Королевство. Ветер: северный

Глава 1. Иржик, - это я...

Аккуратно спустившись по верёвке в страшный туннель и немного попривыкнув к темноте я осмотрелся и чуть ли не запрыгал от радости.

- Да! Да... Наконец-то я нашёл его! Прямо предо мной было логово этого страшного зверя. Я щёлкнул пальцами. Огненный круг под потолком осветил чёрную дыру в которой пряталась внушительных размеров цель, моего путешествия.

- Хочешь голову чудовища, противная девчонка? Будет тебе голова... - Нацепив на нос свои волшебные очки и уже с помощью их убедившись в присутствии злобного монстра, я тут же поставил четыре энергетические ловушки. Но почесав затылок, на всякий случай добавил ещё столько же, небольших серебряных сосудов.

- Ну давай, друг детства... Выходи... - Положил я пред огромной чёрной дырой, маленькую зелёную конфету. Предварительно вооружившись, двумя невероятно острыми клинками...

Глава 1. Иржик, - это я...

Снова эти чёрные тучи... Сколько их... И в каждой из них таится опасность...

Ещё буквально месяц назад, над нашим горным городком светило солнце. И самой большой бедой во всём королевстве, была ветренная, дождевая погода. Когда нельзя было вдоволь поиграть с друзьями или просто погреться на солнышке. А теперь...

***

- Маришка, закрой окно! Опять этот проклятый, чёрный дождь... - Бабушка подошла к десятилетней девочке, нежно погладила её по голове.

- А когда мама с папой вернутся? - Налитыми слезами, глазами, девочка грустно посмотрела сквозь бабушкины очки.

- Вернутся. Куда они денутся... - Вдруг натужно улыбнулась она. - Вот Иржика отыщут. И сразу домой...

- Поскорее бы... - Грустно вздохнула Маришка. - Я по ним так соскучилась...

***

Иржик, - это я. Тринадцатилетний оболтус, что ни минуты не сидит на месте. Я не всегда был Иржиком. Перед этим я был Рыжиком, а еще раньше, Коржиком. А перед этим... Я уже и не помню кем... У нас в королевстве, не принято называть детей заранее. Как приклеится на улице кличка, тем и будешь. Разве только добавят какую букву спереди или сзади, что бы не были все рыжими или толстыми. Ну, или на крайний случай, эту самую букву, уберут. А в четырнадцать, ты получишь уже официальный документ. Который тоже можно поменять. Ведь люди меняются. Как и мнение о них.

- Мам! Я к ребятам! - Завидев сквозь небольшие мутные стёкла ослепительные зайчики, подающих сигналы друзей, я вскочил из-за стола.

- Нет! - Строго сказала мать. - Пока не доешь, никуда не пойдёшь!

- Но я уже наелся! - Возразил я, глядя на почти нетронутый рыбный суп.

- До дна. Старая Чайкас, в долг давать больше не будет!

- Ладно... - Нехотя согласился я.

Как я ненавижу этот рыбный суп...

Это раньше я был Коржик. Потому как постоянно угощал всех вкуснейшими булочками. Но теперь, ни на что другое денег не хватает. Даже на хлеб. А ещё и за квартиру платить нужно. Если снова просрочим, злая домоправительница, быстро вышвырнет нашу небогатую семейку с обжитой десятилетиями жилплощади на улицу. Я то может и не против. И так считай там живу. Но мои приёмные родители и младшая сестрёнка, вряд ли этому обстоятельству сильно обрадуются...

- Иржик! Что так долго? - Загалдели увидав мою веснушчатую рожу, два пацана и милая Снежик. Наша боевая подруга, не сильно-то от пацанов и отличавшаяся. Короткая стрижка, вздёрнутый кверху носик. И разве что короткая юбка-клеш, с потрохами выдавала в ней симпатичную девчонку.

- Уже и перекусить нельзя! - Выдал я свой железный аргумент.

- А что ел-то? - Облизал губы, достаточно упитанный мальчуган. - Пампушками небось баловался?

- Сам ты, - пампушка! - Стукнул я что есть сил, ухмыляющегося пацана в плечо. - Но он этого даже не почувствовал. Лишь немного повернул голову в мою сторону.

- Да, Иржик... Что-то ты совсем ослаб... - Констатировал очевидное, толстун. - Мрази, лучше не глаза не попадаться...

- Ничего я не ослаб! Просто больно тебе сделать не хочу! - Немного смутившись, я спрятал от ребят глаза. - Идёмте лучше на одноглазого смотреть! Сегодня он, точно из воды вылезет!

- Пошли! - Вдруг поддержал меня второй пацан. На голову выше меня, длинноногий суслик. Хороший, молчаливый малый. Мы его так и называли, Муслик. Да и не только мы. У него в отличии от нас, уже и документ с печатью имелся. И даже чёрно-белая фотография была. Можно конечно и цветную. Но это очень дорого стоит. Потому как, не было здесь никаких фотоаппаратов. Всё рисовали специальные художники в тайной королевской канцелярии. Можно и без фотографии было взять документ. Но тогда устроится на хорошую работу, было почти невозможно. А вдруг, это не твой паспорт? А так, хоть какая-никакая, но гарантия.

Я к чему это рассказываю. Мне через неделю, как раз четырнадцать стукнет! И я смогу устроится на работу, и наконец-то полноценно помогать своим близким. Можно и сейчас на работу ходить, но детский труд без паспорта, здесь не ценится от слова, совсем. Потому как официально, он вроде как, запрещён. А в четырнадцать, ты уже считаешься взрослым. Со всеми правами и обязанностями. Это, если есть паспорт. Но за него с фотографией, ещё нужно и заплатить. Причём месячную зарплату моих приёмных родителей. Обеих. Это за черно-белую. Но они заплатят. Причем с цветной фотографией.

- Как же так? - Спросите вы. Зачем такие лишние траты? Когда в принципе, в большинстве случаев можно обойтись и чёрно-белой? - А всё из-за моего болтливого языка. Это я год назад, глядя на отцовскую рожу в паспорте, не знаю почему, произнёс это странное слово," фотография". А новые слова здесь очень ценятся. И родители не растерялись и сходили в контору с моим новым, придуманным ребёнком словом. Слово это, до того местным чиновникам понравилось. Что теперь все называют картинку в паспорте, - фотографией. А тех кто рисует картинки в этот самый паспорт, - фотографами.

Но родители ходили не просто так. Им за это самое новое слово, дали немалое вознаграждение. Как раз на цветную фотографию с паспортом, вполне его хватало. И за месяц аренды. Что было очень даже не лишним. Они за прошедший год с той суммы, не одного су не потратили. И работу мне тоже уже подыскали. Какую, - не говорят. Ведь туда, только с цветной фотографией и принимают. Но я их не виню. Знаю, что им тяжело, меня, оболтуса этакого вместе с сестрёнкой содержать. Ещё и за школу платить. Но, что-то я отвлёкся... Мы же на одноглазого идём смотреть! Сегодня воскресенье. Школы нет. Так что имею полное право на свои маленькие шалости...

Глава 2. Странный фотограф...

- Итак, Иржик. Как выманить из норы, голубоглазую вертихвостку? - Просвети нас, будь добр. - Наша учительница по природоведению, вывив меня из полудрёмы, задала мне наводящий вопрос.

Я же, совершенно не выспавшись после вчерашней гулянки, почти её не слышал, а стоял у доски и непонимающе смотрел в распахнутое окно на бесконечно красивое море и думал о чём то своём. С сегодняшним предметом совершенно не связанном. Утренний морской бриз освежающе обдавал меня своим лёгким прикосновением. А утренние крики чаек, ещё больше убаюкивали... Уроки я вчера так и не выучил. Впрочем, как и все в классе. Ведь вчера было воскресенье. А кто в воскресенье учит уроки? Правильно. Никто... А после часа праздных ожиданий, одноглазый так на берег и не вылез. И мы всей своей весёлой компашкой, наплевав на безопасность, зачем-то дружно полезли в воду его искать. И лишь полная луна, а с ней и невероятно противные летуны, загнали нас обратно по домам.

- Иржик. Это же так просто. - Вывела меня из воспоминаний училка. - И это знают все твои одноклассники. Правда класс? Вы же знаете как приманить светящееся чудовище?

- Ну... - Неопределённо загудели с полсотни голосов.

- Может на Пухлого? - Проорал школьный заводила и местный хулиган, Мразь. - А Пух? Поведётся на тебя эта тварь? Или тебя ещё немного подкормить нужно? - Все дружно заржали.

- Да я тебе! - Встал из-за стола мой товарищ. Пригрозив хулигану своим кулачищем.

- Тихо! - Стукнула училка по столу огромной, эластичной указкой-плёткой. - Иржик, так как выманить это чудовище из его страшной норы?

- Почему чудовище? Мисс Злюра? - Не понял я. - То что у неё светятся глаза, это вовсе не делает её чудовищем! - Я вопросительно посмотрел в неприятно прищуренные глаза своей наставнице. - Как на меня, они очень даже милые и безобидные создания... Когда я был маленьким, я с одной вертихвосткой даже игрался. И она меня не съела. Ну, разве что облизала с ног до головы... Правда, она тоже была совсем маленькая, как и я...

- Не съела, потому что она в Иржика просто втюрилась! - Снова выдал очередную свою пошлую шутку, Мразь. - Да, Снежик? У тебя оказывается, появилась новая конкурентка! - Все тут же заржали. Кроме немного покрасневшей Снежик и моего друга Пуха.

- Тихо! - Очередной удар эластичной указкой, резким эхом отразился от высоких школьных стен. - Да, как ты смеешь! - Задыхалась от злости, одетая в чёрный, строгий костюм и огромные очки, проорала высоченная, худощавая учительница. Если это бездушное создание, ненавидящие всё живое, вообще можно было назвать этим словом. - Циркуляр номер 2170, ясно нам говорит, что голубоглазая вертихвостка является страшным вредителем и подлежит тотальному уничтожению! Это всем понятно? А тебе Иржик, понятно? Я не слышу? Или мне позвать нашего завхоза? Чтобы он тебя просветил, что бывает, если не выполнять высочайшее циркуляры?

- Не нужно завхоза! Мисс Злюра! - Я немного перепугано на неё посмотрел. - Это же было очень, очень давно! Возможно даже, до появления данного циркуляра!

- Тогда немедленно отвечай, несносный мальчишка, пытающийся поставить под сомнение высочайшие указы. Каким способом можно выманить это зловредное чудовище!

- Может, конфетами?.. - Предположил я. И все одноклассники тут же покатились со смеху.

- Конфетами! - Обхохатывался весь класс, включая и моих друзей.

- Чего ржёте! - Выкрикнул я гогочущим однокашникам. - Мой пушистик очень любил конфеты! Особенно ему нравились мятные смоктушки... - Смех потихоньку стих, так как училка подняла свою руку.

- Ну... - Вдруг поперхнулась своей же злостью, мисс Злюра, что в свои сорок пять, несмотря на все свои старания и толстый слой яркой косметики, так и не вышла замуж. - Можно и ими. Но в главном, ты как не удивительно, прав. Их очень прельщает запах мяты. Так что завхоза, пока звать не будем. - Несказанно обрадовала меня тётка. - Садись Иржик. И в следующий раз, готовься лучше. И чтобы я больше не слышала от вас сомнений по поводу целесообразности королевских циркуляров! Это Понятно! Не слышу?

- Да! Мисс Злюра! - Хором выкрикнули ученики.

Облегчённо выдохнув, что не придётся встречается с завхозом, по совместительству выполнявшего ещё и функции исполнителя школьных наказаний, занимавшего данную должность на полставки, но почему-то проявлявшего в данной области, рвение за двоих, я побрёл обратно на своё место, возле заждавшегося меня на последней парте, Пуха. Но через подставленную подножку от ненавистного всей нашей компашкой, Мрази, перецепился и грохнулся в проходе между партами.

- Этот Иржик, - совсем заржавел! - Выдал свою очередную шутку, Мразь. Сынок одного из высокопоставленных, местных чинов. С которым не хотел связываться даже директор школы. Не говоря уже о простых учителях. - Несите нового!

- Тихо!!! - Пока я мучаемый голодом, пытался встать, над моей головой снова зазвенели стёкла у портретов бывших правителей и министров нашего королевства, развешенных в два ряда под самым потолком. Которые сотрясаясь звонким стеклянным эхом, после каждого с десятка резких ударов мисс Злюры кожаной плетью по учительскому столу...

***

- Иржик вот, возьми половину моего обеда. - Протянула мне почти нетронутую ватрушку, Снежик. - Я уже наелась.

- Но ты же к ней и не притронулась почти. - Смущаясь, посмотрел я в бесконечно голубые глаза девчонки. - Какая же это, половина?

- Да я с утра, очень сытно покушала! Ешь! А то ты уже и на ровном месте падаешь!

- Ну, не совсем на ровном. - Вспомнил я ту злосчастную подножку, яростно ненавидимого мною белобрысого Мрази и его четвёрки прихвостней. После которой у меня до сих пор ныло правое колено. - Но только половину! - Поставил я ей железное условие.

- Ладно. - Согласилась Снежик, отламывая пол ватрушки. - Ешь давай! Пока снова в голодный обморок не грохнулся!

- А мне половину? - Заявил и свои права на лакомый кусок, Пух.

- Обойдёшься! - Показала язычок, Снежик. - У тебя и так, пол портфеля коржиками забито.

- Эх! Если бы... - Повесил голову толстяк. - Я их ещё по дороге сюда слопал... - Облизал он мечтательно губы. Но для тебя, Снежик, я всё же один припрятал. Вот, держи! - Достал он порядком помятый, приятно пахнущий пончик и протянул девчонке.

- Не нужно. Я и этим вполне наемся. - Отвергла его щедрое предложение Снежик.

- Точно? Ну тогда ладно... А то я и так еле до обеда вытерпел. - И Пух в один присест проговорил аппетитный пончик.

Одним лишь своим присутствием в портфеле, несказанно мучавший вечно голодного парнишку.

- А что, Иржик. - Не переживав как следует, спросил меня Пух, - ты и вправду видел вертихвостку? И после этого остался жив?

Запив еду водой с под крана, что бежала прямо в коридоре, я посмотрел на уставившихся на меня ребят.

- А вы меня, зачем спрашиваете? - Не понял я.

- Ну интересно же!

- А мне нет. Я чуть из за этого к завхозу в лапы не попал. Не хочу больше об этом вспоминать. Еще сдадите. Особенно ты Пух. За очердной пончик!

- Я! Тебя?! - Но затем почесал затылок, и спросил. - А сколько пончиков дают?

- Да ну тебя! - Махнул я на него рукой. - Идёмте домой. Там Муслик после своего первого рабочего дня должен прийти. Инетресно же, как у него прошло.

- Нет, ну серьёзно! - Не унимался Пух. - Сколько пончиков и главное, с чем, дают-то...

***

Прождав Муслика, почти битый час, мы все разбрелись по домам. С твёрдым обещанием через час собраться снова, но уже у него дома.

- Всё мам! Я побежал! - Доев вчерашний рыбный суп с плавающим, жалостливо уставившимся на меня рыбьим глазом, я встал из-за стола.

- Куда это? - Не поняла мать.

- Так, суслик, то есть, Муслик, с работы должен прийти. Интересно! Как он там...

- Никаких Мусликов! Мы идём к фотографу.

- Но меня ребята ждут!

- Подождут. Мы ещё месяц назад его услуги оплатили. Так что давай. Одень парадную рубаху, я тебя жду...

Рубаху я не одел. Она оказалась на меня мала. Пришлось снова переодеться в невероятно опостылевшую мне, строгую, школьную форму...

***

- Так, так... Иржик значит... - Изучив мой, ещё не проштампованный в тайной канцелярии, и из-за этого не имеющий никакой ценности, паспорт, высоченный дяденька с мелкими, острыми усиками и бородкой-кисточкой, внимательно на меня посмотрел. - Постой-ка! А не тот ли это Иржик, что придумал такое уникальное название, моему теперешнему ремеслу?

Сидя на очень высоком табурете, немного ссутулившись и толком не доставая ногами пола, не зная что ответить, а вдруг ему новое название не нравится, под испепеляющим взглядом строгого мужика с бабочкой вместо галстука, я сгорбился ещё сильнее.

- Чего молчим? - Вставляя мой девственно чистый паспорт в явно приспособленный для этих целей мольберт, взял в руки дополнительно прикрученный к множеству вращающихся шарниров, что позволяло удерживать его в любой точке без помощи рук, похожий на ручку, инструмент для выжигания. Раздувая щёки, фотограф как следует разжёг, еле тлеющий небольшой фонарь, а затем всунул туда свою ручку-иглу. Которая так и застыла на весу вместе с множеством немного скрипящих шарниров.

- Сядь ровно, Иржик. - Взяв меня за подбородок, дядька, приставил к моей голове ещё парочку овальных держателей на всё тех же, деревянных шарнирах. И зафиксировав в нужном ему положении моё лицо, снова отошёл к мольберту. - Значит, это ты придумал... - Снова продолжил он свой монолог. - И как же, скажи на милость, это тебе в голову-то взбрело? - Он посмотрел на меня, снова прищурился и выбрав нужный овал с имеющихся в его распоряжении шаблонов, чётким движением нарисовал в моём паспорте, соответствующий моему зажатому в тисках лицу, контур, уже достаточно разогретым для такого дела, острым жалом. Затем, замерив окружность моего лица, тут же занёс в имеющеюся рядом с овалом таблицу. Туда же вошли и остальные замеры. В том числе и длинна ушей и номер их формы. Подбирая нужные шаблоны и вводя их номера, мужик-бабочка, скрупулёзно, как и подобает работнику тайной канцелярии, выжигал на круглом овале, глаза, нос, рот брови... Но особенно его заинтересовала моя родинка над верхней губой. И он с особой тщательностью промерив все расстояния, всё же поставил последнюю точку, на ещё дымящейся и на удивление приятно пахнущей сосновыми иголками, фотографии.

Закончив с основной работой, он снова посмотрел в бланк-заказ, и удивлённо приподняв брови, достал со стола набор цветных стёклышек, и подобрав на глаз, более менее подходящие по цвету лица и волос, занёс это всё в ту же таблицу, и взяв очередное странное приспособление, принялся определять цвет моих глаз...

У мужика с кисточкой вместо бороды, явно что-то не клеилось. Он буквально ползал на четвереньках по всей комнате, в поисках очередного цветного набора с нужными ему номерами.

- Ничего не понимаю! - Выкрикнул он вслух. - Почесав у себя затылок. - Первый раз такое! Никак не могу определить твой цвет глаз... Ни один каталог не подходит... - Он с минут пять прохаживался по комнате, продолжая чесать репу. Пока всунутая в горячую лампу, острая выжигалка, не начала заметно подванивать. Он тут же подбежал и за неё схватился. Но умудрившись обжечь себе обе руки, после того как с правой ладони перебросил свой горячий инструмент в левую, видно совершенно позабыв что тот, при всём желании, ну никак не может упасть, начал отплясывать по кругу, смешно дёргая своими конечностями.

Я очень хотел засмеяться. Но хоть и довольно мягкая, однако уже порядком поднадоевшая фиксация моего лица, не давала мне возможности даже улыбнутся. И я лишь немного глупо перекосил свою физиономию, глядя как отплясывает высоченный мужик, вовсю стараясь не ругаться при ребёнке. Но он всё же не выдержал и прошипел.

- Ах ты ж, голубоглазая вертихвостка! - Но затем вдруг остановился, и подняв прилично обожжённый палец вверх, о чем-то вспомнил и забыв меня выпустить из тесных объятий своего фиксирующего устройства, исчез как минимум на полчаса...

***

- Вот! Вот оно! - Глядя в мои, только-только открывшиеся от полудрёмы глаза, несказанно обрадовался взволнованный фотограф, сравнивая странную, светящуюся в этой полутёмной комнате субстанцию, заточённую в небольшой стеклянной пробирке с огромной чёрной пробкой, с моими заспанными зрачками.

Отставив странную колбочку в сторону, он снова вставил выжигающее устройство в лампу, и подождав пока игла нагреется, вписал номер с пузырька в документ, а затем, очень аккуратно открыв его, всунул туда длинную иглу и нанеся пару капель на мой паспорт, с особым удовлетворением пшикнул ещё одним противно пахнущим, мутным пузырьком на весь документ, и в завершении отправил всё это дело в ящичек над пищащей жаром лампой.

- Хух... - Выдохнул он с нескрываемым удовольствием. - Ну ты меня братец и озадачил сегодня! - Невероятно довольный собой, он наконец-то отпустил меня из моей неподвижной ловушки.

- Хух... - Это выдохнул уже я, растирая затёкшую от долгого сидения шею. - Чем же я вас мог так расстроить? Господин фотограф... - Посмотрел я на него виновато. - Я сидел достаточно смирно. Ну, может раз и пошевелился, когда вы тут отплясывали. Ой... Извините... Вам наверное было очень больно?

- Ерунда! Зато я сегодня, как минимум заработал своё трёхмесячное жалование, малец! И всё, благодаря тебе! - Довольно улыбаясь, дяденька потёр руки. - Но знаешь что? Ну их к лешему! Эти тридцать серебряников!

Я не понимающе на него взглянул.

- Ладно! - Пожалел он меня, похлопав по плечу. - Не переживай сынок! Ты сегодня, считай вытянул свой счастливый билет! И всё, благодаря мне! - Затем он наклонился поближе. - Ты же понимаешь, Иржик, Что другой фотограф, вряд ли бы так заморачивался. И сразу бы тебя сдал, куда положено. Но я, если ты не заметил, не совсем простой... Так что ты мне, - считай должен! - Прошептал он по-заговорщицки.

- Но господин фотограф! - Я перепугано на него посмотрел. - Мои родители уже месяц назад, как всё выплатили за вашу работу! А у меня денег нет. Ни единого су!

- Глупыш! Я не о деньгах... - Снова прошептал он, вроде нас здесь, мог кто-то ещё подслушивать. - Ты пока не понимаешь... Но я только что, спас тебя от верной гибели. И возможно дал тебе старт к твоей головокружительной карьере! Это если ты всё сделаешь правильно, приложишь максимум усилий и не облажаешься... Так что, слушайся меня. И всё у тебя и твоих родителей будет хорошо. Лады? А документ твой, я пока у себя придержу. А тебе дам взамен другой. Самую малость подправленный. И сам оформлением займусь, так что ты не переживай. Паспорт у тебя будет. Правда не родной. Не готов ты пока к родному... Ты же мне, доверяешь?

- Но я, даже не знаю как вас зовут? - Я вопросительно на него взглянул. - И самое главное... - Вдруг осёкся я.

- Что? - Улыбнулся фотограф. - Договаривай...

- Вы меня извините, но я понятия не имею, что происходит. Да и потом... Я вас совсем не знаю! - Развёл я руки в стороны... - И даже если бы и знал... Ведь разве можно в нашем многоуважаемом королевстве, хоть кому доверять?

- А вот это, очень даже правильный вопрос, малец. Самый что ни на есть, в точку! - Похлопал он меня по плечу. - Вижу, что я в тебе не ошибся!

- А какой ответ? - Совсем уж смущаясь от столь неожиданного покровителя, да ещё и с тайной канцелярии, спросил я у набивающегося мне в товарищи, явно видавшего виды, взрослого дядьку, которому явно что-то было от меня нужно. Но сейчас, он точно был не готов раскрывать свои тайные планы.

- Ответ? - Переспросил он.

- Ну да... - Он встал, походил немного вокруг меня задумчиво, а затем резко нагнулся и с высоты своего немалого роста, проскрипел. - Никому доверять нельзя. Запомни Иржик. Даже самому себе...

- И вам, получается тоже? - Я неуверенно на него посмотрел.

- Мне, в первую очередь... - Но заметив, что я совсем потерял нить нашей с ним беседы, продолжил. - Послушай, я уже двадцать пять лет служу в тайной канцелярии, и всё чего я достиг, это быть фотографом в этом полутёмном подвале! Да, здесь неплохо платят, сравнительно неплохо... И работа не пыльная. Но я то, мечтал о другом! И ты, - это шанс из этого подвала вырваться! Я понимаю, что сейчас ничего не понимаешь, и думаешь, чего это я к тебе прицепился. Но я прицепился не к тебе! А к моему последнему шансу, причём мертвой хваткой! И я его уже не выпущу... Это понятно?

- Ну... В общем, да...

- Вот и хорошо. Вот и ладненько. Для начала, я думаю достаточно. А вот и твой паспорт готов! - В подвешенной над лампой, железной коробочке что-то дзенькнуло, и он достал с помощью щипцов запёкшийся до нужной кондиции документ. Опустив его на стол, он сначала достал из кармана новый бланк, а затем полез в самый нижний ящик, и смахнув пыль со странной коробочки, вынул из неё сложенные один на другой два окуляра. - Вот Иржик. Это мой тебе подарок. Это бесценные линзы! Других таких, больше нет! Ты потом поймёшь почему. Постарайся их не потерять...

- Я не знаю... - Искренне сказал я. - А вдруг я их потеряю? Может они вам нужней будут, раз они такие ценные...

- Они не для меня! - Резко возразил мне фотограф. - Они, - для тебя! Для меня, да и для всех остальных они бесполезны. Я тебе их, доверяю. Значит и тебе, я доверяю. У меня просто нету другого выхода... - Затем он посмотрел мне в глаза. - Что нужно сказать?

- Спасибо господин!

- Не называй меня так. Очень скоро всё изменится. Зови меня просто, Гнус...

***

- Иржик! Где тебя кровожадные летуны носят-то! И почему ты до сих пор в школьной форме? - Дружно выразили мне своё возмущение ребята, когда я всё же добрался к дому Муслика. Его квартира находилась на втором этаже, покосившегося от старости четырёхэтажного домика. У которого из-за очень плотной застройки, ни как не получалось развалится окончательно. Напротив входа в единственный подъезд, также имелся и городской фонтан, в виде переодически плюющегося водой дельфина. Почему плюющегося? Никто толком не знает. Но что-то в и так, дышащей на ладан древней конструкции этой двухметровой рыбы, кроме давным-давно отломанного хвоста, видимо сломалось, и вместо красивой струйки, дельфинчик периодически всех оплёвывал ржавой, водопроводной водой. Причём происходило это достаточно неожиданно. Как сейчас, например. Когда рыжая субстанция, прилетела прямиком мне в лицо.

- Это тебе за то, что заставил нас ждать! - Даже не улыбнувшись, выдала Снежик. И тут же дала мне свой белоснежный платок, что бы я вытерся.

- Да, что случилось-то? - Стерев с моего и так веснушчатого лица такого-же цвета жидкость, я уставился на своих перепуганных друзей.

- Муслика на работе очень сильно побили... - Прошептала Снежик.

- Как побили? Кто! - Не понял я.

- Не говорит. - Пробурчал Пух. - Он даже не шевелится.

- А лекаря-то, позвали? Что он говорит? - Поинтересовался я.

- Что говорит... Понятно что... Десять солей за осмотр просит. - Ответил Пух. - А где их взять-то! Такие деньжища. У миссис Грустик нет... Она по соседям побегала, никто и су не дал...

- Мистер Скряглик, на месте? - Задал я наводящий вопрос?

- Дома он... Ждёт пока деньги принесём. Мы тут побегали, только пару су и собрали. - Вздохнула Снежик.

- Это я за свой надкушенный пончик выторговал. Он вообще-то, пятак стоит... - Ещё более обречённо, выдохнул Пух.

- Ладно ребята... Идите к миссис Грустик. И скажите что лекарь скоро придёт, что бы она не переживала... - И я всунув руку в карман, зажал в кулаке свои десять соли, выданные мне странным фотографом, для поправки моего тощего организма...

Глава 3. Микроникропус.

Мистер Скряг уже пол часа тщательно осматривал больного с помощью небольшой лупы.

В конце осмотра, постукав по коленке и перевернув Муслика на живот, понажимал на болевые точки и не получив от похожего на тряпичную куклу длинного тела нашего друга, никакой реакции, достал невероятно противно пахнущий пузырёк и поднёс его к носу пациента. Жадно хватая ртом свежий воздух, мы мгновенно закашлявшись и дружно выбежали из комнаты на лестничную площадку.

- Такс... - Ещё раз взглянув на посиневшие глазницы, предварительно отведя по очереди веки, подвёл итог осмотра, мистер Скряг. - Судя по всему у пациента, чужеземный паразит! Вы же прививку делали, надеюсь?

- Прививку?.. - Перепугано спросила миссис Грустик.

- Да, прививку! - Выкрикнул на чуть ли не падавшую в обморок вдову, приглашённый лекарь. - От паразитов?

- Нет, мистер Скряг... - Никаких прививок мы не делали... После того как мой муж умер, нам денег и на еду-то не хватало... Какие там, прививки... Да и зачем они нужны-то! От них говорят, изжога и головная боль...

- Ну да, изжога и головная боль... - Прошипел зло лекарь. Но потом посмотрев на нашего Муслика, тяжело вздохнул и покачав печально головой продолжил. - И вы, миссис Грустик, без прививки, отправили своего единственного сына работать в порт? - Ужаснулся немного плешивый, пожилой мужичок. - И как, скажите на милость, его туда взяли, без соответствующего на то документа?

- Вы же знаете, как... - Повесила голову бедная женщина.

- То есть, на взятку у вас деньги были, а на прививку, - нет? - Встал со своего места лекарь. - Ну, вините теперь в смерти сына, саму себя!

- Но как же?! - Залилась слезами миссис Грустик. И встав на колени, схватила за ногу собирающего вещи лекаря. - Неужели ничего нельзя сделать?

- Это не наши безобидные паразиты, мисс Грустик. К которым мы все давно привыкли. А из соседнего королевства! Они очень ядовиты. И если паразита не удалить с его тела, а их здесь, судя по отравлению, как минимум трое, то через сутки от их яда наступит смерть! А противоядия от них не существует. Я этих паразитов не обнаружил, а это значит, что они очень маленькие, и где их искать, вам не скажет ни один врач! Так что вините себя миссис Грустик, и отпустите наконец мою ногу! - Оставив рыдающую женщину на полу, лекарь собрал свой небольшой саквояжик и не прощаясь вышел из комнаты. Но затем вернулся и передал мне лист бумаги с одним лишь написанным словом. - Вот Иржик, это отчёт о моей выполненной работе. Ты же мне заплатил, перед тобой и отчитываюсь. Держи.

- Мистер Скряг. - Взяв в руки небольшой листок, я на него умоляюще посмотрел. - А если мы с ребятами найдем, где прячется, я посмотрел на листок, микроникропус. - Еле выговорил я это название. - Вы его достанете?

- Молодой человек... Микро, это не просто так, он меньше чем ваш ноготь в длину! Как вы его найдёте-то? Он же не только под кожей сидит. А ещё и по сосудах ползает, ну или где ему вздумается... Так что попрощайтесь с вашим другом, пока он ещё жив... И не забывайте делать прививки! - Лекарь развернулся и ушёл. Оставив ошарашенную троицу и рыдающую мать, наедине с немного посиневшим Мусликом.

- Миссис Грустик. - Погладила по голове убивающуюся женщину, Снежик. - Вы идите на работу. Если вас уволят, вы и сами долго не протяните. А вы здесь ему, точно ничем не поможете...

- А как же мой сыночек? - Умоляюще посмотрела не девчонку мать. - Кто с ним останется... С моим крохой.

- Мы останемся. Да ребята? - Снежик вопросительно посмотрела на перепуганных нас. - И поищем этих маленьких негодяев. - И она торжественно достала из-за спины увеличительное стекло, которым почти пол часа, пытаясь найти виновников теперешнего состояния Муслика, орудовал мистер Скряг...

***

Мы по очереди с Пухлым и Снежик, при тусклом свете свечей осматривали каждый дюйм тела Муслика. Даже там, куда девчонки обычно не заглядывают. Но это уже без отдыхающей Снежик. И перед самым рассветом, без сил уснули возле кровати, серьезно потерявшего свой естественный цвет, и сейчас больше походившим на фиолетовый кабачок, длиннющего подростка.

Первым от невыносимо разоравшегося голубя, проснулся я. При других обстоятельствах, я может бы даже и послушал его развесёлое, гуль-гуль, но в данной ситуации весёлого было мало. Да и после бессонной ночи, эти противные звуки больно били по и так расшатанным за ночь детским нервам. И я недолго думая, схватил первое что попалось под руку и уверенно двинул к окну, в надежде прекратить его противные пение. Но зацепившись об спящего на полу Пуха, и сам грохнулся возле похрапуещего, и даже во сне что-то постоянно жующего подростка.

Ни Пух, ни Снежик, и тем более посиневший Муслик, от грохота моего худого тела не проснулись. Лишь Пух, видимо уже дожевав очередной пончик, перевернулся на другую сторону. Я же искал глазами мой выпавший из рук во время падения, тяжёлый предмет. Но вместо принесённого с пляжа невероятно гладкого камня, я увидел перед своим носом, подаренный мне вчера странным фотографом, небольшой, круглый футляр с вывалившимися из него окулярами. О котором я из-за последних печальных событий, напрочь позабыл.

- А! Вот ты где! - Всё же отыскав закатившийся белый камень и кое-как собрав содержимое круглой коробочки, я положил футляр обратно в карман и поднявшись, всё же подошёл к распахнутому окну.

Увидав наглую, противную птицу, засевшую в двадцати футах от меня, я для начала пригрозил ей кулаком. Но она, едва завидев меня, ещё сильнее стала орать свою залихватскую песню. - Ну раз так, то ты считай, сама напросилась! Крыса пернатая... - И только-только я прицелившись, хотел одни махом покончить с противными звуками, как проклятый, бесхвостый дельфин снова плюнул мне прямо в глаза...

Высказав всё, что я думаю о этой проклятой рыбе, я полез в карман за всё ещё лежащим там, хоть и не таким чистым как раньше, белоснежным платком Снежик. Потому как эта вековая ржавчина, порядком выедала мои сонные глаза. Растолкав пальцами в кармане футляр и зачем-то положенный туда скользкий камень, я всё же нащупал спасительную тряпку...

- Хух... - Наконец-то я стёр эту жижу с лица. - Стоп, а это что? - В платке оказались, видимо выпавшие с футляра, сложенные очки. - И зачем он только мне их дал... На что-что, а на своё великолепное зрение, я точно не жаловался. Даже мог им похвастаться. Читая из школьного окна, неразличимые для других названия вывесок, аж в самом центре города. Или списывать у Снежик, сидящей за первой партой. Не то что наша училка по природоведению, которая без своих огромных очков-линз, даже свою противную плётку на столе не могла найти.

И я не долго думая, развёл стёкла в стороны и нацепив их себе на носа, тут же стал повторять до боли знакомые жесты руками. И в тонкостях наследуя интонацию мисс Злюры, произнёс.

- А ну-ка, Иржик, расскажи нам, будь добр, почему бесхвостые скульптуры-дельфины, плюются едкой, противной ржавчиной? - И я не снимая подаренных очков, перевёл взгляд на одного из представителей вида, этих самых бесхвостых, плюющихся дельфинов на небольшой площади...

- А это ещё что такое?! - Не понял я. И сняв очки, протёр как следует глаза. - Это видимо проклятая ржавчина, вызывает странные галлюцинации... - Я посмотрел на дельфина, уже без очков. - Да нет. Дельфин как дельфин... - И я снова, надел очки...

Ошарашенным взглядом я изучал представшее предо мной, мягко говоря, странное видение. Я почему-то видел всё, что было внутри этой старинной скульптуры, трубы, вентили, и даже всунутый кем-то прямо в трубу, старый башмак. Видимо перекрывающий доступ воды в эту скульптурную композицию. И служащий источником всех моих недавних бед. Справа от дельфина, снова противно заворчал голубь. Автоматически достав из кармана скользкий булыжник, я взглянул и на ненавистную птицу...

***

Выпавший из руки камень покатился по деревянному полу, я же не обращал не него никакого внимания. А как заворожённый смотрел на чудо-голубя... Он был прекрасен! И как у меня рука-то поднялась на такую красоту! А когда это великолепие взлетело, я попятился и вновь упал, снова споткнувшись о моего, всё ещё дрыхнущего товарища.

- Мама, насыпай, да побольше! Я уже иду! - Поднялся как подорванный Пух. - И в полных непонятках посмотрел на меня. - Иржик, а ты чего здесь? А где моя мама с вкусным завтраком? И чего ты такой перепуганный? - Он посмотрел на кровать с вконец посиневшим Мусликом. - Он что, уже умер? - Не на шутку испугался мой товарищ.

Я же перевёл взгляд на всё ещё через раз дышавшего подростка, а потом начал шарить по полу, ища свои волшебные линзы.

- Что? Что случилось?! - Это проснулась Снежик. Убедившись что Муслик ещё живой, она вскочила на ноги и удивлённо смотрела на всё ещё сидящего на полу толстяка. - Пух, а где Иржик? Где он делся, я тебя спрашиваю!

- Всё хорошо! - Отозвался я с под кровати.

- Ты чего там делаешь? - Присела и посмотрела на ползающего меня, Снежик.

- Уже ничего. - Я быстро вылез и встал, пряча за спиной свои слетевшие во время падения стёкла.

- А чего тогда ты там делал? - Не понял Пух.

- Не важно. Вы знаете что... - Растерянно посмотрел я на них. И сам толком не зная что делать дальше.

- Что? - Дружно спросили меня ребята.

- Ты Снежик, иди в школу. Скажешь там, что мы с Пухом заболели. А то ещё выпорют чего доброго...

- Так, а кто без справки поверит, что вы заболели? - Не поняла девчонка.

- Делай как я говорю! - Прикрикнул я на неё.

- Зачем кричать! - Вызверилась она на меня в ответ. - Я не глухая! И не глупая... И я видела как ты на Крашу с параллельного класса глазел! - Она на меня с укоризной взглянула. - Ни хотите что бы я смотрела как Муслик умирает, - так и скажите! - Она закрыла лицо руками и выбежала роняя слёзы.

- Снежик! - Крикнул я вдогонку. - Ты не глупая! И не глухая... - Тяжело вздохнул я в след убегающей, расстроенной девчонке.

- Обиделась... - Констатировал очевидное Пух. - Иржик. А мне что делать? Может я тоже пойду... Дома завтрак уже остыл наверное...

- Перебьёшься. - Я пристально взглянул на своего мучаемого голодом друга. - На вот, пожуй пока. Достал я с кармана так и не тронутую половину ватрушки, что дала мне Снежик. - И знаешь что... Пока будешь жевать, иди ка ты к лекарю.

- Зачем это? - Не понял Пух.

- Скажи ему... Скажи, что мы нашли место, где прячется микроникропус. - Выдал я уже не запнувшись, сам удивившись что запомнил это мудрёное название заграничного вредителя.

- Ты и правда, его нашёл? - Удивился Пух.

- Вроде того... Давай! Иди уже! - Выпроводил я толстяка. - И хватит уже жевать! А то лопнешь ещё!

Убедившись что я остался с Мусликом один на один, я поискал глазами хоть что-то, чем можно сделать метки. Школьный чёрный угольный карандаш затупился, и на моей руке ничего уже не рисовал. Пришлось взять спички. Подождав пока три палочки достаточно обуглятся, я их потушил. И тяжело вздохнув, я от неожиданно нахлынувшего страха закрыл глаза, и надел эти странные стёкла...

***

Представшая предо мной картина поражала моё детское воображение... Небольшой голубь по сравнению с лежащим внизу человеком, был только что горевшей маленькой спичкой по сравнении с костром в бабушкином камине. Я невольно залюбовался разноцветными переливами и исходящим от моего старинного друга, странным сиянием...

Муслик был превосходным другом. Таких редко встретишь. Почему он нам так нравился? Во первых, он всегда нас слушал. Был ли это бесконечный трёп Пуха о разных сортах варения или мои размышления о тайнах бытия... Да, да, - я в нашей компании был ещё тем философом. Или же рассказы Снежик о былых, почти забытых героических днях нашего королевства, окончательно погрязшего в чиновничьей бюрократии и дворцовых дрязгах, где её особо прельщали, благородные и невероятно красивые рыцари. Он всегда с нескрываемым интересом дослушивал до конца, и как бы между прочим, в принципе со всем соглашаясь, всё же высказывал и своё скромное мнение.

Что мол, клубничное варенье это конечно хорошо, но малиновое, будет всё же чуточку получше. А рыцари, они хоть и благородные, но воняло от них после долгого похода, пожалуй похуже чем от их же, порядком взмыленных лошадей. Так что, при встрече с дамой сердца, желательно было хорошенько помыться.

И только меня он ни разу не поправил, и все мои измышления об устройстве мира, добре и зле, внимал до самого конца. И иногда, несмотря на мои, явно выдуманные в голове истории, даже задавал наводящие или уточняющие вопросы. Как например, можно определить куда ты переместишься во времени, на день назад или вперёд, если даже правильную дверь, явно нужную для этого самого перемещения, отыскать не сможешь. Даже если на них и будет соответствующая надпись, то что на этой двери должно быть написано? Возможно какое-то кодовое слово. Одно из тех, что применяют тайные агенты. Иначе, все бы уже пользовались такими подписанными дверьми, и мама обязательно ему бы про такую дверь рассказала.

- Эх, Муслик-Муслик... - Подумал я, глядя на это переливающееся всеми цветами радуги, чудо. - Если бы существовали такие двери, я бы уже сто раз туда сгонял, что бы уберечь тебя от проклятых паразитов!

Ну и самое главное. Он действительно был настоящим другом! Никогда нас в беде не бросал... Ну да ладно, что-то я совсем не о том задумался. А между тем, мне нужно срочно искать этих самых, мелких вредителей. Кок они должны выглядеть? Понятно как! Как что-то явно лишнее, на этом празднике человеческой жизни! Я внимательно посмотрел как по телу растекаются потоки проходящих в нём разноцветных течений. Ослабевшее от яда сердце, уже с большим трудом перекачивало через себя жизненно важные реки. И почти сразу обнаружил явно лишнее здесь, источающее тьму, небольшие чёрные точки. Аккуратно, что бы не спугнуть маленьких монстров, я пометил места нахождения заграничной заразы, своими импровизированными, тоненьким карандашами. Ещё раз убедившись в правильности меток, я снял очки и взглянул на запыхавшегося Пуха.

- Мисте... Скря... - Пытаясь выдохнуть вместе с воздухом, что то вразумительное, мой друг, вдруг отошёл от двери, пропуская на удивление ровно дышащего лекаря.

- Вам бы, молодой человек, не помешало совершать утренние пробежки! - Похлопал он по плечу, пытавшегося восстановить дыхание пацана. - А затем вызывающе посмотрел на меня. - Иржик, ты точно нашёл где прячутся вредители? Или я просто беспричинно покромсаю вашего друга. А он хоть и в таком состоянии, но всё очень хорошо чувствует! И мы просто сделаем ему очень и очень больно?

- Я уверен. Господин Скряг. - Спокойно ответил я. - Они точно в тех местах где стоят чёрные точки. И их, как вы и говорили, как раз три штуки.

- Ну тогда ладно... Но это будет лишь на твоей совести. Это ведь ты, как ты думаешь, их нашёл, я правильно понимаю? - И он пристально на меня взглянул.

- Да. На моей.

- Ну ладно... - Согласился лекарь, раскрывая свой саквояж. - А где же моя лупа?

- Вот ваша лупа. Вы вчера её здесь нечаянно забыли... - Протянул я ему увеличительное стекло.

- Точно забыл? - Посмотрел он строго. - Ну тогда ладно... Ах да, я забыл вас предупредить, стоимость операции, десять солей.

- Я отдам. Мистер Скряг. У меня сейчас нет. Но отдам.

- За каждого вредителя. - Уточнил лекарь, доставая странный, раздваивающейся крюк и маленький ножичек.

- Хорошо, мистер Скряг. - Я сглотнул, и проглотив новую, фантастическую для меня сумму, утвердительно кивнул.

- Ну и отлично. - Плешивый мужичок, положил инструмент, достал небольшую бумажку, вписал сумму, должника, свидетеля, и протянул нам с Пухом. - Расписывайтесь молодые люди. Не то что бы я вам не доверл. Но так, как говорится, надёжней. - Пух вопросительно на меня взглянул. Я кивнул. Главное сейчас, было спасти Муслика.

- Вот и ладненько Если что, то расплатятся ваши родители, молодой человек. А теперь показывайте, где прячутся эти маленькие засранцы!

***

Ловко зацепив крючком-пинцетом уже второго, удивительно проворного червя, он тут же положил его в стеклянную баночку. И мы с Пухом с ужасом наблюдали как эта тварь раз за разом бьётся в прыжке об стенки небольшого сосуда, испуская при этом синее облако яда.

- Осторожно! Микроникропус, очень опасный вредитель. - Подтвердил наши опасения мистер Скряг. - Особенно для не вакцинированных!

- Я вакцинированный. - Сразу отмёл я строгий, подозрительный взгляд лекаря.

- А я... Я не помню... - Повесил голову Пух.

- Советую вам вспомнить! - И мистер Скряг твёрдой рукой сделал очередной разрез в поисках последнего гостя на месте моей чёрной метки. Потихоньку проникая всё глубже и глубже, его выражение лица становилось всё серьёзней и серьёзней. - Иржик. Нет здесь вредителя. - Он вопросительно посмотрел на мое изумлённо лицо.

- Может переполз? - Я вопросительно посмотрел на лекаря.

- Всё возможно... - Но обычно, после трёх часов они начинают пускать корни... И никуда не двигаются... - Я прекрасно понимал, что про мои волшебные очки никому рассказывать нельзя. Хотя и очень хотелось. И слова служащего тайной канцелярии, что он своим молчанием спас мою жизнь, навсегда врезались в мою память. И я, как бы невзначай, перевернул хоть и закрытую, но стеклянную банку с уже пойманными червями, да ещё и зашвырнул её ногой, подальше под кровать. - Пух! Не упусти монстров! - Заорал мистер Скряг и тут же нырнул под кровать.

- Ну, чего ждёшь? - Я уставился на моего перепуганного друга.

Пух же испуганно покачал головой и тут же выбежал на лестничную клетку. И уже с коридора проорал.

- Я туда и за сотню пончиков не полезу!

- Вот и ладненько... - Я тут же нацепил свои волшебные очки...

***

- Странно... - Подумал я. - Всё правильно. Вот эта чёрная точка, прямо под разрезом... Почему же его там нет? - Я прищурился, стараясь сфокусироваться именно на вредителе, вроде того, как я разглядывал название вывесок, вдалеке. - Вот же, грязный крылоног! - Вырвалось у меня. - И я подняв ногу Муслика, тут же ткунл в место нахождение паразита, лежавшим рядом скальпелем.

- Где? Где грязный крылоног? - Испуганная рожа лекаря с бутылочкой в руке, явно боявшегося от туда вылезать, показалась из под кровати.

- Извините господин Скряг. - Я виновато повесил голову. - Я нечаянно выругался. Не хотел вас напугать...

- Ты так больше не шути! - Встав с четверенек, помахал мне строго пальцем, перепуганный мужичок. - И зачем это ты ногу больного поднял, да еще смотрю и порезать успел?

- Господин Скряг. Микроникропус засел с другой стороны ноги. Именно там, где я сделал надрез.

- Ты, точно уверен? - Прищурил свои мелкие, поросячьи глазки, лекарь.

- Уверен господин. Но нужно поторопится. Похоже, что он что-то заподозрил, и вот-вот смоется!

- Ну тогда не теряем времени, молодой человек. Подними ногу повыше.

Повыше поднять у меня не получилось...

- Пух! - Проорал я. - Пух! Помоги! - Пухлая рожа испуганно показалась из за двери. - Давай, держи, чего смотришь!

- А где монстры? - Промямлил мой школьный товарищ.

- В банке твои мерзкие черви! Ногу держи... - Пух, с опаской посмотрел на стоящую на столе закрытую бутылочку. Немного поразмыслив, всё же вошёл и легко поднял на достаточную высоту ногу Муслика.

- Это другое дело! - Обрадовался лекарь, тут же расширив мой небольшой надрез. - Вот ты куда спрятался! Иди к папочке... И очередное мелкое тельце нырнуло в стеклянную тюрьму.

- Что здесь происходит?! - Забежала в комнату перепуганная миссис Грустик. - Сынок? Что с ним? Он умер?!

- Успокойтесь! Миссис Грустик. - Прикрикнул на неё врач. - С вашем сыном всё будет в порядке! Когда очнётся, пускай пьёт побольше жидкости что бы вывести весь яд!

- Спасибо господин Скряг! - Упала на колени перед лекарем бедная вдова.

- Встанте, миссис Грустик. Меня не нужно благодарить. Лучше скажите спасибо этим молодым людям. Это они нашли где прячутся паразиты. А я их лишь вынул из вашего сына.

- Без Снежик мы бы не справились. - Сказал я обнявшей нас женщине. И строго посмотрел на Пуха.

- Да, миссис Грустик. - Согласился он. - Она молодец...

***

- Господин Скряг! - Догнал я уже на улице, на удивление быстро ходившего лекаря. - Извините меня, господин Скряг. Но не могли бы вы нам с Пухом, дать справку в школу, что мы сегодня болели... - Лекарь внимательно на меня посмотрел.

- Что болели, - не дам. - Я грустно повесил голову. - Но дам, что помогали спасти жизнь человеку, и поэтому задержались. - Я заметно повеселел. - Давайте молодой человек. Вы ещё успеете на третий урок. - И он протянул мне заветный листок. - И да... По оплате... Вот вам два соли. Постарайтесь получше питаться мой юный друг. И желательно пищей, а не только водой с под крана. А когда получите паспорт, подойдите ко мне. Есть у меня для вас работа. Заодно и свой долг отработаете. Договорились? - Я утвердительно кивнул, зажал немалые для меня деньги, и рванул вместе с Пухом в школу. Чтобы побыстрей обрадовать нашу Снежик.

.ббб микроникропус

Глава 4. Щедрый дельфин.

Я никак не мог дождаться конца уроков. И не только что бы проведать Муслика. Странные очки, несказанно манили к себе своими необыкновенными возможностями.

Снежик, узнав что с Мусликом всё будет в порядке, снова расплакалась. На радостях тут же меня нежно обняв. Я был не против. Я знал что ей нравлюсь. Но совершенно не понимал почему...

Худой подросток, обсыпанный веснушками словно ночное небо холодными звёздами, без высокопоставленных родственников и гроша в кармане. Да ещё и с огроменными, совсем уж непонятными, постоянно меняющими свой цвет от ярко-бирюзово до лазурного, глазами. Ни развитой мускулатуры, ни дорогих одежд, у меня тоже не имелось. Разве только стандартный школьный костюм да обноски приёмного отца. Причём, строгая школьная форма, был на целый размер меньше, а старое тряпье, на два размера больше. Разве такой, может кому понравится...

Но по какой-то совершенно необъяснимой причине, со всеми своими недостатками, я нравился не только Снежик. Ещё как минимум четверо девчонок из нашего класса, бросали на меня свои томные взгляды. Меня же это, не сильно беспокоило. И все эти девчачьи ахи и вздохи, тоже мало интересовали. Кроме пожалуй, одной единственной девчонки. И это была вовсе не Снежик.

Нет, как друг, она пожалуй была самой лучшей подругой на всём белом свете. Но вот что бы при одном только её виде, у меня перехватывало дыхание, а сердце начинало биться сильнее чем обычно, такого и близко не было. Даже от этих нежных обнимашек. И уж точно, это не была первая красавица школы, Краша с параллельного класса. По которой сохли половина пацанов со всей школы. Включая и совсем уж мелких шкетов, вроде меня. А вот при виде невзрачной девчонки со смешными косичками, изредка посещавшей наше учебное заведение и всё время таскавшей с собой половину школьной библиотеки, почему-то было. Сам не знаю почему...

Но к ней, доступ был закрыт. В прямом смысле слова. С десяток тайных агентов таскались за девчонкой повсюду. Не позволяя и даже близко к ней подойти. Причём, кто она такая, никто толком не знал. Правда поговаривали, что девчонка очень не простая. Ну, это и так было понятно, без всяких досужих разговоров. Возможно, даже дочка нашего мера. Или посла соседнего королевства. А так как у нас одна из самых больших библиотек в стране, вот она сюда и ходила время от времени... Ну да я был не против. Пускай ходит. Даже более того, я с нетерпением ждал каждого мгновения, когда мог её снова увидеть...

И да, на счёт того что у меня в кармане ничего не было, я кажись малость приврал. Два соли, деньги всё же не малые. Тем более, для считай нищего подростка. И я, не долго думая, по случаю счастливого избавления Муслика от его страшных, смертоносных поработителей, пригласил моих друзей в школьную столовую и купил аж на девять су, всем по клубничному мороженному!

- А как же пончики... - Недовольно посмотрел на поднос, вечно голодный Пух.

- Пончики по пять су. Мороженное, - три. Что не так? - Не понял я, глядя на уставившихся на меня друзей, всё ещё немного озадаченных моей внезапной щедростью.

- Всё так, Иржик! - Поспешила заверить меня Снежик. - Я мороженное люблю. Ты лучше расскажи, как вам удалось тварей-то этих найти? - И она вопросительно посмотрела на Пуха.

- А чего ты на меня смотришь? - Вылупился на неё пухлый. - Я только ногу держал, да за господином Скряг бегал. - И они дружно уставились уже в мою сторону. Требующим немедленных объяснений, вопросительным взглядом.

- Ты же, случаем, не маг? - Еле слышно, прошептала пригнувшись к столу Снежик.

- Маг? - Засмеялся Пух. - О чём ты говоришь... Они лет двести, как исчезли из нашего королевства!

- Да тише ты! - Шикнула на него Снежик. А то ещё услышит кто... Ты же знаешь, как они исчезли? То-то. - И они снова на меня вылупились, требуя немедленных объяснений.

- Вы что, ребята! Какой ещё к яйцепригам, маг... - И я посмотрел на них милым, добродушным взглядом, абсолютно ничего не понимающего, деревенского простачка.

- Ну тогда расскажи, как ты нашёл этих ядовитых монстров? Мы никому не скажем! Правда Пух. Пух! - Отвлёкшийся от разговора буквально на долю секунду толстяк, и уже доедавший своё мороженое, после недовольного удара локтем, замычал с набитым вкусными сладостями ртом и быстро закивал.

Вот это я попал... То что я никакой ни маг, это я сам прекрасно знал. Нас с самого детства, каждые два года проверяют на магическом камне. Стал на него, и если эта огромная брыла вдруг не взлетела или засияла, значит ты нормальный. И пока живой. Ну, а если наоборот... Лучше об этом не думать. Но Пух правильно сказал, за двести лет ни одного мага так и не обнаружили. Но всё равно, нужно было что-то, да ответить... Не правду конечно... А что-то более или менее правдоподобное.

- Так, это... Голубь это был... - Слизывая с ложки вкуснейшее яство, немного замявшись, всё же ответил я на поставленный вопрос.

- В смысле, голубь? - Не поняли, переглянувшись друзья.

- Голубь в комнату залетел и начал клевать нашего Муслика. А я и подумал, а вдруг там где он клюёт, там и есть эти самые, вредители? Оставалось только метки и поставить. - Выдал я, вполне правдоподобную версию. Тем более, что голубь всё таки, тогда действительно присутствовал. Ну, или порхал где-то рядом, гадя на крышу этого полуживого здания. И я считай, почти что ничего и не соврал. А рассказал чистейшую правду. Всего лишь немного приукрасив в отдельно взятых деталях.

- Ну ты брат, голова! - Похлопал меня по плечу Пух. - Я бы ни в жизнь не догадался!

- А я... - Немного смутилась Снежик. - Я никогда в тебе не сомневалась...

- Да ладно вам! Мы все молодцы! А давайте-ка ещё по порции возьмём? - Предложил я, и уже поднялся было идти, как вдруг чья-то тяжёлая рука легла мне на плечо.

- Так-так... - И что мы тут такое празднуем? - Мразь и его четверо остолопов окружили нашу небольшую компанию.

- Мы просто едим мороженное. Правда Иржик? - Спокойно ответила Снежик.

- Ах, да! Ты же помог спасти человека... - Не обращая внимания на девчонку, вспомнил он текст прочитанной перед всем классом, написанной лекарем записки. И тут же похлопал одобрительно меня по плечу. Как вдруг, мне стало очень больно... Мразь схватил своей костлявой, но невероятно сильной рукой мне за плечо, и прилично так, его сдавил своими жилистыми пальцами, надавив на лишь ему ведомые болевые точки. - Тогда давай и нам принеси по порции, раз ты тут всех угощаешь. Только мне с ежевикой, а парням, - два с малиной и два вишнёвых мороженки.

- Мне тоже с ежевикой. - Пробасил самый здоровенный бугай в классе, по имени Буг.

- Ему тоже с ежевикой. - И Мразь ещё сильнее сдавил пальцы. Хотя казалось, что больнее мне сделать, уже точно не получится.

- Да я тебя... - Поднялся было Пух. Но я жестом остановил друга. Мол, всё нормально. И с трудом освободившись от железной клешни Мрази, быстро проговорил.

- Два с ежевикой, два с малиной и одно вишнёвое. Всё правильно? - Я вопросительно посмотрел на Мразь и его компанию.

- Молодец, Иржик! - Одобрительно бахнул меня по затылку, Мразь. - Всё на лету схватываешь. Теперь понятно, почему тебя девки любят. - И только я развернулся, что бы принести мороженное и избавится наконец-то от этих непрошенных гостей. Как Пух тоже решил сделать заказ...

- А мне пончик с медовой помадкой! - Проорал вслед, толстый.

- И мне! А нам по два! Тут же посыпались дополнительные условия нашего освобождения от их мерзкой компании... - Вот же ж, обжора! - И я с явным неодобрением посмотрел на моего пухлого друга...

***

- Иржик! А где ты столько денег раздобыл-то? - Глядя на загруженных едой, почти на целый соли школьных бандитов, друзья снова вопросительно на меня посмотрели. - Десять соли лекарю, и ещё целый соли на еду?

- Так, десять соли это на паспорт деньги были... - Придумывал я на ходу свою очередную легенду.

- А ещё соли?

- Ещё? - Я задумался. Ну, не буду же я говорить, про предложение о работе. О таком не говорят. Да и не известно ещё, будет эта работа или нет... А господин Скряг точно обидится если узнает что я разболтал раньше времени. Паспорта то у меня ещё нет. И неизвестно когда будет. А он чего доброго, возьмёт, да и повесит этот огромный долг за операцию на моих родителей. А это, уже никуда не годится.

- Ну да. Ты за что нас тут угощаешь-то? - Непонимающе развела руки Снежик. - И не только нас... А ещё и этих...

- Так... Это господин Скряг мне дал, что бы я того голубя изловил. Что вредителей видит! - Снова приплёл я ту проклятую птицу. - Целый соли дал! Сказал, что ели найду, то ещё соли даст.

- Два соли за голубя? - Удивился Пух. - Да за такие деньги, я их всех тут переловлю.

- Ему всех не нужно. - Остудил я его пыл. - А только одного. Особенного. Серого, с двумя белыми перьями в правом крыле. А ещё он слепой на один глаз. И хромой. На... На левую ногу.

- Хромой, на левую ногу... - Тщательно записывал в свою тетрадь, приметы драгоценной птицы, Пух.

***

У дома Муслика, я сказал ребятам что бы шли и отнесли больному, купленные мной яблоки и пару пончиков. А я их попозже догоню. Хочу ему маленький сюрприз устроить...

Я же, уставился на редкий пока вид плюющегося ржавчиной, бесхвостого дельфина. И с дрожащими от нетерпения руками, достал свои волшебные очки...

- Да, где ты есть-то! - Сняв с себя школьную форму, что бы не замазать, я в одних портках, копошился во внутренностях древнего как и сам город, городского водопровода. - А! Вот ты где! - Я с большим трудом достал старинный башмак. А заодно и почистил от накопившегося там грязи и мусора, не менее старинный водопровод. - А это что такое? Выловил я от туда небольшую, покрывшуюся сильным налётом железяку. - Похоже на какою-то гайку... Ладно, потом посмотрю... - И бросив найденное в одну кучу с вынутым илом, я снова открутил кран...

Понемножку, по чуть-чуть, вода начала прибывать в эту огромную трубу, где застрял чудом сохранившийся элемент одежды, а уже оттуда подавалась прямиком в местную достопримечательность. Как вдруг, огромный напор, прорвав державшую её многовековую грязевую пробку, рванул с очищенной мной трубы, мгновенно поднявшись выше третьего этажа. Я еле-еле успел убрать с его пути мою любопытную голову.

С трудом закрыв керамический вентиль и такую же крышку. Я с чувством выполненного долга, снова врубил фонтан. И надо же, он всё-таки заработал!

- Ребята! Муслик! - Проорал я, неимоверно довольный выполненной работой, попутно вылавливая из наполовину заполненной чаши, свою школьную форму. И дождавшись в окне их знакомые рожи, помахал уже очухавшемуся, но всё ещё синему другу. - Дельфин! Он больше не плюётся!

И тут, противное рукотворное животное, видимо, не совсем согласное менять свои столетние привычки, снова перестало поливать всё вокруг равномерным, симпатичным фонтанчиком. А собравшись с последними силами, всё же выплюнуло мне в лоб, какую-то мелкую монету. Непонятно как пролезшую в его небольшую трубу. Обдав меня при этом более или менее чистой водой, а затем, снова заструилось красивой, то опускающейся, то поднимающейся струйкой. Ребята засмеялись и сбрасывая на ходу школьные костюмы, выбежали на улицу. Они перелезли в чашу фонтана и присоединились ко мне, весело брызгаясь друг на друга и смеясь на всю небольшую площадь.

Люди, услыхав шум, недовольно выглядывали из своих окон, с одинаковым вопросом.

- Что же там такое происходит? И не нужно ли, вызывать королевскую стражу! - Но увидав от чего веселье, тоже улыбнулись, глядя на резвящуюся в фонтане полуодетую детвору. Но больше всех радовался жизни, вернувшийся с того света, синий словно слива, и тоже немного обрызганный ненормальным, уже не плюющимся дельфином, мой друг Муслик...

***

Вдоволь наплескавшись, мы абсолютно мокрые и счастливые отправились по домам. Но я, почти уже добравшийся до своей квартиры, о чём-то вспомнив, снова сбежал по лестничной клетке и вернулся к фонтану. Где-то там была та злосчастная, мелкая монета, от удара которой у меня остался на лбу синяк!

Один су, деньги хоть совсем и не большие, но если они старинные, как и сам фонтан, то у старьёвщика, можно было неплохо их продать. Потому как раньше, в них добавляли золото. А это как минимум, двадцать су!

Я снова перелез через чашу фонтана, и начал шарить по дну в этом мутном болоте. Минут десять ползанья на карачках, ни к чему хорошему не привели. А что, если... Я подошёл к своему промокшему до последней нитки костюму и достал странные очки. Не успел я их нацепить, как тут же пришлось быстро снять. Справа от меня, вроде небольшое солнышко зажглось. До того яркое было свечение.

- Что-то не похоже это на монету... Ну, разве что она полностью золотая... - Я тут же, полез в заданном направлении. Столетняя пыль и грязь, что имелись в этой чаше, с твёрдого, каменного состояния, после наших с друзьями плясок, превратилась мутную жижу. В которой я пытался отыскать источник этого невероятного сияния. И я отыскал. Правда это была не монета. А та старая, покрытая окаменевшим, ржавым мусором, гайка. Почему я так решил? Всё просто. Я сдуру, снова посмотрел на неё сквозь очки. Лучше бы я этого не делал. Да я чуть не ослеп! Глядя на непонятную вещь в моей руке. - Ладно... Потом разберёмся. Может что ценное. И положив гайку в карман школьной формы, я снова надел очки, надеясь всё же отыскать мою старинную монету.

Поначалу ничего не получалось. Я видел что угодно. Нору землеройки, фундамент этого фонтана, и даже чьи-то давно сгнившие остатки... Но вспомнив, как я искал того червя в теле Муслика, я прямо в очках, начал фокусировать взгляд на более близкое расстояние. И надо же! В мутной грязи я сразу нашёл мою монету! И не одну! Не теряя времени, я с остервенением, быстро вырывал пальцами с размякшей утрамбованной почвы свои сокровища. Около двадцати монет старательно очищенных от вековой пыли, в основном мелкого номинала, но довольно старых, тут же отправились в мой карман. И я не теряя времени, считай в одних портках, помчался к дому старьёвщика...

***

Вывалив свой улов перед удивлённым, худощавым стариком с покладистой, аккуратно подстриженной бородкой, немного скошенными, необыкновенно узкими, небольшим глазками и огромной, лоснящейся лысиной, я тут же на него вопросительно посмотрел.

- Господин Няю, посмотрите что я нашёл. Может есть здесь какие ценные монеты?.. - Максимально вежливо, спросил я старика, в предвкушении немалого заработка.

- Интересно, интересно... - Заговорил сам с собой старьёвщик. Лишь мельком взглянув на мои находки. И тут же нацепив на глаз довольно крупную линзу, своим трёхкратно увеличившимся глазом, начал изучать данное. - Это нет, это тоже... А вот эти пятнадцать монет я пожалуй у тебя выкуплю. Скажем... По десять су. Ну как, по рукам? - И дедуля разошёлся в странной улыбке.

- Ну как же по десять су? - Я взял отобранные монеты и одну за другой, начал читать на них номиналы. - Эти пять, по пять су, три по десять, а эта! - Взял я самую большую, затёртую бляшку. Это же кусок чистого золота! - А вы мне, господин Няо, десять су за него предлагаете?! - Старьёвщик, тупо смотрел в мои ещё больше увеличившиеся глаза, в попытке отыскать там, хоть какие-то сомнения в моих же словах.

- Иржик, откуда ты взял, что она золотая? - Ещё больше улыбнулся дед. - Это просто старинный хлам, как и всё здесь. И та цена, что я предлагаю, очень хорошая цена! И заметь. Я даже не буду вызывать королевскую стражу. А вдруг ты их украл? Ведь ты же не хочешь неприятностей, и мы быстро договоримся, за озвученную мной сумму.

- Я не вор. И вы это прекрасно знаете. Сами ведь учили меня различать где золото, а где нет. И даже оставляли на меня вашу лавочку. И доверяли принимать эти самые, монеты. Что бы не упустить ценного клиента. Пока вы к миссис Грустик в гости ходите...

- Ну, ты это... О миссис Грустик, особо не распространяйся... Так что? Продаёшь монеты, или я вызываю стражу и обвиняю тебя в воровстве! - И всегда добрый ко мне старикашка, вдруг дёрнул за рычаг и входные двери со скрипом закрылись... - Как ты думаешь пацан, кому поверят, мне или тебе? - Но не успел я толком испугаться. Как в только что закрытые двери постучали.

- Открывайте! Тайная канцелярия! - Застучали по двери.

- Что-то уж сильно быстро... - Удивился старьёвщик. - Я только-только рычаг сигнальный нажал... - И он поднял рычаг на место, одновременно раздвигая створки входных дверей.

На пороге стоял одетый в чёрный плащ и шляпу с широкими краями, - типичную одежду тайной канцелярии, высоченный мужик, с чёрной полумаской на лице. Ткнув свое удостоверение работника уважаемой всеми горожанами, организации, сразу перешёл к сути.

- Что у вас случилось? - Удивительно знакомым голосом, пробасил чёрный плащ. - Почему сигнальный флажок о помощи подняли?

- Да вот... - Заулыбался скупердяй. - Воришку прищучил. Господин тайный агент. Хотел меня обчистить.

- И что же он украл? - Строго взглянул он на перепуганного меня и не способного выдавить не единого слова, еле живого пацана.

- Да, чепуху... Пару монет... Господин. Ничего достойного внимания вашей многоуважаемой службы. - Махнул рукой плешивый дедок. - Старый хлам, ничегошеньки не стоящий. Но мы и сами разберёмся. Пару розг, я думаю хватит, что бы научить мальчишку хорошим манерам.

- Пару монет... Вот этих? - Ткнул в найденное мной, работник тайной канцелярии. - Ну тогда давайте посмотрим, заработал он на пару розг, или может на пару лет каторги на королевских верфях? - И агент, начал разглядывать монеты, заодно и называя их настоящую стоимость.

- Пять су, - третий век от сотворения мира. Десять соли каждая. Десять су, четвёртый век от сотворения мира, - пол соли каждая. Одна су, - так и стоит, - одна су. Кроме этих семи, они по двадцать су. А это что... Взяв в руки самую большую, затёртую монету, он достал из внутреннего кармана небольшое портмоне, и вынув из него маленькую пробирку, тут же капнул из неё на жёлтенькую бляшку. На монете сразу же появилось изображение с крыльями и номиналом в десять чего-то там.

- Ого! Это же десять соли, да ещё и первый век от сотворения мира! Такие монеты нужно сразу же сдавать в казначейство! Стоимость, - пятьдесят пять соли! А на чёрном рынке и вовсе, - тысяча. Малец! - Обратился ко мне мужик, я так понимаю, ты увидел здесь запрещённою монету и решил сдать её властям? - Я непонимающе на него взглянул. Но увидав как он мне подмигнул, тут же закивал головой.

- Да господин. Только увидал, сразу хотел сдать. И рассказать как господин Няю, прячет у себя запрещённые к обращению денежные единицы. - Чётко выдал я требуемое.

- Хорошо излагаешь, малец. И самое главное, - абсолютно правильно. Увидел. Сообщил. Сдал. А вам видимо придётся проследовать со мной, для дальнейших разбирательств. - Грозно взглянул он на чуть ли не побелевшего дедулю.

- Каких разбирательств! - Ошарашенно смотрел на нас ростовщик. - Это всё не моё!

- Как так, не ваше? - Не понял чёрный плащ. - Вы же только что говорили, что ваше...

- Перепутал я господин. - Расплылся в улыбке Няо. - Старость не радость. Бывает. Путаю. Парня это. Принёс ко мне. А я старый дурак, возьми да перепутай... - И ростовщик тут же достал довольно увесистый кошель и ткнул в руку чёрному плащу. Тот, взвесив данное. Похлопал того по плечу.

- Ну ладно... Действительно. С кем не бывает. Монету первого века я конфискую. Остальное поменяй в соответствии с озвученными расценками. А ты малец, возьми деньги и иди со мной. Получишь приличную взбучку, что сразу монету не отнёс куда требуется.

- Но я же не знал... - Не на шутку перепугался я.

- Вот и дам немного под хвоста, что бы знал! - Сказал строго работник тайной канцелярии.

- Вот ваша милость! - Пятьдесят два соли, и девяносто су. У меня всё честно! Никого, никогда не обманывал и обманывать не собираюсь! - И старьёвщик снова расцвёл в широчайшей улыбке, которую я на нём видел, лишь тогда, когда он возвращался от миссис Грустик...

***

Тайный агент шёл впереди, я же тащился за страшным чёрным плащом, совершенно не представляя, что же будет дальше. А дальше случилось что-то совсем уж неожиданное...

Мужик остановился, снял чёрную маску и на пол-улицы заржал словно уставшая за весь день невыносимого труда, тощая лошадка миссис Чайкас.

- Ну ты Иржик, даёшь! - Обхохатывался Гнус. - Только увидал, сразу хотел сдать запрещённые к обращению денежные единицы! - Погоготав ещё с пол минуты. Он резко остановился, и присев на одно колено, взял меня на за плечи и пристально посмотрел в глаза. - Я знал, что в вас не ошибся, мой господин! - А затем очень крепко, меня обнял...

Глава 5. Трудовой договор.

Увидав в моих глазах страх и непонимание, Гнус, прокряхтев про себя видимо что-то не совсем приличное, всё же поднялся и похлопав меня по плечу, спокойно проговорил.

- Извини Иржик. Не сдержался. Но я очень рад, что ты оказался именно тем, кого я надеялся в тебе увидать... И да, по нашим дальнейшим планам. У нас же с тобой, надеюсь, есть дальнейшие планы? - Он вопросительно на меня взглянул.

- Я не знаю, господин Гнус. Всё это так неожиданно и необычно... Очки эти... А вы мне ничего не рассказываете. - Я растерянно посмотрел на нависающего надомной высоченного дядьку.

- Знаю Иржик, что необычно. Вернее, не знаю, но догадываюсь. И что рассказывать? Я ведь не скен. Всё что тебе дано свыше, - ты должен понять и изучить сам. В этом, я уж точно тебе не помощник... Но! Я помогу со всем остальным. Помогу крепко стать на ноги и дальше двигаться к нашей общей цели. А для этого, нам нужны будут деньги. И под словом, деньги, - я имею ввиду не эти жалкие гроши. А действительно, немалые средства. Которые позволят тебе стать тем, кем и предначертано судьбой.

- Но, какие у нас цели, господин Гнус? И как я смогу раздобыть деньги, если даже эти, почти пятьдесят три соли, и так, неимоверно фантастическая для меня сумма, совершенно случайно обнаруженная мной в забытом всеми, старинном фонтане! Из которых к тому же, я тридцать соли должен отдать господину Скряг, в счёт оплаты его лекарских услуг.

- Во первых, не пятьдесят три соли, а тысяча пятьдесят три соли. Ты же не думаешь, что я найденный тобой золотой, первого века от сотворения мира, отнесу в казначейство? Да, на черном рынке его с руками оторвут! Может ещё и дороже продать получится. И все эти деньги я положу на открытый в Благородном Рыцарском Банке, именной счёт. Под небольшой, но гарантированный всеми королевствами, стабильный процент. А те тридцать монет, что ты должен лекарю, - ты и так отработаешь. Заодно получишь бесценный опыт, который наверняка пригодится тебе в жизни. Ты же об этом с лекарем договорился, после того как совершенно неосмотрительно отдал ему, выданные на совершенно иные, чётко обозначенные мной цели, десять соли? - И он на меня снова довольно строго взглянул. От чего я подсознательно, не выдержав этого тяжёлого взгляда, вжал голову в плечи.

- Ладно Иржик... Не переживай. - Вдруг сменил гнев на милость, немного растерявшийся Гнус, увидав что малость перегнул со своим испепеляющим взглядом. - В данном случаи, я твои траты, целиком и полностью одобряю. Тем более, что это кроме того как спасти твоего неосмотрительного друга, ещё и помогло тебе сорвать немалый куш и показать лишь малую толику твоих невероятных способностей. Но теперь, никаких дармовых карманных денег больше не будет. В твоём случаи, они тебе совсем не в прок.

- Малую толику? - Не понял я, удивленно посмотрев на Гнуса. Одновременно стараясь увести разговор от вопроса о потраченных на Муслика деньгах.

- Ну да! Ты же надеюсь не думал, что этими очками, всё и ограничится? - Я сдвинул плечами.

Честно говоря, в тот момент, я вообще ничего не думал. Разве только об огромной сумме, приятно тяготившей мой карман.

- И насчёт наших общих целей. На самом деле, цели у нас достаточно благородные. Как и твоё спасение не привитого от иноземных паразитов, уже порядком посиневшего паренька. Или тебя, мой юный друг, всё в нашем королевстве устраивает? Нищета. Тотальное стукачество и такое же безразборное уничтожение всего живого, невероятно сложного и уникального мира, недалёкими чиновниками-кровопийцами, согласно дурацким, королевским формулярам столетней давности? Я же, с твоей помощью хочу всё это, хоть немного, но изменить... - Гнус снова посерьёзнел и переменился на лице.

- Послушай, сынок. Мне твоих денег не нужно. Мне и своих заработков, - он взял в руки мешочек подаренный старьевщиком, - вполне хватает. Но мне не хватает в этом городе главного! - Он оглянулся, никто ли нас не слышит. И еле шевеля губами прошептал. - Свободы...

Снисходительно улыбнувшись, оголив при этом удивительно белоснежные зубы, а заодно и подняв вверх острые усики-кисточки, уже громко произнёс.

- А деньги... Деньги это просто инструмент для достижения наших благородных целей. И что бы у нас с тобой было полное взаимопонимание и абсолютное доверие, а без этого никуда, счёт в банке будет открыт единолично на твоё имя, и снять их сможешь, лишь только ты. Но делать этого, пока, во всяком случае не нужно. Они нам в скором времени пригодятся... Так что, постарайся свой банковский капитал, пока не трогать. Лады? И вот, ещё что...

***

- Очень, очень странный тип... - Думал я, уже чуть ли не в сумерках возвращаясь домой. - Мог бы и все деньги себе забрать, я бы и не пикнул. Правда, ещё далеко не факт, что он этого уже не сделал... Это же подумать только! Тысячу пятьдесят соли! Всё это было больше похоже на сон. Но врученный мне Гнусом, новенький, уже проштампованный паспорт, взамен, почти пятидесяти трём соли, причём за пять дней до моего дня рождения, что в принципе было невозможно, говорил об обратном. Но что бы там ни было, я ему ни грамма не верил. Да и с чего бы вдруг? Свободы он хочет... Как бы не так! Власти жаждет. Влияния. И как результат, - полной свободы. Вот в это, я уже поверить вполне мог. И деньги здесь, имеют не последнюю роль. Правда, он попросил меня их раньше времени не трогать... Но к счастью, не сказал какого времени. Ладно, схожу через денёк-другой в БРБ, проверю. Лежит ли в этом уважаемом всеми банке, хоть что-то осязаемое, за что можно хоть бублик в школьной столовке прикупить. Или же имеется лишь дырка, от этого самого бублика, - что казалось более вероятным. Ведь кто это в здравом уме, да и от такого куша откажется?! Разве что, совсем уж ненормальный, и так неплохо зарабатывающий фотограф, из тайной королевской канцелярии...

- Мам! Пап! Я дома! - Проорал я поднявшись к себе домой, в открытые настежь двери. И родители тут же выбежали в прихожую.

- Сынок! - Начала немного нервно мать. - Ты почему так поздно? Снова в какую-то неприятность попал? - И не дождавшись ответа, немного дрожащим голосом продолжила. - У меня для тебя плохие новости...

- Что случилось? - Ужаснулся я. - С бабушкой что? С Маришкой?

- Успокойся. С ними всё в порядке. - Успокоила меня мать. А вот с работой... - Отец слегка похлопал мать по плечу, мол, дальше сама... И повесив голову, ушёл к себе в спальню, пряча налитые слезами глаза.

- Что с работой? - Не понял я.

Мать подошла поближе и нежно меня обняв, прошептала. - Отца уволили. И тебя теперь тоже, вряд ли возьмут... Даже взятку вернули... Не всю, конечно...

- Хух... - Выдохнул я облегчённо. - Мам! Ну и хорошо, что не возьмут!

- Но как же мы будем жить!? Я сестру к бабушке отправила. А у нас за месяц, за квартиру не уплачено! - Чуть ли не рыдая, посмотрела на меня обречённо мать.

- Вот! - Сунул я в руки матери оставшиеся после щедрого завтрака, соли с мелочью и выданный Гнусом паспорт. - Я завтра на новую работу пойду! А это, небольшой задаток от работодателя.

- Как это... - Не поняла мать, внимательно разглядывая немного выпуклый штамп королевской канцелярии и немалые для бедного подростка деньги. - Это же не возможно! Как это тебе выдали паспорт? И какая-такая работа? А как же учёба?

- Мам, я ещё не уверен, будет ли у меня та работа... Но если будет. То мы точно с голоду не помрём! Мой наниматель, очень уважаемый человек! И как видишь, совсем не скряга!

- Ладно... - Согласилась мать. Всё ещё удивлённо глядя на целый соли в её руке. - Пока не говори, что бы не сглазить. Я всегда знала, что мой мальчик в трудную минуту о нас позаботится... Но если на основные уроки отпускать не будут, чтобы аттестат о среднем образовании получить, ни на какую работу ты не пойдёшь. Поживём все у бабушки. Пока ты школу не закончишь. Главное сынок, - это образование!

- Я знаю, мам... - Согласился я. Господин Гнус, мне почему-то, тоже самое сказал...

***

- Господин Скряг! - Не успело толком рассвести, как я уже стоял у входных дверей двухэтажного, довольно ухоженного дома лекаря.

- Хух... - Выдохнул облегчённо Скряг, одетый в простенькие, не стесняющие движения, широкие одежды. - Иржик! Ну ты меня и напугал! Что случилось? - Посмотрел он оценивающим взглядом, на мою не совсем ещё разглаженную после довольно беспокойного сна, рожу.

- Вот! - Протянул я ему свой паспорт.

- Уже получил? - Удивился мужичок. - Да ещё и цветной! Замечательно! Держи. - Отдал он назад, драгоценный документ. - Трудовой договор потом составим, ты же не против? - Я пошатал головой. - Вот и ладненько. Школу, ты же надеюсь, оканчивать собираешься? Пол года всего осталось?

- Если можно, господин Скряг, я бы хотел и дальше посещать основные уроки. - Умоляюще посмотрел я на него, при этом тяжело вздохнув, потому как мало кто из работодателей, на такое соглашался. - Расписание, я вам предоставлю...

- Нужно! Молодой человек. - Строго сказал мой будущий шеф. - А сейчас, давай, догоняй! Я постараюсь в пол силы бежать! Если перегонишь, - двадцать су твои!

- Услыхав, что можно легко срубить звонкую монету, я неимоверно обрадовался, и мы обгоняя друг друга, побежали по направлению к старому маяку...

***

Маяк был хоть и не очень далеко, но на довольно приличном возвышении, с которого открывался просто невероятный вид на бескрайний водный мир.

Легко обогнав на старте, лишь немногим выше меня, плотно сбитого мужичка, я уже мысленно думал как принесу матери мой первый, честно заработанный гонорар. Но как я только не подбадривал себя, стараясь бежать изо всех сил, на пол пути к проклятому маяку, я почувствовал что силы меня, всё же окончательно покидают. Попрощавшись с мысленно уже приятно тяготившими мой карман, двадцатью звонкими монетами, я и вовсе остановился.

- Иржик, ты в порядке? - Спросил догнавший меня и даже не запыхавшийся лекарь. - Я кивнул, но увидав на боку флягу, всё же простонал.

- Господин Скряг... Будьте добры, дайте попить... - Стоя на одном колене, попросил я уже было обогнавшего меня старичка.

- Нет, молодой человек. Влага вам, крайне противопоказана. Она вымывает из суставов соли, а это никуда не годится! Вы же не хотите корчится от невероятно неприятных в вашем возрасте судорог? Так что постарайтесь взять себя в руки и не отставайте! Если вам, всё же нужна эта работа!

- Вот же, лысый кровопийца... - Прошептал я про себя.

- Что вы сказали? - Не понял Скряг.

- Я говорю, что очень нужна! Господин Скряг... - И с трудом поднявшись, кое-как поковылял к высоченному маяку...

- Вот и замечательно... Догоняйте! - И это нелепое создание, увеличив скорость чуть ли не втрое от начальной, очень резво взобралось на крутую гору.

***

- Так-так... Наконец-то вы соизволили явится, а то я уже признаться, немного заскучал... - Издевательски глядя на мою измученную фигуру, Скряг, видно сжалившись, протянул мне свою кожаную флягу.

- А как же суставы? Судороги? - Непонимающе взглянул я в его мелкие, хитро прищуренные глазки.

- Эта богатая минералами жидкость, вам точно не повредит. - Ухмыльнулся он. - Пейте!

- А сразу, дать не мог... - Посмотрел я на своего будущего работодателя злобным взглядом. - Ещё и издевается значит... Ох чувствую и намучаюсь я с ним... Может вариант с бабулей, не так уж и плох? - И жадно присосавшись к фляге, я даже не ощутил, явно солоноватого привкуса благодатного напитка.

- А теперь, молодой человек, продемонстрируйте, будьте добры, вашу недюжинную юношескую силушку. Отожмитесь на руках от земли. Один раз - один су!

- От земли? - Не понял я? - Зачем мне это? Еле стоя на ногах, я уставился на моего мучителя.

- Всё очень просто, Иржик. У хорошего лекаря должна быть невероятно твёрдая и сильная рука. Тоже самое касается и его помощника. Это понятно?

- Понятно... - Обречённо выдал я. И побрёл по направлению к торчащему из под травы, каменному плато...

- Молодец, Иржик! Три су, почти у тебя в кармане! Давай! Ну же! - Подначивал меня плешивый дедуля. Я же пыжился со всех сил, стараясь заработать хотя бы на кусок чёрного хлеба. Так как напрочь отказался брать у матери деньги. - Четыре с половиной, четыре и восемь... Пять! - Услыхав заветное число, я уронил свое костлявое тело, больно ударившись об твёрдый камень. - А теперь, побежали назад! И побыстрее! Иначе не видать тебе честно заработанных пяти су!

- Назад, - так назад... - И я словно камень полетел с крутой горы, обогнав и господина Скряга, и немного кривую тропинку, и даже самого себя. При этом, где-то посредине спуска с горы споткнувшись и покатившись кубарем в густые заросли. Из которых, я уже и не помню как, достал меня мой мучитель и по совместительству работодатель, господин Скряг...

***

- Очнулся сынок? - Предо мной была гладко выбритая, и от этого еще больше напоминавшая большое яйцо, улыбающаяся рожа лекаря, - вот и ладненько. Садись, покушай...

Дважды меня просить было не нужно. Вкуснейшая в моей жизни, наваристая похлёбка, да ещё и с белым хлебушком, возносила меня под самый потолок от неимоверного удовольствия.

- Бери лучок, яичко. А лучше два. Давай. Не смотри так на меня. Отработаешь. А я трудовой договор уже подготовил, на верху лежит. Еда кстати, туда не входит. Не переживай. Но завтракать, будешь у меня. Нечего родителей объедать. Единственное условие, ты должен будешь со мной, за эту самую еду, делать небольшую утреннею, и возможно вечернюю гимнастику, для укрепления твоего в конец запущенного молодого и растущего организма.

- Такую как сегодня утром? - С набитым ртом переспросил я. Что в принципе, для такого невероятно сытного завтрака, я был готов и потерпеть.

- Что? - Сначала не понял лекарь. - Нет! Это была просто разминка... Но на сегодня, тебе и её вполне достаточно...

- Разминка... - Я закашлялся, на секунду представив, что же будет дальше. - Да я чуть не сдох, после этой, с позволения сказать, разминки!

- Иржик. Глупости не говори. И я смею тебе напомнить, что ты мне должен тридцать соли. Я с тебя ни соли не возьму, ещё и кормить тебя буду. Но за это и ты должен как следует постараться! Или ты готов со мной расплатится? - Я снова закашлялся. - Возможно, твои родители оплатят долг? Нет? Тогда какие могут быть возражение? Вот и ладненько... Добавки?

***

После невероятно сытного завтрака, мне хотелось лишь одного. Поспать. Но ещё больше чем отдых, меня заинтересовала обстановка в доме моего будущего начальника. Все стены были завешены просто неимоверным количеством различного колюще-режуще-дробящего оружия. Чего там только не было! Ножи, копья, сабли, топоры... На другой стене хоть и не в таком количестве, висели луки и арбалеты. Огромные, древние мечи, шлемы и просто неимоверное количество различных по размеру и форме стрел, заполоняли всё свободное пространство. А ещё, на отдельных подставках стояли хоть и небольшие, но совсем как настоящие, с множеством канатов и гарпунных орудий, парусные корабли.

Пройдя по лестнице за хозяином дома на второй этаж, я прямо перед окном увидал настоящее рулевое колесо и довольно сложный, навигационный прибор. Вероятно компас.

- Господин Скряг! - Ошарашенно выкрикнул я. - Это просто невероятно! Как! Как можно было собрать такую коллекцию, будучи всего лишь городским лекарем!

- Вот Иржик. Наш с тобой, трудовой договор. - Протянул он мне исписанную довольно каллиграфическим почерком бумагу. - Прочитай внимательно и подпиши. - Я же, схватившись двумя руками за штурвал, смотрел на прекрасный, открывающийся предо мной вид бескрайнего моря. И тут же представил, что я не просто смотрю в окно, а управляю великолепным парусным судном...

Вот я резко ухожу вправо, чтобы избежать столкновения с огромным чудовищем, способным проглотить весь наш корабль и даже не подавится, а моя команда, тут же бросает десяток гарпунов в эту неимоверных размеров глыбу, состоящую из чешуи и сотен плавников, после чего чудовище с громким криком уходит под воду, заодно разматывая и верёвку привязанную к вонзившимся в него гарпунам.

- Иржик! Ты меня слышишь? - Постучал меня по плечу Скряг. - Возьми с собой и прочитай наш договор. И тебе пора уже в школу. А завтра, ровно в шесть утра, я снова жду тебя на нашу утреннюю разминку. И не забудь расписание основных уроков прихватить.

- Но, господин Скряг! - Я с большим трудом вернулся в реальность. - У вас тут, просто невероятно здорово! Можно я еще на немного останусь! - И я снова увлечённо крутанул колесо, стараясь убраться с пути огромной рыбы.

- Я уже понял Иржик, что тебе понравилось крутить штурвал, но давай не забывать, что я всё же твой будущий наниматель, а не нянька. И мне хотелось бы от тебя больше серьёзности, исполнительности и железной дисциплины. Это же простые требования, не так ли, молодой человек?

- Да, господин Скряг. - Повесил я голову. - Как скажите... И я с большим прискорбием, дал матросам команду, рубить канаты, пока наш корабль не исчез в пучине, вслед за нырнувшей рыбёшкой.

- Но-но... Успокойся. - Похлопал он меня по плечу. - Ещё наиграешься. Не всё так плохо. Я ведь не старый, ворчливый капитан корабля, а ты не мой бесправный матрос. И палубу драить я тебя пока не заставляю. Так что прочти внимательно контракт. И завтра не опаздывай. Договорились? И да. Постарайся наконец-то выспаться и набраться сил. Они тебе Иржик, ещё пригодятся. Вот твои, честно заработанные пять су. - Протянул он мне деньги. Но не успел я их спрятать в карман, как тут же в дверь, нетерпеливо постучали. - Кого это там, в такую рань, нелёгкая принесла? - Удивился Скряг, и уже видимо по привычке, схватил свой небольшой саквояж, надел шляпу и отправился к двери.

На пороге стоял мой друг Пух. Вместе с рвущейся из рук птицей.

- Вот! - Ткнул он прямо в руки нечего не понимающего лекаря, бедного голубя. - Я его нашёл!

- Бедная птичка... - Осмотрев данное, погладил голубя Скряг. - Это кто же так, над тобой поиздевался-то... Глаз выкололи изверги, ногу вывихнули, да ещё и чужие перья ниткой к поломанному крылу примотали взамен родных...

- Пух! - Схватил я друга за руку и со всех сил потащил подальше от явно возмущённого увиденным, лекаря. - Пошли! В школу опоздаем!

- А как же деньги? - Не понял мой товарищ. - Поздно Пух... Я уже поймал того голубя...

- Вот блин... - Наконец-то поддался моим уговорам, буквально вросший в землю, пухляш. - Ну тогда хоть пару пончиков, мне прикупишь?

- Пару, - точно не куплю, а на один, возможно и хватит.

- Но только с медовой помадкой... - Поставил мне очередное условие Пух.

- С медовой, с медовой! Идём уже! Пончик...

***

Я сидел дома и внимательно читал трудовой договор, выданный мне лекарем. Я прекрасно знал как их нужно составлять и какие они обычно бывают. Ведь от того что там написано и зависит будущая зарплата. Обычно, это фиксированная сумма. Причём, в девяносто девяти процентов случаев. Плюс, возможные премии, или минус различные взыскания и штрафы за не надлежащие выполнение поставленных начальством задач. Причём второе, имело довольно обширный перечень. В отличии от первого. И одним лишь опозданием на роботу или невыполнением рабочей нормы, далеко не ограничивалось.

Мой же договор, кардинально отличался от всего что мы изучали в школе. Нет, нам говорили что договор может носить произвольную форму. Но не до такой же степени! Мой будущий работодатель, предлагал мне пятьдесят процентов от дохода, который мог быть получен, лишь исключительно с моей помощью. Всё. Никаких других условий, не было... Я честно говоря, увидав эти сумасшедшие цифры, немного офонарел. Почему не один процент, как у всех, или на крайний случай, два. А тут целых целых пятьдесят? Это я что, получается стаю полноправным партнёром? Чем же я такое заслужил-то? Правда, ещё раз перечитав данный документ, я всё же понял маленькую, небольшую заковыку...

- Сынок, что ты там так внимательно читаешь? - Неслышно подошедшая мать, вывела меня из моего подвешенного состояния.

- Договор, мам... - Я тут же прикрыл ладонью текст, но мать уже успела всё прочитать.

- Это как? - Не поняла она. - Кто это в здравом уме, предлагает такие условия?! - Она подвинула мою руку. - Господин Скряг?! - У матери ещё больше округлились глаза, чем при прочтении самого договора. - Этот, всем известный скряга?! Ничего не понимаю... Он тебя хоть в школу, согласился отпускать?

- Да мам. Согласился. И даже настаивал на этом. Но ты немного не правильно поняла... Это не от всех заработков господина Скряга, пятьдесят процентов... А только от тех, где лишь я смогу вылечить его пациентов...

- Ты?! Вылечить?! - Мать заулыбалась. - Ну теперь-то, я спокойна... Теперь понятно почему он поставил пятьдесят процентов! Мог бы и все сто спокойно написать. Ничего бы не поменялось. Пятьдесят процентов от ничего, это как раза в его духе! Это же надо, быть таким негодяем! Не вздумай подписывать! Я завтра поговорю с управляющим, возможно, ещё удастся тебя устроить на то место...

- Но мам! Я не могу отказаться...

- Это ещё почему? - Строго взглянула на меня мать. - Что ты такого натворил?

- Я одолжил у господина Скряг, тридцать соли... - Опустил я глаза в пол.

- Сколько?! - Вскрикнула мать. - Но зачем?!

- Что бы заплатить за операцию Муслику. Иначе, он бы умер!

- Так... Думай... - Начала ходить по комнате мама. - Он расписку с тебя взял? Да, или нет?

- Да...

- Плохо... Очень плохо... А свидетели были?

- Пух был за свидетеля. Мам, не переживай! - Попытался я успокоить мать.

- Что значит, не переживай! Ты отдал мою зарплату за три месяца, а я не переживай? - Совсем разнервничалась она.

- Но я же спас Муслика от верной гибели! - Я встал и подошёл к рухнувшей на мою кровать матери и крепко её обнял. - Ведь кто-то должен был его спасти... Ну всё, не плач! - Вытер я ей слёзы. - Господин Скряг, сказал что простит мне тот долг. И даже кормить меня обещал. Но только я должен подписать этот договор...

- И пойти в рабство к этому крохобору, работать за еду? Сынок, подумай хорошенько. - Она пристально посмотрела мне в глаза.

- Мам, я подумал... - Я выдержал её взгляд, встал и взяв карандаш, поставил свою подпись. - Ни о чём не переживай. Я справлюсь. Наверное...

Глава 6. Чужаки на горизонте.

- Давай Иржик, старайся больше! - Орал мне снизу, господин Скряг. - И целый соли будет твой!

- Задолбал уже своим, давай... - Проскрипел я сквозь зубы, в который раз поджавшись и перехватив повыше по толстенном канату рукой. Кровавый мозоль на левой руке не выдержал и всё же лопнул. А за ним и я, взвыв от боли, отпустил канат и на целых пять футов, тут же сполз вниз по ненавистной мне верёвке.

Я посмотрел далеко вниз на плешивого старика, сейчас больше похожего на небольшой, мыршавый гриб, непонятно зачем выросший под трухлявым пеньком.

- Сынок... Это же целый соли! - Прокряхтел охрипшим, прокуренным голосом, высоченный, худой хранитель маяка и махнув мне рукой со своего рабочего места, поманил к себе, на самую верхушку этого самого, маяка. - Ну же, не сдавайся! Мне за такие деньги, почти целую неделю здесь куковать нужно! Осталось-то, всего ничего...

Это ничего, было футов двадцать, не меньше...

- Я когда в море ходил, то и не на такую высоту взбирался. А тут и вовсе ерунда! - И он с надеждой протянул мне свою костлявую руку.

- Целый соли... - Прокряхтел я про себя и не смотря на боль, всё же поджался на руках и перехватил канат повыше. Снова поджался, перехватил. Поджался... И когда старик перекинув своё длинное тело через балкон, протянул ко мне свои худые, длинные пальцы, чтобы вытянуть меня на верх и почти схватил за руку, я всё же не удержался, и со скоростью падающего вниз камня, соскользнул по пропитанному моим же потом и кровью, стёртой почти до самых костей кожей, канату, вниз. Лишь каким-то чудом успев затормозить у самой земли и не расшибиться в коровью лепёшку...

Но не успел я благополучно приземлится и встать на ноги, как просвистевший над головой кнут, тут же снова, уронил меня на голые камни. А за ним и второй громкий щелчок, опустился аккурат в том месте, где только что было мое бедное тело. Я тут же перекатился по острых камнях в сторону, подальше от страшного звука. Третий, резкий, рассекающего воздух свист, я встретил уже на высоте пары футов от земли. В упоре лёжа, что есть силы оттолкнувшись руками от каменного плато и пропуская летящий кнут под собой. Но я не просто проводил глазами мелькнувшую подомной кожаную змею. Я ещё и умудрился, схватится за промелькнувший конец рукой.

Улыбнувшийся моему неожиданному успеху, Скряг, тут же резко дёрнул за хлыст, пытаясь вырвать его из моих ободранных до крови рук. Я же, подсознательно был готов к такому положению дел. И сам выпустил эту страшную ленту из моих ладоней, тут же подхватив валяющуюся в пяти дюймах от меня палицу и в одно быстрое движение, оказался рядом с кажущимся довольно неуклюжим, лекарем.

Крутанув корпусом, я не долго думая решил заехать своей увесистой палкой по ногам шефа. Тот же, хоть всё видел, но до последнего оставался на месте. И вот, когда моя палица уже практически коснулась его коленной чашечки и через мгновение раздробила бы её на мелкие, трудно собираемые части. Эта округлая туша, невероятно быстрым движением оказалась возле меня, и захватив за запястья, ловко вывернула мою палицу, одновременно с небольшим тычком локтя в солнечное сплетение, уронила на землю...

Но и я в долгу не остался. И всё же успел боднуть господина мучителя в нос своим потным от бесконечных упражнений на выживание, лбом. И даже, более того. Отлетая от уже несколько месяцев, которые мне казались бесконечным, страшным сном, с утра до ночи издевавшегося над бедным пареньком, всеми возможными и не возможными способами, схватившегося за нос лекаря, я всё-таки успел выхватить из за его пояса, его страшный кнут!

Полежав на земле с пару секунд, приходя в себя после хоть и не сильного, но очень неприятного удара в живот, я с большим удовольствием смотрел как из носа господина Скряг, быстрым потоком хлещет кровь. Быстро остановив её засунутым в нос небольшим куском ваты, лекарь улыбнулся и раскрутив вокруг себя мою увесистую палицу словно пушинку, пошёл в наступление. Я же, спрятав за спиной уже мой, кожаный, длинный кнут, ждал подходящего момента. И я его дождался...

Как только мелькнувшее древко полетело прямиком мне в лоб, я одновременно с перекатом вправо, щелкнул батогом по упорной ноге моего мучителя и тут же потянул его на себя. И какое же было мое изумление, когда господин Скряг, вместо того что бы плашмя грохнутся в траву и как минимум, разбить свою лысую голову об торчащие там камни, каким-то невероятным образом извернулся и поставив палицу на пути моего кнута, принял на неё мой удар. И тут же, снова потянул меня на себя. Одновременно пытаясь вырвать из руки моё страшное оружие...

Мы снова чуть не врезались друг в друга своими головами. Лично я, своим лбом целился ему в бровь. Но небольшой разворот и еле заметная подножка повалила меня на землю. А Скряг ехидно улыбаясь, уже всем телом навалился на бедного подростка, при этом ещё и умудрившись вывернуть руку на болевой, и тяжёлым коленом надавить на горло.

- Неплохо, молодой человек... - Улыбнулся он окровавленной, гладковыбритой, и очень довольной рожей. - Но сегодня вы с большой вероятностью, примерно процентов девяносто, всё же останетесь без обещанного заработка...

- Но, я же почти добрался до самого верха, господин Скряг? - Не понял я. - И даже ноги не использовал! На одних руках...

- Вот вы соли, почти и получили... Я же вас на одних руках не просил туда подыматься?

- Но, с ногами, десять раз нужно было подняться туда-сюда, а без ног, - лишь один раз. - Парировал я его странные доводы.

- Иногда, молодой человек, путь длиннее, оказывается всё же намного короче. И единственный ведёт к поставленной цели. Кстати. Вы все мои задания по анатомии выучили?

- Выучил... - Процедил я сквозь зубы.

- Тогда ответьте мне пожалуйста, как называется мышца на которую я сейчас указываю своим коленом? - И Скряг ещё сильнее надавил мне на шею. Да так, что я чуть сознание не потерял. - Ну же, вспоминайте! Под ней ещё и проходит одноимённая артерия?

- Грудинно-ключично... - Забыл я последнее слово.

- Шевелите извилинами, молодой человек. Они же у вас надеюсь, имеются в достаточном количестве? - Ещё больше навалился на меня мужик.

- С... пасите... - Прошептал я теряя сознание.

- Что? - Приставил ладонь к уху, Скряг. - Не слышу? С... Что дальше?

- Сосцевидная... - Наконец-то вспомнив проклятое, никак не хотевшее отложится в памяти слово, выдал я на последнем издыхании.

- Ну вот! - Обрадовался, отпустив меня лекарь. - Всё-таки можете, когда захотите! Раз вы уже все мышцы выучили, и сегодня, я надеюсь, всё же доберётесь до своей поставленной вверху маяка цели. То завтра возможно, так и быть, возьму вас с собой, на наш первый, совместный вызов.

- И что? Больше никаких тренировок? - Обрадовался я даже больше, чем целому соли.

- Тренировки, - это святое! Их интенсивность из-за работы, мы увеличим вдвое. Особенно с боевым железом. Причём, с сегодняшнего дня. - Затем он посмотрел вверх и проорал. - Господин смотритель, будьте так добры, присмотрите за молодым человеком! Вот вам его соли. Если всё же долезет лишь с помощью рук. Можете ему их дать. - И Скряг зашвырнув мой соли очень высоко вверх, попал прямо в руки худющего смотрителя. - Но не раньше!

- Не волнуйтесь, господин лекарь! Всё сделаю как надо! - Проскрипел сверху дедуля.

- А мне пора! Сегодня у меня постоянный пациент. Никак нельзя опаздывать... - И лекарь, махнув на прощанье рукой, бодренько сбежал вниз.

- Иржик! Ты бы тоже домой пошёл, отдохнул, что ли! - Крикнул мне с жалостью мужик. - Я этому извергу, ничего не скажу! Это же нужно, так над пацаном издеваться...

- Не могу я домой! - Проорал я в ответ доброму старику. - Дома тоже, деньги ждут... - И я тяжело вздохнув, плюнул на руки, и с помощью ног довольно быстро взобрался на верх каната, где меня уже дожидался во всю улыбающийся старик...

***

- Вот сынок... Чай с листьев смородины. - Я же как раз заканчивал установленный господином Скряг, минимум отжиманий. Встав на руки прямо на балконе маяка и пробежавшись на них вокруг стеклянного купола три раза, я отжался возле ожидавшего с чашкой в руке смотрителя, ровно двадцать пять раз, затем махнув ногами подпрыгнул и став на пальцы, ещё опустил своё, уже порядком окрепшее за это время тело, десять раз. Скряг требовал минимум семь. Но я на всякий случай перестраховался.

- Спасибо Солёный! - Опустившись на на ноги и вытерев руки об изодранный от постоянных тренировок и каждодневных, боевых разборок с неутомимым лекарем, рубаху, взял у доброго ко мне дедули чашку с ароматным напитком. - Ум... Очень вкусный чай! - Похвалил я старика. И ещё отхлебнув божественной влаги, посмотрел далеко в море, где на горизонте маячило одинокое, парусное судно.

- Принцесса Лучи. - Прочитал я на его борту.

- Иржик, ты делаешь успехи! - Похвалил меня Солёный. - Научился уже определять судно по его очертаниям!

- Ну... - Замялся я. - Не совсем по очертаниям... Скорее, по названиям...

- Как это, по названиям... - Не понял меня прожжённый моряк. - Ты что, отсюда видишь название корабля?

- Ну да... - Развёл я руки в стороны. - Что здесь такого?

- А на том судне, что тогда написано? - Ткнул он в другом направлении в небольшую, чёрную точку.

- А я откуда знаю! - Сдвинул я плечами. - Там, не по нашему написано...

Высокий, насквозь продуваемый морским ветром, немного сгорбленный дед, достал подзорную трубу и наведясь на чёрную точку, тут же поменялся в лице.

- Не по нашему... Это вражеский корабль! Он хоть и далеко, но нужно бы предупредить "Принцессу Лучи" и всю береговую охрану! Я тут, сигнальный дым попробую развести, а ты беги в порт и скажи дежурному, что на горизонте Арканцы. Мол, я сказал.

- Но я, ещё не закончил упражнения с канатом. - Развёл я руками. - И как же, соли?... Мне ещё девять раз, туда-сюда прыгать!

- Долезешь без ног, на руках. Я в тебя верю! - Подвёл он меня к свисающему с балкона канату. - А сейчас, будь добр, метнись калачиком в порт.

***

Словно ветер пробежав почти пол города, я мигом примчался к причалу, где был пришвартован огромный парусник.

- Мне нужно к дежурному капитану! - Попытался я пройти мимо вооружённого алебардой матроса, на поскрипывавшее в такт набегавшим волнам, впечатляющее своими размерами судно.

- Всем нужно... - Устало ответил мне облокотившийся на огромный тюк, зевающий на нещадно палившем солнце, стражник. - Жди своей очереди, пацан.

И действительно, около десятка ожидавших аудиенции у следящего за порядком в море и граничащей с ним прибрежной полосой, дежурного офицера, пребывающих к тому же не в самом хорошем расположении духа, измученных жарой людей, тут же не по доброму на меня взглянули.

- Но меня послал Солёный! - Начал я быстро объяснять текущую ситуацию. - Там на горизонте, чужой корабль!

- Солёный - не сахарный, подождёт немного, не растает! - Оттолкнул меня своим огромным животом, довольно упитанный дядька. - Здесь всех, куда-то, за чем-то послали! Так что, становись в конец очереди! - И дюжина вылупившихся на торопыгу глаз, ещё раз с нескрываемой ненавистью, покосились на меня.

- Смотрите! - Выкрикнул я, тыкая пальцем в небо. - Там, - дым! - Все тут же посмотрели на маяк.

- Ну, и где твой дым? - Вылупился на меня матрос. Дым, хоть и был, но какой-то, совсем никакой... Видимо у Солёного никак не получалось, толком разжечь огонь. И я тяжело вздохнув, и осознав полную бесперспективность дальнейшего разговора, отошёл и встал за мужичком с деревянным бочонком на плече, всё ещё вглядываясь в горизонт.

А тем временем, там появилась ещё одна чёрная точка и направилась в сторону "Принцессы Лучи".

Медлить было больше нельзя.

Я потихоньку обошёл застывшую в ожидании очередь, и незаметно толкнул строящего рядом худючего дядьку, на мужика с огромным животом.

- Ты чего это толкаешься, тощая скотина! - Заорал огромный детина.

- Это ты, жирный кабан, толкаешься! - Ответил ему худющий шкет с курицей в руках и тут же выставил вперёд свою боевую птицу, которая не раздумывая, клюнула того в нос. От чего жирный заорал от боли и тут же стукнул владельца опасного зверя в ухо. Худой хоть и упал, но всё же успел метнуть курицу жирдяю в лицо. А затем поднялся и бросился вслед за своим питомцем в атаку.

Порядком поцарапанный впившимися в его кучерявую голову острыми когтями, мужик, всеми силами пытался сбросить проклятую птицу, а заодно и запрыгнувшего ему на плечи, разъярённого, худого дядьку. Что как раз своими редкими зубами, вонзился тому в ухо.

- А ну, прекратите драку! - Стражник покинул свой боевой пост, и схватив худого за длинные волосы, пытался стащить того, с уже порядком поцарапанного когтистой птицей, жирдяя. Открыв при этом, долгожданный проход на корабль...

***

- Держите пацана! - Краем глаза всё же заметив мои сверкающие пятки, проорал матрос.

- Держи! - Ещё с десяток глоток, проорали ему в унисон. - Он без очереди влез!!!

Я же, оказавшись на палубе, тут же увидел капитанскую каюту. Но на моём пути оказалось с десятка два, занимавшихся своими повседневными делами, матросов. Оценив быстрым взглядом, текущую ситуацию. Я спокойно сопоставив все за и против, выбрал оптимальный путь к своей цели. Всё, как и учил меня господин Скряг. Но тут же, сделал поправку на то, что мои противники тоже видят мой единственный путь, и как раз там, будут меня ждать. Ну и пусть. Всё что мне нужно будет сделать, это резко поменять свои планы в самый неожиданный для них момент.

- Так, ладно... Поменять, так поменять... - И я, не до конца понимая что я буду делать, всё же рванул по направлению к уже открывшейся двери и появившемуся там, огромному дядьке с погонами морского капитана...

На моём пути нарисовались сразу два мордоворота. В попытке одновременно схватить парнишку, они ударившись лбами, плотно обняли друг друга, я же пригнувшись от их горячих объятий почти к самой палубе, проскользнул аккурат между ними. Дальше, было летящее в меня деревянное ведро, свистящая верёвка, а затем и удар мокрой шваброй, которые я, показывая чудеса ловкости, тоже благополучно обошёл.

А вот и самое сложное. Сразу четверо моряков стали на моём пути, уверенно расставив руки, пытаясь меня поймать. Самим очевидным, было их об бежать, тут же наткнувшись на ещё двоих, прятавшихся за бочками матросов. Но я попер прямо на эту четвёрку...

Вы только не подумайте, что я настолько окреп, что готов был сразится сразу с четырьмя бугаями, в два, а то и в три раза больше меня. Вовсе нет. Просто на своём пути я заметил одиноко висящий канат, и я с разгону заскочив на него, невероятно быстро заперебирал руками, тут же перелетев через прыгающую и пытающуюся меня схватить, ошарашенную толпу. Приземлившись аккурат перед огромным капитаном, я не теряя времени, тут же затараторил.

- Господин, дежурный капитан! Меня послал... - Но не успел я договорить, как мне по затылку прилетело чем-то тяжёлым, - Солёный... - Я и тут же обмяк и сполз на деревянную палубу. Дальше всё было словно во сне...

- Тревога! - Проорали откуда-то сверху. - Черный дым на маяке!

- Отходим!.. Поднять паруса!..

- Кто просил лупить пацана?..

- Так... Кто же знал...

- Боцман. Делайте что хотите, но что бы малый сейчас же очухался!

- Есть, делать что хотим!...

***

Я с трудом открыл глаза. И мне в них тут же прилетело очень много воды... Я закашлялся. И подняв голову увидел с десяток противных, улыбающихся рож.

- Во! Настоящий моряк! - Похлопал меня по плечу огромный, усатый мужик со свистком на шее. Чем-то, удивительно напоминавший мне Гнуса. Только раздувшегося во всех направлениях. - Давай парень, вставай! Тебя капитан требует. - Я оглянулся. Мы были в открытом море! Вдалеке виднелся берег и хорошо знакомый мне, особенно за последние пол года, ставший родным, маяк.

Я встал и всё ещё держась за побаливающий затылок, пошатываясь, направился за упитанным братом-близнецом фотографа, прямиком к рулевому колесу.

- Вот бы мне тоже, дали хоть немного порулить! - Я мечтательно сглотнул выделившуюся от несбыточной мечты, слюну. Не то, что бы я вдоволь не нарулевался в доме у господина Скряг. Наоборот. Я немало времени проводил за изучением тех приборов, что нужны для навигации. И даже немного изучал картографию и учился ходить по звёздам! Когда я окончательно валясь с ног, всё же оставался у него на ночь. Но одно дело, это вид из окна. А совсем другое, - настоящий, качающийся на волнах корабль!

- Ты меня сынок, извини, что немного не рассчитал со шваброй этой. - Вдруг заговорил боцман. - Но сам понимаешь. Служба. Вот, господин капитан. Пришёл в себя, как вы и приказали! - Чётко отчеканил моряк.

- Пришел... Это хорошо... - Капитан пристально смотрел в подзорную трубу, пытаясь обнаружить хоть что-то подозрительное на горизонте. - Ничего не понимаю... Набрался он на том маяке с утра пораньше, что ли? Что он там, увидел-то! Малец! - Повернулся, расправив свои богатырские плечи, капитан. - Смотритель с утра, за воротник случайно не закладывал? Может, грибов каких нанюхался? А то, с него станется...

- Нет, господин капитан. - Покрутил я головой. - Я бы запах почувствовал.

- Почувствовал? - Переспросил мужик.

- Ну да. - Развёл я руками. - Вот вы сегодня, с утра выпили два бокала вина монастырского, э... Четырёх, нет, пятилетней выдержки, и приговорили цыплёнка запечённого в тесте, приправленного острым соусом. А Солёный, кроме чая со смородинной, ничего в рот так и не брал... И грибов у него, я тоже не видел. Ну, разве только, вон у того матроса, ткнул я на потерянно считающего чаек мужика, - сейчас в кармане, пакетик зелёных сушек имеется...

- Ничего себе! - Воскликнул боцман. - Ваше благородие! А ведь я вам самолично цыплёнка приносил! И вина монастырского... Как раз, пятилетней выдержки!

- Кх-кх. - Прокряхтел капитан. - Боцман, выбросите за борт этого любителя грибов. Сколько ему говорилось, не таскать на борт эту гадость. Пускай возвращается на берег вплавь... - А ты малый, подойди поближе. - Поманил он меня к себе. - Как тебя зовут?

- Иржик... - Я немного сник, рядом с такой огромной глыбой, как капитан.

- Иржик, значит... И что же это значит? - Не понял моего имени мужик.

- Не знаю... Солгал я. - Назвали так друзья, вот и всё!

- Ну, ладно-ладно... Назвали и назвали. Чего уж теперь. Паспорт, у тебя хоть имеется? Или ещё не получил?

- Вот. - Вытянул я с тайного кармана свой документ.

- Ну, надо же! - Удивился, проведя по дощечке пальцем капитан. - У такого оборванца и цветной паспорт! Куда мир катится...

- Я не оборванец. Через месяц, школу заканчиваю... - Прошипел я сквозь зубы. - Просто с бедной семьи...

- Ну, бывает... - Вздохнул, согласившись мужик. - Держи. То, что родители не пожалели денег на цветной документ, это очень даже правильно. В будущем, точно пригодится. Но скажи мне, Иржик. Что ты делал на таком важном государственном объекте, как маяк?

- Тренировался стать помощником лекаря. - Честно признался я.

- Это, какого ещё лекаря? - Удивился капитан.

- Господина Скряг... - Еле слышно прошептал я.

- Кого?! - Переспросил капитан, посчитав видимо, что ему послышалось.

- Скряг... - Ещё тише прошептал я.

- Скряг?! Ты не шутишь?

- Нет. Зачем мне это? - Посмотрел я на его удивлённую рожу.

- Ну да... Действительно... Зачем? И сколько он тебя уже мучает?

- Шестой месяц пошёл, господин капитан... - Вздохнул я устало. - Но я не жалуюсь. Кормит он не плохо. А вот заработать, всё ещё никак не получается...

- Да... - Явно сочувственно взглянул на меня, видавший виды мужик. - Слушай, сынок. Называй меня Кана. Капитан Кана. Я ведь тоже когда-то натерпелся от этого изверга! Ещё будучи молодым юнгой... Но эти две недели, я не забуду никогда! А тут, почти шесть месяцев! - И он сочувственно постучал меня по плечу. - Но давай-ка, перейдём к нашему делу. Так, что же всё таки передал тебе Солёный?...

***

- Капитан Кана! - Я в который раз указал в сторону девственно чистого горизонта. - Они точно были там! Я сам их видел! И Солёный, тоже видел. Он их ещё арканцами обозвал. И они все плыли к Принцессы Лучи!

- Арканцами? - Очень удивился капитан. - Наверное, всё же парочку грибов приговорил с утра... Но где же тогда Принцесса Лучи? Может уже вернулась с утренней прогулки, а мы тут кипишь подняли? - Посмотрел на меня снисходительно мужик.

- А я откуда знаю?! - Была где-то там. Я ткнул рукой в направлении только что показавшейся стаи дельфинов. - Вряд ли бы она успела вернутся. Да и плыла она совсем в другом направлении...

- Смотрящий! - Строго крикнув, посмотрел он на верх, где в деревянной корзине, наверху высоченной мачты, сидел матрос. - Принцесса Лучи, сегодня выходила в море с королевской пристани?

- Да, капитан! - Прокричали сверху. - Была где-то там! Но сейчас её, почему-то не видно! И в королевской гавани её тоже нет.

- И этот, туда же... - Пробурчал капитан. - На распродаже вас понабирали, что ли? Где-то, там? А по точнее, нельзя сориентировать?

- Не знаю. - Раздалось сверху. - Нету её уже!

- Иржик, а поточнее, ты можешь указать направление по которому двигались корабли? - Обратился ко мне капитана Кана.

- Поточнее? - Я на минуту задумался, прокручивая в голове, где же я видел трёхмачтовый, прогулочный корабль, принадлежавший королевской семейке, и куда именно он держал курс. Подаренный кстати, на десятый день рождения, нашей высокородной принцессе её папашей, перед тем как покинуть этот бренный мир.

- Капитан Кана, поточнее показать, вряд ли смогу, но вот привести в то место корабль, смогу наверняка! Разрешите мне стать за штурвал? - Ошарашил я своими хотелками, грозного морского волка. И рядом стоящих, удивлённо уставившихся на меня матросов. - Я точно помню, где были те корабли, до десятой доли румба.

- Однако! Иржик... Ты хоть раз в руках настоящий штурвал держал? - Удивился моему предложению капитан. - Или ты нас всех тут, утопить удумал? - Все слышавшее наш разговор моряки, тут же заржали.

- Нет, господин... - Я повесил уныло голову. - Не держал. Но господин Скряг, меня даже хвалил, когда мы тренировались у него дома.

- Скряг? И кого-то хвалил? - Ещё больше удивился главный на этом корабле, человек. - Не припомню я, что-то такого в своей юности! Да и потом, о таком ни разу не слышал! - И немного замявшись и тяжело вздохнув, вдруг прокричал. - Боцман! Сменить рулевого! Слушать его команды как мои!

- На кого, сменить? - Не понял мужик со свистком. - Вы не сказали, на кого именно?

- Не сказал? - Вылупился на боцмана капитан Кана. - На Иржика смени... Кх... - Ещё не до конца веря, что сам отдал эту команду, капитан немного закашлялся. - Вот, на него. - Указал он на меня.

- Все слышали! Слушать команды оборванца-молокососа, как капитана! - Орал на всех боцман.

- Смотри пацан, если ты меня подведёшь и не отыщешь корабли, я тебя выброшу за борт. Вслед за любителем грибов. А акулы здесь очень голодные. И не только они. Лучше в здешних водах без корабля не плавать. Да ты и сам знаешь...

Но я уже ничего не слышал... Наконец-то сбылась моя несбыточная, детская мечта. Рулевой уступил мне штурвал, и я буквально вцепившись в это деревянное, затёртое человеческой кожей до блеска, колесо, понемногу крутя его влево-вправо, пытался почувствовать как мои малейшие движения откликаются в этом, абсолютно живом для меня, механическом, пяти мачтовом монстре...

Глава 7. Почти капитан!

- Иржик! - Орал капитан схватившись рукой за канат. - А ты точно у господина Скряг проходишь обучение? И надеюсь, знаешь что сейчас делаешь, а не только лишь пиявки богатым сеньорам на задницу ставить умеешь...

- Да, капитан! У кого же ещё! - Сглотнув подступивший к горлу ком, пропустил я мимо ушей вторую часть вопроса. И пиявки я кстати, ставить уже тоже умел, и довольно таки неплохо...

Скряг учил меня многим вещам, к мореходному делу, правда, никакого отношения не имеющим... Но когда после изнуряющих тренировок я добирался до такого желанного, невероятно приятного на ощупь, штурвала в его доме, он искренне удивляясь, что у меня ещё остались хоть какие-то силы на то, что бы так задорно крутить рулевое колесо, меня за это даже хвалил. А заодно просил, так же увлечённо изучать химию, анатомию и боевые искусства, которым мы уделяли львиную долю времени. Иначе, мне и в этом месяце ни одного су, точно, снова не светит. А на следующий день, со спокойной душой увеличивал физические нагрузки, что бы я не забывал голову всякой чушью, чуть ли ни в двое...

Так что, даже разговора, если это не касалось медицины, на морскую тематику у нас не было. И это не смотря на то, что мой хозяин, судя по его огромной коллекции, явно, не ровно дышал в сторону бескрайних, водных просторов...

Ну, а все мои познания в морском деле, были исключительно от подружившегося со мной во время моих непосильных тренировок, добродушного служителя маяка и опытного матроса, жилистого дедушки Солёного. Без умолку рассказывающего мне о премудростях его бывшей профессии и своих морских приключениях. В которых я и сам не раз мечтал побывать. Так что, с моей точки зрения, я знал намного больше, чем все матросы на этом судне. Включая и самого капитана Кана с косо смотревшим на меня боцманом. И лишь при одной мысли о том, как мои друзья тут же обзавидываются, когда я им поведаю, что был за штурвалом самого большого корабля нашего королевства, я ещё больше улыбнулся, ясно представив их ошарашенные моими, слегка приукрашенными, но абсолютно правдивыми рассказами об участии в великих и легко выигранных мной сражениях, изумлённые рожи...

- Не мешайте мне пожалуйста, господин Кана! - Резко отрезал я все пути к отступлению, забрав на время его капитанскую должность. - Я должен хорошенько прочувствовать этот корабль! - И я, находясь на седьмом небе от счастья, снова со всей дури крутанул штурвал, но уже в обратную сторону. Максимально накренив огромный парусник влево...

***

- Капитан! - Проорал боцман, держась за борт. - Может, отмените ваш приказ, пока наше бедное судно не рассыпалось на тысячи мелких дощечек? - Умоляюще посмотрел он на такого же, перепуганного моими юношескими забавами, господина Кана.

- А вы что, боцман, качки небольшой испугались? - Стараясь казаться бодрым, вымученно улыбнулся плечистый командир. - Так мы с вами, и не такое в шторм переживали!

- Так то, в шторм... А сейчас, мы уже троих матросов из воды подобрали. И одного, даже успела укусить акула!

- Да, неужели? - Удивился капитан. - И что же она ему откусила? Надеюсь, не его дурную голову?

- Ну, может и не укусила, но напугала до усрачки, так точно... - Немного засмущавшись, дал заднюю боцман.

- Человек за бортом! - Снова проорали, откуда-то спереди корабля.

- Вот видите, капитан, снова, человек и за бортом! Может хватит уже мальчишке со штурвалом баловаться? Ну, в кои веки, взял этот Скряг в ученики кого-то, может даже и научил кое-чему за эти пол года, хотя и это, совсем немного для того что бы стать мало-мальски опытным матросом. Но это же не повод, безоговорочно доверить молокососу наши жизни и королевский корабль. Да и кто знает, что с капитаном за столько времени стало, после того как его при всех с позором разжаловали и списали на берег...

- Пол года, - это немного?! - Непонимающе вылупился на него Кана. - Да он, за те две недели, что я у него в подчинении был, из меня всю душу вытряс! Я уже не говорю об остальных членах экипажа! И это, за мои же, уплаченные за обучение, родителями деньги! Но он, также, за это время ещё и научил меня больше всех других капитанов и адмиралов, вместе взятых! А ты представь, чему можно было научится у такого легендарного морехода как Скряг, за эти пол года! Я, когда это понял, раз двадцать просил его продолжить обучение! Но он, ни в какую... Мол, никаких больше учеников! И я очень хочу знать, боцман, чем этот нищий молокосос, лучше меня, потомственного аристократа, оказался?! И сейчас у меня появился шанс это выяснить... Да и что это у вас за матросы-то, такие?! - Капитан неожиданно стал на мою сторону. - Что при любом резком маневре, на ногах удержатся не могут? Сухопутные крысы какие-то, право слово, а не волки морские! - И дежурный капитан, опрометчиво отпустил натянутый как струна, канат...

- Капитан за бортом! - Проорал обречённо боцман.

- Да, понял я, что за бортом! - Проскрипел я, мысленно поправляя невидимую капитанскую фуражку и тут же сделал крюк для спасения неосмотрительно свалившихся за борт, членов экипажа...

***

- Иржик, и где же Принцесса Лучи? - Промокший до нитки капитан, в одной белоснежной рубахе, смотрел на абсолютно пустой горизонт. - Мы уже должны были их давно нагнать, даже несмотря на твои развесёлые забавы со штурвалом! Или тебя всё же, отправить поплавать вместе с акулами? Я как раз видел там, парочку очень голодных...

- Боцман! - Крикнул я уже попривыкнув к поначалу строптивому кораблю. Ничего не ответив явно расстроенному капитану, и сам толком не понимая куда они все делись-то. - Скажите рулевому, пускай держит курс прямо! - И передав штурвал подоспевшему матросу, не говоря ни слова, схватился за канат и на одних руках, очень быстро поднялся к ошарашенно вылупившемуся на меня наблюдателю. - Ничего не видно? - Спросил я худющего матроса, быстро запрыгнув в открытую бочку.

- Н-нет... - Немного испугано пролепетал молодой человек, не зная что ответить странному, невероятно наглому пацану, которому сам капитан Кана, доверил командовать их судном. - Ничего...

- Ладно... - Согласился я с его ничего, и словно белка полез на самый верх мачты.

Вцепившись в верхушку я пристально вглядывался в горизонт, но ничего так и не заметив, уже собрался было слезать вниз и готовится к заплыву в компании со злыми акулами...

Как вдруг, резко замер. Почувствовав странное покалывание на кончиках пальцев и услыхав своё же, довольно сильное сердцебиение. Я тут же оглянулся, вроде кто очень страшный и невероятно могущественный стоял за моей спиной. И стоило ему лишь захотеть, как могучий корабль вместе со всеми нами, был бы тут же превращён в мелкий пепел и развеян над водной гладью моря. Но всего один-единственный, мелкий человечишка, непонятно как оказавшийся здесь, мешал осуществлению его недобрых планов. И этот несчастный, как ни удивительно, был именно, я...

Поискав испуганным взглядом опасного незнакомца, я ещё сильнее вцепился в мачту и в полном недоумении от происходящего вокруг, снова и снова вглядывался в очень странную, почему-то невероятно пугающую меня, абсолютную тишину...

- Что-то тут, явно не так... - Прошептал я про себя. Над водной гладью, не было ничего...

И это ничего, пробирало меня до кончиков встававших дыбом волос. Ни птиц, ни дельфинов. Ни даже вездесущих здесь, рыб-летунов! Было абсолютно пусто... Вроде всё вымерло. Отсутствовали даже, хоть мало-мальски видимые волны. И это при том, что попутного ветра вполне хватало! - И куда же всё подевалось-то, скажите на милость?.. - Моя рука подсознательно полезла в тайный карман, где вместе с паспортом, лежали и мои волшебные очки. В одно движение я достал из футляра и нацепил на себя заветные стёкла. Я и сам толком не знал, что же я хочу в них увидеть. Но одно, я знал точно. Без них я сейчас не вижу, ровным счётом ничего...

***

- А мальчишка-то, - малый не промах! - Всё же похвалил меня суровый боцман. - На одних руках, да на такую высоту подняться! - Силён! Хотя по нему и не скажешь...

- Да... - Согласился капитан. - Но мог бы и по вантах метнутся. Старый изверг, видно пацана по них лазать не учил. А только по канату этому. При чём, на одних лишь руках...

- Лево на борт! - Проорал я что есть мочи рулевому, уже спустившись в бочку к наблюдателю.

- Капитан, что делать? - Не понял моих детских визгов, ошарашенный рулевой.

- Исполнять! - Гаркнул на него командир. - Я же внятно сказал, слушать его, как меня! И этот приказ, пока что не отменял!

- Влево на борт! - Продублировал мою команду, застывшему матросу, боцман.

- Смотрящий! Ты хоть что-то там, видишь?! - Капитан поднял голову на оторопевше вылупившегося на него матроса в вороньем гнезде.

- Нет, господин капитан! - Развёл руки в стороны, растерянный матрос. - На горизонте, - чисто!

Я же, уже успел спустится по моей любимой верёвке, вниз.

- Боцман! Приготовится к атаке! Открыть люки и зарядить все боевые и абордажные катапульты по правому борту! - Скомандовал я, удивлённо глазеющим на меня морякам. - Я что-то, не понятное сказал? - Грозно взглянув не терпящим возражений взглядом, который мы с Гнусом постоянно тренировали во время наших, довольно редких в последнее время, тайных встреч.

- Атаки, по ком? - Выдержав мой, видимо, не до конца натренированный взгляд, не понял меня огромный мужик.

- Ваше дело, - исполнять! - Рявкнул я на него голосом, пребывающего не в лучшем расположении духа, господина Скряг, - а не задавать тупые вопросы!

- Да я тебя, в бараньей рог скручу! Двухголовым акулам скормлю! - Пошёл на меня в атаку со своими огромными кулачищами, охреневший от совсем потерявшего берега, нищего, ободранного подростка, разозлённый мужик. - Месяц, палубу драить заставлю!

- Боцман! - Вдруг остановил его капитан. - Исполняйте распоряжение...

- Но капитан! Вы же сами видите! Малец над нами, просто издевается! - Развёл руками мужик со свистком. - Со штурвалом по всей видимости, дитё уже наигралось, так теперь наглому молокососу, ещё и пострелять, видите ли, захотелось! Но по ком, стрелять-то?! Никого же нет! И кто, спрашивается, будет платить за это веселье? А вы же знаете, кладовщик её величества, за каждое использованное ядро спросит! За каждый, выпущенный в никуда, таран!

- Действительно, Иржик? - Вдруг переменился в лице капитан, осознав что придётся иметь дело с королевским чиновником. - По ком мы, стрелять-то собрались! Каждый залп, это сотня соли, не меньше!

- Прошу вас, капитан. Разрешите мне помочь Принцессе Лучи! - Я умоляюще на него посмотрел.

- Помочь? - Еще больше удивился Кана. - Сынок! Но где ты видишь, королевское судно?

- Я, - вижу... - Совершенно спокойно ответил я. - Более того, я его чувствую! И поверьте, оно очень нуждается в нашей помощи. - Взглянул я на него уже уверенно, поправляя свои, немного съехавшие во время спуска по канату, очки. - У нас мало времени! Да и у Вас его, как я погляжу, почти не осталось... У вас же постоянно ноет под левой лопаткой? И вы иногда задыхаетесь и теряете сознание?

- А ты, откуда это знаешь? - Уставился на меня в конец ошарашенный мужик.

- Доверьтесь мне, капитан Кана! И я смогу вам помочь. Ну, может не совсем я... А господин Скряг. А сейчас, разрешите мне, всё же дать залп?

- Ладно... - Согласился капитан, обречённо махнув рукой. Один залп и всё! - Но платить за это, будет твой работодатель! Он господин не бедный, так что, развлекайся...

- Спасибо, капитан Кана... - И снова взяв в руки штурвал, я проорал что бы все крепко держались и готовились к атаке по правому борту, при этом что есть мочи крутанув его в другую сторону...

***

- Абордажные гарпуны по правому борту, выстрел! - Проорал своей лужёной глоткой боцман, продублировав мою команду. И каково же было изумление матросов, когда металлические стержни с крюками не плюхнулись вводу, а просто исчезли в воздухе, а за ними растворилась и разматывающаяся, привязанная к ним верёвка...

Как вдруг, возвращаемые на место гарпунщиками с десяток выпущенных в никуда канатов, один за другим натянулись и заскрипели от сильного натяжения. Я тут же скомандовал стрелять в пустоту таранами, а за ними и каменными ядрами. Но ошарашенные исходящим буквально из неоткуда скрипом, матросы, меня уже не слышали. А вслед за капитаном и открывшим рот боцманом, совершенно ничего не понимая, пялились в пугающую пустоту.

- Боцман! Стреляйте же наконец! - Орал я. Но как и прежде, мои истошные крики о необходимости немедленной атаки, просто растворялись в приближавшемся к нам шуме. А собравшаяся у правого борта, считай вся команда, тупо смотрела как из неоткуда, словно из невероятно плотного тумана, показался сначала нос, а затем и парус неизвестного судна...

***

"Если ты не выстрелишь первым, в только что обнаруженного, невидимого врага, то с очень большой вероятностью, выстрелят в тебя..." - Усвоенная мной в тот момент, житейская мудрость...

Бабах был неожиданным и очень громким... Это ломались доски от вонзавшихся в наше судно, измазанных горящей, маслянистой жидкостью и выпущенных с вражеских катапульт, летящие с бешеной скоростью, огромные, заострённые брёвна с металлическими наконечниками. Которые протыкали обшивку нашего могучего корабля, словно тонкий лист бумаги. Нанося несчастным матросам, стоявших на их пути, раны и увечья, явно не сопоставимые с жизнью. За ними последовали и летящие с верхних палуб, сразу троих кораблей, каменные ядра...

***

Треск и скрежет, уже врезавшегося и всё ещё царапающего нас носом, выплывшего буквально из неоткуда парусника, стоял страшный. Я опомнился лёжа возле никем не управляемого, на треть раздолбанного штурвала. Потрогав почему-то мокрый висок, я увидел на руке кровь.

Ещё недавно поражавшее своими размерами и идеальным порядком, судно, сейчас больше напоминало разбитую, старую лоханку, по палубе которого, десятками носились люди в чёрных нарядах и размахивая кривыми саблями, рубили без разбора практически безоружных матросов налево и направо. Лишь капитан Кана и ещё с десяток членов экипажа, включая боцмана, с помощью нескольких клинков, швабр и деревянных вёдер, кое как оказывали сопротивление, явно превосходившим нас, силам противника.

Туман невидимости, скрывавший четвёрку кораблей, рассеялся, и я сейчас прекрасно видел Принцессу Лучи, взятую на абордаж одним из угольно-чёрных парусников. Ещё один корабль, уже вбив абордажные крюки в наш левый борт, вовсю приближался к порядком побитому каменными ядрами, судну.

Моей первой мыслью при виде быстро приближающегося судна по левому борту, было стать за изуродованный штурвал и попробовать выйти из этих страшных тисков, тем более, что наш корабль заметно превосходил по мощи, трёхмачтовые суда нашего противника. Но взглянув наверх, я с грустью обнаружил безжизненно свисающие тряпьё, вместо великолепных, надуваемых ветрами парусов. Тяжело вздохнув, я решил оценить остальные повреждения, уже ставшего родным, корабля. Да и не пора ли срочно покинуть эту, возможно уже тонущую посудину?

- Стоп. А где же мои драгоценные очки?! - Я тут же поискал их сначала в кармане, а затем и шаря взглядом по захламлённой ошмётками корабля, палубе. - Мне Гнус за них, точно голову оторвёт! - Я тут же встал на колени, быстро разгребая, окружающие меня, колючие обломки...

- Да, вот же они, родимые! - У меня мгновенно отлегло от сердца. Но, только-только я протянул за ними руку, как на неё больно наступили черным сапогом с острым, немного загнутым вверх, кожаным носком. Я поднял глаза на хозяина чудной, ранее не виданной мной, обуви.

Надомной навис, достаточно загорелый мужчина средних лет, одетый в черный, широкий халат, с такой же абсолютно чёрной, кудрявой бородой. И он мне очень мило и приветливо улыбнулся...

Его белоснежная, сверкающая улыбка, могла вызвать зависть у многих жителей нашего милого городка. Особенно, у моего товарища-сладкоежки, Пуха. Ни одного гнилого зуба! А так, как я учился у господина Скряг, не только выбивать, а ещё и лечить эти самые зубы, от которых напрямую зависело и общее здоровье наших клиентов, я сразу определил, что никаких проблем с привкусом или возможной гнилью, у этого, приставившего к моей шеи свою кривую саблю, господина, точно не было. Надо бы расспросить этого загорелого, милого человека, как он ухаживает за своими великолепными зубами, что в них нету и намёка на хоть какую-то болезнь...

- Спах! - Скомандовал белозубый. - Спах! - Что явно означало, - встань! Так как он при этом, махнул мне ещё и рукой. Я, тяжело вздохнув, указал на свою ладонь под его тяжёлым сапогом.

- Сойди мол, любезный, и я сразу же встану. - Мужик хмыкнул и убрал свою лапу с моей руки. Что было очень неосмотрительно с его стороны...

Осознав, что милой беседы о гигиене ротовой полости у нас с ним точно не получится, я медлить не стал. И контролируя острую сталь плечом, быстро схватил освободившимися руками за каблуки великолепных, кожаных сапожек, и что есть мочи дёрнул их на себя. Черный бородач смешно махнув в воздухе руками, грохнулся на спину, и я тут же прыгнул на супостата, надавив коленом на шею, а заодно и сонную артерию. Не забывая при этом и о мече бородача, который я тут же присвоил себе, успешно вывернув кисть на болевой. Всё это, я проделал на удивление легко, несмотря на то, что у меня от страха, явно трусились поджилки. Особенно разница чувствовалась, по сравнению с гораздо изворотливым в этих делах, господином Скряг. Ну да, это, можно было списать на эффект неожиданности. И с очередным незваным гостем, готовым дать отпор мелкому сопляку, мне уже может так не повести.

После того как его кривая сабля оказалась в моих руках, я, что бы заткнуть наконец, рот рычащему отборные проклятия в мой адрес белозубому дядьке, заехал рукоятью меча точно в лоб. Он тут же вырубился.

Заметив приближающегося ко мне очередного, человека в чёрном, я решил не испытывать судьбу в очередной зарубе и запрыгнув на свисающую лохмотьями парусину, пролетел футов двадцать и словно кошка спрыгнул возле толпы теснивших капитана чужаков.

Чудом выжившая, еле стоящая на ногах тройка окровавленных матросов, да ещё капитан Кану с боцманом, - это почти всё, что осталось от огромной команды, такого же огромного корабля. Построенного специально для защиты побережья нашего королевства. Их окружало с четыре десятка людей в чёрном. Они тыкали в прижавшихся к друг другу, оставшихся в живых членов экипажа. Остальные бегали по нижним этажам парусного судна, откуда раз за разом доносился звон стали и страшные вопли.

Капитан Кана, заметив мою перемазанную кровью рожу, встретился со мной взглядом и отрицательно пошатав головой, указал глазами на противоположный борт, где недалеко от только что прижавшегося к нашему судну корабля, на шлюпбалках, немного покосившись, всё ещё висела спасательная шлюпка. Я одобрительно кивнул и незаметно, для тут и там шныряющих по огромной палубе черных теней, мелкими перебежками прошмыгнул к спасительной посудине. Благо, что на корабле что-то задымилось, и меня как раз не было видно, как и опускающуюся спасательную шлюпку. Но не успел я опустить её на воду, как вспомнил об одной, всё же позабытой мной вещи. Без которой я, ну никак не мог вернутся домой...

Глава 8. Светлый взор.

Взобравшись по канату обратно, я осмотрелся и неслышно спустился на палубу. Звуков боя уже почти не было слышно. Лишь с нижних палуб раздавались поодинокие приглушённые крики.

Спрятавшись за перевернувшейся на бок, отъехавшей к противоположному борту, всё ещё заряженной катапультой с чудом не выпавшим со своего законного места каменным ядром, я снова убедился что на моём пути никого нет. Мелкими перебежками я всё же добрался до того места, где в последний раз видел свои чудо-очки. Но сколько не я ползал на карачках в поисках своей драгоценной пропажи, на старом месте их почему-то, так и не обнаружил... Проверив везде где только можно, я тяжело вздохнул и всё же выглянул из-за разбитого рулевого колеса на огромную палубу впереди...

Около сотни уже знакомых мне людей в чёрном, выстроившись полумесяцем, окружили два десятка оставшихся в живых моряков. Обезоруженные, да ещё к тому же по пояс раздетые, все они лежали лицом вниз, прямо на ошмётках досок и парусины. Между лежачими важно прохаживался, внимательно рассматривая обнажённые спины команды, высоченный мужик с острой бородкой, чем-то снова мне напомнивший Гнуса. Вероятно, своей самоуверенным походкой и практически такой же, торчащей в стороны живностью на лице.

Но этот неимоверно высокий господин, одетый в немного волочащийся по палубе чёрный плащ, был ещё выше моего знакомого работника тайной канцелярии, почти на целую голову. Хотя, казалось, куда ещё выше-то! Да и лицо у него было, пожалуй повеселее, чем у вечно угрюмого фотографа. Видимо из-за того, как легко им удалось захватить наш, намного крупнее всей их вместе взятой, хоть и небольшой эскадры, огромный, военный корабль. Что всего лишь одним своим залпом, легко мог потопить их трёхмачтовую посудину.

За ним словно собачка семенил и мой хорошо знакомый, белозубый мужик. На загорелом лбу которого красовалась поставленная мной печать от рукояти его же кривого клинка, что сейчас одиноко свисал у меня за поясом. Он пристально разглядывал загривки лежащих, раз за разом отрицательно маша головой на очередной вопросительный взгляд высокого мужика. У которого от каждого взмаха головой, заметно портилось его довольно приподнятое настроение.

И когда у заинтересовавшего высоченную каланчу, матроса, с явными отметинами чьих-то острых когтей на всю спину, небольшого, худющего юноши, тот снова ответил нет, окончательно убрав ухмылку с лица чёрного плаща, он придя в настоящую ярость, проорал уже знакомое мне слово, - спах! И взяв подорвавшегося беднягу с отметинами за загривок, тут же ткнул его лицом в перепугано зажмурившегося подчинённого, который снова отрицательно зашатал головой, заодно заискивающе сверкнувшего своей ослепительно-белой, немного перекошенной от страха улыбкой.

Закончив с осмотром и не обнаружив искомого, высоченный дядя тяжело вздохнув, замахнулся было на белозубого, своей длиннющей рукой. Но в последний момент всё же передумал, к немалому облегчения последнего и приказал всем пленным встать. Затем поднял вверх что-то блеснувшее на солнце, и совершенно без акцента промолвил, гулким, властным голосом.

- Слушайте меня внимательно! Я вовсе не беспощадный монстр, за которого вы все меня принимаете. И с радостью оставлю жизнь тому, кто скажет где прячется хозяин вот этой, презабавной вещицы! - и он, поводив перед измученными сегодняшними приключениями, уставшими и ничего не понимающими, израненными людьми, удивительно похожими на мои потерянные очки, сложенными друг на друга стёклами, прошёлся вдоль выстроенных в шеренгу матросов.

- Подумайте хорошенько! Зачем вам умирать в такой прекрасный день? Когда вас наверняка, дома ждут не дождутся ваши дети, красавцы жёны, и самое главное, - хорошая выпивка!

- А за что ты её теперь, купишь? Выпивку-то эту... - процедил один из матросов. - Была хорошая работа, а теперь и той не будет... И жена из дома выгонит... Уж лучше со всеми остальными, на дно... - высокий господин, уловив общий настрой, тут же загадочно улыбнулся...

- Я вас прекрасно понимаю... И тут же готов решить все ваши проблемы, за нужные мне сведенья. - он поманил стоящего рядом помощника с накрытым покрывалом подносом. Сдернув чёрную тряпку, он улыбнулся, когда полуголые моряки дружно ахнули и прикрыли глаза от немалой груды из золотых, искрящихся на ярком солнце монет. Каждый из которых стоил пятьдесят обычных монет. И применялся в основном, в межгосударственных и крупных сделках. Или для хранения больших сумм в королевских банках. Я однажды видел одну такую монету, когда подрабатывал у господина Няо, до того как он решил меня кинуть на деньги.

- Здесь, ровно пять тысяч соли! - гордо заявил высокий, разведя усеянные разнообразными перстнями руки в стороны, как бы увеличивая и так, немалую кучу вдвое, - это огромная сумма! И её точно хватит, что бы безбедно встретить старость, за кружечкой вкуснейшего эля, в компании лучших красоток королевства!

- Так, а что сделать-то нужно? - ошарашенные увиденным, не совсем поняли члены захваченной команды. - Вы скажите, мы за такие бабки все сделаем! Ведь правда, ребята?

- Да, что тут не понятного? - удивился, насколько невнимательно слушали его собравшиеся, пока речь не зашла о золоте. - Укажите пальцем на хозяина вот этих очков. И будет вам счастье! Или, хотя бы назовите имя этого везунчика! Ведь ему уготована достаточно интересная, богатая на события, захватывающая жизнь! Возможно, не такая безоблачная как вам, но тоже, вполне себе ничего! Ведь он мне, очень нужен! И я его, вовсе не собираюсь убивать или мучать. Во всяком случае, сразу. В отличии от всех вас! Вы же мне, - совершенно не нужны!

Матросы начали между собой переговариваться, спрашивая друг у друга, о ком всё-таки идёт речь? И только, не отличавшийся от от остальных, переодевшийся в обычную матросскую одёжку после вынужденного купания в море, капитан, уныло повесив голову, искоса поглядывая на почему-то ухмыляющегося боцмана. И увидав что тот, всё же открыл рот, видимо, что бы сдать меня с потрохами, как вдруг сам вышел вперёд и развернулся к шумевшей словно рыночная площадь, неумолкающей команде.

- А ну, тихо! - рявкнул на галдевших матросов капитан Кана. - Молчать! Крысиное племя... Вы что, верите этому мудазвону, который только что на ваших глазах, убил ваших же товарищей и вероломно напал на королевское судно? Как только он получит желаемое, сразу же вас, идиотов, скормит акулам! Или вы, хотите умереть предателями?

- Вот, кто здесь оказывается, капитан! - обрадовался высокий. - Как удачно, что вас не прикончили эти невоспитанные Арканцы. Уж мы то с вами, как два потомственных аристократа, наверняка обо всём быстро договоримся! А уж, кто-кто, а капитан точно в курсе, чьи это потерянные стекляшки? Не так ли? Капитан Кана? - он тут же протянул очки, немного удивившемуся такой осведомлённостью черного плаща, широкоплечему мужику. - Ну же! Просветите меня пожалуйста. И я клянусь забыть обо всём и тут же отпустить вас капитан, и всю вашу команду! Ну, а если вы, по простоте душевной, захотите перед своим королевством, взять вину за это нелепое недоразумение на себя, я вас уверяю, что этого делать, вам совершенно не нужно!

- Я не веду переговоры с врагом, так подло напавшим на мой корабль! - гордо заявил капитан.

- Ну, во первых. Вы всего лишь дежурный офицер. Ведь так, капитан Кана? Причём, один из многих. И так уж получилось, что капитан Корти, лишь на пару минут, где-то задержался и не успел вовремя вас сменить. А так, вы бы уже давно праздновали окончание недельной вахты, в одном из так любимых вами, городских трактиров. Так что, чисто технически, это уже не ваш корабль, а капитана Корти. Который, уже на всех парусах направляется к нам. И с большим удовольствием поведает, чьи же всё-таки это очки.

- Ну, это вряд ли... - ухмыльнулся капитан.

- Отчего же? - не понял чёрный плащ.

- Я сам сегодня, впервые их увидел. И поверьте, хозяин этих очков, оказался здесь совершенно случайно...

- Ах, даже так... - на секундочку задумался высокий. - Подумайте, капитан Кана. Даже если вы выживите, вас наверняка выгонят из флота за бездарную и совершенно глупую потерю флагмана. Да ещё и взвалят все расходы за утраченное вами судно на вашу семью. И тем более это произойдёт, если вы по своей доброй воле, отправитесь на корм рыбам. А вашим несчастным родственникам, уже в одиночку придётся нести бремя позора, да ещё и немалые финансовые потери! А так, я вас и вашу семью, считай спасаю от неминуемого бесчестья! Да ещё и с хорошим бонусом в виде чистого золота, за перенесённые вами мелкие неудобства. И даже более того! Я удвою эту, и так не малую сумму! И всё за небольшую, совершенно несущественную услугу. А вы, друг мой, в случае вашего согласия, просто и безболезненно, сойдёте преспокойно на берег, вроде вас здесь и не было! А разгребать за вами, останется капитан Корти. Он кстати, совсем не против. И не забывайте капитан, это ведь не мы первыми напали на ваш огромный, боевой корабль? - улыбнулся высокий. - Да у нас и в планах-то такого не было! Чтобы с нашими, мелкими посудинами, и рискнуть сражаться с самым грозным, боевым кораблём королевства! Мы же не самоубийцы какие-то...

- Вы это всерьёз? - не понял капитан.

- Ну конечно же! Я против любого кровопролития! - гордо заявил высокий. - Не люблю вид крови... Вот, возьмите очки и посмотрите внимательно. Просто скажите кто владелец. Ведь это же он, непонятно почему надоумил вас напасть на наше, абсолютно мирное судно! Значит, он во всём и виноват. Я же вижу! Вы знаете что я прав.

- А как же, Принцесса Лучи? - Ухмыльнулся капитан Кана. - На неё вы тоже, почти не нападали? Или вам с ней, просто было по пути?

- Конечно не нападали! - Состроил обиженную рожу высокий господин. - Вы же видите, у принцессы абсолютно целый корабль! Пара-тройка абордажных гарпунов, в расчёт можете не брать. Обычное недоразумение. Которое мы с капитаном судна быстро бы уладили за бокалом вина и с помощью пары золотых монет, не появись ваш военный монстр на горизонте! И не забывайте, капитан. От вас также зависит судьба этих бедных, ни в чём не виноватых, в отличии от владельца этой вещицы, вверенных вам людей! - И высокий снова, ткнул в руки капитана, уже сто процентов, мои очки...

***

Капитан Кана взял стёкла и покрутил их в руках, пытаясь разгадать что же заинтересовало высокого господина в этих совершенно обычных на вид стекляшках, да так, что тот не задумываясь готов отвалить за имя их владельца, такую огроменную кучу золота. Посмотрев сквозь совершенно прозрачные, явно сделанные на коленке, да и ещё и с пузырями воздуха и парой застывших в них мелких мошек, не говоря уже о присутствующей там пыли, два явно, ничегошеньки не стоящих стёкла, прямиком на рядом стоящего мужика и очень при этом удивившись, вернул их широко улыбающемуся, незваному гостю.

- Извините, не знаю с кем имею честь общаться, - довольно таки учтиво начал капитан Кана.

- Магистр третий категории, Светлый Взор. - Представился мужик. - Для вас же, просто, маг Свезор.

- Третьей категории? Оно и заметно... - Съехидничал капитан Кана, и сплюнув сквозь зубы, всё ещё сочившуюся с губы кровь, добродушно улыбнулся. - А первой категории магистры, что, уже закончились? Или им некогда заниматься всякой ерундой, раздавая за ничего не стоящее, оконные стекляшки, по десять тысяч соли, золотом. Уж куда лучше, греть свою толстую, магическую задницу на ярком Арканийском солнце? Вот и посылают вместо себя всякую третьесортную шелупонь? - Все пленные, включая боцмана, устало засмеялись.

- Смешно... - Поддержал их лучезарной улыбкой, Свезор. - Но у нас, уважаемый капитан Кана, двадцать три категории магов. И каждый магистр двадцать третей категории, умеет примерно, что-то такое. - Он щёлкнул пальцами и у одного из особо скалившихся матросов, слетели подштанники. Тот, тут же согнувшись, сконфуженно прикрыл своё хозяйство руками. - При переходе в двадцать вторую категорию, мы уже можем делать мелкие пакости, например, такие. - Неспешно прохаживавшийся маг, произвёл небольшой пас рукой, и наклонившийся за подштанниками, оголённым матрос, тут же вселся на тощую задницу. - Но зачем мелочится, дорогой мой капитан, давайте сразу перескочим на пару десятков лет усердных занятий и пару категорий вверх, где я, уже маг десятой категории, и хочу с утреца, немного поразмять руки... - Он отошёл на пару шагов назад, и просто выставив руку вперёд, мёртвой хваткой вцепился своей невидимой ладонью, во всё ещё сидящего на заднице и завязывающего слетевшие портки, матроса, и тут же, на глазах его испуганных товарищей, поднял несчастного на пол метра над палубой и начал душить того за горло.

- Сейчас же отпустите! - Скомандовал капитан Кана. - Он точно не знает, чьи это стёкла! - Еле живой мужик, держась за горло и жадно глотая воздух шлёпнулся вниз. А Свезор, как ни в чём не бывало, продолжил.

- Но когда ты переходишь в первую десятку... Допустим, в седьмую категорию. То тебе уже лень заниматься подобными глупостями, и ты, от нечего делать, поступаешь с неугодными, как-то так... - Магистр завёл средней палец, но почему-то левой руки, за большой, и просто дав в воздухе щелбан по направлению к еле стоящему рядом с капитаном, израненному матросу, с нескрываемым удовольствием наблюдал, как того, вроде после встречи с только что выпущенным, невидимым корабельным тараном, отбросило со страшной силой к борту корабля, Где еле живой мужичок, со страшным хрустом сломал об него позвоночник, и сразу же замертво осунулся вниз. Вокруг воцарилась тишина. - Так что, капитан? Может мне пора уже перейти сразу к третей категории? Или вы мне наконец скажете. Где я могу найти хозяина этих очков? - Последние слова, прозвучали так грозно, что у меня по коже даже мурашки пробежали. Капитан, явно шокированный случившимся, зло смотрел на всё ещё подозрительно добродушно, улыбающегося Свезора. Всё ещё раздумывавшего, стоит ли показывать на что способен маг третьей категории. Что бы окончательно не спугнуть, и так ошарашенного увиденным капитана. Который также искоса поглядывая на ещё больше перепуганного боцмана, явно уже передумавшего говорить что-либо.

- Корабль на горизонте! - Проорал всё ещё сидящий в корзине матрос. - О котором видимо, все давно позабыли...

- А вот и ваш, опоздавший на наш праздник, сменщик! - Явно обрадовался Свезор, вовремя подоспевшему решению его неразрешимой дилеммы. - Я думаю, у капитана Корти, будет больше шансов разговорить вас. Ведь он, в отличии от меня, кровь пустить, очень даже любит...

***

- Вот, надо же было так вляпаться!.. - Подумал я первым делом, усевшись спиной к тому, что осталось от ещё недавно, так сказочно выглядевшего штурвала, окончательно осознав что ищут именно мою, довольно невзрачную персону. - И зачем я ему только сдался-то! Свезору этому! - А ведь меня, кроме капитана Кана, боцмана и матроса в бочке, пожалуй никто в очках и не видел! А если и видел, то вряд ли придал этому хоть какое-то значение... Правда сейчас, после, явно лишней демонстрации, его возможностей по мгновенному ломанию позвоночника лёгким щелчком пальцев, вряд ли кто, вообще что скажет. Потому как маги у нас, как вы знаете, под строжайшим запретом. А сотрудничество с ними, каралось ещё похлеще, чем само занятие магией, этими самыми магами. А именно, - немедленной смертью. И это, несмотря на то, что всё это волшебство, уже давно было на уровне детских сказок на ночь, где маги непременно выступали страшными чудовищами, что глядя на бедного, поломанного пополам матроса, явно было не далеко от истины.

Я оглянулся назад, всерьёз подумывая плюнуть на те проклятые очки, из-за которых я оказался в этой, довольно скверной ситуации и уже решал как бы мне понезаметней слинять потихоньку домой. Можно даже пустится вплавь, вместе с двухголовыми акулами. Потому как выбраться незаметно на лодке, сейчас уже вряд ли получится. Хуже, уже точно не будет...

Но взглянув мельком на всё так же лежащую катапульту, а затем, зачем-то переведя взгляд на мачту, штурвал, и покосившейся огромный ящик с ядрами, что, вот-вот свалится с такого же огромного сундука. У меня вдруг закружилась голова. И это вовсе не от нещадно палящего солнца. Перед моим растерянным, юношеским взором, вдруг появились странные цифры с кучей непонятных формул. А в и так мало что соображающей голове, в результате всех этих мудрёных вычислений, сформировался вполне себе осязаемый и возможно даже работоспособный план! И я, ещё раз взглянув на так и не поставленные, ещё целые паруса, тут же позабыв о побеге, приступил к реализации своей, довольно мудрёной, непонятно откуда взявшейся в голове, смелой задумки...