Корона пепла

ГЛАВА ПЕРВАЯ ЧЁРНЫЙ ПАЛЕЦВ тот день, когда Михаил Ремезов умер, Иерусалим был холоднее, чем должен быть в октябре.Дождь не лил — он висел в воздухе мелкой серой взвесью и ложился на камень так осторожно, словно тоже боялся потревожить город. Михаил стоял в подземном хранилище библиотеки, над столом с лампой и двумя парами перчаток, и смотрел на лист пергамента, которого, по всем правилам, не могло существовать.Он знал это не потому, что был склонен к мистике. Наоборот, за последние пятнадцать лет он выучил в себе почти физическую неприязнь к словам «тайна», «проклятие» и «сенсация». Тайны обычно оказывались ошибками каталога. Проклятия — плесенью. Сенсации — поздней подделкой, изготовленной для того, чтобы какой-нибудь богатый человек почувствовал себя владельцем прошлого.Но этот лист был старше всех его привычных объяснений.Верхний текст шёл по-латыни, неровной рукой, знакомой ему по к…