Королевский гамбит

Глава 1

Положение на раскрашенной в черно-белую клетку доске представлялось абсолютно безвыходным.

Загнанный в угол черный король, окончательно плюнув на остатки былого величия, покорно ожидалнеминуемого поражения. Далеко не первого за сегодняшний вечер. И дело было не в незадачливом монархе, не сумевшем организовать не только победоносное наступление на стройные ряды злорадно скалящихся белых, но даже более-менее вменяемую оборону. Вовсе нет. Невозможно обвинять того, кто не обладал даже зачатками пресловутой свободы воли. Не-ет... В окончательном разгроме черного воинства повинен был кое-кто другой, гораздо более могущественный... кто-то сродни божеству, не подчиниться которому несчастный король никак не мог. Тот, кто с маниакальным упорством дергал обреченные черные фигуры за тонкие, видимые лишь ему, прочные ниточки и тем самым понуждал разбитую армию к совершенно бесполезным и безрезультатным наскокам на умело обороняющегося противника. Черному королю оставалось лишь безучастно наблюдать за окончательным крахом и без того призрачных надежд.

Максим, склонившись над шахматной доской, угрюмо разглядывал сложившуюся ситуацию. Напротив, вольготно откинувшись на спинку кресла, самодовольно ухмылялся противник. Игорь... Гоша... для кого-то, может быть, даже Гога... А над ухом ощущалось легкое дыхание Юльки, доверительно привалившейся к правому плечу.

«Переживает, – думал Макс. – И совершенно напрасно. Было бы за кого. Наверняка же видит, что позиция черных абсолютно провальна. Так что, переживай не переживай, а исход партии предрешен. Точно так же, как и двух предыдущих. Удивительно, как за последние полгода вырос наш Гоша! Когда он только-только объявился в клубе полгода назад, его обыгрывали все, кому не лень. В том числе даже Юлька. Зато теперь... как говорится, на кривой козе не объедешь... Или подъедешь, как правильно? А, черт, не все ли равно!»

Максим с тоской посмотрел на двери, распахнутые прямо в жаркий южный вечер.

«Может, плюнуть на все и пойти куда-нибудь с Юлькой? Послушать музыку... выпить чего-нибудь умиротворяющего... И без того каждый вечер проводим, сгорбившись над шахматной доской. А жизнь-то у нас одна, и проходит она очень быстро...»

Кафе потихоньку заполнялось посетителями, многие из которых состояли членами местного шахматного клуба. Роман, владелец заведения, нисколько не возражал против весьма немаленького сборища интеллектуалов, справедливо полагая, что подобная реклама лишь увеличит доход. Особенно в межсезонье, когда поток туристов с черноморского побережья значительно ослабевал.

– Ну, ты как? Сдаешься? – спросил Гоша.

Максим перевел на него тяжелый взгляд.

– Не дождешься. Ты же знаешь, я никогда не сдаюсь, – мрачно сказал он. – Играем до победы. Заметь, я не уточняю, чьей.

Ему не хватало всего лишь одного хода. Тогда появлялась слабенькая надежда хотя бы немного погонять по доске белого короля. А там, глядишь...

«А вдруг, зевнет? – с надеждой подумал он. – Хотя, вряд ли... такой, пожалуй, зевнет, как же... Держи карман шире. Ишь, физиономия какая довольная...»

– Мат в два хода, – лениво объявил Гоша. – Не передумал?

– Не... в три, – уточнила Юлька, выпрямляясь и взирая сверху на бездарно разбросанные по доске остатки черного воинства.

– Почему в три? – нахмурившись, произнес Игорь. – Ах, да... действительно... Если наш Макс додумается закрыться слоном... продлить, так сказать, агонию... Ну что? Может, лучше начнем новую?

– Нет, – упрямо заявил Максим. – Твой ход.

– Ладно, сам напросился, – Гоша взял белого ферзя и поставил на клетку g7, прямо перед носом черного короля. – Шах.

«Не зевнул,» – обреченно вздохнул Макс. Последняя надежда улетучилась.

– Пойду что-нибудь перекушу, – сказала Юлька. Исход партии был ей очевиден, и дальнейшее стало попросту неинтересно. – Ты со мной?

Он отрицательно покачал головой.

– Ну, тогда жди здесь, я скоро, – сказала она и направилась к стойке, у которой неожиданно выстроилась целая очередь.

Макс проводил подругу задумчивым взглядом. Маленькая сумочка через плечо... тонко рассчитанное легкое покачивание бедер... рука, поправляющая практически идеальную прическу... Хм... Представление, устроенное для одного-единственного зрителя... Юлька нисколько не сомневалась, что Максим смотрит ей вслед.

Он вздохнул. Так или иначе, но проигранную партию необходимо доводить до логического конца.

Белая королева высокомерно поглядывала на обреченного монарха, хотя прекрасно осознавала, что насладиться триумфом ей не суждено. Противник просто обязан ее уничтожить, никаких других вариантов судьба ни ему, ни ей не предоставила. Понятно, что делать этого он категорически не желал, потому что далее следовал шах ладьей на e8 с фатальными для черного короля последствиями. Но кто же его будет спрашивать?

«Красиво, ничего не скажешь. С жертвой ферзя... Моему сопернику и в самом деле есть чем гордиться.»

Максим уже занес над обреченной фигурой руку, как вдруг краем глаза заметил в зале множественное движение... невнятную суету возле распахнутого настежь входа, сопровождаемую шумом двигающихся кресел и негромкими неразборчивыми возгласами. Соклубники, как по команде, разом отставили в стороны незавершенные партии и уставились в одном направлении, явно обнаружив там нечто более занимательное, нежели ежевечерние шахматные баталии.

Черный король, получив неожиданную отсрочку, украдкой перевел дух.

«А-а, – понял Макс, – это, оказывается, дядя Юра пожаловали... собственной персоной. Странно, но так его, по-моему, еще никто никогда не встречал. Может, день рождения какой случился?»

Самый возрастной член клуба пользовался заслуженным авторитетом не только в силу прожитых лет, но и за наводившие изумление способности одолевать практически любого противника. Макс сильно подозревал, что после одной-двух партий Юрий Васильевич буквально вживался в образ мыслей соперника, после чего победить его становилось попросту невозможно. Глыба... Маэстро... Неофициальный глава спонтанного шахматного объединения.

Рука об руку с ним вышагивала молоденькая девушка. Максим невольно отметил стройную фигурку, высокую грудь и роскошные темно-каштановые локоны, волнами ниспадавшие на плечи.

«Ну, дядя Юра дает, – с изумлением отметил он. – Одна такая уже пыталась его захомутать, и чем все кончилось? Огромным скандалом в семье, чуть ли не до развода. Жена фактически заперла его на подмосковной даче, запретив появляться здесь под страхом смертной казни. И вот... полгода не прошло, а он опять туда же... Сердцеед вы, Юрий Васильевич, однако... ох, какой сердцеед. Хотя я ваш выбор безусловно одобряю.»

Девушка повернула голову, и Макс увидел ее глаза. Огромные, чуть ли не вполлица, почти как в японской манге... по крайней мере, так ему показалось. Такие же круглые и такие же наивные...

Это было как удар, как выстрел прямо в сердце. Дыхание прервалось, а в груди что-то сладко защемило... Максим замер, боясь пошевельнуться и оторвать взгляд. Он вдруг отчетливо понял, что вот эта красавица и есть та самая... единственная... ради которой стоит жить. И не имеет никакого значения, что пришла она с дядей Юрой.

– Так ты будешь, наконец, ферзя брать? – голос соперника донесся до него, словно с другой планеты.

– А... что... Ах, да... буду, наверное... – пролепетал Макс, не в силах оторваться от волшебного видения.

– Да что такое там происходит? – заволновался Гоша, с трудом пытаясь развернуться. – Партию доиграть не дадут... Инопланетяне прилетели?

– Почти...

Удачливый соперник, наконец, справился с непослушным креслом и вдруг замер, явно пораженный неземной красотой незнакомки.

– А-а.. теперь понятно, – сказал он. – В самом деле... выглядит как инопланетянка, в особенности на фоне местной публики. Но дядя Юра-то наш каков... надо думать, не одну галактику обошел...

«Ради такой девушки я хоть сейчас нырнул бы даже в черную дыру,» – подумал Максим.

Глава шахматного объединения и его прекрасная спутница остановились посреди зала.

– Прошу внимания! – громко произнес Юрий Васильевич, обводя взглядом и без того притихших соклубников. – В наших рядах неожиданное пополнение. Елена... э-э... Владимировна. Прошу любить и жаловать!

– Лучше просто Лена... – смущенно произнесла девушка и улыбнулась.

Макса неожиданно бросило в жар... потом в холод... он вдруг понял, что ничего прекраснее ему видеть еще не доводилось. Улыбка вроде бы предназначалась всем членам шахматного клуба, однако он чувствовал, что не-ет... она принадлежит только ему... ему одному, и никому больше. Раздавать такие подарки направо-налево никак невозможно, слишком большую они имеют ценность.

– Не знаю, как насчет «жаловать», – сказал Гоша, поворачиваясь обратно, – но от «любить» я бы не отказался. В любой, как говорится, момент.

– Не смей, – глухо сказал Макс. – Она такая... такая... а ты своими грязными лапами... пошляк!

– Э! Э, старичок! Ты что, влюбился, что ли? Вот так, сразу... с первого взгляда? Не перекинувшись ни единым словом?.. Не бывает такого.

– Много ты знаешь... бывает – не бывает... Запомни, эта женщина – моя. Так что держись от нее подальше. И я никому не позволю...

– Тише, тише... не кипятись... С какого перепугу ты решил, что она твоя? Может, дяди Юрина? Или вообще замужем?

Максим угрюмо засопел, глядя на Игоря исподлобья. А потом процедил сквозь зубы:

– Неважно. Я просто знаю, что она должна быть со мной... и она будет! А мужьям и всем прочим придется посторониться!

– И Юльке тоже? – Гоша с любопытством разглядывал окончательно слетевшего с катушек приятеля. – Что ты ей-то скажешь? «Извини, мол, встретил другую? Она, правда, пока не подозревает о моем существовании, но это так, мелочи жизни. А потому – прости и прощай!» Так по-твоему?

– Даже если и так, то что? Это только мое дело!

– Неправда. Твоей подружки оно касается ничуть не меньше... а может, даже гораздо больше.

Ответом был тяжкий вздох. Блуждающий взгляд остановился на окончательно забытом, но так и не сдавшемся черном короле. Внезапно успокоившись, Макс произнес:

– Юлька... Да, мне с ней уютно, отрицать очевидное просто глупо. Но... даже не знаю, как сказать... все у нас с ней как-то буднично, что ли... привычно... А душа-то просит совсем другого!

– Понятно. Празник каждый день... Только имей в виду: праздники имеют свойство быстро кончаться.

– Ничего... Я чувствую, что мой... нет, наш с Леной праздник будет длиться вечно.

– Вот, значит, как... Ну, ты и оптимист! А вдруг ты ей не понравишься, что тогда? Скажем, посмотрит на тебя как на пустое место и отвернется?

– Нет-нет-нет. Такое попросту невозможно.

– Ясно. Мой диагноз – безнадежно. Твоя болезнь не лечится. Рекомендую сходить к психиатру.

Максим никак не отреагировал. Впечатление было такое, будто слов приятеля он даже не слышал. Игорь посматривал на него сочувственно, однако с изрядной долей иронии. Одержимость напарника неизвестной красоткой казалась ему несерьезной и неестественной.

– А что ты станешь делать с соперниками? – внезапно спросил он.

– С соперниками? – машинально повторил Максим. – С какими соперниками?

– Ну, мало ли... вдруг кто-то еще вдохновится неземной красотой твоей новой подружки? Например, я...

– Ты? – Макс нахмурился. Судя по всему, подобные мысли ему в голову не приходили.

– Я, – утвердительно кивнул Гоша. – А что, запрещено? Я человек свободный... а у тебя Юлька, с которой еще неизвестно, как получится...

– Ты... ты... – Макс даже задохнулся от возмущения. – Да как ты можешь?! После того, как я открыл тебе душу!

– Могу, старичок, могу... И поверь, все преимущества на моей стороне, почти как в этой шахматной партии. Запомни... женщины любят победителей.

– Я-то думал, ты мне друг. А ты, оказывается...

– В таких делах друзей не бывает, сам знаешь. Тут уж кто как сумеет... кому как повезет...

– Только попробуй! Я... я тебя уничтожу! – мрачно пообещал Макс.

– Убьешь?

– Возможно.

– В самом деле?.. Тише, тише, а то услышит кто... – Гоша шутливо заозирался по сторонам. – Успокойся. Вообще-то, времена сейчас не те, никто не станет портить себе жизнь из-за женщины, пусть даже такой красивой, как Лена. Разве что сумасшедшие вроде тебя. На дворе двадцать первый век, если ты еще помнишь. Это во времена Пушкина из-за женщин дрались насмерть, но не теперь... Так что расслабься. Зачем доводить дело до смертоубийства, когда можно просто надавать друг другу по морде, и все дела. Но мы же люди культурные, морды бить не будем... Ведь правда?

– Будем! Я... я вызываю тебя! – упрямо заявил Максим.

– Вызываешь? Куда?

– На дуэль!

Гоша откинулся на спинку кресла и принялся разглядывать приятеля с нескрываемой насмешкой, что лишь подливало масла в огонь. Макс обиженно засопел. На его лице явственно читалась готовность немедленно кинуться в драку.

– Дуэль? Какая еще дуэль? – Юлькин голос раздался над головами совершенно неожиданно. Соперники даже не заметили, когда она успела вернуться к столу.

– Не обращай внимания, – спокойно сказал Гоша. – Просто Макс недоволен результатами и намерен взять реванш.

Он повел рукой в сторону незавершенной партии. Юлька перевела взгляд на доску.

– До сих пор не закончили? – удивилась она. – Ну вы и тугодумы...

– Да вот... Противник никак не рискнет взять ферзя. А взамен предлагает какой-то поединок.

– Так ты принимаешь вызов? – угрюмо осведомился Максим.

– Во! Видела?.. Ладно. Уймись, принимаю. Только не забывай: выбор оружия за мной. Ничего не поделаешь, таков порядок.

– Согласен.

– Значит, так... Еще одна партия. Я играю белыми. Победитель получает все. Как тебе такой расклад?

Максим взирал на соперника ненавидящими глазами. Он прекрасно понимал, что шансы на победу у него минимальны.

– Договорились, – наконец, сказал он. – Только не сегодня.

Черный король обреченно вздохнул, предвидя новое поражение. Судьба в очередной раз выбрала ему не ту сторону. Белая королева сочувственно улыбнулась.

– Во времена Пушкина дуэли, как правило, происходили на рассвете, – сказал Гоша. – Но я же не зверь, а потому не стану требовать от тебя таких жертв. Встречаемся завтра здесь же, в пять часов вечера. Устроит?

– Устроит, – мрачно произнес Максим.

Он поднялся, подхватил под руку ничего не понимающую Юльку и потащил к выходу. В сторону смутившей покой красавицы он старался даже не смотреть. Получалось плохо.

***

Юлька проснулась с таким чувством, будто сегодня обязательно что-то должно произойти. Что-то такое, что разом перевернет всю ее спокойную, хорошо налаженную жизнь. Ощущение было не из приятных. Если все идет хорошо, то перемены возможны только к худшему – это она прекрасно осознавала. А потому старалась по возможности избегать событий неожиданных и непредсказуемых. До сегодняшнего дня ей это неплохо удавалось, и она искренне надеялась, что так будет и дальше.

Утреннее солнце пробивало спальню навылет, легкая полупрозрачная занавеска не представляла для него существенной преграды. Юлька сладко потянулась, а затем перевернулась на бок, с трудом разлепив непослушные веки.

Макса на месте не оказалось, и это было странно. Как правило, Юлька вставала раньше него и даже успевала приготовить завтрак к тому моменту, когда Его Величество Максим соизволит, наконец, продрать глаза. Но, видимо, не сегодня.

«Вот они, перемены, – с неудовольствием подумала она. – Должно было произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы поднять Макса в такую рань. Ах, да... я же совсем забыла про этот дурацкий поединок... Вот чего им, спрашивается, надо? И без того каждый божий вечер проводят за шахматной доской. Так нет же, дуэль им подавай! Как дети, ей Богу!»

Юлька нахмурилась и рывком села на постели, свесив ноги на пол. А потом встала, накинула халат и пошла вон из спальни.

Максим сидел в комнате, уткнувшись в ноутбук.

– Доброе утро! – сказала Юлька. – Ты чего вскочил? Бессонница замучила?

– Угу, – буркнул Макс, не отрывая взгляда от компьютера.

Она зашла ему за спину и заглянула через плечо. На экране красовалась разлинованная в клеточку доска с разбросанными по ней шахматными фигурками.

«Белые начинают и выигрывают», – гласила надпись большими черными буквами.

– Не замечала за тобой склонности к решению шахматных этюдов, – Юлька скептически хмыкнула. – Боишься этого вашего... поединка? Можно подумать, тебе впервой проигрывать. Расслабься... ведь не корову же, в самом деле...

– Послушай, – раздраженно сказал Макс. – Отвали, а... Видишь же, что я занят... так нет, обязательно нужно влезть...

Юлька вздрогнула и обиженно поджала губы. Никогда прежде он не говорил с ней в таком тоне. Она повернулась и пошла прочь.

– Извини, – вдруг произнес он. – Я действительно переживаю... Понимаешь, мне просто необходимо его победить, а я не знаю, как...

Юлька остановилась, а потом, полуобернувшись, произнесла:

– Ты как-то странно изменился со вчерашнего вечера. Я тебя не узнаю, и меня это пугает. Неужели поединок с Игорем так важен? Важнее нас с тобой?

Максим промолчал.

– Я в ванную, – сказала Юлька и вышла из комнаты.

Она долго вертелась под тугими теплыми струями, пока, наконец, не почувствовала, что вода окончательно смыла прочь незаслуженную обиду. Возобновление нормального диалога с Максом больше не представлялось чем-то совсем уж невозможным.

Намотав вокруг мокрой головы полотенце, она осторожно ступила в коридор и замерла, неожиданно услышав напряженный голос. Максим беседовал с кем-то по телефону.

– Мы же договорились, – его голос звучал приглушенно, словно из опасения, что разговор может кто-нибудь подслушать.

«Ясное дело, кто... И именно это я сейчас и делаю, – сердито подумала Юлька. – Поступок, конечно, не очень красивый, но искушение слишком велико, бороться с ним выше моих сил... С кем, интересно, он говорит?»

И тут же поняла, с кем. С Игорем.

– Победитель получает все, ты сам так сказал, – ни о чем не подозревая, продолжал Макс. – Тот, кто выиграет, и пойдет с ней знакомиться. А проигравший должен тихо уйти в сторонку и не отсвечивать. Так ведь? Я могу положиться на твое слово?.. Что?.. Нет, не одумался, даже не надейся. И Юлька здесь совершенно не при чем. Так и знай: побежденным на сей раз будешь ты. Эта девушка слишком много для меня значит, так что по-другому быть никак не может... Все, разговор окончен.

Трубка тихо стукнула о поверхность стола.

Юлька стояла в коридоре, боясь пошевелиться и с трудом сдерживая набежавшие на глаза слезы.

«Теперь все понятно, – думала она. – Значит, знакомиться... С ней... Интересно, кто она такая?»

Она вспомнила вчерашний вечер, тот самый, когда в поведении Максима случилась разительная перемена.

«Так что же тогда произошло?.. Причем, судя по всему, мгновенно... я отошла всего-то на несколько минут... – Юлька крепко зажмурилась, и перед глазами услужливо возник наполненный шахматистами зал, в самом центре которого внезапно воцарился Юрий Васильевич под руку с хорошенькой претенденткой. – Ах, вот, значит, как... Лена, кажется... Ну, Макс... ну, кобель...»

Она аккуратно вытерла слезы согнутым указательным пальцем, критически оглядела себя в зеркало и, придав лицу обычное выражение, ступила в комнату.

– Кто-то звонил? – как ни в чем не бывало спросила она.

Только она знала, чего стоило показное спокойствие.

– Нет... То есть, да. Реклама. Достали уже...

«Врет. Что ж, довольно симптоматично.»

– Ну, и как успехи?

– Никак, – Макс с отвращением отодвинулся от стола. – Нужно что-то другое... такое, чего Игорь никак не ожидает. А этюды эти – полный отстой. Впечатление такое, что писали их одни дебилы.

– Неужели победа в этой партии так важна? – Юлька изо всех сил старалась, чтобы голос не выдал волнения.

– Ты даже не представляешь, насколько.

«К сожалению, представляю, – с горечью подумала она. – Для меня выигрыш Макса – отставка и крушение всех надежд. Впрочем, нет. Наши отношения и без того потерпели полный крах... с той самой минуты, когда он решил, что я – отработанный материал, который можно отбросить за ненадобностью. Я просто физически не смогу жить с предателем, походя перечеркнувшим все, что когда-то нас связывало. А для него? Что победа в поединке означает для него?.. Не знаю, но думаю, вряд ли он будет счастлив. Что бы он про эту Лену себе не навоображал.»

– Пожалуй, я смогу помочь, – ровным голосом произнесла она, удивляясь собственному спокойствию.

– Ты?!

– А что тебя удивляет? Пару недель назад я взяла несколько онлайн-уроков, просто чтобы немного подтянуть свой уровень. Ведущий – действительно мастер. Обрисуй ситуацию, вдруг он и в самом деле даст дельный совет?

Макс скептически хмыкнул и отвернулся.

– Ну, как знаешь, – Юлька пожала плечами и пошла в спальню, разматывая на ходу полотенце. – Мое дело предложить...

«Что ты делаешь?! – завопил внутренний голос. – Таким способом можно добиться лишь одного: твое место рядом с Максом займет та самая Лена, вот и все. Тебе это нужно?»

«Мне уже все равно, – мысленно ответила она. – Лена или кто-то еще... да какая разница? Я просто хочу это увидеть. Пусть потешит свое эго, если, конечно, получится. И потом... далеко не факт, что он все-таки победит, даже с чужой помощью.»

– Э-э... подожди, – остановил ее Макс. – Как связаться с этим твоим мастером?

– Решился? Только учти, удовольствие не из дешевых.

– Ничего, я заплачу.

«Что ж, так и должно быть, – философски заметил внутренний голос. – За удовольствия непременно нужно платить. Причем, не обязательно деньгами.»

– Сейчас сброшу ссылку, – Юлька криво усмехнулась и вышла из комнаты.

Дальнейшее она помнила довольно смутно: одевалась, причесывалась, наводила макияж... готовила завтрак. И думала, думала, думала... Хотя, спроси ее, о чем, – ответить наверняка бы не смогла. Ни о чем... и обо всем сразу. Все это время Макс не отрывался от монитора, даже не притронулся к чашке кофе, которую услужливо пододвинула ему Юлька. Он сидел, отгородившись от внешнего мира наушниками, и время от времени что-то торопливо записывал на листке бумаги. Похоже, и впрямь консультация оказалась полезной.

Наконец, он откинулся на спинку кресла и бросил наушники на стол.

– Помогло? – осведомилась Юлька.

– Да-а... спасибо тебе. Этот твой знакомый и впрямь мастер. Смотри, что он предложил...

Она хотела сказать, что подробности ее абсолютно не интересуют, однако не успела. Макс вскочил, достал откуда-то шахматную доску и быстро расставил на ней фигурки. Юлька равнодушно наблюдала за его лихорадочной деятельностью. По большому счету ей было все равно.

– Вот... Дебют самый обычный: так, так и так... – он уверенно проделал над доской несколько движений. Словно нисколько не сомневался, что события будут развиваться именно в такой последовательности. – Зато теперь... самое главное. Размен слона на две пешки. Вот так... Скажешь, потеря фигуры?.. Не страшно. Зато защита белого короля оказывается полностью взломана, а дальше выпускаем коней при поддержке ферзя и... белые ничего не смогут сделать, потому что все их силы сосредоточены совсем на другом фланге. Ну, как тебе?

– Убедительно, – сказала она. – Осталось самое главное – воплотить эту стратегию в жизнь.

– Обязательно, – Макс выглядел на удивление довольным. – Игорю вряд ли придет в голову, что я могу кинуться в подобные авантюры. Обычно я играю куда более рационально и предсказуемо.

– Что ж, удачи, – сказала Юлька.

Она вышла в коридор и начала обуваться.

– Ты куда? – осведомился Максим.

– До магазина и обратно. У нас хлеб кончился.

Максим уже не слушал. Склонившись над доской, он принялся вновь передвигать фигурки, бормоча под нос что-то неразборчивое.

Юлька с силой захлопнула дверь. Получилось довольно резко, однако ей было не до того.

На улице она остановилась и серьезно задумалась. Что-то ей подсказывало: первоначальный план полного непротивления сложившимся обстоятельствам потерпел полное фиаско. И на смену ему обязательно должен прийти новый.

«Не-ет, – думала она. – Пусть мне будет хуже, но восстановление справедливости требует жертв.»

Она достала из кармана смартфон и набрала номер.

– Игорь? Это Юля. Нам нужно поговорить.

***

Партия оказалась проиграна абсолютно бездарно. Это было не просто поражение. Полный и окончательный разгром... хуже, чем у шведов под Полтавой. Катастрофа в масштабах Вселенной.

Размена слона не принесла никакого результата. Впрочем, нет, результат был, но скорее со знаком минус. Белые быстро и абсолютно неожиданно сгруппировались вокруг своего короля и дали противнику решительный отпор. И даже более того, перешли в контратаку, незаметно перехватив инициативу и установив над шахматной доской полный контроль. Черный король в панике метался, отгородившись от белых фигур ненадежным рядом пешек и мечтал лишь об одном: чтобы скорее все кончилось. Его главные силы в виде ферзя, двух коней и одинокого слона оказались блокированы настолько плотно, что при всем желании не могли прийти на помощь. А ладьи вообще, скорее мешали, чем обеспечивали защиту. Бедного монарха настойчиво посещала крамольная мысль сдернуть с головы корону и забиться куда-нибудь в угол, чтобы никто не нашел...

Максим угрюмо смотрел на доску, упорно не желая признавать очевидное. Игорь поглядывал на соперника с легкой усмешкой, а стоящая сбоку Юлька – с абсолютно равнодушным выражением на лице.

Все как обычно. Чуда не произошло.

Максим никак не мог понять, как случилось то, что случилось. Тщательно проработанная стратегия практически сразу же пошла насмарку. Впечатление складывалось такое, будто соперник удобно расположился у него прямо в голове, и беспрепятственно считывает совершенно секретные планы и хитроумные заготовки. На каждый далеко не очевидный ход у белых всегда находился вполне адекватный ответ.

– Скажи, – хрипло спросил он. – Ты знал?

– Что?

– Вот это все... – Макс указал на доску. – План игры... Можешь не отвечать, я и без того знаю. Не настолько ты умный, чтобы предвидеть все до единого ходы.

– Допустим, знал. Это что-то меняет? – Игорь насмешливо разглядывал соперника. – Результат налицо... так что приз теперь мой. А ты смирись и спокойно живи себе дальше.

– Откуда?!

Лицо Макса побагровело, на скулах заиграли желваки. Казалось, еще немного, и он бросится в драку.

– Какая разница? Успокойся и признай поражение. Всем сразу же станет легче.

– Откуда?! – угрожающе процедил Макс.

– Уймись. Это я ему рассказала, – Юлькин голос прозвучал, словно гром среди ясного неба.

– Ты?!

– Я.

Макс сжал кулаки и низко наклонил голову. Было заметно, что он едва сдерживается, чтобы не устроить настоящую свару.

– Может быть, спросишь, зачем? – ледяным тоном осведомилась Юлька. – Молчишь? Тогда я скажу... Ваша ставка в этом дурацком поединке не является для меня секретом. Да-да, вот так, представь себе... Сначала я не хотела верить, думала, это просто глупая шутка... розыгрыш... Даже пыталась тебе помочь. Но потом поняла: не-ет, все куда серьезней. И тогда стала желать поражения... рассказала все Игорю. Дура... думала, если ты проиграешь, то ни за что не бросишь меня как ненужную вещь, за ненадобностью... А теперь... – взглянула сначала на Макса, потом на его удачливого соперника. – Теперь я не хочу вас знать, ни того, ни другого. Это же надо додуматься – сделать ставкой в игре живого человека... тем более, женщину! К тому же не одну. Хочу напомнить: мою дальнейшую жизнь вы тоже поставили на кон. Дебилы... А давайте я прямо сейчас расскажу обо всем вашей обожаемой Лене? Как вам такое?.. Ле-на!..

Она призывно взмахнула рукой. Девушка за столиком у самого окна подняла голову от шахматной доски и недоуменно огляделась. Потом заметила Юльку и неуверенно улыбнулась.

– Перестань, – поморщился Игорь. – Не нужно устраивать сцен.

– Ты прав. Не нужно.

Она повернулась и пошла к выходу. Ее походка была твердой и уверенной. И никакого расчета на внимательный мужской взгляд.

Максим поднял голову и посмотрел ей вслед. Он ощущал себя последним мерзавцем.