Королевство Войда | Тёмный попаданец

Глава 1

Размазал бы выродков своими руками!

Телефон с размаху улетел в стену, ударился углом и с грохотом свалился на пол, оставив след на штукатурке. Я сжимал и разжимал пальцы, пытаясь придушить кого-то невидимого, а в черепной коробке бился тяжёлый колокол.

— Успокойся и думай. — Я вмазал себе пару увесистых пощёчин и переключился. — Не настолько же они там конченые!

После всего, через что прошёл в детстве, я сильно в этом сомневался, но подобрал и зло сдавил выскальзывающий из пальцев смартфон. Я хотел убедиться, что это какая-то ошибка. По гладкому стеклу разбегался узор трещин на пол экрана, но сенсор вроде работал.

Набирая номер интерната, я долго смотрел на цифры, собирался с духом. Ради брата я не скатился по наклонной, выстроил себя, выжил среди таких ублюдков, что на их фоне даже я покажусь безобидной и приятной личностью.

Как выбрался за стены интерната, периодически звонил ему и напоминал о своём существовании. Мы едва помнили друг друга, и для меня он был больше светлой целью и ориентиром, но это единственный человек, которого я действительно мог назвать семьёй.

Поэтому я вздохнул и нажал на кнопку вызова. Я надеялся услышать, что всё в порядке, тогда я просто позвал бы Тимоху на пару слов, съел бы шмат запечёного мяса и списался с подружкой из внушительного списка контактов, чтобы встретиться и снять стресс.

Трубку взяла уже не по разу знакомая мне женщина, то ли Валентина, то ли Ирина – никогда не старался запомнить...

— Да. Я насчёт Тимофея Игнатова. Старший брат. — Я говорил коротко, чтобы держать голос ровным. — Всё верно. Хочу узнать, где он сейчас.

Сосредоточившись на этом, я отрешённо слушал, как женщина по ту сторону долбит по клавиатуре.

— Когда? Это точная информация? — Рука крепко сдавливала телефон, и я, уже не сдерживаясь, сорвался. — А почему ты, шалава, или кто-то ещё из твоей конторы пидорасов не позвонил мне и не сказал это лично? Как вы, суки, это допустили?!

После короткого молчания на том конце раздались короткие гудки, и я снова замахнулся, чтобы размазать телефон об пол. Остановился в последнюю секунду: связь мне сейчас понадобится. Из горла вырвался то ли рык, то ли хрип, и я сцепил зубы, пока набирал номер своего юриста.

— Станислав Викторович! Да! Не понадобится уже… эти твари сгноили Тимоху.

Стараясь дышать ровно, я выдал всё, что знал: пневмония, острая лёгочная недостаточность, кома, смерть. Не забыл и про то, что ещё полторы недели назад младший кашлял мне в трубку – уже тогда у него началась лёгкая простуда. А вишенкой на торте было то, как именно меня оповестили: сообщение на электронке, улетевшее в спам вместе с рекламой доставки еды.

Юрист посоветовал успокоиться... да какое там! Я не прогнулся под старшаков, чудом избежал криминала и не стал калекой. Не спился, не залудоманил и не влез в долги. Отучился, дождался эту чёртову квартиру и почти нашёл нормальную работу, чтобы забрать брата.

Всегда считал себя хладнокровным и даже бесчувственным, но сейчас мозг с трудом работал из-за эмоционального шума. Я привык решать вопросы исподтишка, чужими руками… сейчас только голос Акимова в телефоне удерживал меня от того, чтобы пойти душить ублюдков самолично.

— Станислав Викторович. Я просто хочу засадить причастных. — Бросил я тем же ровным тоном, пропустив почти всё, что он говорил до этого.

Голос в трубке сразу начал рассказывать, что это, видите ли, не его профиль. Он может посоветовать человека, но нужно время, сначала разобраться в ситуации. Пока он рассуждал про объём работы и цену, я сбросил звонок и снова отшвырнул телефон прочь.

— И ты тоже пошёл на…

Я глубоко вдохнул и выдохнул, так и не закончив фразу. Решил, что с Акимовым я поговорю снова чуть позже: вдруг всё же предложит дельную идею или толкового коллегу. Сейчас мне не до его бубнежа, а что точно поможет – это выйти на улицу. Больше я не желал ничего, пока по телу гуляла злоба, а ноги сами собой бросали меня туда-сюда вдоль комнаты широкими быстрыми шагами.

Я мог только представить, в какую апатию впаду, стоит мне смириться с этим, поэтому засадить кого-то за решётку – достойная долгосрочная цель. Единственная цель, которая у меня пока что осталась.

Окинув взглядом стены однушки, которая разом потеряла всю свою ценность и ощущение домашнего уюта, я накинул кофту, натянул кроссовки и быстро вышел в подъезд. Спустя пару шагов вспомнил, что забыл запереть дверь на ключ, но только пожал плечами и направился вниз, выйдя под пасмурное вечернее небо с мелким моросящим дождём. Люди возвращались домой с работы, мелькал свет фар и вывесок магазинчиков на первом этаже, а я уходил куда-то в туман.

Скоро я покинул район с новостройками и примерно через полчаса уже был в центре, ощущая, как с каждым шагом тупая боль между рёбер и раскалённая ярость собираются вместе в жёсткую решимость.

Нет, на какой-то там мести всё не закончится. Я не стану устраивать самосуд и ломать свою жизнь. Как только засажу урода, который допустил смерть брата, во что бы то ни стало стану кем-то, сразу за нас двоих. Заставлю окружающих смотреть на меня, как на человека, а не нежелательный элемент.

Когда нас разделили, ему было всего два года – забрали из коммуналки с телами забитой матери и вусмерть бухущего отчима. Тимофей мёртв из-за халатности, и через нас переступили, как через какой-то мусор... мы всегда были мусором в глазах тех, кто должен был нам помогать, сколько ни старайся и ни трудись. Но больше нет того, ради кого я мог бы носить овечью шкуру и бегать с бесполезными бумажками.

У меня были все таланты, чтобы подняться по головам наверх – не совсем честными способами, но видимо так всё в жизни и работает. Моя ошибка в том, что я их редко использовал. Выйдя в большой мир, даже старался быть правильным, заслужить то, что мне и так положено. Больше этой ошибки не повторится.

С это мыслью я сделал очередной шаг и завис посреди нигде.

Всего на долю секунды, но внутренности вдруг закрутило в тугой жгут, выжимая, встряхивая и расправляя обратно, а в голове пронёсся такой спектр эмоций, что после я уже не мог понять, что было в этом коктейле чувств, а чего нет. Весь мой мир на мгновение погрузился во тьму, и там что-то произошло. Время растягивалось и сжималось от безумно короткого до бесконечно огромного, пока наконец меня не выплюнуло вперёд.

Морщась от внезапного света, пробившего через прорези мне в лицо, я сбился с шага, оступился, и со скрежетом неловко ступил на ногу в… железном сапоге.

Ещё не прошёл ступор: я начал движение посреди оживлённого мегаполиса, а теперь стих шум, запахло свежим навозом, до меня донесся смех и разговоры толпы, приглушённая далёкая музыка.

Холод до сих пор сковывал и тело, и мысли, и я очень медленно начал оглядываться по сторонам, потихоньку отмечая, что во-первых – на мне тёмная, почти чёрная броня, как у средневекового рыцаря, со зловещими красными вставками, а на поясе висит вычурный фэнтезийный меч в ножнах.

— Это я призвала тебя, воспитанник Войда! — Раздался рядом до ужаса скрипучий, почти старческий горделивый голос. — Будь благодарен и как следует поприветствуй свою тёмную госпожу!

Мой взгляд метнулся на фигуру в потёртой робе со светящимся грубым посохом, зловещий свет на набалдашнике быстро угас. Грязные жидкие патлы, вперемешку седые и чёрные, выбивались из-под одежды, половина её лица держалась в тени, но я и отсюда видел такую же жирную кожу и гнилые зубы.

Мы стояли в узком переулке между высокими каменными домами, и отчего-то карга очень сильно нервничала. В другой ситуации я бы тут же огрызнулся или сострил, послав её к чёрту, но последствия переноса никак не давали прийти в себя и распутать клубок мыслей в единую нить.

— Приказа молча пялиться не было, червь. — С некоторым раздражением процедила та. — Склони голову и произнеси слова клятвы, как тебя учили.

Она потянулась ко мне своими тощими пальцами, и это послужило триггером. Я пришёл в себя, грубо одёрнул руку и отпихнул каргу, чтобы не дышала нечищеным ртом. Угасшая злость вернулась ко мне с новой силой, вместе с ней и ясность сознания.

Я попал в другой мир... мне что, даже не позволят обратиться к закону? Жгучее чувство неправильности и досады заставило заскрипеть зубами.

— Чё тебе надо, клуша старая? Нахер ты меня сюда затащила? — Грубо спросил я, срывая свою злость на ней. — Верни обратно!

Я слегка толкнул её ещё раз. Карга отлетела, возмущённо охнула, злобно цокнула, взмахнула посохом: навершие и левый зрачок загорелись зелёным свечением, а я затупил, пытаясь протереть глаза. Шлем, правда, помешал…

— И как такой червяк выживал в Войде? — Пробормотала она под нос. — Силы немного есть, а потенциала развития никакого. Полный ноль. Мусор.

— Ах ты тупая старая свинья… — После её слов меня аж передёрнуло неприятной ассоциацией, навевая мысли, которые крутились в голове то ли минуту, то ли вечность назад.

Договорить я не успел – задрожала земля, и невидимая громада начала давить на плечи. Будто сверху разом пару центнеров накинули... казалось, что я вот-вот не выдержу, но дрожащие колени выстояли, хотя от чудовищного давления подо мной треснула брусчатка.

Набалдашник посоха вспыхнул сильнее, на этот раз красным. И чем сильнее карга давила на плечи, тем чернее становилась моя злоба. Это ощущение уже было не только моим – слишком сильное, концентрированное, мерзкое.

— Ну, будем работать с тем, что есть. — Совсем не ощущая угрозы, разочарованно проскрипела карга. — Времени в обрез, но мне придётся научить тебя послушанию и хорошенько выдрессировать.

Медленно, но верно, я распрямил плечи под весом её силы, голову будто взяло в тиски. Сейчас я ненавидел тварь передо мной каждым уголком моего сердца, искренне желая ей только подохнуть в муках. За то, что выдернула против воли, за то, что не дала восстановить справедливость. Перед глазами всплыло видение, как достаю меч из ножен, делаю короткий и плавный взмах…

В последнюю секунду глаза ведьмы изумлённо раскрылись, рот широко распахнулся, перекошенный от ужаса, а я с наслаждением зажмурился, и тело самое повело вперёд, воплощая картину в реальность.

Рука взялась за рукоять, как если бы я делал это тысячи раз, мышцы напряглись, налились густой и пьянящей силой, способной крошить скалы. С трёх метров, разделяющих нас, я сделал резкий взмах, и волновой разрез сорвался с лезвия, впечатался в стену за спиной мерзкой карги.

Затрещала и захрустела каменная кладка, часть осыпалась осколками, а надрубленное тело стояло в прежней позе ещё пару секунд, отказываясь верить в свою смерть.

Ведьма в балахоне шмякнулась на покрытую трещинами брусчатку гнилым мешком, хлынула горячая кровь, а и из моего тела во все стороны струилась густая чёрная жижа, заполняющая всё вокруг жирным нефтяным пятном.

Я вдруг опомнился, проморгался, вспомнил, как дышать, и только тогда понял, что только что убил человека. Ну и поделом старой корове! Что наколдуешь – то и пожнёшь.

Мне удалось перебороть себя и подавить злобу, но ощущение жестокой силы было таким манящим, что меня аж передёрнуло. Снова взглянул на тело... мерзкое зрелище. “ — М-да, какой богатый... внутренний мир. “ — Я с трудом отодрал забрало шлема, поднял его кверху и основательно прочистил желудок себе прямо под ноги, добавив к запахам конского навоза, пыли и плесени ещё один аромат.

Расползшаяся из моего тела тёмная жижа медленно втягивалась в землю – остались только следы от колдунств карги, её развороченное грубым ударом тело, да провал в стене, ведущий на какой-то склад.

“ — Влип ты, Лёня… валить надо, пока не повязали! “ — Вот только куда? Я вздохнул, понимая, что остался один в незнакомом городе и без капли информации, с трупом на руках. Впереди тупик, по бокам глухие стены домов, а позади оживлённая улица.

Я смачно выругался, затем убрал клинок и вытер лицо от остатков обеда, покинувшего мой желудок, опустил забрало шлема. Опираясь на шатающиеся обломки камней, я пролез в разлом, образовавшийся после взмаха. За стеной действительно был чей-то склад, но я не придавал значения тому, что именно в нём лежит. Какие-то мешки, коробки, небрежно сколоченные стеллажи, деревянные бадьи, вёдра, всевозможные инструменты. Всё это добро мне было не нужно.

Свет с улицы едва попадал внутрь, поэтому дверь на другом конце комнаты я нашёл почти что наощупь. Приложив к ней ухо, я выждал пару секунд, понял, что оттуда не идёт никакого шума, и с размаху врезался в неё плечом.

Хоть я и не думал, что реально могу снести тяжёлую дверь с петель, но предчувствие не подвело. Непонятно, что случилось с моим телом во время переноса, но уже со второго мощного удара я с грохотом вывалился в коридор, выломав петли вместе с частью стены и едва не распластавшись там же.

Мысленно скрестив пальцы, чтобы не встретить хозяев дома, я выглянул в одно из окон и с приглушённым металлическим скрипом брони осмотрел комнаты. Двигаясь крадучись, таким нехитрым образом я быстро нашёл дверь на задний двор, откуда через решётку можно было разглядеть и выход к оживлённой улице.

На секунду я встал на месте, прислушавшись. Прямо передо мной была лестница на второй этаж, и оттуда шли встревоженный женский и детские голоса, что заставило холодный пот выступить на лбу. У меня и после одного трупа осталось смешанное послевкусие... Может, я и не был образцом морали, но прирезать совершенно непричастных мать с ребёнком пока был морально не готов.

“ — Так, теперь точно пора рвать когти. “ — Я в спешке убрал толстый засов и приоткрыл дверь наружу, тут же уверенным шагом направившись к улице, чтобы затеряться в толпе.

План был хорош, я наверняка успешно изображал обычного рыцаря, идущего по своим рыцарским делам. За одним исключением: спустя полминуты я заметил, что люди уж слишком странно пялятся на меня, пятятся, кто-то и вовсе побросал свои вещи и дал дёру…

Простые рабочие и крестьяне в заношенных потных рубахах и шерстяных штанах, женщины в расшитых платьях, торговцы, даже пара воинов в нелепых доспехах, собранных по принципу “на что денег хватило”. Не без иронии я отметил, что последние бросились наутёк даже раньше остальных.

— Тёмная тварь, демонический выродок! — Выпучив глаза, заорала какая-то дамочка, прижимая к груди двух чад.

— Спаси нас Эллея! — Возопил ещё один мужик, кинул в меня корзиной с яблоками и убежал.

Вокруг меня образовалась живая волна, которая отступала всё дальше. Крики, вопли и мольбы слились в ужасную кашу, пока я думал, куда бы податься. Куда ни глянь – везде бесконечные ряды домов, неподалёку высокий шпиль светлой башни, а вдаль уходят крепостные стены.

“ — Вот же кретин… “ — Я стукнул себя латной перчаткой по шлему. Я рассчитывал на что-то более фэнтезийное, а оказался бельмом на глазу: всего-то и нужно было снять эту чёртову броню! Туда могла и кровь попасть, и дизайн у неё наверняка не как у светлого паладина.

— Мамочка, я не хочу умирать!

— Стражу зовите, быстро!

— А ну, мужики, валите выродка!

Вместе с последним выкриком, тут и там навстречу выходили крепкие мужики, закатывая рукава и хватаясь за инструменты.

Молоты, топоры, серпы… угрожающие топнув на них с металлическим грохотом для устрашения, я попытался проскочить, но едва не напоролся на вилы. Борцы за права рабочего класса сначала шарахнулись в стороны, но на провокацию не поддались и лишь схватили инструменты покрепче.

Вновь голову сдавила беспричинная злость, на этот раз направленная на этих людей. Непроизвольно я положил руку на меч, а мышечная память убеждала меня, что стоит потянуть за рукоять, и я зарублю двоих мужиков за раз быстрее, чем те успеют направить на меня свои орудия.

Это… в равной степени успокаивало и напрягало. А кто-то или что-то в моём теле окутывало приятными волнами экстаза, подкидывая всё новые и новые картины расправы.

— Уходите отсюда. Мне не за чем вас убивать. — Медля, я сделал последнюю попытку договориться.

Из-под шлема мой голос звучал грозно, даже слишком, но смысл слов до них всё равно дошёл. Правда, не совсем верно.

— Смотрите, тёмный гад отступает!

— Он нас боится, задавим его числом!

— За наших детей!

Отойти было некуда, а жители, осмелев, начали приближаться. “ — Да за каких, к чёрту, детей?! Я ж нихрена вам не сделал!” — однако, вслух я ничего не произнёс. Вот же настырные идиоты… мне совсем не хотелось их убивать, но похоже, другого выбора не было. Или я, или они.

Вместо лишних слов я перестал противиться и поддался этому чувству, вновь в моё тело хлынула сила, снова чёрная жижа пошла наружу, выливаясь через щели доспеха и зловещей дымкой растекаясь по земле.

Даже это зрелище не отпугнуло врагов. Тот, что был с вилами, ударил, целя мне в грудь. Рука пошла сама, быстрее, чем я успел подумать: клинок выпорхнул из ножен, отсёк насадку от древка, кисть рефлекторно развернулась и пошла обратным движением, отрезав парню руку.

Всё, что мне осталось – отключить мозг, отбросить человечность и начать резать, прорубая путь к свободе…

Три разрубленных тела отлетели в сторону чуть больше, чем за секунду, но как быстро бы я ни двигался, их было слишком много – удары посыпались на доспех, отдавая вибрацией в тело.

Вот я пырнул кого-то в живот и рубанул мечом наотмашь, порезав грудь следующему, пока толпа орала и улюлюкала. Мне почти удалось пробиться, когда за ногу зацепилась коса, кто-то обмотал предплечье цепью. Я рванулся, сбрасывая с себя сразу троих, но их место заняли следующие.

Ублюдки буквально кидались на меня всем телом, заставляли увязнуть в их телах, и продолжали орать мне в ухо свои лозунги. Воняло кровью и блевотиной, резать и колоть становилось сложнее. Я дал кому-то в зубы наугад, но тот повис мёртвым грузом, не отпустив латную перчатку.

В конце я понял, что так меня не убьют, но завалят точно. Если бы я сразу пытался убить, а не уйти – все шансы были, а так…

Вдруг всё изменилось. Ор с торжествующего сменился на вопли агонии. Краем глаза я увидел через прорези, как трое рабочих вспыхнули живыми факелами. Почуяв слабину, я с нечеловеческой силой раскидал пятёрку вцепившихся в меня тел, раздал несколько пинков и ударов кулака, вминая чью-то челюсть и ломая кости. В мышцах будто стояли пружины, каждый удар делая лёгким и смертоносным.

Ещё одного парня передо мной разорвало изнутри, и только тогда толпа окончательно переключилась на кого-то ещё. Я собирался свалить под шумок, но оглянулся и замер.

На них налетела маленькая, но грациозная фигура в драных нищенских обмотках и плаще, блеснул металл, и кровь фонтаном брызнула из горла одного из агрессоров. Незнакомка орудовала ножами быстро, уверенно и ловко, что я аж засмотрелся на этот омерзительный и прекрасный танец смерти.

А потом увидел, как к ней подбираются сзади.

Теперь решение взяться за меч для убийства было полностью моим, осознанным. Я подался вперёд всем телом, протыкая спину мужика с топором, позволил телу соскользнуть и отсёк голову второму вместе с выставленной для защиты косой, едва он успел развернуться.

Ненависть пылала, вспыхнул красным пламенем кристалл в рукояти меча, прося ещё жертв. А я вошёл во вкус и налетел сразу на троих испуганно сжавших инструменты горожан.

Ушёл от топора, лёгонько отклонившись в сторону, схватил вилы, потянув на себя, и в три удара буквально покрошил двух нападавших. Сила срывалась с лезвия, с кончиков пальцев – каждый взмах шёл дальше и крошил брусчатку, вгрызся в чью-то торговую палатку, располовинил брошенную телегу.

Парень с ножом, совсем молодой по сравнению с ними, заозирался, увидел, что никого больше нет, и собирался бежать, когда из его груди вышел кончик стального лезвия.

Хрипя, рухнуло на окровавленный камень последнее тело, и улица опустела. Только я, гора трупов, брошенные вещи и незнакомка, пришедшая мне на помощь.

Совсем невысокая, полтора метра ростом, девушка сдвинула капюшон руками со свежими ожогами, и я наконец-то смог осмотреть лицо той, кто пришёл мне на помощь. Тёмно-красные волосы, опущенные вниз острые уши, странные ромбовидные зрачки – она точно была не человеком. Я разглядывал насыщенно-розовую кожу, отметил худощавость и маленький рост... хотя какая разница, если она мне помогла?

— Спасибо, что ли... — Я вздохнул, ожидая какой-то подвох.

" — Не знаю, чего эта диковинка потребует за свою помощь, но лучше разобраться с этим побыстрее. " — Подумал я, не удержавшись от подозрительного прищура. А девица решила удивить меня по-крупному. Она резко упала на колени и склонила голову, пока я в растерянности хлопал глазами, и пылко и вдохновлённо произнесла:

— Прошу вас, станьте моим господином!

Глава 2

Сказать, что я выпал в ступор – это всё равно, что промолчать. Глядя на девицу, которая превратилась в статую, будто уже ждала приказов, меня накрыло чувство, что все в этом мире имеют какие-то проблемы с головой или очень яркие фетиши.

Впрочем, мне, который стоял посреди вырезанной улицы, было не до того, чтобы перебирать харчами. Эта девочка – моя единственная соломинка, и без неё я просто превращусь в дичь, которую будут весело и с улюлюканьем загонять всем городом.

— Хорошо, согласен. — Я не понимал, что ей движет, но не стал спорить.

— Тогда… клянусь служить вам верой и правдой до самого последнего вздоха.

Ушастая широко улыбнулась, заблестели глаза, будто я ей лучший в мире комплимент сделал. Она начертила что-то пальцами в воздухе и одухотворённо прикрыла глаза с тем выражением, с которым обычно ждут ответных действий.

— Выведи меня отсюда, у нас мало времени.

Даже если это и был какой-то ритуал, я не знал нужных слов, поэтому поднял ушастую БДСМ-щицу за плечи, хорошенько встряхнул её и поставил на липкую от застывающей на жаре крови брусчатку. В тот момент злое чёрное пламя в груди отозвалось лёгкой приятной волной, разбежавшейся по всему телу…

Знание, что я не один в этом мире. Где бы я ни был, нас теперь двое. А ещё, если захочу – смогу ей приказывать, но для меня это больше подстраховка от ножа в спину. Никому нельзя доверять больше, чем нужно. Это работало в том мире, наверняка также работает в этом.

И в то же время стало легче дышать, злоба, не давящая на череп, но неосязаемо стоящая рядом, чуть отступила. Пока что.

“ — Время. ” — Напомнил я себе, встряхнувшись и отгоняя наваждение.

С другого конца опустевшей улицы к нам уже бежало с два десятка парней в доспехах, и ещё неисчислимая толпа ополчения. Только тогда девчонка вспомнила, в каком месте и положении мы находимся.

— Сюда. — Оглянувшись всего на секунду, она взяла меня за руку и резко дёрнула в противоположную сторону.

Ушастая улизнула в очередной переулок и сразу же понеслась стремительно, как дикая кошка, едва не припадая к земле. Всё это она делала, держа меня за руку, и я чуть не запутался в ногах, когда пытался не отставать.

— Эй, давай помедленнее! — Возмутился было я, но вскоре понял, что вполне могу держать её темп.

Благо длинноухая не замедлилась, а наоборот – выпустила мою руку и припустила быстрее прежнего. Она перепрыгнула кучу мусора, оттолкнула какого-то крестьянина, сбив его с ног, пнула стоящие на пути подмостки у дома, на крыше которого копошились рабочие. Всё, чтобы освободить мне дорогу.

По ходу я адаптировался к нагрузке и молча офигевал от скорости, сосредоточившись на одном: не потерять проводницу. Интуитивно я повторял за ней, отталкивался от стен, расчерчивал сапогами брусчатку на поворотах, борясь с инерцией.

Появлялась одышка, бежать становилось труднее, и в какой-то момент я уже думал, что потеряю ушастую из виду, но перед нами выросла высоченная городская стена.

— Мы на месте, господин.

Девушка ждала меня, даже не запыхавшись, что задевало моё самолюбие. Я был готов выплюнуть свои внутренности, и теперь всеми силами пытался не показывать это, чтобы не портить репутацию перед первой в моей жизни подчинённой. И опять тело знало больше меня, пыталось подсказать правильный ритм и положение. Хватало и сил, и реакции, это именно я, рулевой в черепной коробке, не успевал подстраиваться.

— Ладно… что дальше? — Согнувшись и задыхаясь, я уже приметил решётку канализационного стока перед нами, поэтому вопрос был больше риторическим.

Такие решётки, размером примерно метр на сорок, изредка встречались у бордюра вдоль всей стены, и эта конкретная особо не выделялась, если не считать чуть отогнутого верхнего края. И не заметишь, если не будешь приглядываться специально.

— Через ворота нам не пройти, выйдем тут. — Пояснила ушастая.

Когда она напряглась, с огромным трудом стягивая тяжёлую железку наспех перемотанными руками в ожогах, я не выдержал – отодвинул её в сторону и сделал это сам.

— Надрываться не обязательно. — Заглянув внутрь, я прикинул высоту, а затем жестом приказал ей спускаться первой.

— Но…

Не найдя, что сказать, девушка послушно кивнула и ловко скользнула в шель. Затем, примерившись, с трудом протиснулся и я с решёткой в руках, извернулся и кое-как заткнул дыру изнутри, спрыгнув вниз.

— М-да. — Я отряхнул руки и огляделся. — По канализации лазать мне ещё не приходилось.

Под ногами хлюпали сточные воды, доходя до щиколотки. Запах тухлятины, сырости и плесени въедался внутрь черепа. Но есть и плюсы: по крайней мере, старые ароматы ушли, и уже не так ярко перед глазами стояла та бойня, что мы устроили посреди улицы.

— Прошу меня простить... — Подала голос девушка, похоже, воспринявшая замечание на свой счёт. — Это единственный безопасный путь.

— Хорош извиняться за всё подряд. — Я поморщился и отмахнулся. — Крепостное право отменили в 1861-ом, просто делай своё дело.

Ушастая уставилась на меня, искренне пытаясь понять смысл фразы. Для неё клятва услужения не была пустым звуком, поэтому она готова была тягать вместо меня огромные железки, но это – мартышкин труд, а бесконечные извинения – сотрясание воздуха.

Тут нужно сразу прояснить. Моя цель – стать “кем-то”, а не вытирать ноги о каждого встречного, чтобы ублажить уязвлённое самолюбие. Пусть каждый делает то, что у него лучше получается... если на моё благо, я только за.

— Не обращай внимания, к слову пришлось. Пошли дальше. — Ну а пока мы двигались по стоку, разгребая ногами вонючую затхлую воду, у меня появилось время немного поболтать и выяснить… да хоть что-то. — К чему вообще… ну… вот это вот всё? Зачем помогаешь мне?

— Просто... ваша тёмная аура была прекрасна. Я прибежала сразу, как ощутила её. — С мечтательной улыбкой проговорила та, но каким-то уж больно грустным голосом. — Мой прежний хозяин умер… давно. Для феи жизнь без услужения ничтожна и бессмысленна. Поэтому прошу, верьте мне и позвольте остаться рядом.

— Понятно. Я и не собирался тебя гнать. — Я хмыкнул и хлопнул её по плечу. — Рассчитываю на тебя.

Как я и думал, это были те слова, что замотивируют её работать старательней. Она не ко мне подлизывается, а подчиняется той злой силе. Я не был таким дураком, чтобы задрать нос и воспринять это на свой счёт, но клянусь... “ — Рано или поздно я стану тем, кто заслужит восхищённые взгляды за собственные таланты и свои заслуги.”

Вскоре мы остановились, вмиг девушка вскарабкалась на толстую трубу, выходящую из стены, протягивая мне руку. Я забрался следом, чудом не поскользнувшись и не ударившись головой. Из-за роста мне пришлось пригнуть голову, чтобы продолжать идти. У полторашки-феи таких проблем не возникало, поэтому я опять начал отставать, едва слышно ругаясь под нос.

Мы куда-то свернули, спустились с уступа, прошли ещё, снова поднялись выше – я перестал ориентироваться в этом лабиринте, едва разбирая девушку во мраке, который разгоняло только слабое свечение от её ладоней. К колдовству я почти привык, а в этой дыре просто радовался тому, что оно вообще существует.

— Да, кстати… как тебя зовут?

— Дуччи, господин. — Ответила та, даже не обернувшись.

— Отлично. Я – Леон.

Я решил обрезать родное имя до чего-то более фэнтезийного, но вдруг заметил, как та замедлилась, на секунду изменившись в лице.

— Что-то не так?

— Не знаю… ничего. Простите. — Она встряхнула головой, двинувшись дальше. — Благодарю вас.

Я не стал уточнять, за что, ведь за очередным поворотом виднелась тонкая полоска дневного света. Спутница, вскарабкавшись по лестнице, поднатужилась и выбила люк. Мы снова вышли на поверхность, но уже в местечке попроще.

Позади виднелась стена и огромный готический шпиль, который, наверное, был заметен из любой части города и далеко за ним. Под ногами – трава и вытоптанные пыльные дорожки между простыми лачугами.

Здесь каменные дома, и даже основа из каменной кладки были большой редкостью. В отличии от прошлого района, улицы не шли прямо, не просматривались, а сворачивали куда-то, образуя своеобразную кровеносную систему.

Пока я осматривался, фея в спешке вернула люк на место и снова потянула меня за руку, на этот раз не так резко. Мы скрылись за домом ровно в тот момент, как какой-то бедолага появился из-за угла.

— Господин, из-за призыва героя в городе много патрулей, а нас уже должны искать... — Шепнула напряжённо девушка. — Я знаю пару мест, где можно укрыться, но может вы уберёте доспех Вестника Зла?

Вестник Зла… я чуть воздухом не подавился. Лязг от удара перчаткой по шлему вышел громче, чем нужно, так что поток мата я сдержал, чтобы не привлекать ещё больше внимания. Как-никак, а на задний двор домов, где мы спрятались, тоже выходили окна.

Это так тупо, что даже имеет смысл. Ну и на какой приём я рассчитывал, выходя в толпу одетый, как “Вестник Зла”, ещё и в день какого-то важного события? Это ещё легко отделался.

Мои мысли вернулись к мёртвой ведьме: она не просто так призвала меня, а под конкретную цель. Неважно, испортить ли некий призыв, или что-то украсть под шумок. Ещё ведь говорила что-то про выжившего воспитанника Войда, и точно не имела в виду Землю, или дом-интернат “Нежные объятия”. Если б она не убилась об меня, то убился бы я об стражу.

Я попытался стянуть с себя броню, но понял, что не знаю, как она крепится. Всё, на что меня хватило – это снова поднять забрало. Хотел было попросить девушку подсобить с этим, но…

— Смотрите, там кто-то есть! — Грубый мужской окрик застал нас врасплох.

Мы резко рванули в сторону, да только было уже поздно – я заметил группу вооружённых стражей, а они увидели нас.

— А ну стоять! Тёмный за домом, обходите! — Раздался голос из-за стены, затем с обеих сторон послышался приближающийся топот.

И как только они так быстро узнали про нас?!

Слева выскочила пятёрка воинов, и в отличии от группы агрессивных рабочих, эти держали в руках добротные мечи и были одеты в смесь железной и кожаной брони. Я только успел увидеть их, как ощутил тревожное предчувствие и выхватил свой клинок.

Дуччи не стала ждать и сходу бросилась на одного с ножами, как бешеная кошка, чем застала врасплох, но следом что-то блеснуло в воздухе. Я только на рефлексах тела отскочил в сторону и отбил быстрый и смертоносный снаряд – раньше, чем заметил, что нам в спину зашли три арбалетчика.

Тогда я расслабился и позволил телу действовать самостоятельно. Силы стало больше, низко поползло по земле чёрное облако. Не было времени отвлекаться на стрелков – фея одна тут не справится. Как вода, я протёк вперёд, чувствуя покалывание злой энергии в груди, рассекая стража вместе с бронёй, будто резал плотный картон кухонным ножом.

Перестало иметь смысл всё, кроме ненависти. Убить уродов и заставить страдать – вот мой путь. В рукояти вспыхнул голодный красный камень, а лезвие покрылось липкой тьмой, я почувствовал его, как продолжение руки.

Где-то в стороне я услышал полный боли стон напарницы, но не обращая внимания играючи отбился от двух летящих болтов парой взмахов. Одним прыжком настиг стражей, и с двух метров полоснул по воздуху мечом, разрубив одного волной силы, а второму срезав часть черепа.

Краем глаза я увидел, что Дуччи справляется с той парочкой, поэтому резко развернулся к стрелкам, язвимым и немощным, стоит только подобраться ближе! Они пытались достать меня, но я сорвался с места, петляя из стороны в сторону.

Заскрипела за спиной деревянная доска лачуги от попаданий двух болтов, и пока враги судорожно хватались за ножи, я выпустил ещё один чёрный разрез.

Троицу располовинило, последний страж выстрелил почти в упор, пока мой взмах крошил его плоть, но это не помогло – я по наитию выставил клинок перед лицом, болт лязгнул и отлетел куда-то в кусты. Недобитые враги орали и хрипели, ползая из последних сил, и их вопли слились в одно целое с криком агонии за моей спиной.

Но вскоре всё стихло. Стало слишком тихо.

Я чувствовал биение сердца позади, неровное и частое. Хотелось продолжить резню, начиная с той, кто дрожал от боли за моей спиной.

Вздрогнув от этой мысли, я несколько раз плавно вдохнул и выдохнул, попытался переключиться на мысли о доме, сочном стейке и симпатичном личике оставшейся в родном мире подружки. Это помогало, хоть и не сразу. Пришлось перехватить трясущуюся руку с клинком – так, на всякий случай. Напомнить себе, что это мой меч, а не чей-то ещё.

Враги кончились, Дуччи прикончила двоих – последний дымился, распространяя неприятный запах палёной плоти. В её бедре торчало оперение болта, и она заметно прихрамывала, когда двинулась ко мне. Растрёпанная, со сбившимся капюшоном, струящимся по ноге тонким ручейком ярко-розовой крови.

— Мне нужно… к лекарю… — Выдавила из себя та. — Иначе... не выведу вас из Сакро-Вериты.

— Я вижу. Веди, раз так. — Протянув руку, я собирался помочь выдрать болт, но девушка отшатнулась.

— Нельзя. Кровотечение… усилится.

Осмотрев новую гору трупов, я зацепился глазами за мешочек на поясе у одного из них. Без зазрения совести сорвал законный трофей, встряхнув – похоже, там были деньги. Моя компенсация за нападение.

Следом я подхватил девушку на руки и скрылся между домами. Повезло, что место было почти у самой стены, достаточно тихое, чтобы не набежали ещё враги.

— Сможешь помочь мне снять эту штуку? — Сдавшись, я спросил совета у феи, постучав пальцем по нагруднику. — Знаешь, где тут застёжки?

— П-простите. — Через полминуты тщетного разглядывания доспеха, она виновато дёрнула плечами. — Я видела... броню Вестника. Ваша странная... будто из цельного куска стали...

Фея вздрогнула от боли, когда я аккуратно поставил её на землю.

Значит это только одно: надели на меня её какими-то колдунствами, и сниматься она должна соответственно. Плохо. Я совсем не понимал логику того, как распиливаю людей на расстоянии – это происходило как-то интуитивно, когда меня накрывала жажда насилия. С доспехом же…

Вновь подняв забрало, я задумался. Вообще-то, я ощущаю какое-то покалывание в груди, когда взаимодействую с бронёй. Такое же происходит, когда пускаю тёмный разрез, но намного сильней. Просто из-за видео и фильмов про рыцарей я был уверен, что решётка на лице должна как-то сниматься, вот и поднимал её, хотя там также не было какого-то крепления.

Времени было немного, и я мысленно потянулся туда, где ощущал сжатый комок злой силы, старался вспомнить ощущения, как когда рубил врагов разрезами. Затем попытался “втянуть” доспех. И на удивление, очень скоро я ощутил, как металл собирается по всему телу в одну мелкую лужицу, скрываясь где-то в районе поясницы. Туда же спрятался и клинок.

Воздух приятно обдувал моё тело, ведь впервые за сегодня я оказался на свободе. Под бронёй была надета чистая одежда – льняная расшитая рубаха, добротные кожаные штаны и сандалии. Мешочек с монетами, принадлежавший стражу, я повесил уже на свой пояс.

— Показывай дорогу. — Наслаждаться чувством освобождения было некогда, и я вновь поднял Дуччи на руки.

Она кивнула в ответ, ткнув пальцем в сторону. Маленькая, хрупкая – фея ничего толком не весила. Я натянул капюшон её плаща пониже, чтобы скрыть лицо и длинные уши. Удивительно, откуда в ней такая сила. Если мне не кажется, ожоги на её руках стали больше и ярче, грязные обмотки пропитались кровью. Значит и огонь, который она использует, работает в обе стороны. А вот скорость бега, ярость и сила, режущая врагов, минусов как будто не имеет.

Мы удалялись прочь, я уже слышал, что кто-то наткнулся на тела стражей, поэтому припустил быстрее, избегая открытых пространств и широких улиц. Когда я сталкивался с прохожими, то получал лишь короткие равнодушные взгляды – всё-таки, ненависть ко мне была вызвана именно бронёй Вестника.

Дуччи дышала тяжело и рвано, выглядела бледнее, чем пару минут назад. Постоянно оглядываясь и стараясь не вылететь на ещё какой-нибудь патруль, я следовал её указаниям, пока не вышел в очередной дворик.

— Там… — Совсем уж вяло выдавила из себя длинноухая, махнув ладонью в сторону нужной двери и в бреду сжав мою руку слишком холодными пальцами.

Перед нами был ничем не примечательный дворик. Разве что, вывеска магазинчика “Всякая всячина Аален” выделялась из общей картины. Мне всегда казалось, что вход должен выходить на улицу, а не внутрь двора, но кто я такой, чтобы спорить с владельцами бизнеса?

Не замедляясь, я подошёл к крыльцу, увидев ещё одну табличку чуть ниже, написанную кривым почерком: “закрыто на ремонт!”. Меня не удивило ни то, что табличка уже разваливалась от старости, ни то, что я читаю местную рунную вязь, как чистый русский…

Дуччи потянулась дрожащей рукой к двери, оттарабанила чёткий ритм, затем из последних сил приподняла железное кольцо и грохнула им дважды. Едва опустив ладонь, она обмякла и сомкнула веки.

Оставалось надеяться, что в бреду она-таки привела меня в нужное место. Не знаток физиологии фей, не знаю, чем таким в неё выстрелили, но благодаря нашей связи я знал, что сейчас её покидают последние крупицы жизни.

Глава 3

Секунд десять ничего не происходило, только учащённое хриплое дыхание спутницы давило морально, но вскоре изнутри послышался шум.

Дверь распахнулась, из неё показалось симпатичное личико весьма атлетично сложенной девушки за двадцать пять, которая смотрела на нас совсем не дружелюбно. С примесью какого-то превосходства и прагматичного интереса.

— Ох, Богиня. Неужели опять она… — Та вздохнула, нахмурив брови, потом вгляделась в меня. — Заноси. Надеюсь, у кого-то из вас есть деньги, или клянусь Эллеей, на этот раз я сдам фею на невольничий рынок.

— Ты, главное, сделай что-то – она вот-вот этой самой богине душу отдаст. — Проговорил я, не удержавшись от сарказма.

Шагнув следом за незнакомкой внутрь длинного коридора, уставленного ящиками и мешками, я осмотрел её спину… и то, что к ней прилегает. “ — А вот, значит, как выглядит владелица заведения.“ — Подумалось мне, пока я разглядывал грациозно перекатывающиеся бёдра темноволосой красотки.

Мы прошли через несколько поворотов, заходя в неприметную дверь. Обстановка за ней походила на смесь склада, логова некроманта и дешёвой комнаты в ночлежке без окон. Аален… по крайней мере, я предположил, что это она, помогла мне уложить больную то ли на операционный стол, то ли на алтарь.

Когда казалось, что Дуччи перестала дышать, та залила ей что-то в рот, и спустя пару секунд тишины фея закашлялась, немного розовея.

— Жить будет. — Холодно констатировала Аален.

На лбу выступил пот, она заметалась, схватившись за края камня. Внезапно длинноухая крепко схватила меня за рукав:

— Господин...

— Всё потом. Приказываю тебе выжить. — Не став вырывать руку из пальцев феи, я сжал её кисть и аккуратно опустил, прижимая к холодному камню. Не знаю, поняла ли меня Дуччи, но она немного расслабилась и снова обмякла.

Боковым зрением я поймал пристальный и сканирующий взгляд Аален, а когда посмотрел на неё, та резко и невозмутимо отвернулась.

— Сними с неё одежду. — Коротко бросила девушка, вырвав и откладывая болт в сторону. Кровь из раны побежала быстрее, Аален прижала к ней свежее полотенце, а сама пошла к двери. — Будешь помогать.

Возмущаться я не стал: уж с тем, чтобы стянуть одежду с женщины, как-нибудь справлюсь.

— Ривьер! А ну тащи сюда теневой сбор! — Она тем временем крикнула, высунувшись в коридор.

Без труда справившись с одеждой, я брезгливо поморщился. Не то, чтоб фея была совсем не в моём вкусе – просто струящаяся кровь портила атмосферу. Забавно выходит: куче народа выпустил кишки, а сейчас недоволен видом кровоточащей дыры в ноге. Но всё-таки фея была на моей стороне.

Прижав полотенце обратно, я принялся ждать указаний. Дуччи была где-то не тут, лишь слабо трепыхалась, беспокойно поворачивала голову, бормотала что-то, а взгляд под её веками метался из стороны в сторону, пока Аален спокойно к чему-то готовилась.

Она засыпала в бадью с водой щепотку порошка – вода в ней запузырилась, пошёл пар. Затем девушка подготовила ещё полотенца и сделала первый надрез на бледной коже, промокнула это место полотенцем, смоченным в тазу. Щедро побежала розовая кровь с примесью какой-то чёрно-синей дряни.

— Освящённое серебро. Настоящая смерть для тёмных рас. — Откомментировала красотка, посмотрев на белый наконечник, валяющийся на столе. — Нужно было вырвать сразу – ещё пара минут, и я бы покупала её тушку на ингредиенты.

В дверь как раз ввалился широкоплечий лысый мужик без бровей, сжимая в мускулистых лапищах баночку и пучок сухих трав. Тем временем Аален уже принялась выдавливать дрянь из раны и делать всё новые разрезы, пока фея тихо поскуливала в бреду.

— Сама и тащи, бестолочь! Нашла тут обслугу. — Фыркнул здоровяк, приветственно кивая мне, затем увидев и больную.

— Ворона, отсоси. Сам не видишь, что здесь тяжёлый случай? Всё, вали перебирать свои бумажки, скройся.

Лысый фыркнул ещё более раздражённо, но передал ей то, что она просила, после чего Аален начала ловко перебирать травы, которые назвала "теневым сбором", развела и засыпала что-то пациентке в рот, принялась втирать порошок в раны.

— Ривьер. Ворона. — Коротко представился мужик. — С Аален ты уже знаком.

— Можно и так сказать. Я Леонид... — Я представился в ответ.

Помня о странной реакции феи, я на всякий использовал полное имя. Только вот и Ривьер почему-то вздрогнул.

— Тьфу ты! А твоим родителям смелости не занимать. — Он эмоционально сплюнул на пол, однако всё-таки пожал на римский манер протянутую руку, ещё раз кивнул и вышел за дверь, обернувшись и бросив напоследок в сторону девушек, — Как закончишь, зайдёшь в кабинет, Лен.

А мы сосредоточились на муч… лечении. После всех этих снадобий Дуччи успокоилась и уже не так металась, похоже, что спала. Аален же дала мне полотенце с указанием крепко прижимать к сочащимся гноем вперемешку с кровью порезам, достала простое бронзовое колечко с крохотным белым камушком и принялась что-то шептать под нос.

Мы прошли так почти всю правую половину тела: я прижимал ткань, девушка шептала заклятье. Камень начинал пульсировать мягким светом, а тёмная дрянь впитывалась в тряпку, пока не остались лишь рубцы шрамов, покрывающие невероятно бледную истончавшую кожу. Камень в кольце становился всё более тусклым, а под конец ритуала и вовсе лопнул, разлетевшись на осколки.

— Вот и всё. Хотя на это ушло немеряно лекарств, и кристалл силы в артефакте придётся менять. — Аален совершенно невозмутимо сдула взмокшую от пота прядь волос, делая вид, что она вот совсем не пытается набить себе цену.

Я вздохнул, пряча так и рвущийся ироничный хмык. В прошлом научился считывать рекламу на ютубе за полминуты до её начала, но эта женщина – прирождённый продажник. Вроде порассуждала ни о чём, но и цену себе набила, и напомнила про оплату.

— Сколько? Сразу скажи, эти игры не нужны ни тебе, ни мне.

— Не меньше десяти золотых монет.

Нет, она точно меня за богатого лоха держит. Взгляд Аален был настолько пристальным, гипнотическим, что я не выдержал, и сказал:

— Что ещё за "не меньше"? Согласен на три. — Однако, я тут же с удивлением отметил уж слишком довольное выражение на её лице.

— По рукам!

Уже не скрываясь, красотка потирала руки. Я точно прогадал, и в мешке у стража точно будет меньше. Что-то я смогу придумать, но пока нужно было только выиграть немного времени. Не броню же загонять, чтоб расплатиться?

— Задаток. Остальное – когда она придёт в себя. — Я открыл мешочек покойного стража, изучил содержимое и вывалил десять мелких серебряных кругляшков, протягивая ей. — Мне можно покидать это место?

— Нужно, здесь тебе не постоялый двор... вот только такого задатка маловато будет. — Я выдержал её взгляд, и она махнула рукой. — Не расплатишься полностью через два дня – Ривьер сдаст фею на невольничий рынок. — Устало буркнула Аален, склонившись над больной и что-то проверяя. Деньги уже исчезли в её одеждах, словно их и не было.

В мешке остался только серебряный и горстка меди, но тут нужно либо что-то украсть, либо кого-нибудь грохнуть, чтобы не оставаться в долгу перед тёмной личностью. Скажу по опыту, это чревато последствиями.

“ — Красавец, Лёнь. Как ни крутился, чтобы не попасть в криминал, не влезть в долги и не остаться без имущества, а собрал всё сразу. “ — Съехидничал я, посмотрев на ситуацию со стороны. Но на Земле у меня был мотиватор в виде Тимы, а тут моё положение не сильно лучше, чем когда оказался ребёнком в детдоме.

Стоит пройтись, подумать хорошенько обо всём. Всё, что пока со мной произошло в этом мире – стечение обстоятельств, везение и невезение. Пока ты бежишь по инерции, не оборачиваясь, ты был и остаёшься чужой игрушкой.

Я должен думать, принимать собственные решения. Мёртвая ведьма, давящая и чужая сила, сабмиссивные замашки Дуччи: всё это подкрепляло нехорошее предчувствие. Меня точно попытаются нагнуть, так было со старшими ублюдками в интернате, так было после, стоило мне выйти в большой мир… а в этом месте всё должно быть в разы хуже!

— Так ты уйдёшь отсюда, или нет? — Красотка потянулась, встав в дверях и недовольно хмурясь.

— Проследи, чтобы там ничего случайно не “потерялось”. — Я всё же не удержался от укола.

Затем я неспешно пошёл к выходу, последний раз бросил взгляд на свою подчинённую. И на горку с её вещами и одеждой на стуле перед старой задрипанной койкой.

— Пара серебрушек и всякое тряпьё – не то, ради чего стоит нарушать профессиональную этику. — Девушка хмыкнула, провожая меня к выходу. — В этих стенах вас никто не обворует.

“ — А за их пределами – запросто. “ — мысленно усмехнулся я.

Хотя, если так подумать, я здесь ужасно наследил. Стоит ли доверять свою жизнь одной мутной девице и незнакомому мужику? Та же Аален уже видела и слышала достаточно, чтобы угрожать моему существованию.

Так может быть…

В груди разлился жар, тёмные капли бесшумно скатывались на пол и разбивались в сплошную дымку, стелющуюся по полу.

Перед глазами сама собой всплыла картина будущего: разгромленный магазинчик, залитый кровью коридор… Человек в цельном тёмном доспехе разрывает одежду на избитой воровке, пока прибитый к полу клинком лысый с перебитой спиной из последних сил выкрикивает проклятия и захлёбывается кровавым кашлем. Всё застилает мгла.

Внезапно я почувствовал толчок в плечо и распахнул глаза. Проморгался.

Аален осторожно убрала ладонь, но видение уже отступило. С большим трудом мне удалось перебороть внезапную жажду крови.

— Пожалуйста, выдохни и убери эту жуткую ауру... Ты не из робкого десятка, раз представился именем Кровавого Тирана, и эта тёмная девка признала тебя хозяином. Я понимаю, что из этого следует. — С натянутой улыбкой она отступила на шаг. — Я постоянно работаю с тёмными расами, а дела инквизиции и старших родов меня не касаются.

— И что же из этого следует? — Изогнув бровь, я снова мысленно потянулся к броне и клинку, уставившись прямо ей в глаза.

Вид тёмной дряни оказался достаточно жутким, чтобы её проняло. И пусть я не собирался становиться психопатом, терять себя и устраивать кровавую баню каждый раз, как кто-то не так на меня посмотрел, но заткнуть эту девчонку навсегда казалось не самым плохим решением. Я уже переступил через столько трупов, чтобы выжить – будет неуважением к ним остановиться сейчас.

— Абсолютно ничего… Давай не совершать поспешных поступков, Леонард. — Она отступила снова, улыбаясь почти что беззаботно, но её зрачки были расширены, а пальцы нервно дрожали, вцепившиеся в края одежды.

— Леонид.

— Леонид. — Послушно поправилась та. — Ты достаточно силён, чтобы не бояться за свою жизнь, а нам проблемы ни к чему. Я хочу спокойно работать и получать прибыль. — С каждым словом девушка успокаивалась и возвращала прежний уверенный вид.

Подумав с минуту, я хорошенько себя ущипнул, чтобы отвлечься от нахлынувших эмоций. Нет, вся эта история не в моём стиле. С каких это пор я начал кромсать людей направо и налево? Даже в первый момент, когда я узнал про Тимофея, моё желание стереть уродов из опеки было не таким ярким, как эта беспричинная ярость.

— Ты спасла Дуччи, у меня нет к тебе претензий. Просто держи рот на замке и я буду с тобой работать. Но если за мной придут – разнесу здесь всё, и твою голову в первую очередь.

Аален отперла дверь, и я шагнул на улицу, где всё ещё светило солнце, уже вышедшее в зенит и начавшее двигаться за горизонт. Гадство. Со мной происходит что-то необратимое, и даже не у кого спросить об этом – доверял я только Дуччи, а она спала после операции.

И опять, стоило коротко обернуться, как мне померещился недобрый многообещающий взгляд Аален. Только что тряслась от страха, а теперь месть замышляет? Я не знал, что конкретно её напугало, но надеялся, что этого будет достаточно, чтобы не совершать необдуманные поступки.

Перед тем, как отходить, я мысленно прощупал броню и меч, тонким слоем металла размазанные вдоль моей спины, и только тогда почувствовал покой и уверенность.

Сакро-Верита. То ли город, то ли страна. У меня было только это название.

Итак, я находился в не самом богатом районе. Скорее уж откровенно бедном, если сравнивать с тем, из которого мы унесли ноги. От греха подальше я вышел на освещённую улицу, где дал пару медяков немолодому попрошайке, чтобы он побольше сказал про город.

— О… так вы не из этих мест? — Нищий улыбнулся беззубым ртом, придерживая шляпу. — Контрада Делла Дженте Либера, район свободных людей, если дословно. Это место не для таких…

— Простаков? — Я уточнил с усмешкой и лёгким вызовом.

— …приличных людей. — Поправил тот, ничуть не смутившись. — Мы в десяти минутах от врат Нижнего города, а это та ещё дыра. Достопочтенный, вы найдёте здесь только неприятности. Наймите охрану, или идите на запад. Делла Гулья целиком под церковью – это куда более гостеприимный район, хоть нас и разделяет только стена.

Он указал рукой на тот самый шпиль, от которого мы с Дуччи в такой спешке отдалялись. Нет, туда я точно не вернусь.

— А по мне, люди тут куда приятнее. — Ну да, не кидаются с вилами без разбирательств. Хотя страже не помешало бы поработать над манерами. — Что такого в Нижнем городе?

— Руины, достопочтенный. Сто пятьдесят лет прошло, как его смыло, а там до сих пор роются отбросы, тащат всякие железки и вообще всё, что плохо лежит. — Нищий сплюнул, а я не удержался от кривой улыбки. Если уж он называет их отбросами… — Стража там вообще не появляется, постоянно кого-то грабят или режут. Мой вам совет, отправляйтесь в Делла Гулью. У Шпиля много магазинов, он хорошо защищён, и там можно гулять даже среди ночи.

Ответ меня более чем устроил. Я дал нищему ещё медяк, поблагодарил и ушёл. Чтобы там, едва свернув за угол, дворами направиться к воротам Нижнего Города. Спасибо ему за предупреждение, но с отбросами я как раз справлюсь, и стража мне – не друзья.

Пальцы немного подрагивали от предвкушения. Чувство нового мира, который проживается абсолютно реально – это настолько безумно, но в то же время обыденно, что я временами ощущал себя психом. Это навеивало мысли о брате, и о том, какой груз я несу сразу за двоих.

Любой ценой заставить этот мир и его обитателей считаться с нами.

Пока я направлялся в сторону, где должен быть выход к Нижнему городу. Шёл неспешно, всё осматривая, попутно купив у приторно улыбающегося торговца пару стаканов горького, но освежающего напитка с резким вкусом и не менее резкой вонью. Также взял жёсткое и грубое мясо на палочках без каких-либо специй.

Выглядело не очень аппетитно, но лучше, чем ничего. " — Если получу отравление, буду знать, кого найти, чтоб запихать палочки от мяса в зад. "

— Сколько?

— Пять медяков. — Улыбнулся тот.

Я дал ему серебряный, и получил двадцать четыре мелкие монетки на сдачи.

— Это всё? — После долгого напряжённого взгляда с моей стороны, торгаш выдал ещё один, почти искренне извиняясь. А ведь этот кретин имел все шансы меня обмануть. Я-то просто узнал курс валюты, а заодно набил желудок хоть чем-то.

Тридцать медяков за серебряный... если курс золотого такой же, то я по финансам в глубокой заднице.

И вдруг меня просто накрыло. Поправляя мешочек, ощутимо прибавивший в весе, я ощутил, как сердце пропустило удар. Энергия в груди вскипела, пульсируя, поволокла куда-то, заставила меня ускорить шаг к Нижнему городу. "Подарок, князь Тьмы хочет наладить контакт" – знание ударило в голову, а я двигался куда-то по наитию.

Помню, как перелезал по дереву через пролом в стене, как скользил почти по отвесному склону, пробирался среди разваленных и опустошённых домов, старых ям и куч грязи. А тот призыв в груди тянул всё сильнее, и я нёсся, не разбирая дороги.

Остановился я, только когда услышал испуганный детский крик – это сбросило наваждение. За этим шёл лающий смех и улюлюканье, речь, которую я не понимал. Затем ещё полный ужаса крик, рыдание, и вой. Жуткий волчий вой почти передо мной, и рычание, от которого я замедлился и мгновение размышлял, стоит ли впутываться.

Мне-то какая разница, что там происходит? Я бы предпочёл ограбить какого-нибудь слабого негодяя и забрать у него что-то ценное. Но чёрт бы побрал этого ребёнка, я опять вспомнил Тимоху, а потому пересилил себя, подходя к полуразваленной стене и высунув голову из-за своего укрытия.

Мальчишка катался по земле, зажимая рану от когтей на худощавом плече, по рваной рубахе растекалось пятно крови. А толпа из пятерых покрытых мехом ссутуленных тварей топталась рядом. Здоровые и мускулистые, с меня ростом, каждый имел толстые когти и здоровенную пасть.

“ — Не, вписываться – не вариант. ” — подумал я. В прошлом мне уже довелось подставлять шею за других, и ни к чему хорошему это не привело. Поэтому решил не лезть, куда не просят. Но следом я заметил ещё кое-что. Они чуть ли не облизывали крупный чёрный камень размером с ладонь. Чем бы ни была эта штука, от неё шла серая дымка, и именно она манила меня одним своим видом.

Ещё стало ясно, почему я не мог ничего разобрать речь. С ними был один человек, стоящий чуть поодаль, но между собой они переходили на рык и лай, лишь для него пытаясь выдавить из своих зубастых вытянутых морд что-то, похожее на человеческий язык.

— В-ваф хне должжны видеть сх-х этхой ххтукой... Хх-пр-рячь х-хко-ррре-е-е! — Подвывая, хрипя и повизгивая, протянул один из них, обращаясь к товарищу.

— Идиот, кто вообще сунется сюда, кроме нищих копателей? — Человек надменно фыркнул. — Но кристаллом лучше не светить, тут ты прав.

Сжав безделушку, один из псов торопливо спрятал её себе за пазуху, а я почувствовал отчётливый зов, требующий немедленно забрать её. Я был почти на сто процентов уверен, что это – не более, чем игра самого князя Тьмы, но и отказываться от неизвестной ценной штуковины было бы грешно.

Огонь ненависти вспыхнул и дал мне силу. Значит, отберу и просто продам Аален.

— Ау-у! — Пока я думал о том, как напасть на этих ублюдков, они встали на четвереньки и собирались уходить. Только человек остановился, видимо, чтобы добить перепуганного пацана.

В спешке силой мысли я заставлял броню и меч вытечь из-под одежды, принять прежнюю форму. В этот момент подул ветер, и синхронное завывание снова перешло в рык, а взгляды людей-собак, учуявших меня, безошибочно направились в сторону укрытия.

Больше не было смысла прятаться, и я вышел к ним в открытую.

Глава 4

— Ч-чужххак! — Завопил человек-пёс, уже мчась на четвереньках в мою сторону.

— Вы что-то совсем нюх потеряли. — Фыркнул загадочный человек, укутанный в ворох одежд. — Убейте его, чёго ждёте?

Меч уже появился в моей руке, броня наползла на тело, обзор ограничился до нескольких широких щелей, но каким-то новым чувством я ощущал всё, что было в моём обычном поле зрения. Это было куда удобнее, но озадачило меня, так что я на время врос в землю.

Рывок первого зверолюда было легко предсказать: траектория сама возникла в моей голове, и я рубанул встречным ударом. Он выставил когти, но лезвие оказалось прочнее. Оно впилось в плоть пса, что была даже прочнее доспеха, я вложил кучу сил, чтобы отпихнуть его и вспороть бочину. Он вскользь полоснул меня по груди, но это не нанесло урона. Пёс отступил, потеряв весь пыл и зажимая длинную рану.

Ещё четыре такие туши насторожились и замедлились. Они кружили рядом со мной, но вместо страха я ощутил, как мурашки экстаза бегут по телу. Я отдался тёмной силе полностью, понимая: не приму – проиграю.

Псы всё кружили, я выжидал. Когда услышал позади скрежет когтей, резко оттолкнулся от земли и сместился вперёд, быстрее, чем ожидал сам. С наскока я распорол одной твари грудь, отступил на шаг, прокручивая клинок и всаживая его себе за спину. Даже не обернулся, тело само подсказало, что делать.

Позади тоже раздался недовольный рык: я смог пропороть бедро пса, но не останавливаясь на этом, я ещё и пустил через лезвие короткий поток тёмной энергии. Запахло жареным, но мне пришлось побежать, чтобы не попасть под когти.

Пригнувшись от выпада разъярённого зверя передо мной, я прошёл снизу вверх и проткнул его под челюсть, пробежав пару шагов с тяжеленным телом, прежде чем вынуть меч, прошедший остриём до мозга.

Будто легковушку на себе протащил, а не что-то из плоти и крови!

Тот парень, что был с ними, заинтересовался, неспешно двинувшись мне навстречу. На ходу я отступил от прыжка ещё одной псины и успел подрезать ей заднюю лапу. Она оказалась быстрой, но я был быстрее даже в доспехе, и встретил последнюю тварь лицом к лицу.

Это был огромный седой волчара выше меня сантиметров на десять, а толстенный бицепс был с мою голову. Хорошо, что злая сила отключила мне инстинкт самосохранения напрочь!

После обмена тремя жёсткими ударами, от которых звон разошёлся по всей улице, клинок снова победил когти, оставив одну его лапу безоружной, а затем вошёл в его плоть по рукоять. Я пустил тёмную энергию, зная, как сильно она должна жечь... Подыхая, враг впился мне в плечо, раздирая металл, но я держал его до последнего, упиваясь его хрипом. А заодно слив лишнюю каплю этой едкой ненависти, убивавшей меня изнутри.

Ещё одно тело рухнуло под ноги, нетронутым остался лишь человек, источающий такую же злую силу, как у меня. Просто во много раз слабее. Я чувствовал это, ведь он явно специально выставил её и не пытался скрываться.

— Я признаю твою мощь. — Он развёл руками, показывая, что не собирается драться. Впрочем, он уж больно подозрительно придерживал кольцо на безымянном пальце. — Но мы же не грязные светлые варвары. У меня нет выбора, придётся уступить кристалл тебе. Но, может, есть шанс договориться?

Это было разумно, и именно то, чего я хотел. Просто экономия времени для нас обоих, настолько, что я даже подавил жажду крови. И если он не сделает какую-нибудь глупость, я только в выигрыше.

— Готов уступить за золото. Убери палец со своей безделушки, тогда мы правда договоримся.

— Это моя мера предосторожности, тёмный брат. Но для начала устраним свидетеля...

Когда я уже почти взял себя в руки, тот материализовал из воздуха соблазнительно звенящий мешок, продемонстрировал мне, поравнявшись с мальцом и направив на него руку.

Потемнело, щёлкнуло в голове, всё поплыло и рационально мыслить у меня больше не получалось. И тогда что-то опять вгрызлось в мой мозг, навязывая видение. В рыдающем мальчишке я увидел Тимофея, каким его запомнил, а над ним стоял воспитатель, с насмешкой направляя на малого пистолет, в другой держа новенький ноутбук. Да что ж такое...

Я понимал, что что-то тут нечисто, но на голых эмоциях сдавил клинок до боли в руке и сделал несколько яростных взмахов, отправляя в него чёрные разрезы. Наваждение спало, и я успел разглядеть только удивлённое лицо тёмного, затем вспыхнуло его кольцо, он коротко мигнул и исчез в воздухе, будто того и не было. Вместе с деньгами.

Удары, не встретив свою цель, пролетели дальше, подрубив полуразваленные остатки дома на другом конце площади и заставив их окончательно рухнуть.

Трое раненых псов пытались отползти, рычали что-то на своём зверином, но клинок просил новых жертв, заставлял меня чувствовать неудовлетворённость. Глядя на оборванного пацана с кровавым следом когтей, я без особого сожаления прошёл между ними, каждому нанося усиленный тёмной энергией удар по горлу.

Затем я вздохнул, прикрыл глаза. Клинок втянулся под одежду, кровавые капли рухнули на землю. Ни одной живой души на многие метры вокруг, я потихоньку справлялся с жаждой крови.

Почти что ни одной души. Пацан снова испуганно завопил, и на этот раз косился он на меня. Я почувствовал, что снова наполняюсь этим мерзким чувством.

" — И он тоже в крик… я же ему помог! Вот неблагодарный кусок… "

Я остановил взмах ладони на полпути, и небольшая трещина на земле не дошла до него сантиметров десять. Именно этот вид и привёл меня в норму. Я убрал броню, потёр виски. Агрессию вовремя удалось подавить, а вот покупателя я потерял. Нет, надо это прекращать, любым способом. Может, если выкинуть к чёрту броню и меч, всё прекратится?

— Спокойно, убивать тебя не собираюсь. Вот, лови. — Понимая, что перегнул палку, хоть и не по своей вине, я бросил ему мешок со скромными остатками меди. — Сходишь к лекарю, а остальное... дело твоё, но я бы задумался, как сделать своё будущее чуть менее отвратным.

Мелкий напрягся, но то ли не смог из-за страха, то ли просто не захотел бежать.

Помню, в наш детдом приезжали волонтёры: обычно привозили всякие подарки и приятные мелочи, которые помогали немного разрядить обстановку в этой дыре, но однажды в рамках пиар-акции какой-то бизнесмен подарил всем детям по самому навороченному айфону последней модели.

Это место было настолько мрачной захолустной дырой, что из правил и понятий там знавались только воровские, и я до сих пор не могу понять, как так вышло, но факт – есть факт.

Может, изначально там все были дебилами, но никого и ничему это не научило, и даже мне в моменте вскружило голову. Некоторые не восприняли это, как подарок, а вдруг решили, что за их уязвимое положение кто-то им что-то обязан.

— Спас... спасибо... — Выдавил он из себя и принялся вытирать слёзы.

— Не за что. Всё, свободен. — Я устало махнул рукой, надеясь только, что он не увяжется за мной. В няньку я тут ещё не играл! — И хорош ныть, ты будущий воин, или кто?

Пацан ушёл, всё ещё побаиваясь меня. Ну да, с воином перегнул... большая часть населения наверняка всякие крестьяне и ремесленники.

А я наконец занялся сбором трофеев. Полуволки-полулюди носили простую одежду, не сковывающую движения. Свободные рубахи и обрезанные штаны, которые с трудом влезали под их мышцы. Хотя их задние конечности больше походили на лапы, что-то человеческое в них было. Например, было в карманах... чем поживиться, то есть.

Перебарывая рвотные позывы от вида внутренности и кровавых брызг на земле, я принялся рыться. Моей добычей стала ещё пара горстей медяков, несколько серебрушек, а также три тронутых временем, но добротных ножа… Всё я сложил в большой мешок, который забрал у одного из мёртвых псов. Хотя их ножи больше походили на короткие мечи и едва не выпирали наружу. Мясо они ими резали, что ли? С такими-то когтями, в оружии они не нуждались.

Заодно я подобрал кулон в виде грубой статуэтки волка. Он болтался на старой верёвке и был таким уродливым, что я решил его взять. Так, по-приколу. Конечно, я не забыл и про кристалл, из-за которого началась вся эта котовасия… Он не пострадал, и до сих пор лежал за пазухой у одного из мохнатых выродков. Забрал его, стараясь не пачкать свою одежду.

Камень нагрелся от моей руки, дым заплясал и прилип к ладони, словно желая втянуться под кожу. Я поспешно убрал находку в карман и стряхнул руку: от неё шла та же сомнительная энергия, а эта гадость и без того влияла на мои мысли. Решив, что такие подарки судьбы мне не нужны, я попытался понять, как возвращаться. Камень я твёрдо решил продать Аален, раз уж она упоминала всякие специфические товары. Заодно закрою долги перед их мутной парочкой.

Ну а закончив, я наконец осмотрелся. Название не врало, Нижний город располагался в низине. Может, когда-то его и смыло водой, но сейчас он был похож на обычные полуразворованные руины.

Городская стена совсем рядом, но забраться туда я не смог бы, даже если вскарабкаться по почти отвесному склону. Это я ясно понял, побродив и осмотревшись. Но как-то же у меня вышло сюда забраться под действием зова?

По какой-то причине я тогда избегал городских ворот, решил избегать их и сейчас. Было бы слишком не с руки, окажись у стражи какая-то хрень, способная найти во мне тёмную энергию.

Хоть в Нижнем городе всё и было мертво, но это только на первый взгляд. За полчаса я пару раз слышал копошащихся нищих, которые пытались вырыть что-то в мусоре, но едва услышав меня, они тут же прятались или давали дёру, а носиться за ними и выколупывать из нор было тем ещё удовольствием. " — Надо было всё-таки спросить у мальчишки дорогу. "

А потом, наблюдая за одним из улепётывающих бродяг, я всё же нашёл альтернативный путь в Верхний город. Нужно быть настоящим безумцем, чтобы додуматься пролезть по корням деревьев у обрыва, вскарабкаться на хлипкую сосну, и там пройти по неровностям осыпавшейся стены.

Я б не решился, если бы не видел своими глазами, как полноватый мужик в полтора раза шире меня ловко удирает этим путём. Поэтому я аккуратно повторил за ним.

По результатам вылазки я вернул и даже приумножил свои финансы, а ещё… то ли из-за стресса, то ли из-за новой драки, но я опять хотел есть. И валился с ног, но сначала желал набить желудок.

Раньше, чем оказаться на знакомом пути, я услышал музыку и остановился.

“ — Где музыка, там и жизнь. ” — Так я рассудил и прошёл вперёд, через минуту наткнувшись на небольшую площадь, где сидели разного рода торгаши, попрошайки, артисты и мутные личности. Здесь даже стояла пара стражей, а тут и там висели коричнево-золотые флаги города.

Побродив тут и там, перекусив зелёными шариками с нежно-кремовым медовым вкусом и ароматными колбасками, я заодно взял что-то для Дуччи, поболтал с торговцами и послушал разговоры. Не знаю, чем питаются феи, но взял то же самое. Не съест – мне достанется.

Город, как я уже знал, назывался Сакро-Верита, священная столица Великой Империи Теодорика. Скромности, конечно, им не занимать, но Шпиль у них правда зачётный.

Мимоходом я узнал про грядущее вторжение одного из князей Тьмы через два года, выросшую цену на оборвыш и кислец, а также подслушал чью-то драматичную историю: о том, как жена выставила его из дома за разлитый на её вещи ночной горшок, и он безуспешно ищет для неё самый дешёвый утюг в подарок, чтобы загладить вину.

С абсурдности последнего я посмеялся от души, но понимая, что уже совсем вечереет, решил наконец вернуться. Кажется, я чуть лучше начал понимать цены, а ещё чуть не лишился мешка, который прямо на глазах у стражи пыталась сорвать ушлая девчонка.

Я слишком расслабился, и не расстался с деньгами только потому, что он был тяжелее, чем засранка рассчитывала. Она вынуждена была отступить, а я не злился, так как и сам хлебнул дерьмовой жизни. Но рисковать кристаллом и кошельком я не хотел, ведь Аален могла не соврать, и в самом деле порешать с Дуччи по-своему.

Фонари были редкостью, и в них горело необычное, а какое-то колдовское пламя. Обычный в основном шёл из окон разных заведений и домов, луна освещала узкую полоску пыльной дороги.

Двигаясь всё глубже в трущобы, я всё ярче чувствовал ужасную усталость. К тому же я был не единственным прохожим, у некоторых в руках были зажжённые фонари или факела, но с каждым метром попутчиков становилось всё меньше. Под покровом мрака кто-то резко выскочил из переулка, бросившись ко мне…

— А ну пшёл отсюда! — Я рефлекторно отступил на шаг и пнул ещё одного воришку под зад.

Что ни говори, а я как-то слишком осмелел. Из-за брони и тёмной силы начинал чувствовать себя чуть ли не бессмертным. В реальном… то есть, в родном мире, для меня грязь была почти обыденной, но я бы десять раз подумал, прежде чем выходить на улицу в такое время, а тут – ощущал себя чуть ли не королём.

Чувствую, рано или поздно я встречусь с кем-то достаточно сильным, чтобы пожалеть об этой беспечности, но пока все мои противники в этом городе казались полными слабаками.

А ещё… опускающиеся сумерки отчего-то сдавили грудь мыслями о брате. Я был чертовски зол, что та ведьма лишила меня права восстановить справедливость. Чувствовал себя предателем с одной стороны, с другой прекрасно понимал, что до родного мира не дотянусь в ближайшее время.

Вскоре впереди показалась знакомая улица, внутренний двор. А там – и дверь магазинчика. Я, не особо заморачиваясь, подошёл и просто принялся громыхать тяжёлым кольцом на двери. Ритм, который отстукивала Дуччи, я даже не пытался вспомнить. Слишком сильно устал.

Ответом мне стала тишина, так что я повторил это ещё пару раз, чтобы наверняка… и верно, услышал шум по ту сторону.

— И какого демона ты сюда барабанишь? — Аален резко распахнула дверь и отступила на шаг, в лицо ударил свет.

Она опустила руку, а я, прищурившись, разглядел её фигуру. Девушка держала фонарь, в котором болтался из стороны в сторону мелкий живой огонёк, а поверх тонкой ночнушки небрежно наброшен плащ, скрывающий в складках ткани небольшой одноручный арбалет.

— Не знаю я ваши коды. — Хмыкнув, я осознав, что чуть не получил новую дырку в теле. — Пошли. Нашёл кое-что интересное, как и обещал. Не деньги, но будет даже лучше.

Мы вошли внутрь, Аален не высказывала своё раздражение и скепсис, но это и не требовалось: от неё так и шла аура недовольства и недосыпа, не заметить которую мог только слепой.

— Тебе же лучше, чтобы это было действительно что-то достойное подъёма посреди ночи. — Впрочем, уже спустя пару мгновений красотка выглядела вполне себе живой и отдохнувшей. Ей не впервой вскакивать затемно.

— Однозначно. Я бы ещё и твоего… соседа поднял, на всякий случай.

— Пошли в переговорную. — Она махнула рукой, отступая назад.

Мы направились дальше по коридору, мимо комнатки, в которой лечили Дуччи.

— Я на минуту.

— Да ты издеваешься… — Аален вздохнула. — А я тут стоять и ждать буду, что ли?

— То, что я тебе покажу, точно того стоит.

Игнорируя её взгляд, я зашёл внутрь. Когда заскрипела дверь, фея резко подскочила в полумраке комнаты, но тут же застонала и завалилась обратно. Она закрывала обнажённое тело одеялом, и больше всего походила на бледного призрака.

— Живая? — Поинтересовался я, присев рядом. — Как самочувствие?

— Да. Я… нормально. — Слабо выдавила та.

— Отлично. Придётся тебе встать и помочь кое с чем.

В ответ на вопросительный взгляд Дуччи, я вытащил из-за пазухи и показал ей добытый кристалл. Глаза девушки округлились, она вздрогнула и откинула одеяло, прихрамывая начала натягивать одежду. Внутрь заглянула Аален.

— И её за собой потащил? — Торговка скисла, видимо догадалась, что прогреть меня на деньги теперь не получится. — Вот не лежалось тебе, длинноухая…

Проводив нас к очередной ничем не примечательной двери, Аален отперла замок. Поддержав Дуччи, которая в этот момент чуть не рухнула на пол, я прошёл в комнатку следом за ней.

Там сразу же вспыхнул свет: в светильниках забегали живые огоньки, осветив уютный интерьер с парой диванов, металлическим столиком и шкурой неизвестного мне зверя под ногами. В другом конце находился ещё один выход, рядом с ним шкаф и стол с бумагами, но торговка сразу уселась на кожаный диван.

— Ну, показывай. И если ты этот балаган устроили просто так, то я обдеру вас обоих до нитки и выставлю на улицу посреди ночи.

Я нарочито медленно прошёл на соседний диванчик, сначала бережно усадил фею, придержав её холодную маленькую ладонь, потом также неспешно развернулся и сел, отряхнув ткань под собой от воображаемой пыли и мусора.

На всякий случай проверил, на месте ли камень: цепкий взгляд Аален проследил за моей рукой, не оставив этот жест без внимания. Но для пущей интриги я сначала выложил на стол добычу: звякнули три ножа и побрякушка в виде уродливого металлического волка.

— Вот! – Воскликнул я, не без удовольствия отметив, как у красотки задёргался глаз.

Издеваться и затягивать интригу надолго я не стал, тут же вытащил из-за пазухи источающий тьму камень, и положил его рядом.

— Да ты... — Только и успела сказать Аален, прежде чем заткнуться.

— Ах… — Хоть Дуччи уже видела находку, но она подалась вперёд и тоже уставилась на неё без отрыва.

Так обе девушки и замерли: фея – пребывая в смеси благоговения и страха, а владелица магазина – в ступоре. Уверен, Дуччи бы начала скакать от восторга, если бы не её состояние.

— Это… кхм. Интересно. — Наконец, выдавила красотка. — Если это правда то, о чём я думаю, то оно стоило моего времени, и правда поможет закрыть твой долг.

— Эту вещь нельзя продавать ни в коем случае… — Пробормотала Дуччи, замотав головой.

Аален сверкнула быстрым гневным взглядом в сторону феи, но просто скрестила руки на груди, не став как-либо обсуждать её заявление. Может, по незнанию я бы и поспешил, сдав камешек дешевле рынка, но тут она непроизвольно играет мне на руку.

— Ты ждёшь, что я назову цену, я же предлагаю… — Торговка гаденько улыбнулась и облизнула губу. — Скажем, передать вам тридцать процентов от того, что выручу за камень.

Глава 5

— Чего? А ты не охренела ли, дамочка? Не много ли тебе будет?

— Пойми правильно, ни мне, ни Ривьеру, он ни к чему. — заявила девушка, откинувшись на спинку дивана. — Кристалл можно выгодно продать, но с большими рисками. Для этого нужно найти покупателя, обеспечить безопасность сделки и не попасться церковникам. — Аален загибала пальцы. — Длинноухая не даст соврать, такое не сбыть так просто в первой попавшейся лавке: тебе откажут, а уже через десять минут инквизиция или личная гвардия одной из великих семей уведёт вас на интересную беседу.

Пока я делал вид, что всерьёз рассматриваю её предложение, Дуччи схватила меня за руку.

— Молю, господин… ни в коем случае не продавайте кристалл!

Я тяжело вздохнул. Это всё хорошо, но я уже решил, что не буду им пользоваться. Но не просто же так Дуччи подняла эту тему… что ж, я решил дать ей высказаться. Она должна знать куда больше меня.

— Мы отойдём на пару минут? — Спросил я у Аален, которая хмурилась и постукивала ногтем по обшивке дивана.

— Идите. — Процедила та. — Ножи я оцениваю в десять серебряных, а вот эту побрякушку забери, даже медяка не дам. Заберёшь завтра у Ривьера.

— Мне спать здесь?

— Да какая уже к демонам разница…

Кивнув, я подхватил железного волка на верёвке. Пусть будет, он почти ничего не весит и не занимает места. Слишком уродливый и нелепый, чтобы просто выкинуть. Подхватив фею под руку, я помог ей выйти в коридор. Она тут же с мольбой посмотрела на меня.

— Вы пытаетесь продать не просто камень, и он не просто так попал к вам в руки! — Затараторила та. — Ваш владыка изменил саму реальность, чтобы он достался именно вам. — В глазах Дуччи снова снова мелькнул благоговейный страх, она воодушевилась настолько что выпрямилась и перестала заваливаться к полу. — Этим ваш хозяин будто обращается к вам: “я оценил тебя по достоинству и хочу сделать шаг навстречу”. Что он подумает, если вы обменяете этот дар на золото?

— Подумает именно то, что я хочу до него донести.

А вот меня эта речь ни разу не вдохновила. Я ощутил раздражение, захотелось отшвырнуть эту гадость прочь. Какой, к чёрту, хозяин? Я столько дерьма в своей жизни отхватил, чтобы в итоге быть чьим-то слугой?

В известных мне историях про попаданцев герои обычно сами по себе. Может, они и следуют некой благой миссии от какого-то абстрактного божества, но совершают подвиги, совращают невинных дев, и никто не заставляет их подчиняться.

Так с хрена ли меня с первых же минут пытаются поставить на колени? Нет, князь Тьмы проявил куда большую мудрость, чем призвавшая меня колдунья. Он хотя бы не идиот и прочитал, что болт я клал на их цели, попытался подкупить меня… чем-то, что ещё больше выплавит мне мозги и сделает послушной собачкой.

Но есть одна деталь. Я понимаю, насколько это широкий жест и всё такое, но почему-то на камень было минимум два претендента. Он заставил нас драться, скорее всего сознательно.

— Что это вообще за штука? — Я покрутил камень, наблюдая за тем, как серая дымка следует за моими пальцами, обтекает и обволакивает их.

Стоит мне пожелать, и мы станем единым целым. Что будет потом – не знаю, но от него идёт сила, лёгкая вибрация, отдающая под кожу, дарящая волны удовольствия.

— Это – кристалл силы Тьмы, его можно поглотить, чтобы усилить связь с Принципами и стать сильнее. Только поистине великие сущности могут создавать их, чтобы вознаградить самых верных и полезных слуг… — Дуччи вздохнула с тоской. — То, что он вам достался, говорит лишь об одном: ваш владыка ценит вас, и искренне хочет наладить отношения. Это дорогого стоит…

Наверное, она в своё время мечтала о подобном повышении, хотела быть замеченной, но её старания никто так и не оценил. Став максимально серьёзным, я убрал эту штуку обратно в карман.

— Дуччи. Ты служишь мне, или князю Тьмы? — Сурово спросил я.

— Вам, повелитель! — Голос феи испуганно дрогнул. — Прошу, не гоните меня…

— Всё нормально. Просто отвечай на вопросы. — Подумав, я потёр подбородок и продолжил. — Если ты встретишь кого-то, чья аура сильнее моей – ты не захочешь подчиниться ему? Приказываю дать честный ответ.

Она рухнула на пол. Опустив уши и сжавшись, девушка дёрнулась, как от резкой пощёчины, распахнув глаза. Но мне нужно было всё прояснить заранее. Не хватало ещё потом получить нож в спину.

— Если князь Тьмы прикажет встать против меня, ты подчинишься?

— Н-ни за что!..

Вздохнув, я покачал головой. Нет, никогда не привыкну к такому отношению. Всё же для человека двадцать первого века это выглядит дико. Но я догадывался, и не собирался её менять, поэтому потрепал фею по волосам и помог встать.

— Поднимись. Дуччи… спасибо за доверие. И перестань называть меня повелителем и господином, на людях зови меня просто “Леон”. И падать на колени тоже постоянно не нужно. — Когда мы порешали с этим, я повернулся к двери. — Пошли. Мне плевать, что этим хотел сказать князь Тьмы. Нужны монеты, чтобы оплатить твоё лечение.

— А-а что… — Её голос дрогнул, ушко нервно подёргивалось. — Много вы должны?

— Три золотые.

— Аха-ха… — Фея нервно засмеялась. Посмотрела на меня, потом на дверь, но воздержалась от комментариев. — Спасибо вам большое.

Этот аргумент сработал слишком хорошо, и фея вновь кротко кивнула. Надеюсь, чувство долга и вины переборет её дурацкие установки, и она больше не станет развивать эту тему.

Заодно Дуччи подсказала мне, что в одной золотой пятнадцать серебра. И это вообще не так много, как я думал. На это мы вернулись в переговорную.

— Что ж, Аален. Пожалуй, мне нравится вариант, который ты предложила. — Я вновь потёр подбородок пальцами. — Но мне не нравятся проценты. Шестьдесят должен получить я.

Торговка… контрабандистка? Да, точно. Вот, чем они тут занимаются.

Контрабандистка, вальяжно развалившись на диване, мигом приободрилась, стоило нам вернуться. А Дуччи наоборот, откровенно поплыла, и мне пришлось её усаживать. Я аккуратно подтолкнул её, кивнув, чтобы та спокойно легла и отдыхала: свою задачу она выполнила на пять с плюсом.

— Не согласна. Слишком большой риск, а без нас ты не избавишься от этой штуки. Я знаю несколько мест, где ты получишь всего десять, или даже пять долей от сотни. Тебя просто выставят за порог и не станут слушать.

Не имело смысла спрашивать у Дуччи, правда ли это. Торговаться – так до последнего. Да и иное уронит мой авторитет в глазах контрабандистки.

— Ладно уж, согласен на половину и списанный долг за лечение. Это последнее предложение, если ты откажешься – я найду, где его применить.

Например, отдам фее для усиления – она заслужила авансом за свою преданность. Займу, сворую, уложусь в положенные мне два дня. Если считать трофейные ножи, то я выплатил почти половину. И уверен, опять Аален срезала цену – на торговой площади я видел, сколько здесь стоит даже обычный утюг.

Я знал, что мысли написаны у меня на лице, не пытался их скрыть, а с нажимом положил камень обратно на стол.

Аален медленно и будто нехотя кивнула, подошла к столу, взяла бумагу и принялась что-то там заполнять. Фея уже вовсю сопела, устроив голову мне на колени. Идиллия.

— Какая-то невесёлая математика, всё же. Грабёж, я бы сказал. — Тут уже я качал головой и наигранно разводил руками.

Карандаш хрустнул под пальцами красотки.

— Прекращай жаловаться. Ты пытаешься продать демонический артефакт в Святой Столице. Для обычного искателя просто избавиться от этой штуки, не познакомившись с инквизицией, уже будет за счастье. — Она протянула мне бумагу и перо, повеселев и толкнув в плечо. — Убери эту кислую рожу, красавчик. Ты получишь целое состояние, не ударив пальцем о палец.

Уж больно довольное лицо для того, кто “нехотя согласился”, но я бегло осмотрел договор и оставил какую-то закорючку на месте подписи.

Аален обязуется продать камень, если риск не будет превышать пятую долю цены артефакта. Также она обязана отдать мне мою долю при первой возможности. Всё, что от меня требовалось – отдать ей артефакт для продажи, не препятствовать и не пытаться присвоить его обратно.

Моя подпись мигнула зелёным светом и закрепилась, словно бы принимая клятву. Текст был однозначный, с подробной формулировкой, на первый взгляд не допускающей разночтений, так что я не переживал. Там даже прописаны условия на случай смерти одной из сторон.

Обманет – просто разнесу здесь всё, как мне предлагала моя тёмная сила.

Подписанный договор, по ощущениям, запер что-то внутри меня, и на этот раз я кожей ощутил, что Аален теперь должна мне половину от вырученных денег.

— На этом всё, бери длинноухую и валите спать.

Я сгрёб фею в охапку, поднял на плечо и вышел из переговорной. Она была такой выжатой, что даже не проснулась. Аален выходить не спешила, да и меня это не волновало. В потемках двигаясь по коридору, я отнес Дуччи обратно в комнату, уложил на кровать, а сам…

Черт, я так устал, что мне даже не хотелось тормошить контрабандистку и выбивать себе койку. Или ползти обратно в переговорную на диван. Я просто сел, облокотившись на кровать, и так и уснул, запрокинув голову на неудобную подстилку.

***

— Он одолел пятерых. — Раздался голос, приглушенный, как будто шёл из-под толщи воды.

— Неудивительно, когда сражаешься с такими отбросами. — Заговорил второй. — Тебя они бы даже не поцарапали.

Я видел мир через темную пелену. Осмотревшись на все триста шестьдесят, я догадался, что это место очень похоже на тот дом, возле которого я убил тех людей-псов.

— Мальчишку тоже он кончил?

— Скорее всего так и было. Может, увидел у него мешок с монетами и убил. — После небольшой паузы ответил второй. — Да и какая разница, когда все тут — сплошной мусор?

Я смотрел, затаив дыхание, будто меня правда могли обнаружить и перестать выдавать бесплатную информацию.

— Не понимаю.

— Что конкретно тебе не понятно?

— Зачем-то же он тут отметился… это могло бы помочь нам в расследовании.

Я видел только мутные силуэты, расхаживающие туда-сюда. Люди в белых одеждах подошли почти вплотную ко мне, и я непроизвольно ощутил тревогу.

— Разборки тёмных, а может пытался сбить нас со следа. Может, у него тут был тайник. — Второй голос раздался почти вплотную. — Какая разница? В таком деле много думать может быть вредно. Наша работа – выйти на след и покарать грешника. Я уеду в Ленцио на три дня, попрошу старших доверить эту работу тебе. Прояви себя, как следует.

— Будет исполнено.

— И будь осторожен. Враг не слишком силён, но как твоя нога?

— Уже лучше, Сеньор. А на счет… — Начал было первый, но я увидел резкий взмах рукой его начальника, и тот замолчал.

— Стой! Тут что-то не так.

Второй настороженно дернулся, затем потянулся пальцами прямо ко мне. Вспышка света обожгла глаза, и всё угасло.

***

Голову жгло огнём, будто десятки раскалённых игл расходились изнутри во все стороны, а взгляд застилало сплошное белое покрывало. Я резко сел, держась за глаза и скрежеща зубами от боли. Что это, нахрен, было?!

Ещё и тело затекло от сна в сомнительной позе. Вместе с тем, как отступал приступ слепоты и череп перестало обжигать, я вернулся к проблемам более приземлённым – принялся осторожно разминать плечи и шею, пока не смог держать голову в правильном положении.

— Господин… — Подала сзади голос сонная фея. — Нет… вы что, спали на полу?!

— Вроде того. Забей, просто устал. — Я махнул рукой.

Меня всё ещё не отпустили впечатления от ночных видений, поэтому я в последнюю очередь хотел выслушивать её причитания и самобичевания. Повернув голову, я ощутил, как позвонки скрипят, будто несмазанные дверные петли. А ещё отметил девушку в относительно добром здравии, даже мерзкие шрамы от лечения на её теле частично затянулись.

— У-у-у… Тьма меня поглоти, мне так стыдно! — Всё-таки протянула та, закрыв лицо руками.

Ну, а раз выглядит она относительно здоровой, то нужно извлечь пользу из ситуации, поэтому я прокашлялся и сделал чуть более властный вид:

— Кхм-кхм, чтоб загладить свой провал – помассируй мне шею, этого будет достаточно.

— Будет исполнено!

Суетливо задёргавшись, Дуччи заёрзала на неудобной кровати, разместившись позади и принявшись исполнять свой долг.

Интересно, что это было… вещий сон, просто набор какого-то бреда, или отражение моих опасений? Как бы там ни было, я хотел поскорее получить деньги и свалить отсюда подальше. Там, где никакая инквизиция мне не страшна, а грёбаный князь Тьмы не будет вмешиваться в мою жизнь.

— Как думаешь, куда лучше податься? — Мне не придумалось ничего лучше, чем спросить мнения существа, для которого свобода выбора – скорее минус, чем привилегия. — Скоро у нас будет много денег, и нужно где-то осесть.

В идеале, подальше отсюда. Сон не давал мне покоя, но и без него Сакро-Верита была так себе местечком для того, кто владеет тёмной энергией. Возможно, прямо сейчас враги идут по моим следам.

Я прищурился, расслабившись – хоть фея и действовала довольно робко и неумело, но смогла-таки прогреть и размять мышцы, и тянущая боль в шее потихоньку отступала. Очень скоро все последствия хреновой ночи ушли.

— Я не знаю.

— Дуччи, завязывай со своим “я не знаю”. Пока я не изучил всё сам, ты – мой единственный проводник и информатор. Предложи хоть что-нибудь, я на тебя полагаюсь.

— Это всё не имеет смысла. — Она говорила медленно, осторожно. — В вас слишком много тёмной энергии, поэтому рано или поздно тёмный владыка… простите, князь Тьмы завладеет вами. Мы снова вернёмся в демоническое войско, а я продолжу служить вам.

Ну вот, опять – без меня меня женили. Я вздохнул, вскочил на ноги, пытаясь унять вспышку гнева, пока опять не поддался влиянию и не начал тут всё крушить. На Дуччи злиться бесполезно – такова её природа.

— Этого хватит, спасибо. — Я смягчился, увидев, как та виновато втянула голову в плечи. — Шея больше не болит.

Дуччи едва заметно улыбнулась, порозовела, её глаза приобрели живой блеск. Вытянуть из неё что-то будет непросто… точнее, с её зажимами – придётся повозиться, чтобы получить что-то конкретное, что нужно именно мне.

Сама мысль, что мне могут влезть в голову, кажется нелепой. Но как бы ни мнил я себя самым умным, сильным и независимым, нужно хорошенько подготовиться к тому, о чём говорит фея. Что если некая “тёмная энергия” в самом деле может изменить мои мысли, желания, чувства? Я не хочу остаться марионеткой по собственной самонадеянности.

— Теперь расскажи мне больше. Как может быть, чтобы человек пошёл куда-то по своей воле, если он этого не хочет?

— Э-это происходит, если слуга решит ослушаться хозяина…

Девушка затравленно посмотрела на меня, замерла на полуслове, оценивая реакцию.

— Ну всё, не мнись. Я не съем тебя, если мне не понравится ответ.

— Когда покровитель делится энергией, он отдаёт и своё понимание концепций. Меняет восприятие, искажает его под семь принципов Зла. И чем сильнее вы сопротивляетесь его воле… — Её плечи боязливо передёрнулись, она опустила взгляд. — Я не хочу, чтобы вам пришлось проходить через подобное.

Вот оно – воплощение фразы “бесплатный сыр бывает только в мышеловке”. Знать бы, как отречься от этой силы, но тогда я остался бы с голыми руками против элиты Святой Столицы. Ещё мне было интересно, что за семь принципов Зла, но это могло подождать.

— И что, я тоже "воздействую" на тебя?

— Нет, вы — нет! Всё в п-порядке. Вы же не вливали в меня энергию…

Я удовлетворённо кивнул. Одно дело – добиваться целей, направляя идиотов в нужное русло, и совсем иное – буквально выплавлять мозги союзнику. Я ничего не имею против того, чтобы обводить вокруг пальца всяких дурачков, но вот это уже а рамками моих принципов.

— Славно. Может, я смогу вообще избавиться от этой силы, или как-то защититься от контроля?

— Исключено. Принципы Зла не могут влиять на правителей, генералов армии демонов и на тех, кто принёс клятву другой сущности... но вы же не собираетесь прислуживать мерзким богам Света?!

На пару секунд задумавшись, я чувствовал, как против воли на губах заиграла довольная ухмылка.

— Не-е-е... У меня есть идея получше!

— Какое облегчение... я бы пошла за вами, но у светлых нет чести, они режут и друг друга, и своих союзников. — Только сейчас она нахмурилась, с подозрением подняв на меня взгляд. — Могу я узнать… что у вас за идея?

А кривая ухмылка и не думала уходить. В прошлом мире я только и делал, что пытался быть неприметным, чуть лучше других. Действовать чужими руками, держась в тени. То, что я собирался провернуть, можно назвать безумием, но для начала…

— Дуччи, расскажи. Кто такой Леонард, и почему его все боятся? Что за Кровавый Тиран?

Глава 6

Леонард Бранкалеоне, последний король Теодорики, и глава пятого великого дома, происходил из иномирцев, что было для местных явлением частым, но контролируемым. Они обычно имеют огромный нереализованный потенциал, который позволяет им быстро развиваться и осваивать сложные навыки. Мне с этим не повезло, если верить наблюдению той старухи...

Единственное ограничение, иномирцам приходится носить золотой ошейник и гавкать, только когда разрешат. Именно после появления Леонарда церковь утроила контроль за такими, как я.

До сих пор он был известен, как Кровавый Тиран, а его деяниями запугивают непослушных детей. Несмотря на то, что при его правлении Империя едва не захватила весь континент и приобрела пару новых колоний, внутренняя обстановка, по словам феи, была ужасающей. Церковь Эллеи тогда переживала худшие времена, последователей Богини закалывали, как свиней, впервые за многие сотни лет не была выбрана действующая Мать, проводница божественной воли.

Людей, подозреваемых в шпионаже, хватали среди улиц, ломали и шли вынюхивать дальше. Леонард умудрился одновременно вытравить церковь из страны, ранее именуемой Священной, воевать с демонами и со всеми соседями-людьми, подавлять восстания, а также осваивать другие континенты.

По словам моей подопечной, люди до сих пор боятся его упоминания, и не важно, каким силам внутри страны они симпатизируют. Единственное место, где его почитают и уважают – отдалённые колонии, но и там за такое вполне можно лишиться головы.

***

— Но ты относишься к нему иначе. — Я без труда подметил то, что она уж слишком непредвзято говорит об этом человеке.

— Но никто и не заставляет меня думать так, как нужно другим. Мы же не из светлых. — Фея передёрнула плечами. — Он был безумно силён. Говорят, лично мог уничтожить большой город, полный врагов. Единственное, в чём он был не прав – проиграл в конце.

Логика была железная, Дуччи даже не изменилась в лице. Видимо, мои догадки верны, и у тёмных вообще всё завязано на силу. Это заставило меня хмыкнуть, а фея недоумённо вскинула бровь. Меня же радовало, что та немного ожила и начала разговаривать не только по приказу.

— Слушай меня внимательно. Потому что я намерен присвоить это имя себе. — Я широко улыбнулся, только по одному её лицу представляя эффект. — Мы с тобой покинем этот город и устроим такое шоу, которое они все ещё нескоро забудут.

— Господин…

Да, Ривьер сказал, что это – безумие, но тем эта идея и прекрасна, что ни один другой дурак в этом мире не решился бы провернуть подобное. Девушка неотрывно пялилась, часто хлопая глазами.

Если стоять на месте и не принимать самостоятельные решения, то это дорога в никуда. После интерната мне не раз приходила в голову идея какой-нибудь безумной авантюры, но тогда я был слишком сосредоточен на том, чтобы построить себе идеальную репутацию, добыть нужные документы, получить корочку и квартиру…

А тут я впервые почувствовал, что такое безнаказанность. Ну а раз меня поставили на путь самозванца – буду идти им до конца.

— Ты же со мной? — Спросил я с усмешкой, зная, что у неё нет выбора.

— Разумеется. Я принесла вам клятву, господин, и повторю это столько раз, сколько понадобится.

Пусть я и не был уверен, даёт ли её клятва полную власть над ней, но её слов и действий мне было достаточно, чтобы доверять фее. Я отряхнул одежду, пригладил волосы, и шагнул к выходу.

— Вот и отлично. Тогда я поговорю с Ривьером об одном важном деле, а ты пока расслабляйся и поправляйся.

В приподнятом настроении я покинул душную комнатушку без окон.

“ — Так, а его кабинет, кажется должен быть… “ — Да нихрена я не представлял, где он. Я побродил по зданию, в котором ничего толком не было, а большая часть дверей оказалась закрыта.

Как только одна из них поддалась, я увидел через щель Ривьера. Он сидел за столом в комнате, заваленной всякими бумажками, папками, заставленной мебелью – в основном, это были шкафы, небрежно заваленные всякой макулатурой.

Ворона поднял голову, посмотрел на меня с неодобрением. Ничуть не смутившись, я тут же громко постучал в дверной косяк костяшками пальцев.

— Ты как, сильно занят? — Обратился я, распахивая дверь шире и вваливаясь внутрь.

— Явился? — Усмехнулся он, нахмурив отсутствующие брови. — А я вот думаю, что делать с твоей находкой!

— Слишком сильно не торопись, я всё равно не на счёт неё.

Здоровяк размял зажатые плечи, откинувшись в кресле. Его взгляд стал чуть более заинтересованным и уже не таким недовольным.

— Тогда на счёт чего? Займ хочешь взять?

— Не хочу торчать вам ещё больше денег. — Я выдвинул стул, усевшись напротив. — Если я и хочу взять что-то взаймы, то это немного информации. Мне нужен небольшой город, где-нибудь на окраине страны. Чем более глубокая, отдалённая и унылая дыра – тем лучше.

Ривьер смотрел на меня долго, с подозрением. Затем отодвинул кресло, порылся в столе и достал карту. В центре был подробно зарисован огромный кусок земли, отмеченный, как Великая Империей Теодорика, по краям – несколько схематично изображённых государств, море и горы.

Ничуть не стесняясь, те, кто рисовал карту, изобразили превосходство Теодорики над соседями. Может, даже приукрасили немного – она выглядела больше, чем все остальные на континенте, вместе взятые.

— Не буду спрашивать, во что ты впутался – твоя находка говорит сама за себя. Если хочешь место поприличнее и поспокойнее, чтобы залечь на дно… — Расстелив карту, он начал вести по ней пальцем, прочерчивая маршрут куда-то на восток.

— Нет, нет. — Тут же перебил я лысого, потирая руки. — Погоди, Ворона. Мне нужна прям полная дыра. Такая, чтобы нормальный человек оттуда сбежать хотел. Какой-нибудь отдалённый регион, может?

От такой заявки Ривьер нахмурился, стуча пальцем по бумаге, второй рукой потирая подбородок. Затем он ткнул в северный угол, где находились демонические земли и весьма обширный лес, в котором, в отличии от остальных областей, вообще населённые пункты не обозначались.

— Вот тут. Город Кагаццо. Рядом форт Брес, единственное, что отделяет его от демонических земель, дворфийских пустошей и зоны магической катастрофы. Из населённых пунктов рядом только три деревушки. Говорят, князь Тьмы Онумар пойдёт войной именно отсюда.

Глядя на карту, я кивал с умным видом.

— Что, прям настолько дыра?

— Плохое место. Век назад процветало, но с отравленного магией леса то и дело лезут всякие твари. Видишь эти деревни? — Лысый ткнул пальцем в место, где даже не было названий – только пара схематичных изображений лачуг. — Они полностью разрушены. Здесь раньше был торговый путь, через который дворфы снабжали нас оружием, но из-за новой политики их сената они больше не торгуют с людьми.

Отлично, вот с этой отдалённой глуши и начнётся моё восхождение в роли правителя. Может, есть местечко и получше, но столичный контрабандист Ривьер не просто так сходу много рассказал об этой дыре, или же я вообще ничего не понимаю в людях.

Оставалось только разобраться с транспортом.

— Мне нравится. Как туда добраться?

— Да чем ты вообще слушаешь, а? Говорят тебе, два года до вторжения демонов. Люди оттуда бегут, если от кого-то прячешься – о тебе точно пойдут слухи. Лучше дай мне время, и я за скромную плату подберу тебе местечко на востоке.

— Друг мой, я всё прекрасно услышал. Ты поможешь мне туда добраться?

Ворона развёл огромными ручищами – мол, “дело твоё, самоубийца”.

— Сойдёмся на золотом за человека, если стандартным способом. Ты за свой кристалл получишь около сотни.

— А нестандартным? — С заговорщицкой ухмылкой я подался вперёд.

— А нестандартный не для всех. — С нажимом и как-то даже зло ответил Ривьер.

Я просто сделал себе зарубку на память, что этот способ есть.

— Ладно, проехали пока с этой темой. — Я махнул рукой. — Когда будут деньги?

Ривьер перечеркнул листок, на который что-то выписывал, ругнулся и швырнул его в мусор, взял новый.

— Подожди от трёх дней до недели. — Буркнул тот. — И реши что-то на счёт поездки на Север.

— Однозначно едем. — Я кивнул. — Подготовь для двоих. И ещё я жду монеты за то, что добыл ночью.

Ворона кивнул, не глядя швырнул мне подготовленный мешочек, и вернулся к своим делам..

Вернувшись в комнату, я помог фее собраться, и мы ушли. Когда она облачилась в свои лохмотья, я сделал зарубку в памяти купить ей новую одежду, как только увижу деньги.

С проводником дела пошли лучше – Дуччи легко подобрала гостевой дом, который подходил под мои запросы, сходу назвав аж с десяток названий в разных районах. Она не без хвастовства заявила, что знает здесь почти всё, как свои пять пальцев, если не считать территорию местных сеньоров, героев и церкви.

Пока всё шло без приключений. Ушастая спрятала свои острые уши-антенны под капюшоном, я же походил на обычного парня с достатком выше среднего. Что ещё я заметил, взгляды окружающих хоть и останавливались на нас, но без подозрения, а как-то с осуждением, что ли.

— И долго ты пробыла в этом городе? — Спросил я.

Из прошлой беседы я припоминал, что её прошлый хозяин был убит, пока она находилась в столице на задании. Но это всё.

— Немного, господин. Может, десять или двадцать лет. — Дуччи неопределённо пожала плечами, сказав это таким тоном, каким обычно говорят о походе в магазин.

— Охренеть. Это сколько тебе самой сейчас должно быть?

Та даже замедлила шаг, искренне задумавшись над моим вопросом.

— Ам… я… не уверена. Точно больше двадцати… тридцати… — Взгляд феи стал стеклянным, а голос заторможенным.

— Забей. — Я махнул рукой, пока она не сломалась с концами. — Со мной начинается твоя новая жизнь, это всё, что имеет значение.

Под туго натянутым капюшоном мелькнула слабая улыбка.

А мы тем временем добрались до трёхэтажного каркасного здания, стоящего на основании из грубых каменных кирпичей. Облупилась штукатурка, обнажная деревянные балки, тут и там стены потемнели от дождей, местами пробивался мох. Старый добротный дом с красноречивой вывеской с бутылкой и кроватью.

Видно, что заботливый хозяин то и дело латал дыры в штукатурке, заделывал крышу, и в целом пытался содержать всё в приличном виде, но стоптанные ступени намекали, что этому зданию не один десяток лет.

Не самое оживлённое место – всего с десяток прохожих встретились нам, пока мы направлялись к двери. У входа под навесом расположился столик, за которым три пьянчуги увлечённо рубились в кости, громко и непристойно комментируя свои действия. Хмыкнув, я взял Дуччи за руку и с максимально надменным видом вошёл внутрь.

В нос сразу ударил запах хлеба и пива, на меня лениво уставились самого разного вида посетители, жрущие мясо с картошкой, но тут же потеряли интерес. За стойкой расположился пузатый мужичок под метр семьдесят в смешной шапке, с приветливым взглядом и блестящими сальными пальцами.

— Комнату с двуспальной кроватью? — Скептически произнёс он, глядя сначала на меня, потом на фею.

Её плащ с капюшоном отлично скрывал возраст, а из-за роста и лохмотьев она больше всего походила на худощавую малолетнюю попрошайку. Как я смог понять из разговора с Дуччи, именно так она и выживала в городе – притворялась нищей беспризорницей, подворовывала и собирала информацию.

— Всё верно. Комнату мне и этой девке. — Я небрежно достал мешок. — И еды, пусть принесут через час.

— Серебрушка за сутки. — Пренебрежение в его взгляде только усилилось. — Сегодня мясо с земляной грушей, могу предложить кувшин воды и бадью с полотенцами. За всё это и доставку наверх – две монеты.

Я достал из мешочка две серебрушки и пять медяков.

— Идёт, пусть принесут через два часа. Добавил за неудобства, если вдруг девка окажется слишком шумной.

Не проронив ни слова, Дуччи следовала за мной, опустив голову. Я получил ключ и пошёл наверх, искать нашу комнату, с удовлетворением отметив, как мужик, стоило мне отойти, с омерзением сплюнул в сторону.

И ещё один взгляд вперился мне в спину. Недобрый, пристальный. Я уж думал, что нашёл нам проблемы, но недоброжелатель так и не решился сделать хоть что-то. Обернувшись, я не обнаружил никого.

“ — Вот и отлично… всё по плану. ”

Мы поднялись по скрипучей лестнице, а я отпустил наконец руку феи.

— Молодец, подыграла на пять с плюсом.

— Вас теперь точно запомнят… — Тихо сказала девушка, складки ткани под её капюшоном задвигались, когда та нервно шевелила ушами.

— Да, это к лучшему.

Именно то, чего я добивался. Если кто-то спросит, то хозяин скажет не “странный неприметный тип, которого раньше никто не видел, вдруг заселился со своей спутницей”, а “зажравшийся богатей снял комнату, чтобы трахать какую-то оборванку”. Лучше пусть сами сделают выводы, чем подозревают.

Наша комната оказалась душной каморкой три на два, с низким потолком, большим мутным окном и минимумом мебели – сундук, полка, двуспальная кровать и крохотный столик с табуреткой.

Я с лёгкой иронией вспомнил о таких же тесных бараках на десять человек в интернате, где в своё время я по тому же принципу ложных выводов прятал всякие ништяки от ночного шмона старших.

Пара листов с картинками полуголых девушек и какое-нибудь печенье каждый раз находились под моей подушкой, одеялом, глубоко в ящике стола, тогда как всё самое интересное и вкусное я скрывал в менее очевидных местах. За пару лет никто так и не додумался копнуть глубже, и самые ценные вещи я всегда умудрялся сохранить малой ценой, тогда как мои сверстники часто проходили через побои и издевательства.

— Ну, не так всё и плохо. К нам никого не подселят. — Я совершенно бесцеремонно запрыгнул на кровать.

Пока у меня было не так монет – при расходе в два серебря я имел шансы разориться до продажи кристалла.

Но зато торопиться было некуда, и я мог спокойно расслабиться. Организм требовал возместить вчерашний день, когда я скакал до глубокой ночи и обошёлся парой часов сна на полу в неудобной позе.

Светиться нельзя, провоцировать тёмную энергию не стоит, остаётся лишь отдыхать. Поэтому я стянул с себя рубаху, штаны, и как был лёг на жёсткое ложе.

Даже так, это уже была вершина кайфа.

— Господин, какие будут указания? — Нетерпеливо подала голос фея, уже запирая дверь и скидывая капюшон. Её длинные острые ушки двигались, настраиваясь на неведомые мне частоты.

— Никаких. Отдыхаем. Я изрядно наследил вчера, к тому же устал – хочу хотя бы день отлежаться.

Обратившись к внутренней силе, я почувствовал покалывание в груди, и маленькая лужица металла, прилипшая к моей спине, начала сползать под голову, становиться более упругой.

К удивлению для себя, я стал обладателем неплохой подушки из собственной брони. Всё ещё не очень удобной, но всяко лучше, чем тот комок сена в пыльном мешке, который мне предлагал владелец.

— Прикажете мне разделить с вами ложе, или спать на полу? — Дуччи продолжала мяться в узком проходе между столом и кроватью.

Я не совсем понял, что значит разделить ложе, но был не против любого варианта. Не дошёл я ещё до того, чтобы укладывать девушку на пол, но и в джентльмена играть не планирую.

— Раздевайся и ложись рядом. Полностью. — Нейтрально ответил я. — Обмотаешься плащом, выйдешь, когда нам принесут еду.

Пусть их подозрения подтвердятся. Фея не сильно беспокоилась, принялась выполнять указание, а я поглядывал на её обнажённое тело, думая о своём. Момент вышел куда более приятным, чем в тот раз, когда она была изранена и истекала кровью.

Дуччи легла рядом, одним своим присутствием провоцируя меня на действия. Столько дерьма произошло… а сбросить стресс по жизни я мог лишь двумя путями: с помощью красивой женщины, либо свежеприготовленного мяса.

“ — В кои то веки я смогу нормально отдохнуть. ” — С нескрываемым удовольствием я хрустнул суставами, вытянувшись на хреновой, но моей собственной кровати.

Это уже был неплохой прогресс – крыша над головой, откуда не попросят, чуть что. А ещё, рядом со мной лежала симпатичная девушка, на которую я имел далеко идущие планы.

Когда в дверь постучались, я уже успел задремать. Дуччи встала, прикрывшись плащом, как я сказал, и забрала у девчонки еду. Следом та втащила и оставила у входа бадью с горячей водой, полотенца. Когда дверь закрылась, смущаясь, фея повернулась ко мне, поправила спутанные грязные волосы.

— Желаете… чтобы я омыла ваше тело? — Произнесла та с придыханием, вперившись взглядом в пол.

Я определённо желал. Этого, и куда большего.

— Да. Давай смоем друг с друга грязь. — С энтузиазмом я сел на край кровати.

Девушка отставила еду в сторону, нерешительно сжала края плаща, делая ко мне шаг. Я высвободил её пальцы и рывком сорвал плащ, она не сопротивлялась, когда перед моим взором предстали изгибы её тела.

Не поднимая взгляда, она дёрнулась, чтобы прикрыться, но затем расправила плечи, наоборот выставляя напоказ свою небольшую грудь. Я же никуда не торопился, облизнул губы в предвкушении, взял бадью и переместил ближе. Следом обнажился и я.

Начали мы с того, что та взяла деревянный пузырёк с пахучим средством, который нам передали вместе с водой, намочила мои волосы и принялась втирать его в голову. Странные ощущения – когда кто-то моет тебе голову, но не сказать, что неприятные.

Понаблюдав за ней, я в точности повторил её действия, наслаждаясь тем, что в кои то веки у меня чистые волосы. Пусть средство и щипало, это было лучше, чем ничего. Фея забавно жмурилась, скрестив руки под грудью, но я быстро закончил и смысл средство.

Теперь нам предстояло зайти дальше. Намочив полотенце, я буквально вручил его ей, наблюдая разгорающийся румянец на бледно-розовых щеках. Сейчас особенно приятно было видеть, как под маской беспрекословного подчинения и следования приказам проявляются обычные эмоции живой девушки.

К её чести, Дуччи взяла себя в руки и взялась за дело. Сначала горячая влажная ткань коснулась моей спины, фея прижалась почти вплотную, а я приобнял её за поясницу. Она ощутимо вздрогнула.

Опустив глаза и наткнувшись на мой взгляд, та зарумянилась сильнее прежнего, задрала голову, чтобы не смотреть на моё лицо, и принялась тереть активнее, дыша неровно и прерывисто. К моему разочарованию, она именно, что мыла. Интимность момента отступила – наверное, я переборщил с похотью во взгляде, но слишком приятный был вид.

Двигаясь сверху вниз, изредка ополаскивая полотенце, девушка прошлась по всему моему телу, а я ей всячески помогал в этом. В целом, вышла интересная забава, хотя по мне – в какой-то момент это переросло в простое мытьё, без огонька и без… лишних телодвижений. Я мог бы приказать ей зайти дальше, но нам сейчас некуда было торопиться.

— Что ж, теперь твоя очередь. — Я улыбнулся, с трудом подавив пробивающиеся хищные нотки в голосе.

— Как… пожелаете. — Покорно кивнула та, вставая во весь рост и приподнимая руки.

— Не-а, ложись.

Я бесцеремонно устроил её на кровати, на животе. Взял второе полотенце, начав то протирать горячей влажной тканью, то тщательно массировать её шею и плечи. Совсем уж безнадёжным бездарем я в той жизни не был, поэтому вскоре её сопение лишь усилилось, она расслабила плечи, выдав короткий сдавленный стон.

— Тебе не нужно сдерживаться, так легенда будет правдоподобнее. — Хмыкнул я, переходя ниже, проходя кончиками пальцев вдоль её спины.

В процессе помогал себе полотенцем… иногда, чтоб хоть немного поддерживать изначальную идею о помывке.

“ — А спинка-то у девочки чувствительная. ” — Я с удовлетворением принялся воплощать те немногие знания о массаже, которые получил на Земле, но Дуччи дрожала и трепыхалась – я нащупал её слабое место. А уж когда перешёл к пояснице…

— Ах… — Она выгнулась, как кошка, и сцепила не находящие себе места пальцы, выставила бёдра навстречу.

Воодушевившись, я принялся нагло и напористо “мыть” её ягодицы. Девушка реагировала на каждое касание, тихо блаженно стонала и расслабилась с концами. Раздвинув её ноги и пройдясь плавными движениями вдоль внутренней стороны бёдер, я понял, что она уже готова, и пора переходить к главному.

“ — Нет, всё, к чёрту это ваше мытьё. Я больше не могу. ”

Я отбросил нахрен полотенце, подавшись к ней всем телом и нависая сверху, но тут же почувствовал, как всё тело девушки опасливо сжалось. Точно не от пылких чувств, скорее от напряжения и страха.

— Господин… я стерплю всё, что потребуется. — Как-то обречённо прошептала та и поникла.

И столько было безысходности в её голосе, что я аж впал в ступор. Внезапно и как по щелчку, она опустилась, пропал её запал, Дуччи вжалась в кровать и молча ждала своей участи.

“ — Ну вот какого хрена? ” — Я разочарованно хмыкнул.

Весь настрой как ветром сдуло. Вот коза! Это что ещё за фокусы? Какое, нахрен, “стерплю”?! Хотел бы я так – нагнул бы её сразу, как зашли в комнату, да и дело с концом.

Подняв полотенце, я под недоумевающим взглядом Дуччи наскоро закончил сдержанно протирать её тело без лишних телодвижений, затем отодвинул бадью в сторону.

— Поедим и спать. Надо восстановить силы.

С настолько странными беспричинными переменами в настроении я раньше не сталкивался, толком не понимал, что с ней произошло, да и не желал сейчас копаться в её тонкой душевной организации. Лучше уж никак, чем скорбно, драматично и через страдания.

Я не стал настаивать, как и допрашивать о причинах такой реакции, а спокойно отодвинулся на свою половину кровати. Нет – так и чёрт с ним.

— То, в чём мы убедили этих ребят – распространённая практика в этом мире? — Спустя время вдруг спросил я, вспоминая реакцию прохожих.

Больше я не стал скрывать своё происхождение, в этом не было смысла. Уж со своей-то подчинённой, связанной клятвой, нет в этом смысла. А о том, что было пару минут назад, я тактично молчал и делал вид, что ничего не произошло.

— Да, господин. Церковь порицает проституцию, и за это предусмотрено суровое наказание. — Укутавшись посильнее, Дуччи робко устроилась на самом краю кровати. — Но насколько мне известно, нет закона, который мешал бы добровольному акту любви. Аристократы находят девочек… иногда и мальчиков с улицы, или из неблагополучных семей… — От меня не скрылось, как лицо феи передёрнулось в отвращении. — Они расплачиваются едой, помощью и покровительством. Все это знают, но доказать что-то трудно.

Мерзость, что тут скажешь. Поменялись декорации, но не равнодушие и грязь среди власть имущих. Именно так я лишился брата.

Вот тебе и Святая Империя… правила придумывают, чтобы стало лучше, а люди всегда найдут, где вывернуться. Если кого-то поймают, то наверняка можно купить помилование щедрым пожертвованием церкви. Это даже спрашивать не стал бы – такое было даже в моём мире, чего уж говорить об этом.

Сосчитав до десяти, я пытался отвлечься, чтобы меня снова не захлестнуло тёмной силой от всех навязчивых злобных мыслей по самым разным причинам.

Хмыкнув, я прикрыл глаза. Всё же хорошо, что меня нашёл такой обширный справочник, как Дуччи. Но за эти несколько дней мне желательно выудить побольше полезной информации. Всё же я не могу вечно полагаться на фею, как слепой на собаку-поводыря.

Не на князя Тьмы же рассчитывать? В том числе поэтому мне и нравилась идея поездки к демоническим землям. Если я правильно понял механику, то тогда старый хрен решит, будто я одумался и на полной скорости мчу к нему, и возможно тёмная энергия перестанет давить мне на голову так сильно.

Я болтал с феей ещё долго, пока не отключился. Сквозь сон слышал, как забирают бадью и пустые тарелки, но даже не посчитал нужным открывать глаза.

***

В тёмном помещении собралась толпа, свет факелов отбрасывал причудливые тени. Трое воинов с длинными копьями за спинами подозрительно смотрели на своего информатора.

— Ты в этом уверен? — Спросил главный, молодой парень с грязно-красными волосами в тугом хвосте.

Вся троица была облачена в роскошные доспехи с гербом семьи Драгонетти во всю спину.

— Бесспорно. Тёмно-бордовые волосы, как у членов вашей семьи. Из-под обносков свидетель заметил шрам на бедре. Наверняка тот самый след от кипятка из детства, о котором упомянуто в свитке. — Информатор, поглаживая бороду, добавил. — Мой человек мельком видел её лицо, и он уверен, что то была ваша сестра. Всё, как на портрете!

На счёт последнего он откровенно соврал, но кого бы волновали такие мелочи? Бедолага, доставивший ему эту информацию, уже мёртв – так, для подстраховки.

А много ли красноволосых оборванок ходит по городу? Точно нет. Каспер Драгонетти вызволит девку, в крайнем случае придётся пасть ниц и сердечно каяться, что его человек ошибся. А увесистый мешочек, полный золотых монет, который прилетел к нему в руку, определённо того стоит.

— Этот мерзкий червь привёл её туда для утех! Вам надо поторопиться, сеньор!

— Вот же мерзкий ублюдок! — Главный с размаху ударил кулаком по толстой колонне, откалывая кусок камня. — Клянусь, я спущу шкуру с этой мрази! Выступаем прямо сейчас.

Несколько раз шумно выдыхая, парень взял себя в руки.

— Можешь идти, если это всё. Но если соврал… сам знаешь, что будет.

Расплатившись, Каспер махнул рукой, позволяя тому убраться восвояси. С коротким поклоном информатор скрылся прочь. Сердце колотилось бешено, но он ликовал. Вряд ли его разоблачат, очень вряд ли – единственный свидетель его лжи мёртв.

А уж если удастся раскрыть дело о похищении дворянки, то жизнь окрасится радостными красками. Драгонетти, чересчур жёсткие, но принципиальные, всегда награждали тех, кто им полезен.

Глава 7

Я проснулся под вечер, и хоть проспал всего пару часов, но чувствовал себя не таким убитым. Всё-таки, в прошлой жизни я отходил от работы куда дольше, за что лишний раз стоило поблагодарить мистически выросшую выносливость.

Дуччи сопела, свернувшись и укутавшись в одеяло – она до сих пор не поправилась. Интересно, пропадут ли шрамы на её теле? Но даже так, местная магия… алхимия, или чем они тут промышляют – прекрасная вещь.

Первым делом я впитал “подушку” из брони и оделся. Управление живой сталью давалось с трудом, требовало концентрации и времени, но я определённо справлялся с этим всё лучше и лучше.

Решив не тревожить фею, я захватил деньги и спустился вниз, на предмет заказать чего-нибудь поесть к утру, и, может, подслушать что-нибудь интересное.

Каково же было моё удивление, когда спустившись по лестнице я увидел целую толпу зевак. У стойки владельца троица с копьями за спиной держала мужика за ворот, встряхивая и что-то вопрошая, а за ними безмолвно столпилась группа стражей. Все собранные, звучат какие-то команды, жителей не подпускают… и тут взгляд пузатого мужичка останавливается на мне.

Только теперь в нём не осталось и капли радушия.

— …хоть один волос – тебе не сдобровать.

— Вот же он! — Крикнул тот, вздыхая с облегчением. — Вот он, насильник, душегуб!

Главарь брезгливо отшвырнул того обратно за стойку, шагнул ко мне.

— Именем семьи Драгонетти! Ты, червь, обвиняешься в похищении герцогини, и будешь допрошен немедленно. — Он опасливо озирался на зевак, подав знак, чтобы их оттеснили, а глаза его горели той бешеной злобой, которую я ощущал только под влиянием тёмной силы. Какой эмоциональный парень…

Я нихрена не понял, но и не стал оправдываться, а собрал крохотное зёрнышко тёмной энергии, разом распределяя её по телу. Лишь бы не сорвало опять крышу… Грудь онемела, закололо почти нестерпимо, но я рванул вверх по лестнице, и в моих руках появился меч.

На одних рефлексах успел отскочить наверх, придерживаясь за перила – ступени подо мной разорвало, когда в них вонзилось копьё. Все трое шли по мою душу.

— А-а? А как же честь аристократа? Ссышься один на один выйти с тем, у кого даже брони нет? — Я откровенно рассмеялся ему в лицо. — Да ты позоришь имя своей семьи, мальчишка!

Тот остановился, как вкопанный, выставив руку перед подчинёнными. Что-то шепнул одному из них, и они стремительно отступили, даже не став спорить.

— Меня и одного хватит, чтобы пригвоздить такого червя к полу. — С ненавистью прошипел тот, и снова напал.

Я побежал наверх, используя всю мощь усиленного тьмой тела, цепляясь за перила. В этот раз я пожелал, чтобы моё оружие приняло более стандартную форму, а броню обратил в неприметную защиту.

Прямой длинный меч, круглый щит и наручи с тёмным отливом. Эта форма будто ограничивала их силу, но не хватало мне, чтобы моё настоящее лицо связали с тем, кто устроил резню!

На втором этаже я развернулся, едва успев заблокировать мощный таранящий удар. Парень рычал, как зверь, безумные глаза выпучены, он сыпал выпадами с твёрдым намерением убить.

Я с трудом блокировал их – мощные, быстрые, как укусы змеи, каждый такой удар отдавал неприятной вибрацией в руку, держащую щит. Мне пришлось неловко контратаковать, чтобы перестать пятиться и отвоёвывать пространство, но мечу не хватало места – даже когда мы вышли в коридор.

Его оружие держало мою тёмную энергию, сколько бы я ни вкладывал её в клинок – ни единой царапины на нём не осталось, хотя бил я в полную силу. Его же удары, летящие пулемётной очередью, я кое-как парировал щитом… пока. Рука одеревенела и начинала неприятно гудеть.

— Сдохни, сдохни, сдохни, тва-арь! — Орал он, как обезумевший.

Острие копья соскочило с щита и оцарапало мне предплечье, пустив первую кровь. Тогда я пожелал изменить его форму на более вогнутую.

— Не дожёшься. — Весело улыбнувшись, я скривил рожу, откровенно провоцируя противника.

В следующий раз я поймал остриё его оружия в образованную в центре ложбинку, оттолкнул парня щитом и нанёс ответный удар. Вышло медленно и неуклюже, насколько позволяло пространство, но на то я и рассчитывал.

Парнишка отбил клинок, отправив разре навверх, и тёмная дуга сорвалась в потолок. По руке стекала кровь, но я довольно ухмылялся, игнорируя лёгкое жжение в кисти.

Враг не стал долго думать и продолжил напор, а я выпустил ещё один широкий разрез над его головой. Он впился в потолок, завершая неровный овал, и я вдруг сорвался с места.

Протаранив парня, я оттолкнул его прямо под падающую сверху здоровенную балку. Хрясь! Его хорошенько приложило по голове и он сполз вниз, рухнув без сознания.

“ — Вроде не сдох, шикарно. “ — Если на рядового стража всем по барабану, то вот за аристократа мне бы точно стали мстить. Начали бы искать, создавать проблемы. Надо оно мне? Пусть полежит, остынет немного.

Довольный исходом, я отряхнул руки, когда вдруг услышал крики со стороны комнаты. Моей комнаты. Это была крепкая мужская ругань, стон боли и возмущённый крик моей спутницы.

Тогда я наконец вспомнил, что парней с копьями изначально было трое, а значит… Вот же хитрый козёл! Я-то думал, что он – сопливый агрессивный идиот, а он сто процентов приказал им забраться в окно.

Пнув его легонько, чисто для морального удовлетворения, я развернулся и побежал к комнате. Я ведь оставил фею спящей, она наверняка даже понять не успела, что здесь происходит…

— Дуччи! — Проорал я, распахивая дверь.

В комнате царил бардак, стёкла былы выбиты вместе с рамой, а на кровати, держась за окровавленный бок, корчился ещё один красноволосый выродок. Второй стоял рядом, схватив вырывающуюся фею за руки и держа меч у её шеи.

— Я готова принять смерть. — Выплюнула из себя девушка, но аристократ сжал её руки стальной хваткой, заставив вскрикнуть.

— Стоять. Если подойдёшь, девчонка сдохнет.

В самом деле, я замер на краю комнаты. Но вот мозгов продолжить мысль у копейщика не хватило.

— Ну, постоим, подождём. — Хмыкнул я. — А твой товарищ пока умрёт от потери крови. Второй, кстати, тоже прямо сейчас истекает кровищей. — Соврал я, не задумываясь.

— Заткнись, шавка! Не слушай его, Рико!

Он повернул голову на товарища, затем в ужасе посмотрел на меня. Не остановившись на этом, я тем же тоном отдал приказ:

— Ну а Дуччи… жги.

Благо, она оказалась не глупой, воспользовалась его заминкой, вывернула руку в сторону врага, и…

— А-а-а-а!!! — Его окутало пламя, и он заметался по комнате, пытаясь его сбить.

Кожа на руках феи потрескалась, пробился наружу узор свежего ожога. Я же, не задерживаясь, подхватил её на руки и сиганул в окно на соседнюю крышу.

— Болит?

— Н-ничего. — Вздохнула та. — Я привыкла.

Дуччи встала на ноги и мы побежали прочь.

А меня пробирало на смех, уж больно я был доволен выходкой. И спутница мне досталась, конечно, иногда немного примороженная, но точно не глупая. Работая с ней в команде, мы точно добьёмся вершин.

Пробежав немного по крыше, мы спрыгнули в неприметном месте. Оружие я уже спрятал, но распоротый рукав и плащ на голое тело у феи запросто могли вызвать подозрения у стражи.

Ну а я знал всего одно место, где можно укрыться.

— Молодец, девочка! — Я не переставал хохотать, а боль бедолаги грела душу.

Так им и надо, тварям, что не дали мне спокойно отсидеться. Куда ни сунься, как ни перестраховывайся, всегда кто-то найдёт и попытается убить. Скорее бы уже покинуть столицу и начать выполнение своего плана.

А на счёт этой троицы… Из воплей этих кретинов я понял только, что они искали здесь какую-то женщину, и полагали, что я прячу её в своей комнате. Ну и идиоты…

Моя идея была хороша, просто не повезло. Но да чего уж там. Они знатно получили по роже, каждый из них по-идиотски. Я опять куда-то бегу, но хоть поржал от души.

Мы спрятались за колодцем, пока переводили дух. Я бегло осмотрел всё ещё кровоточащий рукав.

— Перевяжи, пожалуйста. — Оторвав рукав, я передал его ей в качестве подобия бинта. — Что ж, мы с тобой скоро отправимся в демонические земли. Ты ведь этого хотела?

— Не знаю… но уверена, как только вы окажетесь ближе к князю, вам станет лучше. — Сконфуженно прижав уши, Дуччи перетянула рану.

Неприятно, но терпимо. Сущая мелочь, на самом деле. В тринадцать мне сломали эту же руку – отказался лезть ночью в ларёк у интерната старшим за сигаретами. То было куда хуже…

— Кстати. — Я покрутил локтевой сустав, размял руку. Раньше ведь не обращал внимания… — Могло ли моё тело исцелиться при переносе в ваш мир?

Фея, закончив с перевязкой, задумалась.

— Я правда немного об этом знаю. Все призванные проходят отбор в специальных мирах, получают какие-то дары. Кто выживает – становятся командирами в армии демонов… это всё.

Только вот я почему-то не помнил никакого отбора, и понятия не имел, есть ли у меня какие-то способности, кроме той, что даже сейчас потихоньку плавит мне мозг. Ждёт, чтобы вырваться и убить кого-нибудь.

— К слову, ты же тоже поджигаешь врагов, и вот это вот всё. — Я высунулся из-за колодца, прикинув, есть ли у нас время поболтать.

До сих пор я не додумался спросить, есть ли у феи какая-нибудь магия-шмагия. Придётся выяснять сейчас, сидя в кустах за колодцем у какой-то лачуги.

— Ах. Как будет угодно. — Фея сосредоточенно подняла взгляд и начала перечислять. — Я владею третьим, пятым и шестым Принципами Зла на начальном уровне, освоила концепцию Точного Лезвия, Искры и Малого Сглаза. Из бытового колдовства умею сушить одежду, и…

— Стоп, стоп. Остановись. Объясни немного подробнее.

Из короткого сбивчивого объяснения я понял, что девушка может прятаться в тенях, обладает чем-то типа очень слабого телекинеза и управляет кровью слабых противников. Про семь Принципов Зла Дуччи обещала рассказать позже, но звучало негусто.

Искра – что-то типа магии огня, но не такая, как в мморпг, а в очень кастрированном виде – летит по ветру и поджигает то, чего первой коснётся. Точное Лезвие… не совсем понял – что-то вроде “доводки” удара, или же какой-то крит. Сглаз и вовсе был слишком сложен для короткого объяснения, сидя в кустах.

Важно то, что последние три так или иначе бьют не только по врагу, но и по ней. Короче, не так я себе представлял магию в ином мире, вот вообще не так.

— Мда… ну, что-нибудь придумаем с этим.

— Я правда буду полезной! — Заверила меня спутница, с серьёзным видом ударив себя в грудь.

Видимо, моя кислая мина очень произвела на неё впечатление, поэтому она всем своим видом излучала готовность служить. Ну а у меня появилась одна забавная идея на случай грядущей драки.

— Ладно. Тогда вот что… — Я наклонился к ней и прошептал кое-что, сделав короткий жест пальцами.

Когда фея утвердительно кивнула, я не удержался от злорадной улыбки. Будем надеяться, что мне это не понадобится.

— Ладно, давай. Пойдём к нашим дорогим контрабандистам. — Я махнул здоровой рукой, поднимаясь на ноги. — Можешь и меня потом поучить своим трюкам?

Опять отводит взгляд и прижимает уши, понятно. Я только вздохнул.

— Могу, но это может быть опасно…

— Да что ж у вас за фэнтези-то такое?!

Зато я чуть больше узнал о своей спутнице. Впрочем, я надеялся, что вся эта информация мне в ближайшее время не понадобится. Может, мне всё-таки повезло, и я не слишком наследил, а Драгонетти ещё долго будут зализывать раны. Может, и сон с инквизитором окажется просто сном.

— Нет, это было бы слишком просто. Нас не оставят в покое.

В ответ на вопросительный взгляд феи, я отрицательно покачал головой, мол, всё нормально.

Тем временем мы потихоньку подходили к магазинчику. У самого входа было подозрительно тихо.

Это место в целом не было особенно оживлённым, но теперь появилось чувство, будто всё вымерло. Я постарался как можно быстрее пробежать к дверям, не оставаясь на открытом месте, а Дуччи оставил красться где-то в тени дома следом за мной. Пожалуй, я погорячился с критикой, и её скрытность хорошо покажет себя в большом городе.

— Эй, это Леон! Открывай дверь, срочно. — Я заколотил в дверь, ещё раз стукнул кольцом для верности.

А потом почувствовал это: сама тишина зазвенела, неестественно исказилась, словно натянулась тонкая, для одного меня существующая нить. Резко открылась дверь магазинчика, и в ту же секунду я закончил формировать клинок.

Дзынь!

Я завёл руку за спину и принял удар на лезвие, сильный и мощный. Он зашвырнул меня внутрь, прямо на обалдевшую контрабандистку, и я едва успел обернуться, чтоб отразить ещё два быстрых взмаха.

— Так ты отразил это, еретик?

Передо мной стоял человек в бело-золотых одеждах, с прикрытым простейшей железной маской лицом. В его руках сразу два меча, и поигрывая ими он наступал, пока с улицы я заметил минимум четверых магов.

Вот и нашла меня святая инквизиция!

Раздался синхронный залп, вместе с Аален я запрыгнул глубже, почувствовав, что даже стены затряслись.

— Леон! — С досадой злобно крикнула контрабандистка. — Идиот, это ты их сюда привёл!

— Конечно я, кто же ещё? Не ори мне в ухо, а сваливай, а я попробую его прикончить.

Девушка побежала дальше, а инквизитор поднял мечи, делая широкий взмах. Я встал между ними, выставив клинок и одновременно покрывая себя бронёй.

Не прогадал – в меня полетел сдвоенный разрез, яркий настолько, что слепило глаза. Чуть не вывернуло порезанную руку, я еле удержал дистанционный удар, проехав несколько метров по полу.

— Святой огонь очистит всех грешников, потворствующие Тьме – такие же преступники, даже хуже.

Пока я поднимался и опасливо пятился по коридору, он неторопливо шагал мне навстречу. Это точно не будет лёгкий противник… но я не планирую играть с ним честно. Немного хитрости, и я его прикончу.

Я плюнул на всё и сходу впустил Тьму в своё тело, рванул к нему, больше всего желая вскрыть ему глотку. Вложив всю злобу, я сделал пробный рубящий удар сверху вниз.

Концентрированный и наполненный энергией взмах, который я направил двумя руками, святоша просто стряхнул в сторону. Следом я налетел на него с размашистым ударом, но тот легко отклонил тело и чуть не пропорол мне глаз – я практически рухнул на пол, чтобы не сдохнуть.

Я откатывался, метался из стороны в сторону, пока рядом со мной летали световые удары, наконец смог встать на ноги и вновь разорвал дистанцию. Не затягивая, я побежал и завернул за угол.

Сходу приметил, что он странно припадает на ногу, ещё и в вещем сне я слышал об этом. Поэтому оторваться, подумать, или заманить его…

Не успел додумать – стену передо мной разнесло, и он вышел с другой стороны, как грёбаный терминатор. Инквизитор уже обошёл меня, и стены для него не оказались преградой.

Я принял в блок очередную сдвоенную волну света, от вспышки зажмурился и толком не смог понять, откуда пришёл удар – меня просто толкнуло в бок, вспороло доспех, оставляя но неприятный ожог.

Шипя и ругаясь, я отступал теперь в обратную сторону, ведь для исполнения моего плана мне нужно было вывести его на улицу. Пусть только Дуччи не подведёт…

— Здание окружено, бежать некуда. — Подтверждая его слова, вновь громыхнуло, затряслось здание, посыпалась с потолка пыль. — Ты умрёшь здесь, тёмное отродье.

Даже не дослушав его до конца, я свернул обратно и дал дёру, стремительно выпрыгивая на улицу. Наверняка он не врал, но я и не рассчитывал сбежать отсюда, а просто выигрывал время.

Подтверждением этому стало несколько трупов в светлых одеждах, над которыми возвышалась дымящаяся, неловко придерживающая правую руку фея, отчаянно сжимая свои ножи. Если она не забыла наш разговор, мы прикончим эту тварь!

Глава 8

Дуччи привалилась к стене в тщетных попытках восстановить дыхание. Её плащ обгорел, что-то подпалило и волосы, на плече через дыру в ткани виднелась корка свежего ожога. И руки… кажется, просто держать ножи доставляло ей боль.

Я захлопнул за собой тяжеленную дверь перед носом святоши, а сам ушёл в сторону. Через мгновение её сорвало с петель и выбросило на улицу, а потом появился и инквизитор.

Скопив комок тёмной энергии в клинке, я разом взмахнул, рубанув в его левую икру. Враг закрутил головой, пытаясь найти меня перед собой, и потерял секунду. Пусть он и дёрнулся в сторону, волна силы срезала кусок светлых одежд, подрезав ему здоровую ногу. Он поменял стойку и атаковал меня.

— Прикончим его вместе! — Крикнул я Дуччи, принимая жёсткий удар и вообще не пытаясь спрятать от инквизитора свои намерения. — Не подставляйся, бей ему в спину.

Ещё чуть-чуть, и он продавил бы меня, но фея повиновалась, встряхнувшись и перехватывая ножи, лёгкой походкой побежала к нему сзади, будто и не пострадала в бою. Святоша взвыл, закрутившись на месте и покрываясь едва заметным жёлтым свечением.

— Мерзкие подлые твари… вы ответите за смерть моих братьев!

Мы отступили, не сговариваясь, за счёт тёмной силы я прыгнул метра на три, и даже так ощутил, как жар солнца пробирает до костей. Я припал к земле, надо мной пролетело с десяток разрезов.

Святоша, едва закончив подрабатывать УФ-фонарём и палить солнцем, продолжил атаку, как ни в чём не бывало. Я пятился, пропуская три взмаха мимо и четвёртый с трудом отбил в землю.

Затем снова отпрыгнул, когда земля взорвалась под ногами. Отвёл корпус вправо, и пролетевшая мимо волна идеально гладко срезала деревянный столб.

Дуччи, сцепив зубы, упорно пыталась подойти. Она не пострадала, но подкоптилась сильнее прежнего, её волосы стояли дыбом и от них шёл дым. Святоша каждый раз врубал солнечную ауру на долю секунды, заставляя ту отступить от невыносимого жара.

Зато я мог ему противостоять. Тьма, полившаяся из меня на землю, как густой чёрный мёд, глотала такие мелочи без малейшего вреда. А сделать что-то большее враг не мог, пока рисковал получить нож в спину… я широко улыбнулся под шлемом, хотя этого всё ещё было мало.

Пусть я и мог контратаковать, но рискуя и подставляясь. Слабое место, его правая нога, и рана на левой. Я не мог даже на секунду ослабить напор, не зная, может ли он затянуть рану какой-то способностью.

Поэтому я отступил на шаг, с драматичным тоном обращаясь к Дуччи:

— Уходи. Я задержу его. — Я поднял руку, коротко двинув двумя пальцами вправо. — Он всё равно нам не по зубам, а так хоть ты выберешься… был рад сражаться с тобой бок о бок.

Фея замерла, нахмурилась, но после моего жеста склонила голову и побежала прочь. Инквизитор взмахнул мечами, пытаясь ударить ей в спину, но я уже был рядом, едва не рубанув его под зад.

Скрещенную волну света ему пришлось отправить мне в грудь, я выставил тёмную ауру на максимум. Повреждённую руку вывернуло под неестественным углом, а я проскользнул вперёд в самоубийственной атаке, ударив кулаком прямо в железную маску.

— Перенимаешь подлые трюки никчёмных тёмных выродков, святоша? — Я вновь ухмыльнулся, когда тот отступил, пусть и всего на шаг.

— Какое потрясающее благородство для такого выродка. Может, я и позволю уйти ей, но ты… — Святоша размял кисти, хрустнул шеей, пока я пытался разглядеть его взгляд в прорезях железной маски. — Если сбежишь – не жди пощады. Ты не уйдёшь из этого города! Тебя ищут, и я тоже не уйду с твоего следа.

Я нахмурился. Судя по тому, что у него появилось настроение поговорить, он ждал подкрепления. Или же готовит какую-то подлость… как пить дать, готовит.

— Надеешься взять меня живым? — Я гадко усмехнулся. — Зря надеешься. Ты, видимо, испугался, что я зарежу тебя, как тех пятерых. — Кивнув на трупы, я склонил голову набок.

Наверное, такое наглое бахвальство и ложь его взбесили, потому что он снова взревел и пошёл в атаку напролом. Я только чудом не сдох, когда луч света из его клинков ударил мне в грудь, и мне удалось ускользнуть до того, как он прожарит мне внутренности.

Мою броню поджарило вместе с плащом из тьмы, доспех восстанавливался, но я прекрасно ощущал текущую кровь. Отлично… Заметив, как святоша летит на меня, я снова коротко двинул двумя пальцами вправо.

И тогда выражение его лица изменилось.

“ — Умница, девочка. “ — Я провёл языком по зубам, когда святоша скорчился от боли. Он вновь загорелся светом, а я собрал столько тьмы, что на секунду перестал видеть что-то, кроме светлого пятна инквизитора.

На этот раз я не отступал, а шагнул навстречу, всаживая меч ему в живот.

Жгло просто адски. Даже сквозь броню казалось, что у меня лопнут и вытекут глаза, хотелось сорвать с себя кожу, чтобы этого не чувствовать, но я повёл клинком вверх. Светлая аура ублюдка быстро потухла, но у меня не осталось сил.

Впервые в этом мире я был истощён и жажда убивать схлынула добровольно, не пободавшись даже для приличия.

Вместе с тем я увидел Дуччи. С левой стороны её тело было основательно прожарено, она беззвучно дрожала на земле, впиваясь в неё обгоревшими пальцами, но фея держалась.

Инквизитор же перестал хрипеть, из-под маски стекала пузырящаяс кровь, падая на светлые одежды и перемешиваясь с уличной грязью. Именно тогда я разобрал тихий шёпот. Я не сразу понял, что именно он делает, но инстинктивно посмотрел на его палец.

Там мягко сверкал зелёным камнем целебный перстень. Святоша продолжал шептать громче, огромная потемневшая от тёмной энергии рана начала затягиваться, и он даже нашёл в себе силы пошевелиться.

Я уже стоял рядом. Перебарывая боль, молча и без удовольствия я вогнал лезвие ему в прорезь для глаза, навалившись всем телом, чтоб найти силы провернуть меч.

Только тогда он наконец сдох. А я так и стоял несколько секунд, опираясь только на свой затвердевший доспех, благодаря которому и смог двигаться. Я отдал броне приказ убраться и рухнул на землю, шипя от боли.

Пусть тихий мат под нос и помогал мне держаться, но тело больше не слушалось. Второй раз поднять себя с помощью жидкой брони и тёмной энергии я не смог бы, поэтому всё, что мне оставалось – надеяться, что больше не осталось врагов.

Первая волна боли постепенно проходила, отступал запал битвы, и вместе с тем слабость захлёстывала меня с головой. Я не отрубался только потому, что не чувствовал себя в безопасности.

Если бы не условный знак, о котором я шепнул Дуччи по пути сюда, то вскоре болтался бы на цепях . И всё же… наружу пробрался хриплый смех, который отдавал болью в обожжённую грудь, но я просто не мог удержаться.

Какой же наивный тупорылый идиот.

— “Потрясающее благородство”... Аха-ха-ха! — Меня распирало от хохота.

Потрясающее, ни с чем не сравнимое чувство освобождения. Да, это был всего лишь один ублюдок, зато – чертовски сильный ублюдок. Мир будет посылать мне вызовы, но тут я могу действительно проявить себя, а не жить в тени, пытаясь быть нормальным членом общества.

Приступ хохота всё не проходил, пока я не начал чувствовать, что силы – всё. Кончились. “ — Видимо, так и превращаются в карикатурных голливудских негодяев. “ — Подумал я перед тем, как почувствовал, что меня волокут. Тогда сознание всё-таки покинуло меня.

Кажется, я видел сны… вещие сны. Или же просто изредка приходил в себя. Будто со стороны, я видел, как меня и ещё одно тело волокут на телеге в какую-то пещеру под палящим солнцем.

***

Утро началось, как обычно. Разминка, душ – всё в полной тишине. Я жил один, к тому же не любил шум, пока не позавтракаю и не начну день, как следует. Настолько рутинные действия, что пролетают незаметно.

Но когда я принялся увлечённо сбривать щетину, взгляд зацепился за что-то странное. То ли с лицом у меня что-то не так, то ли свет не так падал… а может, дело в том, что моё отражение неотрывно и злобно смотрело мне прямо в глаза? Самозванец в зеркале даже не пытался дублировать действия. Наши взгляды пересеклись, и я уж больно спокойно отложил бритву в сторону, продолжая смотреть: я на него, он на меня.

— Ну и? Так ты реализовал плоды моих трудов? — Наконец, не выдержал двойник.

Резко, как по щелчку, я вспомнил, что мой дом остался в прошлом. Вспомнил бесконечную беготню, стычки и финальный бой с инквизитором.

— Князь Тьмы? — Прищурившись, я попытался угадать вслепую.

— Да какой в… нет, дубина. Я – это ты. Точнее, ты – это я, но не наоборот.

Трудно было не поверить. Он выдал ту самую самодовольную ухмылку, которую я всегда старался прятать, потому что окружающих она бесила до невозможности. Но что-то и отличалось. Я старался относиться к жизни проще – как к игре с одним прохождением, где мне требуется собрать определённые ачивки.

Он правда был другим. Злее, что ли. Даже в разговоре с самим собой брови были хищно сдвинуты, челюсть агрессивно сжата, а под глазами залегла глубокая тень усталости, будто он через три войны прошёл… минимум. С его слов получалось, что он – это я из будущего, или что-то в таком духе.

— Допустим, что я тебе верю. — Я махнул рукой, понимая, что если даже спрошу какую-нибудь мелочь, он скорее всего ответит правильно. — Будешь прямо как фея, жаловаться, что я не пошёл кланяться князю Тьмы?

— Срать мне на князя Тьмы. Я хочу жить, а ты чуть не проиграл какому-то слабаку… серьёзно?

После длинного выдоха я сполоснул лицо и раковину, даже не зная, что ему ответить. Я чуть больше суток в незнакомом мире, и меня уже зажимают со всех сторон, с поводом и без. Я не только не превратился в дичь, но и дал отпор. Да он только и сам это всё знает.

— Слушай, а не шёл бы ты? Сиди в своём зеркале и не открывай рот. — Я фыркнул, вытираясь полотенцем. — Работаю так, как умею, с тем, что имею.

Моё отражение снова ухмыльнулось. Обижаться на самого себя – это значит быть полным кретином, мы оба это понимали. Я и моя шиза. Докатился…

— Расскажи лучше, что я тут делаю. Умер?

Признаться, впервые что-то заставило меня заволновался за эту странную встречу. Но я находился тут, чувствовал себя вполне живым, поэтому пугаться, сокрушаться или паниковать не видел смысла.

— Нет, но мы были близко к этому. Поэтому ты идиот. Учись нормально пользоваться… моей силой. Покажи, что “хочу создать королевство” тоже чего-то стоит. — И двойник скорчил неприятную, полу безумную рожу. — Я не для того целую вечность резал ублюдков, чтобы смотреть, как неудачник всё портит.

Едва не вздрогнув, я сдержался и скорчил то нелепое безумное выражение в ответ, передразнивая. "Хочу создать королевство" я не произносил даже у себя мыслях, поэтому ощутил именно то неприятное чувство, когда точно знаешь, что кто-то видит насквозь всё происходящее в твоей голове. Странно, что это не работает в обе стороны.

Зато я понял, что вот-вот проснусь и этот цирк кончится.

— Сам ты… ублюдок и неудачник. — Хмыкнул я, глядя в эту наглую злобную харю. Никогда бы не подумал, что умею быть настолько раздрающим. — Вот заладил: “сила, сила”. Мне и не нужно драться лучше всех, потому что я буду править сильнейшими. Но теперь я хотя бы верю, что ты и я когда-то были одним человеком.

Позади меня задрожал воздух, из ниоткуда выросла большая дверь.

— Стой… погоди-ка, я ещё не всё тебе рассказал.

— Всё, давай, счастливо оставаться. Будут обижать – не обижайся. А я, как ты верно подметил, пойду строить королевство. — Махнув ему рукой, я потянул за дверную ручку.

Она поддавалась медленно, так и норовя вернуться в прежнее положение, но я приложил максимум усилий. Выражение лица двойника и его вкрадчивый голос мне совсем не понравились, и не зря.

— Стой! Опять собрался стравливать людей друг с другом? — Он зло кричал, явно провоцируя меня. — Как это было с нашей матерью? — Я вздрогнул и отпустил ручку, мысленно ругнувшись, а следом услышал, как разбивается зеркало. — Что, уже предпочёл забыть эту забавную историю? Стоять!

Я снова навалился на дверь, провернув ручку и со скрипом продавливая её своим телом. Обернувшись напоследок, я увидел, как двойник вывалился из зеркала, поднимается с пола и тянется ко мне.

Сделал шаг вперёд, я наконец-то вышел из непонятного места внутри своей головы, так напоминавшего мою квартиру.

***

Я распахнул глаза в просторной комнате и сел. Узкие стрельчатые окна отлично пропускали дневной свет, луч ударил мне прямо в лицо, из-за чего я тут же зажмурился.

— Ненавижу. Грёбаная тупая сучара. — Проговорил я, прекрасно понимая, что оскорблять пытаюсь сам себя.

Насколько же он хотел выбраться на свободу вместо меня, раз не побоялся обратиться к этому воспоминанию? Тварь, просто тварь... хотя я бы сделал точно также, и не подумал бы играть по-честному. Хоть он и говорил про силовой подход, а действовал примерно также.

Плюхнувшись обратно на мягкую перину, я снова попытался понять, где вообще нахожусь.

Глава 9

Стены и потолок покрыты белой известью, увеличивая пространство визуально и создавая некую атмосферу дурдома. Актуально. Явно не дешёвая мебель контрастировала с этим, на время я даже не понимал, в каком мире нахожусь. Совершенно незнакомое место, но на пару классов выше, чем то убогое логово слепого некроманта, в котором мы с контрабандисткой лечили Дуччи.

Последняя, кстати, сидела в углу за небольшим столиком из резного дерева, только продрав глаза и сразу же радостно вскакивая.

— Господин? Вы наконец-то очнулись! Мы в Кхегане… в Кагаццо. — Сразу поправилась фея, а затем чуть ли не вприпрыжку подбежала ко мне и села у кровати. Роскошной высокой кровати с мягкой периной и вполне себе приемлемой подушкой, между прочим. — Я не очень понимаю ваш план, но люди Ривьера доставили нас сюда по вашей просьбе.

Пытаясь вспомнить, откуда я знаю это название, я вдруг щёлкнул себя по лбу и довольно кивнул сам себе.

— Мне даже тащиться сюда не придётся? Отлично! Как ты, Дуччи? Долго я спал?

— Пять дней. — Ответила фея, а я заметил, что она стала куда свободнее себя чувствовать.

Почти неделя ушла на то, чтобы мы с двойником поговорили, прошло немало времени. И за это время нас оттащили на другой конец Империи. Видимо, тем самым нестандартным способом.

Любопытно, что это. Однако, я всё веселье проспал, и парочка контрабандистов наверняка позаботилась о том, чтобы мы не проснулись в самый неподходящий момент. Под каким-то зельем или колдовством мне вся эта бредятина могла тупо присниться, на что я и надеялся.

Всё, хватит… Я и так чувствовал, что по лбу стекает огромная капля пота. Огромных усилий мне стоило четырнадцать лет не думать о содеянном, не стану вспоминать и сейчас.

Отогнав эти мысли прочь, я осмотрел своё тело. Чистое, свежее, как будто только что переродился. Никаких тебе шрамов и царапин, ничего. За одним исключением: в него впился доспех. Врос, как живой организм, пульсируя редкими красными вкраплениями корневой системы.

— Ты эту хрень видела? — Спросил я, чувствуя смутную тревогу.

— Да… знаете, я хотела об этом поговорить. — Выражение лица девушки стало не менее напряжённым.

Но стоило мне приказать, влив немного тёмной энергии, ровно столько, чтобы не начало плавить мозги, и оно принялось медленно собираться, стекаться в единый комок, расходящийся уже привычной невесомой пластиной на спине.

Я опасался, что останутся следы, или не дай бог не удастся разъединить меня с этой штукой, но всё прошло идеально.

Дуччи шумно выдохнула, и теперь выглядела помятой и взъерошенной, но счастливой. Мне аж чуть потеплело, что кто-то реально сидел и ждал вот так моего возвращения. Хотя я быстро прогнал эту явно лишнюю и неуместную мысль: не хватало ещё размякнуть.

— Господин, вы невероятны! — Вздохнула та.

— Чего…

— Вы лечили себя этим… этим… — Она замялась, размахивая руками и подбирая слова. — Пусть лучше лекарь объяснит, эхе-хех.

Думаю, это не Аален меня лечила. Её методы я видел, там сплошное варварство, а моё тело в норме. Вот если бы меня исцелила симпатичная фигуристая колдунья, я был бы доволен.

— Ладно, пойдём за лекарем, а то так можно целую вечность просидеть. — Я махнул рукой, откидывая одеяло.

Под периной захрустела солома, когда я перевернулся и встал. В то же время, Дуччи вдруг дёрнула ушами и повернулась на дверь.

— В этом нет необходимости, господин. К нам уже идут.

И верно, через полминуты дверь открылась, первой внутрь ввалилась Аален в коротком модном платье.

— Ты был прав, он очнулся. — Она с неодобрением глянула на меня. — Слишком крепко спишь, как для того, кто чуть не угробил нас и всё наше дело. Ушастая – так уже через двое суток очнулась и начала действовать мне на нервы.

— Я просто услышал голоса. Эта странная тёмная аномалия должна была задержать его ещё на день-два.

За ней в комнате появился крепко сложенный седой аристократ, которого нельзя было назвать ни стариком, и слишком грубо – просто мужиком. В нём слишком ярко горела искра жизни, молодости и хищного интеллекта, тогда как лицо покрывали старые шрамы и морщины, а волосы отдавали последние краски.

Последней втиснулась невысокая девушка с тёмным каре, малым ростом и худобой похожая на Дуччи, но с более выразительными формами и без той атлетичности. Хотя… под лекарской робой, которую носили оба незнакомца, трудно было сказать. Она неловко топталась позади, сцепив руки перед собой и поклонившись.

— Дарио Кассано. — Сдержанно кивнул он, оценивая меня. — Эль дотторе.

Протянутой руке он удивился, но мы обменялись рукопожатием на римский манер. Что-то в моём жесте позабавило врача, но я вообще ничего не понимал в местном этикете. В ответ я также внимательно всмотрелся в его лицо, впрочем, не особо показывая свой интерес.

— Леон. Просто Леон. — Ответил я, отметив его крепкую ладонь, покрытую шрамами и въевшимися пятнами. — Благодарю за то, что спасли мне жизнь, дотторе.

Я твёрдо решил, что как только приведу в исполнение свой план, придумаю себе красивую аристократичную фамилию. Буду тоже каким-нибудь Леонардом Спагеттини, и титул себе прилеплю!

— Не стоит. Я лишь давал вам зелья на основе фруктов и следил за состоянием. Состояние стабилизировала моя племянница, а всё остальное сделал ваш интересный тёмный артефакт.

— Племянница? — Я недоумённо посмотрел на Аален.

— Троюродная. — Вклинилась та.

Дарио посмотрел на неё с неодобрением, но комментировать не стал. Теперь хоть понятно, откуда у неё лекарские навыки.

— Я бы хотел как-нибудь взглянуть на это устройство поближе. — Продолжил врач.

— Дядь, любезностями обменяетесь потом, я и так прихожу сюда каждый день, как на работу. — Проворчала Аален и бесстыдно улыбнулась. — Осмотри его уже, и дай я с ними побеседую.

Тот покачал головой с такой укоризной, что я аж невольно начал ему сочувствовать. Потом он махнул рукой девице, скромно стоящей позади:

— Думаю, мы ещё с вами встретимся и всё обсудим. На взаимовыгодных условиях. Меневра. Приступай.

— К-как скажете… — Тихо ответила та, косясь на меня через два раздвинутых пальца.

Её глаз вспыхнул насыщенным ярким зелёным цветом, она смотрела на меня несколько секунд, затем быстро опустила взгляд.

— Целостность… полная. Нет никаких посторонних вмешательств... — Она неловко мялась, словно думая, стоит ли говорить что-то ещё, но резко замолчала.

Дарио смотрел на неё ещё пару мгновений, одобрительно кивнул и сделал пару шагов вдоль комнаты.

— Ты всё сама слышала, наглая паршивка. — Врач протянул руку, принимая мешочек со звенящими монетами. — Можете идти. Вы, Леон, не забудьте заглянуть на днях, я проверю, как идёт выздоровление, и нам есть, что ещё обсудить. До встречи.

Врач вышел из комнаты, а Меневра осталась с нами. Интересное имя, как у богини из старых мифов. При виде её робкой улыбки во мне сразу проснулось мужское начало, и я вспомнил, что так и не получил нормальной компенсации за всё то дерьмо, через которое я прошёл. Лекарша мне очень запала в душу, в отличии от той же Аален, которая была и оставалась алчной сукой, ещё и наверняка трахалась с Вороной.

— На. Твоя доля. — С испепеляющим взглядом контрабандистка протянула мне небольшой мешок. — Камни силы и золото на сто сорок три монеты. Какой-то мутый тип сам на нас вышел и готов был платить любые деньги. Не зря я не стала вписывать в договор твоё лечение, иначе сейчас платила бы из своего кармана.

Приняв мешок, я положил его на стол. Туда же, где лежала чистая и новая одежда.

— Странно как-то, что ты не решилась меня оставить дохнуть у порога. Но спасибо.

— Хотела бы. — Она вздохнула вполне искренне. — Контракт не дал. А ещё нам оказалось по пути.

— Очень рад этому. И извини за магазин, если что.

Последнее я сказал чисто для приличия, и мы оба это понимали. Это уже были проблемы Аален и её бизнеса, а не мои. На удивление, она равнодушно помотала головой.

— А… у нас много таких убежищ. Я напоследок провернула в столице кое-что интересное, так что это, считай, просто отпуск.

— Какая поразительная честность. Давай, выкладывай, что за мутную сделку ты хочешь предложить.

Контрабандистка усмехнулась, стрельнув глазами. А я ещё раз посмотрел на то, как интересно подчёркивает платьё изгибы её подтянутого тела. Может, и хрен с ним, что у них там за интрижка с Ривером? Мне-то какое дело…

“ — Женщина тебе нужна, Лёнь. Чтобы левые мысли в голову не лезли в неподходящий момент. ” — Подумал я, встряхнув головой. Внезапно встряла Дуччи.

— Она хочет нанять вас в качестве охранника.

Контрабандистка зло зыкрнула на неё. Но молча скрестила руки на груди.

— В общем-то, это правда. Здесь места неспокойные, а я собираюсь сорить деньгами. Леон, я не знаю другого отморозка, который спокойно пойдёт против церкви, и сможет одолеть в честном… — Многозначительно посмотрев на нас двоих, та поправилась. — Сможет одолеть в бою одного из карателей, пусть даже железную маску.

Всё-то она знает, просто ценник на такого товарища в разы выше чем то, что она предложит мне, в силу неопытности и незнания. Её напарник застрял в столице, наверняка продолжает работу, она вынуждена отсиживаться здесь, а тут сможет за гроши получить надёжную охрану и заодно хорошо поразвлечься.

Идея-то отличая, но у меня совершенно другие планы. Вот-вот я в одиночку захвачу крепость Брес, и мне в моём миниатюрном королевстве будет нужен управляющий.

— Слушай, предложение отличное. Но у меня будет альтернативное. Сиди пока в Кагаццо, очень скоро ты получишь интересные новости, и уже я предложу тебе работу. Идёт?

Контрабандистка нахмурилась, с любопытством посмотрела на меня исподлобья, затем коротко дёрнула плечами.

— Да мне всё равно делать нечего. Предлагай, ты меня заинтриговал.

На том и порешали. Аален пихнула мне клочок желтоватой бумаги с адресом и скрылась. Я принялся одеваться фея облачилась в новый плащ и открытую походную одежду. Всё это уже было оплачено из моей доли, как и наше лечение.

Меневра из гостевых аппартаментов провела нас на первый этаж лечебницы, но вдруг остановилась.

— Достопочтенный Леон, прошу прощения… — Девушка внезапно побледнела и икнула, активно заламывая свои руки, сложенные в замок. — Могу я кое-что спросить у вас наедине?

— Господин? — Дуччи недоверчиво нахмурилась, я выставил ладонь перед собой.

— Всё нормально. Думаю, мы можем поговорить. Останься у входа.

Лекарша благодарно кивнула и повела меня вглубь здания. Пожав плечами, я последовал за Меневрой по узкой галерее, откуда мы перебрались в тесную каморку, а оттуда – на небольшую кухню. Всё это время под моими пальцами тёк жидкий металл, которому я в любой момент был готов дать форму клинка.

Девушка обернулась. Я ждал, что разговор будет о какой-то услуге, или же иметь более чувственное направление, но что-то во взгляде тихой лекарши мне не понравилось.

— Не примите за дерзость, но… — Она подняла голову, вперившись в мои глаза из-под длинной чёлки. — Вы не из этого мира?

Я вздрогнул, сразу потянулся к клинку. Прикончить здесь и сейчас, пока она не…

Глаз девушки загорелся зелёным. Я сблизился на опережение, но Меневра увидела оружие в моих руках, тихо взвизгнула, ойкнула и прекратила свои колдунства, испуганно расставив руки.

Я грубо вжал её всем телом в стену, прижимая клинок к горлу. Ох и не дай бог сейчас меня накрыло бы тёмной энергией… но собственная безопасность беспокоила меня куда больше.

— П-постойте… вы… не так поняли… — Пискнула та, пока я держал её и следил, чтобы она не сделала какую-нибудь глупость.

— Я внимательно слушаю.

Перемена реакции меня немного успокоила. Мне не хотелось перерезать эту нежную шейку, но я догадывался, какие могут быть последствия, если всё вскроется. Я не настолько наивен, чтобы ни разу не думать об этом.

На меня начнётся охота, продадут в рабство, или чего ещё хуже. Посадят на цепь, как какую-нибудь батарейку, и будут выкачивать ту самую злую энергию. А то и вовсе, моё тело окажется дорогостоящим набором уникальных ингредиентов.

Или… я переоцениваю ценность иномирца для этих ребят. Принимая во внимание её манеры, очарование и то, что девушка меня лечила, я дал ей время, чтобы сформулировать мысль и объясниться.

— Простите… о-одна из святых героев… была моей подругой. — Наконец-то выдавила та. — Я ничего такого… не хотела… — Меневра шумно сглотнула, буквально вжимаясь в стену, и я всё-таки отпустил её.

— Что ты хотела узнать? Я точно не из героев.

— Уже… поняла… — Она попыталась улыбнуться, и смотрела на меня так затравленно, что я почти усовестился. — П-просто Лидия была очень со мной близка. Мне приятно… встретить кого-то из другого мира. По… поговорить.

Тихо выругавшись себе под нос, я отступил, всё ещё сверля её взлядом и ожидая, что Меневра вдруг поменяется в лице, превратится в злобную ведьму и внезапно выкинет какую-то пакость.

— Ладно, это всё лирика. Как ты меня вычислила?

— Ваша манера речи… а ещё…

Она снова сложила пальцы перед лицом, вызывая тот светящийся зелёный взгляд. Я напрягся сильнее, сдавил рукоять меча, но позволил ей делать то, что хочет.

Это напомнило мне ту бабку, которая призвала меня в Сакро-Вериту – воспоминания определённо не лучшие. Та тоже сканировала меня, и сходу начала всячески наговаривать всякие гадости. Вроде того, что у меня нет потенциала, и силы у меня так себе… ну, с железной маской, пусть и не один, худо-бедно справился.

— Я знаю совершенную концепцию Оценки, поэтому вижу больше других целителей. В узоре вашей души целых четыре божественных вмешательства… В нашем мире такое бывает только у жрецов, или героев… или… генералов демонов.

Я смутно вспомнил разговор с Дуччи об устройстве тёмных сил.

— А ты довольно много знаешь для девчонки, работающей в больничке на краю страны.

— В-вроде того. — Поёжилась девушка, будто боялась, что её услышат. — Лидия рассказывала, что ей предложили выбрать два дара и два знания… как и вам, да?

Да какие к чёрту знания и дары? Я в ответ пожал плечами. Если только меч с бронёй, или моё крепкое тело с тёмной энергией. А знаний у меня вообще никаких нет.

— Понятия не имею.

— Но… х-хорошо, простите. Я и так много себе позволила. — Она опустила голову, низко поклонилась. — С-сами наверное в курсе, что о других мирах никому т-толком не рассказывают. Я и сама… чуть не лишилась жизни за эти знания...

На самом деле, кто-то настолько погружённый в мою тему мог бы мне помочь. Понять, кто я, как здесь оказался, какие риски и проблемы меня ждут. Джекпот! А её робость, вечные извинения и покорное принятие отказа – это заставило меня довериться лекарше.

— Нет, я говорю не потому, что хочу, чтобы ты отвязалась. Я вообще не знаю, как тут очутился. Меня перенесло по щелчку пальцев какой-то ведьмы, которая тут же сдохла. — О том, что я сам её зарубил, я решил на всякий случай тактично умолчать. — Если ты что-то знаешь – расскажи, мне это поможет.

Девушка подалась вперёд, будто бы не веря моим словам. Ух как глазки заблестели! Словно Дуччи, которая сделала что-то полезное в моменте…

— Хорошо! Достопочтенный… Леон… — Она взяла паузу и помрачнела, когда лекарша произносила моё имя.

— Без достопочтенного. — Я вздохнул. — Просто Леон.

Я хотел спросить что-то ещё, но посмотрел в сторону выхода, где меня ждала незавоёванная крепость и одна ушастая дамочка. Задерживаюсь. Надо и правда наведаться в эту клинику.

— Ты со своей Оценкой сможешь узнать обо мне что-то ещё?

— Я-я уже изучила вас! Пока вы были без сознания… — Меневра сильно смутилась, икнула, уставилась в пол. — Э-это пока всё необычное, н-но если дадите мне пару капель своей крови и немного времени, в следующий раз я с-смогу настроиться и сказать больше…

— Отлично. — Снова повторил я.

Затем взял блюдце и свой меч, помедлив для порядка, я сделал неглубокий надрез на ладони. Онемела кожа, защипало, теплая жидкость полилась в посуду. Совсем немного, но этого должно быть достаточно. Я сжал кулак, а Меневра потянулась ко мне пальцами и передала зелёное свечение с пальцев на мою кожу.

— В-вот так… — Как-то уж слишком заботливо произнесла девушка.

Мешки под её глазами стали ещё заметнее, дрогнули пальцы, но рана на моей ладони закрылась, образуя плотную корку. На этом и закончилась встреча, которая заставила меня понервничать, но дала пару зацепок.

— Поклянись, что никому не расскажешь.

Девушка послушно кивнула, сложила пальцы в некий знак и прикрыла глаза.

— Клянусь, что никому не расскажу и не намекну на ваше происхождение.

Почувствовав, что договор в самом деле подтверждён, я довольно улыбнулся.

— И поклянись, что не расскажешь никому о самой клятве.

— Клянусь не рассказывать об этой клятве.

Это – простая перестраховка, я веду себя, как ужасный параноик. Но нам обоим это ничего не стоит, а для этой прекрасной девушки, похоже, даже говорить со мной из-за моего происхождения – уже великая честь. Лучше перебдеть, когда есть такой удобный инструмент.

— Ещё кое-что. — Не удержавшись, я взял её за подбородок, притянул к себе и совершенно бессовестно впился поцелуем в мягкие губы.

На языке появился привкус горьких целебных трав и чего-то сладкого, девушка замычала и тяжело дышала носом, будто вот-вот задохнётся. Я отпрянул, вдоволь насладившись её широко распахнутыми изумлёнными глазами и густо-красными щеками.

— Это за то, что заставила понервничать. Ещё увидимся, достопочтенный лекарь.

С этими словами я наконец-то ушёл прочь.

Наверное, я перегнул палку. Сразу видно, что девчонка от книг со своими лекарственными вениками не отлипала, хотя ей должно было быть не меньше двадцати пяти. Как бы она не скончалась от смущения…

Дуччи с выражением полной готовности стояла по стойке смирно. Она опять нацепила плащ, спрятав лицо капюшоном аж до носа, и молча уставилась на меня с немым вопросом.

— Я решил все вопросы. Пошли, посмотрим на наши будущие владения.

Глава 10

Городок сильно отличался от Святой столицы. Кхеган, Кагаццо… какого хрена так сложно-то? Дуччи пояснила, что это два названия для одного и того же: есть старое-местное, а есть новое-официальное. Она не уверена, что была в этих местах раньше, но на окраинах часто случается, что местные смотрят не то, что на названия, а на сами законы, установленные церковью, сквозь пальцы.

Но это хорошо показывает, что центральная власть едва сюда дотягивается. Мне же лучше. Так, пока кто-нибудь доберётся до моего горла, я успею хорошо подготовиться и воплотить всё задуманное. Чёрт с два они тогда меня и пальцем смогут тронуть, назовись я хоть самим дьяволом.

Правда, это всё имело значение сильно позже, сейчас же я понял, что Дарио не врал, когда заявил, будто я жил на одних зельях. Желудок возмущённо заурчал, требуя нормальной еды. И пусть после голодовки не рекомендовалось нажираться, но я подсознательно чувствовал, то ли из-за моего тела, то ли благодаря лечению брони, что всё будет в порядке.

— Пошли, я хочу наесться как следует, потом закупимся в дорогу. — Я махнул рукой, подзывая фею за собой.

Пока мы переходили дорогу, рядом раздался предупреждающий окрик, и мимо на полном ходу проскакала группа каких-то ребят в дорожной экипировке, чудом не врезавшись в нас.

Ну и козлы… всё, что я успел – показать им неприличный жест в спину, хотя не уверен, что они успели увидеть. Троица, два парня и девушка верхом на гибридах лошади и ящерицы, уж слишком сосредоточенно куда-то неслась.

— Там, должно быть, подают еду. — Подметила фея, указывая пальцами на здание с характерной вывеской.

Я одобрительно кивнул. Реклама у них тут была довольно невыразительной, а я уж слишком привык игнорировать яркие светящиеся баннеры, чтобы наткнуться на досочку с меню и вывеску с вилкой и кружкой.

Само заведение оказалось тесной, душной, забитой людьми почти под завязку забегаловкой, поэтому я сразу подумал, что стоило спросить у Аален, где тут нормальная кафешка для людей при деньгах. Тут я немного беспокоился за свои монеты, даже прицепив их к телу живой бронёй.

— Чего желаете, достопочтенный? — Вытирая руки, спросил высокий худощавый трактирщик с маленькими крысиными глазками. Даже отложив полотенце, он продолжал тереть ладони, как муха: то ли ждал возможности поживиться, то ли просто дурная привычка.

Это он, видимо, на всех так реагировал, потому что сейчас моя одежда не сильно-то выделялась из общей толпы. Я даже не посмотрел на меню на дощечке, это было без надобности – я сразу знал, зачем пришёл.

— Мяса. Полкило. Даме – всё, чего захочет. И тоник нам двоим.

— Сырое мясо чудовищ? — Уточнил тот.

— Готовое, какое есть! Запечёное или жареное.

Пусть даже там будет мясо чудовищ, мне без разницы – хотя бы узнаю, какое оно на вкус. К мясу без изысков, желательно цельным куском, я питал самые нежные чувства. Его и испортить было трудно, даже в таком сомнительном месте.

Трактирщик обещал мне подготовить всё в лучшем виде, Дуччи взяла себе какой-то кислец с капустой и ножкой адского кролика. Меня такое название позабавило, но я промолчал, интересно было бы посмотреть на этого зверя вживую.

— Простите мне мою бестактность. Приключенцы последнее время с ума посходили, требуют сырую плоть чудовищ, якобы она передаёт им их силу. — Пожаловался мужик, выдавая фее её тарелку. — В пустоши и у загрязнённого леса этого добра много, но понимаете, вид человека, грызущего кусок сырой плоти, посетителей не сильно-то радует.

— Понимаю, понимаю. — Усмехнулся я, одобрительно кивая Дуччи, которая не решалась взять еду вперёд меня, и расплатившись.

Мой кусман жареного мяса вынесли минут через двадцать. Фея уже смела свою порцию, теперь выжидающе глядя перед собой в стол. Несколько ароматных стейков с добавлением каких-то трав, слишком прожаренный, но вполне себе съедобный. Мясо легко разваливалось на мелкие волокна, но сами они были жёсткими, хотя мне так даже больше нравилось.

То, что здесь называли тоником, на знакомый мне напиток не походило, но он хорошо освежал и в целом был не так плох, как казалось с первого глотка. Скорее это было, как чуть забродивший кисло-сладкий зелёный чай.

И вот уже на полный желудок мы отправились готовиться к походу.

На рынке возле центра Кхегана (решил называть его так, потому что с церковью отношения не сложились) я в первую очередь взял карту. Товар это был ходовой. Как я понял, на приграничных землях сейчас много желающих прославиться и заработать, а местные власти с радостью этим пользовались, сбрасывая на приключенцев всевозможные проблемы.

Искатели, как их называли, последнее время начали прибывать в город большим потоком, скупали всё снаряжение, до которого могли дотянуться, дохли пачками, но регулярно продавали трофеи по бросовым ценам. Так, по крайней мере, заявил словоохотливый торговец.

Город, в котором приличная часть экономики была построена на исследовании пустошей, демонических земель и аномального леса, настолько большой спрос не выдерживал, оттуда и цены, и дефицит. Например, следующий за нами парень карту купить не смог – я забрал последнюю.

— Сушёное мясо, пара рюкзаков, палатка... Что ещё? Хочу лечащий артефакт, как был у Аален.

Прикидывая вслух, что нам понадобится, я взглянул на фею.

— Он не из дешёвых, но можно найти. Ещё целебные камни. — Она всё ещё куталась в плащ, хотя я замечал здесь и других представителей не совсем человеческих рас. Для меня они все были диковинкой, но для местных, похоже, дело привычное.

Отдельно позабавила хвостатая девчушка с посохом в явно тёмной робе, как у какого-нибудь злобного чернокнижника. При этом у неё были длинные звериные уши торчком, странная походка, та постоянно озиралась и съёживалась, хватаясь за посох, чуть услышит какой-то резкий шум. Напоминала она какого-то тушканчика, но вполне приемлемо чувствовала себя в группе из трёх парней, на вид человеческой расы.

Мы продолжили закупки. Перегружаться не хотелось, я решил, что мы с Дуччи побежим своим ходом, чтобы добраться быстро, но не привлекать лишнее внимание. На всякий случай я взял большой пятилитровый кувшин с пробкой и кожаным ремнём, скромный мешок вяленого мяса и сухарей, сменную одежду нам обоим плюс-минус по размеру, и заодно простенький меч – для прикрытия.

И целебные камни, конечно же... Полные светлой энергии. А феи в этом мире – тёмная раса. Если я применю эту штуку на неё, не станет ли ей хуже?

— Ничего, что они светлые? — Спросил я, с большим сомнением покручивая камни. — Хотя и Аален лечила тебя таким...

— Это... правда не очень хорошо. Но не смертельно, — Дуччи качнула плечами. И опередив мой вопрос, продолжила,— Главное, чтобы я могла исцелить вас. В отличии от младших рас, люди могут менять тип энергии. Неважно, что вы повелеваете Тьмой: главное, чтобы артефакт не вмешивался в течение силы.

В Сакро-Верите было не принято носить оружие, здесь же оно имелось у каждого первого. Я был почти уверен, что стоит мне зайти не туда, и один факт того, что я безоружен, уже навлечёт на нас неприятности. Поэтому и взял добротный кривой клинок, похожий на тесак, на случай, если вдруг не захочу показывать на людях своё жутковатое оружие, принимающее любую форму.

Ближе к вечеру мы были готовы отправиться в путь. Прикинув расстояние, можно было подумать, что это – дня два-три пешком, если держать высокий темп и делать остановки для отдыха. Но мы с феей договорились, что будем бежать на максимум, и это позволит хорошо так сэкономить.

Не знаю, почему эти места называли пустошами – скорее уж, лесостепь, либо тут имелось в виду что-то другое. Возможно, за границей Теодорики и правда шли мёртвые земли, но тут росла сочная зелёная трава, редкие деревца и частые заросли кустарника.

Что я знал наверняка – вокруг Кхегана не было стен, вот вообще. Я уже понял, что для защиты от грядущего нападения князя Тьмы местный лорд собирает искателей, то есть по своей сути наёмников. Но это всё казалось мне высшей степенью халатности, и в будущем точно добавит проблем.

Я уже мыслил, как следующий правитель этих земель, поэтому старался подмечать изъяны. Из меня так себе правитель, и я не предлагаю возводить пятнадцатиметровые огромные стены, как это было в столице, но я был уверен, что местных просто перережут, когда начнётся война. Не могут же тёмные силы быть такими слабаками, верно?

— Это странно. — Дуччи задумалась над моим замечанием.

Мы снизили скорость бега, чтобы не задыхаться и ветер не бил по ушам, извилистая тропа сюрпризов не подбрасывала, поэтому можно было бежать и болтать на ходу. Капюшон слетел с её головы, да и за чертой города та перестала прятать лицо.

— Я считаю, что стена необходима, но может это какой-то коварный план? — Фея забавно дёрнула ушами и нахмурилась. — Или рассчитывают остановить вторжение силами одной крепости?

— …или же деньги, выделенные на строительство, разворовали подчистую. — Откомментировал я, вспоминая известные случаи из прошлой жизни. То ли не верят, то ли не желают оборонять это место. Побегут сразу, как всё начнётся.

Дуччи такой вариант очень не понравился, она негодующе навострила кончики ушей, хмурясь сильнее прежнего.

— Светлые… совсем не меняются.

— Не взаимодействовал особо с тёмными, но надеюсь, ты права.

По мне, так обычная черта людей. Но если у тёмных сил что-то отличается, возможно я зря сделал, что не пошёл к ним в армию. Шучу… ни за что бы не упустил возможность править мини-государством от лица кровавого тирана!

— Так, возвращаясь к нашему разговору. Ты можешь передать мне что-то из своих способностей? Я готов учиться.

Фея погрузилась в молчание, был слышен только топот наших ног и чуть учащённое дыхание.

— Это может быть… — Не сразу начала та.

— Да, может быть опасно, я в курсе. Но возможно?

Сдавшись, фея на секунду опустила голову, повернулась на дорогу и продолжила бежать. Я бы хотел, чтобы она больше рассказала и о рисках, и о самих навыках. Моя прикольная способность пулять разрезами на дистанции очень мне нравится, но вспоминая того же церковника в железной маске – он владел тем же, но и лучом в меня выстрелил, и взрывался солнечным светом...

Короче, надо расширять арсенал.

— Возможно. Но в процессе обучения вы можете потерять часть воспоминаний, личности, какой-то важный навык. Однако, если вы прикажете, я... попробую.

— На стоянке расскажешь подробнее.

На том и порешали. А я подумал, что возможно именно поэтому фея такая примороженная. Выучила что-то лишнее, и теперь не совсем понимает, кто она и где находится. Стоит всё взвесить и подумать, нужно ли мне оно, но о рисках и особенностях я решил поговорить потом, сейчас сосредоточившись на дороге.

Например, заболтавшись, мы чуть не пропустили путь, ведущий к Бресу через одну из деревушек. Ориентироваться по карте было неудобно, благо, что основная тропа всего одна, редко разделялась и была хорошо протоптана.

Кроме того, мы пару раз пробежали мимо телег с запряжёнными быками и групп молодых искателей. Так что даже казалось, что тут всё относительно живо, и не грозит здешним землям разорение через какую-то пару лет.

Моё тело держалось удивительно уверенно, я подобрал нужный темп и ритм, дыхание, и казалось, что могу бежать так хоть круглые сутки, хотя спустя час мне пришлось закинуть сандалии в мешок и создать ботинки из части жидкой брони. Фея и вовсе держалась молодцом, хотя двигались мы почти с утроенной скоростью от обычного шага.

Спустя несколько часов стемнело достаточно сильно, чтобы я пару раз споткнулся, а мы наконец-то выбрались к деревушке домов на пятьдесят, расположенной в низине. Где-то вдалеке завыл волк.

— Вы всё ещё хотите остановиться в палатке, господин?

— Думаю, да. Но давай сначала спустимся и посмотрим.

На входе при свете факела лениво спал часовой, деревня, в отличии от самого Кхегана, была окружена низким частоколом, но справедливости ради, тут недалеко был крупный лесок, который позволял это сделать.

Но вот что не позволяло лорду Кхегана притащить отсюда деревья и защитить город – не знаю. Наверное, я не разбираюсь в строительстве, либо ему было просто насрать. Скорее, второе.

Во дворе лаяли псы, весело горланили двое надравшихся мужиков, шедших куда-то в обнимку, тут же я увидел и несколько групп приключенцев, собравшихся возле домов. От трёх до семи человек. Наверняка нашли тут временное убежище за скромную плату, а мы чем хуже?

Я поймал проходящего мимо мужика за сорок, чтобы задать пару вопросов.

— Здравствуй, добрый человек. Нам бы переночевать тут. Не подскажешь, где остановиться?

— Ну здравствуйте, уважаемые искатели. Мы енто, забито у нас всё… вот. Можете разве что у Ехима спросить, третий дом налево, или у Надьи в десятом прямо. Но последнее не советую, та – баба страшная, но до мужиков охочая. Не отобьётесь!

Меня сильно позабавил и его говор, и его замечания об односельчанах. Но я поблагодарил мужика и пошёл дальше. Сначала к Ехиму, уж больно мне не хотелось отбиваться от приставаний этой непонятной Надьи.

Стоило мне зайти во двор указанного дома, как меня во-первых облаял тот самый горластый пёс, во-вторых – чуть не облили помоями из окна.

— Ой... извините! — Испуганно воскликнула полноватая девица, спрятав пустое ведро за спину. — У вас какое-то дело к папеньке? Постояльцев не берём, уж простите…

Я достал из мешка и украдкой показал ей золотую монету, положив в карман. Она глаза вытаращила, да сорвалась с места, захлопнув ставни. Пора бы заканчивать сорить деньгами, но меньше у меня просто не было. Да и привлечь её внимание чем-то надо было.

— Я передумал, к чёрту палатку, мы остановимся здесь.

Правитель, хоть и будущий, должен быть – что? Правильно! Ближе к народу. И учиться при свете в помещении будет удобнее.

— Если вы пожелаете, я сама поставлю палатку. — Шепнула фея.

Но к нам уже выбежал слишком радушный хозяин. Обычный крестьянин, блондин с пузцом и редкой сединой в волосах, ещё три светлые головы выглядывали на нас из-за двери. Та девица и женщина средних лет, плюс малец около пятнадцати.

Увидев эту компанию, я решил, что будет безопасно тут заночевать. Место относительно спокойное. Всё же неизвестно, какой монстр может ночью погрызть мою палатку, и даже хлипкая изба – всяко лучше, чем в поле в дрянной палатке.

— Мил вечер, уважаемые искатели! Вам комната нужна, верно говорю?

— И тебе не хворать. Ехим – ты, что ли? Нам всего на одну ночь, просто чтоб было, где поспать.

Мужик радостно закивал.

— А то ж! Я не Ехим, я Фрон, но местечко подберём, это мы с радостью. У Ехима полон дом искателей. — Он махнул рукой, вид у него был очень довольный. — Возьму много, сразу скажу – пять серебряных.

Вопросительно выгнув бровь, я гонял в кармане золотую монетку. Ну, хозяин – барин, я был готов и на большие траты.

— А… в курсе я, что золотой предлагали. — Фрон эмоционально хлопнул себя по боку. — Но вы ж на зверя идёте, и от демонов будете нас оборонять! Как я могу с защитников наших столько драть?

Я не стал уточнять ни то, про какого зверя идёт речь, ни то, что у меня свои цели. Мне на пользу, так пусть заблуждается.

— Сдача с золотого будет?

— Найдётся… — Уже не так уверенно ответил мужик, но слов брать назад не стал.

На том и порешали. Он крикнул домашним, чтобы отсчитали мне десять серебрушек, и уже знакомая девушка, запыхавшись, притащила нужное количество мелких монет.

Фрон же лично отвёл меня на какой-то склад, где было подготовлено четыре лежанки. Сколочен он был добротно, крыша на вид не худая, а мужик пообещал вскоре принести нам ужин, оставив наедине. При свете старого закопчённого фонаря внутри было вполне уютно, и даже можно было что-то разглядеть.

— Что думаешь? — Поинтересовался я у феи, испытующе глядя на неё.

— Вы хотите сказать, что это была лишняя трата денег?.. Ой. — Напоровшись на мой неодобрительный взгляд, она заткнулась.

Пожалуй зря я приучил её говорить то, что думает.

— В смысле, вы можете себе это позволить… но как будто недовольны чем-то.

— Да, тем, что мой бюджет подъедают сраные приключенцы. Проблема не в остановке, а в том, что всё в три-четыре раза дороже накручено. Я спрашивал про зверя, на которого они идут. И как-то их тут слишком много.

Пока мы устраивались, то немного поговорили с ней про уровень сил собравшегося здесь молодняка, про монстров, демонов…

— Думаю, они не все на зверя... И будет много потерь, если зверь находится на уровне бедствия. Будь он сильнее – мы бы услышали об этом, слабее – на него не собирали бы такую толпу.

— Уровень бедствия – это примерно как?

— Он… как полдюжины железных масок. — Подумав, ответила Дуччи. Я же тихо присвистнул. — Примерно такой же силой обладают приближённые генералов армии Тьмы.

Нет, бодаться с такой тварюгой я и не подумаю. Тем более, за чужие задницы. Их вон как много, пусть сами и разбираются.

Я уверен, что пока не освоился в своём же обновлённом теле. Не контролировал толком силу, не обладал такими же колдунствами, как моя фея, поэтому мог бы сражаться куда лучше, но сейчас я едва смог справиться с единственной железной маской, пришедшей по мою душу – и то, благодаря союзнику.

— Ладно. Давай вернёмся к обучению. — С этими словами я снял с плеча пятилитровую бутыль, достал пару простых деревянных плошек и разлил по ним жидкость. — Я тоже хочу прятаться в тенях, управлять предметами на расстоянии и вот это вот всё. Какие риски?

Отдельно подумал, что поджигать сам себя вместе с врагом не особо хотел бы, но тоже неплохая способность. Безумство в том духе, что меня всегда восхищали, и в которых я наконец-то могу дать себе волю, не боясь за будущее. У феи руки заживают, хоть и все в шрамах, хвала медицине этого мира.

— Вам ведь совсем ничего неизвестно? — Дождавшись моего кивка, Дуччи с благодарностью приняла плошку, делая глоток. — Есть три вида силы. Кха.. кха… это же… тоник?!

Фея аж закашлялась, подавившись. Удивлению на её лице не было предела. Согласен, приятный сюрприз. Мне тоже нравится этот странноватый, но такой притягательный вкус… не удержался, и закупил его с собой вместо воды, пока та выбирала мне подходящий клинок.

— Ах, да… простите. — Постучав кулачком в грудь, прокашлявшись, она неспешно, морщась, принялась пить. — Есть три вида силы – принципы, концепции, божественное слово. Принципы Зла вы быстро сможете познать, но они сближают вас с… князем Тьмы.

Смущаясь, фея, довольная возможностью быть полезной, для демонстрации сформировала из теней комнаты жиденькие тонкие ручки, которые с трудом удержали плошку, позволяя ей сделать глоток без рук.

— Концепции сложно выучить, а у тех, кто обладает слабым духом, они могут забрать часть памяти… Ещё они работают и на цель, и на заклинателя. — Тут она зажгла крохотный огонёк на кончике пальца. От ногтя вниз поползла едва заметная ниточка формирующегося ожога. Поморщившись, девушка встряхнула пальцем и затушила его. — А на божественное слово нужно личное благословение своего покровителя. Этого у меня нет. — Дуччи печально улыбнулась.

А я подумал, что как ни смотрел, не мог увидеть противоестественность этого представления. Что она зажгла огонь на пальце, что использовала бы зажигалку – необычно, и только. И эта худая, дрожащая третья рука – тоже не впечатлило. Я думал, подобное должно производить на человека неизгладимое впечатление… хотя она уже жгла этой силой наших врагов, но и тогда я не испытывал удивления.

— Хочу освоить принципы Зла. — Твёрдо решил я.

Как-никак, времени это не должно занять, риски небольшие (разве что, мизерный шанс сойти с ума и пойти крошить всех подряд, начиная с феи), а я уже скоро сам стану правителем и выйду из-под этого неприятного влияния. Как раз способность бродить в тенях была бы очень кстати, чтобы в ходе захвата власти меньше рисковать своей шкурой.

Мы уже собирались приступить к пробному занятию, когда внутрь зашёл белобрысый мальчишка. Держась на почтительном расстоянии, он принёс нам две огромные печёные картофелины, зеленоватый хлеб и немного тоника – последнему я был особенно рад.

Откланявшись, тот пожелал нам хорошего вечера и смылся.

Опять я хотел вернуться к освоению местной магии, и меня снова ждал провал. Всё похолодело внутри, когда до меня дошло, что вместо мешочка с деньгами на больше чем сотню золотых монет я ощущал под одеждой пустоту… И даже жидкая броня, прижимающая его к телу, не спасла.

Да какого чёрта?!

Глава 11

— Дуччи. Нас обокрали. Конкретно. — Я забарабанил пальцами по плечам, судорожно пытаясь вспомнить, где и когда меня могли так обнести.

Огромное количество денег, целое состояние в небольшом мешочке, который точно был у меня, когда я заходил в этот двор. Все четверо членов семьи держали от меня дистанцию, разве что мужик передавал и получал деньги из рук в руки.

Гнев и паника боролись за власть в моей черепной коробке, но я резко осадил себя, напоминая, что эмоциями делу не поможешь. Тут можно только восстановить хронологию событий, действовать решительно и быстро.

— Ты что-то заметила? — Спросил я, резко и пристально переведя взгляд на фею, что та аж вздрогнула.

— Нет… простите, господин! — Та замотала головой, жмурясь, низко опустила голову. — Простите, я… не видела совсем ничего...

— Успокойся. Ты смогла бы почувствовать, будь кто-то рядом с нами в этой твоей скрытности, либо примени он какой-то ещё навык?

— Я… не знаю… — Словно преодолевая сомнение, Дуччи всё-таки выдавила из себя что-то полезное. — С вашей тёмной энергией, вы и сами должны были почувствовать такой трюк.

Она вновь виновато склонила голову. Я положил ладонь на её волосы и слегка взъерошив их, просто потому, что захотел. Вообще не до её самобичеваний сейчас, но я оценил всё, что она делает, поэтому и злиться не мог. Пусть даже это идёт от её инстинктов подчинения.

— Значит, не то… Спасибо. Оставайся тут, спрячься в этих своих тенях, следи за мной изнутри. Условный знак для атаки помнишь.

Спокойно поднявшись на ноги, я распахнул скрипучую дверь склада, служившего нашим ночлегом, шагая в опустившуюся на деревню тьму. Не сомневаясь ни секунды, я направился к горящим окнам избы. Причастен Фрон или нет, сейчас я должен хорошо сыграть свою роль.

Я не спеша подошел к двери, забарабанив со всей дури кулаком. Дури было немало, поэтому и грохот стоял на всю улицу, и дверь подпрыгивала, едва не слетая с петель. Судя по испуганным возгласам внутри, там все сильно переполошились.

— Уважаемый… искатель. Случилось у вас чего?

Крякнув от удивления, на улицу высунулся хозяин дома. В руках он крепко придерживал вилы, которые тут же убрал за спину, стоило ему узнать меня.

— Случилось, Фрон. — Мрачно ответил я, выжидающе уставившись ему в глаза.

— Вам ужин не понравился, или кровать жестковата?

Хоть он и реагировал почти искренне, и вид у того был донельзя сконфуженный, но я заметил, как лицо мужика вытянулось от страха и смутного подозрения, поэтому продолжил давить. В любом случае продолжил бы – так надо, чтобы не спугнуть того, кто следил за мной прямо сейчас из тени.

— Нет, ты и сам знаешь, что, Фрон. — Я не спрашивал, а утверждал, продолжая актёрскую игру для таинственного вора.

— Д-да чем мы вам не угодили так, уважаемый искатель? Вон, Кера вам и еду принесла… верно же? — Он открыл дверь шире, повернувшись на своих домашних, а я увидел их подавленные лица.

— Папенька… прости. — Выдала та полноватая девчонка, что видимо была его дочерью. — Я ногу подвернула, а Лён сказал, что сам отнесёт ужин…

По спине пробежал холодный пот, когда всё пошло куда-то не туда. Потому что верно подметила Дуччи, я чувствовал. Чувствовал спиной чужое присутствие глубоко в тенях, и был полностью уверен, что мне это не кажется. Если это не вор, то кто?

— Та-ак… пропало у вас что-то, достопочтенный? — Виновато потирая затылок, спросил хозяин. — Прошу, не серчайте, Лён сейчас вам отдаст. И деньги мы вам за комнату вернём… он у нас особенный, одарённый. Тянет, что ни попадя, но не со зла. — Фрон низко опустил голову, признавая свой провал. — Кера! Кому сказано было, Лёна к посторонним не подпускать?! А ты, давай тащи то, что взял, живо!

— Ох, позорище какое на нашу голову! — Вскрикнула покрасневшая, как помидор, его жена, вцепилась себе в волосы, да вдруг влепила затрещину, сначала дочери, потом и мальчишке. — Тащи, кому говорят!

Я ничего не ответил. Всё моё внимание было не там, в освещённом доме, а за порогом, позади. Там, где на фоне непроглядной тьмы скрывался посторонний.

Резко выпустив наружу тьму, что тлела в тюрьме за моими рёбрами, я быстро взмахнул рукой и швырнул наполненный силой тесак за спину, не глядя, ориентируясь только на собственные ощущения.

Купленный на рынке меч плохо проводил энергию, но даже так, полетел по прямой под её влиянием. Звук треска дерева, будто я пригвоздил что-то к стене, заставил меня злорадно улыбнуться, украдкой вытерев следы скатившейся по лицу капли пота.

— Ah, spettacolo! Прекрасный бросок, fratello. Вот только ты всё равно не попал. — На фоне тёмно-серого неба отделился плохо различимый чёрный силуэт. С тем же деревянным треском он вырвал меч из своей руки, метнув его в землю у моих ног. — Che peccato!

Я не мог разглядеть говорившего, но видел, как тот прокрутил руку вокруг своей оси. Опять раздался жалобный треск старого дерева скрип плохо смазанного шарнира. Наблюдать эту игру теней было скорее интересно, чем жутко, но видимо так считал только я. Дверь позади меня захлопнулась, грохнул засов, изнутри донеслись женские крики и причитания.

— Ну и что теперь, подерёмся, или сбежишь, поджав хвост? — Я хмыкнул, и даже несмотря на странности этого парня, успокоился, стоило мне настроиться на очередную кровавую драку. — Свой шанс ударить в спину ты потерял. Знаешь, я бы до последнего не заметил, если бы не этот мальчишка.

Вот же ублюдок… привлёк внимание к моей персоне слишком рано. Ещё я порядком устал и хотел бы послушать лекцию про принципы Зла от Дуччи. Но, видимо, не сегодня.

Нервишки всё ещё шалили, но в руке сформировался меч, и я начал вытягивать доспех из-под одежды. Сюда едва долетал свет уличного фонаря, в темноте мне придётся тяжело, и оставалось только рассчитывать на свои рефлексы и то, что враг не сможет пробить защиту.

Но незнакомец рассмеялся, чёрный силуэт на фоне неба поднял шляпу за край и сделал поклон, скрываясь под линией горизонта и отгибая руку под неестественным углом себе за спину.

— Calma, calma, я пришёл не драться, а просто... посмотреть. Che tipo buffo, аха-ха! Мы обязательно сразимся, se così desideri. Но как-нибудь в другой раз.

С этими словами он растаял в воздухе, как тот парень, командовавший псами в Нижнем городе Сакро-Вериты… Это был кто-то ещё, хотя мы с ним определённо однажды встречались. Ещё один тёмный, или кто-то от церкви? Вставки в его речи я не понимал, хотя они подсознательно перекладывались в голове на другой неизвестный мне язык, что был родом с Земли.

— М-да, дела. — Я убрал и меч, и броню, но не ослабил бдительность полностью. Подобрал свой тесак, покрутив его в руке. — Только нервы мне потрепал, козёл.

Я вернулся к избе и настойчиво постучал в дверь.

— Всё, закончилось веселье, можно выходить. Где там мои деньги?

Спустя секунд двадцать Фрон осторожно высунулся из-за двери. Он опасливо огляделся, а заметив, что всё утихло, сделал вид, будто ничего не было. Как и я. Затем тот достал мешочек с моими деньгами и протянул вместе с платой за ночлег.

Явно мечтая побыстрее скрыться за дверью, он дождался, пока я всё пересчитаю, извинившись ещё раз. Но я слишком заинтересовался, поэтому встал в проходе, а к деньги вернул обратно в его ладонь.

— Оставь их себе, это не так уж важно. Лучше расскажи мне про своего сынишку. — Я вроде и дружелюбно старался улыбнуться, но почему-то Фрон поёжился. — Расслабься, я же и сам – искатель, а тут такой талант зря пропадает. Расскажи побольше. У него, значит, какой-то особый дар?

Мужик мне не доверял, а вот пацан выглянул из-за двери, смутился, но улыбку натянул до ушей. Читается, как открытая книга: если я не – первый, кто его похвалил, то уж точно один из немногих.

— Да… чего тут рассказывать-то. — Изменившись в лице, Фрон скорчил рожу, будто съел цельный лимон, и безвольно развёл руками. — У Лёна врождённый дар – Истинное Воровство. Да вот только жить с таким тяжело, сами понимаете…

И приставка “Истинное” должна что-то значить. Та же Меневра, например, обладала продвинутым сканированием. Как она там его назвала… Совершенная Оценка, кажется. Видимо, тоже некий врождённый дар. Таких людей надо запоминать, и не забыть при случае.

— Ладно, я понял! Не бери в голову всё, что сегодня произошло. Я пойду спать.

Улыбнувшись, как мог без подвоха и без намёка, я махнул рукой, со звоном подкинув мешок в руке. В этот момент со стороны дороги засветили ещё фонари, приближались голоса.

— Доброй вам ночи, достопочтенный искатель! Спасибо от всего сердца, что вошли в положение!

— Не за что. Я, может, как-нибудь наведаюсь к вам ещё, когда решу передать кому-то свои знания искателя. Натерпелись вы знатно, но любую способность можно приспособить к делу. Малец далеко пойдёт!

Плёл я всё, что в голову придёт, но знал, что попадаю в точку. Заодно и лёгкое удовлетворение от дешёвой актёрской игры. Дверь захлопнулась, я ещё некоторое время постоял, глядя вслед хозяину дома. Ну, всё. Теперь – точно спать.

— Эй! Что ты там делаешь?! — Окрик какого-то парня не сильно меня удивил. — Грабить решил честных людей? Проверьте, кто кричал, и посмотрите, что там с хозяевами дома!

Обернувшись, я увидел целую группу заспанных, наскоро собравшихся авантюристов, однако все они смотрели с решимостью. Искателей, то есть… хотя по мне, всё одно. Большинство даже младше меня, лет по шестнадцать-двадцать, только парочка, стоящая чуть поодаль, была на вид за двадцать пять.

Тот, что обращался ко мне – ещё мальчишка, держался вполне уверенно, но оно и неудивительно. С ним было аж восемь человек, откуда-то со стороны стягивались местные. Только сейчас я вспомнил про тесак, который держал в руке, и с запозданием повесил его на пояс, а возвращённый мешок убрал за пазуху.

— Стяни свой дырявый рот. — Раздражение и тёмная жажда битвы гуляли по венам. Я понимал, что зря вступаю в перепалку на ровном месте, поэтому хоть минимально пытался подбирать выражения, но и объясняться перед этим комнатным малолетним героем не хотел. — И вали спать дальше. С разбитым лицом будет куда тяжелее выслеживать зверя.

Говорил я относительно спокойно, угрозу обозначил достаточно явно, и надеялся, что за этим он побоится развивать тему. Но не тут-то было. Девятка искателей целенаправленно пошла ко мне.

— Эй, ты слышал, что он сказал?

— Его бы скрутить, пока всё не выясним… Риона, ты иди проверь, что он сделал с домашними.

“ — Какая же морока… “ — Я бежал полдня без остановки, стоптал ноги и устал, как скотина, а после внезапного человека-невидимки настолько не желал ни с кем объясняться, что готов был поговорить и на языке кулаков. Понадобится – и броню надену, так их отделаю, что мать родную забудут! Тем более, тут не найдётся кто-то, годящегося мне в противники.

Хрустнув костяшками, я зло сплюнул и пошёл навстречу. И неизвестно, к чему бы это всё пришло, но там уже подоспели местные.

— Стойте! Никаких драк, достопочтенные искатели!

— Так этот тип грабит ваших односельчан! — Возмутился главный борец за справедливость.

Я ожидал ещё и проблем с местными, но те лишь отмахнулись, кто-то даже заржал.

— Так это ж Фрон и его семейка. Наверняка опять их выродок что-то стащил. — Махнул рукой другой житель. — Не орите тут, и давайте без мордобоя, ночь на дворе.

Постепенно атмосфера агрессии шла на спад. Потом выглянул Фрон и лично сказал, что не имеет ко мне претензий, ещё раз извинившись передо мной. Я по-прежнему был не против дать кому-нибудь в рыло, но Фрона и Лёна тут не любили, настолько, что никто даже не пытался за них вступиться.

Все удовлетворились объяснениями местных и потеряли ко мне интерес, кроме того самого, кто поднял шум.

— Не думай, что мы просто забудем эту ситуацию. — Тихо сказал он, проходя мимо. — Ты не можешь творить всё, что вздумается, только потому, что за этих людей некому заступиться.

— А ты твердолобый, да? — В ответ я рассмеялся ему в лицо и демонстративно развернулся к складу.

Девушка, видимо, из его группы, одёрнула комнатного героя за рукав, и шикнула на него.

— Ну что ты начинаешь? — Отчитывала та парня. — Нам же всё объяснили…

Не оглядываясь, я пошёл обратно. Если этот парень решит напасть на меня за пределами деревни, ему же хуже будет. Не тот случай и не тот масштаб, когда об этом вообще стоит париться.

Ну а я сразу же вернулся на пустой склад с оставленной на полу едой.

— Нашлась пропажа. — Подбросив в руке мешок, я сунул его обратно за пазуху. — Продолжим?

Из угла показалась фея, скидывая скрытность и обнимая себя руками.

— Этот человек… жуткий. — Она села на прежнее место, очевидно имея в виду не искателя. — Хорошо, что он просто ушёл.

— Это не важно. Если он снова решит наведаться среди ночи, я почувствую это. Наверное.

Мы перекусили и перешли к практике. С управлением бронёй у меня вышло как-то интуитивно, разрезы – воплощение чистого желания убивать, когда меня начинает крыть. Я научился этому не только потому, что “само пошло”, но и так как это был простейший контроль тёмной энергии. Разрезы – базовая техника, которой владеет каждый, кто хоть немного обладает силой и практиковался с ней.

Что же до рук из тени, скрытности и прочих радостей – Дуччи пояснила, что за всем этим стоит какая-то истина, мировосприятие, у истоков которого был действующий князь Тьмы, либо сама Эллея, если говорить про светлых. Так, по крайней мере, утверждала фея, и я уже насторожился, но продолжал слушать.

Третий принцип Зла гласит, что любая внутренняя грызня прекращается перед лицом общего врага. Дуччи каким-то образом с помощью знания этой штуки влияет на кровь светлых. Например, двух самых слабых рабочих она просто разорвала изнутри.

Эффектно, может открыться много интересного, но сейчас мне не нужно.

Пятый – принцип полезности, гласил, что жалость, потраченная на бесполезного – ресурс, украденный у того, кто его заслужил. Я, хоть убейте, не понял, как через понимание этого можно было управлять тьмой на расстоянии, но именно с его помощью Дуччи создавала те теневые руки.

Шестой принцип говорил о втором шансе, и меня позабавило, насколько это пересекалось с известной моралью из нашего мира. Если ударили по щеке – подставь вторую. Только вот большинство жителей Земли забывает, что на второй раз щёки кончаются, и дальше с твоей стороны должен следовать прямой в челюсть.

Где в этом запряталась невидимость, мне тоже было непонятно. Но зло в этом мире оказалось на удивление… адекватным, что ли. Жаль, принципов добра фея не знала, чтобы я мог сопоставить.

— А где там что-то про резню и сожжение деревень? Да и я думал, там какие-то откровения, а это вполне здравая логика. — Тут уж у меня не вышло скрыть разочарование в голосе.

Фея посмотрела на меня с грустью и даже лёгкой обидой, но быстро оправилась.

— Если устраивать резню, то живых существ быстро не останется, а если сжигать деревни, то они не смогут снабжать войско. — Дуччи поясняла мне это, как маленькому ребёнку, что я аж не удержался от усмешки. — Господин, вы что, совсем ничего нового не чувствуете?

— Не-а. Мне нравится эта философия, это всё, что могу сказать.

— Думаю, дело в глубине понимания. Если хотите, я расскажу подробнее, но нужно много размышлять об этом и медитировать, чтобы постичь даже один навык. — Дуччи виновато улыбнулась. — Вы так сильны, а ваша тёмная аура прекрасна – наверное у вас уйдёт гораздо меньше времени, чем у большинства, но это не делается за один день…

Меня не покидало смутное ощущение, что где-то тут таится развод. Всё, что я делаю, идёт от души, а не от понимания каких-то там высоких материй. И то, сомнительных. Есть много разных взглядов на мир и философий, и эта мне пришлась по душе, но я, как ни старался, не ощутил ничего необычного.

Но вот стоит просто обратиться к этой силе, и я её чувствовал. Знал, что могу придать ей форму и направить, просто не хватало опыта и мастерства. Пусть фея и не говорила ничего подобного, но как будто мне не нужны все эти медитации и прочий бред.

— Кстати, а что там с остальными принципами? — Решил поинтересоваться я, раз уж зашла речь о Зле.

— Общеизвестен и сформулирован для всех только первый – право сильного. Из него идут остальные. Можно понимать их, жить ими, но пока принцип не сформулирован, сила не приходит.

Ну и по классике, о чём фея умолчала – наверняка получить эту силу можно, только если пойти к кому-то на службу. Там они скажут пару слов, посадят тебя медитировать на пару лет, и за это ты будешь их ручной собачкой.

Как для себя, я бы ещё и пару клятв взамен взял. Для гарантии, что потом не ударят в спину и будут делать то, что я прикажу. Какой занятный всё-таки мир…

— А у светлых какое-то своё восприятие? Есть же и некие принципы Добра?

— Светлые… они верят в бредни своей лживой богини. Им кажется, что есть какое-то общее благо, и оно выше мнения одного. Но ведь сильнейший заслужил своё место по праву! Кто кроме него знает, как поступать остальным?

Девушку конкретно понесло. А я опять не удержал усмешку, глядя на то, какой серьёзной и сосредоточенной она выглядит. От моей реакции Дуччи окончательно сконфузилась, через силу залпом осушила плошку тоника и вздохнула.

— Какие дальше будут указания, господин?

— Выспаться. Извини, совсем тебя заболтал. — Я смачно зевнул, демонстрируя намерение поскорее отрубиться.

Но если фея сразу послушно отправилась отдыхать, то я затушил фонарь и ещё некоторое время посидел, обращаясь к тёмной энергии.

Злая и дикая сила, циркулирующая внутри, тут же начинала сходить с ума. Она бросалась на меня, пробуя мою невозмутимость на прочность, подталкивая встать и отправиться к тому искателю. Убить во сне его и его товарищей, чтобы не доставили проблем…

Я игнорировал это, игрался со зверем внутри, не погружаясь слишком глубоко – это уже было опасно. И в какой-то момент мне показалось, что я смог. Тьма вокруг меня уплотнилась, сжалась в большое пятно. В такой темени трудно было сказать наверняка, но я ощущал это каждой клеточкой тела.

Всё-таки, сильные мира сего – страшные лжецы. Вовсе и не нужны никакие фразы, принципы и медитации. И если моя теория верна, это – не более, чем способ контроля над слабыми.

Завтра мы доберёмся до Бреса, и я проверю то, чему научился, а пока – спать.

Глава 12

Проснулся я уже далеко за криком петухов, если таковые тут и были. Сел, протирая глаза, на неудобной лавке, вынул клок сена из волос, и крепко потянулся до хруста суставов. При свете дня оказалось, что спал я даже не на лавке, а на сдвинутых ящиках с примитивным настилом.

Снилось, будто разрываю руками из тьмы десятки каких-то жуков, обливаюсь их желтой густой кровью, рублю мечом направо и налево. Интересно, к чему бы это? Точно не к деньгам.

— Вы проснулись, господин. — Услышал я рядом ровный голос феи, которая не сводила с меня глаз.

— Ага, доброе. Давай собираться, будем у Бреса засветло, если поторопимся. Нам ещё всё разведать.

Затягивать с моим планом не стоило, поэтому с твёрдым желанием сегодня же закончить с разведкой и приступить к делу, я быстро налил нам по плошке тоника (прекрасный, всё-таки, напиток!), и мы позавтракали.

Еду притащила дочурка Фрона, пока я спал: маринованные кислые волокна, похожие на сетку из капусты, сладковатая рассыпчатая зелёная картофелина в кожуре, вдобавок я закусил сушёным мясом из запасов. Вышло не так плохо, просто и бюджетно, но сильно лучше, чем то хрючево, которое мне иногда доводилось есть в детстве.

Через минут двадцать мы уже полностью собрались, вышли со склада, заставленного бочками, ящиками и всяким хламом. Я сдержанно помахал в ответ девушке и мальцу… Кера и Лён их звали, кажется. Если их не вздёрнут свои же соседи, то однажды точно встретимся.

— Вот тут что-то помечено крестом, так точно не перепутаем развилку. — Я ткнул пальцем в карту, рассуждая вслух. — Здесь у нас три схода в лес, но они нам не нужны, вот тут – короткая дорога к соседней деревне. Если нигде не накосячим, то имеем шансы успеть, когда солнце будет в зените.

Фея только послушно кивнула. В городе она перемещалась так, словно крутила в голове 3д-карту, но тут ситуация поменялась. Она просто шла за мной, постоянно теряясь, когда я с ней советовался.

— Господин, так что вы собираетесь делать?

На мгновение я остановился. Ну да, я же ни разу толком не проговаривал план, будто это само собой разумеется. Но мне правда от неё ничего не нужно, кроме подстраховки… если управляющий Бреса окажется плюс-минус простым человеком, которые сами антиоживлялись об меня пачками.

Но встреча со святошей многому меня научила.

— Как думаешь, комендант Бреса – сильный? — Спросил я, всё ещё стоя на месте.

— Это… не моего ума задача. Но мне кажется, тут могут быть искатели уровня, как у железной маски или выше.

То, что мы оба к этому пришли, меня в равной степени радовало и угнетало.

Вспомнив практику этой ночью, я подошёл к ближайшему дереву, обратился к тёмной энергии и пожелал скрыться. Неведомым органом чувств я ощутил слабую тень от ветвей, потянул её на себя, собирая в единый сгусток, будто накрываясь одеялом.

— К-как вы… — Дуччи потеряла дар речи. — Господин, вы так быстро освоили… нет, э-это ведь не скрытность!

— Меня видно?

— Как... сказать. Видно не вас, а большое чёрное пятно… я чувствую, что там что-то есть, но не смогла бы сказать точно.

“ — Отлично, подходит. “ — я развеял энергию, а чувствуя, как она растворяется в воздухе, даже смог впитать часть использованного обратно. Учиться и учиться ещё, но на чисто интуитивном уровне я могу управлять этой штукой.

— Плана как такового и нет: убить коменданта и заявить о себе, как о правителе.

И ещё каким-то образом удержать лояльность воинов, но уж с этим-то я справлюсь – лишь бы признали и в первый же момент не кинулись убиваться об меня. Но об этом я умолчал. Фея же посмотрела со знакомым благоговением, и не стала больше расспрашивать.

Спустя пять часов, неспешно потягивая тоник из плошки, я переводил дух, оглядывая махину крепости с дерева в ближайшем лесочке.

На самом деле, ничего такого, восьмиугольник метров сорок на тридцать, перед ним – заросший напрочь ров. По крайней мере, я видел и саму яму, и выбивающийся оттуда кустарник.

Больше разглядеть было трудно, но и подобраться к крепости будет просто: с противоположной стороны начиналось то, что местные называли пустошами, но тут были неровности ландшафта, деревца, кусты... Правда, нужно будет карабкаться по стенам, а потом проскользнуть мимо стражи.

Притом, что у меня и нормальной скрытности нет – придётся идти ночью.

— Сможешь разведать в тенях? — Спросил я фею, которая сторожила веща внизу. — Мне только примерно понимать, что-где находится, сколько там людей, какие есть средства защиты. Ты же как-то запомнила Сакро-Вериту, постарайся и сейчас.

— Рада быть полезной, господин. — Дуччи с готовностью подскочила и ударила себя в грудь, улыбнувшись впервые за долгое время. Она что-то приуныла, когда я сказал, что всё сделаю в одиночку.

— Тогда иди, держись подальше от людей и не попадись. Если заметят – дай дёру. Возвращайся живой, у меня на тебя далеко идущие планы.

А я снова сконцентрировался на наблюдении… точнее, просто потягивал тоник и смотрел, как воодушевлённая и сосредоточенная Дуччи растворилась в воздухе и отправилась к крепости короткими перебежками. Я не видел, но смутно ощущал её присутствие где-то там. На середине пути исчезло и оно – видимо, мой предел, граница области видения нового чувства.

Словно радостный, но немного потерянный в пространстве щенок, ей-богу. Сплошная забава и умиление. Но я не забыл, что это единственный человек… единственное существо, которому я действительно могу доверять, поэтому держал за неё кулаки.

Спустя час-два бесконечного безделия, медленного опустошения бутыли тоника и невероятной скуки, чужое присутствие вернулось снова. Я не расслаблялся до последнего, пока передо мной не материализовалась фея.

— Господин, как вы и просили, я постаралась всё запомнить. Смотрите…

По схематическому рисунку палкой на земле я понял, где у них казармы, столовая, поросшая травой тренировочная площадка и оружейная. И, конечно же, башня с покоями коменданта. Бойцов навскидку было около сорока-семидесяти, но их спокойно можно было обойти.

Именно в башню коменданта девушка не смогла пробраться, подсознательно чувствуя угрозу. Нарушать мой приказ она не стала, а другого места, где мог бы прятаться лидер, просто не было. Как не было и никакой энергетической защиты, ничего подобного.

— Ты молодец. Тогда отбой, давай отдохнём до вечера. — Я спрыгнул вниз, отряхивая рубаху. — Разбуди, когда стемнеет, если не проснусь сам.

По правде говоря, я опять измотался после бега. Меня уже давно клонило в сон, и только лёгкое беспокойство за разведывательную миссию останавливало от того, чтобы вырубиться прямо на ветке и набить себе шишек при падении.

Сейчас же я спустился к палатке из шкур, замаскированной ветками и листвой в овраге, забрался внутрь и почти сразу же отрубился. Мозг понимал, что другой возможности отдохнуть не будет, а пять часов бега на скоростях олимпийского марафонца заставили выдохнуться даже нечеловечески сильное, обновлённое тело.

Я открыл глаза сам ближе к ночи и не сразу осознал, где вообще нахожусь. Не самая уютная постель в моей жизни, хотя бывало и хуже. Сглаживала впечатление тёплая фея, которая пристроилась рядом. Она не спала, смотрела на меня своими алыми глазищами в полутьме, разгоняемой только закатным солнцем, пробивающимся через листву на вход палатки.

— А ты очень тёплая. — Откомментировал я, медленно проводя ладонью и убирая руку, лежащую у неё на талии.

Так и хотелось зайти чуть дальше, но я сдержался, помня, как моя подчинённая тряслась и чуть не плакала, едва я предложил ей разделить постель. А в более невинном плане она совсем не возражала лежать рядом, и кажется, даже получала некоторое удовлетворение.

— Тела людей… холоднее, чем наши, господин. — Ответила фея, отодвинувшись. — Вы обняли меня во сне, я не шевелилась, чтобы вас не разбудить.

— Вот как. Ну, ты правда очень тёплая.

Хмыкнув, я отполз от манящего тела девушки, поднялся и полез к выходу. Вечерний воздух приятно освежал, рядом мерно стрекотали то ли лягушки, то ли какие-то насекомые.

Подумалось вдруг, что было бы забавно, попадись мне под ногу неведомая тварь, которая укусит меня в палец, и я умру от яда со своими нереализованными амбициями.

— Ладно, время настало. Иди за мной и наблюдай, я всё должен сделать сам.

— Как прикажете. Мне вмешаться, если что-то пойдёт на так?

Я улыбнулся, двинув двумя пальцами.

— Условный знак ты помнишь. Или если обращусь к тебе напрямую.

Моё тело обтекал тёмный металл, принимая форму доспеха Вестника Зла, и вскоре я направился к стенам крепости, окружая себя крупным пятном из черноты.

Не знаю, насколько хорошо это было бы заметно днём, но в ночной тьме я чувствовал себя относительно спокойно. Да и два одиноких стража на стенах, стоящие с факелами на одном месте, наверняка расслабились и давно уже ничего не боялись. Их счастье, что сегодня я пришёл не по их душу.

За минут пять я неспешно подобрался к крепостной стене. Далеко не ровный и не гладкий кирпич, что-то осыпалось, где-то набился мох, трава… долго думал, как подступиться к ним, но шестиметровые стены оказались не такой уж преградой.

Я не знаю, что сделала со мной та колдунья, или что со мной происходило в неком Войде, но… разбежавшись, я пробежал сразу метра на четыре вверх, ухватился за выступ, всадил клинок у самого верха и подтянулся на стену. Замер, боясь, что хруст камней меня выдаст, но всё обошлось.

Тёмное пятно двигалось следом, послушно начиная поглощать и тихие шорохи. Страж в десяти метрах даже не шевельнулся в мою сторону, только очень заразительно зевнул и облокотился на стену.

Злая сила чуть шевельнулась в груди. Можно пройти напрямую, убив этих двоих, чтоб точно не мешались под ногами. Это было бы легко, они же вообще ничего не видят, не слышат, ни на что не обращают внимания. Идеальные жертвы.

“ — А ну-ка тихо, это мои будущие солдаты! “ — Влепив себе латной рукавицей, отчего солдат вдруг заозирался, я резко вынул клинок из стены и сиганул вниз, сбегая по камню.

Приземлился жёстко, почувствовал, как даёт по ногам и эхом бьёт по внутренностям тяжёлый удар оземь. Благо, прямо там оказался куст – обошлось без травм. Стражник оглянулся на хруст веток, но видимо ничего не смог разглядеть и повернулся обратно.

Если верить Дуччи, то тут рядом должны быть казармы, чуть дальше – оружейная, а вон в той башне – комната коменданта. Не раздумывая, я аккуратно побежал вдоль стены прямо к ней. На входе – ещё один сладко спящий стражник, сидя на посту, рядом лежит набор для игры в кости и стоит кружка хренового пива.

Я аккуратно обошёл его, поморщившись от запаха дешёвого спирта. Скрипнул увесистой окованной металлом дверью, сразу же свернул на лестницу. Теперь и я чувствовал угрозу впереди. Она была похожа на силу инквизитора, хоть и чуть слабее, но также палящую солнцем, и её никто и не думал скрывать.

Заранее уплотнил тень вокруг себя, перехватил меч поудобнее, побежал наверх, преодолевая сопротивление чуждой ауры. Если комендант так силён, стоило бы заранее расспросить других искателей и подготовить план получше. Всё оттого, что я никому не доверял, и не обсуждал план даже с Дуччи.

Но, как это бывает, хорошая мысля приходит опосля, поэтому я забил на это и прошёл до конца лестницы, оказавшись в приёмной, с парой стульев для ожидающих и ещё одним подъёмом.

Опасность и неприятное присутствие не ослабло, а только усилилось, и я с пинка выбил дверь. С краю уютного кабинета расположилась стойка с примитивной фигуркой птицы, пульсирующей бледно-серым цветом. Она была словно сделана из картона, и выглядела чертовски хрупкой.

Тёмная энергия забурлила, потянула туда. Она меня завораживала и манила коснуться, раздавить, но я одёрнул себя, остановившись на полпути. Очевиднейшая ловушка. Вот только уже было поздно, и фигурка сама осыпалась прахом. Вместе с тем исчезло и зловещее давление светлой энергии, заставив облегчённо выдохнуть.

Но ненадолго – я быстро понял, что к чему, и выбежал в приёмную, злой сам на себя за такую неосмотрительность. Там я столкнулся со своим врагом.

— Кем бы ты ни был, дальше ты не пройдёшь. — Заявил воинственно настроенный викинг.

Ну, точнее я бы его не описал. Широкий подбородок, огромные плечи, ростом заметно выше меня, что в этом мире казалось редкостью. Длинные светлые волосы, хищные черты лица и внушительная щетина. За спиной – двуручник, на нём броня из звериных шкур с металлическими вставками.

Правда, будто сошёл со страниц какой-нибудь манги про брутального воителя с севера. И эту махину мне придётся убить.

— Ты – комендант? — Спросил я, отступая на шаг вместе с облаком тени.

— Нет. Команданте ты не побеспокоишь. — Ухмыльнулся тот, доставая тяжеленный меч и проворачивая его восьмёркой быстрее, чем я бы в прошлой жизни прокрутил ручку между пальцами.

От его взмахов пошла волна воздуха, ощутимо врезавшись мне в лицо. А это была даже не атака. Но интуиция кричала, что я могу победить. Несмотря на внешность, он был заметно слабее, чем железная маска.

Да, я мог бы кинуться на него и заколоть прежде, чем он достанет оружие, или же сделать ещё какую-то подлянку, но если это не комендант… такие воины мне пригодятся! А эта махина – не только входная дверь к моему трону, но и возможность утвердить свой авторитет раз и навсегда.

Перед тем, как выходить из облака тьмы, я спрятал клинок в ножны.

— Твоё имя? — Спросил я, появляясь напротив и с пафосом сложив руки на груди.

— Так к нам послали воина, а не убийцу. Это мне по душе. — Он от души рассмеялся, увидев мою уверенность, и закинул клинок на плечо. — Зовут меня Багарион, а ты, тёмный?

— Леонард Бранкалеоне. — И я бросился к нему в рукопашную.

Даже на него сработало упоминание кровавого тирана, а ещё он ждал, что я буду доставать оружие. Всё это заставило воина вздрогнуть, потеряться всего на пару секунд, а я этого и ждал.

Победить надо было быстро и жестоко, поэтому я не думая отринул себя и дал тёмной стороне полный карт бланш на эту битву. Его честь не позволила направить меч на безоружного противника, которого тот посчитал достойным, а после было поздно. Я разорвал дистанцию, а он пытался защититься клинком, но латная перчатка обошла блок и с хрустом впечаталась в нос, второй удар пришёлся в подбородок.

Он отступил, а мои мышцы прямо на ходу перестраивались, налитые неестественной мощью, злобой и желанием убивать. Из угла потянулись две тёмные тощие ручки, я инстинктивно, даже не отвлекаясь от боя, перехватил его двуручник и летящий мне в лицо кулак, а затем принялся методочино выбивать дерьмо из этой глыбы мяса.

У меня не хватило бы сил отобрать или зафиксировать оружие тьмой, или задержать его дольше, чем на пару мгновений, но этой заминки хватило, чтобы полностью лишить его инициативы. Он вырвался, снова пропустив пару ударов по лицу.

С широкими замахами я вколачивал его в стену, и тот рухнул на землю, а я склонился над ним и продолжил лупить, выбивая кровавые капли. Только спустя секунд десять я смог остановить себя, глядя на получившееся месиво.

— Дуччи, тут?

Фея бесшумно появилась с лестницы.

— Доставай целебный артефакт и подлатай его, в бой не вступай без необходимости. Я иду дальше.

Я не был уверен, что тут ещё есть, что спасать, всё же усиленное тело и железные перчатки творят грязь. Удивительно, что этот парень ещё хрипел.

— Сейчас, господин. Я сделаю всё, что смогу. — Дуччи не стала задавать вопросов, надела кольцо и небольшой камешек в нём вспыхнул белым, когда та водила по лицу воина.

Оставив их там, я взбежал по лестнице, с ноги выбил дверь. Вышло не с первой попытки, грохот стоял жуткий, но я ещё был на запале, во мне циркулировала сила. Я буквально выломал её, хоть куда-то выплёскивая жажду разрушения.

А затем ввалился внутрь, не скрываясь. По моей броне бестолку щёлкнул арбалетный болт, отскакивая в стену – я ощутил лишь небольшой удар. Затем не спеша прошёл вдоль комнаты прямо к кровати и взял забившегося в угол человека за горло.

— Расскажешь мне всю внутрянку. Если мне понравится то, что я услышу – я не сломаю тебе хребет. — Я старался, чтобы мой голос из-под шлема звучал грозно, но наверное пережестил – он забился, глядя глазами, полными ужаса. — Хорошая сделка?

Где-то внизу раздался рёв горна.

***

Поднятые среди ночи воины в спешке разобрали оружие, и теперь со всех ног бежали к башне команданте Монтелупо. Было непонятно, кто враг и что случилось, но часовой услышал наверху звуки битвы и тут же забил тревогу.

Запыхавшись, они буквально взлетели по лестнице, увидев…

— Кто ты?! Немедленно подними руки! — Заорал десятник, направив на девушку копьё.

Остальных же увиденное заставило содрогнуться. Багарион, несокрушимая скала, опытный искатель и храбрый воин, который был сильнее половины гарнизона вместе взятой, лежал сейчас на полу, забитый… явно не тёмной длинноухой ведьмой.

— Я могла бы убрать руки и приняться за вас, но тогда этот парень умрёт. — Коротко ответила та, не прекращая лечение. — Мой господин приказал сохранить его жизнь. Если вы – его товарищи, не мешайте мне.

То, что сказала эта ведьма, всех повергло в ступор. Десятник замялся, сжимая в руках копьё, а затем махнул рукой.

— Потом разберёмся с ней, пусть эта грязная тёмная делает своё дело. Здесь должен быть кто-то ещё, быстрее идите на помощь команданте!

И они ломанулись вперёд. Всё-таки, Багариона уважали и никто не хотел его смерти. Но двигались не очень-то быстро и не слишком уверенно: по той же причине. Трепет сковывал тела бойцов, шагающих по лестнице на третий этаж.

Кто же так отделал их лучшего воина? Ответ не заставил себя долго ждать.

— Произошла смена власти, предатель уничтожен. — По лестнице покатилась отрезанная голова команданте, затем из тьмы его комнаты показалась массивная фигура в жутком чёрном доспехе. — Кто хочет жить в процветающем королевстве, кто хочет пережить вторжение демонов и защитить родных и близких, сложите оружие. Любой, кто поднимет на меня меч – предатель всех людей Теодорики, и будет убит на месте.

Медленно, но до них доходил смысл сказанного. Неизвестность, избитый искатель, отрубленная голова их командира, всё это заставило людей поколебаться. Первым копьё отбросил десятник. За ним повторили и остальные, бросая оружие прямо на лестнице.

— Тридцать минут на построение, присутствовать должны все, кроме Багариона. Кто решит отсидеться – задумывает дурное, и будет также наказан смертью. Оружие верните в оружейную.

Неизвестный воин выпустил свою ауру, и все почувствовали это. Похватав снаряжение, они стрелой помчались вниз, мимо незнакомой тёмной, лишь бы побыстрее скрыться от этого жуткого типа.

Глава 13

Тьма беспрепятственно вошла в тело коменданта, и уже не отпускала. Как бы тот не впал в полное оцепенение, становясь бесполезным, или же наоборот, не кинулся на меня в последней суицидальной атаке.

Неудивительно, но в итоге случилось именно первое, и я дал ему увесистую оплеуху, чтобы тот пришёл в себя. Комендант, сухой и невзрачный мужик лет сорока, упал на пол, спешно отползая.

— Рассказывай, говорю.

Я выключил тёмную ауру, понимая, что он вообще не обладает энергией в сравнении с тем викингом… если на меня так давила аура инквизитора в железной маске и артефакта в приёмной, то что должно быть с человеком, лишённым силы как таковой? Наверняка он переживает самые жуткие моменты в своей жизни.

Тот пришёл в себя, наконец-то подав голос:

— Что… мне… рассказывать? — С трудом выдавил он из горла.

— Всё: про состояние крепости, какие у вас планы на вторжение. Как подготовились к угрозе. Почему нет стен у города, и с какой радости не строятся укрепления? Почему князь Тьмы должен напасть именно через два года, тоже хотелось бы знать.

Тут я больше играл в правильность и пытался давить на мужика, но может он хотя бы подскажет, куда запрятаны деньги на укрепления, которых наверняка выделили немало. Они бы мне очень пригодились, если там ещё что-то осталось.

Тот не стал тянуть время. Сбивчиво выдал, что гарнизона – пятьдесят человек, уровнем от рекрута до ветерана, один из них, опытный искатель, недавно стал мастером. Местные уровни силы мне мало что говорили, но сильнейшим определённо являлся Багарион. Видимо, единственный, кто представлял для меня угрозу, но даже он не смог противостоять, когда я застал его врасплох.

— Допустим. Тёмные настолько слабаки, что вы собираетесь остановить их этими силами? А что мешает им напасть раньше? Вам же тогда всем полная… задница.

— Тебе разве не лучше знать? — Выдавил тот с кривой ухмылкой и выдал нервный смешок. Когда я вопросительно наклонил голову, он сразу стушевался. — То есть… я не большой знаток порядков у тёмных… кое-что знаю, конечно…

Итак, вторжение планируется через два года. Тёмные не нападают просто так, они делают это в строго назначенную дату и по каким-то своим причинам, о которых мне больше могла бы рассказать Дуччи, а не этот мутный тип. Ну а я окончательно подтвердил, что Онумар, князь Тьмы, с которым у меня тёрки – не единственный тёмный владыка.

Надо бы расспросить фею подробнее, как закончу с этим неприятным типом, а то всё в спешке и толком времени нет. А пока, мы кое о чём забыли…

— Вернёмся к главному, какой у вас был план? На что вы рассчитывали, собираясь остановить князя Тьмы?

— Ничего не знаю. Никакого плана нет. — Выдал тот с такой уверенностью, будто только что не трясся за свою шкуру.

И я бы ему поверил, но уж слишком он резко сказал это, вытянувшись по струнке. Слишком подозрительно. В первый раз тоже пытался увильнуть и обойти эту тему...

— А уж не врёшь ли ты мне, поскольку связан клятвой?

Он молчал, глядя на меня тем тупым бессмысленным взглядом, что трактовать это двояко было тяжело.

— Понятно. Пытать тебя бессмысленно, получается…

— Получается… — Промямлил тот с абсолютно каменным выражением на лице, и по его щеке скатилась капля пота.

Это если он не врёт и не прибедняется. Может, выгораживает кого-то, кто проболтался ему по глупости. “ — И даже если он связан договором, способ должен быть, и не один. Только я его не знаю. “

Я подумал о возможных ограничениях ещё в тот раз, когда стряс клятвы с Меневры, но будь это ультимативным решением, наверняка им бы пользовались на каждом шагу – брали бы клятвы с кузнецов, что их меч так хорош, как они говорят, с соседа, что вернёт пять медяков через неделю. Мир был бы другим.

В чём я точно был уверен – комендант врёт. Уж больно рожа у него хитрая. Но я был готов действовать жёстче.

— Слушай, дружище, а это разве моя проблема? Не имеет значения, есть на тебе клятва, или нет. Ты, скотина, расскажешь мне всё. Иначе я буду нарезать тебя тонкими ломтиками, пока не расколешься. Каждый день.

Для начала, снова выпустил тёмную ауру во всей красе, заливая комнату чёрными клубами дыма, вонзая меч в пол. Я наклонился, сдавив его плечо до хруста. Облако злой силы беспрепятственно окружило его, подавляя и вгоняя в ужас.

— Знаешь что? Я в любом случае нарежу тебя на чипсы, даже если ты вдруг запоёшь. Прекрасная идея, правда?

Картинка сама всплывала в голове: постепенно я и сам начинал задумываться, каково будет резать его плоть день за днём, и каждый раз видеть это перекошенное лицо… Но я быстро одёрнул себя и взял в руки.

Бессмысленная жестокость – это не моё, а навязанное дурманящей силой. У моего наезда была другая цель, но одурманенный тёмной энергией комендант просто обоссался.

Когда он захрипел, а его рука затряслась, отстукивая быстрый ритм по полу, я подумал, что пережестил, и впитал силу обратно. Чего уж там, я ждал, что он сдохнет на месте. Но к моему удивлению, он вдруг широко раскрыл глаза и заговорил.

— Я-я тут вообще ни при чём, ничего и не знаю! Н-не нам сражаться с демонами, весь гарнизон уйдёт до начала! — Прокричал тот, уставившись на меня. — Это всё, что мне известно… Граф Террарс точно в курсе, я – нет!

Тут я не выдержал и заржал от души, развеивая остатки своего влияния на этого бедолагу. Я, кажется, понял, какую игру затевает мать Беатриче... или кто у них там управляет армией?

А комендант всё-таки блефовал и клятвы не было. Он-то наверное думает, что ничего не рассказал, но этой информации мне вполне достаточно, чтобы сделать выводы. Ничего, потом отдам его фее. Я не особо хорош в пытках, да и не готов на такие методы, а она наверняка знает, как вытянуть из него всё.

— Интересную ты мне картину поведал. План был хороший, но посвящать в него такого идиота, как ты – единственное хреновое решение.

Впрочем, и в моём мире такое было сплошь и рядом. Один по секрету рассказал своему брату-свату, что что-то готовится, другой передал дальше. Третий вообще растрепал пьяный собеседнику в баре. А потом уже и весь город в курсе.

Поняв, что выдал слишком много, мужик с запозданием зажал себе рот.

— Ага. Ты – полный кретин. Знаешь, я даже убивать тебя не стану… — Я продолжил над ним ржать, но замер на полуслове.

Пока я говорил, язык коменданта разделился на множество зеленоватых гнилых червей, он блевал ими на пол, а на его шее вспыхнула яркая жёлтая татуировка. “ — То есть, всё-таки клятва была… ” — Пролетела в голове отстранённая мысль. А мужик вдруг с истерическим воплем прыгнул на воткнутый в пол меч, падая сразу горлом.

— Кхм… — Я даже сделать ничего не успел, а просто в прострации отступил назад.

Идеально острый тёмный клинок – это не шутки. Голова покатилась по полу, всё вокруг залило кровищей. А ведь я просто планировал облить его тоником, посыпать перьями и отправить куда подальше, чтоб его никогда уже не воспринимали всерьёз, но судьба не дала мне совершить добрый поступок.

Такую хрень я видел впервые, и просто выпал в осадок, даже не зная, что сказать. Набитая червями голова коменданта остановилась у моих ног, татуировка, разрезанная пополам, померкла. А я так и стоял молча, переваривая информацию.

— Слишком много трупов на моей совести, чтобы мне было тебя жаль. — Хмыкнул я, брезгливо поднимая голову коменданта и выходя к лестнице. Оттуда уже доносился топот множества ног.

Ну а дальше, после короткой показухи и объявления о захвате власти, мы с феей разместили уже стабилизированного Багариона на кровати бывшего коменданта.

Мёртвое тело я спустил вниз, жизни же огромного викинга ничего не угрожало, и даже его лицо уже больше не походило на кровавую кашу. Шрамы должны остаться жуткие, конечно...

— Чтобы не было шрамов, нужен толковый лекарь. — Пожала плечами фея, показывая горсть осколков на ладони. — Простите, господин. Я потратила три целебных кристалла, но не смогла полностью восстановить его тело, потребуется время на восстановление.

— Ничего, ты справилась отлично. Твой профиль – это убийства и диверсии, а не врачевание. — Я одобрительно кивнул. — С этим что-то придумаем, пусть отлёживается.

И было ещё кое-что, над чем я хотел поразмыслить, но не мог справиться сам. Названия. То, в чём я был катастрофически плох.

— Слушай… ты же помнишь, что я собираюсь основать своё королевство?

— Э-эхе… конечно, господин. — Выдала фея после секундной паузы.

Либо я с ней не делился планами, либо её до сих пор потрясает эта идея. Хотя, я вообще ни с кем не делился, но то уже мелочи жизни! Сам не верю, что делегирую такую важную задачу, но куда деваться?

— Мне нужно название, и быстро.

Закончив тут, мы покинули башню. Было ещё темно, поэтому я отчётливо видел солдат, выстроившихся в ряд на тренировочной площадке.

Не снимая доспеха (на этот счёт у меня ещё были кое-какие планы), я хозяйской походкой отправился к ним. Мы задерживались минимум минут на двадцать, и лица собравшихся тут мужчины в свете факелов выглядели мрачными, напряжёнными, напуганными… у кого-то – даже озлобленными.

Устраивает. Главное – вроде как все были здесь.

Я встал напротив них, слева от меня – уставшая и осунувшаяся после сеанса лечения Дуччи.

— Раз вы все здесь, значит твёрдо настроены защищать родные земли. Отлично. С этого дня, в этом самом месте я объявляю о создании королевства Нардерон. Я – его единоличный правитель, государь Леонард Бранкалеоне, ныне – Леонард Нардерон.

Как я и ожидал, народ был в шоке, до меня донеслось несколько шепотков. Мало кому пришло бы в голову называться именем кровавого тирана. Знаю, какие мысли их захватили. Столько лет прошло, неизвестно, кто окажется у меня под шлемом, но что если…

— Я действительно проиграл церкви и десяти героям, но это в далёком прошлом. Сейчас у нас общая цель, и это – защита Теодорики от вторжения. Кто не желает встать со мной в строй и защищать своих близких от армии Тьмы, тот волен идти – вам ничего не будет. Остальные же… — Я оглядел их, дав немного осмыслить слова. — Истории лгут. Я не ем детей, не вспарываю животы беременным, не вырезаю деревни ради развлечения. Вы все встанете у истока справедливого государства, где каждый получит шанс проявить себя и получить награду соразмерно вкладу. Бездельники могут проваливать. Вопросы?

В ответ раздалась тишина. Я пытался читать на их лицах эмоции, но толпа была слишком огромной. В основном это – шок и страх за будущее. Подождав для порядка, я обратился к щуплому пареньку, который выглядел самым заинтересованным и имел наименее тупой и потерянный вид.

— Ты. Будешь за главного, пока Багарион в отключке. К вечеру жду опись всего снаряжения.

Он ненадолго растерялся, замялся, оглядываясь на остальные хмурые лица, но следом ударил себя кулаком в грудь и им же отсалютовал.

— Есть!

— А это – мой генерал, маркиза Дуччи Нардерон. — Я дал ей время опомниться, что она теперь – маркиза, и только потом продолжил, — Выдай им поручения на первое время. Подготовка к вторжению просто омерзительная, пусть начнут это исправлять. Позже вам представят ещё двух моих людей, на этом всё.

— Благодарю, господин. — Поклонилась девушка, повернулась к собравшимся и в корне преобразилась, словно стала другим человеком... феей. — Десятники! Выйти из строя.

За сим я ушёл. Мы заранее договорились, что она отправит солдат вырывать кусты, траву и вытаптывать территорию крепости, на этом пока всё. У меня было много идей, но фигуру Леонарда я буду использовать редко, и в основном в бою, а также для наказаний и устрашения.

Нардерон… с языка фей – пустое королевство. Королевство Пустоты. Да, я решил сделать отсылку на Войд, пусть и не знал пока, что это такое. Не знала толком и Дуччи. Но раз уж наша судьба в этом мире неразрывно связана, то название вполне подходящее.

Ну и я начал раздавать титулы с феи. Она заслужила. В дальнейшем, это будет неплохой валютой, чтобы удерживать лояльность полезных мне людей, но пока важнее было, чтобы небольшая группа моих солдат не разбежалась. Пусть они будут трижды слабаками, но пока они – основа моего королевства, и одновременно его щит.

Всё начинается с людей. Поэтому вскоре я объявлю в окрестных деревнях, а как окрепну – и в Кхегане, что они теперь под моим управлением. Если по мою душу придёт кто-то сильный – подготовлю ему ловушку, в остальном… всё должно пройти по плану. Имя Леонарда само по себе – отличная защита и прекрасная реклама. Чёрный пиар – тоже пиар, как говорили у меня на родине.

Я вальяжной походкой зашёл обратно в башню коменданта, принявшись рыться в его вещах. Во-первых, я надеялся найти какие-то деньги. Не буду же я ходить по деревням, кошмарить людей и отбирать у них последнее? Нет, тогда моё правление действительно кончится.

Пусть даже меня не смогут убить, но возненавидят и перестанут подчиняться приказам. Пока можно сказать, что авторитет я завоевал. Бойцы ещё не отошли от потрясения и не знали, что им делать. Да и они привыкли жить здесь, просиживать задницы и ждать невесть чего. Они будут до последнего цепляться за шанс оставить всё, как было.

Останутся не все, кто-то сбежит в родное село, или в ряды искателей, пользуясь моим разрешением, но надо дать оставшимся что-то, чтобы они приняли мою сторону, когда настанет время реального выбора.

— О-о, вот это то, что нам надо. — Я ничуть не удивился, найдя в шкафу у коменданта небольшой примитивный сейф.

В нашем чудесном детдоме я каким только дерьмом не занимался… никогда не лазал по ларькам, не обносил дома в районе, сбегая через проломы в заборе, чем промышляли некоторые старшие, но я примерно представлял, как устроен замок изнутри.

С удовлетворением я понял, что если прислонить пальцы к замку, то я могу уплотнять тень внутри и управлять ей. Было какое-то сопротивление чужой силы, но стоило мне влить больше энергии, и защита тут же сдулась, будто и не было.

Внутри было три камня силы с печатью оценки, горсть монет и предупреждение о грядущей проверке – трёхлетней давности. Итого плюс тридцать восемь золотых с мелочью и одна ненужная бумажка.

После беглого осмотра я нашёл много тронутой временем одежды, которая вполне подходила бедному аристократу, поэтому я выбрал то, что на меня налезет, и тут же нацепил её вместо своего тряпья.

Жил комендант неплохо, у него была даже личная ванная комната. С большой бадьёй, высокими окнами, книжной полкой и всякими травами и средствами на полках. Всё это ужасно воняло аптекой, выглядело просто смешно в сравнении с моей ванной на Земле, но тут смотрелось даже роскошно.

Короче, в башне можно было жить, работать, ещё и разместить прислугу, семью и охрану. Из прислуги тут, правда, была почти глухая старуха, которая даже не понимала, что происходит, а единственный охранник... кхм... отдыхал в постели бывшего владельца.

— Ну, как тут у вас?

Через пару часов я снова спустился к Дуччи. Без брони, разумеется. Она клевала носом и следила за солдатами, которые змейкой маршировали вдоль территории крепости, послушно вытаптывая каждый открытый участок земли. Кустарник уже был ликвидирован, лежал в куче рядом со складом-оружейной.

— Девять человек ушли. Сейчас, как вы и приказали, очищаем территорию. Часовые на постах, еда готовится. — Подала голос фея, зевнув и поспешно прикрывая рот ладошкой. — Теперь мне заново вас представить?

В ответ она получила кивок, и тут же направилась собирать подчинённых. Я так и не попал в армию, поэтому был уверен, что не смогу круглые сутки поддерживать дисциплину, быть примером и угрозой. Леонарда Нардерона они видели только в броне, так это будет и впредь.

Ну а ежели вдруг кровавого тирана окончательно возненавидят, я же и свергну… сам себя.

— Гарнизон, построиться! — Крикнула фея, и я даже подивился тому, насколько хорошо у неё получился приказной тон.

Бойцы послушались, тут же бросив свою затею и потянувшись к нам, выстроились, ожидая приказы. А я заметил, что фея уже где-то успела содрать кожу на кулаке.

— Переда вами… — Она замялась, посмотрела на меня, ища поддержки.

— Граф Леон Игнис, личный советник и заместитель государя Нардерона. — Представился я, отсалютовав. — Со мной вы можете обсуждать все свои опасения и предложения, всё то, что вы хотели бы донести до нашего господина без лишних рисков. Можете считать, что я – это он, только не такой занятой и не рубящий головы.

Тут я не удержался от ностальгической улыбки. Почти что своим настоящим именем представился…

Кажется, кто-то действительно хотел у меня что-то спросить, но вдруг из-за стены прозвучал боевой рог. Затем – короткий крик со стен. Часовые забегали, и я тоже невольно забеспокоился. Это не входило в мои планы…

— Зверь! Зверь наступает! — Орал страж, спускаясь по лестнице со стены.

Глава 14

Глаза у часового выкатились, он весь трясся от ужаса, приближаясь ко мне. Мне даже любопытно стало, что там за зверь такой… шучу. Примерно двенадцать человек уровня железной маски, воплощённые в одной твари – это проняло даже меня.

— Что за зверь? — Решил уточнить я.

Наверняка тот самый, которого упоминали в деревне, но я так и не удосужился ничего спросить, кому он угрожает и что собой представляет.

— Огромная стрёмная тварь! — Тот показал широко расставленные руки, но мне это мало что дало. — Она бежит за группой искателей!

Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, поэтому я забрался наверх сам, придерживая рукоять изогнутого клинка. И правда, огромный белый краб на трёх ногах прямо сейчас гнал четверых крохотных людишек.

Эти бездари бежали без оглядки, и вели его прямо на нас! Я сжал кулаки, вдохнув и тихо выдохнул.

— Ладно, приоткройте ворота, чтобы искатели смогли войти. Я доложу государю. Уверен, он лично захочет сразить это существо.

Ничерта я не был уверен в победе, но если не справлюсь, то он разнесёт мою новую крепость. Уверен, ему хватит на это сил. Но и награда за победу будет соответствующей. Поэтому я, не особо заботясь о своём-Леона образе, бегом отправился к башне под растерянные взгляды солдат, пока тварь не добралась до стен и не начала крушить всё подряд.

— Чего встали? Вы не слышали приказ сеньора Леона? Живо, живо!

— И подготовьте баллисты! — Крикнул я вслед, вспомнив о том, что видел орудия на стенах.

Один может и не потяну, но с огневой поддержкой... это возможно.

Едва скрывшись за укреплённой дверью, я зашёл за угол и нацепил доспех, призвал живой клинок из-под одежды. Затем для порядка выждал с минуту и вышел наружу. Естественно, на пафосе, с развевающимся плащом и гордой походкой.

Там уже вовсю исполняли приказ, притом тот парнишка, которого я поставил за главного, проявлял особую активность. Видимо, пытался оправдать кредит доверия.

— Как далеко находится зверь? — Спросил я у группы бойцов на стене.

— Меньше минуты, сеньор!

В этот момент внутрь залетели запыхавшиеся искатели. И я с удовлетворением отметил уже знакомое лицо. Вот уж с кем особенно смешно будет побеседовать.

Но сначала надо победить. Сейчас я забрался на стену к теперь уже своим бойцам, глядя на приближающуюся мразь.

— Орудия навести, стреляйте по готовности.

Вместе с тем, я спрыгнул и побежал по стене вниз, оттолкнулся внизу, ускоряясь и на бегу встречая тварь ударом клинка. Сила кипела во мне, и её становилось всё больше.

Несмотря на освобожденную тёмную энергию и мощный удар с протяжкой, я пролетел мимо, твари только чиркнув по броне. Я не упал, не потерялся, затормозив ногами по мокрой траве.

Только и смог, что пробить шкуру... Зверь обратил на меня внимание и развернулся, а я перехватил клинок и побежал по кругу, заставляя тварь уйти от стен.

Она замахнулась огромной клешнёй, и я не без труда нырнул вперёд, уходя из-под удара. Зато и цель её изменилась: вместо огромной крепости она нацелилась на раздражающую букашку, которая оставила на её меховой броне длинный разрез.

В звере были все четыре метра роста, крепкий хитин под толстой белой шкурой превосходил даже броню инквизитора, а несмотря на общую неповоротливость, редкие короткие и рваные движения были быстрее людей-псов раза в два.

Ещё два удара в землю заставили меня отпрыгнуть и перекатиться, я опять полоснул его тонкую лапищу в то же самое место, вложив максимум сил. У того лишь чуть треснул хитин.

И в этот самый момент…

“ — Суки, убить меня вздумали, что ли?!” — Это было бы самым логичным объяснением того, что метровая стрела из баллисты влетела в тело твари в метре от моей головы. Чего уж там, я ждал чего-то подобного.

Для покушения нужна меткость, а я уверен: эти ребята за последнюю пару лет держали в руках только тот снаряд, что у них в штанах, да и вообще спасибо, что вспомнили, с какой стороны производится выстрел.

Но это было кстати. Зверь заверещал пронзительным ультразвуком, застыв на месте. По ушам било неслабо, но я, вложив максимум силы, пошёл навстречу и рубанул его по ноге несколько раз, метя в одну точку, пока он был уязвим.

Затем отпрыгнул, чуть не попав под хлёсткий молниеносный удар клешни, вспарывающий землю на метр. Тяжело… будто в голове ушёл в отрыв опытный барабанщик, боль адская. Одновременно я делал вид, что скучающе стою на месте, глядя, как тварь накренилась из-за раны.

Густая жёлтая жижа потекла активнее, походка твари стала неловкой, а я быстро оправился и встряхнулся, возвращаясь в строй. Вновь побежал по дуге, заставляя её уже более медленно и неловко ворочаться на месте.

Вжух – опять мимо просвистела стрела, и теперь я был почти уверен, что они решили убить двух зайцев одним выстрелом. Ну я задам этим криворуким обезьянам, как закончу!

Зверь взвыл вновь… “ — Когда же ты заткнёшься, мразь! “ — я заставил броню уплотниться рядом с ушами, жидкий металл холодной тонкой лапой забрался внутрь раковин, но зато боль от крика ушла. Я сходу запрыгнул твари на голову, вонзая клинок вертикально вниз и впуская бущующую тёмную энергию под хитиновый панцирь.

Крик усилился, но мне было уже всё равно. Лишь вибрация шла по телу, давая понять, что мне бы не поздоровилось, не защити я уши. Зверь слабел, опираясь на клешню, и когда я уже подумал, что всё вот-вот закончится, почувствовал резкий удар.

Пусть я и был начеку, но не успел среагировать. Земля и небо поменялись местами, всё закружилось, потом меня с силой впечатало во что-то твёрдое. На мгновение я почувствовал, что не могу дышать, пропало даже зрение.

Спустя секунду я наконец-то увидел беснующуюся тварь и то, как та воинственно размахивала клешнёй. Одна из двух баллист выстрелила снова, и метровая стрела впечаталась ей в рот, прямо под мандибулы.

Туда скотину! Стрелок явно поменялся. Я же выбрался из трещины в стене, поддерживая себя бронёй, чтобы не свалиться. Болели внутренности, голова раскалывалась. Самочувствие просто ужасное, но нельзя было показывать слабость перед подчинёнными.

Неспешно двигаясь с мечом в руке, я уверенно подошёл к монстру, всадив меч туда же, куда попала стрела, расширяя рану, делая взмах и пуская волну разреза внутрь, под покрытый шкурой хитин. Я в героической позе стоял над поверженным зверем, будто и не чувствовал себя раздавленным в самом буквальном смысле. И всё же, восторженные выкрики со стен стоили того.

А затем, повторно выстрелила и вторая баллиста…

Почувствовав угрозу, я выставил клинок на пути стрелы, собрав всю доступную тёмную энергию. Странно было впервые чувствовать, что сила не пытается подчинить меня, но благодаря этому я смог не думать ни о чём, кроме того, чтобы выдержать удар…

В меня словно камаз въехал на полной скорости. Я принял стрелу в блок, отвёл руку, отводя её в землю – не от большого мастерства, а по необходимости, кисть просто вывернуло. Кажется, что-то хрустнуло в суставе, и предплечье мигом онемело. Снаряд ушёл мимо, поднимая облако пыли и взрывая почву.

Вот теперь я точно понял, что меня собираются убить. Не обращая внимания на боль, скрежеща зубами от ярости, я зашёл через приоткрытые ворота, и сразу же обратился к своему генералу.

— Дуччи, стрелка и руби ему руки по плечи. — Сказал я ровным голосом.

Фея удерживала на месте хмурого мужика под тридцать пять, который уже смирился со своей судьбой. Ну а я не собирался его прощать, не к лицу это кровавому тирану.

— Раны перетяни верёвкой, если выйдет к людям – его счастье. Сможет рассказать, что бывает за такую наглость. Остальным – отдыхать. Исполняй, потом зайдёшь в мой кабинет.

— Как прикажете.

— Искателей опросить, накормить, потом будем решать, что с ними делать.

Развернувшись, я пошёл обратно в башню. В единственное место, где Леонард Нардерон может проявить слабость. Стоило мне скрыться за дверью, как будто камень с плеч упал. Я перестал держать спину прямо, похромал наверх. Мерзкая тварь приложила меня с такой силой, что прежний я с Земли мгновенно бы подох.

Теперь нужно было понять, что с моим телом. Я знал, что доспех не даст мне умереть, но даже так – рука распухла, что-то хрустело в позвоночнике, наклоняться я мог только с усилием тёмной энергии, поддерживая себя бронёй. Нога тоже пострадала. Мне нельзя сейчас отлёживаться.

Зато звон в голове и привкус крови во рту почти пропали, это определённо плюс.

Поднявшись наверх, я зашёл в приёмную коменданта, ныне – кабинет государя, и развалился в кресле. Поднял забрало, залив в себя несколько глотков крепкой настойки из запасов бывшего владельца. Немного отпустило.

Пока я ждал, что Дуччи закончит с пленным безумцем, решившим, что стрелять в баллисты в кровавого тирана – отличная идея. У неё были целебные камни, показываться в потрёпанном виде перед искателями я не имею права: все сразу обо всём догадаются.

Однако, что я заметил, после объявления себя правителем, я почти перестал чувствовать то гнетущее давление. Мне и драться стало проще, и мыслить в бою. Казалось бы, против меня вышел зверь, которого называли “уровнем катастрофы”, но я держался против него даже лучше, чем против инквизитора.

Если, конечно, её силу оценили корректно. С каждым боем, с каждым вызовом тёмной силы, я сражался лучше и лучше понимал, на что способно это тело – вроде бы и моё, но в то же время совершенно чужое.

— Господин? — В дверь тихо скользнула фея. — Вы в порядке?

— Относительно. Нам надо… как-нибудь сразиться, подальше от чужих глаз. — Подметил я, с трудом выдавливая воздух из лёгких. — Осмотри меня. У нас ещё три, четыре лечебных камня?

На складе наверняка найдётся больше, но пока мне нужно было без лишних глаз подлатать себя. Я снял броню, открывая Дуччи доступ к телу. Надеюсь, она единственная поняла, насколько крепко меня приложил зверь. И какого труда мне стоило заблокировать выстрел.

— Осталось три, господин. Этого должно хватить на ваши раны. — Резюмировала та. А затем принялась за исцеление.

Я чувствовал себя странно: одновременно к повреждённому месту прикладывают приятный холодок, но из-под кожи что-то стучится, отвечая и пульсируя в такт пульсации камня. Впрочем, уже спустя пару минут я спокойно подвигал рукой, с которой спала опухоль, затем встал на свои ноги и с удовольствием разогнул спину.

— М-да… всё-таки запачкал ворот кровью. Надо будет переодеться, а это пусть заберут в стирку. — С благодарностью кивнув, я сел обратно в кресло, разглядывая свою новую одежду, где уже появилось несколько пятен. — Что там зверь, останки будут полезными?

— Да, это ценные ингредиенты. — Фея закинула в карман осколки лечащего камня, отряхнув ладони. — Прикажете послать кого-то в город с тушей? Или можно договориться с гильдией искателей.

— Правильно, оценщика и грузчика пусть приведут из Кхегана. Кстати о них... что там те четверо?

— Трое, один погиб, пока бежал к стенам. Их накормили в трапезной, прямо сейчас они там, обсуждают ваш бой.

Устало выдохнув, я сцепил руки в замок. Сейчас бы тоже поесть. А ещё принять ванну и хорошенько отдохнуть. Именно этим и займусь, как только закончу с делами. Первые сутки – самое важное время.

— Тех, кто в вас стрелял, было двое. Обоим отрубили руки и выставили за ворота, как вы и приказали.

— Отлично. — Я кивнул. — Пока у нас нет свода правил, постарайся не применять таких мер без моей отмашки, но сейчас всё сделано верно.

Проговорил это заранее, чтобы фею не понесло. А то вдруг начнёт руки рубить всем подряд, за то, что приказа ослушаются, допустим?

— За то, что он направил на вас оружие, это даже слишком мягкое наказание… — Сурово проговорила фея, глядя перед собой исподлобья. Но опомнилась и опустила взгляд. — Это... просто моё мнение.

— Чего-то такого я и ожидал, Дуччи… только не так, а яда в еде, или ночного гостя с ножом. — Я хмыкнул, разминая восстановленные конечности. — Не думал, что у них найдутся яйца и меткость, чтобы в меня выстрелить.

— Но…

— Расслабься. Ты же не будешь злиться на кошку за то, что она нагадила на порог из-за нечищенного лотка? — Я махнул рукой, увидев недоумённый взгляд на очередной неудачный пример.

Меня не радовала перспектива рубить конечности половине гарнизона. А если кто-то решится повторить покушение – придётся поднимать планку. Поэтому начать следует с того, чтобы дать всем максимально понятный план, правила и картину будущего, и они сами не захотят повторять это.

Обычный человек цепляется за безопасность и предсказуемость аж до смешного, и это можно использовать себе на пользу.

— Кстати, а что тот парень, которого я выбрал главным?

— Норис, кажется… Это он поймал второго стрелка. — Дуччи пожала плечами без особого энтузиазма. — Хотите с ним поговорить?

— Да, пожалуй. Надо выяснить, кто и что из себя представляет.

С этим парнем можно работать, раз он настолько серьёзно воспринял свою новую должность. Будет новым комендантом. После этого – поговорю с десятниками, назначу других, если потребуется. Короче, отдохнуть нормально мне ближайшее время не светит.

Для начала я написал два письма. Затем, переодевшись в то, что оставалось у бывшего коменданта мне по размеру, я спустился вниз, и отправился по наводке Дуччи в трапезную.

Кивнув паре бойцов на входе, которые тут же вытянулись по струнке и отсалютовали мне кулаком, я зашёл в пристройку к казарме. Троица сидела, как ни в чём не бывало, пила пиво, и тут… они посмотрели на меня через ряды столов.

— Добро пожаловать в Брес, искатели. — Я улыбнулся, пока происходило узнавание. — Вы не пострадали? Граф Леон Игнис, зам коменданта, к вашим услугам. — Я намеренно представился достаточно нейтрально.

Да-да, те самые искатели, которых я встретил в деревне. Как минимум, двоих я уже видел. Девушка с короткими красными волосами и уставший худощавый парень чуток постарше тут же опустили голову в поклоне, а вот последний, тот, что мне угрожал, так и ловил воздух ртом.

За этикет я не мог бы пояснить, но зато мог оценить сами движения. По тому, как они выполнили это простое действие, можно было о многом судить. У красноволосой получилось достаточно грациозно, у парня – более грубо, но привычно и отработанно.

— Ты… ты… — У младшего задрожали руки, а на лице отобразилась смех гнева, страха и неверия.

— Джагас, тихо! — Шикнула девчонка, не поднимая головы, прекрасно зная, что я её слышу. — У нас будут проблемы.

В конце-концов он сцепил зубы и тоже повторил жест, который ему совсем не шёл. Наверняка был откуда-то из деревни. А меня забавляло видеть, как тот на ходу простраивает огромные логические цепочки о моём выдуманном титуле, находясь в крепости, которая ещё сутки назад не была моей.

— Ренцо. — Представился третий, темноволосый и худощавый, потирая щетину. — Простите за то недоразумение в деревне.

— Это Джагос, а я… Риона. Искатели-рекруты. — Называя своё имя, девчонка замялась.

Они попали ко мне очень кстати. Я сдержанно кивнул. Кто-то должен рассказать о победе над зверем, а заодно передать моё послание в город.

“ — Странно, бойцы смотрят так, будто я их в заложники взял… и этой троице будто никто и словом не обмолвился про Нардерон. “ — Не стал и я, посчитав, что так будет даже интереснее.

— Мы бы хотели от всего сердца поблагодарить того воина, что спас нас от гибели. — Проговорила девушка. — Этот бой был потрясающим.

— О, благодарю за высокую оценку. Комендант сейчас отдыхает, но у него есть для вас ответственное поручение. — Я обаятельно улыбнулся. — Сколько вы получили бы за участие в убийстве зверя, уважаемые искатели?

Они переглянулись между собой.

— Три серебряных на каждого участника, ещё доля за продажу туши…

— Думаю, вы можете претендовать на награду. Поэтому для вас сразу три задания. — Я начал загибать пальцы. — Сообщить в гильдию авантюристов о выполнении задачи, и о том, что они могут выкупить тушу у меня. А также передать два конверта с сообщениями по адресу, что указан тут. Это поручение важно для обороны Кхегана, а мне, боюсь, пока некого отправить. — Передав бумажку и письма, я выждал момент и добавил ещё. — За всё ваша группа получит три золотые монеты. И… искренне сожалею о смерти ваших товарищей.

Лица всех троих вытянулись. Старший потёр щетину, уже как-то привычно пожав плечами, девчонка погрустнела, а тот наглый мальчишка опять сцепил зубы и опустил голову, не желая сталкиваться со мной взглядом. Но ох, как же он был на меня зол! Потеха, а и только.

Наивная бестолочь, идеалист грёбаный. Злится, на что? Что я не прибился к их дурацкой экспедиции? Да срать мне было на этого грёбаного зверя, и если бы он не пошёл к моим стенам, я бы и пальцем о палец не ударил, пока не объявил себя защитником окрестных деревень.

Но было до жути потешно видеть, как тот сожрал свой язык. Возможно, этот небольшой смешной конфуз научит его думать перед тем, как что-то говорить незнакомцам. А ещё, видимо, тут разрыв в правах между простыми людьми и аристократией такой же, как и в средневековье в нашем мире.

Я отпустил троицу, сказав, что им заплатит Аален после доставки целого и не вскрытого письма, и опять вернулся в свои покои. Всё это время я представлял, какое выражение лица будет у контрабандистки, у приехавших торговцев, представителей гильдии, да и у троицы авантюристов, когда они всё узнают.

Глава 15

Уже как второй час в тишине комнаты раздавалось только шуршание пера по бумаге и редкие зевки. Аллана-Елена Кассано даже в вынужденном отпуске продолжала разгребать дела, но не по необходимости, а из-за ужасной скуки.

На фронтире было настолько нечего делать, что можно повеситься. Даже знатные особы развлекаются тут, как смердящая чернь. Не то, что в столице… но там ей нельзя было светиться по другим причинам.

Остаётся лишь помогать Вороне с его бумажками, пока шумиха в Сакро-Верите не устаканится – и то, работать с ним через посредника, унылого и слащавого слугу, одна минута с которым нагоняет тоску даже сильнее, чем балы кхеганских нобелей.

Аален продолжала перекладывать бумажки, глаза её слипались, когда в дверь раздался тихий вежливый стук. Этот звук заставил её вздрогнуть, распахнув глаза и немного придя в себя.

— Ох… Услышь мою молитву, пречистейшая Дева, пусть это будет что-то интересное. — Стук повторился, и она встала, ожидая увидеть за дверью только что упомянутого посредника.

Но нет… за порогом стояли две пары ног. Похоже, искатели, а судя по одежде – нищие и даже по её меркам безнадёжно слабые. Вот только что они тут забыли?

— Сеньорита Кассано? Вам просили передать письмо. — Вежливо обратилась девушка, поклонившись.

Мальчишка за её спиной не удосужился повторить жест, но что ещё ждать от деревенщин? Впрочем, и она не стала утруждать себя этикетом, уж слишком недовольная пребыванием в этой дыре. Контрабандистка вздохнула, с некоторой брезгливостью и подозрением взяла конверт двумя пальцами.

— Кому это я понадобилась? — Бурча себе под нос, она вскрыла его и достала оттуда сложенный листок.

Нет, не так. Кто вообще нашёл бы её тут под этим именем? Текст был начиркан небрежным, почти нечитаемым почерком, будто кто-то решил вырезать руны ножом по дереву, так что Аален брезгливо покрутила письмо.

Но увидев подпись, она тут же выронила листок. Потом, наплевав на образ, кинулась поднимать его с пола.

— Этот парень… что он…

Леонард Нардерон Бранкалеоне предлагает ей дворянский титул в только что основанном королевстве Нардерон, а также денежное вознаграждение или земельный надел на территории демонов через пять лет, если она согласится признать его своим сеньором.

К нему было приложено приглашение на праздник основания королевства через полгода, а также лист с распоряжениями, если она всё-таки согласится на его предложение… всё это было настолько наглым безумным бредом, что её разобрал смех.

— Всё ли в порядке, сеньорита? — Девушка смотрела на неё с беспокойством.

— Нам же заплатят? — Подал голос юноша за её спиной.

А в голове контрабандистки в это время крутился образ её странного клиента. Вот, пожалуй, единственный, кто сможет разогнать её скуку. Таких наглецов ещё поискать, ему просто нужно немного контроля.

— Ха-ха… аха-ха-ха! — Хохоча в голос, Аален наконец обратила внимание на парочку. — Ладно… что ж. Спасибо вам за работу.

Кинув едва успевшей подставить ладони девчонке мелкий камень силы, та захлопнула дверь. Теперь она могла проследить определённую связь в поведении и словах парнишки, и в этом случае контрабандистка считала риски оправданными. Всё равно головой за это ответит кое-кто другой...

— Леон… ты безумец, которому скоро отрежут башку, но это правда смешно.

Криво улыбнувшись, Аален машинально потёрла лежащий в кармане однозарядный амулет, от которого едва ощутимо веяло светлой силой. Эта штука постоянно холодила бок, но лучше иметь её, чем снова оказаться беспомощной в собственном логове. Ей не удалось подмять парнишку под себя в тот раз, но сейчас всё будет иначе.

Теперь у неё появился козырь переговорах, который поможет добиться куда большего. Огромное количество денег было в него вбухано, и как оказалось, не зря.

***

Когда парень отдал честь на местный манер и неуверенно занял место в кресле напротив, я приветственно кивнул, предлагая ему опустить формальности.

— Итак. Норис? Какие ощущения от… всего этого? — Я небрежно развёл руками, так и не подобрав сходу подходящих слов.

Заодно налил ему и себе рюмку настойки – так, просто, чтобы разговор лучше шёл. Ну и не скрою, что чувствовал я себя злодеем из какого-то старого фильма, не иначе.

— А… это… я не знаю, Сеньор Игнис. — Мальчишка выглядел весьма зажато. Управлял своими сослуживцами он куда более уверенно.

— Рассказывай, не стесняйся. Откуда ты, как давно здесь служишь, как обстановка среди товарищей? Должно быть, то, что я назначил тебя главным, добавило проблем.

Опрокинув рюмку обжигающего пойла, я перевернул её и отставил в сторону. Норис не стал возражать и молча повторил за мной.

— Служу третий год… рассказывать нечего, я из деревни на юго-востоке от Кхегана. Трудно… сказать что-то. При старом коменданте было спокойно, а это всё… очень внезапно.

Судя по его лицу и вечным заминкам, тот выбирал слова очень осторожно. Боялся, что ему тоже отрубят что-то?

— Можешь говорить прямо. Больше того, никто не узнает о том, что мы будем здесь обсуждать. Я – не старый комендант, мне нужна откровенность и правда о том, что происходит. За это тебя не казнят, а только похвалят, не обращай внимание на репутацию моего покровителя.

Взгляд, полный сомнений и недоверия. Но под действием алкоголя он всё-таки поддаётся:

— Сеньор Игнис… три человека пришли из ниоткуда, убили прежнего коменданта и объявили, что мы теперь – отдельное королевство. И даже думать о том, что наш правитель – тот самый Кровавый Тиран… — Норис осёкся, оценив мою реакцию.

— Да, звучит необычно. — Я понимающе кивнул. — Но у нас времени на долгие прелюдии. Мы не девку на сеновал хотим затащить, надеюсь ты это понимаешь.

— У нас два года. — Тот кивнул. — Я давно пытался донести до коменданта Монтелупо, что мы не готовы к вторжению, а кхм… государь пообещал отразить его. Я... правда хочу помочь вам, если это правда.

— Ты поможешь, если расскажешь мне про обстановку внутри гарнизона. Про ваших десятников. И знаешь, государь – занятой человек, к тому же он – вообще сущность другого порядка. Не пытайся понять его замыслы, просто доверься мне. — Я улыбнулся, цепко заглянув ему в глаза, чтобы усилить эффект. — Моя работа – выстроить баланс между благополучием людей и амбициями Кровавого Тирана.

Как оказалось, парень вообще не промах, и давно наблюдал за остальными. Спустя полчаса у меня на руках была вся внутрянка Бреса. Я отпустил парня с миром, поблагодарив и пообещав сделать комендантом, как только мы решим проблемы крепости и расширим влияние Нардерона. После попросил Дуччи организовать встречу с десятниками по одному этим же вечером. Ну и разумеется, отправился отдыхать.

Пара часов сна, поздний завтрак, который моя подопечная проверила на яд, затем ванна. Фея заставила немногочисленных слуг подготовить бадью, и я впервые в этом мире с удовольствием откисал в горячей воде со странным травяным ароматом.

В голове кружилось множество мыслей. Во-первых, Аален. Я не доверял столичной контрабандистке ни на грамм, но верил, что мы с ней отлично сработаемся. Моё предложение должно её заинтересовать. В том, что она его примет, я не сомневался, даже ничего не зная о ней и её делах.

У меня будет толковый управленец, минимальное количество солдат. И, конечно, репутация человека, который завалил зверя уровня катастрофы в одиночку. По мне, для катастрофы он был слишком слаб, но весь расчёт на крестьян и рядовых солдат, которые понесут слухи.

Я быстро омыл своё тело и принялся готовиться к встречам. Пару часов выписывал то, что приходит в голову, и понял, что готов. Дал Дуччи отмашку и принялся ждать, от скуки рисуя планы на будущее на бумажных листах.

— Господин, десятники прибыли. — Зайдя в кабинет, объявила фея.

— Отлично, зови первого.

Сначала вошёл старый и хмурый дед. Он выглядел достаточно подтянутым и внушительным, даже несмотря на то, что на нём была повседневная одежда, а не броня, на поясе у того болтался длинный меч. Я не возражал, ведь наверняка он был слабее меня.

Кряж. Самый старый, старше даже несменяемого коменданта. Ему было лет шестьдесят, не меньше, и тот факт, что он до сих пор держался за оружие, вызывал уважение. Он демонстративно встал на пару секунд, затем всё-таки отдал честь.

— Нум-с, чего звали, сеньор Леон? — Смотрел он без неприязни, да и то не на меня, а на стену у меня за плечом.

Не верил он ни в наши благие намерения, ни в то, что мы продержимся у власти хоть какое-то время.

— Располагайся. Как представитель государя, хочу поговорить с вами всеми.

Помедлив, он подчинился. Я не стал наливать настойку, услышав от Нориса, что он давно завязал с выпивкой. Тогда это было нужно, чтобы разрядить обстановку в общении с мальчишкой и развязать ему язык, не более. С другими десятниками я также решил не пить.

— Благодарю за милость. Мне куда удобнее стоять.

— Можешь стоять. — Кивнул я. — Разговор с тобой будет коротким, но я назначил такой порядок, как дань уважения опыту и мудрости.

Увидев, как тот напрягся, я с трудом спрятал улыбку в уголках губ.

— Так что, меня, стало быть, под нож? — Усмехнулся тот, скрестив руки на груди и крепко сдавив предплечья. По крайней мере, теперь он смотрел на меня, а не мимо.

— Ни в коем случае, Кряж. Просто делай свою работу, неси службу достойно. Когда отразим атаку армии Тьмы, отправим тебя на почётную пенсию, как героя.

Он чуть расслабился, я видел, как заложился первый червячок сомнения в стволе его нерушимого старческого скептицизма.

— Да мне бы Кленцы защитить, большего и не нужно. — Ответил тот.

— Защитим, Кряж. Можешь спать по ночам спокойно. Присмотрись пока к новым порядкам, а решить, подчиняться ли новому порядку, ещё успеешь.

Он вышел в задумчивости, отдав честь, я ответил офицерским приветствием, которому меня научил Норис. За ним же ввалился следующий. Встал прямо на пороге.

— Закрой дверь и проходи, Ждан. — Я поприветствовал его кивком, не вставая.

Этот тип смотрел на меня волком, и было за что. Всё-таки, я… точнее, Леонард, прикончил его старого друга. А я – вообще какой-то хрен с горы, пособник узурпатора. Высокий, седой, он также прошёл длинный жизненный путь, судя по отсутствующей половине уха и шрамам. Волосы собраны в тугой хвост, а взгляд словно пытается зарыть меня под землю.

— Я не понимаю, к чему эти игры. — Холодно бросил он.

— Никаких игр. Садись. — С нажимом приказал я. — С каждым из вас мне есть, что обсудить. Например, ты – поможешь захоронить тело коменданта. Я не очень силён в похоронных обрядах.

От меня не укрылось блеснувшее в его глазах удивление. Оно перебило усталость и раздражение, но тут же скрылось – мужик неплохо владел собой.

Но одно это предложение не исправит его злости и предубеждения против новой власти.

— Я буду рад предать тело командира земле. Но вы это всерьёз? Королевство? — Он выдержал прямой взгляд в глаза. — Вас же всех вздёрнут, когда придёт подкрепление из Кхегана.

— Почему “вас”, а не “нас”, Ждан? — Я гадко ухмыльнулся. — Вы же не попытались убить бунтовщиков. — Махнув рукой, я подался вперёд. — У нас хватит сил, чтобы перебить две тысячи бойцов. Надеюсь, это понятно?

Подняв лишь малую часть злой силы, я заметил, как напрягся мой собеседник. Попытался нащупать рукоять меча, но понял, что не взял его с собой.

— Расслабься. Нам нужен гарнизон, который мы обучим противостоять тёмным и вместе отправимся в бой. Никакой другой цели нет. Прошлая власть не смогла бы с этим справиться.

— Благородная цель. Ради этого стоило пойти… на жертвы. — Отстранённо проговорил Ждан.

Хоть он и не был рад этому, но возможно теперь я не получу нож в спину. Однако, я решил закрепить результат.

— Я не знаю, зачем комендант напал на государя. — Я развёл руками. — Он мне не докладывал. Подозреваю, хотел принять последний бой, как достойный мужчина и воин. По мне, лучше бы мы вместе сразились с тёмными тварями, но я уважаю этот выбор, поэтому и хотел бы предать его земле.

Ждан вышел, а разговор с другими командирами прошёл куда легче. Я специально начал с самых трудных. Воларио имел какое-то отношение к нобелям, но также жил всю жизнь в деревне. Он хотел признания и должность. У Пронора была семья в той деревушке, где мы останавливались на ночь. А Дорок готов был служить кому угодно: как скептик Кряж, но более оптимистично настроенный.

Разговор с ними с глазу на глаз был чистой формальностью, но тем не менее, нужно было с серьёзным лицом подтвердить слова про королевство и каждому пообещать что-то личное.

“ — Можно сказать, поработал HR-ом в другом мире. “ — Я хмыкнул, закончив с последним. От событий последних дней был лёгкий шум в голове, но я всё равно собрал их всех, а заодно Нориса и Дуччи, чтобы обсудить все нужды крепости и имеющиеся ресурсы.

Там же парнишка передал мне полный список снаряжения и ресурсов, и… всё было совсем грустно. Даже на тот состав, что имелся сейчас, у нас был некомплект. Грубо говоря, примерно один набор снаряжения на двух человек. Чуть лучше, но незначительно.

— С этим разберёмся. — Если честно, на тот момент я уже задолбался и хотел отпустить всех быстрее.

Тем более, у нас был хоть какой-то, старый и захудалый, но всё-таки кузнец. А вот целителя не было. Были камни, но ими умел пользоваться и знал правильные слова только лежащий в отключке Багарион. Но а кто хворь какую вылечит, если что? Насколько я понимал, это – разные вещи.

— Что ж, буду рад с вами работать. Завтра будут новые задачи для бойцов.

На это мы закончили. Я наконец-то смог выдохнуть, перестать притворяться, когда со мной осталась только фея. Против её общества я не возражал, хотя и вымотался прилично. Сказывалось наше короткое, но насыщенное путешествие вдвоём.

— Господин, вы же понимаете, что мы не выстоим такими силами против армии Тьмы? — Спросила наконец та. — Эти слабаки, с которыми вы возитесь… они не полезнее, чем рядовые низшие демоны.

— Пока не знаю, где мы наберём остальных. Но да, за два года нам нужно подготовить армию, которая хотя бы сможет отсидеться за стенами.

Если эти парни на уровне тех стражей, которых я покромсал в городе, то я не преувеличил, говоря про две тысячи солдат. Здесь работают не те же правила, что на Земле, и даже для меня они были безнадёжно, катастрофически слабыми.

— Там, откуда я пришёл, можно стать в полтора, в три раза сильнее, чем обычный человек, но есть оружие, которое сводит эту разницу на нет. Тут это может работать по-другому, но… Если дадим им арбалеты, поставим на баллисты, толк должен быть. Нам же обороняться, а не нападать.

Нужно лишь привести крепость в приемлемый вид. Первое, что нужно решить – выкопать колодец на территории, сейчас даже этого нет. За водой буквально ходят за ворота, что ставит крест на нашей возможности окопаться за стенами. Тот, кто всё тут проектировал, либо дебил, либо вредитель. Нужно решить эту проблему, забить запасы продовольствия, купить побольше арбалетов и наделать болтов. Ну и завербовать целителя.

Мы покинули теперь уже мою приёмную. Для начала предали тело коменданта огню, толкнув пылкую речь о нашей великой миссии. Леонард по легенде доверил мне всю работу с персоналом, а сам закрылся в кабинете и занимался подготовкой планов к вторжению тёмных. Вот такой он замкнутый гений.

Чтобы никто ни о чём не догадывался, мне нужно лишь иногда надевать броню и выходить раздать указания, хотя рано или поздно это всё равно вскроется.

По сути, я оказался чётко на границе между пустыней с демонами, злыми коротышками, Святой Империей и лесом-аналогом Чернобыльской зоны, в которой тоже водились какие-то дикие племена. С каждыми мне придётся иметь дело рано или поздно.

Ну а сейчас, по крайней мере, у нас было пиво и очень много крабового мяса с разобранного на запчасти Зверя. Органы я отправил в погреб на сохранение: там должны быть ценные ингредиенты, а шкуру, панцирь и кости я тоже надеялся выгодно продать.

На этом можно было считать первый день официально законченным, потому что я в край задолбался и ушёл спать, сославшись на бумажную работу, которой вообще не планировал заниматься.

Ночь была какой-то неспокойной. Просто в один момент я проснулся и понял, что мне тяжело шевелиться, даже дышать и двигать зрачками выходило с трудом. Я спал в приёмной, а не в покоях, до приезда лекаря решив не трогать громадину-Багариона.

И всё же, что-то было не так. Слишком на меня давила тишина. Прямо как перед появлением кого-то очень сильного, уже знакомое чувство...

С трудом шевелясь, я убедил себя в том, что могу двигаться, встал и отошёл за рабочий стол, привалившись к нему спиной, сполз вниз. Поначалу это казалось дурацкой предосторожностью, но потом я услышал короткий скрип двери…

Ни единого шага, ничего. Только короткий выдох, металлический скрип и звук лезвия, вознающегося в покрывало.

Глава 16

Свист лезвия, с той стороны в стол вонзился клинок. Дышать стало легче, а таинственный убийца расхохотался вполне знакомым смехом. Я смог приподняться и повернуть голову, увидев очертания его фигуры, но он частично скрывал себя в облаке тьмы.

— Hai superato la prova, amico mio. Лови подарок. — Голос звучал легко, с иронией и без угрозы, но я не позволил себя обмануть. Медленно, будто сопротивляясь, жидкий клинок формировался в руке. — Может быть ты и выживешь, когда начнётся uno spettacolo epico.

Ну конечно, в прошлую встречу он просто поддавался. Идущая от него сила была настолько огромной, что даже сохраняя холодный и трезвый ум, я чувствовал, как бешено мечется сердце. Я не совсем понимал, о чём он болтает, но на этот раз точно был уверен, что слышал похожий язык на земле. Точнее... также, как с местным языком простолюдинов и русским, происходила некая проекция в моей голове.

И всё же, он силён. Нихрена я не заметил его приближение сейчас, и не заметил бы в тот раз, не реши он поиграть со мной. Сейчас же была проверка была не на внимательность, а на инстинкты и противостояние грубой силе. Видимо, угроза, на которую он намекает, настолько сурова, что не прошедшего испытание проще было добить из жалости.

— Это не похоже на обещанную дуэль. — Выдавил я из себя, через силу натягивая на лицо ухмылку.

— Сразимся, если выживешь. Ты – толковый парнишка, che peccato… всего лишь обстоятельства не в твою пользу. Если победишь, выиграешь себе немного времени, тогда и обсудим il nostro duello.

В голове пронеслись десятки вариантов, откуда может идти обещанная угроза, но это могло быть что угодно. Просто рядом оказался кто-то слишком сильный. А думать лучше с утра и в спокойной обстановке, а не буквально с ножом у глотки.

— Ловлю на слове, амиго. — Хмыкнул я, пытаясь подражать его манере речи.

Наверняка не попал, но давящая атмосфера разом исчезла, будто кто-то щёлкнул выключателем. А я понял, что ночной гость ушёл – чёрное облако осело и растаяло.

Спустя мгновение в комнату ворвалась растрёпанная Дуччи, она сжимала в руках ножи, и даже в полумраке я увидел выражение тревоги на её лице. Она посмотрела на диван с новой дыркой, на меня с новым ножиком в руке, и её плечи облегчённо дёрнулись.

— …опоздала. — Выдохнула та.

— Может, это и к лучшему. Тот парень бы порезал тебя на лоскуты.

Оглаживая пальцами плоскую сторону лезвия подаренного клинка, я завалился обратно на неудобную кожаную поверхность.

— Но если бы ты лежала у меня под боком, такая проблема бы не возникла.

— Мм… вы правы, господин. Простите меня.

Она посмотрела на меня с выражением такой чистой невинности, намереваясь лечь, что я аж усовестился. Нечего себя дразнить, если не готов дойти до конца. Потому что после всего пережитого, получив в объятия тёплую и приятную фею, я точно дам волю рукам.

— Шучу. Можешь спокойно идти сторожить дальше.

В полумраке я увидел на её лице некоторое разочарование, аж уши опустила. " — Вот коза! " — Я аж нахмурился, плохо сдерживая раздражение. Не она ли истерику поймала, когда я пытался познакомиться поближе?

Остановил бы её и снова перешагнул ту опасную границу, если бы не усталость. Мне совершенно неохота прощупывать тонкие струны её души посреди ночи, когда надо мной нависла куча дел и неизвестная угроза, но я слишком ценил то, что делает эта девушка, чтобы взять её без раздумий.

Стоило двери закрыться, и я отключился.

И опять во сне крутились смутные сцены резни каких-то жуков, как архивная фотоплёнка. Я будто превратился в думгая, только вместо демонов – насекомые. Проснулся под утро резко, вскакивая и пытаясь отряхнуться от невидимой жёлтой крови.

— Так и кукухой поехать недолго. М-да. — Я рухнул обратно на диван. — Намёк, что стоит устроить себе выходной?

До этого ещё предстояло поработать. Я начал день с того, что помог Багариону переехать на нижний этаж, в койку прислуги. Хоть у меня было и не самое плохое спальное место, но пора бы и честь знать. Вместе с Дуччи перетащил ещё бессознательное тело вниз.

— Так-то лучше.

По моим прикидкам, уйдёт минимум дня два-три, прежде чем сюда явится целитель. Фея ввела его в лечебный сон, и он не должен прийти в себя раньше, а целитель – это что-то вроде моего подарка, чтоб завоевать расположение сильнейшего воина Бреса. Исправит ему битую физиономию, вот и весь функционал.

Во внутреннем дворе я оценил работу бойцов: за прошедшее время они оперативно поубирали кусты и молодые деревья, и даже неплохо так протоптали зелень, хотя ещё было, куда работать. Я не был великим управленцем, но это только одна из вещей, которые меня смущали.

Ничего, это – только начало, за стенами им придётся сделать в десять раз больше!

Далее на повестке дня стоял кузнец: тут и правда было, где развернуться. По словам Пронора, больше половины гарнизона даже умели ухаживать за снаряжением, но этого мало. В планах нарастить и армию, и подготовить с запасом оружия высокого качества.

— А зачем нам кузнец-то? — Разводил руками один из бедолаг-рядовых. — Мы, ежели что, можем у кузнеца в Лозах заказать новое, или в ремонт чего сдать…

Логика железобетонная – в самом ироничном ключе, конечно. Но я всё-таки составил заказ в сто болтов и десять арбалетов, который кто-то при случае должен передать кузнецу. Из дальнобойного оружия мы имели всего пятнадцать луков, пять арбалетов и четыре небольшие баллисты, на каждый по две с половиной стрелы, считая те, что бойцы выдрали из туши краба-переростка.

Сам же я ничерта не смыслил в металлообработке, поэтому только пожал плечами и ушёл: мой-то меч вообще не нуждался в заточке, да и броню подгонять мне не нужно было.

Вопрос с кузнецом и целителем стоял также остро, как и колодец внутри стен, а не за ними. По совету Нориса я обратился к тому, кто уже таким занимался. Пара людей, соображающих в этом, нашлась в отряде у одного десятника.

— Дорок, возьми своих ребят и займитесь этой проблемой. Если нас действительно возьмут в осаду, то уже через пару дней мы все передохнем от жажды.

Намеренно умолчал, что силы, не способные смять нашу оборону грубой силой, или на худой конец взять штурмом, я скорее всего разобью самолично. Эти стены не только казались, но и по факту были так себе защитой.

— Если вода в земле близко, за полгода справимся. — Серьёзно сказал тот, а я аж присвистнул. — А если нет, то и год может занять…

— Полгода? Долго, Дорок. — Я нахмурился, и тот сразу поправился.

— Может и пары месяцев хватит, тут не от меня зависит, и не от парней моих. Работать над ним будет три-четыре человека, больше никак не выйдет. А если в спешке делать, то и помрёт кто, и в итоге всё равно дольше выйдет!

Стоило чуть разобраться, и всё стало понятнее. На весь гарнизон нужно не так много воды, колодец будет в метр-полтора диаметром. А вот работать над ним одновременно сможет один человек. Что там под землёй – бес его знает, но наверняка слои твёрдой породы.

Каждый день один бедолага будет спускаться вниз, копать под себя, вытаскивать наверх землю и камни. И хоть в три смены работай, а десять человек в одну яму не влезут. Придётся укрепить стены, и с конструкции я, если честно, прикурил. Фактически, эти парни собрались собирать большую башню из брёвен и досок, опуская её вглубь и достраивая новые этажи наверху по мере того, как растёт яма.

“ — Вот тебе и дремучее средневековье… ”

Я дал добро, сократив срок до трёх месяцев, чтоб не втыкали. Посулил награду и отпустил десятника претворять планы в жизнь, хотя мне такой расход времени совершенно не нравился.

Думаю, меня ещё ждут неприятные сюрпризы, но я уже прикидывал, смогу ли где-то считерить своими тёмными способностями, или же подсобить клинком, принимающим любую форму. Жаль, но "пацаны не поймут", если спущусь туда работать лично.

Выкинув лишние мысли из головы, я продолжил осмотр владений. Меня сопровождала Дуччи.

— Я даже не знаю, как противостоять тварям, как этот Зверь, имея только небольшие стены. — Проговорил я фее, которая как раз проснулась и принялась кружить возле меня. — Пока это выглядит, как беспросветная задница.

— Вы правы, господин… если бы только у нас был мастер, способный укрепить камень…

И такое есть?! Я воодушевлённо чиркнул карандашом в блокноте новую закорючку, как раз в этот момент пытался вести заметки, что, где и в какую очередь нам понадобится.

— Так и чего молчала? Трудно найти такого мастера?

— Ах, простите… Нужен кто-то, владеющий концепцией Укрепления. В идеале, чтобы был гоблин, или пленный дворф.

В моём случае, скорее наоборот... я – какой-то неправильный тёмный. А бестиарий всё пополнялся. Так дойдём до того, что тут есть и эльфы, и ещё какая-нибудь нечисть фэнтезийная. Впрочем, оно и логично: удивиться стоило бы их отсутствию.

— Ага… и шансы встретить такого в округе, конечно же?

Дуччи вяло и обречённо дёрнула плечиками. То, что спец такого плана сам не прыгнет мне в руки, я уже понял по отсутствующим стенам Кхегана.

— От этих камней идёт слабый эффект Укрепления. Не помню, где, но я уже видела такое. Он почти не влияет на прочность, но когда-то его применяли к стенам и каждому зданию. Лет… семьдесят назад.

Оставалось лишь поражаться таким знаниям. У меня даже появились некоторые догадки о прошлом Дуччи.

Знание очень полезное, но человек, который наложил это заклятье, давно должен был умереть, а его дети и внуки – уехать в места поспокойнее. Если я каким-то чудом и выйду на его след, сомневаюсь, что найду что-то, кроме изъеденного временем креста на могиле… или что у них тут используется в качестве памятников. Бывшему коменданту же мы в итоге торжественно установили палку с табличкой.

— Нам бы и целой туши Зверя не хватило, чтобы сделать стены достаточно прочными.

— Серьёзно? Я думал, кости можно выкинуть, а мясо – только есть. Давай выкладывай, чего я не знаю.

Загадочно улыбнувшись, фея вынула из-за ворота одежды обломок кости на верёвке, бережно погладила его пальцами.

— Артефакторика. Вот этот предмет должен спасти меня от смертельной раны. Господин... кости, шкура, хитиновые пластины… органы – всё пропитано силой, которая вернётся в землю, если её не использовать. Из них получаются сильные артефакты.

— Короче, в какой-то мере были правы те, кто жрал сырое мясо, чтобы стать сильнее. — Я хмыкнул, вспомнив, как негодовал владелец той кафешки в Кхегане.

— Отчасти. Нужна обработка, но я не сильна ни в алхимии, ни в артефактах… — Смутилась фея. — Знаю, что можно брать силу прямо из останков, наносить руны и делать их крепче, но это концепции дворфов и гоблинов. Ещё есть барьеры, но в этом я точно бесполезна.

Та наклонила голову, а я потрепал её по волосам. Вот же мелкая бестолочь, никак не избавится от своих замашек… мне от её покаяний и самобичеваний ни тепло, ни холодно. Хотя, если посмотреть на неё в процессе командования гарнизоном, передо мной будто появляется человек (в смысле, фея), рождённый управлять, а не подчиняться.

— Я поищу специалистов, но чуть позже.

Звучало, как более быстрый способ подготовки к битве, чем доставать камни и расширять линию обороны. Мне нравится. Единственный минус – нужно найти ещё тушу, и не одну. Но не у меня ли проклятый лес под боком? Он же наверное кишит такими тварями.

Потом Фея оценила подаренный ножик. Прямой клинок, чёрная змея, окутывающая гранёную рукоять – он выглядел дорогим, опасным и стильным. Он был зачарованным, но и тут Дуччи не могла сказать многое. Нужно направить в него силу, и что-то произойдёт... скорее всего, одноразовое.

— И зачем он мне его дал?

“ — Пофиг, лишь бы на пользу дела. ” — Я в задумчивости убрал его в рукав, закрепив частью жидкой брони, сейчас сосредоточившись на вещах поважнее.

Следом я пошёл отдыхать, и мне наконец-то дали отоспаться. А вечером я опять собрал всех, но на этот раз – в столовой. Дуччи, Норис и десятники за ужином должны были обсудить остальные проблемы крепости.

Дорок отчитался, что найдено подходящее место для колодца, Воларио – о постепенной ликвидации растительности за стенами, Ждан сказал, что его парни заделали дыру в стене, куда краб-переросток впечатал меня-Леонарда.

— Остальные просто занимались тренировками? Тоже неплохо.

Жаль, в отсутствии Багариона нормальных инструкторов не осталось.

Слуги разносили тарелки, я ненавязчиво вдохнул аромат блюд – каши с крабовым мясом и печёных овощей. Всё накладывали при мне из одной огромной кастрюли, поэтому за яды я не переживал.

— Кое-что я обнаружил сам. Но пока наш владыка не занялся осмотром Бреса вплотную, расскажите, какие ещё есть проблемы. Лучше если я буду знать заранее.

Мужики переглянулись между собой, красноречиво, что всё понятно без слов. Считают себя опытными воинами, командирами. Мрачные, хмурые, они столкнулись с опасностью, которая превосходит их на много голов. С Леонардом никто не захочет конфликтовать, никто до конца не понимает, что он такое.

— А что за странный маршрут у дозорных? — Спросила Дуччи таким резким и ядовитым тоном, что я с трудом сдержал улыбку.

— Позвольте объяснить, у нас несколько провалов в боевом ходе. — нехотя вступил Воларио. — Мы всё тщательно заделали досками, но парни не любят там ходить.

— По-вашему, это – нормально, так и оставим? И потрескавшиеся стены тоже. Ничего страшного, дозорные всё равно спят на посту. — Продолжила давить фея.

Мужики снова напряглись и зло косились на новоиспечённого генерала войска Нардерона. Понимаю, я бы тоже не смог так просто признать право какой-то мелочи командовать собой. Но они уже оценили её уровень силы и только хмуро молчали.

— Сгнившие доски, балки…

— Не продолжайте, маркиза, картина ясна. — Я одобрительно кивнул. — Обо всех проблемах доложите государю. Плотника и каменщика я найду, но что-то можно было бы сделать и своими силами. Хотя бы вы заделали боевой ход, это похвально.

Насколько я понимал терминологию, речь шла про проход вдоль стены. Тема и правда некритичная, если говорить про старую заброшенную крепость, на которую всем насрать. Как те мостики из досок через яму в асфальте, или грязную лужу, знакомые всем моим соотечественникам. Такое может и пару лет пролежать без изменений, пока кому-то зад не припечёт.

— Ещё есть что-то, о чём нам нужно знать?

Ждан поднял руку, встал с прежним серьёзным выражением, вытянулся по струнке. Он обращался к Дуччи.

— Разрешите доложить, генерал. Заедает механизм ворот, часть оружия и доспехов проржавела. Про заросший ров и трещины в стенах вы осведомлены. Старый колодец загрязнён и обмелел, вода постепенно уходит. Бойцам не выплачивают жалованье уже третий месяц.

— Отлично. Всё проверим и выплатим через пару дней. — Ситуация поменялась… Всё-таки нужны мелкие деньги. Но если искатели нормально выполнят простейшую задачу, размен у меня будет. — Все слышали. Колодец – почистить, продолжить убирать растительность. Новым колодцем уже занимаются ребята Дорока. Механизм смазать, если есть чем…

— Будет исполнено, граф.

— Можно просто – Леон.

— Как будет угодно, граф. — Упрямо проговорил Ждан, продолжая стоять на своём.

Я быстро распределил обязанности. До чего же любопытно, что именно Ждан выдал всю подноготную. Его опыт и знание крепости мне ещё не раз пригодятся. Главное – слишком не давить ему на больную мозоль в виде прежнего коменданта, а то вон он, демонстративно соблюдает субординацию.

Наконец-то командиры неполных десяток ушли. Смачно выругавшись, я опустился на диван.

— Всё надо смотреть и проверять самому. Каждый клинок и каждое копьё осматривать? Когда опись делал, почему не сообщил? У нас вроде половина гарнизона умеет следить за снаряжением... по словам Пронора.

Норис замялся, опустил взгляд. Уметь и делать – разные вещи, понятно.

— Так всё одно колоть и бить можно, так старшие сказали. — Наконец выдал он, но тут же признал вину. — Прошу простить, впредь буду смотреть внимательнее.

Или сами тупые, или подстава. Вот козлы, портят мне молодого и инициативного! Ничего, наберётся опыта, у меня на него далеко идущие планы.

— Принимается. Раз у нас все такие молодцы, я предлагаю устроить ночной подъём по тревоге. — Сказал я Норису, зная, что он не будет болтать попусту. — Естественно, никто знать об этом не должен.

Парнишка ловил каждое моё слово, пообещал всё исполнить, а я приготовился к ночному шоу. Наконец, Норис покинул нас, а я расслабился окончательно.

— Господин… я хорошо справилась?

— Ты умница. — Я усмехнулся, поглаживая её по голове, пока та довольно щурилась. — Рассчитываю на тебя и впредь. Объединитесь с молодым, хорошенько их всех встряхни ночью, ладно?

В образ командира она вошла хорошо, мне это по нраву. Снимает с меня часть обязанностей. Скорее бы уже приехал новый управляющий в лице Аален, и тогда запар в жизни станет ещё меньше. Иначе рискую потонуть в документах, которые я даже не пытался разгребать.

Огладил и накормил довольную фею порцией еды, которую слуги исправно приносили для моего альтер-эго государя. Ей, судя по словам самой Дуччи, это только в плюс. Феи выносливы, обладают быстрым метаболизмом и могут перерабатывать еду в запасы тёмной энергии, а также расходовать её во время переработок. Для меня это было откровением – при мне она кушала, как воробушек, пусть и призналась, что во время моей отключки объедала дядю Аален будь здоров.

— Ладно, теперь отдохни. Ночью вместе с Норисом устрой им переполох, с рассветом разбуди меня. Есть одно дело. — Я прекрасно понимал, что ей сейчас тяжело вдвойне, но это – временные трудности, а её физиология вроде как позволяет.

С этими словами я отправил её восвояси и нехотя залез в бумаги. Никогда в этом не разбирался, запутался ещё больше, зато убедился, что вроде как десятник не соврал – документы с выплатами шли по месяцам вразнобой. Могли платить исправно, могли раз в два, три, четыре месяца... иногда недодавали жалованье.

Вот и точка, в которой можно заручиться доверием бойцов! В какую бы задницу не отправили бойца, нет ничего хуже, чем солдат, которому вовремя не платят. Я не претендовал на звание великого командира, просто понимал их чувства.

Ну и напоследок я улёгся уже в свою кровать, где пожилая пара слуг заменила постельное, и вздремнул, уже зная, что ночью будет полный хаос.

Кровать была такой мягкой в сравнении с диваном, что даже звуки горна с улицы подняли меня с трудом. Я подошёл к окошку, с удовлетворением глядя, как сонные, потерянные, едва успевшие натянуть снаряжение бойцы вываливаются из казармы.

Если излишне нагружать бойцов, или резко пережестить с дисциплиной, никому лучше не станет, но редкие бодрящие пинки никто не отменял. Пусть потихоньку привыкают. Я похихикал над разносящимся внутри стен командным тоном Дуччи и завалился спать обратно, а ближе к рассвету она подняла меня, как я и просил.

Девушка тихо вошла в комнату, но после вчерашнего гостя я мгновенно проснулся от первого же шороха. Мы уставились друг на друга, и она с улыбкой припала на одно колено возле кровати.

— Доброе утро, господин. Я явилась, как вы и приказывали.

— Хорошо выглядишь. Отдохнула? — Потянувшись, я встал и оделся, ничуть не стесняясь Дуччи.

Её острые уши-антенны возбуждённо подрагивали, выдавая хорошее настроение после того, как устроила бойцам весёлую жизнь. Я же всё ещё чувствовал себя разбитым. Мне бы лишних часа три сна… но да успеется, после разведки.

— Я… спала до и после тревоги. — Заметив мой пристальный взгляд, она смутилась. — Если что-то не так, давайте обсудим моё время на отдых…

— Издеваешься? — Я же, просто изучавший изгибы её хрупкого тела, вздохнул. Чем дольше нахожусь в этом хаосе, тем сильнее соблазн. — Мне нужно, чтобы ты была всегда готовой и отдохнувшей. Большая уже девочка, сама разберёшься с тем, когда выполнять свои обязанности.

Вздохнув, я умылся, сформировал доспех и меч, покидая свои покои и спускаясь вниз по лестнице.

— Позвольте узнать, господин, куда мы идём? — Поинтересовалась девушка, двигаясь за мной по пятам.

— Туда, где нам не помешают. Хочу оценить наш боевой потенциал.

Повезло, что она чертовски сильна. Я давно заметил, что реализую не весь свой потенциал, но времени как следует освоиться у меня не было. Только сложные противники, против которых нельзя было рисковать и действовать на рефлексах, до конца не понимая их и свои пределы.

Дождавшись, пока нам откроют, мы вышли через ворота. Не задерживаясь, я прошёл мимо стражей царственной походкой, даже не повернул головы в их сторону. Контраст между Леоном и Леонардом точно заложится в их голове. А после мы с девушкой направились за ближайший лесок.

Там, убедившись, что нет свидетелей, и отступив от неё на десяток шагов, я воплотил свой клинок, на этот раз с затупленным лезвием, и направляя его на Дуччи.

— Ну что ж, нападай.

Глава 17

Тёмная энергия, вспыхнувшая в фее, была ощутимо слабее моей. Она сразу выпустила её наружу, пытаясь воздействовать и подавлять меня, но я почти не испытывал дискомфорта – лишь немного показал край своей ауры, сводя влияние на нет.

Хотя, если уж у кого и была слабая аура, так это у Аален… Дуччи в этом плане показывала очень неплохой уровень, насколько я успел понять по самым разным противникам. Большинство встреченных мной людей не имели вообще никакой энергии, либо крохотное зёрнышко в груди.

— Вы хотите проверить меня, господин? Да будет так…

И она выхватила ножи и бросилась на меня, будто и правда хочет убить. Её выпад был как вылетевший арбалетный болт, но я вполне уверенно выставил клинок и удержал её одной рукой.

Она рычала и наваливалась всем своим телом, показывая недюжинную мощь, но понимая, что это не работает, тут же ушла пируэтом в сторону, пытаясь достать меня сбоку. Я еле успел заблокировать удар, а она уже наносила следующий, целя снизу вверх прямо под рёбра.

Следом на меня налетел такой град атак, что мне пришлось отступать назад. Я видел, чувствовал её движения, но едва поспевал за ней и даже за собственным телом. Фея теснила меня, лезвие ножа чиркнуло о броню, но та даже не замедлилась. Она продолжала наседать, сосредоточенно, но успевая светиться удовлетворением.

Мы вышли на какие-то запредельные скорости, мышцы ныли от натуги, вступая в борьбу с законами физики, но тёмная энергия напитывала их, поддерживала, заставляя двигаться всё резче, а от столкновений нашего оружия грохот разносился на десятки метров.

Где-то там, далеко, я чувствовал точку роста, мог понимать, что должен быть сильнее. Но сейчас я просто не успевал быть везде, ощущая себя скованным, медленным, без толку мечущимся.

Когда Дуччи в очередной раз достала меня, я отвёл её ладонь в сторону, толкнул, заставив по инерции двинуться дальше, и крепко прижал затупленное лезвие меча к её боку.

— Всё, хватит…

— Вы победили! Потрясающе, мой господин! — Радостно улыбнулась та, переводя дыхание и сдувая взмокшую от пота прядь волос.

Я тоже часто и прерывисто дышал, пот хлестал градом. И всё же, я её достал. Если бы мы сражались так на постоянной основе, глядишь, я бы стал в разы сильнее. Даже эта короткая стычка позволила мне многому научиться. Или скорее уж вспомнить забытое?

— Ха-а… Победил, да… после того, как пропустил штук тридцать твоих ударов. — Ответил я с иронией, но не сдержал предательски вылезшую искреннюю улыбку. — Если бы не броня Вестника Зла – во мне бы появилось много новых дырок. Кстати, ты так и не объяснила, что за Вестник Зла?

Убрав наконец оружие, мы уселись в тени дерева неподалёку, а я достал флягу с полюбившимся мне тоником. От предложенного глотка девушка отказалась, поблагодарив, но скорчив брезгливое выражение на милом личике.

— Вестники Зла – это ближайшие помощники генералов армии Тьмы.

— Так значит, меня призвали сразу на нагретое местечко? — Я не удержался от ухмылки.

— Что-то… вроде того. — Дуччи нерешительно кивнула. — Вас высоко оценили, господин.

Это я уже слышал. Высоко оценили, и сразу же попытались прижать к ногтю. Просто замечательно. Я до сих пор не был уверен, что ошейник наконец-то снят – в бою с крабом-переростком я не испытывал жажды крови, но кто ж его знает, как это проявит себя в дальнейшем. Справится ли моё картонное Королевство из одной-единственной крепости с давлением целого князя? Я вроде и сильный, но это чужая сила, а между мной и Онумаром стоит как минимум одна ступень в лице генералов.

— Генералы эти… они же ребята не слабые? И армия Тьмы, как я понял, у каждого Владыки своя – нет?

— Десять генералов – как десять героев у светлых королевств. Тех, кто нарушает баланс, карает сам мир. — Эту туманную фразу Дуччи произнесла таким благоговейным тоном, будто поведала мне великую истину. — Но каждый Владыка контролирует свои народы, так что и войско разное.

— Кара от мира – как-то абстрактно…

— Но её опасаются и Богиня, и Владыки, и правители. Я слишком слаба и это не моего ума дело, поэтому больше не знаю.

Хоть мне и казалось, что эти сказки про мировой баланс – очередной трёп, как и сила, идущая от Принципов, но я решил промолчать и запомнить. На словах я уже был правителем, и у меня в планах стать своего рода Владыкой: кто знает, как это сработает. Только самонадеянный идиот полезет проверять на себе, не прощупав заранее почву.

— Ладно, не важно. Спасибо, что ответила. Дай руку, хочу кое-что попробовать.

Протянув ей ладонь, я взял нежные и почти невесомые пальцы, покрытые шрамами от ожогов. Метки, подтверждающие её преданность лучше, чем пустые слова или клятвы.

По велению злой силы в моей груди доспех начал движение. Он плавно перебирался на Дуччи, покрывая её тело. Та заозиралась, щеки её порозовели, а глаза округлились от удивления.

— Просто смотри. — Сказал я с нажимом, стиснув дёрнувшуюся в моей руке ладонь немного крепче.

— Ч-что вы!.. — Та испуганно пискнула, но замолчала, прикрыла глаза и кивнула мне, доверившись.

Спустя полминуты передо мной стояла, как я подозреваю, точная копия меня-Леонарда, ростом разве что ниже на две головы. Вестник Зла – та идеальная форма, к которой жидкая броня стремилась всегда, поэтому я не переживал за сходство.

Однако, стоило мне убрать ладонь и разорвать контакт между нами…

— Не вышло, м-да. А идея была хорошая. — Я разочарованно наклонился к земле, опуская пальцы в лужу чёрного металла. Он мигом втянулся обратно, оплетая мой рукав. — Ну, попробовать в любом случае стоило.

Если бы народ видел, как Леон и Леонард выходят из крепости вдвоём, впоследствии было бы меньше подозрений и вопросов. Облачил бы в броню Дуччи, приделав ей внутри ходули, да и делов-то. И те, кто стопроцентно раскусит, что моего альтер-эго Леонарда не существует, могли бы лишний раз понервничать.

К сожалению, стоило мне прервать контакт с доспехом, как он обратился бесформенной жижей, как и вся эта затея. Броня требует подпитки моей энергией, и даже подсознательно я чувствовал, что энергия феи не подойдёт. Жаль. Очень жаль.

— Позвольте сказать. Ваша броня очень странная. — Неловко подала голос Дуччи, прижимая ладонь к губам на секунду, тихо кашлянув и убирая руку за спину. — Не знаю, как вы получили такой дар, но я не помню упоминаний доспеха, который менялся бы под владельца.

— Интересно.

Воздержавшись от комментариев, я зацепился за слово "дар" и вспомнил Меневру. Ничего. Скоро увидимся, и обсудим с ней всё, что накопилось. Уверен, это тот человек, который сможет открыть много всего интересного и про моё попаданчество, и про связанные с этим странности.

— Дуччи, у нас скоро будет целая толпа гостей из города. На этот раз — с мирными намерениями. Но до тех пор, пока этот момент не наступил, я хочу, чтобы ты осталась тут за главную. Я пока загляну в лес и посмотрю, можно ли поставить охоту на зверей на поток.

Идея соваться туда одному мне не нравилась, но я загорелся планом убивать тварей и использовать их туши, чтобы наполнить казну моего новоиспечённого Королевства, а заодно укрепить стены от грядущих угроз. Пусть для последнего нужен узкий специалист, но до тех пор кости со шкурами у меня никто не отберёт, так?

— Есть. Как вам будет угодно.

Стылый лес, он же Стынь – так его прозвали местные солдатики. Там, говорят, была какая-то заварушка, ещё когда Бранкалеоне устроил шумиху на весь континент. То ли жахнули чем-то мощным, то ли зашли не туда и тронули то, что нельзя было трогать.

Короче, фонит там ужасно, животные меняются, отчего появляются те самые Звери. С угрозой уровня катастрофы городские, конечно, погорячились, но по общим прикидкам, слухам и домыслам Дуччи, там таких крабов далеко не один десяток. А кого-то не настолько мощного – и того больше.

Идеальные охотничьи угодья. Приграничные деревни, правда, уничтожены, но это лишь отчасти моя проблема.

Попрощавшись с феей и отправив её восвояси, я направился в Стынь. В заплечном мешке небольшой запас тоника, зажигалка, работающая от влитой в неё силы, и прочая мелочёвка. Может быть придётся заночевать, а то и готовить мясо тварей на перекус прямо на огне.

Бежал я на полной скорости, чтобы успеть туда и вернуться обратно до заката. Хотел своими глазами увидеть местных тварюг, а заодно скоротать время до приезда гостей из города. Жаль, что своих орлов я так и не решился оставить одних – не заслужили ещё такого доверия, а то бы и Дуччи прихватил. Не хотел попусту рисковать своей шкурой.

По заброшенной тропе я двигался в направлении леса не меньше получаса, прежде чем увидел вдали белые осыпавшиеся стены и деревянные крыши заброшенных домов. Деревня, название которой я не знал, да и в жизни бы не вспомнил, если где-то слышал, являла собой очень печальное зрелище. Сплошь и рядом руины.

Черепицы на крышах давно не было – оставались лишь прореженные балки и одиноко торчащие прямоугольные дымоходы из добротного кирпича. Где печи были похуже – те осыпались вместе с потрескавшимися стенами с зияющими тут и там дырами. Прямо передо мной, у сгнившей таблички с названием, в землю вросли остатки телеги.

Кто бы тут ни жил, было это очень давно и неправда. Я не эксперт в архитектуре, но лет пять минимум должно было пройти. Обстановка в этих землях, значит, уже давно ухудшилась.

Я прошёл по разваленной деревушке, оглядывая заросшие поля с обломками забора, давно заросший колодец, покосившуюся церквушку со святым знаком Эллеи. Много времени пройдёт перед этим, но я уверен, что рано или поздно это место оживёт, на этот раз под моим флагом.

— Осталось только как-то пережить вторжение князя Тьмы, только и всего.

Не стал терять времени и побежал дальше. Растительности становилось всё больше, сразу после небольшого пролеска и поля с травой в человеческий рост шла плотная стена деревьев.

Именно там, замедлившись, я точным ударом клинка надрезал дерево, заставив его завалиться под нужным мне углом – разрушенная деревня должна быть ровно позади. Так себе способ не заблудиться, но лучше, чем ничего.

Сделав первый шаг, я будто оказался в другом мире. Высоченные и толстые стволы деревьев уходили в небо, закрывая его своими редкими ветвями, но не перекрывая солнечный свет. Он пробирался через листву и прохладный туман, создавая видимые глазу лучи.

Красиво, чёрт возьми… но я здесь не за тем, чтоб любоваться видами.

Попытавшись сконцентрироваться на пространстве вокруг, я старался ощутить чужую силу. Навскидку тут ничего не было, а посторонняя сила ровным фоном шла отовсюду. Ещё Ривьер предупреждал, что лес – аномальная зона. В чём-то он был прав, и я чувствовал дискомфорт. Словно каждую секунду и со всех сторон идёт тихий, но ощутимый тревожный сигнал.

Понемногу привыкая, поёжившись от неуютного мокрого воздуха и встряхнувшись всем телом, я надел броню: ни секунды лишней не хотел соприкасаться с этой мерзкой сырой атмосферой. Следом я, как мог, осторожно и тихо зашагал вглубь чащи.

На первый взгляд это было вполне обычное место, даже с поправкой на сплетённые в спирали пухлые деревья неизвестного мне вида. Земля была неровной, я постоянно спотыкался о камни и толстые корни, а оседающий иней и стоячая вода в низинах заставляли брезгливо вставать на носки, пробираясь с камня на камень. Хотя мне-то и неоткуда знать... я на Земле ни разу не заходил в леса.

Поэтому, кстати, и шансы на успех катастрофически снижались. От меня было слишком много шума, чтобы выследить какую-то пугливую дичь, а ни один хищник пока не пришёл по мою душу. Наверное, так бы это и осталось простой неловкой прогулкой по лесу вперемешку с матом и попытками не поскользнуться, если бы не мой взгляд, случайно опустившийся на очень подозрительный камень.

— А вот это очень интересно… — Задумчиво проговорил я, присаживаясь рядом и разглядывая находку.

Знак на этой штуке и на моей броне идеально совпадал. Оно и неудивительно, учитывая, что я на фронтире, и тёмные вполне могли тут проходить, даже строить что-то. А это означает либо ценные трофеи, либо какую-то скучную археологическую загадку, но я надеялся именно на первое.

— Ну, давай посмотрим, что тут для меня припасено.

Обойдя место вокруг, я обнаружил, что за деревом скрывается покрытая корнями, заросшая серыми грибами, потрескавшаяся, но когда-то в прошлом – ровная и гладкая площадка, по краям имевшая полусферы и плиты с этим же странным знаком.

“ — Стоило бы спросить о нём Дуччи… ” — Однако, феи под рукой не было, и мне пришлось разбираться самому.

Спустя минут двадцать метаний, пока я пытался придумать хоть что-то, а голова отказывалась думать, я всё-таки додумался стащить с площадки два крупных валуна и расчистить её. Потом встал по центру и пустил немного тёмной энергии, прощупывая всё вокруг…

Что и требовалось доказать, я тут же почувствовал все четыре полусферы, и принялся вливать в них по капле концентрированную злую силу. По крайней мере, теперь, когда не направлял её на убийство людей, я мог спокойно дышать.

Вокруг меня всё затрещало, заходило ходуном, и кажется, я услышал где-то вдалеке то ли вой, то ли рык, то ли рёв какой-то птицы – трудно было определить за грохотом. Но куда больше меня захватило то, что медленно вокруг меня начала формироваться винтовая лестница. Каменные блоки съезжали вниз по одному, образуя ступени. Из-за древности всё скрипело и скрежетало, но в конечном итоге проход был открыт.

Когда процесс закончился, я наконец-то выдохнул, отпустил контроль силы и аккуратно шагнул на первую ступеньку, ведущую вниз. Надеялся я на вкусный лут, старые артефакты или запасы золота, чтобы обустроить себе в крепости комфортное гнездо, но внизу наткнулся на тупик.

— Да как так то?!

Там была только внушительных размеров арка: когда-то давно она должна была служить входом, но сейчас была завалена камнями. И как я ни пытался сдвинуть их, пнуть или покрошить, нерушимый завал оставался на месте.

Зато, выбравшись на поверхность, я смог сопоставить два и два, и понял, что на полусферах вырезаны стрелки, ведущие в одну сторону.

Это… любопытно. Как минимум. Как-то местные руины, почти слившиеся с лесом за давностью лет, были связаны с моей бронёй, с тёмными, а может и с самим Кровавым Тираном, который в прошлом устроил тут масштабную заварушку.

Воодушевлённый, а также понимая, что ближайшие день-два мне всё равно нечего будет делать, я отправился в том направлении, на всякий случай придерживая рукоять меча. И пробираться мне, надо сказать, пришлось долго. Настолько, что в какой-то момент я подумал уже, что свернул где-то, сбился с пути, либо что-то не так понял.

Просто в какой-то момент я ощутил каждой клеточкой своего тела, что приближаюсь к своей цели.

Огромный холм, поросший травой и корнями, оказался совсем не насыпью – из-под слоя грунта выглядывала верхушка застрявшего под землёй обелиска. Он звал меня, нуждался в моей энергии, и я дал – совсем чуть-чуть.

Вновь раздался грохот, снова заходила земля, на этот раз дольше и яростнее. Разверзлась почва, обнажая чёрный пустой провал, из которого повеяло затхлостью, и только одинокий обломок колонны торчал в левом углу огромной ямы десять на десять метров – не меньше.

Пока я думал, что к чему, воцарилась тишина. И в этой тишине я разобрал тихий, едва уловимый шорох.

Кто-то был рядом.

Сам не знаю, как додумался до этого, но уже спустя мгновение я спрыгнул на остатки колонны, уплотняя злую силу вокруг себя, собирая тьму этого места и концентрируя её вокруг своего тела. Вокруг была бездна, сверху меня не должно было быть видно из-за облака тьмы на чёрном фоне.

Я почти поверил, что это разыгралась моя паранойя – и тогда появились они. Силуэты, почти сливающиеся с деревьями, бесшумные, ведь даже их движения были похожи на дуновение ветра. Я видел только редко мелькающие части тел, тени и шевеления листвы тут и там.

Пусть я не мог разобрать, кто это, но насчитал не меньше тридцати серых фигур, окруживших яму. Они столпились рядом, постояли пару минут, и также бесшумно развернулись, уходя прочь.

Затаив дыхание, я для приличия досчитал до трёх сотен. Потом подождал ещё немного, чтоб наверняка. Кем бы эти лесные жители ни были, наверняка они обладали куда большим терпением, чем ребёнок-СДВГшник, и потому за ближайшим деревом меня легко мог ожидать острый нож под рёбра. Возможно – нож, прочность и острота которого будет превосходить твёрдость моей брони.

С каждой минутой удерживать тень вокруг себя становилось всё труднее. Пытаясь размять затёкшие ноги, я пару раз покачнулся на неровной поверхности и чуть не съехал внутрь, и меня это всё откровенно достало. Поразмыслив, я в итоге решил, что в крайнем случае просто вступлю в бой, а сидеть тут так можно до бесконечности, и хотел было выпрыгнуть наружу, но…

В момент, когда я отталкивался от колонны, опять задрожала земля. То ли те люди что-то сделали, то ли время открытия прохода вышло, но я съехал вниз, и только чудом успел ухватиться за обрушенный край.

Наверху захлопнулась толстая плита, отрезая меня от последнего лучика света.

Так я и остался: чудом забравшись на край колонны, в полной темноте, сидя над пропастью. Знакомое чувство того обелиска пропало, и я больше не мог открыть проход изнутри.

Попал – не то слово…

Глава 18

Вокруг темнота, внизу – бездонная пропасть, в которой меня может ждать что угодно. Я с трудом задвинул скачущие мысли подальше, но спазмы в горле и подрагивание пальцев никуда не делись.

Нет, так дело не пойдёт.

“ — Что мы имеем? Думай, а не психуй, идиота кусок. ” — Хорошенько влепив себе по шлему перчаткой, я услышал, как глухой звук удара уходит далеко вниз. Но это хорошо помогло отвлечься и собраться.

Пусть здесь не видно даже крохотного лучика света, непроглядный мрак открывал новые возможности.

Я не видел в привычном понимании, но область примерно на три-четыре метра вполне уверенно прощупывалась тем же чувством, которое помогало не терять обзор из-за шлема. Просто тут оно работало немного иначе. Совершеннее.

Надо куда-то двигаться и что-то делать, но вокруг – только небольшая сфера осязаемого тьмой пространства в грязно-серых тонах, цепляющая край стены, кусок потолка и колонну под моими ногами.

Для начала я уселся поудобнее, окончательно подавил эмоции и расслабился. Ну, подумаешь, застрял погребённым под каменной плитой? В этом мире у меня так-то появилась сила, которая превосходила все разумные и неразумные пределы. Пусть с сильнейшими его существами мне и не сравниться, но уж кусок булыжника-то должен поддаться!

Концентрируя в ладонях побольше тёмной энергии, спустя минуту я почувствовал, как гудят и немеют мышцы от аномальной силы. Только тогда я выхватил клинок, схватив обеими руками, и прямо из положения сидя пустил мощнейший разрез в потолок, весь обращаясь в чувство, чтобы оценить результаты.

Волна затхлого воздуха вышла такой мощной, что меня чуть не сдуло порывом, на секунду стало тяжело дышать, а я ощутил давление собственной ауры. Мне даже показалось, что из этой атаки может выйти что-то толковое, но она просто рассеялась, и раздался только громкий шлепок.

Ничего не поменялось. Я впритык дотягивался чувством тени до точки, в которую бил разрезом, но не смог нащупать там даже царапины. А сознание начало плыть, мозг – гудеть, что на высоте совершенно не к месту.

Тогда, посидев ещё с минуту и восстановив немного сил, я понял, что придётся спускаться.

— Ладно… тут такая темень, что у меня не может не получиться. — Решительно сцепив руки, я принялся снова собирать энергию, долго слушая отдаляющееся эхо от своего голоса.

Из центра груди два кома чистой силы перетекли в мои плечи, но упрямо отказывались принимать форму, так и бурля на поверхности доспеха. Почему-то злая сила будто игнорировала меня, стоило направить её наружу… неужели это – какое-то испытание, и я не смогу пользоваться своими силами в этом месте?

— Не, как хотите, но прыгать вниз я точно не стану.

Должен был быть другой вариант, и спустя секунду я вновь хлопнул себя по лбу, на ощупь открывая заплечный мешок.

Пару раз я встряхнул огниво и аккуратно зарядил его энергией. Огранённый радужный камень содержал в себе одну из самых простых бытовых концепций – Искру. Он послушно затрещал, будто бенгальский огонь, ударил по глазам внезапной вспышкой слабого нестабильного света, но позволил немного осмотреться.

Как минимум, метров на двадцать вниз шла сплошная шахта с гладкими стенами, и только на моей колонне было что-то, за что можно зацепиться.

Удерживая камень в руке, я вновь попытался слепить пару конечностей из забившихся по углам теней, и на удивление у меня это получилось. Плотные, толстые, вполне материальные руки из Тьмы ухватились за край колонны, и я медленно полез вниз, не обращая внимания на расход энергии. С моими запасами это было терпимо.

“ — Ну кто бы мог подумать! Чтоб создать что-то из Тьмы, нужно, чтобы было хоть немного света. ” — Идея была не моей, я подсмотрел её ещё пару лет назад, когда одна из моих пассий присылала посты из пабликов с цитатами ВКонтакте.

Оказывается, и такая хрень в жизни может пригодиться. Если в моих обстоятельствах в этом ещё была какая-то философия, то на Земле лайкать такое можно только от безделья и скуки.

— Я тут всего ничего, а такое чувство, что уже схожу с ума… — Прошептал я, механически карабкаясь вниз, хотя это тоже вызвало волну эхо.

Других звуков тут не было, разве что тихий гул откуда-то снизу. И он потихоньку приближался.

Странные, навязчивые и отстранённые мысли вызвали у меня подозрения, но когда стало тяжелее дышать, а тело бросило в пот, я ощутимо занервничал. Было много разных идей, с чем это может быть связано, но самая неприятная из них – воздух.

Чёрт его знает, как давно это законсервированное древнее подземелье открывали, и не летает ли тут какая-нибудь гадость в воздухе, который сам по себе оставлял неприятное жжение в лёгких. Ещё и законы физики никто не отменял, и искрящийся камень наверняка сжигает драгоценный кислород.

Вновь подступила волна тревоги, и забывшись, я чуть не сорвался вниз, проехав с метр вдоль колонны. Зацепился, помогая себе настоящей рукой из плоти и крови, кое-как остановился.

“ — Слишком медленно, я так задохнусь. ” — Подумав, что ползу уже минут пять, а дна всё не видать, я расслабился, сконцентрировался и начал медленно, контролируемо съезжать вниз, притормаживая стальными ботинками.

Частично я даже снял с себя броню, всё направив в ноги – попытался создать что-то типа монтёрских когтей для лазания по столбам. Это позволило частично обхватить колонну и ощутить больше контроля. Чувствуя, что голова начала кружиться сильнее, я поехал быстрее, шурша и скрипя о камни.

Дно показалось в тот же момент, как я осознал, что разогнался слишком сильно, и я в панике вцепился теневыми руками в холодный камень, сжал по бокам скобы, пытаясь затормозить.

Твёрдый пол встретил меня жёсткой посадкой, внутренности встряхнуло, но я удержался и не отлетел в сторону… кажется, даже ничего не сломал. А удар об устойчивую горизонтальную поверхность я воспринял с радостью и ликованием.

Вновь оглядевшись по сторонам, я убрал огниво в карман, от греха подальше.

Прошло всего несколько секунд, и то ли моя догадка про кислород была верна, то ли это была сила самовнушения, но даже дышать стало чуточку легче. Я перевёл дух, пытаясь понять назначение толстой раздолбанной плиты и обрушенных колонн, и вдруг зло усмехнулся.

“ — Понятно… когда-то давно тут был лифт. ”

По задумке, видимо, я должен был открыть проход и спуститься сюда также, как вызывал лестницу на той площадке с полусферами, но промахнулся лет на сто. Или же кто-то очень сильный и крайне не хотел, чтобы в это подземное царство попали... всё же, стены держали даже напитанный Тьмой разрез без единой царапины.

Я прошёл вперёд, прощупывая пространство перед собой, буквально как слепой котёнок, а найдя проход куда-то, бросил посередине на пол кусочек сушёного мяса, чтобы был хоть какой-то ориентир. Пошёл вперёд.

Коридор был чуть шире, чем моё поле восприятия, поэтому я шагал, как пьяный, делая шаг то в одну, то в другую сторону… просто чтоб быть уверенным, что ничего не упускаю. Хотя меня и без того покачивало – отступившие было усталость и головокружение никуда не делись.

Вскоре я оказался в следующей комнате. Поначалу я был осторожен, принялся медленно обходить её по левой стороне. Ощущать себя слепым котёнком было чертовски неприятно, так что я зажёг огниво, чтобы всего на пару мгновений осветить помещение и хоть примерно понять, чего стоит ждать.

Лучше б я этого не делал…

Ровный куб метров на двадцать, гладкие стены. Исключением были только ворота на той стороне, шесть рычагов и подвешенные сверху многолапые металлические чудища. Именно от них шёл тихий, но хорошо ощутимый в мёртвой тишине мерный гул.

Пусть и увидел их лишь мельком, но я отчётливо заметил, как лапы зашевелились. Раздались тихие щелчки, скрип шарниров, и перед моими глазами сам собой встал тот ночной визитёр в шляпе, что чуть не прирезал меня во сне.

Поежившись, я зло скрипнул зубами, но стоило мне обратно выключить свет, и всё тут же стихло. Однако, намёк был ясен. Если включу освещение, то мало мне не покажется.

Куда аккуратнее и тише, чем раньше, я прошёл по комнате, заметив на одной из стен ещё и карту, высеченную прямо на поверхности камня.

Пусть я и осмотрел её трижды, но нихрена так и не понял. Там был знакомый мне знак сразу в четырёх экземплярах, символ обелиска и ещё какие-то рисунки. Загадка, и явно с подвохом. Под рычагами тоже что-то было написано, притом на незнакомом языке. Три строчки, которые должны были бы объяснить загадку... но, к сожалению, не мне.

В ушах звенело, появилась одышка, и я, плюнув на всё, потянул за третий, так как символов было тоже шесть, а на настенной карте обелиск был третьим слева направо.

А когда ничего не произошло, я принялся потихоньку дёргать за рычаги наугад.

Пару секунд всё было также, но в какой-то момент сверху донёсся скрежет и грохот. Драться в темноте я не мог, а потому опять зажёг огниво. В колеблющемся свете я видел трёх огромных тварей, похожих на механических пауков верхом на других пауках.

Гадость редкостная, и все они разом повернулись ко мне. Следом за противным визгом несмазанных механических суставов в меня полетело несколько тонких лапок, обманчиво лёгких, но похожих на гигантские иглы. Я уклонился, на бегу полоснув по одной из ног, но лишь высекая искры из металла.

Твари идеально подходили для этого места – могли развернуться с запасом, но не было ни одного безопасного места. Я побежал по кругу, из оставшихся сил прыгая, уклоняясь и пытаясь не попасть под удары.

Не очень честный бой выходил – им-то дышать не обязательно!

Помутнело на секунду в глазах, я оступился, полетел вперёд, а вдогонку вскользь получил иглой-лапой. Отлетев в сторону, я выронил огниво.

Вновь пришлось ориентироваться в темноте, почти что кожей улавливая колебания воздуха и стараясь не стоять на одном месте, но обращаясь к чувству тени, я заметил что-то необычное. Мне было не до размышлений, однако проще всего заметить летящие из мрака лапы было по проявляющемуся рисунку рун на их сочленениях.

Будто специально, хрупкая деталь подсвечивалась моим тёмным зрением. И стоило мне заметить это, как руны стали подсвечиваться и вне радиуса трёх метров.

А что, если…

Уклон влево – задумавшись, я чуть было не оказался нанизанным на гигантский шампур, но всё же рванул навстречу и полоснул в уязвимое, казалось бы, место.

Руна вспыхнула ярче, клинок отскочил от зачарованной детали, как от пружины, а в места, где только что было моё тело, из темноты ударили сразу несколько лап-пик.

Если у них и были слабые места, то точно не там!

Проскакав ещё пару минут, я почувствовал, как уходят силы, и получил сразу пару ударов: наотмашь по шлему и укол в бок, пронзивший броню, будто слой фольги.

Только тогда я вновь присмотрелся к подсвеченным в абсолютном мраке рунам и понял, что узоры есть не на каждом месте… смахнув прочь усталость и растущее опасение сдохнуть, я заткнул его злостью, распаляясь на полную и ударив навстречу в очередной раз. Я проскочил под громоздкую тушу и метил чётко в деталь, где был погасший треснутый узор и словно разбухший изнутри металл.

Удар вышел эффективным: лапу едва не разорвало, кусок отвалился, а тварь, покачнувшись, перегруппировалась, но я уже побежал дальше. Подхватив огниво, я призвал руки из теней и подбросил себя вверх, потушив свет и в очередной раз ища, где их руны дали сбой из-за времени.

Ещё одна деталь без защиты была разворочена ударом тёмного разреза, потом ещё. Я методично уклонялся от боя, нанося точечные удары до тех пор, пока не упал первый страж. Сразу после принялся бить во все точки, хоть немного похожие на уязвимое место.

С пятой попытки мне повезло: клинок вошёл под брюхо, хрустнуло треснувшее в труху защитное стекло, вспыхнула чужая и незнакомая мне энергия. Паук дёрнулся и затих, а меня отбросило взрывом силы. Туда, где уже другой паук пронзил моё плечо, пригвоздив к полу.

“ — Сука… я же почти победил! ” — Крепко стиснув зубы, я сделал всё, чтобы не отключиться, когда меня вновь отправило в полёт.

Даже впечатавшись в стену, я заставил себя двигаться. Я точно помнил, что зацепил их, и оба оставшихся паука едва стояли четырёх-пяти недобитых лапах, на которых просто не оказалось уязвимостей. Подсветив себе огнивом путь, я побежал вперёд, поддерживая доспехом, цепляясь и подтягивая себя конечностями из тьмы.

Теперь я знал их слабое место, поэтому добил сначала одного, отлетев в стену, потом подпрыгнул и пронзил второго, даже не подбирая огниво. Меня жутко мутило. Полежав немного, я встал, опираясь на клинок. Броня заделала раны и не давала крови хлестать наружу, поэтому быстро стало терпимее.

Шаг, ещё шаг… я приблизился к стене с рычагами и принялся менять их положение наугад. Одно из трёх положений, методично, один за другим – было уже всё равно, есть ли там ещё какие-то роботы или ловушки в наказание за неправильное решение. На месте создателя подземелья, если тот не хотел пускать чужаков, после второго промаха я распылил бы тут какой-нибудь яд.

Всё сильнее меня тянуло в отключку, но я привалился к стене, удерживая в почти обессилевшей руке огниво. Руки из тьмы быстро меняли положение, перебирая комбинации на удачу.

Когда мир перед глазами поплыл и погас, раздался щелчок, рычаги зафиксировались, ворота распахнулись, и внутрь хлынул воздух, а также поток яркого, ослепительного света.

Это придало мне сил. Вслепую я буквально вполз внутрь, цепляясь за пол и подтягивая себя теневыми конечностями. И вовремя. Стоило мне вползти, обессиленно рухнуть на камни, как ворота позади с грохотом захлопнулись, отсекая предыдущий зал, а следом раздался щелчок механизма.

***

Уже знакомое чувство, что я не в своём теле, рядом размытые силуэты. Но на этот раз я не стою на месте, а парю в воздухе, следуя за тройкой людей, рассекающих толпу в неизвестном направлении. Будто бы я сижу у одного из них на плече.

— Не пожалеешь об этом? — Раздался недовольный девичий голос.

В ответ тот, кто “нёс” меня, презрительно фыркнул.

— А в чём, собственно, дело? Письма мы доставили, оплату получили. Что было потом – не наша проблема. А ублюдки должны получать по заслугам.

— Джагос, это ты – ублюдок. Не хочу из-за тебя иметь проблемы со знатью. — Со стороны девушки, видимо – Рионы, последовал вздох. — Чего ты вообще на этого нобеля взъелся?

Мальчишка продолжал зло скрипеть зубами, а я впитывал информацию, пытаясь понять, что именно тот сделал.

— Никакой он не нобель! Ты и сама всё слышала. Мы… я поступил правильно. Никто не знает о роде Игнис, он нигде не зарегистрирован. А доложить о странностях – святая обязанность каждого жителя этой страны.

Ленивый зевок третьего был слишком далёк, звучал из-под толщи плотного красно-чёрного тумана нечётко, как и его речь.

— Если от вас и дальше будет столько шума, я просто уйду в новую группу.

— Я и сама не собираюсь здесь оставаться. Он сам провозгласил себя лидером, не уберёг наших друзей, влез в ссору с нобелем, и вдобавок строит из себя невесть что! С меня хватит.

Мальчишка зло и ядовито рассмеялся, сорвал что-то со своей груди и швырнул на землю.

— Ну и катитесь к чёрту оба. Ренцо, тебя даже не было в изначальной группе! Как лидер, я не давал разрешения…

— Да пожалуйста, я всё равно сильнее вас обоих. — Опять зевнул тот, настолько тихо и безразлично, что мальчишка даже не услышал.

— А ты, вечно недовольная, жадная до денег клуша, можешь пойти и стать хоть личной подстилкой этого Игниса, раз тебе затуманили взгляд его деньги. Я более чем уверен, что с ним что-то нечисто, и уже через месяц он будет гнить в тюрьме. — Джагос достал свой мешок, звякнули монеты, и он швырнул горсть прямо в товарищей. — Вот, ваша доля. Выпишу вас из отряда, когда буду создавать заявку на новый.

С этими словами он развернулся и ушёл.

— А что, хорошая идея. Пойти в гарнизон к амбициозному сеньору звучит куда лучше, чем иметь дело с идиотами. — Донеслось ему вслед от второй.

— Хм… схожу-ка вместе с тобой, хотя бы выслушаю условия. — Поддержал третий.

Мальчишка уходил всё дальше. Прошлый сон оказался вещим, это точно не было игрой моего воображения.

“ — Вот же обиженка… ну да, что-то сказал про его дырявый рот, но я был не против на месте решить кулаками.”

Стоит ли вообще заморачиваться из-за того, что этот обозлившийся недомерок с мечом решил втыкать мне палки в колёса? Малолетний кретин сам по себе не опасен, но он может привлечь внимание рыбы покрупнее. И судя по его словам, именно это он всеми силами пытался сделать.

***

“ — Ай… да о какой херне я вообще думаю! ” — Пробуждение вернуло меня на грешную землю. “ — Для начала нужно хотя бы вернуться в крепость живым. ”

Болела голова, ломило тело, ныли заработанные раны, пусть мой доспех, по ощущениям, подлечил их. Я не стал снимать его и осматривать тело – опасался, что тогда просто не смогу заставить себя двигаться.

Но самое паршивое, что передо мной оказался совсем не лес гигантских деревьев, и даже не выход.

Я пришёл в себя в том же подземелье, в куда более тесной комнате. Самого пространства здесь много, но приличная его часть была занята провалом по центру, на полу же вырисовывался идеально ровный кольцевой узор, начинающийся от углов и идущий к центру.

Висящая над головой светящаяся сфера была окружена шестью колоннами странных форм и изгибов, медленно левитировала из стороны в сторону. Она била в глаза яркими белыми лучами, по гладким стенам плясали причудливые тени.

Приглядевшись, я увидел ещё три рычага почти у потолка, расположенных в самых разных местах, и что-то, похожее на штурвал прямо в стене. Опять головоломки...

“ — Ну, по крайней мере, здесь можно дышать. ”

Но не успела оптимистичная мысль проскочить в голове, как пол задрожал. Первые части рисунка на полу – отсечённые полукругом сантиметров пятнадцать с каждого угла, отделились и с грохотом впечатались в потолок. И пока я пытался разобраться, что с этим всем делать, уже второй полукруг по углам комнаты пришёл в движение, с грохотом вбивая в потолок пыль и крошево. Пространства становилось всё меньше.

Глава 19

Хотя сужающаяся комната и давила на рассудок, я не поддался панике.

Что вообще хотел создатель этой комнаты? Если так подумать, то мне нужно опустить три рычага. Но в чём подвох?

Я потянулся к силе и попытался сформировать конечности, но необычный свет просто стёр их, даже не дав толком воплотиться. Такая же участь ждала и попытку сгустить вокруг себя мрак из углов комнаты. Любой способ использования тёмной энергии кончался ничем, стоило сфере посветить на её проявление.

А тем временем, уже третье кольцо впечатало в потолок – пространства оставалось всё меньше. Только узкая полоса перед входом, где находились рычаги и сфера, оставалась нетронутой, но я не собирался проверять, останется ли это место безопасным, когда всё остальное схлопнется.

Принцип похож на то, как я пытался управлять злой силой в полной темноте – только тут мне нужно было найти тень, а не свет. По крайней мере, такой была догадка.

Уловив момент, когда сфера полностью скрылась за одной из опор, я вклинился в рисунок тени, вытянул длинную конечность наверх и потянул за один из рычагов. Он послушно сдвинулся и опустился, но спустя пару секунд со щелчком вернулся прежнее положение.

— Чего? Мне что, три за раз надо опустить?! Шутите? — Под грохот четвёртого кольца из десяти я помянул добрым словом создателя этого испытания. — Ах ты хитрожопая скотина, гиена ты глумливая… как я тебе должен сделать это, а?

Глядя на то, как медленно и плавно катится сфера, то и дело меняя положение, я пытался выпустить вдоль тени сразу несколько тёмных конечностей.

Задача сама по себе сложная, требовала концентрации, что у меня аж лоб вспотел, так и грёбаная сфера не хотела вставать так, как нужно. Раз за разом уходящие к потолку длинные руки развеивало без следа.

Пятый круг ушёл вверх, меня осыпало пылью с потолка. Чёрт с два что-то так получится, нужно менять подход. Конечно, я не забыл про штурвал в стене, но надеялся, что самый хитрый и обойдусь без него. Теперь же я начинал немного нервничать.

Покачнувшись, я подошёл, схватился за ручки и принялся крутить, обернувшись на свет. Для начала нужно было вообще понять, что от этого меняется.

Покрутив его туда-сюда секунд десять, я примерно понял, что он управляет движением сферы света вверх-вниз. Потом охренел от жизни, понимая, что двигаться влево-вправо это ей не мешает… и снова охренел, когда до меня дошло, что это всё нужно подгадывать под форму изогнутых прямоугольных опор, чтобы она всегда держалась в тени, параллельно управляя сразу тремя потоками тьмы.

— Какая ж ты сука… — Злость придала мне сил, и я принялся маневрировать сферой, одновременно до хруста повернув шею назад.

Ощупывать пространство тьмой я, как оказалось, умел, пусть и только в небольшом радиусе. Сейчас я попытался разобраться главным образом со сферой, медленно и упорно, по сантиметру ведя теневые руки к своей цели.

Это оказалось сложно. Сложнее, чем всё, что я делал в своей жизни…

Шестое кольцо грохнулось об потолок, за ним и седьмое. А вместе с тем становилось и больше тёмных углов, что было мне на руку. Я же активно рулил, как капитан судна, прикладывая немалые силы, чтобы сдвинуть эту махину.

Довёл одну руку из трёх до нужной точки, зацепился, пытаясь провести ещё две… пот уже струился с меня градом, когда вспышка света, показавшегося из-за опоры всего на секунду, уничтожила плоды всех моих трудов. Я только и мог, что сцепить зубы, и начать снова тянуться тёмной конечностью от пола.

Восьмое, девятое кольцо. Удар камня о камни врезал мне по мозгам, но я так устал, что сил не было даже на малейшую тревогу.

Я как раз додумался, что не обязательно создавать три руки – если правильно держать положение, хватит и одной, движущейся вместе с тем, как тени пляшут на стенах. Мне казалось, что голова сейчас лопнет по швам, когда я наконец-то смог накинуть три петли на рычаги и разом опустить их все вниз.

В тот же момент и десятое кольцо ушло вверх, и из всей комнаты остался лишь тонкий мост между мной и круглым провалом в полу.

Где-то зазвенели цепи, и в круглую область по центру спустилась платформа лифта.

— О, вот и подъём… ха-а! Очень вовремя. Второй раз карабкаться куда-то я бы уже не смог.

Недолго думая, я быстрым шагом прошёл туда и запрыгнул на платформу. Позади задвигался пол, и раздался одиннадцатый удар о потолок – поднимающаяся вверх стена даже щёлкнула меня по пятке, когда я выбирался в безопасное место.

— Да, меня бы точно разнесло всмятку. — Резюмировал я, вновь падая в положение лёжа.

Не уверен точно, сколько времени прошло, но я успел подремать и немного привести голову в порядок. С грустью допил остатки тоника. Другой жидкости тут не найти, но в моих планах было вскоре отсюда выбраться.

Над головой кружился этот раздражающий шар света, но глаза потихоньку привыкали к нему, и я сомкнул веки, представляя, что на поверхности.

Сколько времени прошло, интересно? Я оставил Дучи кое-какие инструкции, но не был уверен, что она справится. Денег у неё почти не было, мне нужно принять Аален и всё ей объяснить, ещё и мелкий ублюдок искатель что-то задумал. Мне необходимо быть там, иначе моё королевство развалится, даже не успев толком заявить о себе.

Когда я уже собирался подняться, чтобы изучить свою клетку, площадка вдруг дёрнулась и поехала. Вверх, а не вниз. Я с подозрением ощупал пол, отполз к металлической сетке ограждения и сел, прижавшись к ней спиной.

Если еду вверх, значит уже близок к завершению – так я решил, но на всякий случай сформировал меч и уложил его к себе на колени.

По ощущениям лифт ехал всего пару минут. Я спокойно принял очередную короткую передышку, понимая, что меня куда-то привезут, и там понадобятся все мои силы, поэтому не успел толком погонять в голове все мысли об этом месте, как лифт дёрнуло, он встал, и светящаяся сфера улетела вперёд, в темноту подземелья.

Меня закинуло в огромный зал. Я с трудом различал потолок, уходящий далеко вверх, как огромное небо, стен же не было видно вовсе, лишь чередующиеся ряды толстых колонн, уходящих в непроглядный мрак.

Круглый лифт с крытым верхом выглядел, как беседка, по сторонам шли ряды гряд с холодной сухой землёй, абсолютно чёрной и больше похожей на пепел. Будто я посреди когда-то в прошлом красивого сада. И статуи… реалистичные фигуры воинов, замерших в камне, были словно живыми. Будто в один момент они застыли, и вот-вот придут в себя.

Кто-то замахнулся клинком, с лицом, застывшим искажённым в яростном крике. Кто-то широко распахнул глаза и отступал назад с выражением дикого ужаса, но всё равно сдавливал в руках копьё, как последнюю защиту. Они стояли вразнобой, и это совсем не было похоже на битву. Просто куча хаотично разбросанных скульптур средневековых воинов.

Сфера света улетела далеко вперёд и замерла, показывая мне громадные врата. С ещё одной статуей воина, огромной, метров пять ростом. Находиться тут было довольно-таки неуютно: если бы кто-то следил за мной из тени, я был бы у него на виду, и никак не мог об этом узнать. Поэтому я сразу направился к одинокой фигуре быстрым шагом, но не переставал озираться и изучать самые разнообразные позы каменных воинов.

Несмотря на усталость, вскоре я стоял возле гиганта, с интересом изучая броню Вестника Зла. Почти такую же, как была у меня, за исключением того, что эта была высечена в камне.

“ — Хотя нет…эта более пафосная какая-то, рангом повыше. Генерал, видимо? ”

Поначалу ничего не происходило, я спокойно стоял, оперевшись на клинок, как вдруг статуя зашевелилась.

Я приготовился к бою, но вместо того, чтобы напасть на меня, каменная глыба с грохотом вытянула руку. Замерев, я стоял, следил за ней, в любой момент готовый отбить удар и контратаковать.

А потом пришла волна силы. Плечи захрустели, колени заходили ходуном. Давление, во много раз превосходящее то, что обрушила на меня старая карга, призвавшая в этот мир, выплеснулось разом, и продолжало нарастать. Я вцепился в клинок, опираясь на него, сжал зубы.

Мои глаза впились в лицо каменного гиганта, я скрежетал зубами, изо всех своих оставшихся сил стоя на ногах. Хрустнул камень под остриём живого клинка, под давлением его лезвие начало терять форму и растекаться по полу, и я невольно сгибался ниже, даже впившись обеими руками в рукоять клинка.

Вновь загрохотало, и в этот момент всё закончилось – каменный ублюдок развернулся и указал рукой на ворота. Створки медленно разъехались, скрежеща на всю огромную пещеру, что у меня заболели уши.

— Решил меня пропустить? Как скажешь. Пойдём, посмотрим, ради чего это всё было.

Тогда я прошёл внутрь, разминая затёкшие под невидимым грузом плечи, растворил в бесформенную лужу металла и спрятал живой клинок, двинувшись в неизвестность.

Очередной зал был куда как скромнее по размерам. Резные стены, светящиеся белые сферы по углам. В противоположном конце – три саркофага, скрижаль с рисунками и винтовая лестница, ведущая наверх.

Я подошёл к гробнице троих неизвестных. У каждого гроба стоял небольшой столик из белого мрамора, на том, что по центру, лежала броня, как я подозревал – Генерала армии владыки Тьмы. Она предназначалась кому-то заметно ниже меня ростом, но шире в плечах.

Такое меня не интересовало: я лишь изучил отличия. Коснулся её пальцами, ощутив бурлящую внутри тёмную энергию, но больше ничего не произошло. Она не попыталась изменить форму: то ли не приняла меня, то ли Дуччи была права и мой доспех был уникален.

У тех, что были похоронены по сторонам, на столике лежали тёмный кубок и небольшой простого вида молот. Скорее тот, которым гвозди забивают, чем боевой. Но сила, идущая от этих предметов, была очевидна, несмотря на то, что на первый взгляд вещи не казались дорогими. Их я присвоил себе, тогда как броню не стал трогать. У меня всё равно лучше.

В этот момент, когда задрожали стены, я ожидал подвох, что опять появятся враги, или случится что-то похуже, но ничего такого не произошло. Тогда я прошёл между резными гробами и сразу направился к лестнице, решив не задерживаться, пока правда не столкнулся с ещё одним испытанием.

По пути я коснулся скрижалей с рисунками: там пара человек с кошачьими ушами упали на одно колено перед кем-то, кажется, в броне Вестника, и загадочным парнем в балахоне. Позади них свернулся и спал большой червяк с клешнями. Всё было нарисовано схематично и угадывалось с трудом, да и то благодаря моей живой фантазии.

Хотел было хмыкнуть, подивившись примитивной живописи и пойти дальше, да так и застыл. Печать, не открывать, что-то плохое – меня накрыли видения, прерывистые и расплывчатые обрывки чужих мыслей. Хмурясь, я попытался подавить картины, идущие в мозг, но ничего не получалось.

Словно бесконечная адская пытка для монтажёра, кривая склейка шла по кругу и не останавливалась, а начала ускоряться. Трупы, предупреждающий меня парень с кошачьими ушами, лес, снова трупы...

Спустя секунду я обнаружил себя, лежащим на полу и блюющим чёрной жижей на пол. Руки дрожали, но хотя бы видений будто и не было. Огромного труда мне стоило подняться, отряхнуть доспех от мнимой пыли, и шагнуть к лестнице.

Первый шаг наверх дался с трудом, остальные пошли по накатанной. Кажется, я поднимался довольно долго, но чужая мысль, поселившаяся внутри черепа, занимала все мои мысли.

Печать… плохое у меня предчувствие. Наверное, не просто так это место было загерметизировано, да и вход в него разнесли, постарались. Выйдя на поверхность, я совершу что-то непоправимое? Пхе-хех, грустно, раз так! И как же мне не плевать, кто бы знал! Я не был готов жертвовать собой ради мутных пророчеств, поэтому шёл наверх без сомнений.

Винтовая лестница кончилась длинным коридором, за которым был последний зал. Там на полу распластался скелет в ветхой, рассыпающейся от времени кожаной броне. Через провал под рёбрами и прорехи в доспехе я видел небольшую, с ладонь размером, пластину. Рядом же валялся проржавевший меч.

Сожрал он её, что ли, или держал под бронёй? Этого я узнать не мог, но штука была явно ценной, поэтому я подобрал её и сунул в карман. От моего неосторожного движения броня осыпалась пылью.

Впереди, перекрытый мутной радужной плёнкой, был очередной лифт. Небольшая прямоугольная платформа, подвешенная на цепях.

Оглядев всё вокруг, я понял, что испытаний больше не будет: кроме скелета и лифта, тут не было ничего. Поэтому я осторожно подошёл к плёнке, отгораживающей лифт со всех сторон, и коснулся её кончиком пальца.

Она задрожала и лопнула, как мыльный пузырь. Тогда же задрожало само пространство. Вдалеке раздался рёв, неслышимый, но ощутимый. Рёв неведомого зверя. Это точно была тварь куда сильнее, чем всё, с чем я имел дело в этом мире.

Каждые полминуты оно продолжало беззвучно орать, и я уже почти перестал ощущать волны мурашек по телу от этого чувства. Поэтому я встал по центру платформы, обратившись к тёмной энергии и направляя её в механизм. Меня потянуло наверх.

— Надолго же я тут застрял… — Не удержавшись от зевка, я сел, ожидая, когда меня поднимут.

Неизвестно, сколько прошло времени наверху, не успели ли гости приехать без моего ведома. Я мог пропасть внизу как на пару часов, так и на пару дней – всё-таки, я терял сознание, причём не единожды, если считать помутнение на выходе.

Дорога наверх заняла две минуты. А ведь то, что проехали два лифта, я преодолевал, спускаясь вручную, по сломанной колонне!

В какой-то момент я прошёл через очередную мутную радужную плёнку, она лопнула без сопротивления, а я наконец-то увидел яркий солнечный свет. Там было раннее утро.

Меня на мгновение ослепило, и проморгавшись, я увидел, что нахожусь на небольшой поляне посреди того же причудливого леса, а вокруг меня столпилась куча хвостатых людей с кошачьими ушами. Они стояли рядом, выглядывали из-за деревьев, сидели на ветвях, направляя на меня натянутые луки и держа копья наизготовку.

Я сбился со счёта уже на втором десятке, а один из них, накачанный кошак, одетый в звериные шкуры на голое тело, вышел вперёд и начал нести какую-то тарабарщину на совершенно чужом и незнакомом языке.

— Ни слова не понял. Донт андерстенд. Сумэмасэн, вакаримасэн. — Я всеми доступными жестами показал, что они зря распинаются, но тот продолжил рубить короткие фразы. — Ни разу тебя не ферштейн, говорю. Хочешь подраться – давай подерёмся, только друзей своих убери!

Тот зло оскалился, поднял тон голоса и уже схватился за меч, когда вперёд вышел ещё один мужик с кошачьими ушами, седой и сухощавый. Он пробормотал что-то на их языке, покачал головой и жестом показал тому свалить на второй план, обратившись ко мне.

— Здесь нашёл покой Файнэома, верный подручный Кровавого Короля и наш дорогой покровитель. Ты, человек, нарушил его сон, похитил реликвию и сорвал печать. Мы плохо охраняли это священное место. Тауун вызывает тебя на бой, и твоя смерть смоет позор с нашего племени.

Кровавый Король – наверное, это про Леонарда Бранкалеоне. Другой личности, достойной такого звания, я не знал. Ну а раз котятки так почитают его помощника, то это даже к лучшему. Как-никак, Кровавый Тиран недавно вернулся к своим королевским делам, просто они ещё не в курсе…

Надо бы заручиться такой поддержкой, нельзя терять момент!

Глава 20

Интересно, кто из этих троих был героем хвостатых? Некий Файнэома: имя (или фамилия) дурацкое и высокопарное, явно не человеческое. Видимо, один из их племени. Уверен, речь шла о том тёмном, которому забабахали эту роскошную гробницу, но как гласит народная мудрость – “молчи, за умного сойдёшь”.

У меня была другая тема для разговора с этими кошколюдьми – всё равно придётся драться, чтобы выйти отсюда.

— Довожу до вашего сведения, что Кровавый Король вернулся. Он восстал, и теперь хочет объединить эти земли, снова бороться против своих врагов.

Седой кошара продолжил смотреть на меня с прищуром, долго переваривал сказанное, но в итоге застыл примороженный к месту. Сначала он что-то принялся эмоционально говорить на своём языке и доносить до сородичей – те вновь подняли оружие и направили его в мою сторону.

По рядам хвостатых пошли шепотки, переходящие в крики и переругивания. Знатно я их взбодрил!

— Ты понимаешь, что за любые слова нужно отвечать, человек? — Сдержанно сказал седой. — Это очень громкое заявление. Если оно – истина, это большой праздник для всех мав. Но и доказательства должны быть весомые.

Несколько кошаков закивало – будто соглашаясь. Я имел некий скепсис на счёт того, что они понимают нашу речь, но до чего же забавные ребята. Полные рвения, заряженные, подхватывающие каждое слово. Завоевать бы их доверие, тогда смогу укрепить позиции в Бресе, и хрен меня кто оттуда выгонит, хоть заявится весь гарнизон Кхегана.

— Конечно. Я готов приложить доказательства. Более того, я дерзнул забрать эти вещи, — Я показал кубок и молот, — чтобы предложить их ему, моему Владыке и государю.

Кошак равнодушно махнул морщинистой рукой с острыми когтями.

— Мав не интересует тёмное наследие, — Произнёс тот, немало меня удивив, — а вот священная реликвия Файнэома для мав бесценна, и даже если ты, человек, хочешь преподнести её самому Кровавому Королю, должен отстоять это право в битве.

Хвостатые были настроены серьёзно, раздались ободряющие, дразнящие и даже радостные выкрики. Полуголые мужики и женщины с телами атлетов и кошачьими ушками прыгали и орали, как представители одичавшего племени во время своих ритуалов.

Что ж, я ждал от них слишком многого. Наверное, они и были тем самым одичавшим племенем. Придётся сыграть по правилам, иначе мне не заслужить их уважения и не увидеть их поддержки.

И это всё жесть, как бесило. Или дело в том, что я опять собираюсь сражаться против живых разумных существ, а не механических пауков или гигантских крабов? Эта туманящая разум злоба очень похожа на влияние тёмной энергии.

— Пусть так. Сражусь. — Я невозмутимо кивнул, хотя мысленно уже сокрушался, что не выйдет использовать в бою основной набор снаряжения. — Сколько у меня будет противников?

— Один. Сильнейший воин клана мав, Тауун!

Тот самый хвостатый бугай, что изначально на меня наезжал, сделал суровый вид, почти по-кошачьи зашипел, угрожающе вздыбив хвост и чёрные волосы, переходящие в короткую жёсткую гриву на спине.

Несмотря на то, что я будто попал к дремучим индейцам, выглядел он внушительно, прокрутил копьё и ударил им оземь, демонстрируя впечатляющую грубую силу.

“ — Ладно, ткнуть оборзевшего кота-переростка мордой в лужу, делов-то. ” — Я был почти уверен, что он не будет опасным противником, но всё-таки держался настороже. Нельзя надевать броню, раз выбрал её, как облик самого Леонарда. Всё же я собираюсь продать его и им, лохам мохнатым, и не спалился бы так глупо.

— Сейчас мав освободят площадку, и после приветствия Тауун начнёт бой. — Пояснил седой, потом что-то мявкнул, прокричал, и толпа разошлась прочь с каменной площадки. Отступил и он сам. — Это – священное место, самое подходящее, чтобы решить разногласия. — Крикнул он ещё громче. — Победит тот, кто вытолкнет противника из каменного круга или уложит его на три счёта.

Значит, убивать не понадобится, и схватка будет рукопашной. Я не стал душнить и уточнять, что площадка – квадрат, а не круг, и приготовился к бою. Кошаки вразнобой рявкнули что-то одобрительное, обступили нас и следили за каждым движением. Их было ещё больше, чем я изначально подумал, но это даже к лучшему, ведь все они вскоре будут служить мне.

Пока я выделывался, разминая руки и прикидывая силу врага, Тауун обвёл копьём полукруг перед собой, отвесил странный поклон и метнул оружие в землю за пределами нашей арены. Затем он повернулся ко мне. Я как мог повторил его ритуальные жесты и отбросил меч: всё равно основной я прятал в рукаве в жидком виде.

Раздался тихий ритм, похожий на барабаны, и кошак двинулся на меня с голыми руками... лапами. Чем-то средним: острые когти переходили в обычную ладонь с маленьким островком густого меха на тыльной стороне.

Когти давали ему преимущество. Он сделал выпад ими, совершенно забывая о том, что у меня нет оружия, но я был не в обиде. Я и сам использую любую возможность, чтобы победить.

Уведя корпус назад, я ушёл от пореза и пнул его в ответ, но и кот уклонился – он был чертовски быстр. Не успел я пойти в наступление, как он вдруг сменил стойку, оттолкнулся от земли и врезал мне в живот. Я отступил на шаг. Затошнило, но я успел сместить жидкую броню под одеждой и принять удар кулака на неё. Кошак аж поморщился, с удивлением разминая руку. И всё же я отступил.

Обходя его полукругом, чтобы не давать ему преимущество в расстоянии до края, я попытался достать Таууна. Обманное движение, удар кулака – вскользь задел щеку, но тот отклонился всем телом, неожиданно гибко упёрся рукой в землю и засандалил задней лапой мне в челюсть.

Даже моей читерской реакции не хватило, пусть я и пытался прикрыться. Меня замутило, всё затроилось, отрезвляющий удар заставил сцепить зубы и вновь отступать. Уже я сам непроизвольно поменял стойку. До боли знакомую, почти что родную, что заставило меня замереть и получить ещё удар в челюсть под улюлюканье хвостатых.

Зазвенело в ушах! Будь я в той же форме, что и на Земле – валялся бы в отключке. Сейчас я лишь отступил ещё дважды, сквозь пелену видя атаки Таууна. Быстрые, мощные, разнообразные, но прямолинейные. А я ещё не восстановился от подземелья, чтобы драться на полную! Оставалось всего лишь два метра до края.

Зато в следующую секунду Тауун с хрустом отлетел назад, получив хлёсткий боковой в лицо. Он аж присел на зад, встряхнувшись всем телом. Я ненадолго остановился, глянул на свои руки, затем снова вернулся в присед и широко расставил руки. Ощущение, будто я стал диким зверем, и собирался не бить, а рвать и уничтожать свою добычу.

Небольшое движение в сторону, и я теряю это чувство баланса. Явно наработанное не одним боем, вот только откуда… “ — А впрочем, не похер ли? ” — Я давно устал удивляться странностям, поэтому сорвался с места и кинулся на Таууна. Мои удары стали быстрее, я двигался не так скованно, будто до этого момента, считая убогую драку с Багарионом, находился в густом масле, а теперь выбрался на чистый воздух.

Наши кулаки одновременно впечатались в лица друг друга, но это меня только раззадорило. Я зарычал, слыша такой же рык из глотки оппонента, и чистая весёлая злоба наполнила мышцы, превращая их в стальные канаты. Следующий же удар бросил Таууна через всю площадку, несколько раз приложив спиной о камень. Он вылетел, смачно приложившись спиной об огромное дерево.

Я потихоньку отходил от одолевшей меня короткой вспышки гнева и смотрел на сбитый кулак, уже начиная переживать, не пришиб ли этого бедолагу, когда толпа ликующе заорала. Орал на своём и сам старик, а потом перешёл на известный мне официальный язык Теодорики – вольче, кажется.

— Человек победил, тем самым доказал, что забрал реликвию по праву. — Нехотя признал кот, хмурясь. Он забавно дёргал ушами, и хвост его ходил из стороны в сторону, то ли от раздражения, то ли был так взбудоражен нашим боем – чёрт его знает. — Представься, человек. Ты достоин того, чтобы среди мав запомнили твоё имя.

— Леон Игнис. — Не став называть ни титулов, ни упоминать Нардерон, произнёс я. — Насчёт возвращения Кровавого Короля. Теперь верите, что я говорю правду?

Весь этот бой был не ради непонятной костяной пластины, пусть я уверен, что она мне пригодится, а ради их уважения.

— Леон, можешь идти с миром. Но чтобы доказать, что Кровавый Король вернулся в наш мир, тебе придётся привести свидетеля.

Как и ожидалось, их правила и порядки были до ужаса примитивны. Разбить кому-то рожу, и тебя тут же воспринимают всерьёз. Приведи говорящий рот, который подтвердит твои слова, и тебе автоматически верят. Всего-то втащил одному кошаку, а на меня уже упала пара заинтересованных взглядов от кошкодевок.

Меня от такого немного коробило. Жаль – я, конечно, уже вот-вот с катушек должен был съехать с таким количеством драк и испытаний без подружки под рукой, но кошек я воспринимал исключительно, как забавных домашних питомцев, даже если от кошачьего у них только уши, когти и хвост, и ходят они на двух ногах. Пока я не опустился до таких извращений… но кто знает, как жизнь повернётся?

Понемногу мав начали расходиться. Остались лишь седой кошак, парочка незнакомцев из толпы и Тауун, который с признанием и уважением пожал мне руку на римский манер, как и все мужики в этом мире до него. Приветствие универсальное – подтверждено.

Кроме этих двоих рядом крутилась парочка близнецов, парень с девчушкой плюс-минус моих лет. Волосы странные, светло-кремовые, такого же цвета кошачьи глазища вылупили на нас и подслушивали, вместо того, чтоб свалить с остальными. Так как седой не возражал, то и мне было плевать по большей части. Я подозревал, что все четверо – члены одной семьи, и занимают тут не последнее значение.

Старик представился Джагером и пригласил меня отобедать с ними, поэтому я пошёл в их лагерь.

— После покажете мне выход из леса, а так – буду рад составить компанию.

" — И, разумеется, пожрать на халяву. " — Добавил уже мысленно.

Спустя минут десять пути мы оказались в поселении среди деревьев. Кругом расставлены большие палатки из шкур разномастных тварей, были у них и гамаки, и странной формы костры для жарки кусочков мяса прямо на камнях. Тут собрались ещё мав, но их было куда меньше, чем тот отряд, что встречал меня из подземелья.

— Мы услышали зов, когда внутри оказался чужак. Пришли все, кто смог, мав ото всех ближайших клыков. — Пояснил тот.

Далее, пока нам готовили завтрак, шла длинная лорная вставка в исполнении деда. Когда-то давно Бранкалеоне воевал здесь с тёмными и некими северными кланами, но последние призвали жуткого Зверя. Тогда герой Файнэома объединился с генералом Тьмы. Они запечатали тварь, генерал умер, и его верные последователи отгрохали ему здесь гробницу.

По логике Владыки, тот, кто будет достойным, должен был зайти и забрать артефакт для разрушения печати, но у Тирана было своё мнение. Файнэома завалил все выходы изнутри и добровольно откис там от голода и холода.

Кошак, который и без того был национальным героем, теперь для них вообще что-то вроде божества. Ну а я, прошедший испытание и доказавший свою силу, ещё и последователь Бранкалеоне, заслужил нереальный почёт и уважение среди всего мохнатого племени.

Вон, даже хвостатая вертихвостка с кремовой шерстью всячески крутилась рядом, стреляла глазками и очень добросовестно вертела хвостом. А фигура у неё была такая гибкая, крепкая, но утончённая, что я почти забыл о своих принципах и о каком-то там королевстве. Мощные бёдра, узкая талия с явными изгибами, в меру пышная упругая грудь... всё едва прикрыто шкурами, ну загляденье! Если б я не торопился назад в Брес, то обязательно задержался бы тут на ночь-другую.

Сама же легенда, которую мне рассказывал Джагер, была намного длиннее и глубже, но я устал, хотел есть и спать, поэтому запомнил так, как запомнилось. Суть-то от этого не менялась! Хотя, услышав её во всех подробностях, я примерно понял, по какому принципу решалась загадка с рычагами.

На завтрак у кошаков было, удивительно, жареное мясо, и вот тут я правда проникся их культурой. Сочное, с ароматом костра, жалко, что без соли. Зато у них тут даже свои специи были – хвостатые щедро сыпали туда сушёную траву по типу розмарина, и с ней вкус был очень достойным.

Я не особо переживал за отравление – всё же я принёс им благую весть и победил в схватке. Лишняя предосторожность, конечно, никогда не помешает, но тут я сдал, каюсь. С огромной ноги какого-то лесного зверя, и запитой травяным настоем, я наелся от души, почувствовал прилив сил, физических и духовных – тёмная энергия чуть-чуть била через край, но в таких масштабах я мог удержать её в руках.

— Значит, ты прошёл два испытания, Леон. — Резюмировал кошак.

— Можно и так сказать, Джагер.

— Если бы ты попытался взять предметы, которые не заслужил, то дух генерала наказал бы тебя.

До этого я не задумывался, можно ли считать пройденным третье, поэтому завис с деревянной плошкой травяного отвара у губ. Получается, спасло меня то, что я посчитал броню покойного тёмного хуже своей.

— Я всё равно преподнесу их своему Владыке. — Невозмутимо ответил я.

— Мав будут ждать тебя с новостями и твоим свидетелем. Уж если ты торопишься, Зерис сопроводит тебя к краю леса.

Кошкоженщина с кремовыми волосами согласно мявкнула, поднимаясь. Я хотел поскорее покинуть холодную Стынь и готов был задействовать любой предлог, но новые знакомые и не пытались меня задерживать.

Получив на будущее сигнальный свисток от их охотников, я покинул лагерь.

Девушка, Зерис, пару раз что-то говорила мне на своём, и я даже кивал с умным видом, но лишь молча следовал за ней. Быстрая, ловкая, кошатина уступала мне, но хорошо чувствовала лес, поэтому я был позади и старался нагонять.

Джагер не обманул – она отвела меня прямо к поваленному дереву, и очень быстро.

— Увидимся… снова. За закатами. — Она улыбнулась, показав удлинённые клыки, и попыталась сказать что-то осмысленное на понятном мне языке.

— Спасибо, что проводила. До встречи. — Кивнул я, машинально почесав её за ухом, как настоящую кошку.

Девушка в полном ступоре осталась стоять, а я побежал к заброшенной деревне. Дело потихоньку шло к полудню, после холодной и влажной Стыни солнце приятно грело промёрзшие кости, и я рванул со всех ног по знакомым ориентирам.

Путешествие прошло неплохо, разве что ныли раны, полученные в подземелье – благодаря доспеху всё затянулось, будто прошла пара-тройка недель, но вместе с нагрузкой они снова начали беспокоить.

Я вернулся меньше, чем за час, остановился, чтобы отдышаться без свидетелей в том местечке, где устроил спарринг с Дуччи. Оттуда, накинув броню Вестника, я двинулся к Бресу всё той же царственной походкой.

Возле крепости остановился небольшой караван, виднелся разбитый лагерь. Люди оттуда, кажется, заметили меня, и голоса подутихли. Я не стал останавливаться и обошёл их, сразу прошагал по мосту через ров. Солдаты вытянулись в громком приветствии, в ответ я сдержанно кивнул.

— Вольно. Продолжайте дежурство.

Стоило мне пройти внутрь, как меня заприметил Норис. Молодой командир разговаривал на повышенных с торговцем в меховой шапке не по погоде. Точнее будет сказать, троица незнакомцев что-то ему предъявляла, а тот пытался вставить хоть слово.

Едва столкнувшись взглядами, парнишка побежал мне навстречу, взволнованный и взбудораженный. Он остановился всего в паре метров, и только тогда замялся. Норис попытался изобразить поклон, на середине движения одёрнулся и отдал честь по-военному.

— Государь! Здравия желаю. У нас… проблема. Точнее, к нам приехали торговцы, и они требуют расплатиться за прошлую поставку. — Он смотрел на меня с напряжением, держась за края тренировочной кожаной куртки. — Маркиза занята, графа нет на месте, поэтому…

— Я понял. — Остановил я его, отправляясь к группе торговцев.

Три мужика около тридцати, роскошно одетых, с характерными взглядами, сканирующими всё на предмет наживы. Однако, на махину в чёрно-красном доспехе они отреагировали тревогой и настороженностью. Тут уже было не до того, чтобы что-то яростно доказывать.

— Леонард Нардерон-Бранкалеоне. Я вас слушаю.

Произнесённое имя дало предсказуемый эффект:

— Что?! Ле… о… — Выдавил из себя первый.

— Достопочтенный, вы шутите на опасные темы! — Крикнул из-за его спины второй. — Если вы решили, что прикроетесь от выплат именем Кровавого Тирана…

Войдя в роль, я выпустил немного тёмной ауры.

— Заткнись, пока не приказал вырвать твой язык. Если есть долг – значит, я его оплачу. Брес стал частью королевства Нардерон и больше не принадлежит Теодорике, но это не освобождает нас от обязательств перед простыми людьми. — Глядя на то, как вытянулись их лица, я смог наверняка убедиться, что в Кхегане никто пока не в курсе о переменах. — Если есть какие-то бумаги, покажите их мне.

После того, как я убрал давящую ауру, троица подсуетилась и выудила несколько бумажек.

— Вот, прошу, возьмите накладную. — Уже более доброжелательно произнёс один из переговорщиков.

Сумма небольшая, но всё ещё ощутимая – пятнадцать золотых. Всякая мелочёвка, припасы, хотя часть списка выглядела слишком подозрительно. Но это дела прошлого коменданта, товар-то был принят, имелась долговая расписка.

Хорошо, что я носил кошелёк с собой. Я выудил оттуда магический камень, который оценили в двадцать с небольшим монет.

— Пусть будет так. Мой управляющий разберётся позже. — Сейчас я отдал камень первому, который подозрительно прищурился. — Это всё?

— Вот ещё накладная… товары, которые Торговая Гильдия поставила сегодня по вашему запросу. — Он сдержанно улыбнулся, заговорщицки протягивая вторую бумагу. — Предыдущие договорённости... в силе?

Тогда я дал ему ещё два магических камня, не задавая лишних вопросов.

— Вычеркни две сотни вёдер, нам они ни к чему. Большой камень твой, разница в цене – подарок в знак доброго сотрудничества Нардерона с Торговой Гильдией Кхегана. Остальное выдай монетами.

Итого я подарил им чуть больше пяти золотых. Размен вдалеке от города, наверное, не был бесплатной услугой, но в такой формулировке он и отказать не сможет, и при этом останется моим должником. Тем более, отказать тому, кто назвался Леонардом...

— Объявлю отдельно для Торговой Гильдии: я – тот самый Леонард Бранкалеоне, новый владелец Бреса и окрестных земель, известный вам, как Кровавый Тиран, и теперь я защищаю жителей границы от вторжения армии Тьмы. — Помедлив, я положил ладонь на рукоять клинка и с нажимом добавил. — Передайте всем весть о создании королевства Нардерон. Я лично проверю, как вы донесли это жителям Кхегана.

Ребят проняло. Одно имя Леонарда навевало на них ужаса, а стоило вновь всколыхнуть ауру всего на секунду, и вся троица инстинктивно отступила назад. Главный переговорщик сбился со счёта и чуть не выронил деньги. Надеюсь, страх поможет им не наговорить всякой чуши и не выставить меня в невыгодном свете.

— К-как пожелаете… Гильдия передаст всё в срочности… то есть, в точности.

Они не стали задавать глупых вопросов, выдали мне монеты и поспешили к своему лагерю – разгружать товары вместе с наёмными искателями. Норис же вновь напомнил о себе.

— Государь… Генерал сейчас в приёмной, разговаривает с маркизой Кассано и городским лекарем. С ними представитель Гильдии Искателей.

— Хорошо, я последую к ним. Возвращайся к своим обязанностям.

С трудом поборов зевок, я поднялся в башню. Понял, что отдых мне пока не светит, так что решил по-быстрому разобраться с гостями.

Глава 21

В приёмной меня ждали две девушки: Аален и Меневра. За дверью кабинета был слышен спокойный разговор.

— Вот вы и прибыли. Спасибо, что отозвались.

Увидев меня в доспехе, обе растерялись, но почти синхронно склонили головы после заминки.

— Оставьте эту показуху. Ни к чему, вы и так знаете, кто я. — Я небрежно отмахнулся.

От целительницы бесполезно что-то скрывать – она была рядом с моим бессознательным телом несколько дней и буквально сканирует всё взглядом насквозь. С контрабандисткой, учитывая её будущую должность, я просто не потяну этот цирк, и она один хрен обо всём догадается.

— Простите, но... что насчёт больного, о к-котором вы писали?

— Он внизу, можешь спокойно заходить. Если прислуга спросит – государь разрешил. — Аален также порывалась что-то сказать, но я выставил ладонь на упреждение. — Всё обсудим потом, когда закончу с представителем искателей.

Девушка недовольно хмурилась, но ничего не стала говорить, а Меневра неловко всучила мне в руку ответное письмо от Дарио. Я принял его, машинально положив в карман.

В кабинет я вошёл без стука – Дуччи в растерянности рылась в бумагах, забавно хмурила брови и шевелила ушами-антеннами вверх-вниз. Я тихо хмыкнул от этой картины, и кажется, звук донёсся и до представителя.

Знакомство оказалось настолько привычным, приевшимся… будничным, я бы сказал. Были и минусы у моего положения – устал, как попугай, повторять своё имя и титул. Искатель – крупный и мощный мужик с едва пробивающейся сединой, но взглядом, полным свободы и азарта. Услышав имя, он держался со здоровым скепсисом, но принял правила игры и никак не дал понять, что его что-то смущает.

Мы быстро прошлись по деловым вопросам – во-первых, я выторговал полную награду за убийство Зверя, во-вторых – спустился с ним в погреб, в котором под Охлаждением лежала тушка гигантского краба. Точнее, то, что от неё осталось, после того, как Дуччи её разделала. Гад даже на крабовое мясо наложил лапу!

Зато суммарно я получил за эту красоту полсотни золотых, пообещал ему обращаться к гильдии, если найду что-то ещё интересное. Рядом слонялась пара бойцов, и я отдал им распоряжение помочь с погрузкой, после чего вернулся в башню. Поднимаясь по лестнице, я заранее снял доспех, а ещё изучил ответ кхеганского лекаря.

Девушки уже ждали. Я не стал заморачиваться, и взял в кабинет сразу всех троих, чтобы не тратить время впустую. Слишком уж хотел поскорее разобраться с делами и отдохнуть.

— А ты не сильно спешил, Леон. — Аален по-хозяйски развалилась на диване, невесть откуда набравшись уверенности и закинув ногу на ногу. — Заставлять даму ждать – невежливо, знаешь ли.

— А… м… с возвращением. — Робко подала голос целительница.

Та выглядела неважно после лечения Багариона, но уверенно держалась на ногах. А ещё с прошлой встречи она терялась сильнее, совершенно не зная, как себя вести, но я ободряюще кивнул ей.

— Не буду ходить вокруг да около. Ты, — я ткнул пальцем в удивлённую Меневру, — Бросишь работу у сеньора Дарио и станешь моим лекарем. Будешь лечить солдат.

— Простите, но э-это маловероятно. — С виноватой улыбкой та покачала головой. — Я слышала о вашем предложении, но дело в том, что моих сил едва хватает даже на одного пациента… потом м-мне нужно много времени на восстановление!

— Я в курсе. Как я и сказал, ты будешь моим лекарем. Чего тебе прозябать подручной в мелкой городской больнице? Требуется не объём сил, а твои знания и диагностика. Энергии у меня самого выше крыши, а твой навык уникален. Посмотришь пациента, как и договаривались, а потом вернёшься к Дарио… то есть, к сеньору Дарио с письмом.

Пускай формально Меневра не была рабом, но этот нобель взял под крыло и спас её от тюрьмы, когда девушку преследовала церковь, заплатив выкуп. Дарио не скрывал, как это произошло, и довольно доброжелательно поделился подробностями. В некотором роде она принадлежит ему, но он уже выразил готовность рассмотреть сделку, так что это – дело времени.

Всё же, я готов отвалить за девчонку огромную сумму, и она пока не сказала ни слова против. Не хватит монет – спрошу у кошколюдей, где найти монстров по типу того краба, соберу отряд и быстро наберу достаточно денег. И дело тут не в симпатичном личике – потенциально её врождённый талант будет одним из самых полезных приобретений, что у меня сейчас есть.

— Х-хорошо. Если… считаете нужным. Я поступлю так, как решите вы и мой сеньор…

— Ты, — Следом я указал на контрабандистку, — Получишь титул маркизы в моём королевстве, землю и свой замок, который мы построим через пять лет. Ещё тысячу золотых, которую мы заработаем, и процент с торговых пошлин. Взамен будешь заведовать казной и поставками, а также станешь моим личным советником.

Девушка на пару мгновений задумалась, но фыркнула в ответ, перекинув ноги на пол и поднимаясь.

— Звучит так себе. Легко продавать то, чего ещё нет. — Она коварно улыбнулась, и этот лукавый прищур ох как мне не понравился.

— Добавлю что-нибудь ещё, если посчитаю тебя достаточно полезной. Кроме того, это больше, чем ничего.

— Хочу сделать другое предложение. — Аален облизнула губы, ничуть не стесняясь присутствия лекарши. — Леон, те люди почему-то слушаются тебя, но ты же совершенно не разбираешься в управлении…

Она подалась вперёд с выражением полной уверенности. Я скрестил руки на груди, вопросительно выгнув бровь и запрокинув голову, смотрел исподлобья, ожидая подлянку. Тёмный огонь в груди вспыхнул, заставляя пальцы сжиматься, представляя её горло в моих руках… но я пока только слушал. Дуччи рядом зло прищурилась, Меневра отступила назад, опустила лицо в пол и делала вид, что ничего не происходит.

— Первое лицо должно распределять все ресурсы, знать обо всём, что происходит в государстве, издавать указы, быть всегда и везде. Ты можешь иметь харизму и обладать силой, но вот, что я скажу… ты не подходишь на эту роль.

— Ты смеешь так разговаривать с моим господином, дрянь?!

Фея была готова кинуться с кулаками на нахалку, но я выставил ладонь, остановив её.

— Допустим. И что ты предлагаешь?

— Формально оставить тебя правителем. С моим опытом, именно я должна руководить. Тебе не нужна вся эта ответственность, можешь просто светить лицом и собирать всеобщее обожание, я тебе его обеспечу.

Возможно, в каком-то другом мире это звучало бы, как хорошее предложение. В мире, где надо мной не нависает угроза быть поглощённым Тьмой Онумара, в мире, где я доверяю этой прохвостке хоть на грамм, в мире, где… короче говоря:

— Не обсуждается. Титул маркизы, земли и гора монет – это уже слишком много, и это всё, что я могу тебе пожаловать. Не хочешь – можешь гнить в Кхегане хоть всё время до вторжения, потом свалишь в столицу и торчать там никому не нужной второсортной преступницей. Или блеснуть тут и встать у начала одного из самых влиятельных домов моей будущей империи.

— Вот так, значит…

Аален посмотрела на меня с жёсткой и куда более наглой ухмылкой. Встав и достав из кармана вырезанный из кости амулет, она обхватила его пальцами и направила в мою сторону. Дуччи дёрнулась вперёд.

— Сиди на месте, девочка. Тут мощные чары, заготовленные специально для вас. Или мы договоримся, или ты и твой хозяин умрёте. Оба.

Какое-то время мне казалось, что она просто блефует. Её слова звучали слишком по-дурацки и нелепо, чтобы быть правдой. Но всё-таки… нет, эта чёртова девка точно не стала бы ставить условия, прикрываясь пустышкой.

По центру непонятного предмета я ощущал сконцентрированную силу. Светлую – я узнал отпечаток по той, что была на артефакте-приманке от бывшего коменданта. И даже интуитивно я понимал, что с высокой вероятностью у меня не получится уклониться.

— Отвечаешь на моё щедрое предложение предательством? Ты ранишь моё сердце. Подумай, пока не поздно.

— Извини, красавчик... большой риск – большая награда.

Пока что я прошёл всего шаг в сторону, натягивая нервную ухмылку. Медленно, невозмутимо, без намёка на враждебность. Рука девушки следовала за мной, жёстко и хладнокровно. А это значит, что ей нужно прицелиться.

— Стой там, где стоишь! Тут светлый кристалл. Куда слабее, чем та побрякушка, которую ты притащил, но этого хватит, чтобы разорвать на куски вас обоих.

— Стою.

Больше мне и не нужно было двигаться. В таком положении тень, идущая от моих ног, очень удачно заходила на край дивана, из-за него можно было пробраться к тени кресла, а там и до самой предательницы – рукой подать. Всё-таки, испытания в гробнице не прошли даром.

— Вини только себя. Ты же не думал, что я просто забуду то, как ты начал угрожать мне в моём убежище? — Ухмыльнулась та. — У меня давно есть, чем ответить. Ничего личного, Леон. Я устала быть на вторых ролях. Мне нравится твоя затея… нет, я восхищена! Но у тебя слишком мало опыта, это хорошо заметно со стороны. Поклянись служить мне, и живи, как номинальный король. А то ведь я могу выйти и рассказать твоим людям, кто ты на самом деле.

Может, в этом предложении и было разумное зерно. Тем более, эта дурында вполне убедительно изображала искренность. Но правителем должен стать именно я, ради того, чтобы жить дальше, а ещё – ради моего покойного младшего брата.

— Что же, это разумно.

Рука из тени резко оплела её кисть и дёрнула, уводя вниз и сбивая наводку.

— Но всё равно – отказано!

Испуганно заверещала Меневра, когда комок силы вылетел из артефакта, и одна гибкая белая плеть безошибочно направилась к моей теневой конечности, а вторая – к Дуччи.

Я тут же сплёл и вторую руку, и враждебная сила встроилась в этот рисунок, проникая в него и пожирая. Наверное, если бы оно попало в моё тело, я бы умер сразу, а так...

Меня обожгло смертельным жаром. Словно теневые конечности – мои собственные, и их разрывает на куски. Я чувствовал фантомную боль, будто несуществующие руки кипят и покрываются волдырями. И оно быстро продвигалось дальше.

— Дуччи!... — Окрикнул я, но это было излишним.

— Я п-момогу, достопочтенный герой! — Раздался сбоку голос целительницы.

Фея уже перепрыгнула диван и с ноги влетела в живот Аален, принявшись выбивать из неё дурь.

В этот момент Меневра что-то прошептала и развела пальцы. Два сгустка, почти добравшиеся до моих плеч, последний раз вспыхнули и исчезли. Потребовалась пара мгновений, чтобы прийти в себя.

Я подошёл к Аален, голова которой болталась из стороны в сторону от увесистых ударов маленьких кулачков Дуччи, а я со всей силы наступил на выпавший из рук контрабандистки артефакт, с хрустом превратив его в кучку мусора. На пол выпал и маленький светлый камешек.

— Не убивай. — Скомандовал я фее, которая уже замесила лицо Аален в опухшую грушу с кровоподтёками.

Уже не скрываясь, и поднял девушку в воздух, пока та пыталась сконцентрировать взгляд на мне. От прежнего надменного выражения не осталось и следа. Я надавил аурой, вышибая из неё пот, и та мелко задрожала.

— Если ты, сука, ещё раз позволишь себе подобную выходку, я отрублю тебе кисти и стопы, как тем, кто пытался меня предать до этого. Стяну культи ремнями, вымазанными в дерьме, и заставлю ползти к дядюшке, чтобы он затянул раны. До конца своих дней будешь ползать, как бестолковая черепаха.

Такая угроза проняла даже её, что уж говорить о Меневре, которая тихо взвизгнула и попятилась дальше. Вот и образ о благородном герое развеян?

— Слышали, девочки? Она хотела рассказать вам, что я из другого мира. И ещё наверное объявить гарнизону, что Леонард ненастоящий. — Со злой улыбкой, проступающей на губах против воли, я сильнее подался к ней. — Вперёд, рассказывай. Если ты правда решишь воплотить эту тупую идею, я прикончу каждого, кто это услышит.

Нервно сглотнув, та обмякла в моей хватке, принимая поражение. До неё начало доходить, насколько сильно она недооценила меня и как далеко я на самом деле готов зайти. Не такая она и дура… только я всё равно пущу её в расход сразу, как посчитаю, что она представляет угрозу.

А пока... она очень полезна. Тем более, артефакторика, которая была мне так нужна. Но видимо я ошибся на её счёт, и таких, как это девка, удержать на привязи можно только жёстким контролем и страхом, а не равным партнёрством.

— А ты… хорофо фоответствуеф обраху. Квовавый Тифан... — Она вяло усмехнулась разбитыми губами.

Я молча уронил её на пол, злой от её выходки донельзя. Не знаю, управляла ли мной злая сила, но так даже к лучшему. Иначе она не поймёт.

— Меневра, пожалуйста, приведи её в порядок. Ей ещё перед солдатами выступать, и я хочу, чтобы она могла внятно зачитать текст клятвы.

Кредит доверия был исчерпан. Не веря ни единому слову, я составил договор, больше похожий на рабский, чем на вассальный. Другого такого человека, хоть сколько-то доверенного, мне не найти. А зная, чего больше всего жаждет Аален, нетрудно предсказать и её действия, особенно со всеми этими ограничениями.

У меня не было опыта в управлении крепостью, тем более – государством, но я понимал, что работать со мной должно быть в первую очередь выгодно, и все должны это видеть. Нужно показать окружающим не только лишь кнут.

— Предложение не изменилось. Теперь тебя будут звать Елена Нардерон. Докажи, что достойна титула, и сможешь не представляться втихую титулом, которого тебя лишили, а носить его с гордостью. Может, тебя и отстранили от власти в столице, но ты можешь заслужить её здесь. Не делай глупостей, и мы вместе возвысимся над всеми, кто тебя обошёл.

Она медленно кивнула, спектр самых разных эмоций отразился на её лице: от изумлённо вскинутых бровей, до раздражения и прежней нахальной решимости, проскочившей на разбитом лице. Я же просто давил на её чувствительные точки, а в будущем либо найду на неё ошейник побольше, либо тихонько избавлюсь, как только она перестанет быть нужна.

Прямо здесь, не отходя от места, контрабандистка согласилась на унизительную клятву, которая лишала её любого способа прямо навредить мне или королевству, какой только пришёл мне в голову, и гарантировала почти полное подчинение. До тех пор, пока я не отпущу её со службы... скорее всего, только на тот свет.

Посмотрим ещё, как будет себя вести.

— Что касается тебя, Меневра. С тобой мы тоже заключим договор. Не хочу, чтобы что-то утекло из этого кабинета.

В случае целительницы всё было куда мягче. Помня, как в этой башне позорно откис прошлый комендант, я относился к этому более скептически, однако всё равно планировал оставить девушку при себе.

В итоге мы сошлись на том, что Меневра передаст Дарио очередное письмо и задаток за её освобождение, закончит оставшиеся дела и вернётся ко мне. Клятва, которую я для неё придумал, обязывала девушку соврать и выдать вполне конкретную историю, а не “ничего не рассказывать”, так что проблем быть не должно.

Правда, у меня вновь возникло смутное предчувствие, что однажды я доиграюсь с этими клятвами. Да только что вообще может случиться?!

— Ладно, лечи её и пойдёмте. Дуччи, собери всех бойцов на тренировочной площадке. — Я развернулся, взявшись за ручку и обернувшись. — Елена, придёшь, как закончите – буду ждать тебя там. И без фокусов, это – приказ.

Уже за пределами комнаты сформировал на себе доспех Вестника. Мы с феей разминулись – она пошла собирать бойцов, а я увидел вдалеке двоих знакомых, которые остановились, чтобы поболтать с слоняющимся без дела бойцом.

Они общались пару минут, в итоге я сам пошёл навстречу.

“ — А быстро они сюда притащились. ” — Или это я долго пробыл в том зале для испытаний? “ — Ладно, посмотрим, что этим двоим нужно. ”

Завидев меня, солдат тут же услышал сигнал на сбор, и отсалютовав, целенаправленно свалил на площадку. Искатели напротив пошли ко мне, а первой заговорила Риона.

— Приветствую вас, достопочтенный владыка Нардерона. — Она элегантно поклонилась заученным движением. — Мы пришли, чтобы просить вас взять нас на службу. Безмерно желаем помочь с защитой людей Кхегана.

— Я слушаю. Чем вы можете быть мне полезны?

— Два не самых слабых клинка. А если это потребуется, я могу хоть листовки искателям раздавать, чтобы вступали в вашу тёмную орду. — Равнодушно ввернул Ренцо.

Говорили они уверенно и ничуть не боясь последствий, парень – так вообще довольно дерзко, и лишь лёгкие подрагивания пальцев у девушки, да опасливо сдвинутые брови и напряжённо скрещенные руки её спутника выдавали настороженность.

Не знаю, чего они наслушались от солдат, но осведомлены были неплохо. Тогда хрен ли права качают? Вообще, я не против, чтобы они поработали на меня. С нюансами. Не хочу сходу доверять непонятно кому, так что…

— У вас уже есть опыт в Гильдии Искателей, — получив неуверенные кивки, я продолжил, — Тогда буду рад вашей службе. У вас будет особое поручение, и платить буду золотом.

— Согласна! Благодарю вас.

— Согласен.

Коротко переглянувшись, они ответили почти хором, а я кивнул, пока что довольный ответом.

— Тогда вечером вас пригласят на разговор. Сейчас можете быть свободными, пусть вас накормят.

А мне нужно отстроить что-то вроде гостевого дома. А то все, кто приходит с визитом, или торчат за воротами, или слоняются без дела, а отправить мне их некуда, кроме столовой в казарме или собственной приёмной.

И тогда уже, оставив искателей, я вышел к построенным солдатам. Те встали неровными рядами и нетерпеливо мялись в строю, что-то бормоча под нос. Однако одного вида Дуччи, недовольно дёрнувшей ушами, хватило. Маленькая, хрупкая и очень опасная фея за этот короткий срок умудрилась худо-бедно добиться дисциплины, так что мне даже стараться не пришлось. Надо будет и искателей отдать ей на воспитание… в первую очередь – Ренцо.

Начал я с короткой воодушевлённой речи о нашем общем будущем, затем представил новоиспечённую Елену Нардерон – Аален, как королевского казначея, торжественно наградил её титулом. На её лице больше не было следов избиения, и она чётко следовала своему месту в иерархии, так ничего и не выкинув.

Также я уже официально назначил Нориса новым комендантом. Оба – и контрабандистка, и парнишка, присягнули мне, примерно в формате: “клянусь служить человеку передо мной”, избегая конкретных имён и прочих спорных формулировок.

— Ну а теперь, пора бы сделать то, что не мог выполнить прошлый комендант…

Передав Аален мешок с монетами, я поручил ей раздать солдатам деньги. Дело и полезное, и уважаемое, и по-своему приятное – когда выполняешь свою роль и служишь гарантом для своих людей. Те тоже были довольны до жути – простому солдату не так много нужно для радости.

— Теперь выплаты будут регулярными. Нардерон всегда исполняет свои обязательства.

К нам подошёл, покачиваясь, и Багарион. Тоже получил свои монеты и упал на одно колено, признавая моё лидерство. Он всё ещё то и дело недоверчиво ощупывал лицо, на котором не осталось ни единого шрама.

От бойцов я сознательно не требовал никаких клятв – только от тех, кто обладал большей информацией, чем положено. Это было сознательным решением. Как минимум, я хотел добиться их расположения, а не просто подчинить из-под палки односторонним договором, механики которого я до конца не понимаю.

Выдав всем напутствие достойно нести свою службу, я закончил это представление и с трудом сдержался от того, чтобы потянуться и утомлённо выдохнуть. Перед глазами уже бегали крохотные точки и тёмные пятна, намекая, что мне нужно отдохнуть.

— Я не могу не признать силу человека, который меня так отделал. — Произнёс, улыбаясь, Багарион, когда я позволил всем разойтись. — Мой клинок будет сражаться за вас, пока обращён на благо простого люда.

Наконец-то я мог позволить себе взять ужин и вернуться в башню, снять броню и откинуться на кровать. Осталось только расслабиться в ванной и поспать, потому что я чувствовал подступающую тошноту и озноб от истощения.

Проваляюсь в постели хоть сутки, пока не буду чувствовать себя свежим, как огурчик. Хотя я не был уверен, что даже из бадьи с водой смогу самостоятельно вылезти.

— Господин… ещё остались искатели. — Тихо напомнила фея, а я чуть не выронил деревянную ложку.

— Твою ж мать! Надо было назначать встречу на завтра…

Ради чего я вообще взвалил на себя столько самой разной хрени? Послать бы всё к чёрту и лечь спать...

“ — Так, а ну взял себя в руки, кусок ленивого дерьма! ” — При Дуччи я позволил себе усталый выдох и звонкий хлопок по щекам, чтобы прийти в чувства. Это ради брата. Пусть мне его никто не вернёт, но я теперь двигаюсь вперёд за нас обоих.

Последний рывок остался. Не рухнул в подземелье: не подох от пауков, не свалился с колонны, даже с кошаком подрался. Значит, как-то дотяну и сейчас.

Но немного отдыха я всё же себе позволил.

— Разбуди через полтора часа и позови в кабинет. — Коротко бросил я, в очередной раз воспользовавшись остатками гардероба бывшего коменданта.

Был он не особым модником, хоть и относительно богатым, а большая часть его одежды на меня не подходила – слишком мала. С тем, как часто я пачкаю кровью, рву и сжигаю всё, что надеваю, нужно заказывать целую партию костюмов в каком-то модном доме.

Переодевшись в последний комплект, который на мне более-менее сходился, я встал и в очередной раз вернулся на уже ненавистное мне рабочее место. Ничего, ещё немного, и делегирую всю мелкую рутину, оставив для себя только самое важное.

— Благодарю, что пришли. — Я встретил Риону и Ренцо приветливой, но сдержанной улыбкой уже в обличии Леона. — Нам сейчас понадобятся лишние руки. Но у нашего государя для вас… особое поручение в Кхегане.

— Быть в городе и собирать информацию? — Догадался парень.

Налив им по бокалу вина, я уселся поудобнее. Сам пить не рискнул – и так голова кружилась до ужаса.

— Всё верно. Приезжать и отчитываться будете раз в неделю, под предлогом того, что покупаете части тел Зверей. Будете торговать с Гильдией Искателей, а заодно выполнять разные мелкие поручения. Вашей платой будет повышенный процент от сделок и золотой в месяц сверху.

На этот раз они переглянулись с меньшим энтузиазмом, но сразу согласились, кивая друг другу.

— Когда начнётся вторжение, по желанию вступите в войско, но сейчас вы нужнее нам в городе.

На том и договорились. Для начала я поручил им узнать, откуда в город пошла информация про Зверя-Катастрофу, и распространить нейтральные, местами противоречащие друг другу слухи о Нардероне, заодно проследить, что именно рассказала Торговая Гильдия. Как только отдохнут и получат дополнительные распоряжения.

Ренцо вышел сразу, девушка чуть задержалась.

— Вы в порядке, сеньор Леон? Выглядите уставшим.

— Нормально. Последнее время было очень много… государственных дел. — Хмыкнул я.

— Не хотите ли вы выдать мне… дополнительные распоряжения? — Она склонила голову набок, с лёгким вызовом и огоньком раздувая ноздри, мягко опуская реснички.

Искушает, зараза. Причём не столько из искренней страсти, сколько с прицелом на будущее и личную выгоду. Я видел взгляд этой засранки. И всё же, мне требовалось выпустить пар. Мигом и усталость отступила на второй план, пока я изучал фигуру красноволосой красотки.

К чёрту всё, я объявляю отдых!

Глава 22

Всё-таки женщины украшают нашу жизнь. Это пробуждение не шло в сравнение ни с чем, что я испытывал в новой жизни. Не мешала тому ни лёгкая головная боль, ни ощущение тяжести на мне. Напротив, эта тяжесть была приятной.

— Доброе утро, сеньор. — Промурчала и сладко потянулась Риона, которая меня и разбудила – тем, что выводила пальцем сложные формулы у меня на животе.

Когда я понял, куда упираются её мягкие груди, сработала мгновенная естественная реакция моего тела, и от красноволосой это не укрылось. Она тут же глубоко вздохнула, потянулась и заелозила, а ощущение плотно прижавшейся нежной кожи крепко дало в голову.

— Доброе. И долго ты так лежишь? — Поинтересовался я с лёгкой ухмылкой, не подавая вида, как сильно хочу эту нахалку прямо сейчас.

— М-м… пару часов, около того. Нечасто я могу позволить себе поваляться с утра… тем более, на таком красивом и крепком теле.

Кстати об этом, даже мне самому трудно спорить, что в момент переноса над моим телом поработали на славу. Я и раньше не был совсем уж дохляком, но сейчас чувствовал себя уверенно, как никогда в прошлом. Будем считать это ещё одной скромной компенсацией за моё попаданчество.

Говоря же на счёт Рионы, на Земле я знал и куда более привлекательных девушек, с тонной штукатурки они переигрывали её без шансов, но у этой дамы была какая-то особая харизма. Авантюристка с некоторыми аристократическими замашками, в меру наглая и знающая, чего она хочет. И чутьё кричало, что у неё сто процентов есть другие мотивы, кроме отлично проведённого времени или банальных денег.

Что ж, надеюсь, мне не придётся слишком многим заплатить за эту ночь. Потому что я определённо был не против повторить.

Когда Риона провела ладонью вверх, я поймал её руку и резко подмял под себя, чтобы ещё раз насладиться ей. А спустя час мы оба, взмокшие и разгорячённые, продолжили лежать рядом. В постели девушка оказалась именно такой, как я и ожидал: инициативной, шумной и бесстыдной, какой представляешь типичную наёмницу. Я раздумывал над ещё одним раундом, когда к нам в комнату постучались и принесли еду.

Без намёка подали две порции. Оно и неудивительно – шумели мы ночью знатно. Старушка-слуга, не поднимая глаз, буркнула что-то условно-уважительное, и ушла восвояси, косясь на меня, как на последнего развратника. Что, вообще-то, меня ничуть меня не расстроило, а лишь сильнее приподняло настроение.

— Присоединяйся. — Сев на кровати, я принялся с девушкой за завтрак. — И выкладывай, чего хочешь.

Она вздрогнула – видимо, не ожидала, что я разгадаю её и пойду вот так в лоб. Но я лишь усмехнулся. Прочитал намерение по её глазам ещё вчера.

— Я… хочу просить вас об одолжении. — Запинаясь и вытягивая звуки, прямо выдала Риона.

Моя прямолинейность так сильно застала её врасплох, что она лишь спустя пару секунд закрыла рот рукой и замолчала.

— Проси, раз так. Возможно, я смогу помочь.

Возможно, захочу – если быть точнее. Но я не вижу никаких причин отказывать в скромной просьбе той, что помогла мне выпустить пар спустя столько времени, если это не заставит меня подставлять под удар глобальные планы и теперь уже своих людей.

— Сеньор Леон, вы или кто-то из ваших людей планируете ещё один визит в столицу?

Отпив глоток из стакана, я взял паузу. С чего она взяла, что я поеду в Сакро-Вериту? Точнее, с чего она вообще решила, что я недавно был там с визитом?

Увидев моё удивлённое выражение, Риона продолжила.

— Мне нужно попасть туда, и сказать буквально пару слов одному человеку. Это в общем-то всё. Могу я побыть среди вашей охраны?

Девушка смотрела на меня с надеждой, а я непроизвольно сдвинул брови и потёр подбородок. Чёрт с ней, если поеду в столицу – возьму с собой. Просто буду держаться настороже.

— Я над этим подумаю, когда расскажешь мне всё, — Сдержанно кивнув, ответил я, — Обсудим, как буду отправляться.

— Я-ясно. Спасибо вам. — Этого ответа ей хватило, хотя красноволосая и выглядела чуть более поникшей, чем до этого.

Мысленно я выдохнул. Ночь с Рионой помогла мне устаканить хаос в голове, но как бы я не попал с ней в какую-то историю. Или не с ней, а с кем-то ещё. Надо всё-таки пресечь эту практику – заводить отношения с подчинёнными или интрижки с двойным дном. Даже на одну ночь.

Мы принялись за еду, и стоило мне закончить, как в дверь постучали, и внутрь просунула голову Аален. Она сначала оценила обстановку, и только потом заговорила:

— Сеньор Леон, требуется ваше присутствие. — Невозмутимо сказала та с ироничным взглядом.

Она многозначительно оглядела наши обнажённые тела, прикрытые тонкой тканью. Зрелище, наверное, живописное – хоть картины пиши. Только вместо гроздей винограда и кувшина вина – крупа с овощами и немного тушёного мяса. И тоник. Но контрабандистка не посчитала нужным как-либо комментировать это.

— Хорошо, я займусь, сеньорита Елена. — Не остался в долгу я.

Меня ждали дела государственной важности, да и я неплохо так расслабился. Поэтому быстро доел, собрался и вышел вместе с Рионой, на ходу натягивающей свою походную одежду.

— Я запомнил твою просьбу. Езжай с Ренцо в город, как договаривались. Я постараюсь добыть что-то к вашему визиту через неделю.

— Как пожелаете… — Хмыкнула та, уходя прочь и маняще качнув бёдрами напоследок.

Пока я до конца не решил, стоит ли разбавлять её регулярные отчёты приятным дополнением, но за неимением кого-то другого нет и причин отказываться. Но и лишней симпатии выражать я не стал. Риона – подчинённая. Более доверенная, чем Аален, но она не должна в случае чего стать инструментом давления на меня, или получать с этого лишние привелегии.

Контрабандистка, кстати, уже ждала меня в кабинете.

— А вы неплохо отдохнули... сеньор. — Подметила та со всё тем же ироничным взглядом, но больше не считая нужным сдерживать себя.

— Если бы. — Я прикрыл рот, зевая и недовольно сдвинув брови. — Я даже толком не отдохнул с вылазки.

Мы вместе обсудили некоторые схемы, с помощью которых бывший комендант отмывал деньги. Ничего, что меня бы удивило, но было непонятно, куда делась большая часть средств. Аален же на удивление грамотно вскрыла всё это и пояснила в подробностях по каждой подозрительной бумаге. Оставить её в живых было хорошим решением.

Подумав, я решил не скрывать от контрабандистки, что произошло в подземелье, с чем я столкнулся за последнюю пару дней. Выложил всё в подробностях – в том числе, и перспективу получить поддержку кошколюдей. Одна голова – хорошо, а две – ещё лучше.

— Хм… я не знаток истории, но что-то слышала о последней битве Кровавого Тирана и князя Тьмы. Она действительно происходила здесь. В союзниках у князя была тысяча практиков скардов, и они начисто заморозили лес. Подробностей не знаю, но там до сих пор аномальная зона.

Довольно ловко чиркая что-то пером на листе бумаги, та отстучала кончиком короткий ритм и одобрительно кивнула сама себе.

— На фронтире всегда было много нелюдей и разного отребья, но я не знала, что тут есть целые племена зверолюдов. Если нужна помощь с вербовкой – я могла бы впарить им безделушки из столицы. Уверена, что они продадутся до самых кончиков ушей.

Помня, как меня приняли эти безбашенные хвостатые, я понял, что больше шансов договориться будет у Дуччи, а эта только дров наломает. Она сразу же попыталась их подкупить, а те скорее уж полезут в драку, чем позарятся на хлам. Насколько я успел их изучить.

Мав как раз просили меня привести им свидетеля… только устроит ли их фея? Свидетель из тёмной расы, служившей князю Тьмы? Тоже мимо, хотя как раз она могла за себя постоять в бою.

— Разрешите войти! — Знакомый бойкий голос раздался из-за двери вместе со стуком.

— Входи, Норис.

Парнишка опасливо заглянул внутрь, едва заметно выдохнул, дёрнув плечами.

— А государь…

— Должен быть у себя, не беспокоить до распоряжения.

На меня он тоже смотрел настороженно, но образ своего парня играл на меня, и тот уже почти не напрягался в моём присутствии. А ещё он появился, как нельзя кстати.

— Разрешите доложить. Дело в том, что…

— Подожди с этим, пока я не сбился с мысли. — Я резко прервал его. — Товарищ комендант, отправишься с нашим государем в Стынь, к горячим кошкоженщинам?

Наблюдая за нами, Аален прыснула в кулак, заставляя ошалевшего парня смутиться.

— … — Он широко открыл рот, распахнул глаза, нахмурился, потом опять посмотрел на меня. — Кхм... Я... э-э... сделаю всё, что нужно для благополучия Нардерона!

Прикрыв лицо и неловко откашлявшись, Норис взял себя в руки и очень пафосно, с большим рвением отдал честь.

— Отлично. На тебе важная дипломатическая миссия. Нужно будет отправиться со мной в лесное племя мав и рассказать о возвращении государя. Подтвердить всё, что я скажу, сразиться с сильнейшим их бойцом и захомутать самую горячую женщину.

Говоря это с серьёзным лицом, я улыбнулся и сам, махнув рукой и перестав валять дурака:

— Ладно, теперь по делу. Государь хочет укрепить оборону, а от столицы ждать помощи – гиблое дело. Мы обратимся к его прежним союзникам, которые до сих пор обитают в этом лесу. Но ты сам понимаешь, много лет прошло. Им нужен человек… кто-то, занимающий важный пост, ответственный, кто сможет дать своё слово, что это правда.

Тут же вмешалась Аален:

— Ты уверен? Подкупить их будет легче лёгкого. Они же нелюди – живут в лесу, молятся на деревья, грызут ветки, и… что там ещё делают нелюди? Вашего коменданта по ошибке сожрут на обед, пхех... сеньор Леон.

Ну что я мог ей на это сказать? Только то, что она во всём не права, и её собственная гордыня мешает смотреть шире. Неизвестно, какую выгоду нам сулит сотрудничество, но выдав себя за Леонарда, я смогу свободно ими командовать. Они даже кормиться могли бы сами! Служить чисто на добром слове и памяти о предках.

— Маркиза, будьте добры при подчинённых соблюдать субординацию, — Я посмотрел на парня, неодобрительно поморщившись, — Вот поэтому я и хочу, чтобы этим занялся ты. Ответственный, решительный и нужный Королевству, как никогда.

— Как вам будет угодно! — Отсалютовал тот снова, преисполнившись.

И стоило ему покинуть кабинет, Аален уже привычно уселась на диване, покачала головой и запрокинула её на спинку:

— Леон… без обид, но вот об этом я и говорила. Ты поставил во главе крепости какого-то мальчишку, когда тут столько опытных бойцов. Твоим войском командует фея-оборванка, которую я несколько раз штопала в трущобах. У тебя достаточно наглости, креативности и смелости, но нет опыта для нормального управления.

— Даже задним числом пытаешься оправдать свою выходку? — Я беззлобно хмыкнул, — Тебе ещё долго придётся доказывать, что стоила второго шанса. А пока – расслабься, ты просто не видишь в людях их потенциала. Ну а если ты права и его сожрут – невелика потеря, получается. А ты нужна мне тут, сиди и ройся в бумажках, у меня на них аллергия.

Несмотря на несостоявшийся переворот, мне понравилось то, что она искренне пытается поддержать мою затею. Доверие – доверием, его так просто не вернуть, но в этот момент я окончательно почувствовал, что на Аален пока можно поручиться в тех вопросах, которые я решил ей поручить. Особенно с таким количеством ограничений клятвой.

— А, к слову… он же приходил с донесением. — Вдруг вспомнила девушка.

— Плевать, если что-то важное – вернётся, выслушаешь его. Это теперь и твой кабинет, привыкай.

Плавно, потихоньку, кабинет перерастал в офис. У нас резко стало больше управленцев, и если десятники и Багарион просто имели личные одиночные комнаты, то теперь стоило задуматься над расширением. На территории крепости было ещё много места.

— Хотя нет. Записывай.

— Хм?

— Слугам организовать отдельную пристройку, первый этаж башни – приёмная, канцелярия, большой зал совещаний и комната планирования. В приёмную и мой кабинет переезжаете вы с Дуччи, нечего спать в казармах и комнатах слуг. А третий этаж был и остаётся моим рабочим пространством.

Потупив всего долю секунды, Аален быстро всё записала. Перечитала, взглянула на меня:

— Это всё?

— Пока да. Темницу можно пока переоборудовать в склад, я вообще не знаю, зачем она тут нужна. И можешь взять кого-то из десятников, чтобы помогли наметить будущее поселение за стенами.

— А, поняла… — Она достала какую-то бумажку и пробежала по ней глазами. — По документам тут должна была быть ферма.

— Именно. Не только… Племя мав – не единственные, кого я планирую завербовать. Разрешаю взять сопровождающего и покинуть крепость, если это нужно будет для связи с Ривьером. Будем налаживать с ним плотную работу, твоя прошлая специализация тоже пойдёт нам на пользу. Пусть найдёт и притащит нам толковых рабочих, я скоро пополню казну и смогу достойно платить.

Ещё я продиктовал девушке письмо для правителя Кхегана. Пока не объявление войны, но я заявил о себе. Теперь будем пытаться идти в дипломатию, чтобы присвоить город себе максимально бескровным и дешёвым путём.

Оставив контрабандистку наедине со своими поручениями, я отправился искать Дуччи. Она обнаружилась на тренировочной площадке – мерялась силами с Багарионом под ободряющие выкрики солдат.

Кого поддерживали больше – непонятно, но громила уступал фее, несмотря на разницу в весе и свой огромный двуручный меч. Он пытался давить силой, и в этом её превосходил, но ловкая и юркая девушка обходила его защиту и предугадывала даже самые коварные движения.

Кончилось всё тем, что она сидела с ножом у его горла, вымокшая, уставшая, но добившаяся своего.

— Твоя победа… генерал. — Хмыкнул тот.

Багарион, Дуччи и все, кто наблюдал за их боем, дружно меня поприветствовали, я отсалютовал им в ответ, кивнув, чтобы не отвлекались и не парились на счёт моего присутствия. Тренировка продолжилась. Ещё минут двадцать я следил за тем, как здоровяк гоняет солдат под строгим надзором хрупкой феи, а в конце я сам предложил Багариону скрестить мечи.

— Ты – сильнейший воин гарнизона, и государь просил меня проверить твой уровень.

— Отчего бы и нет, граф? Окажите такую честь вояке, я всегда рад хорошему бою.

Ещё раз осмотрев Багариона, я замолчал. Оценивал его по-новому. В прошлый наш бой сыграл именно эффект неожиданности, но теперь и ставки были ниже. А в образе Леона и проиграть не стыдно – для этой маски я так и так не планировал поддерживать образ сильного бойца.

Взял простой тренировочный меч – самый обычный прямой одноручник. Прокрутил в руке легко, будто он ничего не весил. После повторного приветствия мы приступили к бою.

Первый удар на этот раз был за Багарионом – я больше изучал, прислушивался к телу. Проигрыш был бы мне даже полезен, поэтому я старался извлечь из спарринга максимум.

Мне удалось парировать чудовищный взмах – всколыхнулась тёмная энергия, наполняя руки мощью, а удивлённый здоровяк на мгновение показал брешь в защите.

Я пытался воспользоваться этим, пошёл вперёд, но был отброшен ударом двуручника плашмя.

Дальше я продолжил без тёмной энергии. Ещё один молниеносный, но бесхитростный удар сверху вниз обрушился мне на голову, я уклонился и чуть не поймал летящий следом увесистый пинок. Враг пока тоже не дрался всерьёз.

— Прости за трюки, граф. Если желаешь драться “благородно и честно”, как это у вас принято – я ограничусь одним мечом. — Он старался держать маску и говорить доброжелательно, но я уловил под ней скрытую насмешку.

Вот же самодовольный гад! После пары его взмахов, держащих меня на расстоянии, я плюнул на всё и перешёл в нападение. Подобраться к этому неуклюжему на первый взгляд здоровяку было той ещё задачкой, и я понимал, что в любой момент могу пропустить взмах тяжёлой шпалины и просто отключиться.

Сейчас я понимал, что не смог бы одолеть его в честном бою, при этом не убив. И то, только если выпущу всю доступную силу, но тогда и он меня раскроет. Насколько же мне повезло подловить его на подлянку с именем, и насколько повезло, что он не запомнил, насколько неопытным бойцом я себя показал!

Сила бурлила во мне, просясь наружу, но я упорно сражался своими силами, несколько раз пропуская молниеносные взмахи воина в паре миллиметров от тела. По грубой физической силе я не сильно ему уступал, но всё никак не мог синхронизироваться с чужим боевым опытом. Он же, судя по всему, отказался от светлой силы, и тоже сражался честно.

Наконец, в попытке парировать удар произошёл очередной рассинхрон сознания и тела, и после неловкого, не вовремя выставленного блока, я оказался отброшен назад.

— Похоже, мне не победить тебя. — Улыбнулся я, отряхивая последний целый костюм из запасов коменданта. — Вот, что значит достойный противник и прирождённый воин.

Багарион прокрутил громоздкий тренировочный меч, вонзив его в утоптанную землю, поиграл мускулами и довольно усмехнулся. Похоже, никто и не ждал, что изнеженный аристократ будет так держаться против сильнейшего воина гарнизона. Удивительно – никто и не думал упрекнуть меня в том, что я, мол, слишком быстро сдался.

Я ещё понаблюдал за тем, как они машут оружием, отрабатывая базовые приёмы – упрямо пытался обращаться к мышечной памяти. Тренировка у воинов быстро закончилась.

— Позволь сказать, граф. Сдерживаться было необязательно. — Багарион подошёл ко мне и обратился уже тише, когда я отошёл от толпы.

— О чём это ты?

— Ты будто привык сражаться иначе... Хотя нет. Не знаю, какие у тебя на это причины, но я буду молчать. — Его долгий пронзительный взгляд прошёлся по мне, вызывая странное раздражение.

Опять это чувство – полное непонимание того, что со мной происходит. Как в бою с мав – смена стойки изменила многое. Я будто стал разом вчетверо сильнее, просто принимая более комфортную позу. Правильную или нет – она была привычной… Тут тоже нужно нащупать свой стиль. Просто больше спарринговаться.

— Давно не практиковался. Как-нибудь сразимся ещё, поможешь мне вспомнить, с какой стороны держаться за меч.

— Почту за честь. — С долгим кивков и куда более уважительным взглядом тот ушёл, удовлетворившись таким объяснением.

Закончив с ним, я подошёл к отдыхающей возле площадки Дуччи. Нужно было продемонстрировать ей свои находки из гробницы и посоветоваться… Однако, стоило мне догнать её, и спустя всего пару мгновений к нам выбежал Норис.

— Простите, граф, генерал… я забыл доложить! Пленник решился заговорить.

— Погоди, давай по порядку. Какой ещё пленник? И почему я об этом ничего не знаю?

Глава 23

Темница находилась всего в нескольких метрах под землёй, но тут было чертовски холодно. Пожалуй, идеальное место для ещё одного погреба, где я мог бы хранить туши Зверей, если бы не внезапно объявившийся пленник.

— Ну, показывай, где там этот ваш счетовод. — Буркнул я, поёжившись.

Поздно уже сбегать и переодеваться в доспех, но холодина была такая, что аж пар шёл изо рта.

Норис шёл впереди, освещая путь фонарём. Он ввёл меня в курс дела: при прошлом коменданте у них был человек, который помогал ему с ведением делопроизводства. Вроде как вместе они вели и тёмные делишки. В какой-то момент без объяснений пришёл приказ схватить его и засадить в клетку.

Вроде бы там были какие-то тёрки со столицей, и счетовод оказался связан с этим... Сдал своего нанимателя, проще говоря. Парнишка не мог сказать мне больше – сам не в курсе, но комендант посадил того на цепи и отдал распоряжение не кормить и держать в большой металлической клетке, прикованным цепями пока не будет готов к беседе. Было это незадолго до того, как я захватил власть.

— Так почему нам не сказали раньше?

— Мы… не знали, как лучше это сделать. Просто в такие дела толком не посвящали даже десятников... — Замялся Норис. — Простите. В конце-концов, у нас только два тюремщика, и они всего лишь следовали указаниям.

Мне было ни тепло, ни холодно, что там с пленником, но нутро подсказывало, что его сведения могут пригодиться. Оказаться полезными, раз это было важно для коменданта теперь уже моего Бреса.

— И… ещё одна причина, почему мы не знали, как поступить. Кхм… Счетовод – племянник Верга Террарса. — Парень сбился с шага, будто мне что-то должно говорить это имя.

Террарс, Террарс… где-то слышал, на языке вертится. Уж не от коменданта ли? Какая-то важная шишка в Кхегане. Тогда точно стоит сходить.

— Террарс – это род, который управляет городом? — Получив кивок, я приободрился. Там точно должно быть что-то полезное. — Так и вы уверены, что стоило держать его на цепи?

— Сначала это был приказ коменданта… теперь мы не знали, что делать. Пожалуйста, решите вы как-то этот вопрос, а то нам всем отрежут головы!

Головы, значит… В стычке двух нобелей они оказались меж двух огней, так что это имело бы смысл, случись тут переворот чьими-то ещё силами. В конце-концов, местный гарнизон – сходка охотников, бывших искателей и местных деревенщин. Но раз здесь я главный, то и решать, и отвечать за всё теперь мне.

— Этого не случится, поверь. — Хмыкнул я, проходя через массивную дверь. — Давай хоть послушаем, что он там напоёт.

У входа дремал тюремщик, чуть дальше стоял ещё один солдат с факелом. Нервно переминался с ноги на ногу, но завидев меня и приветствуя, ощутимо расслабился.

— Ладно, давай разберёмся с этим быстро. У меня ещё были на сегодня дела.

Дел как таковых и не было, кроме отдыха, наблюдения и пассивного планирования с блокнотом в руке. Плюсом, обсудить мои находки с Дуччи, как с главной по всем вопросам, связанным с Тьмой... Всё равно придётся ждать момента, пока обо мне заговорят все в Кхегане, и лишь потом настанет момент для следующего этапа плана.

Стоило мне зайти в камеру, и исхудавший тип в заношенной одежде, от которого прилично воняло, поднял глаза. Парень выглядел лет на семь старше, чем был, в каждом движении читалось то, как он пытался сэкономить силы, а на парня появилась вымученная ухмылка.

— Вы обещали мне команданте. Что, лично он так и не явился? Семье Монтелупо… стоит поучиться манерам…

— Комендант прямо рядом со мной. — Я в ответ кивнул на Нориса, непроизвольно дёрнув уголком губы, когда собеседник растерялся. — А ты давай, выкладывай, что собирался.

Он в растерянности смотрел перед собой.

— Я… буду говорить только с команданте Монтелупо. — Мрачно заявил он.

Бойтесь своих желаний, как говорится. Придётся объяснить парню, что он совсем этого не хочет.

— Можно легко устроить. Всего лишь одно движение ножом по горлу, и вы встретитесь очень скоро. — Сдержанно намекнул я.

— Нет… погодите. Как это… неужели вы его прикончили? — Тот в растерянности и неверии посмотрел мне в глаза, лицо его вытянулось.

— Много всего изменилось, дорогой друг. И ты обязательно об этом узнаешь, если будешь нормально отвечать на вопросы.

Тут уже он позволил себе искусственную улыбку, притворно и натянуто просиял.

— А-а, так вы из Надзора! Всё-таки добрались в нашу глушь… кха-кхм… — Он аж закашлялся от энтузиазма. — Я ведь присылал вам письмо, где всё подробно изложил… могу ещё раз повторить в деталях, если это поможет делу. Только не будете ли вы любезны снять меня отсюда и дать хотя бы немного хлеба?

Прекрасное чувство, когда всё додумывают за тебя. Парень сидел тут в полном неведении, ему не рассказывали ничего о происходящем на поверхности, а мне это вышло только на руку.

— Да, я из Надзора. — Я мигом поменял тон голоса. — Сначала повторите, чтобы я сверил показания и знал наверняка, что вас можно выпустить, а не оставить сидеть тут, как соучастника. — Сурово произнёс я, пока за спиной жестом старался показать Норису, чтоб держался позади и не влезал. Благо, он понял, либо и вовсе не собирался ничего говорить.

Моя примитивная угроза сработала на замученного пленника. Лицо парня ещё сильнее прежнего вытянулось, и он заговорил. О том, какие схемы проворачивал комендант с выделяемыми средствами, о плачевном состоянии крепости, и о том, как ему (против воли, конечно же) приходилось с этим помогать, исключительно чтобы узнать больше, никак иначе!

Всё это продолжалось, пока не пришла новость о том, что у старшей ветви рода Монтелупо начались проблемы. И тогда парнишка понял, что нужно действовать. Всё как на духу выписал доблестным людям из Лазурного Надзора, чем бы ни была эта организация, и отправил письмо, о чём вскоре узнал сам команданте.

И тот оставил его вот так вот, чтобы выпытать, к чему готовиться. Счетовод же тянул время и надеялся, что его снимут отсюда и не осмелятся резать и прижигать железом.

— Всё ясно, да. Может, вы тогда в курсе и о плане Верга Террарса на оборону города при вторжении? — Прокинул я удочку с очень понимающим и сочувствующим выражением лица.

— Я? Что вы! Если только совсем немного… — Тут он стал подозрительным и затих, дёрнувшись в своих цепях, — А вам нужна эта информация для расследования? — А понизив голос ещё сильнее, добавил, — И разве… Надзор не в курсе?

— Несомненно в курсе. Важны все мелочи. — Я также чарующе улыбнулся, даже взяв у тюремщика ключ и принявшись потихоньку заниматься цепью. — Мне нужно услышать это от вас.

Сразу же, как тот затих, я перестал что-либо делать, и пленник, сломавшись, начал ещё один рассказ. Может, чтобы поскорее выбраться, а может решил, что некий “Надзор” так и так имеет всю информацию.

Даже в своём состоянии он был очень изощрён и осторожен в формулировках, поэтому мне пришлось напрячь извилины и хорошенько подумать, чтобы понять, какую конкретно грязь задумали местные.

Но если опустить размытые формулировки и воду, получится, что город собирались сдать. Искатели – убиться об врагов, солдаты – затесаться среди местных жителей, и ударить тёмным в спину, когда армия расположится там. Вместе с тем подтянутся основные силы Теодорики. Почему-то это должно было вызвать у врага панику, непонимание, куда бить, и прочее.

Но разве война будет не со злобным князем Тьмы? В моём понимании, он должен жестоко вырезать всё и вся на своём пути, и это как минимум. И по рассказам, и по простой логике. Но этот план звучал так, будто он должен печься о гражданских чуть ли не больше, чем их правители, готовые пустить тех в расход ради преимущества в бою.

А как я поступил бы на его месте? Наверное, если бы шансы оказались малы, сделал бы примерно также без особых раздумий. Похоже, Онумар не так прост, поэтому возможно стоит попытаться поговорить, а в перспективе и заключить какое-то соглашение. Насчёт ненападения и насчёт моей свободы от его давления. Хотя последнее уж слишком оптимистично…

Но разговоры – разговорами, а здесь и правда было чудовищно холодно. Пленник не окочурился только благодаря небольшой печке, к которой даже не мог полностью подползти из-за длины цепи.

— Вот и чудесно. — Я-таки освободил парня от железок, укладывая на пол. — Выдайте ему одежду, накормите и ждите дальнейших распоряжений.

— Есть! — Отозвался тюремщик, который, проснувшись, стоял сзади с виновато-напряжённым взглядом, вытянувшись по струнке.

— Но… разве… вы меня не отпустите? — С нотками паники заговорил пленник. — Выпустите меня отсюда! Пожалуйста! Вы обещали!

За мной таких обещаний не было, поэтому я вышел наружу. Нужно дождаться ответа от Верга Террарса, и тогда можно уже решать, нужно ли выпускать парнишку, или использовать его, как козырь. Вряд ли дядюшка знал о его судьбе, если ещё сюда не вломился... поэтому его поведение решит, какими методами мы будем договариваться и какие отношения строить.

— Сделаю всё возможное, чтобы этому поспособствовать. — Сдержанно ответил я и вышел.

Дверь в клетку захлопнулась, а пленник пополз к решётке, вцепившись в неё и что-то крича. Уже отойдя немного в сторону, я приказал дать ему таз с водой и полотенца, а после переодеть и перевести его в обычную камеру, с кроватью и всем, чем положено. Пока бывший счетовод обладал неопределённым статусом, но был всё ещё ограничен в свободе передвижения. Я не упущу и возможности показать себя в хорошем свете, если дядя окажется сговорчив.

— Что ж, на этом пока всё? Или есть ещё интересные сюрпризы?

Норис, идущий позади меня с неопределённым мрачным выражением, опомнился, вздрогнул и замотал головой.

— Никак нет… всё остальное ровно так, как вам и докладывали. — Ответил тот, к концу фразы осёкшись. — …наверное.

В ответ я устало покачал головой. Этим ребятам ещё учиться и учиться до нормальной армии, а не расхлябанного сброда. Если, конечно, у них вообще есть потенциал – я пока не до конца разобрался в том, как работает прогрессия. Мне-то всё досталось на блюдечке!

Выйдет ли натренировать их так, чтобы они толпой могли противостоять кому-то рангом повыше, или же нет, они – всё ещё те, кто представляет собой Нардерон.

— Если внезапно что-то вспомнишь – не забудь донести вовремя, а не спустя неделю. В остальном, молодец – продолжай стараться. — Хлопнув парня по плечу, я наконец-то ушёл на поиски феи.

Искать долго не пришлось, девушка сама прибежала ко мне, едва завидев издали.

— Пошли смотреть, что я нашёл в своей разведывательной экспедиции.

Пока у меня нет контракта с Меневрой, нужен её острый взгляд, опыт и чутьё. Дуччи кажется потерянной и даже бестолковой, но уже не раз и не два доказывала, что это не так, демонстрируя глубокие познания в самых неожиданных областях, а также не раз показывая свою полезность.

— Вы про ту гробницу в землях мав? — Уточнила она, затем поясняя. — Я уже говорила с Аален, она рассказала мне обо всём.

— Расстроена, что не идёшь со мной?

Со смущённой улыбкой та качнула головой, сжав пальцы в замок.

— Не то, чтобы. Я понимаю, господин, что присутствие феи будет больше мешать, чем поможет расположить их к себе. — Девушка брезгливо поморщилась, говоря о кошколюдях, что не прошло мимо меня. А затем сморщила носик снова, вспоминая контрабандистку. — И эта девица… знаете, если она не прекратит себя так вести и высказываться о вас с пренебрежением – я её проучу.

— Имеешь полное право. — Я тихо хмыкнул. — Шучу. Если ты прикончишь нашего казначея, будет очень грустно. Понадобится от кого-то избавиться – я тебе сообщу. — Добавив уже серьёзным тоном, я повёл Дуччи в башню.

Неизвестные артефакты я спрятал прямо в своих покоях, сунул в тот самый сейф, который открывал и закрывал теперь призывом теней. Не самое надёжное место, раз я вскрыл его так легко, но в нём от них будто даже фонило меньше. И это лучше, чем закапывать во дворе.

— Смотри. Тут какой-то кубок и молоток. От обоих идёт тёмная энергия, но это всё, что я могу увидеть.

— Можно?

Бережно приняв у меня из рук чёрно-золотой кубок из цельного камня, Дуччи принялась его оглядывать и ощупывать. Потом ойкнула и чуть не выронила, покачнувшись… на дне же чаши появилась небольшая тёмная капля.

— Это… невероятно!

— Что такое?

— Не совсем уверена, господин, но кажется с этим мы можем создавать кристаллы силы!

Фея выглядела ликующей, практически сияла, катая каплю по дну чаши. Выглядела она при этом чуть более измученной, чем до контакта с кубком.

— Дай, а то убьёшься или отрубишься. — Я забрал артефакт у неё из рук, принявшись осматривать самостоятельно.

И правда, если надавить всеми пальцами в небольшие углубления на дне чаши, то можно всего лишь небольшим усилием влить огромное количество энергии. Я призвал совсем немного своей тёмной силы, и туда ухнул огромный поток, чуть не осушив меня на пятую часть.

На дне собралось ещё немного жидкости, сразу на пару глотков… Пить это нечто, напоминающее гудрон по жаре, я бы в любом случае не решился, но я примерно понимал, где такое можно применить.

— Так и как этим создавать кристаллы силы? — Продолжая гонять по дну добытую жижу, которая не спешила испаряться, как обычно было при высвобождении, я залип на чашу.

— Мне кажется, я никогда такого не делала… Но потребуется совместить камень силы и устойчивое воплощение энергии. Как то, что вы сейчас собрали.

Судорожно пытаясь вспомнить, что слышал про камни и кристаллы, я потёр виски, нахмурившись.

— Кажется… кристаллы помогают стать сильнее. И раз они были запрещены к распространению в столице, а камни используют, как валюту, то… — Я посмотрел на Дуччи, ожидая ответа.

— Всё верно, господин. Вторые не имеют окраса и не могут использоваться простыми смертными. Они требуют обработки, и даже так, способны передавать силу только через артефакты. От кристаллов больше отдача, из них можно черпать силу напрямую, и даже поглотить, чтобы стать сильнее.

Поэтому-то светить тёмный кристалл было бы ошибкой – если ты используешь такую штуку, значит на стороне Зла, попадаешь под влияние одного из Владык, и для церкви Эллеи – враг.

— Понятно. Камни безопасны, за счёт камней не получится стать сильнее на ровном месте и мешать тем, кто уже на вершине. У вас тут противостояние Добра и Зла, как-никак.

— Всё… сложнее. Есть ведь не только два типа энергии. Но так как люди могут менять тип своей энергии, оттого становятся непредсказуемы.

Махнув рукой, я достал небольшой то ли кузнечный, то ли строительный молоток.

— Ладно. Потом разберёмся с энергиями, обязательно расскажешь больше. Заодно попробуем создать кристалл. Давай для начала взгляни на это.

Молот вызвал у неё куда больше скепсиса. Девушка крутила его в руках так, и эдак, затем пожала плечами.

— Это очень хороший инструмент для кузнечного дела, с его помощью наверное можно ковать шедевры, но он полезен только для мастера.

Кивнув, я убрал его обратно в сейф, а затем вернулся к кубку.

" — Значит, с этой штукой я смогу усилить наше войско. "

Буквально по дороге наверх я размышлял о том, смогут ли мои солдаты вырасти качественно, а тут такой подарок. Но есть и минусы.

Во-первых, влияние Онумара. Всё-таки, это моя тёмная сила, или его тёмная сила? И если я поделюсь ей со своими подчинёнными, как условно-признанный правитель, не сделает ли их это его марионетками?

Пока что перспектива использования кристаллов таким образом меня не обнадёживала, потому что это несёт в себе слишком много рисков и неопределённости.

Ещё немного допросив фею, я выяснил наверняка, что не ослабну от таких процедур надолго – просто отдам свою энергию, а максимальный запас не изменится. Ну а кристаллы я создать решил чисто для себя, ради эксперимента и с целью набить свои карманы.

Мне предстояло много трат и оставалось не так много камней, поэтому я закинул только один – тот, что поменьше, в чашу. Потом принялся заливать ещё энергию. Под руководством феи направляя силу, я потихоньку осваивался в этом деле, но того, что мы уже нацедили, и близко не хватило даже на камень стоимостью в семнадцать золотых.

Снова и снова я сцеживал ещё, чувствуя, как немеют кончики пальцев, как начинает кружиться голова, ощущая привкус крови на губах. Когда я закончил, на мою ладонь лёг исходящий тёмной дымкой законченный кристалл.

В прошлый раз я толком не смотрел на ту маняющую дрянь, которую мне подсунул князь Тьмы. Но сейчас я изучил его пристальнее. Твёрдая грубая поверхность блестела, стала полупрозрачной, внутри плясали узоры теней. Само ощущение этой штуки в моей руке было совершенно иным. Поглотить эту силу обратно я мог, но усилиться за счёт неё – вряд ли. Она была моей, и я не спутал бы её ни с чем.

Из этого вышла бы охренительная батарейка, если бы хоть раз раньше я опустошал свой конский запас злой силы. Пока что это был первый эпизод, когда меня мутило не из-за воздействия со стороны и общего истощения, а от того, что я был реально пуст в энергетическом плане. Даже больше, будто ушёл в минус.

— Надеюсь, ты права, и это состояние правда пройдёт.

— Это и правда потрясающе. — Завороженно произнесла Дуччи, разглядывая кристалл на почтительном расстоянии. — Теперь вам нужно много есть и отдыхать несколько дней, чтобы восстановиться.

По правде, если сильно прислушаться к себе, я чувствовал, как по крохотной капле сила внутри восстанавливается. Кажется, чем меньше её у меня – тем слабее восстановление.

В чём-то фея права, и я мог бы воспользоваться этим, как предлогом, чтобы хорошо выспаться. Хотя ощущать себя уязвимым перед тем, что может произойти – штука паршивая, неприятная. Сейчас я бы не прошёл проверку ночного визитёра, надави он даже аурой вдесятеро слабее. Просто не смог бы и с места сдвинуться и получил бы нож в грудь.

— Кстати, об этой штуке. — Я подбросил кристалл в руке. — Как думаешь, она опасна? Если её использую я, или кто-то другой, это подставит его под влияние князя Тьмы?

— Ах… нет, конечно! Не переживайте об этом, вы же правитель! — Дуччи заговорщицки улыбнулась. — А правитель использует собственную силу, пусть и пользуется принципами Зла.

Раздумье было недолгим – я вложил кристалл в нежную крохотную ладонь, покрытую почти зажившими следами от ожогов, которые говорили мне о её преданности больше, чем целый десяток клятв на крови к ряду.

— Забирай. Используй это, чтобы стать сильнее. — Я не удержался от искренней и широкой улыбки, когда увидел, как та просияла.

В изумлении фея смотрела на моё творение, взяв его бережно двумя руками. Пальцы немного подрагивали, заблестели глаза, она глубоко вдохнула и посмотрела на меня с такой невинностью, что аж что-то ёкнуло внутри. Если так подумать, она была довольно милой, когда никого не резала и не пинала.

— Вы столько в него вложили, остались в уязвимом положении… всё было для меня? Мне правда можно? — Всё ещё неверяще переспросила та.

Чего это с ней? Я с недоумением смотрел, как в уголках её бардовых глаз собирается влага, стекая по щекам двумя крупными каплями.

Хотя… если подумать… то, как она отзывалась об этой штуке ещё в логове Аален, говорила, что раньше не получала подобных подарков от своего покровителя. Уже тогда мне показалось, что для неё это – нечто важное.

Мягко потрепав по голове растроганную фею, я ободряюще сжал ладонь на её плече.

— А для кого ж ещё? Забирай давай, здесь у меня всё равно по-настоящему нет никого, кроме тебя.

Аален была подкуплена, да и пыталась подмять под себя. Норис – просто мальчишка, которому я запудрил мозги. Как и всем находящимся здесь солдатам, как и всем, с кем у меня были какие-то договорённости, включая племя мав. Со всеми меня объединяла исключительно ложь или выгода.

Единственной, кто с первого дня бескорыстно посвятила себя моей цели и протягивала руку, была Дуччи.

— Спасибо вам… правда, спасибо! Я уже говорила это, но я умру за вас без раздумий.

Она сжала кристалл, и я с любопытством наблюдал за тем, как он растворяется, расходясь по её руке, впитывается в грудь тёмной дымкой. Интересное зрелище. Для меня это был просто эксперимент, но для девушки – нечто особенное.

Когда процесс закончился, я весь обратился в чувство – даже визуально Дуччи распрямилась, немного подросла… и больше округлилась, где нужно, кстати. Её злая сила выросла раза в полтора-два – я ещё не научился это определять, но весь мой запас ушёл непонятно куда, чтобы закрепить внутри феи лишь малую его часть.

Ну а как я хотел? Иначе это был бы ужасный чит. Но а так, девушка и в бою станет посильнее, и ещё больше будет радовать глаз. А ещё мне нравилось, как смотрится её довольная, абсолютно счастливая улыбка. Вот уж не думал, что могу вызвать у кого-то подобное выражение!

— Отлично. — Оценив изменения, я одобрительно кивнул. — Но умирать всё равно не спеши. Продолжай жить для меня.

Снова потрепав её волосы, я сказал, что собираюсь отключиться и хорошенько отдохнуть, а Дуччи, уже закончившая работать с бойцами, осталась со мной, чтобы охранять.

В общем, засыпал я снова в объятиях прекрасной девушки, но после прошлой ночи, да и чувствуя, как немеют ослабевшие конечности, я сразу задвинул все мысли о том, чтобы превратить совместный сон во что-то большее.

На восстановление у меня ушло два полных дня. Именно тогда пришёл посыльный с ответом от Террарса и Дарио. Вкратце, из них следовало, что Нардерону грозит серьёзная опасность, и даже моя собственная жизнь находится под угрозой.

Глава 24

Дарио любезно составил свой ответ на общем, "низшем" языке вольче, в то время, как весь из себя аристократ Верг Террарс решил выпендриться. Кортезо я не знал, поэтому пришлось обращаться за помощью к Аален.

Елена хмурилась, громко выругалась, лишь затем зачитала его мне вслух. И если уже из записки Дарио было понятно, что под меня копают, а я нахожусь в полной заднице, то после письма от графа всё стало только хуже.

— …недооценивает меня, сукин сын? — Выплюнул я. — По доброму же хотел строить отношения!

Хотелось отобрать у Аален письмо, скомкать его и вышвырнуть в окно, но думаю, оно мне ещё пригодится.

Ситуация складывалась следующим образом: я просто заявил о своих дружеских намерениях по отношению к людям Теодорики. Мол, прошлый комендант не справлялся с обязанностями, и я любезно взял их на себя. Ну да, немного нагло провозгласил себя правителем, но все эти игры в государя у хоть сколько-то влиятельных людей должны были вызвать лишь смех. Пока что.

Казалось бы, никому не выгодно меня отсюда выкуривать, и моё появление отчасти на руку Террарсу и его плану. Но он оказался слишком тупым и недальновидным, чтобы понять такую очевидную вещь. Стоило бы ожидать, что не все тут мыслят стратегически, и местных нобелей с окраины заденет любая, даже малейшая попытка встать с ними в один ряд.

“Самопровозглашённому Тирану

Вы, сеньор Бранкалеоне, видимо решили, что имя из давно минувшей эпохи заставит людей задрожать от ужаса. Но вы даже не удосужились составить письмо, используя возвышенный слог кортезо.

Стало быть, вы либо настолько сильно пренебрегаете тем, к кому обращаетесь с письмом, либо имеете отношение к знати также, как подзаборная псина к городской страже. В обоих случаях я не могу расценить ваше письмо иначе, как личным оскорблением дома Террарс.

Довожу до вашего сведения, что команданте Монтелупо отлично справлялся со своими обязанностями, на данный момент мне неизвестно ни об одном случае злоупотребления властью. Не вижу никаких причин обращаться к вам за помощью, как и признавать легитимность вашей выходки. Вы ответите перед законом за убийство этого прекрасного человека, также как и за смерть моего драгоценного племянника. “

Вместе с тем, он объявил о полной экономической блокаде Бреса и “так называемого” Королевства Нардерон.

Этот козёл решил, что может потешаться и угрожать мне! Я же его сгною, лишу всего, что у него есть, в порошок сотру. Заберу его город, славу и имущество себе, тогда и посмотрим, кто тут смеётся. И остановлю вторжение князя Тьмы, разумеется!

У меня тоже пустой гордыни достаточно, чтобы пободаться с Вергом Террарсом и выяснить, кто из нас более твердолобый и самовлюблённый козёл.

— Такой недальновидный тип может доставить мне проблемы, но и не станет серьёзным противником в будущем. — Я махнул рукой, выражая своё пренебрежение. — Лучше скажи, что за Надзор, кто такие?

Аален ощутимо вздрогнула, откладывая письмо в сторону.

— Только не говори, что они хотят зайти к нам в гости… Это что-то вроде инквизиции. Только те занимаются делами религиозными, а Надзор – вопросами коррупции.

— То есть, они имеют какую-то боевую мощь?

Девушка принялась стучать пером по листу бумаги, параллельно покручивая выбившуюся из хвоста прядь тёмных волос. Не могу сказать, что её реакция меня обнадёжила.

— Как сказать… и да, и нет. Они обычно не выбираются далеко за пределы столицы. Только если нужно прижать какую-то крупную рыбу. — Она с сомнением посмотрела на меня, будто оценивая размер рыбёшки в моём лице, но лишь покачала головой. Не виню её – я и сам не поверил бы, чего уж там. — Они ни за что не отправили бы за тобой сильный отряд, а простым служащим сюда нет смысла тащиться. Я бы лучше опасалась личной гвардии Террарса, или того, что сюда примчится часть войска Теодорики.

И это она ещё не сказала о том, что для распространения информации от Бреса о моём появлении прошло не так много времени, чтобы это решение было принято. Но Аален смотрит вообще не туда.

Я вкратце поведал ей о том, что мне рассказал племянник Верга, чтобы хоть немного ввести в курс дела.

— Это странно. Чтобы из-за какого-то мелкого управленца сюда отправили Надзор? Он даже мне не интересен, а я всё-таки была в высшем обществе. Как, говоришь, его звали?

— Имени не вспомню, но фамилия была Монтелупо.

Услышав это, Аален закивала и взгляд её стал уверенней.

— В Сакро-Верите был недавно скандал, несколько семей потеряли свои позиции. Вроде как Монтелупо были среди них, хотя это уже одной Богине известно. Если их род кому-то сильно насолил, это – другое дело.

И так было понятно, что не на ровном месте они приехали. Значит, решили прижучить коменданта с его коррупционными схемами, чтобы добить неугодный кому-то знатный дом. Их начали гасить по жести, а значит в рамках показухи могли прислать сюда сильных воинов.

— Тогда всё плохо. — Хмыкнула девушка, поспешив отодвинуть письменные принадлежности в сторону. — Сила и власть идут рука об руку, поэтому те, кого к нам послали, должны быть чертовски опасны.

— Лен, ты рано расслабилась. Возьми перо и бумагу обратно. Пиши ответ Вергу. Что моё неозвученное предложение вернуть его племянника живым и здоровым отзывается в виду грубых и беспочвенных обвинений. Пусть побесится.

Не удержавшись от оскала, я принялся надиктовывать ответное сообщение.

— Я всё ещё могу взять кого-то из десятников и отправиться в город? — Поинтересовалась та, вспомнив моё недавнее предложение. — Так и быть, попрошу Ворону о небольшом одолжении.

— Можешь. — Я кивнул, так как верил, что принесённые клятвы не дадут ей соврать и наиболее очевидным образом подставить. — Только постарайтесь не светиться и не называть, откуда вы.

— Забыл, с кем разговариваешь, Тиран? — Аален беззаботно и с вызовом усмехнулась. — Я в этом деле с четырнадцати лет.

Я не стал уточнять, сколько ей сейчас. Сообщив девушке название таверны, в которой планировали остановиться Риона и Ренцо, покинул кабинет. Мне нужно было пройтись, ведь письмо от Дарио вызывало у меня куда большую тревогу.

“ Вынужден сообщить вам, что люди, которые расспрашивали о вас, сегодня утром забрали Меневру. Я не могу сообщить много, но будьте осторожны. Вами интересуются, и это не местные власти. Сам я в такой ситуации готовился бы к приёму гостей. ”

Судя по дате, это было написано ещё день назад. Почему-то я был уверен, что Дарио знает куда больше, но он не хотел делиться подробностями. Боялся за себя и не хотел в это впутываться.

В принципе, он имел полное право не предупреждать меня, поэтому я ему был признателен… или же это Меневра растрепала своему боссу о том, что со мной его племянница? Теперь это не имело значения. Скоро сюда кто-то прибудет, и этот кто-то знает куда больше, чем я бы хотел.

Злобно потирая виски, я прошёл вдоль крепости.. Нужно было отвлечься, и потом уже готовиться к предстоящему визиту служителей закона.

Оценил яму под колодец, которая уже оформилась на несколько метров в глубину. Вполне возможно, что скоро боец, орудующий лопатой, наткнётся на твёрдую породу. А может и нет. По каким-то своим бабкиным способам сразу трое десятников совместно выбрали место, где должны быть подземные воды, и я надеюсь, что они меня не подведут.

Наконец я отправился искать фею, чтобы отдать распоряжения. Приказал ей собрать совет из неё, Нориса, Аален, которая пока не успела уехать. Десятникам я ещё не доверял настолько сильно, чтобы сливать им столь важную информацию.

Спустя полчаса мы вчетвером сидели в кабинете, я налил всем немного разбавленного вина и в целом старался не нагнетать. Выслушал короткий отчёт о том, что и сам видел: наметки под строительство, расчищенную землю за воротами, строительство колодца. Также часть заржавевшего снаряжения привели в порядок, что не могло не радовать.

— Ладно, вижу, что всё идёт неплохо. Государь тоже отметил, что темпы приемлемые. Но у нас есть и проблема.

Тут я задумался, стоит ли упоминать про Наздор перед Норисом. Но простой парень из ближней деревни вряд ли понимал, что это вообще такое, и он и до этого показал себя лояльным и инициативным.

— К нам направляются люди из столицы. Они должны были покарать прошлого коменданта за грехи перед народом, и не похоже, чтобы их волновала его смерть.

Переведя взгляд по очереди на каждого, я продолжил:

— Возможно, вам известно что-то про Надзор. Но идут они не с добрыми намерениями. Они придут с оружием, и нам всем это выйдет боком. Норис, ты должен поговорить отдельно с каждым десятником и донести до него, что скоро здесь будут враги. Дуччи – подготовишь со мной план битвы и ловушки на случай, если гости проявят агрессию и не захотят уходить. Пойдёшь сейчас со мной. Аален – задача прежняя, обход экономической блокады.

Каждый по очереди кивнул. Фея была готова ко всему, что бы я ни сказал, контрабандистка уже говорила со мной, и только Норис выглядел озадаченным.

— Зачем людям сражаться друг с другом? Ещё и в такой момент?

Был шанс мирного урегулирования. Но я знал, что эти ребята попробуют меня сместить, а значит нужно от них избавиться, выставив их злодеями перед бойцами и сведя потери к минимуму. Но как и всегда, для начала я попробую с ними договориться. Главное – не дать гарнизону понять, что есть другой путь: сдать меня Надзору и жить, как раньше, к примеру.

— Люди всегда стремятся к власти, а тяжёлые времена – хорошая возможность набить карман и всадить врагу нож в спину. — С лёгким пафосом ответил я. Дуччи улыбнулась, а Аален едва слышно фыркнула, что, впрочем, осталось незамеченным Норисом. — Потому служить нашему государю – единственный правильный выбор. Он мыслит совершенно другими категориями, ему это ни к чему.

Наше короткое спонтанное собрание закончилось быстрее, чем я их тут собирал. В итоге я вместе с феей прошёлся вдоль крепости и набросал примерный план, подготовил первую пару неприятных сюрпризов для врагов. В текущей обстановке трудно будет подготовиться: я просто не знаю, чего ждать. Потому без вылазки в город не обойтись. Тут у меня были сразу две девушки, которых я без раздумий снарядил в путь.

Они должны принести мне сведения, не подставляясь: у контрабандистки есть контакт Риона с Ренцо, да и связной Ривьера, в свою очередь Дуччи могла рассчитывать на скрытность и в любой момент дать дёру.

Ну а я, пока тайком утащив со стены огромную баллисту, мог лишь ждать их скорейшего возвращения. На то, чтобы заручиться поддержкой мав, не было времени, а о вызволении Меневры не шло и речи. Как и оставить Брес без своей защиты я не мог.

***

— Ну, так что удалось выведать? — Светловолосая миловидная девушка улыбнулась одними уголками губ, мягко и кротко.

Её напарник – лысый священник в строгой светлой форме Надзора, носящий короткую козлиную бородку. Он держался спокойно, пил горячий чай, прикрыв глаза в задумчивом выражении.

— Ничего нового – девчонка так и не сломалась. Грасс постепенно увеличивает напор, но она просто терпит все пытки и молчит, как и на первом допросе.

— Может, клятва? Мы так ничего нового не узнаем... — Потягивая вино, ответила девушка. — Нельзя соваться в Брес, не собрав достаточно сведений.

— Это не наша забота, одуванчик. — Ласково, почти по-отечески, он сжал её плечо. — Нам и так повезло, тот парнишка дал много полезной информации. Узнаем мы что-то ещё или нет, и без того достаточно причин, чтобы выдвинуть обвинения узурпатору и всем изменникам.

В уютном шуме дешёвой таверны они отпили из своих кружек, утомлённые дорогой и беготнёй по городу.

— Думаешь, эти самозванцы окажутся настолько слабы? — Подала голос младшая.

— У нас пять бойцов пятой ступени. Одуванчик, какими бы трюками они ни заставили гарнизон подчиниться, мы пройдём через их ряды, как горячий нож сквозь масло. Я больше думаю о том, что будет потом. — Сдержанно пригубив ещё чая, священник устало улыбнулся. — Если бы у нас получилось задержаться здесь хотя бы на неделю…

— Да. Было бы славно. — Девушка озорно прищурилась. — Эхх… я даже не верю. Нет отчётности за каждый шаг и контроля каждую минуту, и природа здесь приятная. А через неделю в Кагаццо как раз большой фестиваль. — Она подмигнула товарищу по отряду.

Священник махнул рукой, понимая, к чему та клонит. Никто в их звезде не против того, чтобы немного развеяться, не будет возражать и он.

— Да, да... Никто не расстроится, если мы сразу после зачистки крепости заглянем туда.

Нужно лишь устранить пару десятков мятежников, и они смогут посмотреть на всполохи искр в ночном небе. В кои то веке выспаться, отдохнуть без вечного присмотра от старших Братьев и наставников. Получается своего рода отпуск…

Это – не первый безумец, который решился назваться Леонардом Бранкалеоне. При всём том страхе и дискомфорте, что вызывает его имя у большинства людей, то и дело находятся те, кто преодолевает это давление ради личной выгоды. Но конкретно этому третья низшая звезда Надзора была благодарна всем составом – именно он дал им повод задержаться вдали от столицы.

***

Оглядевшись, я потёр болящие глаза, на которых отпечатались цветные пятна. Лежал я на рабочем столе, уперевшись лицом в толстую тетрадь, в которой пытался заниматься мозговым штурмом.

Вот гадство. Задремал в неудобной позе и теперь чувствовал себя разбитым. Опять что-то видел, и похоже, меня снова жгли Светом. Уж не очередной ли вещий сон? Хотя этот я толком не мог вспомнить, да и голова болела нещадно.

— Лады, нужно вернуться к подготовке.

Потянувшись, я похрустел суставами, вскакивая на ноги.

Уже прошло три дня, как Аален с Дуччи ушли на разведку, а я сделал всё, что мне могло помочь, и теперь прохлаждался. То и дело тренировался с Багарионом в обличье Леона, или же осматривал владения в броне Леонарда.

В голову лезли мысли, что мне стоило лично прийти в город. Я ненавидел долгое бездействие без крохи информации. Житель двадцать первого века, лишённый связи из любой точки планеты, чувствовал себя, как без рук.

Поэтому, маясь, издали наблюдал за слугами. Тут их было… пятеро, вроде. Всё это время я воспринимал их, как декорацию. Что я вообще о них знаю? Слышал из разговоров бойцов, что старуха, Ори, раньше была искательницей, и вроде как приходилась родственницей всей остальной прислуге. Но вот насчёт других – совсем ничего не знаю.

Можно сказать, для них это – семейное дело. Готовить еду для солдат, следить за чистотой помещений, стирать мои величественные ношенные портки. Но вот с отсутствием связи я, пожалуй, погорячился…

Вон, одна из них, полноватая женщина среднего возраста, вроде бы шла по своим делам. Вдруг она встала, потёрла мочку уха, пробормотала что-то, глядя мимо себя, и тут же развернулась, резко меняя направление.

— Что это ты делаешь? — Спросил я нейтрально, выйдя из тени.

— Н-ничего, сеньор!

Она вздрогнула, прикрыв ухо, но я ловким движением пальцев выудил оттуда комок силы, сформированный в виде маленького белого рта. И замер, недоумённо вылупившись на на это нечто. А я ведь не чувствовал даже капли энергии. Не то, чтобы такое чутьё было моим козырем, но даже сейчас я лишь ощущал тончайшую невидимую нить, уходящую от штуковины в моих пальцах.

— А это что такое? — Я покрутил неведомую штуку.

Нить между ней и энергетическим ртом натянулась, едва не лопаясь, и я вернул его слуге. Она тем временем не могла понять по моему нейтральному тону, как реагировать, злюсь ли я, и что ей делать, поэтому сильно перепугалась.

— Про… простите… бабуля не желает ничего плохого. Она… просто… мы так общаемся, чтобы работать эффективнее… в-вот…

— Хорошо. Отведи меня к ней. — С прежним нейтральным выражением я пошёл вместе с женщиной-слугой к её бабке.

Не замечал, чтобы старуха владела энергией… ни тёмной, ни светлой. Я за ней не следил, но и не чувствовал, чтобы она пользовалась силой. Но что меня привлекло куда больше – возможность управлять энергией на расстоянии. Просто я всё ещё не отказался от идеи явиться миру в двух обличьях одновременно и поддержать легенду… да и сколько манёвров можно придумать в бою!

Мы застали старуху Ори за стиркой на первом этаже башни, и она уже явно ждала меня. По крайней мере, вытянулась по струнке, смотрела исподлобья и напряжённо, сжимая в морщинистых руках мокрое тряпьё.

— То, что ты используешь для связи… — Начал я, выжидающе уставившись на старуху.

— Белый голос, сеньор.

Ещё более хмурая и злая, Ори подошла к нам своей неловкой старческой походкой. Забрав у внучки то светлое нечто, слуга щёлкнула пальцами и оно растаяло, оставив в её руке…

— Это же мизинец с ноги. — Подметил я, поморщившись, когда старуха сняла башмак и пристроила его на место.

При этом я успел заметить голую стопу с ещё четырьмя обрубками. Значит, так она и общается с остальными, и потому так шаркает при ходьбе.

— Кусок тела становится моими устами. — Нехотя буркнула та. — Так я шпыняю остальных на расстоянии, шоб не расслаблялись.

— Занятно, хотя и чуточку мерзко. Сможешь научить?

Её брови подпрыгнули вверх.

— Чагой-то, не погоните прочь? — Мрачно съязвила старуха. — Ну, чаго ещё ждать от тёмного? — Она зыркнула без страха и кивнула уверенно. — А чему б не научить-то, научу...

Старуха-то тоже оказалась занятной. Отправила внучку подальше, попросила мою записную книжку и карандаш, и принялась что-то чертить. Писать она толком не умела, но рисунки получились сносные, подробные.

Концепция… сила, которая имеет и плюсы, и ограничения при использовании. Дуччи, например, жжёт не только врага, но и свои руки. Кража, как я понял, вместо предмета должна оставлять что-то, равное по весу. Искра бьёт по глазам тому, кто ей пользуется.

На счёт остального я не знаю, но этот принцип работал почти всегда, кроме совсем уж слабых и бесполезных концепций. Или их идеальных версий, которые некоторые везунчики получают при рождении.

Сейчас я наглядно смог посмотреть, как оно работает, а заодно научиться самому.

Чтобы нарисовать всё и объяснить, у старухи ушло целых полдня. Ори объясняла всё в своей старческой ворчливой манере, и делала это даже не слишком запутанно. А закончив, затребовала у меня полдня отпуска, и возможность съездить в родное село на пару дней, сделав максимум дел заранее.

Значило это только то, что солдатики в это время будут сами себе готовить, в беготне слуг будет чуть больше рабочего хаоса, и возможно мне вовремя не подготовят ванну. Невелика потеря, когда речь идёт о таком важном человеке. Задумавшись только сейчас, я понял, что лишь на Ори держался наш бытовой комфорт в Бресе, поэтому решил быть щедрым и понимающим сеньором, и дал добро.

Было непросто, но спустя часы изучения записей я примерно понял, как это работает. По упрощённой схеме нужно было создать проекцию у себя в голове. Сложная фигура, на грани трёхмерного и четырёхмерного. Оно правда нагружало голову, и я против воли вспомнил слова Дуччи о том, что можно потерять часть себя за обучением силам такого рода. Но предупреждению не внял – что я, простую бытовую концепцию не выучу?

"Простую" – громко сказано. Она состояла аж из трёх более мелких. Но кроме самого превращения, нужно проложить нити, связывающие человека и часть тела на дистанции. А что будет, если кто-то сможет их оборвать? По словам старухи, часть тела просто отвалится, у меня откроется рана, и примерно через сутки она начнёт отмирать, как при ампутации. У неё так уже не было трёх пальцев на второй ноге и мочки уха.

Объяснения со жгутами и продолжением кожи я оставил на потом – замаялся и запарился в край, а мне нужно было проверить, как идёт подготовка ловушек для бойцов Наздора, выдать новые распоряжения. Но хотя бы этот день не прошёл впустую, и чувство, что я теряю контроль, исчезло.

Где-то там сейчас пытают Меневру, если она не выдала меня сама, минуя клятвы каким-то хитрым способом. Она анализировала мою кровь, ничего толком не рассказала, поэтому враги могут вытянуть из неё слабости, о которых даже я сам не в курсе. Только от тщательной подготовки зависит, выстоит ли моё королевство.

Глава 25

Первой вернулась Дуччи. Она пробыла в городе несколько дней и активно пользовалась скрытностью, чтобы побродить по городу и разнюхать всё. В остальное время привычно притворялась простой нищенкой. Что сказать, просто и эффективно...

Вернулась фея грязной, пропахшая улицей, вся в пыли, вплоть до корней волос, но настроенная до ужаса серьёзно. Килограмм сорок чистой решимости – милота, одним словом. По ней и не скажешь, что она может легко расправиться с опытным здоровым стражником.

— Ну, так и что там у них происходит?

— Вы были правы, господин. Ходит много разговоров о том, что в Кхеган прибыл отряд бойцов из столицы и наводит свои порядки.

— Отряд? Это примерно сколько?

— Основная группа пять человек. Как вы и приказывали, я не стала подбираться ближе и рисковать... Трудно сказать, на что они способны.

— Всё правильно, молодец. Что о них известно?

— Я видела их только издали: воины и колдуны, очень слаженны и хорошо чувствуют друг друга, даже просто гуляя по улице. С ними около тридцати слабых бойцов, но похоже, они для массовки и не станут покидать Кхеган. Эти люди что-то разнюхивают, заглядывают в разные магазины, в дома к мелкой знати. При мне кого-то выводили в наручниках.

Даже если она не права, и заявятся они толпой, опасаться мне следует не слабого большинства. Таковы законы нового мира: чтобы хоть немного потрепать сильного, понадобится большая группа слабаков. Сосредоточиться нужно будет на пятёрке, остальных можно воспринимать не больше, чем за малую погрешность в моих планах.

Что ж, для победы их силу нужно обратить в уязвимость. Если они действуют слаженно – нужно разбить построение и заставить сражаться поодиночке. Если дорожат друг другом – давить на эту связь. То, что они малочисленны, нам на руку, но нужно сократить их число хотя бы до четверых. А лучше и вовсе загнать в невыгодную позицию и уничтожить одной-единственной заготовленной ловушкой.

— Что по их силе? Я ещё не понял местную систему, поэтому скажи, ориентируясь на меня.

— Хм… полагаю, каждый будет примерно равен вам, господин. Кто-то слабее, а кто-то... — Она замялась, тут же поправила саму себя. — Я имею в виду, в вашем текущем состоянии, вы проиграете их главному… но в будущем сможете победить всех пятерых разом!

Наверное, лицо у меня от этой воодушевляющей речи было очень кислое, потому что девушка неловко отвернулась. Но после нашего спарринга я прошёл руины и стал сильнее. Кроме того, ни за что не буду драться с кретинами из столицы честно. Если Дуччи трезво оценивает мои силы, то всё складывается чуть более радостно, чем могло быть.

— Тебе не обязательно мне льстить. — Я ехидно хмыкнул. — Тебя не выгонят за это, честное слово.

В душе я был рад: если сохраню свои темпы развития, слова девушки вполне могут оказаться правдой. Но то дело будущего времени, и чтобы дожить до него, проблему нужно решить здесь и сейчас. Потому, отпустив фею отдыхать, я ещё раз проверил все свои заготовки.

У нас с Аален была идея, как закончить всё разом, но без контрабандистки она заглохла намертво. Прошло ещё полтора дня после возвращения Дуччи, а та просто исчезла: ни слуху, ни духу, вместе с её провожатым. Я уже было решил, что она умудрилась как-то обойти клятву и убила моего бойца, чтобы освободиться, но всё же продолжал хранить надежду, что девушка объявится. Мы и без неё могли бы справиться, но в столь серьёзном бою решать будет каждая мелочь.

И я всё-таки дождался. В один из вечеров ко мне в комнату ворвался Дорок, доложив о прибытии Аален, а уже через пару минут ввалилась и она. Уставшая, помятая и мрачная. У неё чуть-чуть дёргался глаз, и столь яркого проявления усталости раньше я за ней не замечал.

— Уже и не верил, что ты вернёшься. Проходи, рассказывай.

По ней было трудно сказать, способна ли она на разговор, как таковой. Трудно её винить: она провела несколько дней на рискованной миссии, а случись что, идти за ней я бы не стал. Она это знала, я это знал. Если бы Аален попалась, то пришлось бы ей и Ренцо с Рионой самим выпутываться, либо подставлять шею.

— Кстати, да. Рад видеть тебя в добром здравии.

— Угу. В добром, насколько возможно. — Мрачно усмехнулась та. — Дай мне чего-нибудь выпить, и лучше не чай, а сразу вина.

Получив целую бутыль, она присосалась к горлышку, отхлебнув добрую четверть. Давилась жадно, потом надолго замерла, прижимая пыльный рукав к губам, глубоко выдохнула.

— Тихо ты, это ж крепкая настойка, а не вода.

Аален махнула рукой, положила на стол бумагу. Смета на сто пятьдесят с лишним золотых. Самым дорогим в списке вышло то, что я просил добыть любой ценой.

— Тридцать килограмм. Я тащила на себе тридцать килограмм.

Её тон не был ни злым, ни недовольным. Чуть-чуть укоризненным и крайне апатичным.

— Давай к главному: хорошо бахнет? Почему ты тащила? Я так-то дал тебе сопровождающего, в том числе с прицелом на это.

— Потому что он идиот! Если бы он нёс “посылку”, хорошо бахнуло бы нас обоих.

Давясь настойкой, она рассказала, что дорога заняла так долго именно из-за моих подарочков, начиная с того, что заполучить и передать их – целое дело. Выделить ей кого-то Ривьер не смог, и по соображениям скрытности, и потому, что по эту сторону у него самого были проблемы с людьми. На повозке слишком трясло, а мой боец оказался ну слишком бестолковым. Одно неверное движение, и их бы размотало по веткам мелкими кусочками, а он чуть не вприпрыжку нёсся домой, чтобы поскорее скинуть тяжесть с плеч.

Заодно я услышал чуть больше о враге, и контрабандистка выяснила самое главное. Боевое крыло, называемое пятиконечной звездой, выдвинется через два дня, будет здесь через три. Об этом они говорили за едой при трактирщике. Похоже, цель – зачистка, но если гарнизон подчинится, то убьют только верхушку. Поэтому стоит исключить любые переговоры.

— Чёрт с ним. Покажи, как пользоваться посылкой, и иди отдыхать.

Попрактиковавшись со взрывчаткой, все сюрпризы я подготовил за полдня, хорошо всё спрятал, и принялся ждать, с утра до вечера отрабатывая концепцию, оставленную старухой Ори.

Должен сказать, всё оказалось куда сложнее, но я примерно чувствовал поток внутренней энергии, понимал, как он движется, и осваивал рисунок шаг за шагом. Ещё в том мире я слышал про какие-то исследования, где мозг человека взаимодействовал с четырёхмерными головоломками, поэтому был уверен, что всё получится и у меня.

По словам старшей слуги, на освоение этой штуки должны уйти месяцы, а то и пара лет – и это в том случае, если человек умён и талантлив. У меня же было всего два с половиной дня, но мне помогла деконструкция. Я разбирал рисунок по частям, и сначала визуализировал только малую часть. Потом соединял. Уж и не знаю, что тут было сложного, но так стало в разы легче.

Что удивило – Белый Голос можно было разделить на мелкие осмысленные части, а как мне удалось разобраться, каждый кусок отвечал за что-то своё. Неудивительно: Дуччи упоминала, что концепции в этом мире создавали разного рода духовные практики, отрёкшиеся от обычной жизни, великие учёные и высшие сущности, лишь гении рождались с их знанием.

Залезть глубже и понять, как их создают, я не смог, но вот запомнить то, что уже было сделано до меня… Что ж, когда я закончил, до часа икс оставалось только полдня. Злой, с раскалывающейся башкой, я смог следуя рисунку мягко и плавно отцепить от головы собственное ухо, как кусок пластилина, и оставить его на другом конце комнаты в виде полупрозрачного белого рта:

— У Аален зачётная задница, но спать с ней я бы не стал. — Прозвучал мой искажённый голос с той стороны.

— Поддерживаю, выйдет себе дороже. — Ответил я.

А потом, полностью удовлетворённый, отправился в купальню. Уровень напряжения перед завтрашним днём был огромный – я пожалел, что не отозвал Риону из города, и всерьёз размылял пригласить Дуччи к себе в покои и переступить черту. Но в конце-концов решил просто выспаться.

Как и каждый день до этого, все были в режиме повышенной готовности, бойцы держали сигнальный рог под рукой. Ничего не объясняя, я удвоил количество дежурных, и атмосфера царила соответствующая. Но ничего так и не произошло.

Наутро я собрался по полной, заглянул к нашему пленнику в темницу, чтобы оставить кое-что на время боя, пока Дуччи собирала всех моих людей на тренировочной площадке.

Вышел туда я уже в доспехе, с живым клинком на поясе, полностью укомплектованный и готовый к бою.

— Итак, все вы заметили, что грядёт что-то нехорошее. Это правда. Моё письмо с предложением мира и дружбы было проигнорировано. — Начал я своё обращение, глядя в напряжённые лица солдат. — Хуже того, из Теодорики прислали людей, чтобы убить всех нас и вернуть крепость.

По рядам пробежала волна шепотков, большинство было в полном смятении.

— Однако. — Я выставил руку, приказывая всем замолчать. — Это не повод для паники. Всё под контролем. Мы проведём переговоры, и если ничего не выйдет, только тогда вступим в бой. На вашей стороне я и ваш генерал, с нами Багарион. Ничего не бойтесь, и тогда мы вместе защитим людей приграничья от армии Тьмы, так, как я обещал вам.

Кому-то моя речь показалась воодушевляющей. Десятники по большей части напряжённо молчали, переваривая информацию, среди толпы я видел и недовольных, и паникующих. Из хорошего – Норис был из тех, кто держался молодцом. Уж он-то был достаточно искренним и пылким, чтобы донести до людей то, во что верит сам.

Настрой сохранялся скорее нейтрально-негативным, чем положительным, но это было уже что-то. Никому не вставляла идея сражаться с другими людьми, ещё и посланными из столицы, что само по себе звучало, как синоним слову “сила”. Однако и откровенной паники, желания сбежать и сдаться я не видел. Скорее уж обречённость стада, идущего на убой. Стада, которое хотя бы попытается пободаться перед тем, как отправиться на шашлык.

И мы вместе принялись ждать. Дежурные встали на посту, ожидая визитёров у главных ворот. Я решил сделать ставку на то, что они нагло пойдут со входа, а не полезут на стену, и две из четырёх баллисты держали ворота в поле видимости.

Аален тоже была наготове. У неё была одна простая задача, заставлять её вступать в прямой бой я не собирался.

Тишина, непривычная и даже мёртвая, опустилась на Брес – даже ночью тут не было такого напряжения. И в какой-то момент я услышал крик часового:

— Идут! Пятеро человек, двое сопровождающих на телеге!

Из приглушённых разговоров я смог разобрать, что это вызвало у бойцов недоумение. Никто не понимал, как так вышло, что за нами пришла не армия, а всего лишь одна маленькая группа. Ухмыльнувшись, я с гордостью в последний раз осмотрел свою небольшую армию.

" — Смотри, брат – мы уже многого добились. " — Подумалось мне. Затем я проверил один из трёх “подарков” Аален на готовность, и приказал открывать главные ворота. Я вышел царственной походкой, вставая прямо на мосту и опираясь о клинок, потушил все проявления тёмной ауры, чтобы не давить на нападающих раньше срока.

Боевая звезда Надзора, заметив меня, отделилась от сопровождающих и ускорилась, двигаясь ко мне. Три воина, двое с посохами-катализаторами, которые должны усиливать их светлую энергию. Ловкая мечница-дуэлянтка, боец с щитом и коротким прямым мечом, тяжёлый рыцарь с двуручным топором, и даже у колдунов также при себе имелись парные клинки и кинжалы.

Пусть я и не видел, но ощутил слабое мерцание энергетического барьера, выставленного у них над головами в направлении крепости. Разумно, и если бы мой план был в том, чтоб в тупую обстрелять их со стен, то они бы точно победили. К счастью, я оказался не так банален и предсказуем.

Гости были обвешаны снаряжением под завязку, и я в самом деле ощущал мощную светлую энергию. Не равную мне, но в их случае превосходство будет в боевом опыте. Тот, что по-видимому был главным, закинул секиру на плечо и подошёл ко мне первым, держа перед собой свёрнутый пергамент и наручники.

— Ты – тот, кто назвался именем Кровавого Тирана? — Спросил он холодным и грубым тоном.

— Я – Леонард Бранкалеоне. Да, я тот, кого вы знаете под этим прозвищем. — Было трудно удержаться от того, чтобы ему вмазать за хамство, но я стоял, как вкопанный, спокойно уперев клинок в камень. — С какой целью вы явились в столицу Нардерона?

Реакция на моё имя была разной. Главный только издевательски хмыкнул, троица не шелохнулась, и лишь одна из колдунов едва заметно вздрогнула. И выглядела она более нервной и потерянной, чем остальные – матёрые волчары. Новенькая, видимо… то, что нужно.

— Ты – подлый трус, захвативший власть, распоряжался ресурсами крепости и убил человека, которого должны были судить по законам Империи. Именем Лазурного Надзора, ты задержан. Брось оружие и вытяни руки, и тогда никто за этими стенами не будет убит.

Они не могли видеть, как под шлемом на моём лице растянулась глумливая улыбка.

— Вот как. У вас есть понятия о чести. — Бросил я самое банальное, до чего смог додуматься. — Боюсь, что у меня не остаётся другого выбора, как принять удар во благо своих людей.

Я действительно бросил клинок на землю и вытянул руки, перестраивая броню на ходу – полностью отрезая себе обзор и закладывая уши. В левой перчатке была зажата хрупкая сфера, и лишь одной короткой вспышки энергии хватило, чтобы подарок Аален №1 вспыхнул, как настоящая светошумовая граната.

Вместе с этим я Белым Голосом прошептал контрабандистке приказ, и с противоположной от ворот стороны, прямо из подлеска, выстрелила баллиста. В отличие от бойцов Надзора, я тут же вернул себе слух и зрение, увидев, как тяжёлый болт пробивает второго колдуна со спины.

Снаряд остался в теле, он харкнул кровью, падая на мост, а я укрыл себя тьмой и рванул назад, в крепость, на ходу подхватив меч.

— Стреляйте! — Крикнул я, стоя уже по ту сторону.

С запозданием со стен прозвучал и приказ Нориса, дублируя мою команду. Солдаты, оправившись от вспышки раньше, чем Надзор, стоявший впритык ко мне, встали за орудия.

Но и враги оказались не глупыми – ломанулись следом, занимая позицию под вратами, в слепой зоне баллист. Там, где они могли быть в относительной безопасности.

Насколько я мог ощущать, по ту сторону подняли барьер, и очередной залп Аален не пробил его, пока колдунья принялась залечивать раны товарища. Впереди встал воин с щитом, закрывая их и с удивительной ловкостью отбивая все стрелы, которые в них посылали воины с внутреннего двора.

Но мне и не нужно было их оттуда выкуривать. Наоборот, они сами зашли в ловушку. Я вновь ухмыльнулся, пытаясь послать энергию через палец ноги, оставленный, как своего рода детонатор, прямо на подарке от Аален №2.

И ничего не произошло. Я пытался подорвать гору взрывчатки под воротами ещё раз, и только потом додумался: они как-то деактивировали все проявления энергии, что пыталась проникнуть в их построение извне.

Следом пришла вспышка боли – я перестал чувствовать палец, вместо этого ощутив, будто по краю ступни проехал грузовик. Думать было некогда, и я просто заделал рану бронёй, бросился к ним, подняв живой клинок и посылая прямой разрез в щитовика, пока рядом со мной встал Багарион с двуручником.

Каждое движение казалось адом, но я уже плюс-минус привык к подобному, а о кровотечении можно было не беспокоиться, поэтому я проскочил мимо рыцаря в доспехе – на его щит обрушился двуручник Багариона, отвлекая на себя.

В тесной арке на меня тут же накинулся лысый с секирой и девчонка-дуэлянт, не давая пройти к товарищам, и я связал их боем, уже через мгновение чуть не оставшись без руки, когда чудовищный удар секиры лысого прошёл мимо.

Но эта заминка прошла не зря – теневой рукой я закинул ещё фрагмент взрывного подарка им за спины, метя в колдунов, но рыцарь, подставив спину под двуручник Багариона, развернулся и почти мгновенно перенёсся туда на потоке светлой силы, закрывая собой лекаршу и раненного колдуна.

Барьер на мгновение исчез, а я отдал ещё один мысленный приказ.

— Оттесните их, прошу! — Отчаянно крикнула лекарша с руками в крови, когда в её щит на полной мощи вмазало очередным тяжёлым болтом баллисты.

Даже я ощутил, как тот покрылся трещинами и едва не лопнул.

Рыча, лысый навалился на меня с двойной силой, размахивая огромной секирой, как тростинкой, а вместе с ним и мечница. Я отбивал удар за ударом, отступая назад. Не столько ради плана-Б, а больше потому что не вывозил напор даже одного врага.

— Отходим внутрь! — Сказал я Багариону, чуть не поплатившись за это головой.

Удар секиры снизу вверх, укол слева, вспышка, укол справа… бой требовал огромной концентрации, а эта парочка действовала слаженно.

Им пришлось выйти во внутренний двор, где на нас посыпались стрелы.

Острые наконечники щёлкали по моей броне, отвлекая, но то же можно было сказать и про врагов. Хоть они и не получили ущерба, но двигаться стали медленнее, а мечнице оцарапало щёку.

Я позволил им теснить нас и дальше, Багарион наседал на рыцаря-щитовика, лишь небрежно отмахиваясь от девушки, и ей пришлось остаться прикрывать раненого товарища и подругу от стрел, пока я схлестнулся с лысым.

Очень быстро битва превратилась в две дуэли, и односторонний обстрел парочки, которая изо всех сил защищала раненого колдуна. Если так и продолжится, то они вернут его в строй, а мы проиграем… Я быстро это понял, хотя у меня и оставалось несколько козырей.

— Ну давай, лысая башка, развлеки меня. — Принялся я подначивать его. — А то придётся взорвать ещё одну светошумовую и свалить к твоему недобитому приятелю.

Он вновь взревел и выросла ег сила, напор усилился. Этой тупейшей и прямолинейной провокацией я смог заставить его увести меня дальше. Он сознательно пошёл на этот риск, и мы отступали к башне. Тогда я отдал ещё одну команду, посылая в бой и Дуччи.

Всё, я сделал всё, что мог. Осталось разобраться с лысым и просто верить в товарищей по оружию. Перехватив клинок двумя руками, я послал мощный разрез и повёл врага дальше...

Глава 26

Кипел бой, в котором рядовым бойцам оставалось только наблюдать. Баллисты прекратили стрельбу, чтобы не задеть своих, тяжёлый рыцарь схлестнулся с огромным Багарионом.

Дуччи бесшумно приземлилась у широкой арки ворот, на ходу выхватывая ножи и нацелившись на мечницу. Крохотная дряблая тень возникла у неё за спиной и сбросила камень сверху, заставив девушку вздрогнуть и отвлечься всего на мгновение.

Мечница успела заблокировать нож, отвела в сторону второй, но всё же пропустила мощный удар ногой в бок. Гибкая и неожиданно сильная, фея продолжила наступление, оттесняя противницу.

Та быстро адаптировалась, приняла нового противника всерьёз, и вместо того, чтобы продолжить лениво размахивать клинком, приняла боевую стойку. Что поделать: Дуччи признавала мощную и потрясающую ауру своего господина, но отдавала себе отчёт, что сейчас он уступает ей по голой мощи. Значит, она сама заставит врага заплатить за высокомерие в его сторону.

Ножи мелькали, сбивая врага с толку, извернувшись, та ударила рукоятью в ухо. Удивлённое лицо мечницы с проступающей паникой доставило ей огромное наслаждение, и фея продолжила наседать. Всего пару секунд назад эта никчёмная девка так надменно взирала на них, а теперь вынуждена была отступать и отбиваться – ну это ли не прекрасно?

С самого начала Дуччи знала, что победит – всё благодаря дару господина. Её сила ощутимо возросла, а сильный всегда пожирает слабого. Она планомерно загоняла мечницу в угол, и пусть даже та пыталась делать ответные взмахи, прямолинейный, но грязный, грубый и жёсткий стиль боя феи не оставлял ей и шанса.

Одного она не учла – так увлеклась, упиваясь своим превосходством и азартом битвы, что напрочь забыла о спине. Когда та обманным движением увела клинок противницы в сторону, заблокировала его ножом и пыталась вонзить второе лезвие ей в бок, белая молния вдруг ударила в спину.

Запахло палёным мясом, безмолвно открывая рот от парализующей боли, Дуччи завалилась вперёд, пропустив пинок и взмах длинного меча, вспарывающего тонкий кожаный доспех на груди вспышкой светлой энергии.

Всё, что она смогла – тонкой теневой конечностью вытянуть себя из-под второго взмаха, неловко отползая в сторону. Боль чуть утихла, и она смогла встать на ноги, а затем, то и дело припадая к земле, побежать прочь. Разом куда-то делась её аномальная скорость, и даже активная скрытность не сбила со следа преследовательницу.

“ — Не рискуй собой попусту. ” — Вспомнила та наставление господина, а потому изо всех сил понеслась прочь, чтобы сохранить свою жизнь.

— А ну стой! — Зло крикнула мечница, бросаясь вслед, метя в открытую спину. — Что ж ты никак не сдохнешь? Вы заплатите за то, что сделали!

***

Глава боевой звезды успел пожалеть о том, что пошёл за самозванцем. Не дать ему сбежать – не столько дело чести, это была инструкция сверху, его обязанность. И всё же...

С самого начала всё пошло не по плану, подлый тёмный просчитал всё заранее. Их всех спасло только то, что у лысого была способность видеть нити энергии, а у их целительницы – поле тишины. Его одуванчик спасла всех, за что он был безмерно горд ей, и чувствовал разливающееся в груди тепло.

Неизвестно, что могло произойти, если бы тёмный успел послать даже короткий импульс злой Силы, но однозначно ничего хорошего.

Он вошёл в холодный пустой склад, сразу заприметив вдали, на коробках, нагло рассевшегося тёмного. Человек в чёрной броне со зловещими красными вставками закинул ногу на ногу, будто и не собирался сражаться вовсе. Тот точно что-то задумал, и это заставило воина напрячься, опустив секиру в пол и остановившись на середине помещения.

— Я не собираюсь подходить ближе. Вставай и дерись, или уже я вернусь и перебью твоих товарищей. — Заявил лысый, не желая идти в очевидную ловушку.

— "Товарищей"? Почему мне не должно быть всё равно? — Из-под шлема раздался ленивый зевок. — Расслабься, не спеши. Мы всё равно тут одни.

На всякий случай лысый заозирался. Нет, похоже, что он не врёт. Хотя за опорами вполне могли спрятаться даже несколько человек. Без брони и без снаряжения, но всё же могли. Или же он опять спрятал что-то в стенах, и собирается обрушить потолок на них обоих.

— Что бы ты там ни говорил, я больше не поддамся на твои нелепые уловки. У тебя был выбор, ты его проигнорировал. Я выйду, завалю чем-нибудь вход, и закончу эту битву. А ты закончишь на виселице.

Не собираясь больше продолжать бессмысленно тянуть время, пока его друзья сражаются, глава звезды заозирался и принялся медленно пятиться назад.

— Стой. — Тёмный снова подал голос. — Я привёл тебя сюда, чтобы ты меня выслушал без лишних глаз и ушей.

Лысый заколебался, всего на секунду.

— Мне нужно, чтобы ты услышал меня и понял мои мотивы.

— Почему мне не должно быть всё равно? — Ответил он его же фразой.

Тут точно что-то было нечисто, но всё никак не удавалось понять, где именно подвох. И по их короткому разговору и так понятно, что противник может заболтать его. Слова тёмного – сплошь одна ложь, мерзкое болото, которое затянет, стоит лишь слушать достаточно долго. Но почему-то он слушал.

— Клянусь именем Леонида Игнатова, Леона Игниса и самопровозглашённого Леонарда Нардерона, что здесь только мы двое, не заложено никакой взрывчатки, я не готовлю никакой боевой способности и не буду заговаривать зубы.

В этот момент лысый удивлённо замер. просто словам он бы не поверил, но это была именно, что клятва, имеющая вес и последствия. Поэтому-то тот и замешкался, думая, что его будут склонять на свою сторону и призывать отказаться от богини.

Всё это, впрочем, бестолку. Нет среди их пятёрки того, кто предал бы Эллею, Теодорику, сами идеалы Лазурного Надзора. И приближаться к этому Леону было бы себе дороже. Слишком дешёвая ловушка.

— Я ухожу отсюда. Твоя ошибка, тёмная мразь, в том, что ты думаешь, будто у тебя есть право что-то мне предлагать. Ты мусор, и любое твоё слово… — Он отступал к выходу, но оборванный на середине фразы замер, когда чужой клинок прошёл сквозь спину и вышел через грудь. — Кх-ха…

Рухнув и сплёвывая кровь, лысый сфокусировал взгляд на юноше в дорогих одеждах. Он сжимал в руке простой недорогой меч, стоял над ним и молча заливался хохотом.

— Видишь? Сказал же, здесь только мы двое – ты и я.

Смех шёл и от доспеха, на два голоса.

— Клоун, сука. Вам самим следовало убить себя и не заставлять меня напрягаться. — Раздался искажённый голос тёмного с другой стороны. — Пойду прикончу лекаршу, ей как раз не досталось сильного противника.

Доспех вдруг размяк и ухнул куда-то вниз, словно растаял. А потом клинок врага опустился на его шею.

***

Новых команд не поступало, и потому Аллана-Елена скучала за баллистой вместе с бойцом, который помогал ей с зарядкой орудия. Он весь вспотел и умаялся, тогда как контрабандистка толком даже не устала.

Леон прав, и с такими бойцами границу не удержать. По-хорошему, здесь должна быть целая армия таких слабаков, сотни и тысячи рангом повыше, десятки командиров, и возможно даже кто-то из героев. Как он хочет решать эту проблему, если они даже пятерых не самых мощных воинов Надзора?

Аален нервно выдохнула. Тактика постоянного давления не слишком хорошо работала, хоть раз за разом они стреляли прямо под открытую арку ворот. Огромные тяжёлые болты отлетали в сторону, отскакивали, как игрушечные, а новых команд пока не поступало.

Коснувшись Белого Голоса, девушка попыталась послать импульс, но даже так ответа не последовало. Потому она отошла от орудия, размяла плечи и пошла в сторону кипящей битвы, напоследок кивнув бойцу.

— Пока не стреляй. Не хватало ещё, чтобы ты пришиб меня.

Проклиная всё на свете, контрабандистка перешла на бег. Если всё рухнет, плакала её прибыль. Всё то, что она вложила в бестолкового мальчишку, включая эти чёртовы клятвы. Ещё хочешь кто-то из гарнизона проболтается и на её след выйдут власти. В общем, как ни крути, а придётся выйти и сразиться за своё будущее. Чёртов Леон мог хотя бы попытаться зарубить их после вспышки, но решил играть осторожно, и теперь ей придётся запачкать руки.

В ладонях она сжала пару артефактов, подошла к барьеру, за которым девушка колдовала над раненым врагом. Своей энергии у Аален были крохи, барьер едва ощущался, зато она отлично владела разными приспособлениями.

С шипением щит разрушился, противница вздрогнула, поворачиваясь к ней. Только для того, чтобы получить залп светлой энергии в лицо из резного костяного амулета. Девчонку отбросило, и Лен схватилась за нож, намереваясь закончить всё одним ударом. Давненько ей не приходилось убивать…

Когда лезвие уже отправлялось к горлу девушки, она вдруг широко распахнула обожжённые глаза, загоревшиеся ярким светом. Аален отбросило в сторону, приложив плечом о стену.

Как та, кто много времени жил бок о бок с сильными практиками, она понимала, что сейчас будет. Целительница решила поставить на кон всё, и решить исход боя за пару минут. Мерзкая способность, которая в прошлом попила ей немало крови, когда та пыталась выделиться среди многочисленных детишек аристократов.

Увидев растущую силу врага, контрабандистка отступила назад и сделала то, что сделал бы на её месте и Леон: схватила раненого за волосы и приставила к горлу клинок, закрываясь им от бешеной колдуньи. Это только кажется, что колдун, специализирующийся на лечении, безопасный противник. На деле эта безумная машина для убийств, хоть и на короткое время, но может дать фору многим другим.

И сейчас машина для убийств зависла, не решаясь сделать что-либо. По крайней мере, так казалось Аален.

— Умри. — Прошептала та одними губами, и контрабандистка только и успела, что дёрнуться в сторону.

Она ругнулась вслух, когда вспышка прошила живот колдуна и оцарапала её бок. Вообще ни разу не ровным и тёплым светом, а белый огонь в глазах целительницы нарастал, как чистая и фанатичная сила.

Аален раскрыла весь свой арсенал, активируя сразу три боевых амулета и один защитный. Очередная вспышка разошлась по ней, стекая без вреда, а отправленные в сторону колдуньи энергетические стрелы просто стёрло. Но вот третий, коварно посланный парализующий залп, проник в её тень, сковывая по рукам и ногам.

Эффект быстро развеялся, но этого хватило, чтобы контрабандистка подхватила кирпич, подбежала и со всей дури треснула эту девку по башке. А потом ещё раз, чтоб наверняка.

— Так будет даже лучше.

Глядишь, после её ошибки Леон начнёт доверять чуточку больше, если она отдаст ему колдунью из Надзора целой и невредимой.

Устало вздохнув, та заозиралась: один мёртв, вторая без сознания – так просто светлых целителей не убьёшь. Даже сама Аален со своим мизерным запасом энергии была куда более живучей, чем средний практик.

Здоровяк Багарион как раз заканчивал с тяжёлым рыцарем – безжалостно вколачивал его двуручником в землю, давя грубой силой. Бой, в целом, был закончен… вот только нигде было не видать бестолковую фею и нового начальника.

Неужели Леон проиграл? Это было бы очень некстати.

Аален с большим трудом признала, что в момент предательства ей двигала чистая жадность, гордыня и реваншизм: случись что, сама она не знает, как убедить гарнизон, что служить теперь нужно ей. У неё не было тех же амбиций, бесцеремонной наглости и странной, отдающей безумием харизмы. Пожалуй, её предел – распродать Брес по камешку и скрыться.

Оставалось лишь уповать на коварство Леона, которого в нём также было на десятерых.

Впрочем, кое-что она могла сделать здесь и сейчас: взяла несколько бойцов и кинулась в погоню за теми бедолагами, которые сопровождали боевую звезду.

***

Вновь на мне доспех Вестника Зла. На ногу всё ещё тяжело наступать, но под бронёй это доставляет гораздо меньше неудобств. Пока я не стал смотреть на то, что осталось от моего пальца, решив отложить медицину до завершения боя.

Очередная безумная затея… но всё же она сработала: лысый валялся трупом. Это чувство азарта пьянило не хуже алкоголя, руки немного потряхивало, адреналин гулял в крови.

Пока я только и мог, что криво ухмыляться и гонять в голове победоносные мысли, но расслабляться было рано. Поэтому, придя немного в себя, я тут же поднялся из сырого подземелья, быстрым бегом почти мгновенно добравшись до ворот.

Там мне открылись лишь последствия побоища: земля истыкана обломками стрел, лежат тела троих поверженных врагов, Багарион устало привалился к стене, поприветствовав меня из положения сидя. В этот момент меня заметили и остальные бойцы, и тогда вразнобой раздались радостные крики моей небольшой армии.

— Как вы все могли видеть, во время переговоров бойцы Надзора вероломно напали, но мы одолели их в честном бою. Нет ничего удивительного в том, что справедливость одержала верх. — Я поднял вверх кулак, закончив лить воду. — За сим объявляю нашу победу. Ура!

Осталось лишь добавить: “товарищи”, но тут уже я сдержался. Весь этот пафосный бред был настолько бессмысленным, что даже забавно, но он работал – и это главное.

Вскоре ко мне подтянулись все. Десятники, которым я велел прикрывать рядовых и вступать в бой, только если запахнет жареным, подошли отдельно. Они переглянулись, в ходе короткой перепалки решая, кто должен говорить.

— Государь, генерал… была вынуждена отступить. — С плохо скрываемой тревогой произнёс Воларио.

Непонятно, волновался ли он больше за себя, или за неё, но я вздрогнул от неожиданности. Вздрогнул и десятник.

Вот чёрт! Я совсем забыл про Дуччи. Её нигде не было, и к удивлению для себя, я почувствовал, как внутри меня плетётся неприятный ком тревоги и напряжения. Сжав руки в кулаки, я подавил ненужный поток эмоций – они только мешают думать рационально.

— Что с Аален? — Я вдруг вспомнил про ещё одну девушку.

— Она закончила свой бой и отправилась в погоню за врагами, которые не участвовали в битве.

Меня приятно удивила её инициатива, мысленно я поставил ей в голове пять с плюсом. После этого я коротко опросил свидетелей и отправился по следу Дуччи.

— Не идите за мной, я справлюсь сам.

Одинокая мечница, ещё и потрёпанная феей, мне не противник. Только бы она не проиграла так бестолково… мне ещё понадобится её клинок и её советы. Тяжело признавать, но без этой мелкой девчушки мне будет в два раза сложнее зарабатывать влияние и деньги.

Судя по следам крови, на стену кто-то карабкался, забрался и я. Трудно было отсюда что-то увидеть, но я не сдавался, в итоге плюнув и сиганув с крепостной стены. Убегая, фея выигрывала нам время, чтобы мы могли победить остальных врагов. По сути, она сделала почти то же самое, что и я, с той лишь разницей, что я имел план и был уверен в победе.

Двинувшись к лесополосе, я издалека почувствовал проявление тёмной и светлой энергии. Насторожился, доставая клинок. Спустя пару шагов, я наткнулся на огромную лужу крови и следы настоящей бойни: на земле клубился тёмный туман, труп мечницы, изуродованный и изломанный, валялся там же.

Дуччи нашлась в паре метров от неё.

Заметив хрупкое тело, привалившееся к дереву, я уж подумал, будто она мертва, но девушка дышала. Выглядела обожжённой, потрёпанной, на лёгком кожаном доспехе виднелось несколько разрезов, под которыми я видел небрежно и на скорую руку стянутые края ран.

Видимо, уже успела поработать над собой, хотя кажется, что такие швы разойдутся от любого неосторожного вдоха.

— Ты справилась. — Я одобрительно кивнул, снимая с себя шлем.

— Я... смогла. Всё потому, что вы дали мне силу... Благодарю вас.

Её голос звучал с настолько искренней гордостью и теплотой, я аж хмыкнул. Как будто я не затыкал ею все узкие места и не отправлял её туда, где мне было удобно, а правда сделал что-то хорошее. За что благодарит – не понятно.

Нет, взаимное использование кажется мне чем-то более знакомым, чем вся эта сентиментальность. Однако я подумал, что мне стоит больше полагаться на неё, также, как верил в себя самого.

— Смотри, не умри тут. — Сдержанно ответил я, всё же потрепав её опалённые волосы. — Тебе ещё предстоит долгая работа на благо Нардерона.

— Да. На ваше благо, господин Леон.

И всё же, аккуратно поднимая фею на руки, чтобы отнести в крепость, я не удержался от улыбки: моя клятва, данная в начале пути, по сути своей была исполнена. Однако, мой путь к величию только начинается.

Нужно собрать трофеи, допросить пленницу и думать, что будет дальше...

Глава 27

Бой закончился почти без потерь.

Один боец… который увидел вспышку, испугался, пытался сбежать и свалился со стены, свернув себе шею. Тут я даже не знал, что сказать: распорядился узнать, есть ли у него семья в одной из деревень, или же его стоит похоронить под боком у мудака-коменданта. К лучшему, что он оказался именно дезертиром, и все это видели – достойный пример, который отложится у людей в головах, а мне даже не нужно кого-то наказывать, кошмарить или рубить головы.

После очередной долгой и пламенной речи, я без труда убедил своих ребят, что вспышка от светошумовой – атака воинов Надзора, которой они вероломно нарушили переговоры.

Дуччи была в очень хреновом состоянии, и я то и дело думал о своей самой полезной подчинённой. Её я отдал в руки Аален… уже в который раз. Контрабандистка потратила кучу времени, чтобы та просто не умерла от ран, но мерзкие порезы от светлой энергии так просто не поддавались, и постоянно норовили открыться.

После разбора полётов я собрал кусочки своего тела от Белого Голоса, и даже так мне не сразу вспомнился мой оторванный палец на ноге.

Ну и охренел же я, когда закрылся в комнате, снял доспех и увидел частично отросший кусок плоти! Чёрные жгуты от брони вросли в него, и выходили нехотя, поэтому я решил не мешать броне делать своё дело. Сконцентрировал живую чёрную жижу у себя в сапогах, продолжая разбор трофеев. В том числе тех, которые Аален достала вместе с телегами воинов Надзора.

На то, чтобы привести всё в порядок и убрать следы битвы, ушла пара дней. Взрывчатку мы перенесли на склад. Ко мне-Леону стали относиться капельку хуже, так как формально в битве я не участвовал, но от пленного племянника Террарса пошли слухи, что я “разговаривал с ним” во время осады, и тем самым подтвердил, что я охранял его, как ценный актив, а не просто отсиживался где-то.

“ — Кстати, уже довольно много народа знает о Белом Голосе... сейчас прокатило, но впредь стоит быть осторожнее с такими уловками. “ — Несмотря на осторожные мысли о будущем, я не перестал то и дело пользоваться концепцией для связи с ближайшими подчинёнными, но уже думал над тем, как бы мне избежать слабых мест этой способности…

А ещё через пару дней пришёл Ривьер. Не через посредника передал что-то, а во плоти, так сказать. Мы собрались в кабинете впятером: он и его представитель, с моей стороны – Аален, Норис и я. Дуччи всё ещё отлёживалась, и даже непонятно, шла ли на поправку. Дарио не ответил на призыв о помощи, а с местной скоростью передачи информации мне проще самому было сбегать вместо гонца и притащить обратно лекаря на руках, чем ждать у моря погоды.

А вот Аален можно было воспринимать и как Елену Нардерон, настроенную на благо королевства, и как двойного агента, который наверняка поможет старому подельнику выбить хорошие условия. Она и стояла как-то посерединке. Лишь бы не вставляла палки в колёса, а её симпатии мне до одного места!

— Ха-ха! Леон, а ты сильно поднялся с нашей прошлой встречи. — Здоровяк, оглядывая богато обставленный кабинет, выглядел доброжелательным, хотя улыбочка у него была скорее безумной, чем радостной. — Ты правда захватил крепость, чёртов псих! Хотя бы что-то интересное происходит в этом захолустье – не зря вытянул твою задницу из столицы.

— Так и скажи, что сходу решил начать торговаться, Ворона. — Я усмехнулся и сдержанно похлопал его по плечу, когда тот подошёл и попытался сдавить меня в медвежьих объятиях, напоминающих больше тиски, чем дружеское приветствие. — Все лысые будут пытаться меня убить, что ли?

Тактично выбравшись из хватки, я сел за стол. На повестке дня вопросы совсем не товарищеские, а не будь моё тело аномально крепким, у меня бы точно что-то сломалось… позвоночник, например.

Но что самое важное, во дворе внизу столпилось пятнадцать человек строителей, обвешанных снаряжением под завязку, три телеги. Здесь же рядом с лысым встал щуплый и наглый тип в костюме с лицом, напоминающим больше всего морду наглой отожравшейся крысы.

— Торговаться и убить – вещи друг другу не противоречащие. — Подметил Ворона, посерьёзнев. — Но мне теперь твоя шкура дорога, приятель. Давай-ка опустим все формальности и обсудим условия кредита.

Кивнув, я указал на стул напротив.

— Располагайся. Твои условия?

— Вернёшь четыре сотни долей от ста через два года. — Рубанул тот. Триста процентов на два года, говоря проще.

Мы решили расширять сотрудничество, поэтому суммарно выйдет более двух тысяч золотом. Ну и два года – чтобы я отдал денежки до того, как запахнет жареным. А ведь я планировал начать охоту на тварей из Стыни в промышленных масштабах, и если всё пойдёт гладко, уже скоро я буду распоряжаться суммами куда больше. Но и я не лох, чтобы соглашаться на вымогательство!

— Давай что-то более реальное. Попробую ориентироваться на кредитование с моей родины… даже округлим в твою сторону, верну сто семьдесят пять процентов через два года. Это грабительские условия, на которые люди шли от безысходности.

Здоровяк покачал головой.

— Леон, я, вообще-то, рискую не меньше тебя.

— Должен также отметить, что скоро вторжение тёмного войска. — Вставил крысомордый, имя которого я даже не потрудился запомнить. — Это только умножает риски…

— …и не имеет никакого отношения к возврату средств через два года. “Приятель”, если хочешь риска – давай забьёмся на те же четыреста процентов, но после вторжения князя Тьмы. — Я нагло улыбнулся в лицо мудачью в костюме, потом перевёл взгляд на Ворону. — Это будет честно и справедливо, потом получишь свои две тысячи. Даже больше – у меня будет много трофеев, и я буду готов щедро ими делиться.

Улыбка на лице Ривьера померкла, крысомордый – окрысился. Но лысому было нечем парировать, поэтому он решил сбить цену.

— Триста пятьдесят долей. Кхеган сговорился с окрестными городами, тебе не будут ничего продавать, не станут оказывать помощь местные гильдии...

— Это уже мои проблемы, Ривьер. Я их решу, и тогда мне потребуется совершенно иной уровень сотрудничества, чем эти жалкие гроши. Давай смотреть глубже. Тебе что-то нужно в этих землях, иначе ты бы столько не знал и не появился здесь лично. Тебе не нужно, чтобы здесь остались выжженные пустоши. Сделай на меня ставку. — Я кивнул в сторону Аален. — Твоя женщина, например, решилась на это. Не доверяешь мне – поверь её чутью.

После моей короткой бравады дело двинулось с мёртвой точки. Мы начали прорабатывать финальный договор, в котором было гораздо больше, чем планировалось изначально.

Во-первых, это направление отчего-то было важно для самого Ривьера. Во-вторых, он шарил за артефакты, и только это спасло задницу Аален, когда та решилась на меня напасть. В-третьих, он пообещал найти мне настоящего живого дворфа, который укрепит стены. Но так, на словах, вне договора.

Ну а я в свою очередь буду закупать у него много артефактов по честной цене, позволю ему перемещаться по моим землям и даже предоставлю ему склады под товар, если это не касается каких-то сомнительных веществ или рабов. Получился вполне приемлемый договор, где я вообще не переплачиваю за услуги строителей, а мы просто торгуем с этим лысым мужиком, и каждый получает свою выгоду.

Хотя я подозреваю, что основная причина – перевалочный пункт в моём лице. Дело точно тёмное, и хрена с два прошлый комендант позволил бы ему свободно расхаживать тут, ещё и держать своё барахло. У него просто не было достаточно сил, чтобы помешать этому… в отличии от меня, если дело выгорит.

Думаю, Ривьер ничего не теряет и отобьёт вложения очень быстро, но настоящую выгоду он получит, если всё сыграет. Как и Аален, хотя она уже конкретно так рискует своей шкурой.

Мы пожали руки, подписали договор, и крысомордый, который сделал немалый вклад, чтобы хоть на копеечку меня обуть, наконец-то свалил к рабочим, а мне даже дышать стало легче. Ох уж эти болтливые посредники…

— Найти мастера-дворфа, готового работать с людьми – задача и проще, и сложнее, чем кажется. Пусть мы не внесли этот пункт, я сделаю, что смогу. — Он крепко сжал мою ладонь, опять пытаясь давить габаритами. — Платить ему только будешь ты сам!

— Было бы очень кстати. А… и ещё хотел спросить, пока ты не ушёл. — Я отстранённо покрутил в руках нож, обвитый чёрной змеёй. — Что думаешь об этой штуке?

Одноразовый артефакт, который оставил ночной гость нам в помощь. Совсем забыл про него, отбил атаку своими силами и без сомнительных подарков. Но а как иначе? Не строить же оборону от непонятной штуковины, которая делает невесть что, ещё и только один раз!

— Позволишь взглянуть?

Кивнув, я отдал ножик ему. В кулачище Ривьера он смотрелся ещё более крохотным, но оттого не менее опасным. И шла эта угроза не от простого хищного лезвия, а от чего-то внутри.

По свечению глаза Вороны я понял, что он занимается оценкой предмета то ли с помощью концепции, то ли артефакта, и заняло это достаточно времени.

— Ужасная дрянь. — Резюмировал тот, отдавая его мне с некоторой опаской, хотя и с большой долей любопытства. — Из тех игрушек, которые делают из разумных марионеток и подчиняют Зверей.

Вздрогнув и выругавшись, я подумал, что ночной гость пытался этим “подарком” подчинить меня, как это пытался провернуть князь Тьмы, но лысый пояснил, что это работает не на пользователя, а на цель:

— Сработает только один раз. Внутри шлак от демонической стали, и если я верно вижу, он должен вступить в реакцию с твоей энергией, а затем… — Ворона изобразил удар ножом. — Рассудок жертвы затуманится, и она станет служить тебе. Похоже на одну из игрушек Ноклохоа, одного из трёх Владык. — Последнее тот произносил почти что шёпотом. — Убери эту гадость подальше и никому больше не показывай, если не хочешь, чтобы тебя боялись свои же.

К моей удаче, я прописал в договоре, что Ривьер не имеет права сдавать мои личные тайны. Хотя я даже не против, чтобы меня-Леонарда боялись окружающие – хорошо сыграет на репутацию. Но даже от этого не спокойнее. Я решил припрятать эту штуку… а лучше – использовать поскорее, изучить, как она работает, и вышвырнуть подальше.

Едва мы закончили со встречей, как пришёл один из бойцов, коротко отчитавшись.

— Сеньор Леон, пленница пришла в сознание. Связана, силы заблокированы, разговаривать отказывается.

На этот день у меня всё уже было свободно, поэтому я решил заглянуть к последней из нападавших. И заодно прокрутил в голове один очень гадкий, но вполне рабочий план... пожалуй, на грани моих принципов.

Целительница выглядела так себе – пульсирующая плоть на заживающем разбитом черепе. И, кстати, у той оказалось на удивление милое личико. Но я не спешил обманываться и проявлять к ней сострадание.

— Ну, как тебе битва? — Вполне доброжелательно спросил я. — По мне, так занятная заруба вышла, яркая.

Скрип зубов с её стороны тоже вышел очень ярким. И с такой тоской и ненавистью она на меня посмотрела, что я уж даже подумал, не пережестил ли с этой дурёхой. Но потом она открыла рот:

— Вы, твари... за это заплатите. За каждую минуту вашего богомерзкого существования вам воздастся! Неужели так трудно было просто сдохнуть и не оттягивать неизбежное? Не я, так другие принесут в мир благо для всех людей и уничтожат вас по милости Эллеи!

— Кто-то ещё из ваших остался в городе? Сильные? Сколько воинов у Террарса?

— Пошёл к чёрту, тёмная мразь. — Она попыталась сплюнуть в мою сторону, но то ли сил не хватило, то ли низко опущенная голова не позволила.

— Ясно. Разговора не выйдет.

Попросив всех, кроме нас, покинуть камеру, я довольно растянул уголки губ в ухмылке. В голове всплыла пара смутных образов из недавнего вещего сна. Пришлось напрячь голову, чтобы вытянуть оттуда что-то дельное.

— Бедолага. Не сходишь с друзьями на фестиваль. Жаль тебя, дуру бесполезную. — С этими словами я достал демонический нож. — Но мне ты ещё можешь послужить.

Была секундная заминка… я не знал, правильно ли поступаю. Но Дуччи хоть и была жива, в любой момент могла умереть, и неизвестно, приедет ли к нам толковый врач. Я хотел опробовать артефактный нож на максимум, чтобы понять, как он работает.

С нажимом всадив его в грудь девушки, которая продолжала хрипеть проклятия, я аккуратно пустил энергию в клинок. Прочувствовал каждой клеточкой тела, как тёмные крупицы, пропитанные моей силой, по специальному каналу проникли внутрь тела целительницы, забивая все важные точки её тела.

Организм девушки пытался сопротивляться, её собственная энергия распалилась, пытаясь подавить вторженца, но я настолько превосходил её по объёмам силы, что той ничего не оставалось, кроме как сдаться. Уже спустя мгновение я пощёлкал пальцами, посылая приказ подняться, и та правда затрепыхалась, дёргаясь снова и снова в безуспешных попытках встать.

— Всё, хватит. — Ощущение было такое, что хотелось минимум час оттираться от этой грязи, но у меня была конкретная цель.

Дуччи сделала столько всего, что просто не могла подохнуть вот так бездарно, уже после конца битвы. У меня было не так много друзей, а из близких – после смерти брата и вовсе никого не осталось. Но я раз за разом возвращался к красноволосой ушастой, понимая, что пусть и не дружба и не близость нас связывает, но я готов испачкать руки, чтобы её вытащить.

Связь с целительницей вышла прочной, и я сразу обратился к ней, чтобы прощупать новые ощущения. Это было похоже на связывающую нас толстую паутину.

Сходу понял, что число такого рода спутников было ограничено, как минимум – количеством моей энергии. Приказы щедро расходовали собственную силу, а перезаряжать клинок, даже если и можно было, я всё равно не знал, как именно, поэтому и реальный лимит сил остаётся загадкой.

Я открыл замок на кандалах силой теней и выпустил пленницу на волю, приказав следовать за мной. С самого начала не собирался прятать от окружающих факт подчинения – я всё-таки тёмный, Кровавый Тиран, а значит меня должны бояться. Понимать, что будет в случае неповиновения, а то последнее время я стал слишком уж добреньким!

Лица тюремщиков нужно было видеть… они не знали, что им делать и за что хвататься.

— Расслабьтесь, она перешла на нашу сторону. Я сделал из неё марионетку Нардерона.

— Вы… что вы сделали? — Один из них посмотрел на меня так, будто это я под чужим контролем, а не наоборот. — Она же бешеная, зубами пыталась в нас вцепиться! Её точно можно…

— Можно-можно. — Раздражённо фыркнув, я пошёл дальше, с сарказмом объясняя чуть ли не по буквам. — Я достал клинок, впрыснул в неё пару капель своей тёмной силы, и она теперь как шёлковая.

Лица тюремщиков понимающе вытянулись, они покивали и пропустили нас. Слава богу, до них дошло, что приказы старшего в иерархии не обсуждаются.

— Иди со мной, сейчас осмотришь больную.

И она пошла, поволоклась заторможенно, как зомби, поэтому путь до койки Дуччи на первом этаже башни казался вечностью.

Встав над феей, целительница аж полчаса делала диагностику, а потом принялась медленно, размеренно водить руками, пока я мерил шагами комнату. То ли это было её сопротивление, то ли недостаток такого подчинения, но на то, чтобы окончательно стабилизировать фею, ушла уйма времени.

В какой-то момент я просто отрубился, прямо как в тот раз, в магазинчике Аален. Аж ностальгия пробирала, пока я клевал носом под методичные шуршания целительницы. А проснулся оттого, что меня потрясла за плечо уже вполне реальная контрабандистка, неодобрительно сощурившись.

— С каких это пор короли пускают слюни на кресле в комнате слуг? — С беззлобной усмешкой спросила та.

— С тех самых пор, как моя ближайшая подчинённая… — Я поднял взгляд на Дуччи, которая вполне себе сладко сопела в кровати, вернув розоватый оттенок кожи вместо серой бледности. — …при смерти.

Всё-таки сработало. Лекарша из Надзора сидела рядом с безучастным выражением лица, полностью выполнив свою задачу. Реально будто марионетка.

— Как? — Спросила Аален, кивнув на пленницу.

— Артефакт. Твой напарник меня как следует проконсультировал, решил испробовать на человеке.

То, как её передёрнуло от этих слов, меня позабавило. Наверное, впервые я чувствовал от контрабандистки настолько живой и неуправляемый ужас. Каждый бы дрогнул перед угрозой потерять себя, даже я, по сути, весь свой путь построил, чтобы не прогнуться и не потерять волю.

Пусть я и играю роль злодея, но у меня тоже есть свои принципы. Поэтому я хотел отпустить дамочку сразу, как здоровью феи перестало что-либо угрожать.

— Расслабься. Ты уже под клятвами, да и штучка была одноразовой, на тебя бы всё равно не хватило. Лучше скажи, как мне её теперь разподчинить обратно?

— В каком плане… "разродчинить"? — Девушка громко хмыкнула, иронично покачав головой. — И зачем тогда было использовать настолько редкую штуку, если не собирался пользоваться до конца?

— Ушастую подлатать, очевидно же. Врача из Кхегана мы бы ждали ещё неделю, если бы вообще дождались... давай к делу, а? Я увидел то, что хотел, теперь готов отпустить её на волю.

Самый хороший вариант – отцепить от себя эту грязь, просто вышвырнув девчонку за ворота с позорным поражением.

— Ну вот, поздравляю. Ты полностью уничтожил её волю и подавил душу, заперев глубоко внутри. Я знаю, как эти игрушки работают. У тебя теперь есть личный целитель. Очень медленный, тупой, но талантливый, вроде как. Ты от неё даже информации не получишь.

— Да на кой чёрт она мне нужна? Её же кормить ещё. Заберу себе Меневру, и зачем мне тогда этот недозомби?

Подумав, Аален подошла к ней, потянулась пальцами к плечам девушки. Потихоньку на меня нахлынуло чувство, как если бы та тянула за невидимые нити между ней и мной. Я почувствовал запрос, исходящий от контрабандистки, и не стал мешать.

— Кое-что я смогу из этого извлечь, но у меня нет таких глаз, как у дядиной помощницы. Извини уж.

Попрактиковавшись, Аален смогла влить немного энергии в Дуччи. Выглядело это буквально, как кукловод, который управлял куклой, но таким образом лечение стало в разы быстрее и эффективнее. А после того, как она вывела токсичную смолу из-за конфликта сил Добра и Зла в одном теле, фее стало ещё лучше.

А ведь если дать контроль над целительницей кому-то настолько талантливому, как Меневра, то она могла бы творить чудеса... Из них вышел бы отличный дуэт, и эта мысль грызла меня жирным соблазном. В общем, после разговора с контрабандисткой я решил пока оставить зомбированную целительницу тут, и уже действовать по обстоятельствам, когда я заполучу Меневру в своё распоряжение.

Но для этого, как и для снятия блокады, укрепления обороны и ещё по многим причинам, мне предстоит захватить Кхеган. Что ж, я собирался отправиться прямо в лапы Верга Террарса и испытать судьбу по полной программе!