Королевская награда

Глава 1. Неожиданное столкновение

– Да куда же подевалась эта проклятая картина? – воскликнула София и тут же прикрыла рот ладошкой, негоже фрейлине высказываться в подобном тоне. Оглянулась, вокруг – никого, даже стражники невесть-куда запропастились. – Это не дворец, а лабиринт какой-то! – сжимая в руках образцы тканей, посетовала девушка. Обвела взглядом галерею в надежде, что картина с кудрявой девицей появится на одной из стен, но чуда не случилось. – Наверное, нужно было свернуть направо…

Впереди послышался шум, будто кто-то бежал навстречу. София оглянулась – вокруг ни души. Нарисовала в воздухе оберег единого и свернула вправо, но тут же отшатнулась – напротив стоял неизвестный, с головы до ног закутанный в плащ, капюшон закрывал лицо.

– Вы…

Незнакомец приблизился к фрейлине. Девушка судорожно стиснула пальцами образцы тканей, набрала воздуха, чтобы закричать, но не успела. Человек в плаще прошел сквозь нее, кожу опалило холодом и коленки задрожали. Фрейлина обернулась – коридор пустовал.

– П-п-призрак, – прошептала София и бросилась прочь.

Нырнула в первую попавшуюся комнату, захлопнула дверь и закрыла замок на щеколду. Замерла, прислушиваясь, казалось, что призрак сейчас вылезет из-за двери и набросится.

–Леди? – голос прозвучал настолько неожиданно, что девушка подскочила и вжалась спиной в стену. – Зачем вы заперли щеколду? Теперь прислуга не сможет попасть на жилую часть замка!

Под мрачным взглядом барона Джерарда Луца, фрейлина сначала побледнела, а потом щеки зарумянились. София еще не сталкивалась с этим человеком лицом к лицу, но слышала о нем достаточно, чтобы держаться на расстоянии. Не смотря летний зной, барон облачился в черную одежду. Камзол застегнул на все пуговицы и на шею нацепил платок, следуя давно устаревшей моде. Косматые черные волосы топорщились в разные стороны. Смуглое лицо выдавало уроженца южных земель, а то и вовсе Вестфальца.

Фрейлина раскрыла веер и принялась обмахиваться, чтобы скрыть пылающие щеки. Мужчина изогнул бровь и поглядел с прищуром.

– Позволите, я отопру дверь, – взгляд лорда скользнул по родовой вышивке на платье, – леди Фон Герц?

– Сама справлюсь, – буркнула София, поражаясь его знаниям в геральдике, а ведь она всего десятый дней при дворе.

Уголки губ на лице мужчины чуть изогнулись, он интерпретировал ее тон правильно. Фрейлина ощутила, как щеки вновь опалило жаром стыда. Неужели так сложно добавить в голос толику приветливости?

– Пока вы здесь прогуливались, никого не встретили? – вопрос прозвучал невинно, но девушка вздрогнула, вспомнив о призраке.

– Нет, никого, – лорд нахмурился, он привык читать жесты собеседников, но сейчас не мог разобрать – эту девчонку трясет из-за страха перед ним или она просто врет.

– Странно, я был уверен, что сюда направлялась горничная.

– Должно быть, вы ошиблись... Я могу идти?

Барон посторонился, и фрейлина улизнула подальше от угрюмого лорда. Как только скрылась от чужих глаз, перешла на бег, наплевав на правила приличий. Пока добиралась, запыхалась, хотя оно и к лучшему. Возле арки, рядом с королевскими апартаментами, дожидалась старшая фрейлина – Натали Де Асьенд.

– Чего так долго возишься? Можно подумать я тебя в соседнее государство отправила?

– Простите леди, я заплутала.

– Заплутала она, а язык тебе на что? Давай сюда образцы! – женщина выхватила из ее рук ткань, бегло осмотрела. – Надеюсь, названия не перепутала? Если ты еще и неграмотная, нечего тебе делать при дворе!

– Я все проверила, дважды! – заверила София, едва сдерживая слезы.

Старшая фрейлина поджала губы и удалилась в покои королевы, а точнее мачехи нынешнего правителя. София поглядела на стражников, что застыли у дверей словно оловянные истуканы, не шевелятся и не моргают, передернула плечами с теплотой вспоминая отчий дом. Маменька учила быть приветливой со всеми, даже со слугами, но это же дворец, тут благодарность не в почете. Баронесса вздохнула и побрела к себе.

Коридор Фрейлин располагался на третьем этаже, неподалеку от покоев королевы, в центре притаилась уютная гостиная. Именно там девушки проводили свободное время. До полуденного чаепития еще далеко, а из гостиной доносился звонкий смех. София приободрилась и поспешила присоединиться к веселой компании. Такое оживление наблюдалось, когда захаживали гости, они приносили интересные слухи.

Предположения оказались верны, на диване в окружении фрейлин сидел мужчина. София слушала его бархатистый смех и недоумевала – кто же он такой. Любопытство вынудило подойти ближе, лорд бесстыдно обнимал за плечи Изабеллу, Шарлотту и попутно флиртовал с Кларой. Разглядев лицо гостя, баронесса остолбенела.

– Быть не может, – прошептала она и робкая улыбка расцвела на устах. – Нашла!

София зажмурила глаза, мысли унеслись в далекое прошлое, тогда ей стукнуло четырнадцать. За окном благоухала весна, а солнышко пригревало совсем по-летнему. Сидеть в мрачном замке не было сил, потому она улизнула в лес. Неподалеку от опушки, примерно в часе ходьбы, притаилось озеро невиданной красоты. Берег пустовал, потому юная художница устроилась на поваленном дереве, достала принадлежности и занялась любимым делом, да так увлеклась, что не услышала цокот копыт. Потом узрела молодого человека, который непонятно зачем полез в студеную, весеннюю водицу.

«Топиться не иначе», – решила девушка и сделала малюсенький шажок навстречу незнакомцу. – «Может он просто одежду ополоснуть собрался, сейчас зайдет в воду по колено и остановится!»

Но не тут-то было, парень заходил все глубже, вода уже доходила ему до груди. София вскочила и помчалась к берегу.

– Стойте! – закричала она, но в тот же миг незнакомец с головой ушел под воду, только пятки мелькнули. – Стойте…

София обессилено опустилась на траву, плечи поникли, а по щекам катились слезы.

– Не успела.

Чужой конь фыркал неподалеку, но девчонка не обращала на него внимания. Она сидела на берегу и ревела, жалея незнакомца.

– Эй, ты, что тут делаешь? – раздался голос у нее над головой.

София махнула рукой и буркнула:

– Из-за меня человек утопился!

– Чего?

– Ну, он, – тут девушка подняла голову и узрела давешнего любителя искупаться. – Вы! – на ее лице отразилась непонимание. – Вы не утопились...

– Я?

– И вы не одеты! – теперь в голосе девушки прозвучали визгливые нотки, она поспешно зажмурилась.

– Господи, откуда ты взялись, лес кругом! – буркнул парень, поспешно натягивая брэ, вытащил из сумки свежую одежду и набросил на мокрое тело. – Все, можешь открыть глаза!

София украдкой взглянула на незнакомца, лицо у него красивое, гармоничное, такое должно отменно смотреться на картинах. Вот только мокрые, светлые волосы свисали паклей и напоминали выброшенные на берег водоросли. Девушка спрятала смешок в кулачок, чем заслужила недовольный взгляд.

– По твоей вине, мне придется сохнуть здесь до вечера!

– Тогда можно я вас нарисую?

– Так ты художница, – махнул рукой паренек и улыбнулся. София замерла не в силах отвести взгляд. Улыбка волшебным образом преобразила лицо незнакомца. На щеках показались ямочки, глаза наполнялись солнечным светом.

София влюбилась в эту улыбку с первого взгляда и хранила ее в памяти. Даже портрет красавца сберегла в шкатулке для драгоценностей. И вот наконец-то спустя шесть лет, таинственный незнакомец отыскался. Душа от счастья запела в каком-то детском восторге.

В мечты ворвался мерзкий голос.

– София, что ты замерла, будто приведение увидела? Опять замечталась и позабыла о правилах. Ну же, поприветствуй милорда Де Сеттера!

Спорить с Маргарет Де Уотан смерти подобно, вторую столь злопамятную барышню во всем дворце не сыщешь. Однажды высокородная леди подарила горничной одну из своих побрякушек, а потом позвала стражу и обвинила несчастную в воровстве. Служанку выпороли и выставили из дворца, зато Маргарет удовлетворила свою мерзкую натуру. Чуть позже София узнала, вина горничной состояла в том, что она не подавала графине любимые сладости. С тех пор баронесса Фон Герц предпочитала помалкивать и не сердить лишний раз рыжую бестию.

София подошла ближе, опустилась в низком реверансе, а потом осмелилась поднять голову и посмотреть на мужчину. Сердце стучало настолько быстро, будто готовилось выскочить из груди. Сейчас он вспомнит ее, а потом улыбнется той самой улыбкой…

Реальность оказалась куда прозаичнее, лорд смотрел не на лицо, он разглядывал пышную грудь баронессы. От похотливого взгляда на душе стало мерзко. София столько лет ждала этой встречи. Проклятый незнакомец в мгновение ока растоптал волшебство, что хранилось в сердце девушки. Улыбка стала фальшивой, вымученной.

– Позвольте представить, милорд, баронесса София Фон Герц, – заливалась соловьем Маргарет. Мужчина улыбнулся, пристально разглядывая миловидное личико фрейлины.

– Вы очаровательны, баронесса!

Сколько всего прозвучало за этим безликим баронесса. Куда же ей до благородного лорда, чьи корни исходят от королевской семьи. Интересно, перед нею младший брат герцога Де Сеттера или кто-то из побочной ветви? Поговаривают, наследников этой фамилии пруд пруди, а учитывая ветреный нрав лордов, скорее всего слухи исключительно правдивы.

Маркиз взял девушку за руку и коснулся губами. Невинное прикосновение показалось фрейлине настолько масляным, что София крайне невоспитанно выдернула ладошку и спрятала за спину.

– Польщена вашим вниманием, милорд! – он хмыкнул, но предпочел не заметить ее выходки.

Маргарет сверкнула глазищами, но быстро вернула лицо благообразный вид, подарила гостю чарующую улыбку.

– Милорд, поведайте нам что-нибудь из последних новостей.

– Из Вестфала доставили дивные шелка и драгоценности. Даже мой брат жаждет получить что-то из этой коллекции. Поговаривают часть товара доставлена прямиком из дворца хана.

В глазах фрейлин отразился жадный блеск. До праздника Солнца оставалось не больше месяца, самое время подумать о нарядах и украшениях. София вздохнула и отошла к окну, ей о Вестфальских шелках оставалось только мечтать. Душу разрывало от противоречивых чувств, еще немного и по щекам покатятся слезы. Да что же за день такой! Фрейлина улыбнулась назло всем и скосила взгляд на фортепиано. В тот же миг раздался голосок Маргарет.

– Анна, помниться ты недавно разучила новую мелодию, услади наш слух.

София обернулась и воззрилась на королевскую фаворитку с негодованием, как можно быть такой бессердечной, у Анны два дня назад погиб брат, заставлять ее веселить гостя слишком низко, даже для такой гадины, как Маргарет.

– Я сыграю! – объявила София и села за фортепиано, музицировать она не любила, но умела. Зато теперь ей не придется смотреть на лицо лорда Де Сеттера. Перебирая клавиши, фрейлина вспоминала теплый весенний денек.

– Музыка баронессы Фон Герц на диво мрачная, – резюмировала Луиза, верная подпевала Маргарет. Удивительно, как эти две змеи до сих пор не отравили друг дружку – загадка века не иначе. София, услыхав замечание, чуть ускорила темп мелодии. – Может фанты? Игра взбодрит нас всех.

– Какая замечательная идея! – согласилась Маргарет, все остальные, разумеется, последовали ее примеру. Правда радость была показной, что аж скулы сводило.

Фанты – любимая забава придворных дам, а на самом деле еще то издевательство, но отказаться, значит попасть в немилость к фаворитке короля.

Музыка лилась, фрейлины забавляли лорда, выполняли задания. Имя Софии прозвучало, как гром среди ясного неба. Пальцы дрогнули, баронесса ошиблась нотой и прервала игру, обернулась, краем глаза заметила коварную ухмылку на губах рыжей бестии.

– Этому фанту, нужно! – она развернула листок с заданием. – Ох! – наигранно воскликнула графиня Де Уотан, скомкав листик в ладонях. – Поцеловать первого вошедшего в эту дверь!

Луиза состроила скорбную гримасу.

– Бедняжка, как тебе не повезло, я только что попросила хромого Шильда принести нам чаю.

Остальные фрейлины замаскировали смешки веерами.

– Я просто откажусь! – пожала плечами София.

– Хочешь отправиться в заброшенную башню?

Имелось во дворце и такое место, поговаривали, что в давние времена там держали преступников, пока те не умирали с голоду. Потом тюрьму закрыли, а помещение приспособили под кладовую и снесли туда ненужный хлам. Мрачная башня все равно притягивала смерть. Сначала с крыши сорвалась служанка, года через три оттуда же бросилась придворная дама. Последней жертвой стала фрейлина, которая отправилась туда ночью, проиграв в фанты.

Баронесса передернула плечами, призраков она боялась, но целоваться с первым встречным из-за дурацкой игры не собиралась. И вообще, что это за правила такие? Возмутиться она не успела. Маргарет ухмыльнулась и добавила:

– На всю ночь?

Софию бросило в дрожь, ладони похолодели. Вдруг там снова повстречается призрак в черном плаще?

–Я выполню задание, – судорожно кивнула фрейлина, сжимая пальцы в кулаки.

Маргарет улыбнулась и откинулась на спинку дивана, как сытая змея. София скорбно поджала губы. Вот не понимала она такого поведения. Зачем графиня так старается всем насолить? Это недостойно аристократа. Из размышлений вырвало восклицание:

– Кто-то идет! – и фрейлины, как по команде, повернулись в сторону входа.

София закрыла глаза и мучительно выдохнула, пришла ее минута позора. Когда осмелилась взглянуть на гостя, то с губ едва не слетело ругательство, которое благовоспитанным девицам и знать-то не положено. Откуда здесь взялся барон Луц, он никогда не посещал фрейлин!

– Лорд Алистар, я могу с вами переговорить? – в низком голосе Джерарда отчетливо звучало раздражение, но выражение лица – само спокойствие.

– Барон Луц, что же вы замерли на пороге, – широко ухмыляясь, изрек маркиз Де Сеттер, проигнорировав просьбу. Взгляды фрейлин устремились к Софии. Девушка сглотнула комок в горле, на какой-то миг в голове мелькнула трусливая мыслишка, что заброшенная башня меньшее из зол.

– Есть несколько вопросов, которые не терпят отлагательств!

– София! – нетерпеливо окликнула Маргарет, в ответ фрейлина мотнула головой. – Ну, как знаешь! – фраза прозвучала зловеще. Заброшенная башня вкупе с местью от фаворитки короля – это явно перебор. Баронесса подскочила, словно ужаленная, сделала шажочек в сторону Джерарда. Авось его гнев не так страшен.

– Лорд Алистар, дело касается происшествия!

– Неужели ты поймал дворцового вора? – насмехался Де Сеттер.

– В том то и дело – мужчина умолк, заметив маневр Софии, нахмурился, заподозрив неладное. Фрейлина шла к нему с таким лицом, будто ее отправили на эшафот. В гостиной воцарилась тишина, все наблюдали за разворачивающимся действом. Взгляд девушки уперся в камзол лорда Луца.

– Я, – молвила и замолчала, словно воды в рот набрала. В самом деле, что она могла сказать. Можно я вас поцелую? Глупо. Объяснить про задание, боже упаси. Вдруг этот угрюмый тип решит, что София над ним смеется. – Я…

– Что вы? – рявкнул Джерард.

Девушка вздрогнула, собрала смелость в кулак и ринулась к мужчине, но споткнулась о ковер. Лорд придержал ее за плечи, взгляд фрейлины уперся в шейный платок барона. Под ним скрывался отвратительный шрам. Сразу стало ясно, почему лорд носит давно вышедший из моды предмет туалета.

Коленки задрожали, пальцами девушка вцепилась в отвороты камзола и поняла, что не может пошевелиться. Джерард, чуть отстранился, подцепил пальцами ее подбородок, заглянул в голубые глаза и вопросительно изогнул бровь.

– Простите! – сдавленно пробормотала фрейлина, ее ладошки скользнули на плечи мужчине, она приподнялась на носочки и коснулась его губ. Джерард не ответил, судя по растерянному выражению лица, он был ошарашен.

Прошел миг, удивление сменилось гневом, мужчина до боли стиснул плечи Софии, отстранил на расстояние вытянутой руки. Их взгляды встретились.

«Сейчас накричит», – подумала она. Сердце ухнуло в пятки, подхватив юбки, девушка бросилась прочь от гневной отповеди мрачного лорда. Выбежала из коридора фрейлин и схоронилась за аркой, тщетно пытаясь унять дрожь. Сердце колотилось как сумасшедшее, теперь черные очи барона будут преследовать ее в кошмарах.

Пока девушка пыталась совладать с чувствами, неподалеку раздались шаги, фрейлина затаилась, навострив ушки.

– Что за срочность? – негодовал Алистар.

– Мы его упустили!

– Как? В замке на каждом углу стража! – маркиз умолк, тяжело выдохнул и спокойнее добавил: – Он где-то здесь, все выходы перекрыты, бежать некуда!

– Но как его найти? Вот если бы из замка никого не выпускали…

– Что за вздор, король в жизни не согласиться!

– Ну, почему же? Главное правильно обосновать предложение, – протянул Джерард. – Безопасность короля превыше всего!

Разговор утих, София подумала, что лорды ушли, когда барон вновь заговорил.

– Лорд Алистар, пролейте свет на произошедшее с фрейлиной, – Джерард замолк, но буквально сразу же добавил: – Софией Фон Герц?

– Не берите в голову, игра в фанты. Надо признать вы напугали малышку, лучше кого бы то ни было, – услыхав подобное София, зло сжала кулачки. Этот Алистар Де Сеттер редкостный мерзавец. – Отныне леди к вам даже близко не подойдет. Прелестное создание!

Глава 2. Королевский указ

Стражников во дворце всегда предостаточно. Только лучшие выпускники Гвардейской школы, могли надеть темно-синий камзол, с блестящими лацканами и золотыми шевронами. Пугающий вид стражникам предавали зачерненные касидионы, такой вид шлема открывал лицо, но защищал голову и шею от ударов сзади. Из оружия гвардейцы носили короткие мечи и кинжалы, а во время празднеств использовали парадные доспехи и алебарды.

Отдельных слов заслуживало обмундирование телохранителей его Величества, оно имело особенно вычурный вид. Алые кафтаны с золотыми галунами на обшлагах, видны издалека. Черные трабеи, перекинутые через плечо и подбитые золотым узором, напоминали одеяние древних правителей. Каким образом король отбирал людей для личной охраны – неведомо, но молчаливые тени в алой форме, стоили сотни бойцов. Обычно придворные даже коситься в их сторону опасались. Зато лорд Луц пристально разглядывал красного, с таким видом, будто собирался напасть. Страж отвечал тем же, во взгляде читалось неприкрытое желание ударить первым. Взаимная неприязнь барона Луца и алых церберов короля, давно стала притчей во всех языцех. Все началось с появлением Джерарда во дворце и не прекращалось вот уже семь лет.

Чуть в стороне, на белоснежном диване, расположился лорд Алистар, его лицо оставалось безмятежным, а вот на дне зеленых глаз то и дело вспыхивали искорки беспокойства. Придворный сердцеед лениво наблюдал, за безмолвной перепалкой стража и Джерарда, а заодно прокручивал в голове доводы, которые представит королю.

Вор измотал душу всем. Ранним утром, две недели назад, защитные чары на входе в сокровищницу передали тревожный сигнал о попытке взлома. Гвардейцы помчались на перехват злоумышленника, но никого не обнаружили хотя путь к хранилищу всего один, разминуться или спрятаться там просто негде. Происшествие назвали ложной тревогой и забыли.

Глубокой ночью чары снова навели переполох, разъярённые гвардейцы примчались в мгновение ока, возле сокровищницы – никого. Артефакторы сутки лазили вокруг волшебной двери, проверяли каждую закорючку, а потом разводили руками, уверяя, что все работает без перебоев. Король нервничал, советники тряслись, а гвардейцы бегали по всему дворцу, выискивая злоумышленника. Дозоры усилили, особенно возле сокровищницы.

Когда чары сработали посреди белого дня, изумились все, ведь преступника никто не увидел. Срочно вызвали артефакторов, бородатые умники провели проверку и наглядно доказали, что механизмы в рабочем состоянии. Гвардейцы по приказу короля, поставили на уши весь дворец, но все старания ничего не дали. Тогда государь назначил ответственных и велел им разобраться с аномалией.

Таким образом, маркиз Де сеттер, оказался в одной упряжке с безродным Джерардом. Чего они только не перепробовали: оставляли механические ловушки, записывающие артефакты, собак. Ничего не помогало, таинственный вредитель обходил все, поднимал тревогу, а затем бесследно исчезал. Впору начинать верить в существование призраков.

– Его Величество Бенедикт Отто Дер Ламберт, ожидает вас! – изрек церемониймейстер.

В апартаментах короля царил полумрак, значит король пребывает в скверном расположении духа. Лорды низко поклонились. Бенедикт восседал за столом, пил обеденный чай и бегло проглядывал документ. Чуть дальше, возле окна сидел писарь, а рядом с ним на лавке устроился камергер. Вид у обоих затравленный, а на лицах читается желание провалиться под землю, да куда-угодно лишь бы подальше от монаршего гнева.

– Чем порадуете, господа?

– Ваше Величество, – Алистар, еще раз поклонился, лебезить он умел в совершенстве. Голос прозвучал столь благоговейно, будто маркиз Пресветлого воочию увидел.

– Ближе к делу, – король не поразился, видимо привык. Маркиз Де Сеттер подавил тяжкий вздох и поглядел на Джерарда.

– Дворец проверили, в каждую щель заглянули – никого не нашли. Прошлой ночью я лично дежурил возле сокровищницы, но никого не увидел.

– Никого? – протянул государь и Джерард ощутил, как на его шее затягивается петля. Рука невольно потянулась к платку, но барон тут же себя одернул и почтительно взглянул на монарха.

Бенедикт был младше обоих лордов, но умел поставить себя так, что окружающие испытывали всяческое неудобство. Вот и сейчас молодой король вместо того, чтобы сорваться на крик, пытливо разглядывал придворных. Мужчинам от его взора становилось не по себе. – И как же вы намерены отыскать преступника?

Алистар выдохнул – гроза миновала.

– Ваше Величество, мы бы хотели привлечь магов?

– Этих храмовых бездельников и дармоедов?

– Прошу, ваше Величество, если преступник маг, храмовники это выяснят...

– Отнюдь, – возразил государь, взглядом впиваясь в лицо Джерарда, – единственное, чего они добьются – это покажут беспомощность короля и его людей. Барон Луц, ваша проницательность удручает.

– Прошу простить, ваше Величество, – понурил голову тот, – но преступник здесь, во дворце и он не уйдет, пока не получит желаемого. Хуже всего, что я не могу предсказать, куда его занесет в следующий раз.

Алистар недовольно глянул на Джерарда. Государь, услыхав новости, вопросительно изогнул бровь.

– Во-дворце? Выяснили, каким образом вор сюда пробрался?

– Нет, ваше Величество!

Король резко поднялся, оперся руками на стол и подался вперед. Тяжелое кресло противно заскрежетало по полу.

– Тогда чем вы оба были заняты? – лорды понурили головы, старательно сохраняя вид лихой, слегка придурковатый. Король смотрел так, будто раздумывал, сразу обоих на плаху отправить или одного хватит. – Похоже вы не заслуживаете моего доверия, – голос правителя звучал негромко, но присутствующих пробрала дрожь. – Может, я поспешил, даровав новый ранг? Стоит вернуть былые звания, аль вовсе лишить заслуг? – протянул он и впился взглядом в лица подчиненных. Казалось, на дне синих глаз сверкают молнии.

Лорды молчали, сейчас одно неправильное слово, может стоить жизни. Бенедикт, отвернулся и стремительно подошел к окну.

– Незаметно пробраться мог только alsaahir[1], – Луц нервно ввернул Вестфальское словно, увидав мрачный взгляд государя добавил: – Или syd alzilal[2].

– Думаешь канцелярия снова прохлопала наемного убийцу? – насмешливо полюбопытствовал король.

– Убийцу-мага, – поправил Джерард, – madrasat alsamt[3].

Алистар поморщился на Вестфальском, он ничего не понимал. Суть разговора все больше ускользала от маркиза, а вот король прекрасно осознавал, о чем толкует барон.

– Безмолвные? Нет, однозначно. Они усиливают способности артефактами, которые нельзя пронести во дворец. Возьмем, к примеру, изгнанников, те же маги разума, они не могут становиться невидимками, замылить взгляд десятку людей, это им по силам, но не более. Посему я все больше склоняюсь к мысли, что вы ищете нарушителя спустя рукава. Вот и все! Проверьте личности слуг, придворных. Возможно, преступник выдает себя за кого-то другого. Мне вас, учить что ли?

– Ваше Величество, мы начнем проверку личностей немедленно, – осмелился подать голос Алистар, король кивнул, – но как только новости дойдут до преступника, он сбежит…

По лицу монарха пробежала тень недовольства.

– Маркиз Де Сеттер, вы предлагаете мне закрыть замок для посещений?

Луц невольно передернул плечами, услыхав тон короля.

– Ваше Величество, достаточно ограничить передвижение придворных и слуг. Стражи на воротах уже получили храмовые амулеты, кроме того, они обыскивают всех и каждого, ведут журнал посещений. Мы перекрыли все пути отступления.

Король обернулся, подошел к столу, постучал пальцами по дереву, взглянул на писаря и приказал:

– Свободны, о моем решении вас известят.

– Есть, ваше Величество! – поклонились мужчины. – Покорнейше благодарю, ваше Величество.

Уголки губ на лице короля едва заметно поднялись в намеке на улыбку.

– Еще один промах, и я лишу вас не только чина, но и головы!

Лорды сохранили достойное выражение на лицах, но кабинет покинули второпях.

– Зачем ты о храмовниках упомянул? – зашипел Алистар.

– Иначе он бы не принял наше предложение!

– Наши жизни висели на волоске.

– Отнюдь, – возразил Джерард и жестом предложил покинуть приемную монарха, – интересно, каким будет приказ.

Алистар махнул рукой.

– Неважно, впереди праздник Солнца, нужно поймать преступника до начала, иначе он уйдет во время кутерьмы.

– Или завершит начатое!

– Если это произойдет, вор несказанно облегчит нам жизнь, один из охранников – паладин из храма.

– Маг? – деловито уточнил Джерард.

– Разумеется, – ухмылка маркиза источала лукавство.

Мужчины спустились в обеденный зал – это одно из самых красивых мест во дворце. Темно-зеленый шелк на стенах соседствовал с яркими фресками, на стыках закреплялись канделябры, оформленные серебром и золотом. Жемчужина зала – потолок, а если быть точнее, то изображенный на нем Ангелийский водопад. Кажется, вода вот-вот обрушится и затопит комнату в один миг. Стрельчатые окна, добавляют красок, чудится будто творение оживает и меняется на глазах.

Барон едва заметно улыбнулся, любуясь пейзажем, потом перевел взгляд на придворных и лицо его окаменело. Вельможи не замечали картину, их взоры застлало золото, драгоценности, интриги. Джерард направился в дальнюю часть залы, где заприметил свободное канапе. Его общество ценилось мало, что не удивительно, титул был дарован королем всего семь лет назад, но для знати Джерард Луц оставался безродным псом, выскочкой и темной лошадкой. Придворные дамы, как бы невзначай, прикрывали лица веером, чтобы не встречаться с бароном взглядом. Затем веер сразу складывался и на губах появлялась очаровательные улыбки. Луц поморщился, осознав, что маркиз следует за ним по пятам, обернулся и произнес:

– Чем могу быть полезен, лорд Алистар?

– Уймись, Луц, обещаю, что не стану очаровывать твоих дам, – маркиз широко ухмыльнулся и значительно тише добавил: – Если они у тебя появятся! – затем обошел собеседника и занял место, которое присмотрел Джерард, да еще и ухмыльнулся самодовольно так.

В залу вошла София, если быть точнее, то вначале появился огромный букет роз, а потом из-за него выглянула фрейлина. Цветы не помещались в руках, поэтому она обмотала стебли платком и прижала охапку к груди. Со стороны придворных посыпались насмешки:

– Эй, цветочница, ты все розы собрала или оставила на королевской клумбе хотя бы парочку бутонов?

– Оставьте лорд, такой прелестнице можно простить все. Почем нынче цветы?

– Может ты хотел сказать цветочницы?

Джерард поджал губы, ему не нравилось смотреть, как толпа уподобляется гиенам и нападает на невинную лань.

– София Фон Герц прекрасна, – протянул Алистар, в зеленых глазах отразилась похоть, – юна и невинна – божественное сочетание.

Девушка почувствовала на себе взгляд, обернулась и посмотрела в их сторону. Вот только вместо трогательной улыбки, фрейлина нахмурилась, с досадой поджимая губы, затем гордо вскинула подбородок и царственно удалилась, расправив плечи. В глазах Алистара разгорелся интерес.

Джерард обвел взглядом придворных дам, среди них много красивых женщин и все как одна богаты, влиятельны и хитры. Вот только власть развращает, барон знал об этом не понаслышке. Потому за слоем белил видел совершенно другие лица, на которых отражалась распущенность и жадность, умело прикрытая высокомерием. На фоне придворных дам София и впрямь смотрелась словно агнец.

– Она вас заинтересовала?

– Вряд ли надолго, слишком наивна, такие даже в постели через неделю набивают оскомину, – Алистар ухмыльнулся. – Что-то мне подсказывает, что вы, барон, тоже очарованы, особенно после недавних событий. Не обольщайтесь, – окончание фразы, скрылось за лукавой улыбкой, но Луц все прекрасно понял. У него за душой ничего нет, кроме титула, который легко потерять.

На порог залы ступили «белые» – охрана королевской семьи, следом вошел Генрих Отто Энн Ламберт, более известный, как старший брат короля, лишенный права на трон. Внешне братья похожи, как две капли воды, чего не скажешь о характере.

Генрих окинул придворных надменным взглядом. Можно подумать знать не достойна его высочайшего внимания. Лицо принца отражало безразличие, он словно ледокол рассек человеческое море, добрался до выхода в сад и замер. Постоял секунду и обернулся именно в тот момент, когда в гостиную вошел королевский вестник. Джерард нахмурился, откуда принц узнал, кто войдет в залу? Увидав алую форму гвардейцев, Генрих отвернулся и поспешно скрылся за дверью в сад.

– Приказ его Величества Бенедикта Отто Дер Ламберта! – возвестил церемониймейстер. – Со дня настоящего и до отмены сего указа, всем, кто находится во дворце строжайше запрещено покидать оный.

[1]Аlsaahir (происходит от арабского الساحر), означает – колдун, маг.

[2] Syd alzilal (от арабского سيد الظلال), дословно – мастер тень.

[3] Madrasat alsamt (происходит от арабского مدرسة الصمت) дословно означает – школа безмолвных.

Глава 3. Призраки – главная достопримечательность замка

Дворец утопал в темноте, редкие огоньки свечей едва разгоняли сумрак. Стражники сновали по коридорам и при этом в упор не замечали гротескную фигуру в плаще.

После обнародования королевского приказа, аристократы гневались – до летнего бала осталось всего ничего, а у них наряды не готовы, украшения не куплены. Король недовольство вассалов оставлял без внимания, а верные ищейки, раз за разом переворачивали замок к верху дном, но все тщетно.

Виновник безобразия, оставался спокоен сверх всякой меры. Беготня стражи волновала его меньше всего, впрочем, как и приказ короля. Подумаешь, запретил покидать дворец, с пустыми руками не больно, то и хотелось.

Человек в плаще побарабанил пальцами по каменной двери, сплошь исписанной магическими символами. Древнее чародейство не поддавалось, лениво подмигивало рунами, намекая, что вход только для узкого круга людей, а точнее всего одного – короля. Даже артефакторы не попали внутрь, приборов волшебных натащили, над закорючками поводили и смылись. А вор так надеялся, проскользнуть в хранилище вслед за ними.

Спрашивается, как уговорить монарха, отпереть дверь в сокровищницу? На первый взгляд задача кажется невыполнимой. Вор обвел пальцами руны, которые за последние дни намертво въелись в память.

– Пойдем длинным путем, – буркнул тот, кто призраком, собственно, не был и отправился восвояси, сетуя на излишнюю мнительность монарха.

Ночью дворец преображался. Дневная суета утихала, щебетание придворных превращалось в шорохи, шепотки и стоны. Позолота на стенах скрывалась под мраком, великолепные шелка в отделке стен – тускнели. Доспехи напоминали кошмарных монстров. Вдоль коридоров свободно гулял ветер, забирался в комнаты, заставлял дрожать свечи. В общем, всячески нервировал стражу, что затаились по углам. Только вору ночь доставляла истинное наслаждение. Было в этой забаве нечто очаровательное, что оголяло нервы до предела и заставляло сердце замирать от предвкушения.

Человек в плаще миновал три этажа и замер возле намеченной цели – кабинет первого советника короля, а сразу за ним заветный архив, где хранились бумаги о придворных. Они-то и заинтересовали прощелыгу.

Вор прильнул к стене, заприметив стражника неподалеку, потер ладони, сосредоточился. По коридору пронесся ледяной ветерок с неприятным запахом мертвечины. Страж насторожился и огляделся по сторонам. Ветер крепчал, на стенах погасли лампы, в темноте послышалось позвякивание металла и шарканье шагов. Надо отдать гвардейцу должное, он не стал поднимать тревогу, тихо вытащил оружие и шагнул в темноту. Искать источник звука. Вор мысленно зааплодировал, синие гвардейцы умели скрываться в темноте, не хуже иных колдунов, чем пугали придворных до обмороков. Звон приближался, неподалеку забрезжил свет. Гвардеец прильнул к стене, а когда на пороге возникла размытая фигура с обрывками цепей на запястьях, вынырнул из-за угла и вопросил:

– Кто идет?

– Граф Вольфред Де Коре.

– Кто? – сдавленно произнес гвардеец, бледнея. – Тебя же казнил…

– Что? – взревел, как выяснилось недавно почивший граф. Гвардеец опомнился, вытащил магическую свистульку и дунул. – Ну, погоди! Я тебе каждую ночь являться буду! – рыкнул призрак, демонстрируя стражу внушительный кулак, с обрывком цепи, а затем бросился наутек. Да так припустил, что страж не сразу опомнился, буркнул ругательство и помчался следом.

Человек в плаще потер ладони и вынырнул из темноты.

«Пятая тревога за неделю! То ли еще будет!» – подумал вор, орудуя отмычками. Замок сдался быстро, в нос ударил запах старой бумаги вперемешку с сыростью, но гость ухмыльнулся, он любил аромат чужих тайн.

Разбор бумаг дело долгое и кропотливое. Где-то среди завалов прячутся документы о тех, кто прибыл во дворец относительно недавно. Гость зажег свечу и принялся за работу, выискивая наименее потрепанные папки. За час удалось отыскать всего пару человек, да и те не годились для задумки вора.

Человек прошел вглубь комнаты, внимание привлекла пухлая папка, отмеченная красной полосой на корешке.

– Это еще что такое?

Сверху на папке красовалась надпись: «Только для короля». Обойти вниманием подобную вещь вору не позволяла профессиональная гордость. Первой записью было: Джерард Луц, раб Вестфальского наемного убийцы.

– Ого! – присвистнул нарушитель, вот только ознакомиться не успел, возле двери послышались шаги. Вор захлопнул папку и попытался рассовать документы по полкам, не вышло, они не вмещались, а из-за спешки так и вовсе рассыпались по полу. Вор прошипел ругательство и сунул папку вниз под стеллаж. Звякнули ключи, скрипнул замок. Лиходей ногой задвинул еще несколько документов под стеллаж, замаскировав таким не хитрым образом беспорядок.

Дверной замок щелкнул, а за миг до этого в комнате погасла свеча.

– Луис, ты говоришь, что все началось здесь?

– Да, милорд! – без запинки отвечал гвардеец, тот самый который столкнуться с призраком почившего графа. Рядом с ним стоял барон Луц. Несмотря на поздний час, лорд успел одеться по всем правилам этикета, даже шейный платок наличествовал. Мужчина принюхался.

– Что за дела? – нахмурился он. – Ну-ка, заприте двери!

– Пустая комната. Чего ты всполошился? – проворчал Алистар, сцеживая зевок в кулак. Сей господин даже не удосужился набросить на плечи камзол, щеголял в одной рубашке, расстегнутой до середины груди. Впрочем, красное пятно на шее в форме женских губ, намекало, что благородный лорд явился отнюдь не из своей постели.

– А вы не чувствуете?

– Избавьте меня от шарад, барон, я слишком устал!

– Дымом пахнет, здесь свеча горела.

– Во всем дворце горят свечи! Мы попросту теряем время!

Луц недовольно выдохнул, приблизился к столу и коснулся пальцами свечи.

– Она еще теплая, ее погасили перед нашим приходом.

– Хочешь сказать…

– Думаю, вор был здесь. Более того, уверен, он все еще здесь, – протянул Луц.

– Тогда призрак – вмешался в разговор страж, поднимая канделябр повыше, вдруг удастся разглядеть злоумышленника.

– Помощник вора, как мы и предполагали! – пояснил барон, охотничий азарт прогнал дремоту. – Луис, не отходи от двери, чтобы не увидел.

– Есть, милорд!

– Комната небольшая, прятаться негде.

– Но я никого не вижу! – буркнул маркиз, подошел к столу, зажег еще свечей, но чужака не увидел.

Неожиданно ближайшее окно распахнулось настежь, в комнату ворвался ветер, огоньки на фитилях затрепетали и погасли, наполнив воздух горьковатым ароматом дыма.

– Стоять на месте! – рявкнул Луц.

– Он уйдет через окно!

– Третий этаж, так я и поверил! – барон оказался на диво благоразумен.

Одинокая свеча не могла разогнать мрак, в трех шагах от двери уже ничего не видно, там не то, что вор мог затаиться, а целый десяток злопыхателей. Джерард шагнул вглубь комнаты, но стук в дверь остановил его.

– Милорд Луц, – донеслось с той стороны.

– Арон? – удивился барон.

– Он самый, мы отыскали одежду призрака и цепи!

– Что? – с недоумением воскликнул маркиз Алистар. – Ну-ка отопри дверь!

Приказ исполнили незамедлительно. В коридоре обнаружился страж, в руках он держал находки. Алистар побрезговал прикасаться к вещам, а вот Луц, сначала взялся за цепи, а потом ощупал одежду, даже понюхал.

– Странно, – протянул Джерард.

– Вот уж точно, – вторил ему Алистар, скривившись так, будто таракана в своей тарелке увидел. До чего же неприятно иметь дело с простолюдином. Интересно испачканная одежда вызвала бы у него еще больший интерес?

– Я говорю о том, что эта одежда выглядит странно!

– Обыкновенные обноски, – махнул рукой Алистар, – либо у вора есть подельник, либо нас кто-то жестоко разыграл. Сейчас возьмем пса и найдем мерзавца.

– Вещи не пахнут вообще, а цепи выглядят новенькими, словно только из кузницы

– Барон хватит искать загадки там, где их нет. На псарню! Все равно в кабинете пусто. Не может же вор быть невидим?

Позже выяснилось, что маркиз ошибался. Псы даже нюхать тряпки не желали, морды отворачивали и рычали. Барон стоял в сторонке и ухмылялся с таким видом, будто с самого начала знал, чем все закончится. А чуть поодаль, притаился виновник ночного переполоха. Гротескная фигура в плаще сливалась с мраком, вор жадно ловил каждое слово.

– Обыскать дворец еще раз! – потребовал Алистар, осознав, что поиск провалился по его вине.

Служивые помчались выполнять приказ, хотя понимали – результата это не принесет.

– Что за чертобесия? – шипел маркиз. – Кто станет помогать вору? Это абсурд!

– Вряд ли кто-то знатный, если помощник имеется, он должен быть человеком новым, незаметным. Только какая ему выгода, рано или поздно мы выявим обоих, наказание неизбежно. Зачем идти на такой риск, можно найти добычу попроще. Что-то тут не сходится, знать бы зачем охотится наш тать.

– Отыщем помощника – выясним. Утром побеседую с управляющим…

– Это ложный след, – выдохнул Луц, азарт схлынул, усталость брала свое. – Если у него есть сообщник, то на кой ляд он копался в архиве. Искал сказочку на ночь?

– Утро вечера мудренее, – отозвался Алистар, беготня затянулась на дворе четвертый час ночи, голова не соображает.

Барон кивком попрощался и пошел прочь. Поступь его была неспешной, взгляд рассеянно скользил по округе. Происки вора не укладывались в голове. Мерзавец ошивается во дворце, словно у себя дома. Пять раз пытался залезть в сокровищницу, беспрецедентная наглость. Как он ускользнул от внимания стражи, если все выходы перекрыты. Допустим, вор понял, что охранное заклинание ему не по зубам, тогда почему не бросил затею? Настолько уверен в своих силах или слишком глуп?

Барон вошел в холл, взор зацепился за одного из стражников, что-то царапнуло внимание. Но что? Мужчина пригляделся, Арон вместе с Гилбертом исправно нес караул у входа, где ему и предписано…

Джерарда словно ледяной водой окатили.

– Арон, а где ты нашел вещи призрака? – после этого вопроса гвардеец округлил глаза и с неподдельным удивлением воззрился на барона.

– Простите, милорд, чьи вещи?

В ответ Луц разразился тирадой на вестфальском, а потом умчался, суля страшные кары, на голову обнаглевшего преступника. Человек в плаще тенью последовал за ним, даже восхищенно присвистнув, оценив сочность высказываний и на всякий случай нарисовал в воздухе знак, отводящий порчу.

«Что же он поведает маркизу?– любопытство жгло в груди. – Насколько верны его предположения?»

Вор дошел до второго этажа и замер на развилке, потянул носом воздух, пальцы сжались в кулаки.

– Быть того не может, – выдохнул он, принюхался, однако серная вонь не померещилась. Сера – явный признак черной волшбы. – Час от часу не легче, – прошипел вор и свернул в ту сторону, откуда доносился запах. Уловить его могли только одаренные, но при дворе такие личности не водились.

Чем ближе вор подходил к месту проведения ритуала, тем вязче становился воздух. Предметы стали расплываться из-за обилия чужеродной силы, значит, обряд вышел на финальный этап. Вор прибавил шагу и сбросил защитные чары. Выходцы из преисподней чуют любую волшбу.

–До чего ж не вовремя-то, – буркнул тать, – демон во стократ усложнит задачу.

Вариант – уйти без добычи, вор даже не рассматривал. Пробраться в сокровищницу короля стало делом чести. Крутись и вертись, но сделай, а тут такой неприятный сюрприз. Надо разузнать, кто настолько осмелел, что забавляется с черной магией прямо во дворце.

Идея помахала ручкой перед носом вора, и он заулыбался, как сытый кот.

– А ведь поимку жреца положена королевская награда, нечто очень ценное из сокровищницы…

Коридор обрадовал тупиком, но запах ощущался настолько явственно, будто чаровали сразу за стеной. Вор хмыкнул и стал выискивать скрытый механизм. Вскоре часть декора отъехала вглубь, отворяя проход. Изнутри донесся колдовской напев, заревело пламя. Наблюдатель на цыпочках подкрался ближе, прижался к стене и обратился в слух.

– Зачем звала? – хриплый голос мог принадлежать только нелюди.

– Выходи из круга, для тебя есть поручение.

Треск пламени стих.

– Души…

– Можешь охотиться, но так чтобы меня не раскрыли.

– Хорошо, вenim kara[1], твое желание будет исполнено, – выдохнул демон.

– Эта женщина – моя прислуга, воспользуйся ею, потом переберешься в одну из фрейлин.

Короткое затишье, невнятный шорох, похоже кто-то поднялся пола.

– Душа служанки слишком пресная и старая, – возмутился гость из преисподней.

– Любая из фрейлин твоя, – протянула жрица, прекрасно осознавая, что отдает на расправу невинного человека. – Держи чай, здесь особый сбор, кто выпьет – сразу ослабнет. Ты знаешь, как этим воспользоваться. Идем!

В комнате стало тихо, вор пробрался в смежные покои, прикрыл дверь, оставив узенькую щелочку. Он пристально вглядывался в темноту, но ничего не увидел. Пришлось оставить убежище и следовать за жрицей. Куда они пойдут? Кто эта мерзавка, что торгует чужими жизнями. Услышать бы имя, затем можно раздобыть в качестве улики якорь, к которому привязан демон и подкинуть какому-нибудь из расторопных придворных, пусть выслужится и получит награду. Король отворит дверцу в сокровищницу, а большего вору и не требуется.

Жрица и одержимый шагали по пустым коридорам, а вор недоумевал – куда запропастилась стража? Ни одного служивого до самого коридора фрейлин, даже тревогу поднять некому.

Вор сжал кулаки, лезть на рожон – верная погибель, но установить личность жрицы первоочередная необходимость. Пока он раздумывал, дама исчезла с виду, а демон прошелся вдоль коридора, подбирая жертву. Затем постучался в дверь, прозвучало зловеще.

– Простите, что потревожила, леди, – демон в обличии служанки чинно поклонился, – я заметила, что вы не спите и приготовила для вас чай.

– Вы так любезны, – отвечала девица, благодарность в ее голосе прозвучала настолько искренне, что вор высунулся из-за укрытия. В дверном проеме стояла светловолосая девчонка, босая в батистовой ночной сорочке. – У меня есть немного воды, хотите поделюсь с вами напитком?

Вор скрипнул зубами, что же ты делаешь, глупышка? Девчонка стояла напротив одержимой и приветливо улыбалась. Демон приблизился к жертве, тогда вор совершил отчаянный и совершенно глупый поступок – выдал себя, призывая магию. Тот час лампа рядом с комнатой девицы вспыхнула настолько ярко, что осветила лицо одержимой, а в особенности черные глаза. Фрейлина визгнула и захлопнула дверь перед носом служанки.

– Спасена, – с улыбкой шепнул вор, выскочил из укрытия и бросился наутек.

– Не уйдешь! – пророкотал демон, а его тень обрела волю и метнулась вдогонку. Человек в плаще почти добрался до дверей, но створки захлопнулась перед носом. – Ты мой!

– Подавишься! – сплюнул вор, срывая амулет с шеи, нестерпимо белый свет охватил его фигуру. Одержимая зарычала и закрыла ладонями глаза. Человек в плаще бросился к окну, распахнул створки, забрался на подоконник. Резкий порыв ветра сорвал капюшон с головы ночного визитера и вцепился в короткие волосы. Гость ловко перебирался с одного карниза на другой, спасаясь от демона.

София Фон Герц тщетно пыталась успокоиться. Чашка с чаем тряслась в руках, норовя шлепнуться на пол, расплескав содержимое.

– Мне привиделось, просто привиделось, я не сумасшедшая! Что твориться в этом, проклятом дворце! То призраки шастают, теперь вот служанка с черными провалами вместо глаз. Наверное, воображение разыгралось. Утром извинюсь, – шептала София, но руки все равно дрожали. – Успокоиться, нужно просто успокоиться. Это все из-за смены обстановки – не успела она договорить, как окно распахнулось настежь. Створки ударили о стену с такой силой, что стекла чудом не разбились. Холодный ветер пробрал до костей, фитилек свечи сжался до крохотной искорки, но не погас. Окно продолжало своевольничать и закрылось само по себе, причем на щеколду.

София вжала голову в плечи. Хватит с нее безумств на сегодня! Девушка поднесла чашу к губам, но в тот же миг кто-то или что-то выбило посуду из ее рук. Чаша разбилась, чай расплескался, а несчастная фрейлина визгнула и прижалась спиной к двери. Бедняжка была так напугана, что не могла пошевелиться, даже дышала через раз.

– Призрак, это снова ты? – прошептала фрейлина и принялась молиться. Необъяснимые явления прекратились. Девушка впилась ногтями в ладошки, обошла свободное пространство по-над стеночкой и забралась в постель под одеяло. В комнате пусто, пламя свечи горит ровно, не подрагивая, но страх никак не уходит. София закрыла глаза, прислушалась.

– К-кто з-здесь? – задавая вопрос, она чувствовала себя крайне глупо. – Я слышу ваш-ше д-дыхание

Невидимый гость вздохнул, а в следующий миг над девушкой возник змей, раззявил пасть из которой вырвалось зеленое пламя. Фрейлина сдавленно пискнула и повалилась на подушку без чувств.

– Ну, и дела, – протянул гость, прятаться дальше бессмысленно, нужно решать, как выбираться из передряги, сохранив собственную жизнь и прихватив заветное сокровище.

[1] Benim kara – церемонное обращение демона к хозяину. Дословно означает – мой мрак.

Глава 4. Неприятности приходят не одни

Утро порадовало солнышком впервые за неделю проливных дождей. Джерард поднялся на рассвете, вдохнул свежего воздуха и отправился на разминку. Старая привычка въелась намертво, она же заставляла подниматься с первыми лучами солнца. Тело требовало физических нагрузок, и барон Луц не отказывал себе в удовольствии. Дворец и прилегающие к нему территории – будто другой мир, тут солнце ласковое, воздух наполнен цветочным ароматом и кажется чуть сладковатым на вкус.

Джерард прислушался к пению птиц и трели кузнечиков. Происходящее до сих пор казалось сном. Семь лет назад он получил билет в новую жизнь, но до сих пор не мог забыть прошлое. Когда на рассвете будили и пинками гнали на арену. Бывший гладиатор хорошо помнил, как скрипит на зубах песок, а в воздухе разносится запах железа. Так воняет кровь и смерть.

Мужчина тряхнул головой отгоняя тени прошлого, скинул рубашку, взял в руки оружие и позволил ему запеть, как встарь на арене. Тренировка занимала два часа. Тело разогрелось, сердце заходилось в груди, каждая мышца приятно ныла. Барон заглянул в купальню, опрокинул на себя ведро ледяной воды и заулыбался. Сменил одежду, взглянул на часы – рань несусветная, даже самые заядлые модницы еще спят, чего уж говорить о короле. Взор скользнул в сторону парка.

– А почему бы и нет, – выдохнул мужчина, он редко позволял себе праздные шатания, но сейчас хотелось пройтись и подумать.

Блуждая по извилистым дорожкам, Джерард анализировал проделки вора. Сначала первая попытка грабежа, спустя сутки – вторая. Палладин, которого притащил Алистар, оказался бесполезен. Хуже того горемыку с позором выгнали из дворца за непристойное поведение. Он исчез во время дежурства. Гвардейцы обнаружили его под утро, храмовник был бледен до синевы, а еще связан по рукам и ногам собственным поясом. Лекарь не сумел вытащить из него ни единого слова.

После случая в архиве, когда появился фальшивый стражник, барон еще сильнее утвердился в мысли, что вор – колдун, но какой вид магии использует не понятно. Артефакт во дворец не пронести. Иллюзии нематериальны. Остаются маги разума, извечные противники короля, но и тут имеется загвоздка. Колдуны сего типа берут людей под контроль, внушают всякое, а потом используют, как марионетку. Джерард беседовал со слугами, с придворными, даже со стражниками, но так и не выявил куколку.

– Чехарда какая-то, – мотнул головой барон, – десять дней прошло, куда подевался этот поганец? Понял, что орешек не по зубам и решил отступить?

Мужчина свернул на каштановую аллею и замер, навстречу шла баронесса Фон Герц. Выглядела девица неважно, лицо бледное, плечи поникшие, идет – собственной тени шарахается. Неужели на нее так дворец повлиял? Джерард хотел подойти, ободрить, но не успел. Из-за поворота вышел Алистар и направился прямиком к фрейлине.

Соперничать с маркизом он не мог, слишком велика разница в статусе и достатке, потому бесшумно отступил за куст сирени. Там его не видно, зато он сможет услышать всю беседу.

Маркиз расправил плечи и выпятил грудь, право слово, как петух в курятнике. Луц ухмыльнулся, взглянул на часы и присвистнул. Леди Фон Герц должно быть кудесница, коли сумела вытащить ленивца Алистера из постели в такую рань.

– София, душа моя, – молвил лорд, – вы словно богиня, сошедшая на землю. Если бы я был художником, писал бы только вас. Вы мой свет, мое вдохновение. Когда я смотрю на вас, время будто останавливается!

Джерард фыркнул, неужели все дамы ведутся на столь откровенную лесть?

– Смилуйтесь, над вашим покорным слугою, подарите хотя бы один благосклонный взгляд! – заливался соловьем Алистар, но девушка хранила молчание, маркиз от этого сильнее распалялся. – Софи, вы пленили мой разум и сердце, каждый миг я думаю только о вас, – вот теперь Джерард едва сдержал смех. Живо припомнилась баронесса Валлис, именно из ее объятий пришлось вытаскивать Алистара на охоту за вором. Будет досадно, если фрейлина поверит лживым речам.

– Ах, простите милорд, я не припомню вашего имени.

На поляне, за милыми сердцу кустом сирени, стало тихо. Алистар хлопал глазами и открывал рот, как выброшенная на берег рыба. Барон с трудом удержался от аплодисментов. Молодец девочка, поставила выскочку на место.

– Милорд, меня ждут дела.

– Постойте, София, – тон маркиза переменился, Джерард сразу это уловил. Теперь затащить фрейлину в постель станет делом принципа. Глупую игру затеяла баронесса Фон Герц, очень глупую. Джерард сделал шаг к ним, а потом остановился. Собственно, а почему он должен вмешиваться?

– Милорд?

– Фрейлина ее Величества обязана помнить всех знатных особ! – слащавые нотки исчезли из голоса Алистара, когда он процитировал устав фрейлин.

– В присутствие венценосной особы, – без запинки добавила София, ясно дав понять, что не желает вспоминать его имя.

– Почему вы так старательно избегаете нашего общения?

– Милорд, предпочту перенести его туда, где это будет уместно, например, королевский бал. Засим откланяюсь, мне же нужно доучить список всех знатных особ, а то я постоянно путаюсь.

– Что ж, мы еще встретимся, очень скоро, – процедил Алистар и удалился. По ту сторону куста сирени послышался тяжкий вздох. Джерард переступил с ноги на ногу, под подошвой ботинка хрустнула ветка.

– Кто здесь? Покажитесь? – потребовала София.

Барон Луц мог уйти незамеченным, но не стал, вышел из укрытия. Он ожидал, что девушка испугается, убежит или просто скорчит презрительную гримасу. Вместо этого София прикусила губу и стыдливо потупила глаза.

– Что вы делаете здесь в столь ранний час? – Джерард не сразу нашелся с темой для беседы. Девушка посмотрела на него, затем продемонстрировала садовые ножницы и пояснила:

– Собираю цветы, для кабинета ее Величества.

Барон поморщился, припомнив недавнюю сцену в гостиной, придворные отлично повеселились, поддразнивая Софию, словно она цветочница.

– А садовники?

– Старшая фрейлина велела все сделать самой, я не могу ослушаться ее приказа.

– Позволите вас сопроводить, – предложил Джерард, девушка нахмурилась, тогда он добавил: – Если вы пожелаете, я тотчас уйду.

– Дело не в этом. Я хотела перед вами извиниться за тот случай в гостиной. Это было… – щеки Софии стремительно покраснели, Луц невольно улыбнулся, разглядывая невинное создание.

– Задание в игре, лорд Алистар мне все разъяснил, не волнуйтесь. Дамы вперед, – изрек он, спрятав руки за спину. София искоса поглядела на него, но не нашла причины для отказа.

Когда они удалились от каштановой аллеи, фрейлина чуточку повеселела, склонилась возле желтых нарциссов, вдохнула аромат и призналась:

– Сад будто волшебный, это самое лучшее местечко во дворце.

– Довольно неожиданно! – изрек Джерард, любуясь не столько цветами, сколько светловолосой девчонкой. К несчастью, он так и не сумел постигнуть скользкую науку – пустословие, но попытался поддержать беседу. – Многие предпочли бы королевскую галерею или тронный зал.

– Они тоже прекрасны, – София чуть смущенно улыбнулась, – но там я нервничаю, постоянно забываю имена придворных, а иногда сдается, будто на очередном реверансе, я просто упаду. Наверное, вам это кажется нелепым?

– Отнюдь, вы искренняя, здесь, во дворец, сие качество встречается редко.

Девушка покраснела так, словно Джерард сделал ей неприличный комплимент. В попытке скрыть пунцовые щечки, она свернула с дорожки и направилась к розам.

– Это любимые цветы королевы, – пояснила баронесса, осторожно пробираясь к основанию колючего стебля, – говорят, их привезли из заморских краев. Наверное, там солнце светит иначе, никогда не видела таких ярких, фиолетовых лепестков.

– Это Карийские розы, сюда их привезли послы Вестфала.

– Они восхитительны! – улыбнулась девушка, сунула носик в цветок и прикрыла глаза от наслаждения.

– А еще редкие и капризные! Если у садовника пропадет, хоть один куст, он лишается обеих рук, – после этих слов София отпрянула в сторону и с ужасом воззрилась на растение. Джерард мысленно выругался, вот же нашел, о чем рассказывать впечатлительной девице.

– Вестфал, признаться честно, я не сильна в географических науках.

– Это огромная империя, за Лазурным морем, – лорд нахмурился, вспоминая бескрайние пески и палящее солнце, способное прожигать до костей. – Столица город Мариб, он похож на нескончаемый базар, там можно услышать все языки мира. Вам доводилось бывать на королевской площади?

– Та, что за собором? Конечно!

Джерард улыбнулся.

– Если увеличить ее раза в три, украсить цветниками и разбить вокруг сад, то это место станет немного похоже на сердце Магриба – долина семи фонтанов. Сразу за ней находится белоснежный дворец Варахша Аль-хамбра.

– Наверное, там очень красиво. Вы часто бывали в тех местах? – Джерард вспомнил Алую площадь за дворцом, где возвышались всевозможные приспособления для мучительной казни невольников, нервно передернул плечами.

– Нет, не приходилось.

София ощутила, что ему не по душе эта тема.

– Простите, я затронула неприятные для вас воспоминания, – мужчина не удержался, хмыкнул, подобной тактичности со стороны девушки он уж никак не ожидал. Привык, что придворные язвят и стараются ужалить.

– Нет, все дело в том, что я… – договорить он не успел, фрейлина поглядела куда-то вбок и сделалась бледнее мела. Джерард приблизился, опасаясь, что девушка рухнет в обморок.

– София, что с вами? – она ничего не ответила, только вжала голову и вцепилась в несчастную розу. – Леди София, если это дамские ухищрения, то я не тот, кому стоит их демонстрировать.

Кровь прильнула к ее щекам.

– Вы, да как вы могли подумать о таком!

– Главное, что помогло, – изрек Джерард и отступил на шаг. Огляделся, в саду кроме них никого нет.Перевел взгляд на фрейлину и спросил: – Может, поведаете, что вас так напугало?

Девушка сменила гнев на милость и задумалась.

– Боюсь, вы сочтете меня безумной.

– Зато я никому не выдам ваш секрет, – Джерард постарался дружелюбно улыбнуться.

София на миг задумалась, вздохнула и выложила, как на духу:

– Меня преследует призрак! – лицо барона вытянулось, а щеки девушки вновь порозовели, конечно, он ей не поверит. – Я так и думала, не стоило…

– Когда вы впервые его увидели? И как он выглядел?

– Дней двадцать назад, я возвращалась с тканями. Помните, мы еще столкнулись, вы спрашивали, – тут София опомнилась, ей стало стыдно за свою ложь, она прикусила губу и отвела взгляд в сторону.

– Леди, просто расскажите, о чем тогда умолчали!

– Призрак был в черном плаще, ростом чуть выше меня, лицо скрыто капюшоном. Я думала это кто-то из придворных, но он исчез, просто в воздухе растаял. Потом, – вздох сорвался с губ, а пальцы вцепились в цветок так сильно, что стебель треснул, но девушка этого не заметила. – Это случилось декаду назад, поздней ночью служанка принесла для меня чай, но едва я решилась сделать глоток, кто-то невидимый выбил чашу из моих рук.

Барон смотрел все недоверчивее, будто начинал сомневаться в ясности рассудка фрейлины.

– Вам кажутся глупыми мои слова, ведь так? – в уголках глаз светловолосой прелестницы выступили слезы, она выглядела такой несчастной и беззащитной, что захотелось утешить и помочь. – В комнате никого не было, на святой книге могу поклясться. Но та чаша и окно, которое распахнулось и закрылось само по себе... На щеколду представляете? Само! Меня преследует призрак, я уверена! – голос упал до шепота, София опустила голову и до боли прикусила губу.

События той ночи напугали до обморока. Утром стало еще хуже, на зеркале красовалась надпись, сделанная карминовой палочкой для губ: «Берегись фрейлин». София хотела позвать на помощь, но дверь оказалась заперта изнутри, в комнату никто не заходил, все сделал призрак. Рассказывать об этом случае София боялась, ее могли посчитать полоумной. И что тогда век куковать фрейлиной?

Джерард хмуро поглядел на баронессу. Возможно ли, что она действительно столкнулась с вором? Но почему приняла его за призрака? Да и как объяснить все последующие события? Может наивная девочка навыдумывала всяких ужасов?

– Он не показывался на глаза? – спросил Джерард, за что получил полный благодарности взгляд.

– Вы… Вы не считаете меня душевнобольной?

– Леди София, в жизни я повидал многое и верю, что всему есть объяснение. Ответьте, вы сталкивались с человеком в плаще снова?

– Нет, а что? Это тот, кого разыскивают?

– Разыскивают? – Джерард заинтересованно поднял бровь.

– Да, среди фрейлин ходят слухи, будто во дворец забрался убийца.

– Сказки, – махнул рукой барон. София удивилась, но расспрашивать не стала. Срезала еще цветов, обмотала стебли роз тканью и спрятала ножницы в складках платья.

– Так призрак – живой человек, да?

– Есть такая вероятность, – уклончиво ответил барон.

– Хвала Единому, я уж думала, что с ума схожу.

– Леди София, прошу вас, если увидите его снова, обязательно сообщите мне. Это важно. Я могу на вас рассчитывать?

– Непременно, милорд! – Джерард нахмурился, не сразу уловив, что же так резануло ухо. Фрейлина сказала – милорд, вместо пренебрежительного – лорд Луц.

– Вы совсем недавно при дворе, позволите вам дать совет?

– Совет?

– Держитесь подальше от маркиза Де Сеттера, ибо он известный покоритель дамских сердец! – София недовольно поджала губы, явно намеревалась возразить, Джерард ухмыльнулся и добавил: – и от меня, ибо я отщепенец. Хорошего вам дня, леди София.

Джерард уходил, а взгляд девчонки жег спину. Светловолосая красавица была непривычно мила и приветлива, но во дворце нужно знать, кому даровать улыбки, а кого игнорировать.

Мужчина неспешно шествовал вглубь сада, обдумывая полученные сведенья. К чему вся эта канитель, призрак, баронесса? Не может же наивная девочка быть сообщницей вора? Нет, определенно, – решил он быстрым шагом преодолел террасу и остановился у фонтана. Полюбовался радугой среди струй и свернул на дорожку, ведущую к зеленому лабиринту. В начале лета кусты Кальмии зацветали и благоухали на всю округу, пропитывая воздух медовым ароматом. Дворцовые страшилки утверждали, что в лабиринте обитают призраки почивших садовников, которые заблудились и сгинули в зарослях.

Сзади раздались торопливые шаги, мужчина обернулся.

– Вы так поспешно ушли, что я едва вас отыскала! – воскликнула София, потрясая букетом цветов, на щеках горел румянец.

Барон на всякий случай огляделся, дабы удостовериться, что рядом никого и девушка обращается именно к нему.

– Что вам угодно?

Фрейлина подошла ближе, нахмурилась, забавно прикусила губу и затараторила:

– Раз уж мы заговорили с вами о всяком, – она неопределенно махнула рукой, словно пытаясь изобразить это всякое. – Я хотела кое-что уточнить, – от ее прямоты Луц опешил. – Его Величество приказал никому не покидать дворец, так?

– Однозначно.

– В таком случае не понимаю, куда подевалось трое слуг? – Джерард уставился на фрейлину, словно она сказала несуразицу. На губах девушки мелькнула чуть смущенная улыбка: – У меня хорошая память на лица, чего не сказать об именах. Так вот, неделю назад пропала младшая горничная, что убиралась в покоях. Это такая невысокая, пышнотелая девушка с веснушками, и длинной, русой косой, – София прикрыла глаза, вспоминая детали, – на правой руке носит храмовое колечко. Потом пропала помощница портнихи, худенькая такая, у нее пальцы исколоты, на запястье родимое пятно в форме клевера, еще она постоянно щуриться. Волосы темные, ростом с меня. Марисы нет уже три дня, портниха тоже не знает, куда запропастилась ее помощница. Последняя девушка, работала на кухне, она немая и очень добрая, всегда оставляла, – фрейлина прикусила губу, – неважно. Мне, кажется, она тоже исчезла.

– Их могли перевести, – фрейлина посмотрела на собеседника таким взглядом, словно вопрошала, а сам-то ты в это веришь?

– Немую девушку, перевести? Куда? Милорд, возможно, мои опасения пусты, – София погладила пальчиками нежные лепестки, затем вновь поймала взгляд лорда. – но я буду очень признательна, если вы удостоверитесь, что с девушками все в порядке. Всего доброго, милорд, – и ушла прежде, чем он хоть слово успел вставить.

– Что это сейчас было? – протянул Джерард, глядя ей вслед.

Луц считал, что баронесса начнет сторониться его, но она… Да, ненормальная она вот и все! А слова фрейлины проверить стоило бы, если во дворце исчезают слуги, значит твориться что-то неладное.

Глава 5. Девчачий переполох

София передала цветы старшей фрейлине и вернулась в свою комнату. На постели ее ожидал сюрприз, в виде двух тонких папок. «Только для короля!» – гласила надпись на одной из них. Первым желанием было выскочить из комнаты и позвать стражу, но могло случиться так, что папки исчезнут и она выставит себя в дурном свете. Может взять и отнести их страже? А что, если ее примут за воровку? Нет, надо разобраться.

Фрейлина подошла ближе, но прикасаться не спешила, вдруг они отравленные. Кто и зачем принес их сюда? После истории с призраком она совсем нервная сделалась, никаких сил нет. Так не годиться, девушка подперла дверь стулом и открыла первую папку, но тут же едва не выронила ее на пол. У нее в руках оказались подробные сведения об Алистаре де Сеттере. Сглотнув комок в горле, она открыла другую папку, от этого сделалось вовсе дурно – там содержалась информация о бароне Джерарде Луце. Первая строка бросилась в глаза – раб наемного убийцы из Вестфала.

Но как он оказался во дворце? За что получил титул? София углубилась в чтение, вот только ответа на вопрос не получила. В папке содержались заметки, что некий барон предотвратил нападение на короля. Передал послание дружественным силам в обход вражеской армии. Разыскал серийного маньяка в столице.

Фрейлина сглотнула – подобных заметок оказалось много, очень много. Словно барон хватался за любое дело. Бывший раб, девушка вспомнила шрам на шее, связать два факта воедино оказалось несложно. Правильно он советовал – держаться от него подальше.

Дело маркиза де Сеттера, оказалось не столь выдающимся. Архивариус у короля дотошный и скрупулезный, но обладал одним недостатком – его почерк был абсолютно нечитаемый, несмотря на это София разобрала все имена, которые значились под фразой: «имел близкие отношения с». Список впечатлял. Пожалуй, Алистера можно назвать профессиональным искусителем. Вопрос теперь в том, как бы сохранить собственную репутацию незапятнанной, а заодно выяснить, кто подкинул бумаги.

София сгребла папки и засунула их под кровать. Немного подумав, вытащила и запихнула в нижний ящик комода. Затем вновь усомнилась в надежности укрытия, тогда папки очутились в ее руках. Взор девушки упал на зеркало. А почему бы нет? Документы мигом оказались спрятаны за ним. София удовлетворенно кивнула и улыбнулась отражению. Улыбка сползла с ее лица, как только на зеркале вырисовалась первая буква: «Я знаю, где они спрятаны! Заикнешься о призраке снова, станешь воровкой!»

Фраза возникла сама по себе. Случившееся можно принять за бред воображения, но выдумать такое София просто не способна. Пора признать, за ней кто-то следит. Более того таинственный незнакомец слышал разговор в саду. Но как? Может он колдун? София потянулась к надписи, но едва прикоснулась, как буквы исчезли.

– Где ты? Что тебе нужно?

Ответа не последовало. Кто бы сомневался! София сжала кулачки, выдохнула и чуть не плача поглядела на себя в зеркало. Она не знала, что делать. Ее подставили, что дальше-то будет?

– Может лучше пойти прямо сейчас к Луцу и сознаться во всем? Истории о призраке он ведь поверил? – София уже сделала шаг к двери, но остановилась, вспомнив о его происхождении. Скорее всего, лорд просто притворился. Фрейлина опустилась на кровать, плечи поникли, она чувствовала себя собачонкой на поводке. Почему все это происходит именно с ней? Где она согрешила? Вначале это предостережение о фрейлинах, потом барон Луц со своими советами.

– Фрейлины! – протянула София. Возможно, таким образом, ее пытаются выжить из дворца. – Ну, уж нет, этого я не позволю!

Придворные лисы опустились до подлых шуточек. Что ж хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Баронесса Фон Герц помчалась в гостиную. В столь ранний час комната пустовала, что и не удивительно остальным ненужно подниматься на рассвете, чтобы насобирать свежих цветов. Девушка села за рояль, подняла крышку и поглядела на белые клавиши, разминая пальцы, а затем нажала. Коридор наполнился громкой, веселой мелодией. Если кто-то спал, то теперь, безусловно, проснулся.

Двери комнат открывались и на пороге то тут, то там появлялись фрейлины в исподнем и со злобными гримасами на личиках. София перешла на мрачную музыку на низких нотах. После этого проснулись даже те, кто пытался спрятать голову под подушкой.

Луиза Де Бюссон привела себя в порядок раньше всех. Каштановый локон, кокетливо завитый колечками, спадал на плечико, а светло-карие глаза метали молнии.

– Леди София, вы в своем уме? – воскликнула баронесса, обмахиваясь веером. Можно подумать перьевое опахало способно остудить ее злость. София перешла на высокие ноты, ритм музыки изменился, стал быстрым и легким, словно музыкант насмехался над взбешенной леди.

– Вам что-то не по душе? Позвольте, но ведь я всего лишь готовлюсь к выступлению, как и вы все.

– Да, бога ради! Только делайте это вместе с остальными. Вечером! – на последнем слове голос девушки сорвался на визг. Баронесса даже с нотой ошиблась.

– Не могу, рояль занят!

– Леди София! – казалось, несчастная Луиза вот-вот лопнет от негодования. Обошлось, в комнату вплыла Маргарет, тёмно-синее платье идеально легло по фигуре, подчеркивая женственные формы. Особенно ярко ткань оттеняла огненно-рыжие локоны королевской фаворитки, они казались кроваво красными, невероятно красивый цвет. Маргарет не стала раскидываться словами, молча, подошла к роялю и захлопнула крышку, тем самым едва не отбила Софии пальцы.

– Баронесса Фон Герц, отнеситесь с уважением к остальным! – припечатала графиня и огляделась по сторонам. – А еще разузнай, когда будет завтрак?

Глазки белокурого ангелочка полыхнули демонической яростью.

– Я вам не служанка, графиня Де Уотан!

– Если я захочу, станешь ею! – ответила фаворитка короля. – Тебе все понятно? Если да, то иди и выясни, где завтрак! – рыжая бестия отвернулась, словно вопрос со строптивой девчонкой уже решен. София сжала кулачки, медленно поднялась с табуретки.

– Повторяю, леди Маргарет, я не служанка! – теперь баронесса Фон Герц смотрела на фаворитку короля прямо, словно они были равны.

– Вы забываетесь!

– А вы путаетесь в должностях, – парировала София. – Если вам не терпится, отправляйтесь и самостоятельно выясняйте, где ваш завтрак.

– Ты пожалеешь о каждом слове, баронесса! – прошипела со своей стороны Луиза. Казалось, она вот-вот набросится с кулаками на фрейлину, как дворовая девка. София смерила неприятельницу взглядом. По-хорошему, это Маргарет должна быть вне себя от злости. Что связывает этих двоих? Вопрос остался без ответа, зато на душе легче стало. Прав барон Луц, всему есть разумное объяснение. София намеревалась его отыскать. Посмотрим, как теперь поведет себя призрак, если сотворит новую подлянку, значит – это точно дело рук фрейлин.

Завтрак состоялся спустя час. За столом царила несколько напряженная обстановка. Фрейлины хранили молчание, словно дали обет. София ждала продолжения спектакля, но девушки ее игнорировали. Причиной послужило присутствие леди Де Асьенд. Старшая фрейлина имела особое покровительство королевы-матери, даже фаворитка его Величества старалась не затевать с нею ссор.

– Этим утром я услышала странную мелодию, – нарушая тишину, молвила леди Натали, – ее сложно назвать красивой или душевной. Но больше всего меня поразило, что сия какофония доносилась из коридора фрейлин. Милые девушки, не забывайте, что вы присутствуете здесь только благодаря доброте и несказанной щедрости ее Величества. Посему должны быть образчиком для остальных придворных.

Леди замолчала, обвела подопечных взглядом, девушки покорно опускали глаза. Натали остановила взор на Софии.

– Баронесса Фон Герц, вы со мной не согласны?

– Истинный признак мудрости сокрыт в терпении, вы это знаете как никто другой, – отвечала девушка. Маркиза польщенно улыбнулась, а ее благосклонный взгляд позволил продолжить: – Это я музицировала утром, но не желала оскорбить чей-либо слух, только привлечь внимание.

– Что ж, вам это удалось. Так что же вас тревожит, леди София?

– Сущая малость, совсем скоро летний бал, каждой из нас нужно подготовиться к выступлению перед его Величеством. Но как это сделать, если у нас один рояль на всех? – баронесса промолвила и опустила глаза, принимая покаянный вид. – Не знаю, как быть? Я собиралась размять пальцы утром, но вызвала только недовольство.

– Ах, София, музыка ранним утром неуместна во дворце, но зерно истины в ваших словах определенно есть! – изрекла фрейлина, взяла из рук служанки чашечку чая, добавила сахар и принялась размешивать. Она действовала настолько мягко, что ни разу не царапнула железом фарфор.

София последовала ее примеру, взяла чашечку, вдохнула терпкий аромат, но едва поднесла к губам, как посудина выскользнула из рук, упала на пол и разбилась. Спустя мгновенье такой же казус случился с Риманой Де Флобер. К столу примчалась левретка по кличке Зима, любимица фрейлин. Лизнув чаю из лужицы, собака стала чихать, а потом задрожала всем телом. Маркиза Де Асьенд подошла ближе и замерла в ужасе. – Зима была мертва. Чай отравлен.

– Стража! – позвала маркиза, а когда гвардейцы явились, потребовала: – кликните лорда Луца. Девочки, никто не расходится!

София намертво прилипла к стулу и сцепила похолодевшие ладошки, чтобы никто не увидел, как ее трясет. Призрак, чашку из ее рук выбил именно он, как и в ту ночь. Неужели это вторая попытка ее отравить? Получается он спас ей жизнь. Да, кто он такой? Неизвестность пугала сильнее всего, чем больше баронесса размышляла, тем сильнее ее трясло.

В гостиной появились новые лица.

– Леди, – коротко поклонился барон Луц, в первую очередь, обращаясь к маркизе де Асьенд.

– Прекрасные дамы! – молвил Алистар Де Сеттер и подарил чарующую улыбку фрейлинам. София выпала из оцепенения и поморщилась, услыхав медовые нотки в голосе маркиза. Невольно вспомнила длинный список женщин, с которыми лорд имел близкие отношения.

Натали Де Асьенд даже взглядом не удостоила маркиза де Сеттера, вместо этого она взяла Джерарда под руку и увела в сторону.

– Я рада, что вы смогли уделить нам немного времени.

– Ваше приглашение для меня честь. Чем могу помочь, миледи?

Подробностей разговора София не слышала, собеседники обернулись к ней спиною. Фрейлина прикусила губу, поднялась, чтобы подойти ближе и подслушать разговор, но не успела, путь преградил Алистар.

– Леди София, встреча с вами приносит настоящее удовольствие! – молвил белобрысый тип, а в зеленых глазах плясали смешинки. – Почему же вы столь бледны? Призрака увидели? – девушка поглядела на него исподлобья. На миг ей почудилось, что барон Луц разболтал ее тайну напыщенному любезнику.

– Что вы, милорд, передо мной только вы, – парировала фрейлина, отступила за кресло.

– Я не призрак, желаете в этом убедиться, – маркиз заулыбался и протянул ей руку.

– Лорд у вас нет ни капли стыда…

– И знаете, София, женщинам это нравится.

– Но не мне, – девушка выпрямилась, сжала кулачки и улизнула в дальнюю часть комнаты, поближе к Римане, уроженка северного герцогства была бледна от природы, а черные волосы только усиливали контраст. Карие глаза Риманы приковывали внимание и казались огромными на миловидном личике. Сейчас кожа девушки сделалась почти серой, а губы выглядели обескровленными.

– Рима, с вами все в порядке? – София осторожно прикоснулась к ладошке фрейлины, но та оказалась ледяной.

– Да, нет, не знаю!

Баронесса наклонилась ближе и едва слышно уточнила:

– Ты ведь не сама чашку уронила? – глаза Римы округлились, а потом забегали из стороны в сторону других доказательств не требовалось.

– О чем это вы тут шепчетесь, словно кумушки? – вопросила Луиза, ее веер вновь метался туда-сюда. – Устроили тут спектакль. Бессердечные!

– Да, что ты знаешь! – вспыхнула Римана, но София предостерегающе сжала ее ладошку и выдавила улыбку.

– Леди Луиза, вы всех судите по себе?

– Что за вздор? Когда вы сговорились? Хотели очернить кого-то из нас? – девушка резко сложила веер, подчеркивая негодование.

– В ваших словах нет ни капли здравого смысла! Зачем добавлять яд в собственный чай?

– Привлечь внимание милорда Алистара или еще кого! Чтобы вас, бедненьких, пожалели и утешили!

Щеки Софии побагровели, она вскочила с дивана и уставилась на поклепщицу.

– Утверждать что-либо, не имея возможности доказать это законным путем, означает клеветать. Подобными суждениями вы оскорбили не только меня, но и всех фрейлин ее Величества!

Луиза выпучила глаза, но сказать ничего не успела.

– Я склонна согласиться со словами леди Софии, – властный голос старшей фрейлины прозвучал за спиной взбешенной баронессы.

– Правда суда не боится! – припечатала Луиза, затем выполнила книксен и гордо удалилась. Натали Де Асьенд проводила ее сердитым взглядом, но комментировать не стала.

– Леди София, леди Римана, пройдемте со мной.

Маркиза отвела их в Западный коридор, большинство тамошних покоев пустовали, отличное место для беседы. Мрачную фигуру барона Луца, фрейлина заметила издалека. Мужчина так и не сменил утренний наряд, только черные штаны заправил сапоги на солдатский манер. Камзол выглядел неряшливо, местами образовались складки. На шее лорда красовался белый платок, единственная светлая вещица, которая разбавляла мрачный облик. Девушка невольно припомнила длинный список заслуг Джерарда, подходить к нему стало боязно.

– Лорд Луц задаст вам несколько вопросов. Смею надеяться, что вы будете предельно честны, – тем временем изрекла старшая фрейлина с доброй улыбкой на лице, но устрашающе доброжелательный тон заставил поежиться. – А я вас оставлю, не то маркиз Де Сеттер совратит невинных дев.

Фрейлины поглядели на барона, тот выпрямил спину и едва заметно кивнул.

– Что вы хотели узнать, лорд Луц? – почему-то голос прозвучал излишне холодно. Мужчина впился в нее взглядом.

– Кто подавал напиток?

Баронесса нахмурила лоб, вспоминая, которая из служанок вертелась в гостиной, но не смогла, перенервничала из-за утренней находки. Луц наблюдал с интересом, как будто ждал определенной реакции, но не дождался.

– Люсьена, – произнесла Рима, – а еще Аза, и Соня, сегодня их черед накрывать на стол.

Джерард кивнул, словно знал ответ заранее. Непонятно зачем же тогда спрашивал?

– Как вы догадались о наличии яда? – девушки не сговариваясь, переглянулись, а потом потупились. – Леди, я жду ответ!

– Это была случайность, – молвила София, подарив мужчине самый невинный взгляд.

Джерард испытывающее поглядел на баронессу, прекрасно учуяв ложь в ее словах.

–Леди Римана, можете возвращаться. Леди София, а вас я попрошу остаться.

Фрейлина сцепила пальцы в замок, дабы скрыть нервозность, сейчас посыплются обвинения

– Успокойтесь, леди София, вас никто не обвиняет, – сказал Джерард, словно мысли ее подслушал, – это шаблонные вопросы, они показали, что к отравлению вы не причастны. А вот на последний вопрос, советую ответить честно. В чем причина чудесного спасения?

– Эм, – она замолчала и прикусила губу, перед глазами стояли красные буквы. Ни слова о призраке – достаточно четкое указание.

– Баронесса Фон Герц, ваше молчание настораживает! – девушка поглядела на мужчину с ужасом. Джерард нахмурился. – Я готов поверить в очередное явление призрака! – изрек он, сбавив тон. – Не хотел вас огорчать, но на счет пропажи служанок вы не ошиблись. Потому, не молчите! Мне важно знать о каждой странности этим утром.

София до боли впилась ногтями в ладошки, чтобы не проронить ни слова. Мужчина заметил, как побелели костяшки на ее руках. Одним неуловимо быстрым движением он поймал ладошку, заставил разжать кулак и увидел окровавленные полумесяцы. После чего воззрился на девушку с удивлением.

– Кого вы боитесь?

– Вас, – ответ прозвучал искренне, на какой-то миг смятение прорвалось сквозь маску бездушного лорда. Мужчина быстро взял себя в руки, разжал пальцы.

– В таком случае я вас оставлю, – за вежливым кивком не последовало ни единого укоризненного взгляда. Барон развернулся и ушел.

София смотрела ему вслед и чувствовала себя скверно. Луц мог помочь и с радостью бы это сделал, но проклятый призрак. К чему предупреждение? Фрейлина мотнула головой, строить догадки бесполезно. Есть призрак, который пытается ее отчего-то уберечь. Есть подозрительный лорд Луц и с ним тоже нужно держать ухо востро. София кивнула собственным мыслям и хотела вернуться в гостиную, но вход перекрывал маркиз Де Сеттер.

– Вот мы снова встретились, даже быстрее чем я ожидал, – протянул он, медленно приближаясь к девушке. – Вынужден признать, вы умеете привлечь к себе внимание.

– Лорд, не понимаю, на чем основываются ваши предположения?

Мужчина склонил голову на бок и обвел ее взглядом с ног до головы. Девушка с трудом воздержалась от презрительной гримасы. Такое чувство, что он рассматривает ее, как кобылу на рынке.

– Для вас я – милорд Алистар!

– Постараюсь запомнить, милорд, а теперь я бы хотела вернуться...

– Ты никуда не пойдешь! – он протянул руку и коснулся пальцами ее щеки. Девушка отстранилась и обожгла его взглядом.

– Вы позволяете себе вольности, которые не делают вам чести!

– Уж вам ли беспокоиться о таких пустяках, как честь? Разве это не вы целовались с бароном Луцем на глазах придворных? Раз этому плебею можно, то мне подавно! – молвил он, подступая еще ближе.

– Это угроза?

– Что ты, какие угрозы, – Алистар поймал пальцами ее подбородок и вынудил смотреть в глаза, – ты осмелились мне дерзить, это мой ответ. Что-то не по нраву?

– Ваше поведение…

– Соответствует моему высокому статусу, – его пальцы скользнули чуть ниже к ее шее. – Баронесса Фон Герц, эта игра для двоих, ну же сделайте шаг мне навстречу! – прикосновения маркиза становились все ощутимее, еще немного и мерзавец начнет лапать грудь. София ударила его по руке.

– Да, как вы смеете! Вам ли не знать, что тот поцелуй просто часть задания в игре!

– Может да, а может, нет! Если не хотела целовать, могла отказаться.

– Не могла!

– Значит, хотела, и поцелуй был вовсе неслучайным! Ну же, прекрати ломаться! – Алистар схватил ее за плечи, вжал спиною в стену и потянулся к губам. В ответ девчонка изо всех сил оттолкнула его, а потом замахнулась, чтобы влепить пощечину. Мужчина перехватил руку налету.

– За кого вы меня принимаете? Я фрейлина и в этом нет ничего постыдного, но лучше я с позором покину дворец, нежели предамся разврату! Умерьте свой пыл, лорд, с каждым словом, вы становитесь все омерзительнее.

– Хватит, – он до боли сжал ее запястье, – говорить со мной в подобном тоне! Ты так отчаянно цепляешься за свою гордость. Надеешься на удачное замужество? А что ты можешь дать будущему мужу? Слышал, у тебя даже собственной лошади нет. Твое положение столь ничтожно, что тебя аристократкой назвать можно с большой натяжкой! От былого состояния горстка монет осталась, да старое поместье!

– И что с того, что я бедна? Думаете, меня нет гордости, нет чувства собственного достоинства? Нет сердца? Вы способны видеть только тех, у кого есть деньги? Где ваше благородство. Где честь и достоинство? Вы вообще сын своих родителей?

– Замолчи! – Алистар тряхнул ее, чтобы она прекратила нести ересь. Теперь девчонка смотрела на него перепуганными глазами, а в уголках блестели слезинки. – Сопротивление бесполезно! Ты все равно окажешься в моей постели.

София дернулась, высвободив руки, стерла бесполезные слезы и посмотрела на мужчину снизу вверх.

– Интересно, герцогиню Де Фурье вы так же уговаривали? А маркиза Фон Гарт долго сопротивлялась? Возможно, стоит упомянуть о Марисе Де Борга, помниться у нее ревнивый муж...

Глаза Алистара округлились, он отступил назад и воззрился на девушку с таким видом, будто она превратилась в демона из преисподней.

– Откуда?

– Не ваше дело, – растирая покрасневшие запястья, ответила София. – Держитесь от меня подальше, иначе длинный список ваших любовных побед станет достоянием общества! – а затем гордо удалилась, маркиз проводил ее взглядом. Обладать строптивой красоткой захотелось еще сильнее, но стоило признать, он оказался не готов к такому отпору. В любом случае это не первый шантаж и не последний. Разберется.

***

Выяснение отношений закончилось, люди разошлись, но никто не заметил постороннего наблюдателя. Лорд Луц вернулся, услыхав громкие голоса, и застал прелюбопытную картину. Из услышанного следовал вывод, что фрейлина не так наивна, как хочет казаться. А еще Джерард точно знал, где столь подробно описаны похождения маркиза. Оставалось только проверить факты. Если все сложится, то баронесса Фон Герц и есть сообщница вора.

Подобное развитие событий не радовало, скорее наоборот. Луц не желал, чтобы красавица оказалась замешана в преступлении. Пальцы сложились в кулак, на костяшках стали заметны старые шрамы. Садануть бы этой самой рукой в морду Алистару, дабы поучился манерам. Одно дело флиртовать с барышней, а совсем другое – навязывать свое общество силой и статусом. Джерард выдохнул и разжал кулак, напомнив себе, что это не его дело. К чему лишние неприятности?

– София, – даже ее имя произносить безумно приятно, – никогда не будет твоей! – одной фразы не хватило, чтобы выбросить из головы образ светловолосого ангелочка. Мужчина и направился в архив, только работа может отвлечь от дурных мыслей.

Хранилище встретило тишиной и запахом старых дел. На полках выстроились папки или связки листов, перетянутых лентой накрест. Что мог разыскивать здесь вор? И нашел ли? Барон подошел к стеллажу и проверил документы. Досье маркиза Де Сеттера стояло на месте. С одной стороны, это обрадовало, с другой – вопрос так и остался открытым.

– Откуда София узнала имена, не наобум же их назвала? Хотя...

Джерард припомнил, насколько подробно она описала пропавших служанок. В принципе обладая наблюдательностью, вычислить любовниц маркиза не так уже сложно. И все же лорда не оставляло ощущение, что София ознакомилась со списком, который хранился в архиве.

Мужчина побарабанил пальцами по столу, вновь собирая кусочки ребуса. Сначала появился вор, потом начали пропадать служанки, а теперь это смехотворное покушение на фрейлин. В событиях нет логики, их ничего не связывает между собой. Джерард задумался, если вор маг? Он ведь мог затаиться среди фрейлин? Но зачем устраивать это нелепое покушение и привлекать внимание? Напугать Софию? Но каким боком к этому причастна Римана. Откуда вообще взялся яд?

Щелкнул замок, Джерард обернулся и поспешно склонился в поклоне.

– Ваше Высочество!

– Полно вам, лорд Луц, – махнул рукой принц, его взгляд казался пустым, как у почившего. Брат короля даже улыбался холодно и отстраненно. – Что привело вас в это унылое место?

– Проверял все ли на месте?

– Кому нужны эти бумажки, – принц подошел к стеллажу и провел рукой по корешкам книг. – В придворных сплетнях больше истины, чем здесь, – он вытащил то, что искал и обернулся. – Ежели нарушитель спокойствия только объявился при дворе, тогда его любопытство вполне объяснимо.

Джерард замер, как вкопанный. Ну, конечно, вору больше неоткуда почерпнуть сведенья о придворных. Значит, он все еще во дворце, просто сменил тактику. Вот прохиндей и что же он задумал?

– Смотрю, на вас снизошло озарение.

– В каком-то смысле вы правы, ваше Высочество, – принц пожал плечами и удалился, прихватив книгу.

Джерард тоже не стал задерживаться, на сегодня запланирована еще одна встреча. Он отправился в условленное место, но осведомителя опоздал на целый час, вид у него был угрюмый, а поведение дерганное. Стражник по-свойски махнул рукой барону и подошел ближе.

– Что произошло, выглядишь отвратно?

Мужик осклабился, продемонстрировав неровные зубы.

– Дело было, – заявил он, – дурное. Ну, его к бесам. Давай о твоей писульке потолкуем. Мои орлы перетряхнули половину квартала, где живут искомые девицы. Никто их не видел. Сами они, как выяснилось, из приюта, ни батька, ни матери нету. Так что порадовать, твою милость нечем.

– Будочников расспросил, что говорят?

– Божатся, что девчата из дворца не выходили ни днем ни ночью. Нечистых рук энто дело, – проворчал страж. – Я тебе все как на духу выложил. Касательно твоего вопроса. Но мне есть что добавить, токмо не знаю насколько это полезно. – Джерард вопросительно изогнул бровь. – Я поведал о деле сотнику, ну Дьяру, ты знаешь его, свой мужик. Подчиненных в обиду не даст, но и самоуправства не допустит. Так вот, рейнджеры на окраине города нашли растерзанные тела. Стражу кликнули, Дьяр туда, значит, подался узнать, чего да как.

– Столько тел? Кого-то опознали?

– Опознавать нечего там было, – признался страж, отводя глаза, – но дело вот в чем, когда мы сию беседу вели, я припомнил, что ты о колечке церковном писал. Будто одна из девиц носила, так вот значится колечко в описи, даже храмовые имена совпадают. Стало быть, нашлась одна из служек придворных и дело тут с душком отвратным. Очень лихой человек по округе ходит, мракобес...

– Другие тела находили?

– Нет, Хвала Единому.

– Если найдут, сообщи! – к стражнику перекочевал небольшой мешочек, набитый монетами.

– Честь по чести, твоя милость, как только чего случиться, сразу поведаю, – заверил служивый, поклонился и отправился восвояси. Джерард проводил его мрачным взглядом.

Здесь, в королевстве, люди называли мракобесьем все, что не поддается объяснению. Но в Вестфале каждый житель знал, что такое демон и каковы последствия кровавого пира. Официально демонический культ был запрещен, но кто станет считать пропавших рабов. Джерард сжал кулаки, так что костяшки побелели. Если в деле замешан жрец, он прикончит его собственными руками. Ну, а пока нужно обзавестись и экзорцистом.

Глава 6. Празднество

Близился долгожданный праздник Солнца. Горожане украшали дома гирляндами из красной бумаги, рисовали узоры на стеклах карминовой пылью. Мастерили алые фонарики и ловушки духов. Существовало поверье, что день Солнца нужно встречать в пестрых одеждах оранжевого, красного или желтого цветов. Дабы приманить к себе светлого духа, тогда весь год будет удачным. Посему люди заранее шили наряды, закупали продукты и готовились справлять празднество. На площадях выстраивали помосты для артистов, корчмари выкатывали бочки с вином. Пить и веселиться нужно до упада.

Дворец тоже преображался до неузнаваемости. Залы украшали шелками, цветами и бумажными гирляндами, а под потолком развешивали фонари, которые мастерили придворные дамы. Во время бала королева выбирала самую красивую поделку и награждала умелицу драгоценным подарком.

Придворные в день Солнца могли облачиться в любые цвета, а не только в те, что полагались по этикету. Дамы старались выделиться изо всех сил, а мужчины традиционно проявляли сдержанность, ибо считалось постыдным быть разряженным аки птица счастья.

Лордов ожидали другие испытания. Рыцари начищали доспехи, обновляли гербовую краску, взбивали плюмажи на шлемах, вскоре им предстояло состязание за звание первого меча королевства. Желающих поучаствовать хоть отбавляй. Вот только одного желания недостаточно, требовался еще полный рыцарский доспех, боевой конь и знатное имя. Все, кто не подходил под сие описание, отсеивались герольдами еще до начала турнира. Особо ретивых осаждал герцог Роберт Де Вильм.

Алистар каждый год принимал участие в забаве, более того, он дважды становился победителем. Нынешний год не стал исключением. Пока герольд вносил его в список участников, маркиз просматривал имена соперников, улыбка не сходила с его лица.

– Сплошные неудачники, победа будет легкой!

– Там не все, милорд! – сообщил герольд и передал рыцарю еще один лист.

Маркиз вначале не поверил глазам, но имя – Джерард Луц никуда не исчезло.

– Как этот прохиндей втиснулся в ряды доблестных рыцарей? – возмутился Алистар, но герольд сделал вид, будто не расслышал вопрос.

Луц обладал титулом барона, но его владения настолько скудны, что совсем не приносят дохода, а сам он не то, что доспехов, даже боевого коня не имел. Маркиз не успел задуматься над причинами, побудившими Джерарда записаться на турнир, как сам виновник вошел в судейскую залу и чинно поклонился герцогу.

– Ваша светлость.

– Лорд Луц, – заулыбался Де Вильм, он был уже немолод и слегка поднабрал вес, но самой примечательной чертой внешности являлась абсолютно лысая голова. Почему достопочтимый господин не носил парик, как это предпочитали делать другие, оставалось загадкой. – Думал, глаза меня подводят, когда увидал твое имя среди участников. Решил задать трепку сорванцам? – под сорванцами, герцог подразумевал, знатных рыцарей, большинство которых начали постигать воинскую науку с пеленок, соответственно во многом превосходили безродного барона.

– Конечно, нет, – улыбнулся обычно мрачный Джерард, – между нами говоря, участие в турнире –единственный способ держаться на расстоянии от Вестфальских послов.

Алистар поморщился при упоминании чужестранцев. Они явились, как всегда, неожиданно и вот уже четвертый день гостевали во дворце. В детали переговоров маркиз посвящен не был, но от старшего брата наслушался порядком, даже сам начал испытывать неприязнь к этим варварам. Натянув на лицо дружескую улыбку, лорд подошел к герцогу.

– Доброго дня, ваша светлость?

Лысый взглянул на него и поджал губы.

– И тебе не хворать! – от такого ответа Алистар подавился заготовленной фразой. – Вижу, решил проявить прыть да силушку молодецкую? Что ж дерзай, первый клинок королевства, – последняя фраза прозвучала особенно ехидно, даже с подковыркой.

Маркиз сжал зубы, вообще-то это звание он получил заслуженно, притом дважды. Окажись на месте герцога менее влиятельный дворянин, Алистар немедля вызвал бы его на поединок, но с лысым шутки плохи. Зато остался барон, у которого за душой ничего.

– Какими ветрами вас занесло на турнир, лорд Луц?

– Теми же что и вас.

– Помилуйте, у вас ни доспеха, ни коня!

– Боюсь, ваши сведенья слегка устарели, этой ночью у меня появились и доспехи, и боевой конь, – увидав округлившиеся глаза маркиза, Луц ухмыльнулся во весь рот и доверительно сообщил: – Выиграл в карты у самого Поццио Де Борго. Фортуна благоволит мне.

– Но вы даже с правилами не знакомы!

– Лорд Алистар, вы меня удивляете, с правилами я ознакомился до того, как сел играть в карты.

– Тебе не победить! – процедил маркиз.

Джерард перестал улыбаться, смерил взглядом противника.

– Выясним на арене.

Алистар сжал кулаки и молча покинул судейскую залу.

Солнце только взошло, а трибуны уже заполнились зрителями. Люди бросали дела и на утренней зорьке спешили к ристалищу, чтобы втиснуться на свободное местечко. Некоторые и вовсе приходили глубокой ночью.

Арену подготовили к состязаниям, по одну сторону расставили щиты зачинщиков, по другую – защитников. Храмовые лекари установили сине-красные палатки в углу ристалища. У ворот для въезда бойцов, выстроились герольды, по случаю праздника они облачились в парадные, красные ливреи с золотым шитьем. Чуть поодаль расположились трубачи и пара вестников. За ними отряд рыцарей в начищенных до блеска доспехах, их задача – поддержание порядка.

Зрители изнывали от предвкушения. Имена участников огласили только утром, но болельщики уже делали ставки на фаворитов. Процентщики вертелись, как мухи, их желто-синие колпаки выглядывали отовсюду, как заячьи уши из кустов в лесу. Пока простолюдины разменивали медь, в галерее напротив, собирались почтенные купцы и мелкие дворяне. Верхние места заполнялись знатью.

Западную галерею арены украсили особенным образом. Там возвели помост и натянули балдахин из алого шелка, он костром пестрел на ветру. Перила увивали цветы, а всю ложу щедро украсили бумажными фонариками. В центре стояло кресло, застеленное бархатом. Победитель турнира в награду получит не только звание первого меча королевства, но и возможность назвать имя дамы, которая станет Солнечной принцессой, а затем вручит награды своему рыцарю. Вокруг ложи вертелись красавицы, каждая девушка воображала, что именно она займет почетное место.

Лорды усаживались в восточной галерее. Между ними сновали слуги в костюмах горчичного цвета, разносили вино и яства. На самом краю устроилось духовенство. Монахам не возбранялось посещать турниры, но вино и угощения им никто не подносил.

Раздался первый звон колокола, что означало прибытие монарха. Бенедикт, облаченный в бело-золотистый камзол, показался в восточной галерее, миновал коридор почетного караула и замер возле перил. За его левым плечом стояла королева-мать. Генрих, старший брат короля, на игрищах отсутствовал, впрочем, как обычно. Потому в народе и прослыл – мрачным принцем. Толпа встретила монарха одобрительными возгласами. Государь жестом велел разжечь церемониальное пламя.

Затрубили трубачи, заиграли фанфары и дудки, в тот же миг из ворот показались рыцари.

Первым из зачинщиков на арену выехал маркиз Де Сеттер – победитель прошлогоднего турнира. Его доспехи блистали на солнце, отливая золотом. Белоснежный конь шахской породы улавливал малейшее движение поводьев. Трибуна встречала Алистара громогласным ревом.

От команды защитников, на арену выехал маркиз Фон Нохт, он был соперником Алистара и в прошлом году. Его черный конь, першеронской породы, диво как хорош. Такого скакуна в королевстве нельзя купить за деньги, только самостоятельно привести из-за моря. Вильфреда тоже встречали неистовым ревом, аж стены задрожали.

Следом за предводителями на арену выезжали другие рыцари, герольды зачитывали имена и титулы, в эти мгновенья толпа замирала и прислушиваясь. Последним из защитников на арену выехал неизвестный барон Луц. На лошади Кауровой масти, в черных доспехах без отличительных знаков и со странным гербом, верх которого украшала баронская корона, а под ней изображен месяц, разрубленный пополам. Доспехи на рыцаре сидели немного странно, словно не подогнаны для него. Не то чтобы вкривь да вкось, но близко к этому. Под щитом красовался девиз: «Промедление – смерть».

Приветствие закончилось, процентщики метались туда-сюда, принимая последние ставки, пока герольды зачитывали правила турнира. Очередность рыцарей выбирали почетные маршалы, согласно приказу короля, а он предельно ясен – не потакать враждебности и не создавать причин для кровной вражды. Бенедикт Отто Дер Ламберт запретил смертоубийство после того, как потерял на турнире близкого друга.

Снова заиграли трубы и рожки – это последний знак, лошади рыцарей сорвались с места, воины помчались друг на друга. Столкновение оказалось коротким, но звон оружия было слышно за версту. Шум сражения заглушали крики болельщиков.

После первых стычек, выяснилось, что зачинщики с блеском выдержали столкновение. Алистар сшиб своего противника, его приятель граф Сантуш тоже остался в седле. Даже юному виконту Мартину Ван Дер Мару повезло свалить противника, хотя парень промахнулся и вместо шлема ударил в плечо. Недотепа Де Винтер тоже остался в седле, хотя лишился копья.

Команде защитников повезло значительно меньше. Фаворит толпы – Вильфред Фон Нохт остался в седле, а троих его товарищей сшибли.

За первым раундом последовал второй и третий, но удача благоволила только зачинщикам из команды Алистара. Защитники то промахивались, то ломали копья о туловище рыцаря, подобное считалось более позорным, чем просто свалиться с лошади, ибо демонстрировало неумение обращаться со своим оружием. В четвертый раунд вышли наименее знатные рыцари, но их постигла та же участь. Из пяти защитников только один удержался в седле. Этим счастливчиком оказался неизвестный барон Луц, а вот его противнику не повезло. Джерард ударил копьем не в щит, а в шлем, да с такой силой, что рыцарь вылетел с седла, упал на землю и более не подавал признаков жизни. На этом завершился первый раунд турнира.

Следующий этап состоял из общего сражения, стенка на стенку. Такой вид борьбы намного опаснее одиночных схваток, но вместе с тем прибыльнее, победителю доставалась лошадь и доспехи поверженного противника. Большинство рыцарей приезжали на турнир только ради второго раунда. Для обнищавших родов сражение являлось средством к существованию. Одолев двух-трех рыцарей можно получить сто, двести злотых.

Команда защитников оказалась в меньшинстве, их всего тринадцать, в то время как зачинщиков – девятнадцать. Вильфред Фон Нохт осмотрел свое воинство и покачал головой, не на такой результат он рассчитывал. Из тринадцати бойцов, маркиз мог положиться только на пятерых, они опытные вояки, остальные – зелень, либо впервые на турнире, либо никогда не доходили до второго этапа. Помимо зеленых недотеп в команду затесалось еще одно недоразумение в доспехах из чужого плеча. Увы, выбирать не приходилось.

Джерард заметил на себе взгляд лидера, стянул шлем и подъехал к Фон Нохту. Прежде лордам не доводилось пересекаться, оттого маркиз удивился внешности барона Луца. Смуглолицый, черноглазый южанин имел вид лихой, черная лента пересекала лоб траурной полосой, не позволяя волосам сползать на глаза. Взор горел решимостью драться не на жизнь, а насмерть.

– Милорд, – Джерард склонил голову, приветствуя рыцаря. – Какова общая тактика?

Услыхав вопрос, Фон Нохт вскинул бровь.

– Тактика?

– У них преимущество, на шесть бойцов, пока есть время нужно решить, как уравняем шансы.

– Честным поединком, – не задумываясь, отвечал рыцарь.

– Тогда маркиз Де Сеттер одержит победу вновь…

Фраза больно царапнула самолюбие Вильфреда.

– Готов выслушать ваши предложения, лорд Луц.

– Для начала будем действовать слаженно, – заявил он, обернулся к остальным и махнул рукой. –Защитники, все сюда!

Звучно заиграли фанфары, извещая – перерыв окончен, настал черед второго раунда. Трибуны разразились неистовым ревом, встречая участников. Люди выкрикивали имена любимчиков. Алистар, будучи фаворитом рисовался, гарцуя по арене на белоснежном жеребце. Защитники вели себя сдержаннее, вместо бахвальства они обменивались жестами.

Как только зрители затихли, король подал знак. Взревели трубачи, заржали лошади. Зачинщики неспешно двинулись на противников, скандируя победный клич, а защитники остались на месте.

Толпа улюлюкала, противники насмехались и вот часть рыцарей не выдержали и ринулась вперед. Скабрезные словечки полетели им вслед с трибун. Команда Алистара к тому времени достигла центра арены. Вторая часть защитников бросилась, догонять первых едва те преодолели четверть поля.

Зачинщики громко улюлюкали, предвкушая быструю победу над кучкой разобщенного отряда. Алистар выхватил оружие, занес над головой, его союзники выполнили то же самое. Они надеясь сшибить шестерых противников одним ударом, а затем расправиться со второй частью отряда.

Защитники именно на такое поведение и рассчитывали. Когда шестерка рыцарей оказалась в ярде от противников, воины пригнулись и одновременно свистнули через открытые забрала шлемов. Лошади зачинщиков сбились с шага, мечи ударили по воздуху. Двое горемык, едва не выронили собственные клинки. Зачинщики пронеслись мимо противников и оказались в плотной песчаной завесе.

Вторая волна защитников воспользовалась преимуществом. Семь рыцарей ворвались в разрозненные ряды противников, словно клинок в тело врага. Их громкий клич сбил с толку рыцарей. Алистар приказывал сомкнуть ряды. Пока люди пытались сориентироваться, на них обрушилась атака с тыла, это первая волна рыцарей развернула лошадей и ринулась в бой. Зачинщики оказались в кольце, исход поединка был предрешен.

Трубачи, по знаку короля, затрубили окончание второго раунда. Промедление смерти подобно с такой стратегией рыцари из команды Фон Нохта могли перебить зачинщиков. Кому же тогда сражаться в третьем этапе?

Громогласный звук не остановил сражение, разнимать вошедших в раж рыцарей, довелось маршалам и отряду стражи. На трибунах царила тишина. Отряд защитников потерял троих бойцов, которые вылетели из седла во время заварухи. Лорд Алистар лишился практически половины отряда.

Как только пыль немного улеглась и пешие удалились с арены, трибуны ожили. Такого рева стены еще не слыхали, даже король рукоплескал.

Вильфред Фон Нохт поклонился толпе, затем направил коня к барону Луцу, хлопнул рыцаря по плечу. Взял за запястье и поднял их руки над головой. Трибуны ликовали – у них появился новый фаворит. Горожане скандировали имя Луца и топотали ногами, казалось, стены вот-вот рухнут. Алистар был забыт, но маркиз так просто сдаваться не хотел. Он направил своего жеребца к новому фавориту. Его доспехи после второго раунда потускнели, а конь выглядел уставшим.

– Лорд Луц, ты смог выучить наш язык, но смысл честного сражения для тебя все также далек.

– Честное сражение? – протянул Вильфред, намекая о численном перевесе со стороны зачинщиков. – У вас, я погляжу, без борьбы и доблесть увядает. Готовьтесь к третьему раунду, лорд. На этот раз мы с вами обязательно скрестим клинки! – маркиз Де Сеттер заскрежетал зубами, но не нашелся с ответом.

Вильфред давно не испытывал такого благодушия, еще бы он наконец-то утер нос выскочке. Придворный бабник все свободное время ухлестывал за женщинами, а к оружию прикасался разве что по праздникам. Зато как бахвалился после первой победы, словно в войне победил, сопляк. Маркиз взглянул на барона, схватка не прошла для Джерарда бесследно, правый наплечник оказался сильно измят.

– Клянусь Единым, никогда не встречал более хитрого воина! – воскликнул Вильфред, протягивая руку. – Отныне вы, лорд Луц, желанный гость в моем доме, а ежели приключиться беда, можете смело рассчитывать на мою поддержку.

– Благодарю, милорд, – Джерард крепко пожал руку рыцарю.

– Давайте, условимся об одной мелочи? – предложил Вильфред. – Вижу, вы не слишком дружелюбно настроены к маркизу Де Сеттеру, впрочем, как и я сам, – Джерард ответил заинтересованным взглядом. – Коль один из нас покинет арену, то второй должен приложить все усилия и повергнуть маркиза. Я вижу, вы искусный воин, пора поставить на место сорванца.

– Независимо от исхода этого раунда я не позволю лорду Де Сеттеру заполучить победу.

Вильфред удовлетворенно кивнул.

– Рад, что не ошибся в вас, Джерард.

Снова заиграли фанфары, призывая к вниманию. Заключительная часть турнира, все против всех. Шестнадцать рыцарей, которые прошли второй этап, разделили на четверки, победит только один. Никаких конных схваток, воин мог выбрать любое оружие и драться до заветной победы.

Большинство рыцарей избрали привычный для себя меч. Только Луц выбрал – копье. Поврежденное плечо не позволяло сойтись в ближнем бою, копье давало шанс на победу. К удивлению толпы, барон снял часть доспеха, осталась только кираса, которая защищала от ударов корпус, зато теперь Джерард мог передвигаться намного быстрее. Да и сражаться на песке удобнее без тяжелой брони.

Запели трубы возвещая начало поединка. Барон Луц схватил копье левой рукой и молниеносно нанес удар в шлем графа, тот даже щитом прикрыться не успел, повалился на песок, как подкошенный. Два других противника, осознав всю опасность положения, выступили против барона общими силами. Джерард ринулся вред, пнул ногой щит рыцаря, который находился справа, и сразу приложил его краем копья по голове. Шлем завибрировал, бедняга пошатнулся, но не упал. Второй противник занес клинок над головой барона, Джерард не глядя, уклонился, но тут удача покинула его – шлем сполз на глаза, полностью перекрывая обзор. Приходилось ориентироваться исключительно на слух, застежка не поддавалась, противник размахивал клинком, тесня Джерарда. Толпа восторженно ахала, каждый раз, когда барон уклонялся от смертоносного лезвия. Наконец-то он сорвал шлем с головы и первое что увидел – это летящее на него острие клинка. Джерард выставил перед собой копье. Меч перерубил древко и по инерции ушел вниз. Барон ударил обломком из правой руки по долу меча, а из левой по макушке шлема. Рыцаря повело в сторону, он с минуту стоял на своих двоих, а потом завалился на бок, как мешок с овощами.

Неистовый рев заполнил каждый дюйм пространства. Земля дрожала от силы звука.

Джерард выпустил обломки копья, закрыл глаза и поднял лицо к солнцу. Рука потянулась к шее, хотелось удостовериться, что рабского ошейника там нет, а происходящее всего лишь – турнир. Арена гладиаторов осталась в далеком прошлом.

Толпа ликовала, фавориты дошли до финала. Маркизу Де Сеттеру слегка помяли броню. Вильфред Фон Нохт, вышел из схватки победителем, но припадал на правую ногу. Он отсалютовал толпе и побрел к выходу, почти добрался, рухнул у самых ворот. Еще одним счастливчиком оказался молодой граф Де Винтер из команды зачинщиков. Рев толпы не утихал, такого финала никто не ожидал. Впереди последний бой.

Три рыцаря сошлись в центре. Джерарду подали новое копье. Алистар прожигал барона ненавистным взглядом, если бы мог, испепели бы на месте. Лорд Луц являл собой образчик спокойствия. Граф Де Винтер переводил недоуменный взгляд с одного противника на другого, словно чувствовал неприязнь между ними, но при этом не мог предсказать, как лорды поведут себя в сражении.

– Эй, безродный, сегодня ты уснешь в аду! – прошипел Алистар.

– Я не доставлю тебе такого удовольствия, – парировал Джерард, перехватывая копье в левую руку.

Взревели трубы. Алистар и Джерард не сговариваясь, напали на графа Де Винтера. Бедняга мешал обоим, ведь мог примкнуть к одному из рыцарей. Горемыка повалился на песок, не сообразив, что произошло. Публика протестующе загудела.

Противники закружили, словно коршуны. Алистар первым потерял терпение и бросился в атаку, но тут же схлопотал удар в правое плечо. Барон крутанул копье в руке, и обратной стороной ударил маркиза по бедру слева. Алистар взревел, позорнее было бы, только в том случае, если бы удар пришелся по рыцарскому заду. Он яростно нападал на Джерарда, но тот, словно змей, уклонялся от рубящих ударов и отступал от колющих. Потом маркиз и вовсе потерял мерзавца из виду, юркий Вестфалец отыскал слепую зону. Алистар превратился в слепого птенца, он раз за разом получал издевательский удар копьем по щиту, вертелся волчком, но не мог отыскать ненавистного барона.

– Хватит прятаться как трус! – рявкнул он.

Следующий удар пришелся не в щит, а поперек спины. Маркиз чудом устоял на ногах, прорычал ругательство сквозь зубы и принялся стягивать шлем.

– Думаешь, поможет? – ухмыльнулся Луц, он намеренно дал противнику время снять доспех.

– Я тебя на шнурки порублю!

Алистар замахнулся мечом и с ревом кинулся на барона. Джерард играючи ушел из линии атаки. Он скользил по песку, так легко, будто всю жизнь прожил в пустыне. Маркиз в тяжелом доспехе повторить подобное не мог. Рыцарь запыхался, пытаясь догнать прохиндея, его удары слабели, про точность и говорить нечего. Джерарду надоело забавляться, он чуть сменил положение, так чтобы Алистар оказался к нему боком и ударил копьем по ногам. Маркиз споткнулся, нелепо взмахнул руками и упал лицом в песок. С трибун грянул хохот. Рыцарь отплевался и попытался подняться, но не смог, его лицо побагровело.

Джерард пнул его ногой бок, чтобы рыцарь перевернулся на спину и приставил к шее острие копья.

– Ты повержен! – изрек Джерард, большего унижения и придумать нельзя.

Громко заиграли фанфары, на арену выехал герцог Де Вильм, почетный судья турнира. Рядом с его вороным жеребцом гарцевал великолепный конь в полном боевом облачении. Герцог улыбался во весь рот, лысина блестела на солнце словно отполированная. Он протянул повод Джерарду, тот принял награду и вскочил в седло без помощи стремян.

– Прими поздравления, мой мальчик, ты отлично себя показал, особенно во втором раунде. Уважил старика, – усмехнулся герцог, затем кивнул в сторону западной ложи и напомнил: – А теперь иди, выбирай свою солнечную принцессу, смотри, как девицы выстроились, лучше солдат в королевском полку.

Джерард несколько растерянно оглянулся, герцог сразу понял, в чем сложность и подсказал:

– Сначала ступай к королю!

Лорд поблагодарил судью и направил коня к ложе государя. Толпа затихла, в надежде уловить каждое слово его Величества.

– Лорд Луц, вверяю вам почетную обязанность избрать даму, которая станет Солнечной принцессой. Протяните же ваше копье! – барон повиновался приказу, Бенедикт надел венок на острие и жестом предложил выбирать. Со всех сторон посыпались имена кандидаток, но Джерард их не слушал. Он равнодушно смотрел на лица знатных дам и не знал, кого выбрать. Придворные змеи его на дух не выносили, так зачем тешить их самолюбие?

Среди пестрой толпы он вдруг заметил Софию. Фрейлина стояла чуть поодаль, алая лента трепетала в светлых волосах. Одетая в светлое платье красавица, притягивала взгляд, как белый голубь среди попугаев. Мужчина мысленно пожелал себе удачи и тронул поводья.

Фрейлины заулыбались, когда поняли, что победитель направляется к ним. Маргарет даже подалась вперед, ее рыжие волосы на солнце приобрели медный оттенок, а белая кожа казалась фарфоровой. Платье из дорогого бархата, украшала искусная вышивка. Фрейлины, затаив дыхание, скосили взгляды на фаворитку короля. Джерард сохраняя невозмутимое лицо, миновал Маргарет и под вытянувшиеся лица дам, положил венок на колени Софии Фон Герц.

Девушка посмотрела на него недоверчиво, будто спрашивала: «А не ошибся ли ты часом?». Джерард убрал копье и поклонился на Вестфальский манер, прижав руку к сердцу.

Северная трибуна взорвалась одобрительными возгласами. Трудягам пришлось по душе, что не какая-то там расфуфыренная дама стала королевой праздника, а прелестная скромница.

Больше всего победителю завидовал Алистар Де Сеттер, он тоже намеревался отдать венок Софии, чтобы извиниться за резкое поведение, заодно воспользоваться моментом и заполучить танец, а может даже поцелуй. Безродный ублюдок не только выставил его посмешищем, но и отобрал у него возможность очаровать девчонку.

Толпа ликовала, когда Джерарду вручили заслуженную награду.

Отдельную радость испытывали процентщики, подсчитывая золото. Пройдохи сорвали огромный куш благодаря неизвестному барону. Никто даже предположить не мог, что Луц одержит победу. Ну, почти никто. Самый богатый процентщик столицы Исаак Шац, хотел рыдать навзрыд, как дите, едва встретил на пороге смуглолицых уроженцев Вестфала. Рабы, выряженные в дорогие шелка, явились перед началом турнира и поставили три сотни золотых риалов на барона Луца. Исаак только посмеялся над иноземными олухами, а теперь пытался сообразить, как бы их надуть.

– Наш хозяин, девятый сын великого Элла Кха, правителя солнечного Вестфала и повелителя бескрайних песков, требует его выигрыш, – говорил раб с акцентом, но Исаак без труда его понял, руки задрожали. Отдавать золото не хотелось, это все равно, что родных детей подарить, но шутки с Вестфальскими принцами заканчиваются плохо. Покидая королевство, высокородный чужеземец мог приказать рабам сжечь бедного Исаака вместе с лавкой. Дрожащими руками Щац вынул девять сотен золотых и выложил на стол перед рабом. Воин забрал и ушел не прощаясь.

Глава 7. Бал

Солнце медленно скрылось за горизонтом. Столица отмечала праздник, отовсюду доносилась музыка, люди танцевали на улицах, распивали вино и горланили похабные песни. Во дворце все только начиналось. Слуги зажигали свечи в залах, музыканты занимали места на верхней галерее. Скоро начнется бал, но это будет не простой бал, сначала всех ждет конкурс талантов, в котором примут участие фрейлины и несколько придворных дам.

София расхаживала по комнате в бальном платье, тщетно пытаясь унять дрожь. Она ни разу не выступала на публике, а сегодня перед ней будет сам король. Масла в огонь подливали косые взгляды фрейлин. После того, как она получила венок, ее будто все скопом возненавидели. Баронесса улыбнулась отражению в зеркале.

– Все будет хорошо, Софи, ты можешь!

В двери постучали, на пороге стояла Римана, сегодня она выглядела еще бледнее, чем обычно. Наверное, испытывала волнение перед выступлением.

– София, ты не могла бы помочь?

– С чем?

– Люси где-то запропастилась, остальные горничные заняты, а я сама не справлюсь с платьем.

– Конечно, заходи, – улыбнулась баронесса, посторонилась и принялась шнуровать корсет. – Волнуешься?

– Все волнуются, – пожала плечами Рима и поймала взгляд Софии в зеркале. – Знаешь, что случиться, если не выступишь?

– Нет.

– В позапрошлом году, графиня Алия Фон Шер не пришла. Королева разгневалась и велела фрейлине убираться из дворца. Поговаривают, с тех пор графиня сидит в дальнем поместье своей семьи. Она до сих пор не получила ни одного предложения, даже простолюдин на ней жениться отказался.

– Страшно представить, – шепнула София, мотнула головой и быстренько завязала шнуровку. – Вот и все, ты удивительно красивая!

Яркое оранжевое платье из дорогой парчи, идеально подходило северянке, жемчужное колье дополняло образ. Рима одна из тех барышень, кто не выставлял себя напоказ, как Маргарет или Луиза.

– Спасибо тебе, – девушка повернулась и взяла баронессу за руку. София уставилась на собеседницу с немым удивлением, ее ладонь была ледяной.

– Ты в поряд… – договорить она не успела, Рима раскрыла вторую руку и дунула в лицо белую пыль.

София вдохнула и предметы пустились в пляс, а ноги ослабели. Голос Римы доносился, словно сквозь толщу воды. Она подошла ближе склонилась над баронессой. Глаза северянки чернели, как адская бездна. София попыталась отползти, хоть чуток, не смогла. Рима поправила выбившуюся прядь волос в прическе баронессы и заулыбалась:

– Завтра, моя дорогая, я приду за тобой, и больше ты не сбежишь!

Конкурс талантов начался спустя час, его открыла старшая фрейлина, игрой на арфе. Ее пальчики едва касались струн, ласкали и поглаживали, наполняя зал не столько музыкой, сколько душевной теплотой. Королева наслаждалась мелодией, прикрыв глаза, на губах сияла улыбка. Леди перебирала струны, очаровывая гостей. Когда музыка утихла, улыбался даже король.

Следом выходили другие участницы-музыканты, но их мастерство не могло похвастать такой же виртуозностью.

Бурные овации сорвала Луиза, она выпорхнула на помост, словно мотылек и закружилась в танце. Белые шелковые юбки полукругом обвивали девичий стан, притягивая к себе взгляд. Девушка обладала великолепной грацией и за старания получила одобрительную улыбку королевы. А вот гости из Вестфала скучали, как и победитель турнира.

Когда на сцену вышла Маргарет, магические светильники погасли. В звонкой тишине начала свою песнь скрипка. Рыжая бестия управлялась со смычком настолько виртуозно, что глаз не отвести. От музыки перехватывало дыхание, она касалась самых потаенных струн души. Зрители замерли не в силах пошевелиться, казалось, рыжая красавица захватила всех в плен игрой, а смычок скользил по струнам, одурманивая. Темп ускорился, скрипачка открыла глаза, улыбнулась и оглядела зал.

Девятый принц Вестфала, избалованный прелестными невольницами, забыл, как дышать. Душа ликовала, мелодию хотелось слушать вечно, сердце замирало, а по коже пробегали мурашки.

Кульминационный момент, и скрипка умолкает. Песня закончилась, волшебство развеялось, но никто не пошевелился. Слушатели околдованы, для их сознания музыка еще не затихла, она звучала в душах и сердцах. Король поднялся и зааплодировал первым, вскоре присоединились остальные. Овации не утихали. Зрители улыбались, мысленно рыжеволосая красавица, уже стала победительницей.

Вслед за Маргарет на помост поднимались другие девушки, они пели, танцевали, играли. Но их выступления не цепляло душу, им не хватало волшебства.

– Баронесса София Фон Герц! – объявил церемониймейстер, но на помост никто не вышел. Среди гостей пробежали шепотки. Глаза королевы гневно сузились, а в следующий миг в зал наполнился барабанной дробью. Звук заставил трепетать, было в нем что-то первобытное можно даже сказать варварское.

Барон Луц замер, этот барабанный перестук был ему знаком. Полузабытое воспоминание из далекого детства – солнце, море и пляски в отсветах костра. Джерард протиснулся ближе именно в тот миг, когда на помост просочилась тень. Барабаны умолкли, зрители смогли рассмотреть Софию. Светловолосая красавица облачилась в черное шелковое платье с рукавами до самого земли. Ткань колыхалась от малейшего движения.

Вдруг магические фонари погасли, София наполовину растворилась во тьме, только пламя от свечей скользило по ткани, вырисовывая пленительные женские формы, что скрывались под шелком.

Барабаны снова вступили игру. Танцовщица медленно повела бедрами, отблеск свечей объял силуэт, подчеркнул гибкую фигуру. Она двигалась так плавно и завораживающе, как гремучая змея. Ритм становился быстрее, но девушка легко следовала такту музыки. Когда она кружилась светлые локоны, завитые в кольца, хлестали воздух, притягивая взгляды мужчин. Сердца людей вторили барабанами, хотелось поддаться искушению и пуститься в пляс так же, как верткая девчонка на сцене.

София упала наземь, барабаны умолкли. С зала послышались возгласы, зрители заволновались, решили, что красавице стало плохо, только Вестфальский принц не поддался на уловку. Он не сводил глаз с девушки. Разгоряченное воображение требовало продолжения, но танцовщица не шевелилась. Кто-то в зале нетерпеливо воскликнул:

– Это все?

Слова стали сигналом – заиграла скрипка, девушка вскочила и резким движением сорвала черное платье. Мужская половина залы ахнула, дамы жадно впились глазами в наряд, прикусив губы от зависти. Под черным шелком скрывалось тонкое, золотое одеяние, которое носят восточные танцовщицы. Красивый лиф полностью закрывал пышную грудь, но вот живот оставался на виду, дальше начинались полупрозрачные шаровары. Зрители еще не успели отойти от резкого преображения, как девушка сняла с пояса два узких клинка. Скрипка пела, скрипка плакала, танцовщица улыбалась. Резкий взмах оружием и пение благородной стали присоединилось к звукам скрипки. На миг музыка умолкла, клинки тоже остановились, девушка развела руки в стороны и широко ухмыльнулась

– Огня! – выкрикнула она, лезвия окутались пламенем.

– Шельма! – воскликнул принц из Вестфала, а в глазах разгорался жар, нечто сродни похоти и вожделения.

Загрохотали барабаны, девушка лихо вертела оружие в воздухе, выписывая круги и восьмёрки, казалось пламя, окутывает ее хрупкий стан, еще больше подчеркивая золото на одежде. Барабаны сводили с ума, скрипка плясала, огонь ревел, клинки со свистом рассекали воздух. София стала воплощением страсти, огня и войны.

Барабаны умолкли, но скрипка, вторя пляске танцовщицы, продолжала игру. Последний резкий взмах, над свечками, по бокам сцены и пламя гаснет. Не только крохотные фитильки, но и лезвия клинков. Умолкла музыка, погас свет, танцовщица скрылась в темноте, столь же стремительно, как и появилась в начале танца.

Толпа безмолвствовала, люди оказались потрясены увиденным. Первыми опомнились слуги, включили несколько магических светильников. В тишине раздался голос Вестфальского принца:

– Клянусь предками, так восхитительно плясала, лишь нареченная императора! – услыхав сии слова, король пришел в себя и громко зааплодировал, к нему присоединились придворные. Даже королева рукоплескала, хотя ее душа разрывалась от негодования из-за фривольного наряда девушки, и в то же время ликовала от великолепного зрелища, которое ей довелось увидеть.

София поклонилась, ее выступление стало последним, но аплодисменты все не утихали. Фрейлина попыталась ускользнуть, а то ее наряд притягивал слишком много похотливых взглядов, дорогу заступил Вестфальский принц.

– Леди София! – он протянул руку, предполагая, что красавица сделает ответную любезность. Вестфальские традиции, позволили бы принцу оставить белокурую прелестницу подле себя на весь вечер, а может даже ночь. Дама спрятала руки за спину, а гостя приветствовала холодным кивком, как принято у него на родине. В черных глазах иноземца отразилась досада. – Хотел выразить вам, свое восхищение.

– Благодарю, – ответила красавица и поглядела в сторону, как будто перед нею не принц, а бедняк, выпрашивающий милостыню.

– Свет моих очей, я обошел весь мир, но не видел ничего прекрасно твоих глаз. Ты прекраснее луны и ценнее всех сокровищ, принц Харшид у твоих ног, – чужеземец покорно склонился перед девушкой, не сводя с нее свои черных плутовских глаз. Его низкий голос очаровывал, он снова протянул руку. – Смиренно прошу всего один танец…

Говорил прохиндей сладко, но фрейлина знала, соглашаться нельзя, но отказаться – дурной тон. Помощь пришла неожиданно.

– Леди София обещала первый танец своему рыцарю! – барон закрыл ее широким плечом. Вопреки предписаниям этикета, фрейлина вцепилась в руку Джерарда, как утопающий в деревянную щепку.

Принц изменился в лице, казалось, он смотрит не на лорда, а на червя. Чужестранец, громко произнес тираду на своем языке. София сжала зубы и прикрыла глаза, у нее было что ответить, но вмешаться – значило опозорить барона, ибо мужчина обязан защищать свою честь сам. Вот только барон Луц не ровня Вестфальскому принцу.

– Dare khran, ваши речи оскорбительны! – громко заявил маркиз Фон Нохт, недавний союзник Джерарда на турнире. София мысленно усмехнулась, принца сравнили с грязным дикарем. Гость, разумеется, тоже это понял, взгляд задержался на лице маркиза чуть дольше обычного, будто чужестранец мысленно пополнял список врагов новым именем. Отличительная черта Вестфальцев – злопамятность.

– Харшид, сын Великого императора Вестфала и хозяина бесконечных песков, – мягко произнес герцог Де Вильм, его лысина даже на празднике осталась не прикрыта. Костюм дышал нарочитой простотой, а на груди скромненько поблескивал алмаз, стоимостью в половину замка. – Великие умы древности, заповедовали, что вежливость – самая приятная добродетель. Как же вы могли сие запамятовать?

София не сдержала улыбку, вот она мудрость прожитых лет, так мягко отчитать принца за грубость не смог бы даже король.

– Красота прекрасной леди затмила мне глаза, – видя, как обстоят дела пошел на попятную иноземец.

– Не только вам, дорогой гость, не только вам, – добродушно отозвался герцог. – Милое дитя, подойди, тебя желает видеть король!

София с благодарностью приняла руку старика и облегченно выдохнула. Де Вильм заметил и весело подмигнул девице, чем заслужил лукавую улыбку.

– Простите милорд, – маркиза Натали Де Асьенд заступила дорогу, – думаю, прежде леди стоит сменить наряд.

– В таком случае передаю ее в ваши заботливые руки!

София покидала зал под надежным прикрытием – с одной стороны шагал первый советник короля, с другой, придерживая платье, шествовала старшая фрейлина королевы. Стоило им покинуть зал, как леди Натали поглядела на воспитанницу с легкой укоризной.

– София, чем вы думали, когда так выряжались?

– Того требовал танец, – потупилась девушка.

– Натали, не будьте столь строги к барышне. Ее выступление было ярким, в награду она заслужила внимание короля. Разве не это самый желанный приз?

– Вы не осторожны в ваших суждениях, милорд, – мягко отвечала маркиза, лукаво поглядывая на герцога. – Скоро девы вовсе голышом плясать начнут, ради благосклонности монарха. Стыд и срам!

– Вы преувеличиваете и причиной тому служат скудные познания о культуре иных народов, – парировал Де Вильм. За время службы он полмира объездил в качестве посла. Многое повидал на своем веку, так что спорить с ним о нравах весьма затруднительно. – Вот, к примеру, наши восточные соседи, приветствуя высокородных гостей…

– Даже не хочу знать, – прервала маркиза. – Вы смущаете умы невинных дев!

– В сем конкретном случае, я смущаю только вас, несравненная леди Натали.

София смотрела на старшую фрейлину, не веря собственным глазам, женщина залилась краской. Герцог заулыбался и перевел взгляд на баронессу.

– Прелестное дитя, постарайся избегать встречи с принцем Харшидом, если не желаешь отправиться с ним в Вестфал. Леди Натали, давайте вернемся в зал, мечтаю станцевать первый танец только с вами.

София проводила парочку взглядом и стремглав помчалась в комнату, сменила наряд и вернулась обратно. Слуга дожидался у порога и сразу сопроводил ее к монарху. Фрейлина сцепила руки и присела в низком реверансе. Казалось, еще немного и она упадет в обморок. Король подошел и протянул даме руку в белоснежной перчатке. София подняла голову и несмело коснулась теплых пальцев. Мужчина улыбнулся, ободряюще сжал ее ладошку и повел в центр залы.

– Что же вы дрожите, леди София? Неужели боитесь меня?

– Что вы, ваше Величество, куда больше я боюсь ошибиться в танце и случайно наступить вам на ногу, – король улыбнулся, искренность девушки пришлась ему по душе.

– Есть ли у вас просьба? – кружа фрейлину в танце, вопросил государь, следуя давней традиции. Победительница конкурса имела право попросить короля о чем-то, разумеется, желание не должно выходить за рамки этикета.

– Никак нет, ваше Величество, – в глазах монарха проскользнуло любопытство, но не оттого, что леди отказалась, а от формы ответа. Фраза подходила военному, но не фрейлине.

– И все же я настаиваю!

Девушка смутилась, глазки забегали, она никак не могла придумать, чтобы такое выклянчить у государя.

– Хорошо, Ваше величество, у меня есть просьба, – спустя какое-то время смущенно призналась София. – Но это не для меня, – Бенедикт вопросительно изогнул бровь. – Барон Луц, – после упоминания этого имени и вторая бровь короля поднялась вверх, – вступился за меня перед иноземным принцем и мне было обидно слышать, как его оскорбили, назвав рабом.

– Леди знает Вестфальский?

– Очень слабо, – София покраснела.

Король раздумывал недолго, затем улыбнулся и сообщил:

– Посол принесет извинения барону.

На губах девушки расцвела счастливая улыбка. Танец закончился без эксцессов, в том смысле, что взволнованная фрейлина не оттоптала монаршие ноги. Бенедикт, придержал баронессу за руку и вместе с ней направился прямиком к послам.

– Ваше Величество, – принц едва заметно кивнул, а его свита отвесила низкие поклоны.

– Друг мой, Харшид, смотрю, вам пришлись по душе наши празднования.

– Да, ваше Величество, здешние обычаи восхитительны. Они подчеркивают силу и доблесть воинов, а также раскрывают неземную красоту женщин, – чужеземец говорил это, не сводя глаз с баронессы, черные очи пылали страстью. – Признаться честно, беловолосая прелестница навеки похитила мое сердце и душу.

– Леди София, жемчужина двора, советую быть осторожнее в желаниях, – король произнес это ровным тоном, но в глазах принца вспыхнуло бешенство. – Что же касается вашей просьбы. Официально сообщаю – морских карт у меня больше нет! Сегодня баронесса Фон Герц вручила их победителю турнира в числе прочих призов, – после этих слов принц побледнел, а король улыбнулся. – Если вы все еще желаете их заполучить, договаривайтесь с бароном Луцем, моим верноподданным. Оставляю решение сего вопроса за ним!

София видела, насколько взбешен Вестфалец, но возразить королю он не осмелился. Бенедикт пожелал гостям хорошего вечера и увел за собой фрейлину.

– Ваше Величество, – вымолвила девушка, – не могу выразить словами благодарность.

– Справедливая награда за ваши старания, леди София, а теперь передаю вас в руки вашего рыцаря, – по знаку короля Джерард подошел ближе и замер, склонившись в поклоне. – Барон Луц, вверяю вам это сокровище, – изрек Бенедикт, вложил руку Софии в ладонь Джерарда и ушел.

Фрейлина не сразу осмелилась поднять голову. Барон тоже молчал, разглядывал светловолосую прелестницу. Девушка попыталась освободить свою ладонь, но мужчина не отпустил, чуть сильнее сжал ее пальчики, не до боли, нет, просто дал понять, что не даст уйти.

‒ На нас все смотрят! – шепнула девушка, но барон даже ухом не повел.

– Станцуете со мной? – произнести это вслух оказалось труднее, чем сразиться на арене. София посмотрела ему в глаза, улыбнулась.

– Боюсь, что иначе вы меня не отпустите.

Джерард сопроводил ее круг. София встала напротив, теплая ладошка легла ему на плечо и в этот миг мужчина почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. До этого дня никто не желал танцевать с ним. Дамы избегали его, словно прокаженного, а этот светловолосый ангелочек так близко, смотрит и улыбается. Джерард коснулся пальцами ее талии и сделал первый шаг. София доверилась его рукам и ступала след в след. Он не мог ею налюбоваться, голубые глаза сияли. Сейчас она ничем не напоминала, испуганную девицу с которой Джерард беседовал дюжину дней назад.

– Я не сильна в этом танце, – краснея от смущения, поведала фрейлина.

Мужчина шутливо подмигнул и признался:

– Я тоже.

София хохотнула, глаза барона округлись, выражение лица сделалось до того потешным, что фрейлина звонко рассмеялась, привлекая еще больше внимания. Мужчина невольно улыбнулся, вдруг осознав, что ее смех не злой, да и смеется она вовсе не над ним, а над ситуацией в целом. Оцепенение оставило его, Джерард увереннее повел ее в танце. Бывший раб умел сражаться любым оружием, даже овладел техникой двух мечей, только пляски на паркете давались с трудом. Девочка словно уловила его ритм и следовала ему вопреки правилам. Маленькая, удивительно теплая ладошка свободно лежала в его руке, а глаза сияли, искрились как первый снег на солнце. Джерард смотрел и не мог налюбоваться.

– Леди София, что же вы делаете? – глядя в ее сияющие от веселья глаза, вдруг спросил он. – К чему все эти игры? Вы сначала говорите, что я вас пугаю, а теперь просите у короля милости для меня. Зачем?

Улыбка слетела с ее губ, а взгляд сделался серьезным. Джерарду показалось будто вместе с ее улыбкой исчезло все волшебство вечера.

– Милорд, недавно я осознала, что во дворце у меня нет друзей. Вы же находитесь в стороне от интриг. Вы честны, вам не чуждо благородство, вы не ударите спину, а вызовите на поединок. Мне это нравится. Более того, я хотела бы стать вашим другом и помогать по мере сил.

Лицо Джерарда превратилось в маску.

– Сугубо деловые отношения? – уточнил он, умом понимая, девчонке что-то понадобилась, потому она источает милые улыбки. Волшебство окончательно растаяло, явив прозаичную реальность, когда фрейлина сдержанно кивнула. Танец закончился и Джерард отпустил руку партнерши. – Как скажете, леди, – несмотря на все старания, голос прозвучал излишне холодно. Мужчина вежливо поклонился и ушел.

София проводила его печальным взглядом. Кажется, она поторопилась с предложением, но сказанного не вернуть. Девушка пошла искать остальных фрейлин, нужно еще покрутиться на людях, чтобы ее уход не выглядел оскорбительно. Вот только на пути снова возник приставучий чужеземец. В этот раз он поступил хитрее, его немногочисленная свита перекрывала остальным кавалерам путь к девушке, а принц молча протягивал ей руку. Фрейлина ухмыльнулась, оценив старания Вестфальца.

– Смелее, – выдохнул принц широко улыбаясь. Девушка со вздохом приняла его ладонь, после первого танца это дозволялось. Мужчина поймал желанную добычу в объятья, прижал к себе, вопреки предписанию этикета, втянул носом воздух, наслаждаясь запахом волос.

– Ваш танец…

– Был прекрасен, я слышала, но уверяю, что старалась вовсе не для вас.

– Строптивая, люблю таких, – Харшид ухмыльнулся и закончил: – укрощать.

Ответом ему стал высокомерный взгляд и ухмылка. За ней таилось нечто такое, что заставило мужчину нахмуриться. Белокурая прелестница одним взглядом дала понять ‒ ты никогда меня не получишь.

– Ваш отец, помниться, тоже любил укрощать, принесло ли ему это счастье? – лицо принца перекосило. По миру ходила сказка о прекрасной фее, что невольницей попала во дворец и очаровала императора. В итоге все закончилось печально, девицу казнили, а чуть позже у владыки бескрайних песков забрали нечто очень ценное. С тех пор правитель лишен покоя, как будто его прокляли в ту роковую ночь. Какая-то кукла смеет напоминать ему о прошлом, что за вздор! Откуда ей вообще известны подробности?

– Могу я узнать…

‒ Вы слишком много разговариваете, не нарушайте этикет! ‒ перебила фрейлина, теперь она смотрела куда угодно только не в глаза принца. Мужчина скрипнул зубам.

‒ Вы всегда следуете правилам?

‒ Разумеется, ‒ София разглядывала амулеты на шее партнера, среди золотых побрякушек имелась одна поистине ценная вещь.

‒ Даже если это делает вас чопорной? ‒ теперь она с недоумением воззрилась на чужеземца, тот улыбнулся, польщенный ее вниманием. ‒ Я видел ваш танец, он наполнен страстью, желанием. Жаркое пламя уже горит в вашей душе, София, они, ‒ принц кивнул в сторону знати, ‒ не видят того, что вижу я. Отбросьте маску, позвольте себе насладиться жизнью.

Уголки губ слегка изогнулись в намеке на улыбку, затем фрейлина резко остановилась.

‒ За кого вы меня принимаете?

Чужеземец улыбнулся, рука скользнула по спине девушки, лаская, темно-карие глаза скользили по губам.

‒ Вы та, кто может стать принцессой Вестфала, ярким цветком, прекраснейшим алмазом, императорского дворца…

‒ А точнее вашей седьмой женой? Или уже восьмой? ‒ фрейлина насмешливо изогнула бровь.

‒ Любовь…

‒ Не в вашем случае.

Принц нахмурился, резко притянул строптивицу к себе, так что их губы едва не соприкоснулись.

‒ Не заставляйте меня идти на крайние меры, ‒ прошептал он, раздевая взглядом белокурую красотку.

‒ Блеф, ‒ протянула София, включаясь в игру, а глаза искрились, она чувствовала свое превосходство, ‒ и мы оба это знаем. Советую отпустить, на нас итак уже косо поглядывают, не доводите до скандала иначе вас выставят с позором, еще и ноту протеста получите. Оно того стоит? ‒ девушка ухмыльнулась, провела пальцем по воротнику иноземца, почти касаясь его кожи. ‒ Ваш батюшка будет разочарован, говорят, он страшен в гневе.

– Шельма, – одними губами произнес чужеземец и выпустил ее на свободу.

Фрейлина исполнила легкий книксен и пошла прочь, гордо выпрямив спину. Вестфалец повелся на пустую угрозу, а ведь все могло закончиться плачевно. София вышла в сад, хотелось немного побыть в одиночестве, справиться с нахлынувшими чувствами. Время перевалило за полночь, веселье набирало обороты, вино лилось рекой. В зале сделалось невыносимо жарко, оттого ночной воздух показался сладким. Девушка вдохнула полной грудью и побрела вглубь парка. Миновала несколько беседок, откуда доносились шепотки и характерные звуки поцелуев, обошла стороной фонтан, спустилась по лестнице, что вела к аллее поэтов, нырнула в темноту благоухающих каштанов. Живая изгородь закрывала от ветра, но главное достоинство этого места – отсутствие посетителей.

Плечи озябли, но возвращаться в душный зал, где громыхал оркестр, фрейлина отчаянно не желала. Запрокинув голову, она разглядывала звезды и улыбалась, хотя на дне глаз притаилась грусть. Ветер шевелил светлые локоны, забавлялся, словно котенок. Когда от холода онемели руки, София собиралась сдаться и вернуться в тепло, но не успела, кто-то подошел сзади и завернул ее в теплую одежду. Девушка вздрогнула, пнула незнакомца локотком в бок, вырвалась из объятий и обернулась. За спиной стоял маркиз Де Сеттер, потирал ушибленное место. Увидав ненавистного лорда, девушка попыталась снять его камзол, но мужчина не позволил, приблизился и перехватил ладони.

– Вы замерзли, оставьте!

‒ Мне не нужны ваши подачки!

‒ Выслушайте меня, ‒ потребовал он, удерживая замерзшие ручки барышни. – Я хотел попросить прощения.

София одарила его таким взглядом, словно это она маркиза, а он безымянный барон.

– Я достаточно выслушала в прошлый раз, теперь избавьте меня от вашего присутствия!

‒ Что вы себе… – вспыхнул Алистар.

Фрейлина хмыкнула и оттолкнула его.

‒ Что и требовалось доказать! ‒ процедила она, дожидаясь новой вспышки гнева.

Алистар молчал. Желание соблазнить горделивую девчонку жгло сильнее каленого железа. Вот только чтобы приступить к сладенькому, требовалось наладить отношения. Маркиз вновь завладел хрупкой ладошкой, затем медленно потянул ее к губам.

– Простите меня, София, я молю вас? – прошептал он и попытался коснуться губами нежной кожи, не успел, девчонка вырвалась, сняла камзол и сунула ему в руки, поглядела в бесстыжие глаза.

– И за что же я должна вас простить, милорд? За то, что сравнили меня с пустым местом? Или за то, что поставили на один уровень с продажной женщиной? Или быть может мне забыть о том, что вы оскорбили мою семью?

– София…

– Леди София, – жестко исправила баронесса. – Я уже молчу о той боли, которую вы мне причинили своим хамским поведением, – в дополнение к словам она закатала рукав и продемонстрировала все еще заметный след от синяка на запястье. ‒ Что до сих пор гордитесь своей выходкой? ‒ вот теперь в его глазах отразилось некое подобие чувства вины. ‒ Что будет дальше? Вы поднимите на меня руку или просто возьмете силой? Не понимаю, как вам не стыдно смотреть мне в глаза. Я никогда вас не прощу. Сделайте милость – оставьте меня в покое!

– Леди София, прошу!

– Вы просите! Милорд Де Сеттер, вы думаете я такая глупая и не понимаю, чего вы добиваетесь? В ваших глазах нет ни грамма уважения, а ваша цель, уж простите за прямоту, затащить меня в постель. И все ради того, чтобы потешить самолюбие. Скажите я не права?

– Выслушайте!

– Довольно! Оставьте меня одну, иначе клянусь, я закричу! – он нахмурился, на лице выступили желваки, пальцы сжались кулаки, но уходить маркиз не стал.

– Вы даже безродного ублюдка осчастливили улыбкой, чем я хуже!

София опешила, услыхав обвинение. Сложила руки на груди и смерила Алистара надменным взглядом.

– Стало быть, вы не желаете понимать очевидного, что ж объясню ‒ благородство милорда Луца для меня неоспоримо. Он всего добивается сам и делает это честно, трудом и упорство. Подобное заслуживает уважения.

– Он бывший раб! – прорычал Алистар.

– И что? – София не стала даже прикидываться, будто удивлена. – Сейчас у него наследное дворянство. Многие ли могут похвастать подобным? Едва ли.

Маркиз выпучил глаза, он открывал и закрывал рот, но возразить было нечего. Фрейлина усмехнулась и оставила Алистара в одиночестве. Мужчина проводил ее взглядом.

Да как она посмела сравнивать его с этим отбросом? Баронесса должна ему в пояс кланяться за то, что обратил на нее свой взор, а она нос воротит. Маркиз сжал кулаки и решительно сделал шаг в ту же сторону, куда ушла девица, но на пути, аки тень из преисподней появился сам барон Луц.

– Ты! – прошипел Алистар.

– Ну, я и что ты сделаешь? – Джерард отбросил вежливый тон, показывая, что ни капли уважения к Алистару более не испытывает. – Нападешь? Вызовешь на дуэль? Нам обоим известно, чем закончится сражение. Ну, так что, маркиз? У тебя хватит смелости бросить мне вызов или ты только с женщинами в постели сражаешься?

– Я тебя уничтожу! В порошок сотру! – Джерард улыбнулся, устало так, будто слышал эти слова не впервые, а затем вдруг нахмурился и поглядел куда-то за спину Алистару.

– Оставьте угрозы для своих карточных приятелей! И держитесь подальше от леди Софии!

Баронесса этого разговора, разумеется, не слышала. Она покинула сад, обогнула дворец и вошла с другого входа. Так дорога становилась несколько длиннее, зато можно побыть наедине с собой. Мысли вертелись вокруг Алистара, а не перегнула ли она палку? Благоразумие твердило, что стоило принять извинения и сделать вид, будто инцидент исчерпан, но гордость не позволила опуститься до такого. Прощать подобное поведение нельзя. Правда, сложно представить, чем это обернется.

День выдался долгим, девушка вымоталась и хотела только одного – отдохнуть. Она поднялась по лестнице на третий этаж и свернула в коридор, который вел к ее покоям. Стражи сегодня не было, им полагалось охранять бальный зал и близлежащие коридоры. Усталость сыграла с фрейлиной злую шутку, девушка даже не обернулась, когда за спиной послышались шаги. Спустя мгновенье стало поздно. Мужчина поймал ее в объятья, а затем прижал спиной к стене.

– Aimra'at hulwa,[1] я никогда не выпускаю из рук то, что считаю своим, – шепот обжег ухо, а ладонь зажала рот. София дернулась в бесплотных попытках освободиться, но Вестфальский принц оказался силен. – Трепыхайся птенчик, скоро я заставлю тебя кричать! – и в дополнение к своим словам мужчина наклонился и начал лобызать ее шею. Затем на миг отпустил ее, схватился руками за ворот платья и потянул с плеч вниз, ткань затрещала и порвалась. София визгнула и двинула нападавшего локтем, тот прошипел что-то сквозь зубы, схватил за предплечье, развернул лицом к себе и впился в губы, сминая малейшее сопротивление.

Девушка дотянулась до его амулетов на шее, вцепилась рукой и перекрутила, чтобы они впились в горло. Мужчина схватил ее запястье и надавил. София замычала, но пальцы не разжала.

‒ Я сломаю тебе руку! ‒ пообещал принц, чуть отстранившись, затем начал лапать за грудь. Разорванное платье чудом удерживало пышный бюст фрейлины, но принц решил исправить сию оплошность.

– Нет! – визгнула девушка и что есть мочи дернула за связку амулетов, часть украшений оторвалась и рассыпались по полу. Принц еще сильнее сдавил запястье фрейлины, затем вывернул ей руку.

‒ Да, Aimra'at hulwa, теперь мы пойдем в покои, а завтра ты уедешь со мной в Вес… ‒ мощный удар в лицо заткнул рот принцу падая он разжал руку, девушка оказалась на свободе, вцепилась в обрывки платья, обернулась и узрела Джерарда.

Мужчина не дал чужеземцу прийти в себя с разгона ударил ногою, но чужак все равно успел закрыться, выставив перед собою руки.

– Ах ты, грязный пес! – на Вестфальском прошипел принц, поднимаясь на ноги, по скуле стекала кровь.

– Леди, уходите отсюда! – не сводя глаз с противника, приказал Луц.

– Стоять, мы еще не закончили, сейчас расправлюсь с безродным щенком и вернусь к тебе, моя луноликая!

София замерла, если она уйдет барону конец, либо от рук Вестфальского принца, либо за то, что напал на посла. Фрейлина замешкалась, терять единственного союзника не хотелось.

– Лорд Харшид, отступите! Иначе я закричу и сюда сбежится стража.

– Давай, кричи, но тогда пес ответит за нападение! – София зло скрипнула зубами, а принц, видя ее нерешительность, вытащил из-за голенища сапога кинжал. – Но первое предложение, мне нравится больше! – и уже на Вестфальском бросил Луцу: – Собаке, собачья смерть!

София увидела, что у Джерарда в руке тоже появился кинжал, откуда только достать успел.

– Сейчас проверим, в чьих жилах собачья кровь, падаль! – все было сказано на Вестфальском, видимо, чтобы сохранить от дамы бранную речь. Вот только дама ее отлично понимала, оттого становилось еще хуже.

– Нет, – крикнула она и выбежала в центр. Джерард едва успел убрать кинжал, чтобы не ранить девушку. Чужеземец тоже остановился. – Сейчас мы все разойдемся и забудем это недоразумение! – предложила София, глядя в глаза принцу. Мужчина посмотрел на ее грудь и осклабился.

‒ Ты уйдешь со мной, тогда раб останется жив!

‒ Сдохнешь, если хоть пальцем ее тронешь, ‒ вставил свои пять копеек Джерард, правда, он снова говорил на Вестфальском.

‒ Пат! ‒ подытожил принц, раздевая фрейлину взглядом. София облизала пересохшие губы.

‒ Леди, просто отойдите в сторону! – голос барона прозвучал излишне спокойно, он знал, что одолеет принца. Но что делать потом – сложный вопрос.

‒ Нет! – возразила она, начиная ненавидеть саму себя, ведь по ее вине заварилась вся каша.

– Сложить оружие! – приказ прозвучал неожиданно.

Удивительнее всего то, что принц послушался. София обернулась, к ним шел Алистар вместе со старшим братом ‒ герцогом Де Сеттером.

Внешне братья различались, как небо и земля. Алистар статный блондин, которого часто сравнивали со львом. Гордый профиль, пшеничные волосы с золотым отливом и могучая стать. В то время как Аристарх, не обладал даже половиной этих качеств. Герцог ниже брата на пол головы, серые с проседью волосы коротко острижены. Он даже могучим телосложением похвастать не мог. Щеки казались впалыми, оттого скулы явственно проступали на лице. Зато в изящных искусствах герцог мог дать Алистару сто очков форы. Мужчина улыбнулся, сумев отразить одновременно превосходство и презрение.

– Ваша светлость, ‒ принц чуть заметно поклонился, ‒ этот грязный пес напал на прекрасную леди, я попытался вступиться за ее честь, но...

‒ Что! – голос девушки стал похож на змеиное шипение, принц даровал ей очаровательную улыбку.

‒ Слово безродного, против моего!

– Достопочтенный Харшид, ‒ перебил всех герцог, ‒ давайте поведаю, что вижу я, верный и преданный слуга короля. Моим словам определенно поверят больше, нежели чужеземному гостю, который в порыве страсти осмелился поднять руку на прелестную фрейлину. Мало того, мне показалось, ‒ тут герцог внимательно посмотрел на кинжал в руке Харшида, ‒ что вы намереваетесь убить преданного вассала короля – барона Луца за то, что отчаянный смельчак пытался защитить честь своей дамы или за то, что он не уступил вам карты, за которыми вы сюда явились.

– Вранье!

– Учтите, уважаемый Харшид, – судя по тону герцога достопочтенным он уже не был, а на уважаемого тянул с большой натяжкой, но его светлость Аристарх Де Сеттер не может опуститься до базарной брани, – мои вассалы подтвердят все, что я скажу, – эта фраза расставила все по местам. Герцог улыбнулся. – Примите добрый совет и покиньте дворец на рассвете.

– Я не получил то зачем приехал!

– Это ваши заботы, милейший. Учтите, до утра история может обрасти новыми подробностями, тогда король будет вынужден вмешаться в это дело и рассудить, по справедливости, – улыбка герцога вышла многообещающей, не стоило сомневаться в чью сторону качнутся весы.

Принц спрятал кинжал, прожег всех гневным взглядом и гордо удалился, стараясь сохранить остатки достоинства. Герцог Де Сеттер поглядел на младшего брата и тихо пожурил:

– Алистар, раньше твои дамы не создавали столько проблем, в будущем, будь добр, позаботься об этом, – следом взгляд герцога пал на барона Луца. – Если понадобиться спровоцировать войну с Вестфалом, мы знаем, кого отправить на переговоры!

Барон широко улыбнулся.

– Всегда к вашим услугам, ваша светлость.

– Леди София, советую забыть обо всем, – фрейлина присела в реверансе, старательно прикрывая руками грудь. Взгляд лорда скользнул по вырезу платья, он лукаво ухмыльнулся.

‒ Начинаю проникаться твоей симпатией, братишка! – в пол голоса произнес герцог и удалился. С его уходом, атмосфера вновь стала напряженной. Мужчины молча, мерялись взглядами, никто не желал уходить первым. София поступила мудрее, подошла к Джерарду коснулась его руки.

– Милорд, я хотела выразить вам свою благодарность. Если бы не вы…

– Рад, что все обошлось, – перебил ее барон, снял камзол и набросил ей на плечи. – Вы, не пострадали?

– Все в порядке! ‒ девушка улыбнулась ему, затем повернулась к маркизу, присела в реверансе и не поднимая головы произнесла: ‒ Милорд, передайте нижайший поклон его светлости герцогу Де Сеттеру.

Лицо Алистара перекосило, он резко развернулся и ушел. Видимо пытался показать оскорбленное достоинство. Фрейлина покачала головой, провожая его взглядом.

– Зря, – прокомментировал Луц.

– Что именно? ‒ София скосила взгляд на Джерарда, сильнее закуталась в его камзол. ‒ Прошлась грязными ботинками, по его драгоценному самолюбию?

Барон улыбнулся, оценив шутку, но заговорил серьезным тоном:

– Леди София, больше не рискуйте из-за меня, если я говорю, уходить, значит надо послушаться.

– Я вольна решать сама! – огрызнулась фрейлина, но тут же взяла себя в руки, виновато улыбнулась и тихо молвила: ‒ Простите.

– Кажется, мы условились, что у нас сугубо деловые отношения, не заставляйте меня думать, будто я вам небезразличен.

– Вы правы, но, – София прикусила губу. Никто и никогда не вступался за ее честь, а барон сделал это без раздумий и ничего не попросил взамен. Девушка разглядывала мужчину так, словно никогда не видела до этого. У него была отталкивающая внешность, скуластое лицо, слишком острый подбородок и кривой нос. А вот черные глаза завораживали. Взгляд мог становиться свирепым, как у дикого зверя, а мог быть теплым, как весеннее солнышко. Она не могла подойти близко и в то же время совесть не позволяла оставить его в беде. Вокруг слишком мало людей, которым можно довериться. Фрейлина улыбнулась и чуть наклонила голову к плечу. ‒ Обещаю, это в первый и последний раз! – заверила баронесса, пытаясь все свести в шутку. Вот только Джерард, в людях разбирался на порядок лучше.

– Вы что-то скрываете, милая София, но рано или поздно ваша тайна раскроется. Доброй ночи! – пожелал он и скрылся в темноте словно призрак.

[1] Aimra'at hulwa (от арабского - امرأة حلوة) – ласковое обращение к женщине. Дословно означает сладкая прелестница.

Глава 8. Последствия

Баронесса Фон Герц проснулась от дикой головной боли, ее тошнило, а перед глазами все вращалось. Девушка кое-как поднялась с кровати, подошла к окну и вдохнула холодного воздуха. События вчерашнего дня выветрились из памяти. Фрейлина застонала и спрятала лицо в ладонях. Затем чуть пошатываясь, отошла от окна, налила в стакан воды и залпом выпила. И тут нахлынули воспоминания: турнир, венок, сборы перед балом, потом пугающая пустота.

– Римана! – застонала София, сжимая пальцами виски. – Что она со мною сделала? – на глаза попалось бальное платье, лиф был разорван в клочья. – Это еще что такое? – теперь девушку трясло от ужаса.

Рима использовала белый порошок, но что случилось потом? Кто разорвал платье, что произошло на балу? Она вообще попала на него?

Чтобы узнать ответ требовалось выйти из комнаты, страх заворочался в душе, холод пробежал между лопаток. Чтобы там вчера не случилось, отвечать придется ей. София стиснула зубы и поднялась. Достала из шкафа самое скромное платье, облачилась в него, привела в порядок волосы и постаралась взять себя в руки.

По коридору разнесся звон колокольчика, пора идти на завтрак.

– Ну, вот началось! Софи, ты должна все выдержать. Слышишь ради семьи и себя самой.

Баронесса открыла дверь и ступила в коридор, стараясь держать спину ровно. Чудилось, будто фрейлины караулят ее под порогом, дабы рассмеяться в лицо и поведать, о том какая она неудачница. На самом деле за дверью оказалась пусто. Девушка украдкой выдохнула и пошла в гостиную.

– Леди София! – воскликнула Натали Де Асьенд. Баронесса вздрогнула и замерла, как заяц. Затем обернулась и напустила на себя виноватый вид. Старшая фрейлина улыбнулась. – Вижу, вы прислушались к моим словам, сегодня являете собой настоящий образец скромности. Я горжусь вашим усердием! – слова маркизы, еще больше ошеломили перепуганную девицу. – А что там за история с принцем? Весь дворец шепчется, но никто ничего не знает. Надеюсь, этот охальник ничего вам не сделал?

– Принц? – протянула София. Принца она знала только одного – Генриха, тот который брат короля. И для чего ему вдруг могла понадобиться баронесса, о существовании которой, он даже не знает.

– Да, девятый Вестфальский принц Харшид, – увидев непонимание на лице фрейлины, маркиза махнула рукой. – Хвала Единому, это всего лишь слухи. Вестфальцы настоящие варвары.

Девушка потупила взгляд, слухи не появляются на пустом месте, да и платье кто-то все же разорвал? Почему она ничего не помнит, что за гадость использовала Римана.

– Присаживайся рядом со мной! – предложила маркиза. София замешкалась, это место обычно занимала фаворитка короля. С чего такая щедрость или это издевка? – Чего же ты застыла, не стесняйся.

Возражать София не осмелилась, села на самый краешек и спряла руки под стол, чтобы никто не видел, как дрожат ладони. Одной из последних в гостиную вошла Маргарет, недовольно поглядела на баронессу Фон Герц и молча, присела рядом. Этим утром фаворитка короля выглядела не столь блистательно, как обычно. София отметила это краем глаза и принялась рассматривать остальных. Римана сидела на дальнем конце стола, делая вид, словно вчера ничего не произошло. Вот мерзавка!

– Леди, с вами все в порядке? – полюбопытствовала Маргарет, увидав выражение лица Софии.

– Что? Простите, я задумалась? – но рыжеволосая махнула рукой и отвернулась.

– Девушки, внимание! Все выступления были великолепны, ее Величество осталась довольна, – поведала Натали. – Особенно королеве понравилась ваша игра на скрипке, леди Маргарет. А также танец леди Луизы и, конечно же, выступление леди Софии! – если бы баронесса сейчас, что-то ела, то непременно подавилась бы. Какое такое выступление, почему она его не помнит? Это что шутка?

– Как вам мое выступление, леди София? – поинтересовалась Маргарет.

– Вы играли непревзойденно…

– Вот как, – графиня кисло улыбнулась, – и все же меня превзошли. Ваша лесть неуместна! – София прикусила язык, чтобы не спросить, кто же ее превзошел. – Надеюсь, гордыня не затмит вам разум? Не стройте иллюзий, ваше положение не изменилось, вы все та же бесприданница со знатным именем.

– Леди Маргарет! – возмутилась старшая фрейлина.

– Я говорю правду или нынче это тоже считается оскорбительным? – не повела бровью графиня.

– Подобные рассуждения, порочат вас.

– Моя речь просто лишена прикрас, – парировала фаворитка короля, перевела взгляд на баронессу, скривила губы. – Жаль принц не сделал того, что намеревался. Иначе сегодня вы бы отправились с ним в Вестфал, чтобы стать восьмой женой. Может, следовало уступить? Так вас хоть кто-то взял бы замуж.

Лицо Софии пошло пятнами, она вскочила из-за стола, уронив вилку на пол.

– Никто не давал вам права обвинять меня в подобной низости!

– На правду не обижаются!

– Вы правы! Но смею заметить, я сохранила честь и достоинство, моя репутация осталась незапятнанной, – София нашла силы улыбнуться недоброжелательнице. – Чего не скажешь о вас, леди Маргарет. Кому будет нужна королевская подстилка?

– Леди София! – вспыхнула маркиз Де Асьенд.

– Да, как ты смеешь! – фаворитка короля, сжала в руке вилку так, что пальцы побелели.

– На правду не обижаются! – развела руками баронесса.

Маргарет перехватила вилку, словно кинжал. Взгляд ее сделался острым, как бритва. Баронесса Фон Герц только сейчас осознала, что наговорила графине. Сделалось страшно, девушка попятилась, но оппонентка взяла себя в руки, улыбнулась и принялась завтракать, как ни в чем не бывало.

София, на негнущихся ногах вернулась на свое место. Маргарет на миг повернулась и тихо молвила:

– Правда бывает разной, не стоит судить о том, чего не знаете!

Баронесса на миг почувствовала себя виноватой и потому промолчала. Вновь сосредоточив внимание на Риме. А стоит ли выяснять отношения? Если случиться скандал, детали станут известны посторонним. Кто знает, что выплывет наружу? София скрипнула зубами и принялась завтракать. Она не будет поднимать шумиху, но выяснить что произошло – дело святое.

Завтрак подошел к концу, старшая фрейлина раздала поручения девушкам. София снова выпала честь идти за цветами. На улице было жарко, пришлось немного ускориться, но тут впереди замаячила спина Алистара. Мужчина стоял в тени дерева и явно кого-то дожидался. Фрейлина попятилась и юркнула в сторону на другую дорожку подальше от несносного лорда.

– Леди София! – окликнул он. Баронесса поморщилась, все-таки заметил. Захотелось удрать подальше от этого мерзавца, но это будет грубое нарушение этикета. Что же делать? Пока она колебалась, Алистар поравнялся с ней, посмотрел в глаза, а не на декольте, улыбнулся. – Не убегайте, я вас с раннего утра дожидаюсь!

– Ждите дальше, – буркнула девушка, и вот чудо маркиз безропотно проглотил столь неуважительное отношение к своей драгоценной персоне.

– Леди София, вот, это для вас! – он протянул огромный букет роз. Девушка спрятала руки за спину и недоуменно изогнула бровь.

– Оставьте для своих фавориток. Они порадуются!

Алистар скрипнул зубами, но не сдался.

– Позвольте побыть рядом, пока вы собираете цветы.

– Не стоит, наше общение закончиться для меня плачевно, – фрейлина по дуге, обошла маркиза и только потом осознала – мужчина не делал попытки приблизиться и не кичился титулом. Странно…

Мужчина следовал за ней, словно тень, это раздражало, фрейлина несколько раз одарила лорда неприязненным взглядом, но тот вел себя так, будто ничего не замечал. Девушка попыталась сделать вид, что мерзавца просто нет. Ничего не получилось, как только она опустилась на корточки и потянулась к розам, Алистар присел напротив, раздвинул кустарник, помогая добраться до стеблей и оберегая ее ручки от колючек. Их взгляды встретились и о диво, он смотрел совершенно бесхитростно, словно за одну ночь поборол заносчивость и горделивость. Но ведь так не бывает! Фрейлина поджала губы, срезала несколько цветков и поднялась. Алистар безмолвно повторил ее движения, отряхнул руки и спокойно дожидался, куда же она пойдет дальше. За все время, маркиз не проронил ни слова. София нервничала. Что могло заставить его так резко изменить линию поведения?

Возле самых дверей Алистар заступил ей дорогу. Девушка прижала к себе цветы и нахмурилась.

– Леди София, знаю, вы не поверите моим словам, но я хочу загладить свою вину. Дайте мне второй шанс, – он робко улыбнулся.

– Век бы вас не видеть, – пробормотала фрейлина и скрылась за дверью.

Маркиз невинная улыбка сменилась кривой ухмылкой, рано или поздно тактика сработает, девочка поверит его раскаянию и тогда.

– Настанет день, когда ты меня полюбишь, а я повеселюсь на славу.

Закончив с поручениями, фрейлина отправилась к лекарю, дабы выяснять, что за порошок использовала Римана. Придворный врачеватель обитал в одной из башен замка, люди называли это место флигелем. Бодренький старик, лет пятидесяти помнил наизусть все лекарственные травы и рецепты зелий, а еще у него чудаковатая внешность и немного странные повадки. София постучала в дверку, на которой был выгравирован знак целителей, вошла внутрь, да так и замерла на пороге мечтая провалиться со стыда.

– Сидите смирно, барон Луц! – увещевал лекарь.

– Оставьте, это просто синяк, скоро сойдет…

– Барон, вы несносны! Ежели продолжите в том же духе, я вас передам в руки сестры Чеддер! – угроза серьезная, упомянутая леди по комплекции превосходила рыцаря в боевом облачении. София помощницу лекаря побаивалась, но барон – нисколечко. – Не верите, стало быть! Милочка, да ты, иди сюда! – врачеватель жестом поманил ее к себе. Почему она не ушла сразу, как только увидела обнаженного по пояс Луца? Теперь отступать поздно. София подошла ближе, радуя всех пунцовым цветом лица. – Вот так, голубчик, полагаю, в присутствие дамы вы станете более сговорчивы, – предположил лекарь и значительно тише добавил: – а еще прекратите сыпать Вестфальскими проклятьями!

– Это молитвы, – возразил Джерард, искоса поглядев на фрейлину.

– Тогда вы явно возносите их не тому богу! Сидите смирно, барон, и дайте мне наконец-то обработать ваше плечо, – с этими словами врачеватель принялся растирать зеленую мазь по руке Джерарда, на лице пострадавшего ни один мускул не дрогнул, хотя все предплечье было отвратительного синеватого оттенка. София смущенно поглядывала на мужчину. Лорд не первый, кого она узрела до половины обнаженным. Крестьяне на поле часто работали без рубах, а еще ребята возле озера плескались, как Алистар в первый день встречи. София успела разглядеть мужскую фигуру как следует, даже рисовала несколько раз втайне от матушки. Но лорд Луц сильно отличался от всех прочих натурщиков, даже в спокойном состоянии на бронзовой коже вырисовывались крепкие мышцы, сплетались между собой, притягивая взгляд художницы. Воображение рисовало древнего бога войны, наверное, он должен выглядеть так же, как этот мужчина, несокрушимый и со следами своих побед в виде тонких, белесых шрамов. Страстное желание рисовать обожгло пальцы, опалило душу. Фрейлина заулыбалась, мысленно вырисовывая эскиз. С прищуром оглядела барона, выбирая наилучший ракурс.

– Леди София, вас ничего не смущает? – голос барона вырвал из грез, девушка тряхнула головой, осознав, что бессовестно разглядывает голого лорда, щеки залились румянцем. София резко отвернулась и вспомнила, зачем пришла.

– Николас, я за снадобьями, которые просили изготовить фрейлины.

– Ну, наконец-то, вспомнили! Видишь ларь, открывай, внутри шкатулка, отнесешь маркизе Де Асьенд. Будь добра, побудь здесь, пока я не закончу, – бесцеремонно попросил врачеватель. – В вашем присутствии сей обормот молчит. Просто благодать!

София хихикнула.

– Я вообще-то здесь! – проворчал Джерард, намекая, что нехорошо обсуждать человека в его присутствии.

– Простите, милорд, просто впервые слышу, чтобы к вам обращались настолько неформально! – объяснила баронесса, дабы избежать недоразумений, – господин Николас, а можно кое-что спросить?

– Разумеется.

– Никто из Фрейлин, не просил у вас что-нибудь для крепкого сна?

Лекарь на миг отвлекся, лицо сделалось задумчивым, губы зашевелились, но в голос он не произнес, ни слова.

– Нет, сонных снадобий точно никто не заказывал. А что плохо спите, аль дурные сны тревожат?

– А может вы им порошок, какой давали?

Лекарь вмиг забыл про барона.

– Думай, что говоришь! – рявкнул он, София попятилась.

– Простите, а я что-то не то сказала?

Николас поглядел в ее широко открытые глаза и махнул рукой. Объяснять пришлось Джерарду.

– Леди София, не бывает порошков для сна.

– Но… – она умолкла, вовремя прикусив язычок. Барон улыбнулся, это выражение лица он уже знал.

– Зато есть дурман – это порошок белого цвета, – поведал лорд, чтобы увидеть ответную реакцию. Девчонка нахмурилась, а в глазах сиял интерес. Джерард нахмурился и продолжил: – К вашему сведенью, дурман опаснейшая вещь, к нему легко привыкают, впадают в зависимость, а потом ради щепотки порошка, люди готовы продать собственную мать... – фрейлина прикусила губу, глазки забегали. Она даже не предполагала, что тайна опаснее, чем казалось на первый взгляд. – В королевстве запрещено распространять дурман под страхом смертной казни.

Вопросы роились в голове, подобно пчелам в улье. Неужели Рима усыпила ее дурманом? Откуда она его взяла? Может навести на ее след стражу? А вдруг она непричастна? Тогда зачем так поступила?

– Милочка, вы просто волшебница, – воскликнул врачеватель, вытирая пальцы, – теперь рука лорда будет в порядке, а я смогу спать спокойно, – Джерард потянулся за рубашкой. София отвернулась, испытывая неловкость.

– Тогда я пойду! – пробормотала она и выскочила из апартаментов лекаря. Если Джерард настигнет, снова начнет задавать вопросы, на которые отвечать нельзя, иначе не ей сносить головы. София передернула плечами и бегом спустилась по лестнице. Дыхание сбилось, щеки раскраснелись, коридор фрейлин уже маячил впереди. Девушка вошла в свою комнатку и выдохнула с облегчением.

– Не догнал! Он меня не догнал! – она кружила в центре, прижимая к груди шкатулочку с настоями. – Надо отнести их маркизе Де Асьенд!

София выскочила из комнаты и помчалась апартаменты старшей фрейлины. Красная и немного взъерошенная она постучала в дверь, получив разрешение войти, ступила на порог будуара. Лучи солнца ударили в глаза, девушка на миг ослепла.

– Я снадобья забрала!

– Отлично, – маркиза взяла шкатулку из ее рук. – Знаете, София, вы пришли очень вовремя, я как раз собиралась отправить за вами служанку.

Спросить, что понадобилось леди Натали, девушка не успела, в глазах развиднелось, и она увидела гостя. Черноглазый змей был уже здесь, сидел за столом и выделялся как клякса на белом листе, а взгляд скользил по лицу баронессы, заставляя нервничать.

– Я вас ненадолго оставлю, – улыбнулась старшая фрейлина, поглаживая шкатулку, – Барон Луц, ведите себя достойно! – строго молвила она и вдруг лукаво подмигнула. София не успела и слова сказать, как леди скрылась за дверью. И вот она наедине с лордом и его вопросами. Отчего ж так коленки трясутся-то а?

– Ваш побег заставил меня понервничать? Как же наше вчерашнее соглашение или к утру что-то изменилось?

София возвела очи к потолку. Час от часу нелегче и этот туда же. О чем они условились? Это все проклятый дурман, наверное, он начисто вышиб ей мозги. Девушка вздохнула, понадеявшись, что ничего предосудительного натворить не могла.

– Ничего не изменилось, – заверила она, взгляд у барона сделался излишне подозрительным.

– Как вы себя чувствуете после вчерашнего случая?

– Все замечательно, – как можно тверже отвечала София. Не дай бог ему придет в голову выяснять какие-нибудь подробности. Джерард хмыкнул.

– Вижу, вы решили просьбу герцога исполнить в точности, – единственное, что могла сделать София – пожать плечами. Ясности в общую картину это не добавило. Сначала принц, теперь герцог, может она еще и с королем пообщаться успела. Проклятый дурман! – Оставим прошлое, почему вы спрашивали о дурмане? София, не пытайтесь увиливать или тем более лг... сочинять! – в последний момент барон смягчил слова, но поздно, девушка уперла руки в бока и сердито глядела на бесстыдника. Да, она обманула его однажды, но зачем каждый раз напоминать об этом. Воинственный вид светловолосого ангелочка заставил улыбнуться. – Где и у кого вы видели дурман-траву? Если это фрейлина, просто назовите имя.

София прикусила губу, жалобно поглядела на лорда, но мужчина был неумолим.

– Я жду!

– Не могу.

– Почему? – он порывисто встал с дивана и подошел к ней. – Вы хоть понимаете, что покрываете преступника? К вашему сведенью это называется – соучастие.

– Так сложились обстоятельства – пискнула София, вжимая голову в плечи.

– Обстоятельства, что за чушь? Хотите лишиться головы?

Фрейлина прикусила губу и посмотрела на него исподлобья. А вдруг Рима, просто исполняла чей-то приказ. Вдруг у нее уже нет дурмана, тогда София выставит себя клеветницей. Что же делать?

– Леди, прошу вас, не молчите, я хочу вам помочь! Слышите? Клянусь, что сделаю все, дабы это вас не коснулось! – потребовал он, слегка тряхнув перепуганную девушку.

– Ваша рука…

– Что? – не понял лорд.

– С таким синяком вам должно быть очень больно даже шевелить ею.

– Значит, не скажете, – подытожил мужчина, и отошел от нее, сел в кресло.

Все выглядело так, будто разговор закончен. Софию немного колотило, она сделала шаг в сторону выхода, но остановилась, когда ее осенило догадкой – барон пришел сюда из-за нее. Он волновался. Вот этот мрачный мужчина волновался за едва знакомую девицу. Стало совестно, вспомнилось, как он подарил ей венок и титул принцессы Солнца. Может не такой уж он и страшный. София умела быть благодарной, потому подошла ближе, взяла фарфоровый чайник, налила чаю гостю, а затем себе, выставила на стол мед и печенье. Джерард сидел напротив и не сводил с нее глаз.

– Вот смотрю на вас и удивляюсь.

– Я кажусь смешной?

– Вовсе нет, но порой мне кажется, что вас как минимум две, – София рассмеялась.

– Когда-то я мечтала о младшей сестренке, но не сложилось, – фрейлина отпила чаю и нахмурила бровки. Следом прозвучал вопрос: – Каким образом дурман можно пронести во дворец?

Барон поперхнулся от неожиданности.

– Ну и вопросы у вас, леди?

Ответом ему стал невинный взгляд. Фрейлина вытерла полотенцем капли чая со стола и с улыбкой продолжила:

– Предположим, что у кого-то есть дурман, вряд ли его много. Значит, время от времени приходится пополнять запасы, отсюда выплывает мой вопрос.

– В логике вам не откажешь, – кивнул Джерард, – но есть пара уточнений, возле ворот стража, у них специально обученные псы, которые учуют дурман и поднимут лай, тогда обыска не избежать.

София округлила глаза.

– Ну, не мог же он сам же по себе появиться!

Джерард улыбнулся, забавляясь ее возмущением. По факту она только что созналась, что видела дурман во дворце, будь на его месте служивый из канцелярии, он бы уже учинил допрос, но барон смотрел и понимал, девчонка стала свидетельницей чего-то незаконного и теперь опасается за свою репутацию, притом не безосновательно. Мужчина откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы в замок. Ситуация на самом деле серьёзная, протащить дурь, мог только влиятельный аристократ, есть список лиц, которых не обыскивают. Джерард поморщился, мало ему вора, теперь еще кто-то всякую дрянь повадился во дворец таскать, когда король об этом узнает, придет в ярость и головы полетят с плеч.

Джерард отпил чаю и сменил тему разговора.

– Странности больше не случались? – руки Софии дрогнули, но она упрямо мотнула головой.

Ругать бесполезно, давить авторитетом тем более, потому Джерард попытался зайти другим путем. Он накрыл ее ладошку своей и заглянул в глаза.

– София, как я могу тебе помочь, если ты скрываешь от меня все, что знаешь?

Фрейлина нахмурилась, когда это она позволила ему, обращаться неформально. Джерард уловил ее смятение и попытался развить успех. Он поднялся и присел перед нею, так чтобы их лица оказались на одном уровне.

– Я ведь уже просил, доверься мне! – напомнил он, глядя прямо в глаза. Голос звучал искренне, а черные глаза сияли дружелюбием. Мужчина подался еще немного вперед, снова взял ее за руку. – София, я твой друг.

Девчонка прикусила губу, она не могла отвести взгляд, его теплая рука жгла ладонь.

– Милорд…

– Просто Джерард, – улыбнулся он, и улыбка эта была какой-то особенно теплой, ласковой. София замерла, бездушный лорд оказался очень даже человечным, а в следующий миг, что-то пребольно обожгло ухо. Девушка ойкнула, схватилась за мочку, наваждение развеялось. Если она проговориться, то выясниться, что на балу ее не было – это станет началом конца.

– Простите, милорд Луц.

Мужчина поднялся, лицо вновь принадлежало бездушному лорду, а взгляд сделался колючим, фрейлина невольно вжалась спиной в кресло.

– Очень жаль, леди София, – изрек он, кивнул на прощание и вышел.

Когда дверь закрылась, фрейлина едва слышно прошептала:

– И мне тоже.

Девушка вздохнула, поднялась из-за стола и быстренько расставила все по местам. Слова Джерарда не выходили из головы. Если во дворец нельзя проносить дурман, то откуда он взялся у Римы. Фрейлина мрачно улыбнулась. Теперь, когда у нее есть козырь в рукаве, пора выяснить, что случилось в ночь бала. София направилась к двери и едва не столкнулась лбом с леди Натали.

– Вы уже поговорили? Но почему лорд Луц ушел мрачный, как туча? Я подумала, что он заинтересовался вами. Неужто ошиблась? На балу вы так хорошо смотрелись вместе, – после этих слов баронесса уставилась на старшую фрейлину, будто впервые увидела.

– Лорд Луц приходил побеседовать исключительно о работе! Прошу дозволения покинуть вас?

– Да, да, конечно! – отмахнулась старшая фрейлина.

София направилась прямиком к Римане, пора разложить все по полочкам. Несколько раз, глубоко вздохнув, фрейлина постучалась в дверь. Никто не ответил, тогда она потянула ручку на себя, дверь бесшумно отворилась.

–Леди Римана? – никто не отозвался.

София переступила порог, внутри царила темнота. Рима плотно зашторила окно, неужели до сих пор спит. Баронесса шагнула вперед, споткнулась обо что-то и упала. Потерла ушибленную коленку, добралась до окна и впустила лучик света в царство теней. Обернулась, крик застрял в горле.

На полу лежала Римана, она была мертва, остекленевшие глаза смотрели прямо на Софию.

– А-а-а-а!

Все закрутилось и завертелось. Прибежали фрейлины, желая узнать, что за переполох, увидели тело и заверещали на несколько голосов.

– Баронесса Фон Герц убила Риму! – голосила Луиза.

Маргарет сидела на полу и вытирала платочком слезы. Изабелла стояла у нее за спиной с хмурым лицом. Шарлота заглядывала в проем, ее глаза светились любопытством.

– Я… я не делала…

– Врешь! – возразила Маргарет. – Между вами будто черная кошка пробежала. Это сделала ты!

– Что здесь происходит? – повелительный возглас старшей леди Натали заставил всех умолкнуть. – Боже милостивый, Рима.

– Она мертва! София убила ее! Мы застали ее над телом! – Луиза ткнула веером в сторону баронессы Фон Герц.

– Не смей разбрасываться такими обвинениями! Леди София пять минут назад вышла от меня, боюсь, к этому времени Рима уже была мертва. Лекаря сюда и стражу!

***

Ночью шел дождь, София вертелась в постели и никак не могла уснуть. Стоило закрыть глаза и перед внутренним взором, возникала почившая Рима такой, какой была в день бала. Оранжевое платье, красиво завитые локоны, белоснежная кожа. Потом она открывала глаза и смотрела на Софию черными провалами вместо глаз. Фрейлина просыпалась в холодном поту и недоумевала, был ли сон отражением ее воспоминаний или же бредом воображения.

Едва солнце показалось на горизонте, девушка вскочила с кровати, взяла принадлежности для рисования и убежала в сад, ноги завели в самую глушь, дорожка закончилась возле небольшого водоема, заросшего камышом. Оттуда доносилось жабье кваканье и пахло сыростью. Почти как дома, возле лесного озера, где она впервые повстречала Алистара. Кусочек волшебства до сих пор согревал душу, место навеяло воспоминания. Художница отыскала местечко, где можно присесть, вооружилась карандашом и набросала, как противный маркиз пытается утопиться в здешней луже. Вода доставала ему до колена, но лорд старался изо всех сил. Над поверхностью озера то и дело показывались его волосатые голени, или же рыцарский зад в мокрых, крестьянских брэ. София, прикусив губу, дорисовывала очередную картинку, там Алистар напяливал на себя рыцарский доспех. Рядышком с его головой шла надпись: «Теперь у меня точно получится»!

– Вот так! – на следующей картинке было изображено, как рыцарь готовиться резко, заскочить в воду. Девушка хихикнула и положила лист на землю позади себя, взяла новый и набросала озеро, сначала хотела нарисовать, как поднимаются пузыри из воды, но в последний миг рука дрогнула, потому рядом с лужей появился камень, чуть погодя на нем возлежал рыцарь, сердитым взглядом буравя небо. Дурень, малость переборщил и вывалился в своем доспехе по другую сторону водоема.

София поглядела на рисунок и скомкала его и швырнула за спину.

– Мерзкий маркиз, а я так надеялась, что сегодняшнее утро проведу не в твоем обществе! – буркнула фрейлина, растирая плечи, и вдруг услышала шелест бумаги, будто кто-то развернул скомканный лист. В груди похолодело, София обернулась и едва не сверзилась с пня, на котором сидела.

– Вы! – она задохнулась от возмущения, увидав ненавистного Алистара Де Сеттера.

Маркиз без зазрения совести расстелил плащ у нее за спиной и разлегся на траве, в руке он держал ее наброски. Девушка покраснела до самых ушей.

– Признаться честно, я думал, вы меня все же утопите. Рад, что ошибся!

– Как давно вы здесь? – мужчина взглянул на солнце.

– Не более часа!

София мучительно застонала, схватила сумку, закинула туда свои вещи. Надо же целый час, а она ничего не заметила.

– Я ухожу, а вы даже не думайте идти за мной! – просьбу Алистар встретил улыбкой. София разгневалась пуще прежнего, спрыгнула с пенька и сдавленно зашипела, оказалось ноги занемели.

– Далеко же вы ушли, – протянул Алистар. – Признайте, вам нравится мое общество! Все остальное просто увертки! – он поднялся и подошел ближе.

– Мне жаль, если вы действительно так считаете! – она гордо вскинула подбородок и поковыляла прочь. Ее гладкие туфельки, отлично подходили для прогулки по вымощенным дорожкам, но на мокрой траве подвели. Девушка поскользнулась и чуть не упала лицом в грязь. Алистар выручил, придержав за плечи. София зло оттолкнула его, мужчина в ответ подхватил ее на руки.

– Поставьте меня на землю! – потребовала она, воинственно сжимая кулачки, девушка была готова надавать ему оплеух, но Алистар не дал для этого повода. Он на вытянутых руках отнес ее к плащу и усадил.

– Не ушиблись? Посидите немного, онемение пройдет! – посоветовал он и сел рядом, теперь их локти едва соприкасались. София настороженно разглядывала мужчину. Игра или он наконец-то показал лицо без этой своей придури ловеласа.

– Вы та девушка из леса, художница, – неожиданно произнес он, – лет семь назад, весной мы встретились возле озера. Вы еще подумали, что я решил утопиться. Волновались, рыдали…

– Ага, каждую ночь в подушку! – маркиз улыбнулся, впервые с момента встречи получилось искренне. – Я давным-давно о вас забыла.

– Не забыли, – возразил Алистар, его лицо сделалось серьезным, он поймал ее взгляд, – а я вас оскорбил при первой встрече. Вы, наверное, все не так себе представляли. Простите.

София фыркнула, его извинения она принимать не собиралась.

– Вы снова притащили этот мерзкий веник! – нахмурилась фрейлина, увидав роскошный букет орхидей. Вчера это были фиалки, позавчера вообще какая-то заморская гадость. Алистар продолжал попытки задобрить ее, хотя девушка ничего не принимала.

– Я все, еще надеюсь узнать, какие цветы вам нравятся! – он взял букет и протянул его Софии, она поморщилась и оттолкнула подарок.

– Завтра принесу флоксы, – сообщил Алистар и выбросил цветы.

– Зачем вы так стараетесь, милорд, я ничего для вас не значу? Более того у наших отношений нет будущего, – мужчина посмотрел на нее внимательно, в какое-то мгновенье зародилась мысль, что она не такая как все, у Софии доброе сердце, еще не тронутое пороком жадности. Но потом он вспомнил, как она сравнила его с безродным, ярость обожгла грудь. – Вам не кажется, что лучше направить ваши усилия туда, где они принесут… – договорить он ей не позволил, рывком прижал к себе и поймал в плен трепетные губы. София не пыталась сопротивляться его натиску, но отвечать взаимностью не стала. Алистар уложил ее на спину и немного отстранился.

– Я хочу доказать, что ты такая же, как все! Твоя маска невинной девочки так же фальшива, как и мои заверения в любви.

– Вот как? – София успокоилась, оттолкнула мужчину и поднялась. Алистар ждал, что она сейчас влепит, ему пощечину или обвинит в недостойном поведении, но девушка вытерла губы платком и принялась растирать ступни.

– Нечего ответить?

– Матушка научила меня тому, что нельзя отвечать злом на зло!

– Как благородно! – едко отозвался Алистар

– Дело не в благородстве, – качнула головою фрейлина, – а в том, что я должна заботиться о завтрашнем дне. Давайте остановимся на мгновенье и представим, что я рассердилась и высказала много нелицеприятных вещей. Как в следующий раз поступите вы? Обида ведь никуда не денется, однажды злости накопится столько, что вы не сможете удержать себя в руках и сделаете то, о чем впоследствии будете жалеть.

– Чепуха!

– А разве не злость привела вас сегодня ко мне? – София встретила его возражение, улыбкой. – Она же приведет вас и завтра, но когда-нибудь терпение лопнет. И мне страшно думать, что случиться потом, – девушка обняла руками озябшие плечи. Личико ее сделалось на диво серьезным.

– Я все равно приду завтра и добьюсь своего, а ваша брава – пустой звук.

– Возможно, но никто не знает, что принесет новый день, – София печально улыбнулась, в очередной раз, вспомнив почившую Риму, она казалась хорошим человеком, но что же заставило ее совершить подлость. Девушка заметила букет орхидей, сердце сжалось от того, как небрежно валялись красивые цветы. Через пару часов они завянут.

– Вы не могли бы мне помочь? – Алистар озадачено уставился на девушку.

– Я к вашим услугам леди София.

– Дайте руку! – мужчина помог подняться и пошел следом. Девушка подняла букет, лорд ухмыльнулся.

– Все же понравились! – заключил он, а потом улыбка сползла с его лица. София направилась к воде.

– Держите крепче, если я упаду, платье окончательно испачкается, – Алистар придержал ее за локоть. Она подошла к самому краю, положила букет в воду и всколыхнула рукой волны, чтобы цветы выплыли на глубину. – Рима, надеюсь, ты в хорошем месте, я верю, ты была хорошим человеком. Хочу, чтобы ты знала, я не таю на тебя обиды, – едва слышно молвила София, а потом сложила ладони перед собой и начала молиться за упокой души. После долгих раздумий она пришла к выводу, что события той ночи, не прихоть Римы, а чей-то злой умысел. Таинственный недоброжелатель наверняка до сих пор жив, здоров и возможно замыслил новую каверзу. Завершив молитву, она и обернулась к мужчине. – Пойдемте, я замерзла!

– Вы отдали мой букет покойнице!

– Я почтила ее память, а вы все равно собирались выбросить цветы, – пока они поднимались наверх по склону, девушка держалась за локоть Алистара, чтобы не упасть.

Маркиз остановился, посмотрел на нее и потребовал:

– Больше так не делайте!

– Если я вас попрошу не приносить цветы, вы тоже меня послушаете? – Алистар скривился, София улыбнулась и отпустила его руку.

– Хорошо, первый раунд за вами, очаровательная София, – девушка скривилась, увидав лукавую ухмылку придворного сердцееда. – До завтра! – шепнул он, поймал ладошку и коснулся губами кожи.

– Колокольчики и первоцветы! – после этих слов Алистар с недоумением воззрился на фрейлину. – Вы спрашивали, какие цветы я люблю – это ответ! Только учтите, полевые растения вянут в течение получаса и в горшке не растут!

София обогнала его и удалилась гордо, выпрямив спину, Алистар проводил ее взглядом.

– Полевые цветы? Серьезно? – и только потом до него дошло, это сказано специально. – Вот же лиса! Еще посмотрим кто кого!

Глава 9. Роковая случайность

Поминальная служба закончилась в девять вечера, фрейлины возвратились во дворец. София чувствовала себя разбитой. Седмица миновала, но тревога не отпускала. Баронесса сняла плащ, отцепила черную вуаль с волос, открыла ящик комода, чтобы сложить вещи и застыла в недоумении. Одежда лежала в другом порядке. Фрейлину прошиб холодный пот – здесь кто-то побывал, она бросилась к зеркалу, где спрятала досье на лордов. Папки оказались на месте, фрейлина вздохнула с облегчением, но уснуть не смогла. Всю ночь ворочалась с одного бока на другой, выстраивая догадки. Кому понадобилось лезть в ее комнату и зачем.

Естественно, во время завтрака София клевала носом. Старшая фрейлина сжалилась и отправила подопечную в библиотеку, а не в сад. Задание воодушевило, книжное царство девушка еще не посещала. Баронесса улыбнулась, несносный маркиз останется с носом, поджидая ее в саду. Мысль порадовала, даже сил прибавилось. София толкнула дверь, переступила порог и принюхалась – пахло книгами.

– Рад лицезреть вас вновь, – голос ненавистного Де Сеттера напугал, фрейлина вздрогнула и обернулась. Лорд обнаружился подле двери, на этот раз без цветов.

–А вот я вас не очень.

–Кто бы сомневался! – он подошел, приобнял ее за плечи и увлек вглубь в библиотеки.

–Куда...

–Т-ш-ш, сюрприз, вы же любите сюрпризы, – лорд проводил ее к читальному залу, галантно распахнул перед дамой дверь и пропустил вперед. Девушка остановилась, уловив аромат свежей выпечки и мятного чая. – Сюда, прошу вас! – маркиз без труда завладел ее ладошкой и повел за собой.

– Вы издеваетесь? – вспыхнула София, увидав накрытый для двоих стол. – Я пришла по поручению и не собираюсь…

– Просто составьте мне компанию, обещаю, все будет благопристойно!

– И все же вынуждена отказаться! – она попыталась уйти, но маркиз заступил путь, улыбнулся.

– Я настаиваю.

Она буравила его сердитым взглядом, но Алистар больше уступать не собирался.

– Обещайте, что позволите мне уйти, если я пожелаю.

– Желание дамы – закон, – прохиндей состроил услужливую рожу подошел к столу и выдвинул кресло. – Присаживайтесь или смелость уже иссякла?

– Завтрак в вашей компании правильнее называть дуростью или пустой тратой времени, – возразила София, опускаясь на предложенное место.

– Вы несправедливы. Воспринимайте нашу встречу как урок. Я научу извлекать пользу из любого события. Кстати, пирог и печенье только испекли, попробуйте.

– Благодарю, – ответила София, но взгляд оставался настороженным. Она взяла в руки чашку с чаем, принюхалась. Мужчина не сводил с нее глаз, чем больше девушка сомневалась, тем шире становилась его улыбка.

– Желаете, отведаю ваш чай первым?

– Простите мою мнительность, – молвила она, принюхавшись к напитку еще раз, – после того случая с отравленным чаем, я опасаюсь пить что-либо, – фрейлина решилась и сделала малюсенький глоточек. – На вкус вроде ничего.

– Это обычный чай, уверяю! – поведал Алистар, пододвигая ей вазочку с печеньем. София не стала отказываться от угощения, слишком любила миндальную начинку.

– Выглядите встревоженной, что-то случилось?

– Мне кажется у меня в комнате, кто-то устроил обыск, – неожиданно для самой себя призналась девушка. Потом прикусила губу и махнула рукой. – Забудьте!

– Дайте, угадаю, это случилось вчера, пока все были на мессе.

– Откуда, это что вы…

– Не спешите винить меня во всех грехах и просто выслушайте. В комнате Риманы Де Флобер обнаружили дурман.

– Погодите, но как это относится к беспорядку в моих покоях?

– Стража получила приказ проверить всех фрейлин.

– Они копались в моих вещах, господи, какой позор!

– Леди София, – маркиз переставил стул поближе, коснулся ее плеча. – Все не так страшно, как вы думаете. Никто не копался у вас в вещах. В комнаты заводили собаку, если пес вел себя спокойно шли дальше. Возьмите еще печенье.

– Рима умерла из-за дурмана? – София взяла угощение из его руки и посмотрела в глаза. Маркиз хотел солгать, но встретившись с ней взглядом не смог этого сделать.

– Возможно, она употребляла дурман, но причину смерти не установили. Лекарь сказал – она просто угасла.

– После бала Рима выглядела плохо, осунулась, стала вялой, но принимать тот порошок она не могла! – воскликнула баронесса, поймала его руку и сжала пальчиками. – Рима играла на скрипке и готовилась к выступлению по шесть часов в день, для этого требуется чистый разум. Понимаете?

– Занятно! – София вздрогнула, услыхав этот голос, завертелась и отыскала взглядом обладателя. Барон Луц вышел из-за стеллажей и прислонился спиной к одному из них. – Вас даже не удивил тот факт, что у Риманы обнаружили дурь!

Щеки девушки заалели, глазки забегали, она отвернулась от Джерарда и только сейчас заметила, что крепко сжимает ладонь Алистара. Тряхнула головой, убрала руки и вскочила из-за стола.

– Лорд Луц! – прошипел маркиз.

– Если ищите уединения, то выбрали весьма неудачное место!

– Вы все не так поняли! – выпалила София.

Барон подошел ближе смерил ее взглядом, затем оценил разнообразие снеди.

– Трудно интерпретировать это иначе.

– Леди, прекратите оправдываться перед этим варваром!

– Правильно, после таких вот встреч оправдываться придется перед собственной совестью. А теперь рассказывайте, что еще вам известно?

София потупилась, плечи поникли, ей стало невыносимо стыдно, за вранье Джерарду, и за то, что проболталась маркизу. Ошибка за ошибкой, сколько можно. Девушка зажмурилась, жар никак не покидал лицо, но теперь горели даже руки.

– Что же вы молчите? – Джерард приблизился еще на шаг, подцепил пальцами подбородок, заглянул в глаза.

София вырвалась из его хватки и закричала:

– Хватит! Я ничего не знаю, слышите ничего! Прекратите меня допрашивать. Это ведь по вашему наущению провели обыск, не так ли? Удовлетворены, выслужились? Вы хватаетесь за все подряд, ввязываетесь в дела, которые вас не касаются. Вам нравится копаться в чужом белье? Рима поступила плохо, но к этой истории с дурманом она не причастна, если бы я заговорила и оказалась не права, что тогда? Как бы я могла с этим жить?

– София, – Джерард заподозрил неладное, потянулся к ней рукой, но девушка оттолкнула.

– Вы бездушный лорд! – припечатала она и убежала из библиотеки.

Луц проводил ее взглядом.

– Какого дьявола ты все испортил?

Вместо ответа барон взял чашку Софии, понюхал чай, затем взял печенье и тоже обнюхал, ну точно пес. Глаза его сузились от злости.

– Донник и корень солодки! Маркиз Де Сеттер, у вас нет ни капли совести!

Алистер в ответ ухмыльнулся и развел руками.

– В любви и на войне все средства хороши. Мне хотелось, чтобы девочка немного расслабилась, прониклась доверием – осклабился тот. – Что бросишься ее защищать, как в прошлый раз? Да, только не оценит она твои старания, понял? Я и только я буду владеть ее душой и телом. Пошел вон! – Алистар ткнул пальцем в сторону двери. Джерард какое-то мгновенье рассматривал мерзавца, потом хватил за выставленную в его сторону руку, вывернул запястье, заломил локоть за спину и хорошенько приложил лицом о дубовую поверхность стола.

– Хочешь ее внимания, так используй честные методы! Понял? – каждое свое слово Джерард сопровождал встречей благородной морды со столом, наверное, чтоб лучше доходило.

– Тебе это с рук не сойдет! – вырвавшись, прорычал маркиз.

– И что будешь делать? Братцу пожалуешься?

– Ублюдок.

– Я сказал, ты услышал! – изрек Джерард, отряхнул руки и вышел вон.

После разговора все пошло наперекосяк. Осведомитель из городской стражи не пришел на встречу, знакомый экзорцист исчез по пути в столицу, даже экономку найти не удалось. Если верить россказням, женщина с самого утра отправилась проверять работу дворцовых служек, да так увлеклась, раздавая нагоняй, что вряд ли освободиться раньше вечера.

Джерард вернулся к себе, взял лист бумаги, обмакнул перо в чернила. Мысли вернулись к Софии, когда она стояла в шаге от него, а глазки лихорадочно блестели. Совсем, как на балу. Мужчина вспомнил ее улыбку и смех, когда они кружились в танце, сердце забилось быстрее.

– Почему бездушный-то? – вопросил лорд, тряхнул головой и взглянул на лист, узрел огромную кляксу. – Проклятье! – бумага отправилась в урну. Джерард сунул перо на подставку. Раз не может сосредоточиться на работе, надо прогуляться, развеяться. Ноги, само собой, принесли к фрейлинам. Барон остановился и поймал себя на мысли, что ему безумно хочется увидеть Софию, поговорить с ней, объясниться. Да только вряд ли она станет слушать. Вот же странная девица, то превозносит его перед окружающими, то убегает, словно он чудовище.

Джерард развернулся и пошел в другую сторону, завернул за угол и вдруг впереди мелькнула знакомая фигура.

– София? – удивился он и прибавил шаг, когда добрался до места, проказницы уже и след простыл. Джерард оглянулся и пошел искать. Миновал несколько коридоров и почти уверил себя, что светловолосая красавица пригрезилась.

– Последний поворот и возвращаюсь…– решил он, ступая в коридор. Взору открылась удивительная картина, его светловолосый ангелок сидел на корточках возле двери и бесстыдно ковырял замок. Мужчина протер глаза, но девушка не исчезла. Следовало проследить и выяснить, зачем она лезет в бесхозные покои. Ежели безобразие увидят посторонние, репутация Софии пострадает.

Лорд подкрался, намереваясь схватить за руку, чтобы девчонка выложила правду, как на духу.

Тень закрыла обзор, София обернулась, порывисто вскочила и прижалась спиной к стене. Испуг сменился узнаванием, фрейлина возмутилась:

– Нельзя же так подкрадываться, из-за вас я чуть не померла со страху!

– Леди…

– Т-ш-ш, ну-ка, прикройте меня! – скомандовала девица, снова засовывая шпильку в замок. Джерард опешил настолько, что послушно выполнил требование, но быстро опомнился, схватил за локоток и вздернул на ноги.

– Леди, что вы творите?

– Спасаю собственную жизнь.

– Вам что-то угрожает? – Джерард мигом перестал сердиться.

– Риману, убили! Я не хочу стать следующей!

– Откуда такие выводы?

– Нет, времени на болтовню, хотите знать больше, помогите открыть эту проклятую дверь!

Барон скрипнул зубами.

– Решайтесь быстрее! – буркнула девушка, подливая масла в огонь.

– Давайте сюда! – он отобрал у нее погнутые шпильки.

Фрейлина сунула нос ближе, в надежде подглядеть, как он отопрет замок. Джерард повернулся, чтобы сделать замечание, его взгляд уперся в пышное декольте, выставленное на обозрение. София проследила, куда уткнулся взгляд мужчины.

– Милорд! – она отпрянула и прикрыла вырез руками.

– Прекратите меня отвлекать!

– Да, бога ради! – воскликнула она и отошла всего на пару шагов, но даже там пританцовывала от нетерпения.

– Кто-то идет… Быстрее!

– Сейчас-сейчас, – откликнулся лорд, замок щелкнул, мужчина извлек шпильки.

– Внутрь живо! – скомандовала София, схватила его за рукав и потащила за собою. Захлопнула дверь, закрыла на замок изнутри, обернулась. Джерард в это время обвел взглядом шикарно обставленную спальню и вопросительно изогнул бровь. Фрейлина покраснела.

– Леди, вы представляете, что станет с вашей репутацией, если нас здесь застукают?

– Вас заботит моя репутация, это так мило! – воскликнула девчонка и ринулась на другой конец комнаты к шкафу. Распахнула дверцы. – Помогите! – попросила она, хватаясь руками за перегородку, что разделяла пространство на две половины.

– Отойдите! – Луц догадался, что от него требуется, рывком вытащил все лишнее. – Жажду услышать объяснение!

– Терпение, милорд, – шепнула она, искоса поглядев на входную дверь, оттуда доносились голоса. – Внутрь, живо! – скомандовала фрейлина, запрыгивая на тумбочку, где обычно оставляли тапки, жестом поманила к себе Джерарда. Щелкнул замок на входной двери, барону ничего не оставалось, кроме как нырнуть следом за Софией в шкаф и закрыть дверцы.

Внутри оказалось тесно. Девушка вжалась спиной в стену, но Джерард все равно стоял вплотную, их тела соприкасались, а дыхание щекотало кожу. В спальне появились новые действующие лица.

– Изабель, я так соскучился…

– Дорогой! – следом за восклицанием последовал характерный звук поцелуя. Джерард ухмыльнулся и посмотрел на смущенную фрейлину.

– Зачем вы сюда полезли?

– Под кроватью было бы еще хуже! – вспыхнула София, мужчина закатил глаза, вздохнул и попытался хоть немного отстраниться. – Да, тише, вы! Если услышат, позора не оберемся!

Ситуация в комнате накалялась, любовники поцелуем не ограничились, судя по звуку, они срывали одежду друг друга. Джерард улыбнулся, разглядывая пунцовое личико, девушка оказалась настолько близко, что он не смог удержаться, осторожно коснулся пальцами ее ладошки.

– Что вы…

– Пользуюсь моментом, – шепнул в ответ он и медленно провел рукой вверх. Пальцы скользнули по самой границе ткани, но так и не коснулись кожи. София ущипнула его за руку – это самый тихий способ выразить негодование. Джерард даже не поморщился. – И хочу с вами поговорить.

– Какие разговоры, когда там…

Под этим самым там, она подразумевала страстные стоны любовников.

– Поверьте, они настолько увлечены, что не заметят нашу беседу, – София обожгла его сердитым взглядом и больше не проронила ни слова. Мужчина улыбнулся и позволил себе прикоснуться к ее волосам, потом к виску, пальцы скользнули вниз по скуле. Он поймал ее смятенный взгляд и серьезные вопросы вылетели из головы. – Почему это я бездушный лорд?

Она прикусила губу и замерла не в силах вымолвить ни слова, сердце колотилось в груди, словно обезумев. Смотреть в глаза искусителю оказалось настоящей пыткой, мужчина это прекрасно понимал, потому и улыбался. Он едва ощутимо коснулся ее щеки, затем поймал подбородок и большим пальцем провел по нижней губе. София вздрогнула, дыхание сбилось.

– Я жду ответ, – горячий шепот обжег ухо.

– Я, я…

– Вы что? – черный взгляд буквально гипнотизировал. Джерард отпустил ее подбородок, рука скользнула вниз, едва уловимо касаясь подушечками кожи на шее. София глубоко задышала, пышная грудь соблазнительно вздымалась. Губы девушки сжались до тонкой линии, казалось она оттолкнет его, а то и вовсе поднимет бучу, но голубых глазах вспыхнули лукавые огоньки.

– Так нечестно, – шепнула она и подалась вперед. Теплые ладошки легли ему на плечи, а затем медленно скользнули вниз и забрались под камзол. София улыбалась, не сводила взгляд с его лица. Тонкая рубашка не могла скрыть натренированное тело, пальчики скользнули к животу, поддразнивая, а потом она осмелела настолько, что забралась между пуговицами и прикоснулась к горячей коже. Джерард напрягся, поймал ее ладонь и прижал к себе.

– Не дразнись!

– Ты первый начал, – попеняла она, сверкая очами, попыталась освободить руку, но мужчина не позволил, вместо этого он потянулся к ее губам. София замерла, осознав, что он намеревается сделать, свободной рукой уперлась ему в грудь. Джерард остановился в дюйме от ее губ. В черных глазах было столько тепла и восхищения, что можно утонуть. Девичья ладошка дрогнула и медленно скользнула на плечо, мужчина в тот же миг приник к губам Софии. Баронесса не отпрянула, она подалась вперед и ответила на поцелуй. У Джерарда словно крышу сорвало, он притянул девчонку к себе, впился в медовые уста. София обвила его шею руками и пылко прижалась к нему.

– Когда ты убьешь короля? – вопрос вернул в реальность. Фрейлина уперлась ладошками мужчине в грудь, Джерард нехотя отстранился, но руки не убрал. Осторожно погладил ее по волосам и прижал к себе. София обожгла барона сердитым взглядом, он улыбнулся в ответ. – Мы придумали замечательный план, брат короля отправится на плаху, а ты – на трон. Зачем оттягивать неизбежное?

– Изабелла, милая моя, убить короля недостаточно, нужно еще удержать корону. Если Бенедикт умрет, на пути встанет Герцог Де Вильм, без союзников его не одолеть. Скоро ко мне примкнет фельдмаршал, а в месте с ним верные солдаты, тогда мы начнем действовать!

– Ты такой решительный! Обожаю тебя…

– И еще хотел предупредить, держись подальше от королевской шлюхи.

– Маргарет? А что с ней не так?

– Бенедикт ревностно ее охраняет, даже безродный пес короля нынче вокруг фрейлин ошивается. Как бы не вынюхал чего.

– Я думала это из-за смерти Римы, но получается всему виной эта крашенная курица! – прошипела фрейлина. – Меня переполняет ярость, когда слышу ее имя. Она себя уже королевой возомнила.

– Что? Если она беременна… Нет, Бенедикт не пошел бы на это. Графиня ему неровня!

– Возможно, следует поторопиться?

– Пожалуй… Нужно убрать и графиню Де Уотан, для надежности.

София так и не догадалась, кто любовник Изабеллы. Только прикрыла рот ладошкой и глаза выпучила, услыхав беседы подобного рода.

– Завтра король отправиться навестить больного брата и погибнет, а через месяц после траура я сделаю тебя королевой.

– Люблю тебя, – фрейлина еще раз поцеловала, любовника, – мне пора возвращаться.

Заговорщики удалились, щелкнул замок на входной двери.

– У короля есть младший брат? – шепотом спросила София, не торопясь покидать укрытие.

– Мне о таком неизвестно, но иногда король оставляет свои дела и куда-то уходит на несколько часов. Один без охраны…

– О господи. Все случится завтра! – воскликнула фрейлина, опомнилась и выскользнула из шкафа, а заодно из волнующих объятий барона. – Нужно что-то сделать, как-то предупредить, – она направилась прямиком к выходу, но Джерард преградил путь.

– Милорд? – голосок девушки дрогнул, она прижала руки к груди.

– Вначале расскажи, как узнала об этой встрече? – София помрачнела и отвела взгляд. – Только давай без уверток! – но даже после этого фрейлина, не спешила делиться секретами. Джерард подошел ближе, положил руки на плечи, вынуждая смотреть на него. – Выслушай меня. После доклада, король спросит, откуда мне известны подробности заговора. Я не хочу раскрывать твое имя. Когда речь заходит об измене, малейшее подозрение может отправить на плаху. Понимаешь?

– Ладно, меня напугала смерть Римы, а еще вспомнился отравленный чай. Возможно, это случайность, но в моей чашке тоже был яд. Тогда я задумалась, кто мог желать Римане смерти. Первой в списке значилась Изабелла Де Марель. Не знаю, что за кошка между ними пробежала…

– Дальше, – мужчина был неумолим. София прикусила губу, – я жду!

– Хорошо, я пробралась в комнату Изабеллы, нашла дневник.

– Ты еще и чужие дневники читаешь!

– Я все читаю, когда чего-то боюсь, – всплеснула ладошками фрейлина, – так вот, в дневнике несколько раз упоминалось о встречах. Я решила все выяснить. Остальное вы слышали, – София натянуто улыбнулась. – Какая удача, что мы встретились...

В следующий миг Джерард навис над нею.

– Больше никакой самодеятельности, понятно?

– Мне что, по-вашему, сидеть и дожидаться, пока настанет мой черед? Ну, уж нет.

– София, – он положил руку ей на талию и заговорил мягче, – не стоит совать носик в каждую щель, его могут больно прищемить. Оставь эту затею. Наверное, я говорю это запоздало, но чай не был отравлен.

– Что?

– Яда хватило, чтобы убить собаку, но для человек доза слишком мала. Вы бы почувствовали недомогание, но не более того.

– Вы предлагаете дождаться, пока злоумышленник наскребет деньжат, на яд подороже! Вот уж спасибо.

– Предполагаю, кто-то из фрейлин, боялся твоей победы в конкурсе, потому отравил чай. Смерть Риманы несчастный случай.

– Хорошо стелите, да падать больно! Риму – убили, а дурман ей подкинули. Я выясню, кто это сделал!

– София! – воскликнул он и крепче прижал ее к себе. Взгляд соскользнул на алые губы. – Я не позволю тебе рисковать! – Джерард потянулся к устам, но в этот раз, девушка остановила его на полпути.

– Не надо.

Джерард нахмурился, девушка попыталась выбраться из его объятий.

– Почему?

– Я стану переступать черту!

– Ты уже это сделала.

– Признаю, что дала слабину, но это – ошибка. Мы можем вернуть отношения в прежнее русло?

– Сугубо деловое? – скривился Джерард.

– Да.

– Это из-за Алистара? – фрейлина отвела взгляд. – Он играет с тобой! Он…

– Думаете, я этого не понимаю? Милорд, прошу вас! – София смотрела на него глазами ягненка.

Барон выпустил ее из объятий, он не хотел этого делать, но и удерживать не имел права.

– Обещайте не слоняться по дворцу в одиночестве? – он вновь перешел на официальный тон, – И не пробираться тайком в чужие комнаты. А еще… – она приложила палец к его губам, вынуждая умолкнуть.

– Бездействовать я не могу и не стану.

– В таком случае, прошу, нет – умоляю, сообщите мне!

– И вы, как верный рыцарь, примчитесь на выручку? – ее глазки озорно сверкнули.

– Сделаю все возможное! Леди София, прекратите меня искушать.

– Простите, ничего не могу с собой поделать, – созналась она, подошла к двери, открыла замок и весело подмигнула. – Удачи вам!

– Шельма, – прошептал Джерард, провожая ее восхищенным взглядом. Сладость ее губ, заставляла сердце биться чаще. – Авантюра того стоила.

Долго наслаждаться воспоминаниями нельзя, злободневные дела требовали его участия. Инициатора заговора он узнал – это герцог Густав Дер Корбе, троюродный племянник короля. С чего вдруг ему захотелось примерить корону? Хуже всего, тот факт, что идти к его Величеству не с чем, но оставлять дело на самотек, дожидаясь, пока заговорщики совершат покушение тоже не вариант. Один союзник в этом деле точно имеется – брат короля, на которого попытаются свалить убийство.

Джерард направился к принцу Генриху. Стражи возле его покоев не наблюдалось. Барон нахмурился и постучал в дверь.

–Пшли прочь! – донеслось изнутри.

Барон возглас проигнорировал, отворил дверь и вошел внутрь на свой страх и риск.

– Ваше Высочество?

– Я что сказал? Вон! – рявкнул принц, не отрывая взгляд от книги в черной обложке, не то исторические хроники, не то учебник по алхимии.

– Прошу прощения, Ваше Высочество, но дело не терпит отлагательств.

Генрих перевел взгляд на гостя. Воздух в комнате будто заледенел. Принц захлопнул книгу и сжал ее в руке так, что костяшки побелели.

– Излагай!

Лорд Луц кивнул и приблизился на несколько шагов, ему стало совсем не по себе. Мрачные покои принца, напоминали подземелья. Серый шелк на стенах, мозаичный пол из черного камня, окно зашторено гардинами неопределенного цвета. Может их просто не стирали лет, эдак, сто. Ежели добавить в обстановку чуток паутины и зеленого мха, получится вылитая пещера отшельника. Джерард передернул плечами, право слово, даже в допросной уютнее, чем здесь.

– Герцог Дер Корбе готовит покушение на короля!

Лицо Генриха перекосило, он сжал кулаки.

– Ко мне ты зачем явился?

– Эм, – Джерард опешил, но быстро взял себя в руки. – У меня нет улик и времени в обрез…

– Излагай короче! – принц даже побледнел, словно ему стало дурно.

– Младший брат, у вас есть младший брат?

Генрих резко поднялся и отошел к камину, замер спиною к гостю спиной, сгорбился.

– Был – изрек принц, прозвучало настолько глухо, словно Генриху слова давались с трудом, – детстве он упал с лошади и ударился головой. С тех пор…

– Его Величество навещает брата?

– Мне почем знать!

Джерард вздрогнул, но отступать нельзя, нарушая этикет, он приблизился к принцу.

– Заговорщики собираются подослать убийцу, через тайный ход. Вероятно, это случится завтра, а потом во всем обвинят вас

– Знаю! – гаркнул принц, оборачиваясь. Джерард побледнел, он многое повидал в жизни, но с таким не сталкивался. Серые глаза принца стали бесцветными, белки наливались кровью. Кожа посерела, как у покойника. – И я не могу помочь! – голос сорвался на хрип. – Де Вильм сможет. Снимай перстень! – приказал принц, протягивая левую руку. Пальцы оказались скрючены, кисть подрагивала. – Бери и проваливай!

Дважды повторять не пришлось. Барон и сам предпочел бы не видеть Генриха в таком состоянии. Он не понимал, что с ним такое, а главное – откуда он знает про заговор?

Вопросы вертелись в его голове, пока лорд шел к лысому герцогу. Покои вельможи располагались на втором этаже и занимали всю восточную галерею, это больше двадцати комнат. Вход охраняли гвардейцы, выстроившись по стойке смирно. Роберт Де Вильм содержал собственную охрану. Излишней мнительностью он не страдал, просто нашел еще один способ подчеркнуть свой статус.

Барон Луц приблизился к стражникам, те скрестили алебарды.

– Его светлость не принимает, – охрана герцога была на порядок вежливее королевской. Что не удивительно, это же не их Джерард раскидал, выполняя приказ хозяина.

– Я от принца, – барон продемонстрировал перстень Генриха, стражи расступились, двое пристроились за спиной в качестве почетного эскорта.

Герцог обнаружился в своем кабинете, разбирал корреспонденцию и доносы.

– Лорд Луц, какая неожиданность, – протянул вельможа, но доброжелательностью даже не пахло. Старик на дух не переносил тех, кто мешал ему работать.

– Покорнейше прошу меня простить, ваша светлость! В оправдание скажу, что дело не терпит отлагательств, – в подтверждение барон передал ближайшему стражу перстень принца. Воин отнес его герцогу.

– Генрих прислал тебя ко мне? – в этой фразе прозвучало столько удивления, словно произошло нечто из ряда вон. Барон кивнул, тогда Роберт выставил охрану и приказал: – Излагай.

– Ваша Светлость, у меня нет доказательств, только слова, – предупредил Джерард. Герцог нахмурился и жестом приказал сесть. – Густав Дер Корбе намеревается убить короля!

Барон думал, новости повергнут собеседника в шок, но Де Вильм лишь хмыкнул.

– Созрел, значит, малец. Что конкретно тебе известно?

– Он подошлет убийцу через тайный ход, когда король отправится к младшему брату!

Пояснения герцог встретил с равнодушным лицом, но образ доброго дедушки окончательно померк. Напротив Джерарда сидел тип с цепким взглядом и сомнительными намерениями.

– Лорд Луц, у короля нет младшего брата! – тон не предвещал ничего хорошего.

Роберт Де Вильм влиятельный человек, если король умрет, герцог сумеет отвоевать трон. Лысый наверняка просчитал шансы заговорщиков. Более того старик понимал, что Гюстав не удержит власть, характер не тот. Это играло ему на руку. И если Луц не сумеет переубедить герцога Де Вильма, то покинет эти апартаменты, лишь вперед ногами.

Барон прикрыл глаза, перед внутренним взором появилась София, она улыбалась. Если с Джерардом что-то случится его ангелочек останется без защиты. Такого допустить нельзя.

Луц ответил на взгляд герцога ухмылкой, вопреки грозящей опасности.

– Ваша светлость, я уже прояснил вопрос о младшем брате короля, – поведал Джерард, откидываясь в кресле, под удивленным взглядом собеседника, – принц жив, хотя ему нездоровится. – Де Вильм улыбнулся, выразительно так, будто говорил: ты об этом знаешь, и я знаю, но сего маловато, чтобы получить содействие. – Собственно, я прибыл потому, что опасаюсь вовсе не герцога Дер Корбе. Меня тревожит другое дело.

– Про вора я наслышан…

– Речь не о том, – наконец-то барон, завладел вниманием лысого, тот впился в него взглядом, словно жаждал прочесть мысли. – Жрец демонического культа – вот моя настоящая цель. После того, как дворец закрыли, он проявил себя, демону постоянно нужны души. Сейчас исчезают слуги, тела находят за пределами города, их удалось опознать по личным вещам. Римана Де Флобер, тоже стала жертвой демона...

Лик герцога омрачился, он побарабанил пальцами по столу.

– Жрец и демон, не такая уж беда! Надо просто вызвать экзорциста.

– Уже вызвал двоих! Оба канули в неизвестном направлении. Скоро вести достигнут храма. Фанатики в белых рясах получат законные основания, направить паладинов во дворец. Желаете очиститься от скверны?

Герцог скривился, храмовников он не любил, так же сильно, как богомерзких варваров севера, с которыми воевал без малого десять лет, а еще вельможа понимал, что только Бенедикт способен осадить священнослужителей.

– Действовать нужно немедленно! Ты отправишься со мной к королю!

– Как будет угодно, ваша светлость! – сложно произнести эти слова без ехидства и насмешек, но Джерард старался, хотя лицедейским талантом боги его обделили.

Король находился в опочивальне, куда большинству придворных путь заказан, но Роберта Де Вильма пропустили без вопросов. Когда гости подошли к апартаментам, путь заступил камергер.

– У короля посетитель, – сообщил он, и герцог тотчас сделался мрачнее тучи.

– Опять эта девка явилась! Бенедикту давно пора сменить любовницу.

– Маргарет Де Уотан? А есть вероятность, что она станет королевой? – спросил Джерард, припомнив беседу заговорщиков

– Кто она и кто король!

– И все же…

– Советники этого не допустят, – твердо ответил старик, – такой брак унизит союзников Бенедикта среди высшего дворянства. Недовольство порождает смуту, а там и до войны недалеко, – герцог улыбнулся и добавил: – Ты иноземец, потому не понимаешь наши устои, но поверь, никто не потерпит королеву-шлюху. Почему девица тебя заинтересовала?

– Густав обеспокоен продолжительным романом короля.

– Дети вне брака – бастарды!

В этот миг дверь отворилась из покоев короля вышла Маргарет.

– Ваша светлость! – графиня присела в реверансе, продемонстрировав глубокое почтение, а заодно и декольте. Герцог Де Вильм скривил губы, его благодушие бесследно исчезло.

– И снова вы, графиня, не представляю, как низко вы способны пасть?

– Слово короля закон, – молвила фрейлина, покорно склонив голову.

Джерард рассматривал фаворитку короля, она гармонично сложена, ярко-рыжие волосы притягивают взгляд, синие глаза напоминают осеннее небо. Довольно яркая внешность, если учесть, как долго Маргарет сохраняет статус фаворитки, то можно сделать вывод, что за милым личиком скрывается острый ум. Барон еще раз окинул взглядом прелестницу: чуть сутулые плечи, тонкая талия, драгоценное колье и покорный взгляд. Казалось, искра жизнь в душе Маргарет давно угасла.

– Я могу идти?

– Конечно, обязанности фаворитки, должно быть, утомили вас.

– Нисколько, ваша светлость! – дерзить с покорным выражением лица, рыжая умела. Она еще раз присела в реверансе и ушла, шелестя юбками.

– Он к ней не прикасался! – заключил Джерард, глядя вслед гостье, ее платье и прическа – все в идеальном порядке. Герцог вздохнул.

– Именно это тревожит меня больше всего – она, как дурман для короля. Знал бы ты, сколько почестей Бенедикт оказал ее роду, а сколько земель подарил…

Камергер доложил королю о посетителях, вскоре они очутились в святая святых. Бенедикт принял их в кабинете, рядом со спальней, сменить дневное облачение он не успел, только расстегнул несколько пуговиц на рубашке.

– Ваше Величество! – придворные поклонились.

Бенедикт обернулся, обвел взглядом посетителей. Ему докладывали, что первый советник поддерживает с бароном приятельские отношения, но что заставило герцога помогать безродному, пока оставалось загадкой. Роберт Де Вильм был верным вассалом, насколько это возможно для герцога, а еще он ничего не делал без выгоды для себя. Коль он здесь, да еще и с бароном – дело серьезное.

– Итак, что привело вас ко мне?

– Мой король, – подобострастно начал герцог, – мы узнали, что подлый Густав Дер Корбе, намеревается вас убить!

– Вот как? – заломил бровь Бенедикт.

– Как только вы отправитесь навестить младшего брата, случится непоправимое...

Бенедикт подошел к столу, побарабанил пальцами по дереву, новости были неприятными, но вполне ожидаемыми. Подозрения о гнилой душонке Густава, зародились давно. Финал его истории предрешен, но пока имелись еще вопросы.

– Роберт, вы не только советник, но и мой друг. Вероломство рода Дер Корбе, печалит меня, но обвинить их в предательстве без веских улик я не могу. Король должен быть справедлив.

– Да, Ваше Величество!

– Я не оставлю без внимания ваше предупреждения. Ежели выясниться, что Гюстав и в самом деле подлый предатель, то вам, как моему верному вассалу, достанется часть его земель.

– Ваша щедрость не знает границ, – умаслено заулыбался лысый герцог, – не смею более отнимать ваше драгоценное время, мой король. – Де Вильм поклонился и попятился к двери, стараясь не оборачиваться задом к королю, видимо считал это невежливым.

– Лорд Луц, а вы еще не отчитались. Как продвигается дело с поимкой вора? – вопросил монарх, когда Джерард вознамерился смыться следом за герцогом. Не вышло. Барон на всякий случай отвесил почтительный поклон.

– Вор затаился, Ваше Величество! – больше сказать нечего и потому, Луц полагал, что гнев короля сейчас обрушиться на него, но Бенедикт молчал.

– Дозволяю вам присесть, барон, – лицо Джерарда вытянулось от удивления, но он быстро взял себя в руки, исполнил приказ. – Теперь поведайте, как вы узнали о заговоре?

– Мой король.

– Без отговорок и увиливаний!

Барон опустил глаза, он знал, что врать королю напрямую нельзя. Монарх легко распознает ложь, как будто у него специальное чутье для этого имеется. Но в тоже время Джерард желал умолчать о своей очаровательной помощнице.

– Это вышло случайно, Ваше Величество. Я узнал о неподобающем поведении одной из фрейлин.

– С каких пор, вас заботят моральные устои фрейлин? Не помню, чтобы назначал вас заниматься чем-то подобным.

– Я предполагал, что кто-то из девушек покрывает вора.

– Ваши подозрения подтвердились?

– Нет, Ваше Величество!

– С кем был Гюстав?

– Леди Изабелла Де Марель, Ваше Величество.

– Кто еще, помимо вас, слышал этот разговор? – Джерард стиснул зубы, не желая отвечать на вопрос. Король нахмурился. – Ваши попытки скрыть соучастника настораживают. Я все равно выясню его имя, а вы, Лорд Луц, начинаете вызывать мое недовольство.

– Мой король, я не раз доказывал свою преданность…

– Имя!

– Ваше Величество…

– Барон Луц, а вы уверены, что свидетель на нашей стороне? Что, если этот человек уже обо все доложил заговорщикам? Об этом вы подумали? Имя…

– Леди София не причастна к заговору, она слишком напугана, недавними событиями.

– Баронесса Фон Герц? – уточнил король и нахмурился, это было очень плохим знаком.

– Ваше Величество, именно она сообщила мне о встрече заговорщиков, она не может быть предательницей.

– Тогда, как сии, несомненно, тайные сведенья попали к благородной даме? – отвечать не хотелось, но промолчать, тоже не получится.

– Из дневника Изабеллы Де Марель.

– Мне становится все интереснее. И что же побудило благочестивую даму залезть в чужие покои? Пыталась скрыть собственные прегрешения?

– Никак нет, леди опасается за собственную жизнь, она уверена, что Риману Де Флобер отравили.

– Я не улавливаю связи.

– За неделю до бала случился инцидент, кто-то отравил чай Риманы Де Флобер и Леди Софии. Виновных не нашли, служанка пропала, но позже выяснилось, что яд не мог привести к летальному исходу. Однако баронесса Фон Герц опасается за свою жизнь. Недавняя трагедия, только усилила ее подозрения. Леди начала проверять недоброжелателей Риманы, след вывел на заговорщиков.

– Вы с ней спите? – Джерард опешил. – Мне повторить вопрос?

– Нет, Ваше Величество, у нас деловые отношения.

Монарх кивнул, опустился в кресло, взгляд его сделался немного рассеянным. Барон все это время сохранял молчание. Мрачное выражение на лице Бенедикта, невольно заставляло сжимать пальцы в кулак, Джерард то и дело одергивал себя, но тревога за Софию не отпускала.

– Как ты уговорил Роберта помочь тебе?

Джерард был готов взвыть. Один вопрос хуже другого, а король вновь не сводил с него глаз. При этом оба понимали – если барон заупрямится, беседа продолжиться в менее уютном месте. Где-нибудь в застенках подземелья. Посему лучшим выходом будет сознаться во всем и сразу.

– Поиски вора натолкнули меня на след жреца демонического культа, но у меня нет доказательств.

– И ты говоришь об этом только сейчас? – рявкнул монарх, саданув рукой по столу. – Жертвы есть? Сколько?

– По моим подсчетам двенадцать, ваше Величество, все слуги!

Король гневно сжал кулаки.

– Где тела? Почему мне не доложили сразу?

– Ваше Величество, жрец осторожен. Мертвецов находят на окраинах.

– Как ты о них узнал? Нарушил мой приказ, самовольно покинул дворец? – пуще прежнего разгневался Бенедикт.

– Никак, нет Ваше Величество. Эти сведенья мне доставлял сотник из городской стражи.

– И ты уверен, что мертвые из дворца?

– Да, Ваше Величество, кое-что из личных вещей удалось опознать. Есть подозрения, что Римана Де Флобер тоже жертва.

– Основания?

– Я из Вестфала, видел много тел. Демоны убивают по-разному иногда с особой жестокостью, а иногда выпивают душу, не оставляя следа. Именно это произошло с фрейлиной.

Король замолчал, сцепил пальцы в замок.

– Никогда не понимал идолопоклонников, что ими движет, зачем вообще притягивать в наш мир чужеродную сущность, – изрек Бенедикт, барон услышал в его фразе невысказанный вопрос.

– Эмиры алчны, а их помощники наибы – ленивы. Демоны для них всего лишь инструмент достижения цели. Чужаки умны и наблюдательны, они вовремя заметают следы, подделывают улики, выстраивают сложные интриги, ради конечной цели хозяина. Все что нужно делать правоверному – вовремя предоставлять души. Но между вашим королевством и песчаными землями есть большая разница, – король усмехнулся, Джерард редко говорил о Вестфале, чаще всего это были подробности, о которых Бенедикт не слышал, – здесь нет знаний, опасных знаний о тот, как призвать демона или как от него уберечься.

– Духовенство не потерпит конкурентов, паладины сравняют с землей любой замок, если прознают, о богомерзких деяниях, – протянул король, задумчиво поглаживая подбородок. – Но жрец есть и обладает знаниями, деньгами и что немаловажно амбициями. – Бенедикт вынырнул из размышлений, взглянул на барона. – Кто помимо тебя знает об идолопоклоннике?

– Только Роберт Де Вильм, Ваше Величество.

– Старик ненавидит святош, ну, хоть что-то не меняется, – усмехнулся король. – Значит так, жрец – забота канцелярии, а ты ищи вора.

– Боюсь, он уже мертв...

– Тогда найди его тело. Хочу удостовериться, что наглец больше не посягнет на сокровища. Ясно?

– Так точно, Ваше Величество!

– Ступай! – Джерард вскочил, но король вновь обратился к нему: – И барон Луц, о подобных происшествиях, нужно сообщать только мне, причем сразу.

– Слушаюсь, Ваше Величество! – он приложил руку к груди, на манер Вестфальцев. – Позвольте обратиться!

– Если ты сейчас скажешь, что северные варвары готовят вторжение в мои земли, клянусь не сносить тебе головы! – прожигая взглядом, предупредил король.

Джерард заранее приготовился к худшему и все же заговорил:

– Нет, Ваше Величество, о делах варваров, мне неведомо, но его Светлость забыл упомянуть, что убийца будет поджидать в тайнике уже завтра.

– Учту, лорд Луц, теперь ступай и отыщи, наконец-то вора!

– Как прикажете, Ваше Величество! – поклонился Джерард и наконец-то покинул кабинет короля.

Таким вымотанным он себя давно не чувствовал, даже после дюжины поединков на арене. Больше всего волновало, что он назвал имя Софии. Хорошо история с дурманом не выплыла наружу. Если с девушкой что-то случится, он себе этого не простит. Нужно успокоить Софию, чтобы она больше не совалась в опасные дела.

Глава 10. Новые сведения

Стража явилась во время завтрака. Капитан передал старшей фрейлине письмо с королевским оттиском. Леди Натали сломала сургуч, пробежала глазами текст и лицо ее стало белым, как полотно, а взгляд скользнул в сторону Изабеллы.

Солдаты, повинуясь знаку капитана, подошли к фрейлине, обступили ее полукругом.

– Изабелла Де Марель, именем короля вы арестованы!

– Что?

– Измена и пособничество заговорщикам, меру пресечения изберет суд! – изрек стражник.

– Гюстав – на глазах фрейлины выступили слезы. Служивые взяли ее под белы рученьки и увели, она не пыталась сопротивляться. Часть солдат осталась в гостиной. Девушки переглядывались и перешептывались, не понимая, что происходит.

– Прошу всех оставаться на своих местах, – приказала маркиза Де Асьенд и перевела взгляд на капитана. – Можете преступать!

Мужчина кивнул, воины рассыпались по коридору, они шныряли повсюду, обменивались жестами, проверяли предметы, простукивали стены. Заглянули в музыкальные инструменты. Все что выглядело подозрительным, складывалось отдельно. Как только обыск гостиной завершился, стражи пошли по комнатам.

– Что же это делается! Произвол! – завопила Луиза, когда гвардейцы вторглись в ее апартаменты.

– Приказ короля, сядьте! – осадила леди Натали

Девушка сжала кулаки, но все же опустилась на место.

Софию бросило в жар, она сделалась бледнее мела и сцепила руки в замок. Сейчас они отыщут спрятанные за зеркалом документы, ее выведут вслед за Изабеллой и будут пытать.

«Может быть, они ничего не найдут!» – нашептывала оптимистка София.

«Конечно, в стражу отбирают только круглых дураков и слепых,» – у фаталистки тоже было свое мнение.

София порывисто встала, мотнула головой, чтобы выбросить из головы посторонние мысли. Теперь все смотрели на нее, ждали истерики или бог знает чего еще.

– Можно я сыграю?

– Отчего же нельзя, – пожала плечами леди Натали. – Фортепиано у всех на виду, играйте.

Баронесса Фон Герц выдавила улыбку и на негнущихся ногах села за инструмент. Пальцы подрагивали, София поглядела на белые клавиши, провела ладонью и заиграла веселый мотивчик, который совершенно не соответствовал обстановке. Зато леди Натали улыбнулась. Фрейлина не останавливалась, ее пальчики порхали словно бабочки. Стражники носились туда-сюда, но теперь они воспринимались совсем иначе, как неотвратимое зло.

– Браво, – леди Натали, положила руку на плечо Софии, – ваша игра с каждым днем становится все лучше, а сейчас можете вернуться к себе и прибраться, гвардейцы ушли.

– Благодарю! – баронесса с сожалением посмотрела на белые клавиши, они дали ей возможность оттянуть неизбежное. В комнату она вошла, гордо распрямив спину. Внутри все оказалось перевернуто вверх дном, платья валялись на полу, стражники даже коробку с бельем перерыли. София прикрыла дверь и бросилась к зеркалу – документов не было.

Их нашли? Забрали? Что делать? Девушка обессилено плюхнулась на пол, закрыла лицо ладошками и зарыдала. Что дальше, сидеть и ждать, когда за ней придут стражники? Она ведь даже сознаться толком не может. Бумаги ей подкинул кто? Призрак! Почему она их сразу же гвардейцам не переда – тоже вопрос не из легких. Потому что ее запугали. Кто? Да, опять же таинственный и безликий призрак! И все по новому кругу.

Впечатлительной фрейлине на ум пришла жаровня. Если верить россказням, которые ходили в лицее благородных девиц, то лгунов поджаривали именно на них, пока те не покаются во всех грехах. Девушка зарыдала пуще прежнего.

В дверь постучали. Фрейлина отползла подальше от входа и вжалась в стену

– Леди София! – донеслось из коридора, наверняка стража пожаловала по ее душу. – Леди София, вы здесь? – дверь приоткрылась, в проеме показался Алистар.

– София, – он подскочил к перепуганной девчонке, присел рядом. – Что случилось? Почему ты плачешь?

– Я не хочу в подземелье, я ни в чем не виновата – прошептала она и потянулась к мужчине, вцепилась в лацкан кафтана и заплакала.

Алистар нахмурился, он ничего не разобрал из ее бормотаний. Вздохнул, обнял, а затем подхватил на руки и пересадил на кровать. Девушка доверчиво вцепилась в него и молчала, время от времени шмыгая носом где-то в районе груди.

Не на такое он рассчитывал, когда шел сюда, Алистар допускал, что баронесса будет встревожена, надеялся поговорить, успокоить, а если получиться, украсть еще один поцелуй. Вот только у Софии началась форменная истерика, успокаивать ее также безнадежно, как пытаться сдвинуть гору с места.

Маркиз стал гладить ее по голове, но поток слез только усилился.

– София, успокойся, все хорошо! – произнес он, оказалось впустую. – Прекрати истерику! – мужчина подцепил пальцами ее подбородок и вынудил смотреть ему в глаза. Сложно было назвать ее красивой в этот миг. Алистар вытащил платок и вытер мокрые дорожки слез со щек. – Хочешь, чтобы я помог, рассказывай в чем дело!

Она молча отвернулась.

– Оставьте меня одну.

– Вот же несносная девчонка! – вспылил маркиз, схватил ее за плечи, повернул к себе. – Что случилось, говори! София, не бывает проблем, которые нельзя решить! Тебя кто-то напугал? Обидел?

Девушка качнула головой, мужчина выдохнул сквозь зубы.

– Тогда что? У тебя нашли что-то запрещенное? – фрейлина отвела взгляд, но Алистар коснулся рукой ее щеки и вынудил смотреть ему в глаза. – Я прав? Я прав, – заключил он, – Ладно, это будет немного сложнее. Говорите, что именно.

– Послушайте!

– Нет, это ты меня послушай! Прекрати прятаться за бесполезную гордость и прими помощь! – София оттолкнула его руки.

– Вы предлагаете мне солгать, откупиться? Знаете, что! Я ни в чем не виновата, мне не нужно оправдываться, и я не стану этого делать! То, что предлагаете вы, это сделка с дьяволом. И мой ответ – нет!

– Даже если на кону жизнь?

– Я верю, справедливость восторжествует.

– Сумасшедшая! – выдохнул Алистар, схватил ее за плечи и в этот самый момент в комнату вошел еще один гость.

– Что вы себе позволяете! – взревел Джерард.

– А вы здесь, что забыли?

– Не вашего ума дело!

– Вы что о себе возомнили, барон Луц? – Алистар вскочил с кровати, набычился.

София почувствовала, что ситуация принимает опасный оборот. Вытерла слезы и потребовала:

– Прекратите оба, сейчас же!

Благородные господа умолкли, повернулись к девушке.

– Леди София! – прозвучало практически одновременно, а двое недругов на шаг приблизились к ней. Затем одарили друг друга смертоубийственными взглядами и поймали ее руки. Барон – левую, маркиз – правую. Фрейлина едва не взвыла.

– Так, отпустите меня сейчас же! – потребовала девушка, мужчины нехотя подчинились. Она поглядела сначала на одного, потом на другого вздохнула. – Вы оба ворвались ко мне в спальню, подобное недопустимо! – воскликнула фрейлина, подошла к Алистару, взяла его за рукав и направилась к двери, потащив за собой маркиза.

– Так нечестно! – лорд перехватил ее запястье и умудрился заглянуть в глаза. Фрейлина и ухом не повела. По пути к выходу, схватила Джерарда за рукав и тоже потащила к двери.

– Нам надо поговорить! – изрек барон, завладев девичьей ладошкой. – Срочно!

Баронесса Фон Герц хранила молчание, она вытолкнула мужчин в коридор и вышла следом. Хлопнула дверью, поглядела на воздыхателей и холодно обронила:

– Следуйте за мной! – они и последовали, а куда ж им было деваться-то.

Девушка покинула коридор фрейлин и неспешно отправилась в северную часть замка и привела господ на укромную террасу с видом на город. Поговаривали, что влюбленные парочки, часто устраивают в этом месте свидания. Значит оно достаточно уединенное.

– Милорд Луц, я могу задать вам вопрос?

– Разумеется леди.

– Если бы у меня нашли что-то такое, чего у меня быть не должно, вы бы об этом знали, – если барон удивился, то виду не подал.

– Боюсь, что да, миледи. К чему вопрос? – София не ответила, она сцепила руки в замок и подошла к перилам.

– Предположим, стража что-нибудь обнаружила, как скоро они придут за мной?

– Смотря, о чем идет речь, – молвил барон, не сводя с нее глаз, – если это дурман, то порошок бы изъяли в присутствии нескольких свидетелей, в том числе и хозяйки комнаты, – девушка выглядела задумчивой, но не испуганной. – Артефакты, драгоценности, документы изымали бы тоже при вас

– Ничего не понимаю, – она нахмурилась и потерла лоб ладошкой.

– Признаться честно, я тоже.

– Да что тут понимать, – встрял Алистар, – милая София не так чиста помыслами, как желает казаться. Она хранит у себя, что-то недозволенное. Во время обыска эта вещь исчезла, вот леди и разволновалась.

– Полно вам, милорд, рассказываете всякие небылицы.

– Леди София, это очень серьезное дело, если…

Девушка подняла ладонь вверх.

– Довольно. Мои слова, лишь предположения, и я привела вас сюда вовсе не поэтому, – София повернулась лицом к мужчинам, скрестила руки на груди. – Куда больше меня беспокоит ваше возмутительное поведение! Отчего вы повадились ходить ко мне, когда вам заблагорассудится? Чего добиваетесь?

– О, вы снова вспомнили, о своей репутации, как удобно! – восхитился маркиз. Взгляд Луца сделался острым словно бритва.

– Лорд Алистар, вы забываетесь!

– Разве? – он окатил Джерарда, неприязненным взглядом, – София использует нас, как вы можете ей верить? Однажды ее невинные глазки заведут вас на плаху.

– Ваше Сиятельство, осмелюсь напомнить, что это вы ищите со мною встреч, а не наоборот.

– Конечно, и жду с нетерпением, когда выведу вас на чистую воду! – парировал Алистар, мерзко ухмыляясь. Фрейлина пожала плечами.

– Боюсь, ваши усилия напрасны. Теперь вы Милорд Луц, зачем пожаловали?

– Заговор против короля раскрыт, но за фрейлинами ведут усиленное наблюдение.

– Из-за того, что Изабелла причастна к заговору? – уточнила девушка, припомнив, утренние события.

– Не только, – изрек Джерард, он вступал на тонкий лед из недомолвок, – основная причина – дурман. Под подозрения пали все без исключений. Понимаете, о чем я говорю?

София вздохнула, сложила руки на груди.

– Намекаете, что к этому причастен еще кто-то из фрейлин, да только вы ошибаетесь милорд.

– Откуда такая уверенность?

– Ни одна уважающая себя дама не станет рисковать репутацией, ради денег, тем более, если они получены сомнительным путем. Это позор для всей семьи, да что там – для всего рода!

– Вы прискорбно мало знаете о придворных дамах! – влез Алистар, в ответ девушка обожгла гневным взглядом. Потом ее щеки сделались пунцовыми, не то от стыда, не то от смущения.

– Милорд, одно дело проявлять женские слабости в отношении искусителей вроде вас, – фрейлина все же сумела подобрать цензурный аналог слову разврат, – и совсем другое запятнать свои руки преступной деятельностью. Первое общество может простить, второе – никогда.

– Вот как вы заговорили, – маркиз заулыбался, словно змей и подступил чуть ближе к фрейлине, девушка попятилась и опасливо прижалась к перилам. – Что же вы тогда не поддались своим слабостям? Мы могли бы провести с вами много незабываемых минут.

– Поумерьте свой пыл, лорд Алистар!

– Барон Луц, прекратите так открыто ревновать, учитывая ваше происхождение, вам вообще ничего не светит! – парировал он, перевел взгляд на фрейлину и потянулся к ее лицу рукой. София открыто встретила его взгляд, а затем решительно оттолкнула руку.

– Слабости есть у всех, но сила в том, чтобы не поддаваться искушению. Моя семья дороже мимолетного романа, если вы не желаете этого понять, то я не желаю больше с вами разговаривать.

– Семья? – Алистар нахмурился, но отступать не спешил. – Причем тут семья, вы здесь, во дворце, они в своих владениях.

– Вы правы, но каждый мой поступок в первую очередь отразится на них! Неважно далеко они или близко, я не позволю, чтобы родные люди пострадали. Это вам понятно? – девушка отвернулась и посмотрела на умиротворяющий пейзаж. Зелень деревьев, мощеные дорожки, водоем и город с красными крышами. – Вот бы нарисовать все это.

– Леди София, – окликнул девушку барон Луц, она обернулась и доброжелательно посмотрела на него. – Скажите, у Риманы были другие недоброжелатели помимо Изабеллы?

– Конечно, притом немало, но я сомневаюсь, что у них имелся повод для убийства…

Стая голубей вспорхнула воздух, словно их спугнули, София присмотрелась, взор выхватил черный силуэт, чуть поодаль на крыше. Фрейлина моргнула, а потом лицо ее стало бледнее мела. Она схватила Алистара за рукав, прижалась к его боку и шепотом молвила:

– П-призрак. Вы тоже его видите?

Мужчины, словно по команде, уставились в ту же сторону. Совсем рядом, на соседней крыше сидел наблюдатель, облаченный в черный плащ, капюшон закрывал лицо. Как только он понял, что раскрыт, юркнул за мансардное окно.

– Никакой это не призрак, – ответил Луц. – Я его догоню!

– Там высоко!

– Вы прелесть, София! – выдохнул Джерард и ступил на узкий карниз. Ловко добрался по нему на соседнюю крышу и понесся за вором. Тот бежал прочь от основного здания, туда, где заканчивалась крыша. Барон ухмыльнулся, поганец вот-вот окажется у него в руках, ведь лестницы на этой стороне нет. Джерард забрался на козырек, в надежде спрыгнуть на вора сверху, но мерзавец оказался проворнее. Он слез на балкон второго этажа, а оттуда удирал, цепляясь за дикий виноградник.

– Стоять! – рявкнул Джерард, вор замешкался, а потом еще быстрее принялся слазить. Барон выдохнул пару крепких Вестфальских словечек и полез за ним. Использовать лозу в качестве веревки, оказалось плохой идеей, это он понял, когда висел за балконом, словно муха, запутавшаяся в паутине. И эта паутина, как-то очень опасливо трещала. Барон нащупал ногой опору и только начал переносить вес, как ветка хрустнула, и он повис на руках, ругаясь как Вестфальский контрабандист, которому на хвост села имперская галера.

Вор оказался шустрым, он почти спустился на землю. Джерард только диву давался, как проныра не сверзился. Когда до земли оставалось метра три-четыре, барон оттолкнулся ногами и спрыгнул вниз. Приземление вышло неприятным, ступни обожгло огнем, но мужчина поднялся и что есть мочи побежал за нарушителем. Вор улепетывал со всех ног, но Луц был еще быстрее. Расстояние сокращалось, а барон только разогрелся. Лиходей несколько раз оглянулся, сообразил, что сбежать не удастся и свернул в сад – прятаться. Джерард нырнул следом, огляделся, но не заметил нарушителя. Следопыт из него аховый, убить – пожалуйста, но выследить, это целая проблема. Как вообще можно скрыться в ухоженном парке, если на тебе черный плащ до самих пят?

Мужчина уловил шорох, пошел на звук, но никого не обнаружил. На границе видимости мелькнула тень, Луц насторожился, стал подкрадываться – и снова пусто. Да, что же это такое? Впереди замаячила широкая аллея, отгороженная стеной колючих чайных роз. Высотой они доходили Луцу до подбородка, если бы вор пытался там пробраться, он бы заметил.

Барон развернулся и ступил обратно в парк, но споткнулся на ровном месте. Под ногами лежала ветка в несколько пальцев толщиной. Джерард готов поклясться, что минуту назад ее здесь не было. Мужчина пнул, ее носком ботинка и повернулся спиной к аллее, но тут на голову свалилась шишка.

– Серьезно? – мужчина подобрал находку, покрутил в руках, а потом поднял голову вверх, елки в саду не росли, вообще.

По аллеи кто-то шел, Джерард расслышал шаги и шелест ткани, а еще цоканье каблучков. Мужчина скривился, это точно не вор, отвернулся от дорожки и получил желудем в ухо.

– Что за…

– Benim kara, один контракт – одно желание, – услыхав эту фразу, Джерард бесшумно схоронился за деревом и даже дышать перестал. Он узнал обращение, оно резануло слух, всколыхнуло память о прошлой жизни. Мой мрак, так демон называл хозяина. Вот так повезло свидеться, а у него при себе только пара кинжалов. Лезть в драку – форменное самоубийство, потому барон только уши навострил.

– И ты должна в точности выполнять мои распоряжения, иначе тебя заметят.

– Ты тянешь время, – женщина говорила властно без паники. Видимо это не первая встреча и леди уверена, что контролирует монстра. Джерард присмотрелся, фигуры собеседников плотно скрыты колючими кустами. Личность дамы остается только предполагать.

– Все приходит вовремя к тому, кто умеет ждать. Мы смахнули фигуру с доски, вероятность обнаружения осталась в пределах одного процента.

– Да, но это был, самый слабый из противников, – переубедить женщину оказалось не так уж просто, – к тому же уничтожили его вовсе не мы, это сделал король!

– Но именно мы бросили первый камень, который породил недоверие. Скоро союзы ослабнут, вот тогда станет интересно, – прошелестел нечеловеческий голос. – Я наброшу вуаль…

Голоса исчезли, но Джерард не пошевелился. Кто знает, куда подевалась парочка заговорщиков. Мужчина оглянулся по сторонам, он не мог припомнить, когда выпустил шишку из рук и куда она подевалась. Пошарив взглядом по траве, барон ничего не увидел. Уголки губ приподнялись, обозначив улыбку. Вор показался намерено и в сад побежал не просто так. Неужели хотел показать демона? Но зачем? Над этим предстояло подумать. Вор слишком умен, похоже, он имеет дело с магом разума. Что ему здесь понадобилось?

Глава 11. Охота

Джерард вглядывался в каждую тень, словно у него обострилась паранойя. Несколько раз прошелся по зеркальной галерее, надеясь увидать отражение вора. Где-то он слышал, что зеркала устойчивы к чарам и невидимку можно отыскать с их помощью, но ничего не вышло.

Барон остановился, поглядел на свое мрачное отражение, и побрел в западную часть замка, раз за разом прокручивая погоню в голове. Вывод следовал неприятный – колдун каким-то образом мог становиться невидимым. Предположение выглядело бредовым, потому Джерард не спешил озвучивать его королю. Но как-то же он подобрался к ним незамеченным и показался только тогда, когда сам захотел. Постигнуть логику преступника не удавалось. Зачем охотится вор? За демоном? Бред. Прежде он пытался пробраться в сокровищницу, это нормально, логично во всяком случае. А теперь, зачем ему понадобилось тащить Джерарда к демону? Как он вообще о нем узнал? И что пытается сделать?

Лорд мотнул головой, взялся за ручку двери, еще раз пристально огляделся и вошел внутрь. Мерный гул разбавлял тишину. Магическая лаборатория всегда была наполнена странными звуками, искусственными звуками. Джерард миновал темный коридор, открыл дверь и вошел внутрь, но тут же очутился в густом мареве. Почудилось, будто он в песчаной трясине и желтые дюны медленно и неотвратимо утаскивали его на дно, где с распростертыми объятиями и широким оскалом дожидалась смерть. Джерард выдохнул: «не сейчас» и наваждение сгинуло, перед взором встали три длинных стола. На каждом из них громоздилась машина, похожая на искореженного монстра. Сплющенная квадратная голова подмигивала разными огоньками, продолговатое чуть выпуклое тело гудело, словно внутри билось механическое сердце, потом шли длинные металлические руки. Пальцы увенчали настоящие пыточные инструменты: резцы, щипцы, иглы. Джерард знал, что это не для людей, но все равно становилось не по себе. Сразу под металлическими руками начиналась подставка, ярко освещенная магическими кристаллами.

За машиной работал маг, он был настолько увлечен, что не замечал посетителя. Скальпель в его руках налился золотистым светом и легко срезал кусочки с мутно-зеленого камня. Очередную заготовку для артефакта мастерит. Барон сложил руки на груди и наблюдал за работой. Вот она настоящая магия. Это только в сказках маги раскидываются огненными шарами и молниями, а в действительности без преобразователя колдуны ограничены в своих способностях, даже огонь разжечь не могут. Чего не скажешь об артефактах, крохотный камушек, испещренный колдовскими знаками, мог разогреть воду в озере или призвать дождь на поля, очистить половину замка, подарить свет, ярче сотни свечей. Вот только изготавливать такие артефакты сложно, а заряжать еще сложнее.

– Джерард Луц! – колдун наконец-то оторвался от занятия и обернулся к гостю, уставившись на него через толстые увеличительные линзы.

– И тебе привет, Патир, – ухмыльнулся барон, привычным жестом убирая с глаз собеседника очки. Затем протянул ему руку с запиской, зажатой между пальцами. Парень несколько раз моргнул и расплылся в улыбке, пожал протянутую руку, незаметно получил послание, нахмурился, быстро спрятал его в карман.

– Что на этот раз? Только учти, больше ловца делать не буду, в прошлый раз меня едва не разжаловали до зарядчика!

– Моя цель – маг разума! – артефактор присвистнул, взлохматил светлые волосы, а глаза азартно заблестели. Патир был младшим сотрудником лаборатории. Порой жажда деятельности превращала парня в настоящее стихийное бедствие. Как-то ему пришла в голову идея сделать волшебную кость, чтобы в любой игре везло. Находчивый мальчишка засел в лаборатории, просидел месяц или около того, корпя над проектом. И наконец-то свершилось, а точнее артефактор думал, что сделал игральный артефакт. Скинул рясу и побежал проверять. Патиру несказанно повезло, что в игровом доме находился барон Луц, он узнал паренька и успел вывести до того, как тот огреб от местных воротил за шулерство. С тех пор кости хранились у Джерарда, вещица, надо сказать, получилась и в самом деле волшебная.

– Их же только храмовники ловить способны, – барон жестом перебил его.

– Ты лучше пойди и посмотри, может, найдешь какую-нибудь волшебную штуку, – и взглядом указал на карман, куда Патир спрятал записку. Колдун звучно стукнул себя по лбу, оттого линзы снова сползли на глаза. Парень стянул их с головы, швырнул на стол и вприпрыжку понесся в кладовую.

– Там была одна интересная заготовка, я скоро!

Джерард проводил его ухмылкой и поглядел на других колдунов, открыто встретил их неприязненные взгляды, растянул губы в надменной улыбке и тут в кладовке что-то загремело, словно Патир уронил дверцу шкафа на пол. Несколько обеспокоенных взглядом устремились к двери, но оттуда все еще доносилось негромкое шуршание. Колдуны вздохнули и вернулись к работе, но из кладовой снова донесся звон, звук такой характерный, будто там чайный сервиз уронили персон эдак на сто.

Франциск побледнел и вскочил с места.

– Зеркала, – охнул он, подхватил полу мантии и помчался в кладовую, но не успел дойти, как из-за злополучной двери снова донеслись странные звуки, казалось, там начался дождь из монет. Работа резко прекратилась, даже старый Йорка засеменил к двери, с трудом переваливаясь с одной ноги на другую. Джерард ухмыльнулся, проследив за стариком взглядом. Обычно тот глух и нем, ко всем просьбам, а тут бежит едва ли не впереди всех. Открыть дверь кладовую они не успели, Патир выскочил первым, как черт из коробочки. Двери захлопнул и натянуто улыбнулся коллегам.

– Вы чего?

– Что ты там порушил? – потребовал ответа Йорк, длинная, белая борода стояла торчком. – Зеркала только вчера, натерли заново! Если ты их…

– Да не трогал я эти железки! Меня ждут! – буркнул младший артефактор и ужом проскользнул среди коллег. Естественно, Патиру никто не поверил и всем скопищем рванули в кладовую, считать убытки. Парень проводил их смеющимся взглядом, протянул Джерарду небольшую синюю подвеску.

– Это подобие того амулета, который используют храмовники, я могу сделать к нему усилитель. После этого ни одна тень от тебя не укроется.

– Сколько времени на это потребуется?

– Часа два, – Патир взлохматил волосы на затылке, – нет, лучше три. Ты уверен?

– Еще как, ладно не буду мешать! Увидимся, – буркнул Джерард и убрался восвояси.

Гротескная фигура в плаще высунулась из-за колонны и проводила барона недобрым взглядом. В лаборатории вор чувствовал себя неуютно. Все эти механизмы вызывали неприятные ощущения, они выбрасывали в воздух мириады золотистых искорок, которые ощутимо жглись. Незваный гость отступил в тень и затаился. Идеальный план проникновения в сокровищницу разваливался из-за светлой головы вездесущего барона. Теперь придется сидеть и дожидаться момента, чтобы подменить усилитель. Вор опустился на пол и прикрыл глаза, ничего ждать он привык.

Через час в лаборатории остался только Патир. Сначала маг вытачивал остроугольный камень, потом принялся вырезать на нем колдовские знаки. Вор подкрался чуть ближе и с интересом наблюдая, а заодно дожидался, когда маг выпустит свое творение из рук. Время шло, артефактор сгорбился, потер глаза и наконец-то встал из-за стола. Вор оскалился, как лис, пробравшийся в курятник, но едва коснулся магического камня, раздался хлопок. Вор вздрогнул и оказался в клубе чего-то белого.

– Попался! – голос Джерарда прозвучал у входа, он отшвырнул пустой мешок из-под муки и скомандовал: – Патир, брысь!

Дважды повторять не пришлось, артефактор скрылся за дверью и запер их с бароном на ключ. Вор отгородился столом, толкнул на проход стул и мысленно выругался. Джерард не спешил гоняться за преступником ждал, пока мука немного осядет. Неспешно подошел чуть ближе, пристально разглядывая незнакомца в черно-белом плаще, который отгородился столом. Преступник оказался невысокого роста, худощав, в случае сопротивления такого одолеть будет несложно.

– Бежать некуда, сдавайся! – протянул Джерард и чуть сместился в сторону, вор зеркально повторил его маневр. Затаиться он больше не мог, даже если бы воспользовался заклинанием, его отыскали бы по отпечаткам ног. – Молчишь? А я надеялся послушать мольбы!

Вор фыркнул, схватил со стола фальшивую заготовку и метнул Джерарду прямо в лоб, тот словил снаряд на лету, а вор юркнул за другой стол. Близость охотника, мягко говоря, нервировала.

– Так значит! – проворчал мужчина и запустил тот самый камень в вора, парень чудом уклонился, и снова их разделал всего один стол. – Сопротивление бесполезно! – оскалившись, словно бешеный пес, протянул Джерард, и начал медленно обходить препятствие. Хотелось увидеть лицо прохвоста, который столько времени наводил шум во дворце, но для этого наглеца требовалось поймать. Барон рывком подвинул стол, перекрывая нарушителю проход. Тот развернулся к нему спиной и стремглав бросился к окну.

– Стоять! – рявкнул Джерард, прыгнул вперед ухватился за конец плаща и дернул на себя. Вор оказался к такому не готов, завалился на спину, на ходу стянул с себя плащ, вскочил и снова бросился бежать. Барон тоже поднялся, смял бесполезную тряпку в руке и швырнул беглецу под ноги. Тот споткнулся, ловко перекатился в сторону, схватил плащ и бросил в лицо Джерарду, как переходящее знамя. Мужчина зарычал, отшвырнул тряпку и помчался за негодяем. – Не уйдешь!

Вор, прекрасно понимал, что через окно сбежать не получится, потому свернул и снова отгородился от барона столом. Джерард остановился и воззрился на мерзавца несмотря на то, что он остался без плаща, его лицо до сих пор было скрыто, на этот раз черным шарфом, завязанным на восточный манер. Так делают жители Вестафала, когда поднимается песчаная буря. Барон Луц видел только глаза, чуть раскосые, как у лисицы и очень светлые, не то серые, не то голубые.

– Так и будешь бегать? Сдайся, не то зашибу! – на эту угрозу вор отреагировал неприличным жестом. Джерард выплюнул ругательство и попытался дотянуться до черной жилетки. Вор уклонился, втянул носом воздух и поглядел на дверь. Барон, выгадав момент, перепрыгнул стол и схватил мерзавца за ворот. Их взгляды встретились и Джерард увидел страх в серых глазах противника. Ухмыльнулся самодовольно и потянулся рукой к платку. Вор перехватил его запястье, а второй рукой схватил мужчину за лацкан кафтана и потянул на себя, еще и пнув хорошенько по ноге. В итоге оба оказались на полу. Над головой что-то прогудело и ударило в стену.

Джерард с недоумением выглянул из-за стола, но тут же получил тычок в печень, охнул, схватил мерзавца за рубаху, а пальцы сложились в кулак, чтобы съездить по роже преступника, отвлекли шаги. В лаборатории появился посторонний. Вор извивался на полу, как уж на сковородке, пытаясь разжать пальцы барона на рубашке.

– Твой сообщник? – прошипел Джерард, потянулся к маске, намереваясь снять. Вор стукнул его по руке и прижал палец к губам! Только сейчас барон сообразил, что парень боится новоприбывшего больше, чем его.

– Нашел! – шипящий голос раздался за спинами. В следующий миг вор пихнул Джерарда ногами в живот, так что мужчина откатился под стол, а сам юркнул в другую сторону, и надо сказать, сделал это чертовски вовремя. Из рук незнакомца на пол обрушился огонь, выжег в деревянном паркете огромную дыру и погас бесследно. Вот тогда барон понял, чего ж так перепугался вор. Беглец и охотник стали добычей другого хищника – одержимого демоном.

Джерард откатился еще дальше, мельком взглянув на противника, обычный лакей, совсем еще мальчишка, над верхней губой только появились усы. Если в него вселился демон, значит, человек мертв. В ладонь скользнул кинжал. Луц на миг вынырнул из укрытия, метнул оружие и затаился обратно. Нож до половины вошел в тело чуть ниже ключицы, по белой рубахе расползлось кровавое пятно.

– Не поможет! – выдохнул демон, снова загудело пламя, Джерард прыгнул в сторону, под прикрытие соседнего стола. Он окончательно перестал понимать, что происходит? Неужели демон защищает вора? Чепуха? И словно в подтверждение его мыслей, кто-то свистнул, потом что-то звякнуло, и демон заревел, как раненый зверь. Пламя с ревом пронеслось в другой конец лаборатории. Джерард ухмыльнулся, надо же не сбежал! Барон высунулся из укрытия, чтобы оценить остановку. Одержимый бесновался, пытаясь стереть что-то с лица. На миг он повернулся к Джерарду, по лицу одержимого стекала кровавая пена, вор швырнул в него кислотой. То, что надо! Лорд выскочил из укрытия, выхватил еще один кинжал и побежал к демону, тот почувствовал приближение врага и блокировал рукой удар в сердце. Джерард присел, уклоняясь от кулака, летящего в лицо, перекинул нож в левую руку и ткнул врага в бок. Рана была глубокой, но этого мало, чтобы остановить чужеродную тварь. Мужчина отскочил на два шага назад, демон с ревом пошел на него, размахивая руками, человеческие пальцы обзавелись черными изогнутыми когтями. Пока Джерард примерялся, сзади к демону подкрался вор и со всей силы огрел вазой. Демон взревел и толкнул недотепу в грудь, тот отлетел и ударился о стену. Джерард воспользовался тем, что противник отвлекся, подошел ближе и всадил нож прямо в сердце врага. Одержимый дернулся, он не чувствовал боли, но после такого удара, тело становилось непригодно для потусторонних сущностей.

– Еще свидимся! – пообещал выходец из нижнего мира, обратился в черный дым и растаял, словно кошмарное видение. Джерард стоял еще минуту, не веря тому, что пережил битву с чужеродной напастью. Выдохнул, улыбнулся.

– Эй, помощничек, – позвал он, никто не ответил, – мы уделали мерзавца! Вылезай, я замолвлю за тебя словечко, перед королем, тогда сможешь избежать смертной казни, – пообещал Джерард, направляясь туда, где по его представлению должен находиться вор. На какой-то миг ему показалось, что поганец удрал. Джерард обогнул стол и замер. Вор был там, лежал на полу, нелепо раскинув руки в стороны, а возле головы растекалась красная лужа. – Как же так…

Мужчина опустился на пол рядом, снял с головы черный платок, потянулся к жилке на шее.

Вор мертв, задание короля выполнено, вот только барон ощутил лишь горечь. Серые глаза неподвижно смотрели в потолок, на лице застыло удивленное выражение. Вором оказался щуплый паренек, годков двадцати пяти от роду, светлые короткостриженые волосы торчали ежиком.

– Спи спокойно, парень! – молвил Джерард, закрывая глаза покойнику. Поглядел на развороченную лабораторию и отправился за стражей.

Служивые заполнили комнату, барон отчитался перед начальником караула, хотел уйти, но его вежливо остановили. Как оказалось, новость достигла ушей короля и несколько дознавателей из тайной канцелярии жаждали услышать подробности. Отказа достопочтимые господа не принимали, приходилось демонстрировать чудеса выдержки и спокойствия, повторяя одно и то же в десятый раз. Барон освободился только под вечер, уставший, измотанный он совершенно позабыл об ужине. Мысли не давали покоя. Почему мальчишка пытался его спасти? Почему не убежал? Зачем так глупо рисковал? А главное, как вор был связан с леди Софией.

Мужчина поглядел на мрачную громаду парка, хотелось прогуляться по узеньким тропкам, отдохнуть от удушающего величия дворца, но теперь там мог повстречаться еще один одержимый. Джерард улыбнулся, вспоминая незадачливого помощника, сообразительный мальчишка подозрительно быстро нашел кислоту среди других веществ. Знал или схватил флакон наугад? Еще один вопрос на который он никогда не получит ответ.

Слух лорда царапнул женский смех, такой приятный, грудной, что мужчина обернулся. Белокурый ангел снова коротал время в компании Алистара, смеясь над какой-то шуткой, а рука Софии свободно лежала на сгибе локтя маркиза. Сердце в груди безродного сжалось, словно его проткнули острым шипом.

– Вы ничего не понимаете в поэзии, – все еще улыбаясь, поведала фрейлина.

– Хм, многим нравиться, – пожал плечами маркиз и как бы невзначай накрыл рукою ладошку девушки. София сделала вид, что не заметила его вольности.

– Многие вам льстят, милорд.

– А ты нет?

– Предпочитаю говорить правду, – улыбнулась фрейлина, убирая руку с его локтя, подхватывая пышные юбки, чтобы подняться по лестнице.

– Дети и дураки всегда говорят правду, – Алистар припомнил старую поговорку, девушка ответила бесхитростным взглядом.

– Вот любопытно, вы меня сейчас к какой категории причислили?

Ответить маркиз не успел, идиллию разрушил Луц. София в первое мгновенье не узнала его и отшатнулась.

– Милорд Алистар, – Джерард сдержанно поклонился, следуя этикету, затем перевел взгляд на девушку. В голубых глазах медленно таял испуг, фрейлина улыбнулась, а сердце Джерарда затрепетало.

– Вы меня напугали, милорд.

– Прошу меня простить, – он еще раз поклонился, а вот его колючий взгляд замер на лице Алистара. Маркиз ухмыльнулся и придержал девушку за плечи. Она не пыталась выбраться, как будто ей нравились объятья этого мерзавца. – Я хотел сказать, человек в плаще вас больше не побеспокоит.

– Правда! – воскликнула София, в один миг оказалась рядом с Джерардом поймала его за рукав и комкая жесткую ткань пальцами прошептала:

– Милорд, моя благодарность безгранична, спасибо вам, – она говорила так искренне, что мужчина невольно улыбнулся в ответ. Осторожно поймал ее ладошку и поднес к губам.

– Всегда к вашим услугам, моя леди!

Щеки Софии зарумянились, фраза прозвучала слишком пылко, словно мужчина на миг показал свои чувства, скинув бездушную маску.

– Вам тоже льстят, милая София, – вмешался Алистар, безжалостно растоптав волшебное мгновенье, – и угодничают, в надежде добиться расположения. Полно вам, лорд Луц, рожденный в грязи, никогда не станет князем, даже если нацепит рыцарский доспех. Леди София, я возьму на себя смелость проводить вас.

– Вынуждена отказаться, – фрейлина с недовольством посмотрела на мужчину, чинно поклонилась и удалилась, шурша юбками. Джерард криво ухмыльнулся сопернику.

– Одним колом изгороди не сделаешь! – поведал он.

Алистар посмотрел на барона с негодованием, но промолчал. Какой прок ввязываться в бесполезные споры.

– Так что вор пойман?

– Исключительно вашими молитвами, лорд, – отозвался Джерард и побрел прочь.

София вошла к себе комнату, повесила шаль на спинку стульчика и улыбнулась, наслаждаясь тишиной.

– Наконец-то больше никаких призраков, – обрадовалась она, кружась в центре комнаты.

Счастье было недолгим, плечи озябли, неведомо откуда повеяло холодом. София остановилась, а потом невольно попятилась, проклятое зеркало снова ожило, там появились буквы, почерк был знаком. «Даже не надейся» – гласила надпись. Призрак затих, в комнате потеплело, надпись начала таять. Остальные буквы исчезли так резко, будто их стерли намерено. «Берегись, тебя хотят отравить!».

София закрыла рот рукой и обессилено опустилась в кресло. Нужно что-то делать. Нужно найти недоброжелателя до того, как ему удастся исполнить задуманное.

Глава 12. Ночная прогулка

Собирать цветы поутру вместе с Алистаром стало традицией. С каждым днем его компания все меньше тяготила, хотя София была прекрасно осведомлена о настоящих мотивах маркиза.

– Подержите, пожалуйста! – девушка сунула ему в руки два десятка розовых пионов и направилась к другому кусту. Клацая ножницами, нарезала еще цветов и потянула руки к мужчине, чтобы он вернул ей часть букета.

– По-моему слишком много, – буркнул он, разглядывая цветы.

София улыбнулась и сгребла их в охапку, нежно розовые бутоны перемешались с белыми.

– Вам так кажется из-за листьев, пойдемте, присядем! – она шла впереди, выглядывая из-за цветов, словно домовенок из-за печи. Подол платья путался у ног, девушка зацепилась за ветку и чуть не упала. Алистар подхватил ее и вместе с цветами прижал к себе. Взгляды встретились время, как будто застыло, мужчина смотрел в широко открытые глаза и не мог пошевелиться.

– Испугалась? – голос прозвучал хрипло, маркиз чуть сильнее сжал пальцы на ее талии. Девушка моргнула, наваждение рассеялось, Алистар поставил ее на ноги, но не отпустил.

– Спасибо, – произнесла она, крепко прижимая к себе цветы, взгляд маркиза буквально гипнотизировал, ладони обжигали сквозь одежду, – вы спасли букет ее Величества!

Алистар фыркнул и убрал руки, девушка упорхнул на лавку и принялась отдирать листья со стеблей. Мужчина не сводил с нее глаз и улыбался. Что происходит между ними, тонкая игра или нечто большее? София закончила, букет стал похож на огромный бело-розовый цветок.

– Как вам? – она подошла ближе и шутливо протянула маркизу цветы.

– Цвет невинности, тебе к лицу.

София смутилась и поспешно отвернулась.

– Простите, я позволила себе вольность, – пролепетала она, превращаясь из милой девушки в безликую фрейлину. Алистар в два шага оказался рядом с ней, подцепил пальцами подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза и растерялся под абсолютно бесхитростным взглядом.

– Я не хотел…

– Я не должна была…

– София, – его пальцы больше не удерживали ее подбородок, они осторожно скользнули на щеку, провели по скуле. – Что же ты творишь, София? – Алистар с трудом отвел взгляд от ее лица, потянул за руку к себе и коснулся губами внутренней стороны запястья.

– Не надо, прошу. Так неправильно! – она выронила букет и подошла к нему настолько близко, что мужчина мог бы коснуться ее губ.

– Неправильно? Почему? Ты сама тянешься ко мне, хочешь тепла, любви.

– Нет, – она судорожно мотнула головой. – Дело не в этом, рядом с вами спокойно, – София замолчала и прикусила губу, затем осмелилась снова посмотреть ему в глаза. – Я могу попросить?

– О чем? – в голосе сквозило любопытство.

– Мне бы очень хотелось назвать вас другом, ваше сиятельство, но я не осмелюсь.

– Что? Другом? – его глаза сузились от недовольства, хватка на запястье стала крепче. – Чего ты добиваешься? Думаешь, удастся окольцевать меня. Вся эта игра в друзей…

– Просто скажите «нет» и я уйду!

– Уйдешь! Не позволю, – выдохнул он и притянул ее к себе настолько близко, что уловил аромат ее волос.

– Позволите? Я не ваша игрушка и не служанка, прекратите вести себя так вызывающе. Вы хороший человек, несмотря на странное отношение к женщинам. Интересный собеседник, когда снимаете маску шута. Я могу быть рядом, но терпеть всю это фальшь не согласна! – возмутилась она, пытаясь освободить руку.

Алистар не сводил с нее глаз, девушка с ослиным упорством снова и снова говорила ему правду, без лести, без насмешек. Он даже стал находить их общение забавным.

– Думаете, у вас получится относиться ко мне как к другу?

– А у вас? – она наконец-то освободила запястье и потерла пальцами покрасневшую кожу. Опустилась к его ногам и принялась собирать пионы. – Я ведь ни на что не претендую, знаю, у меня нет на это права. Все что от вас требуется – капелька уважения. Или считаете, женщина такого не заслуживает?

– Хорошо, София, давайте попробуем, – Алистар потянулся и погладил ее по спутанным волосам, – но не обещаю, что у меня получится.

Широкая улыбка стала ему ответом. Девушка поднялась, схватила его за рукав и потащила к выходу из сада.

– С каждым разом наши утренние прогулки становятся все дольше, милорд Алистар, еще немного и терпение леди Натали лопнет. Может, поторопимся! – мужчина внял просьбе и немного прибавил шаг, а заодно поймал ее ладошку.

Молодые люди почти вышли из сада, когда София резко остановилась, вглядываясь в одну из беседок.

– Что там?

– Не уверена, – отозвалась фрейлина, прижала к себе букет пионов, словно это был самый настоящий щит и направилась к беседке. – Боже милосердный! – воскликнула она и сорвалась на бег, зашла внутрь и опустилась на пол рядом с другой фрейлиной. – Мартина! Очнись!

– Мартина Де Фотс, – удивленно протянул Алистар, разглядывая бесчувственную девицу, лицо у той сделалось почти серое. Мужчина приложил пальцы к жилке на шее, пульс ощущался, но уж как-то очень слабо. – Живая! – заключил он, внимательно осмотрел пол, но следов крови или борьбы не заметил.

– Нужно, отнести ее к Николасу.

– Я позову стражу! – Алистар поднялся, но София схватила его за руку.

– Не оставляйте меня одну. До замка всего ничего, помогите, прошу вас, – и она уставилась на него жалобным взглядом. Маркиз скривился, он не нанимался носить бесчувственных барышень.

– Если она очнется у меня на руках, вы будете объясняться с ней сами! Ясно?

– Да, милорд! – просияла София. – Интересно, что произошло? Надеюсь, ее никто не обидел.

– Не удивлюсь, если всему виной слишком длинный язык Мартины.

– Да, она распускала сплетни, но это не повод нападать.

– Не пойму, вы ее защищаете или одобряете?

– Сочувствую, – отозвалась София и больше не произнесла ни слова, осознав, что тема собеседнику неприятна. Они поднялись во флигель и передали девушку в заботливые руки Николаса.

– Ну вот, вы сделали доброе дело, – изрек маркиз, останавливаясь, – почему же я не вижу улыбки на лице?

Она качнула головой и тихонько возразила:

– Доброе дело сделала не я, а – вы. Спасибо, милорд. Мне пора! – он поймал ее ладошку, останавливая.

– София не лезьте в придворные интриги, забудьте о Мартине, у нее достаточно покровителей, чего не скажешь о вас, – фрейлина в ответ сжала его руку своими ладонями.

– Зато у меня есть настоящий друг, вы – Алистар, я знаю, что могу на вас положиться так же, как и вы на меня. Спасибо еще раз, но мне действительно пора.

Мартина вернулась в гостиную ближе к вечеру, она все еще была бледна и слабо держалась на ногах. Дошла до дивана опустилась и замерла, как восковая фигура. София сидела возле окна, пыталась вышивать, но нитки, то и дело запутывались. Прошел час, на ткани добавилось от силы десятка два стежков, а Мартина не пошевелилась. Приходили другие фрейлины, играли на рояле, брали в руки пяльцы.

Луиза вошла в гостиную одной из последних. Опустилась в кресло и стала лениво перелистывать томик со стихами. Между фрейлинами царил мир, что объяснялось отсутствием Маргарет.

– Леди София, вы разучились вышивать? – Луиза захлопнула книгу, с интересом наблюдая, как бестолково суетится баронесса, пытаясь распутать нитки. – Или матушка вас этому не научила?

– От чего же, – София улыбнулась, – меня учили вышивать, а вас – быть вежливой, но никто не виноват, что мы не освоили сии науки.

Луиза сердито поджала губы и вновь открыла томик стихов. Восковая кукла рядом с ней вдруг ожила. Глаза Софии сузились, она забыла про спутанные нитки и проводила взглядом Мартину, пока та не скрылась за дверью своей комнаты.

– Интересно, что случилось с Мартиной, она сегодня сама не своя?

– Педро Де Верн уехал, вот она и тоскует по своему любовнику!

– Барон и графиня? – София нахмурилась. – Неужели Мартине этого достаточно?

– Вы этого барона видели? Бог войны воплоти, глаз не отвести! Я бы сама влюбилась, но, увы, не мое, – Луиза усмехнулась, – зато вам, леди София, он точно бы приглянулся. Ох, что же я совсем забыла вы же ловите рыбку покрупнее. Лорд Алистар богат и хорош собой, так что я вас даже не осуждаю.

Девушка не сводила глаз со своей собеседницы, ждала, что та разгневается или начнет оправдываться, но София продолжала вышивать. Доброжелательная улыбка на ее губах сердила похлеще высокомерного оскала.

– Ваша главная проблема в том, что вы всех судите по себе, – говорила София, взирая на собеседницу с легкой укоризной. – Между кокетством и распущенностью огромная пропасть, прискорбно, что вы не в силах этого понять! Желаю вам хорошего вечера, леди Луиза!

Баронесса неторопливо покинула гостиную, спину обжигал кровожадный взгляд. Фрейлина отшвырнула книгу и сжала кулаки. Языкатая баронесса заставила почувствовать себе глупой, да к тому же назвала распутной девкой, такого спускать нельзя.

София миновала свою комнату и вышла в коридор, отошла подальше от глаз стражи и замерла. Она не просто так дергала тигра за усы. Отравитель не успокоится, рано или поздно нападет снова. Ежели он будет действовать сгоряча, есть шанс, что его поймают. Помимо отравителя существовала и другая странность – Мартина Де Фотс, угасала так же, как Рима. С каждым днем все больше походила на безмолвную куклу. По вечерам девушка куда-то уходила. Сегодня София вознамерилась проследить куда именно.

Ждать пришлось недолго, светлое платье Мартины мелькнуло впереди, баронесса пошла следом. Фрейлина дошла до лестницы начала спускаться вниз. София замерла в нерешительности, чего ее туда понесло, на ночь глядя? Внизу только комнаты прислуги, ну и бальный зал в левом крыле. София прикусила губу, чутье подсказывало, остановиться, но фрейлина, вопреки интуиции, направилась следом. Придерживая юбки, она старалась ступать как можно тише. Фигура в светлом платье стала едва заметна и больше походила на призрак. Мартина повернула к бальному залу, отворила тяжелые створки, шагнула в темноту.

– А вот и моя девочка! – низкий шипящий голос оказался сюрпризом, коленки задрожали София вжалась спиной в стену.

– Не надо, умоляю…

– Умоляешь, это я люблю, но еще больше мне нравится твой страх! – после этих слов София отчетливо расслышала звук пощечины, а потом что-то гулко упало. Послышались всхлипы.

– Господин…

– Я хочу больше! – и снова удар, София сжала зубы и осторожно выглянула из-за косяка. В темноте она разглядела только светлую рубашку мужчины. Тот прекратил избивать несчастную и вдруг повернулся к Софии. – Чую посторонний запах, знакомый запах… – эти шипящие нотки должны были приморозить фрейлину к полу, но она сорвалась с места, да так резво, словно за ней гналась стая волков.

Ступени промелькнули перед глазами, девушка выскочила наверх, замерла прислушиваясь. Обладатель шипящего голоса шел следом, поступь звучала все громче. Пальцы заледенели, на негнущихся ногах фрейлина побежала вдоль галереи, свернула на первом повороте, впереди показался освещенный участок. Там должна быть стража. Девушка со всех ног помчалась туда, но остановилась на полпути – человек в светлой рубахе, уже поджидал ее там. София застыла на месте, миг они с незнакомцем разглядывали друг друга, потом он шагнул к ней и фрейлине почудилось, будто он не идет, а плывет над полом. Она развернулась и побежала прочь, обратно к развилке. София чувствовала себя мышкой, которую вот-вот загонят в ловушку, а потом скормят коту.

Спасительный поворот оказался рядом, она прошмыгнула туда и на кого-то наткнулась, сердце ухнуло в пятки. Ее схватили в охапку, заткнули рукой рот и утащили в темноту. София даже пискнуть не успела, а дверь тайного хода закрылась, окутав ее и похитителя кромешным мраком. Девушка мелко дрожала, мужчина не шевелился, только крепко прижимал ее к себе.

–Где ты… – шипящий голос, пробивался сквозь стену, девушка приникла к мужчине и вцепилась в его одежду обеими руками. – Вс-с-с-е равн-но найду.

Неожиданно объятья ослабли, мужчина погладил ее по волосам.

–Т-ш-ш.

София улыбнулась, наконец-то разобрав, кто же ее спас.

–Джерард…

Мужчина замер всего на миг, потом снова крепко прижал ее к себе и гладил по спутанным волосами. Сердце гулко стучало в груди, белокурый ангел оказался совсем близко. Джерард провел ладонью вдоль спины, подобрался к самому краю платья, еще чуть-чуть и он почувствует тепло ее кожи. Лорд одернул себя, не осмеливаясь прикоснуться к невинному созданию.

Шепот девушки вернул с небес на землю.

– Что это на вас светится? – ответа она не дождалась, просто забралась пальчиками под камзол, нащупала подвеску и вытащила на свет. Рубин, расписанный крохотными рунами, горел багровым светом в кромешной темноте. – Знакомая вещица…

– Не трогай! – Джерард отобрал амулет и спрятал под одежду, взял фрейлину за руку и повел за собой.

София не возражала, самостоятельно выбраться из незнакомого места она не смогла бы, а Луц отлично ориентировался в темных коридорах, даже ни разу не споткнулся. Раздался щелчок, в кромешной темноте появилось серое пятно, Джерард повел к нему. Воздух наполнился свежестью, а пространство расширилось.

– Мы вышли?

– Да, – ответил лорд, выпустил ее руку и ушел невесть куда. София не успела задать вопрос, как вокруг посветлело. Барон положил световой кристалл на стол, отыскал серные палочки и зажег свечи.

Гостья с интересом огляделась, предположив, что Джерард привел ее в собственные покои. Возле дальней стены, возвышался резной шкаф, геометрический узор на дверцах таил восточные мотивы, рядом стоял диван, позади угадывалось окно, полностью зашторенное. София обернулась и узрела рабочий стол Джерарда. Этот монстр занимал половину комнаты, к нему примкнуло черное кресло, застеленное мехом тигровой расцветки.

Документы, свитки, книги – все разложено по местам. Письма рассортированы и сложены аккуратными стопками, рядышком стояла глиняная вазочка в форме дракончика. Девушка подошла ближе и взяла ее в руки. Внутри обнаружились карандаши, а в боковую стенку Джерард натыкал перьев, а к подставке привязал флакончик с чернилами.

– Кажется, изначально она предназначалась для цветов.

– Я нашел другое применение, люблю неожиданные решения, – ответил барон, распахивая окно.

Свежий воздух ворвался в помещение. Фитильки свеч дрогнули, но быстро разгорелись вновь. Джерард взглянул на себя, черный камзол перепачкался пылью и собрал всю паутину, что была в потайном ходе. Мужчина скривился, снял его и бережно повесил на спинку стула.

Когда он закончил приводить себя в порядок, София подошла ближе.

– Спасибо, что спасли меня, – она улыбнулась и значительно тише добавила: – опять.

Джерард вздохнул и протянул руку. Фрейлина изогнула бровь, но приняла правила игры, коснулась теплой ладони. Мужчина усадил ее на диван, а сам занял кресло, напротив.

– Рассказывайте, леди София, что вы увидели, и кто вас напугал?

– Если бы я знала…

Джерард подпер рукой подбородок и позволил себе полюбоваться красавицей, ее прическа распалась, светлые локоны водопадом спадали по плечам. Девушка стала похожа на живого человека, а не на лощеную куклу.

– В таком случае, давайте начнем сначала, куда вы направлялись так поздно? – ответа не последовало. София сидела с закрытыми глазами и барабанила пальчиками по мягкому подлокотнику. – Леди, с вами в порядке? – она открыла глаза и подалась вперед.

– Покажите еще раз амулет?

– Зачем?

– Просто покажите! А потом мы поговорим, – Джерард уступил просьбе, вытащил из-за ворота рубиновую подвеску, камень больше не сиял. Фрейлина покрутила его в руках, улыбнулась и перевела взгляд на лорда. – Я видела эту вещь у Вестфальского принца! – прозвучало как обвинение, барон поймал ее руку вместе с талисманом.

– Все верно, именно вы сорвали амулет с его шеи в памятную ночь. Теперь расскажите, что увидели?

– Что-то подсказывает, вы осведомлены лучше меня! – она ощутимо дернула подвеску. – Даже оберегом запаслись. – Джерард нахмурился, чуть сильнее стиснул ее руку. – Кто меня преследовал? От чего нас защищала эта вещица и почему она светилась?

– Леди София, вы пытаетесь меня допрашивать?

– Я хочу знать, что убило Риману и как к этому причастен мой преследователь! Вы видите в этом что-то зазорное?

– Во дворце, есть тайны, которые лучше обходить стороной.

– Не в этом случае, – возразила девушка, разжимая пыльцы, а Джерард отпустил ее ладошку. – Расскажите, что происходит?

– Нет.

– Почему? – голубые глаза требовательно впились в его лицо. – Снова секреты? Все с вами ясно! – девушка поднялась, решив, что разговор окончен.

– Сядьте, леди София, – мужчина сказал это мягко, – и давайте поговорим. Вы напуганы, смертью Риманы, я понимаю, – Джерард подался чуть вперед, сцепил пальцы в замок и постарался говорить убедительнее. – Вы знали, что у Римы было слабое здоровье? Лекарь осмотрел тело, признаков насильственной смерти нет. Так что прекратите разводить панику и во всем видеть заговоры, – чем больше барон пытался ее успокоить, тем сильнее она сжимала кулачки.

– И вы после этого называете себя моим другом? – девушка вскочила и посмотрела на него сверху вниз. – Зачем вы обманываете меня, глядя в глаза? Надеетесь ввести в заблуждение. Думаете, я успокоюсь, да? Хватит, не желаю слушать ни единого слова! – крикнула она и сделала шаг по направлению к выходу, но мужчина поймал за руку и дернул к себе, усаживая на колени. Девушка попыталась подняться, Джерард удержал, мягко, но настойчиво.

– Что еще?

– Почему вы мне не верите? Вы, что снова взялись за старое, – он не спрашивал, скорее утверждал. София опустила глаза, чем позабавила собеседника. – Что в этот раз? За кем вели наблюдение?

– Утром на прогулке мы нашли одну из фрейлин в беседке без сознания. Ее рука была такой холодной, как у Римы незадолго до смерти. Вечером я решила проследить за ней, – девушка умолкла, взгляд сделался колючим. – Так нечестно, вы ждете, что я все разболтаю? Да? – она фыркнула и гордо отвернула нос в сторону. – А вы, как паук будете выплетать интригу. Нет уж, хочу взаимовыгодное сотрудничество.

Барон с трудом удержал серьезное лицо, разве что уголки губ приподнялись и глаза потеплели.

– Обычно девушки боятся пауков?

– Не все пауки ядовиты. Ответьте честно, что происходит? Тогда я наконец-то пойму, что ищу.

– Любопытство вас погубит, – мужчина снова уклонился от ответа. – Так куда вы направлялись этим вечером? Учтите, я не выпущу вас отсюда, пока не получу ответы на вопросы! – угроза не испугала. Фрейлина возвела очи к потолку, потом на губах появилась ухмылка.

– Я прогуливалась!

– Леди София, вы не понимаете, некоторые знания – опасны!

– С этим вы немного опоздали. Отравленным чай был, прибавим странного преследователя. Загадки множатся, не находите? – она усмехнулась и зябко потерла плечи ладошками. – Давайте посмотрим на факты. Вчера вы поведали, что преступник пойман. Ночные переполохи прекратились, а замок все еще закрыт. Стражники насторожены, вместо алебард – мечи. Караул усилен, гвардейцы надели кольчуги. Вначале я считала, что это отголоски заговора, в котором участвовала Изабелла. Допустим, еще не всех подельников выловили, но теперь сомневаюсь. Происходит что-то еще, не так ли? Это как-то связано с человеком, от которого я бежала, – она посмотрела на собеседника, его лицо сохраняло невозмутимость, но в глазах горел интерес. София улыбнулась, ее пальчик ткнул барона в грудь, – Вы охотитесь за ним! Жаль я не разглядела лица. Только шелковую сорочку, должно быть он богат.

Мужчина хмыкнул, слушать ее размышление становилось все интереснее. Она забавно нахмурилась.

– Не понимаю, вы первый клинок королевства, почему просто не вызовете лорда на поединок? – девушка прикусила губу и уставилась на мужчину. – Или шанс на победу слишком мал? Он, что колдун? Вот почему сияла подвеска, – эту догадку девушка произнесла шепотом, обхватила плечи руками и сжалась вся не то от холода, не то от страха. – Если он меня увидел, мне конец…

– Рад, что вы это понимаете, леди София, – Джерард произнес это снисходительным тоном, будто разговаривал с наивной дурочкой. Девушка посмотрела на него исподлобья, губы сжались до тонкой линии.

– Вам совершенно все равно? Пустите меня! – она рванулась из его объятий. – Бездушный лорд, – припечатала сверху. В ответ мужчина прижал ее к себе. Фрейлина ткнулась носом ему в шею и рассерженно засопела, тщетно пытаясь освободиться.

– Что ты хочешь от меня услышать? Поведать тебе королевскую тайну или может сразу в сокровищницу отвести? – она замерла, услыхав неформальную речь. Мужчина схватил ее за плечи и чуть отстранил, чтобы заглянуть в глаза. – Тебе было сказано – не высовываться. Ты пренебрегла добрым советом. Знаешь, что случается с любопытными фрейлинами? Их отсылают домой.

– У тебя нет такой власти!

– София, все можно решить, нужны только связи у меня они есть. Понимаешь?

– Ты этого не сделаешь!

– Хочешь проверить? – девчонка воинственно сжала кулачки, но выдержать его пристальный взгляд не смогла, отвернулась.

Джерард поглядел на нее с восхищением, вот только что она проиграла поединок, но сразу же начала обдумывать следующий ход. Мужчина коснулся пальцами ее щеки, убрал прядь волос за ухо и наткнулся на хмурый взгляд. – София, отступи, на чаше весов может оказаться твоя жизнь, а я слишком дорожу своей Солнечной королевой.

Она улыбнулась незамысловатому комплименту и прильнула щекой к его руке. Джерард опешил, ни одна знатная девушка, не вела себя с ним настолько дружелюбно. Мужчина недоумевал, это игра, попытка манипулировать? Хотел спросить, но передумал, жалко разрушать волшебный миг.

–Ты задумывалась о своих недоброжелателях? – он облокотился на спинку кресла и потянул Софию к себе. На краткий миг она отбросила маску, навязанную обществом, превращаясь в обычную девушку.

– Не особо, – фрейлина положила голову ему на плечо и принялась водить пальчиком, повторяя узор на жилетке. – Я недавно приставлена ко двору, нажить недоброжелателей, вроде не успела. На моей совести всего один раскрытый заговор, ну еще та история с дурманом, – она тихонько хмыкнула, чуть приподнялась и посмотрела мужчине в глаза. – Забавно, о моей причастности к этим делам, знаете лишь вы.

– Подозреваешь? – он улыбнулся, насмешливо изогнув бровь.

Девушка качнула головой.

– Я здесь, буквально в ваших руках и до сих пор жива, – София произнесла это и щеки сделались пунцовыми, девушка вспомнила о правилах приличия. Мало того, что она в спальне мужчины, так еще и сидит у него на коленях, как дворовая девка. – Отпустите меня, пожалуйста.

Улыбка Джерарда стала шире, он резко обхватил ее за талию и прижал к себе. Девушка вцепилась в его плечи, замерла. Достаточно наклониться всего на пару дюймов, чтобы вновь ощутить вкус его губ.

– Вам не понравятся мои слова, леди София! – вопреки сказанному, он улыбался, ситуация забавляла. – Но будет безопаснее, если вы останетесь здесь, – мужчина почувствовал, как сжались пальчики на его плечах. – Клянусь, вашей чести ничего не угрожает.

Фрейлина смотрела ему в глаза, словно пыталась понять кто перед ней, честный человек с железными принципами или хитрый манипулятор.

– Надеюсь, я не ошиблась на ваш счет, вы с первой встречи показались мне порядочным человеком. Потому я воспользуюсь вашим гостеприимство, только поклянитесь, что об этом никто не узнает, – девушка замолчала, когда барон разжал объятья, выпуская ее на волю.

– И все же Алистар в чем-то прав, вы тоже способны переступить через приличия, установленные обществом.

– Благоразумие отличает доблесть от безрассудства, – она поднялась, перекинула волосы на одну сторону и принялась заплетать косу. – Если я выйду за дверь этой комнаты и повстречаю злоумышленника, боюсь, его не впечатлит мое происхождение или знание этикета.

– Надо же я слышу здравые рассуждения. Теперь становится вдвойне интересно, отчего вы так упорно пытаетесь влезть в мутную историю?

София улыбнулась, глазки озорно блеснули.

– Есть такое слово – тайна! Скажите, милорд, у вас не найдется немного чаю, а то после пережитых волнений, я вряд ли смогу уснуть.

Отказать Джерард не смог, хотя с куда большим удовольствием выпил бы вина. Но очаровательная гостья никогда не согласилась пить с ним что-либо крепче компота.

София легко поддерживала дружескую беседу. Делилась воспоминаниями о далеком детстве. Рассказывала, как убегала на ярмарку тайком от родителей. Слушая ее, Джерард вдруг осознал, ему совершенно не хочется, чтобы вечер закончился. Ведь тогда светловолосая красавица уйдет и вновь превратится в благопристойную фрейлину.

Девушка зевнула, прикрыв рот ладошкой, время давно перевалило за полночь. Джерарду не оставалось ничего другого кроме как уступить даме свою спальню. София уснула, пока он ходил за теплым одеялом. Светлая коса растрепалась и закрыла шею, девушка забавно обнимала руками подушку и улыбалась во сне. Мужчина потянул к ней руку, хотел погладить, но в последний миг отдернул пальцы. Укрыл одеялом и ушел в гостиную на диван, с мыслью, что надо проснуться на рассвете, чтобы проводить гостью.

Вот только выполнить задуманное он не смог, ибо открыл глаза почти в полдень. Солнечные лучи заливали комнату, сквозь открытое окно. Софии в спальне не было.

Джерард уже решил, что ночные посиделки ему пригрезились, София частенько пробиралась в его сны, светлым образом вытесняя кошмары. Вдруг лорд заметил обрывок бумаги на столе. Изящные буквы с завитушками могли принадлежать только женщине. «Предвкушаю следующую встречу и заранее прошу прощения, но вы не оставили мне другого выхода». Подписи не было.

Барон нахмурился, перечитал записку еще раз, вот только понятнее она не стала. София намекала, что их встреча состоится очень скоро, с чего вдруг? В следующий миг Джерарда, словно холодной водой окатили, он ощупал ворот. Подвески Вестфальского принца не было. Мужчина скрипнул зубами, глаза сузились от гнева. Она даже не представляет, как скоро они увидятся вновь.

Глава 13. Притворщица

Горничная завязала шнуровку платья на бант, поклонилась и сообщила:

– Миледи, я закончила.

София не успела ее поблагодарить, как в комнату вошли незваные гости.

– Вот она! – воскликнула Луиза и обвинительно кивнула в сторону хозяйки покоев. Сердитый взгляд старшей фрейлины остановился на лице баронессы.

– Могу узнать, в чем дело?

– Леди София, произошел неприятный инцидент, – изрекла маркиза Де Асьенд, присела на свободный стул и жестом отпустила горничную. – После гнусного заговора, в котором участвовала одна из моих воспитанниц, – женщина замолчала по ее лицу проскользнула тень, но осанка осталась идеально ровной. – Я не могу закрывать глаза даже на безобидные шутки

– Пропавшее колье не шутка! Оно стоит целое состояние! – возмутилась Луиза, но старшая фрейлина одним взглядом утихомирила девицу.

– Леди София, если вам есть что рассказать, покайтесь, в противном случае начнется разбирательство.

Баронесса Фон Герц, поднялась, шагнула к старшей фрейлине, коснулась ее сухих ладоней и открыто посмотрела в глаза.

– Мне нечего скрывать, – заверила она.

Натали улыбнулась, погладила воспитанницу по волосам.

– Очень на это надеюсь, – вздохнула женщина, обернулась к двери и кликнула: – входите.

На пороге возникли гвардейцы в синей форме. Софию бросило в дрожь, но она быстро справилась с чувствами и отошла в сторону, чтобы не мешать. Холеные ручки сжались в кулаки, так что пальцы побелели. Фрейлина осознала, сейчас они что-нибудь найдут. Это такая же подстава, как и та, что устроила Маргарет служанке. Баронесса закрыла глаза и неистово молилась всем богам, которых знала. Молитву прервал грохот, следом девичий визг.

– Это еще что такое! – интонация маркизы Де Асьенд изменилась, гнев звенел в каждой ноте. Открывать глаза стало страшно, но София поборола это чувство и взглянула на происходящее.

Безмолвная сцена. Гвардеец в синей форме растянулся на полу, шлем сполз ему на глаза, а между ним и зачинщицей переполоха лежит, по всей видимости, утерянное колье. Апогеем ситуации стало лицо Луизы, а точнее ее щеки, медленно наливающиеся краской стыда.

– Значит, вы видели, как леди София выходила из чужой комнаты! – взгляд придворной дамы прожигал вздорных девиц, бедняжки не знали, куда деть глаза. – Служивый, поднимайтесь! – приказала маркиза. – Беседа у нас будет долгой и в присутствии вашего капитана! Вы солгали, дабы оклеветать невинное дитя! Просто возмутительно! Не представляю, что может быть постыднее? – негодованию старшей фрейлины не было предела, и все же на миг женщина умолкла, повернулась в сторону Софии и подарила воспитаннице теплую улыбку, а затем, гордо выпрямив спину, покинула комнату.

Утренний переполох испортил весь день. Старшая фрейлина учинила девушкам длительную лекцию на тему правильного поведения. Говорить маркиза умела и любила, каждое слово достигло горячих голов. Девушки стали словно шелковые, даже Маргарет проявила покорность. Завтрака не было, обеда фрейлины тоже лишились из-за дурных манер. Натали придумала поручение для каждой фрейлины и отправила работать, только вздохнула с облегчением, как на пороге возник лорд Луц. Выглядел он мрачнее, чем обычно. Черный камзол слегка примят, на рукавах виднелись следы пыли. Мужчина собирался впопыхах. Леди Натали ждала развития событий. Барон подошел к двери Софии, поднял руку, чтобы постучать и замер. Леди де Асьенд хотела сделать гостю замечание, что не пристало врываться в покои незамужних девиц, но не успела. Барон опустил руку, отвернулся и пошел в общую гостиную. На губах старшей фрейлины появилась улыбка. София оказывается не промах, без году неделя как появилась при дворе, а уже успела втереться в доверие к барону.

– Доброго дня, лорд Луц.

– Ваше сиятельство, – мужчина коснулся протянутой руки и едва ощутимо тронул губами. Лицо осталось безмятежным. – Безмерно рад встрече.

– Что же вас привело ко мне? – маркиза жестом указала в сторону своих покоев – Вы же не откажетесь чашки от чая?

– Ваше приглашение честь для меня, леди Натали.

Будуар давно превратился в приемную для посетителей, сейчас там прибиралась горничная, маркиза взглядом выпроводила служанку, усадила гостя за стол и налила ему чаю.

– Надеюсь, вы здесь не из-за утреннего инцидента? Право слово, мои девочки…

– Утреннего инцидента? – Джерард нахмурился, взгляд сделался требовательный. Натали села в кресло напротив него, налила себе чаю и со вздохом поведала.

– Очередная склока между воспитанницами. Глупышки разбрасываются громкими обвинениями, пытаются очернить друг друга и не желают понимать, что любой скандал негативно скажется на всех. Сначала Рима с дурманом, потом Изабелла…

– Леди Натали, что-то произошло?

– Луиза пыталась подкинуть свои драгоценности Софии, хвала Единому, не преуспела, – от взгляда придворной дамы не укрылось, как изменилось лицо собеседника. Мужчина сжал губы до тонкой линии, между бровей залегла глубокая складка. Вестафалец редко проявлял эмоции. – Надо же она вам не безразлична.

– Простите, что? – мужчина спрятал чувства за маской безразличия.

– Не понимаю, чем вас околдовала эта девочка, – маркиза размышляла вслух. – Когда мне представили баронессу Фон Герц, я обрадовалась, решила, что хоть с этим ангелом не будет проблем. Поначалу так и было, – Натали улыбнулась и доверительно поведала: – Характер Софии в целом покладистый, она умная и сообразительная для столь юных лет. В ней нет зависти и алчности, девочка покорна воле семьи. Я бы сказала, что она напрочь лишена честолюбия и амбиций, – леди глотнула чаю, лицо ее приняло задумчивый вид, а взгляд рассеялся. – Но порой, в душе девочки, как будто лукавый пробуждается, ее взгляд становится колючим, она смотрит с цинизмом человека, сполна вкусившего бед. Такая София пугает даже меня. Не знаю, чего от нее ожидать.

– Замечал такое.

Старшая фрейлина удивленно вскинула бровь.

– Похоже, у леди Фон Герц недостаточно обязанностей, непременно исправлю сию досадную оплошность. Но сейчас речь не о том, Лорд Луц, ответьте, почему вы с маркизом вертитесь вокруг баронессы. Не поймите меня неправильно, просто сложившаяся ситуация ставит меня в тупик. Род Софии на грани краха, покровительством во дворце она не пользуется, особых привилегий не имеет. Тогда что? Что вам от нее нужно?

Джерард молчал, над этим он доселе не задумывался. Рядом с девушкой он чувствовал себя свободнее что ли. Она заставляла забыть о прошлом, а улыбка Софии стирала пропасть, которую тщательно выстраивали придворные. Девушка таила в себе загадку, казалось, вот-вот появится решение, найдутся ключики, прояснятся мотивы. Потом на губах Софии возникает невинно-лукавая улыбка и все переворачивается с ног на голову.

– Лорд Луц, – позвала Натали, одарила взглядом умудренной женщины, – вы взрослый мужчина и должны понимать, что девочка невинна, во всех смыслах этого слова. У нее есть шанс удачно выйти замуж, стать уважаемой леди. Ответьте, вы готовы отобрать у нее будущее, ради собственного удовольствия? Не нужно возражений, – опередила его леди Натали, – мы оба знаем, каково ваше положение во дворце. Я говорю это не для того, чтобы оскорбить вас, просто забочусь о своих воспитанницах и желаю им лучшей судьбы. Не превращайте ее в блудницу.

Джерард отставил чашку и прямо посмотрел на фрейлину.

– Думаете быть любовницей Алистара, лучшая участь?

– Любовницей? – ее губы искривились в улыбке, маска заботливой матушки отброшена. – Маркиз Де Сеттер щедр к своим дамам. Если она продаст себя, все равно получит выгоду. Я уверена, София продержится в фаворе достаточно долго, чтобы стать состоятельной дамой. – Барон помрачнел, пальцы сами собой сжались в кулаки. – Вижу вам не по душе мои слова, но такова жизнь. А что вы можете ей дать, лорд Луц?

– Благодарю за чай и увлекательную беседу, – слушать дальше не было сил. Мужчина согнул себя в пояснице, чтобы скрыть выражение лица, а затем, чеканя шаг, вышел из покоев.

Старшая фрейлина права, он безродный, а по меркам аристократов – нищий. Но стоило представить Софию в объятьях белобрысого выродка и в груди разливался жар. Джерард выдохнул сквозь зубы, простое решение набатом звучало в голове, а рукоять кинжала, в потайных ножнах, жгла руку. Мужчина тряхнул головой, с каких пор он поддался слабости? Легкий путь – чушь. Нужно помнить о последствиях, если он прикончит Алистара, все быстро вскроется. Герцог будет мстить за брата, София не достанется никому. Плохое решение, бесполезное. Мужчина выдохнул, расслабил пальцы и пошел прочь. Он непременно найдет решение, но чуть позже, а пока нужно вернуть подвеску. Джерард вышел из коридора фрейлин и задумался. Кому девчонка могла отнести артефакт.

– Заклинатели, – буркнул он и отправился в отдаленное крыло, закрытое для придворных. В душе теплилась надежда, что удастся перехватить Софию на пороге лаборатории. Хоть бы девчонка не успела никому показать амулет, иначе к ней возникнет слишком много вопросов.

Барон поднялся по винтовой лестнице, свернул в залитый солнцем коридор, что соединял замок с корпусом магов и замер – София была уже здесь, ходила из стороны в сторону перед дверью в лабораторию. Когда она ступала на залитую солнцем площадку, ее фигурка сияла, это было настолько восхитительно, что мужчина позволил себе просто полюбоваться. Осадок от неприятного разговора со старшей фрейлиной выветрился, на душе стало тепло, один лишь вид девушки сумел прогнать все горести.

София обернулась, колючий взгляд скользнул по нему, затем леди почтительно опустилась в низком реверансе, словно перед нею стоял сам король.

– Милорд, смею надеяться, что вы не держите на меня зла, – молвила она, глядя на него снизу вверх.

Джерард усмехнулся, так и не расслышав в голосе ни капли фальши, правда, сожаления там тоже не было. Мужчина протянул ей руку, колючий взгляд скользнул по шершавой ладони, затем леди София благосклонно протянула свою ладошку, для поцелуя. А в следующий миг оказалась в объятьях мужчины, глаза его горели недобрым огнем.

– Лучше верните то, что взяли!

– Взяла? – она изогнула бровь. – Не припоминаю такого.

– София, – выдохнул он и сильнее прижал ее к себе, но ответом стала очаровательно лукавая улыбка.

– Да, милорд.

– Подвеска, верни ее сейчас же.

– Ах, это, – она повела плечами, показывая, что ей не нравится столь крепкие объятья, Джерард ослабил хватку, руки скользнули на талию девушки, но отстраниться он не позволил. – Я как раз хотела выразить вам свою искреннюю благодарность за то, что возвратили мой трофей.

– Твой трофей? – мужчина опешил от такой наглости.

– Не вы ли сказали, что я сорвала оберег из шеи Вестфальского принца? Значит, трофей по праву принадлежит мне! – глаза Джерарда опасливо сузились. София прекратила лицедействовать, вздохнула и заговорила без лишней скромности. – Предлагаю обмен, информацию за подвеску.

– Леди София, как я уже говорил, это тайна, которую вам знать не положено.

– Не положено, так не положено, – пожала плечами девушка, – подвеска моя, а дверь рано или поздно откроется. Я встречусь с заклинателем, покажу руны и узнаю, о чем вы умолчали.

– Оберег у вас? – его взгляд бессовестно скользнул на ее шею, а затем переместился к декольте. Джерард ухмыльнулся и подцепил пальцем шнурок, фрейлина вспыхнула от негодования.

– Я выгляжу такой глупой?

– И с чем же вы пришли к заклинателям?

– Оберег в надежном месте, со мной лишь это, – краснея как маков цвет, София вытащила из-за корсажа сложенный вдвое лист бумаги. – Я не собиралась никому показывать сам амулет, это ваша тайна, милорд. Просто расскажите, что происходит, я хочу помочь!

Мужчина не выдержал, привлек ее к себе, обнял, так крепко, словно хотел спрятать от всего мира. Фрейлина замерла, слушая, как стучит его сердце.

– Это слишком рискованно, я не прощу себе, если с вами что-то случиться. Успокойтесь, забудьте об этом деле, займитесь своими недоброжелателями.

– Вы о Луизе? Быстро же до вас дошли слухи.

– Вас пытались очернить, неужели вы ни капли не встревожены?

– Я сама спровоцировала ее, хотела узнать, как она себя поведет, – мужчина изумленно вскинул бровь.

– Луиза в числе подозреваемых?

– Была, теперь уже нет. Методы у нее отвратительны и слишком грубы. Сама она суетлива и недальновидна, ей не хватит умений совершить что-то серьезное, – Джерард хмыкнул, подцепил пальцами ее подбородок, заглянул в глаза.

– Только я успел привыкнуть к вашим плутовским выходкам, как вы сорвали с себя очередную маску, под которой скрывается на диво рассудительная особа.

София смутилась, отвела глаза и вымученно улыбнулась.

– Не могу разобрать ваши слова любезность или порицание? – фрейлина смерила его взглядом и вернулась к деловитому тону. – Давайте прекратим пустословие, соглашайтесь на мое предложение, я могу быть полезна.

Джерард отвернулся, чтобы она не заметила распутную ухмылку и предложил даме локоть.

– Барышням негоже соваться в дела мужчин.

– Джерард, – она схватила его за руку, развернула лицом к себе, – Мартина Де Фотс угасает так же, как Рима. Вчера я следила именно за ней. И знаете, в чем странность, она сама пришла к тому мерзавцу, что преследовал меня. Он избивал ее, я слышала звук пощечин, а сегодня на ней нет ни следа, но взгляд, господи, она как будто мертвая, хотя еще дышит, ходит и улыбается. Что с ней? Это какая-то магия? Если да, то мне страшно, не хочу стать следующей. Потому пытаюсь помочь! Я наблюдательна и вижу много подозрительных вещей. Просто скажи, что нужно искать!

– Мартина Де Фотс? Сплетница? Надо было рассказать об этом еще вчера!

– И чтобы это для меня изменило? Ровным счетом ничего, вы снова утаите правду. А все что мне останется, молча наблюдать, как из Мартины уходит жизнь! – она опустила голову и сжала зубы, на глазах заблестели слезы. – Я так не могу...

Мужчина обхватил ее лицо ладонями, стер соленые капли и поцеловал. София растерялась, потому он не встретил сопротивления, более того, девушка робко положила руку ему на плечо и подалась вперед, отвечая на ласку. А потом опомнилась и оттолкнула его. Голубые глаза полыхали от злости.

– Зачем? Зачем вы это делаете?

– Потому, что вы мне нравитесь, София, и по этой же причине я не позволю вам вмешаться.

– Тогда расцениваю это как отказ на мое предложение, что ж выясню сама! – она выпрямилась и попыталась уйти, но мужчина заступил путь. – Пропустите!

– Нет.

– Что на этот раз? – она сложила руки на груди и мрачно на него поглядела.

– Я наконец-то понял, что же меня так настораживает в вашем поведении, – София на миг прикрыла глаза, чтобы скрыть эмоции, но лорд заметил, как она подобралась, словно собиралась бежать. Мужчина приблизился, фрейлина попятилась. – Вот видите, вы боитесь меня, потому отступаете, – шепнул ей на ухо Джерард, когда девушка уперлась спиной в стену. – Это логично, на вашем месте так поступит каждый, – глаза Софии сузились от гнева, она сделала шаг в сторону, Джерард уперся рукой в стену, не позволяя ускользнуть. Фрейлина не сдавалась, юркнула в другую сторону, но и там ее постигла неудача. Она в ловушке, лорд усмехнулся, наблюдать за ней было столь же интересно, как и провоцировать. – Вернемся к странностям вашего поведения. София, вы утверждаете, что боитесь, но почему же вы тогда бежите навстречу опасности? Какая вам выгода от участия в этом сомнительном деле? Вы рискуете не только репутацией, но и жизнью. Для этого должна быть веская причина, и я хочу ее услышать.

Она прикусила губу и обожгла его сердитым взглядом, выдохнула, словно собиралась броситься в омут с головой, потом ее рот изогнулся в ухмылке. София прекратила изображать испуганную девчонку, выпрямилась и провела пальцами по щеке мужчины.

– В проницательности вам не откажешь, милорд. Вы требуете от меня правду, хотя сами отмалчиваетесь. Забавно, не находите?

– Нет, не нахожу, – изрек он, такая София ему не нравилась, она была опасна своей непредсказуемостью.

– Жаль, давайте пройдёмся, – Джерард предложил локоть, фрейлина благосклонно к этому отнеслась и повела прочь от лаборатории магов. – Что ж вы меня раскрыли, желаете знать правду, так тому и быть. Милорд, вы когда-нибудь задумывались, что такое дворец?

– Не понимаю к чему вопрос?

– О! Значит, не задумывались. Когда я попала сюда впервые, это место показалось гиеной огненной. Чуть пообвыкнув, я начала слушать и смотреть по сторонам, тогда поняла, что ошиблась. Да, здесь полно грешников, но это не ад, а поле боя. У нас нет клинков, но это не значит, что мы безоружны. Возьмем, к примеру, мою недоброжелательницу Луизу, милая девушка, воспитанная, – мужчина изогнул бровь, ему доподлинно известно – змеи не бывают милыми. София улыбнулась, оценив его осведомленность, и продолжила: – Вы наверняка заметили, что они с Маргарет неразлучны. Самое интересное в том, что Луиза всей душой ее ненавидит, спит и видит, как заклятая подруга оступится.

Джерард нахмурился, слова удивили.

– Откуда такие предположения?

– Два года назад Луиза готовилась к свадьбе с графом Де Берром. Тогда случилось несчастье – жениха отравили.

– Помню, мутное дело, отравителя подослала семья невесты, но доказать ничего не удалось.

– Луиза любила жениха, родня одобрила ее выбор.

– И что же, по-вашему, случилось?

– Маргарет, случилась…

– Причем здесь фаворитка короля?

– Она стала ею сразу после похорон. Король был безутешен, из-за смерти близкого друга. Маргарет воспользовалась этим, чтобы сблизиться.

– Совпадение, – возразил Джерард. – Мы определили яд, которым отравили графа, его приготовили в доме невесты, на посуде нашли следы, а в комнате пострадавшего обнаружили сережку Луизы.

– И что ее взяли под арест?

– Да, допросили всю семью и слуг с применением камня истины. Ничего не нашли.

– Разумеется не нашли, за сутки до трагедии в дом невесты прибыла Маргарет, поздравить подругу. Много ли надо времени, чтобы рассыпать ингредиенты яда и похитить сережку?

– Оставим прошлое, – барон убрал руку девушки со своего локтя, серьезно посмотрел в глаза плутовке. – Полагаю, история о призраке была всего лишь проверкой, а я ведь поверил.

– И поймали преступника, – всплеснула руками София, – думаю, мы были бы полезны друг другу.

– Как я понимаю, желаете подняться наверх? Привлечь внимание короля? Ваша расчетливость впечатляет. Деньги и власть, право слово, мне даже обидно, что Алистар в итоге оказался прав.

– Думайте, что хотите. Мое предложение – это взаимовыгодная помощь. Осмелюсь напомнить, вы раскрыли заговор против короля благодаря мне, неужели его Величество не оценил ваших стараний?

Джерард поморщился, вспоминая допрос, учиненный королем, затем перевел взгляд на собеседницу. Она была спокойна, уверена в себе и все также прекрасна. Мужчина поймал себя на мысли что желает обладать этой девушкой. София притягательна у нее так много граней, то невинная дева, то адский плут.

– Я хочу кое-что взамен, – Джерард отбросил приличия, ухмыльнулся и привлек девушку к себе. Погладил пальцами лицо, насладился растерянным взглядом, а потом медленно потянулся к губам.

– Нет!

– Скажи мне «да» и уйди от Алистара.

– Даже не мечтай!

– София, соглашайся, если хочешь стать ближе к королю, – Джерард провел пальцем, по ее губам, дразня. – Как выяснилось, тебе нравятся мои поцелуи! – она нахмурилась, и вцепилась ногтями ему в руку. – Не перечь, мы оба знаем, я говорю правду. Ну, так что?

– Нет! – упрямо повторила фрейлина.

В глазах Джерарда полыхнула ярость, губы скривились.

– Почему? – София отвела взгляд. – Ну же скажи это, закончи наконец-то игру! Я для тебя просто безродный, а все твои слова не более чем попытка манипулировать мной! Браво!

– Нет! – возразила она, глядя в глаза и снова он не увидел ни капельки лжи. – Для меня ты в первую очередь лорд! Я верю в твое благородство, ведь ты столько раз бескорыстно спасал меня. Не надо считать меня бессердечной, ты дорог мне, как друг. Если я смогу тебя когда-нибудь отблагодарить то, непременно это сделаю, но твоей я не буду никогда!

Джерард смотрел на нее и пытался найти хоть что-то порочное, дабы усомниться в ее словах. Она так легко меняла маски, что он совсем запутался. Во дворце добрые поступки забывают так же быстро, как рубят головы заговорщикам. Она помнила, и хотелось верить, что не забудет. Мужчина отвернулся, ему вспомнился Алистар. Белобрысый мерзавец оказался прав, эта девица таки заведет его на эшафот.

– Ты хотела знать правду. Я охочусь на демона и вчера ты столкнулась с одержимым. Подвеска принца защищает от его магии. Довольна? – он обернулся, думал, увидит страх, но в очередной раз ошибся.

Девушка размышляла, скрестив руки на груди.

– Я думала это просто выдумки, – молвила она. – От чего умерла Рима?

– Демон выпил ее душу.

– Хм, это хоть что-то объясняет. Его можно как-нибудь прогнать?

Улыбка Джерарда стала зловещей.

– Есть два способа: вызвать экзорциста или убить жреца, который призвал демона.

– Это все, что я должна знать? – она требовательно изогнула бровь, но мужчина молчал. Фрейлина вздохнула. – Лорд Луц, мы же партнеры, если желаете использовать мои таланты эффективно, придется быть со мной откровенным.

– Не представляю, чем ты можешь помочь, – буркнул Джерард, отвернулся и вышел на маленькую террасу. Оперся на поручень, закрыл глаза, подставил лицо солнцу и замер. Тихие шаги за спиной, подсказали, что девушка до сих пор не ушла, а терпеливо дожидается, пока он обратит на нее внимание. Неожиданно теплые ладошки накрыли его руку, он открыл глаза и неприязненно покосился на фрейлину.

– Демон может напасть на кого-угодно?

– Нет, человек должен быть слаб.

Перед глазами встала картинка из прошлого, Джерард столько раз пытался это забыть, не сумел. Подземелье арены, вокруг холодные камни, воняет ржавым металлом и кровью. За спиною мокрый песок, нет, сил подняться раны кровоточат.

– Этого тоже на корм? – рядом с Джерардом опускается надзиратель, из-за одеяния он воспринимается белым пятном слишком чистым для этой клоаки. Куфия ниспадает по плечам, красно-белые клетки режут глаза. Раненый раб скребёт рукою песок, у него вывихнуто плечо, но он пытается подняться.

– Живая собака лучше мертвого льва, – доносится скрипучий голос хозяина. – Скормим его в следующий раз, – надсмотрщик ухмыляется, щербатыми зубами и уходит.

Раб сумел подняться, сидеть не так больно, краем глаза он заметил, что его противника волокут вниз, как дохлого барана, удерживая за ногу. Тишина звоном отдается в голове, чадят факелы, потрескивает пламя, воняет сыростью и кровью. Где-то внизу скрипит дверь, должно быть она старая и тяжелая. Интересно, что за ней? Он не успел об этом подумать, как снизу раздался душераздирающий крик. Человек в ошейнике дернулся, оглядываясь, так кричали люди, которых живьем раздирали на арене.

– Чего всполошился, пес? – хозяин поднялся и бросил рабу ломоть хлеба. – У черной тени великолепная трапеза, это полностью твоя заслуга, ты его пощадил, – Вестфалец хохотнул и пошел прочь, вдосталь налюбовавшись перекошенным лицом раба.

– Джерард, – девушка сжала его плечо и легонько толкнула, заставив вынырнуть из воспоминаний, – это что же получается, если бы я выпила тот чай с ядом каракурта, то могла бы оказаться на месте Мартины?

– Вполне, – барон не видел смысла лгать, она сама хотела правды.

Фрейлина побледнела, но быстро взяла себя в руки.

– Ладно, а что получит хозяин?

– Хозяйка, – поправил Джерард, – демона вызвала женщина, это единственное в чем я уверен. Представь, что у тебя есть помощник, для которого нет преград, он может войти куда-угодно, взять все, что ему потребуется, но главное – сделает это незаметно. Чтобы ты у него попросила?

Девушка фыркнула и улыбнулась.

– Наверное, ограбить короля…

– А сокровища как вывозить будешь?

– М-да, об этом я как-то не подумала. Есть еще предположения?

– Они говорили о каких-то союзах, которые ослабнут. Предполагаю, что хозяйка демона нацелилась на приближенных короля.

– Очередные заговорщики, – глазки фрейлины сделались лукавыми, мужчина поддержал ее ухмылкой.

– Куда ж без них? Вот только никак не пойму с кого они начали.

– Не с кого, а с чего. Дурман, помните, я говорила, что Рима к этому непричастна.

– Да, а потом ни с того ни с сего ты полезла в комнату Изабеллы.

– Я проверяла недоброжелателей Римы, не надо возводить на меня напраслину. Девушки сильно поругались накануне дня Солнца. Причиной послужил некий Иртан Фон Трот, его вышибли с турнира по наущению Римы. Сама она заявила, что это клевета и прогнала Изабеллу. Вот только я замечала, как она уходит по вечерами. Жалко проследить не додумалась…

Мужчина призадумался.

– Иртан Фон Трот, сильный противник, отменно владеет копьем

– У вас есть подозрения?

– Возможно.

– Так поделитесь! – потребовала София.

– Мое имя лысый герцог внес в список участников вместо Иртана и сделал это накануне турнира.

– Получается Рима была…

– Соглядатаем герцога Де Вильма? – закончил вместо нее Луц. – Похоже на то. Что-нибудь еще замечала?

– Нет, не думаю, – София качнула головой. – Ей подкинули дурман, чтобы очернить имя герцога? Но какой в этом смысл, никто не знал, кому она служит.

Мужчина скосил взгляд на собеседницу и покровительственно улыбнулся.

– Поверь, кому надо, тот знал, – взгляд его сделался мрачным. – Я догадываюсь, каким будет следующий ход противника.

– И?

– Рима выложила имена союзников Де Вильма, скоро их начнут ловить с дурью в карманах, пока не уничтожат всех вассалов…

– И тогда король решит, что за всем стоит герцог, – сказала София, глазки ее лихорадочно заблестели. – Нужно его предупредить!

– Стой! – Джерард схватил ее за руку. – Мы не будем этого делать, я знаю Роберта и уверен, он прекрасно осведомлен о грядущих неприятностях.

– Как так?

– Снова играешь? Сомневаюсь, что тебя заботит судьба его светлости, скорее чувствуешь, что шанс возвыситься ускользает из рук, – Джерард криво усмехнулся. – Прекращай. Никакой самодеятельности и поспешных решений. Ты меня поняла?

– Приятно, что вы воспринимаете меня всерьез, милорд, – лукавая улыбка шла ей, куда больше, чем маска невинной девочки. – Я кое-что слышала, думаю, вам будет интересно.

– Изумительно! – протянул Джерард, поглядывая на очаровательный кладезь знаний. – Как вам это удается? Слышать все самое интересное?

– У каждого свои хитрости, – подмигнула она и посерьезнела. – Речь пойдет о графине Шарлотте Де Ленч и Кларе Тер Андрис.

– А эти дамы, чем тебе не угодили?

– Тут вот в чем дело, когда я прятала трофей, – взгляд ее наполнился плутовскими огоньками, Софии определенно нравилось дергать тигра за усы, – услышала, как леди спорили о договоре, при этом несколько раз упоминали герцога. Из контекста я поняла, что лорду не поздоровится. Есть ли тут связь демоном не знаю, но мне кажется надо вмешаться.

– Сначала верни подвеску!

– Хорошо, завтра она будет у вас, тогда поговорим. Милорд, я могу рассчитывать, что наше сотрудничество останется в тайне?

– Волнуешься за Алистара? Рано или поздно он раскусит тебя и взбесится.

София поджала губы и неопределенно повела плечиком.

– В моих интересах сделать так, чтобы это случилось как можно позже, просто дайте мне слово.

Джерард улыбнулся, поймал ее ладошку и приник губами к нежной коже.

– Обещаю, что сохраню вашу тайну, София.

Ответом ему стала солнечная улыбка девушки, странным было то, что она не показалась мужчине фальшивой, даже после всего, что он узнал. Фрейлина была очаровательна во всем, даже в сохранении тайны.

Глава 14. Куда приводит любопытство

Клинок со свистом рассек воздух, смертоносный удар поразил невидимую цель. Рассветные лучи скользнули по лезвию, песок зашуршал под босыми ступнями. Джерард стер пот со лба, убрал оружие в ножны и направился в умывальню, опрокинул на себя ведро воды, фыркнул, ощущая силы на новые свершения. Растерся полотенцем, набросил сменную одежду и пошел обратно во дворец.

Неподалеку от входа обнаружился герцог Де Вильм, он разглядывала скульптуру льва, с таким интересом будто видел ее впервые. Джерард тряхнул головой, но вельможа никуда не исчез. Барон повернулся к востоку и посмотрел на солнце, только показавшееся из-за горизонта. И чего это герцогу в такую рань не спится? Лорд намеревался отступить обратно, дабы не нарушать уединение вельможи, но не успел. Роберт заметил его и сам пошел навстречу.

– Смотрю, вы так и не избавились от старых привычек?

– Нет, ваша светлость, – отвечал барон, одновременно приветствуя лорда поклоном, – зачем избавляется от того, что бодрит тело и закаляет дух?

– Ваше стремление к совершенству, восхищает. Составите компанию, лорд Луц?

– С удовольствием, ваша Светлость! – герцог улыбнулся и первым направился вдоль парковой аллеи. Барон молчал, прекрасно понимая, что Роберт не просто так, прибежал сюда спозаранку. Что-то всполошило первого советника короля, и он догадывался, что именно.

– Погода нынче чудная, свежо и ветра нет. Идеальное время для охоты. Джерард, тебе доводилось бывать на охоте?

– Имел такую честь?

– Достойная забава для настоящих мужчин, – улыбнулся Роберт, – я вот тоже охотился, – взгляд герцога стал острым, и он продолжил: – на зверье всякое, на воров, на предателей короны, даже грязных варваров севера выслеживал. Всяко случалось, но такого непотребства, как сейчас, не припомню.

–Догадываюсь, к чему вы клоните, ваша Светлость, – изрек Джерард, чем заслужил заинтересованный взгляд. – Вчера задержали Луи Де Лавьера с дурманом в карманах, сейчас бедняга подземелье. Как только он заговорит, начнется охота на поставщика.

– Не сомневаюсь…

– Это еще не самое любопытное. Полагаю, в ближайшем времени отыщутся другие распространители дурмана, скажем так, подельники Де Лавьера. Знаете, что их объединяет? – Джерард осмелился посмотреть в глаза лысому герцогу. – Они все обменивались сведениями с почившей фрейлиной – Риманой Де Флобер. А ведь у бедняжки, тоже обнаружили дурман в комнате.

– Лорд Луц, к чему намеки? Говорите прямо.

– Фрейлина была вашим осведомителем, ее смерть не случайность.

– Уверен?

– Да. Я осмотрел тело, ее сгубила не болезнь, это сделал демон. Мы имеем дело со жрецом, который жаждет расправиться с вами.

– Я проверил всех, кому выгодно мое смещение с должности, результата нет. Даже казначей, которого я винил в недостачах оказался чист, – всплеснул руками Роберт, его здорово нервировало отсутствие подозреваемого. – Вчера разговаривал с Де Лавьером, он клянется, что не причастен к распространению дурмана. Гвардейцы короля заверяют, что подлога не было. Тогда кто во всем виноват? Твой демон? И что он получит? – лысый герцог помрачнел и продолжил размышлять вслух. – Если меня вышлют из столицы, следом уедут мои вассалы, это ослабит Бенедикта. И что демон устроит переворот? Кто сядет на трон? Безумный Генрих? То-то соседи обрадуются. Северные варвары спят и видят, как мы погрязнем в междоусобицах. Что бы там не говорили офицеры в бальных залах о доблести. Факты говорят одно – к войне мы не готовы. Тот, кто устроит переворот, сдохнет, когда неприятель возьмет столицу.

– Зачем вы все это мне рассказываете?

– Видишь ли, количество подозреваемых превысило все мыслимые границы. Начиная со списка престолонаследников, заканчивая старой каргой, которой захотелось вновь водрузить костлявую задницу на трон, ах да безумного принца, тоже нельзя сбрасывать со счетов. В свете грядущих проблем я не смогу выдвигать обвинения, они будут выглядеть, как попытка скрыть собственные прегрешения. Поэтому мне нужен кто-то вроде тебя.

– Меня, ваша светлость?

– Да, ты предан королю, умен и наблюдателен. Так что смотри, делай выводы и сообщай о них мне.

– Как же жрец и демон?

– Это забота канцлера, не твоя, – отрезал Де Вильм.

– Риккард Форсберг возвращается в столицу?

–Ты разве не слышал? – лысый ухмыльнулся. – Король отозвал его с границ. Вчера прибыл гонец, сообщил, что канцлер уже в пути, вместе с ним экзорцисты. Оставь демона охотникам, а сам выясни откуда берется дурь.

Соглашаться на предложение Джерард не спешил, дело опасное. Роберт поглядел на собеседника лукавым взглядом и неожиданно свернул с тропинки вглубь сада.

– Ваша Светлость? – удивленно вскинул бровь Джерард, но старик махнул рукой, поманив барона за собой. Они миновали березовую рощу, добрались до зарослей ирги. Герцог свернул вправо, на миг люди затерялись среди высоких цветущих растений. Потом барон услышал журчание воды.

– Фонтан Радости? Зачем мы здесь? – удивился он и выглянул в просвет.

София сидела на бортике фонтана, болтала ногами и что-то черкала в альбоме. Алистар подошел ближе и протянул ветку ирги, сплошь усеянную цветами. София спрятала руки за спину и мотнула головой. Тогда маркиз брызнул на нее водой. Фрейлина вскочила с бортика, но вместо того, чтобы устроить скандал, включилась в игру и щедро плеснула воды на Алистара.

Барон сжал кулаки. Вчера он обнимал ее, целовал, а сегодня она развлекается с белобрысым выскочкой.

– Юность прелестна, не правда ли? – молвил старик, наблюдая не столько за происходящим, сколько за реакцией собеседника.

– Не могу не согласиться, ваша светлость, – голос прозвучал ровно, а вот интонация подкачала.

– Алистар приходит к ней каждое утро, – словно издеваясь, поведал Роберт, – в этих встречах нет ничего предосудительного или постыдного, но герцог Де Сеттер обеспокоился. Алистар перестал посещать любовниц с тех пор, как в его жизни появилась баронесса Фон Герц. Знаешь, я наблюдал за ней, занятная особа с виду – сама невинность, но я помню ее на балу. Она играла с Вестфальцем и даже смогла его осадить. Под маской скрывается опасная женщина, не так ли? Интересно, что с ней сделает герцог Де Сеттер, если сочтет опасной.

– Ваша светлость, баронессе Фон Герц, грозит немилость?

– Только, если это продолжится, – он посмотрел на веселящуюся парочку, – Аристарх не станет сидеть, сложа руки. Баронесса бедна, она неподходящая партия маркизу, мы все это понимаем. Однако, я могу повлиять на семейство Фон Герц. Если бы некий лорд окажет мне услугу, я мог бы похлопотать о замужестве леди Софии, – лысый герцог улыбнулся, еще никому не удавалось подкупить барона Луца, а он нашел его слабое место. – Джерард, у тебя мало времени, если хочешь получить ее поторопись.

Барон еще раз посмотрел в ту сторону, где веселилась его фрейлина. Алистар шутливо догнал ее, схватил на руки и закружил. До наблюдателей доносился заливистый смех девушки. Джерард сатанел, он только сейчас осознал, что начал считать ее своей с того самого момента, когда впервые коснулся ее губ. Вот только у Софии имеется собственное мнение на этот счет.

– Я приложу все усилия, ваша светлость!

– Не сомневаюсь, мой мальчик, не сомневаюсь, а теперь пойдем отсюда, а то знаю я вашу прыть да силушку молодецкую, как бы беды не случилось.

***

Джерард сжимал перо и смотрел на пустой лист бумаги. Битый час он пытался написать письмо доверенному человеку, но перед глазами, то и дело вставала картина из парка и не давала сосредоточиться. Предыдущий вариант барон разорвал в клочья, когда непроизвольно вывел имя Софии. Плутовка никак не выходила из головы. Как ей удается обманывать Алистара? Кому она лжет, а кому говорит правду?

Мужчина швырнул бумагу в ящик стола именно в тот момент, когда раздался тихий гул, открывающий тайный проход. Джерард вскочил с кресла, в ладонь скользнул кинжал, но оружие не понадобилось.

– Нашла, – воскликнула баронесса Фон Герц и беззастенчиво вошла в покои лорда.

– София, – мужчина опешил, в голову закралась мысль, что могло с ней случиться, если бы она заблудилась. – Ты в своем уме? Там полно ловушек!

– На ваше счастье у меня хорошая память! Сами понимаете, я не могу прийти к вам обычным способом, это слишком…

– Вульгарно?

– Самонадеянно, – поправила София, подошла ближе, внимательно поглядела на мужчину, нахмурилась. – Милорд, наше соглашение о взаимопомощи еще в силе?

Джерард сложил руки на груди и поглядел на нее, вопросительно изогнув бровь.

– Что заставило тебя в этом усомниться?

– Ваша утренняя беседа с герцогом Де Вильмом, – если Джерард и удивился, то виду не подал.

– Какие отношения у тебя с Алистаром?

– А вы как считаете?

– София, это не праздное любопытство, герцог предупредил об опасности. Старшему брату Алистара не нравятся то, что между вами происходит…

– Вас заботит моя безопасность или мой роман?

Кровь вскипела в жилах, Джерард схватил девчонку, прижал к себе, хотел впиться в ее губы, не успел. Девушка выставила между ними ладошку.

– Милорд, неужели вы ревнуете? Но ведь я не давала вам никаких обещаний.

– Ты умеешь быть жестокой, – Джерард убрал руки, лицо его словно заиндевело. – Итак, зачем ты здесь?

– Клара и Шарлота собрались к герцогу, если мы проследим за ними, узнаем в чем дело.

– Мы?

– Да, я иду с вами…

– Для начала верни, что обещала! – София фыркнула, вытащила подвеску из выреза платья.

– Надеюсь, вы сдержите слово, – она вложила амулет ему в ладонь, мужчина поймал ее пальчики, потянул ладошку к губам.

– При одном условии, ты подчиняешься беспрекословно, – она освободилась, спрятала руки за спину и кивнула. – Вот и хорошо.

– Нужно поторопиться, иначе мы упустим их! – воскликнула София, но барон даже ухом не повел. Он подошел к столу, вытащил какой-то сверток и развернул. Девушка подошла ближе. – Это что? Карта? Зачем? Мы же не знаем, куда они пойдут! Чего она такая маленькая, здесь всего один этаж? – Джерард положил руки на лист и беззвучно заговорил. Чернила слились в лужицу посредине, а потом нарисовали подробный план коридора фрейлин. – Вы что, колдун?

Мужчина обернулся, услыхав испуг в голосе Софии, она даже попятилась.

– Нет, я не колдун, – усмехнулся Джерард, позабавленный ее реакцией, – а владелец артефакта.

Девушка выдохнула и снова подошла к нему, посмотрела на карту, где чернила быстренько прорисовывали коридоры вместе со всеми потайными ходами.

– Откуда это у вас?

– Выиграл в карты, – нехотя сознался барон, окинул взглядом девушку и поморщился. – Думаю, тебе лучше остаться здесь, а то испачкаешь платье.

– Тогда позаимствую у вас плащ, – нашлась плутовка, – вы же не откажете даме?

На губах мужчины появилась ухмылка.

– Да, ты авантюристка!

– Ошибаетесь, мои поступки основываются на логике.

– Ну да, пресловутая женская логика!

– Вот только не надо сворачивать с больной головы на здоровую, – воскликнула она, – давайте плащ.

Джерард возвел глаза к потолку, спорить бесполезно, осознал он. Вытащил из шкафа одежду, закутал гостью. София невольно уткнулась носом в ткань, вдохнула его запах, но тут же опомнилась и отвела взгляд.

– Идем!

Они нырнули в темный проем тайного хода. Джерард шел впереди, на шею он повесил световой кристалл, в правой руке нес карту.

– С помощью вашего артефакта можно найти любого человека во дворце?

– Увы, есть ограничения, к примеру, я должен знать имя и лицо того, кого ищу – говорил он об одном, но спросить хотел о другом. – София, тебя совсем не волнует, гнев герцога? Надеешься, что Алистар заступится? Неужели он до сих пор не раскусил твою игру?

– Лорд Луц, вам не кажется, что вы проявляете крайнюю степень бестактности, задавая подобные вопросы?

– Алистар всей душой ненавидит обманщиц…

– И вы уже отнесли меня к их числу, не так ли?

– Я этого не говорил, – он потянул ее за руку к себе и прижал спиной к стене, провел пальцами по щеке, подался чуть ближе, и замер в дюйме от ее губ. – Просто пытаюсь понять, если тебе нравится он, то почему ты подпускаешь меня настолько близко?

В подтверждение словам его ладонь забрались под плащ, легла на обнаженное плечо. Пальцы едва ощутимо коснулись шеи и перебрались на ключицу, а затем еще медленнее скользнули вниз, опасно приближаясь к груди. Джерард видел, как она замирает от его прикосновений. – Ты млеешь от моих ласк? Почему?

– Ты…

– Ш-ш-ш, – мужчина приложил палец к ее губам и улыбнулся, лукаво так, как умел только он, насладился ее хмельным взглядом и погладил по губам. Девушка вздрогнула, порывисто выдохнула.

Прикосновение сводило с ума. Джерард дразнил ее, не давая желаемого. Фрейлина испытывала двойственной чувство, с одной стороны, хотелось вцепиться ногтями в его лицо, чтобы стереть лукавую ухмылку. С другой – запустить пальчики в волосы, притянуть негодяя к себе и снова отведать вкус его губ. Теплое дыхание опаляло, мужской аромат дурманил. София возненавидела себя за это, но губы предательски шепнули:

– Поцелуй меня! – она подалась на встречу, но Джерард отстранился, ухмыляясь во весь рот.

– Нет, моя милая, сначала я хочу услышать правду!

Пелена бешенства застелила глаза, пальцы сомкнулись на его шее.

– Больше никогда! – шипела она, впиваясь ноготками в кожу. – Слышишь, никогда не провоцируй меня!

Мужчина смотрел в горящие глаза и не пытался воспрепятствовать. Он был очарован, София стала похожа на разъяренную тигрицу, окончательно скинув маску невинной девочки.

– Не знал, что ты можешь быть такой!

Она осеклась, резко убрала руки, спряталась под маской фрейлины.

– Снова отступаешь, боишься дать волю чувствам?

– Ты задурили мне голову! – рявкнула девушка. – Прекратите свои нападки, я не буду твоей. Никогда! Нас связывает только это дело, ничего больше. Как только проклятый демон перестанет угрожать моей жизни, все вернется на круги своя.

– Променяешь чувства на золото?

Она качнула головой, окончательно пришла в себя.

– Чувства? Джерард, не обманывайте себя, нет никаких чувств. От вас веет опасностью, а еще вы умеете соблазнять, это меня притягивает. Не надо путать любовь и похоть.

– Думаешь, у Алистара на уме высокие чувства? София, ты же умнее, чем кажется.

– Мои отношения с маркизом Де Сеттером, вас не касаются! Давайте закончим на этом! Куда дальше?

Джерард какое-то время разглядывал ее так, словно впервые видит, затем взял за руку и повел вперед по запутанному лабиринту тайных ходов.

– Я знаю, куда они идут, – спустя четверть часа изрек Лорд Луц, – и мне это не нравится?

– Почему?

– Чуть дальше покои герцога Де Сеттера, там много стражи.

– Обходного пути разве нет?

– Аристарх чрезмерно осторожен, тайный ход усеян ловушками, я пройду, но ты – нет! – София вцепилась в его руку, словно репей в шерсть.

– Без меня вы туда не пойдете!

– София, прояви благоразумие!

– Я сказала, нет, – голос зазвенел от негодования, – у меня плохое предчувствие. Джерард, прошу, возьмите меня с собой! – попросила она, сложила ладошки в просящем жесте и так проникновенно посмотрела, что мужчина не смог отказать.

– Ладно, – буркнул он, мысленно проклиная самого себя. Еще раз посмотрел на ее длинную юбку, скривился, – но это очень, очень плохая идея!

Он подошел к стене и повернул один из подсвечников, часть каменной кладки отодвинулась в сторону, мужчина снова взял спутницу за руку и повел за собой.

– Вот мне любопытно, откуда вам известны все эти проходы?

– Работа у меня такая, – нехотя ответил он, разглядывая темный коридор впереди. Рядом шуршала одеждой фрейлина. – Что вы делаете?

– Бога ради, отвернитесь! – скомандовала София, ловко подхватывая юбку и завязывая сбоку на узел. – И не смотрите! – послышался шелест, затем девушка поправила полы плаща, и удовлетворенно хмыкнула. Джерард не удержался и поглядел через плечо. Подол платья больше не мешался, светлые туфельки выглядывали из-под темного плаща.

– Мило, – с улыбкой прокомментировал Джерард, вытягивая из кармана связку отмычек.

– Рабочий инструмент? – с улыбкой полюбопытствовала фрейлина.

– Нет, еще один аргумент в мою пользу. А теперь тихо, сразу за решеткой очень тонкие стены нас могут услышать, – девушка кивнула, даже ступать стала тише. Джерард взломал замок на металлической дверце. – Иди за мной, след в след! Понятно?

Лорд привязал световой кристалл к ботинку и пошел вперед, старательно наступая только на определенные камни. Постоянно оглядывался, но София шла за ним, так тихо, словно тень, а из-за стены доносились голоса стражников и прислуги. Джерард наклонился и перехватил пальцами тонкую нитку, посмотрел на помощницу и несколько раз ткнул туда пальцем, мол, не порви. Девушка вновь сохранила спокойствие, можно подумать София каждый день по таким злачным местам гуляет. Барон последил за тем, как она переступает нитку, выдохнул и пошел дальше. Вскоре они добрались до безопасного места и приникли к наблюдательному окошку, которое выходило прямиком в гостиную Аристарха Де Сеттера.

– Леди Шарлотта, я даже не подозревал, что в вас кроется столько подлости и коварства! – восхищения в голосе герцога не было, а презрение хоть ложкой черпай.

София скривилась, услыхав знакомые нотки, так вот у кого Алистар научился говорить гадости.

– Ваша светлость, уж в этом мне вас никогда не превзойти, – гостья старалась говорить спокойно с достоинством, но голос, то и дело подрагивал. – Это копия договора, который вы заключили пять лет назад с Таврами. Узнаете?

– Где оригинал?

– Спрятан, получите его после свадьбы!

Наблюдатели переглянулись. Шарлотта шантажирует герцога Де Сеттера, подобное даже представить сложно. И если герцог узнает, что у разговора есть свидетели, они тут же лишится головы.

– Уходим! – одними губами шепнул барон Луц, схватил девушку за плечо, намереваясь увести, но София заупрямилась.

– Ваша бравада – это пустословие.

– Вы мне не верите? – буркнула фрейлина, поднимаясь. – Хорошо, ваша светлость, фальшивому сожалению меня тоже научили вы, в тот день, когда погиб мой брат, по вашему наущению.

– Кто позволил вам уйти! – мужчина схватил Шарлоту за руку.

– Больно! Пустите!

– Тише-тише, моя милая.

– Если со мной что-то случиться, бумага…

– Сначала свадьба, зубки покажешь потом! И если меня, что-то не устроит, брачную ночь ты не переживешь, – протянул герцог.

– Что вы делаете? – воскликнула Шарлота и зашипела от боли.

– Надеваю кольцо! Все, теперь ты моя невеста! Довольна?

Ответить девушка не успела, что-то пролетело в воздухе, Шарлотта захрипела, оседая на пол.

–Ты что творишь смерд? – рявкнул Аристарх.

Джерард и распахнул тайную дверь и бросился на помощь герцогу, сбил его с ног. Над головой просвистел второй кинжал и с гулким стуком застрял в стене.

– Снова ты! – этот шипящий голос София узнала, он принадлежал демону, но что эта тварь здесь делает?

– Шарлотта! – охнула фрейлина и выбежала из потайного хода следом за бароном. Опустилась на колени возле девушки, попыталась зажать рану на груди шантажистки. Кинжал вошел в сердце, кровь толчками выплескивалась наружу. Шарлота, сжала запястье Софии и что-то шепнула немеющими губами. – Не смей уходить, борись!

Шантажистка выдохнула в последний раз, рука соскользнула на пол, сердце больше не билось, а уродливое красное пятно продолжало разрастаться. София сжала кулаки.

– За что? – прошептала она, закрывая глаза покойнице, обернулась, оценивая обстановку. Джерард успешно теснил одержимого. Оставаться здесь дальше становилось опасно.

– Кто ты? – герцог схватил девушку за край плаща, но она выдернула ткань из его рук и скрылась в потайном ходе. Аристарх тряхнул головой и громко рявкнул: Стража!

Послышались шаги и лязг металла.

– Ты следующий! – пообещал демон.

Черный дым окутал одержимого и растаял. Марионетка рухнула на пол, человек был мертв. Джерард скривился, глядя на тело, и обернулся на звук отворившейся двери, чтобы столкнуться взглядом со старшим офицером дворцовой гвардии. Гильермо Касадо расплылся в счастливой улыбке, застав убийцу с ножом в руке возле трупа.

– Барон Луц, бросьте кинжал на пол! Юджин, проверь пострадавших!

– Мертвы, оба!

Ухмылка Касадо сделалась медовой, он пригладил усы и скомандовал:

– Луца заковать и доставить в допросную!

Джерард сложил руки на груди и смерил зарвавшегося офицера взглядом. Вот так свезло теперь на него сразу двоих жмуриков повесят. На языке крутилась парочка Вестфальских проклятий, но барон взял себя в руки.

Аристарх отвел взгляд от шантажистки. Вот так влип, девица мертва, но компромат-то никуда не делся. Герцог повернулся, поглядел на барона, затем на офицера и других стражников.

– Кто поручил рядовому служаке разбираться в делах знати?

– Ваша светлость, – Касадо поклонился, – моя задача, поддерживать порядок во дворце. Я обязан задержать убийцу, которого мы застали над телом жертвы.

– Достопочтенный лорд, только что спас мне жизнь!

– Но это не отменяет его проступка. Кроме того, остается вопрос – зачем он убил графиню Де Ленч. Это был ваш приказ? Для чего леди пришла в ваши покои?

– Обсудить детали помолвки, и она погибла от рук своего слуги.

– Помолвки? – протянул Касадо.

Барон поглядел на офицера с прищуром. Похоже, ублюдок намеренно тянет время, что-то подозревает? Если его люди разыщут подругу шантажистки, и та заговорит или, не дай бог, предоставит договор, им обоим светит плаха.

– Займитесь делом! – рявкнул Аристарх, но гвардеец не пошевелился, только одарил барона неприязненным взглядом.

– Мы и занимаемся, ваша светлость, ждем свидетеля, который прольет свет на произошедшее.

Джерард поморщился и скосил взгляд в сторону тайного хода. Хоть бы София не пострадала. Он как чувствовал, что не надо было ее тащить за собой. Барон вздохнул и покосился на герцога, вот кто отменно держал лицо при плохой игре, видимо сказывается богатый опыт. Вельможа присел в кресло и поглядел на Джерарда, со стороны видно, как герцога распирает от любопытства. Он хотел знать, зачем пожаловал барон, да еще и столь странным образом? Вот только вопрос задать не мог, вокруг собралось слишком много любопытных.

– Девушка здесь, – доложил один из гвардейцев.

– Сопроводи! – ухмыляясь во весь рот, потребовал Касадо.

Клара замерла, едва переступив порог, этикет ей велел остановиться, перед знатным лордом и дождаться позволения заговорить, но стражник подтолкнул в спину и скомандовал:

– Вперед!

Фрейлина послушалась беспрекословно, сделала еще несколько шагов, увидела тело Шарлотты и сделалась бледнее мела. Ноги ослабели, она покачнулась.

– Только обмороков здесь не хватало. Леди Клара, возьмите себя в руки! – рявкнул Касадо.

– Проявите уважение к даме, – процедил Аристарх и доброжелательно улыбнулся фрейлине.

– В-ваша светлость, – шепотом молвила она, – Шарлотта…

– Погибла от руки камергера…

– Молчать! – рявкнул Касадо, закрывая девушку от взгляда герцога. – Леди Клара, вам известно, почему графиня Де Ленч пришла в эти покои?

Фрейлина подняла на мужчину глаза и замерла, как заяц перед волком.

– Вы слышали мой вопрос?

– Д-да, м-милорд!

– Тогда отвечайте!

Лицо Аристарха перекосило, он знал, что услышит, это конец всему…

– Шарлотта хотела обсудить детали брачного договора, который его светлость прислал этим утром.

– Что? – все присутствующие уставились на несчастную фрейлину, девушка вжала голову в плечи и обхватила себя руками. – Вам известно, что вы должны говорить только правду? – процедил Касадо.

– Вы думаете, я стану врать? – визгнула она, в уголках глаз появились слезы. – Шарлота моя подруга. Да как вы можете!

– Она пришла одна? – скрипнув зубами, задал следующий вопрос Касадо.

– Лорд, при всем уважении, вы слышите, что говорите? Как незамужняя леди, может войти в покои мужчины без сопровождения? Это немыслимо! – фрейлина даже ножкой притопнула, затем жестом фокусника достала белый платочек и вытерла слезы. – Ее сопровождал доверенный слуга.

– Леди Шарлотта чего-то боялась? Возможно, между нею и женихом существовала еще какая-то договоренность?

– Это называется давлением на свидетеля! – ухмыляясь во весь рот, заявил герцог.

– И все же я повторю вопрос. Вам известно о договоренности между будущими супругами?

– Как вы могли о таком подумать! – ответы фрейлины удивляли все больше, морда Касадо вытянулась аж по шестую пуговицу. – Она была так счастлива этим утром, когда получила записку от возлюбленного. Какие договоренности? Имейте совесть! – воскликнула Клара, раздраженно перекидывая косу на другое плечо, и прикусила губу. Жест был таким знакомым, что Джерард сразу вспомнил свою девочку. Как она там? Все ли с ней в порядке? Наверное, сильно испугалась. Захотелось обнять, успокоить и отведать вкус ее губ. Мужчина вспомнил ее хмельной взгляд в полумраке, и желание увидеться стремительно возросло.

– Вам что-то известно о причинах помолвки? – Касадо не терял надежды.

– Я не понимаю, что вы хотите от меня услышать? Шарлота любила его светлость больше жизни, разве нужен другой повод для свадьбы?

– Если ваши слова, правда, то зачем вы явились сюда вместе с графиней Де Ленч?

– Она моя подруга, – молвила фрейлина, и крупные слезы покатились по щекам, – была моей подругой. Я хотела, разделись радость вместе с ней, надеялась увидеть кольцо. Теперь Лотти нет, а вы пытаетесь оговорить ее всеми способами!

– Если вы солгали! – прошипел Касадо.

– Что здесь происходит? – вкрадчивый голос герцога Де Вильма заставил всех вытянуться по стойке смирно. Лысый герцог подал знак своей охране рассредоточиться, а сам направился к Аристарху, поглядел на мертвую фрейлину и покачал головой.

– Бедная, бедная девочка.

– Джерард Луц убил ее, а потом расправился со слугой! – доложил Касадо.

– Вот как, – старик улыбнулся и пристально поглядел на офицера, – и кто ж тебе, служивый, велел думать, в деле, где ты ничего не смыслишь? Его величество непременно узнает о вашей самодеятельности.

Офицер вытянулся во фрунт, замолчал, только зубы стиснул так, что желваки выступили.

– Вы до сих пор здесь?

– Ваша светлость, Луца застали с оружием возле трупа. Это значит…

– Что он защищал герцога Де Сеттера, от спятившего слуги. Я сам прислал его сюда, – глядя в глаза стражнику, заявил Де Вильм, – теперь начнете обвинять меня? Офицер, вы свой ранг запамятовали? Я уж не говорю, что эта трагедия на вашей совести. Гвардейцы не доглядели, откуда у камергера оружие? Почему не обыскали на входе?

Лицо Касадо сделалось серым.

– Виноват, ваша светлость, – выдохнул он и поклонился в пояс. – Позвольте вернуться к службе?

– Свободны, лекаря сюда и слуг! Гилберт, возьми двоих, и сопроводи леди Клару до ее покоев. А теперь вон! Все вон! – после этих слов, возле выхода образовалась куча-мала. Стражники протискивались в дверь, проталкивая друг друга, так что аж косяк поскрипывал, но лысому герцогу до этого не было никакого дела. Он сел в кресло напротив Аристарха.

– Барон Луц, вас мой приказ не касается! – Де Вильм говорил мягко, его гнев словно ветром сдуло. – Присаживайтесь и поясните, что привело вас сюда? Почему не выполняете мое поручение?

Джерард мысленно поморщился, отвечать не хотелось, ибо это приведет к новым вопросам. Если Аристарх Де Сеттер узнает, кто подслушал разговор вместе с ним, Софии несдобровать. Нужно выкручиваться, притом быстро.

– У меня возникли подозрения, что его светлость Де Сеттер, тоже станет жертвой заговорщика.

– Откуда домыслы?

Аристарх сцепил пальцы в замок и одарил собеседника недобрым взглядом.

– Мне доложили, что некие леди шепчутся о договоре и часто упоминают герцога Де Сеттера. Речь могла идти о контракте, который связывает жреца и демона.

– Что я говорил на этот счет, оставь окаянного! – рявкнул Де Вильм.

– Не могу, ваша светлость, заговорщик действует чужими руками, а если точнее руками демона. Осмелюсь напомнить, в прошлом году на всех входах установили артефакты-определители. Если в поле действия окажется опасный токсин сработает тревога. Вчера я был в лаборатории, потребовал внеочередной проверки. Все артефакты работают исправно, миновать их мог только демон. Отслежу одного, выйду на второго, – герцоги переглянулись, уловив зерно истины в словах Джерарда.

– Он спас мне жизнь, не понимаю, какой смысл устраивать покушение?

– Тот, кто стоит за всем этим пытается избавиться от верных людей короля.

– Принц, – словно выплюнул это слово Аристарх.

– Лишенный права на престол! Он ничего не получит, – откликнулся Де Вильм.

– Тогда кто? Королева или троюродный брат короля?

– Уже проверил, ничего нового не нашел, – развел руками старик. – Предположим, покушение удалось, тогда Алистар унаследует титул, от этого влияние рода не ослабнет.

– Ошибаетесь, его заботят только женщины и развлечения. Он далек от политики, промотает все состояние за пару тройку лет и род угаснет, – со вздохом поведал Аристарх, в его глазах зажглись мрачные огоньки, мужчина поднялся и подошел к тайному ходу. Открыл проход и заглянул внутрь. Джерард вскочил следом, готовый защищать свою помощницу до последней капли крови. – Ну, надо же сбежала! Кто был здесь вместе с вами?

– Мой помощник.

– Помощница, – едко поправил герцог, – это женщина и я хочу знать имя!

– Простите, ваша светлость!

– Мне не нужны ваши извинения, имя? – но Джерард молчал, словно воды в рот набрал.

– Во-дает, – протянул старик и ухмыльнулся, – везде поспевает!

– Вам что-то известно? – Аристарх сделался еще мрачнее.

– Ох, оставьте этот тон, сбежавшая леди, наименьшая из ваших неприятностей, лорд Аристарх. Думаю, нам стоит позабыть о разногласиях и объединить силы. Ведь следующее покушение может стать последним.

– Скоро прибудет канцлер со своими ищейками…

– Да, а мы к тому времени должны отыскать виновного, не то полетят наши головы.

– Касадо, – протянул Джерард, лорды взглянули на барона с недоумением.

– Я бы с него шкуру спустил, – скривился Аристарх.

– Вопросы, которые он задавал Кларе, выглядят подозрительно. Он знает больше, чем показывает!

– Убрать его, и все дела!

– Нет, – качнул головой барон, – лучше организовать за ним слежку и выяснить, кто его науськал.

– Хорошо звучит, но проблема с исполнителем. Мои люди наперечет, сейчас я не могу ими рисковать.

– Я найду людей, – изрек Джерард, побарабанив пальцами по столу – у меня на примете имеется несколько честных парней, достойных носить звание офицера.

Лысый герцог ухмыльнулся, разгадав непрозрачный намек, кивнул.

– Будет результат, то и награда не заставит себя ждать! А теперь ступай, Джерард, я жду известий! И передай мое восхищение своей помощнице.

Луц одарил старика гневным взглядом, но быстро взял себя в руки, поклонился:

– Как прикажете, ваша светлость!

Когда вышел за дверь, пальцы сжались в кулаки, хоть бы старик не проговорился Аристарху. Иначе Софии грозит беда. Мужчина с трудом сдержался, чтобы не перейти на бег. Где же она? Где? Должно быть очень испугалась, может даже сидит, рыдает где-нибудь

Коридор фрейлин встретил тишиной, по всей видимости, девушкам сообщили о смерти Шарлотты. Джерард добрался до комнаты баронессы, постучал в дверь, но никто не ответил. Тогда он направился в гостиную и наконец-то выдохнул, увидав светловолосого ангела. София вышивала, по лицу и не скажешь, что совсем недавно она бегала вместе с ним по тайному ходу. Даже на платье следов не осталось.

– Софи!

– Милорд, – девушка поднялась ему навстречу.

Джерард заметил волнение в голубых глазах. Надо же она беспокоиться о нем, что может быть прекраснее. Мужчина, не задумываясь о последствиях, поймал ее лицо ладонями, наклонился и захватил в плен желанные губы. София замерла, а в следующий миг барон ощутил, как она упирается ладошками ему в грудь. Это было так неожиданно, словно он поцеловал незнакомку. Джерард разжал руки, выпуская фрейлину на свободу, и тут же хлесткая пощечина обожгла щеку.

– Никогда больше, – прошипела фрейлина, – не смейте ко мне прикасаться!

Щеку жгло, но мужчина не замечал этого, он хотел извиниться, но осекся, увидав других девушек, которые стали свидетелями его выходки.

– Леди София! Я не…

– Не приближайтесь ко мне, слышите, больше никогда! – воскликнула она и убежала в комнату. Джерард только и мог, проводить ее взглядом. Что же он наделал? Почему она так отреагировала? Из-за глазастых сплетниц или потому что дорожит отношениями с Алистаром? Мужчина возвел глаза к потолку, а после удалился, осознав, сегодня поговорить не получится.

Глава 15. Дружеская просьба

София отложила в сторону альбом, поправила черную ленту на волосах, знак десятидневного траура о почившей Шарлотте и обхватила руками плечи. В тени было зябко, но уходить не хотелось, здесь ее никто не найдет и не побеспокоит. Девушка невольно прикоснулась к губам и вздохнула. Зачем барон поцеловал ее на глазах придворных? Зачем поставил в столь неловкое положение? София выдохнула и спрятала лицо в ладонях. Она встречала Джерарда каждое утро, повсюду сталкивалась с ним взглядом и убегала вместо того, чтобы поговорить.

–Такая красавица и в одиночестве, – голос Алистара прозвучал над ухом настолько неожиданно, что София подхватилась со своего места. – Судьба определенно благоволит мне, – сообщил маркиз, ловко поймав девушку в объятья. – Смилуйтесь и не гоните прочь вашего покорного слугу.

– Милорд, прекратите балаган и отпустите. Как вы вообще меня нашли?

– Я же сам показал тебе это место, – Алистар не стал упираться, выпустил девушку из объятий и присел на свободную скамейку. – Почему ты здесь? Переживаешь из-за Шарлотты? – когда они были наедине, маркиз оставлял свою высокопарную речь и обращался на «ты».

– Нет, – София покачала головой, прикусила губу и посмотрела на собеседника. Тот улыбнулся ей, на миг став похожим на повесу из прошлого. – Я прячусь, – в глазах мужчины плясали смешинки, а лицо выражало добродушную заинтересованность. – Все из-за Джерарда Луца. Он… Он поцеловал меня на глазах у всех, – созналась девушка, плюхнулась на скамейку и закрыла лицо руками.

– А я все гадал, расскажешь ли ты мне об этом или нет.

– Вы знали, – сообразила София, плечи ее сгорбились, – весь дворец уже знает, какой позор.

– Ну-ну, не разводи панику, – мужчина поймал ее лицо и погладил пальцами щеки, заглянул в настороженные глаза, и снова не нашел притворства, – пересуды быстро утихнут, если не подкидывать дров в костер.

– Я понимаю, но почему он так поступил? Не думаю, что он хотел меня унизить…

– Ох, София, – вздохнул мужчина, убрал руки от ее лица и беззастенчиво разлегся на лавке, положив голову ей на колени. Фрейлина поморщилась, так он делал уже не впервые, но прогонять бесполезно. Девушка осторожно провела рукой по волосам. – Джерард сложный человек. Он груб и плохо воспитан, это отзвуки прошлого. Не держи на него зла, в конце концов, однажды ты поступили с ним примерно также.

Щеки девушки зардели.

– Он не похож на человека, который будет мстить.

В голове Алистара мелькнула мысль, вот он подходящий момент, чтобы очернить соперника в глазах наивной девочки. Мелькнула и тут же пропала, как будто София прогнала черные помыслы из его головы своими ласковыми поглаживаниями. Рядом с ней маркиз становился чуточку лучше, чем был на самом деле.

– Барон Луц не мстит, он просто убивает того, кого сочтет врагом, – ее пальчики замерли, видимо слова Алистара напугали. – По этой причине его сторонятся придворные, а вовсе не из-за его происхождения, хотя это тоже играет определенную роль. А что до поцелуя… Ты нравишься ему, и он ревнует тебя ко мне.

– Что?

– Удивлена?

– Откуда он знает?

– Барон тренируется каждое утро, думаю, он часто видел нас вместе, вот и на воображал...

– Господи, нужно с ним поговорить, я не хочу вводить его в заблуждение. Это подло и неправильно.

– Т-ш-ш, – Алистар приподнялся и сгреб ее в объятья, – успокойся. Как думаешь, чего добивался лорд Луц? Не знаешь? Хорошо поясню – твоего внимания. Как только ты попытаешься с ним поговорить окажешься в еще более щекотливом положении.

– Лорд Луц не такой человек, он не станет…

– А тебе, откуда об этом известно? – Алистар улыбнулся, глядя ей в глаза. – Неужели твоя вера в людей столь непоколебима? – теперь девушка обожгла его сердитым взглядом и нахохлилась, стараясь сохранять между ними дистанцию.

– Не понимаю, что в этом плохого? Все иногда ошибаются, мы оба поступали не лучшим образом. Неужели это делает нас плохими людьми? Я должна поговорить с лордом, так будет правильно.

– Давай, это сделаю я!

– Вы? Милорд, со всем уважением, но боюсь, подобный разговор закончится дуэлью. Я не могу принять вашу помощь.

– И за кого же ты будешь волноваться?

– Это все что вас интересует? – вспыхнула она, оттолкнув его руки, вскочила. Алистар поднялся следом и преградил ей путь.

– Отнюдь, – возразил он, поймал ее ладошку и согрел своим теплом. – Не хочу, чтобы варвар очернил твою репутацию еще больше. София, обещаю, мы просто поговорим. Вряд ли ты поверишь, но я волнуюсь за тебя. Прошу, доверься мне, я докажу, что не настолько плох, как ты считаешь.

– Милорд, я не смею принимать от вас…

– София, это просто дружеское участие, ничего более. Всего лишь разговор мужчины с мужчиной. Не хочу, чтобы Джерард думал, будто у тебя не найдется защитника и друга во дворце.

– Тогда обещайте, что разговор не закончится смертоубийством.

– Клянусь, – Алистар ответил, не колеблясь, девушка перестала хмуриться и улыбнулась ему. Мужчина в ответ чуть сильнее сжал ее ладошку. – Иногда мне кажется, что ты единственная девушка, которая может вить из меня веревки.

– Милорд, я бы не осмелилась.

– Знаю и поэтому, хочу помочь. Идем, провожу немного, а то ты совсем замерзла, здесь сквозит.

Они расстались на развилке. Алистар поцеловал руку спутницы на прощанье и пошел искать Джерарда. Надо же Софии удалось подбить его на подобную авантюру. Мужчина покачал головой, у него было много женщин, но фрейлина стала первой, кому он предложил бескорыстную помощь.

Шагая по вызолоченным коридорам, Алистар пытался понять, а было ли это его решением или просто хитрая манипуляция со стороны девушки. Почему-то вспомнилась ее улыбка и открытый взгляд, глаза в глаза и теплая ладонь, такая маленькая и хрупкая. Следом пришла мысль, он не допустит, чтобы кто-то другой держал ее за руку…

Алистар замер посреди коридора. Неужели он ревнует ее к безродному?

– Чушь! – возмутился он, а память услужливо подсунула картинку с бала. София кружилась в объятьях барона и улыбалась ему. Сердце похолодело, пальцы сжались в кулаки. – Не бывать этому! И это не ревность, она полюбит меня и только меня!

Маркиз помчался искать соперника, кровь бурлила в жилах, но он потерпел фиаско. Джерард словно сквозь землю провалился. Терпения хватило часа на два поисков, потом Алистар преградил дорогу гвардейцам и потребовал:

– Джерард Луц, где он?

– В полдень был на плацу, потом у подполковника Браца, сейчас не знаю. Лорд, вам лучше спросить постовых, – посоветовал гвардеец и вместе с напарником пошел дальше обходить вверенный участок.

Алистар скривился, стража сменилась час назад, где теперь искать постовых, одному богу известно. Еще часа через два, нашлись добрые люди, которые подсказали, что искомый лорд в оружейной. Пришлось в который раз обойти замок и воспользоваться выходом для слуг. За время поисков маркиз немного успокоился, злость улеглась, он даже обдумал, что скажет безродному.

Оружейная показалась в поле зрения, дверь оказалась открыта, Алистар ухмыльнулся, и вдруг заметил странную картину. Поденщики переносили дрова на склад, но как только они приближались к оружейной, то вставали на цыпочки и крались словно воры. Маркиз хмыкнул, подивившись, и пошел вперед. Первое, что он почувствовал – резкий химический запах, пока пытался разобрать, что оно такое, возле уха свистнуло, в косяк воткнулся кинжал.

– Zabrа[1], – выдохнул Джерард, и не глядя метнул еще один нож в стену, затем вылил содержимое пиалы в помойное ведро и взял в руки пробирку с какой-то зеленой мутью.

– Отраву готовите? – полюбопытствовал маркиз обозначив свое появление.

Джерард обернулся, смерил гостя взглядом. Вот тогда в голове Алистара мелькнула слегка запоздалая мысль, а вдруг и правду отраву готовит, а он ненужный свидетель. Мужчина скосил взгляд на кинжал в руках безродного. По спине пробежал холодок. Один бросок и…

– Чем обязан? – барон отложил оружие в сторону и скрестил руки на груди.

Алистар трусом никогда не был, но сейчас захотелось попятиться и сделать вид, будто он ничего не видел. Мужчина задавил гадкое чувство и переступил порог оружейной.

– Леди София обеспокоена вашим неуместным порывом.

– Допустим, но почему здесь вы?

– Защищаю свою даму.

– Бросите вызов? – глаза Джерарда вспыхнули от предвкушения. – С радостью на него отвечу! – и прибью тебя, читалось между строк.

– Леди София взяла с меня слово, не доводить до крайностей, – Алистар чувствовал себя так, будто идет по тонкому льду, опора трещит и грозит превратиться в бездну прямо под ногами. – Она обескуражена вашим поступком, Джерард, фрейлины злословят, распускают слухи. Зачем?

– Зачем я это сделал? Разве не понятно?

– Ты унизил ее!

– Всего лишь погорячился и оправдываться, особенно перед тобой, я не намерен. Ты сам не лучше. Друг, защитник! – барон наглядно сплюнул. – Ты даже ногтя ее не стоишь!

– Что уж говорить о тебе – бывший раб? – породистое лицо исказилось презренной гримасой. – Тебе не место во дворце! – Джерард дернулся, словно от пощечины, кулаки сжал так, что костяшки побледнели. – Что не терпится ударить? Давай, докажи, что ты грязный варвар.

– Пусть так, но я хотя бы с нею честен!

– Я тоже! – выкрикнул Алистар.

– Да неужели! Сколько шлюх у тебя во дворце? И все мало? Пытаешься совратить Софию?

– Нет!

– Хоть раз ответь честно, она тебя отшила, дальше взыграло эго, а еще засвербело в одном месте. Похоть ты унаследовал от матери, как и смазливую рожу! – после этих слов Алистара перекосило.

– Урод! Да, как ты смеешь, говорить подобное! Ты, сын – потаскухи! Раб!

– Зато не лицемер! – парировал Джерард.

– Еще раз увижу тебя рядом с Софией, шкуру спущу, ты меня понял? – барон отреагировал на угрозу презрительной ухмылкой.

– Ты сначала из-под опеки братца выберись, потом – угрожай.

– Ублюдок, ты за это заплатишь, – выдохнул маркиз и вышел вон, понимая, что еще чуть-чуть и он нарушит клятву, которую дал Софии.

Никто не смел, разговаривать с ним в подобном тоне, вообще никто. Безродного надо было наказать за слишком длинный язык. Алистар обдумывал варианты, шагая в сторону дворца.

Джерард остался один, перевел взгляд на колбу с зеленой жидкостью. Переборщил, несомненно. Теперь у него появился еще один враг, вот только сожалений мужчина не испытывал. Мысли возвращались к Софии. Она прислала этого выродка, почему? Пусть бы и дальше избегала с ним публичных встреч, но вот прийти и объясниться могла бы и сама. Благо ей известен тайный ход в его комнату. Но она не пришла, не хотела или не смогла? Джерард выдохнул и не глядя, швырнул колбу в стену. Стекло разбилось капли вещества, стекли на землю и зашипели.

В голове мужчины билась мысль, что таким образом София дала понять, между ними все кончено. Больше не будет тайных встреч и охоты на заговорщиков, не будет ее теплых рук и волшебной улыбки. Джерард зарычал сквозь зубы, как раненый зверь.

Потянулся к сумке и вытащил оттуда бутылку анисовой настойки, забористая дрянь. Вынул пробку и хлебнул, пойло обожгло горло, мужчина отставил бутылку и попытался сосредоточиться на работе.

В далеком прошлом он прислуживал старому химику в невольничьем торговом доме. Старик был немного не в себе и любил поговорить, но никто кроме раба не слушал его. Гариб мастерил ошейники, накладывал чары, пропитывал кожу эликсирами, чтобы она приобрела те или иные свойства. Для дорогих рабов старик создавал особенные ошейники, они защищали людей даже от демонов. Однажды Гариб ушиб руку и Джерард помогал ему готовить эликсиры. Это было лет пятнадцать тому назад, сейчас барон пытался повторить опыт. Хотел изготовить защитный амулет для себя, а Софии отдать подвеску принца. Вот только ничего не получалось. Луц упрямо работал до тех пор, пока не закончились компоненты. За окном царила глубокая ночь. Мужчина потянулся к настойке, отхлебнул еще немного, поднялся и пошел к себе, то и дело, прикладываясь к горлу.

Как только хмель ударил в голову, госпожа удача отвернулась от Джерарда. Будь он не так сильно пьян, несомненно, ощутил бы запах крови, заметил бы чужое присутствие. А так, споткнулся о поваленный стул и поковылял дальше. Ноки запутались в каких-то тряпках возле кровати, мужчина упал и уснул, не раздеваясь.

[1] Zabrа в переводе с Вестфальского ‒ проклятье.

Глава 16. Приговор, обжалованию не подлежит

София кружила, как ворон возле закрытых дверей, где проходил суд над Джерардом Луцом. Девушка пыталась совладать с собою, но гнев, то и дело, проявлялся в порывистых движениях. Фрейлина отошла к окну и замерла.

Три дня дворец горевал о Шарлоте. Потом общество всколыхнуло новое преступление. Джерард Луц избил и обесчестил фрейлину – Мартину Де Фотс. И никого не волновало, что языкастая девка успела побывать в постели еще десятка лордов.

София сжала кулачки, она верила, что Джерард не мог такого совершить, его подставили. Знать бы кто это сделал и сколько времени есть в запасе, чтобы разобраться. Обо всем станет известно после вынесения приговора. Быстро же его в оборот взяли, утром появились слухи, а в полдень уже собрали заседание.

Двери судейской залы отворились, в проходе показались люди, они громко обсуждали процесс, а на лицах сияли довольные ухмылки. Если придворные ликуют, значит Джерарду несдобровать.

– Я даже не думал, что судья вспомнит о таком виде наказания! – восхищенно приговаривал, маркиз Де Фот, близкий друг Алистара, ему однажды не повезло скрестить клинки с Джерардом и проиграть безродному с тех пор он хромает на правую ногу. Похоже, лорд удовлетворил свою мерзкую натуру, свидетельствуя против барона. – Рабу, рабское наказание!

София побледнела, но ее никто не замечал. Кому нужна баронесса без приданного.

– Жду не дождусь, когда увижу, как с него плетью сдерут шкуру!

– А я хочу услышать крики, безродного, как считаешь, он будет простить о милости? – изрекла придворная красавица Мария Тер Вальтис. Ее внешность очаровывала, но слова свидетельствовали о том, насколько мерзкая эта особа в душе. Фрейлина, забывшись, проводила блондинку смертоубийственным взглядом.

– Ваша ярость прекрасна, леди София, – герцог Де Вильм подошел бесшумно. Среди разряженной толпы он единственный не радовался наказанию Джерарда.

Баронесса Фон Герц взяла себя в руки и опустилась в низком реверансе тихо молвив:

– Ваша светлость…

Мужчина предложил руку, отказывать она не стала. Они шагали неспешно, дожидаясь, когда придворные рассеются. София боялась задавать вопросы и не хотела показать, насколько сильно волнуется о судьбе Джерарда, но проницательный старик обо всем догадался.

– Суд проявил милость, – заговорил Де Вильм, и фрейлина услышала нотки презрения в голосе, – тридцать ударов кнутом…

София пошатнулась, но герцог вовремя придержал ее за руку.

– Он умрет, – прошептала фрейлина мертвенными губами, будучи наслышана, что умелые палачи, могли убить всего пятью ударами. Роберт пристально смотрел на девочку, которой от силы исполнилось двадцать лет. Он мог ей соврать, но не стал.

– Нет, его не убьют, скорее, повредят спину, чтобы Джерард никогда не смог встать на ноги…

Голубые глаза вспыхнули от ярости, мертвенная бледность слетела с лица Софии, она сжала пальцы в кулаки. Тот, кто его подставил, хотел не просто его убить, он хотел растоптать Джерарда. Такое не прощают.

– Леди София, вы ничем не сможете помочь, слишком много улик против него. Джерарда даже побег не спасет. Выражусь иначе – побег обречет его на смерть. Я вижу, что он вам дорог, мне очень жаль.

София нашла в себе силы улыбнуться.

– Когда проведут экзекуцию? – вопрос прозвучал так, словно она спрашивала, сколько у нее времени для спасения шкуры барона.

– Завтра утром.

– Благодарю, ваша светлость! – София вновь присела в низком реверансе, отпуская руку герцога и направилась к себе. В рукаве припасен еще один козырь, пора пустить его в ход.

***

Герцог Де Сеттер, пребывал в отличном расположении духа.

– Все сложилось, как нельзя удачно! – выдохнул он и подошел к винному шкафу, пробежал взглядом по этикеткам, но мысли все равно возвращались к треклятому договору, которым его шантажировала Шарлотта. –Неужели она никому не рассказала про документ? Может он сгинул навеки?

Герцог откупорил бутылку красного вина и улыбнулся – неужели это и есть удача? Луц вне игры, неважно, что он слышал, повлиять на события барон уже не сможет. Немного беспокоила таинственная помощница Джерарда, но Аристарх не принимал женщину в расчет. Вино дразнило обоняние.

– За удачу! – герцог сделал глоток, напиток четырехсотлетней выдержки оказался терпким на вкус. Насладиться вином сполна ему не дали, зашуршала дверь тайного хода.

Аристарх поставил бокал на стол, выхватил кинжал, обернулся и обомлел – присев в низком реверансе его внимания дожидался белокурая красавица София Фон Герц. Ее грудь тревожно вздымалась, приковывая к себе мужской взгляд. Герцог ухмыльнулся, он начинал понимать, почему младшенький неустанно таскается за девицей.

– Леди София, какой приятный сюрприз!

Мужчина подошел ближе, еще немного полюбовался пышной грудью, а потом протянул гостье руку, тем самым позволяя подняться. Она безропотно коснулась его ладони, Аристарх сжал ее пальцы и поднес к губам.

– Скажите на милость, как вам удалось сюда пробраться? – она посмотрела на него, и мужичина выпал из реальности, утонул в голубых глазах. В действительность вернула лукавая улыбка на губах девушки, вот тогда Аристарх сообразил – это и есть таинственная помощница Джерарда.

Лорд не сумел скрыть досаду, но проводил гостью к столу и усадил в кресло. Взял для нее бокал и плеснул вина. Договор попал в руки очаровательной мерзавки, а значит сейчас начнутся танцы по второму кругу.

– Выпьете со мной, София? – предложил он, чтобы немного оттянуть неизбежное, а заодно прикидывая, что ей нужно.

Фрейлина приняла бокал, согрела пальцами, вдохнула богатый аромат.

– Картс-де-Шом, из Анжу, пять тысяч реалов за флягу, – даже не попробовав, определила фрейлина, – интересный выбор.

– Ему четыреста лет, – похвастал Аристарх, – а вы неплохо осведомлены, учитывая достаток вашей семьи.

– Не все измеряется деньгами, ваша светлость.

– Зато все за них покупается, – не остался в долгу вельможа. – Так сколько вы хотите?

– Сколько я хочу, – протянула она, вдохнув аромат вина, – вы мне дать не сможете!

– София, вы забываетесь! – герцог попытался осадить баронессу, но девушка никак не отреагировала на выпад. Мужчина отставил бокал вина, откинулся в кресле и прошелся по девушке откровенно раздевающим взглядом. – Как я понимаю, у вас то, что нужно мне, и я готов за это заплатить, в разумных пределах.

София чуть наклонила голову и посмотрела на него оценивающе, словно раздумывала, сколько будет стоить ее молчание.

– Мне не нужны ваши деньги, – лицо Аристарха перекосило, он сжал подлокотник, но сдержался, – мне нужна услуга. Выполните просьбу, я верну вам договор, откажетесь – бумага попадет к королю. Решать вам.

– Чего ты хочешь?

– Сущий пустяк, Джерарда Луца должны оправдать!

– Что? – он вскочил с кресла и навис над обнаглевшей девчонкой. Вот только на баронессу его гнев не произвел впечатления. Она медленно сделала глоток вина и подарила еще одну очаровательную улыбку. – Вы в своем уме? Ваша просьба невыполнима, я не смогу найти настоящего виновника за одну ночь.

– Вот как, – протянула фрейлина, а потом осторожно коснулась рукой его волос. Они были коротко острижены, совсем не такие как у Алистара, жесткие и колючие, у висков проглядывала седина, хотя герцогу недавно исполнилось всего сорок лет. Взгляд мужчины смягчился и невольно соскользнул на губы девушки. – А разве я сказала, что вам нужно найти настоящего виновника? – шепнула она, так что у Аристарха сбилось дыхание. Голубые глаза смотрели лукаво, на губах расцвела дьявольская улыбка. – С этим Джерард справится сам, мне важно, чтобы казнь не состоялась. Как вы этого добьетесь не мои проблемы, – ее пальчики пробежались, по колючей щеке. Аристарх поймал руку и прижал ладонь к губам.

– Вы умеете очаровать.

– Мне воспринимать это как согласие, милорд?

– Да, леди София, – выдохнул он и потянулся к ней, но девушка приложила палец к его губам, останавливая. Аристарх нахмурился, сжал тонкое запястье. – Вы же не думали, что уйдете отсюда так просто? – мужчина отпустил ее руку, провел пальцами вверх к плечу, коснулся щеки, а потом снял ленту с волос, позволяя светлым локонам рассыпаться по плечам. София видела, какое пламя разгорается в его глазах, но все еще сохраняла спокойствие.

– Милорд, – она поймала его руку, – остановитесь, вы же не думаете, что я безоружна.

– Что?

– Масло Ши, один укол и у вас останется всего четыре часа, чтобы спасти собственную репутацию.

Теперь леди София удостоилась восхищенного взгляда, усыпить она наверняка успела бы, но потом ей бы пришлось наблюдать за мучениями барона и за крахом рода Де Сеттер.

Аристарх обуздал собственные чувства и отошел от девушки, смерил ее взглядом и все же спросил:

– Если ты обнародуешь договор, Алистар тоже пострадает.

София вздохнула.

– Во всяком случае, он останется жив и здоров, чего не скажешь о бароне Луце. Всего доброго, Ваша Светлость, – как и предписывал этикет, леди присела в реверансе и лишь, затем скрылась в тайном ходе.

***

Утро наступило слишком быстро, София так и не смогла сомкнуть глаз. Фортель с шантажом мог сработать, но вероятность, что герцог Де Сеттер попытается ее обмануть, тоже велика. Фрейлина поправила красную ленту на волосах, накинула плащ, сунула в боковой карман, пожелтевший свиток. Затем направилась к месту проведения экзекуции.

Позорный столб установили на заднем дворике, неподалеку от плаца, где Джерард тренировался по утрам. Однажды ей довелось увидеть, как меч поет в его руках, а как он двигается, боже как он двигается. Мягко плавно, словно хищник, щеки обожгло жаром, просто от мыслей о мужчине.

Фрейлина мотнула головой и огляделась. Несмотря на ранее утро родовитых зрителей собралось столько, что яблоку упасть негде. Возле позорного столба наличествовал целый отряд стражи, рядышком крутился палач в красной маске, а вот герцога Де Сеттера еще не было. София поджала губы и постаралась успокоиться. Время тянулось мучительно долго, фрейлина поглядывала на крепостную стену, солнце вот-вот покажется. Девушка сжимала кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладошки.

Джерарда вывели под конвоем, а руки связали за спиной. Герольд начал зачитывать обвинение, тем временем, с барона сорвали рубашку. София скользила взглядом по его телу, старые шрамы, белыми полосами украшали кожу со всех сторон. Сколько тягот он перенес в жизни? Сердце сжималось от боли, девушка стиснула зубы.

Луц оставался спокоен, плечи – расправлены, а взгляд лениво скользит по толпе придворных. Мужчина усмехнулся, а София подивилась его выдержке. Как ему удается сохранять спокойствие, зная, что его ждет? Их взгляды встретились, Джерард перестал улыбаться, нахмурился, а потом стражники развернули его лицом к столбу, привязали руки. На помост вышел Касадо, поигрывая кнутом, хлестнул воздух под визг толпы. София вздрогнула от этого звука и невольно попятилась. Герольд умолк. Касадо передал плеть палачу и шутливо поклонился.

– Да где же он? – буркнула девушка, высматривая герцога.

Именно в этот момент кнут визгнул в воздухе, София повернула голову и увидела, как после первого же удара по спине Джерарда потекла кровь. Следом появился Аристарх со своей свитой. Фрейлина подарила ему мрачный взгляд и вытащила из кармана пожелтевший свиток. Герцог ухмыльнулся и отсалютовал ей, под звук второго удара. Джерард молча, терпел боль, сердце девушки разрывалось на части.

– Что же ты медлишь, гад? – прошипела она и тут к ней подошли дворе, судя по выправке – вояки, но одеты в штатское. Схватили девушку за руки, грубо вытащили из кармана свиток и ушли. Высокородный ублюдок одарил ее презрительной ухмылкой.

София не заплакала, нет, она оскалилась, затем стянула алую ленту и подбросила в воздух. В тот же миг к герцогу подошел лакей и протянул записку. Кнут ударил в третий раз.

Аристарх взбесился, выхватил у вояк добычу, развернул. София видела, как перекосило его лицо, она знала, что лист девственно чист. Казалось, фрейлина слышит зубовный скрежет Аристарха на другом конце поляны. Пока герцог приходил в себя, Джерард получил уже четверной удар кнутом, из глубоких ран текла кровь, но мужчина молчал.

– Ну, же давай! – шипела она.

Аристарх скомкал ее записку и обжег фрейлину смертоубийственным взглядом. Кнут визгнул в пятый раз, у Софии замерло сердце – неужели он не собирался его спасать? Свита Аристарха принялась расталкивать толпу.

– Именем рода Де Сеттер, я приказываю остановить экзекуцию! – толпа разочарованно ахнула и с ненавистью у воззрились на герцога.

– По какому праву, ваша светлость? – прошипел Касадо, сразу видно стервец получал удовольствие, пока истязали человека. Аристарх подарил офицеру многообещающую ухмылку и скомандовал:

– Взять мерзавца!

Приказ молниеносно привели в исполнение. Офицер с недоумение воззрился на своих людей.

– Гильермо Касадо, я обвиняю тебя в клевете. Ты изнасиловал, а потом избил графиню Де Фотс, а чтобы отвести от себя подозрения отнес тело в спальню Джерарда Луца. Неудивительно, что ты нашел ее первым.

– Ложь, клевета! – заорал офицер, бедняга он еще не понимал, что из охотника превратился в жертву.

– У меня есть свидетель. Лучше признай свою вину?

– Нет, – выплюнул Касадо, герцог ухмыльнулся, глаза заледенели, следующий приказ заставил толпу попятиться.

– В допросную его!

София улыбнулась, осознав, что Гильермо Касадо допроса не переживет. Обернулась, взглядом отыскала лакея и забрала у него свиток. Деньги, не самое важное, но за них можно кое-что купить, например, содействие и молчание.

Джерарда отвязали, он свалился на руки гвардейцам, но тут же попытался подняться. София смогла наконец-то выдохнуть. Он жив – это самое главное.

– Я бы многое отдал, чтобы узнать, как вы это провернули? – Роберт Де Вильм вновь подошел бесшумно. София спрятала сверток в рукав и присела в реверансе, почтительно склонив голову.

– Ваша светлость…

Лысый герцог подал ей руку и одарил уважительным взглядом.

– Немногие могут заставить Аристарха, что-либо сделать против его воли и лишь единицам удалось довести начатое до конца. Мои восхищения, леди, – старик поймал ее ладонь и поднес к губам. Взгляд его сделался до того лукавым, что София поняла, сейчас будет гадость, не ошиблась: – Но никому после этого не удавалось уйти безнаказанно.

Фрейлина премило улыбнулась высокопоставленному собеседнику и вновь присела в реверансе.

– Благодарю за комплимент, ваша светлость, – старик добродушно хмыкнул, окинув цепким взглядом баронессу. Эта партия игры была прелестна, но пешки первыми идут в расход. Герцог едва заметно кивнул фрейлине пошел прочь. Не успела София подняться, как вновь была вынуждена раскланиваться с неимение высокопоставленной персоной.

– Ваша светлость, – ноги начали уставать, но разве могла фрейлина королевы как-то это показать, да ни в жизнь. Аристарх жестом приказал подняться.

– Ничего не желаете мне передать?

– Прошу, ваша светлость! – девушка протянула герцогу документ. Если бы Шарлотта перед смертью не шепнула, куда спрятала свиток, София в жизни бы его не нашла. Правда, умирая фрейлина просила отомстить, но баронесса трезво расценивала собственные силы и прекрасно понимала, герцог не ее поля ягода. Аристарх спрятал вожделенный документ, даже не взглянув на него и ухмыльнулся.

– Вы только что упустили единственный шанс стать маркизой де Сеттер. Стоило ли оно того?

Фрейлина твердо встретила взгляд герцога и с улыбкой взглянула туда, куда увели Джерарда. Выражение лица было красноречивее слов. Тогда Аристарх впервые испытал толику зависти к безродному. Его любовницы, никогда бы не отважились на подобный поступок, но признать, что баронесса обыграла его с честью, не позволяла гордость. Сказать девице гадость вельможа просто не успел, их прервали, и он был вынужден склониться в поклоне перед канцлером. София вновь опустилась в реверансе, хотя понятия не имела, кто подошел к ним.

– Ваше высокопревосходительство, – первым заговорил герцог Де Сеттер, приветствуя того, кто выше него в чине. Фрейлина молчала, ей говорить вообще не положено.

– Приветствую лорд, леди! – невидимый собеседник неожиданно протянул ей руку. Фрейлина поднялась и осмелилась взглянуть на знатного лорда, которого побаивался даже герцог. Увидела и побледнела, едва не до обморока. Рикард Форсберг улыбнулся, и улыбка эта была такой же холодной, как зимняя стужа. Светло-серые глаза впились в лицо баронессы, будто мужчина пытался прочесть мысли в ее голове.

– Пройдемся?

– Как прикажете, ваше высокопревосходительство.

– Не буду вам мешать, – изрек герцог и смылся, даже не сказав гадости на прощанье. Присутствие новоприобретенного врага, вопреки логике успокаивало, едва Аристарх ушел, фрейлину пробила дрожь. Естественно, это не укрылось от взгляда канцлера. Мужчина изогнул бровь, окинул ее взглядом. Словно надеялся увидеть позорное клеймо. София передернула плечами. Лорд усмехнулся, отчего шрам на щеке будто шире сделался.

– Я так страшен? – задал неожиданный вопрос он, фрейлина споткнулась на ровном месте.

Она не знала, что хуже солгать или все же сказать правду.

– Вы лично, нет, ваше высокопревосходительство, слухи о вас, да, – канцлер хмыкнул, жаль по лицу нельзя определить, угодил ответ или нет. Впрочем, если она останется на свободе после светской беседы, значит угодил.

– Вы смелая девушка, леди София, – изрек первый советник короля, увлекая девушку за собой. Придворные держались от них в стороне, словно рядом с фрейлиной шагала сама смерть. – Как я понимаю, оригинал договора попал в руки Аристарха Де Сеттера, – на этот вопрос отвечать просто нельзя. Неважно, что она скажет хоть да, хоть нет, любой ответ может расцениваться как предательство короны. София молчала и смотрела прямо перед собой. – Советую вам оставить подобные игры, баронесса, рискуете оказаться разменной монетой.

– Как прикажете, ваше высокопревосходительство! – мужчина остановился, подцепил ее подбородок, вынуждая смотреть в глаза. Лорду достаточно щёлкнуть пальцами, чтобы она оказалась в темнице. Страх сковал настолько, что фрейлина дышать боялась.

– Рад, что вы это понимаете, леди София, хорошего вам дня! – пожелал он и ушел.

Девушка недоверчиво смотрела ему вслед, не веря собственному счастью. Барон спасен. Аристарх Де Сеттер не тронет ее, пока не уляжется шумиха. Даже гнев канцера обошел ее стороной.

София выдохнула и опустилась на траву, наплевав на правила приличий. Она жива после всего, что натворила, да еще и на свободе. Губы приподнялись в намеке на улыбку, сначала едва-едва, а затем она закрыла глаза и широко улыбнулась солнцу, которое выбралось из-за стены. Жизнь прекрасна!

Глава 17. Подозрения

Джерард лежал на жестком топчане и пил зелье, которое ему сунул в руки радетельный Николас. Врачеватель крутился рядом, пытался остановить кровь.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, выжимая тряпку, вода в тазу окрасилась в багровый цвет. Джерард морщился, не от боли, а от мерзкого привкуса зелья.

– Побитым, но живым, – сделав глоток, резюмировал он.

– Поберег бы ты себя, вон уже шрамов сколько, так все девки сторониться начнут, – Джерард хмыкнул, плевать он хотел на всех тех девок, когда его мысли занимала только одна, такая далекая и непостижимая, но в то же время бесконечно желанная. – Да, когда же зелье на тебя воздействовать начнет-то?

– Сон-трава? Я могу ее ведрами пить.

– Вот стервец, а раньше сказать не мог? Раны зашить надобно, а когда чуть затянется, магикуса кликнем с артефактами.

– Так штопайте, не в первой, – махнул рукой барон и тут же поморщился от боли. Силы палач не жалел, видит бог, если бы не герцог Де Сеттер, он либо помер, либо остался калекой. Интересно, чем он заслужил милость Аристарха, что тот за одну ночь нашел виновного? Хотя не стоило обманываться, Касадо участвовал в подставе, но инициатором точно был не он. Какой резон герцогу мастачить дело и договариваться со свидетелями, чтобы спасти Джерарда? Даже старик Де Вильм остался в стороне, хотя у них сложились приятельские отношения.

Барон отбрасывал причины одну за другой. Вариант остался лишь один – герцогу нужен должник, который сможет выполнить особого рода услугу. Это должно быть что-то опасное или настолько грязное, что барон отправиться в длительную кабалу к предприимчивому вельможе.

Джерард поглядывал на дверь, ждал, когда же появится благодетель. Но пришел совсем не тот гость. Лысый старик был один, даже оставил охрану за дверью.

– Ваша светлость? – Джерард по привычке попытался подняться с топчана, но врачеватель тут же придавил его за плечи.

– Да, сколько можно вертеться! – простонал Николас, поклонился герцогу и попросил: – Ваша светлость, прикажите этому оболтусу не шевелиться! – герцог подвинул стул и уселся, напротив. Какое-то время разглядывал счастливчика, да так лукаво, что Джерард начинал ерзать, а лекарь ругаться.

– Джерард, прояви толику терпения, – потребовал Де Вильм.

– Ваша светлость, это вас я должен поблагодарить, за свое спасение?

Роберт ухмыльнулся, забавно наблюдать, как снедает любопытство, обычно невозмутимого лорда.

– Не угадал, – старик не удержался, захотелось еще немного помучить парня неизвестностью. Джерард вздохнул, заерзал пуще прежнего.

– Значит, это герцог Де Сеттер! – но и тут лорда ждало разочарование, старик отрицательно качнул головой. Луц опешил, больше ни одно имя на ум не приходило. – Тогда кто?

– Леди София!

– Что? – мужчина всполошился не на шутку и едва не вскочил с топчана. – Как, что ей для этого…

– Ваша светлость! – возмутился лекарь.

– Либо ты успокоишься, либо я уйду! – предупредил Де Вильм, превращаясь из доброго дедушки во властного аристократа.

– Как прикажете, ваша светлость, – сжимая кулаки, склонил голову Джерард.

Роберт наблюдал за бароном, отчетливо понимая, ради фрейлины Луц пойдет на все, даже через себя переступит. Джерард на самом деле не представлял, насколько он ценная фигура в дворцовых интригах. Необремененный семьей и долгом перед ней, он мог встать на любую сторону, а сколько полезных сведений проходило через его руки. Но главное – Луц умел промолчать в нужный момент, более того он знал, когда наступает этот самый момент.

– Полагаю, София узнала, где договор и обменяла его на вашу жизнь. Умная девушка, что тут сказать, – развел руками Роберт. – Касадо в допросной, палачи развяжут ему язык, он сдаст всех. Когда ты поправишься, уже все закончиться.

– Он ее не простит, – выдохнул барон и такая боль отразилась в глазах, будь его воля, он бы помчался спасать свою ненаглядную.

– Жаль ее, но она по собственной воле влезла во все это.

– Я могу…

– Нет, Джерард, я вмешиваться не стану. Ссорится с герцогом Де Сеттером из-за девицы, мне сейчас не к чему. Других забот хватает, сам знаешь, а здесь я только потому, что меня восхитила ее смелость! – барон стиснул зубы, а потом начал подниматься, не смотря на исполосованную спину.

– Лежать! – рявкнул Николас и с небывалой прытью придавил к топчану.

– Нужно сообщить Алистару, он повлияет на брата.

– Вот же шустрая девица, – покачал головой старик, пока врачеватель пытался удержать Джерарда, вытащил из кармана флакон со снотворным, влил в рот барону. Тот проглотил зелье, яростный взгляд обжег Роберта, потом глаза осоловели и Джерард отправился в гости к морфею. – Поставить на ноги этого охламона, как можно быстрее!

– Будет сделано, ваша светлость, – заверил врачеватель, утирая пот со лба. Работы предстоит много.

***

Дворец лихорадило, еще утром знать была переполнена ненавистью к барону Луцу, а потом выясняется, что он невиновен. К обеду проницательные лорды смекнули, что обливать Джерарда помоями, значит перечить герцогу Де Сеттеру, так у барона появились сочувствующие. Твердолобые аристократы во дворце не задерживались, потому количество льстецов возрастало ежечасно.

Спустя дюжину дней, по всеобщему мнению, Луц был невинен, аки агнец божий. Касадо оклеветал несчастного, придворные оказались настолько щедры, что даже выяснили причину, которая двигала оговорщиком. Два года тому назад барон поймал старшего брата Касадо на шпионаже и того обезглавили. Факты сложили в кучу и более никто не сомневался в порядочности Джерарда. Все побаивались герцогского гнева.

София только успевала удивляться, как быстро все переменилось. Даже фрейлины прекратили ее подначивать на счет ситуации с поцелуем. Алистар почему-то не появлялся и это беспокоило. А еще собирать цветы по утрам в одиночестве оказалось невыносимо скучно. Фрейлина вздохнула и села за фортепиано, пальцы легли на клавиши, на ум пришла мелодия, печальная, можно даже сказать трагическая. Композиция носила название «Исповедь осени», но девушке чудилось, будто она сама исповедуется, во всем что совершила. Каялась и вместе с тем молилась о прощении, об искуплении.

– Ваша игра, леди София, просто восхитительна! – маркиза Де Асьенд поглядывала на свою подопечную с грустью. Женщина видела, как переживания снедают душу баронессы.

– Благодарю, миледи!

– Что же так сильно тяготит вас? – леди Натали присела рядом и взяла девушку за руку. София растерялась, неужели все так заметно? Лицо ее сделалось бледным, но старшая фрейлина только улыбнулась. – Может это чувства сразу двух лордов, которые вы не можете разделить?

– Все так запутано, – девушка потупила взгляд, – я боюсь, что это плохо закончиться для меня.

Маркиза Де Асьенд улыбнулась и погладила ладонь фрейлины.

– Вы слишком много думаете, позвольте иногда мужчинам решать проблемы вместо вас.

София уставилась на собеседницу, хотела спросить, что это значит, но не успела, в гостиную вошли лорды и фрейлины опустились в реверансах.

– Леди София! – голос лорда Алистара заставил ее вздрогнуть, сердце забилось быстрее. Она подняла голову и посмотрела на мужчину. – София, – с придыханием повторил тот, поймал ее ладошки и улыбнулся, отреагировав на один лишь взгляд.

– Ваша светлость, – старшая фрейлина искоса поглядела на герцога, заподозрив неладное.

– Миледи, мне бы хотелось обсудить кое-что с баронессой Фон Герц.

– Фрейлины ее величества не могут…

– Леди Натали, – с нажимом изрек Аристарх, – это всего лишь беседа, но она должна быть приватной.

– И все же, если моей воспитаннице, что-то угрожает.

– Вы сейчас усомнились в порядочности герцога Де Сеттера?

Натали побледнела.

– Нет, ваша светлость.

София прикусила губу, кажется, она догадалась, о чем пойдет речь, освободила свою ладонь и подошла к маркизе.

– Леди Натали, мне нечего скрывать, вам не стоит так волноваться, – девушка попыталась успокоить старшую фрейлину, но та лишь тяжело вздохнула и посмотрела на Алистара.

– Я полагаюсь на вас, милорд.

Аристарх скривился, пристально оглядел Софию, чуть дольше задержав взгляд на декольте, чем положено, и предложил ей локоть. Фрейлина замешкалась и глянула на Алистара, этого хватило, чтобы маркиз подошел ближе и протянул ей руку.

– Нет, – возразил старший Де Сеттер, схватил девицу за локоток и повел за собой. Маркиз пошел, следом прожигая спину брата яростным взором.

– Ваша светлость, – подала голос София, когда они вышли в сад, – вы разгневанны тем, что я часто вижусь с лордом Алистаром? – после невинного вопроса мужчина словно осатанел, резко оттолкнул ее и воззрился на притворщицу с негодованием.

Фрейлина глядела на него, широко распахнув очи, в которых плескалось неподдельное сожаление.

– Простите, ваша светлость, – молвила она и поклонилась.

– София, прекрати, – Алистар обхватил ее за плечи и прижал к себе, ясно дав понять старшему, что не даст девушку в обиду, – это не твоя вина, а мое решение! Так что ты хотел мне показать?

Герцог усмехнулся, гаденько так, его некрасивое лицо сделалось еще отвратительнее.

– Настоящую сущность твоей драгоценной Софии.

– Доказательства… – договорить он не успел, Аристарх вытащил из кармана подвеску, зеленый камень в форме капли был изрисован колдовскими символами. – Камень истины? Зачем он тебе?

– Чтобы маленькая лгунья не сумела больше тебя одурачить, мой дорогой брат, – Алистар после его слов помрачнел, чуть сильнее сжал плечи девушки. Она ни разу не обманула его, никогда не лукавила, а теперь вот оказывается…

– Ваша светлость, я не понимаю?

– Держи, – Аристарх сунул ей в руки подвеску и приказал: – а теперь отвечай. Как ты узнала о договоре, которым шантажировала меня?

– Что?

– Я сказал, отвечай? Попытаешься солгать, и мы об этом узнаем.

– Каком договоре?

– Тебе ли не знать? Как ты его получила, рассказывай!

– Я не знаю ни о каком договоре, – воскликнула София, и все как по команде уставились на камень.

– Ты шантажировала меня?

– Никогда в жизни, – и снова камень безмолвствовал.

– Ты приходила ко мне?

– Милорд! – лицо девушки побагровело от негодования. – Я бы никогда…

– Брат, хватит! – прорычал Алистар, забрал у Софии артефакт и спрятал девушку за спину. – Я верю ее словам. Зачем ты на нее наговариваешь? Тебе не нравятся наши отношения? Уймись, я с ней не сплю, если тебя это так заботит.

– Вечно ты сомневаешься во мне, также как мать.

– Зато ты пошел в отца! – парировал Алистар. – Жадность, его сгубила! – вот тут камень вспыхнул, привлекая к себе внимание. Герцог стал еще мрачнее.

– Как будто я только о себе забочусь!

– Так и есть!

– О да, – протянул Аристарх и оскалился, словно голодный волк, – что ж ты тогда прибегаешь ко мне каждый раз, когда требуется спасти твою репутацию?

После этих слов маркиз дернулся, невольно вспомнилось оскорбление, которое бросил ему в лицо безродный.

– Разве я просил меня опекать? Ты сам прицепился, после гибели родителей. Совесть мучит?

– Алистар, не надо, – воскликнула София, вставая между братьями, – он твоя семья, сейчас ты зол, но завтра пожалеешь о сказанном. Остановись!

– София, он оклеветал тебя, и бог знает, что еще он может натворить!

– И что? Ты научил меня не бояться злословия, рано или поздно, правда выплывет наружу. Я верю в это, потому не боюсь и не таю обид.

– София, – выдохнул Алистар, поймал бесхитростную девчонку в объятья и прижал к своей груди, – не знаю, как тебе это удается, – прошептал он, поглаживая светловолосую голову. – Прости брат, я наговорил лишнего. Сейчас мне нужно немного остыть, мы поговори, обещаю, но чуть позже! – заверил Алистар, отдал старшему брату артефакт и увел свою фрейлину подальше.

Герцог смотрел им вслед и не мог пошевелиться. Плутовка вертит Алистаром, как ей вздумается. Демон раздери, как ей удалось обмануть артефакт? Ведь она лично вручила ему свиток! Мужчина заскрежетал зубами.

– Ведьма, от нее лучше избавиться.

Фрейлина, по сути, слабая фигура, кроме репутации ей терять нечего. Герцог прекрасно это осознавал, а бурлящая в крови ярость, требовала немедленных действий. У него будет всего одна возможность растоптать мерзавку. Действовать придется быстро и жестоко, чтобы Алистар не смог вмешаться.

К вечеру все было готово. Алистар тихонько радовался, что Луца вывели из игры, а лысый занят допросом Касадо. Значит, никому нет дела до баронессы. Мужчина вернулся к себе, ухмыляясь во весь рот. Служанка, увидав его, попятилась и удрала. Аристарх скинул камзол, сел в кресло и позволил себе расслабиться, мысленно представляя лицо баронессы. Послезавтра она с позором вылетит из дворца.

За спиной послышался тихий гул, снова отворилась потайная дверь.

– А вы предсказуемы, леди София, а еще неслыханно дерзки, – протянул он и медленно поднялся. Девица стояла на том самом месте, что и в прошлый раз, только вместо голубого платья, она облачилась в белое. Цвет невинности взбесил. – Что на этот раз?

– Ваша светлость, – молвила девица, разыгрывая из себя невинную овечку.

Мужчина скривился, подошел ближе, поймал запястье и сжал до боли. Хотел увидеть страдание на дне прекрасных очей. Хотел сорвать маску и снова столкнуться лицом к лицу с обольстительной плутовкой. Что ним двигало похоть или мстительность, не знал даже он сам.

– Чего молчишь, говори, что тебе нужно?

– Не хочу рассорить вас с братом. Может, обсудим…

Договорить герцог не позволил, дернул за руку, крепко сжал пальцами подбородок, мимолетно ощутил, как она вздрогнула и ухмыльнулся.

– Довольно слов, – изрек он, и пальцы скользнули вниз по шее, погладили упругую грудь.

– Милорд, я не понимаю причин вашего гнева.

– Ты – лгунья!

– Ложь может быть разной!

– Вот как ты заговорила! Алистар был бы крайне разочарован, если бы услышал твои слова. Может позвать его, пусть увидит, какая ты? А потом мы развлечемся, – продолжая лапать ее грудь предложил герцог, ухмыльнулся похотливо и добавил: – втроем.

– Он не поверит, что я пришла сюда по собственной воле. И никогда вас не простит!

Аристарх провел руками вдоль тела, а потом оттолкнул девушку.

– Что ты можешь мне предложить?

София закашлялась, оглянулась по сторонам и спросила:

– Я могу присесть?

– Разве что прилечь, ко мне в постель! Сегодня я тебя не отпущу!

– Тогда можно стакан воды? Пожалуйста, – прошептала она, глядя на него большими, невинными глазами.

Девица была очаровательна и это раздражало. Мужчина выдохнул сквозь сжатые зубы, вытащил бутылку крепленого вина и плеснул в бокалы. Всего пара глотков и баронесса захмелеет, а там и до постельных утех дело дойдет. Она даже сопротивляться не будет. Мужчина с хищной улыбкой протянул ей бокал.

София сделала один глоток и скривилась.

– Пей, моя сладенькая, – ласково проговорил Аристарх, вот только гнусная ухмылка портила заботливый образ, – так будет проще отдаться мне. – Мужчина наклонился, широко улыбнулся и шепнул: – Первый раз будет больно, обещаю! – фрейлина отшатнулась, рука с бокалом заметно дрожала. Аристарх довольно оскалился и опустошил свой бокал. София спряталась за кресло. – Что уже пытаешься бежать? Как предсказуемо.

– Милорд, прошу вас...

– Хитрая лисица. Как ты смеешь о чем-то просить, – он начал постепенно обходить кресло, – после того, как шантажировала меня! После того, как выставила меня злоязычником перед собственным братом? На что ты надеялась? – Аристарх потянулся к девчонке рукою, но та рванула к дальнему креслу и спряталась за ним. – Бежишь, это правильно, но слишком поздно!

– Милорд, я пыталась спасти жизнь человека!

– Но выбрала неверный способ!

Он подходил все ближе и ближе, не сводя глаз с перепуганной девчонки. Желание обладать привело в трепет, сердце бешено колотилось в груди.

– Лучше подойди сама, тогда я буду ласков, – он протянул Софии руку. Девушка затравленно оглянулась, за спиной стояла кровать. – Бежать некуда! – фрейлина тоже это осознавала, но все равно бросилась наутек. Аристарх пнул ногой стол и тот перекрыл ей путь. Девчонка налетела на него, а потом над нею навис разгоряченный мужчина.

– София, – выдохнул он, потянулся к губам, но фрейлина отвернулась, тогда герцог наклонился к шее, поцеловал, вдохнул аромат. Сердце билось словно сумасшедшее. Аристарх даже не думал, что возбудиться настолько быстро. Пожалуй, девчонку можно попридержать в любовницах пару недель. – Сладкая моя, – прошептал он, поймав ладонями ее лицо, при взгляде на нее дышать становилось все труднее и труднее. Он облизал губы и потянулся к ней, а потом увидел, как изогнулись уголки ее губ, выдавая ухмылку. Она играла с ним, страх был ложью с самого начала. Ярость ударила в голову.

– ТЫ! – голос прозвучал хрипло, он не мог сделать вдох, словно что-то тисками сжимало горло. Яд? Она его отравила!

– Порошок такка, наконец-то подействовал, – проворковала фрейлина и толкнула мужчину в кресло. Сама опустилась на подлокотник и посмотрела ему в глаза. – Отличный яд. Вы знали, что Вестфальцы травят ним знать, чтобы те не могли позвать на помощь?

– Как? – прохрипел герцог, урывками хватая воздух.

– Еще в парке я поняла, что миром мы не разойдемся. Не так ли, ваша светлость?

– Тебе это с рук не сойдет!

Девушка не сдержалась, хохотнула.

– Ох, милорд, – она потянулась и погадила рукой его короткостриженые волосы, – я пришла сюда тайно, никто меня не заподозрит. Кроме Джерарда, но и он не поверит, что я способна отравить человека. Желаете послушать, что произойдет дальше? После траура Алистар станет герцогом, вы же не думаете, что ваша малолетняя дочь унаследует титул, а приблизительно через год, я стану герцогиней. Как вам? – она улыбнулась и погладила его по щеке, ласково и нежно.

Герцог закрыл глаза, его обыграли как мальчишку, это конец. Мужчина посмотрел на светловолосую красавицу. Как же он мог так обмануться? Неужели брат ничего не видит? Предметы начали утрачивать форму, скоро все закончится.

– Куда ты, – закончить фразу Аристарх не смог закашлялся.

– Добавила яд, – догадалась фрейлина. – Пока вы рыли мне яму, я пришла сюда и натерла кубки порошком такка. Вы были так ослеплены яростью и похотью, что даже запаха не заметили.

– Но ты…

– Да, я тоже пила с вами, вот только у меня есть противоядие, – она жестом фокусника вытащила маленький флакончик с голубой жидкостью. Аристарх к тому времени смутно видел ее лицо, но спасительную жидкость разглядел. Она жестока, подумал он и согнулся в приступе кашля. София взяла за плечи, усадила ровно, заглянула в глаза и вдруг спросила:

– Где договор? – робкая надежда зародилась в душе мужчины. Он смотрел на прекрасное чудовище и хотел поверить, но вдруг это ловушка. Вдруг она использует все, что в тайнике против брата. – Я не хочу тебя убивать!

– Поче… – прохрипел он.

– Алистару не достает твоей прозорливости, скверный из него выйдет герцог, – это признание неожиданно согрело. – Где договор, скажи, я заберу его в качестве гарантии, а ты получишь противоядие. Аристарх, пожалуйста…

Говорить он уже не мог, перед глазами все расплывалось, мужчина снял подвеску, отдал девице и ткнул пальцем на картину. София все поняла, она вообще сообразительная. Побежала, сняла полотно, приложила амулет к рунам на стене. Маскировка слетела, явив на свет тайник. Договор она нашла быстро, удостоверилась в его подлинности, со вздохом посмотрела на гору других бумаг. Там хранилось столько секретов, что половину дворца можно было заставить плясать под свою дудку.

– Не сейчас, – подавив приступ жадности, молвила София, закрывая тайник.

Герцог еще дышал, урывками хватая воздух. Лицо его сделалось багровым, белки покраснели из-за полопавшихся сосудов, а радужка, наоборот, стала яркой, как луна в беззвездную ночь. Вряд ли он видел ее, но глаза не закрывал. Если она сейчас развернется и уйдет, никто ее не заподозрит…

Мужчина вдруг ухмыльнулся, презрительно так, будто хотел сказать: «я знал, что не ошибся – ты чудовище».

– Неправда! – возразила фрейлина, подошла к нему, заставила выпить противоядие. – Спокойно, оно гадкое на вкус! – она запрокинула его голову и прижала к себе, чтобы не дергался. Аристарх вцепился в подлокотники, его тело выгнуло. – Сейчас станет легче, терпи.

Прошла минута, он обмяк, дыхание начало выравниваться. Фрейлина притронулась к жилке на шее, попробовала лоб, убедилась, что жара нет, вздохнула с облегчением – живой. Улыбнулась и тихо скрылась в тайном ходе, подумав, что после такого герцог наверняка прикажет замуровать эту дверь.

Глава 18. Расставание

Джерард очнулся, узрел стены с желтыми потеками, долго вспоминал, где он и что произошло. Когда попытался приподняться, спину обожгло больно, следом перед глазами замелькали картинки недавних событий: суд, наказание, боль…

–София!

Взбешенный герцог мог что-угодно сделать его девочкой, с его спасительницей. Барон мигом позабыл о боли и слабости.

– Что тут… – врачеватель вошел в комнату и застыл пораженный. – Кто вам позволил вставать?

– Сколько я проспал?

– Дюжину дней, а ваши раны до сих пор не затянулись!

– Пустяки, – махнул рукой Джерард, – мне нужно идти!

– Куда? Хочешь свалиться где-то на лестнице и свернуть шею? Вот придворные-то обрадуются! – всплеснул руками Николас, наткнулся на взгляд барона и умолк.

– Мне нужно идти! – с нажимом повторил лорд и врачеватель попятился, а желание остановить больного пропало. Николас подошел к шкафу вытащил оттуда мазь, протянул барону.

– Это приглушит боль.

Мужчина кивком поблагодарил и чуть пошатываясь, вышел за дверь. Винтовая лестница оказалась настоящим испытанием, приходилось прижиматься плечом к стене, чтобы не упасть. Дюжина дней на целительных артефактах – это слишком много, истощение организма на лицо. Зато он может худо-бедно передвигаться, не то еще месяц, а то и больше, пролежал бы в постели.

Покои встретили следами погрома. Джерард поморщился, насколько же он был пьян, что не заметил бардак. Утром стало поздно, прибежали стражники, нашлись свидетели и все закрутилось с бешенной скоростью. Его отволокли в темницу, а спустя несколько часов потащили на суд.

Столь показательного судилища во дворце еще не было. Во всяком случае, на его памяти уж точно. Организатор подставы позаботился обо всем, даже судья ненавидел барона до глубины души. О да, Джерард Луц многих на эшафот отправил, за взятки, мошенничество, казнокрадство, убийство. Много он дел раскрыл и еще больше нажил себе врагов. Приговору барон даже не удивился, ожидал чего-то такого. Не могло же бывшему рабу везти все время.

Мужчина подошел к шкафу, вытащил чистую рубашку, камзол, завязал платок на шее, чтобы скрыть шрам. Поглядел в зеркало, провел рукой по отросшей щетине.

– Красавчик, ничего не скажешь, – буркнул он и захлопнул дверцу гардеробной. Побрел к постели, вытащил из-под нее сундук, открыл. Хорошо, что эту вещицу не нашли, а то еще и пару отравлений бы приписали. Внутри хранились флакончики, разумеется, не пустые. О зельях Джерард знал достаточно, благодаря Вестфальскому алхимику. Гариб в свое время научил мальчишку читать, писать и варить зелья. Джерард взял флакончик с красной жидкостью, вытащил пробку и сделал глоток. Сжал зубы, пережидая приступ тошноты, слабость начала сходить на нет. Энергетик не раз его спасал еще во времена, когда он дрался на арене. Вот и сейчас пригодился. Мужчина захлопнул крышку сундука и задвинул его под кровать.

– София, – выдохнул он и помчался к коридору фрейлин, но тот пустовал. – Где же все? Может подождать ее здесь? – Джерард был слишком взволнован, чтобы покорно дожидаться возле дверей. Прикинул, где могут собраться в такое время придворные, и помчался в большой зал. Переступил порог и сразу заметил нечто странное – взгляды придворных были не такими, как обычно. Куда же подевалась презрение к безродному? Джерард направился вглубь комнаты, лорды расступались перед ним, леди замолкали и пристально разглядывали, будто лорд Луц изволил раньше времени вернуться с того света.

– Лорд Джерард, какая приятная неожиданность! – растягивая губы в фальшивой улыбке произнес граф Фон Шорт, сластолюбец и злоязычник. Среди достоинств графа числилось поразительное умение, заблаговременно выяснять в чью сторону дует ветер. Естественно, шельмец примыкал к победителю, но стоило удаче отвернуться и граф, словно крыса, бежал с корабля, очерняя всех за своей спиной. За это его не любили, даже презирали, но он был богат настолько, насколько это возможно для графа и полезен, когда дело касалось грязной игры. – Как же я рад, что вы пришли в себя? Признаться честно, мне вас недоставало.

Барон окинул взглядом подхалима, нахмурился, а потом осознал в чем дело – спасение герцогом не укрылось от внимания толпы. Естественно все подлизы Аристарха Де Сеттера, теперь воспевали оды Джерарду. До чего неожиданный поворот событий. Луц скупо улыбнулся.

– Рад за вас, лорд, но я, признаться честно, за вами не скучал, – барон обошел сплетника и пошел дальше. К вящему удивлению поймал несколько томных взглядов от дам, а ведь еще недавно от него носы воротили.

«Как изменчива жизнь, – подумал он, – вчера я был преступником, а сегодня в фаворе».

Джерард заметил своего благодетеля Аристарха Де Сеттера и направился к нему, но его перехватил лысый герцог.

– Джерард, рад тебя видеть! Но что-то ты рано…

– Меня, итак, слишком долго не было, ваша светлость, – Джерард стиснув зубы, поклонился, спина отозвалась болью.

– Хочу с тобой побеседовать.

– Как пожелаете, ваша светлость, – лысый вельможа неспешно удалялся от толпы. Придворные отводили взгляды и поспешно убирались с их пути.

– Псы трусливые, – буркнул Де Вильм, – наслушались лживых сплетен и бегут, поджав хвосты.

Джерард пропустил фразу мимо ушей, высматривая в толпе своего белокурого ангелочка.

– Не там смотришь.

– Простите, ваша светлость?

– Слева, второе окно, – подсказал герцог.

Луц прислушался к совету и наконец-то увидел Софию, она сияла в лучах солнца. На лице мужчины возникла глупая улыбка, сердце запело – живая.

– Крепко она тебя зацепила, – прокомментировал Де Вильм. – Знаешь, со стороны она похожа на мотылька, что по ошибке оказался в серпентарии гремучих змей. Я наблюдаю за прелестницей уже который день...

– Al-Hamdu Li-Llyah[1], я не знаю, как вас отблагодарить, – лысый вскинул руку, обрывая пылкую речь барона и мотнул головой. Улыбка исчезла из его лица, добродушный старик мигом превратился во властного герцога, который испытывал крайнее недовольство.

– Дюжина дней и она до сих пор жива, – взгляд барона полыхнул бешенством. – Уймись, – приказал Де Вильм, – и получше приглядись к герцогу Де Сеттеру.

Джерард спорить не стал, поглядел на Аристарха. Его «благодетель» внешне был спокоен, но стоило взгляду зацепиться за фрейлину, как лютая ненависть нет-нет, да прорывалась сквозь напускную невозмутимость.

– Вижу, заметил – изрек Роберт, сцепил руки в замок и требовательно поглядел на барона. – Признаться честно, я даже не знаю, что произошло между ними. До меня дошли слухи, что леди Софию собираются обвинить в блуде.

– Что? Да, как он пос…

– Не забывайся! Дальше слухов деле не зашло, – поведал герцог, – непонимание ситуации меня беспокоит. Как бы у твоей бабочки, не оказалось ядовитого жала.

– Она не способна… – возражение барона, Роберт отмел, не дав закончить.

– И, тем не менее, руки Аристарха что-то связывает.

– Алистар?

– Бедный, влюбленный мальчишка не видит, что твориться у него под носом! Сходи-ка и посмотри на очи герцога Де Сеттера, а потом сделай выводы. И учти, если выясню, что девочка забавляется с зельями или чем похлеще выставлю вон из дворца. Усек?

– Да, ваша светлость, – Джерард поклонился.

Лысый хмыкнул и удалился. Луц выпрямился и прожег спину бывшего союзника ненавистным взглядом. Потом взял себя в руки и поглядел на Софию, прекрасную, словно ангел. Девчонка беседовала с Кларой, потом схватила ее за кончик косы и ткнула в нос, увидев удивленное личико собеседницы, рассмеялась. Джерард улыбнулся.

– Какие к демонам зелья? – выдохнул он. София умела хитрить и лукавить, но все равно оставалась непорочной, в ней не было злобы и черноты. Очаровательная, солнечная девочка.

– Полагаю, достопочтимый Роберт Де Вильм, уже поведал вам то, что посчитал правдой, – Аристарх сам подошел к барону.

Джерард обернулся, встретился взглядом с герцогом и помрачнел, увидав красные сосуды на белках глаз, на ум сразу пришли названия ядов, которые оставляют подобные следы.

– Он ошибается, ваша светлость? – почему-то вместо возражения получился вопрос.

– Его светлость исключительно прав, – протянул Аристарх. – Джерард, ответьте, вы тоже не верите, что баронесса способна на шантаж и даже на убийство? – спросил он, потом хмыкнул и как-то мрачно улыбнулся. – По глазам вижу, не верите! Вот и брат не поверил! Она опаснее, чем вы можете представить, – Джерарду почудились нотки восхищения в голосе собеседника. – Однажды я сорву с нее маску!

Джерард посмотрел в глаза высокородному лорду, отчетливо понимая, отныне это враг.

– Ваша светлость, вы же не думаете, что я останусь в стороне?

Аристарх ухмыльнулся, покачал головой и убрался восвояси.

Джерард понял, нужно срочно поговорить с Софией. Неугомонная девчонка за несколько дней нажила столько врагов, что ему и не снилось? На лице лорда снова нарисовалась придурковатая улыбка – она рисковала ради него, значит Алистар проиграл. Ноги понесли его к белокурому ангелу, но едва София заметила его, попятилась и сбежала. Джерард замер. Это еще что такое?

Он проследил за ней взглядом, фрейлина понеслась к леди Натали и что-то быстро зашептала на ухо. Старшая фрейлина выслушала, кивнула, затем обернулась к Джерарду, поймала его взгляд и отрицательно мотнула головой. Мужчина окончательно запутался.

Что происходит? Неужели она его так и не простила? Зачем тогда спасла? Он отправился в коридор фрейлин и покорно дожидался ее там, но София прошла мимо, даже не взглянув на него.

– Леди…

– Джерард Луц, – дорогу заступила старшая фрейлина, – оставьте в покое баронессу Фон Герц. Вас оправдали, но Мартина сильно пострадала. Ее пришлось отправить в храм для восстановления душевного здоровья. Теперь девушки вас боятся. Отнеситесь с пониманием, лорд Луц, прошу, не появляйтесь здесь, – маркиза чинно выполнила книксен и ушла.

Земля будто ушла из-под ног. София была совсем рядом, а теперь он даже приблизиться к ней не может. Хуже того, она его боится! Джерард сжал кулаки. Кто эта тварь, которая организовала ему подставу?

– Пора навестить Касадо...

Многие считают, будто темница место мрачное и жуткое, а еще воняет там как из отхожего места. На самом деле все немного не так. Кто же станет держать рассадник болячек под дворцом, не ровен час, просочиться какая-нибудь напасть. Потому каменные стены подземелья были сухими и чистыми, а комнату пыток ежедневно убирали.

Барона пропустили без вопросов. Он кивком поприветствовал смотрителя.

– Хочу ознакомиться с протоколами допроса Гильермо Касадо.

– Касадо, – смотритель отвел глаза, – его имя вычеркнуто из списка заключенных.

– Как?

– Скончался, – пожал плечами служивый.

– А протоколы?

– Ничего нет.

– Что? – рявкнул Джерард. Смотритель еще сильнее побледнел и отступил. Барон сжал кулаки и помчался к старшему надзирателю. Янош Штарк, который вот уже несколько лет занимал почетную должность, обнаружился в караулке. Мужчина боролся со скукой, коротая время за игрой в карты с заплечных дел мастером. Обычно Джерард закрывал глаза на развлечения стражников, но сейчас и без того злой лорд просто осатанел.

– Это что такое? – надзиратель и палач повыскакивали из-за стола, одновременно пытаясь спрятать карты, но колода выскользнула из рук и рассыпалась по полу. Отпираться поздно.

– Виноват, милорд! – первым пришел в себя Янош. – Простите, милорд!

– Почему Касадо мертв? – услыхав вопрос, оба вздрогнули.

– Дык того, откинулся! – вжав голову в плечи, пояснил надзиратель.

– Сам?

– Сам, – кивнул палач.

Джерард схватил его за грудки и тряхнул.

– Что ты мне тут арапа запрягаешь? У тебя убийцы месяцами подыхают, а этого за один час уморил? Сам на дыбу захотел?

Палач покрылся потом. Вообще-то герцог Де Сеттер поверил, что узник не перенес пыток, значит надо стоять на своем.

– Помер он, а вы шли бы отсюда, милорд! – Джерард ухмыльнулся, а потом ударил почти без замаха. Громила вдруг упал на колени и начал кашлять кровью. В руке барона сверкал кинжал, откуда он появился, Янош не понял. Барон перевел взгляд в сторону надзирателя.

– Только дернись! – предупредил он, схвати за ворот палача, усадил на скамейку и приставил нож к горлу. – Вторая попытка! Она же станет последней. Сам его уморил или надоумил кто?

– Помер он, но я не причем. Пока жаровню разжигал, инструменты готовил, кто-то ему грудину проткнул длинным штырем, вроде бабской булавки. Я не хотел, чтобы об этом узнали, потому обставил все, словно пленник скончался под пытками.

Луц кивнул, нож исчез также быстро, как и появился. Мужчина перевел взгляд на карты у себя под ногами и вкрадчиво произнес:

– Увижу еще раз, лишитесь должностей оба! – и вышел.

Барон надеялся отвести душу на Касадо, не получилось. Демон и тут поспел, прикончил осведомителя. Возможно, Касадо не только ему подставу организовал, но и Де Сеттеру. Знал же он о договоре и о шантаже. Если бы Клара тогда не солгала, а история стала достоянием общества. Король казнил бы Аристарха или отобрал титул. Выходит болтовню фрейлин подслушала не только София, но и соглядатай жреца. Джерард помянул нечистого, прочему он еще тогда не выяснил детали…

Лорд покинул негостеприимную темницу, миновал двор, взгляд наткнулся на помост с позорным столбом, который до сих пор не удосужился разобрать. Мужчина скривился, но в тот же миг, его озарила мысль. Касадо не мог все провернуть в одиночку. Помниться обвинителей на суде имелось вдосталь. Кто заставил их лгать?

Озаренный идеей Джерард помчался к себе, составлять картину произошедшего. Провозился до ночи, вспоминая всех и каждого. Раны разболелись, лорд протер глаза, отложил перо, пора сменить повязки. Он разделся до пояса и направился к зеркалу. Шипя ругательства сквозь зубы, снял пропитавшиеся сукровицей тряпки. Взял в руки мазь и услышал, как отворился тайный ход, кинжал скользнул в руку, Джерард обернулся и не поверил своим глазам. Она пришла, стояла закутавшись в его плащ, и смотрела с улыбкой. Кинжал свалился на пол из ослабевших пальцев.

– София! – шепотом вымолвил он, медленно подошел ближе. Казалось она испугается и убежит. – Это действительно ты? – Джерард потянулся к ней рукой, но замер на полпути. – Прости за тот поцелуй, в гостиной. Я так волновался за…

Она преодолела разделяющее их расстояние и приложила палец к его губам.

– Не надо, ничего не говорите, – Джерард поймал ее ладошку, а вместе с тем и обеспокоенный взгляд. – Как вы?

– Жив, только благодаря тебе, София…

– Вы собирались сменить повязки? – перебила девушка, поглядев на испачканные кровью тряпки. – Позвольте я помогу.

– Нет! Тебе не стоит смотреть на такое.

– Милорд, не надо решать за меня, – она освободила руку, взяла мазь, открыла крышку, понюхала. – Чистые повязки где? – Джерард протянул требуемое и нахмурился, она вела себя слишком отстранено. Что-то случилось или София боится его?

– Ты веришь, что я не…

– Присядьте, пожалуйста, – снова перебила фрейлина. Мужчина нахмурился, но выполнил ее требование. За спиной послышался тяжелый вздох, потом ее теплые пальчики коснулись кожи.

– Ты не ответила, – напомнил он. София молчала, обрабатывала его раны, травяной запах разносился по комнате. Боль утихала, Джерард закрыл глаза, наслаждаясь мгновением.

– Виновные ищут оправдание, а ты – понимание, – молвила она спустя какое-то время и придержала за плечо: – не вертись!

Луц замер, она заговорила неформально, но интонация ему не понравилась, хотелось увидеть ее лицо.

– Удивительно, что ты веришь мне, зная, кем я был.

– Почему ты постоянно цепляешься за прошлое?

– Цепляюсь? – мужчина вновь попытался обернуться, но девушка удержала. – Ничего подобно!

– Разве? Ты постоянно рискуешь жизнью, берешься за сложнейшие дела, а когда доходит до награды, отступаешь. Считаешь, что недостоин?

– Я уже получил больше, чем смел надеяться…

– Вот эта мысль не дает тебе идти вперед. Джерард, ты можешь добиться намного больше, просто подними голову и заставь этих толстосумов считаться с твоим мнением, как Рикард Форсберг, он знаешь ли, тоже не родился с золотой ложкой во рту.

– Враки! – девушка за его спиной фыркнула, как будто бы могла оспорить утверждение, но не стала.

– Ты знаешь, что даже Аристарх действует с оглядкой на тебя? Потому что боится проиграть в открытом противостоянии, – казалось, она произносит эти слова с улыбкой, между тем, девушка забрала из его рук отрез ткани и прижала к ранам. Сначала одну потом вторую. – Советую надеть рубашку потеснее, чтобы повязки не сползали. И еще оставь на время свои камзолы в шкафу, коже нужно дышать, – с уверенностью лекаря произнесла она, вытирая мазь с пальцев. Джерард улыбнулся.

– Как прикажете, миледи!

– Паяц, – София улыбнулась, взгляд на миг потеплел, потом она вновь стала непривычно серьезной.

– София, это правда, что ты шантажировала герцога, чтобы спасти мне жизнь? – вопрос заставил ее вздрогнуть, она прикусила губу и растерянно на него взглянула. Обдумала что-то, а потом уверенно произнесла: – Лысый…

Джерард подошел ближе, положил руки ей на плечи, посмотрел в глаза.

– Я совершенно запутался, ты сначала прогоняешь меня, затем спасаешь, рискуя всем. Прилюдно убегаешь от меня, чтобы прокрасться тайком. Чего ты хочешь, скажи, я сделаю для тебя все что-угодно. София, я…

– Прекрати! – буркнула она отворачиваясь.

– Почему? – он поймал ее в объятья, прижал к груди. Девушка замерла, а Джерард ощутил, как ее бьет мелкая дрожь. Он повернул лицом к себе, заглянул в глаза, которые лихорадочно блестели, она хотела что-то сказать или сделать, но никак не решалась. Джерард улыбнулся, погладил по щеке. – Ты невероятно красивая, София, – и тут ее лицо перекосило, от ярости. Мужчина даже не понял, что произошло.

– Хватит! – она оттолкнула его и замерла, опустив голову, ладони заметно подрагивали. – Я устала, – молвила фрейлина и вновь посмотрела на него. Джерарда словно холодной водой окатили, это была София, но она стала совсем другой, будто чужак примерил на себя прекрасное лицо. Надменная ухмылка и презрительный взгляд. – Устала быть хорошей. Давай на чистоту, я здесь, чтобы сказать, наше сотрудничество подошло к концу. Да, да ты не ослышался. Я получила все, что мне было нужно!

– София?

– Не надо делать удивленное лицо, Джерард. Ах, да ты же не знаешь, что расклад поменялся. И да, скоро я стану маркизой Де Сеттер.

– Герцог никогда…

– Он больше не встанет у меня на пути. Знаешь, ты мне очень помог, нет, правда. Благодаря тебе Алистар начал меня ревновать, благодаря тебе, я достала документ Шарлотты, за которым охотилась изначально. Благодаря тебе, я узнала тайный ход к герцогу. А спасение, считай это компенсацией.

– Ты лжешь! – Джерард схватил ее за плечи и тряхнул, как будто это могло стереть слова. Фрейлина улыбнулась и повела плечами.

– Конец игры, лорд Луц. Вычеркни из памяти все, что было и отныне делай вид, словно мы не знакомы!

– Нет! – рявкнул он и впился в ее губы.

Все происходящее казалось кошмарным сном. Ее взгляд, ее поступки, ее поцелуи – все это не могло быть ложью. Девушка не ответила на его ласку, ладошками уперлась ему в грудь, но Джерард был сильнее. Он силой добился своего, стискивая фрейлину так сильно, что она едва ли могла дышать. София прекратила сопротивление, ее пальчики медленно скользнули ему на спину, поднялись чуть выше, подбираясь к повязкам. Она знала, где будет больнее всего и надавила там пальцами. Мужчина застонал и отстранился.

– Почему ты это делаешь?

– Я хочу хорошей жизни. Алистар даст мне все, что я пожелаю. Он богат, знатен, а если убрать герцога, младший Де Сеттер получит его титул и земли. Все очевидно.

– Скажи мне в лицо, что не любишь меня! – потребовал он, фрейлина вспыхнула, глаза сверкнули бешенством, но лорд Луц смотрел требовательно и отпускать не собирался.

– Я никогда тебя не любила, только использовала!

Джерард оттолкнул ее, настолько резко, что девушка оказалась на полу. Мужчина прожигал ее взглядом. Как он мог настолько сильно обмануться?

– Уходи, иначе пожалеешь!

Фрейлина поднялась, стараясь не смотреть ему в глаза, скинула его плащ с плеч, юркнула в тайный ход. Следом в стену что-то удалило и разбилось. Девушка прижалась спиной к холодному камню и зажала рот ладонью, по щекам беззвучно катились слезы.

[1] Al-Hamdu Li-Llyah (араб. الْحَمْدُ للّهِ‎ — хвала Богу‎) — ритуальное молитвенное восклицание.

Глава 19. Дуэлянт

Утром Луц оделся с иголочки, выбрил щеки, даже волосы подстриг. Он так и не смог сомкнуть глаз, постоянно прокручивал разговор в голове. София все это время гналась за деньгами, а он поверил, что нужен ей. Какой дурак! Мужчина потянулся к черному камзолу, рука замерла на полпути.

– Да какого черта? – одежда полетела в другую часть комнаты. Она хотела, чтобы он оставил прошлое, что ж пусть так и будет. Мужчина вытащил парадную жилетку и надел поверх рубашки, нацепил пару золотых колец, как велит придворная мода. Затем взглянул на свое отражение.

– Паяц, вот уж точно! – и расправив плечи, вышел вон.

Ярость требовала выхода, самое время чтобы пообщаться со лжесвидетелями. Первый из них – Эрнесто Моро, в полдень он уже восседал за игровым столом. Придворные любили коротать время перекидываясь в карты, развлечение только для благородных. Тех, кто устраивал подпольные игрища в городе, нещадно пороли, мошенникам рубили руки. Люди быстро учатся, а преступники еще быстрее. Прошлое Эрнесто началось с того, что он купил титул и оказался при дворе. Заурядная личность, никчемный барон с парой грошей в карманах, но играл он словно бог. Эрнесто Моро проигрывали целые состояния, деньги бесследно исчезали, а шулер поджидал новую жертву. Увидав картежника, Джерард осклабился и подсел к нему за игровой стол.

– Лорд Луц, какая неожиданность, желаете присоединиться?

– Сгораю от нетерпения, раздавайте!

За столом сидели другие игроки. По правую руку от Эрнесто расположился виконт Фон Регар, молодой, пылкий юноша, он еще верил в фортуну, потому играть любил со страшной силой. Немалое наследство таяло на глазах. По другую сторону за карточным столом оказался придворный злоязычник – граф Фон Шорт, тот самый, который вчера приветливо скалился Джерарду в большой гостиной.

– Делаем ставки! – воскликнул Эрнесто, в глазах отразилась алчность, когда барон выложил на стол векселя. – Смотрю, вы настроены серьезно, лорд Луц.

– Еще бы, – протянул он, с трудом удерживая гримасу отвращения.

– Увеличиваю вдвое! – воскликнул виконт, спустя час игры. Ему несказанно везло с тех пор, как Джерард сел за стол.

– Пас, – Эрнесто скинул карты и обжег барона сердитым взглядом.

– Ставлю все!

– Поддерживаю, – откликнулся граф Фон Шорт.

– Вскрываемся!

Джерард выложил на стол каре из четырех тузов – соперники поникли.

– Вы баловень судьбы, лорд Луц, – сопя, как еж произнес граф.

– Мне иногда везет, – откликнулся Джерард, потянул к себе банк.

– Еще партию? – потребовал виконт.

– Не сегодня, – буркнул Эрнесто, поднимаясь из-за стола. Обходительное выражение на лице он сохранить смог, но тон подкачал.

– В другой раз, – отозвался Джерард, забрал векселя, с долговыми расписками и отправился следом за шулером. Догнал и окликнул: – Эрнесто, что же вы так поспешно уходите?

– Какого черта вы сели за мой стол, Луц?

– Поиграть, а что? Знаете, было так увлекательно, отныне я каждый вечер буду играть за вашим столом.

– Упаси бог! – буркнул шулер, сквозь зубы и отвернулся, намереваясь уйти.

– Хотя лучше шепнуть в канцелярию, чтобы проверили вашу собственность

– Что вам нужно?

– Кто надоумил вас свидетельствовать против меня? – Эрнесто побледнел, глаза забегали. – Учтите, я проверю каждое слово, найду хоть каплю лжи, вернусь!

– Лорд Луц, я ничего не знаю, Касадо…

– Мертв, будешь отмалчиваться, последуешь за ним.

– Я не потерплю от вас угроз!

– Тогда вызови меня на поединок, – кровожадно ухмыльнулся Джерард, а его собеседник невольно попятился.

– Я не могу вам сказать! Понимаете, тот человек позаботился...

– Компромат, – понятливо протянул барон. Эрнесто кивнул и поглядел с надеждой, мол, отцепись от меня, я бесполезен. – Похоже, ты меня не понял, если не заговоришь, я вытолкну тебя обратно в зал, заявлю, что ты обвинил меня в мошенничестве, а потом убью на поединке.

– Это бесчестно!

– Ладно, искалечу. Как ты будешь играть без рук? А? – ухмыльнулся барон.

Эрнесто сделался мертвенно бледным, видать вспомнил ту пору, когда Луц только появился во дворце. Безродного ненавидели, его вызывали на дуэль по поводу и без. Десять лучших мечников померли от его руки, еще столько же остались калеками.

– Маркиз, маркиз Де Бейль…

– Не дай бог, ты солгал, тогда застенки тебе раем покажутся! – шулер сглотнул и попятился, а Джерард пошел искать вышеозначенного маркиза.

Ришар Де Бейль известен своим буйным нравом и бесчестными поступками. Он любил кутить, куражиться, вот только денег не всегда хватало. Тогда лорд промышлял совращением замужних девиц и не чурался шантажа. Поговаривали, ему принадлежат несколько борделей. Аристократы опасались за свою жизнь, потому старались не связываться с Ришаром. А вот Джерард сейчас не отказался бы от хорошей драки. Он лишь на миг остановился возле покоев маркиза, удостоверился, что рядом нет стражи и вошел без стука. Со спальни доносились страстные стоны. Ну, конечно, чем же еще мог заниматься высокородный лорд в разгар дня. Джерард пошел на звук и остановился на пороге, приглядываясь.

– Маркиза Де Флер! – воскликнул он, реакция не заставила себя ждать, дама завизжала, столкнула с себя любовника и прикрылась простыней.

– Безродный! Что ты себе позволяешь! Пошел вон отсюда или мне кликнуть стражу!

– В такой пикантной ситуации, – заулыбался Луц, привалившись плечом к косяку, – интересно на это посмотреть!

– Ах ты! Да, я сам тебя вышвырну! – взревел тот и как разъярённый бык пошел на барона, чуть наклонив корпус вперед и широко расставив руки. Собственная нагота, его нисколько не смущала.

От пудового кулака Джерард уклонился. Поймал руку маркиза, заломил пальцы и проверил крепость стены головой знатного лорда. Получилось громко, стена выдержала, лоб пострадал. Джерард потянул противника на себя, пальцы хрустнули, маркиз взвыл. Луц ударил в колено, когда противник упал, барон врезал кулаком в челюсть. Ришар дернулся, его повело назад, он мотнул головой и ударил левой рукой, целясь в печень. Не достал. Джерард уклонился и врезал ногой по ребрам. Маркиз принял удар на жесткий блок, потому ребра уцелели, зато челюсть пострадала, когда Джерард ударил во второй раз. Разбил лорду нос и губы, схватил за волосы и потянул на себя. Мужик попытался убрать его руку, Джерард оскалился, перехватил его запястье, вывернул руку за спину и резко дернул, раздался хруст. Маркиз заорал от боли. Джерард снова схватил его за волосы, запрокинул голову.

– Я расскажу, что будет дальше. Вариант первый – гвардейцы, позовут супруга вашей любовницы. Потом, когда он вызовет вас на поединок, я предложу ему свою кандидатуру в качестве защитника. Надеюсь, вы успели оценить свои шансы? – барон презрительно поглядел на голого мужика с залитым кровью лицом. – Вариант второй – вы отвечаете на мои вопросы, и мы расходимся. Я доступно излагаю?

– Спрашивай?

– Кто приказал оклеветать меня на суде? – лицо маркиза перекосило, кадык дернулся. – Что молчишь? Возвращаемся к первому варианту?

– Стой! Я не знаю, кто это был, мне стражник принес письмо, в нем содержались указания.

– И почему же ты им последовал?

– Меня вынудили, – маркиз сплюнул кровь, вытер рот рукой, поморщился.

– Где письмо?

– Сжег, – сквозь зубы прошипел Ришар.

– За дурака меня держишь? Сломать тебе вторую руку, чтобы память улучшилась, смотри, будешь жрать, как младенец с ложечки…

– Ты спятил! – воскликнул мужчина и попытался отползти. – Зачем мне хранить у себя компромат?

– Чтобы выяснить, кто за этим стоит. Бьюсь об заклад, ты не знаешь, кто тебе так удружил.

– Вот ублюдок, – ухмыляясь, произнес маркиз. – Я же тебя на куски резать буду!

– Учту. Где письмо?

– В столе двойное дно, – сплюнул Ришар.

– Хорошо, – Джерард направился к столу, открыл ящик и добрался до тайника. – Когда ты его получил? Во сколько? – внутри было несколько документов, барон бегло ознакомился с каждым, пока нашел искомое.

– Вечером, около семи! – Луц спрятал документ в карман, подошел к Ришару, поглядел на дело рук своих и как-то буднично предупредил:

– Любая попытка отомстить приведет к поединку, потом я тебя убью!

– Лучше бы ты сдох, безродный!

– Не дождешься.

Джерард Луц спокойно удалился, мысленно сделав пометку «враг» напротив имени маркиза. Путь его лежал к коменданту. Выяснить, где находились гвардейцы в определенный отрезок времени не так уж сложно. После этого достаточно расспросить постовых на пути к покоям маркиза, и он получит имя почтаря, а уж развязать язык служивому и вовсе плевое дело.

Джерард сверился с расписанием дежурств и пошел по следу, как гончий пес. Расспросил гвардейцев и всплыло имя – Пьер Трюдо. Барон помчался в казармы, отгадка почти в руках. Мерзавцу не скрыться, будь у него хоть десяток демонов.

Зацепка оборвалась, Пьер Трюдо исчез несколько дней назад.

Лорд смотрел на начальника караула, но вояка ничем не мог помочь. Стоял навытяжку, дожидался приказа. Джерард вытер лицо рукой.

–Все зря, – протянул он, пальцы сжались в кулаки, демон снова опередил его. Как он говорил, вероятность обнаружение не больше одного процента. Хотелось рвать и метать. Джерард взял себя в руки. – На каком участке дежурил Трюдо?

– Рядом с покоями принца Генриха, – доложил вояка.

Мозаика начинала складываться. Неужели подставу организовал принц-отшельник? Зачем? Когда это, он, Джерард, успел помешать его высочеству? Может демона тоже вызвал принц? Нет, жрица – женщина. Зато Генрих много путешествовал, он мог привести жрицу. Задача стала во стократ опаснее, одно дело предполагать, что принц заговорщик, совсем другое – искать улики против него. А искать придется – это факт. Иначе заговорщик снова попытается его убрать, во второй раз спасать шкуру будет некому. Невольно вспомнилась светловолосая обманщица. Как она могла? Происходящее до сих пор не укладывалось в голове. Джерард анализировал ее поведение и не находил притворства. Сколько раз он смотрел в ее глаза и видел, как в них распаляется страсть. Все было настоящим, чувства невозможно подделать. Тогда почему она утверждала, что все ложь?

Барон вернулся к себе, проглотил ужин и забылся сном, но даже там, светловолосая красавица не покидала его. Они веселились и смеялись, а потом она сняла маску благопристойной фрейлины и Джерард проснулся от ее кривой ухмылки.

– Сон, всего лишь сон.

За окном сияло солнце, близился полдень. Луц скривился, помянув недобрым словом магическое лечение. Хлебнул новую порцию энергетика и подошел к зеркалу. На удивление повязки, которые наложила София держались хорошо. Джерард не стал их менять, привел себя в порядок и отправился на поиски лысого герцога. Следовало доложить обо всем, что он накопал.

Поглощенный мыслями, он шел мимо придворных, вдруг его толкнули плечом, хорошо так, аж раны на спине заныли. Джерард сжал зубы и обернулся, поглядеть, кто же это такой смелый выискался. Узрел графа Фон Коберна, скривился, вот и аукнулись вчерашние разборки. Оставлять без ответа наезд нельзя, иначе его будут цеплять по поводу и без. Джерард поглядел на здоровяка, Бертран Фон Коберн выше на голову и в два раза шире в плечах.

– Вас манерам не учили? Извинитесь!

– Чтобы я извинялся перед каким-то там бароном? – здоровяк сплюнул.

Джерард улыбнулся, подобные подначки его уже давно не цепляли.

– Ах, я совсем запамятовал, графов Кобернских вежливости не учат, зачем она варвару? – глаза собеседника сузились. Джерард знал, куда ударить. Увальня за глаза называли варваром, ибо он слишком много времени проводил на тренировках и слишком мало уделял внимания другим наукам.

– Я жажду вашей крови! Дуэль прямо сейчас, в парке!

– Я к вашим услугам, граф!

Перепалку заметили охочие до зрелищ аристократы. Новость о поединке разлетелась со скоростью пожара. К месту дуэли прибывали все новые и новые зрители, в число последних затесался Алистар Де Сеттер. Он протолкался вперед, поравнялся с Джерардом и тихо зашипел:

– Вы в своем уме, лорд Луц?

– Не понимаю, чем обусловлен вопрос?

– Мой брат недавно вытащил вас из рук палача не для того, чтобы вы сложили голову в поединке! Я готов выступить защитником! – Джерард одарил собеседника таким взглядом, будто перед ним неразумное дитя, качнул головой. И что София нашла в нем?

– В ваших услугах не нуждаюсь!

– Он вас убьет, Бертран хороший мечник. Подумайте головой!

– Вам понятие честь знакомо? – Алистар прикусил язык и недовольно воззрился на барона. – Тогда не мешайтесь! – отрезал Джерард и прибавил шаг, чтобы вместе с противником ступить на поляну для поединков. Трава там была хорошенько вытоптана, а густые заросли ирги скрывали место от посторонних глаз. Джерард порадовался, что надел жилетку, вместо привычного камзола, ее снимать не придётся, а если раны начнут кровоточить это станет заметно не сразу.

По правую руку Бертрана встал граф Филип Де Бейль, младший брат избитого маркиза, мальчишка двадцати пяти лет отроду прожигал барона яростным взглядом, куда сильнее, нежели противник. Луц оглядел толпу придворных, размышляя кого бы взять секундантом, но не успел сделать выбор. Алистар замер рядом с ним.

Зрители зашептались, Джерард поморщился, замечательно теперь все будут считать его марионеткой Де Сеттеров. Попробуй потом отмойся от этих слухов. Противник тоже помрачнел, вспомнил кто спас Джерарда от недавних побоев, но давать задний ход слегка поздновато, вызов-то уже брошен.

– Я готов принять ваши извинения, лорд Луц, – и все же граф попытался решить дело миром, толпа недовольно зароптала. Мальчишка Де Бейль гневно воззрился на вояку.

– Только после вас, лорд Фон Коберн.

– Бой до первой крови!

Противникам подали оружие, толпа расступилась, секунданты отошли на край поля.

Громила рассчитывал взять нахрапом, зная, что противник ранен и долго не продержится. Джерард парировал несколько ударов, примеряясь и отступая. Бертран ускорил темп, колющий в грудь, рубящий в плечо. Клинки скрестились, громила подался вперед, усилил нажим, острие клинка опасно качнулось в лицо барону. Джерард чуть подался вперед и оттолкнул излишне самоуверенного противника. Раны тут же напомнили о себе. Три-четыре полноценных удара, потом они начнут кровоточить, а он – слабеть.

Бертран наступал, клинок порхал в его руках, атаки сыпались одна за другой. Вот колющий в плечо и сразу рубящий по ногам и снова плечо. Джерард вертелся юлой и как бы ни старался противник, навязать ему бой не получалось. Выпад, уклониться, рубящий – шаг в сторону, сменить опорную ногу, поворот.

Будь граф не так искусен, счел бы, что над ним издеваются, но Бертран выиграл немало поединков, да и о репутации Луца тоже наслышан, потому был начеку, ждал, когда барон перейдет в контратаку. Выпад и снова верткий хлыщ уклоняется только не назад, а вбок, сокращает дистанцию и бьет плашмя по запястью правой руки. Шаг, разворот и он снова в недосягаемости. Бертран с трудом удержал в руках оружие, подловил мерзавец.

Луц встал в защитную стойку, приготовился отразить нападение. Граф не стал разочаровывать, атаковал, удерживая клинок двумя руками. Джерард принял удар на лезвие меча и шагнул ближе, усиливая натиск. Оружие накренилось к Бертрану, тот попытался разорвать дистанцию, но барон шагнул следом, вышло настолько плавно, будто он заранее знал каждый шаг противника. Громила вновь подался назад, Луц за ним, давление усилилось, лезвие зацепило край рубашки. Граф сердито сопел, вращая запястьями, чтобы оружие противника его не коснулось. Джерард вынудил его отвести оружие за спину, потом молниеносно приблизился и ударил рукояткой в лоб. Бертран покачнулся, разворачиваясь, махнул клинком перед собой, чтобы отогнать барона, тот поднырнул под рукой, так что лезвие пронеслось над головой. И пока противник не успел выполнить замах, ударил его в живот, удерживая клинок плашмя. Бертран согнулся, хватая ртом воздух, Джерард шагнул к нему за спину и ударил по опорной ноге. Здоровяк рухнул вниз лицом на землю.

Джерард занес клинок над головой, как в старые времена, собирался добить – сделать милость, чтобы поверженный не достался демону. Опомнился в последний миг и всадил лезвие в ногу, чуть выше колена. Противник взвыл от боли, Джерард отыскал взглядом мальчишку Де Бейля и подарил ему смертоубийственный взгляд, сосунок, затеявший бучу, побледнел. Только после этого барон отошел от поверженного противника.

– Не быть вам теперь мечником, граф Фон Коберн, зато я принимаю ваши извинения! – громко заявил Луц, играя на публику. – В следующий раз пощады не будет!

Толпа умолкла, во взглядах сквозил ужас, многие из присутствующих понимали, у барона было несколько шансов пустить кровь противнику, но он предпочел сделать графа хромым калекой. Демонстрация, силы и умений впечатляла. Придворные расступались перед победителем, не скоро его теперь осмелятся вызвать на поединок вновь. Алистар закончил с обязанностями секунданта и догнал Джерарда.

– Ну, и зачем наживать врагов на пустом месте? Граф не простит вам случившегося?

– Мне? Отнюдь, Де Бейль, вот настоящий виновник его бед, а я дрался честно! Еще претензии будут? – барон остановился и одарил собеседника далеким от дружелюбия взглядом. – Или сразу скрестим клинки?

– Да, что с тобой? Я понимаю, тебя несправедливо оклеветали, но ведь все закончилось благополучно! Так чего накидываешься на всех подряд, вымещаешь злость?

– На всех подряд, – протянула Джерард, кисло улыбнулся и побрел прочь. Из слов Алистара становилось понятно, что о проделках Софии он до сих пор ничего не знает. Ну да, она бы не стала выходить из роли на кону титул маркизы.

– Барон Луц! – Алистар был слишком упрям, чтобы сдаться. – Мой брат…

– Мне нет никакого дела до вашего брата! Я ни вам, ни ему ничего не должен. Ясно? Все, что я делаю, вас не касается. Любые попытки вмешаться, буду расценивать как оскорбление. Поединок, как и обещал, закончится смертью.

Алистар вспыхнул от негодования, но сказать ничего не успел, за спиной прозвучали аплодисменты. Джерард обернулся, губы его скривились в презрительной гримасе, но он согнул спину в поклоне. Аристарх же прекрасно рассмотрел выражение лица, улыбнулся.

– Спешу поздравить вас с победой, лорд Луц. Только что-то вы не рады. Есть причины? – герцог Де Сеттер подошел ближе, глаза его все еще были болезненно-красными. – Полагаю все из-за того, что вас отвергли. Похоже, мы с вами не у дел – это истинная причина вашего гнева. Я прав?

– Брат, о чем ты?

– Она восхитительна даже в своей жестокости, не так ли? Восхитительна и беспощадна…

Герцог говорил с таким упоением, что ревность обожгла сердце, а пальцы сжались в кулаки. Какого беса он до сих пор ревнует обманщицу к другим?

– Я не понимаю о ком, вы рассуждаете, прошу меня простить, ваша светлость.

– Постойте, лорд Луц, подумайте на досуге, как она смогла обмануть камень истины?

– Это невозможно, – ответил он, поклонился и пошел прочь.

Но вопрос герцога продолжал вертеться в голове. Камень истины не сработает в руках хозяина или другого мага. Подобное насторожило, она не может быть магом ни создательницей артефакта. Тогда как? Что еще скрывается за милым личиком. Джерард скрипнул зубами, хватит думать о ней.

Барон вернулся к себе, написал несколько коротких записок, которые оставил страже герцога. Если старик сочтет новости интересными, пришлет за Джерардом своих людей.

Слуга явился через полчаса, сопроводил в восточное крыло, почитай самую уединённую часть замка. Впереди показалась арка, она выводила на залитую солнцем террасу. У входа дежурили гвардейцы герцога, они расступились, пропуская гостя. Как только Джерард переступил порог, его ослепило солнце, потому он не сразу разглядел Де Вильма. Вельможа сидел на скамейке и попивал чай, будто других забот просто не существует.

– Ваша светлость.

– Хватит изображать каланчу, садись.

Луц отметил несдержанность герцога, но вопросы отложил, захочет – сам расскажет. На лавке рядом с вельможей лежал простецкий плащ, а на ботинках местами виднелась грязь. Что понадобилось Роберту за пределами дворца?

– Куда подевалась твоя осторожность? Трое вассалов валялись у меня в ногах, моля, чтобы я наказал тебя за дерзость. Тебе не кажется, что это перебор, мой мальчик?

–И что вы намерены делать, ваша светлость? – осторожно поинтересовался Луц. Одно дело вызвать на поединок зарвавшихся дворян, а совсем другое – впасть в немилость к герцогу. Роберт махнул рукой, словно отгоняя мошек.

– Кто они такие чтобы просить меня о подобном, тем более, ничего путного предложить не могут, – Джерард невольно усмехнулся. Выгода – прежде всего. – Выкладывай, что узнал!

– Касадо убили в темнице, до того, как он хоть слово успел сказать.

– Что? Мне доложили, он умер под пытками.

– Ложь! Штырь в сердце – вот причина смерти. Как считаете, кому по силам беспрепятственно проникнуть в темницу?

– Опять сводишь к демону? – нахмурил брови старик.

– Касадо знал слишком много, поэтому его убрали. Подозреваю, он пособничал жрице, кроме того, он знал, с какой целью Шарлотта явилась к герцогу де Сеттеру. Мое появление смешало все карты, потому меня решили убрать. Им почти удалось, – Джерард улыбнулся, невольно вспоминая светловолосую бестию, вот ее демон никак не мог просчитать. – Я решил отыскать организатора, прошелся по свидетелям. Ришар Де Бейль получил четкие указания, ознакомитесь, – Джерард передал собеседнику добытый свиток. – Посыльный мертв, но в тот вечер он дежурил возле покоев принца Генриха.

– Принц? Неужели опять за старое взялся? – прошипел лысый, отставил чашку, развернул письмо и пробежал глазами. – Не его почерк. Кроме того, Генрих не станет использовать колдовство. Святоши только и ждут повода, чтобы объявить его одержимым или пособником отвергнутых.

– Отвергнутых?

– Ах, да, ты же не знаешь. Во времена правления Людвига, это деда нынешнего правителя. Тайная канцелярия состояла преимущественно из магов разума. Слышал о таких?

Джерард кивнул.

– Вестфальцы их знают как – qari.[1]

– А я еще застал те времена, видел мозговертов в деле, страшные люди. Колдуны находились во власти короля и это не фигура речи. Они носили ранговые символы с капсулами яда, нарушение приказа – смерть. Такое положение дел не могло длиться вечно. Вспыхнуло восстание, кузен короля – Август Ламберт дрался за трон, но не преуспел. Предательство стало последней каплей, Людвиг объявил магов разума вне закона, так они стали отвергнутыми. Святоши сразу подняли паладинов на священную войну. Отверженых до сих пор истребляют, если находят.

– Принц один из них?

– Нет, он проклят магом разума, – Джерард невольно вспомнил метаморфозы, которые происходили с принцем после новости о заговоре. – Когда ему было семь, мальчишка пропал из дворца. Вернулся через год одичавшим и озлобленным, – Роберт тяжело вздохнул, – я в ту пору, как и все, жалел паренька. Потом дворец захлестнули странные смерти. Горничная Бенедикта скончалась от укуса змеи. Повар отравился собственным блюдом, которое готовил для наследника. Таких происшествий случалось много…

– Младший принц?

– Мне сказали несчастный случай, Бенедикт до сих пор твердит это, но я не верю. Между прочим, твое появление, тоже неслучайность. Как думаешь, кто тебя выкупил из арены?

– Я убил хозяина! – воскликнул Джерард.

Лысый старик вдруг улыбнулся открыто, даже добродушно.

– Ты убил марионетку, оборвал ниточки кукловоду, но не более того. Оставим прошлое, теперь ты понимаешь, почему принц не может быть связан с исчадием бездны?

– И все же, я помешал только демону, меня постарался убрать с дороги принц, не значит ли это, что Генрих затеял переворот? Он мог привести жрицу из Вестфала.

– Джерард, мальчик мой, принц лишен права на престол. Даже если он избавится от Бенедикта ему не стать королем. На очереди королева-мать, потом ее род. Потом мой. Храм не поддержит его притязания и не проведет церемонию. Если же принц попытается все провернуть за их спиной, слуги Единого созовут армию паладинов со всего мира и пойдут на штурм столицы.

– Но почему так?

– Из-за нарушения их священных прав, мой мальчик, – пояснил Роберт, лицо его вновь омрачила тень. – Как ты уже понял, Генрих не тот враг, которого мы разыскиваем. Возможно, он покрывает настоящего злоумышленника. Даже не знаю, кто еще способен протащить во дворец дурман. Сегодня задержали еще троку моих осведомителей, король в бешенстве. Следующий бедолага угодит прямиком в допросную, полагаю, он скажет все, что от него потребуют. Тогда кара постигнет даже меня, – старик улыбнулся, пригубил чаю. – Придворные стервятники, зарятся на мои земли, заключают договоренности, делят. Погань. Канцлер пока остужает самых ретивых, кстати, тоже бухтит о демоне. Экзорцистов дожидается, три дня назад должны были прибыть, а от них ни слуху, ни духу.

–Я думал, они вместе с канцлером прибудут.

–Где-то по дороге разделились и пропали.

– Странно, те, кому писал я, тоже не добрались до столицы. И я все больше склоняюсь к мысли, что нужно обыскать покои принца. Если ничего не найдем, значит он чист перед законом, в противном случае, выясним, кого он покрывает.

– Ты понимаешь, что с тобой случится, если тебя поймают?

– Да, ваша светлость, но я готов рискнуть!

– Похвальное рвение, но отпускать тебя одного слишком рискованно. Вдруг нарвешься на демона?

Джерард вытащил на свет подвеску Вестфальского принца.

– Это меня защитит, – герцог поглядел внимательно, а потом вдруг ухмыльнулся.

– Вот прохвост, не буду спрашивать, где ты достал эту вещицу. Хорошо, – согласился он, и как будто немного ободрился, – я выиграю тебе время между сменой караула, не подведи! – приказал старик, поднялся, когда вспомнил о чем-то важном, обернулся и поглядел на барона. – До меня дошли слухи, что маркиз Де Сеттер серьезно увлечен твоей фрейлиной. Почему ты допустил такое?

Лорд Луц помрачнел, но врать старику не стал.

– Она не моя, – слова дались с трудом, – оказалось деньги для нее важнее.

Роберт нахмурился, между бровей возникла глубокая морщина.

– Чушь! Я встретил ее после суда, за тебя она была готова убивать.

Джерард проводил герцога Де Вильма удивленным взглядом, но словам не поверил. Фрейлина доходчиво все объяснила, не оставив надежды.

***

На следующий день Луц получил записку, в ней значилось всего четыре цифры, время смены караула. Джерард выпил энергетик и отправился исследовать покои принца. Хваленных королевских гвардейцев не было, ушли, не дожидаясь смены. Барон присвистнул, насколько же влиятелен старик Де Вильм.

Лорд вышел из тайного хода в коридор, взломал замок на двери и просочился в покои принца Генриха. Прихожая встретила темнотой, в воздухе витал какой-то резкий запах. Джерард принюхался – шабрий, гвоздика и табак. Вестфальские пряности? Их раскуривают в лампах, а дым перебивает любую вонь. Странное сочетание, здешние придворные используют ваниль и мяту. Принц пытался что-то скрыть? Любопытно.

Луц отворил первую дверь и очутился в гостиной, правда она больше походила на библиотеку. Интерьер выдержан в темных тона, стены заставлены книжными шкафами. Джерард подошел ближе взглянул на обложки, учебники по алхимии, соседствовали с географическими атласами и лекарскими справочниками. Нижние полки забиты летописями, а верхние – законами королевства.

Обыск стола ничего не дал, внутри лежали чистые листы и писчие принадлежности. Ни одного тайника, разве так бывает? Барон простучал стены и проверил пол – пусто.

– Быть такого не может! – протянул он, подошел к камину, сунул руку внутрь, обшарил стены и ничего не нашел. Вытер золу с пальцев и пошел в следующую комнату – спальню. Она оказалась просторнее, сквозь широкие окна свободно проникали солнечные лучи. Прозрачная тюль не спасала от яркого света. Должно быть, солнце не дает спать поутру. Или брат короля встает с рассветом?

Генрих прослыл отшельником, никто не знает какой он на самом деле. Покои указывали, что принц натура деятельная и любознательная. Тогда почему он ведет затворнический образ жизни? Из-за проклятья? Что-то во всем этом не вяжется.

За полчаса барон облазил все вокруг, простучал, подергал и едва ли не обнюхал каждый предмет в комнате, но ничего не нашел. Это начинало тревожить, неужели они ошиблись? Джерард, огляделся. На первый взгляд ничего необычного, вишневый шелк на стенах, ворсистый ковер на полу, кровать с балдахином.

– А это еще что такое? – Джерард подошел к дальней от входа стене. Там не было картин или осветительных кристаллов, а вот ковер оказался притоптан, хотя следов от мебели тоже нет. – Неужели проход?

Полчаса ушло на поиск рычага, часть стены отъехала в сторону. В тайном проходе царила темнота, снаружи она казалась непроглядной. Барон и переступил порог, в тот же миг над головой зажглись кристаллы. Больше всего помещение напоминало тюремную камеру – ни окон, ни дверей. Зачем такая комната во дворце? Даже не так – зачем она нужна в покоях принца?

Когда глаза привыкли к тусклому свету, Джерард узрел пентаграмму, что занимала все пространство.

– Вот так находка…

Линии утопали в камне, будто их выплавили на полу. Сложный, геометрически правильный узор притягивал взгляд, в центре торчало ритуальное оружие, рукоять заканчивалась угольно черным кристаллом. Больше ничего. Где же гримуар и тотем? К чему привязан демон? Вестфальцы в каждом доме делают небольшое святилище для поклонения исчадиям бездны. Обращаются к ним, просят защиты и процветания. А здесь пусто, чертобесие какое-то!

Джерард вернулся в комнату, лучи солнца больно обожгли глаза, он замешкался и услышал голоса в гостиной.

– Принц вернулся, – холодный пот скатился по виску. Пентаграмма здесь, значит, демон может прийти в любую секунду. – Надо убираться.

Единственным выходом оказалось окно. Джерард выбрался на подоконник, поглядел вниз и голова закружилась. Мужчина прижался к стене и выругался. Если его увидят снизу стражи – убьют. Если заметит принц, будет еще хуже. Куда не кинь всюду клин. Одна радость – подоконник достаточно широкий, с него он точно не свалиться. В полуметре заманчиво поблескивало окно смежных покоев. Луц засеменил к краю, еще раз посмотрел вниз, земля опасливо покачнулась, барон вытер вспотевшие ладони, собрался с силами и прыгнул. Перестарался и чуть не слетел, но уцепился за выступ, ноги повисли в пустоте, а заодно вся жизнь промелькнула перед глазами.

Мужчина выбрался.

– Чтобы я еще хоть раз сюда полез, да пропади оно пропадом! – уняв дрожь, он отодвинул внутренний засов и просочился в комнату. Судьба миловала, его никто не заметил. Лорд на цыпочках покинул спальню, шагнул в прихожую, а там ожидал сюрприз – София сидела возле смежной двери и бессовестно подслушивала разговор в комнате принца.

Джерард протер глаза. Как она сюда пробралась? Как проскользнула мимо гвардейцев? Как открыла эту чертову смежную дверь? А главное – почему она вообще шпионит за принцем?

Барон подкрался к фрейлине, собирался поймать за руку. София обернулась за миг до того. Глаза ее сделались круглые как блюдца. Вместо того чтобы стыдливо опустить голову она вскочила и заткнула Джерарду рот ладонью. Он убрал ее ладошку в сторону.

– Что ты…

– Ш-ш-ш! – зашипела девушка и ткнула пальцем в сторону двери, а потом беззвучно попросила: – Слушай!

– Ты должен был от него избавиться! – доносилось из комнаты принца. Голос принадлежал женщине, но вспомнить имя Джерард не смог. – Почему безродный до сих пор жив? Почему я тебя спрашиваю!

Интересно, по какому праву дама изъясняется с принцем в подобном тоне.

– Я говорил, оставь его, но ты решила иначе, – Генрих отвечал спокойно, будто привык к подобному отношению. – Твой план провалился, тогда почему ты предъявляешь претензии мне?

– Он – угроза, потому что всюду сует свой нос! Мало того, что предотвратил покушение на Аристарха, так еще и Лысому разболтал про демона. Теперь только успевай ловить экзорцистов.

– Прикажи убить его и все дела!

– Думаешь, я не пыталась? – на какое-то время собеседники замолчали. Джерард слышал стук каблуков по паркету и шелест платья. – Из-за него мы потеряли Касадо и компромат на Аристарха, а Лысый всю шпионскую когорту распустил. Безродный создает слишком много помех, мне это не нравится.

– Ты думала, будет иначе? Наивная, – в голосе принца звучала насмешка.

– А ты все еще надеешься выпутаться. Сладкий мой, как же я люблю это в тебе, – тон изменился, женщина заговорила ласково, и Джерард наконец-то узнал ее.

– Фаворитка короля…

София шикнула и сделала большие глаза.

– Люблю твою невозмутимость и даже твое сопротивление, но, милый мой, будущее неизбежно…

– Не хочу, чтобы ты была с ним! – сдавлено прошептал принц.

Женщина рассмеялась.

– Ты такой темпераментный.

– Ненавижу тебя! – рявкнул Генрих.

Луц мотнул головой.

– Что за ерунда, – едва слышно молвил он, а из комнаты доносился характерный звук поцелуя.

– Вenim kara...

София вскочила на ноги, схватила Джерарда за руку и шепнула:

– Бежим!

– Почему?

– Он нас почуял! – и словно в подтверждение ее слов раздался крик: «Стража».

Глава 20. Пленники

В жизни Джерард пробуждался по-разному. В бытность свою гладиатором, он приходил в сознание на столе врачевателя или в крохотной комнатушке. С тех пор прошло шесть лет, ныне он просыпался в собственных покоях, как полагается знатному лорду. Сегодняшний случай не был похож на все предыдущие. Его разбудил голос, ноющий такой с нотками паники, он пробивался даже сквозь сон. Зовущий не просто повторял имя, он умело смешивал его с ругательствами на трех языках одновременно. Стало даже интересно, беспамятство отступило, позволяя вынырнуть из забытья. Вокруг царила непроглядная темнота.

Джерард пошевелился и зашипел от боли. Все тело затекло, а руки, ноги оказались прикованы к стене. Шею сдавливала полоса металла, она же не позволяла наклонить голову.

– Джерард, ну пожалуйста, – молила София, а в голосе звучало отчаянье, еще чуть-чуть и у фрейлины начнется истерика. – Скажи хоть слово! Мне страшно…

Мольбы девчонки тонули в тишине. Правда, вовсе не потому, барон что сердился, просто обрадовать авантюристку нечем. Джерард побывал во многих передрягах, даже на короля как-то покушался, но почему-то именно сейчас одолевало чувство беспомощности.

– Чего бояться, хуже быть не может! – буркнул он и умолк, прислушался, ожидал, что девушка заплачет. София оказалась непредсказуема – выдохнула с облегчением.

– Хвала богам, ты жив!

– Не вижу причин для радости? Ты застряла здесь, да еще и в моей компании. И я не в силах пошевелить даже пальцем, – София фыркнула, судя по звуку, она сидела неподалеку напротив него.

– Для человека, который сдался, в твоем голосе слишком много ехидства.

– Ты права я радуюсь, теперь ты не станешь маркизой! – звон металла на миг затих, Джерард насторожился, что там случилось.

– Это единственное, что тебя волнует? – мужчина мог поклясться, она улыбается. – Вынуждена тебя разочаровать, стану еще как стану! Зря старалась что ли?

Джерард фыркнул, а потом все же полюбопытствовал:

– У тебя был чудесный шанс, так отчего же ты ним не воспользовалась?

– О чем ты?

– Герцог у тебя на поводу, всего то и надо было, немного надавить

– Ах, об этом. Все не так просто, – вздохнула она, – Инициатива должна исходить от Алистара, над этим я еще работаю. Рано или поздно лед растает!

Джерард прислонился затылком к холодному камню.

– Так какого беса ты следила за принцем вместо того, чтобы охмурять маркиза? – рявкнул он. Если бы она оставила это дело, то не оказалась бы здесь. – Как ты вообще узнала, что за всем стоит принц? Не понимаю, зачем это все? Ты в шаге от удачного замужества или тебе мало?

– А если я скажу «да», – неожиданно призналась София. Мужчина не нашел что ответить на ее искренность или точнее наглость. – Мне мало всего, что ты перечислил.

– И чего же ты хочешь на этот раз? Власть, почет, восхищение, заискивание или зависть придворных?

– Осуждаешь меня, не так ли? Ты, правда, веришь, что я получу хоть что-то, раскрыв заговор? Мы оба знаем ответ. Я не злодейка, Джерард, мне просто нужна награда из рук короля, вот и все. Что в этом постыдного? – судя по голосу, София разозлилась не на шутку, замечательная альтернатива слезам.

– Глупышка.

– Да, что ты понимаешь! Ты хоть представляешь, как тяжело быть фрейлиной? Думаешь это все забавы и шутки. Нет! Фрейлина должна быть всегда приветлива и мила. Фрейлина должна выполнять любой приказ своей госпожи, хоть днем, хоть ночью. Фрейлина обязана уметь вышивать, играть на двух инструментах, танцевать, в совершенстве знать этикет, а главное – уметь поддержать разговор на любую тему. Как тебе такое? И это еще не все, мы должны знать, что происходить во дворце. Каждый слух, каждую сплетню. Помимо этого, мы обязаны знать титулы и имена всех приближенных ко двору людей. И это я глупышка? – она замолчала и возмущенно засопела, гремя оковами.

– Джерард, почему ты молчишь? – спустя несколько минут спросила София.

– Даю тебе время успокоиться, – с улыбкой ответил он.

– Я кажусь тебе смешной?

– Скорее забавной. Вот мы сидим сейчас, в глубоком подземелье, а ты переживает о всякой чепухе.

– Надо же как-то отвлечься, кроме того, есть еще один положительный момент – ты со мною разговариваешь.

– А что не должен был?

– Мне почем знать? Когда слышу твой голос мне почти не страшно. И вообще, мы живы, нечего горевать. Как только я выберусь, то вспылю этой курице по самое не балуй! – Джерард хохотнул, услыхав ее слова, забавно она искренне верит, что выберется. – С демоном у меня теперь вообще личные счеты! А ты? Что будешь делать, когда выберемся?

Джерард задумался, наверху полно дел. Роберта спасти от поклепа, доложить о находке в покоях принца, но сказал он вовсе не это.

– На тебе женюсь!

– Плохая идея, – протянула София, явно не воспринимая его слова всерьез, – вот оставлю тебя здесь, будешь знать! – пообещала эта ненормальная.

Джерард улыбнулся, сердиться он не мог, да и не хотел.

– И как же ты выберешься?

Девушка замолчала, затем послышался какой-то шорох.

– София, ты чего? – фрейлина так и не ответила, вдруг Джерард почувствовал ее теплую ладошку на животе.

– Как я выберусь, с твоей помощью, конечно! – фыркнула она, осторожно прикасаясь к его телу. Пальцы скользнули вверх по груди и добрались до шеи там, где был шрам. Раньше его прикрывал платок, но сейчас он потерялся, так что фрейлина коснулась рубцов. – Я никогда не спрашивала, но откуда это у тебя? – она осторожно провела пальцами по шершавой коже, воспользовавшись тем, что барон связан.

– Долгая история…

– У нас много времени, – с намеком произнесла девушка, нащупав ошейник.

– Семь лет назад меня привезли из Вестафала, чтобы я убил короля, – мужчина замолчал, рассказывать о таком Софии не хотелось. – Мой хозяин прибыл в составе делегации, нас пропустили без вопросов. Я нашел удобное место, свистнул кинжал у гвардейца и затаился. Думал, увижу разжиревшего празднолюбца, но в зал вошел мальчишка. Пристально поглядел на иноземную свору и сел во главе стола. Не было в нем страха…

– И ты передумал его убивать?

– Отнюдь, невыполнение приказа – смерть. Пока я размышлял, заметил, как мой хозяин уж больно подозрительно переглядывается с гвардейцем короля. Стало ясно, если я не справлюсь, мое дело довершит служака.

– Неужели ты бросился защищать короля?

– Защищать, о нет. У меня неожиданно появился выбор, убить мальчишку и помирать на потеху толпе или прикончить мерзавца, который намеревался ударить в спину, – София прекратила шуршать отмычками над ухом и вцепилась в плечи, ловя каждое слово. – Стражник умер, не сообразив, что произошло. Гвардейцы решили, что это покушение на короля. Бросились ко мне, я заполучил еще один кинжал и метнул в спину хозяина. Ошейник обжег шею, я должен был умереть, но повезло – выжил, – Джерард умолк и уже значительно тише добавил: – только шрам остался.

Фрейлина молчала, мужчина чувствовал ее тепло рядом. Так странно беседовать с ней, не видя лица. В темноте она казалась старше и мудрее. Любопытно, какие эмоции ее обуревают – презрение или может жалость.

– Напугал?

– Нет, – молвила она, еще раз касаясь шрама, затем обеими руками потянулась к обручу на шее.

– София, что ты делаешь? Если хочешь меня обнять…

Фрейлина фыркнула и щелкнула его по уху.

– Размечтался! Вообще-то я пытаюсь снять железки, – при этом она так забавно сопела у него над ухом, что Джерард улыбнулся. Вот ему безумно хотелось обнять непоседу.

– Дорогая моя, ничего у тебя не получиться без ключика!

– Ошибаешься, мой милый, – проворковала она и давление железного обруча на шею чуть ослабло, вскоре София сняла с него ошейник. – У меня хороший учитель!

– И кто же это?

– Ты! – призналась девушка, а ее пальчики скользнули по плечам, перебрались на руку, а затем на локоть и постепенно добрались до оков на запястьях.

– Но чем?

– Фрейлина должна быть предусмотрительна и готова к любым ситуациям, – отбарабанила София, так словно читала выдержку из учебника. – И вообще, тебе не все ли равно?

– И долго тренировалась?

Она фыркнула, затем призналась:

– Несколько ночей ломала замок в своей комнате, пока разобралась что к чему. Сейчас погоди, кажется, получается, – Джерард хмыкнул, у девочки явно воровской талант. Лично он вскрывать замки в темноте не мог. София оказалась права, его левая рука очутилась на свободе. В тот же миг он сгреб ненормальную девчонку в объятья. – Ты что творишь, пусти меня, не то так и оставлю!

– Не оставишь, – шепнул он, – я тебе нужен, чтобы выбраться, помнишь! – фрейлина сердито засопела, нащупала вторую руку. Зашуршала отмычкой и вскоре Луц оказался свободен.

– Все, отпусти меня! – потребовала она, ерзая из стороны в сторону. Джерард не послушал, руки скользили по ее телу, хотелось удостовериться, что с ней все в порядке. – Прекрати немедленно!

Джерард поймал ладонями ее лицо и ощутил себя самым счастливым человеком на свете. Плевать, что он заперт в подземелье, что демон может вернуться в любую минуту, и даже на то, что их вообще могут убить. Мужчина держал в руках свое счастье и улыбался, чувствуя ее дыхание. В какой-то миг в его голове четко сформировалась мысль о том, что он больше никогда не хочет ее терять и тут же ладони обдало жаром.

– Ай, – фрейлина вздрогнула, – чего твои руки жгутся?

Джерард обнял ее, погладил по спутанным волосам. Вот так подарок его искалеченный магический дар, проявил себя второй раз в жизни. Невидимая сила соскользнула с пальцев и окутала девушку, оставляя невидимый след. Неважно, что случиться, теперь он всегда сможет ее разыскать. София сопротивляться не стала, прижалась к теплой груди и тихонько спросила:

– Мы же выберемся, да?

– Конечно! – заверил он, фрейлина вздохнула, успокаиваясь. – София?

– М-м-м?

– А я ведь не шутил? – девушка напряглась и немного отстранилась, будто пыталась разглядеть его лицо.

– О чем ты?

– Когда мы выберемся, больше не будет Алистара и всей той ерунды, что ты наговорила. Ты станешь моей женой! Ясно? – в ответ девушка стукнула его кулачком в грудь и попыталась освободиться.

– Лорд Луц, – шипела она, незаметно для себя перешла на официальный тон, которым обычно говорила гадости. – Клянусь, вы будете сожалеть об этом всю жизнь!

– София, я люблю тебя! – признался он, девушка замерла, а потом начала выбираться с утроенной силой. – Ничего не хочешь мне сказать?

– Что ты хочешь от меня услышать? Думаешь, я тогда солгала? Нет, я стану женой Алистара Де Сеттера! Ясно? – она выкрикнула эти слова с такой злостью, будто ненавидела сама себя. – Хватит об этом, для начала нужно выбраться.

Джерард улыбнулся и выпустил ее из объятий.

– Хорошо, но мы еще вернемся к этому разговору, обещаю.

Вместе они добрались до двери, хорошей такой двери, металлической. Луц толкнул ее плечом, но она даже не шелохнулась.

– С той стороны засов.

– Я догадалась, – прошептала София и свободно просунула руку через небольшое зарешеченное окошко, – можешь меня подсадить? – мужчина с удовольствием поднял ее на руки.

– Ну как?

– Достала, проклятье, кажется, он заржавел, не могу подвинуть. Дерни дверь на себя! – скомандовала фрейлина, Джерард выполнил ее просьбу. София вновь потянулась рукой к засову.

– Есть! – воскликнула она, толкнула преграду, и та со скрипом отворилась. Барон опустил девушку на землю. Глаза немного привыкли в темноте, но все что удалось разглядеть – коридор, который по обеим сторонам утопал во тьме. – Ты хоть примерно представляешь, где мы находимся?

– Да, это место называлось «последний приют». Подземелье построил король Фридрих, здесь держали военнопленных и предателей.

– Лучше бы я не спрашивала! – буркнула София. – Как думаешь, почему нет охраны?

– В ней нет надобности то, что мы выбрались из каменного мешка, просто чудо. Пойдем, кажется, я знаю, куда нам идти. Если бы еще оружие какое-нибудь раздобыть.

– Погоди! – фрейлина зашелестела платьем. – Вот, это все, что у меня есть! – с этими словами она сунула ему в руки короткий меч.

– Откуда?

– Помнишь, я рассказывала, что фрейлина должна быть готова к любой ситуации.

– Но меч – это уже слишком…

– Ты прав, обычно я ношу с собой кинжал, – махнула рукой София. – Пойдем.

Коридор постепенно сужался, девушка уцепилась за руку Джерарда, ее ощутимо трясло. Даже в разгар лета внизу было холодно. Сколько они шли, сказать трудно. Свет, замаячивший впереди, показался миражом. София ткнула пальцем вперед, увидав, собственную руку ахнула.

– Выход!

– Тихо, там охрана. Держись за мной!

Мужчина не ошибся, выход перекрывали двое телохранителей принца. Джерард взял в руки меч, неожиданно от стены отделилась тень, выросла на глазах, превратившись в черную кляксу человекоподобной формы.

– Вас не должно здесь быть! – шипящий голос принадлежал демону.

– Это мираж, – шепнул Джерард, – он не опасен.

– Ошибаешься! – клякса растеклась по полу, а потом в мерцающем свете факелов показалась человеческая рука.

– Мертвяки, – прошептала София и юркнула обратно в коридор и схоронилась за углом.

Джерард выругался, четверо павших присоединились к гвардейцам. Все свеженькие в синей форме. Спрашивается, куда смотрит комендант? Не заметил сокращение личного состава? Или просто в сговоре с принцем?

Мертвяки набросились скопом. Джерард метнулся к ближайшему, снес ему голову одним ударом, а тело толкнул под ноги остальным. Двое замешкались, это дало мужчине драгоценные мгновенья, чтобы разобраться еще с одной марионеткой. Обезглавленное тело рухнуло на пол. Теперь на него наступали кольцом. Правда, телохранители принца вперед не лезли, надеялись обойтись малой кровью.

Противник слева атаковал Джерарда, он уклонился и едва не напоролся на оружие того, кто поджидал справа. Нырнул под острие и ударил по ногам, противник повалился на пол, а Джерард отрубил мертвяку руку с мечом и тут же закрылся от удара сверху, потом уклонился в сторону. Гвардейцы теснили его в угол, где не будет места для маневра, если загонят – ему конец.

Он ринулся в атаку, парировал удар противника и вонзил оружие в живот. Мертвяк схватился за лезвие и Джерард не смог забрать свой меч. Перекатом ушел в сторону, спина взорвалась болью. Рядом визгнуло острее, рассекло воздух, но барон откатился в сторону, извернулся и лягнул гвардейца в пах. Тот согнулся, опираясь на оружие как на костыль. Барон тут же этим воспользовался, вскочил на ноги, ударил в челюсть и скрылся за спиной, используя врага как щит. Уцелевший гвардеец не стал нападать на товарища. А Джерард за это время успел выхватить кинжал обескураженного противника и воткнул человеку в бок. Беднягу подкосило, тень демона резко метнулась вперед, растворилась в раненом. Джерард изловчился и выхватил меч из ослабевших рук. Единственный живой гвардеец попятился, когда его товарищ вдруг выпрямился, несмотря на смертельное ранение.

Джерард выставил клинок перед собой, готовый драться до конца.

– Да, пусть это место станет вашей могилой! – прошипел демон.

Стены в тот же миг задрожали, с потолка посыпался щебень, одержимого окутал колдовской вихрь. Уцелевший гвардеец попятился к выходу, но за миг до этого в его руках блеснул кинжал.

– София! – барон бросился к своей фрейлине, ограждая от опасности.

Камнепад усилился, деревянные опоры у входа затрещали, а потом обвалились. Облако пыли заполнило все вокруг. Главное он успел, схватил девчонку и спрятал в своих объятьях. Камни гремели, скатываясь кучами на землю, часть потолка обвалилась, еще сильнее засыпая выход. Понемногу все утихло. Дышать приходилось урывками, в воздухе витала пыль, а вокруг непроглядная мгла.

– София, как ты? – он провел ладонями по ее голове, по лицу и плечам.

– Жива, а ты? – она тоже ощупывала его ладонями, сначала голову, потом шею, когда дошла до плеч, ощутила что-то теплое и влажное. – Ты ранен?

– Все хорошо, просто царапина, – он чуть сильнее обнял ее, успокаивая. – Ты только в обморок не падай!

– Где? Тебя камнем зацепило?

София целенаправленно начала искать рану.

– Нет, гвардеец метнул кинжал, плечо справа, чуть ниже.

– Нашла!

– Тяни! – приказал Джерард, фрейлина послушалась и резко вытянула нож из его тела. Барон зашипел.

– Да чтоб их песчаные черви сожрали! – прорычала София. – Нужен свет, хоть какой-нибудь!

Джерард замер, проклятье звучало до боли знакомо, он не раз слышал его в Вестфале. Откуда оно известно Софии?

– Где-то на стене я видел лампу и факелы. Сейчас поищу!

– Не двигайся! – приказала фрейлина, вынырнула из его объятий и побежала туда, где лежали мертвецы. Джерард ее не послушал, пошел следом.

Судя по звуку, София обыскивала все, что попадалось под руку.

– Вот, кажется, нашла! – воскликнула она, чиркнула серной палочкой и подожгла факел.

Пленники разом уставились на пламя, оно горело ровно, выхода поблизости больше нет.

– Чего ты так всполошилась?

– Ты ранен!

– Пустяки, не в первый раз!

София гневно воззрилась на него.

–То, что тебе кажется пустяком, меня пугает! Садись и дай осмотреть. Сейчас будет больно! – предупредила девушка и одним движением оторвала рукав рубашки.

Барон терпел молча. Ткань пропиталась кровью, рана оказался глубокий. София пустила часть нижней юбки на тряпки и пыталась остановить кровь. Джерард наблюдал, ее движения выглядели настолько уверенно, будто она не впервые занимается подобным. Интересно, зачем аристократке обучаться лекарским премудростям? София, тем временем остановила кровь, ловко перевязала плечо, а теперь смотрела на испачканные кровью руки. Ее пальцы дрожали, а лицо побледнело настолько будто это ее ранили. Джерард поймал ладошку и прижал к своей щеке.

– Успокойся, маленькая моя, все будет хорошо!

София порывисто приблизилась, обвила шею руками и поцеловала. Джерард опешил. Девушка целовала так, словно это последний поцелуй в ее жизни. И пусть она никогда не говорила о своих чувствах, но сейчас все стало ясно без слов.

– София! – тяжело дыша, молвил он.

Девушка вздрогнула и спрятала лицо у него на груди, молчание затягивалось. Луц прижимал ее к себе, гладил по волосам и не знал, что сказать. Мрачные мысли старался гнать прочь. София, итак, дрожала всем телом, до смерти напуганная.

– Где ты научилась, тому танцу с огненными мечами? – спросил он, пытаясь хоть немного ее отлечь.

Девушка фыркнула и наконец-то посмотрела ему в глаза, даже нашла в себе силы улыбнуться.

– Когда-то у меня была подруга, родом из Солнечных островов, она разучивала танец для э-э-эм, – фрейлина прикусила губу и неопределенно махнула рукой. – Одним словом она же меня и научила.

Джерард поразился, ведь солнечные острова – это полудикие земли на другом краю света. Как необразованная дикарка могла стать подругой аристократки? На островах верховодят вожди, а их племена настолько архаичны, что не знают здешнего языка. Барон закрыл глаза вспоминая высокие пальмы, чуть розоватый песок, горячий от солнца, соленый воздух и шум прибоя. Пляски вокруг барабанов, костры и шаманские напевы. Вот и все, что осталось в его памяти от дома. Хотя, нет, было и другое – корабли с пожелтевшими парусами и красный флаг, реющий над мачтой. На таком судне работорговцы увезли его в Вестфал.

– Как ты с ней познакомилась?

София посмотрела на него, а потом отстранилась.

– Джерард, я обязательно расскажу тебе эту историю, когда мы выберемся, а сейчас давай искать выход. Есть идеи? Вспоминай, что еще ты знаешь об этом месте?

– Подземелье строили давно, сейчас место заброшено, над нами где-то двадцать футов земли. И я не припомню, чтобы отсюда кто-то сбегал, – Джерард оглянулся по сторонам, София тоже разглядывала каменные своды. Подошла чуть ближе к обвалившимся частям прохода, подковырнула несколько камней.

– Это место не похоже на рукотворную пещеру! – заявила она, прикусив губу. Луц поглядел на нее с недоумение, откуда ей вообще знать различия? – Проклятье я не помню, это здесь под городом есть пещеры или в Астане?

– Удивляюсь твоим познания, ты бывала на территории Содружества магов?

– Нет, просто много читаю, – поправила София, быстренько снимая уцелевшие факелы со стен. Улов небольшой – одна дюжина. Девушка стянула плащ с мертвого стражника и бережно обмотала ним находку. – Вот теперь удобно нести, – вытряхнув руки, изрекла она. – Так что там с катакомбами?

– Здесь, под городом настоящий лабиринт…

Джерард обследовал, что еще полезного имеется в карманах павших врагов. Самого нужного вроде еды или фляг для воды не оказалось. Зато нашлось огниво, пара кинжалов и чистый плащ для Софии. Мужчина набросил накидку ей на плечи, чем заслужил благодарную улыбку. Фрейлина привычно взяла его за руку. Джерард улыбнулся, переплетая пальцы.

– Возможно, часть пещер отгородили и превратили в темницу.

– Место старое, кладка могла где-нибудь обвалиться. Нужно поискать. Идем!

Подземелье оказалось до безумия одинаковым. Повсюду двери – старые, поржавевшие, зарешеченные. От их вида кровь стыла в жилах. София отважилась заглянуть в одну из камер и тут же отскочила. Лицо ее стало бледное словно полотно.

– Отвратительное место, похоже, узников бросили здесь умирать

– Бывает хуже, – пожал плечами Джерард и потянул девушку подальше от приоткрытой двери. Ее ладошки были такими холодными, словно она подцепила лихорадку. Нужно как-то отвлечь ее от переживаний. Пламя факела, словно насмехаясь, продолжало гореть ровно, показывая – выхода поблизости нет. Мужчина вздохнул и чуть прибавил шаг.

– Что ты делала в покоях принца? – вопрос прозвучал немного неожиданно, рука фрейлины ощутимо дрогнула. Девушка скосила взгляд на Джерарда, лицо ее сделалось непроницаемым. Явный признак того, что она собиралась врать. – Учти, в историю с фантами я не поверю.

– Для вас, милорд, я бы придумала что-нибудь более правдоподобное!

– София, оставь эти ужимки, сейчас у тебя нет зрителей.

Она хмыкнула и улыбнулась, как будто услышала что-то забавное.

– Я наблюдала за Маргарет. Видишь ли, она мне с первого дня не понравилась. После бала мы громогласно обменялись любезностями. Будь она хозяйкой демона, то непременно натравила бы его на меня, но Маргарет затихла, потому переместилась в конец списка подозреваемых. После смерти Шарлотты, я задумалась, как демон узнал о предстоящей встрече? Ответ прост – подслушал там же, где и я. След привел меня к Маргарет. Шпионить за ней оказалось сложно, она постоянно ускользала, но позавчера вечером фортуна улыбнулась мне. Представь мое удивление, когда я узнала, что фаворитка короля, крутит шашни с отверженным принцем.

Джерард выдохнул, на языке крутились ругательства, сплошь непечатные.

– Почему ты ничего не рассказала?

– Кому? Мне никто не поверит? А то и вовсе отравили бы...

– Нужно было прийти ко мне!

– К тебе, – протянула она, – ты слишком ослеплен чувствами, да к тому же не оклемался после побоев. Я не хотела снова подставлять тебя под удар! Если бы ты не влез в чертовы покои, я бы по-тихому все выяснила и преспокойно ушла. Потом просто передала бы записку лысому и все! – крикнула она, сжимая кулаки. – Всего бы этого не случилось, и ты... – она осеклась, понурила голову, затем тихо молвила: – Прости, – шагнула вперед, но Джерард остановил, повернул лицом к себе.

– Ты мне совсем не доверяешь? София, посмотри на меня! – девушка выполнила просьбу. Мужчина замер у нее был такой виноватый взгляд, будто она совершила нечто непоправимое. – Почему? – вот теперь в ее глазах отразилась боль. Она стиснула зубы и отвернулась.

– Идем, нет времени на болтовню.

Джерард отпустил ее руку, но девушка схватила его за запястье и потащила за собой. Он шел молча и вспоминал каждую встречу. Пытался понять, зачем ей это все? Допустим, она действительно пыталась охмурить Алистара, у нее почти получилось. Так почему София не оставила вся эту возню, вокруг заговора? Что же он упускает?

– А почему ты следил за принцем? – девушка первой нарушила тишину. – Против Генриха нет ни одной улики, по факту, он даже инициатором заговора не является.

– Сомневаюсь, – Джерард заговорил не сразу, только спустя некоторое время, – он проклят магом разума.

– Проклят? Давно?

– Где-то в семь, когда его похитили из дворца. После возвращения он попытался убить родных, – услыхав это, София замерла, глаза бегали из стороны в сторону, будто ее озарила догадка. Она улыбнулась и покачала головой. – О чем ты сейчас подумала?

– Помнишь, что сказал Генрих, когда поймал нас?

– Грозился убить и выяснить, кто мой сообщник.

– Да нет же, когда я спросила его о планах? Он не собирался убивать брата, все, что ему нужно – избавиться от проклятья. Вот почему он помогает Маргарет. Демоны сильны, они способны заблокировать или немного ослабить чужую магию.

– Маргарет, всего лишь девчонка. Откуда ей знать, как призвать демона и как его удержать?

София фыркнула, пристально разглядывая стены, словно подозревала, что где-то рядом выход.

– Да будет тебе известно, что лет пятнадцать назад, ее семья обанкротилась. Они потеряли все, даже родовое имение! Маргарет отправили в пансионат, а мать исчезла на целый год. Потом вернулась, а вскоре у них снова появились деньги. Много денег.

– Удачные вложения, покровители…

– Джерард, ты сам в это не веришь? Готова поставить свое месячное жалование на то, что матушка Маргарет отправилась в Вестфал и выяснила, как призвать демона. – София улыбнулась ему, так словно между ними не было никаких размолвок. – Это еще не все. После совершеннолетия Маргарет стала фрейлиной при дворе. Ты знаешь, что ее невзлюбили? Я поспрашивала слуг, им незачем лгать. Графиня Де Уотан была изгоем, и поспособствовала этому тогдашняя фаворитка короля. Ты знаешь ее имя?

– Мариса, Ариса, не помню точно.

– Ариэлла Шанти Фон Герц, моя троюродная кузина, если я правильно помню.

– Погоди, ты думаешь, Маргарет пыталась тебя убить из-за родства с бывшей фавориткой?

– Именно! – кивнула фрейлина, досадливо поджимая губы. – Ты знаешь, что случилось с Ариэллой?

– Несчастный случай.

– Ага, она спрыгнула с башни смертников, буквально через несколько дней, у короля умер друг, тот самый, который был женихом Луизы, – ее голос откровенно сочился ядом, – а теперь сложи все факты в кучу.

– Хочешь сказать, все это проделки демона?

– Бинго, – воскликнула София, широко ухмыляясь, мужчина еще больше помрачнел, причиной послужили вовсе не новости, а поведение фрейлины. Она произнесла словечко из популярной игры, распространенной в странах Содружества магов. Вот только здесь, в королевстве, в нее не играли, вообще. Так откуда фрейлине о таком знать? Мелочь, но таких крупиц собралось уже целое море. Слова, необычные умения – вроде врачевания, даже тот танец из Солнечных островов. Нехорошее подозрение царапнуло сердце. Джерард мотнул головой, невозможно! Он бы заподозрил, она не могла обманывать его с самого начала. Нужно раз и навсегда разобраться с этими глупыми сомнениями. Мужчина ободряюще улыбнулся, поймал фрейлину за руку и как бы невзначай поинтересовался:

– Софи, расскажи о своей семье? – фрейлина чуть не споткнулась на ровном месте, взгляд из-под опущенных ресниц обжег лицо.

– Зачем это вдруг?

– Да, просто любопытно, какие они твои родители и как воспитали такую непоседу, – София широко улыбнулась, но тут же нахмурилась. – У тебя снова кровь идет, дай посмотрю.

Мужчина подпустил ее ближе, а потом шепотом спросил:

– Увиливаешь? – после этого он мог поклясться, она вздрогнула.

– Отнюдь, я не очень люблю говорить о семье, даже не знаю, что тебе рассказать.

– Откуда ты родом? Каким был твой дом? Ты, вроде бы, из Фландрии, это на северо-востоке королевства, мне доводилось там бывать с поручением несколько раз. Больше всего мне запомнился Черный утес, жаль, я не успел забраться наверх, должно быть оттуда открывается волшебный вид…

Он смотрел ей в глаза, а сердце холодело в груди – неужели она не та, за кого себя выдает? Он поймал ее на незнании легенды?

– Бретань, именно там я родилась, мое родовое поместье на зеленом холме, рядом с рекой Ренн. Я никогда не бывала во Фландрии. Джерард, ты сейчас задаешь странные вопросы. Почему?

Он улыбнулся, прижал ее к себе, ласково погладил по волосам окончательно, запутавшись. Она лгала. Рядом с поместьем нет реки. Ренн течет с гор, весною часто выходит из берегов, поблизости никто не селиться, тем более знать.

– Просто мне хочется узнать о тебе все…

Девушка вывернулась из объятий, улыбнулась, без страха посмотрела ему в глаза, потом подалась вперед и обняла, примостив голову ему на грудь.

– Ты удивительный мужчина, я поняла это в тот миг, когда посмотрела тебе в глаза, там на балу. Мы кружили в танце, вокруг было столько прекрасных женщин, а ты смотрел только на меня.Ты всегда смотришь только на меня, так тепло и ласково, что мне хочется поддаться, потерять голову, как в тот раз, когда мы целовались в шкафу… Вот только мои желания несбыточны. Джерард, обстоятельства сильнее нас…

– Обстоятельства? – повторил он, провел ладонью по ее лицу. Может он ошибся, может баронесса, имела в виду, что до реки несколько часов пути…

– Да, я нажила слишком много врагов, мне нужно закрепить свой статус свадьбой с Алистаром или получить поддержку короля, иначе окажусь вне игры. Прими это, для меня ты навсегда останешься другом, – пояснила она, отвернулась, тихонько выдохнула.

– Я смогу тебя защитить! – Джерард потянул ее к себе, снова посмотрел в глаза.

София улыбнулась, но на дне глаз плескалась печаль и горечь, она ласково провела пальцами по его щеке.

– Джерард ты готов ради меня начать войну с герцогом...

– Да, хоть со всем миром!

– Но я не приму от тебя таких жертв! – рявкнула она и понурила голову. Выдохнула, успокаиваясь и тише предложила: – Давай закончим этот разговор наверху. Прошу тебя! Мне все равно никуда от тебя не деться. Я же фрейлина ее Величества, – она улыбнулась и осторожно выбралась из его объятий, взяла за руку и повела вперед. Старательно разглядывая стены вдоль прохода.

– Здесь кладка выглядит иначе…

– И сыро тут, как будто рядом вода, – подтвердил барон.

– Смотри! – воскликнула София, поднесла факел к странному закутку и пламя неожиданно дернулась. – Там выход! – воскликнула она и принялась озираться по сторонам, в поисках какой-нибудь опоры.

– Я тебя подсажу, – предложил Джерард.

– Нет, ты ранен!

– Прекрати волноваться по пустякам, иди ко мне! – потребовал мужчина. – Факел скоро погаснет, а у нас не так много огнива, в темноте мы вообще ничего не найдем.

Фрейлина поняла, что спорить бесполезно, но не все равно медлила.

Затем швырнула, на землю узелок с факелами, сняла плащ, и даже туфельки.

– Стань на колено, я взберусь на плечо, потом залезу наверх и проверю что там! – Джерард спорить не стал, девушка оказалась легкой, к проему взлетела, словно птичка. – Пахнет сыростью! И камни тут держаться плохо! – и в доказательство своим словам, она вытолкнула, сначала один булыжник, затем второй.

– Конец видишь?

– Нет, впереди темно, дай факел! – эта ненормальная девица, забралась в щель ногами и теперь, свешивалась к нему вниз головой. Джерард стоял рядом и был готов поймать девчонку, в любой момент. София забрала факел и полезла дальше. Какое-то время слышалось только сопение, затем все затихло и стало больше похоже на шорох.

– София, где ты? – Джерард заволновался не на шутку.

Впереди, что-то громыхнуло.

– София!

– Здесь я, здесь! Сможешь забраться сюда, полностью ход я не проверила, но по ту сторону определенно другая пещера.

Джерард передал ей узелок с факелами, затем полез наверх. Плечо отозвалось резкой болью, мужчина ощутил, что рана вновь кровоточит. София довольно шустро пробиралась вперед, словно частенько лазила по вот таким вот мрачным закуткам, богом забытой пещеры.

– Береги голову, тут камень, – предупредила она и юркнула куда-то вниз. Джерард перебрался на другую сторону и окинул взглядом узкий тоннель. Пламя факела трепетало, это внушало надежду. София стряхнула пыль с платья и подошла к нему. – Как плечо?

– Нормально! – фрейлина одарила его таким сердитым взглядом, словно он дитя малое. – Сказано тебе все в порядке, идем! – он схватил ее за руку и повел вперед.

Коридор постепенно расширялся, вскоре они вышли в огромный зал, где-то впереди послышался странный гул.

– Что это?

– Подземные воды! – определил Джерард.

– Значит выход близко!

– Надеюсь! – София схватила его за руку и потянула туда, откуда шел звук. – Что ты делаешь?

– Надо промыть рану! Пойдем, – возражать мужчина не стал.

Надо сказать, что его представление о фрейлинах с каждым часом претерпевало изменения. Его помощница оказалась чем-то невообразимым, эдакая смесь шпиона, врачевателя и придворной дамы.

София остановилась возле широкого ручья, где по черной воде шла рябь и скомандовала:

– Снимай рубашку.

– Радость моя, ты просто удивляешь, своей непосредственностью.

– Мне сейчас не до шуток! Я увидела пятно, так что давай, иди сюда!

Мужчина улыбнулся, ему нравилась ее забота, нравилось смотреть, как она хмурит брови и как сердито сверкают ее глазки, но больше всего он млел, когда теплые пальчики касались его кожи. Софию даже шрамы не смущали. Еще одна юбка пошла на лоскуты. Вода в реке оказалась не просто холодной, а ледяной. Благодаря этому, девушка быстро остановила кровь и промыла рану. Затем снова сделала повязку и потребовала:

– Пойдем!

Джерард нахмурился, он видел, что девчонка устала, вон даже руки подрагивают.

– Нет, тебе надо отдохнуть, если ты свалишься, пользы от этого не будет.

Фрейлина мотнула головой.

– Больше пройдем сегодня, меньше придется идти завтра. Хочешь сидеть тут, сиди, но без меня.

– Да, что же ты такая упрямая!

– Предлагаю идти вдоль реки, должна же она где-то выходить на поверхность.

Пещера оказалась большой. Боковых ответвлений Джерард рассмотреть не мог, единственная надежда, что вода выведет наружу. Шли, молча, берегли силы, но усталость давала о себе знать.

Сколько времени они блуждали, сказать сложно, первый факел сменился вторым, а затем третьим. Фрейлина начала спотыкаться о камни, а Джерард почувствовал странное головокружение. Когда девушка споткнулась в третий раз, мужчина поймал ее в объятья и усадил на землю.

– Софи, пора отдохнуть!

– Полчаса не больше, хорошо? – напряженно спросила она.

– Нет, давай погасим факел и просто полежим, отдохнем! – глаза у фрейлины сделались перепуганными, она приблизилась к нему и коснулась ладонью лба.

– Горячий! – затем приложила пальцы к жилке на шее и замерла, вслушиваясь в количество ударов. – Слишком быстро! – Джерард наблюдал за ее метаниями, а потом поймал в объятья и заставил посмотреть в глаза.

– Что происходит?

– Ничего…

Он изогнул бровь, а девушка отвела взгляд.

– Так, чего я не знаю? – он подцепил пальцами ее подбородок и вновь посмотрел в глаза.

– Голова кружится? – вместо ответа спросила она.

– Нож был отравлен, – сразу понял Джерард, выдохнул устало и нахмурился. – Вот почему ты так волнуешься. Сразу поняла? – в этот раз София не стала увиливать, молча, кивнула. – Чем?

– Цикута или атропин.

– Ты еще и в ядах разбираешься, – он сгреб девчонку и прижал к себе. Джерарду не хотелось, чтобы она видела выражение его лица.

– Хвала богам, ты не пробовал, как я готовлю! Такой гадости ни у кого не получается, – он зарылся пальцами в ее волосы и улыбнулся. Хотя прекрасно понимал, что жить ему осталось день, ну может полтора. Потом горячка, бред и смерть. – Джерард, пожалуйста, пойдем. Я готова даже ползти вперед! Только не оставляй меня одну. Я же не выберусь без тебя.

Он погладил ее по спине, вдохнул аромат волос.

– Хорошо, моя маленькая, сейчас пойдем! – он неохотно разжал объятья, подошел к реке умылся ледяной водой, от этого немного полегчало.

Взгляд скользнул на лицо Софии, она переживала по-настоящему. Никто и никогда так о нем не волновался, в груди потеплело. Джерард улыбнулся и пообещал себе, если они выберутся – София станет его женой. Ее вранье потеряло значения. Ведь он любит ее такой, какая она есть. Ему нравятся все ее стороны, будь то невинная девочка или плутовка-обольстительница. От одной улыбки сердце начинает биться быстрее, хотелось смотреть на нее, обнимать и чувствовать аромат ее кожи. Мужчина улыбнулся, погладил возлюбленную по спутанным волосам, взял за руку и пошел вперед. Даже если ему осталось жить всего сутки, он умрет счастливым, рядом с ним самый дорогой человек.

– Все будет хорошо! Не бойся! – мужчина чуть сильнее сжал ее ладошку и поцеловал пальчики. Фрейлина замерла, а потом отвела взгляд, до боли прикусив губу.

– Я тебе верю.

Дорога казалась бесконечной, гул реки успокаивал, течение, судя по ряби, становилось сильнее, но выхода нигде не видно. Чем меньше оставалось факелов, тем сильнее дрожала рука девушки. Она держалась из последних сил, крепко сжимая горячую ладонь Джерарда, но все же страшный миг настал и угас последний факел, а еще, к тому времени, стало ясно, фрейлина не ошиблась с ядом, кинжал был отравлен цикутой. Дышать становилось все тяжелее, в теле ощущалась предательская слабость. Яд распространялся слишком быстро, пальцы начинали неметь, очень плохой признак.

Вместе с факелом угасли надежды. Мрак, превратился в монстра, дождался, когда последняя лучинка света затухнет и поглотил людей навеки.

Хотелось кричать. Девушка сжала руку Джерарда. Темнота больше всего на свете она боялась кромешной темноты и тишины подземелья. Если бы не Луц, она бы и шагу не смогла ступить, но рядом с ним у нее появлялись силы, чтобы идти вперед и бороться со страхом.

– Пойдем, прошу тебя, там впереди был ровный участок!

Джерард кивнул, голова кружилась настолько, что он уже давно не разбирал дороги, но ради Софии держался.

Десять шагов, потом двадцать, темнота угнетает, хочется упасть – сдаться. Тридцать шагов. Только так он мог сохранять остатки разума и не поддаваться бреду, который подступал все ближе. Пятьдесят девять шагов, кажется, София что-то говорила, но голова разболелась, так что мужчина ничего не слышал. Сотню он отсчитал, потом сбился. Девушка тряхнула его за одежду, но он никак не отреагировал. Река бурлила и гудела, как растревоженный улей. Казалось, один шаг отделяет их от мира мертвых. Бежать некуда, промедление равносильно смерти. София сжала руку Джерарда, она была холодная, как лед. Мужчина еще стоял на ногах, но его уже бил озноб, дальше будет хуже.

– Джерард, я не дам тебе умереть! – пообещала девушка и вместе с ним бросилась в ледяную воду.

Кожу обожгло болью, словно в нее вонзили тысячи иголок. Течение потянуло на глубину, девушка обхватила руками барона, страшась его потерять, и доверилась стихии.

Легкие горели огнем, когда вода посветлела. София разлепила глаза и что есть мочи заработала руками, ногами. Вот оно спасение. Ну же! Ну же! Еще чуть-чуть! Поверхность приближалась мучительно медленно, воздуха почти не осталось, дикий страх заворочался в душе, она забилась словно птица, пойманная в силки, но руку Джерарда так и не разжала, а потом водяная стихия выпустила из своего плена. Девушка глотнула воздуха, и что есть мочи заорала: Помогите!

Эхо подхватило крик, разнося во все стороны, птицы вспорхнули ввысь. София подтянула мужчину к себе и погребла к берегу. Молясь о том, чтобы у нее хватило сил иначе, они утонут вместе, потому что бросить его на погибель она не сможет.

К счастью, проверять ее решимость не пришлось, утопающих заметили рыбаки. Они примчались на помощь, вытащили купальщиков из ледяной воды. Софию колотило, но девушка, словно не замечала этого.

– Целитель, где-нибудь, рядом есть целитель? – требовала она, вцепившись в рубаху незнакомца.

Тот вначале попятился, думал, девица спятила, потом кивнул.

– Гребите! – рявкнула фрейлина и бросилась к Джерарду, принялась делать массаж сердца.

Дорогу от реки до хижины целителя, София не запомнила. Пришла в себя лишь тогда, когда посторонний потянулся к жилке на шее Джерарда. Девушка перехватила запястье, встретилась взглядом с бородатым стариком в чистенькой, поношенной одежде.

– Он еще жив!

Старик кивнул и осторожно высвободил руку от безумной девицы.

– Будь, по-твоему, несите в дом, – вот тогда на ее испачканном лице появилась улыбка, она спрыгнула с телеги на землю и босиком помчалась в дом.

– Сюда его на кушетку! – девушка положила ему руку на лоб. – Жар, он скоро начнет бредить.

София остановилась, плечи на миг поникли, затем она сжала кулачки и уставилась на склянки с непонятным содержимым, перевела очи на старика. Сделала несколько глубоких вдохов, выровнялась и уже спокойным голосом спросила.

– Мне нужны ингредиенты для противоядия, я могу на вас рассчитывать?

Лекарь только теперь признал в безумной девице коллегу.

– У вас мало времени, поторопитесь, чем смогу помогу, но его душа уже почитай в руках Пресветлого.

– Он только мой! – криво ухмыляясь, заявила София и бросилась разжигать печь.

Все решиться сегодня, и она сделает все, чтобы Джерард остался здесь, пусть даже не с нею.

Глава 21. Истинный злодей

– Убей, убей их всех! – кричал старец, брызжа слюной. – Ты должен убить их! ВСЕХ.

Генрих стиснул зубы и снова пробежал глазами исписанные строки, смысла он не понимал, но старался сосредоточиться, чтобы вытеснить из собственного сознания проклятого старикашку. О том, чтобы он заткнулся, можно даже не мечтать, а вот превратить его слова в шепот, такое иногда получалось.

– Убей, ты слышишь, убей! – взлохмаченный седой и совершенно безумный старик визжал у него в голове, топоча ногами от ярости.

Генрих закрыл глаза и попытался расслабиться, бороться бессмысленно, от этого будет только хуже, вон уже голова горит, словно на виски положили раскаленный обруч. Через минуту носом пошла кровь, принц зашипел и вытащил из кармана платок, помянув недобрым словом Джерарда Луца и его подельника. Оба сгинули в подземелье, но проблем не убавилось. Теперь вот лысый зашевелился, собирает горстку верных людей, явно готовит покушение. Хорошо еще, что святош не позвал. Генрих услышал новости, когда гвардейцы перешептывались у дверей. Измученное сознание сразу отыскало способ избавиться от Де Вильма, а гаденький голосок безумца нашептывал, что можно убить еще и короля, а затем все свернуть на герцога.

Голова заныла, руки начали неметь, еще немного и начнутся судороги. Генрих поднялся, пошел и лег на кровать, сунул в рот кляп. Боль накатывала волнами, кроваво красные пятна застилали взор. С каждым годом становилось все хуже. Принц подозревал, что очередного приступа он может просто не пережить. Порой одолевала мысль – скорее бы все закончилось.

Пленник собственного разума, он даже поведать никому не мог о своих бедах, проклятый старикашка все предусмотрел, даже попытку самоубийства. Одна мысль и Генрих отправляется в страну грез. Тело выгнуло дугой, руки ноги затряслись, ощущение такое, будто мышцы выкручивают. Принц заорал сквозь кляп, в груди горело так, словно на нем костер разожгли. Еще миг и боль стала просто невыносима, мужчина затрясся, но вскоре обмяк, нахлынуло беспамятство. Но даже оно не стало спасением, Генрих вернулся в застенки давно почившего мага разума. Это место было копией того, где его держали в детстве без малого целый год.

– Ты снова здесь, мой маленький друг, – спокойно произнес маг. В сновидениях мучитель еще не превратился в безумца, просто изможденный человек худой, бледный, с выпуклыми глазами и седой паклей на голове. Принц знал его имя – Винсент Наварро. Когда-то он возглавлял департамент дознавателей. Лучший маг разума во всем королевстве. Верою и правдою служил прадеду Генриха. Во всяком случае, так утверждал старик, пока удерживал малолетнего принца в подземелье.

Все изменилось в один день, даже в одну ночь. Маги взбунтовались, сняли ранговые знаки отличия, которые служили рабскими ошейниками. Людвиг счел это предательством. Старые договоренности утратили силу. Чем руководствовался прадед, Генрих до сих пор не мог понять, но факт остается фактом, король отдал четкий приказ – убить выживших дознавателей. Винсент Наварро в ту ночь потерял жену и маленьких дочерей, но сам выжил. Генрих знал, как старик обманул смерть, слушал исповедь очевидца. Глава дознавателей возненавидел не только Людвига, но и всю королевскую семью. Он годами вынашивал план, простой и вместе с тем гениальный. Наследник короля Людвига, должен был расправиться со всей семьей. Кто станет подозревать кронпринца?

– Ну, что же ты заупрямился? – старик сложил руки на груди и поглядел на пленника, даже сейчас будучи всего лишь кошмаром, он подавлял волю Генриха. Словно в темнице оказался не взрослый мужчина, а все тот же семилетний пацан. – Думаешь, получится прятаться вечно? Нет, Генри, даже черная магия тебя не спасет.

– Ложь!

– Я исследовал демонов, хотел сделать одного из них оружием возмездия, но они слишком ограничены, волей хозяина. Я умру – демон исчезнет, разве это справедливо?

– Моя семья непричастна к гонениям, – чуть не плача повторял принц. – Это ошибки прадеда.

– Ошибки, – протянул старик и на дне глаз зажглись огоньки безумия, он схватил цепь, которой был прикован пленник, дернул вверх вынуждая Генриха встать на колени. – Тогда почему моя семья за них расплачивалась? Чем провинились мои дети? Ты – выродок с королевской кровью, это ты должен расплачиваться за ошибки прадеда. Ты и вся ваша семейка. Ты выполнишь задачу, тем более осталось убить только брата, – глядя в глаза, произнес маг. – Я хочу, чтобы все вы сдохли, один за другим.

Генрих все еще пытался бороться с той черной сущностью, которую создал в его душе проклятый колдун. Он вкладывал свою ненависть в мальчишку, закреплял в сознании, холил и взращивал ее, а после вернул во дворец маленького монстра.

Все казалось чужим, фальшивым. Ненависть огнем жгла сердце и Генрих терял над собой контроль. Он помнил, как украл из серпентария змею и принес в королевские покои, но вместо принца пострадала служанка. Мальчишке стало ее жаль, но проклятье вытеснило это чувство. И вот маленький принц достал яд, он много знал о ядах, Винсент побеспокоился об этом. Вылил целый флакончик в крем для торта, но никто кроме повара не попробовал его. Генрих видел, что произошло с беднягой, он хотел помешать, остановить, но не мог, проклятье связало по ногам и рукам.

Худшее ждало впереди. Как-то раз они втроем сбежали с занятий, чтобы прокатиться на лошадях. В детстве братья были теми еще егозами, стоило слугам упустить их из виду, как начинался хаос. План созрел, когда Бенедикт предложил развлечься. Старший принц раньше всех пришел в конюшню и надрезал подпругу на сбруе лошади, а затем еще и накормил несчастное животное беленой.

– Дик, ты обещал, что на этот раз уступишь мне своего рысака! – Александр, был младше близнецов всего на год, но деятельный и непоседливый характер превращал его в главного затейника всех шалостей. – Ну, правда, тебе что жалко?

– Алекс, твой Ветер той же породы! – ворчал Бенедикт, он любил дразнить младшего. – Вон лучше у Генри попробуй выпросить Мрака!

Младшенький с опаской покосился на черную громадину, которую ласково поглаживал Генрих. У Мрака вздорный нрав, он кусался, лягался и никого не подпускал к себе, кроме старшего принца. Зверь, а не конь. Слуги его между собой называли исчадием бездны и старались обходить стороной.

– В следующий раз, – ухмыляясь, пообещал принц и уже едва слышно добавил: – наверное. Ди-и-к, ну пожалуйста! – услыхав эти нотки, Бенедикт поморщился и кивнул. – Ура!

Тогда они последний раз катались на лошадях втроем. По пути конь взбесился и понесся вперед, не реагируя на поводья. Александр был хорошим наездником и знал, что нужно делать, возможно, он даже удержался бы в седле, но подпруга лопнула, и он рухнул на землю. Первым к брату примчался Бенедикт. Принц лежал на траве без сознания, возле уха растекалась кровь.

– Алекс, Алекс! Кто-нибудь на помощь! – закричал принц, а потом повернулся к Генриху. – Зачем?

– О чем ты? – округлил глаза брат, прикидываться бывший дознаватель тоже научил.

– Хватит врать! Я видел, что ты ошивался возле моего коня!

– Я не… – договорить он не смог, брат врезал кулаком в лицо. Генрих даже не пытался защищаться.

– Хотя бы признайся честно! Алекс наш брат! – принц схватил старшего за лацканы кафтана и хорошенько встряхнул. – А теперь он умирает из-за тебя! В чем я ошибся?

– Во всем, – равнодушно солгал Генрих и тут же схлопотал удар в лицо.

– Правду! – потребовал Бенедикт, в этот самый миг братья сделались похожи, как две капли воды. Их ярость, гнев, боль одинаково отразились на лицах. Злая личность Генриха увидела возможность и в тот же миг он напал на брата. Врезал кулаком по лицу от всей души, Бенедикт боролся, но силы оказались неравны!

– Хочешь убить и меня? Да, Генри? – спросил он, лежа на земле и глядя на брата одним глазом, потому что другой начал заплывать. Генрих сжал кулаки, голоса в голове требовали добить, но он сопротивлялся настолько отчаянно, словно его собственная жизнь висела на волоске. Из носа хлынула кровь, в голове звенело так, будто под черепушкой подвесили храмовый колокол. Волосы начали седеть, а глаза сделались абсолютно белыми. Бенедикт воспользовался моментом, дотянулся до камня на земле и стукнул брата по затылку.

Очнулся Генрих в собственной комнате и очень этому удивился. Он раскрыл себя перед братом, убил Александра, так почему все еще жив? Вскоре пришел Бенедикт.

– Ты должен был сдать меня, – изрек старший принц. Бенедикт молчал и даже не смотрел на него. От этого на душе сделалось особенно мерзко. – Скажи, что-нибудь!

– Алекс жив, но вряд ли очнется – Генрих побледнел, он осознавал, что натворил, но не мог ничего исправить. Даже попросить прощения не мог. Душу разрывало на части. Принц сжал кулаки и с яростью посмотрел на брата. Ничего сказать он не мог, даже попросить о смерти, боль в голове нарастала, скоро она станет невыносимой. – Я сказал, что это моя вина.

– Почему? – вопрос дался с трудом.

– Ты мой брат, ты часть меня! – Бенедикт сказал это, глядя ему в глаза. – С этого дня я буду готов к нападению, а еще я буду тебя защищать, если понадобиться даже от тебя самого.

– Ты пожалеешь об этом.

– Может быть, но братоубийцей не стану!

– Жалкое обещание, что же ты за него так держишься? – темница в сознании никуда не делась, а проклятый маг слышал каждую мысль.

– Он мой брат!

– И он умрет! – заключил Винсент, затем растянул губы в безумной ухмылке, наклонил голову на бок и закричал противным каркающим голосом. – Они все умрут, убей, убей их всех!

– Генри! Генри, очнись! – кто-то тряс его за плечо. – Прошу тебя, очнись, ты мне нужен! Генри!

Мужчина открыл глаза, не сразу сообразив, где находиться. Повернул голову и увидел рыжеволосую красавицу. Она сидела на его постели и тормошила за плечо. Глаза фрейлины лихорадочно блестели. Мужчина тряхнул головой, что-то показалось неправильным.

– Да приди, наконец-то, в себя! – крикнула Маргарет и хлестнула рукой по щеке. Принц схватил обнаглевшую девчонку за локоток и подтянул к себе.

– Я спускаю тебе с рук многое, но не забывай свое место! – она растянула губы в улыбке, словно ей нравилась его грубость. Впрочем, возможно так и было. Генрих до сих пор не смог постичь эту женщину. Его самого притягивала ее внешность. Эти огненно-рыжие волосы, мягкие, словно шелк и синие глаза. Как же с ней хорошо в постели. А вот его темную половину души привлекала вовсе не красота Маргарет, а ее кровожадность и ненасытность. Она приносила жертвы демону и получала от этого какое-то изощренное удовольствие. Принц видел, как жрица в последний миг освобождала жертву, искушала свободой. Люди ей верили, пытались уйти, но в тот же миг их настигал демон, рвал на части, а Маргарет стояла и смотрела на искореженные болью лица, смотрела, как в глазах угасает надежда и улыбалась. Эта улыбка была до боли знакома, так улыбался безумный Винсент Наварро, когда узнал, что Генри убил отца.

– Рада, что ты пришел в себя.

– Чем обязан? – принц сменил позу, так чтобы девица оказалась в его объятьях. – Хочешь развлечься?

Девушка провела пальцем по плечу Генриха и улыбнулась лукаво так, что на правой щеке появилась ямочка, прямо как у ребенка.

– Не успеем, – принц вопросительно изогнул бровь. – Сюда идет король. Помнишь, я говорила, будущее неизбежно!

– Что? Мы так не договаривались! – Генрих оттолкнул девицу, она хохотнула и поднялась с постели.

– А мне плевать. Ты убьешь короля!

– Нет! – процедил сквозь зубы Генрих, сжал кулаки, так что костяшки побелели, а боль вновь напомнила о себе. Девушка стояла и смотрела на принца все с той же по-детски милой улыбкой на губах. Потом рассмеялась. У нее очень приятный смех, низкий и грудной.

– Ты убьешь Бенедикта! – воскликнула она и закружила по комнате, словно танцевала вальс.

– Он, как и я в твоей власти, зачем его убивать? Ты не сможешь занять трон.

– Я хочу, чтобы он умер! – заявила Маргарет и скрылась за дверью в кабинет, напоследок одарив его требовательным взглядом. – Убей его! – не успели ее слова затихнуть, как в комнату ворвался Бенедикт.

– Ты! За всем этим снова стоишь ты!

Король пребывал не в себе, мало того, что явился к проклятому брату без охраны, так еще и подходил все ближе и ближе. Генрих виновато опустил голову, в руку скользнул кинжал из потайных ножен.

– Не надо…

Добрая сторона пыталась предупредить Бенедикта об опасности, но тот был слишком зол, чтобы услышать.

– Сколько еще это будет продолжаться? Джерард Луц пропал по твоей вине? Мне доложили, что ты последний, кто его видел. Что дальше? Возьмешься за герцога Де Вильма или Де Сеттера? Ты хоть представляешь, насколько они важны для короны?

Голос мага в голове звучал все громче, но Генрих боролся, сжимал рукоять кинжала и пятился назад.

– Мне посадить тебя на цепь, как пса? – в гневе вопросил Бенедикт.

Старший принц опешил, перед глазами встало темное подземелье, где держал его Винсент Наварро, а еще металлический ошейник, который сдавливал горло и толстая цепь, что тянула к земле.

– Нет! – прорычал Генрих, пелена ярости застелила глаза, в следующий миг он бросился на брата. Король даже отреагировать не успел, лезвие вошло ему в живот. Генрих бил снова и снова, кровь попала на лицо, она была теплой, вот тогда принц осознал, что натворил.

Бенедикт смотрел на брата, выпучив глаза, руками держался за живот, сквозь расшитый золотом камзол сочилась кровь.

– Браа-ат, – захрипел он и повалился на спину.

Нож выпал из ослабевших пальцев.

– Не-е-ет, – закричал раненым зверем Генрих, упал возле брата на колени. – Не умирай, – из глаз принца покатились слезы. Бенедикт из последних сил улыбнулся, изо рта потекла кровь.

– Проклятье, больше не властно над тобой? – прохрипел он, и взгляд короля остекленел.

– Бра-а-ат! – заорал Генрих.

Маргарет вышла из своего укрытия с улыбкой посмотрела на мертвого короля.

– Ты это сделал! – в ее голосе прозвучало восхищение. – Король мертв. Да, здравствует новый король! – и снова рассмеялась.

– Убью!

Генрих хотел оторвать голову мерзавке. Они ведь заключили сделку, он поставляет ей смертников, а она удерживает его от убийства. Солгала дрянь – смерть ей. Вот только подняться он не смог, голова взорвалась болью, а перед глазами появился сумасшедший маг.

– Мой мальчик, ты сделал это! Сделал! – кричал безумный старик, аж подпрыгивая. Ненависть, в конце концов, поглотила его разум. – А теперь ты будешь жить с мыслью, что это ты убил их всех. Всех до единого, род Ламберт умер из-за тебя!

Старик в его сознании все повторял и повторял эту фразу, но облик его тускнел и размывался, как ночной кошмар. Вскоре Генрих не смог разглядеть его лицо, потом худую скрюченную фигуру и наконец-то голос превратился в эхо. Стало тихо, непривычно тихо, а потом что-то обожгло щеку, сначала одну, потом вторую!

– Ваше Высочество! – незнакомый женский голос окликал его снова и снова. Мужчина, не открывая глаз, поймал руку. Его гостья не растерялась и врезала ему по лицу свободной ладонью?

– Хватит! – рыкнул он, открыл глаза и замер, на месте, где совсем недавно сидела Маргарет была другая фрейлина. Глаза принца округлились. – Невозможно. Ты не можешь быть здесь? Я отправил тебя в подземелье!

София улыбнулась и невинно повела плечиками, заодно освобождая руку.

– Вспомнили, значит, вы уже пришли в себя?

– Бенедикт! – принц побледнел, вскочил с пола и поглядел на свои руки, только, что на них была кровь брата, а теперь ее нет и тела нет. – Где он? Я же его убил! Убил? Сон, видение… Что это?

Принц прислушался к себе и замер – голос безумца затих, совсем. Вокруг царила такая желанная тишина, мужчина остолбенел. Ошалело поглядел на фрейлину, которой быть в этой комнате никак не может и спросил:

–Я умер? Что происходит? Где мой брат?

Девушка с прищуром поглядела на принца, подошла к окну, распахнула створки настежь и жестом поманила Генриха к себе. Принц медлил, боролся со страхом. Вдруг там, внизу, под окном тело мертвого брата. Вдруг он мертв? Подавив мерзкое чувство, он на негнущихся ногах подошел ближе и замер. Во дворе проходили учения, король вместе с канцлером, наблюдал за строем солдат.

– Он жив. Это, это правда? Это не сон? – мужчина схватил Софию за плечи и встряхнул. – Скажи, что это правда?

Вместо ответа она приложила руку к его лбу. Он рыкнул и оттолкнул ее ладонь.

– Я не сумасшедший. Ты! – протянул он, а затем метнулся к ней и схватил за шею. – Это все ты! Кто ты какая?

– Пустите! – царапая его руку ногтями, сдавленно попросила София. Принц опомнился, чуть ослабил хватку и требовательно поглядел. В этот момент он как никогда был похож на своего венценосного брата.

– Ваш брат в опасности, если Маргарет заподозрит…

Генрих тряхнул девчонку.

– Я спросил кто ты такая? – а в следующий миг его зрение как-то странно раздвоилось, и он увидел девушку совсем другой. Это случилось настолько неожиданно, что руки невольно разжались, фрейлина шустро удрала, отгородившись столом. Зрение пришло в норму, принц нахмурился, он не успел разглядели даже лица.

– Ты не…

– Надо же я не прогадала, у тебя действительно есть дар. Вот почему маг выбрал тебя, чтобы сделать оружием возмездия – ты подпитывал проклятье, собственным даром.

– Что? Не может быть, моя семья…

– У тебя не было ни единого шанса избавиться от проклятья, это все равно, что выжечь собственный дар. Безумие – вот твой удел!

– Кто ты такая?

– Союзник, – ухмыльнулась София, – если ты, конечно, желаешь избавиться от власти Маргарет.

– Как ты узнала?

– О проклятье Джерард поведал, дальше я сложила головоломку. Одного не пойму, на что уповает рыжая стерва. Надеется взойти на трон? А перед этим прикончит всех претендентов руками демона! – фрейлина скривилась. – А ты чем думал, когда согласился помогать ей?

– Она пришла после неудачного покушения на Бенедикта. Обещала ослабить проклятье, заткнуть безумного старика в моей голове. Взамен просила смертников. Если бы Луц выполнил приказ хозяина, мой брат умер бы, понимаешь! Я боялся за него, потому согласился. Маргарет провела ритуал на крови, тогда я не догадывался к чему все приведет. Обряд прошел успешно, а я фактически оказался в ее власти. Бенедикт тоже, но полагаю, он еще не знает об этом. Маргарет уберет со своего пути всех, кто возражает против ее брака с королем...

– А потом утопит королевство в крови, – закончила вместо него фрейлина, всплеснула в ладоши. – Замечательно в центре материка получить змеиный архипелаг с демонами, некромантами и кровавыми жертвоприношениями. Почему ты не пытался ей помешать?

– Как? Она диктует мне каждый шаг, я даже вас отправил на верную смерть не по своей воле! Но лучше вы, чем мой брат!

– Конечно, меньшее из зол и плевать, что другим людям пришлось платить за твою мягкотелость! Ну-ка возьми себя в руки! Ты двадцать лет сопротивлялся проклятью мага разума. Думаешь, какой-то демон сумеет подчинить тебя. Чушь! Теперь ты можешь легко вытиснить его из разума. Хватит покоряться чужой воле! Помоги мне и станешь свободен.

– Маргарет я уже помог, а чего хочешь ты? – полюбопытствовал принц, сложив руки на груди.

– Мне нужен экзорцист.

– Канцлер должен был привезти!

– Не привез, предполагаю, маменька твоей любовницы скормила их демонам. Экзорцисты почувствовали активность темной силы, разделились с отрядом Риккарда и сгинули, как раз неподалеку от родовых земель графини Де Уотан. Вся надежда на тебя!

– Но я не знаю, что нужно делать! Я не владею знаниями!

София закатила глаза к потолку и пробормотала под нос проклятье на вестфальском.

– Ошибаешься! Маг, который проклял тебя, по сути, поместил свою проекцию в твое сознание. Когда-то я читала о нем. В Содружестве его считают основоположником целой научной ветви. Понимаешь, что это значит, он часть тебя, вместе со всеми своими знаниями…

– Что?

– Закрой глаза, расслабься и подумай! Ну! Вы единое целое! Думай!

Генрих замер, а через несколько минут открыл глаза и недоуменно уставился на Софию.

– Я знаю, – прошептал он, – знаю, как уничтожить демона! – фрейлина улыбнулась и кивнула.

– Отлично! Зови Маргарет, отберем у нее якорь, который удерживает демона в нашем мире. Потом она твоя.

– А в чем твой интерес?

– Месть, – прошипела София.

– Мне жаль барона Луца, – изрек принц, а девушка жестом приказала умолкнуть.

– Слова ничего не изменят. Я хочу голову рыжей твари. Зови ее сюда!

– Ты же понимаешь, что как только она окажется в западне, призовет демона.

Фрейлина улыбнулась.

– Жду с нетерпением! зови ее и постарайся раньше времени не выдавать себя, – попросила София и спряталась в кабинете.

Маргарет пришла через тайный ход, вошла в спальню через смежные двери и с недовольством посмотрела на принца.

– С каких пор ты вызываешь меня к себе?

Девушка выглядела так же, как в недавнем видении, те же завитые локоны и даже синее, атласное платье с белым кружевом на воротнике было таким, каким он его запомнил. Генрих потянулся ладонью к фрейлине, провел пальцами по нежной коже. Заглянул в синие глаза и вдруг опешил. Как он мог любить ее? В синих глазах царствовала стужа. Девушка прекрасна, как фарфоровая куколка, но чувств в ней не было, словно кто-то давным-давно выпил ее душу.

– Маргарет, – прошептал он, надеясь, увидеть в ней хоть что-то человеческое. Фрейлина изогнула бровь, поморщилась.

– Не время для утех. Эта тварь, София Фон Герц, провела всех нас. Она жива, лобызается с маркизом у всех на виду. А ты клялся, что убил ее, вместе с бароном.

«Чудовище, я любил чудовище!» – от этой мысли стало невыносимо горько. Ради брата он покорился монстру, неужели он был настолько слеп или всему виной постылое прошлое, в котором он погряз вместе с Винсентом. Сколько лет он прятался вместо того, чтобы раз и навсегда покончить с проблемой. Пора провести работу над ошибками и начинать решать проблемы, а не горевать над ними.

Генрих провел пальцем по щеке красотки.

– Прощай, Маргарет! – шепнул он и схватил фрейлину за горло.

– Пусти! – прохрипела девица. Приказ ужалил словно плетью, но принц не ослабил хватку, вот тогда в глазах рыжей мерзавки показался страх. Она вспомнила, каково это быть жертвой.

– Умр… – договорить она не успела, сзади подскочила София и сунула в рот кляп! Силком завела руки жрицы за спину и стянула бечевкой. Тогда фрейлина попыталась ударить, Генриха ногой, но тоже не преуспела. Баронесса схватила статуэтку с тумбочки и приголубила ею мерзавку. Маргарет обмякла.

– Ты знаешь, что служило якорем? – требовательно спросила София, опустилась рядом с девицей. Она сноровисто обыскивала фрейлину. Сорвала амулеты с шеи, сняла кольца, вытряхнула из карманов содержимое.

– Нет! Но демон идет сюда, я чую.

– Задержи его, пока я ищу! – потребовала фрейлина.

Перехватила статуэтку поудобнее и начала колотить ею побрякушки. Несколько амулетов вспыхнули пламенем и осыпались на ковер горсткой пепла, остальные просто сломались. Принц хмыкнул, а потом его глаза сделались белыми, а воздух наполнился странным запахом, такой бывает после грозы.

Демон, как и полагается, возник из ниоткуда, черным вихрем соткался прямо посредине комнаты.

– Снова ты!

– Мы! – поправил принц и воздух вокруг него задрожал.

Выходец из другого мира взревел, пламя окутало его, а потом встало дыбом и хлынуло волной на принца, но разбилось, о невидимую преграду. Генрих сохранил спокойствие, будто каждый день сражался с богомерзкой напастью. Его низкий голос растекался по комнате, воздух вдруг сделался густым, как желе. Двигаться было невыносимо трудно. София продолжала поиски, одно за другим срывала украшения, перчатки, сережки браслеты, даже шпильки вытянула, но все это не то.

Демон понял, что не сможет справиться с магом, потому бросился к беззащитной фрейлине. София как раз догадалась посмотреть на поверженную противницу колдовскими глазами. Мир изменился, краски угасли, зато она увидела, на груди под платьем сияла странная брошь, от нее веяло черной магией.

– Нашла!

– Берегись!

Фрейлина буквально отпрыгнула в сторону и черное пламя ударило в ковер рядом с ней.

– Ах ты…

Она потянулась к броши, выдрала ее вместе с куском платья.

– Гори в аду! – пожалела София и драгоценность расплавилась у нее в руках.

– Ut Ecclesiam tuam secura tibi facias libertate servire, te rogamus, audi nos! – голос Генриха прогремел подобно грому. Следом стены задрожали от рева демона, комната заполнилась черным, вонючим дымом, смердело серой, а потом стало тихо.

Солнышко с недоумением заглядывало в открытое окно, будто укоряло, мол, что это вы устроили, посреди белого дня. София мотала головой сидя на полу, растирала лицо руками. Генрих, смотрел на нее и улыбался.

– Ты оказалась права, я действительно много знаю, только тебя разглядеть, никак не получается.

– Так и было задумано, – отвечала фрейлина, поднимаясь, поглядела на тело возле ног, по виску Маргарет стекала кровь, но мерзавка до сих пор жива.

– Значит все кончено? – он спрашивал с недоверием, наверное, ему казалось, что он видит чудесный сон. София подошла ближе, взяла за локоток и кивнула.

– Вы правы, ваше Высочество!

– Ты спасла королевство, – София прикусила губу, на какой-то миг, превращаясь в бесхитростную девицу, а потом отрицательно качнула головой.

– Я не герой, я – злодейка.

И тут ее облик начал меняться, принц застыл от удивления. Мираж снова обретал четкость, складывался в другое болезненно знакомое лицо.

– Она же, – мужчина перевел взгляд на лежащую на полу Маргарет, затем снова поглядел на свою собеседницу. Внешне женщины были неотличимы. – Ты же… Да, кто ты такая?

Колдунья, принявшая облик Маргарет, не ответила, только улыбнулась.

– Знаете, в чем вся прелесть демонической магии? Поводок рассеивается только спустя сутки…

Генрих потянулся к негодяйке, хотел свернуть шею.

– Замри! – он безропотно повиновался приказу.

– Чего тебе нужно?

– Ваше Высочество, окажите любезность, сопроводите даму в королевскую сокровищницу.

– Я не могу! – воскликнул Генрих, но тут же умолк, сообразив, что он был наследным принцем, значит, чары когда-то настраивали и на него. Ведьма знала, знала с самого начала и все рассчитала.

– Ты за это заплатишь! – прошипел он, колдунью угроза не впечатлила, она потянула мужчину к выходу. Наконец-то, эта беготня закончится, и она получит то, зачем явилась.

Глава 22. Расплата

Джерард закрыл глаза и мучительно застонал, скомкав в руках обрывок бумаги.

– Как она могла? – мысли вертелись в голове, но ответа не было.

Он очнулся совсем недавно, жар спал, тело ломило, даже руки тряслись. София ушла, оставив записку, где знакомым почерком выведено несколько слов: «Прости, я никогда не буду твоей. Забудь обо всем. Прощай». И это после всех признаний…

– Почему ты ушла?

Из раздумий вырвали шаркающие шаги. Лекарь подошел ближе, опустился на табурет.

– Не горюй, парень. Она тебя почитай с того света вытащила. Даже противоядие сварила, видит бог, я бы не справился. Девка – огонь.

– Она хоть что-нибудь сказала?

– Нет, – качнул головой лекарь, погладил бороду и предложил: – Тебе бы подкрепиться, одними зельями сыт не будешь.

– Сколько я здесь? – Джерард собрал силы в кулак и поднялся, тут же накатила слабость, в глазах потемнело, но на ногах он устоял.

– Сегодня четвертый день.

– Когда она ушла?

– Вчера ночью, как только ты дышать ровно смог.

Джерард скривился. Вот куда ее понесло? Решила вернуться в замок? Но ее ж поймают и припишут нарушение королевского приказа. Или не поймают? Мужчина вспомнил, как изловил Софию на лжи. Всему должно быть объяснение! К чему эта дурацкая записка? Тот поцелуй в подземелье, ясно дал понять, что он ей безразличен. Так что же случилось? Тревога не давала покоя. Джерард съел похлебку, не ощутив вкуса.

– Мне нужно идти! Дайте лист, я напишу расписку.

– Да, бог с тобой, – махнул рукой целитель, – не я тебя спасал, не мне и плату брать. Береги себя парень, надеюсь, зазноба твоя не зря старалась.

Джерард помрачнел, но принял слова с благодарностью, поклонился и поковылял во дворец искать Софию. В какой-то момент он понял, что ему наплевать на заговор и на короля. Единственное что волновало – куда подевалась неугомонная девица.

Отворить тяжелую дверь тайного хода удалось с трудом. Узкий коридор, утопающий во мраке, заставил поежиться, навевая воспоминания о подземелье. Дорога вывела в сад, от цветочного аромата разболелась голова. Джерард прикинул, как бы добраться до своих покоев, чтоб никому не показываться на глаза и свернул на узенькую тропку, ведущую в каштановый парк. Добрался до средины аллеи, когда услышал голоса и замер, узнавая обладателей.

– София, я тебя одну не оставлю! – голос Алистара звучал непривычно серьезно.

– Милорд, не надо, – Джерард подкрался ближе и смог рассмотреть, как фрейлина порывисто взяла маркиза за руки, посмотрела ему в глаза. – Я благодарна за беспокойство и за ваше участие, но я не могу и дальше принимать вашу заботу, это неправильно.

– София, ты, – Алистар подошел к фрейлине и чуть сильнее сжал ее ладошки, – мой друг, не прогоняй меня. Возможно, покушение организовал мой брат…

– Милорд, я не верю в это, он бы не стал с вами так поступать. Не вините его, заклинаю!

– София, тебя пытались убить!

– Боюсь, это не впервые и ваш брат к этому не имеет отношения.

– Что? Господи, почему ты молчала?

Джерард замер, пальцы сами собою стиснулись в кулаки. Ну, вот началось, теперь она Алистару пускает пыль в глаза. Зачем продолжать эту игру, если на самом деле не любит этого выскочку?

– Это всего лишь попытки меня запугать!

– Что это значит? Кому и зачем это понадобилось? Только скажи, и я…

– Милорд, – промолвила София, голос прозвучал так волнующе и так ласково, словно она шептала совсем другое слово, – вы, итак, дали больше, чем я могла мечтать! – Джерард воочию представил, как на ее щеках появляется стыдливый румянец. – Я благодарна вам уже за то, что вы здесь, рядом со мной. Не надо переходить черту, оставьте меня.

– Нет, не оставлю!

– Алистар!

– София! Я задыхаюсь от одной мысли, что ты можешь исчезнуть из моей жизни. Поэтому прошу, нет, умоляю, позволь защищать тебя. Неважно от кого, от брата, от барона или от самого короля! – маркиз улыбнулся и погладил фрейлину по волосам. – Не убегай от меня, я не причиню вреда. Ты мой лучик света! – его пальцы скользнули по щеке девушки, заставив ее улыбнуться. – Пойдем, сейчас нам лучше оставаться на виду! – Алистар взял ее за руку и повел за собой.

Неужели она прикидывается? Что вообще происходит? Нужно разобраться и как можно скорее.

***

Тьма окутывала дворец, крадучись за слугами, которые гасили лампады в служебных помещениях. Медленно и неумолимо она поглощала один этаж за другим, пока ее не спугнул яркий свет, льющийся из гостиной. Разумеется, для аристократов вечер только начался. Игроки лениво перебрасывались картами, обсуждали прекрасных дам и дневные сплетни.

Чуть дальше у камина зачитывал стихи молодой поэт, сыскавший благосклонность дам. Бедняга не знал, что причиной тому отнюдь не благозвучная поэзия, а его молодое, статное тело на которое благородные леди заглядывались, слегка прикрывая лица веером. Игра на грани приличия.

На алом диване в центре залы сидела женщина, в руках она держала пяльцы, несмотря на тусклый свет, старшая фрейлина тыкала иголкой в ткань, время от времени поглядывая на своих воспитанниц. Юным фрейлинам хватало одного грозного взгляда, дабы вспомнить, как надлежит себя вести благочестивым девицам. За диваном, возле самого окошка притаилась еще одна гостья, ее взгляд был устремлен в окно. Изредка леди оборачивалась, насторожено разглядывала придворных. Алистар до сих пор не пришел.

С востока приближалась гроза. Молнии расцвечивали небо, а ветер доносил раскаты грома. София вздрогнула, когда подошел слуга.

– Леди, – лакей протянул поднос, на котором лежал белый лист бумаги. Фрейлина покраснела, схватила записку и бокал вина. Сделала несколько глотков и развернула послание.

«Я все знаю! Зеленая гостиная. Жду. А»

После этих слов стало дурно, пальцы разжались, бокал выпал и со звоном разбился, вино расплескалось по паркету. В зале стало тихо, взгляды придворных устремились к Софии. Фрейлина побледнела и покинула гостиную. Сразу за дверью она подхватила юбки и помчалась вперед, но чем ближе подходила, тем сильнее убавлялась решимость. Возле двери фрейлина остановилась. Сердце грохотало, отдавая в висках, на щеках алел румянец, ладони вспотели, даже коленки позорно подрагивали. Фрейлина прикусила губу и потянулась к ручке, замерла, так и не коснувшись холодного металла. Сжала пальцы в кулаки и наконец-то решительно толкнула дверь.

Внутри царил полумрак, едва разгоняемый парой свечей. София прошла дальше, оглядываясь по сторонам. Где же он?

– Ты пришла, – изрек мужчина, поднимаясь с кресла.

– Милорд Луц, что вы здесь делаете?

– Тебя жду, – он медленно приблизился, внимательно разглядывая ее лицо, так словно увидел впервые.

– Но…

– Записка от меня.

– Вы меня обманули!

Барон подошел к ней вплотную и на смену возмущению пришел страх, сердечко заколотилось с новой силой. Вдруг это он избил Мартину, промелькнуло в голове. Джерард схватил за руку.

– Нет! – пискнула она, но мужчина властно обнял ее и накрыл губы своими. Одно единственное прикосновение, фрейлина даже не поняла, что произошло, а Джерард уже отстранился.

– Это была не ты, – шепотом произнес он, Софию бросило в холодный пот.

В этот самый миг скрипнула дверь, пришел еще один гость.

– Что здесь происходит? – спросил маркиз, увидев перепуганное личико Софии, выхватил оружие. – Луц! Мерзавец!

Джерард оттолкнул фрейлину в кресло, обернулся к ревнивцу, уклонился от первой атаки, а потом ударил по запястью, да так сильно, что Алистар выронил клинок. Поднять, разумеется, не успел, Джерард перехватил его ладонь, таким образом, что при малейшем движении возникала боль.

– Оставьте его! – фрейлина кинулась к Джерарду, изо всех сил толкнула его в грудь, защищая маркиза. Поступок обескуражил настолько, что барон разжал хватку. Девушка в тот же миг кинулась в объятья Алистара.

– София!

– Я все объясню! Я думала, это ты прислал записку, потому пришла...

– София, – на губах Алистара заиграла улыбка, он обнял ладонями ее лицо и подался чуть вперед.

– Все, что ты видел, не правда. Я не… – она замолкла на полуслове, встретившись взглядом с Алистаром. Он находился так близко, хотелось сделать последний шаг, наплевав на собственную гордость. Девушка боролась до последнего, но отстраниться не смогла.

– Моя София, – прошептал маркиз и все решил за нее, преодолел расстояние и накрыл ее губы поцелуем. Девушка подалась навстречу, обвивая руками его шею и отвечая на поцелуй. Все встало на свои места.

Джерард глядел на возлюбленных, а в душе закипала ярость. Все обман, с самого начала, как он раньше этого не заметил. А главное – кем была ЕГО София?

– Кхм-кхм, – фрейлина опомнилась и отпрянула от Алистара, мужчина улыбнулся, тепло и ласково, поймал ее руку и поцеловал пальчики. Затем обернулся к Джерарду, хмуро смерил противника взглядом.

– Ну и зачем ты все это устроил?

– Проверял подозрения.

– Какие?

Джерард сложил руки на груди и мрачно ухмыльнулся.

– Девушка за твоей спиной вовсе не та, кого мы видели на балу в день Солнца. Не так ли?

– Что за вздор? Ты головой ушибся? – маркиз обвел собеседника взглядом и поморщился. – Выглядишь как побитый пес. Куда ты запропастился? Де Вильм в ярости!

– Неважно, – махнул рукой барон, опустился в кресло и вперил взгляд в Софию. – Мои подозрения легко проверить. Леди Фон Герц, ответьте, кто вас спас от домогательств Вестфальского принца?

В комнате повисла тишина, нарушаемая только раскатами грома за окном. Пауза затянулась настолько, что даже маркиз обернулся и посмотрел на свою возлюбленную.

– София?

– Я… я… – сначала ее лицо побледнело, затем щеки стали пунцовыми, а на глаза навернулись слезы. – Меня не было в тот вечер на балу!

– Что? – Алистар повернулся к возлюбленной и мрачно поглядел на обманщицу.

Девушка вытерла слезы и попыталась объясниться:

– Рима меня усыпила белым порошком. Я тогда еще не знала, что это. Очнулась утром, думала, меня выставят из дворца, но все только хвалили за выступление. Я сначала не поверила, а потом нашла свое бальное платье, разорванное в клочья, – из глаз девушки снова покатились слезы. – Я не хотела обманывать, но если бы я заговорила, меня бы выгнали.

– Готов поклясться, что видел тебя на балу, я разговаривал с тобой! И речь шла о таком, чего никто больше знать не мог.

– Простите…

Алистар обернулся к барону и требовательно на него воззрился!

– Бал это только начало, – после этих слов фрейлину затрясло. – Леди, что вам известно об отношениях Изабеллы и Гюстава Дер Корбе?

– Ни-и-ичего, милорд, клянусь вам

– Причем здесь это?

– София первой узнала, о планах любовников и сообщила мне, – глаза маркиза гневно сузились.

– Это правда? Когда? Почему мне не сказала?

– Я ничего не знала, клянусь! – фрейлина сложила ладошки перед собой, ее взгляд молил о снисхождении.

– Но вы не удивились, когда я назвал Изабеллу заговорщицей.

– Разумеется, тем утром ее забрали гвардейцы, леди Натали этому не препятствовала. Значит, Изабелла совершила что-то непростительное, но я даже не подозревала, что она как-то связана с Гюставом. Не пойму, в чем вы меня обвиняете?

– Кем была ваша сообщница? Где она сейчас? Отвечайте живо!

– Что? – Алистар перевел взгляд на барона и на всякий случай заслонил спиной девушку. – Сбавь-ка тон, Луц, и расскажи все по порядку! Не возводи напраслину.

– Леди София, мне нужно знать имя сообщницы, если я ее не поймаю, за все проступки придется отвечать вам.

– Я ни в чем не виновата и ничего не знаю!

– Да, поймите же вы, наконец! – рявкнул Джерард, впервые в жизни повысив голос на леди. – Пока мошенница выдавала себя за вас, наворотила немало. В жизни не поверю, что вы ни о чем не подозревали. Думайте, мне помогут любые мелочи!

Алистар разглядывал барона так пристально, словно увидел впервые. Луц отчаянно пытался скрыть за гневом беспокойство. Придворный сердцеед нахмурился и вспомнил последние события. Джерард буквально увивался за Софией, хотя девушка не давал ему ни единого повода, но если предположить, что была еще одна девица, внешне похожая на Софию, тогда все становится на свои места. Бездушному лорду вскружила голову мошенница, а потом сбежала. Бедняге оставалось только посочувствовать.

– И что же она натворила? – доброжелательно спросил Алистар, опустился в кресло и потянул фрейлину к себе. Барон насторожился. – Кажется, начинаю догадываться. Мой брат, как-то учинил допрос Софии, он уверял, что обличит ее во лжи. Полагаю, Аристарх спутал ее с другой женщиной.

– Совершенно верно.

– А еще мой брат утверждал, что София, спасала вашу жизнь, лорд. Так что это вы ее сообщник и оправдываться придется вам! – барон воззрился на недруга исподлобья, фрейлина не вытерпела этого взгляда и невольно приникла к маркизу в поисках защиты. Мужчины мерялись взглядами, потом Алистар неожиданно усмехнулся: – Кто бы мог подумать, ты – влюбился в аферистку.

Джерард скривился, устало откинулся на спинку кресла, а потом заговорил:

– Они похожи, как две капли воды, тот же взгляд, осанка, жесты. Она прекрасно знала все, что происходит во дворце, в том числе и в коридоре фрейлин. Понимаешь, что это значит?

– Мошенница должна была постоянно крутиться рядом, – догадался Алистар, затем обнял свою фрейлину и покачал головой. – Как ты вообще понял, что тебя обманывают?

– Неудачное стечение обстоятельств. Мы раскрыли заговор и попались. Тогда же я заподозрил, что меня водят за нос, – Джерард улыбнулся. – Знаешь, эта женщина все время утверждала, что ее цель – ты.

– Я?

– Он? – возлюбленные переглянулись.

– Да, она говорила, что все усилия только ради того, чтобы ты обратил на нее внимания. Раньше у меня не было причин сомневаться, но, когда я поймал ее в покоях принца Генриха. В общем, легенда рассыпалась как карточный домик. Она вытащила меня из подземелья и пропала.

– Призрак, – догадалась София и побледнела. Взоры мужчин в тот же миг приникли к ней. – Лорд Луц, помните, мы беседовали с вами о призраке. Только он находился со мною рядом день и ночь, а последние несколько дней я больше не замечаю чужого присутствия.

– Вор погиб, я видел это собственными глазами! – но фрейлина мотнула головой.

– Нет, он… она появилась снова! – София вдруг покраснела до кончиков ушей и быстро заговорила. – Не знаю, кто она такая, но думаю, что эта особа хороший человек. Ведь она спасла меня от позора на балу, потом не давала выпить отравленный чай. Думаю, что и Луизу приструнила именно она, уж очень удачно упал тогда стражник, даже украденное ожерелье выронил…

– Но почему ты молчала? – рассердился Джерард.

Фрейлина потупилась и покраснела до кончиков ушей.

– Призрак, подкинул мне в комнату секретные документы и приказал молчать иначе, обо всем узнает стража, – мужчины переглянулись.

– Вот, что она делала той ночью в архиве. Но почему София?

– Когда найду ее, непременно спрошу, – заверил Луц, поднимаясь.

– А что вы оба делали в покоях принца Генриха? – полюбопытствовал Алистар, прежде чем барон покинул их теплое общество.

– Я искал того, кто поставляет во дворец дурман, она – охотилась на хозяйку демона, – Джерард задумчиво поглядел на фрейлину, первым делом по возвращению он пытался выяснить, где фаворитка короля, но не преуспел. Следовало воспользоваться последним вариантом. – Маргарет исчезла, вам что-то известно об этом?

– Исчезла? Я видела, как днем она разговаривала с гвардейцем в белой форме, потом ушла вместе с ним. Больше ничего! – девушка виновато развела руками. Луц изменился в лице, бросил взгляд на часы.

– Скоро полночь! Если она у них…

– Куда ты? – Алистар насторожился, а в голосе прозвучало беспокойство, теперь, когда выяснилось, что Джерард не претендует на внимание Софии, маркиз даже сочувствовал бедняге.

– В покоях Генриха есть алтарь, если они ее поймали, то принесут в жертву этой ночью.

– С ума сошел? Как ты туда проберешься?

– Есть пути…

– Стой! – Алистар подошел к бывшему недругу. – Постарайся не натворить дел, тяни время. Я свяжусь с братом и Робертом. Мы придем на помощь. Если Генрих как-то связан с идолопоклонниками ему – конец.

– Спасибо, – произнес Джерард и протянул маркизу руку, Алистар крепко пожал ладонь.

– В обмен, прошу тебя, сохрани тайну Софии. Никто не должен знать про бал!

– Даю слово!

Барон помчался к потайному ходу, который показала обманщица София. Несмотря на обещание вести себя тихо, в покои принца он ворвался с оружием наголо и замер, потому что его встретила темнота и тишина.

– Что за? – мужчина направился в соседнюю комнату, там тоже было темно, а еще откуда-то доносился неясный шорох.

– Ваше Высочество? – после этих слов к шороху прибавилось невнятное мычание.

– София? – Джерард бросился искать пленницу, активировал световой кристалл и замер. На полу лежала женщина, лицо ее было в крови, руки и ноги связаны крепким Вестфальским узлом. – Маргарет…

Девица разглядела незваного гостя, побледнела и попыталась отползти. Джерард словно очнулся ото сна, в два шага добрался до мерзавки, схватил за волосы, вынудив посмотреть в глаза, вытащил кляп и спросил:

– Где она?

– Кто?

– София! – глаза фаворитки сделались круглыми от удивления.

В соседней комнате послышался шум, потом раздались шаги. Мужчина дернул пленницу за волосы, приставил к ее горлу кинжал.

– Что вы с ней сделали?

– Лорд Луц, убрать оружие! – рука дрогнула, на шее бывшей фаворитки остался кровоточащий след. На пороге стоял король, за его спиной маячили телохранители, а рядом был Генрих.

– Ваше Величество, ваш брат…

– Молчать! – велел Бенедикт, но едва его голос утих в комнату прибежали новые действующие лица. Охрана лысого герцога едва поспевала за своим господином, даже телохранители короля не сумели удержать вельможу.

– Ваше Величество, принц – предатель, идолопоклонник. У меня есть тому доказательства!

Звонкая тишина воцарилась в комнате, лицо Бенедикта исказила мучительная гримаса, но король быстро взял себя в руки. Прошел вглубь комнаты, опустился в кресло, даже не взглянув на связанную девицу. Сцепил пальцы в замок и посмотрел на Роберта Де Вильма.

– Вы пытаетесь оклеветать принца? Полагаю, у вас есть веские доказательства, в противном случае, я могу расценивать ваше поведение, как предательство! – после таких слов лицо первого советника перекосило, старик воззрился с негодованием на венценосного юнца. Бенедикт отвечал ему твердо, согласиться означало сдать брата святым отцам, для мучительной смерти. Молчание затягивалось, казалось молви сейчас кто-нибудь хоть слово и король велит отрубить ему голову.

– Ваше Величество! – с порога воскликнул канцлер, его волосы растрепались, а одежда выглядела смятой, словно он только что прискакал во дворец. – Мы взяли всех!

Бенедикт выдохнул и позволил себе откинуться на спинку кресла.

– Присаживайся брат! – предложил король, вызвав еще одну порцию негодования со стороны Де Вильма. Бенедикт этого не заметил, его взор скользил по рыжеволосой женщине. Маргарет вздрогнула, плечи невольно поникли. – Жрицу в казематы! – приказал король, вот после этого в глазах девицы вспыхнул ужас, она поглядела на приближающихся стражников, а потом на оружие в руке Джерарда и словно обезумев, бросилась на него. Барон молниеносно отвел руку в сторону. Тогда она уставилась на Генриха, в глазах плескалась ярость напополам с безумием.

– Я ни в чем не…

Стражники живо заткнули девице рот и выволокли из комнаты. На лице короля не дрогнул ни один мускул. Бенедикт обвел взглядом собравшихся. Джерард нахмурился, он не понимал, что происходит. Три дня назад Генрих был готов убивать ради рыжеволосой твари, а теперь отказывается от нее. И почему Бенедикт даже мысли не допускает, что его брат предатель идолопоклонник?

– В качестве жеста доброй воли, – молвив эту фразу Бенедикт посмотрел на герцога Де Вильма, – я позволю всем присутствующим выслушать доклад канцлера. Вам слово Риккард!

– Слушаюсь, Ваше Величество, – поклонился тот, украдкой взглянув по сторонам, он всегда понимал короля с полуслова. – Благодаря принцу Генриху мы сумели задержать преступных дельцов, распространяющих дурман по всей столице, а также пять сподвижников жрицы, которые помогали ей контролировать богомерзкую сущность и проносить дурман во дворец в обход стражи и защитных артефактов. Дознаватели проводят следственные мероприятия, дабы выявить возможных пособников. Святые отцы также изъявили желание участвовать в расследовании…

– Проснулись лодыри! С патриархом я позже обсужу всю степень разгильдяйства паладинов, прохлопали у себя под носом идолопоклонников! Уму непостижимо! – всплеснул руками Бенедикт. – Надеюсь, доклад лорда Форсберга избавил вас от желания оклеветать принца? – взгляд остановился на Роберте Де Вильме. Старик нахмурился, исповедь взглянул на Джерарда, король лихо разыграл партию, теперь даже если Генрих был как-то замешан в этом деле, доказать сие невозможно. Алтарь в его покоях будет выглядеть, как попытка втереться в доверие к жрице. Король это понимал так же хорошо, как и герцог. Старик натянул на лицо улыбку, чинно поклонился.

– Меня ввели в заблуждение, Ваше Величество, в оправдание могу лишь сказать, что беспокоился о вашем благополучии, мой король!

Впору восхищаться собравшимися в покоях принца интриганами, но Джерард только скрипнул зубами, спрятал нож и взглянул на дверь. Если мошенница не здесь, тогда где? И что ей было нужно? Обезвредить Маргарет? Чушь! Она изначально пыталась проникнуть в сокровищницу! Неужели у нее получилось? Но почему король ничего не сказал про ограбление? Джерард искоса поглядел на монарха, тот выглядел немного уставшим, но не растерянным.

– Радеете за порядок в королевстве, это хорошо, но советую не слишком усердствовать, лорд Роберт, поберегите здоровье! Теперь я хочу выслушать подробный доклад, все остальные – вон, – перечить никто не осмелился, Джерард мысленно обдумывал, варианты поимки воровки, неожиданно на пути у него встал телохранитель короля, всем своим видом намекая, что уходить он поторопился. Барон обернулся, оказалось, вельможи пристально его разглядывают. Джерард нахмурился, такое внимание не к добру.

– Чем могу быть полезен, Ваше Величество? – барон чинно поклонился, король вопросительно поглядел на брата.

– Признаться честно, я удивлен, что вы живы, лорд Луц? – вопрос загнал в тупик, Джерард с удивлением воззрился на Генриха. – Ваша очаровательная сообщница, была уверена, что вы погибли. Как вы это нам объясните?

Мысли крутились в голове. Что значит, была уверена? Она же сама его вытащила, тогда получается. Мошенница сделала все возможное, чтобы их никто не назвал подельниками.

– Боюсь, леди поспешила с выводами, я выбрался из подземелья, куда попал стараниями жрицы, – в последний миг Джерард все же упомянул о Маргарет, хотя с губ чуть не сорвалось имя принца. Король оценил, но вместо улыбки взгляд сделался колючим. Только что Джерарда занесли в список недоброжелателей, которые слишком много знают.

– Кем была ваша подельница, барон?

– Не ведаю, Ваше Величество! – с чистой совестью сознался Джерард. – До того, как попал в подземелье, я считал ее совсем другим человеком.

– Баронессой Фон Герц, я полагаю? – вмешался Генрих, на лице его отразилась досада.

– Пора расспросить фрейлину…

– Боюсь, это бесполезно, Ваше Величество! – обронил канцлер и тем самым привлек всеобщее внимание. – Что она украла на этот раз?

– На этот раз? – изогнул брови король. – Ты знаешь, кто она?

– Яган, – не то молвил, не то сплюнул Риккард, – если бы я чуть раньше догадался, кто к нам пожаловал, она бы наконец-то повстречалась с дыбой, – после этих слов рука Джерарда невольно потянулась к кинжалу, барон опомнился, но принц намеренье заметил, а вот король был слишком увлечен беседой.

– Поясни?

– Фальшивая баронесса боялась меня, жаль я тогда не разгадал причину. Пять лет назад, я грозился собственноручно отрубить голову Яган, когда она похитила волшебную арфу из храма. Неделю шел по следу, мой отряд дышал ей в затылок. В итоге она бросила артефакт и скрылась...

– Однако ты вернулся во дворец с пустыми руками!

– Все верно, Ваше Величество. Нас усыпили на обратном пути, наутро выяснилось, что артефакт пропал вместе с зачарованным мешком, – развел руками канцлер. – По правде говоря, до сегодняшнего дня, я не знал, что Яган – женщина. О ней ходит много слухов, но кто она доподлинно не знает никто.

– Значит, вернуть украденное не представляется возможным?

– Боюсь, что так, Ваше Величество? Разве что вещь всплывет на черном рынке, тогда мои люди попытаются ее выкупить.

– Амулеты магов разума на черном рынке?

– Позвольте уточнить, это амулеты дознавателей, которые скрывают от чар паладинов?

– Именно!

В комнате воцарилась тишина, лица первых людей королевства были мрачнее, свинцовых туч.

– Думаешь, колдуны что-то затевают? – спустя несколько минут спросил король.

– Не знаю, но непременно выясню.

Джерард шагнул вперед, почтительно склонился перед монархом и попросил:

– Ваше Величество, прошу у вас дозволения покинуть дворец!

– Зачем? – в голосе Бенедикта прозвучало любопытство.

– Хочу найти ее.

– Не льстите себе, лорд Луц, – насмешливо протянул канцлер, – Яган разыскивают по всему материку и далеко за его пределами, но даже Вестфальский мухабарат[1] не может ничего сделать. На что вы надеетесь? Воровка наверняка уже покинула столицу у нее почти день форы.

– Отправляйся, – неожиданно изрек Бенедикт, снял с пальца перстень и протянул барону, – если сумеешь ее поймать, награжу по-королевски, не сумеешь, покинешь дворец! – Джерард поклонился королю и вышел.

Глава 23. Афера для аферистки

Капли звонко стучали по мостовой, скатываясь с крыш. Гроза закончилась, ветер утих, небо едва порозовело на востоке, предвещая рассвет. По пустынным улицам разносился цокот копыт, одинокий всадник мчался во весь опор. Черный конь выныривал из темноты, аки демон из преисподней. Ездок выглядел зловеще, словно во время грозы отстал от своры лихих духов, которые ночь напролет резвились в небе, перебрасываясь молниями. Конь всхрапнул, поднялся на дыбы, ударяя воздух копытами.

– Тихо! – осадил мужчина, натягивая поводья. – Приехали! – и соскочил на землю.

Впереди возвышался гостевой дом, двери были заперты, ибо приличные горожане в такую рань еще сладко почивали. В руке гостя звякнули отмычки, простенький замок даже не сопротивлялся опытному взломщику. Дверь осуждающе заскрипела, но мужчина не заметил этого, прошел внутрь, окинул взглядом пустынный зал и направился прямо к лестнице. Каждая половица скрипела под его ногами, возмущаясь произволом незваного гостя, вот только никто не выглянул посмотреть, кто же это пожаловал.

На втором этаже, мужчина замирал возле каждой двери, прислушиваясь, потом со вздохом шел дальше. Пока не добрался до самой дальней комнаты, замер и потянулся за отмычками. Замок открылся так легко, будто сам хотел сдать хозяйку чужаку. Гость переступил порог, прикрыл за собой двери, положил на пол, исписанный колдовскими руками кристалл, затем подошел к спящей в постели девице. В полумраке комнаты сложно рассмотреть хоть что-то. Джерард вытащил из кармана металлические наручи, украшенные колдовскими символами, подкрался ближе. Хотел схватить негодяйку, но не успел, как только он приблизился на расстояние удара, девица вытащила из-под подушки кинжал и не глядя, ткнула ним в гостя. Джерард бессознательно выбил оружие из руки, схватил запястье.

– А-а-а! – утратив преимущество, девица подняла крик. Луц на миг оглох, потом заломил руку за спину, вынудив, перевернуться на живот и застегнул на запястьях кандалы.

– Вот теперь порядок! – заключил он, и по-хозяйски отправился искать свечи. Женщина на постели дергалась и сердито пыхтела. Джерард отыскал лампу, зажег фитиль, заулыбался в предвкушении, затем обернулся, да так резко, словно надеялся увидеть за спиной чудо, ага большого розового слона не иначе. Лицо его вытянулось. Слон и правда был, восседал на перинах и взирал на лорда сквозь темные спутанные волосы. Джерард разглядел полные щеки, два подбородка и пышную талию, совершенно незнакомой дамы.

– Ты кто таков будешь, милок? – бесцеремонно спросила женщина, разглядывая нарушителя.

Луц сглотнул, в голове мелькнула предательская мысль, что он ошибся.

– Чего замер-то? Чай дверью ошибся? Аль приласкать хочешь? – толстушка склонила голову на бок, чтобы получше разглядеть гостя, заулыбалась. – А ты хорош собой! – она говорила с едва уловимым восточным акцентом.

Мужчина скинул оцепенение и подошел ближе, внимательно разглядывая собеседницу.

– Ты ведь не душегуб, а? – на всякий случай уточнила женщина, и скосила взгляд на дверь, нахмурилась, увидав колдовскую цацку на полу и продолжила треп. – Давай договоримся полюбовно, а милок? Под кроватью ларь, там золото

Джерард протянул руку, убрал с лица толстухи волосы, заулыбался, как кот, объевшийся сливок, наклонился чуть ниже и, глядя в глаза, произнес:

– Нашел?

Женщина вздрогнула, карие глаза стали круглыми.

– Блаженный что ль, – шепотом буркнула дама, но так, чтобы Джерард услышал.

– Очередная обманка, да, Яган? – уточнил он, не сводя с нее глаз.

– Мое имя Динара Винтер, я – вдова…

– Прекрати, я знаю это, – барон махнул пальцами перед ее лицом, – очередной обман.

Толстушка округлила глаза.

– Послушайте, мил человек…

– Значит, вот как ты решила. Хорошо! – барон отвернулся, не в силах опять выслушивать ложь, колдовская метка четко указывала – перед ним та самая обманщица, с которой он недавно блуждал в подземелье. Джерард поднял с пола магический артефакт и сунул в карман своего плаща, затем набросил на плечи воровки. Женщина попыталась скинуть одежду, но ничего не вышло, барон успел застегнуть фибулу, тогда она заговорила, но в комнате не прозвучало ни слова. Щеки толстушки побагровели, она попыталась пнуть Джерарда ногой, но не преуспела даже в этом. Барон издевательски ухмыльнулся и быстренько обыскал комнату, украденных амулетов не было. Зато он нашел билет на корабль, дата стояла сегодняшняя. Ему несказанно повезло, что он не отложил поиски на несколько часов, тогда он бы не застал ее в городе.

– Сбежать, хочешь? Не выйдет! – мужчина в клочья разорвал билет и бросил кусочки на пол. Толстушка прожгла его ненавистным взглядом. Джерард подошел ближе, посмотрел на нее сверху вниз. – Где они? Где амулеты? – но женщина снова не повелась на уловку, только глаза округлила и плечами пожала. – Ладно.

Барон поглядел на пышнотелую даму, раздумывая, как будет тащить ее до лошади. Затем подошел ближе, обхватил руками и потянул к себе. Вот тут произошло чудо, дама оказалась легкой словно перышко, хотя с виду в ней не меньше двух центнеров весу. Не ошибся, он точно не ошибся, осознал Луц закинув ношу на плечо и придерживая за ноги, вынес ее из дому, усадил на лошадь и повез прочь. Какое-то мгновенья она сохраняла спокойствие, но едва Джерард расслабился, дамочка стукнула его затылком в челюсть и попыталась соскочить.

–Куда? – прошипел барон, прижимая преступницу к себе. – Еще одна такая попытка и дальше поедешь, лежа поперек седла! Поняла? Кивни в ответ! – воровка повела плечами и гордо вскинула подбородок, всячески демонстрируя, что плевала она на его приказы. Между тем Джерард чувствовал, как дама подрагивает – боится.

Впереди показать изогнутая крыша пагоды. Воровка завертелась, поглядела налево, направо, а потом замерла и с ужасом уставилась на храмовое строение. Луц понял, сейчас начнутся проблемы, прижал девицу к себе и пришпорил коня, сменяя аллюр. Воровка тщетно пыталась вырваться из крепких объятий, лицо утратило прежнюю уверенность, глаза лихорадочно блестели. Джерард остановил лошадь возле входа, спрыгнул на землю и стянул обманщицу. Девица времени даром не теряла, изо-всех сил наступила ему на ногу, а потом толкнула в раненое плечо, хотела задать стрекача, но была поймана.

– Уймись! – приказал барон, удерживая пленницу, заглянул в глаза. – Помнишь, я рассказывал тебе о том, как жизнь заставила меня сделать выбор, теперь твой черед! – девушка нахмурилась, что-то сказала, но артефакт в кармане плаща поглотил звук. Джерард ухмыльнулся и потащил ее в храм. Она упиралась изо всех сил, лягалась и что-то выкрикивала, но Луц не обращал внимания. Стоило им переступить порог храма, женщина замерла, плечи поникли, а потом с лицом и телом начали происходить метаморфозы. Джерард остановился и наблюдал, как кругленькие щечки толстушки начали оплывать и таять, словно лед на солнце. Пленница будто на миг спряталась за мутным стеклом, которое становилось все прозрачнее. Рябь закручивалась все сильнее, магия колдуньи боролась со священным местом и проигрывала. Размытый узор истаял, превратился в туман, затем перед мужчиной предстала миниатюрная девушка с короткострижеными волосами, плащ свисал до самой земли, слегка прикрывая босые ступни и шелковые шаровары.

Джерард подцепил пальцами остренький подбородок, вынуждая девушку посмотреть ему в глаза. У нее было простоватое лицо, тонкие губы и знакомы серые глазка, чуть раскосые, чувствуется Вестфальская кровь. Эти самые глаза Луц видел у мальчишки вора, когда гонялся за ним по лаборатории магов. Воровка обожгла его ненавистным взглядом и высвободила подбородок.

– Лучше бы ты просто меня убил, – выплюнула она, артефакт в кармане, как и любая другая магия, перестал действовать, только наручи еще крепко удерживали руки девушки.

Барон схватил ее за локоть и потащил вглубь к священной арке, что символизировала жизнь. Казалось, в храме больше никого нет, но это впечатление обманчиво. Как только они приблизились к огненным чашам, отворилась дверь иконостаса, оттуда вышел дьяк.

– Дети мои, – сонно молвил храмовник, окинул взглядом посетителей, нахмурился, увидав коротко стриженые волосы девицы, признак наказания за прелюбодеяние. – Какая нужда привела вас в столь ранний час?

– Мое имя Джерард Луц, и я хочу взять в жены эту женщину! – с этими словами барон отцепил с пояса внушительный кошель, затем чинно поклонившись, передал подношение дьяку.

– Сын мой, – молвил храмовник, изо всех сил пытаясь побороть искушение сребролюбия, – Пресветлый слышит твою просьбу, но согласна ли дева разделить с тобой все тяготы и радости жизни? Дочь моя, ответь, ты по своей воле вошла в храм господа нашего? – Воровка скосила взгляд на Джерарда, ее руки до сих пор были связаны за спиной. – Ежели тебя насильно привели, храм защитит тебя от посягательств. Не бойся, дитя, говори! – губы Джерарда невольно изогнулись в намеке на улыбку. Дитя, а вон короля и весь двор обвела вокруг пальца. Одно слово – плутовка. – Бог милосерден, а слуги его всегда окажут поддержку обездоленным.

Колдунья скривилась, а потом невольно засеменила к Джерарду и спряталась за его плечом. Тем самым, которое она подлечивала несколько дней тому назад. Мужчина улыбнулся.

– Вижу, согласие обоюдно, что ж. Подойдите ближе, дети мои.

Священник встал на отведенное ему место и начал ритуал, Джерард осторожно снял оковы с невесты и на всякий случай приобнял за талию. А то мало ли, с этой неугомонной станется удрать в самый ответственный момент.

– Возьмитесь за руки, подойдите к священному огню и поклянитесь друг другу в верности перед ликом Единого! – закончив с молитвами, скомандовал храмовник, Джерард поймал дрожащую ладошку своей избранницы и повел к чашам огня, склонился над ухом и шепнул:

– На этот раз обмануть не удастся! – затем он протянул руку к пламени, назвал имя и торжественно поклялся во всем, что полагалось соблюдать мужу. Священник требовательно перевел взгляд на девушку. Отступать было некуда, промолчать не удастся. Любой намек на то, что она не желает этой свадьбы и священник оставит ее в храме. Потом выясниться, что она ведьма и ее казнят священнослужители.

–Я Хасана Аль Гур, беру этого человека в законные мужья. Все!

– Попросите благословления, поднесите ладони к священному огню!

Джерард потянул невесту к чаше, силком вынуждая поднести руку к пламени. Оно вовсе не обжигало, скорее наоборот, чуточку холодило пальцы, после этого ладонь окутывало невероятное тепло, такое ласковое, что не хотелось отводить руку. Миг боли и вот на запястье образовался брачный узор.

– Поздравляю, дети мои, теперь вы…

Хасана не дослушала, освободила руку и пошла к выходу. Джерард поблагодарил служителя и догнал свежеиспеченную супругу. Девушка молчала и даже не пыталась сбежать, только пальчики то и дело сжимала в кулачки, зато выражение лица оставалось непроницаемым. Как только они вышли из храма, Хасана остановилась, повернулась лицом к мужчине.

– Зачем? – прошипела она.

– Хасана!

– Не смей произносить это имя! – рявкнула она, отвернулась, чтобы он не заметил выступивших слез и шагнула прочь.

– Хасана! – Джерард поймал ее за локоть, силой повернул к себе и обнял.

– Пусти меня!

– Даже не мечтай!

– Я сказала… – договорить он ей не позволил, прижал к себе и впился в губы. Хасана дернулась, пытаясь освободиться, но не тут-то было, мужчина не оставил ни единого пути для отступления. А его губы пьянили еще сильнее, чем прежде. Он был здесь, целовал ее, а не жалкую иллюзию, под которой она пряталась. Хасана подалась навстречу мужчине, о котором даже мечтать не осмеливалась. Вдруг она ощутила капельку свободы, но вместо того, чтобы отстраниться, руки бессовестно скользнули ему на плечи, притягивая еще ближе.

Джерард оставил в покое ее губы, обнял и прижал к своей груди. Два сердца бились в унисон.

– Я люблю тебя! – его признание прозвучало как гром среди ясного неба. Хасана дернулась, остервенело начала выбраться из его рук. – Не пущу! Что не так?

– Ты еще спрашиваешь? – всплеснула ладонями девушка. – Не меня ты любишь, а Софию Фон Герц, красивую, смелую и богатую. Вот только все это иллюзия, а настоящая я, просто – воровка, мошенница. При встрече ты бы меня даже не заметил! – мужчина улыбнулся, наслаждаясь ее негодованием. – Не вижу ничего смешного! – она принялась выдираться с удвоенной силой. Джерард крепче стиснул ее в объятьях.

– Прекращай ревновать меня к Софии! – после этих слов Хасана прожгла барона гневным взглядом, но в ответ получила довольную ухмылку.

– Кто тебя ревнует, ишь какой выискался! Пусти!

– Сначала выслушай меня! – потребовал Джерард, глядя ей в глаза и умолк. – Когда я понял, что все обман, был в бешенстве, а потом осознал, как много ты для меня сделала. Вернулся во дворец, хотел тебя найти, но встретил только Софию. Наивное дитя, она даже не подозревала, во что ты ее втянула. И знаешь, что? Увидев настоящую баронессу Фон Герц, я испугался, что никогда тебя не увижу. Хасана, ты словно заколдовала меня в тот вечер на балу. Я стал одержим тобою, до сих пор не могу выбросить из головы твой смех, лукавый взгляд и тепло твоей ладони. Может ты и скрывалась под маской, но полюбил я именно тебя! Слышишь, все, что я говорил в подземелье, готов повторить сейчас тебе. Ты мой глоток свободы, я не дам тебе исчезнуть из моей жизни, – он улыбнулся и погладил ее по щеке. – Ну, что же ты, плачешь?

Девушка опомнилась и быстро вытерла выступившие на глазах слезы.

– Я думала ты не различаешь нас… Понимаю, я сама старалась тебя запутать, но когда ты прибежал к фрейлинам и поцеловал ее, мне захотелось придушить вас обоих…

– Поэтому ты надолго исчезла?

Воровка кивнула.

– Когда в работу вмешиваются чувства, начинаются ошибки. Я решила больше не показываться тебе на глаза, но ты вляпался по самые уши. Пришлось бежать к герцогу. Аристарх редкостный мерзавец, но он тоже повелся на милое личико Софии. Да, что там герцог, сам Форсберг не догадался, с кем обменивался любезностями! – воровка ухмыльнулась.

– Ты рисковала ради меня, – Джерард улыбнулся так счастливо, как мальчишка. – Я знал! И те слова, что ты наговорила, были ложью. Тебе не нужен Алистар. Ты не представляешь, как я счастлив, это услышать.

– Прости, что сделала тебе больно, я не хотела, чтобы ты причинил Софии вред. Она наивный ребенок, искренний не испорченный пороками…

– Неважно, что было в прошлом, главное – ты сейчас со мной.

Хассана смотрела ему в глаза, будто пыталась увидеть подвох, не нашла, осторожно подалась вперед и несмело обняла. До этого момента она боялась сознаться даже себе, но каждый час без Джерарда казался пыткой. Хасана прислонилась головой к его груди, втянула носом знакомый запах и улыбнулась. Сердце наконец-то успокоилось, а на душе стало так легко, будто она вернулась домой после сотни лет бродяжничества.

– И что мы будем делать дальше? – после этих слов лорд вздохнул с облегчением и еще крепче стиснул любимую в объятьях, словно хотел спрятать от всего мира.

– Обожаю тебя, – на ухо выдохнул Джерард, потом вытащил из кармана связку ключей и дал новоиспеченной супруге. – Теперь ты поедешь в мой особняк, а я вернусь во дворец, доложу королю, что упустил тебя, тогда он вышлет меня прочь. Через неделю встретимся в поместье.

Ответом ему стала плутовская улыбка, она была до боли знакомой несмотря на то, что перед ним стояла другая женщина.

– Полагаю, это ключи от неприступного замка. Интересно в твоем гарнизоне найдется пару тысяч солдат?

– Зачем? – нахмурился Джерард.

– В гостевом доме ты называл мое прозвище. А что, помимо этого, ты знаешь обо мне?

– Ну, э-э-э, тебя разыскивает мухабарат и еще несколько королевств...

– И все? – Хасана поглядела на него с прищуром, мужчина развел руками. – Проклятье! Как тебе удалось меня вычислить? Это невозможно! Если нашел ты, то и другие найдут.

Барон улыбнулся, поймал ладонями лицо, заглянул в серые глаза.

– В детстве, Шаман говорил, что у меня есть дар, потом я попал в Вестфал и рабский ошейник заглушил его, но иногда магия возвращается, оставляя след.

– Поисковик, – ахнула воровка. – Всю жизнь боялась нарваться на мага с таким даром! Погоди, но я же проверила твое досье, там ничего не было.

– Никто не знает об этом, – улыбнулся Джерард, – и я этому рад, иначе потерял бы тебя навсегда. А теперь объясни, что тебе угрожает?

Девушка поморщилась, но созналась.

– Мухабарат лишь вершина айсберга, они меньше всего меня волнуют. Полгода назад я бежала из Каменных утесов, опустошив закрома некромантов. Содружество магов точит на меня зуб и дает за мою голову двадцать тысяч золотом. Я в безопасности пока не останавливаюсь.

– Ты хочешь бежать снова?

– Теперь не получится, – печальная улыбка тронула губы девушки, – ты же не думаешь, что сможешь обмануть Бенедикта? Он чует ложь, как любой неинициированный маг разума. Если узнает король, то и канцлер тоже, а у нас с ним особые отношения – я единственное пятно на его безупречной репутации. Риккард поделиться сведеньями обо мне со всеми заинтересованными лицами. И как только информация дойдет до Вествафала, мне позавидуют даже грешники из преисподней.

– Я готов отправиться с тобой хоть на край света!

Воровка неожиданно улыбнулась, глядя ему в глаза, а потом приподнялась на носочки и жарко поцеловала. Она боялась говорить о своих чувствах, но расстаться с Джерардом теперь было выше ее сил. Он единственный человек, который сумел сорвать с нее маску.

– Я возвращаюсь вместе с тобой!

– Нет! Хасана, тебя убьют!

– Верь мне, я хоть раз тебя подводила? – ее лукавая улыбка была просто непревзойденной. – Поможете даме забраться на лошадь? Ну, же!

– Расскажи, что ты задумала!

– Нет, иначе будет неинтересно! – какое-то время они прожигали друг друга взглядом, Джерард выдохнул и уступил. Забрался в седло, усадил девушку перед собой. Хасана отцепила брошь, спрятанную под одеждой, дешевая безделушка переливалась на свету так, словно внутри сотни бриллиантов.

– Как ты… – он не успел договорить, а у нее в ладошке появилась роза, вначале она была прозрачной и тусклой, а потом стала неотличима от настоящего цветка.

– Иллюзия, – улыбнулась девушка, разжала пальцы, роза потускнела и растаяла, – редчайший дар.

– А как же голос?

– Артефакт из земель Содружества, – девушка стиснула брошь в кулачке, – он записывает голос, а потом прогоняет сквозь матрицу, меняя интонацию, –речь плутовки изменилась и Джерард с удивлением опознал голос Клары, – а вот акцент приходится репетировать отдельно.

– Тогда у герцога вместо Клары…

– Была я, все верно. Пришлось поторопиться и умыкнуть фрейлину из-под носа стражи. Должен же был кто-то вытащить тебя из передряги, уж прости, но Лысому я не доверяю.

– Поразительно, все поверили, никто не усомнился, что Клара фальшивая.

– На том и был расчет, – пожала плечами Хассана.

– С твоими способностями ты могла стать кем-угодно, так почему занялась мошенничеством?

– А еще говорят, будто мужчины не любопытны, – протянула она, видимо делиться секретами ей не хотелось, но и скрываться больше не было необходимости, во всяком случае, от него. – Я стала заложницей собственной мести, Джерард.

– Мести? Как-то это не вяжется, ты даже герцога пощадила, хотя могла бы убить.

– Я не убийца и никогда ею не стану, да и месть бывает разной, – девушка закрыла глаза и замолчала, она никому не рассказывала эту историю, поведать Джерарду обо всем означало довериться. Пути назад не будет, готова ли она к такому повороту событий? Или стоит бросить все, чтоб снова податься в бега? И сколько еще так бегать? Всю жизнь? А как же дом, семья? – Я родом из Вестфала, – молвила Хасана, хотя слова дались с трудом. – Небольшой городок в Южной провинции. Когда мне было десять, половину селения выкосила черная лихорадка, в живых осталась всего дюжина человек, – Хасана прикусила губу и совсем тихо выдохнула, – тогда моей семьи не стало. По указу халифа сирот отправили в Мадхаб, это нечто вроде здешней гимназии для девочек. Там я познакомилась с Айной, – это имя в ее устах прозвучало так ласково, словно она говорила о самом дорогом человеке на свете. – Знаешь, когда демон явился, чтобы убить Софию, я помешала ему, потому что эта девочка безумно похожа на мою Айну, такая же добрая и честная, верит людям, видит в них только хорошее. Айна узнала о моем даре и пришла в восторг, она постоянно находила какие-то безделушки и заставляла делать их магические копии, затем сравнила. Для нас это было не более чем забавой. В шестнадцать наше обучение разделилось. Айну обучали изящным искусствам, меня –лекарскому делу.

– Что дальше?

– Императорский дворец, – это словно прозвучало словно ругательство. – Сестра приглянулась халифу, стала наложницей, а я помощницей лекаря в гареме. Жены высокородного ублюдка, возненавидели Айну с первого взгляда, а потом оклеветали. Халиф поверил, упек ее в темницу. Я устроила побег, но он не удался, – Хасана прикусила губы, смахнула со щеки слезу и какое-то время просто молчала. Лишь цокот копыт нарушал тишину. – Она стукнула меня по голове и спрятала, когда поняла, что нам не оторваться от погони. А этот ублюдок приказал ее казнить, и я ничего не смогла сделать, разве что отомстить за нее.

– Император до сих пор жив, – мягко напомнил Джерард, вот тогда на губах прожженной аферистки появилась зловещая ухмылка, а в глазах зажглось черное пламя ненависти.

– Ты прав, убить его было бы лишком милосердно, потому я забрала у халифа самое дорогое.

– И что же это?

– Ключ от Золотой горы, – Джерард даже лошадь остановил и воззрился на плутовку. Если верить слухам золотая гора – это огромнейшая сокровищница в мире, спрятанная среди песков и дверь можно открыть только с помощью ключа.

– Ты серьезно, – Хасана кивнула. – И как же тебе удалось после такого скрыться?

– Мертвого вора помнишь, этому фокусу я обучилась в Вестфале. Император просто не знает, кого искать, Хасана Аль Гур мертва, вот уже пятнадцать лет. Столько же времени, никто не видел мое настоящее лицо, я скрывалась, но ложь утаить сложно, мне постоянно доводилось переезжать менять личности. Для этого потребовались деньги, так появился вор – Яган, – девушка посмотрела в глаза Джерарду, она боялась увидеть осуждение, но мужчина только улыбнулся и привлек ее к себе. Возможно, кому-то это покажется дикостью, но он понимал ее как никто другой, ведь сам прикончил когда-то хозяина. Умение рисковать собою ради других, по-настоящему достойно уважения.

***

Хасана колдовала над брошью, чем ближе они подъезжали к замку, тем сильнее менялась внешность девушки. Джерард наблюдал, как простенькая одежда пригодная только для сна превратилась в изысканный костюм для верховой езды, украшенный золотым шитьем. Потом короткостриженые волосы сделались длинными, раскинулись по плечам завитыми локонами. Мужчина не удержался, провел ладошкой по новообретенной шевелюре.

– Надо же, как настоящие! – Хасана фыркнула и польщено заулыбалась, на ее пальцах появились кольца с драгоценными камнями, а прическу довершал золотой гребешок с россыпью бриллиантов.

– Я же иду к королю не милостыню просить. Да и вообще я, знаешь ли, не бедствую, при желании могла бы даже титул прикупить, – девушка развела руками, Джерард поймал ее подрагивающую ладонь и прикоснулся губами.

– Не бойся! – теперь она благодарно улыбнулась в ответ.

– Пока ты рядом не буду! – пообещала воровка, шутливо подмигнув. – Приехали!

Джерард помог даме слезть с лошади и поразился, тому насколько она изменилась благодаря одежде и прическе. Пожалуй, эта девушка могла заткнуть за пояс большую часть придворных дам. Ее осанка, фигура и горделивый наклон головы, казалось, она рождена в королевской семье не иначе. Джерард сжал маленькую ладошку спутницы. Хасана переплела их пальцы, она выглядела уверенной и спокойной, можно подумать ее пригласили во дворец как почетную гостью. Парочку провожали взглядом даже невозмутимые стражники.

Настоящая суматоха началась, когда Джерард сообщил с кем прибыл во дворец. Соглядатаи в синей форме разбежались во все стороны докладывать советникам. Король оставил свою новую любовницу ради того, чтобы увидеть воровку, даже нелюдимый принц Генрих прекратил изображать отшельника и примчался в тронный зал.

Хасана выдохнула и заулыбалась – все или ничего. Пора сыграть свою последнюю роль. Карты розданы, фишки расставлены, зрители ждут. Разве можно обмануть их ожидания? Девушка гордо вскинула подбородок и ступила в зал.

От роскоши и великолепия захватило дух. Казалось, она шагнула в обычную приоткрытую дверь и очутилась в другом мире. Вокруг все расписано узорами, каждый завиток выглядел таким вычурным, что невольно возникали сомнения – неужели все это произведение человеческих рук. Пол из цветного камня отполирован до блеска, при желании можно разглядеть собственное отражение. Обстановка дышала величием и торжественностью.

Хасана с трудом удержала на лице выражение легкой скуки, вельможам нужно доказать, что она не какая-то там девчонка с улицы, которую легко впечатлить золотом, а мудрая и хитрая дама с полезными связями. Плутовка окинула взглядом батальное полотно на одной из стен, оно было достойно восхищения, тогда девушка мысленно припомнила обстановку церемониальной залы во дворце Вестфальского императора и удрученно поджала губы. Естественно, ее мимика не укрылась от знатных господ. Воровка подошла к трону и сдержанно поклонилась королю, скромно выразив уважения, но не раболепие. Бенедикт изогнул бровь, изучая внешность гости, а потом замешкался, ибо впервые в жизни не знал имени собеседника.

– Мой король, вы желали меня видеть? – прозвучало вроде почтительно, но подтекст он уловил другой. Леди сообщала, что сделала ему большое одолжение тем, что пришла.

– Значит ты воровка, посмевшая забрать мое сокровище? – Бенедикт хлопнул ладонью по подлокотнику трона, эхо разнесло хлесткий звук по всему залу, но девушка даже взглядом не моргнула, на милом личике отразилось недоумение.

– Ваше Величество, прошу меня простить, но о каком сокровище идет речь?

– Амулеты магов разума, трофеи моего деда? За то, что ты их украла, понесешь наказание, – преступница встретила его угрозу насмешливо изогнутой бровью.

– Украла, какое неприятное слово, – протянула она задумчиво, обернулась и нашла взглядом принца. – Ваше Высочество, не вы ли вручили мне награду за то, что я сняла проклятье?

– Что? – прошипел король, перевел разъяренный взгляд на брата. – Это правда?

– Я был опутан заклинанием! – нехотя ответил Генрих.

– Значит, он сделал это вопреки своему желанию!

Хасана улыбнулась, ступая на хлипкую дорожку.

– Не могу согласиться, Ваше Величество. Демон к тому времени был изгнан, проклятье снято, так о каком заклинании идет речь? – воровка перевела взор на короля, молчаливо требуя ответа. Достанет ли у него смелости признать в голос, что они с братом находились во власти фаворитки. Правда, такое чревато большими неприятностями. Вдруг какой-нибудь герцог возомнит, что он сильнее короля и взбаламутит народ. Зачем такое? Правильно незачем.

– Хорошо, но твое преступление в том, что ты тайно проникла во дворец! – да, короли всегда находили к чему бы прицепиться. – Тут возражений не найдется? – Хасана развела руками. – Стража взять ее! – гвардейцы в алых доспехах ринулись к девушке. Джерард сделал шаг к ней, но его помощь не понадобилась. Воровка щелкнула пальцами, и ее фигуру окутало прозрачное марево. Люди ахнули, стражники замерли. Один из них ткнул в магическое поле клинком, раздался такой звук, словно меч ударился о камень.

– Ваше Величество, неужели вы думали, что я так просто сдамся?

– Твоя магия долго не продержится! – подал голос канцлер, который все это время прожигал девицу ненавистным взглядом. Мошенница подарила ему надменную усмешку и кивнула.

– Вы правы, лорд Форсберг, я слабая женщина и не смогу справиться с воинами, но позвольте задать вопрос? – в ухмылке преступницы вновь отражалось превосходство. – Кому же я передала амулеты?

В зале стало тихо, ответ очевиден, но произносить вслух никто не хотел.

– Своим подельникам, – зло выплюнул Риккард Форсберг, – таким же одаренным, как и ты! – девушка благодарно кивнула.

– Тогда позвольте уточнить, что будет, если вы меня убьете?

– Да ничего? – сердито воскликнул Аристарх Де Сеттер. – Одной шлюхой станет меньше, вот и все! – девушка подарила ему злопамятный взгляд и поправила гребень на волосах, таким до боли знакомым жестом, что несчастный герцог побледнел, правильно истолковав намек.

– Лорд Форсберг, – девушка перевела лукавый взгляд на взбешенного канцлера, – мы с вами знакомы только заочно, но думаю, вам понравилась моя импровизация? Вы ведь так и не поняли, кто из ваших людей был фальшивкой.

– Ты!

– Тогда я была одна, – продолжала леди, не обращая внимания на змеиное шипение со стороны слушателей. – А если таких как я будет десять, двадцать? – король подал знак, замолчать всем. Вспомнив о том, что амулетов в сокровищнице хранилось аккурат двадцать штук. Теперь новых владельцев даже с помощью храмовников не найти.

– Вашим словам нет доверия, леди, – король осекся, воровка подсказала.

– Леди Хасана.

Бенедикт кивнул и продолжил:

– Так вот, леди Хасана, у меня достаточно осведомителей, о формировании магической общины мне бы непременно доложили! – его голос прозвучал достаточно уверено. Девушка улыбнулась, снисходительно так, даже мило в какой-то степени.

– Ваше Величество, а когда ваши осведомители доложили обо мне? – вопрос не в бровь, а в глаз. Король скривился, его дармоеды так и ничего не узнали, они даже ложную смерть вора подтвердили. Если бы не брат, кража осталась бы незамеченной. А теперь выясняется, что под боком завелись колдуны, о которых он не сном ни духом.

– Вы утверждаете, что состоите в незаконном магическом сообществе?

– Я слишком сильно люблю свободу.

– Казнить преступницу! – прошипел Риккард, воровка перевела на него взгляд, ухмыльнулась.

– Тогда я не гарантирую, что мои друзья, не заглянут в особняк на Речной улице, – после этих слов канцлер побледнел, а воровка продолжила: – три рунных камня в фундаменте для магов не помеха, а песчаные ловушки и ветряные лезвия, так и вовсе забава для детей.

Бенедикт пристально разглядывал гостью, одеяние и украшения, наверняка фальшивка, но ее уверенность, вот она совсем непоказная. Король перевел взгляд на брата, который двадцать лет носил проклятье мага разума. Как показал опыт, одаренные весьма изобретательны в вопросах мести. Так стоит ли рисковать, убить девчонку он всегда успеет, а пока ее можно использовать.

– Достаточно! – приказал Бенедикт, чуть повысив голос, а потом жестом успокоил канцлера. – Я готов помиловать вас, леди Хасана, но вы должны остаться при дворе! – король постучал пальцами по подлокотнику и задумчиво добавил: – а еще выйти замуж, – сие условие прозвучало довольно неожиданно. Еще больше удивилась девушка, когда герцог Де Сеттер вдруг вскочил со своего места, приблизился к монарху, низко поклонился и произнес:

– Мой король, я готов пойти на такую жертву и взять леди Хасану в жены!

– Вы опоздали, Ваша Светлость! – протянул Джерард, а взгляд барона обещал все кары небесные. Бенедикт хмыкнул.

– Как вас понимать, лорд Луц?

Джерард не растерялся.

– Ваше Величество, я принес в жертву собственное счастье, чтобы разоблачить шпионку. Сия леди моя жена – Хасана Луц, – доказательство он продемонстрировал татуировку. Король понял, что гневаться на барона нельзя, ибо он принес великую «жертву». Но поставить цель перед новой подданной требовалось незамедлительно.

– Что ж, так тому и быть. Отныне вы баронесса и законная супруга лорда Луца. Но! – на губах Бенедикта появилась змеиная улыбка. – Вы должны привести под мою опеку столько одаренных, сколько было украдено амулетов. А коли не сдержите слово, я прикажу отрубить вашу голову. На этом все!

Новоиспеченная баронесса поклонилась королю, а затем взяла супруга под руку, вместе они покинули зал. Едва только дверь захлопнулась за их спинами, Хасана выдохнула с облегчением.

– Не верится, что у меня получилось! – призналась она, хватая Джерарда за руку. – Мне больше не нужно убегать. Боги, кажется это сон…

Хасана умолкла на полуслове и воззрилась куда-то за спину Луца. Мужчина обернулся и встретился взглядом с Алистаром. Маркиз держал за руку Софию и поглядывал на дверь, видимо желал получить аудиенцию у короля.

– Лорд Луц, – маркиз склонил голову, приветствуя барона, а взгляд его скользнул по незнакомой женщине. София выполнила книксен, а потом любопытство заставило ее поднять голову и посмотреть на незнакомку. Хасана тепло улыбнулась, словно давно знала баронессу. Взгляд Софии замер на губах женщины, она узнала цвет помады, призрак оставлял послания на зеркале точно таким, для двора он был слишком ярким, считался признаком разврата. На какой-то миг в глазах Софии мелькнуло удивление, а потом щечки порозовели, и она приложила пальцы к губам, чтобы хоть немного скрыть эмоции.

– Вы…

– Хасана Луц, очень рада знакомству! – нарушив этикет, произнесла мошенница. Алистар хлопнул глазами, а потом тоже догадался, что за дама перед ним, шагнул вперед и закрыл плечом Софию. Взгляд воровки потеплел, она оценивающе поглядела на маркиза Де Сеттера, прямо как будущая теща и кивнула, одобряя выбор. Алистар опешил от такой наглости.

– Обручились?

– Да! – признал маркиз, поймал ладонь возлюбленной и твердо посмотрел в глаза воровке.

– Это хорошо, но как я понимаю, ваш брат не одобрил союз, – София невольно потупилась, но руку маркиза не отпустила, уже все для себя решила. Такая же упрямая, как и ее Айна, воровка вздохнула, подошла к фрейлине ближе. – Леди я искренне желаю вам счастья и помогу в последний раз.

– Спасибо! – от милой улыбки на лице Софии, взгляд преступницы потеплел, затем она направилась к Аристарху Де Сеттеру. Герцог давно покинул тронный зал и теперь стоял неподалеку, глядя на супругу барона Луца.

– Может не стоит? Или тебе проблем с канцлером мало?

– Джерард, он ведь сейчас обдумывает, как от меня избавиться. Могу ли я позволить ему такие вольности? Да ни в жизнь! Мы перекинемся всего парой слов, ничего плохого не случится, верь мне! – Джерард нехотя отпустил ее руку. Первый день при дворе, а уже пару врагов завела, что дальше-то будет?

– Ваша Светлость, – Хасана была сама учтивость, но герцог скрипнул зубами, уловив знакомую интонацию. Без маски эта женщина хороша, правда, с таким личиком уже не поиграешь в невинность. Мужчина предложил вымогательнице локоть, понимая, что разговора не избежать.

– Поздравляю с замужеством, хотя барон Луц не самая удачная партия!

– Я верю, что качества человека определяются его окружением, а не наследственностью. Лорд Луц уже сейчас вхож в список доверенных лиц короля. Кто знает, что случится через год. Может он раскроет какое-нибудь серьезное преступление против короны, а может, разоблачит аристократа, замаравшего руки в торговле с врагом...

– Теперь я не сомневаюсь, что отравить меня пыталась именно ты!

– Да бросьте, это всего лишь ответ на ваше отвратительное поведение! Одно я знаю точно, тот пожелтевший свиток до сих пор не у вас.

– Лучше бы ему найтись! – протянул герцог.

Хасана улыбнулась, сделав вид, будто не заметила угрозы в его голосе.

– А вам лучше не проявлять столь завидное упрямство в вопросах женитьбы вашего брата.

– Угроза?

– Дружеский совет, – Аристарх ухмыльнулся, мысленно занося баронессу в список врагов, затем направился к брату. Окинул влюбленную парочку взглядом, скривился, а под конец все же натянул на лицо приветливый оскал.

– Алистар, я благословляю ваш союз с леди Фон Герц! – глаза будущих супругов сделались круглыми от удивления. Герцог скосил взгляд на свою спутницу, заметил довольную улыбку на ее губах и посмотрел на Джерарда Луца, на мгновенье сквозь высокомерную маску вельможи просочилась зависть, потом он развернулся и молча ушел.

– Что это было? – растерянно произнес Алистар.

– Спешу присоединиться к словам, вашего брата! Желаю вам всегда крепко любить друг друга!

Хасана схватила супруга за руку и потащила прочь, глаза сияли счастьем, отбросив правила приличия, девушка прижалась к Джерарду.

– Что ты пообещала герцогу?

– Ничего! – заулыбалась плутовка, – Аристарх меня сейчас меньше всего волнует, – Луц с удивлением посмотрел на жену, – а вот где взять двадцать одаренных ума не приложу...

– Как? Ты же говорила…

– А говорила только про амулеты, остальное они додумали сами!

– Получается, ты всех обманула?

– Да, это был блеф! Я отдала амулеты магу, в счет услуги, но я ничего о нем не знаю!

Джерард уставился на эту сумасшедшую и понял – спокойствия ему не видать.

Конец

[1] Мухабарат – секретная служба Вестфала