулась и автомобиль плавно тронулся вдоль ухоженных газонов и пешеходных дорожек на выезд со двора.

— Идём домой? — дед выпустил наконец внука из своих объятий, — Бабушка нас уже заждалась. Пирожков напекла к вашему приезду.

— Дед, я хотел на площадке немножко позаниматься.

— Хорошо, я тоже с тобой тогда посижу.

Саша закинул рюкзак на плечо и осмотрев пустующую спортивную площадку, покосился налево, в сторону заставленной машинами парковки.

— Ого! Ты видел, дед? — тихонько сказал мальчишка, подойдя вплотную к деду.

— Что? — старик, не поняв о чем говорит внук, посмотрел по сторонам.

— Ты видел какое крутое шрамирование вон у того мужика? Как штрих-код, — мальчишка незаметно кивнул в сторону стоявшего к ним спиной незнакомца. Того самого, с которым совсем недавно Николай Петрович разговаривал, сидя на скамейке возле подъезда.

— Шрамирование? — Николай Петрович удивленно посмотрел на внука: — Это что еще за словечко?

Мальчишка постоянно оборачивался, пытаясь рассмотреть седоватого мужчину, стоящего в стороне.

— Это типа татуировки, только вместо краски наносятся шрамы.

— Во первых, нехорошо обсуждать людей за их спиной. А во вторых, когда это ты начал татуировками интересоваться?

Мальчишка покосился на деда, нахмурился и промолчал.

Николай Петрович присел на скамейку в тени невысоких, молодых деревьев, а Сашка, положив рюкзак деду под бок, направился к турникам. Он пристально осмотрел весь двор. Молодая девушка с коляской прогуливалась по дорожке. Две пожилые женщины сидели на скамейке возле песочницы, негромко беседуя и присматривая за малышами, игравшими в песке. За той скамейкой, на которой сидел дед, меж припаркованных автомобилей, прохаживался мужчина, лет сорока. Тот самый, что привлек его внимание своими необычными шрамами.

Знакомых ребят и той девочки, которую Саша так ожидал здесь увидеть, не было.

Николай Петрович, глянув на внука, усмехнулся: — «Сейчас появится твоя звезда».

Сашка подошел к турнику и в этот момент почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он обернулся, незнакомец со шрамами смотрел прямо на него. Ни куда-то вскользь, в его сторону, а именно на него. Саша чувствовал сейчас это каждой клеточкой. Все мысли будто растворились в пустоте, на мгновение ему показалось что он смотрит в черную, ледяную бездну. Мурашки пробежали по коже и несмотря на летний марящий зной, стало вдруг холодно. Саша вздрогнул, поежился, и снова покосился на незнакомца. Тот стоял между припаркованных машин с телефоном в руках, видимо собираясь кому то звонить.

«Может он и не смотрел в мою сторону», — подумал мальчишка.

«Наверно мне показалось», — Саша вздохнул с облегчением и подпрыгнув, ухватился за перекладину.

Николай Петрович достал из сумки планшет и открыв страницу литературного портала, стал не спеша листать список последних новинок. Спустя какое-то время Сашка спрыгнул с турника и присел на скамейку рядом с дедом.

— Во что рубишься, дед? — спросил Сашка и снова зорким взглядом окинул двор.

— Искал что-нибудь почитать. А ты мне можешь предложить что-то интересное? — спросил дед, повернувшись к внуку. Тот сидел рядом, откинувшись на спинку скамейки и запыхавшись от упражнений на турнике, пытался отдышаться. Капелька скатилась у него по лбу, и он смахнув ее, провел ладонью по взмокшей копне волос.

— Да, есть одна классная игра. Она тебе точно понравится, сам в неё играю уже месяц.

— Не гонки надеюсь, ты же знаешь я в них не особо умею.

— Нет, дед, не гонки. Давай скачаем, попробуешь?

Николай Петрович протянул планшет и стал с интересом наблюдать за внуком. Сам Николай Петрович был одним из тех немногих представителей старшего поколения, которые с современными технологиями были на «ты». Он ни на шаг не отставал от молодёжи в освоении всё новых и более современных электронных устройств и приложений к ним.

— Дед, а какой у тебя рост? — не отрывая взгляд от экрана, спросил Саша.

— Сто восемьдесят восемь, а это для чего? — удивленно уточнил Николай Петрович и попытался рассмотреть на экране, что же там задумал внук. Но тот поднял планшет экраном к себе и направил камеру на деда.

— Дед, посмотри пожалуйста в камеру! — попросил Саша.

— Ты меня на сайт знакомств выложить собрался? — усмехнулся Николай Петрович, — Если что, имей ввиду, бабушка этого не одобрит.

Саша сделал пару фотографий и снова сосредоточено уткнулся в экран.

— На, тут нужно чтоб ты сам на вопросы ответил. — Саша протянул гаджет деду.

— Так, ну-ка посмотрим…

Николай Петрович взял планшет и стал читать предложенные вопросы и варианты ответов на них.

— Как закончишь, позови, — крикнул Сашка, уже раскачиваясь на турнике рядом с их лавочкой.

Тест был очень объемным, но вопросы оказались занятные и разносторонние. С удовольствием и интересом Николай Петрович читал их и выбирал предложенные варианты ответов. По завершению теста, началась игра. Николай Петрович оторвался от экрана и осмотрелся по сторонам, поискав взглядом внука. Саша уже стоял чуть в стороне и оживленно о чем-то разговаривал с соседским мальчишкой.

Николай Петрович, завидев вдалеке своего давнего приятеля, положил планшет в сумку и перекинув ее через плечо, направился навстречу своему знакомому. Тем временем на площадку пришла та, которую Сашка так долго ждал. Девочка и ее подруги сели на самой дальней скамейке, в тени большого старого тополя. Сашка забыв про своего собеседника, деда и пожалуй про все на свете, набравшись смелости, пошел к весело щебетавшим девчушкам.

Поздно вечером Николай Петрович сидел дома перед телевизором.

— Куда же пульт все время девается? — возмущаясь своей забывчивости, бурчал он и шарил руками по дивану, — Хоть привязывай его.

По телевизору шел какой-то очередной голливудский блокбастер про супер героев с супер способностями, нарушающими все законы физики и здравого смысла. Сюжет и суть фильма Николай Петрович даже и не пытался уловить, а мелькание огромного количества спецэффектов на экране сейчас было похоже на винегрет в блендере. Саша устроился рядом с дедом на диван и протянул ему планшет.

— Я немного прокачал тебе героя и кинул запрос на вступление в один альянс. Должны принять.

— Давай посмотрим, — ответил дед, отыскав наконец затерявшийся пульт, у себя за спиной.

— О-о-о! Это самая классная часть, я на нее три раза в кинотеатр ходил, — воскликнул Сашка и с упоением уставился в телевизор.

Николай Петрович протянул найденный наконец пульт внуку и глянул на экран телевизора. Мелькание винегрета сменилось мельканием хромированных железок под героическую оркестровую симфонию и старик окончательно потерял интерес к происходящим в фильме событиям.

— Ролевая выживалка! Отлично, это мне по душе! — сказал Николай Петрович, разбираясь с управлением.

— Что? А, ну да, — ответил Саша, не отрывая взгляд от экрана, и поерзав на диване, устроился поудобнее.

— Дед Бонзай значит, — усмехнулся Николай Петрович, особо отметив то, как похож был персонаж на него самого. И ведь даже слегка сутулая походка, высокого, худого старика на экране, мало чем отличалась от его собственной.

Персонаж стоял на опушке леса, возле широкой бетонной дороги, уходившей ровной прямой лентой далеко за пределы экрана. В игровом чате мигало непрочитанное сообщение. Отправитель — Рут:

«Привет, твой запрос на вступление одобрил, выдвигайся к нам на базу. Координаты скинул тебе в навигатор. Если возникнут проблемы, напиши, пришлем людей — они проводят».

Разобравшись с навигатором, Дед Бонзай направился прямиком через лес, в указанную на карте точку. Персонаж быстро уставал и постоянно усаживался на землю передохнуть. Шкала энергии была очень короткой, медленно восстанавливалась и быстро тратилась, когда он пробовал бежать. Дед Бонзай долго брел по игровому лесу, как вдруг в окошке чата мелькнуло новое сообщение:

Зевс: — Привет! Дед Бонзай?

Николай Петрович сразу же набрал ответ:

Дед Бонзай: — Да, это я.

Зевс: — Меня Леша зовут. Нажми на этот текст.

Николай Петрович коснулся экрана и всплыла подсказка: «Негромкий голос с южной стороны. Дистанция десять метров», он убрал палец и подсказка исчезла. Сверившись с картой, Дед Бонзай повернулся на юг и сделав сделав пару шагов, увидел мальчишку. Тот сидел в высокой траве, под раскидистым дубом.

Зевс: — В чате есть микрофон, нажимай на него и говори. Так быстрее и удобнее.

— Привет! Меня зовут Николай, — Николай Петрович попробовал ввести сообщение голосом и оно мгновенно отобразилось в чате.

Зевс: — Отлично, теперь рацию настроим и можем идти на базу.

Дед Бонзай: — Что нужно делать?

Зевс: — Найди вкладку «рация». Видишь?

Дед Бонзай: — Да.

Зевс: — Вводи: 1429.96, это наша внутренняя волна. У всех на постоянный прием настроена.

Вкладка рации оказалась дополнительным окном игрового чата и одно за другим в нем замелькали сообщения.

Зевс: — Всем на периметре. Отбой! Бонзая встретил, возвращаемся.

Капитан Эстония: — Принято.

Мачете: — Принято.

Каспер: — Ок.

Замелькали ответные сообщения от других игроков с незнакомыми пока позывными.

Зевс: — Мы несколько человек поставили тебя встречать. А то у нас мины вокруг базы расставлены. Если навык сапера не открыт, то обязательно попадешь.

Мальчишка бодро шагал впереди и Дед Бонзай едва поспевал за ним.

Зевс: — С минами шутки плохи. Без брони точно погибнешь и снова в воскресителе окажешься.

Дед Бонзай: — А что такое воскреситель? — попытался вникнуть в детали Николай Петрович, пока они шли по лесу.

Зевс: — Это та капсула, в которой появляешься в самом начале. Навыки останутся, только жизнь и энергия снизятся, временно.

Вскоре перед ними появился высокий кирпичный забор с витками колючей проволоки по верху и металлические ворота. На территории базы, слева от ворот возвышалась дозорная вышка, обшитая листами железа. На вышке никого не было. Возле ворот стояла стройная молодая девушка в камуфляжной форме, с небольшим рюкзаком за спиной.

Багира: — Привет, меня Ира зовут, — появилось сообщение от встречавшей их девушки.

Дед Бонзай: — Николай — Старик снова попробовал ввести сообщение голосом, но палец случайно соскочил влево и текст появился в чате очень мелким шрифтом.

Багира: — Ха ха! А что так скромно?))) Первый день в игре? Не страшно, я тоже не сразу привыкла. Мне в первый день все писали, ты что в чате орешь, дома не наоралась?)))

Зевс: — Это Багира, она проводит тебя к командиру. А я спать пойду, поздно уже. Всем пока!

Мелькнуло очередное сообщение от Зевса и мальчишка скрылся с экрана в неизвестном направлении.

Багира: — Главный у нас — Рут. Зовут Максим.

Рут: — Я здесь, — появилось новое сообщение от незнакомого игрока.

Им навстречу вышел высокий парень в черных штанах военного кроя, армейских ботинках и легком бронежилете, поверх белой майки с коротким рукавом.

Рут: — Привет! Идем, покажем тебе самое основное, а завтра уж поподробнее все расскажем.

Рут и Багира направились куда-то вглубь базы, а Дед Бонзай, немного отдышавшись и восстановив шкалу энергии, последовал за ними.

Они вышли к открытой площадке с ровными рядами одинаковых стальных ящиков.

Рут: — Тут у нас хранилища. Можешь занимать любой свободный ящик.

Дед Бонзай: — А как понять который свободный?

Рут: — Зеленая лампочка на замке означает что ящик свободен. Красная — занят. Занятые не сможешь открыть, если только навыки взлома и электроники не прокачаны.

В чате мигнул значок рации, показав сообщение от игрока с позывным Капитан Эстония:

Капитан Эстония: — Народ, вы где?

Рут: — У ящиков.

Капитан Эстония: — Моя красотка там?

Багира: — Ромик, давай по сдержанней! Опять в своем репертуаре?

Капитан Эстония: — Ирусик, ты может со мною тут на ночное патрулирование останешься?

Николай Петрович убрал палец с рации и чат вернулся в обычный режим.

Рут: — Не обращай внимания, Ромка опять накидался наверно и сейчас волну займет, пока Иришка тут.

Багира: — Если что, я везде успеваю читать.

Рут: — У нас человек двадцать активно играют, рация редко молчит, но сейчас все спят уже.

Рут: — Дед Бонзай. Прикольный ник.

Дед Бонзай: — Это внук регистрировался.

Рут: — Внук? Ого! И сколько ж тебе лет? Не против что на «ты» обращаюсь?

Дед Бонзай: — Нет, не против. шестьдесят три исполнилось. Я старый геймер.

Рут: — Мне двадцать девять. И поиграть тоже люблю, особенно в стратегии и РПГ.

Разговор их зашел про старые и многими любимые игры, плавно перейдя на темы далекие от электронных развлечений. Ира, попрощавшись с ними, вышла, отставив Капитана в эфире радио чата одного. Тот посокрушавшись немного что его покинула самая очаровательная собеседница на сервере, тоже пропал.

Рут рассказал немного о себе и упомянув в разговоре город в котором живет, приятно удивился, узнав что с Дедом они земляки. Николай Петрович поведал о том, что долгое время работал в компьютерной фирме мастером по ремонту оборудования. А сейчас на пенсии и порой не знает чем себя занять, поэтому он сейчас здесь, в цифровых мирах онлайн игр.

Рут: — Продиктуй мне свои характеристики.

Сила, ловкость, меткость, выносливость, Максим огорченно вздохнул, но как только Дед начал перечислять параметры навыков и особых умений, он сначала не поверил ему. Механика, наставничество, электроника, программирование были практически «под потолок». Рут по своему опыту уже знал, что даже за деньги, за бешеный донат, не возможно так прокачать персонажа, не говоря уже о том, чтоб получить такие способности в самом начале игры, по результатам теста.

— Коль, ну что? Все? Кукушка окончательно съехала?

Николай Петрович вздрогнул от громкого голоса у него прямо над ухом. Свет в комнате был потушен, телевизор работал, но звук был отключен. Он даже не заметил когда Саша ушел спать. Позади него стояла Тамара в своей любимой позе «руки в боки».

— Время второй час ночи. Ты с кем тут разговариваешь, игрун старый?

— Тамар, иди ложись. Сейчас приду.

Тамара, с недовольным видом, повернулась и, шаркая тапками по полу, удалилась в соседнюю комнату. Николай Петрович передразнив ее, с таким же недовольным лицом устроился поудобнее и снова вернулся в диковинный мир на экране планшета.

Глава 3. Аня

Старенький внедорожник легко завелся и весело заурчал мотором. Машина задним ходом аккуратно выехала из ворот и Максим не спеша вышел следом за ней. С самого утра стояла нестерпимая жара, а сейчас за воротами было просто невыносимо.

«Вот это пекло, в аду наверно не так жарко», — подумал он, прищурился и взглянул на небо. Солнце стояло ещё высоко, но рабочий день уже близился к концу.

Максим достал сигарету и обернувшись, посмотрел на Егора. Отсюда, с площадки перед воротами, внутреннее пространство мастерской казалось мрачным подземельем. Тьма помещения за распахнутыми створками ворот манила внутрь обманчивым ожиданием прохлады, спасением от палящего солнца. Но стоило только лишь перешагнуть этот порог, как тьма рассеивалась под синеватым светом люминесцентных ламп, а духота и висящий в неподвижном воздухе жар нещадно наваливались со всех сторон, выжимая из уставшего тела оставшиеся силы. Все, до последней капли.

Егор стоял на коленях возле распахнутой двери автомобиля и рылся в переплетениях проводов под приборной панелью.

«Сейчас его лучше не отвлекать», — подумал Максим и отойдя в тень раскидистого клена, уселся на жухлую, мелкую траву.

В кармане загудел телефон и Максим, обтерев грязную ладонь о штанину, чуть наклонившись, вытащил смартфон из кармана рабочих штанов. Разглядев на блеклом экране имя звонившего, он тяжко вздохнул и сняв трубку, ответил.

Это был один из постоянных его клиентов. Человек не плохой, но весьма щепетильный и до безумия дотошный. Приезжал он как обычно с какой-нибудь мелкой неполадкой. Но в итоге приходилось перебирать пол машины, следуя многочисленным просьбам и его придирчивому взгляду, постоянно искавшему и находившему незначительные, порою мнимые неисправности.

Договорившись о встрече на шесть часов вечера, Максим положил трубку, поднялся и не спеша направился к распахнутым воротам. Небывалый наплыв машин, начавшийся с самого утра, наконец иссяк и можно было хоть немного передохнуть. Устало опустившись в кресло, Максим взглянул на часы и потянулся за планшетом.

«Нас опять поломали!» — прочитал он сообщение от Капитана, когда игра наконец загрузилась. Тот возился за территорией базы, возле огромного пролома, зиявшего в кирпичном заборе.

Капитан Эстония: — Разминировали проход шагов пять шириной.

Рут: — Много барахла вынесли?

Капитан Эстония: — Боюсь даже представить.

«У них в команде появился топовый сапер», — подумал Максим, — «Плохо дело, теперь совсем покоя не будет».

Активных игроков в том альянсе было гораздо больше, и вели они себя нагло, вызывающе и крайне враждебно.

«Мины ставил Капитан, а обезвредить их сможет лишь семидесятый уровень сапера, не меньше».

Руководила этой сворой Зайка-Хозяйка, молодая, заносчивая особа.

«Договариваться с ней бесполезно, та еще, крыса», — Максим уже решил для себя что мстить будет жестко.

«А сколько у них огнестрельного оружия? Два... Три... Четыре... — Он поднял взгляд и сосредоточенно уставился в потолок, — Стволов семь или восемь».

В его личном хранилище лежало двуствольное ружье, вертикалка двенадцатого калибра и двадцать патронов к нему, с величайшим трудом добытые в одном из соревнований.

«Да, мстить пойдем все вместе, но сливать козлов в ноль, буду только я».

Добивать противника, по правилам игры, было нельзя. Погибшие персонажи вскоре восстанавливались, а виновник объявлялся на сервере в розыск.

«Пока у них статы восстановятся, может и меня выпустят к этому времени»

Обычно за нарушителем на базу приезжал отряд ботов Федерации из ближайшего города. Бронированные автомобили, тяжело вооружённые и экипированные бойцы, управляемые компьютерными алгоритмами игры, не давали ни единого шанса избежать наказания. А наказание это представляло из себя особый режим игры — режим заключенного.

Небольшой уютный дворик одного из многоэтажных домов, где-то на окраине этого большого города, был практически безлюден. Молоденькая девушка, в белом облегающем платье и на высоких тонких каблучках вышла из дверей одного из подъездов.

Подойдя к своей машине, она открыла дверь и огорченно вздохнув, осторожно присела на край горячего, как сковорода, кресла. Жара сегодня была просто нестерпимая и в оставленном под солнцем автомобиле сейчас не хотелось ни к чему прикасаться.

Ключ в замке зажигания повернулся, но автомобиль не издал ни единого звука. Покрутив ключ несколько раз в обе стороны, она тяжело вздохнула и выбралась из душного салона. С трудом справившись с крышкой капота, она поморщившись, заглянула внутрь моторного отсека.

— И что мне теперь делать? — тихонько пробормотала она, не заметив как позади остановилась большая черная машина, устаревшей советской модели. Мужчина, сидевший за рулем окинул взглядом невысокую, худенькую девушку, склонившуюся над мотором малолитражного автомобиля.

— Здравствуйте, вам помощь нужна? — раздался голос у нее прямо за спиной.

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась. Высокий седоватый мужчина, лет сорока, спортивного телосложения стоял позади нее.

— Ой, вы меня напугали, — смущенно улыбнулась девушка и с опаской окинула незнакомца взглядом. Не смотря на такую жару, на нем был просторный джемпер с длинным рукавом.

— Простите, я не хотел, — ответил незнакомец и улыбнулся, — Так вам помочь? Что случилось?

— Машина не заводится.

Незнакомец подошел к открытому капоту и подтянув до локтей рукава джемпера, уперся ладонями о раскаленный металл кузова и заглянул внутрь.

«Ой, какие страшные у него шрамы, — подумала она, взглянув на руки незнакомца, — как будто штрих код».

Незнакомец выпрямился и быстро одернул рукава.

— Видимо вам придется обратится к специалистам, — сказал мужчина и достал из заднего кармана брюк необычный, массивный смартфон.

— Как назло, в самый неподходящий момент, — вздохнула девушка и открыв свою маленькую сумочку, стала в ней что-то искать.

— У меня есть номер автомастерской, там очень толковые специалисты. Они могут и сюда приехать, — незнакомец вопросительно взглянул на девушку.

— Я… Даже не знаю что делать, — растерянно пробормотала она.

— Давайте я дам вам их номер, они точно помогут.

Мужчина продиктовал ей телефон автомастерской и попрощавшись, направился к своей машине. Девушка отошла в тень ближайшего дерева и уже не глядя в сторону незнакомца, набрала номер.

«Вот, ты-то, мне и поможешь», — подумал мужчина, встав возле своего черного автомобиля и неотрывно глядя на хрупкую девушку в беленьком платье.

«Подтолкнешь его к звездам», — усмехнулся он и взялся за блестящую, хромированную ручку двери.

«А то он забыл даже, когда последний раз на них смотрел», — мужчина сел в широкое кожаное кресло и закрыл за собою дверь.

— Крайний, — поправил он сам себя, — Здесь принято говорить «крайний», а не «последний».

— Суеверные, но молодцы, в правильном направлении развиваются, — улыбнулся он и вставил свой необычный телефон в неприметное гнездо на приборной панели.

— Скоро, скоро и они поймут что «последний» — это идущий по следам, — он снова взглянул на девушку, разговаривающую по телефону, — А за «краем» всегда будет бесконечность пустоты.

Дверь в главное хранилище была нетронута. Все основные запасы остались в неприкосновенности.

«Умений у них на эти двери не хватило». — Откинувшись в кресле, Максим опустил планшет на колени и прикрыл глаза, перебирая в уме то, что нужно взять с собою на предстоящий рейд. Его мысли прервал телефонный звонок. Максим похлопал себя по карманам в поисках мобильника и наконец нащупав, достал его и снял трубку

— Здравствуйте! Это автомастерская? — Услышал он приятный женский голос.

— Да.

— У меня проблема, — продолжила девушка: — Я не могу завести машину. Мне подсказали ваш номер и адрес. Я недалеко от вас, буквально в одном квартале. Подскажите, что мне делать, вы сможете приехать?

Этот голос словно околдовал его с самых первых секунд. Он забыл про все на свете: про изматывающую весь день жару, про предстоящий рейд в мире виртуальном, про записанного на шесть вечера человека в мире реальном. Нет, про дотошного клиента, он конечно же вспомнил, но гораздо позже, когда положил трубку и рассеялись чары обворожительного голоса, неведомым образом подчинившие себе его разум.

— Назовите адрес, марку машины и номер, мы вышлем специалиста, — пытаясь скрыть волнение в голосе, серьезным тоном ответил девушке Максим.

Судорожно схватив со стола карандаш, и первый попавшийся под руку бланк, он сел в кресле как примерный ученик и приготовился записывать.

Егор с серьезным видом склонился над верстаком и под ярким светом настольного прожектора паял какой-то грязный пучок проводов.

— Горыныч, если что, я скоро вернусь. — Схватив со стола ключи от машины и сунув листок с телефоном в карман Максим вскочил с кресла.

— Ты куда?

— Потом. Все потом.

Максим выбежал из мастерской, а Егор с удивленным видом, проводив его взглядом, вернулся к своей работе.

В туфельках на высоких, тонких каблучках, в облегающем белом коротеньком платье, она стояла на тротуаре возле своей машины. Стройная до худобы, миниатюрная и безумно красивая. Каштановые вьющиеся волосы непослушно вырывались из-под широкой заколки. Она сводила его с ума своей не земной красотой.

— Здравствуйте! Это вы автомеханика вызывали? — спросил Максим, выйдя из своей машины. Его сразу же смутил собственный вид, настолько сильный был контраст ангельского, белоснежного образа этой девушки и его: в рабочей спецовке, пропитанных машинным маслом ботинках и застиранной белой майке, промокшей от тяжелой работы и нестерпимой жары.

— Да, я вызывала, — обрадовалась она столь скорому появлению того, кто был ей сейчас так нужен.

Девушка щебетала без умолку, рассказывая о поломке, о том что ей предшествовало, и о своих переживаниях в целом по этому поводу. Максим заглянул под капот ее автомобиля и с трудом сконцентрировав внимание на двигателе, осмотрел его. Он слушал ее голос и постоянно ловил себя на мысли, что думать о работе становится все сложнее и сложнее. То и дело он оборачивался к ней и буквально тонул в огромных, бездонных, карих глазах. Она, видя что ее внимательно слушают, продолжала говорить без умолку и руками пыталась показать ему то, о чем рассказывает. Он безвольно смотрел на ее тонкие, худенькие пальчики, которыми она, словно загоняя его в глубокий гипноз, жестикулировала, сопровождая свой монолог.

Максим с трудом сконцентрировал мысли на возможных причинах поломки, проверил соединения контактов и попытался запустить мотор. Как и следовало ожидать, машина не издала ни единого звука.

«Здесь без Горыныча не обойтись». — подумал он и повернувшись к девушке, снова застыл.

Продолжая что то рассказывать, она встретилась с ним взглядом и на секунду замолчала.

— Ну что с ней? — с опаской спросила она.

«С кем?» — Максим дернулся, будто выйдя из оцепенения.

— А! К сожалению на месте проблему не решить, нужно везти машину на станцию.

— Вот я попала…

— Не переживайте, — Он засуетился, вспоминая куда положил телефон, — Сейчас я вызову эвакуатор.

— Вызывайте, — сказала она, немного помолчав.

— Мы постараемся отремонтировать вашу машину быстро и качественно, — попытался успокоить ее Максим, — И еще, в качестве рекламы нашей автомастерской, услуга эвакуатора для вас будет бесплатной.

— Вот как? — Девушка на мгновение отвела взгляд в сторону и снова посмотрев в глаза Максима, загадочно улыбнулась. Это едва уловимое движение глаз будто утроило силу их колдовского очарования.

— Значит так вы заманиваете к себе?

— Так... Заманиваю, — он расплылся в улыбке и согласно кивнул головой, уже каждой своей клеточкой чувствуя в ее взгляде едва уловимый интерес к себе. И набравшись смелости, наконец спросил ее:

— А как вас зовут?

— Аня, — ответила девушка и на ее щеках проступил чуть заметный румянец.

Пока Максим и водитель эвакуатора снимали ее автомобиль возле ворот автомастерской, Ане кто-то позвонил. Она достала телефон и не выходя из машины Максима, чуть приоткрыла пассажирскую дверь. Аня принялась оживленно пересказывать кому-то, где находится и что с ней приключилось.

Закончив с разгрузкой и отпустив эвакуатор, Максим пулей влетел в распахнутые ворота и поискав взглядом Егора, кинулся к нему.

— Горыныч, дружище выручай!

Егор, сидевший в очередном автомобиле с ноутбуком на коленях, деловито поднял голову и посмотрел на друга.

— А вернулся! Что там у тебя?

— Надо срочно посмотреть одну машину. И если сможешь, то сделать поскорее.

— Макс, а подождать никак не может? — Егор с недовольным видом поставил ноутбук на соседнее кресло и нехотя поднялся с сидения. Повернувшись в сторону открытых ворот, он увидел в машине Максима симпатичную девушку, мило болтавшую с кем-то по телефону. Егор расплылся в понимающей улыбке и повернулся к товарищу.

— А-а-а, вот теперь понимаю, — протянул он и с заговорщицким видом, наклонившись к Максиму, тихо добавил, — Бросаю все, брат, и иду тебе на помощь.

— Хорош ржать!

Егор сосредоточенно изучал данные на экране ноутбука. Провозившись минут пять, он, не вставая с сиденья, обернулся к Ане:

— Придется оставить машину у нас, нужно кое-что заменить. Сегодня не успею...

Он начал было объяснять почему не успеет и что придется заменить, но Аня протестующим жестом остановила его:

— Не пытайтесь объяснять, для меня это тёмный лес. Просто скажите сколько получится в сумме.

Максим, стоявший все это время возле Егора, облокотившись о машину, слегка побарабанил по крыше пальцами.

— Пустяки, не дорого, — ответил Егор и кивнув в сторону друга, добавил, — Максим с вами свяжется по готовности и назовет стоимость.

Аня поблагодарила и взглянув на Максима, нависавшего все это время над Егором, тихо произнесла:

— Тогда я наверно пойду.

Она достала телефон и стала листать список контактов в поисках номера такси.

— Может тебя отвезти? — спросил Максим, обернувшись к Ане и оставив наконец Егора без своего навязчивого присмотра. Ему показалось что она ждет от него этого вопроса. Будто намеренно, слишком долго она искала нужный номер.

— Ну если это не затруднит, — выдержав небольшую паузу, ответила Аня и убрала свой телефон в сумочку.

Уже вечером, подъехав к своему дому, Максим заглушил двигатель, опустил в машине стекла и неспешно закурил. Нестерпимая жара наконец то спала и приятный летний ветерок, врываясь в салон, закручивал сизый дым в причудливые узоры, унося и растворяя их в себе без остатка. Через открытое окно было видно как садилось солнце, пробиваясь сквозь густые кроны деревьев золотисто-красными проблесками.

Солнечные лучи медленно и неумолимо исчезали в подступающем сумраке позднего вечера, унося с собою за горизонт последние минуты этого удивительного дня. Да, это был самый замечательный день в бесконечной череде серых будней.

— Аня… — тихо прошептал он и улыбнулся.

Выходить из машины не хотелось, накопившаяся за день усталость наконец взяла верх и мышцы натужно гудя, требовали покоя. Но нужно идти домой, принять душ и поесть. Только сейчас он обратил внимание на то, как голоден.

«Сегодня еще вражеский альянс разносить». — Он поморщился и взглянул на часы, времени оставалось все меньше. Поэтому сейчас нужно собрать оставшиеся силы и поторопиться.

Глава 4. В игре

Полоса загрузки издевательски медленно ползла по экрану. Максим зевнул и прикрыл глаза.

«Может ну его к черту?» — подумал он и опустил планшет на колени.

«Попросить Ромку, чтобы он сводил команду на рейд?» — Максим приоткрыл глаза и покосился на экран, — «Нет, нужно идти самому. А то не поймут, ни друзья, ни враги».

Загрузка игры наконец завершилась и перед глазами одно за другим замелькали сообщения чата.

«Ладно, погнали!» — подумал он и в строке сообщений нажал значок микрофона:

Рут: — Привет, братва!

Чат, словно рой, загудел ответными сообщениями.

Рут: — Через пару минут выдвигаемся, на базе останутся только Багира и Флеш.

Он подошел к серому зданию их основного хранилища и ввел пароль на электронном замке бронированной двери.

Рут: — Ромыч, идем со мной.

Капитан вошел в бункер следом за Рутом и закрыл за собою тяжелую дверь. Мелькание сообщений в окошке чата остановилось, теперь они не слышали о чем говорят снаружи, а главное — снаружи не слышали их.

Рут: — Выводи всех прямо сейчас. Шагов через триста прячьтесь на поляне слева от дороги, хочу посмотреть, будет ли за вами хвост из тех кто отказался идти.

Капитан Эстония: — Кого-то конкретного подозреваешь?

Рут: — Двоих новеньких.

Капитан Эстония: — Да, подозрительные типы.

За окнами уже давно стемнело и Максим поднялся из-за стола, выключил на кухне свет и зайдя в туалет, запер за собою дверь.

Рут открыл свой шкаф, достал бронежилет и переключившись на вкладку «Снаряжение», надел его. Трехмерная фигура на экране сразу приобрела воинственный вид, а шкала выносливости заметно укоротилась. Следом он вытащил двустволку, патроны, вынул из аптечки бинты и повесив оружие в слот «На плечо», разложил все по ячейкам карманов. Перебрав в шкафу оставшуюся бесполезную мелочь, Рут отыскал пустой рюкзак и закинул его в слот «За спину».

Спустя некоторое время они оба вышли. Максим, стараясь не сильно шуметь, подсвечивая под ноги экраном включенного планшета, прошел в свою комнату. И его виртуальный персонаж — Рут, с ружьем на плече и пустым рюкзаком за спиной, в режиме «скрытности» пробирался меж деревьев, в нескольких шагах от дороги. Не дойдя до условленного места шагов пятьдесят, он замер и прислушался. Чат молчал, игровой мир вокруг не издавал ни единого звука.

«Вроде нет хвоста».

На широкой поляне, в траве, за деревьями, он сразу же заметил распластавшегося по земле Бонзая.

Рут: — Херово, Дед, у тебя с маскировкой.

Из высокой травы один за другим стали подниматься игроки его команды, только Дед по прежнему лежал.

Рут: — Дед, ты в сети?

Тем временем Николай Петрович, неспешно возвращался к своему дивану. Поставив горячую кружку с чаем на подлокотник, он взял планшет и увидел что вся группа ждет только его. Спохватившись, он скорее отписался в чат:

Дед Бонзай: — Проклятый радикулит. Прилег, а встать не могу.

Первыми, в режиме невидимки, крались Зевс и Капитан. У персонажа мальчишки был отменный слух. Противника, даже в скрытном режиме, Зевс всегда слышал первым. Капитан, со своим уровнем сапера, мог заметить практически любую взрывоопасную ловушку.

Капитан Эстония: — Все, стоп! Дальше мины!

Его слова в окошке чата появились мелким шрифтом, шепотом. Капитан остановился, сразу же замерли и все остальные.

Рут: — Зевс, слушай.

Спустя пару минут, неподвижный, будто зависший экран игры, снова ожил. В чате появилось сообщение от мальчишки:

Зевс: — Все чисто. Только за забором вдалеке два голоса были.

Рут: — Меняйте частоту раций на 846.57 на время рейда, по возвращению, ставьте прежнюю.

Рут: — Рома, установи таймеры на двух зарядах на 23:25 по Москве. Успеешь разминировать проход до забора?

Капитан Эстония: — Тут работы на пять минут.

Рут: — Если будет патруль, то действуйте по обстоятельствам.

Капитан достал из своего рюкзака два брикета и активировав электронные таймеры на обоих, передал один Руту.

Дед Бонзай и Рут осторожно двинулись в глубь леса, подальше от забора вражеской базы, что бы случайно не наткнуться на расставленные повсюду ловушки.

«Странно, после такого наглости даже периметр не патрулируют. Чересчур самоуверенные». — Максим, не выпуская планшет из рук поднялся, нащупал на подоконнике пульт от кондиционера и выключив его, устроился на диване поудобнее.

До ворот они добрались точно в рассчитанное время, часы показывали двадцать минут двенадцатого, до начала штурма оставалось еще пять минут.

Рут: — Держись строго за мной, у меня модернизированная броня, сразу не пробьют.

Время тянулось неимоверно долго. На часах, в углу экрана, секунды словно нарочно, лениво и не спеша сменяли друг друга. Наконец Рут поднялся и уверенно направился к воротам. Он не спеша установил взрывчатку и так же спокойно отошел на безопасное расстояние. Дед встал за его спиной.

Взрыв прогремел неожиданно и очень громко. Огромные металлические ворота, выгнувшись внутрь, распахнулись будто бумажные листы на сильном ветру, и ударившись о внутреннюю сторону забора, рухнули на землю.

Николай Петрович убавил звук на планшете и коснувшись окна чата, негромко произнес в микрофон:

Дед Бонзай: — Фантастическая физика в игре!

Рут: — Я сам в восторге.

Они спокойно, будто прогуливаясь по виртуальному парку, зашли на территорию вражеской базы. Их цель — основное хранилище, находилось не далеко от ворот, но на пути стояли несколько построек. Возле ближайшего здания чат известил их о приближении противника с северной стороны, слева от них. Дед не мешкая встал справа от Рута.

Из оружия у Деда была только металлическая труба, средних размеров. Вещь неплохая в ближнем бою, но низкие показатели рукопашного боя его персонажа сводили на нет все её преимущества.

Первым появился старый знакомый Рута с позывным Змеелов. Они несколько раз сталкивались с ним в поединках. Змеелов был очень опасный противник, каждый раз их встреча заканчивалась для Рута нокаутом. Но только не сегодня.

Змеелов ростом был чуть ниже Рута, очень худой, но жилистый и неимоверно выносливый. Бежал он не останавливаясь, не жалея энергии, надеясь и в этот раз быстро завершить поединок. Дождавшись пока дистанция между ними не сократится до нескольких шагов, Рут выстрелил. Змеелов выронил нож и рухнул лицом вниз.

«В воскреситель, отморозок!» — усмехнулся Максим, сон сняло как рукой и сердце, подхватив нарастающий ритм игры, бешено застучало.

Не успев сделать и шага, они увидели второго противника. Здоровенный как бык. Рут раньше ни разу его не встречал. Сразу же бросился в глаза его бронежилет с желтыми металлическими накладками на плечах, похожими на эполеты. В руке у него был необычный, модернизированный пистолет с массивным затвором и удлиненным глушителем.

«Донатер!» — Это было понятно с первого взгляда. Все вещи на нем были из самого дорогого комплекта, который продавался в игровом магазине за реальные деньги.

«Сейчас мы поломаем этого буржуя».

Максим вскинул ружье и прицелился. Противник, заметив оружие, остановился на приличном расстоянии и вскинув руки, начал стрелять.

— Щелк, — раздался негромкий звук выстрела.

«Мимо».

— Щелк.

«Попал, сволочь!»

В левом верхнем углу экрана высветился полупрозрачный силуэт бронежилета. Красным цветом мигнула поврежденная пластина.

— Щелк, — опять мимо.

Максим рывком, за доли секунды, сократил дистанцию между ними и нажал на курок.

— Бах, — прогремел в динамиках ружейный выстрел и здоровый парень, опустив руки, чуть пошатнулся.

— Бах, — громыхнул еще один выстрел и противника отбросило. Огромная фигура, неуклюже оседая, стала заваливаться назад.

Рут: — Хватай у него оружие и броник, подлатаешь, будет как новенький.

Дед Бонзай: — Покупной жилет, нехорошо как-то.

Рут: — Не обеднеет. Тем более, не мы грызню эту начали.

Дед Бонзай: — Тоже верно!

До хранилища они уже бежали. Только увидев заветную дверь, перешли на шаг. Низкое бетонное здание снаружи чем-то напоминало бомбоубежище. Рут был тут всего пару раз и оба раза после этого оказывался в воскресителе. Дед присел у электронного замка.

Дед Бонзай: — Полторы минуты до вскрытия.

Рут: — Ого! У меня минут пять на обычный замок уходит.

Наконец стальная дверь приятно щелкнула и распахнулась. Высокие ряды запертых шкафов, собранных в стеллажи, напоминали большие банковские ячейки.

Дед Бонзай: — Аж глаза разбегаются. С какой начнем?

Рут: — Вон с той, самой неприметной.

Он снял рюкзак и кинул его на пол. Дед присел возле самого дальнего ящика, а Рут вышел наружу. Игровой чат предупредил что вдалеке, с запада от них слышны взрывы. Рут вызвал вторую группу по рации:

Рут: — Народ, как успехи?

Капитан Эстония: — Отлично! Отбились, шесть бесов в отключке. У нас пятеро раненых, один без сознания.

Рут: — Добыча есть?

Капитан Эстония: — Конечно!

Рут: — Я двоих вырубил, итого восемь получается. Мало. У них человек тридцать активно играют. Будьте готовы уходить! В любой момент толпа может в игру зайти.

Капитан Эстония: — Раненые уже за территорией. Тут остались Зевс, Мачете и я. Как у вас?

Дед Бонзай: — Тут у них пещера Алладина.

Капитан Эстония: — Все, у нас гости, Конец связи.

Максим быстро переключил рацию, основной чат уже пестрел сообщениями о приближении врага.

Сбоку экрана появился боец в самодельной броне из клепанных металлических пластин, с двумя огромными тесаками, такими же ржавыми, как и листы железа на его груди. Позади него мелькнул силуэт девушки. Стройная фигура, в легком бронежилете и облегающих кожаных брюках, показалась Максиму знакомой, но вот потертый темно-зеленый шлем с тонированным забралом полностью скрывал ее лицо.

Девушка пряталась за спину парня, который стремительно приближался, несмотря на не малый вес самодельной брони. Да, и с ней Рут уже неоднократно пересекался. Это Мидея — лучшая метательница ножей в округе. В чате мелькнуло неприятное сообщение, откуда то сзади бежали еще двое.

«Уже четверо! Сейчас они меня размотают...»

— Бах! — Прозвучал выстрел ружья, от которого небольшие динамики планшета натужно захрипели. Максим быстро убавил громкость и обтёр взмокшие ладони о шорты.

«Ржавый» упал лицом вниз и Мидея, перескочив через него, метнула нож и пригнувшись, бросилась в сторону. В эту секунду двое других были уже в нескольких шагах позади Рута, он резко развернулся к ним лицом.

«Одна пуля в стволе. Стрелять только в упор. Только на поражение. А дальше прикладом, в ближнем бою». — Мысли в такие моменты словно молнии чертили план действий в пульсирующей от напряжения голове.

Подставив спину Мидее, он приготовился нажать на курок, но в этот момент в дверном проеме появился Дед.

— Щелк, щелк, щелк, — прозвучали три негромких выстрела трофейного пистолета и оба противника повалились к ногам Рута.

Перезарядка.

— Дзынь, — брошенный в спину Рута нож отскочил от распахнутой металлической двери. Рут моментально развернулся на месте.

— Бах! — С первого же выстрела Мидея, замахнувшаяся для следующего броска, была отброшена назад. Бойцы, упавшие от выстрелов Деда, уже поднимались. Разворот. Выстрел.

Едва приподнявшийся на четвереньки противник, повалился на бок. Молниеносный рывок ко второму и удар прикладом в голову. Упал.

«Готовы!»

Быстрая перезарядка и стрелянные гильзы упали к ногам.

Дед Бонзай: — Макс, держи рюкзак.

Старик положил у входа заполненный черный рюкзак и скрылся в хранилище. Не мешкая ни секунды, Рут закинул рюкзак в слот «за спину» и шкала выносливости чуть дрогнула. Из хранилища снова вынырнул Дед и поставил перед Рутом набитую до отказа сумку.

Дед Бонзай: — Это тоже тебе.

Рут подхватил сумку и выносливость заметно просела.

«Дотащим».

Дед наконец появился в дверях. Набитый рюкзак за спиной и две полные сумки в руках. Он чем-то напоминал вышедшего из поезда пассажира, на перроне вокзала.

Рут: — Уходим! Теперь ты впереди.

Они оба понимали, бежать сейчас нельзя, иначе свалятся без сил, даже не дойдя до ворот.

Когда на краю экрана уже появились лежащие на земле, погнутые створки ворот, чат снова мигнул неприятным сообщением.

— Приближающиеся шаги с северо-запада. Дистанция двадцать пять метров.

Справа от них, пригибаясь за деревянными ящиками, показалась она.

«А вот и Настя», — подумал Максим, узнав мелькнувшую фигуру в черном обмундировании, с пистолетами в обеих руках.

Планшет издал жалобный сигнал о низком заряде батареи, а в чате, крупным шрифтом, выскочило ее сообщение :

Зайка-Хозяйка: — Стоять, ганд... — Но читать ее реплики Максиму сейчас было некогда. Он сунул руку под диван и пошарил по полу, в поисках зарядного устройства.

Рут: — Дед, ложись! —скомандовал он и не глядя воткнул зарядку в розетку за спиной.

Старика уговаривать не пришлось, бросив ношу под ноги, он упал на землю и выхватил оружие. Рут поставил сумку, опустился на колено и вскинул ружье.

«Ай-яй-яй-яй!» — Максим дрожащими пальцами, на ощупь, вставил провод в планшет и облегченно выдохнул, —«Фух! Вот теперь держись, мразота!»

Рут: — Дед не стреляй, она моя!

«Его меткости не хватит что бы достать ее оттуда».

Вынырнув из-за ящиков, Настя сделала по два выстрела с обеих рук и спряталась обратно. Еще раз мигнула красным пластина на жилете Рута.

«Держит пока броник, хорошо», — Максим уселся поудобнее, поджав под себя ноги и пытаясь предугадать ее следующее движение, приготовился в любую секунду нажать на курок.

Снова выскочив из-за ящика, она выпустила еще две пули, но и Рут успел дважды нажать на курок. Звук пистолетных выстрелов утонул в грохоте ружейного дуплета. Ее пули прошли мимо. А вот от первого залпа ружья, ее отбросило. После второго разлетелся в щепки ящик. Пригнувшись, она отбежала на безопасную дистанцию и спряталась.

«Будет ждать подкрепления», — подумал Максим.

Рут: — Дед, уходим!

Дед поднялся и подхватив сумки, зашагал к воротам. Рут перезарядил ружье и взяв свою сумку, последовал за ним.

«Хорошо хоть передышку сделали, не запланированную, а то Дед нагрузился до одури», — подумал Максим, когда они вышли на дорогу.

Свернув в лес и пройдя шагов пятьдесят, они услышали позади себя хруст веток. Молча, не сговариваясь, оба положили сумки и присели в высокую траву. Тихий щелчок — Дед сменил магазин.

Рут: — Сколько у тебя патронов осталось?

Дед Бонзай: — Десять. А у тебя?

Рут: — Двенадцать. — Пересчитав патроны в ячейках карманов, ответил Максим.

Между деревьями мелькнула черная тень и раздались два приглушенных выстрела. Пули легли около Деда.

Рут: — Ложись и отползай. Она тебя видит.

Рут, вскочил и кинулся в ту сторону, где только что видел ее фигуру. Он остановился в паре шагов от большого, толстого дерева. Дед пополз назад и фигура его исчезла в высокой траве. Послышался шелест листьев со стороны дороги, рядом с Дедом.

«Еще один», — мелькнула мысль и в эту секунду, прямо за деревом, перед которым стоял Рут, хрустнула ветка. Один быстрый шаг влево и резким движением он рванул вперед.

Как в замедленной съемке перед ним появилась спина притаившегося за деревом противника в лесном камуфляже. Чуть дальше, шагах в десяти, лицом к нему стояла Настя. Боец быстро развернулся, но было уже поздно. Не целясь, Рут выстрелил в упор.

Зайка-Хозяйка успела трижды нажать на курок, прежде чем Рут ответил в ее сторону. Она метнулась за дерево и его залп ушел в пустоту. Зато он поймал две её пули. Одну в грудь, она все-таки добила пластину, но не причинила вреда. И вторая, вошла в правую руку. Рут быстро перезарядил оружие и кинулся за ней. Решив что ее выстрелы прошли мимо, не причинив ему вреда, Настя рисковать не стала. Опрометью кинулась в глубь леса, петляя между деревьями.

Даже не надеясь попасть в нее, Рут выстрелил в сторону мелькавшей черной фигуры.

«Надо уходить отсюда».

Дед, сидя посреди поляны в густой, зеленой траве, делал себе перевязку.

Дед Бонзай: — Ранен слегка. — Написал в чат Николай Петрович, опережая вопрос Максима.

Рут: — Где он?

Дед Бонзай: — Ускакал обратно. Я ему тоже ногу прострелил.

Персонаж закончил перевязку и мигающая надпись «Кровотечение» пропала с экрана Николая Петровича.

Дед Бонзай: — Все, последний рывок? До базы вряд ли дотянем…

Рут: — Дойдем!

Подхватив брошенную ношу, они побежали. Когда шкала энергии нервно замигала красным цветом, они сбавили шаг и остановились. Пока Рут перевязывал рану на руке, в чате снова замелькали предупреждения о приближающихся сзади шагах, их преследовали. Они оба понимали, что просто так их уже не отпустят. Максим переключился чат в режим рации и передал в эфир:

Рут: — Это Рут. Нужна помощь, нас преследуют. Мы ранены.

Чат молчал, до их базы было еще далеко.

Дед Бонзай: — Вот зараза!

Рут: — Что случилось?

Дед Бонзай: — Кровотечение возобновилось, хреновый из меня медик…

И сразу после этого сообщения персонаж Деда рухнул на землю.

На экране Николая Петровича надпись «Сильное кровотечение» загорелось ярко красным цветом. Экран почернел и посередине появилась крупная надпись красными буквами: «Вы потеряли сознание от сильного кровотечения».

Николай Петрович, расстроившись, выключил планшет и отложил его в сторону, время было уже далеко за полночь. Он прихватил пустую кружку и не включая в комнате свет, на ощупь пошел на кухню.

Рут не мешкая открыл вкладку «Снаряжение», кинул сумку в траву, отстегнул рюкзак и бросил рядом. Перевесил ружье из слота «На плече» в свободный слот «На груди» и подбежал к Деду. Освободив неподвижное тело старика от тяжелой ноши, он нажал на фигуру Деда и выбрав пункт «Тащить», ухватил лежащего персонажа за руки.

Рут: — Гори все это барахло синим пламенем. Давай, держись Дед, доберемся!

Он тащил Деда, а чат снова и снова предупреждал что позади слышны шаги и голоса.

Через пару минут шкала энергии от тяжелой ноши почти опустела. Персонаж Максима уже качался из стороны в сторону от усталости. Останавливаясь и снова продолжая идти, он балансировал шкалу энергии на грани потери сознания. Остановившись в очередной раз, он снова передал в эфир:

Рут: — Это Рут! Нам нужна помощь! Нас преследуют.

Неприятная надпись замигала в верху экрана: «Открылось кровотечение». Остаток энергии моментально слился до конца и они вместе с Дедом рухнули на землю.

Экран планшета у Максима погас и на черном фоне загорелась красная надпись: «Вы потеряли сознание от сильного кровотечения». Он уже не раз видел эту не приятную надпись. Часто товарищи успевали оказать ему помощь, но видимо не в этот раз. Навряд ли их смогут быстро найти. А минут через пятнадцать персонаж погибнет и окажется в воскресителе.

Максим швырнул планшет на диван и вышел на балкон. Теплая летняя ночь. Где-то внизу стрекотали сверчки. Спать совсем не хотелось, снова в памяти всплыли приятные моменты прошедшего дня. Аня, ее глаза, изящная фигура и идеальные, стройные ножки. Как она смущенно прикрывала их своей маленькой сумочкой, сидя в машине, когда ловила неосторожные взгляды Максима.

«Завтра я ее снова увижу», — радовала мысль, и сердце снова ликующе заколотилось.

«Я позвоню ей и скажу… Что скажу? Надо пригласить ее куда-нибудь. Да, если не хватит духу позвать ее сразу, то всё. Потом будет поздно».

«Ха, размечтался! А вдруг у нее парень есть. Вот я буду идиотом выглядеть: — Аня, а можно тебя пригласить сегодня в… — Нет, Максим, у меня есть молодой человек».

«Хватит фантазировать! Завтра все выясню. Верну ей машину и прямо спрошу: — Аня, а у тебя есть парень? Если ответит «да» — просто скажу что ему неимоверно повезло. А если скажет что нет…»

Достав сигарету из лежащей рядом на тумбочке полупустой пачки, он закурил и поднял взгляд в ночное небо.

«Какая сегодня необычайно яркая луна!»

Максим вдохнул полной грудью едва остывший после дневной жары воздух. Не было еще в нем той предрассветной свежести, которая бодрит своей легкой прохладой. Но и запахов опаленного полуденным зноем города в нем уже не чувствовалось.

«Почему у меня постоянно нет времени просто постоять на балконе и посмотреть в ночное небо, на звезды, на луну?»

Максим присел на старенький табурет и сложив руки на перилах балкона, уперся в них подбородком, продолжая неотрывно смотреть на звезды.

«Работа, дела, заботы».

Стрекотание сверчков под окнами неожиданно стихло и через мгновение, словно по взмаху невидимого дирижера, заиграло на все голоса снова с еще большей силой.

«Надо сделать себе завтра выходной. Ее машина будет готова не раньше чем к обеду. Если с утра взяться за работу, то к этому времени я опять буду грязный как черт. Все, решено, у меня завтра выходной».

Потушив тлеющую сигарету в пепельнице, Максим поднялся, воодушевленно хлопнул о перила балкона ладонями и вернулся в комнату. Экран планшета на удивление уже не угрожал зловещей красной надписью.

«Неужели нас вытащили?»

Рут лежал на диване, а чуть дальше на соседнем диване лежал Дед. В углу, возле стеллажа стояла Багира. Максим сразу узнал помещение, знакомую обстановку, это был их штаб.

Рут: — Ира, ты что не спишь?

Багира: — Ура! Проснулся наконец. Мы вас вообще то на месте залатали.

В дверях появился Капитан.

Капитан Эстония: — Ирусик, солнце мое, идем обниматься!

Рут поднялся с дивана и повернувшись к Капитану написал:

Рут: — Роман, вы тут не одни!

Капитан Эстония: — О! Очнулся, а Дед видимо спать ушел.

Рут: — Эх… А мы столько лута скинули, пока от погони уходили, ты бы знал. Жалко до чертиков!

Багира: — В хранилище ваш лут. — Ответила Ира, добавив в сообщение кучу смайликов.

Рут: — Да ладно!

Капитан Эстония: — Да, три сумки и два рюкзака. Или было что-то еще? Это все что нашли.

Рут: — А что там не смотрели?

Капитан Эстония: — Все спать расходились, не смотрели. Мы и свое не разбирали. Все в хранилище заперли, как есть.

Рут: — Отлично! Завтра разберете, а мне пожалуй пора идти.

Багира: — Спать? Я тоже пойду! Спокойной ночи, мальчишки!

Капитан Эстония: — Ира, минутку подожди пожалуйста! — Поняв про что говорит Рут, попросил Капитан.

Багира: — Что Рома? Говори быстрее! Опять свои грязные шуточки мне будешь рассказывать.

Капитан Эстония: — Нет, Ира! Я серьезно, подожди!

И уже обращаясь к Максиму, Роман написал:

Капитан Эстония: — Макс, ты сдаваться пошёл?

Рут: — Да, чтоб сюда не нагрянули.

Капитан Эстония: — Я с тобой. Ира, ты с завтрашнего дня главная. Держи всех в ежовых рукавицах.

Багира: — Мальчишки, вы чего?

Рут: — Ты тоже отметился?

Капитан Эстония: — Да, я Настю из твоего дробовика слил. Ее оружие в хранилище вместе с вашим лежит.

Рут: — Вот это охота! Не скоро они свои статы восстановят!

Они сменили боевое обмундирование на стандартный и самый дешевый комплект одежды. Провожала их только Багира, на базе больше никого не было. Выйдя за ворота, они не спеша направились в город.

Рут: — Ром, а почему у тебя ник такой — Капитан Эстония? Ты же вроде из Москвы?

Капитан Эстония: — Был один случай забавный. Сейчас расскажу. Поехал я как-то в гости к другу. Он в Эстонии живет…

Персонажи на экранах планшетов двух игроков, живущих в тысяче километров друг от друга, шли вместе по дороге. По пути, уходящему далеко за пределы экранов.

Глава 5. Первый в очереди

Он вздрогнул и, открыв глаза, нервно и часто задышал. За окнами было еще темно и старик осторожно перевернулся на другой бок.

«Приснится же», — подумал Николай Петрович, пытаясь вспомнить обрывки странного кошмара. Страшные сны обычно запоминаются, но в этот раз память на отрез отказалась его повторять. Снова закрыв глаза, старик попытался уснуть, но размеренный храп Тамары прогнал прочь остатки дремоты.

— Это невозможно, — пробормотал он и, приподняв голову, взглянул на электронное табло будильника. Часы показывали три часа пятьдесят пять минут. Тяжело вздохнув, Николай Петрович сел на кровати и нащупал на полу планшет. Прихватив с тумбочки наушники, он тихо прошел в соседнюю комнату и закрыл за собой дверь. Устроившись поудобнее на любимом диванчике, Николай Петрович надел наушники, подтянул теплый плед и включил первое попавшееся под руку видео.

Какой-то малоизвестный блогер нудным и монотонным голосом пытался донести до зрителей фантастические факты о квантовом мире. Дремота подступила незаметно и старик не почувствовал тот момент, когда электронная картинка экрана растворилась в обрывках подступившего сна.

Мыслей о том, как он тут оказался не было, сознание сковал дикий страх. Он забился поглубже в огромное кресло и с тревогой посмотрел на мигающую красную лампочку. Огромная панель приборов перед ним была усеяна разноцветными огнями лампочек и табличек, но только эта — ярко-красная, сейчас привлекала его внимание. Он вцепился худыми ладошками в подлокотники кресла. Да, это был он, но почему-то совсем маленький, совсем еще ребенок. И сейчас ему было страшно, очень страшно. Красная лампочка на панели перед ним перестала моргать, загорелась ярким пунцовым цветом и погасла. Взрыв сотряс корпус корабля и огоньки на панели истошно замигали.

— Мне страшно, Комар, — прошептал он.

С соседнего кресла поднялся мальчишка, на вид чуть постарше него. Лица не видно, оно скрыто за тонированным стеклом закрытого шлема. Он подходит к нему и заботливо поправляет ремни.

— Ничего не бойся, Шмель, мы уже почти дома. Слышишь? — мальчишка показывает пальцем в лобовое стекло корабля. В звездной черноте космоса хорошо виден огромный белоснежный шар.

— Сейчас мы прошьем это пространство и окажемся дома.

Красная лампочка на панели перед ним замигала снова.

— Вот, черт! Еще одна ракета, — мальчишка ткнул какую-то кнопку на подлокотнике. Прозрачный купол накрыл кресло и воздух вокруг стал сгущаться и краснеть. Белый шар за стеклом впереди продолжал увеличиваться в размерах, стал ярко красным и заморгал как та тревожная лампочка на панели. Резкая вспышка. Перед глазами все почернело, закружилось и задрожало.

Он словно снаружи увидел стальную громаду фантастического космического корабля. Корпус его дрожал и расплывался в невидимых волнах пульсирующего пространства. Огромный шар был уже близко, цвет его, мерцая, постоянно менялся. Белый, пепельно серый, желто-коричневый и снова кипельно-белый. Вдруг потускнев до черного с красными прожилками, шар стал светло голубым, с не ровными белыми завихрениями.

«Это Земля», — мелькнуло у него в голове. Корабль перестал дрожать, проступив в черноте космоса четкими стальным контуром. Сознание снова оказалось внутри, в кабине. Прямо перед ним возвышались широкие спинки кресел, закрытых прозрачными колпаками. Стекла куполов бесшумно откинулись. Оба кресла были пусты.

Он попытался дотронуться ладонью до подлокотника, но не смог. Своих рук он не видел, не чувствовал. Не ощущал. Его будто не было здесь, его словно не существовало вовсе, а было одно лишь сознание, растворенное в пустой кабине космического корабля.

Штурвалы синхронно качнулись, выравнивая направление, и корабль стрелой вошел в атмосферу. Корпус снова залихорадило, послышался нарастающий рев из-за стальных переборок и лобовое стекло лизнули струи раскаленного газа. На трясущейся панели снова замигала та самая красная лампочка. Громыхнули розжигом двигатели, пытаясь увести корабль от приближающейся неведомой угрозы.

— Мы притащили ее за собой, — будто услышав в живую, он ощутил мысли того, второго мальчишки.

«Он тут, он где-то рядом», — мелькнула мысль, но в кабине по прежнему было пусто.

— Сейчас уйдем от нее и автоматика посадит корабль. Ничего не бойся, Шмель, электроника в норме, она нас сразу восстановит.

За лобовым стеклом, на белом снежном покрывале земли, стали заметны серые и черные пятна правильной формы.

«Это город!»

Меж серых квадратов едва различимых домов уже виднелись грязные нити заснеженных дорог, когда корабль сотряс очередной взрыв. Нестерпимо яркое пламя полыхнуло перед глазами и все вокруг погрузилось во тьму.

«Ну вот и все», — едва различимый голос мальчишки мелькнул в сознании.

— Это все, — Николай Петрович вздрогнул от голоса в наушниках, — Что сообщили официальные источники на данный момент.

— Сторонники конспирологических версий, — продолжил голос за кадром, — Сразу обратили внимание на двойной инверсионный след, оставленный челябинским метеоритом…

Николай Петрович вытащил наушники и выключил планшет.

— Почаще всякие конспирологические версии надо смотреть, — недовольно пробурчал он и спустив ноги на пол, нащупал тапочки, — Может совсем спать перестану.

Стараясь не шуметь, он тихо прошел на кухню, прикрыл за собой дверь и поставил чайник на плиту. Приоткрыв окно на проветривание, он прильнул к узкой щёлке и с наслаждением вдохнул свежий утренний воздух. Пахло холодной сыростью ранней весны. Под окнами, во дворе, еще лежал серый рыхлый снег. Но местами он уже сильно подтаял, обнажив тут и там черные пятна раскисшей земли, прихваченной ночным морозом.

Он любил это время года, он даже чувствовал себя немного моложе весной. И сейчас, стоя у окна, он наслаждался бодрящей свежестью утра, пока легкий ветерок, сквозняком врываясь через приоткрытое окно и приятной прохладой стелился по полу. Чайник на плите, негромко забурлив, закипел.

Он поставил чашку возле себя, нажал на экране планшета знакомый ярлычок и потянулся к плетеной вазочке с конфетами. Не глядя пошарив рукой, достал одну. Экран засветился знакомой заставкой и он зашуршал фантиком, разворачивая конфету.

— Ну что за ... — выругался негромко старик, разглядев содержимое под яркой, хрустящей оберткой.

Тамара покупала конфеты не дешевые, с разными посыпками и начинкой. Но он называл их «гудрон в фантиках».

«Вот по кой черт их берет? — Он с недовольством перебрал содержимое корзиночки, — Даже сама их не жрет».

Он любил обычные шоколадные конфеты с классической начинкой, те, от которых Тамара воротила нос и считала их не вкусными. Хотя вкус для нее часто определялся ценой, нежели собственными ощущениями и это его порой забавляло.

— Оценщица, — буркнул старик и отодвинул конфеты в сторону. Так называл он жену не со зла, для него это была лишь особая черта её характера. Ну бывают же люди вспыльчивые и спокойные, общительные и замкнутые, а для него бывают еще и люди-оценщики.

Полоса загрузки медленно ползла по заставке игры. Хотя для него это уже была не просто игра. Это была вторая, электронная жизнь, ярко дополнявшая размеренные, унылые будни общением и порою даже азартом. Но и тут их с Тамарой взгляды кардинально расходились. Она никак не могла понять, как в его годы можно часами сидеть за экраном и «гонять каких-то человечков».

Дед Бонзай стоял в огромной аудитории возле доски и не разборчиво рисовал на ней какие-то символы. Это был автоматический режим игры, в данном случае режим обучения. Персонаж Деда с высочайшим уровнем наставника мог помочь быстро прокачать разные навыки другим игрокам. Таких в аудитории сейчас было не меньше тридцати.

Николай Петрович нажал на кнопку «Завершить» и Дед Банзай повернулся к аудитории. В овальном окошке над головой его персонажа появилась надпись: «На этом наше обучение закончено. Всем спасибо за внимание!»

Персонажи, ведомые своими автоматическими режимами, начали расходиться и Дед Бонза вслед за ними покинул аудиторию. Худая, высокая фигура старика в белом лабораторном халате не спеша и немного сутулясь двигалась по экрану в глубь их цитадели. Где то там, в лабиринтах коридоров и лестниц располагалась его мастерская.

Дед Бонзай остановился возле двери.

«Спят еще все, — подумал Николай Петрович, заглянув в чат рации, — это мне, старику, с утра не спится».

Он вошел внутрь и запер за собою дверь. Сюда он никого не впускал, кроме Зевса, с которым они вместе мастерили подарок для Рута. Через две недели у Максима будет день рождения и этот подарок должен быть самым лучшим.

Посреди мастерской на постаменте, стоял манекен экипированный в экзоскелет. Это было не обычное панцирное снаряжение, этот экземпляр был настоящим произведением искусства.

Черный матовый шлем, похожий на те, что используют пилоты боевых самолетов, был полностью разработан и собран Дедом. Шлем этот соединялся с лентами плоских звеньев корпуса, а сами звенья чем-то напоминали хитиновые пластины хвоста речного рака. Собственно весь экзоскелет и состоял из таких лент разной длины и ширины.

«Нет предела совершенству,— подумал Дед, осматривая фантастическую конструкцию, — Надо модернизировать клапаны гидросистемы».

Дверь позади него открылась и на пороге появился Зевс.

Дед Банзай: — Привет, Леша! Ты что не спишь в такую рань?

Зевс: — Медсестра приходила, укол делала. Болючий зараза.

Дед Бонзай: — Ты заболел, в больнице лежишь?

Зевс: — Да, с температурой. Мама сказала что скоро выпишут. А мне норм, в школу не надо ходить.

Дед Бонзай: — Нельзя так говорить! Нужно учиться, со сверстниками общаться. Давай, поправляйся скорее и нагоняй свой класс. А то потом сложно будет.

Зевс: — Знаю, вон у меня учебников целая тумбочка. И класуха каждый день звонит, уроки задает. Дед, ты лучше скажи что на прокачку лучше взять?

Дед Бонзай: — Все выучил, что задали?

Зевс: — Дааа! Выучил!

Зевс: — Звенья наручные закончил, семь штук переделать пришлось. Зато аж три штуки уникальные получились!

Дед Бонзай: — Много опыта по механике получил?

Зевс: — На два уровня поднял. Теперь я король производства!

Старик улыбнулся, какой же он славный мальчишка и чем-то напоминал его Сашку. Внук теперь не часто приезжал, учеба, секция, друзья. Созванивались они каждый день, но виделись уже редко. В груди защемило от тоски и Николай Петрович вспомнил что не выпил вчера таблетки, прописанные ему врачом.

Он поднялся из за стола, открыл холодильник и достал две упаковки таблеток. Выпив лекарства, он машинально положил пачки обратно в холодильник.

«Зачем Тамара хранит лекарства в холодильнике? Они что, испортятся? Что за привычку взяла? Бинты и вату с йодом в аптечке хранит, а таблетки в холодильник сложила. Теперь тут пахнет как в аптеке, весь аппетит перебивает».

Побурчав немного, Николай Петрович сел обратно за стол и взглянул на экран. Мальчишка его о чем-то спрашивал, но не видя ответа, писал уже не в первый раз.

Зевс: — Чё брать то?

Зевс: — Дед, ты тут?

Зевс: — Дееееееед!

Дед Бонзай: — Нагрудный замок возьмешься модернизацию?

Зевс: — Подумать надо… Кстати, Багира не отстает, ходит за мною постоянно. Всё выспрашивает, высматривает что я делаю.

Дед Бонзай: — Знаю, она и меня постоянно допытывается.

Зевс: — Вот Макс удивится, это же такая вещь! Все донатеры на серваке обзавидуются!

Дед Бонзай: — Ты не сказал мне, берешь нагрудный замок на модернизацию или нет?

Зевс: — Беру.

Леша просмотрел характеристики снятой детали костюма и порывшись в ящике с запчастями, набрал себе полные карманы разной мелочи. Напоследок он прихватил какую-то железяку, лежавшую возле двери и вышел из мастерской. Дед, стоя возле манекена, просмотрел список возможных улучшений экзоскелета, наконец решил:

«Силовые поршни, вот что стоит прокачать».

Таймер исследования начал обратный отсчет оставшегося времени и как только на шкале прогресса значение 0% сменилось на 1%, Николай Петрович выключил планшет.

Он поднялся из за стола, переставил пустую кружку в раковину и вздрогнул, услышав за спиной недовольный голос жены:

— И для кого ты её туда ставишь? Прислуга приедет и помоет? Ну конечно, это же не царское дело.

— Тома, какого лешего ты с утра начинаешь?

Тамара окинула кухню мрачным взглядом, и по глазам ее было видно, что она ищет к чему бы еще придраться.

— С самого утра уже в свой планшет тычешься. Иди лучше в гараж, за картошкой сходи. А потом в магазин, как откроют. У нас вон холодильник пустой, позавтракать нечем.

Николай Петрович, за столько лет привыкший к ее характеру, нисколько не удивился ее неважному настроению в это утро.

— Ты хотела сказать что в нашей большой аптечке тебе нечего сожрать?

Она искоса глянула на него.

— Ты же весь холодильник лекарствами забила. Открываешь, а там запах как в поликлинике. Я уже у твоих котлет спрашиваю, которая из них последняя на прием к терапевту.

Зная что с ним спорить бесполезно, Тамара махнув рукой, вышла из кухни и уже откуда-то из глубины комнаты крикнула:

— Иди одевайся, сейчас список тебе напишу.

Николай Петрович заглянул в холодильник, и сам осмотрел содержимое.

«А то она вечно что-нибудь забудет и приходится по несколько раз выходить в магазин».

Перед тем как закрыть холодильник, он взглянул на сковороду с котлетами и сказал:

— Напрасно сидите, терапевт сегодня с трех часов принимает. — И захлопнул дверцу.

Выйдя из подъезда, Николай Петрович поежился от не приятного, холодного ветра. На улице было еще темно и почти безлюдно. Напрямую, через дворы, если идти неспешным шагом, до гаражного массива было минут двадцать ходьбы. Николай Петрович поднял воротник и сунув руки в карманы пальто, не спеша пошел вдоль дома, обходя прихваченные льдом лужи. Проходя мимо скамейки соседнего подъезда, он почувствовал сильную слабость и решил присесть, отдышаться. Слабость никак не отпускала, он откинулся на спинку скамейки и взглянул на небо, оно было пасмурным, серым. Николай Петрович опустил голову и круги с разноцветными пятнами поплыли перед глазами.

— Ну все, Шмель, тебе пора, — услышал он незнакомый мужской голос возле себя, — Ты первый в этой очереди.

Николай Петрович открыл глаза и повертел головой, но чернота и яркие круги перед глазами не исчезли. Он глубоко вдохнул морозный воздух и снова опустил веки. Слабость усилилась, какой-то необычайно сильной и болезненной волной прокатилась по всему телу и постепенно отпустила, стало хорошо, легко и необычайно тихо.

Глава 6. Сильный Миша

Иногда судьба открывает нам двери, которые станут для нас единственным выходом из беспросветных, безнадежных тупиков. Но часто мы этого не замечаем, потому что делает она это тихо, неприметно, за нашей спиной.

Калитка ворот не громко скрипнула и в автомастерскую, полубоком, стараясь ни за что не задеть, шагнул молодой человек. Максим обернулся и с любопытством взглянул на посетителя. Словно выставленный на показ, циферблат дорогих наручных часов небрежно подмял манжет белоснежной сорочки, когда гость, придерживая рукой полы распахнутого короткого пальто, перешагнул их порог. Дорогой шерстяной классический костюм, идеально подогнанный по фигуре и застегнутый на все пуговицы, прижимал чуть задравшийся вверх широкий шелковый галстук.

Брезгливо переступив грязную лужу у входа, посетитель с важным видом подошел к Егору. Не снимая кожаных перчаток и не протягивая руки, он с явно высокомерным видом что-то негромко спросил. Максим к разговору прислушиваться не стал, а лишь нахмурившись, отвернулся. Такие гости к ним не часто заглядывали. Это был тот тип людей, которые обслуживают свои авто у официальных дилеров. Действительно, когда Егор распахнул ворота, в бокс заехал огромный белый внедорожник одной из последних моделей.

«Номера не местные, видимо тут проездом», — подумал Максим, окинув взглядом грязный капот внедорожника.

«По кой-черт к нам то приперся», — подумал он, и словно отвечая на свой же вопрос, непонимающе пожал плечами, — «Отсюда минут десять до официалов ехать, машина наверняка еще на гарантии».

Пассажирские двери негромко щелкнули и спустя минуту, из-за огромной машины вышла девушка, держа за руку маленького мальчика, лет пяти. Егор показал им рукой на диванчик.

— Присаживайтесь, там чисто. Повозиться придется с машиной, тут на долго.

Девушка улыбнулась и поблагодарила его. В этот момент водительская дверь резко распахнулась. Молодой человек в коротком пальто выскочил из-за руля, прижимая к уху телефон. Лицо его было багрово-красным, он с силой захлопнул дверь машины и что-то коротко буркнув в трубку, нервными, быстрыми шагами направился к выходу. Уже не обращая внимания на лужу с остатками подтаявшего грязного снега, он прошлепал по ней подошвами начищенных до блеска дорогих ботинок, забрызгав при этом брюки до самых колен. Толкнув тяжелую дверь, он выскочил на улицу и калитка, громыхнув за ним, закрылась.

Максим, наблюдавший за этой сценой, заметил как задняя пассажирская дверь внедорожника чуть приоткрылась и оттуда кто-то робко выглянул.

— Миша, выходи! Идем к нам! — позвала девушка.

Дверь машины захлопнулась, но спустя какое-то время открылась снова и оттуда нерешительно выбрался коренастый парнишка. По возрасту он был примерно одних лет с Максимом и Егором. Но странное, немного детское выражение его лица подсказывало что парень отстает в развитии.

Невысокого роста и плотного телосложения, в цветной вязаной шапочке и укутанный в широкий фиолетовый шарф с оленями, он восторженно озирался вокруг. Парень стоял посреди мастерской и наивным, детским взглядом смотрел за тем, что делают Максим с Егором. Девушка подошла к пареньку и сняв с него шарф, аккуратно сложила его и убрала в машину.

— Идем, присядем на диван, — позвала она паренька и тот смешно засеменил вслед за ней, постоянно оборачиваясь и не сводя глаз с верстака Максима.

Маленький мальчик тем временем, ни на кого не обращая внимания, сидел на диване и смотрел по телефону мультфильмы. Парень сел рядом с ним, мельком взглянул на экран и снова с интересом стал рассматривать детали, разложенные на столе у Максима. Спустя какое-то время парень стянул с себя шапочку, из-под которой вырвалась огромная копна рыжих волос и вскочив, короткими шагами подбежал к девушке. Он что-то шепнул ей на ухо, смущенно опустил голову и снова покосился на верстак. Девушка улыбнулась, пригладила взъерошенные, непослушные рыжие волосы на его макушке и направилась к Максиму.

Подойдя ближе, она немного смущаясь, тихонько спросила:

— Здравствуйте, а можно вас кое о чем попросить?

Максим обернулся к девушке, удивленно вскинул брови, пытаясь сообразить что ей от него понадобилось и неуверенно кивнул в ответ:

— Да, конечно!

— Как вы наверно заметили, мой брат…

Девушка немного замялась и Максим, что бы прервать ее объяснение, перебил:

— Вы скажите что я могу сделать для вас?

— Мой брат очень интересуется разными деталями и хочет поближе посмотреть как вы работаете. Можно он подойдет?

— А! Ну конечно, — ответил Максим, поняв наконец в чем дело, — пусть подходит, я ему все покажу.

— Миша, идем, — девушка поманила рукой рыжего паренька, неотрывно наблюдавшего в это время за ними. Но тот опустил глаза и стеснительно помотал головой.

— Вы извините нас, за беспокойство! — смущенно сказала девушка.

— Идите, присядьте, я сам попробую, — улыбнулся в ответ Максим.

Она вернулась к дивану и что-то сказала своему брату на ухо. Он снова замотал головой и заметно покраснел.

Максим огляделся по сторонам. Увидев пустой пластиковый кейс из-под гаечных ключей, он направился к нему. Столик, на нижней полке которого лежал тот ящик, стоял как раз напротив дивана. Максим с серьезным видом подошел к столику и нагнувшись, захлопнул крышку. Взявшись за кейс обеими руками, он сделал вид будто эта пустая пластиковая коробка неимоверно тяжелая. Изобразив на лице напряжение, он с показным трудом переставил ящик на крышку столика, при этом стукнув им посильнее. Максим смахнул воображаемую капельку со лба и посмотрел на рыжего парня.

— Привет! А ты сильный? — спросил Максим у рыжего и тот в ответ радостно закивал.

— Помоги мне пожалуйста донести эту коробку до верстака!

Парень подскочил с дивана и довольный, подбежал к столу. Максим сделал вид что схватился обеими руками за одну сторону кейса. Парень подошел и осторожно взял коробку из его рук.

— Вот это силища, — улыбнулся Максим, глядя на простодушного паренька, — А может ты поможешь мне открутить одну гайку? А то у меня не получается.

Парень радостно закивал, осторожно неся пустой пластиковый кейс, словно это была хрупкая драгоценность. Максим заглянул в стеллаж, и достав из пакета комплект новых перчаток, протянул их рыжему пареньку.

— Тебя как зовут?

— Миша, — ответил тот уже без стеснения и смущения.

— А меня Максим! На, держи перчатки, чтоб не испачкаться.

Парень взял перчатки из рук Максима и обернулся к сестре. Она улыбнулась и кивнула ему.

— Вот эта злополучная гайка. — Максим гаечным ключом постучал по одной из ржавых гаек на стоящем перед ним корпусе.

Пока Егор возился с проводкой внедорожника, Миша ни на шаг не отходил от Максима. Откручивал и прикручивал всевозможные гайки и болты. Крутил отверткой винты на деталях, которые Максим вытаскивал из ящика с металлоломом.

— Ну спасибо, приятель, помог! — Максим протянул руку довольному пареньку и тот с неимоверной силой пожал ее.

Пока девушка усаживала в машину мальчика и Мишу, а Максим складывал ненужные запчасти обратно в ящик с металлоломом, молодой владелец дорогой машины расплачивался с Егором.

— Спасибо вам огромное, — сказала девушка, подойдя к Максиму, — теперь у него впечатлений на целый месяц будет.

— Ну что вы, пустяки, — ответил Максим и взглянул на довольное, по детски наивное лицо рыжего паренька. Тот, высунувшись из открытого окна, изо всех сил махал ему рукой.

— Ты видела? Я помог ему! — сияя от радости, сказал рыжеволосый парнишка подошедшей сестре.

— Я помог, я могу! Я обязательно помогу тебе еще! — крикнул Миша Максиму.

— Угомони этого клоуна, — тихо произнес мужчина, подойдя вплотную к девушке. Улыбка мигом пропала с ее лица и обернувшись к брату, она негромко сказала:

— Миша, закрывай окно, мы уезжаем.

— Я сильный! Я еще помогу тебе! — продолжал радостно кричать рыжий парень, пока стекло задней двери медленно ползло вверх.

Мужчина за рулем с безразличным выражением лица смотрел по зеркалам, пока внедорожник выкатывался из ворот. А девушка, рядом на пассажирском сидении, сидела молча, опустив глаза.

«Бедолага, поможет он мне», — Максим с каким то щемящим чувством в груди смотрел на мелькавшее за спиной водителя веселое лицо добродушного паренька.

«Я помогу тебе», — звучал в голове его радостный голос. Тогда Максим и не догадывался что, спустя какое то время, они с ним встретятся вновь. И он действительно сможет помочь ему, и помощь эта будет бесценна.

Егор закрыл тяжелые створки и выглянув на улицу, запер калитку на засов.

— Я все, закончил на сегодня. Ты, кстати, не сказал во сколько встречаемся?

— К восьми приезжайте, мы будем уже там, в кафе.

— Кого еще пригласил?

— Только вы с Ленкой и мы.

— А что так скромно, брат? Тебя обокрали? Так я дам денег! — в своей манере пошутил Егор.

— Нет, пока не обокрали, но сам понимаешь, сколько на свадьбу уйдет. Поэтому мы по скромному решили сегодня посидеть, в узком кругу.

— Эх, ну вот, теряю друга. Скоро мы с тобою только тут и будем видеться. У тебя семейные заботы, у меня семейные… Прощай беззаботная, холостяцкая жизнь.

Максим глянул искоса на друга и негромко спросил:

— Что ты сейчас сказал?

— Я тоже женюсь, — Егор стянул промасленные перчатки и выдернув тряпку из рук застывшего на месте друга, широко улыбнулся и обтер ладони.

— Короче, через три месяца после вашей свадьбы, идем на нашу.

— Дружище, поздравляю! — Максим крепко пожал руку Егору и обхватив его, прижал к себе.

— Ну вот мы и повзрослели, брат! — тихо сказал Егор с какой-то непонятной тоской в голосе.

— Ты бы знал, как я рад за вас! Эта новость — лучший подарок на мой день рождения.

Аня просила к пяти часам приехать за ней на работу. Столько оказывается всяких мелочей нужно для организации свадьбы, с ума сойти можно. Максим потушил освещение в боксе, оставив включенной лишь лампу над своим верстаком.

Он окинул взглядом полумрак автомастерской. Необъяснимое чувство тоски подступило от одного лишь взгляда на закрытые ворота пустого бокса, темные окна бытовки, непривычный порядок на верстаке Егора. Странное ощущение тоски не отпускало последние дни, отчего ему казалось сейчас, будто он прощается с этим местом.

Максим взглянул на часы:

«Времени еще полно, надо зайти в игру, повидаться с братвой, а то вечером будет явно не до этого».

Виртуальный персонаж, с позывным Рут, бодрой походкой вышел из своей комнаты. Проходящая в этот момент по коридору Багира, резко развернулась и направилась к нему.

Багира: — Максимка, поздравляю тебя с днем рождения! Расти большой, красивый, счастливый!

Рут: — Спасибо, Иришка!

Багира: — Ребята приготовили сюрприз! Хотят тебе его торжественно вручить. Ты вечером зайдешь в игру? А то сейчас не все еще в сети.

Рут: — Нет, вечером меня не будет, и вряд ли появлюсь до завтрашнего обеда.

Багира: — Тогда я соберу всех кто есть, как раз и Зевс тут. Просто подарок у них с Дедом храниться.

Рут: — А сам Дед не появлялся?

Багира: — Нет, так и не было. Зевс его постоянно в сети караулит, нервничает.

Рут: — Что же случилось? Уже вторую неделю не появляется. Я и номер его не знаю, чтоб позвонить.

Багира: — Может после обновления зайти не получается?

Рут: — Он до обновления еще пропал. Надеюсь что все в порядке.

Рут не спеша направился по закоулкам коридоров и лестниц их цитадели в сторону мастерских. Ему очень не хватало Деда в игре. И совсем не потому что он был основным учеными и лучшим преподавателем в их корпорации. И не потому что мог изготовить, собрать или починить любое технически сложное устройство в игре. Ему не хватало Деда как товарища, собеседника и друга.

Максим опустил планшет на колени, глубоко вздохнул, поднял голову и его взгляд скользнул по темным контурам опор автомобильных подъемников. Небывалая мощь скрывалась в строгих силуэтах стальных колонн. Способные держать многотонные машины, они сейчас стояли без дела, пустые. Странную, чем то схожую с этой, пустоту он чувствовал и внутри себя. Силы и энергия в нем будто замерли, в ожидании чего-то важного, чего-то нового.

«С этими свадебными заморочками, крыша скоро поедет», — подумал он, встряхнул головой и снова уставился в экран.

Возле лаборатории Деда уже собралось человек двадцать, они наперебой начали поздравлять Максима. Зевс подошел последним, он позвал за собой, открыл дверь лаборатории и отступил в сторону, приглашая Рута войти.

Зевс: — Подарок внутри, стоит посреди зала.

Переступив порог и сделав несколько шагов, Рут остановился. На стоящем в самом центре мастерской экспонате был экипирован экзоскелет. Черные широкие ленты силовых звеньев будто фантастические змееподобные монстры обхватывали весь манекен. Черный матовый шлем был обращен к Максиму и казалось что механический панцирь внимательно изучает своего нового владельца.

Зевс зашел в мастерскую следом и встав позади Рута, спросил:

Зевс: — Ну как, нравится?

Рут: — Безумно нравится.

Багира: — Эх, жаль Дед не видит…

Мачете: — Он так старался. Я ему столько запчастей таскал, думал он тут космический крейсер строит.

Экзоскелет, обвивая своими лентами персонажа, будто поглотил всем знакомую фигуру Рута, превратив ее во что-то устрашающее и неведомое. На экране Максима появилось меню управления и повисев немного в раскрытом виде, свернулось в небольшую строку из нескольких основных кнопок.

Десять шагов по мастерской вперед и назад, не включая питания механического костюма. Рут остановился, шкала выносливости даже не шелохнулась.

— А ну ка... — Он бегом рванул к дальней стене, не останавливаясь, так же резко развернулся и побежал обратно. В стандартном экзоскелете за такие маневры он бы уже поплатился доброй половиной шкалы энергии. Тут же, синяя полоска лишь неприметно моргнула и уменьшилась всего на несколько пикселей.

Рут: — Зевс, есть на чем силу испытать?

Зевс: — Шасси, мы на нем пробовали.

Возле дальней стены стояла полуразобранная рама транспортера. Все четыре пары колес спущены, большинство навесных деталей с нее уже были сняты, но тем не менее выглядела она массивной и неимоверно тяжелой.

Подойдя к старому шасси, Рут нажал кнопку «Поднять», персонаж ухватив сломанный механизм за раму, с невероятной легкостью оторвал ее от пола.

Нацелившись в одну из опорных колон, Максим нажал «Бросок». Рама взметнулась над головой словно пустая картонная коробка и резким рывком устремилась вперед. Крутясь в воздухе как спичечный коробок, шасси ударилось о колонну и разломившись пополам, рухнуло по обеим ее сторонам. Мелкие запчасти стальными брызгами рассыпались по полу.

Мачете: — Вот это мощь! Это лучшая вещь в игре, что я видел.

Багира: — Это просто космос!

Рут: — Спасибо, ребята! Просто нет слов!

Глава 7. Сервер временно недоступен

Весна в этом году сильно запоздала, вчера весь день крапал мелкий дождь, а к вечеру сырую землю сковал крепкий мороз. А сейчас, с утра, началась метель с мелкой, колючей, неприятной снежной крупой. Обледеневшую дорогу постоянно переметали белой пылью волны налетающего порывами ветра. Максим осторожно вел машину и редкие встречные автомобили, так же крадучись, не спеша, ползли ему навстречу по своим делам. Погода была ужасная, но еще хуже погоды было настроение Максима.

Сегодня с утра они разругались с Аней. Такого у них еще не было. Нет, поссорились они два дня назад, в кафе, где отмечали день рождения Максима. Вернувшись домой на разных такси, они эти дни вообще не разговаривали. А вот сегодня утром она высказала ему все, что о нем думала и копила эти два дня. А может и с самых первых дней. И он не стал терпеть этот агрессивный напор, не выдержал. Тогда, когда уже казалось бы подходило время для восстановления отношений, не сдержался, ответил. Ответил на каждое брошенное ему в лицо обвинение, на каждое оскорбление в свой адрес. В итоге ушел, громко хлопнув за собой дверью.

Свернув с дороги, он подъехал к воротам автомастерской и поставил машину на привычное место. Часы показывали без четверти семь, Егора еще не было. Максим долго возился с обледеневшим замком, пока тот наконец не сдался. Он шагнул внутрь. Тут было темно и ужасно холодно. Яркий свет люминесцентных ламп выхватил из сумрака мастерской вывешенную на подъемнике машину, которую он начал ремонтировать вчера вечером. Работы с ней предстояло еще не мало.

«Оно и к лучшему», — подумал он, — «Не будет времени на всякие дурацкие мысли».

Он включил отопление в боксе и пошел переодеваться. В голове словно запись, повторяясь, кружились одни и те же слова, одни и те же фразы. Он снова и снова мысленно спорил с ней, словно она была рядом, будто следовала за ним по пятам.

Обогреватели работали на полную мощность, но в мастерской было по прежнему холодно и неуютно. Максим сидел в кресле, укутавшись в рабочую зимнюю куртку и обеими ладонями сжимал горячую кружку. Он смотрел сквозь легкую дымку пара на висевшую перед ним на подъемнике машину.

«Все, хватит сидеть», — он с трудом заставил себя подняться и пригнувшись, зашел под грязное днище машины. Максим поднял с пола гаечный ключ и осмотрел приржавевшие гайки. Вчера они ему так и не поддались, но это было вчера. Он накинул ключ на первую гайку и с силой дернул его. Гайка хрустнула и очень туго, но все же пошла по виткам. Он с чудовищной силой и небывалым остервенением срывал прикипевшую резьбу одну за другой. Металл жалобно скрипел под его агрессивным напором и чуть слышно похрустывал рыжим песком застарелой коррозии. Последняя гайка оказалась самой неподатливой. Максим оббил ее со всех сторон молотком, почистил металлической щеткой витки резьбы и обильно побрызгал смазкой из баллончика.

«Какой же от этой смазки неприятный запах».

Максим отошел к воротам, тщательно вытер руки и закурил.

«Скорее бы приехал Егор, хуже нет, быть сейчас одному», — подумал он и выглянул на улицу. Вдохнул полной грудью холодный воздух, но запах той смазки словно въелся в кожу озябших пальцев. Даже морозный утренний воздух не мог его выветрить. Как и те мысли, как и те моменты их сегодняшней ссоры, они тоже впитались в память и их не могли сейчас выветрить из головы ни какие силы.

Максим вернулся к машине, накинул ключ на последнюю гайку и дернул что было силы. Машина закачалась на резиновых вставках упоров подъемника, но гайка так и не сдвинулась с места. Рывок. Еще рывок. Еще один. Раздался негромкий хруст и болт, вместе с этой злосчастной гайкой, отломился и отлетел куда-то в сторону. Максим отшатнулся назад, едва не упав, ударился головой и остановился. Что было сил он с остервенением швырнул ключ куда-то вглубь мастерской.

— Да пошла ты к черту! — крикнул он в пустоту. Шатаясь, подошел к креслу и закрыв глаза, сел. Вырвавшаяся наружу злоба, опустошила его и наконец стало чуть легче. Он просидел так, с закрытыми глазами, минут пять или десять, когда наконец скрипнула калитка ворот и раздался долгожданный знакомый голос:

— Здорово, Макс! Ты что тут, спишь что ли?

Весь день работа не останавливалась, машины шли одна за другой. И вот уже вечером, проводив последних посетителей, они с Егором наконец присели за столик. Тяжелая дверь тихонько скрипнула и в мастерскую вошел полноватый мужчина невысокого роста.

— Здравствуйте! Вы еще работаете? — озираясь по сторонам, спросил посетитель в нерешительности переминаясь с ноги на ногу возле ворот.

— Добрый день! Проходите, работаем, — ответил Максим.

— Посмотрите пожалуйста машину. Автозапуск срабатывает без причин. На брелке он отключен и не показывает когда машина заводится. С утра выхожу, а она работает. И уже не первый раз такое происходит.

Егор взглянул на часы.

— Сегодня точно не успеем. Если хотите, то можете оставить машину тут. Завтра сразу с утра займемся.

Мужчина, немного подумав и пригладив на голове редкие волосы, кивнул.

— Да, пожалуй оставлю.

— Подъезжайте к тем воротам, сейчас открою, — сказал Егор, указав на дальние ворота, и поставил недопитую кружку на стол.

Припозднившийся посетитель вышел, а Егор нехотя поднялся и натянул промасленные перчатки. Распахнув тяжелые створки, он отошел вглубь бокса. На улице снова мело, из открытых ворот порывами заносило мелкий снег и разметало по мастерской. Сразу стало как-то неуютно, зябко, Максим поежился.

«Нет», — решил он, глядя на въезжающий автомобиль, — «Не поеду сегодня домой. Возьму пива, заночую здесь, а завтра видно будет».

Егор закрыл ворота, прихватил с пола конец гофрированного шланга вытяжки, и надел его на выхлопную трубу автомобиля. Мужчина тем временем выбрался из машины, отдал ключи с брелком Егору и попрощавшись, ушел.

Максим поднялся с кресла, обойдя автомобиль, он перешагнул через шланг вытяжки и поднялся по лестнице в бытовку. Егор, тихонько насвистывая под нос знакомую мелодию, открыл капот и пошарил в ящиках верстака в поисках гаечных ключей, что бы снять прикипевшие клеммы с аккумулятора. Максим накинул куртку, нащупал во внутреннем кармане кошелек и перегнувшись через перила, крикнул вниз, копошившемуся под капотом Егору:

— Подожди меня, не запирай ворота. Буду минут через пять.

— А ты куда?

— Хочу пива взять, я сегодня тут заночую.

Егор резко выпрямившись, ударился головой о поднятую крышку капота. Рука с ключом замерла над закрученной гайкой.

— Что случилось?

— С Анькой поругались. Не хочу сегодня там появляться. Как говориться, перекипеть в одиночестве, и мне и ей тоже.

Егор, не глядя, отложил ключ в сторону и высунулся из-за машины.

— А хочешь, я сегодня с тобой останусь? Накидаемся до поросячьего визга.

— Нет, Егор, спасибо конечно, но мне правда сегодня лучше побыть одному.

— Подумай еще раз, брат! Пить в одиночестве это прыжок в объятья алкоголизма, — крикнул он вслед Максиму. Тяжелая калитка захлопнулась и Егор, подойдя к столику, плюхнулся на ближайшее кресло.

— Да, дела… — пробормотал он и потянулся за кружкой, — Это ведь они еще тогда, в кафе, начали собачиться. Неужели так и не помирились?

Он вспомнил как в тот день они с Леной пытались их успокоить, растаскивая по разным углам того злосчастного кафе. Но то ли крепкий алкоголь, то ли какая-то давняя обида, или все это вместе разжигали ссору с новой силой, когда они приближались друг к другу.

«Их надо срочно мирить», — Егор встал с кресла, прихватил кружку и пошел переодеваться.

Уже завязывая шнурки, он услышал как громыхнула калитка ворот. Поднявшись в бытовку, Максим поставил пакет на стол. Из пакета выглядывала одна полутора литровая пластиковая бутылка с разливным, светлым не фильтрованным пивом.

— Значит так и не взял на меня. Вот жук! Ну ладно-ладно, я ведь запомнил, — бурчал себе под нос Егор, исподлобья поглядывая на друга.

— Запомнил, говоришь? А мне бы забыть как-нибудь…

— Надумаешь еще за одной идти, позвони! Я тебе сам привезу.

— Езжай уже что ли, — ответил Максим и чуть улыбнулся.

Стоя у распахнутой калитки, Максим проводил взглядом огни уезжающей машины. Докурил быстро тлевшую на холодном ветру сигарету и выбросил в стоящее чуть поодаль ржавое ведро. Он зашел внутрь опустевшей автомастерской, запер за собою ворота и подойдя к электрощиту, выключил обогреватели и освещение. В тусклом свете, падавшем сверху из окон бытовки, он добрался до лестницы и не спеша поднялся по гулким ступеням.

Белоснежная пена в высоком стеклянном стакане взметнулась к краям и он быстро приник к ней пересохшими губами. С наслаждением втянув ароматные мелкие пузырьки, он отхлебнул пару глотков и наполнил стакан до самого верха. Выбрав на планшете один из стареньких фильмов, он устроился поудобнее на узком диванчике. Подложил под голову засаленную, повидавшую виды декоративную подушку и нажал на экране кнопку «пуск».

Где-то на середине фильма Максим поставил опустевший стакан на тумбочку и накинув куртку, в потемках, спустился по лестнице. На ощупь пробираясь к калитке, он ругал себя за то что не прихватил с собою фонарик. Неяркий свет из окон бытовки пробиваясь сквозь помутневшие от времени стекла, растворялся в кромешной тьме автомастерской. Еще не привыкшие к темноте глаза могли рассмотреть лишь крышу стоящего возле лестницы автомобиля с открытым капотом.

«Так можно и ноги тут переломать», — подумал Максим, осторожно вышагивая вдоль закрытых ворот и придерживаясь за них рукой. На улице опять мело и он сразу замерз от рвавшегося под одежду холодного ветра. Мороз крепчал и, от пронизывающего до костей холода, его затрясло. Зубы отстукивали мелкую дробь, а он стоял и отрешенно глядел в темное, вечернее небо.

«Она уже наверно знает что я остался тут. Егор наверняка рассказал об этом Лене, а та в свою очередь, конечно же созвонилась с Аней. Уж я то их знаю. Ну и ладно. Ну и пусть, что в этом такого? Я видеть ее не хочу сегодня, как и она меня. Не соскучились еще друг по другу», — с этими мыслями он бросил окурок в припорошенное мелким снегом ведро и заперев за собою калитку, направился обратно в сторону бытовки тем же путем.

В потемках он обо что-то споткнулся, обматерив весь тот хлам, что Егор здесь набросал. И уже осторожнее, ступая шаг за шагом, стал пробираться дальше к металлической лестнице. Смятая тяжелым ботинком гофрированная труба вытяжки, о которую он споткнулся, соскочила с выхлопной трубы и осталась лежать позади него на бетонном полу.

Максим, потирая озябшие ладони, присел возле обогревателя. Лицо обдало приятным жаром и он закрыл глаза. От тепла этой маленькой комнатки и от выпитого пенного напитка его клонило в сон. Встряхнув головой, он встал и поискал глазами планшет.

«Надо зайти в игру, посмотреть, чем там народ занимается», — подумал он и плюхнулся на жалобно скрипнувший диванчик.

И вот уже Рут — руководитель грозной военно-промышленной корпорации, одного из множества цифровых виртуальных миров, выйдя из личных апартаментов, направился привычным маршрутом в сторону штаба.

На полпути, в одном из коридоров лабиринта их цитадели, он заметил Капитана и Багиру. Воркуя о чем-то своем, они сперва даже не обратили на него внимания.

Капитан Эстония: — Макс привет! Ты что подкрадываешься незаметно? Скрытность прокачиваешь?

Багира: — Привет Максимка!

Рут: — Привет, видели отчеты с...

Максим не успел закончить свое сообщение в чате, как на экране выскочило окно с техническим предупреждением: «Извините, сервер временно недоступен. Проводятся технические работы».

— Вот зараза! — выругался Максим: — опять технические работы. После предыдущих Деда никак не дождемся, сейчас еще кто-нибудь пропадет.

Максим выключил планшет и положил на тумбочку рядом с недопитым стаканом пива. Подумав немного, он протянул руку, взял стакан и сделав пару глотков, осушил его до дна. Глаза закрывались. От жары в бытовке было уже не комфортно. Максим тяжело и нехотя поднялся, распахнул дверь и приятная прохлада, стелясь по полу, начала заполнять бытовку.

— Вот так лучше! — сказал он сам себе, и с этими словами, выключил в комнате свет. Устроившись поудобнее на диванчике, он скомкал плед и зажал его между ног. От накопившейся за день усталости и пережитых с утра эмоций, он сразу же уснул. Не дававшие покоя мысли наконец то отпустили, стало хорошо и спокойно.

Максим уже крепко спал, когда стоявшая под окнами бытовки машина моргнула огоньками и заверещала стартером, раскручивая мощный мотор. Под открытым капотом раздалось негромкое рычание и автомобиль размеренно затарахтел на холостом ходу. Темная пустота автомастерской под монотонный звук работающего двигателя по понемногу начала наполняться запахом выхлопных газов.

Глава 8. Восстановленный

Тишину и спокойствие сна прервал приятный женский голос с едва различимыми холодными нотками, выдававшими автоматический голос электронной машины:

— Ваше полное имя, — без интонации не то спросил, не то потребовал голос.

Из глубины его сознания, в абсолютной темноте, стоявшей перед глазами, проступили крупные белые буквы. Спустя мгновение они слились в два слова. Максим, даже не читая их, знал что там написано:

«Максим Шевцов».

— Подтверждаете? — также без интонации спросил голос.

Надпись исчезла, сменившись другой, короткой и лаконичной надписью, будто выдернутой из самой глубины его мозга:

«Да».

Без пауз и остановок электронный голос зазвучал снова:

«Ваш позывной».

И снова Максиму показалось что ответ, появившийся перед ним, был извлечен прямо из его памяти:

«Рут».

«Подтверждаете?» — все тем же непоколебимым голосом был задан ему очередной вопрос.

Теперь уже с легкостью, и без вмешательства неведомых сил, ответ появился перед глазами:

«Да».

Помолчав немного, голос торжественно ему объявил:

«Сознание подключено. Процесс завершен».

Теперь уже где-то снаружи, а не в голове, раздалось негромкое шипение воздуха, металлический щелчок и чуть слышный рокот. Свежий, прохладный воздух прокатился волной по всему телу и принес с собой тонкие незнакомые запахи.

Максим открыл глаза. Все вокруг плыло кругами, но постепенно контуры предметов проступали сквозь белесую пелену. Белый потолок из больших квадратных панелей. Не имевший никаких ламп, плафонов и других источников света, он светился сам по себе ярким и холодным белым светом. Приподнявшись на локти, Максим осмотрелся по сторонам.

«Это что еще за...»

Абсолютно голый, он лежал в какой-то капсуле с откинутой прозрачной крышкой полукруглой формы.

«Солярий», — первое что пришло на ум, при виде аппарата в котором он находился.

«Какого лешего?» — подумал Максим:

«Где я? Как я тут оказался? Кто меня раздел?»

Еще раз осмотрев комнату, аппарат, в котором он лежал и себя, он уже увереннее решил что находится в солярии.

— Ну да, похоже это солярий.

— Что я тут делаю? — спросил Максим сам у себя.

— Видимо загораю, — и сам же себе ответил он.

— Почему крышка откинута? Загорел уже наверно, — вопросы и первые пришедшие на ум ответы Максим произносил вслух, еще надеясь оборвать этот странный, но очень реалистичный сон. Но чувство тревоги и недоумения росли с каждой секундой.

Сев и свесив ноги, он коснулся ступнями холодного пола. Не то кафель, не то металл, понять он сразу не смог. Голова закружилась. Мутным взглядом он огляделся в поисках своей одежды. Слева от себя, у самого изголовья капсулы, он увидел стоящие на полу черные ботинки. Он поднял взгляд выше. Одежда, аккуратно сложенная и упакованная в полиэтиленовые пакеты, лежала рядом. Он потянулся и достал оба пакета. Внутри было нижнее белье и аккуратно сложенные брюки с пиджаком темно-синего цвета. Одевшись, Максим подтянул к себе ногой ботинки, чтоб лишний раз не наступать на этот чертовски холодный пол. Все подошло ему один в один по размеру, даже ботинки сидели на нем как родные. От одежды пахло новыми вещами, приятно пахло, ненавязчиво.

Рассеянные мысли хаотично кружились в голове и сознание тщетно пыталось зацепить хоть что-нибудь из последних воспоминаний.

Максим подошел к двери, посмотрел на электронный замок и нишу в нем, размером с крупный смартфон. Даже не задумываясь о том что делает, он погруженный в свои размышления, вернулся обратно к капсуле. На массивной аппаратной части, усеянной кнопками и небольшими табло, была ниша со вставленным в нее устройством, похожим на смартфон. Максим машинально вытащил его и вернувшись к двери, приложил смартфон к углублению на электронном блоке. Замок трижды пикнув, щелкнул, и дверь плавно отъехала в сторону. Вот этот щелчок и вывел Максима из транса, в ту реальность, где он сейчас находился.

«Стоп! Что я делаю?» — поймал себя на мысли Максим.

— Откуда я знаю как она открывается? — пробурчал он в недоумении.

— Так, я подошел к двери. Она была заперта. Я вернулся назад, — Максим обернулся и посмотрел на странную капсулу, — Взял оттуда телефон и приложил его в нужное место!

— Я был здесь когда-то? Нет, иначе запомнил бы.

— Чей это телефон?

Он взглянул на устройство в своей руке, поискал кнопку включения и нажал её. Экран загорелся и на нем появилось простое меню, без привычных иконок. Телефон, Радиосвязь, Почта, Навигация, Личные данные, Здоровье, Финансы и договоры, Прочее…

Голова опять закружилась, в глазах потемнело и Максим прислонился к косяку раскрытой двери.

«Это что, игра? А это, — он обернулся и посмотрел на странный аппарат с открытой прозрачной крышкой, — Это же воскреситель!».

Шатающейся походкой он вышел в широкий коридор. Дверь позади него тихонько щелкнула и закрылась, но Максим уже не обратил на это внимание. Огромный экран, встроенный в противоположную стену, мелькал перед глазами яркими, красочными кадрами рекламы. Голос за кадром нес какую то ахинею, бодро призывая покупать...

— Что за бред, — прошептал Максим и огляделся по сторонам. Широкий коридор больше напоминал проезд, высокие потолки из плит-светильников отражались от стен и пола, заливая пространство вокруг холодным белым светом. Слева, метрах в двадцати, коридор выходил в огромный холл, где размытыми тенями мелькали чьи то фигуры. Его пошатнуло, ладонь коснулась прохладного металла и он, опираясь о стену побрел туда, к людям.

Огромных размеров зал, чем-то напоминал центральный холл гигантского торгового центра. Ползущие вверх и вниз ленты эскалаторов, прозрачные колонны скоростных лифтов, стеклянные стены кафе со столиками, уютными диванчиками и креслами. Открытые витрины небольших магазинчиков демонстрировали прохожим свой разнообразный товар. Большие панели рекламных экранов наперебой расхваливали продукцию и услуги неизвестных ему брендов. Вокруг кипела жизнь. Всюду сновали люди, не обращая на него никакого внимания.

Подойдя на расстояние вытянутой руки к поручням, ограждавшим пустоту в центре зала, Максим крепко схватился за них. Голова кружилась и шагнуть ближе он не решился. Сколько этажей внизу, понять было трудно, казалось у этого странного здания-колодца не было дна. Несколько уровней внизу были такими же яркими и шумными, как этот. А вот ниже царил полумрак и свет будто таял, попадая туда.

Он поднял взгляд вверх.

«Один, два, три, четыре и... Небо!» — пересчитал он этажи над своей головой и остекленный свод крыши поплыл перед его глазами. Голова закружилась и он пошатнулся.

С трудом оторвавшись от перил, он качаясь из стороны в сторону побрел обратно к стене. Мысли в голове путались и терялись, как только он пытался хоть на чем-то сконцентрироваться. Добравшись до стены, он прислонился к ней спиной. Вокруг все потемнело и силы стали покидать его. Он медленно сполз спиной по гладкой поверхности. Сел на пол, уткнулся головой в колени, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих.

Потеряв ощущение времени, Максим поднял голову лишь когда услышал голоса рядом с собою. Сколько он так просидел? Минуту? Пять минут или десять? А может больше, он не понимал.

— Что с вами? Как вы себя чувствуете? — спросил один из мужчин, стоящих возле него. Максим затуманенным взглядом посмотрел на них, но так и не смог разглядеть их лиц. Только темные силуэты фигур в строгой, одинаковой форме подсказывали ему что перед ним полицейские или охрана. Один из них наклонился и взял смартфон из ослабевших рук Максима. Голова снова закружилась и он от бессилия ткнулся лбом о поджатые колени.

— Свежий, — сказал тот, что забрал смартфон: — Двадцать минут назад восстановлен. Бывает такое у них, вызывай медиков.

— Машину медицинской помощи в сектор 10А-17. Человеку плохо после восстановления.

Максим так и не понял, терял он сознание или нет, но следующее что он увидел — была подъехавшая к нему вплотную небольшая белая машина, чем-то напоминавшая закрытый электрокар. Люди в форме помогли ему лечь на мягкую выдвижную полку.. Полка поднялась и плавно заехала обратно, внутрь машины. Откуда то сверху опустилась широкая дверь и электрокар бесшумно помчался вперед, изредка издавая короткие звуковые сигналы. Все снова провалилось в черную пустоту.

Молодой парень и девушка в белоснежных халатах и медицинских шапочках ведут его под руки. Ноги как ватные, не слушаются. Он покорно пытался переставлять их, изо всех сил помогая себя довести туда, куда его ведут. Туда, где ему помогут. Его полубоком завели в широкую дверь.

Перед ним капсула с откинутой прозрачной крышкой, она похожа на ту в которой он проснулся, но это другой кабинет. Сопровождающие усадили полуживого Максима в капсулу, молоденький парнишка помог ему разуться и лечь. Нажав пару кнопок на панели управления, паренек сделал шаг назад и прозрачная крышка опустилась. Аппарат негромко загудел. Кисти рук зафиксировали мягкие небольшие зажимы. От головы к ногам быстро проехала полукруглая широкая скоба с огоньками. Парень и девушка скрылись из вида, а аппарат продолжал свою работу, пока не стих.

В себя его привел приятный женский голос:

— Как самочувствие? Голова кружится? — спросила склонившаяся над ним симпатичная женщина с аккуратно убранными под шапочку темными волосами, собранными в небольшой хвостик. На вид ей было около тридцати, может немного больше. Ее пронзительные глаза смотрели прямо на него, а спокойное красивое лицо четко выделялось на расплывающемся фоне кабинета.

— Да, кружиться, — подтвердил Максим чуть слышно, еле шевеля губами.

— С памятью есть проблемы? Родных, близких помните? Как их зовут? Как они выглядят? — снова поинтересовалась женщина, по все видимости врач.

Максим без труда перебрал в голове знакомые лица.

— Да, помню, — кивнул он.

— А события вчерашнего дня, неделю назад, детские воспоминания есть?

События как живые промелькнули перед глазами.

— Да, есть! Доктор, а где я? — спросил Максим, приподняв голову насколько хватало сил.

— В больнице, — слегка улыбнувшись, женщина посмотрела на него и немного помолчав, добавила: — Тол-Летас.

— В какой? — снова спросил он, но ответа не последовало.

Не в силах даже думать, он снова опустил голову на подголовник.

— Не местный? Первый раз после восстановления? — спросила женщина, снова обратившись к Максиму.

— Восстановления? Не понимаю о чем вы, — удивленно и непонимающе переспросил он.

— Ладно, лежи спокойно! Сейчас сделаю инъекцию… — она назвала лекарство, которое Максим не знал и даже не слышал такого названия. Он плохо разбирался в подобных вопросах, поэтому вникать и переспрашивать не стал.

— Сразу станет лучше, но нужно полежать тут минут десять, — она еще раз на него пристально посмотрела: — Нет, двадцать минут полежишь и…

Немного помолчав, она спросила:

— Первый раз значит восстанавливаешься? Что после этого делать знаешь?

Максим непонимающе пожал плечами.

— Ладно, через двадцать минут подойдет студент. Проводит, поможет.

— Кира, — позвала она кого-то, обратившись в глубь кабинета, — скажи Леше чтоб пришел и…

— Я тут! — откликнулся, судя по голосу молодой парень.

— Хорошо что тут. Через двадцать минут проводи мужчину. Помоги ему зарегистрироваться, подскажи что нужно. У него первое восстановление и он к тому же не местный.

Женщина, взглянув куда-то в сторону, добавила:

— И тогда на сегодня можешь быть свободен.

— Хорошо, все сделаю! — радостно откликнулся парень.

— Положите локоть ровно на подлокотник, — снова обратилась она к Максиму.

Полукруглая широкая накладка плавно закрыла внутреннюю часть руки на сгибе. Издав жалобный сигнал, накладка отпустила руку и вернулась на место. Женщина нахмурилась. Подождав несколько секунд, она снова нажала какие-то кнопки. Но в этот раз накладка только дернулась с места и сразу же вернулась обратно, издав при этом два длинных, жалобных сигнала.

— Кира! — снова окликнула она не оборачиваясь, продолжая с серьезным видом тыкать пальцем в панель управления.

— Отправь заявку техникам. Опять инъектор у камеры не работает.

Резко повернувшись, она направилась к стеллажам, негромко ворча:

— Не возможно работать! Все старье сюда списанное отправляют… Третий раз за неделю уже…

Вернувшись с каким-то непонятным устройством, напоминавшим маленький утюг с вогнутой подошвой, она приложила его к руке вместо той капризной накладки..Утюг весело пискнув, замигал зелёным огоньком. Даже не почувствовав укола, Максим ощутил как по телу разливается приятное тепло.

— Проблемы с памятью могут возникать на протяжении двух-трех дней. Но не волнуйтесь, это пройдет, — сказала женщина, вытаскивая пустую ампулу и использованную иглу из устройства:

— Я выписала вам медсодержание на три дня.

Она нажала несколько клавиш на пульте.

— Ну все, лежите. Аппаратура присмотрит за вашим самочувствием… Или вы за её… Чтоб она окончательно не развалилась до прихода техников.

Максим улыбнулся и закрыл глаза. Видимо задремав, он очнулся от сигналов издаваемых аппаратом, в котором находился. Возле него стоял парнишка, лет двадцати в белоснежном халате и медицинской шапочке, он что-то нажимал на пульте управления.

— Меня зовут Алексей, — сказал паренек, заметив что Максим смотрит на него, — Я вас провожу и подскажу что будет непонятно.

Максим молча кивнул.

— Ваш зух, — сказал Алексей и протянул ему смартфон, — Обувайтесь пока, я сейчас приду.

Парень поспешно удалился, оставив пациента одного. Максим поднялся, сел и осмотрелся по сторонам.

«Больница значит? Ну-ну».

В просторном помещении не было ни одного окна. Искусственный свет с потолочных панелей мягко стелился по полу так, что практически ни один предмет не отбрасывал тени.

«Надеюсь не психиатрическая?» Подойдя к стене, он почувствовал легкое движение воздуха. Угловые панели были не такие как все остальные. Выглядели они как приоткрытые вертикальные жалюзи, сквозь которые еле заметно пробивался глубокий фиолетовый свет.

«Приточная вентиляция, окон нет... Что это, подземелье?»

Дверь позади него бесшумно открылась и в комнату вошел Леша, застегивая на ходу легкую спортивную куртку.

— Я готов. Пойдемте, — сказал он и указал рукой на дверь. Они вышли в широкий коридор.

— Леша, а где я сейчас нахожусь? — поинтересовался Максим у шагавшего рядом паренька, — Это какой город? Самара?

— Это Тол-Летас. А вы видимо действительно не местный.

— Тол-Летас — это название города?

— Ну да.

— Странно… Первый раз слышу. Мы под землей? Это что подземный город?

— Несколько уровней на поверхности, а остальные — да, под землей.

— Это военный, закрытый город?

— Как понять — закрытый?

— Ну… Научный или военно-промышленный город, которого нет на картах.

— Не понимаю… Как это нет на картах, — парень нахмурил брови, пытаясь понять своего странного собеседника.

— Попасть в этот город может любой желающий?

— Да.

— Тогда я теперь не понимаю. Тол-Летас… Мы в России?

— Если вы про расположение города, то мы сейчас в северном предгорье.

— Мы с тобой сейчас на каком языке разговариваем? На русском?

— Артийском. А диалект — да, русский.

— Артийский язык? Русский диалект? Мы в России? В Российской Федерации?

— Нет, — вполне искренне пожал плечами парень, и добавил:

— Наша Федерация называется Арт. А вы либо действительно из далека, либо у вас галлюцинации памяти…

— Знаешь Леша, я полагаю что ты мне свистишь! Извини конечно, у меня сейчас такой бардак в голове… Последнее что я помню это то, как я уснул в своей автомастерской. А проснулся тут, в каком-то солярии…

— Я вообще то не свищу, а то говорят деньги на счету заблокируют. — Он весело засмеялся, но встретившись взглядом с хмурым выражением лица Максима, сразу же замолчал. А спустя пару минут тишины, уже серьезнее сказал:

— Я не знаю что такое солярий, но камера в которой вы очнулись называется восстановитель. А вы там в своей мастерской скорее всего как-то погибли.

Максим остановился, если это розыгрыш, то сейчас он перешел все разумные границы. Ему захотелось схватить парнишку за отвороты его спортивной куртки и вытряхнуть всю правду об этой дурацкой ситуации. Но другая часть его сознания говорила ему: — «А как же другие люди, как понимать все то, что он здесь видел? Это тоже розыгрыш? Это все декорации?»

А парень стоял напротив него с добродушным выражением лица. В его глазах читалась открытость и искренность, которые невозможно подделать.

— То, что вы сейчас помните, может оказаться простыми мысленными галлюцинациями. Наполнителем пустот памяти. Такое бывает, нам рассказывали в институте. И возможно что ваш мозг придумал всю ту историю, которую вы сейчас считаете правдой. Но через пару дней всё придёт в норму и реальные события всплывут из подсознания. А эту информацию, заполнившую пустоту ваших воспоминаний, мозг за ненадобностью просто сотрет.

— Знаешь, Алексей, я скорее поверю в то что мысленные галлюцинации — это ты. И наш с тобою разговор. И все что происходит со мной с того момента, как я вылез из этого чертового ящика.

— Успокойтесь, два-три дня и все пройдет. Не нервничайте, — и лукаво улыбаясь, добавил: — А то как медицинский работник я должен буду сообщить своему руководству об ухудшении психического состояния вверенного мне пациента.

Максим удивленно посмотрел на Лешу и глубоко вздохнув, сказал:

— Да, ты прав, надо успокоится и привести мысли в порядок. Пойдем, куда ты там меня вел?

Они подошли к терминалу похожему на те, через которые Максим оплачивал мобильную связь.

— Можно ваш зух? — спросил Леша.

Максим не сразу понял что он от него хочет и удивленно уставился на паренька. А потом, вспомнив что он так называл смартфон, вытащил его из нагрудного кармана и протянул Леше.

Тот взял смартфон и положил его в углубление на терминале.

«Ну да, точно как в игре. И терминал такой же».

— Вот сюда кладете и сразу проходит соединение, — пояснил Алексей.

— А почему ты называешь его зух? — спросил Максим, — у нас такое устройство называют телефон, ну или смартфон.

— И у нас его некоторые называют телефоном, а вот смартфон… Ни разу не слышал. А зух — это сокращение. Зарегистрированное Устройство Хранения Данных Личности и что-то там еще. Короче, просто зух, — пояснил Леша.

— Сейчас мы вас заселим, — продолжил он, листая пункты меню.

Максим молча смотрел за его действиями. Алексей постоянно оборачивался, но видя что Максим сосредоточенно пытается разобраться, продолжал дальше.

— Так, а работали вы значит механиком. Хорошие показатели, с такими на производство с руками и ногам возьмут. Даже не смотря на пустую историю. На машиностроительное производство пойдете работать? Заработная плата почасовая, кстати, по местным меркам не плохая!

— Да, пойду, — Максим утвердительно кивнул головой.

— Отлично, заявку кинул и ее уже одобрили. Что еще? — Леша поводил рукой над экраном и почесал затылок.

— А вот! Линия доставки от магазинов у вас в комнате проведена. Все необходимое можете заказать в меню зуха. Или тут. — Паренёк кивнул на терминал и снова повернулся к Максиму.

— Управление и меню одинаковые. Что из еды, напитков нужно? Сейчас покажу как заказывать.

— Да. Закажи что-нибудь на первое время, пока не освоил. А получить это все можно прямо в комнате?

— У вас дома будет ниша, — Леша повертел головой и показал пальцем на металлическую заслонку в стене позади них.

— Вот такая, только поменьше. Штору сдвигаете и заказ забираете. Кстати там еще одна такая же будет, где-то около пола. Она для мусора, не перепутайте.

Алексей зашел в меню заказа товаров одного из магазинов.

— Спасибо тебе, Леша!

— Да ну что вы! Пустяки, — смущаясь, ответил парень и нажав кнопки оплатить и доставить, разочарованно добавил:

— Да… Мало вам медсодержания начислили, не разгуляешься. У меня стипендия почти в два раза выше. С работой не затягивайте, если завтра хорошо будете себя чувствовать, то сразу и идите устраиваться.

— А как я найду куда идти?

— Я в навигатор все точки отправил.

— Извини, плохо соображаю.

Леша несколько раз нажал на экран и вышел на главную страницу. Он вынул зух из контактного слота терминала и протянул его Максиму.

— А теперь я провожу вас до вашей комнаты.

— Я сам попробую найти.

Максим забрал зух и выбрал пункт меню с названием «Навигация». Навигатор этот мало чем отличалось от привычных автомобильных навигаторов, которыми привык пользоваться Максим. Поэтому он моментально нашел нужное место. Проложил маршрут по стальным закоулкам этого нового для себя мира и неуверенно зашагал в указанном направлении. Леша молча последовал за ним.

Возле одной из сотен одинаковых дверей Максим на секунду остановился и вздохнув, приложил зух к электронной панели. Подсветка замка сменила цвет с красного на зеленый. Дверь щелкнув, отъехала в сторону, приоткрыв небольшую щель в неосвещенное помещение. Взяв за ручку, Максим отодвинул дверь до конца.

— Ну вот вы и дома. Не шикарные апартаменты конечно, но и не трущобы нижних уровней. Спокойный сектор. Если бы вы были каким-нибудь бывшим преступником, вас бы точно сюда не заселили.

Максим посмотрел на него, но ничего не сказал.

— Я пожалуй пойду, если что нужно обращайтесь. Я на всегда на связи.

— А как обращаться? Тебе можно позвонить?

— Ах да, — спохватился парнишка и достал свой зух из внутреннего кармана куртки, — смотрите, сейчас покажу.

Он выбрал в меню вкладку «Телефон» и следом вкладку «Набор нового абонента». Там, где Максим привык видеть цифры и набор номера, всплыла обычная экранная клавиатура. Парень набрал имя «Рут», в списке быстрого поиска появилась лишь одна строка: Рут (Тол-Летас). Нажав кнопку вызов, Леша повернулся к Максиму и спустя пару секунд у того в нагрудном кармане завибрировал и зазвонил телефон. Или как здесь его называют зух.

Максим посмотрел на экран телефона, там была вполне обычная заставка входящего вызова с кнопками принять и отклонить. Имя абонента, вместо номера, гласило что ему звонит Лекс Браво (Тол-Летас).

— А разве номер набирать не нужно? — удивленно спросил Максим, переводя взгляд со своего телефона на экран Лешиного.

— Какой номер?

— Номер абонента, которому звонишь. Десять цифр, ну или сколько их там у вас.

— Цифровой номер как идентификатор? А зачем? Позывной уникален для каждого города, а название города указано.

— Еще раз спасибо тебе, Леша! — Максим крепко пожал руку парню и тот искренне улыбнулся. Он был доволен тем, что оказался полезен этому человеку. Как он полагал, человеку запутавшемуся в своих мыслях и воспоминаниях после первого восстановления сознания.

— До свидания! Поправляйтесь! — крикнул паренек уходя и, спустя мгновение, скрылся из вида. Он свернул в один из прилегающих коридоров, коих в этом подземном городе-лабиринте было неисчислимое множество.

Самочувствие было нормальным, но сильно тянуло в сон. Максим осмотрел комнату в поисках места, где мог бы прилечь. Спальное место располагалось над небольшим столом без ножек. Под столом стоял какой-то белый металлический сейф. Залезть на спальное место, напоминавшее верхнюю полку в вагоне поезда, не представлялось возможным. Ступенек нигде не было. Он попытался залезть на стол, что бы с него забраться на кровать, ухватился за ручку сбоку кровати и упал, потеряв равновесие. Эта ручка была от раскладной и вполне удобной выдвижной лестницы. Упав, он сильно ударился головой об пол, а выдвижная лестница добавила ему сверху по носу. К счастью не сильно. Максим поднялся, немного придя в себя от этой встряски. Забрался наверх и рухнул на прохладную обивку спального места. Руками нащупал подушку, подтянул ее под голову и сразу же уснул.

Глава 9. Испытательный срок

Он проснулся, но по прежнему лежал с закрытыми глазами. Максим еще надеялся что события, пережитые им, всего лишь сон. Фантастический, странный кошмар. Он прислушался, в тишину помещения изредка проникал какой-то далекий, едва уловимый ухом гул. Как от проезжавших автомобилей.

«Я у себя, в мастерской! Все таки это был сон!»

Он открыл глаза и радостные надежды бесследно исчезли. Перед глазами были серые металлические панели стен. Максим глубоко вздохнул и внимательно, не спеша, осмотрел комнату. Здесь было всё, что необходимо для жизни. Небольшой душ, туалет, умывальник и электрическая плита компактно размещались на десяти квадратных метрах. Он спустился вниз и вернув выдвижную лестницу на место, присел на корточки возле стола.

Металлический ящик, так похожий на сейф, оказался обычным холодильником. К сожалению пустым. Он хлопнул дверцей и сев за стол, провел ладонями по пыльной и холодной стальной поверхности. Прямо перед ним в стене была ниша, закрытая металлической шторой.

«Наверно это и есть линия доставки».

Максим отряхнул ладони от пыли и потянулся к заслонке. Внутри ниши, на дне лотка, лежала литровая пластиковая бутылка с минеральной водой и четыре запечатанных упаковки. Максим покрутил их в руках и с хрустом помял. Это были супы и гарниры быстрого приготовления. Красочная упаковка с аппетитной картинкой разбудила спавшее до сих пор чувство голода.

Как он не заставлял себя, мозг сейчас упорно не хотел думать о том, что же с ним приключилось. Не находя ни единого логичного объяснения, разум словно отторгал все мысли об этом. Абсолютно пустое сознание, как у манекена, марионетки оставшейся без управлявшей ей силы.

— Нужно собраться. Нужно что-то делать. Нельзя просто так сидеть, — начал он уговаривать сам себя.

— Во первых купить самое необходимое. — Он перечислил в уме, все что могло ему сейчас пригодиться и достал зух.

Приложение магазина нашел быстро, управление удобное и понятное. Брал вещи он строго по списку и постоянно прокручивал этот список в голове. Когда сумма покупок приблизилась к имевшейся у него на счету, Максим остановился.

— Вот уж не думал что придется так жестко экономить. — В памяти не вольно всплыли те времена, когда порой едва удавалось сводить концы с концами. Еще раз перебрав ассортимент магазина, он заменил некоторые товары на самые дешевые. Сумма значительно снизилась. Еще раз пробежав глазами по отложенным покупкам, он кое-что удалил совсем. Весьма довольный окончательной суммой, Максим нажал кнопки «Оплатить» и «Доставить».

Задвижная штора ниши плавно закрылась и откуда-то из глубины раздался приглушенный, удаляющийся гул. Все стихло, а спустя пару минут такой же, но нарастающий гул прокатился в глубине этого маленького лифта. Над закрытой шторой три раза мигнул зеленый огонек и снова все стихло. Максим сдвинул дверцу в сторону и увидел тот же лоток, но уже наполненный разными баночками, тюбиками и коробками.

«А удобная штука», — мелькнуло в голове, когда он выгребал содержимое лотка на стол.

Умывшись и приведя себя в порядок, он глянул на зух, часы показывали девять часов, двадцать две минуты.

«Надеюсь не вечера», — подумал Максим, включил навигатор и нашел метку, обозначенную как «Работа». Метка была на несколько уровней ниже того этажа, где он сейчас находился. Он выбрал маршрут в обход лифтов, по эскалаторам. Он не хотел пользоваться лифтом до тех пор, пока не разберется с нумерацией уровней и секторов.

Стоя перед закрытой дверью, он понял что дико хочется курить. Ведь с того самого момента, как он тут оказался, он даже не задумывался об этом.

Меньше минуты ему понадобилось что бы зайти в приложение магазина и выбрать то, что хотел. Оплатить. Доставить. Легкий гул в шахте лифта. Полторы минуты ожидания. Снова легкий гул.

Максим отодвинул заслонку, там лежала пачка сигарет и зажигалка. Самая обычная пачка, белого цвета и самая обычная пьезозажигалка. На пачке крупными буквами было написано «Сое 5». Чуть ниже, мелким шрифтом надпись гласила что данный товар пятого класса, произведен корпорацией «С. О. Е. С.» с соблюдением всех норм и требований Федерации Арт.

Максим достал одну сигарету и повертел ее в руках. Самая обычная и на запах и на цвет.

«Интересно, пожарная система не сработает?» — подумал он и осмотрел светящийся потолок. Ничего похожего на сигнализацию или систему пожаротушения не обнаружил. На всякий случай он сел за стол, спрятавшись под спальной полкой. И щелкнул зажигалкой.

Голова пошла кругом, такое бывало когда он пытался бросить эту проклятую привычку. Ни разу не получалось выдержать больше пары недель. Спустя какое-то время он срывался и снова дымил как паровоз.

Послышался шум включившейся вентиляции и Максим заметил как справа от него приоткрылись узкие панели. Свежий воздух разметал клубы висящего в воздухе дыма. Он прислонился к холодной стене и закрыл глаза.

Эскалатор неторопливо вез Максима вниз, в полумрак следующего этажа. Дальше нужно было пройти по лабиринту широких коридоров к следующему эскалатору, который привезет его на промышленный уровень города. Прохожие не обращали на Максима никакого внимания, да и ему они были сейчас не интересны.

«Что же всё-таки произошло?»

«Где я и как теперь вернуться домой?» Никаких версий на это счет у Максима не было. Хотя нет, одна версия все же была. Он просто сошёл с ума. Всё окружавшее его очень сильно напоминало игру. Игру, в которую он играл как раз перед тем, как очнуться здесь. И капсула в которой он проснулся — восстановитель. И телефон, хранивший всю информацию о нем — зух. И даже та выделенная ему комнатка, в гигантском подземном мегаполисе.

«Может это все таки сон? Очень реалистичный, красочный. Но ведь сны не бывают настолько логичны и осязаемы».

Он со всей силы хлопнул ладонью о перила эскалатора, жгучая боль пронзила ладонь. Девушка, ехавшая впереди, испуганно обернулась и отошла от Максима на несколько шагов вперед.

— Извините, — сказал Максим девушке, — я нечаянно.

— Ничего страшного, — ответила она, но все же мельком поглядывая на незнакомца, стоявшего позади нее на ступенях эскалатора, сделала еще пару шагов вперед.

В одном из широких коридоров, он почувствовал легкий, манящий аромат чего-то вкусного.

«Выпечка? Пирожки?»

В животе заурчало и Максим прибавил шаг, аромат усиливался и вместе с ним чувство голода. Да, действительно, за углом ближайшего перекрестка он увидел большую стеклянную витрину. За прозрачной стеной стояли столики и небольшие мягкие стулья. Манящий аромат выпечки разносился по коридорам от широких стеклянных дверей небольшого и уютного кафе.

В зале было тихо и практически безлюдно. Лишь трое посетителей, порознь сидели в разных углах небольшого зала и молоденькая девчушка лет двадцати в белом фартуке протирала пустые столы.

«С какого бока тут подходить?» — Он остановился у хромированных поручней и в этот момент в кафе вошла полная женщина Тяжело дыша, она не спеша направилась к витринам. Максим потоптавшись на месте, дождался когда женщина пройдет мимо него, и последовал за ней.

На первое он выбрал какой-то странный на вид суп.

«Сойдет», — подумал он, сравнив его цвет с оставшимися на витрине.

Внимательно изучив цены, он взял тарелку с картофельным пюре и крупным куском жареной рыбы. То что это именно рыба, Максим не сомневался. А вот пюре вызывало подозрение, что оно вовсе и не картофельное.

«Вдруг здесь картофель вообще не растет? Может это пюре из какого нибудь местного экзотического овоща?»

Слишком уж оно было яркое, желтое.

«Как бы этот завтрак не сыграл со мной злую шутку по дороге», — подумал Максим и приподняв тарелку повыше, незаметно ее понюхал.

«Нет, запах обычный, аппетитный. Это картофельное пюре, без сомнений».

Проходя мимо стеллажа с булочками, пирожками и прочими плюшками он наклонился и с удовольствием вдохнул этот безумно аппетитный аромат. Да, именно этот запах и привел его сюда.

«Обойдусь пока».

Сглотнув слюну, Максим поспешил дальше за женщиной, уже подходившей к выходу с раздачи.

На закрытом турникете приложил зух, как это сделала посетительница перед ним. Турникет открылся, выпуская его, а на экране зуха появилась надпись:

Списание: 2.70

Баланс: 5.19.

Максим присел за ближайший столик и ни секунды не мешкая принялся за еду. На удивление все оказалось гораздо вкуснее, чем выглядело. Даже хлеб был таким, словно его только что достали из печи.

Широкий, мрачный коридор вел прямиком к эскалатору. Вокруг уже не было такого глянца и блеска, как на верхних этажах. Гораздо реже попадались экраны рекламных панелей. И пожалуй только эти экраны несли яркие цвета и краски в серость этих темных коридоров. А люди здесь были, много людей. Но их серьезные и хмурые лица, словно отражали в себе ту мрачность и серость, которые царили вокруг.

Эскалатор медленно спускался в полумрак промышленного этажа. Переплетения стальных балок межуровневого перекрытия ползли все выше и выше, а лента эскалатора казалось так и не дотягивалась до дна этого бездонного ущелья. Максим достал зух и взглянул на карту навигатора.

«Уже близко. Прямо, сто пятьдесят метров, вот по этому коридору, если зух не врет».

«Зух. Вот прицепилось же словечко! Все время телефоном называл, а тут на тебе, зух», — Максим чуть улыбнулся, повертел увесистый корпус аппарата в руках и убрал его обратно в карман.

Он издалека увидел нужную ему дверь, но взгляд невольно тянуло наверх. Это был не коридор, это действительно было похоже на ущелье. Бетонные стены по обеим сторонам прохода поднимались вверх метров на двадцать и соединялись паутиной стальных балок перекрытия. Проходя по этому коридору Максим всем телом чувствовал какой-то приглушенный гул и вибрацию. Гул этот доносился отовсюду, и слева, и справа от него, и казалось даже откуда-то снизу. Возле высокой двери с табличкой «Отдел кадров», он остановился, распахнул её и шагнул внутрь.

Небольшое помещение делила пополам высокая стойка. Подойдя к ней, Максим оказался лицом к лицу с парнем, сидевшем в огромном кресле. На вид чуть старше Максима, но уже с крупными залысинами. Добродушное округлое лицо и небольшие очки на пухлых щеках. Он сидел в высоком кожаном кресле необычной формы, похожем на разинутую пасть гигантского чудовища. Со стороны казалось что это чудище сейчас проглотит добродушного толстячка.

— Добрый день, — сказал парень и широко улыбнулся, от чего стал похож на довольного хомяка: — Вы на трудоустройство?

— Да, я подавал заявку… — ответил Максим.

— Подключите пожалуйста свой зух. — Парень указал пухлой ладошкой на подставку для телефона, вмонтированную в стойку.

Максим аккуратно вставил телефон в разъем и на экране загорелась надпись «Подключение». Парень опустив взгляд на свой дисплей что-то внимательно читал, водя пальцами по экрану. Не отрывая взгляд от монитора, он начал собеседование.

— Вашу заявку на трудоустройство мы рассмотрели и одобрили. Как я вижу данных об опыте работы нет. Вы недавно восстановлены?

— Да, — ответил Максим, все еще сомневаясь правильно ли он понимает смысл этого вопроса.

— У вас очень хорошие технические характеристики. Где до этого работали помните?

— Помню, в автомастерской работал, автослесарем.

Ответ не удивил «хомяка», видимо есть тут и автомастерские и автослесари.

— Можем предложить вам место слесаря-сборщика или слесаря-ремонтника на время испытательного срока.

— А испытательный срок — это сколько? — на всякий случай поинтересовался Максим.

— «Горячий» испытательный срок — одна неделя. Познакомитесь с производством, привыкнете к режиму и графику. «Холодный» — двенадцать недель. А там, на усмотрение руководства, могут перевести на более подходящую вам специальность или повысить разряд. В любом случае, после этого ваша зарплата будет увеличена в соответствии с вашими навыками.

— Понятно, — ответил Максим, ему эта ситуация была знакома, сразу после армии он несколько лет работал на заводе. Давно, в прошлой жизни.

— Вы согласны?

Максим утвердительно кивнул головой:

— Да, согласен.

— Хорошо, — ответил парень: — копия трудового договора у вас на зухе, можете ознакомиться и подтвердить.

Максим вынул телефон, и нашёл вкладку «договоры». Там был единственный файл с названием «Трудовой договор. Корпорация ПромИнтек». Он открыл его и вскользь пробежал глазами. Внизу, в самом конце, нажал на кнопку «подтвердить».

— Пожалуйста проходите, вон там раздевалка. — Толстячок показал на одну из дверей:

— Ваш личный ящик под номером 1102. Как переоденетесь, я вызову мастера за которым вы будете закреплены. Добро пожаловать в наш коллектив!

Максим открыл дверь, на которую указывал толстячок, и попал в небольшой коридор. Возле двери с табличкой «мужская раздевалка», он остановился. Дверь оказалась заперта, он уже понимал что от него требуется, приложил зух к замку и дверь щелкнув, отъехала в сторону.

Хомяк что то сосредоточенно изучал на экране стоящего перед ним монитора, когда Максим вернулся обратно в приемную.

— А можно вопрос? — поинтересовался Максим, осматривая себя со всех сторон в зеркало, висящее напротив стойки.

Парень поднял на него слегка удивленный взгляд и поправил очки.

— Да конечно. Что случилось?

— А как с размером одежды и обуви так точно получилось?

Парень пару секунд пытался понять в чём подвох этого вопроса. А потом улыбнулся, видимо вспомнив что стоящий перед ним человек недавно восстановлен, и ответил:

— Все данные указаны в личных характеристиках на вашем зухе. Я лишь закрепил за вами шкаф с вашими размерами.

Максим задумчиво поправил отвороты рабочей куртки и согласно поддакнул:

— А, ну да, совсем забыл.

Спустя пару минут в приёмную суетливо забежал мужчина невысокого роста, лет пятидесяти или чуть старше. Окинув Максима взглядом, он показал ему рукой, чтоб тот следовал за ним.

Они вошли в цех. Огромное количество станков и оборудования, автоматические линии — всё выглядело внушительно. Максим озираясь по сторонам, еле поспевал за низеньким мужичком в белой каске. Шум, гул и стальной лязг вокруг снова напомнил ему о тех временах, когда он еще совсем молодой и впервые пришел в производственный цех. И вот именно здесь, почему-то пропало тревожное ощущение чужака. Всё казалось каким-то знакомым, но давно забытым. В первый раз он почувствовал спокойствие, тревожные мысли наконец отпустили.

Пройдя по широкому пролёту метров пятьдесят, они свернули направо и поднялись на небольшой металлический помост.

— Вот тут твоё рабочее место, — сказал мастер.

— Твоя задача — зачищать заусенцы на обработанных внутренних размерах деталей.

Он в показал что делать на ползущем мимо них по ленте конвейера маленьком, пустом корпусе редуктора.

— И вот этими калибрами будешь их проверять.

Он чуть нахмурился и посмотрел на Максима, пытаясь догадаться, понял он его или нет.

— Чертежи читать умеешь? — мастер пристально смотрел на своего нового работника.

Максим развернул чертёж, тот мало чем отличался от тех чертежей которые он видел раньше. Он назвал размеры всех восьми отверстий и мастер заметно повеселев, удовлетворенно кивнул головой.

— Отлично! А у тебя в анкете написано что нет опыта, — и не дожидаясь ответа, стал рассказывать что и где находится. Он так смешно размахивал руками в разные стороны, что Максим невольно улыбнулся.

— Столовая вон там, на втором этаже, — Он еще раз взмахнул рукой, показывая куда-то в сторону и наконец сложил ладони за спиной.

— Если какие-нибудь вопросы возникнут, то звони. Я у тебя в контактах как Ашарим должен быть внесен. Посмотри.

— Да, есть.

— Ну вроде все. Работай, я в конце смены подойду.

Похлопав Максима по плечу, он развернулся и ушел. Максим остался один. Он повернулся к конвейерной линии, по которой уже подъезжал следующий редуктор. В цеху стоял непрекращающийся рабочий шум и гул. Самочувствие было превосходное и Максим принялся за работу.

С каждой следующей деталью руки справлялись всё быстрее и быстрее. Спустя какое то время зух издал звуковой сигнал, оповестив о том, что пришло время перерыва. По пролету мимо него в сторону комнаты отдыха потянулись вереницы рабочих.

Ближе к концу рабочего дня он уже настолько наловчился, что приходилось ждать пока следующая деталь доползет до него. Во время ожидания он с интересом осматривал огромный цех, необычное оборудование и людей. Вроде обычных с виду людей, работающих здесь. Таких же как и он. Всего пару дней назад он не мог и предположить, что окажется среди них. Один. Чужой в этом мире. Неожиданно за его спиной раздался голос мастера:

— А ты молодец, хорошо справляешься.

Максим обернулся. Позади него, облокотившись о поручень, стоял мастер с планшетом в руках.

— Пятьдесят три редуктора за полсмены. Если так пойдет и дальше, то мы за несколько недель раскидаем все что тут накопилось.

— Все на сегодня, завтра ровно в восемь будь на рабочем месте.

— Хорошо.

— Ну тогда, до завтра!

— До завтра, — ответил Максим и растерянно остался стоять на месте один.

Он с тоской смотрел как другие работники прибираются на своих рабочих местах. Воодушевленно друг другу о чем-то рассказывают, сбившись небольшими компаниями. Смеются. Торопливо вышагивают мимо него в сторону раздевалки.

Прибравшись и разложив инструменты по своим местам, Максим не спеша направился в курилку. Так он назвал для себя комнату отдыха. Помещение было довольно просторным, на потолке часть световых панелей заменяли решетчатые блоки вытяжек. Он сел за одним из столиков, стоявших по всему помещению. Вытянул ноги и заложил руки за голову. Он закрыл глаза и долго слушал как над ним негромко работают вентиляторы вытяжки.

«Должно же быть этому какое-то объяснение. Не приснилась же мне вся моя прошлая жизнь? Ведь есть же где-то мама, Аня, Егор с Леной».

«Или это и есть сумасшествие? Может я действительно сошел с ума? А мой мозг рисует мне невероятные картины происходящего… Или происходившего… »

«Нет, так можно действительно свихнуться, если я пока еще в разуме. Нужно решить эту задачу, системно решить. Собрать информацию и сложить этот пазл в ясную и четкую картину».

«С чего же начать? Стоп! Если все что меня окружает похоже на игру, может и действовать здесь нужно как в игре? Накопить денег и покинуть этот город. Может быть там, за его стенами лежат ответы на мои вопросы?»

Он долго стоял под душем, наслаждаясь тем, как вода смывает с него усталость и растворяет гнетущие мысли. Переодевшись, он вышел из цеха и направился к линиям эскалатора. Ступени автоматического подъемника неторопливо несли его из сумрака промышленного уровня наверх и он, неожиданно для себя, вдруг оказался в многолюдном потоке. Все куда-то спешили. Мрачный лабиринт этого этажа словно ожил от хлынувшей в него людской суеты. Уже и серые стены не казались такими мрачными. И лица прохожих уже не были суровыми и сосредоточенными. Вокруг кипела жизнь.

Максим попытался подслушать разговор двух мужчин, идущих впереди него, но разговор их был о работе. Девушка рядом с ним на эскалаторе обсуждала с подругой какие-то сплетни. Парни стоявшие на углу одного из перекрестков, вели разговор о своей новой сокурснице. Ничего интересного для себя он в этих разговорах так и не услышал. Он свернул на очередном перекрестке тоннелей в жилой сектор и через несколько минут оказался у знакомой двери.

— Ну вот я и дома, — сам себе вполголоса сказал Максим и приложил зух к панели.

Глава 10. Высокий старик в белом халате

За две с половиной недели, что незаметной вереницей однообразных дней пролетели в шумном полумраке рабочих смен, он привык к этим серьезным лицам, серым коридорам, тесной комнатушке, новой для него жизни. Прошлое немного отпустило его, превращаясь в какой-то приятный и добрый сон.

Но судьба порой готовит нам сюрпризы тогда, когда мы этого совсем не ждем. Вот и в этот раз Максим как обычно зашёл в битком набитую комнату отдыха. Ни на кого не обращая внимания, протиснулся между занятых столов к дальней стене. Проходя мимо одного из столиков, он услышал как его окликнул мужчина, сидевший в кругу своих коллег.

— Эй, парень!

Максим сперва даже не обратил на него внимание. Кто мог его позвать? Кому он тут интересен? Но мужчина окликнул его еще раз. Максим повернулся, пытаясь понять к кому тот обращается.

— Парень, как тебя звать? — спросил мужчина, глядя прямо на него.

— Максим, — спокойно ответил он и уже с интересом осмотрел всю компанию за столом. Те тоже с любопытством глядели на него.

— Это ведь ты передо мной на зачистке редукторов стоишь?

— Да, — ответил он.

— Ну идём, Максим, присаживайся к нам. Что ты как чужой всё время в сторонке стоишь? — Мужчина гостеприимным жестом указал на свободное место рядом с собой. Максим почему-то не удивился этому неожиданному приглашению и кивнул в ответ. Всех за этим столом он видел уже не первый раз и помнил в лицо.

— Меня зовут Герман, — сказал мужчина.

Максим пожал протянутую жилистую руку.

— Андрей, — представился парень сидящий справа от него.

— Владимир, — сказал мужчина сидевший напротив Максима, и перегнувшись через весь стол, протянул крепкую мозолистую ладонь.

— Ашарим говорит что ты не местный, откуда к нам?

— Даже не знаю как и ответить… — слегка усмехнувшись, ответил Максим и обвел взглядом сидящих за столом мужчин.

— Выпил пива, остался ночевать у себя в автомастерской. Уснул там, а проснулся тут. В каком-то ящике с прозрачной крышкой.

— А, понятно, восстановленный значит.

— Это пиво наверно просроченное оказалось, — встрял в разговор сидевший напротив Владимир.

Максим поднял глаза на его веселую физиономию и слегка улыбнулся этой корявой шутке.

— Вовик, не смешно, — вмешался Андрей, — человек после восстановления, вдали от дома, а тебе лишь бы поржать.

— Ну а что я? Я ж ничего обидного не сказал. Это я так, настроение поднять, — начал оправдываться Вова, отодвинувшись немного от стола. Он развел руки в стороны и изобразил недоумение на хитроватом лице.

— Да уж… — Герман посмотрел на Максима: — даже не знаю что тебе сказать. У нас тут на заводе восстановленные редко встречаются. Знаю что военных в основном восстанавливают, да бродяг с просторов.

— А может тебе к этому… — Андрей показал рукой куда-то вверх: — К коменданту сходить? Расскажешь кто и откуда, вдруг поможет.

— Не, его даже близко не подпустят. — Володя придвинулся обратно к столу и покачал головой:

— Я помню младший брат пропал, так нас с родителями даже через проходную не пропустили. Не положено, говорят. Когда вызовут, тогда и приходите.

— А разве пропавшими людьми не полиция занимается?

— Так он военный пилот. Правда через некоторое время сам приехал. Ничего не рассказывал, говорит только что восстановили и все. Больше ни слова.

Перескакивая с темы на тему, Володя без умолку рассказывал то одну историю, то другую. Пока Андрей не прервал его наконец.

— Ну все, идем работать. А то ты так до конца смены трындеть можешь. — Андрей встал, сгреб со стола свои вещи, рассовал их по карманам и направился к выходу. Герман достал зух, взглянул на часы и собираясь кому-то позвонить, стал листать список контактов. Максим поднялся со своего места и невольно взглянул на зух Германа. Что-то знакомое промелькнуло в контактах на экране:

Даббас (Тол-Летас)

Дарина (Тол-Летас)

Дед Бонз…

Максим не успел прочитать, как Герман уже пролистал список дальше. Максим повернулся к выходу и тут его как будто окатило холодной водой.

«Дед Бонзай?» — Он резко обернулся. Герман не громко беседовал с кем-то по телефону.

«Не может быть! — подумал Максим, — Надо дождаться когда Герман закончит разговор и спросить его, может я не так понял. Может я ошибся? А может и нет!»

Максим стоял возле двери и нервно крутил зажигалку в руках. Герман наконец то вышел, и взглянув на Максима, удивленно вскинул брови и спросил:

— Ты меня ждешь?

— Да. Я ненароком увидел у тебя в телефонной книге одного человека. Вот хотел узнать, ошибся я или это мой давний знакомый.

— Давний знакомый у человека который сам тут недавно? — усмехнулся Герман и дружески похлопал Максима по плечу: — Ну, интересно и кого же ты там разглядел? Мне аж самому любопытно.

— Дед Бонзай. Я мельком видел, не успел точно рассмотреть. Есть такой или я обознался?

Герман сосредоточенно нахмурил брови и о чем-то задумался, глядя себе под ноги.

— Слушай, а он ведь тоже восстановленный…

Сердце у Максима бешено заколотилось, неужели это Дед? Или это какое-то безумное совпадение?

— Интересный такой старик, он в бригаде электронной наладки работает. Так ты сам набери его!

— А вдруг не он, вдруг я ошибаюсь? Ты не мог бы мне его показать сначала со стороны?

— Они в другом корпусе работают, сюда только на ремонт оборудования приходят. Хотя, постой! В обед, в столовой его тебе покажу, только напомни!

— Спасибо огромное! Буду очень признателен!

В столовой, в обед как всегда было очень много людей. Со всех ближайших отделов и корпусов сюда небольшими компаниями стекались работники. Выстраивались в две длинные очереди к раздаче и уже после нее расходились налево или направо по двум огромным залам с бесчисленным количеством столов.

Герман внимательно разглядывал всех входящих и периодически, поднимаясь на цыпочки, осматривал обе очереди и выходивших с раздачи людей. Максим тоже очень внимательно всматривался в лица проходивших мимо людей.

— Вон он! — вдруг воскликнул Герман, указывая рукой на высокого и седого пожилого мужчину. Чуть сутулая худощавая фигура мелькнула возле витрин и отделилась от длинной очереди.

Максим резко обернулся и посмотрел в том направлении, куда указывал Герман.

— Вон, смотри, высокий старик на раздаче. Слева. Видишь?

Но Максиму уже не нужно было показывать, он его увидел. Это был Дед. Такая же сухая и слегка сгорбленная высокая фигура, как у персонажа Николая Петровича в игре. Даже белый халат наладчика был очень похож на тот лабораторный халат, в котором Дед Бонзай расхаживал по своей мастерской.

— Герман, спасибо огромное! Похоже это он! — крикнул Максим, уже рванув к очереди, в которой стоял старик.

— Расскажешь потом, как встретились! Ни за что не поверил бы в такое, если бы сам не увидел! — крикнул в ответ Герман, махнув ему рукой и тоже направился к очереди.

Максим ни на секунду не выпускал старика из поля зрения. Отстояв очередь, он без разбора наставил на свой разнос блюда, даже не обратив внимания что сегодня в меню. Торопливым шагом он направился в сторону деда. Пожилой мужчина сидел один за двухместным столиком.

— У вас не занято? — поинтересовался Максим, подойдя к столу.

— Нет, — ответил старик и, подвинув разнос поближе к себе, добавил: — Присаживайтесь, молодой человек!

Максим поставил посуду на столик и сел, не сводя глаз со старика. Тот как ни чем не бывало, не замечая на себе пристального взгляда, продолжал обедать. Максиму есть совсем не хотелось. Попробовав суп, он оставил ложку в тарелке и чуть откинулся на стуле. Это точно был Дед Бонзай. Даже ни разу не видев его до этого момента лично, Максим понимал что не ошибается. Сходство с игровым персонажем было просто потрясающим.

«С чего же начать разговор?» — думал он. Наконец собравшись с мыслями и по прежнему не отводя взгляда от старика, он протянул руку к стакану с соком. Взял лежавшую поверх него шоколадку и развернул.

Похрустев фольгой, Максим надкусил плитку и негромко произнес:

— А шоколад тут не очень, не то что наш, самарский…

Дед подавился куском котлеты и закашлялся, держась рукой за грудь. Максим мысленно отругав себя за этот необдуманный шаг, перегнулся через стол и похлопал старика по спине. Дед прекратив кашлять, слегка кивнул головой и взглянул в глаза Максиму. Медленно и тихо, чтоб снова не поперхнуться, старик ответил:

— Знаете, молодой человек, я бы сейчас все отдал за одну конфету «Простых узоров».

— Это такие? — Максим улыбаясь, пальцами показал форму конфеты, — Вафельной крошкой посыпанные?

Глаза пожилого мужчины заблестели и он молча кивнул в ответ.

— Я в детстве их очень любил, — сказал Максим, расплываясь в широкой улыбке.

— Где мы раньше встречались? Лицо вроде знакомое, а понять не могу…

— В каком-то другом мире. В игре. Я — Рут. Максим.

— Максим? — глаза старика и без того удивленные, еще больше округлились и он на мгновение замер. Старик прикрыв лицо ладонью, сидел молча. Вытерев покрасневшие глаза, он взглянул на Максима. Губы и руки его мелко дрожали.

— Я не верю… Не верю… — старик протянул дрожащую руку и ухватил Максима за ладонь. Глаза Максима тоже блестели, но он не стесняясь накатившей слезы, не отрываясь смотрел на единственного близкого человека в этом чужом для них обоих мире.

Они понимали что нужно собраться с мыслями и отложили разговор до вечера. Пообедав, они вместе вышли из дверей столовой. Старик по пути остановился и еще раз спросил Максима:

— Это не сон? Я… Может я правда сошел с ума? Максим, это действительно ты?

— Да, это правда я. И я сам полагал что свихнулся, до сегодняшнего дня.

Воодушевленный, Максим работал без остановки, словно робот. Он уже не смотрел на часы. Все сомнения были развеяны и оставалось только дождаться их встречи. Вздрогнув от голоса Германа прямо за своей спиной, он обернулся.

— Время перекура, ты не забыл?

Герман стоял позади Максима и с улыбкой наблюдал за ним.

— О, точно! — ответил Максим взглянув на часы, остановил линию и наспех обтер руки.

— Ну что, рассказывай! Это был он? Тот про кого ты думал?

— Да, Герман, тот самый!

— Фантастика просто! Успели поговорить?

— Нет, на вечер отложили.

Они направились в сторону комнаты отдыха и Максим по пути пересказывал Герману подробности той неожиданной встречи.

Николай Петрович стоял возле дверей проходной и нетерпеливо вглядывался в лица идущих навстречу людей. Максим выскочил из дверей и разглядев в толпе старика, махнул ему рукой.

— Максим, ты не представляешь как я счастлив! Идем, я покажу тебе тут одно место, где можно спокойно посидеть и поговорить.

Они поднялись на лифте на самый верхний уровень. Пока шли по широкому центральному коридору, Максим во всех подробностях пересказывал старику свою историю. Начал он с того момента, как Дед пропал из игры. Николай Петрович слушал молча, внимательно, ничего не уточняя и не переспрашивая.

Они свернули с центрального коридора-улицы в примыкавший переход и оказались у широких стеклянных раздвижных дверей, за которыми был небольшой, слабо освещенный холл. Чуть дальше, в противоположном конце холла вторая пара таких же дверей скрывала за собой непроглядную тьму открытого парка. Они вышли наружу, Максим впервые за все это время оказался на свежем воздухе. Теплый, мягкий ветерок принес миллион ярких свежих запахов. Максим вдохнул воздух полной грудью, так что даже немного закружилась голова.

— Правда здесь хорошо? — спросил Николай Петрович, указывая в темноту стоящих перед ними деревьев.

И тут Максим обратил внимание на то что темнота эта ночная, и лишь яркий свет из прозрачных дверей позади рассеивал эту тьму вокруг них. Подняв голову вверх, он увидел черное ночное небо с бесчисленным количеством звезд.

— Небо! — завороженно произнес Максим, — Почему я не приходил сюда раньше?

— Я и сам недавно нашел это место. Гулял как-то в выходной день по всему городу, и забрел сюда. Теперь я провожу здесь большую часть свободного времени.

— Мы же в пять часов вечера с работы вышли. Почему на улице ночь?

— Я тоже сначала понять не мог. Взгляни на часы.

Максим достал зух, теперь на его экране были два табло. Первое именуемое как «Стандартное внутреннее время» показывало семнадцать часов, тридцать семь минут. А вот второе табло «Внешнее время» поставило Максима в ступор. Два часа, восемьдесят две минуты.

— Это как понимать? — удивился Максим и посмотрел на старика.

— Стандартное внутреннее — это время внутри города. Самое обычное, двадцать четыре часа в сутках, шестьдесят минут в одном часе и шестьдесят секунд в одной минуте…

— Что еще за восемьдесят две минуты? — нетерпеливо перебил его Максим, когда они подходили к пустой, одиноко стоящей под открытым небом скамейке.

— А вот внешнее время — это уже интересный момент, — загадочно произнес Николай Петрович, усаживаясь на скамейку и жестом приглашая Максима присесть рядом.

— Внешнее время — это… Световой день тут состоит так же из двадцати четырех часов, но вне стен города один час это сто десять минут, а в одной минуте сто пять секунд.

Максим ошарашенно смотрел на Деда, который задрав голову вверх, не отрываясь глядел в звездное небо.

— А вот секунда везде одинаковая, стандартная, равна одной секунде в городе.

— Я думал наша встреча принесет хоть какую-то ясность, но чувствую что все только усложняется…

— Все просто, Максим. Стандартное время, оно одинаково для всех городов. Чтоб рабочий график людей и организаций везде совпадал. Тут нет разделения на часовые пояса. И время в городах на другой стороне планеты такое же как и в этом городе.

— Так я не понял, а почему сто десять минут и сто пять секунд. Это что? Как понять? Не хочешь ли ты сказать, что пока я валялся в этой капсуле, прошли тысячи лет и Земля замедлила вращение?

— Это не Земля!

Максима от этих слов бросило в холодный пот. Теперь все то, что до этого момента казалось ему странным, перешло в разряд самого обычного, уступая место тем вещам, о которых говорил сейчас ему Николай Петрович.

— Посмотри на небо, Максим. Ни одного знакомого созвездия ты не найдешь. Ни одной знакомой нам звезды здесь нет.

Максим поднял взгляд и черная бездна холодного космоса будто заполнила его разум. «Это не Земля, эти звезды я вижу впервые. Так где же дом? Где мы теперь?»

— Да, и Луну ты тут не увидишь. Нет у этой планеты своих естественных спутников, — сказал Николай Петрович, опуская голову.

— Так где же мы?

— Нас не стало в том мире, но мы появились в этом.

— Не стало? Имеешь ввиду умерли? — спросил Максим, уже ничему не удивляясь и продолжая завороженно смотреть на далекие звезды.

— Судя по твоему рассказу и моим ощущениям — да!

Теперь Николай Петрович начал рассказывать Максиму все что с ним произошло. О том, как он пошел с утра в магазин и почувствовав сильное недомогание, присел на точно такую же скамейку. О том, как очнулся в капсуле, и нацепив на себя что-то из одежды, ползал по комнате ничего не соображая. Выйти тогда он так и не смог, потерял сознание. Очнулся лишь в похожей капсуле, но под присмотром врачей. Потом его перевезли в какую-то палату, а он не мог и двух слов связать. Молодая женщина, врач, тогда успокоила его сказав что паралич речевого аппарата скоро пройдет. Что мол виной тому запоздалая ответная реакция области мозга отвечающей за речь.

Рассказал он и про молодого парня, студента, по имени Леша. Как тот отвез его в маленькую комнатушку на кресле-каталке. Навещал его пару дней подряд, пока он не смог уверенно ходить. Объяснял ему чем и как пользоваться.

— Смотри какая штука тут есть. — Николай Петрович достал зух, полистал меню и повернул экран к Максиму.

По экрану побежали строчки, Максим присмотрелся и начал читать.

«Это помощник для тех, у кого проблемы с речью. Он считывает мысли и выводит их на экран. Очень удобная штука. Я с ней несколько дней ходил, пока речь не восстановилась». — слова выстраивались на экране мгновенно, одно за другим. Точки и запятые появлялись сразу, как только мысль была закончена.

— Фантастика! — прошептал Максим, переводя взгляд с экрана на молчавшего в этот момент Деда.

— Да, штука интересная, — сказал Николай Петрович уже вслух и повертел зух в руках.

— Как я понял, он все параметры тела и мозга регистрирует. Но на коротком расстоянии. Примерно на вытянутую руку, не дальше.

— Дед, а ты заметил, все то что нас сейчас окружает, очень сильно напоминает игру, в которую мы играли?

— Игру? — переспросил дед, задумавшись, — Нет, мне это ничего не напоминает.

— Ну как же, вспомни, как и где персонаж появлялся в самом начале игры? В восстановительной капсуле. Где был этот так называемый зух? Подключен к капсуле, как и в игре. Что бы выйти, его так же нужно прикладывать к замку.

— Я не знаю, я так и не смог сам выйти.

— А личная комната в игре? А доставка из магазина? Ты разве не заметил этих совпадений?

— Если честно, то мне внук игру устанавливал, в самом начале он все проходил… Я помню только как на базу пошел и не был тогда в городе.

— В игре все именно так и начиналось.

— Выходит что мы оказались в том мире, которым жили параллельно в той жизни.

— Дед, почему ты так уверен что мы там мертвы?

— Ты же сам мне только что рассказывал что смог узнать об этом воскресителе. Что сознание восстанавливается в искусственно созданном, новом теле после гибели. Или я не так понял?

— Ну да, так мне паренек студент рассказывал…

Максима вдруг словно обдало жаром с головы до ног, он вытащил зух. Включил на нем фонарик и задрав майку вместе с курткой посветил себе на правый бок. Родинка была на ее обычном месте. Закатав левый рукав до локтя с облегчением нашел и другую родинку, рядом со сгибом. Но вот рубца от шрама, который был рядом с родинкой, он не увидел.

Шрам этот он заработал в мастерской, года три назад. Рука тогда сорвалась вместе с ключом, и он со всей силы полоснул ею об острый край какой-то железки. Егор как заправский гонщик вез его, бледного как полотно, в травмпункт. А он с туго перебинтованной рукой, все же умудрился заляпать ему сиденье кровью. Рубец остался большой, а сейчас от него не было и следа.

Максим осмотрев место, где до этого был шрам, в сомнении провел по коже пальцами. Нет, никакого намека на шрам, не было.

— Шрама нет! — посмотрев на Деда, пояснил Максим: — Родинки на тех же местах, а вот шрама нет.

Но дед уже и без того все понимал, и молча кивнул в ответ.

— А как ты раньше, до этих событий, представлял себе что происходит с сознанием после смерти?

— Ну… Я как-то не думал об этом… Нет, я предполагал что все просто заканчивается.

— В свет в конце тоннеля не верил?

— Абсолютно!

— А в фильмах или книгах про североамериканских индейцев тебе не попадались фразы про то как души попадают в мир, где всегда светит солнце, в лесах много дичи, а в реках много рыбы?

— Да, что-то такое слышал, читал, припоминаю.

— Так вот, после того как ты сейчас провел эту аналогию с игрой, у меня возникла одна мысль. Сознание попадает туда, где душе спокойно и хорошо. Вот ты например, почему играл в эту игру?

— Не знаю, интересно было. Графика красивая, возможностей для развития персонажа много. И общение.

— Графика для игр у нее действительно потрясающая. Но разве мигание светодиодов на экране было красивее чем окружающий тебя мир? Нет! Нас тянуло туда потому что мы считали виртуальный мир игры интереснее нашего реального. Уходили из своего обыденного существования туда, где нашим душам было лучше. К людям, с которыми нам было интереснее. И вот этот игровой мир, как в представлениях индейцев, да и некоторых религий, оказался лучшим пристанищем для наших душ после нашей земной жизни.

— Ты хочешь сказать что мы сейчас в своём мире вечнозеленых лугов?

— Да, мы оказались там, где нам было бы лучше. В том мире, в который неосознанно верили.

— Но ведь здесь есть и другие люди. Которые родились тут, выросли. Куда они попадут? К нам? Я что-то не встречал у нас никого, кто бы рассказывал о подземных многоуровневых городах, воскресителях, магазинах проведенных прямо в дом. Там таких нет.

— Ты уверен что там, на Земле, нет людей из этого мира?

— Ну конечно уверен!

— А создателям игры это все приснилось? Как ты ни скажешь, с такой детальной точностью.

Максим, замолчал.

«А ведь правда, откуда этот сюжет?»

— Дед, а как ты думаешь, там, — Максим показал рукой в звездное небо: — есть наша Земля?

— Мало у меня пока информации о космосе. С кем ни общался, никто не знает. Десяток ближайших звезд называют, и всё. А галактика наша! Млечный путь.

— Тогда и Солнце с Землей должны где-то быть!

— Может и есть, но мне кажется что это либо параллельный мир, либо все-таки наш, спустя тысячи лет.

— В параллельные миры я слабо верю. Если в бессмертность сознания еще как-то можно поверить, то как можно логически объяснить параллельные миры?

— Про «Квантовое бессмертие» слышал? Оно основано на гипотезе множественности миров, мультивселенной.

— Что-то слышал, но.. .

— Ну а про двухщелевой эксперимент знаешь?

— Конечно, тема интересная. Видел много роликов про это.

— Опыт Юнга. Еще в девятнадцатом веке ученые задумались что такое свет, волна или частица. Ты сам как считаешь, что такое свет?

— Полагаю волна. Там же в опыте результат волновой был. Как от двух камней брошенных в воду.

— Интерференционный узор.

— Наверно, не помню как правильно он называется.

— А как же «эффект наблюдателя»? При наблюдении свойства волны терялись и узор пропадал. Выходит все-таки частица.

— Говорят что это влияние измерительного оборудования. Невозможно проследить за столь малым объектом, не повлияв на него.

— Знаешь, Максим, я не ученый, но у меня есть своя гипотеза на этот счет. Некоторые ученые, кстати, тоже ее придерживаются. Это версия о мультивселенной. Ведь имею я право на свой взгляд, пока мне фактами не докажут что я не прав?

— Допустим. Но как эта гипотеза может объяснить наше появление здесь?

— Я полагаю что каждая частичка создает огромное количество собственных миров. Эти миры как бусинки рассыпаются в разные стороны. А если разница между мирами незначительная, то снова сливаются воедино.

— Ну ничего себе незначительная разница. Моя мастерская на окраине города и подземный мегаполис на другой планете.

Дед рассмеялся и похлопал Максима по плечу.

— Я про эксперимент Юнга сейчас говорю. Про бесконечное множество миров. А наше сознание реализовало свое «квантовое бессмертие» появившись в том мире, в котором это вообще возможно. Тут же существуют эти самые восстановители. И мир этот нам уже знаком, через игру.

— Дед, я сейчас от твоих гипотез голову сломаю. Мне трудно принять что кроме мира в котором я существую, есть какие-то другие.

— А запутанные частицы в квантовой физике. Спин. Про это слышал?

— Так с запутанными частицами все вроде бы ясно. Спин у них разный изначально. Как пара перчаток. Если одна перчатка левая, то другая по любому правая.

— Это ты версию Эйнштейна озвучиваешь, а ведь в том известном споре Бора и Эйнштейна многие признали потом правоту Бора.

— Для меня понятнее когда все определено сразу. И опять ты о квантовой физике.

— Потому что только она хоть как-то объясняет все это. — Дед развел руки в стороны, показывая окружавшую их темноту аллеи.

— Ладно, рассказывай, может пойму.

— По моему мнению в том споре правы оба, и Бор, и Эйнштейн. Эйнштейн прав что состояния частиц предопределены. А Бор прав что всем правит случай.

Максим улыбнулся, покачал головой, но перебивать не стал. А Деда уже и невозможно было сейчас перебить.

— Только одновременное существование миров со всеми возможными состояниями этих пар частиц, может всё объяснить. Наблюдатель случайно выбирает один из миров, а остальные, используя терминологию моего внука, просто «отваливаются». Следующее измерение показывает что спины обоих частиц изменяются одновременно. Какое бы расстояние между ними не было. Вот многие и считают что информация от одной частицы к другой передается быстрее скорости света. Не передается ничего. Все лишнее уже «отвалилось» при наблюдении, при выборе. При случайном выборе.

— Знаешь дед, я понял о чем ты. Но я скорее поверю в то, что наш мир симуляция, на гигантском суперкомпьютере. А мы в ней программы. Я не верю в существование бесконечного количества миров.

— Вполне может быть и так, я не критикую другие версии мироустройства, не идущие вразрез с научно доказанными фактами. Как например известная сейчас в интернете, так называемая теория «плоской» земли.

Максим откинулся на спинку и негромко рассмеялся.

— Ха! Я людей верящих в этот бред считаю сектой.

— Просто они в это не вникали, жили спокойно, пока на них не обрушилась эта чушь. Чушь систематизированная, с большим количеством примеров, якобы доказывающих ее достоверность. А оспорить внутри себя они ее не могут, знаний не хватает. Вот их и шокирует эта идея. А психологи говорят что чем сильнее шок от информации, тем сильнее люди начинают в нее верить.

— Мы начали разговор с того, что все души попадают в те миры, в которые верят, — иронично подытожил Максим: -предполагаю что в бесконечном разнообразии миров мультивселенной для них найдется такой, где Земля все-таки плоская.

Дед улыбнулся и снова поднял взгляд в черное звездное небо.

— В споре с Нильсом Бором о запутанных частицах в квантовой механике, Альберт Эйнштейн сказал одну фразу: «Я хотел бы верить, что Луна существует, даже если мы на нее не смотрим». А мы с тобою сейчас не можем даже посмотреть на Луну, что бы поверить в то, что она все-таки где-то есть.

Глава 11. Дом на берегу

— Извините, мы не можем разместить там вашу рекламу. Это административный сектор и рекламные места там только для организаций, — объяснила молодая девушка двум посетителям, сидящим напротив нее:

— Для частных объявлений есть места на восьмом уровне и ниже. Мы можем предложить вам отличное место с высоким показателем просмотров расположенное…

— Нет, благодарю вас за предложение, но нас интересует именно тот рекламный стенд, — прервал ее симпатичный молодой человек, сидящий слева.

— Дайте нам пожалуйста расценки на размещение рекламы именно на том стенде, что мы указали. И подскажите будут ли какие-нибудь скидки за выкуп круглосуточного показа? Размещать рекламу мы будем от лица организации, если таковы ваши условия.

Девушка поправила рукой волосы, посмотрела сначала на одного, потом на другого посетителя. Не понимая причину их отказа от столь выгодного предложения, перевела взгляд на экран своего компьютера.

— Категория организации заказчика какая будет?

— Группа, — ответил парень.

— Вам в электронном виде расценки сбросить или распечатать на бумаге?

— Распечатайте пожалуйста в двух экземплярах, — сказал престарелый седой мужчина, сидевший в соседнем кресле.

— Ближайшие два дня этот стенд оплачен полностью. Далее будут доступны пять процентов времени, а остальное время освободятся только через неделю.

— На какой максимальный срок заранее можно зарезервировать и оплатить рекламное место и время показа?

— На неограниченное время. Правда у нас в основном оплачивают не более пятидесяти дней, — ответила девушка и изящно вытянув худенькую руку, протянула отпечатанные листы посетителям.

— Спасибо! — Парень и пожилой мужчина одновременно поднялись со своих мест, взяли распечатанные листы и направились к выходу.

— До свидания! — буркнул не оборачиваясь старик.

Молодой человек остановился у дверей, пропуская вперед своего спутника. Обернулся и, улыбнувшись девушке, чуть заметно кивнул в знак благодарности.

— До свидания! Обязательно приходите! Мы будем вас ждать! — ответила девушка вслед уходящим странным посетителям.

Николай Петрович шел размахивая листом перед собой и что-то бубнил себе под нос. Максим нагнал его только у центральных дверей рекламного агентства. Дед наконец остановился и вскользь просмотрев таблицу, поднял взгляд и задумавшись, прищурился.

— Цены конечно высокие, но вполне нам по карману. Осталось дело за малым, зарегистрировать организацию. Максим, ты возьмешься за это?

— Я готовил тебе небольшой сюрприз. Придется его раскрыть, — ответил Максим, остановившись возле Деда.

— Заявка на регистрацию уже подана. Осталось выбрать название и оформить тебя как второго собственника. А, нам еще полагается участок земли за городом. Даже выбрать можно.

— Что за странный мир? Не понимаю! Рекламу хотим дать, только организациям. Инструменты хотел купить, частным лицам не продаем. Все только для организаций.

Дед сложил листок вчетверо и сунул его в карман.

— Давай денек свободный выберем, возьмем машину на прокат, — Максим мечтательно показал рукой куда то в сторону, — Прокатимся, выберем участок по душе. Хоть палатку на первое время там поставим, осточертело мне тут, в подземелье.

Старик казалось его не слушал. Он возмущенно что-то бормотал. Неожиданно замолчал и посмотрел на Максима.

— Представляешь, у меня на днях лестница разболталась. Которая у спальной полки. Хотел в магазине купить отвертку, пассатижи, набор ключей. Так знаешь что мне ответили? Инструмент и детали продаются только организациям! Ты представляешь какой это бред? Отвертку даже купить не имею права.

Максим знал что старик всегда внимательно слушает. Даже когда кажется отвлечен своими мыслями. А сейчас его негодование вызвало улыбку на лице Максима.

— На этой полке есть панель, на торце справа. Ее чуть нажимаешь и отодвигаешь. Там две кнопки, вверх и вниз. Ими спальное место можно опустить хоть до самого пола. Стол и холодильник в стену сами задвинутся.

Николай Петрович ошарашенно смотрел на товарища и хлопал глазами. Максим, видя наивный и удивленный взгляд старика, понял всю комичность ситуации и не выдержав, рассмеялся.

— А я то, старый дурак! Каждый раз, как мальчишка, ползаю по этой лестнице, рискуя свалиться… А ты то… Знал и молчал!

— Не злись, Дед! Я сам только позавчера эту панель нечаянно открыл. А когда понял что к чему, сразу решил тебе рассказать. Да вот из головы совсем вылетело.

Побурчав еще немного, Николай Петрович наконец успокоился и вздохнув, сказал:

— Мне самому надоело в этих катакомбах, хоть в парке на скамейке ночуй.Так что там насчет названия?

— Нужно выбрать как назвать нашу организацию

— А что выбирать? Давай как в игре. Чем тебе наше название не по душе?

— Рут?

— Да, что с ним не так?

— Эгоистично как-то, своим позывным называть. То игра была, а тут вроде как все по серьезному. Хотел с тобой сначала посоветоваться…

— Нечего тут советоваться, это наше название и другого нам не надо.

Черный потрепанный пикап остановился на пропускном пункте перед автоматическим барьером. Максим вытащил зух из приборной панели и через открытое окно приложил его к электронному считывателю. Барьер перед машиной с металлическим скрежетом опустился. Максим вставил зух обратно в панель, и на нем сразу же появилось изображение привычных автомобильных спидометра и тахометра.

— В машине видимо нет электроники кроме датчиков, наверно телефон ее всю заменяет, — сказал Дед, внимательно осматривая панель автомобиля.

— Возможно, я даже не удивлюсь. Я тут мельком посмотрел настройки. Мне кажется на самолетах их меньше, — ответил Максим, не отрываясь от дороги.

— Хорошая машина, — Дед похлопал ладонью по подлокотнику, — Вот бы ей в движок еще заглянуть, как там все устроено.

— Самому интересно, это ведь водородный двигатель по инопланетным технологиям. Где такое еще увидишь! — улыбнувшись, он взглянул на Деда.

— Где ты теперь бензиновый или дизельный увидишь, вот в чем проблема! — с грустью и тоской в голосе ответил старик.

Максим постоянно поглядывая на дорогу, перебирал вкладки настроек на экране зуха. Широкая бетонная лента трассы была похожа на взлетную полосу аэродрома, настолько она была прямая и ровная. За десять минут им навстречу попалось лишь с десяток машин, в основном грузовики.

— Вот функция открывания капота…

— Эээ! Осторожнее, смотри на ходу не открой! — заволновался Николай Петрович

Максим рассмеялся, увидев напуганное лицо старика.

— Я на стоящей машине уже пробовал капот открыть, не получается. Функция заблокирована владельцем.

— Ну все равно, не тыкай там ничего. А то еще катапультируешь меня куда-нибудь в поле. Мало ли чего там есть, — не унимался старик.

Максим вернул на экран основные приборы. Спидометр показывал скорость сто двадцать километров в час. Он хотел было пошутить по поводу ста десяти минут в часу. Но рассмотрел ниже надпись, гласящую что все данные приборов указаны в стандартных единицах, и промолчал.

Свернув с трассы там, где показывал навигатор, они еще минут пять тряслись по полю поросшему высоким сорняком, поднимая за собою серые клубы пыли. Остановившись посреди бескрайней равнины, Максим сверился с навигатором, они были на месте. Шагнув из машины в высоченную, по самый пояс траву, они осмотрелись. Покуда хватало взора простирались бескрайние поля. Лишь вдали, на севере, просматривались заснеженные зубцы гор.

— Вот почему такой огромный участок! Это земля для сельскохозяйственной деятельности.

— Может пшеницу будем выращивать, Дед? — спросил Максим у Николая Петровича и откинул задний борт пикапа.

— Какая мне пшеница! Я в прошлом году всю рассаду у Тамары сгубил, пока она на три дня к внуку уезжала. А ты говоришь пшеница.

Максим, забравшись в кузов пикапа, в бинокль осмотрел округу.

— Из меня тоже фермер не получится. Ну что, поехали смотреть другой участок?

— Там и речка близко.

— Да тут тоже близко, только я вот ее совсем не вижу

— Тут ручей какой-то обозначен. Может пересох давно.

— Поехали! Не будем терять время, — сказал Максим, спрыгнув с подножки кузова.

Николай Петрович прикрыв ладонью лицо от яркого света, смотрел на горы и молчал. Максим, приминая ботинком стойкие, толстые стебли сорняка, подошел к Деду. Тот продолжал неотрывно смотреть в даль. Максим протянул ему бинокль, но старик лишь молча покачал головой.

— Как полагаешь, получится у нас что нибудь с рекламой? Или напрасно все это?

— Знаешь Максим, если мы найдем еще хотя бы одного человека из нашего мира, то уже будет не напрасно!

Осмотрев еще три участка, они приметили два из них. А сейчас, подъезжая к последнему на сегодня, спорили, обсуждая достоинства и недостатки предыдущих.

Навигатор привел их к густому, хвойному лесу и показывал еще три километра напрямик через чащу. Двигаясь вдоль леса, они довольно быстро добрались до отмеченного на карте места. Максим остановил машину и они молча смотрели на вид, открывшийся их взору. Машина стояла на небольшой возвышенности. Впереди, в низине, до самой реки простирался луг, плавно переходя в широкую береговую песчаную полосу. Река в этом месте делала изгиб и была довольно широкой. Слева от машины стоял густой хвойный лес. Деревья на холме плотной стеной опоясывали низину зеленого луга и подходили вплотную к реке. Справа от машины низкий кустарник отделял луг от широкого поля, поросшего высокой травой. На противоположном берегу реки ярко-зеленая холмистая равнина просторными полями уходила к горизонту.

— Все! — сказал Николай Петрович и открыв дверь машины, встал на подножку — Я определился с местом!

— У меня нет слов, — завороженно пробормотал Максим.

— Если забыть все, что с нами произошло, то я бы подумал что мы на берегу Волги.

— Тогда может стоит искупаться? — Максим хитро прищурившись, взглянул на старика. Тот, стоя на подножке машины, заглянул внутрь и тоже прищурившись, сказал:

— А вдруг здесь пираньи какие-нибудь водятся или крокодилы местные?

— Значит про «квантовое бессмертие» ты мне лапшу на уши вешал? — рассмеялся Максим.

Вода была теплая. Песчаное дно, плавно уходящее от берега, хорошо просматривалось сквозь чистую, спокойную воду. Барахтаясь и ныряя словно дети, они впервые за последнее время были по настоящему беззаботно счастливы.

— Дед, смотри! — Максим замер, стоя по пояс в воде. Он показал рукой на высокий обрыв песчаного берега, справа от пляжа.

Николай Петрович присмотрелся, но ничего кроме сплошной стены высоких деревьев разглядеть там не смог.

— Что там? — на всякий случай шепотом спросил Николай Петрович.

— Ну вон, смотри, там какие-то постройки!

Действительно, в том месте где лес отступал от края обрыва, сквозь ветки высокого кустарника, были видны серые пятна стен.

— Пойдем посмотрим, что там!

Пикап, тяжело перебирая колесами, прополз по сухому песку до самой кромки воды. Максим не сводил глаз с деревьев на краю обрыва, но отсюда ничего не было видно за темной стеной леса. Утес метра на три возвышался над берегом, нависая над ними желтоватой стеной слоистого песчаника.

— Нет, тут даже с крыши не залезем. Поехали назад, вдоль склона, посмотрим где пониже, чтоб забраться можно было.

Проехав метров пятьдесят вдоль крутого склона, Николай Петрович вдруг воскликнул:

— Смотри, подъем, там даже машина заедет!

Пологий подъем, выложенный булыжниками, густо порос травой, от чего был совсем неприметен со стороны. Дорога поднималась в лес и терялась из виду в густых зарослях. Машина плавно поднялась по склону, и пригибая высокую траву, двинулась меж деревьев вглубь леса. Свернув в направлении реки, дорога вывела их к каменному двухметровому забору с металлическими кованными воротами.

— Неужели этот участок занят? — С грустью, сказал Максим.

— Смотри как заросла дорога и забор мхом покрылся. А ворота, ржавчина вон какая проступила.

Максим вышел из машины и взявшись за металлические прутья, потянул створку ворот на себя. Они были не заперты, но сильно прикипевшие и проржавевшие петли с трудом позволили распахнуть кованные узорчатые створки. На руках после них остались рыжевато-коричневые следы застарелой ржавчины. Дорога от ворот вела к большому одноэтажному дому, обросшему высокой травой со всех сторон чуть не под самую крышу. Зияющий черной пустотой открытый гараж напоминал разинутую пасть какого то поверженного монстра. Стекол в окнах не было и солнечный свет, попадавший внутрь, позволял рассмотреть пустоту пыльных комнат. Максим и Николай Петрович осторожно зашли в дом через открытый гараж. На полу валялся всякий хлам, покрытый толстым слоем пыли и сухой хвоей, занесенной сюда ветром.

Максим ткнул носком ботинка какую-то банку под ногами. На потускневшей этикетке было что-то написано. Он присел на корточки и внимательно осмотрел банку.

— Тут что-то по английски, не могу разобрать.

— По английски? — удивился Николай Петрович, подошел и поднял банку с пола.

— А что в этом такого? — спросил Максим, не понимая удивления старика.

— Здесь все говорят на русском языке. Артийском. По английски говорили прежние хозяева этой планеты. Местные называют их Стражами. Эта планета освобождена или захвачена, не знаю точно, около двадцати лет назад. И война государств продолжается до сих пор.

— Война государств в космическом масштабе? Откуда знаешь?

— Всего лишь один человек мне смог что-то внятно объяснить. Тоже наладчиком работает, Миша зовут. Большинство же из тех, с кем я встречался тут, живут в своем закрытом, маленьком мире и мало чем интересуются.

— А почему ты мне раньше об этом не рассказывал?

— Так я и сам особого внимания этому не придавал, — ответил Дед, — жизнь тут вроде мирная. А вообще, по его словам, мы сейчас находимся в приграничном районе. Конфронтация идет бесконечно долго, а ее суть просто в борьбе за ресурсы.

— Двадцать лет назад говоришь, — Максим взял банку из рук Деда и протер ладонью выцветшую этикетку, — А какой сейчас год?

— Начальное летоисчисление фактически утеряно. Каждая планета ведет свой отсчет, с момента ее колонизации. А единого стандартного времени не существует.

— Не понимаю, как можно жить без календаря, как можно не знать какой сейчас год, век, тысячелетие? Как они вообще отсчитывают время?

— Со знаком минус прошлое, со знаком плюс будущее. В стандартных годах, днях.

— Типа как в нашем летоисчислении «до нашей эры»?

Дед кивнул в ответ.

— Даже такое понятие как месяц утеряно, а вот недели есть.

— А почему утеряно, как информация может потеряться? Есть же тут какие то записи, компьютеры…

— Я тоже считаю что не все утеряно, и не насовсем. Полагаю что где-то есть архивы истории этого мира.

— Почему же люди не передавали историю из поколения в поколение? Почему тут никто ничего толком не знает?

— Вот и я задал этот вопрос Михаилу, так знаешь что он мне ответил?

Максим пожал плечами.

— Он предполагает что первые воскресители были настолько несовершенны, что люди, восстановленные в них, часто оказывались «обнуленными». Теряли память полностью или частично. А большое количество войн и массовое заселение планет при помощи воскресителей первых моделей, постепенно очищали память общества.

— Тем не менее, смотри какие технологии нас окружают! Значит кто-то ими владеет, использует, развивает.

— Не люди ведут войны в космосе, а крупные корпорации и правящие им федерации. Значит и технологии в их руках. А вот простые люди тут ничем особо не интересуется. Легкодоступные блага, тепличные условия жизни, низкоинтеллектуальные развлечения, отсутствие страха перед неизбежностью ухода из этой жизни — это все расслабило сознание обывателей. Отключило тягу человека к познаниям, интерес к прошлому, стремление к лучшему. Зачем им стремиться к лучшему, если у них все есть? Зачем им помнить прошлое, если оно уже не вернется. Зачем им пытаться оставить что-то после себя, если они уверены что будут жить вечно?

— Ну не все же такие? Есть же те кто интересуется, стремится, помнит и думает? Где они?

— Вот они то и есть костяк корпораций и федераций. Они то и ведут этот мир вперед. Они то и не дают ему засохнуть в своем парнике благополучия и достатка.

Обойдя весь дом и не найдя ничего интересного, они вышли на улицу. Максим сверился с навигатором, этот дом находился в пределах участка, а значит при оформлении автоматически становился их собственностью.

— Ну вот, я палатку хотел ставить. А тут готовый дом есть.

Возвращались в город они еще засветло, хотя в самом мегаполисе был уже поздний вечер. Автосалон, в котором они взяли машину, давно уже был закрыт. Оставив пикап на центральной парковке, они наспех перекусили в ближайшем кафе. До первого показа их рекламного ролика оставалось ровно полчаса.

Город не спал. Город никогда не засыпал. Даже когда стеклянные своды верхнего уровня затягивали тонирующие шторы. Даже когда затихали административные этажи. Жизнь продолжала бурлить. Работали круглосуточные магазинчики, кафе и клубы. Откуда-то с нижних этажей доносился гул спортивных трибун и крики болельщиков. Большинство спортивных соревнований проводились по вечерам, чтоб привлечь как можно больше зрителей.

Два человека шли по пустому залу административного уровня, их сейчас не интересовали развлечения. Они направлялись в знакомый пустой коридор с огромным настенным экраном и пятью стальными дверьми, за которыми неведомым образом под стеклянными куполами странных аппаратов пересекались миры. До начала трансляции их ролика оставались считанные минуты.

На экране наконец появились знакомые кадры и голос диктора начал озвучивать текст рекламного ролика. Хорошая акустика коридора не глушила звук, а ровно разносила его до самых дальних уголков.

— Если не знаешь куда ты попал. Что это за место, и что с тобой произошло, посмотри сюда, на экран… Все окружающее тебя похоже на игру? Чью то злую шутку? Ты на грани безумия и не можешь понять что делать…

Текст на экране сменился изображением стандартного зуха. Рука по буквам набрала позывной «Рут» и нажала кнопку вызова.

— Взгляни на телефон, который ты держишь в руках. Набери РУТ. И мы тебе поможем! Мы из твоего мира и уже прошли через это! Только мы сможем тебе помочь! Группа Рут.

Николай Петрович восхищенно смотрел на экран.

— Слушай, здорово сделали. Все понятно, просто и доходчиво. Не зря они свои деньги получают.

— Да, хорошо получилось, я бы обратил внимание.

— Теперь просто ждем. Если мы хоть кому-то сможем помочь, хотя бы кому-то…

Глава 12. В плену

Максим в панаме, шортах и резиновых шлепанцах, с большим покрывалом через плечо, шагал по вымощенной булыжниками дороге. Спустившись из тёмного, прохладного леса по склону холма на яркий ковер усыпанного цветами луга, он направился к сверкавшей в полуденных лучах воде. Вдали от берега, по середине реки, покачивалась на волнах лодка. Согнувшись над удочкой, Николай Петрович прятался от нестерпимой жары под широкополой соломенной шляпой.

«Четвертый час уже сидит, не надоело самому то?» — подумал Максим, раскидывая покрывало на горячем песке. Он сам не был рыбаком, и не мог понять того удовольствия, с которым старик рвался спозаранку на реку. Того счастья от улова, с которым он возвращался. Прикрыв ладонью глаза от ярких лучей, Максим присмотрелся к сгорбившейся фигуре в покачивающейся на сверкавших волнах резиновой лодке.

«Ну вроде что-то дергает, довольный вернется».

Скинув шлепанцы, Максим улегся на покрывало, сдвинул панаму на лицо и положил ладони под голову. Он не заметил, как сами собою закрылись глаза и он задремал.

Снилась Аня, они шли с ней, о чем-то болтая и держась за руки. Рядом с ними остановилась незнакомая машина. Откуда она появилась, что это за машина? За рулем был Егор в рабочем комбинезоне. Обрадовался. Руку жмет, хлопает по плечу и что-то говорит. Они едут куда-то. Егор за рулем, отвернулся. А когда повернулся обратно, то это был совсем незнакомый ему человек. Аня на заднем сиденьем за ним, испуганно шепчет ему: «Максим! Максим!». Он поворачивается к ней и пытается что то сказать. А она продолжает звать его по имени. Звуки из шепота уже превращаются в какой-то отдаленный крик: «Максим! Максииим! Максииим!». Машина въезжает в темный тоннель, вокруг ничего не видно и испуганное лицо Ани исчезает во тьме. Ее крик прекращается.

Максим, дернувшись, проснулся от того что кто-то постукивает его по локтю. Открыв глаза, он сдвинул панаму и удивленно уставился на две темные фигуры, нависшие прямо над ним. Перед глазами чернел срез дула автомата.

— Перевернись и руки за спиной сложи! — приказал сиплым голосом тот, который направлял на него автомат.

Максим медленно перевернулся на живот и свел кисти рук за спиной. Второй, присев на одно колено, ловко защелкнул наручники на запястьях. Максим повернул голову в сторону реки. Прямо у кромки воды стояли еще три человека с оружием, а Дед устало греб и уже приближался к берегу.

Одеты эти люди были кто во что. Высокие армейские ботинки и кроссовки, камуфлированные штаны и джинсы, майки с коротким рукавом и легкие жилеты на голый торс. Лица у всех были скрыты под широкими платками и повязками.

Причалив к берегу, Николай Петрович спокойно вышел из лодки и выпрямился во весь рост перед стоящими на берегу вооруженными людьми. Один из них подошел к лодке, порылся в ней, видимо в поисках чего-нибудь ценного. В конце концов, достав ведерко с уловом подошел к старику. Поставив ведро рядом с Николаем Петровичем и перекинув автомат за спину, он ощупал его карманы. Бандит вытащил зух старика и сунул его к себе в подсумок на ремне.

— Ну что рыбачек, вот и ты попался на крючок! — рассмеявшись, хриплым, неприятным голосом он коротко приказал:

— Руки!

Николай Петрович сложил руки перед собой и хриплый нацепил на него наручники.

— К машине! — кивнул один из стоявших рядом со стариком.

Николай Петрович медленно побрел к стоящим в стороне двум старым и грязным внедорожникам. Проходя мимо Максима, он молча взглянул на него. Бандит за спиной Максима, ткнул его стволом автомата в ту же сторону. Их по одному затолкали в разные машины, в багажник и нацепили плотные мешки на головы.

Ехали они долго, где-то останавливались на несколько минут, где-то надолго. На одной из таких остановок Максим услышал автоматную очередь и спустя несколько минут, приближающуюся речь и отвратный хохот. Спустя какое-то время, он почувствовал как дорога начала подниматься в гору. Машины часто и круто поворачивали, взбираясь по затяжному подъему. Потом дорога резко пошла вниз и спустя десять минут блуждания влево и вправо машины наконец остановились.

Их не церемонясь вытащили и куда-то поволокли. Щелкнул замок. Открываясь, скрипнула дверь и их затолкали в какое-то темное помещение. И лишь только там, сняв мешки, расстегнули наручники. Сарай, в котором они оказались, был сколочен из старых, но довольно толстых и крепких досок.

— Мы видимо попали в рабство, — тихо сказал Николай Петрович и осматривая сарай, подошел к одной из стен. Сквозь узкие щели пробивался дневной свет, разбавляя сумрак сарая яркими желтыми полосами.

— Раз не убили, значит мы им зачем-то нужны, — также тихо ответил Максим.

Время тянулось очень медленно и лишь когда начало смеркаться, послышался гул подъезжающего грузовика. Максим прильнул к щели в стене. Из грузовика с тентованным кузовом выпрыгивали люди, под присмотром двоих вооруженных автоматами бандитов. Еще двое стояли чуть в стороне и раздавали проходившим мимо них пленникам по куску хлеба и миски с какой-то похлебкой. Люди выстраивались в две шеренги и ждали пока последнему из них не вручат пайку. Первая шеренга, по команде, двинулась в сторону их сарая.

— Сюда идут, — Максим отошел от стены и уселся на земляной пол возле Деда.

Дверь сарая, лязгнув тяжелым запором, распахнулась. Две женщины лет пятидесяти, молодой худощавый парень, маленькая девочка лет двенадцати и пожилой мужчина разбрелись по разным закуткам сарая. Не обращая внимания на своих новых соседей, они жадно принялись за еду.

Следом за пленниками в сарай вошел один из бандитов. Парень лет тридцати или чуть старше, с автоматом наперевес. Он осмотрел сарай от угла до угла. Из-за его спины с важным видом, заткнув пальцы за широкий кожаный ремень, вышел паренек на вид лет одиннадцати или двенадцати, не больше. Широкий платок закрывал лицо, до самых глаз. До маленьких, хищных, надменных глаз.

— Ого! Какой здоровый лось, — ткнув пальцем в Максима, усмехнулся мелкий: — А зачем старика приперли? У нас таких работников вон…

— У тебя, хорек, не спросили, — беззлобно усмехнувшись, ответил бандит с автоматом.

— Подерзи мне тут, морда шакалья. Я тебе ночью пальцы на ногах обрублю, будешь за мной обувь донашивать, — огрызнулся мелкий и с деловым видом начал шарить у того по карманам.

— Э, огрызок, ты совсем страх потерял? — бандит с удивлением оттолкнул мелкого от себя.

— Ну-ка! Чё ты там куришь? Дай-ка сигарету! — мелкий ловко увернувшись, снова потянулся к карманам старшего подельника.

Бандит в легком недоумении от наглости мелкого, достал пачку и вытащив одну сигарету, протянул ее пацану.

— Будешь курить — вырастешь дебилом.

— Как ты, что ли?

— Все, пошли отсюда, — скомандовал старший и вышел из сарая.

Мелкий подошел к Максиму и бросил ему сигарету. Пошарив у себя по карманам достал зажигалку, чиркнул ею разок и бросил вслед за сигаретой:

— На, покуришь на досуге. Завтра будешь у меня впахивать за троих, без перекуров, — сказал он и тоже вышел из наружу.

С утра грузовик привез всех пленников на плантацию какого то странного кустарника, расположенную высоко в горах. Позади грузовик сопровождал один из тех двух внедорожников, на которых везли Николая Петровича и Максима с мешками на головах. Грузовик остановился и пленники сами, без какой-либо команды, выбрались из машины и построились.

Максим спрыгнул с грузовика и помог Николаю Петровичу спустится. Не спеша, они встали рядом с остальными пленниками. Их никто не подгонял, ничего не приказывал, бандиты размеренно прохаживались в стороне. Один присев на ящик, закурил. Здоровый бандит в панаме, взглянув на пленных, скомандовал:

— Все, хватит стоять, давай за работу. Огрызок, расскажи новеньким что нужно делать. Ты сегодня за ними будешь присматривать.

Люди, стоявшие до этого не шелохнувшись, кинулись к пустым плетеным корзинам, сваленным в кучу чуть поодаль. На ходу надевая их за спину, пленники начали разбредаться по плантации между кустарников.

Мальчишка подошел к Максиму и Николаю Петровичу, махнув рукой, негромко скомандовал:

— За мной!

Корзин больше не осталось, поэтому подойдя к внедорожнику мальчишка порылся в багажном отсеке и кинул на землю пустой вещмешок. Вытащив какой-то рюкзак, он заглянул в него и вытряхнул все содержимое прямо в багажник. Сунув вещмешок и рюкзак в руки своим пленникам, мальчишка повел их к ближайшим кустам.

— Короче так, собираем молодые листья, — он пальцами аккуратно взял листик на ближайшем кусте и перевернул:

— Вот смотрите, прожилки синего цвета — срываем. Если красные прожилки или фиолетовые, то не трогаем. Листья с ветки все подряд срывать нельзя, один сорвали, два соседних оставьте. Все понятно?

Максим и Николай Петрович промолчали. Мальчишка взглянул поверх повязки сначала на одного, потом на другого.

— Дед тут пока собирает, а ты, — мальчишка ткнул Максима пальцем в грудь, — Идем за мной.

Они, протискиваясь между кустов, прошли на другой край плантации. Мальчишка обернулся и убедился что Максим следует за ним. Поблизости никого больше не было. Сбавив шаг, так что бы Максим шел с ним рядом, мальчишка негромко прошептал не оборачиваясь:

— Рут! Максим, это правда ты?

Максим остановился, он не верил своим ушам, он подумал что ему это послышалось. Мальчишка тоже остановился и не оборачиваясь, снова спросил:

— А старик это Дед Бонзай?

— Зевс? — Максим еле сдерживал себя чтоб не закричать во весь голос от радости.

Мальчишка обернулся, покрасневшие глаза его блестели, он был на грани того чтоб не зарыдать. Постояв с минуту они глядели друг на друга. Мальчишка повернулся и пошел дальше.

— Идем, за нами смотрят.

Шагов через десять Зевс остановился, провел рукой по верхним листочкам куста и не оборачиваясь прошептал:

— У меня сзади, на ремне, два револьвера, — Он чуть приподнял джинсовую куртку на пояснице. На широком ремне в поясных кобурах торчали два короткоствольных револьвера.

— Один тебе, второй деду. Достань оба. Аккуратно, чтоб со стороны не видели. Положи себе в мешок.

Максим подойдя вплотную к мальчишке и прикрыв собою обзор, достал оба револьвера и быстро сунул их себе в вещмешок.

— Я сейчас Деда сюда же отправлю, расскажи ему кто я и будьте готовы. Сейчас машины уедут и тут останется всего трое. Они будут стоять по разным краям поля, но мы что-нибудь придумаем.

С этими словами он сделал вид что показывает Максиму где нужно собирать и насвистывая веселый мотив, направился обратно, в сторону Деда. С деловым видом, сунув руки в карманы куртки, он прохаживался вокруг Николая Петровича. Спустя пару минут мальчишка пошевелил рукой верхние ветки кустов и крикнул старику:

— Тут делать нечего. Тут все уже без тебя ободрали. Иди вон к нему, — мальчишка махнул рукой в сторону Максима:

— И мне так проще следить, что вы там набираете.

Николай Петрович, сутулясь, побрел к Максиму. Зевс вышагивал позади него, шагах в пяти.

— Давай живее, что ты еле плетешься, — подгонял он деда.

Забравшись на большой валун, Зевс поджал ноги и стал наблюдать за своими пленниками. Старик собиравший листья рядом с Максимом, вдруг резко разогнулся. Его будто ударило током. Он повернулся в сторону мальчишки с вытаращенными глазами. Зевс улыбнулся, но повязка на лице скрывала эту улыбку, только весело прищуренные глаза смотрели на Николая Петровича поверх платка. Чуть заметно помахав старику ладошкой, он прикрикнул:

— Эй, дед, ну-ка не сачкуй! Я сейчас подойду, посмотрю сколько ты там насобирал.

Спустя некоторое время грузовик и внедорожник выехали на каменистую, узкую дорогу, по которой они сюда приехали. Машины уходили куда-то вверх, вдоль склона, и вскоре скрылись за высокой скалой, оставляя после себя густые клубы серой пыли.

Трое бандитов, оставшихся с пленниками на плантации, медленно разошлись по разным краям поля. Зевс не спеша поднялся, потянулся, и поправил постоянно сползавшие штаны камуфляжной расцветки. Они были ему явно велики на несколько размеров. Он обернулся по сторонам и направился к Максиму и Николаю Петровичу.

— Ну-ка дед, показывай сколько ты там насобирал?

Старик дрожащими от радости и волнения руками раскрыл свой рюкзак. Там поверх вороха собранных листьев лежал револьвер.

— Хорошо, дед, очень даже хорошо!

Мальчишка смотрел на старика, и даже через платок прикрывавший лицо, было видно что он улыбается. Маленькие слезинки блеснули в его глазах. Он зажмурился и встряхнул головой.

— Тут смотрю почти все обобрали, сейчас в другое место пойдете, — и приблизившись к своим пленным друзьям, прошептал:

— Тот что у самой дороги в бронежилете — мой. Я с ним сам разберусь. А вас сейчас поближе к тем двоим разведу. Когда начинать, я вам крикну. И стреляйте без жалости, это такие мрази, вы даже не представляете!

— Ты! — уже во весь голос Зевс крикнул Максиму, — Давай за мной, а то ходите тут друг за другом.

Делая вид что выбирает место получше, Зевс двинулся в сторону худощавого бандита, вальяжно восседавшего на деревянном ящике в тени нависавшей сверху скалы. Максим шел за мальчишкой по пятам, срывая на ходу листочки с кустов, чтоб не привлекать к себе внимание. Он внимательно следил за бандитами. Руки чуть дрожали, а все тело было напряжено до предела от адреналина в крови и в ожидании скорой развязки.

— Вот тут собирай! — Зевс показал на кусты в нескольких метрах от тощего:

— Заодно Марис присмотрит чтоб ты не сачковал.

Мальчишка пошел в сторону другого бандита, сидящего на небольшом валуне под самодельным брезентовым навесом. По пути он остановился и взглянул на одну из женщин, по возрасту годившуюся ему в бабушки:

— К этому времени у всех уже по пол корзины обычно собрано.

Та в страхе засуетилась и начала собирать листья еще быстрее.

— Вот так вот! Давайте, в темпе, в темпе! — прикрикивал Зевс, подходя к очередному бандиту все ближе и ближе.

— Эй, дед! Ну-ка бегом сюда. Тут вот конь еще не валялся.

Николай Петрович с нарочито испуганным видом засеменил к мальчишке.

— Какие же вы все медленные сегодня! — с демонстративной злостью выкрикнул Зевс:

— Будь моя воля, я б вас так ускорил!

Бандит под брезентовым навесом усмехнулся и откупорив банку пива, жадно присосался к ней губами. Николай Петрович тем временем уже срывал листья практически рядом с ним. Зевс дрожащей ладонью обтер лоб от проступивших капель пота. Было заметно как его трясет. Он направился к дороге, в сторону выезда с плантации, где с автоматом наперевес прохаживался третий бандит.

Максим краем глаза смотрел за тем, как мальчишка приближается к бандиту у дороги. Запустив руку в мешок, он нащупал револьвер и осторожно взвел курок. Взглянув на деда, он увидел как тот выпрямился, бросил короткий взгляд в сторону Максима и снова наклонясь, тоже сунул руку в рюкзак.

Зевс стоял рядом со здоровым амбалом и заложив руки за спину, смотрел на плантацию. Он отсюда хорошо видел всех: и пленных и их надсмотрщиков. Максим мельком взглянул на бандита за своей спиной. Тот зевнул и устроился поудобнее, не обращая на пленников никакого внимания. Максим повернулся и встал так, что бы видеть и Зевса и худого надзирателя возле себя. Мальчишка что-то сказал стоявшему рядом бандиту и сунул руку за пазуху. Тот наклонился к Зевсу и в этот момент раздался выстрел.

Бандит стал падать на землю к ногам Зевса в той же согнувшейся позе, в которой застал его выстрел. Мальчишка рванул к ближайшим кустам. Вытащив на ходу пистолет из-за пазухи, он вскинул его, целясь куда-то вверх.

— Вон там! На скале! — крикнул он и пару раз выстрелил высоко вверх, перед собой, куда-то в скалу.

Оба бандита вскочили одновременно после первого выстрела и схватились за оружие. После криков мальчишки и его выстрелов они машинально вскинули стволы и попятились под защиту нависавших над ними скал.

— Валите их! Рут! Банзай! — крикнул мальчишка и снова выстрелил вверх в скалу.

Хлопки выстрелов, похожие на звук от гирлянды больших петард, заполнили пространство над плантацией и отражаясь от скал резким эхом, со звоном, заложили уши. Максим опустошив барабан, обернулся в сторону Деда. Все было закончено. Зевс подошел к лежавшему у дороги телу и наклонился. Тот не дышал, а вокруг головы расплывалась густая багровая лужа.

— Лагерь бандитов хотя и далековато от сюда, но звук выстрелов могли услышать. Так что нужно готовится ко встрече гостей, — сказал мальчишка, подошедшим к нему старым друзьям.

— Этого нужно убрать, — сказал Максим, хватая за ноги лежавшее на пыльной дороге тело. Николай Петрович тоже подхватил амбала за ноги и помог дотащить его до ближайших кустов. Зевс поднял с земли выскользнувший из застывших рук автомат.

— Я пока сбегаю до перевала. Оттуда вся дорога видна. А вы приготовьтесь пока. Возможно сейчас тут снова будет жарко, — крикнул мальчишка и побежал по дороге, по которой отсюда недавно уезжали машины.

Меньше чем через полчаса он вернулся. Максим поднялся из ближайших к дороге кустов, а Николай Петрович осторожно вышел из-за скалы. То там, то тут на плантации из кустов выглядывали испуганные лица пленников.

— Не слышали видимо, можно расслабиться пока. Часа через три приедет машина с обедом, там обычно один человек всего. На этой машине мы и уедем отсюда.

— А как же они, — Максим показал на испуганных, выползающих из кустов людей.

— Их отсюда только на грузовике можно вывезти, а грузовик сейчас скорее всего на базе стоит.

— Это какое-то безумие. Подумать только, попали в рабство наркокартеля.

— Это чай, — мальчишка кивнул на плантацию за спиной Деда.

— Это элитный сорт чая. Он тут практически не растет. Завозит его сюда всего одна корпорация. Там такие деньги крутятся, что любых конкурентов пошинкуют.

— А мы можем просто уйти отсюда?

— Без машины — нет. Никак. Поймают.

— Нам нужны наши зухи, — сказал Максим: — Мы теперь без них никуда.

— Все зухи на базе, в пещере лежат. Там у них еще глушилка какая-то постоянно включена, чтоб их не обнаружили. Я кстати по вашим зухам и понял кто вы такие, — Зевс чуть улыбнулся, опустив взгляд, чтоб не было видно блестевших от слез глаз.

— Ладно, потом в спокойной обстановке поговорим. А сейчас Леша, давай, набросай нам план действий. Ты сейчас лучше обстановку понимаешь. Что нам делать?

Мальчишка обтер рукавом покрасневшие глаза и подумав немного, начал говорить.

— От этих мразей нужно избавиться. Они будут нас искать.

— Что ты предлагаешь? Еще раз перестрелку устроить? Штурмом их базу брать?

— Именно!

— Это безумие какое-то, мальчишки. Это дикость и сумасшествие. — Дед ходил из стороны в сторону, держась за голову.

— Успокойся, Дед! Давай Лешу выслушаем, — Максим остановил старика и взглянул ему в глаза. Николай Петрович покачал головой и тяжело вздохнув, тихо ответил:

— Ладно. Он действительно лучше знает с кем мы имеем дело. Говори, Леша, я слушаю.

— В обед сюда приезжает машина, внедорожник. Там обычно всего один человек, но встречать его будем, как будто там целый взвод! Мало ли что, вдруг стрельбу все-таки кто-то слышал. Людей тут оставим. Для их же безопасности. Если попробуют бежать, то могут заблудится внизу или что еще хуже, попасться бандитам. И тогда они их не пожалеют, я то знаю.

Мальчишка присел на корточки, вытащил из кармана раскладной нож и стал чертить им что-то на земле.

— Мы, тем временем, едем на машине на базу. Там на въезде стоит вышка, а на ней пулеметчик. Проезжая мимо вышки, я спрыгну. Так, чтоб он меня не заметил.

— Обычно никого в это время на территории нет. Но если кто-то будет, то машину остановите прямо под вышкой. Чтоб пулемет не достал, а дальше по ситуации.

— Если никого не будет, то где они?

— Так вот, если кроме пулеметчика вас никто не увидит, то подъезжаете к самому правому сараю. Сбоку от сарая встанете. Оттуда хорошо выход из пещеры виден и когда они оттуда выбегут, то будут как на ладони. Я тем временем поднимаюсь на вышку, убираю пулеметчика.

— Леша, а ты уверен что справишься?

— Я? Нет, я не справлюсь. Она справится. Ёлочка.

Мальчишка достал из кармана странного вида магазин от неизвестного оружия. Повернув нижнюю часть магазина, Леша потянул за нее. Маленькие стальные пирамидки, сцепленные меж собой, слипаясь, гроздью потянулись из корпуса магазина. В одной руке у Леши остался пустой корпус, а в другой руке он держал угловатый стальной конус. По форме тот действительно был похож на ёлочку. Размером с кулак, сложенная из стальных пирамидок, «ёлочка» зловеще поблескивала холодными гранями металла.

Леша повертел в руке смертоносную, угловатую конструкцию.

— Магазин от электро-магнитной винтовки, можно использовать как гранату, — пояснил мальчишка и убрав ее в карман, выкинул пустой корпус магазина в кусты.

— Это кошмар какой-то! — Дед покачал головой.

— А почему ты так уверен что все будут именно в пещере, а не разбредутся по базе?

Максим положил камушек рядом с начерченным на земле прямоугольником изображавшим сарай.

— Попасть на базу можно только по дороге. Везде где можно подойти, достает пулемет с вышки. С двух сторон скалы, с одной стороны пропасть. Так что патрулей кроме пулеметчика нет. А пещера это единственное место где есть электричество, кондиционер, стоят холодильники с едой и пивом. Там у них реактор.

— Сколько людей на базе обычно? И сколько может там вообще быть.

Мальчишка стал в уме прикидывать сколько человек может им противостоять.

— Всего семь и пулеметчик восьмой. Но скорее всего будут двое и пулеметчик. Пятеро обычно по округе на машинах кружат. Это те самые, которые вас привезли.

— Если на базе будут все, тогда как быть?

— Вы кладете тех кто выбежит, остальные начнут отстреливаться прямо оттуда, из пещеры. Тогда ты, Рут, заводишь грузовик, он вот здесь всегда у них стоит, — Леша ткнул ножом возле начерченного на земле сарая.

— И задним ходом едешь ко входу в пещеру. Я из пулемета тебя прикрываю и загоняю их поглубже. Как только прекращаю стрельбу, ты со всей дури загоняешь грузовик кузовом туда, прямо по самую кабину. Вылезаешь и мы в просвет под машиной закидаем их там гранатами.

— Толково, — оценил Максим.

— А если шайка на выезде, то разобравшись на базе, мы просто обязаны их дождаться и уничтожить. Иначе проблем не оберемся. Я на вышке, вы с двух сторон сзади по кустам, должны справиться, машины не бронированные.

Зевс поморщившись, накрыл изрешеченным куском брезента огромную тушу, развалившуюся на полу вышки. Этот кабан чуть не сорвал Леше весь его тактический план.

Елочка, поставленная Лешей на пол вышки, ухнула знатно. Он едва успел нырнуть обратно под крышку люка. Повиснув на ступенях, он держал пистолет наготове. Огромная масса с грохотом повалилась на пол вышки прямо у него над головой. Он толкнул крышку люка, но поднять ее не смог. Когда же он наконец протиснулся как уж сквозь узкую щель наверх, выстрелы внизу уже стихли.

Зевс еще раз прильнул к прицелу пулемета, направленного на дорогу, ведущую к воротам базы. Поводив стволом несколько раз в воздухе, имитируя стрельбу по дороге, он посмотрел туда, где в кустах прятались Рут и Дед.

«Нет, не должен зацепить. Самое главное их не зацепить, а значит и первую машину нужно подпустить как можно ближе. И слишком близко тоже нельзя. Иначе проскочат под вышку и я их там уже не достану. Вот это уже будет проблема…»

Рут прислушивался к тишине, но кроме щебетания птиц ничего не было слышно. Обернувшись в сторону вышки и ворот, он еще раз оценил расстояние и приблизительно прикинул место где Зевс сможет остановить первый автомобиль. А если второй пойдет сзади с большим отрывом или вообще запоздает? Тогда они окажутся между вышкой и врагами. Надо еще сдвинутся, хотя бы метров на десять от ворот. Лучше добежим сзади, чем мелькать в прицеле Зевса.

— Дед, надо еще отойти подальше от ворот, метров на десять. Что думаешь? — крикнул Максим в кусты на другой стороне дороге.

— Боишься что с разрывом поедут?

— Да!

— Идем.

— Зевс! Мы отойдем еще на десять метров от тебя, — крикнул Максим в сторону вышки.

— Хорошо! — послышался голос Леши.

Кусты напротив зашевелились и сутулая фигура Деда, мелькнула среди листвы. Максим подхватил запасной автомат с земли и пригнувшись двинулся вдоль дороги. Выбрав удобное место, он взглянул туда, где прятался дед. Тот устраивался поудобнее в кустах за густой придорожной травой. Максим положил запасное оружие перед собой и вскинув автомат, лег сам. В тишине послышалось тихое приближающееся рычание автомобилей. Все тело напряглось, нервы как оголенные провода были готовы среагировать на любое движение и шорох.

Два грязных внедорожника с открытыми окнами прокатились мимо Максима и Деда. Загрохотал пулемет, разрывая капот, лобовое стекло и крышу первого автомобиля. Второй внедорожник резко затормозил. Нырнув влево с дороги, он уткнулся в большой валун. Застрекотал автомат Деда, на чью обочину и свернула вторая машина. Посыпалось лобовое стекло. По водительской двери размеренно застучали пули. Пулемет замолчал. Первый внедорожник замер перед вышкой.

Из передней пассажирской двери второго внедорожника вывалился человек. Прямо под прицел пулемета. Пригибаясь, бандит метнулся в ближайшие заросли. Снова загрохотал пулемет, кося кусты перед бандитом и буквально вспахивая землю под его ногами. Тот на ходу вскинул автомат, но не сделав ни одного выстрела, отлетел на капот внедорожника. Зацепившись рукавом за радиаторную решетку, тело в неестественной позе завалилось на камень торчащий перед машиной. Стальной грохот с вышки затих.

Максим пригнувшись в высокой траве, приблизился к машинам, держа их на прицеле. Пульсация в висках отдавала в затылок. Любой шорох, малейшее движение впереди, молнией готовы были пронестись по его нервам к пальцу, прижимавшему курок. Никаких движений не было. Тихо. Даже пыль казалось замерла в воздухе.

Он метнулся через дорогу к багажнику уткнувшегося в камень внедорожника. Резко дернул вверх дверь багажника. Присев, он прильнул к заднему бамперу. Максим осторожно, но быстро выглянул и стволом автомата поводил по пустому салону. Водитель завалился на пассажирское сиденье и не шевелился. Максим перекатился за машину, спрятавшись от замеревшего перед вышкой первого автомобиля. Распахнул заднюю дверь. Заглянул внутрь. Пусто. В этой машине были только двое. Подбежавший сзади Дед, открыл водительскую дверь и ткнул автоматом бездыханное тело водителя.

— Оба готовы!

Рассматривать лежащего на камне перед машиной бандита не имело смысла, настолько сильные были повреждения от шквального огня пулемета.

Выглянув и снова спрятавшись, Максим мельком осмотрел другую машину.

«Все тихо. Вперед».

Метнувшись к первой машине, Максим на бегу распахнул ее багажник и глянул внутрь. Окровавленная рука с автоматом поднялась из-за спинки заднего сиденья. Моментально среагировав, Максим пригнулся и рванул в сторону.

Из машины застрекотал автомат и со звоном посыпались гильзы. Максим резко развернулся лицом к машине. Не целясь, он дал очередь по задней пассажирской двери, чуть ниже дверной ручки. Присел у машины и снова развернулся. Спина вжалась в огромное колесо. Вскинув автомат над головой, через разбитое окно, дал еще одну длинную очередь по заднему сиденью. Дыхание замерло, остановилось. Только бешеный стук сердца раздавался в ушах. Он быстро сменил магазин автомата и дернул затвор. Осторожно поднявшись, Максим резко заглянул в открытый багажник и сразу отпрянул.

Рука с автоматом, безжизненно перегнувшись через спинку сиденья, свисала вниз. Не заглядывая внутрь, он сунул руку в открытый проем и схватив автомат, дернул его на себя. Оружие без труда выскользнуло из окровавленной руки, лишь ремнем цепляясь за одежду и спинку сидения. Максим тут же пригнулся и кинувшись в сторону, взял на прицел обе двери. Осторожно приблизившись, он рывком открыл заднюю дверь. Лежащий на сидении бандит был мертв.

Заглянув в окно передней двери, он сразу же отвернулся, не выдержав шок от ужасного и омерзительного зрелища. Еле сдерживая нервные спазмы желудка, он дошел до обочины. Выронив по пути из трясущихся рук остывающий автомат, он рухнул в высокую траву. Его трясло. Все было закончено.

Дед с любопытством осматривал источник энергии, стоящий в глубине пещеры. Зевс собирал все более менее ценное и перетаскивал в единственный уцелевший внедорожник, стоявший все это время на базе под навесом. Растащив разбитые машины и освободив выезд с базы, Рут заглушил грузовик. Отцепил стальной трос от искореженного внедорожника и направился к пещере.

— Ну что, поехали за людьми?

— Максим, я вот думаю, нам ведь очень нужна эта штука. — Дед похлопал по корпусу энергоустановки:

— Руками мы ее отсюда не вытащим. Надо придумать как ее отсюда достать.

— А вообще, нам тут все нужно, все заберем, — задумчиво произнес Рут и повернувшись к копошащемуся в каких-то коробках Зевсу, спросил:

— Леша, а долго отсюда ехать до города?

— Часа два, — отозвался мальчишка, не оборачиваясь.

— Поехали тогда за людьми, не будем время терять.

— А сюда никто больше не нагрянет?

— Тут ни одной живой души в округе нет. Это я точно могу сказать, — уверенно заявил мальчишка и прихватив какую-то коробку, вышел из пещеры.

Звезда Белый Керш, которую они по привычке называли Солнцем, клонилась к горизонту. Облака вдалеке окрашивались в ярко красный цвет, а с противоположной стороны неба медленно наползала темнота.

Внедорожник свернул на обочину и остановился. Грузовик, скрипя тормозами, встал позади. В свете фар грузовика Николай Петрович вышел из-за руля внедорожника. Вид города завораживал. Николай Петрович забыв про все на свете, стоял и смотрел снизу вверх на невообразимых масштабов здание-город. Ярко освещенная громада, монолитной усеченной пирамидой, возвышалась перед ними. Максим спрыгнул с подножки грузовика и подошел к кузову. Из темноты на него смотрели изможденные и уставшие лица.

— Ну все, мы приехали. В сам город мы не поедем, дойдете, тут метров двести всего до КПП.

Люди начали спрыгивать в темноте на землю. Обойдя машину они, еще не веря в свою свободу, с неописуемой радостью на лицах смотрели на крутые скаты стен города.

— Это Тол-Летас, — пояснил на всякий случай Максим, — если кто не местный…

— Спасибо, сынок! — сказала одна из женщин, подойдя к Максиму и взяв его за руку: — Ты не представляешь, как я вам благодарна! А мальчишка тот тоже из бандитов. Не знаю почему он вам помогал, но его надо сдать полиции!

Максим улыбнулся, но ничего не ответил женщине. Люди молча, вереницей, побрели по дороге.

Глава 13. Досчитать до нуля

Врач сосредоточенно изучал результаты анализов, разложенные перед ним на столе. Леша поерзал на стуле и обернувшись, мельком взглянул на маму. Сидя возле него, на самом краю укрытой белоснежной простынёю кушетки, она не сводила полный тревожного ожидания взгляд с каменного лица доктора. Ее тонкие пальцы нервно теребили потертые ручки маленькой сумочки.

— Как ты себя чувствуешь сейчас? — спросил наконец врач, сложив бумаги в стопку и взглянув на маленького пациента.

— Нормально, — ответил Леша и пожал плечами. Он не обманывал, сейчас действительно все было в порядке.

— Ничего не болит? Не беспокоит?

— Нет.

— Ладно, пусть мальчик пока подождет в коридоре, — Доктор поправил очки и положив ладонь на стопку сложенных перед ним бумаг, посмотрел на маму, — Я кое-что допишу в медкарте, отдам и можете быть свободны.

— Леша, иди подожди меня в коридоре.

Мальчик посмотрел на маму, он почувствовал тревогу в ее дрогнувшем голосе, но она улыбнулась, словно пытаясь поделиться с ним остатками своей угасающей надежды.

Леша молча вышел и сел на кушетку, стоящую возле кабинета. Он терпеть уже не мог эти поликлиники, эти бесконечные очереди. И этот запах. Уже от одного воспоминания этого запаха поликлиники становилось не по себе. Неприятное такое ощущение, будто внутри все закручивается огромным винтом. Нет, это не боль, боль она другая. Это ощущение неприятного, тревожного ожидания. Вот и сейчас, вместо того чтобы уйти отсюда, выйти на улицу, вдохнуть свежий весенний воздух, ему снова приходилось сидеть тут и ждать.

Он достал телефон, провел пальцем по экрану блокировки и запустил игру. Нельзя терять драгоценное время, скоро у их шефа будет день рождения, а подарок еще не готов. Как говорит Дед:

«В процессе глубокой модернизации.»

Игра загрузилась и мальчишка с головою ушел в ее увлекательный мир. Не замечая времени, и мелькающих перед ним посетителей поликлиники и медсестер, мальчик увлеченно играл в телефон. Наконец вышла мама, глаза ее были красными, а руке она сжимала салфетку которой только что подтирала потекшую тушь.

— Пойдем, сынок, — сказала она тихим голосом и отвернулась что бы он не видел ее заплаканных глаз.

Но он все понимал. Она очень сильно за него волнуется, с ним что-то не так. Он чем-то болеет, хотя сам и не замечает этого особо.

Боль с того дня стала приходить все чаще. Особо жутко было когда она являлась поздним вечером, перед сном, принося с собою жар. Жутко было от света, резавшего глаза среди ночи. Жутко было от холодных ладоней врачей, приезжавших на вызов. Жутко было до тех пор, пока однажды они с мамой не сели в такси и не приехали к пятиэтажному кирпичному зданию с большими и широкими окнами. Тут было спокойнее. Может просто от того, что не видно было слез мамы.

Она приезжала к нему каждый вечер. Но к счастью того времени что они были вместе в приемном покое не хватало для слез. Мучительными были лишь минуты прощания и плывущие от слез ступени лестничных пролетов ведущих обратно из приемного покоя в его отделение.

Детская больница находилась в самом центре города. Из ее окон были видны высокие жилые многоэтажки. Как же тоскливо было смотреть на свет их окон по вечерам. После встречи с мамой. Так сильно хотелось домой в эти моменты.

Однажды вечером в палату вошел доктор и сказал что на завтра ему назначена операция, но боятся нечего, больно вообще не будет. А он и не боялся, та, прежняя боль вернулась и как раз сейчас выворачивала все тело наизнанку. Но он держался, привык. А сейчас даже играть в телефон не хотелось, сил не было. Дед так и не появился, Рут уже третий день в игру не заходит.

Ночью в палату пришла медсестра и не включая свет, сменила бутылочку в системе и сделала укол. Стало полегче и он заснул.

Утро было чудесное, солнечное. Словно кошмарный сон растворилась в нем и вчерашняя боль, и гложущая душу тоска. Он встал и прошмыгнул мимо поста по коридору до широкого окна из которого были видны дома, дорога и проезжающие машины.

В операционной его руки пристегнули мягкими фиксаторами к столу.

— Ничего не бойся! Все будет хорошо! - глядя поверх медицинской маски, сказала ему женщина анестезиолог.

— Больно не будет, ни капельки, верь мне! — она улыбнулась ему и никакая маска не способна была скрыть теплоту этой улыбки. Глаза скажут все, особенно такие же добрые, как и глаза его мамы.

— Ты сейчас просто уснешь. А когда все закончится, ты проснешься в своей палате и твоя мама будет рядом с тобой! — она сняла колпачок со шприца и тихонько дотронулась до его руки.

— А сейчас начинай вслух считать от десяти до нуля.

И она ввела лекарство в руку.

— Десять…

— Девять…

— Восемь…

— Семь…

— Ше…

Он вдруг забыл что нужно делать, все забыл. Какие-то голоса вдалеке.

«О чем они говорят? Обо мне? Не слышно.»

Что-то яркое промелькнуло перед глазами и снова все стало спокойно. И боли не было, она отпустила. Голоса еще дальше.

«Спорят о чем-то?»

Теперь совсем не различить. Светлая матовая непрозрачная пелена перед глазами потемнела и стало как-то совсем пусто. Сон. Нет, это не сон. Темноту и тишину прервал механический женский голос:

— Ваше полное имя. — без интонации не то спросил, не то потребовал голос.

Из тьмы его сознания, прямо перед глазами, хотя они и были закрыты, как на экране монитора проступила надпись ярко белого цвета и больших размеров:

«Алексей Зевин».

— Подтверждаете? — спросил голос.

Надпись исчезла, сменившись другой короткой и лаконичной надписью:

«Да».

Женский механический голос зазвучал снова:

- Ваш позывной.

И ответ, появившийся перед ним, был будто извлечен из его памяти неведомой силой:

«Зевс».

— Подтверждаете? — прозвучал очередной вопрос.

Теперь уже с легкостью, и без вмешательства неведомых сил, ответ сам собою появился перед глазами:

«Да»

Тишина. И голос снова зазвучал у него в голове:

— Сознание подключено. Процесс завершен.

Одевшись и выйдя из комнаты, он взглянул на какой-то экран с незнакомой, странной рекламой. И удивляясь, где же все врачи и где теперь искать его палату, вышел из коридора в огромный холл.

Он долго бродил по этажам, и в конце концов понял что заблудился. Так заплутал, что не мог вернуться даже к той комнате, в которой проснулся. Он зашел в ближайшее кафе и сел за столик у окна. Хотя скорее это было не окно, а стеклянная стена от пола до самого потолка. Незнакомые люди проходили мимо не обращая внимания на мальчишку, одиноко сидящего за столиком кафе.

«А как же мама, она ведь ищет меня сейчас наверно? Что теперь делать? Она сейчас наверно там у той палаты. Надо подойти к полицейским и все объяснить, они должны помочь».

— Мальчик, ты кого-то ждешь?

Леша обернулся, рядом стояла женщина в белом фартуке и светлой униформе.

«Она видимо здесь работает, может она мне поможет?»

— Понимаете, я вышел из больницы и заблудился… Вот сейчас не знаю что мне делать и куда идти.

— А у тебя зух не работает? Можно?

Она рукой показала на телефон, лежащий перед ним на столе.

— Да, пожалуйста! Только это не мой смартфон.

Женщина взяла телефон со стола и полистав его, прочитала вслух:

— Регистрация отсутствует… Восстановлен два часа назад. Давай я вызову полицейских? Они тебе смогут помочь.

— Я уж и сам собирался к ним обратиться, но мне почему-то ни один так и не встретился.

— Не переживай, я сейчас их вызову сюда… А ты есть может хочешь?

— Нет, спасибо! А вот пить хочется, только у меня денег нет.

— Сок апельсиновый будешь? Я бесплатно тебе принесу.

— Если можно, то я с удовольствием…

Женщина достала свой телефон и набирая номер, отошла к стойкам витрины. Через минуту она вернулась и поставила перед Лешей высокий стакан с соком и небольшую тарелочку с горячей булочкой.

— Спасибо большое! Я когда найду маму, попрошу ее занести вам деньги.

— Не беспокойся, сынок, кушай. Я позвонила в полицию, скоро они придут и помогут тебе.

Двое мужчин в странной форме вошли в кафе и прямиком направились к Леше.

— Нам сообщили что ты потерялся, это так?

— Да, я проснулся после операции в какой-то палате. Ждал что кто-то из врачей придет, потом вышел в коридор. А там никто ничего про больницу не знает, указывали на этот этаж…

— Можно твой зух?

— Это не мой. Он там в кабинете был подключен, просто без него дверь не открывалась…

— Ты из какого города родом? — спросил второй.

— Из Саратова.

Первый протянул мальчишке телефон и показав на выход, сказал:

— Идем, сейчас из отдела справки наведем. Может уже заявили о твоей пропаже.

Выйдя из кафе они направились в сторону широкого коридора, где на перекрестке стояла патрульная машина. Небольшая снаружи, она оказалась довольно просторной внутри. По крайней мере так показалось Леше с его невысоким ростом и худощавой фигурой. Через пару минут они заехали в огромный зал, где было еще с десяток таких же машин. По углам зала огромные проемы автомобильных эстакад уходили на другие этажи этого гигантского здания.

Остановившись около больших раздвижных прозрачных дверей, они вышли из машины. Оставшись пустой, машина моргнула габаритными огнями и медленно покатившись на автопилоте, заняла свободное парковочное место на стоянке в центре зала.

«Это не полиция!» — промелькнуло в голове у Леши, но они уже зашли в распахнувшиеся перед ними двери. Пройдя в небольшую комнату с высокой стойкой посередине, полицейские подвели мальчишку к стоящему у стены мягкому дивану.

— Посиди пока тут, — сказал старший и оба полицейских направились к стойке, за которой сидела девушка в форме, и без какого либо интереса наблюдала за ними.

— Маришка, посмотри у системного дежурного не поступало заявление о пропаже, вот по этим данным, — Старший приложил свой планшет к панели на стойке.

Минуту или две девушка смотрела на экран, а потом, подняв взгляд, чуть заметно повела головой из стороны в сторону.

— А как родителей у тебя зовут? — повернувшись к Леше спросил старший из полицейских.

— Зевина Елена Сергеевна и Зевин Дмитрий Юрьевич, только отец с нами не живет, развелись они.

— А город какой?

— Саратов. Адрес нужен?

Но полицейский уже его не слушал. Он кивнул девушке за стойкой, ожидая от нее ответа. Через пару минут она снова отрицательно покачала головой. Наклонившись к ней вплотную, он не громко, чтоб не услышал мальчишка, спросил:

— Что вообще ничего нет? Просто он восстановленный сегодня. Может запутанный? Или обнуленный?

— Не знаю. Я даже город такой не нахожу. Может он с нейтральных территорий?

— Был бы совершеннолетний, проблем никаких, зарегистрировали и пусть себе идет. А так, в приют надо оформлять, а там может что и прояснится по нему.

— Отправляю заявку в приют?

— Отправляй!

Но слух мальчишку не подвел, Леша слышал каждое их слово и перспектива попасть в приют его совсем не радовала. Его разум цеплялся за каждую мелочь, ища выход из этой неприятной ситуации. Первое что было необходимо сделать, как он считал, это покинуть данное учреждение. Если он сейчас побежит к выходу, то моментально будет остановлен и шансов уйти отсюда не будет вообще. Нужно сделать вид что не слышал ничего и ждать удобный момент.

— Мариша, налей мне водички пожалуйста! — попросил младший из полицейский.

Девушка не поднимаясь, повернулась на кресле к аппарату с водой, достала одноразовый стаканчик и поднесла его под хромированный носик крана. Вода медленно наполняла стакан. Очень медленно.

— Идем, хватит тут прохлаждаться, — сказал старший напарнику и повернулся к Леше:

— Посиди пока тут. У нас сейчас нет никакой информации о твоих родителях. Но как только станет что-либо известно, то Мариша первая будет в курсе и сразу тебе сообщит.

Девушка наконец наполнив стакан, протянула его младшему полицейскому. Тот залпом выпил, поблагодарил девушку и скомкав стаканчик, бросил его в отсек для мусора в стене. Полицейские вышли в коридор.

Леша прикрыл глаза и слушая четкие звуки удаляющихся шагов, в мыслях представил их маршрут.

«Вот они идут по узкому коридору».

«...три, четыре, пять...»

«Десять шагов, свернули в сторону выхода».

Чьи то голоса и гул в коридоре проглотили звуки шагов и слились в один «серый» шум.

«Нет, уже не различить. Возможно остановились, может быть стоят и разговаривают».

«Тридцать шагов до стеклянной двери. Один, два, три...» - Леша мерно похлопывал ладонью себя по колену, вторя ритму неспешной походки вышедших отсюда полицейских.

«...двадцать девять, тридцать. Теперь наверно проходят через стеклянные двери входа и шагают к машине».

Он открыл глаза и взглянул на открытую дверь. Диван на котором он сейчас сидел очень далеко от нее, как раз у противоположной стены.

«Все. Можно бежать отсюда и не переживать что те двое попадутся на пути».

Тело напряглось как пружина.

«А вдруг они встретили кого-нибудь в коридоре и стоят разговаривают до сих пор? Тогда надо идти спокойно, не глядя на них, и как только окликнут бежать изо всех сил».

Он посмотрел на девушку в форме, сидящую за стойкой.

«Идти спокойно, - он усмехнулся, - да уж, в этом учреждении лучше не бегать».

В это мгновение у девушки за стойкой неожиданно зазвонил телефон. Он прислушался. Нет, разговор не о нем, она улыбалась, слушая что ей говорит собеседник и игриво, односложно ему отвечала.

«Пора!»

Леша встал и подошел к стойке. Девушка прикрыв трубку рукой, вопросительно на него посмотрела.

— А можно мне воды, очень пить хочется!

Девушка утвердительно моргнув, повернулась к аппарату с водой. Прижав телефон к уху плечом, она достала пустой стаканчик. Леша стоял и ждал. Девушка с прижатым к уху телефоном, подставила стаканчик под кран и обернулась к нему. Он смотрел на тонкую струйку текущей воды и ждал. Девушка продолжая болтать, отвлеклась от него и повернулась обратно в сторону аппарата.

«Все, погнали!»

Леша быстро, но бесшумно подошел к открытой двери и выскочил в коридор. Быстрой и уверенной походкой он дошел до поворота и не сбавляя шаг, устремился в сторону стеклянных дверей. Снаружи, ему навстречу, к дверям подходили двое полицейских.

«Нет, это не те которые меня сюда привезли. Только не смотреть им в глаза».

Одновременно с полицейскими подойдя к раскрывшимся дверям, Леша сделал шаг в сторону, пропуская их, и сразу же вышел в огромный зал-парковку.

«Куда теперь? В сторону, в любую. Где больше разных предметов за которыми можно затеряться».

«Направо».

Впереди показался коридор ведущий туда, где были люди.

«Толпа. Туда. В самую толпу.»

На следующем перекрестке, сквозь плотный поток идущих людей он увидел выход. Настоящий выход на улицу.

«Выход!».

Солнце в первые секунды его ослепило. А вон впереди пропускной пункт для машин. Леша прибавил шаг. Барьер перед стоящим на КПП грузовиком опустился. Грузовик тронулся и Леша прячась за ним, вышел из ворот пропускного пункта. Грузовик зарычал, медленно разгоняясь, Леша вскочил сзади на подножку и ухватился руками за борт.

Грузовик набрал скорость и стал быстро удаляться от пропускного пункта. Ветер, хоть и теплый, сильно трепал волосы и врывался под одежду. Переступая осторожно с ноги на ногу и перехватывая руки, Леша поочередно протирал ладони об одежду.

«Только бы руки не соскользнули».— думал он, с опаской поглядывая на мелькавшую под ногами дорогу.

«И лишь бы не занемели...»

Он все сильнее прижимался к борту грузовика. Когда держаться уже не оставалось никаких сил, он стиснув зубы, стал смотреть по сторонам. Он прикинул скорость и представил как кубарем покатится по этой бетонной полосе. Ничего хорошего это ему не сулило и он это прекрасно понимал.

«Нельзя прыгать, никак нельзя.»

Он подтянулся на слабеющих руках и ухватился за трос, которым сквозь металлические петли был зафиксирован брезентовый полог. Трос скользнул одним концом в стальных петлях. Леша дернул сильнее и трос выскочив из нескольких петель, остался в руке. Край полога захлопал на ветру и Леша стал осторожно карабкаться в кузов.

Грузовик ровно шел по бетонной дороге, Леша перевалился через высокий борт и посмотрел на удаляющийся гигантский контур города-пирамиды.

«Что это за место? Как я здесь оказался?» — думал мальчишка, не сводя глаз с фантастического вида огромного монолита здания-города.

«Как пирамида в Египте, только без верха».

Он видел египетские пирамиды по телевизору, но и они в его представлении не были такими огромными.

Весь кузов грузовика был набит мешками и коробками. Леша открыл верхнюю коробку. Внутри стояли бутылки, похожие на винные. В следующей были консервы в жестяных банках. В другой какие-то непрозрачные пакеты с чем-то сыпучим внутри. Леша присел на мешок, лежащий под ногами. Ощупал и его тоже. Крупа. Он отодвинул хлопавший угол полога в сторону и стал смотреть на убегавшую в даль дорогу.

Ровная трасса и однообразный пейзаж за бортом его быстро укачали. Он незаметно для себя задремал и стал сползать на пол. Дернувшись спросонья, он не открывая глаз, устроился поудобнее между двух мешков и крепко уснул.

Он не видел как грузовик начал подниматься по серпантину в горы. Как преодолев перевал, шел по узкой горной дороге в паре метров от крутого обрыва. Как проехал в ворота со стоявшей возле них вышкой и остановился посреди ровной площадки.

Проснулся он от того, что кто-то схватил его за шкирку и грубо дернул, как котенка.

— Это что еще такое? Ты откуда этого щенка припер, — хриплый рев прозвучал прямо перед его лицом, обдав его пивным перегаром. Леша открыл глаза и непонимающе, испуганно завертел головой, пытаясь понять где он.

— Ты кто такой? — запах перегара снова ударил в лицо. Красная, широкая, мерзкая физиономия перед глазами. Сумасшедший, полупьяный взгляд.

За доли секунды перед глазами пронеслись обрывки давних детских воспоминаний. Мама лежит на полу в коридоре, закрыв лицо руками. Пьяный отец завис над ней с огромным, как кирпич кулаком. И он, совсем еще маленький, изо всех сил колотит отца тощими детскими ручонками. Кричит от злости и дикой ненависти. Сколько ему тогда было, лет пять или шесть?

— Ты страх потерял, щенок? Я тебе сейчас шею сверну, будешь знать как вмешиваться во взрослые дела, — ревет красная бульдожья рожа пьяного отца, обдавая его брызгами и смрадным перегаром. Страшные и безумные глаза его на выкате, готовые выскочить из орбит.

Он вспомнил этот взгляд. Огромные, словно медвежьи лапы, руки. Одной он держал его в воздухе, а вторая, с растопыренными пальцами, дрожа от ярости, зависла перед его лицом. Но гораздо страшнее того пьяного, сумасшедшего взгляда отца и обезумевшей дрожи его рук был леденящий душу холодный взгляд мамы. Ее разбитое, окровавленное лицо промелькнуло за спиной отца. Взгляд этот он не забудет никогда. Взгляд перед броском, взгляд перед ударом. Чем она била отца, он уже и не помнил. Помнил только как выскользнул из ослабшей его руки и свалился на пол. Зарыдал и закрыл глаза руками. Самая безумная боль — это душевная боль. А мать продолжала бить рухнувшего на пол отца. Молча бить, неистово, с такой жестокостью, какой он ни разу в жизни не видел.

— Я тебя спрашиваю, — проревела широкая красная физиономия, глядя в холодные глаза мальчишки. Руки, свисавшие как плети, нащупали позади открытую коробку с бутылками.

Хлоп! — удар пришелся прямо в висок. Бутылка разлетелась в руках, залив безумную и удивленную рожу красной вонючей жидкостью. Леша успел зажмуриться. Осколки и брызги окатили их обоих. Здоровяк ослабил хватку и мальчишка выскользнул на пол.

Хлоп! — второй удар прилетел сверху, по носу и острые кромки бутылочного горлышка прочертили по лицу ровные красные полосы.

— Ах ты ж, сученок! — взревел огромный, пузатый бугай и схватился руками за лицо. Перед глазами Леши мелькнула кобура висевшая на широком кожаном ремне. Он ловко нырнув под руку, отщелкнул застежку и выхватил пистолет. Метнувшись через борт грузовика, он оказался у ног троих вооруженных людей. Выглядели они мерзко и устрашающе. Грязные высокие армейские ботинки, драные и не стиранные джинсы. И оружие. Все были вооружены.

— Опа! Это что такое? — удивился один из них. Широкий чёрный платок скрывал его лицо. Он скинул автомат с плеча и щелкнул предохранителем.

Леша метнулся в сторону и побежал. Позади раздался выстрел, он пригнулся и рванул к ближайшим кустам.

— Стоять! — раздался голос позади. Еще один выстрел. Пуля просвистела где-то над головой. Леша прыгнул в кусты и побежал, прорываясь сквозь колючие ветки.

Кусты закончились и перед ним метрах в пяти каменистая земля переходила в сплошную скалу и резко уходила вниз. Он был на краю обрыва, внизу лежала яркая, зеленая долина. Он побежал вдоль обрыва, но выскочив на широкую открытую площадку понял, что оказался в ловушке. Отвесная стена скалы преграждала путь слева, а справа и прямо перед ним из зарослей приближались вооруженные люди.

«Вот я попал!», — мелькнуло в голове.

Он обернулся и посмотрел вниз. Огромные и острые камни уступов внизу и бездонная глубина пропасти не оставляли и капли надежды на спасение.

«Ну вот видимо и все!» — подумал мальчишка, но вдруг чей-то голос успокаивающе зазвучал в его голове. Это были слова той женщины, анестезиолога, которая вводила ему лекарство в операционной:

«Ничего не бойся! Все будет хорошо! Больно не будет ни капельки, верь мне! Ты сейчас просто уснешь. А когда все закончится, ты проснешься в своей палате и твоя мама будет рядом с тобой!»

И вдруг страх гнавший его сюда, к этому обрыву исчез, растворился внутри, не оставив и следа. Руки перестали дрожать, голова стала ясная и все тревожные мысли ушли, оставив место чему то глубокому и неимоверно сильному. Тому, что спало в каждой его клеточке до этого самого момента.

Леша вскинул пистолет и направил в сторону густой зелени кустов. Отыскав сбоку флажок предохранителя, он щелкнул им и нажал на курок. От выстрела зазвенело в ушах. Леша направил оружие на мелькнувшую по близости в кустах фигуру.

Пятеро вооруженных мужчин, подходившие с разных сторон к щуплому, маленькому мальчишке, пригнулись и присели. Леша даже не оборачиваясь чувствовал пропасть за своей спиной. Но она его уже не пугала.

— Не стрелять! — Скомандовал крепкий, среднего роста мужчина лет сорока, по всей видимости главный из них. Он вышел из густых зарослей и встал напротив мальчишки. Он смотрел Леше прямо в глаза, а тот держал тяжелый пистолет в вытянутой руке и не мигая глядел на него.

Один из бандитов вышел вслед за главарем и сделал шаг в сторону мальчишки. Тот мгновенно, напрягшись как пружина, перевел оружие на него, готовый в любую секунду нажать на курок.

— Захар, назад! — скомандовал старший и слегка усмехнувшись, обернулся:

— Ну-ка разошлись все, я сам тут разберусь.

Все молча и беспрекословно отступили, в недоумении поглядывая на своего главаря и щуплого мальчишку, стоящего на краю пропасти.

— Ты две бутылки Майсена разбил, ты теперь мне должен.

— На жирного запиши, по его морде стекало. Я ни капельки не попробовал.

Старший весело рассмеялся:

— Ты с приюта сбежал?

— Не успели до приюта довезти.

— Понятно. Куда дальше? Вниз? Ну прыгай. Мои люди тебя отсюда не выпустят.

Мальчишка промолчал.

— Ну хочешь стоять, стой.

Старший развернулся и не оборачиваясь, пошел прочь.

Леша опустил затекшую руку с пистолетом и остался один на краю пропасти.

Солнце скрылось за горизонтом и на темном небе появились первые звезды. Леша лежал на остывающей после дневной жары каменистой земле, возле обрыва. Желудок урчал, хотелось есть, но сильнее всего хотелось пить. Свернув куртку под голову, он лежал с вытянутой вверх рукой. Он поднял пистолет в черное звездное небо и водил им, целясь то в одну звезду, то в другую. Он понимал что за ним сейчас наблюдают и его не оставят тут без присмотра. Если он уснет, то…

«А что они сделают? Пристрелят? Давно уже могли это сделать».

Он опустил руку и нечаянно нажал на курок. Выстрел в темноте громыхнул неожиданно и очень сильно. Леша сам испугавшись выстрела, подскочил. На ярко освещенной площадке замелькали фигуры, а в кустах послышалось шуршание и раздался голос главаря.

— Ты застрелился тут что ли?

— Не дождетесь, — беззлобно огрызнулся мальчишка в сторону темной фигуры, стоявшей где-то позади.

— Воды дайте, чтоб я у вас тут в потемках не шарил.

Тяжелая фляжка упала на землю возле его ног. Мальчишка схватил ее и отвинтив крышку, взахлеб стал глотать теплую воду.

— Эй, принесите хорьку пожрать, — крикнул старший, мелькавшим на освещенной площадке фигурам:

— Только близко не подходите, что б он вас не искусал.

Через пару минут возле него шлепнулась на землю большая лепешка. И еще через мгновение рядом глухо ударилась о камни консервная банка. Жестяная банка покатилась к краю обрыва и Леша кинулся на нее в темноте, слыша только ее звук.

— Ножик дайте! Чем я ее открою? — Леша сидел на краю скалы и вертел пойманную в последний момент банку в руках.

— Обойдешься. А то прирежешь еще кого-нибудь ночью, — раздался ставший уже знакомым голос.

Леша вздохнул, перевернул банку завальцованным ребром вниз и с усилием начал тереть ей о шершавую поверхность скалы. Он видел как-то в интернете, что можно ее так открыть, но вот испытать этот метод ему довелось только сейчас. Скрежет жести о камень в темноте раздавался на всю долину.

Когда скрежет стих, а камень под банкой стал сыреть, Леша быстро перевернул ее. Он осторожно приник губами к острым и зазубренным краям горячего металла. Осушив жидкость до конца, он еще немного поскрежетал жестянкой по камню. Наконец банка щелкнула и мальчишка осторожно ее перевернул.

— Я вас и без ножа, пустой консервной банкой разделаю, — бубнил он себе под нос, отрывая острый тонкий металл, под которым так аппетитно пахли крупные куски тушеного мяса.

— Что ты с ним возишься, не понимаю, — тихо спросил один, из стоящих в темных зарослях у другого.

— Вот именно что ни хрена ты не понимаешь, — ответил второй, чья темная фигура вот уже полчаса как неподвижно стояла тут, в темноте. Он кивнул на мальчишку, сидящего на краю обрыва и скребущего по полупустой банке согнутой жестяной крышкой.

— Это мелкий хорек десятерых таких баранов как вы стоит.

— Потом они стали брать меня с собою на рейды. Вы даже не представляете что они вытворяли, — Зевс потянулся к высокому блюду с жареной рыбой и ухватив одну за хвост, переложил к себе в тарелку. Рут и Дед молча слушали его рассказ. Они смотрели с каким аппетитом он уплетает пойманную Дедом и пожаренную Максимом рыбку.

— И однажды они привезли вас. Я, когда взял ваши телефоны и полистал информацию, не поверил своим глазам. А там, в сарае, когда вас увидел, сразу понял что это вы и есть.

— Меня чуть приступ не тяпнул, когда мне Максим рассказал кто ты такой, — усмехнулся Дед и положил Леше в тарелку запеченной картошки.

— А теперь вы расскажите, где мы и как домой попасть?

Рут и Дед переглянулись, решая кому об этом рассказывать.

— Давай я скажу, — помедлив, произнес Дед, а Максим молча кивнул ему в ответ головой.

— Эй, вы меня давайте не пугайте, говорите всю правду! — Зевс отложил обглоданный хребет очередной рыбы в сторону и настороженно смотрел то на одного, то на другого.

— Я попробую тебе все сейчас рассказать. Пока это только догадки, основанные на наших личных воспоминаниях. А теперь на твоем рассказе тоже…

— Что случилось, Дед? Я сейчас с ума сойду…

— Судя по твоему рассказу, врачи тебя не спасли. Тебя не стало там, на операционном столе. А твое сознание было восстановлено здесь, уже в новом теле. Не знаем пока по каким технологиям… Не по ДНК вроде, но мы это все постараемся выяснить… В общем, мы все умерли и сейчас мы в новом мире, и нашего прежнего дома в этом мире нет!

Мальчик опустил глаза, закрыл уши руками и слезы потекли по его щекам.