Король в чёрном. Том 1: Мантия короля.

Глава 1.Мы...Веном! Часть 1.

— Сегодня мы с вами собрались, чтобы проститься с Беном и Мей Паркер. Да примет Бог в свои чертоги их невинные души. — Голос священника лично для меня звучал глухо: его заглушал безумный смех, который всё ещё звучал у меня в голове.

— Они были прекрасной парой, которая вырастила прекрасного юношу, что сегодня стоит рядом с нами, провожая их в последний путь. — Говоря это, священник посмотрел на меня; в его взгляде мелькнуло сочувствие, от которого мне почему-то захотелось отвернуться.

Тело прострелила вспышка боли. Всё же мне всё ещё трудно было стоять на своих двоих, но я сжал трость до побелевших костяшек и подошёл к нему, так как сейчас именно я должен был что-то сказать…

— Спасибо всем, что пришли почтить их память. — Взгляды подружек Мей, что жили с нами по соседству, и пары коллег дяди снова будто прожгли во мне дыру. Они были наполнены жалостью, но не от них я хотел поддержки.

Я нашёл взглядом мистера Стейси, но он лишь смущённо поджал губы и покачал головой. Ну конечно, у одной из главных звёзд школы нашлись дела поважнее, чем жалость к ботанику Питеру Паркеру.

Интересно, когда именно я стал для неё балластом? Кажется, это началось с конца средней школы: эти бесконечные отговорки из разряда «У меня появились дела», «Пит, мне некогда», «Пит, я на стажировке у доктора Коннорса», «Пит…»

Могла бы просто сказать: «Ты мне не нужен, Паркер». Так было бы куда честнее, чем это сраное лицемерие.

— Знаете, я никогда не был силён в красноречии, но сегодня я просто хочу сказать спасибо вам за то, что пришли поддержать меня. — Я на секунду замолчал, сжав губы, а после этих слов мой взгляд зацепился за фигуру в знакомом потёртом плаще. Сказав ещё пару банальных слов, которые никак не отражали ту бурю ненависти, что клокотала во мне, я подошёл к доктору Октавиусу.

— Вы всё же пришли, доктор. Я думал из-за проверок от «Оскорпа» вам будет некогда. — Я попытался улыбнуться, но губы лишь дёрнулись в подобии вежливой улыбки. В ответ на мои слова он печально улыбнулся и в уголках его глаз залегла усталость.

— Они задвинули мой проект, Питер, так что долго разглагольствовать не пришлось. — Он тяжело вздохнул и на мгновение отвёл взгляд. Услышав его я будто получил удар под дых. Всё же я помогал ему с разработкой нейроинтерфейса уже почти два года и понимаю сколько он для него значит.

— Значит, сегодня паршивый день не только у меня, док. — Печально протянув это я перевёл взгляд на гробы дяди и тёти, которые начали опускать в землю.

— Ну, ты наглядно доказал пользу моих технологий, Пит, так что я не отчаиваюсь. Думаю, фонд Харди оценит потенциал нейроинтерфейса больше Нормана, который последние пару лет стал слишком радикален в своих амбициях когда начал бороться за военные контракты с Хамером и Старком. — Доктор пожал плечами, стараясь придать голосу уверенность, хотя его брови тревожно сошлись у переносицы.

После слов дока у меня на лице невольно появилась кривая улыбка, так как я сейчас стоял на ногах благодаря лёгкому экзоскелету, в который были заключены мои ноги. Без него я бы ещё пару лет не смог стоять ровно даже с тростью.

— Вот только ваше время… — Говоря это, я невольно понизил тон и посмотрел ему прямо в глаза.

— Не переживай. Времени хватит… обязано хватить. — Док поджал губы и на мгновение замолчал, словно сам пытался убедить себя в собственных словах.

— Если я потеряю и вас, то я и вправду поверю, что я конченый неудачник док. — Покачав головой, я повернулся к мистеру Стейси, который как раз подошёл к нам.

— Прости, Пит, она… — Он виновато поднял брови, но я остановил его, подняв руку.

— Я знаю. Очередное важное дело, мистер Стейси. Но… знаете, я думаю, это конец нашей дружбы. — С некой печалью, но в то же время с облегчением сказал я отцу, который уж слишком любит идеализировать свою дочь. Вопреки моим ожиданиям, он просто кивнул, тяжело вздохнув.

— Я поговорю с ней, Пит… и да, если нужна будет помощь, ты знаешь мой номер. — Джордж Стейси похлопал меня по плечу и, больше ничего не добавив, ушёл с кладбища. За ним постепенно ушли и остальные. Остались лишь я и док.

— Я слышал, твоё лечение оплатил благотворительный фонд «Оскорпа»? — Явно пытаясь разорвать мёртвую тишину спросил у меня док. Он говорил негромко, словно боялся нарушить хрупкое спокойствие.

— Да. Скорее всего пытались поправить имидж. Всё же побоище, которое устроил зеленомордый ублюдок было рядом с их главным офисом. — После этих слов я снова вспомнил хохот Зелёного Гоблина и чёртову бомбу-тыкву, которая прилетела в нашу машину. Пальцы сами собой сильнее сжали трость.

— Ясно… Ну, думаю, ты прав. Не припомню, чтобы Норман проявлял жалость к кому-то, кроме Гари. — Имя второго друга детства, который так же, как и Гвен, в один момент исчез из моей жизни, заставило меня поморщиться и задуматься о том, что, может быть, я и правда-таки конченый неудачник.

— Я так полагаю, что пока вы не прощупаете почву с фондом Харди, у меня внеплановый отпуск? — Спросил я у него с долей иронии, приподняв уголок губ.

— Да, хотя, учитывая твоё состояние, скорее больничный. — С такой же мрачной иронией сказал док, похлопав меня по плечу и подмигнув.

— Ха-ха, чёрный юмор всё же не ваша тема, док. — Покачав головой, я пошёл вместе с ним к его машине, так как, судя по мрачным тучам и, скорее всего, законам жанра, сейчас хлынет ливень.

— Что поделать, Питер, у меня мало практики. — Сказав это, он довёл меня до машины, придерживая за локоть, когда моя нога снова предательски дрогнула. — Так куда тебя отвезти? — Заведя машину, спросил док, повернувшись ко мне лицом и поправив чуть съехавшие очки.

— Домой… — Хрипло сказал я, отвернувшись к окну.

— Ты уверен? — С долей сомнения спросил док, внимательно всматриваясь в моё отражение в зеркале.

— Я и так долго откладывал эту поездку. Плюс в доме ждёт наследство родителей, которое должен был вручить мне дядя, но вместо этого я узнал о нём из его завещания. — Я криво усмехнулся. — Ситуация прямо-таки описывает моё везение.

После этих слов я достал из кармана небольшую записку, которую дядя явно писал из-под палки от тёти, чисто для галочки, так как мало кто планирует свою смерть наперёд, если у него нет каких-то особо жутких болячек, как у дока.

Так что скажем спасибо параноидальности тёти Мей, если не расплачусь, вспоминая её лицо как в момент своего пробуждения в больнице.

— Ну, думаю, ты должен рано или поздно это пережить Питер, но, если станет совсем плохо, можешь приехать ко мне. Моя холостяцкая берлога, конечно, не предел мечтаний, но диван, если заглянешь в гости, полностью в твоём распоряжении. — Неловко протянул док, поправив свои очки и чуть смутившись.

— Я помню, но я справлюсь, док. Просто мне нужно время. — Я ненадолго прикрыл глаза. — Как там говорил дядя? Паркеры не опускают руки перед трудностями, да?

Хотя моя жизнь скорее похожа не на трудность, а на чёртову бездну отчаяния, в которую я падаю, как только в моей жизни что-то налаживается.

Оставшуюся часть увлекательной поездки по городу во время таки пошедшего ливня мы обсуждали нейроинтерфейс и то, как лучше впарить его фонду Харди. Док с энтузиазмом размахивал рукой, объясняя очередную идею, а я впервые за долгое время действительно слушал кого-то, а не упивался отчаянием из собственные воспоминаниий.

Так что домой я приехал не в совсем уж дерьмовом настроении. И даже с какой-никакой верой в будущее, пока не увидел под дверью кучу квитанций и объявление о возможном изъятии дома, если не будет внесён платёж по ипотеке. Да, её, к сожалению, Озборн не закрыл, в отличие от моего больничного счёта.

Хотя компенсации за взорванную машину хватит, чтобы свести концы с концами, пока док договаривается с оценщиками фонда Харди.

А ведь через две недели опять идти в школу, досиживать последний месяц за партой.

Устало вздохнув я поправил чуть съехавшие очки и кинул счета за дом на кухонный стол, после чего, открыв холодильник, начал выкидывать продукты, которые успели испортиться за те пару недель, что я провёл в больнице, борясь с паническими атаками и пытаясь научиться ходить заново.

Хмыкнув я скинул с себя чёрный костюм-тройку, который взял в аренду, и увидел уродливый шрам, идущий от живота почти до конца левой ноги.

Наверное, единственное, в чём мне повезло это в том, что, когда меня притащили в больницу, хирургом был Стивен Стрэндж. Об этом мне поведала болтливая медсестра, которая меняла у меня в палате утку.

Проведя рукой по шраму, я будто снова услышал треск костей дяди Бэна, которого превратил в кровавую лепёшку Носорог сразу после того, как мы чудом выбрались из машины, которую перевернул взрыв тыквенной бомбы Зелёного Гоблина.

После чего я не иначе как на адреналине протащил пару метров тётю Мей, пока её не взял в заложники сраный Скорпион…

— Ну что, Паучиха, теперь ты не так язвительна? Дёрнешься и она умрёт. — Голос Скорпиона до сих пор звучал в моей голове, а перед глазами на мгновение возникла его мерзкая ухмылка.

Считалось ли несоблюдением его правил уклонение Паучихи от атаки психа с хайтек-наручами, который натянул себе на лицо женские колготки в сеточку? Честно, не знаю. Но Паучиха пригнулась, уклоняясь от вражеской атаки, после чего хвост Скорпиона оставил на щеке тёти Мей небольшую царапину и бодренько так начал второй раунд с нашей городской линчевательницей, пока тётя Мей в жутких муках умирала у меня на руках из-за яда хвостатого ублюдка.

Возможно тогда я понял, о какой такой ответственности за свои поступки, коей нет у мстителей в масках, так часто рассуждал Джей Джона Джеймсон в прайм-тайм. Ведь из-за разборок ряженых фриков умерла моя семья, а я сам стал инвалидом, так как, выжив после атаки Гоблина, Носорога и Скорпиона, я попал под удар острых лезвий, которые были на крыльях Стервятника, и те преспокойно чуть не отрубили мне ногу, пока я держал уже мёртвую тётю на руках. Её, кстати, это самое лезвие разрубило надвое…

Почему я так спокойно рассуждаю о столь ужасных вещах, спросил бы меня кто-то, кому было бы не насрать на меня? Ну, я жру седативные уже неделю, чтобы не слушать мерзкого смеха Гоблина, хруста костей дяди или топота Носорога. Без них я вот вообще не могу нормально спать.

Хотя и с ними, если уж быть до конца честным с самим собой, сон не очень идёт, но без них мой максимум — час безумных кошмаров, так что и так сойдёт за неимением лучшего.

Кое-как переодевшись и снова надев экзоскелет на ноги, я дотопал до подвала, где под старой пыльной картиной со скучным пейзажем был сейф, о котором я давно позабыл. Всё же дядя, несмотря на свою житейскую мудрость, мало был похож на человека с секретами, так что я всегда думал, что там лежат его рыболовные снасти или коллекция «Плейбоя» за девяностые годы, о которой он когда-то рассказал мне, напившись на моём дне рождения.

Вспомнив, как он на этом же дне рождения уснул лицом в салате, я, кажется, впервые за последний месяц искренне улыбнулся.

Открыв сейф, я и правда увидел стопку журналов «Плейбой», некоторые из которых всё ещё были запакованы. Но под ними лежала детская книжка, на обложке которой красовались скандинавские руны.

Взяв её в руки и пролистав, я вспомнил, как отец и мама читали из неё для меня сказки на ночь. Всё же иногда хорошая память помогает не только для зубрения монструозных формул.

Усмехнувшись, листая книгу, я остановился на середине, так как сказка про королеву мёртвых мне запомнилась на всю жизнь: она была последней сказкой, которую мне прочли родители перед смертью… И да, у моей мамы, что привезла эту книжку из командировки из Швеции, явно было что-то не то с пониманием того, что надо рассказывать ребёнку на ночь. Но они, как и все гениальные учёные, по словам дяди, были немного не от мира сего. Наверное, стоило бы подумать о жизни после этого его замечания, так как сказал он мне это, когда я взорвал свою первую домашнюю лабораторию, пока он тушил её огнетушителем…

Смотря на иллюстрацию Хелы, которая, в отличие от самого содержания сказки, говорившей о вреде предательства родственников, меня заинтересовала, я заметил, что сама иллюстрация ничуть не выцвела, в отличие от остальных иллюстраций в этой книжке.

Так что, кинув на неё подозрительный взгляд, я потащил книжку в свою комнату, пытаясь понять, что за ребус оставил в наследство мой отец, так как я не верил, что его наследство, о котором писал дядя, сводилось к банальной книге сказок всё же он был ученым так что подозревал что тут есть некий шифр.

По итогу, через час и пару вкинутых таблеток седативных, я догадался подсветить иллюстрацию ультрафиолетом, получив таки ожидаемый мной шифр, расшифровка к которому нашлась на серийном номере монеты, что была приклеена скотчем к закладке, которая была в книжке. В итоге я получил координаты, которые находились на территории заброшенной станции метро Рузвельта под Манхэттеном.

Стоило ли говорить, что после столь экстравагантного способа получения координат к собственному наследству я, быстро собравшись, пошёл их проверять.

Хотя тут, скорее всего, ещё роль играло то, что даже под седативными, сидя на кухне, я чувствовал, как отчаяние медленно душит меня жёсткой хваткой.

Ведь серьёзно, сколько раз сажали этих ряженых фриков? Ответ: много. Но они каждый раз сбегают из тюрьмы… Каждый, сука, раз устраивая пиздец с бедолагами вроде меня, и каждый раз эта дура в спандексе просто сдаёт их полиции! Если бы она просто свернула им шею, я бы сейчас… — Хлёсткая пощёчина и очередная порция таблеток, за которые моя печень не скажет мне спасибо, вызвали подозрительный взгляд у индуса, в чьём такси я сейчас ехал до места назначения.

— Может, вам дать запить минералку, дорогой клиент? — Оу, какой сервис, прямо-таки люкс для нашего городка за те тридцать баксов, что он запросил за вечернюю поездку по не самым спокойным улицам Нью-Йорка. Водитель бросил на меня короткий взгляд через зеркало, явно решая, не стоит ли вызвать мне скорую.

Что поделать: когда ряженые фрики устраивают хаос, они развязывают руки уже куда более приземлённым ребятам с пушками. Я, конечно, живу в Квинсе, а не в Адской Кухне, но даже у нас, по словам соседей, с которыми я успел перекинуться парой слов до начала похорон, было в то время жарко.

Ну а ещё когда дружишь с дочкой полицейского, невольно знаешь, где в городе проще всего словить пулю. Хотя теперь уже можно говорить «дружил»…

Вспомнив улыбку блондинки, которая даже не удосужилась навестить меня в больнице и прийти, ни много ни мало, на похороны моей семьи, отправив вместо себя своего отца, я вежливо отказался от его предложения. Вежливо настолько, насколько вообще мог в тот момент.

Оставшийся путь мне мало запомнился, так как такой себе квест от отца помогал ненадолго забыть о том дерьме, в которое превратилась моя жизнь.

Доехав до места, из которого, судя по скачанным мной картам метро, можно будет доковылять до лёжки отца, мне пришлось немного нарушить закон, так как вход в заброшенную ветку метро был под замком. Но я предполагал нечто такое, поэтому взял одну из своих неудачных поделок, которая должна была стать улучшенным вариантом холодной сварки.

По итогу вместо сваривания при нагревании субстанция, похожая на пластилин, которую я назвал Dp-3, просто растворяла металл при горении, как такая себе забористая кислота.

Поэтому, налепив её на замок и помучившись с зажигалкой, я смог пролезть к месту назначения ценой порчи городского имущества в виде увесистого замка.

Меня бы, наверное, помучила совесть, но приступ боли в ноге с последующим закидыванием в себя обезболивающего, которое весь месяц соседствовало с седативными, избавил меня от мук совести, заменив их притуплёнными физическими муками.

Поблуждав по заброшенному тоннелю я дошёл до входа в станцию через технические лазы. Часть тоннеля во время каких-то разборок Паучихи с ящерицей-мутантом успела обвалиться ещё пару лет назад, так что другого пути я не нашёл.

Ещё, как назло, сервопривод экзоскелета, забившись пылью и грязью, начал барахлить, так что к турникету, который вёл к станции метро Рузвельта, я уже скорее хромал, чем шёл, опираясь по большей части на трость, весь пыльный и грязный. А ещё где-то на полпути у меня кончились мои таблетки.

Так что я снова начал слышать смех зеленомордого ублюдка…

— Ха-ха-ха-ха! Насекомое, смотри, как они бегают! Кажется, их надежда на то, что ты их спасёшь стремительно тает. — Лающий смех Зелёного Гоблина, летевшего за Паучихой на дикой скорости, ударил по ушам.

Свист глайдера рядом с виском заставил меня пригнуться, схватившись за турникет. Сердце бешено забилось, а перед глазами на мгновение вспыхнула оранжевая вспышка взрыва.

— Кха! — Наклонившись, я выблевал хот-дог, который съел в ларьке перед похоронами. — Давай, Питер, ты почти пришёл… — Опираясь на трость, я нащупал разъём для монет в турникете и закинул туда монету отца.

— Ну же, давай! Мне нужно сраное чудо. Неужели я так много прошу, бородатый ублюдок? — Прорычав это, я ударил тростью по турникету, после чего та с хрустом преломилась, а я упал в собственную лужу блевотины.

— Хруст… Ох, кажется, я задавил каких-то букашек! Эй, насекомое, если не хочешь, чтобы я продолжил, вылезай! — Носорог поднял свою массивную ногу, после чего с неё медленно упали на асфальт внутренности дяди Бэна.

На что я вообще рассчитывал? Боже, странная иллюстрация, что за бред! Отец просто оставил мне сентиментальную книжку, а у меня начались галлюцинации в стиле бондианы из-за таблеток.

— Как же я вас всех ненавижу, ряженые фрики! — Мой хриплый крик, отразившись от стен тоннеля, разнёсся по нему эхом, напоминая о том, в насколько позорное положение я сам себя загнал.

От нового витка панической атаки смешанной с жесточайшей депрессией меня отвлёк скрип, после чего старый вагон метро медленно поднялся из темноты. За его грязными окнами вместо заброшенного салона обнаружилось холодное голубоватое свечение резко включившихся мониторов.

— Ха-ха-ха, кажется, я уже впал в кому, начав галлюцинировать на почве жёсткого стресса… хотя уже как-то плевать. — Прохрипев это, я медленно пополз к вагону. Когда я подполз достаточно близко, створки вагона медленно разъехались. Внутри находилась лаборатория отца.

Несмотря на тесноту, пространство было организовано почти идеально. Вдоль стен стояли компьютеры, лабораторные столы и оборудование для работы с генетическим материалом. Провода уходили в потолок и стены, питая аппаратуру, которая каким-то образом продолжала работать спустя годы после исчезновения своего владельца.

Это место совершенно не походило на обычную лабораторию. Слишком тихое. Слишком скрытое. И слишком хорошо сохранившееся для помещения, которое должно было давно сгнить вместе с заброшенной станцией.

Но больше всего выделялась капсула из бронестекла прямо в конце вагона. Смотря на неё, я почувствовал, будто тётя Мей снова обнимает меня. От этого воспоминания в груди болезненно сжалось что-то тёплое и одновременно почти невыносимо болезненное.

От этого я с каким-то маниакальным упорством я пополз вперёд, в процессе отстегнув окончательно вышедший из строя экзоскелет на своих ногах можно было сочинить шутку про суицид одного ботана. Но такова суровая реальность, ибо ттеперь он только мешал мне двигатьсяк моей цели…

Когда я дополз до капсулы, меня ослепила небольшая вспышка, после чего пузатый монитор прямиком из девяностых пошёл рябью, и я увидел на нём лицо своего отца.

— Раз ты слышишь эту запись, я уже мёртв, сын… Я был не самым лучшим отцом, но, как и любой отец, я не мог оставить своего сына в опасности когда за мной гонятся опасные люди, не знаю, кто они, но система безопасности «Оскорпа» для них — просто мелкое препятствие. Из-за этого мне пришлось форсировать проект «Биокостюм», информацию о котором ты найдёшь в папке «Проект Панацея». Я успел провести только первые тесты на животных с первым синтезированным образцом и не испытывал его на людях, поэтому надеюсь, что ты сможешь закончить моё дело, подарив этому миру панацею, о которой я грезил. Этот образец привязан к моей ДНК, чтобы избежать кражи, так что, если ты посчитаешь, что эти знания будут для тебя угрозой, уничтожь костюм, так как в ином случае он станет опасе… — Биокостюм… Панацея… всё это меркло перед этим чудным теплом, из-за которого эта мерзкая боль в ноге отступала.

Судорожно нащупав кнопку, которая регулировала температуру в капсуле, я мгновенно нажал её, после чего услышал хруст, но не хруст костей дяди Бэна, а будто кто-то разбил лёд.

Коснувшись стекла, я снова почувствовал тепло. Увидев за слоем инея тёмный изгибающийся силуэт, от вида которого лёгкое тепло, несущее облегчение, перешло в жар, я замер. После этого бронестекло резко пошло сетью трещин, пока в один момент просто-напросто не лопнуло.

Секунда — и мир перед моими глазами поглотила тьма. После чего я впервые за пару недель ощутил абсолютный покой и полное отсутствие боли, будто вернувшись в те времена, когда единственной моей проблемой было то, как купить «Лего Звезду Смерти» и собрать её вместе с Гвен, не получив нагоняй от наших родителей…

Глава 2. Мы...Веном. Часть 2.

Гвен Стейси — девушка, у которой слишком много проблем для отдельно взятой школьницы.

— Ну же, Паучиха, ты почти поняла, где истина, а где ложь? Поднажми, пока факт твоей жизни не стал ещё более иллюзорным, — насмешливо протянул Мистерио.

Я лишь дёрнула уголком губ, а затем, не теряя ни секунды, кувыркнулась и прыгнула на стену. В том месте, где я была мгновение назад, всё изрешетило пулями из портативной турели, выехавшей из потолка.

Сраный аквариумоголовый мудак выбрал прекрасное время для того, чтобы вспомнить о том, что пора бы мне отомстить.

Ну вот зачем я решила полететь на чёртовы похороны в костюме?! Ах да, хотела наконец-то вывалить Питу правду, чтобы он не так сильно меня ненавидел, а по итогу всё, как всегда, стало только хуже. И всё из-за моего желания избежать пробок. Надо было не выделываться и ехать с отцом…

Стена рядом со мной взрывается и на меня бежит огромный монстр, но паучье чутьё реагирует не на огромные зубы твари, похожей на чужого, а на что-то сбоку.

Монстр проходит меня насквозь, а из-за угла вылетает ракета. Боже, если бы эти психи тратили столько усилий на что-то, кроме моего убийства, они бы давно уже разбогатели. Но нет: мы будем грабить банки и портить жизнь Гвен Стейси твёрдо и чётко чтоб его!

Пригнувшись, пропускаю ракету в паре миллиметров от ложбинки своей груди, даже не волнуясь: мои нервные клетки давно уже состоят из титана и не психу вроде Мистерио их портить ещё сильнее.

Хотя среди всех тех ряженых фриков, которых я пинаю в своём костюме, он самый мерзкий, так как остальных можно разобрать, используя паучье чутьё. А вот Мистерио — скользкий тип. Его иллюзии не причиняют прямого вреда, когда за ними не следует атака, так что он легко заманивает меня в ловушки очередной голографической техносранью, тратя моё драгоценное время на всю эту дешёвую театральщину.

С другой стороны, ему тяжелее всего нанести мне реальный урон, так как его козырь против меня сбоит.

Навожу веб-шутер на улетающую ракету и дёргаю её на себя, кидая её в рандомное место. После чего потолок в коридоре, по которому я прыгала, разлетается, и я попадаю в какую-то декорацию к фильму ужасов в виде жутковатого кладбища.

— Мистерио, ты явно теряешь оригинальность. Я давно переросла боязнь всех этих ужастиков, так как знаю главный секрет… — Резко разворачиваюсь и ловлю кулак Мистерио. Я чувствую, как за шлемом он на миг замирает, явно не ожидая такой реакции. — Главная героиня всегда выживает! — усмехнувшись бросаю я и наношу удар. Из разбившегося шлема на меня снова смотрит чёртов робот.

Какой это уже раз? Шестой, вроде… Я точно опоздала на похороны, сука!

— Кажется, ты снова ошиблась, насекомое! — Услышав торжествующий голос Мистерио, я чуть ли не закатила глаза, попутно подводя итоги. Даже за маской было слышно, насколько он доволен собой.

Я уже больше пары часов в иллюзорном кошмаре и двигаюсь в одну сторону. Он, конечно, иногда использует переворачивающиеся платформы, но я, в первую очередь зная об этом, хорошо так ударила об пол. Если механизм поворота и был, я должна была его разнести тем ударом. Значит, источник, который создаёт вокруг меня голограммы, где-то рядом и он вовсе не является комнатой.

Учитывая мою скорость и чёткость голограмм — прямо совсем рядом. Это не дрон, иначе были бы задержки. Поморщившись, начинаю ощупывать всё своё тело, пока не нахожу прямо посередине спины что-то лёгкое, почти невесомое, и тут же это сжимаю. Небольшой разряд электричества неприятно щиплет руку, но на этом всё. Реальность плывёт, и я оказываюсь на каком-то старом складе, где перед компьютером, согнувшись, судорожно нажимает кнопки Мистерио.

— Знаешь, Мисти, ты выбил сегодня бинго неудачи и билет на перелом грудной клетки, — с ехидной улыбкой произношу я, наблюдая, как он резко дёргает головой в мою сторону. Он явно хотел что-то возразить, но паутина уже прицепилась к стене позади него. После этого я, подтянувшись, совершаю чудовищно быстрый рывок вперёд, вбивая Мистерио в стену и слыша, как трещат его рёбра.

Пока он только начал съезжать со стены, отталкиваюсь от него и стреляю из веб-шутеров, прилепляя его к стене. Приземлившись на пол, вижу, что его шлем пошёл трещинами.

— Кха… реальность должна была подчиниться моей воле… — прохрипел этот чудик, брыкаясь в паутине. Его голос дрогнул от боли и неверия, а я лишь закатила глаза, скинув этот адрес полиции через специально собранный коммуникатор прямиком на компьютер диспетчера. Да, полиция не сотрудничает с линчевателями, но только для прессы…

Даже иронично, что противником таких поблажек к героям является именно мой отец. Что тут скажешь? Жизнь — боль девиз девушки паука.

Вылетев из заброшенного склада, я на всех парах полетела на кладбище, попутно попав под проливной ливень, отчего костюм вымок до нитки. Но кроме двух свежих могил и мрака тут уже никого не было. Ну а как иначе-то?

Спрыгнув перед могилами двух хороших людей, которые погибли из-за моей слабости, я сжала руку в кулак, чуть ли не порвав кожу ногтями, которые спокойно пробили костюм. Хотя всё равно его чинить после игрищ Мистерио…

— Я правда стараюсь, мистер и миссис Паркер. Я даже почти прижала Кингпина. Ещё чуть-чуть и ваша история больше никогда не повторится. — Прикрыв глаза, я сделала глубокий вдох, понимая, что разговор с Питером со сложности «хардкор» перешёл на сложность «убейте меня пожалуйста».

— Ладно, Гвен, поговорить с лучшим другом и признаться ему, что ты виновата в смерти его семьи, явно не сложнее, чем победить четырёх суперзлодеев за раз, — пробормотала я, криво усмехнувшись, хотя от одной мысли о предстоящем разговоре улыбка тут же исчезла. Я невольно вспомнила, в каком состоянии был Питер в больнице, когда я пробралась туда ночью.

— Ну, может, чуть сложнее. — Потерев переносицу, я покачала головой и, собравшись с силами, полетела в Квинс, прямо к дому Питера, так как, скорее всего, он вернётся домой… всегда возвращался.

Долетев до его дома, я полазила по нему снаружи, не обнаружив его ни в своей комнате, ни в других комнатах, что с моим обострённым слухом и чуйкой было нонсенсом.

Так что пришлось поработать отмычкой. Да, жизнь героини тяжела, нужны и такие навыки. Благо рогатый чудик из Адской Кухни хоть и стрёмный до невозможности, но пару раз давал мне мастер-класс по геройскому делу, хотя синяки после мордобоя, который он мне устроил, потом ещё неделю сходили — и это с моей регенерацией. Но лучше так чем иметь дело с извращённой кошкой воровкой…

С такими мыслями я вскрыла замок и забралась в дом Питера, где, как я и думала, того не было… Хм, неужели всё настолько плохо, что он решил остаться у Октавиуса? Дерьмо…

Усевшись за кухонный стол, на котором была куча квитанций, я уныло бахнулась об него головой, понимая, что даже оправдаться не смогу.

Уныло лежа на кухонном столе, я думала, как не подорвать нашу дружбу ещё сильнее, но в голове, как назло, было совершенно пусто. Пиликанье коммуникатора встроенного в маску прямо над правым ухом отвлекло меня от мрачных мыслей.

— Раз Гвен Стейси сегодня на дне, то пусть хоть Паучиха блеснёт. — Буркнув это себе под нос, нажимаю на коммуникатор, который подсоединён к полицейской волне.

— Срочно всем постам в Гарлеме! Два фрика разносят улицу в труху! Срочно всем постам… — Хмыкнув я быстро выскочила из окна и полетела в Гарлем, а на подлёте чуть не превратилась в мясной блинчик.

Что поделать? Обычно в небе не летают машины… Услышав визг с пассажирского места, я быстро начала работать веб-шутерами, создавая паутинную сеть между зданиями. И как только машина в неё упала, подтягиваюсь к ней и забираю оттуда бедолагу, который, видать, потерял сознание на почве жуткого стресса, оставляя его на ближайшей крыше.

Так как, думается мне, то, что кидает машины, обычные копы не утихомирят, поэтому нести его до скорой нет времени, да и он вроде бы не ранен. Ну и стоит ли говорить, что логика в очередной раз меня не подвела? Две разной степени зелёности твари под три метра ростом били друг другу рожи, попутно превращая в фарш всех, кто попадался им под руку. Особенно та мерзость, чья кожа была гнилостно-зеленоватого оттенка.

— Халк крушить твой череп! — Более благовидно выглядящий здоровяк, вырвав фонарный столб, заехал Мерзости по лицу. А теперь вопрос: кто из них хороший парень?

— ААААААААРРРРРРАААА! — Ладно, наверное, тот, кто может только злобно верещать побольше чудовищнее, чем Халк-кун, любящий крушить чужие черепа. Боже, во что скатилась моя жизнь?

Прилепившись к стене здания рядом с Мерзостью, я прилепила его ноги паутиной к асфальту, из-за чего бугай, назвавший себя Халком, смачно вмазал по роже Мерзости фонарным столбом. Я даже услышала хруст ломаемой челюсти, после чего обтекала, глядя, как та за сраную секунду регенерировала.

Нда, чуется мне, вечер будет томным… и будто подтверждая мои слова, Мерзость взревел.

— АААААААААААА!

…

Симбионт, которому надо откормить покалеченного носителя.

Из заброшенной станции метро выползла тёмная фигура, которая почти сливалась с мрачными фасадами вечернего Нью-Йорка, смотревшего в сторону Гарлема, где шла битва титанов, пропустив рождение новой городской легенды.

Поскакав по крышам, пачкая те слюной, что текла из его пасти, симбионт осматривал улицы, ища строительный материал для починки своего новенького носителя, ну и для наращивания массы, так как чёрная жижа боялась за сохранность хрупкого человечка, которого она ждала все эти годы.

— Мы родились! Мы снова цельны! — Довольно проурчал симбионт, начав проникать в мозг носителя для формирования своей личности. Его пасть растянулась в подобии радостной улыбки, обнажая ряд острых зубов.

— Ммм… надо найти корм… Что бы скушать? — Облизнувшись, пророкотал симбионт, облизнув пасть, полную острейших зубов.

— Ряженые делать носителю больно? — Почесав голову когтем, симбионт радостно захлопал в ладоши, будто только что придумал отличную игру.

— Кушать ряженых! — Кивнув самому себе, симбионт начал активнее копировать те фрагменты памяти носителя, которые были связаны с ряжеными фриками и преступностью, которая была тесно с ними связана.

— Ммм… мы в Манхэттене… Мы ближе к Гарлему. Хм, идти кушать там. — Приняв решение, симбионт попрыгал по крышам, услышав крики и плач людей, бегущих с улиц Гарлема.

— Не еда. Не есть обычный люд, носитель будет злиться на нас. — Расстроенно протянув это, чёрная жижа попрыгала дальше по крышам, увидев то, от чего у неё потекли слюнки: три сильнейших фрика, от которых шёл дурманящий запах первосортной вкусняшки.

— Ммм… вкусняшки. Мы делать кусь. — Радостно пророкотав это, симбионт начал по-крысиному подбираться к полю боя, где уже не оставалось целых зданий и машин. Спрятавшись на крыше здания, под которым два ряженых фрика давили одного буйного, симбионт затаился, ожидая идеального момента, чтобы сделать кусь, вычленив из памяти носителя передачи «Дискавери» про охоту львов.

— Хм… запах самки знакомый! — Облизнувшись, симбионт заёрзал, направив запрос в тело носителя и получив пакет воспоминаний о блондинистой самке, которая была бякой, но нужна носителю для спаривания живой.

— Самка не должна умирать. Носитель должен эффективно плодиться. — Нервно пробормотав это, когда в Паучиху была кинута мусорка, которая чуть не снесла ей голову, симбионт занервничал.

Так что, когда Халк заломал своего врага, после чего ему помогла Паучиха, в очередной раз прилепив ноги Мерзости к асфальту, симбионт сделал свой крысиный рывок, удивив двух гамма-мутантов и одну Паучиху. Запрыгнув на грудь Мерзости он, резко раскрыв свою пасть и сделав хищный кусь, откусив голову Мерзости, который был признан более слабой целью, чем страшная зелёнка и самка носителя, которой нельзя делать фатальный кусь.

Глава 3. Мы...Веном! Часть 3.

Симбионт, который сделал эпичный кусь.

-Какая вкусняшка! – Отпрыгнув от падающего тела мерзости чёрная жижа начала довольно вибрировать.

-Ты украсть пастук Халка, наглая чёрная клякса! – Недовольно рыкнул зелёный громила, пнув труп своего уже мёртвого врага.

-Не пастук а кусь ради пища и развития! – Недовольно зашипев симбионт начал расшифровывать ДНК поглощённое из головы мерзости, выкидывая из неё ненужные по его мнения вещи, на ходу перестраивая Питера Паркера в кривого суперсолдата, коим был Эмиль Блонски до того как решил хлебнуть крови Халка.

-Ты хищная клякса у нас к какому классу чудовищ относишься? – Настороженно протянула Девушка-Паук но симбионт никак не отреагировал на слова Паучихи подтянув к себе труп Мерзости, в ответ на что Халк обижено засопел.

-Кто первый делать кусь у того мясо, понимать меня, зелёнка? – Нарастив по всему телу хищные пасти что начали откусывать жирные куски от Мерзости грубым басом прорычал симбионт гамма мутанту.

— Халк бить жадный обжора, что мешать его пастук! – Рявкнув это Халк рванул к симбионту ломая под собой асфальт.

-РАААААААААААА! – Зарычав симбионт оттолкнул гамма-мутанта своими щупальцами и стремительно нарастил массу закончив встраивать в свою структуру главную способность гамма мутантов в повышении энергоёмкости собственных клеток, от чего до этого щуплая чёрная клякса почти сравнялась в росте с Халком поглотив и переработав энергию что плескалась в Мерзости.

-— Глупый зелёнка кушать бяку из-за жуткой дверцы! Мы не глупый — мы покушали безопасно, но нам надо переварить наш священный кусь! – Схватив остатки Мерзости симбионт кинул задумчивый взгляд на путину Паучихи. Выпустив из свой огромной когтистой лапы жгут симбиотической плоти подтянулся на нём к крыше.

— Ладно, не буянь, зелёный. Этот парень явно выглядит позлодеистие тебя. – Сказав это Паучиха прыгнула следом за симбионтом.

— Халк не злодей! Халк просто любить хороший пастук! – Обижено буркнул гамма мутант, пнув гидрант, из-за чего его окатило потоком холодной воды вызвав ещё один приступ негодования у зелёного гиганта.

Но симбионту было уже плевать, он хорошо покушал и достал достаточно биоматериала для лечения носителя и даже нашел полезный образец ДНК, что сделает их будущий кусь круче. Он был невероятно хорош.

«Это брачные игры людишек?» — устало подумал симбионт, глядя как за ним гонится самка носителя. Зацепившись щупальцем за водонапорную башню, симбионт доел остатки Мерзости посмотрев на Паучиху, что приземлилась чуть ниже него на крыше.

— А зелёный точно тебя описал. Как в тебя только влез этот бугай? – Спросила у него Паучиха, кинув нервный взгляд на язык симбионта, с которого всё ещё стекала кровь Мерзости.

— Мы не готовы спариться, самка, так что идти по своим делам. – Лениво протянул симбионт.

Услышав словам симбионта блондинка, что хотела выплюнуть очередную нервозную шутку, чуть не грохнулась с крыши.

— Срань господня! Ты что, мистификация хищной хентайной тентакли? – Всё же выдав шутку блондинка не знала что делать, так как вязать это было бы крайне проблематично учитывая что её возможный противник откусил огромному чудовищу голову.

— Хентай — это вкусно? – Чуть наклонив голову спросил у Паучихи симбионт. В ответ на это та чуть не хрюкнула.

— Ладно, дружок, ты крепко вошёл в мой личный топ-10 самых странных встреч в этом городе….Ты типа чей-то лабораторный эксперимент? – Почесав голову спросила у него Паучиха.

-— Глупый самка, мы — это мы. Это ведь просто, верно? – Посмотрев на неё как на идиотку симбионт, подумав решил, что нужно добыть ДНК верткой самки, чтобы их с носителем будущее потомство не имело дефектов из-за разной физиологии.

Паучиха, чьё паучье чутьё резко взвыло, ушла от щупальца симбионта, что намеревалось её схватить.

— Стоять на месте, самка! – Раздражённо прошипев это симбионт напрягся и взорвался потоком чёрных щупалец, что заполонили всю крышу, из-за чего Паучиха быстро увязла в куче щупалец, не имея путей к отступлению.

Притянув изрядно струхнувшею девушку, связанную щупальцами, прямо к себе, симбионт лизнул её лицо беря сразу образцы волос и частичек кожи, после чего проткнул её руку небольшим шипом и откачал из неё пару миллилитров крови.

-— Сладенько! Носитель уметь выбирать самка. – Радостно протянул симбионт изучая новый образец ДНК. Пока в один момент не понял, что ДНК девушки тоже было заляпано какой-то липкой гадостью, что пыталась его к чему-то притянуть, от чего у него на груди проявился символ паука, хоть тот и смог вывернуться из липкой гадости сам символ остался на груди симбионта.

— Фу! Снаружи сладость, внутри бяка! – Откинув героиню, потерявшую сознание из-за короткого контакта с Великой Паутиной, симбионт пошел дальше по списку важных проблем своего носителя.

— Нам нужны бабки, чтобы не стать бомжом… - С такой глубоко философской мыслью симбионт выстрелил щупальцем в край ближайшей к нему многоэтажки, начав охоту на нечистых на руку людишек для обогащения своего носителя.

…

Утро следующего дня. Питер Паркер — начинающий суперсолдат.

Солнце резануло по глазам, после чего я лениво открыл глаза. Присниться же такое! Тайная лаборатория отца, становление огромным монстром и откусывание головы другого монстра. Всё же надо жрать меньше таблеток если не хочу в один далеко не прекрасный момент стать обитателем психушки.

Встав с кровати, я как-то резко понял, что я не в своей спальне и даже не гостиной дока. А ещё был самый жирный нюанс — я встал сам без поддержки экзоскелета.

Утречко носитель, как сам? Я тут дошел в твоей памяти до порно и меня поражает что вы людишки придумали столько способов сувать свой прибор в самок, это же контрпродуктивно, надо же просто один раз и наверняка.

У меня из плеча вылезла мелкая чёрная голова вчерашнего монстра…ЭТО ЧТО БЛЯДЬ БЫЛ НЕ СОН?

У тебя что-то шалят гормоны, погоди…так лучше?

После его слов меня резко отпустило, будто выжрал горсть седативных препаратов, но без полного глушняка эмоций до уровня полена, скорее было похоже на просветление, когда к тебе в голову приходит гениальная идея.

Успокоившись, я опустил голову и увидел рядом с кроватью труп какого-то негра с золотой цепью. После чего осмотревшись понял, что спальня, где я проснулся была слишком уж пёстрой, будто я был на дому у какого-то сутенёра.

Не просто сутенёра, но ещё и влиятельного наркоторговца! – Гордо пророкотала голова что торчала у меня из плеча.

Перешагнув его труп, я поблуждал по его квартире найдя ванную и подойдя к раковине умыл лицо попутно осматривая своё тело.

На нём не было ни одного шрама, даже следов старого ожога на тыльной стороне руки, который я получил, решив стащить блинчики тёти Мей прямо со сковородки

Естественно и шрамов от бойни в Мидауне тоже не обнаружил, после чего я запоздало понял что смотрю в зеркало и прекрасно вижу всё без очков. Да сука меня будто засунули в игру и прокачали стат харизмы и телосложения до капа судя по моей новой атлетичной фигуре.

Харизма всё ещё на дне, а вот наше тело почищено, откалибровано и готово к любой работеноситель.

Как там говорил отец, биокостюм, да? Панацея от всех болезней…Вдох выдох Питер, надо вернуться в лабораторию чтобы лучше понять, что такое на тебя налезло.

Хотя стоп, я что убил человека? Я посмотрел на труп что валялся в спальне.

Не человек. Мусор. Даже для корма не сойдёт — слишком химозный из-за белого порошка.

Успокоил, чтоб его…Потерев переносицу я увидел на пороге сумку, набитую наличкой.

Мы разнесли его притон и собрали с него деньги. Думаю, самки, которых он сдавал в аренду, скоро его сдадут отцу нашей самки, так что надо возвращаться в наше логово.

Может я верю ему из-за того, что эта слизь-убийца взяла меня под контроль, но она в целом говорит логичные вещи…

Уууу, мы одно целое, просто не видим препятствий и глупых человеческих предрассудков, делясь этим умением с носителем.

- Отпечатки? – Спросил я, если так подумать, у самого себя, да?

Нету, мы не глупый, мы умный, мы…ЗАБЫТЬ НОСИТЕЛЬ, НАДО ИМЯ ДЛЯ НАС, ЧТОБЫ БЫТЬ ГЛАВНЫМ И УНИКАЛЬНЫММ ХИЩНИКОМ В ЭТИХ КАМЕНЫХ ДЖУНГЛЯХ!

- Серьёзно, имя? Тебя сейчас именно это заботит? – Судорожно застёгивая сумку с деньгами я уж как-то слишком легко её поднял. - Что ты со мной сделал? – Подняв сумку, туго набитую наличкой, я должен был хоть чуть напрячься, но её вес даже не ощущался пока я держал её на вытянутой руке.

Мы стали лучше, сильнее, быстрее и проворнее сожрав тварь жуткой дверцы и покусав самку, увязшую в липкой бяке.

Очень информативно, но нихрена не понятно, конечно…

Будто в ответ на мою критику по телу прошлась рябь, после чего одежда, в которой я был вчера превратилась в матово чёрный костюм с белым пауком на груди.

-— Порадуемся, что Паучиха не в официальном поле, а то меня бы меня точно по судам затаскали за использования чужого бренда. – Потерев переносицу буркнул я, глядя на свой чёрный костюм.

Ладно, скажем спасибо ему хоть за то, что эта чёрная клякса не убила Паучиху. Я, конечно, очень смутно помню его похождения, во время которых ей повезло выжить, но сам факт, что ей именно что повезло я всё же запомнил, хотя может имел место эффект неожиданности, но что есть то есть. А я хоть и презираю её выбор сохранять жизни ублюдочным маньяком вроде Скорпиона и Носорога после той бойни, но всё же это презрение не столь велико чтобы желать того чтобы мой биокостюм откусил ей голову. Бля, как же дико всё это звучит….

ИМЯ! НАМ НУЖНО ИМЯ, НОСИТЕЛЬ!

-Хватит истерить, нам нужно сваливать, имя выберем позже… - Устало буркнул я подходя к окну.

Нет сейчас! Без имени мы не внушительные и жалкие!

О боже, ладно, ты проект Панацея что был придуман моим отцом как лекарство от всех болезней, но уж больно хищным получилось это чудное лекарство, поэтому, как и любое лекарство в больших дозах, ты у нас самый что ни на есть страшный яд. Так что радуйся, теперь ты у нас будешь Веномом.

Мне нравится… ТЕПЕРЬ МЫ ВЕНОМ!

Что я могу сказать? Перемещение по городу на щупальцах косплея Паучиху это прямо-таки манна небесная для всяких адреналиновых наркоманов, а вот я бы, наверное, инфаркт словил под конец этого родео, но Веном сказал, что пока наше сердце в зоне его видимости он вернёт его на место и запустит без каких-либо проблем, ну или отрегенирирует новое. Весело, да? Теперь кажется это моя повседневная жизнь…

В лабораторию отца я попал только через час, так как обучение полёта на щупальцах это не просто и, к моему сожалению, на ютубе нет гайдов по этой теме от прошаренных гуру.

И по итогу могу сказать лишь одно — уже поздно дёргаться, после соединения с носителем симбиот образует своеобразную общую нервную систему с мозгом носителя. И чем больше симбионт меняет твоё тело, тем сильнее он врастает в него. Чисто теоретически, наверное, его можно содрать если он сильно не изменял твою ДНК или если твоя клеточная структура сложнее, чем у него самого, от чего ему будет трудно тебя переписывать, хотя я не знаю, что может переплюнуть это антинаучное нечто…зато понятно почему по душу отца кто-то однажды пришел.

О шпионских игрищах с целью создать или выкрасть сыворотку суперсолдата сняли столько сериалов и кино разной степени паршивости что это стало уже таким киношным штампом на котором клейма негде ставить. Так что буквально живая сыворотка суперсолдата что тебя лечит от любой опасности попутно превращая тебя в живой танк должна возбудить 99% из 100% мутных конторок на нашей планетке.

— И что мне делать? – Пробормотал я себе под нос закончив читать лабораторные журналы отца и матери на старых компьютерах лаборатории.

Кушать и становиться сильнее чтобы Веном стал самым сильным хищником в этом ебанутом городе.

— Ага, а потом нас повяжут и отправят в застенки Рафта к другим ряженым фрикам что избила Паучиха. – Устало вздохнув я откинулся на стуле.

— Этому городу нужна смертельная доза панацеи, носитель…ЕМУ НУЖЕН ВЕНОМ! – Из плеча вылезла хищная морда Венома.

-Ты не забыл, что по городу летает героиня в трико, которая может пересчитать нам зубы, в этот раз возможно даже удачно? – Если он составил личность на основе моей памяти у меня зреет вопрос. У меня что есть где-то глубоко внутри желание быть пафосным засранцем?

Она наша самка, поэтому не угроза для Венома, а будущий производитель потомства.

-— Типа укусил — значит, твоя? – Спросил я у него с изрядной долей скепсиса.

Самка по имени Гвен устраивала брачные игры и до того, как носитель стал лучшей версией самого себя…СТАЛ ВЕНОМОМ! – Опять эту жижу переклинило на пафос…..ТАК, БЛЯДЬ, ГВЕН?

-Ты хочешь сказать, что Паучиха это Гвен? – Спросил я у Венома поджав губы.

Да, самка хороша, но явно нуждается в тщательной дрессировке, так как она слишком неэффективна для своей роли.

Но я уже не слушал воодушевлённый бубнёж чёрной жижи, обтекая от простого факта, до которого я должен был додуматься уже давно. Были же предпосылки, то же устройства вакуумной утрамбовки картриджей с некими экспериментальными химикатами, что я сам смастерил этой дуре.

Ладно, с моей удачей это не самые дерьмовые новости, учитывая что пока я ехал в такси по радио говорили о битве Паучихи и Мистерио, то скорее всего Гвен у нас просто впала в терминальную стадию самобичевания учитывая тот факт что частично по её вине умерли Мей и Бэн…

— Веном, насколько сильно ты влияешь сейчас на мой мозг? – Задумчиво протянул я понимая что сейчас должен желать откусить от Стейси жирный кусок хищной пастью Венома, а не вот это вот всё рационализаторство. Я же подросток, чтоб его!

Самка глупая, семью убить не она…злиться на самку контрпродуктивно, я просто сокращаю годы немотивированной ненависти и постепенного осознания, за которое носитель сам бы её простил и затащил в логово для размножения, до минуты. Это продуктивно. А продуктивность это вкусно!

— Какая экономия на психологах… — - Язвительно буркнув это я прикрыл глаза.

Да, шарлатаны не нужны совершенному существу, чтобы понять как мы хороши, носитель.

— Веном, а каковы наши шансы против Скорпиона и Носорога? – Спокойно спросил я у симбионта.

Они просто мясо в консервных банках, надо лишь правильно надавить, чтобы добраться до её содержимого.

— Вот только штурмовать Рафт это слишком даже для мясного танка коим мы сейчас стали. – Покачав головой я услышал писк. Посмотрев вниз я видел на полу свой мобильник что лежал тут со вчерашнего дня. Так… двадцать пропущенных от Гвен и сообщение о том, что нам нужно поговорить.

Ну и исходящий вызов от дока. Взяв трубку я услышал взволнованный голос Октавиуса.

— Питер, мне приехать? – Нервно спросил он у меня.

— Что-то случилось? – Спросил я с подозрением.

— Ты что, не видел последние новости? – Осторожно спросил Октавиус.

— Нет, вчера у меня был на диво сладкий сон, так что я немного отстал от жизни. А что случилось? – Спокойно спросил я у него.

— Неизвестная группа наёмников без опознавательных знаков вчера провела диверсию в Рафте пока всё внимание полиции и правительства занимала заварушка трёх чудовищ и Паучихи в Гарлеме. Большая часть заключённых была освобождена и сейчас находится в бегах, включая Носорога и Скорпиона, которые сидели там после Мидтаунской бойни. – Нервно притянул док, явно ожидая от меня приступа панической атаки.

— Не переживайте обо мне, лучше сосредоточьтесь на фонде Харди, лучше всего мне поможет прийти в себя любимое дело. А что до ряженых фриков, то я нашел новое лекарство, что помогает мне бороться со стрессом док, так что как-нибудь дождусь очередного мордобоя Паучихи, после чего они вернутся в Рафт. – Успокоив дока я пошел на выход из метро.

— Эх, хорошо. Просто будь осторожен, Питер. – Устало протянул Октавиус.

— Конечно буду, док. – Бросив трубку я невольно улыбнулся хищной улыбкой.

— Веном, пора разделывать мясо…- Хм, мне кажется или я резко стал сильно выше?

— МЫ ПОКАЖЕМ ИМ ИХ МЕСТО В ПИЩЕВОЙ ЦЕПОЧКЕ, ИБО МЫ ВЕНОМ И ЭТОТ ГОРОД ПРИНАДЛЕЖИТ НАМ!

Глава 4. Эго Венома.

Гвен Стейси — героиня, которая начала понимать некоторые ПТСР девочек-волшебниц.

Боже, какое же дерьмовое выдалось утро… Устало вздохнув, я откусила кусок пиццы, которую подозревающий что его кто-то пранканул курьер всё же оставил в переулке мою пиццу.

И снова просрала всё, что можно просрать. Мисс Стейси, как обычно, в ударе… И Питер, конечно же, не отвечает. Наверное, добавил меня в чёрный список, учитывая, что папа позвонил и толсто намекнул, что, если я не перестану быть сукой, о нашей дружбе можно смело забыть.

Так и хочется иногда проорать всем в лицо, что я спасаю город от безумных ряженых психов и слишком много о себе возомнивших бандитов, и уж кто-кто, а я точно не сука…

Но кому не насрать? Да уж, вот вам, дети, жизненный урок: добрые дела не вознаграждаются. Максимум, что тебя ждёт — так это чёрный тентакль в заднице. Хотя утром я искренне порадовалась, что меня не сожрали и не сделали чего похуже с этой самой задницей.

Кто бы знал, что он настолько быстрая тварь. Про силу-то было ясно после обезглавливания Мерзости челюстями, но твою-то мать, в этом городе слишком много сверхсильных чудовищ на один квадратный метр.

Интересно, если я сейчас залечу к Питеру домой и скажу, что я вчера город спасла, он меня простит? Хотя о чём я… скорее всего, просто вежливо пошлёт в задницу.

И как вишенка на торте — причина моего внепланового патруля: все придурки, которых я запихнула в Рафт, сейчас бодро бегают по городу и строят свои козни, возможно, даже против меня, как в прошлый раз…

— Диспетчер, к Центральному банку! Бежит Носорог, расталкивая все машины! Мне нужно под… ААААА!

Коммуникатор в ухе замолк, после чего до меня дошло осознание того, что придётся потом есть холодную пиццу.

Устало вздохнув, оставляю коробку с пиццей на крыше и лечу в сторону Центрального банка, к которому неравнодушен каждый ряженый фрик в этом городе, кроме Зелёного Гоблина. Хотя, учитывая ценник на его игрушки, который должен быть немаленьким, под маской у него явно скрывается холёный богач, который от скуки любит устраивать резню.

Да-да, иногда верить в людей очень сложно, но я всё же стараюсь! Но, видимо, рёбра и ноги я теперь буду ломать ещё чаще, чтобы не вылезали из Рафта на своих двоих.

Долетев до Центрального банка, вместо погрома в нём я увидела, как Носорога буквально вбивает в асфальт мой вчерашний знакомый. Зная, насколько крепок экзоскелет Носорога, я с шоком смотрела, как он прогибается под кулаками этой чёрной кляксы, которая сейчас портит мне имидж намалевав знак паука на своей груди.

Поняв, что скоро Носорог отправится не в Рафт, а на тот свет, я прикусила губу. Соблазн был велик… но я не такая!

Выстрел из веб-шутера попал в глаза чудовища, но в этот раз оно было будто бы куда более собранным. Чёрная масса лишь дёрнулась, а затем резко повернула голову в мою сторону.

— Не мешай нам! — рявкнуло чудовище, даже не пытаясь скрыть раздражение. Да сколько в нём силищи-то? Усиленный состав оно порвало одной рукой, даже не напрягаясь, чёртов Каратель на стероидах и без автомата.

К обстрелу паутиной подключились и пули, так как полицейские решили, что казни в центре города им тут точно не надо. Вот только пули были также эффективны, как моя паутина, то есть никак: они просто отскакивали от его толстой шкуры, максимум устраивая ему вибромассажик.

Так что пришлось метнуть в него канализационный люк. Да простят меня за такое богохульство коммунальные службы.

К сожалению, люк выиграл мне всего жалкую секунду, за которую вытащить исполинскую тушу Носорога из-под удара я просто-напросто, чисто физически, не успела. Оттого я сейчас будто в замедленной съёмке могла наблюдать, как мускулистая нога этого чёрного нечто, пробив последний слой брони экзоскелета Носорога, буквально выбрасывает поток жидкой тёмной субстанции в его разбитый шлем превращая содержимое экзоскелета Сицевича в фарш. Секунда — и экзоскелет падает на асфальт, после чего из сломанного шлема Носорога вытекает простое мясное месиво.

Ладно, теперь я рада, что не доела пиццу. Лучше есть холодную пиццу, чем выблевать ту же пиццу, но уже тёплой да?

— ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО! СКОРПИОН, ТЫ СЛЕДУЮЩИЙ! НАМ НЕ ВАЖНО, ГДЕ ТЫ ПРЯЧЕШЬСЯ! МЫ НАЙДЁМ ТЕБЯ И ВЫПОТРОШИМ, ИБО МЫ — ВЕНОМ, И НИКТО НЕ УЙДЁТ ОТ НАС БЕЗНАКАЗАННЫМ! — проревело чудовище, так что его голос разнёсся по улицам. Нда уж, в роли хентайной тентакли он мне как-то больше нравился.

Когда Веном улетел на своих щупальцах, я, посмотрев ему вслед, решила не преследовать его, так как, пока не пойму его слабости, смысла в этом не было. Всё же я не настолько сердобольная, чтобы рисковать задницей ради убийц Мей и Бэна без каких-либо козырей в рукаве.

Так что придётся Скорпиону побыть подопытной мышью, чтобы нащупать слабости Венома, хотя пока оных как-то не видно на горизонте.

Смывшись с места происшествия, я уныло жевала холодную пиццу, стараясь не вспоминать внутренний мир Носорога, что вытек из его экзоскелета после миксера из щупалец Венома, которые, как показала практика, он может заострять.

Когда я впихивала последний кусок в рот, зазвонил мой гражданский телефон, который валялся в рюкзаке рядом с коробкой пиццы.

Достав телефон и увидев номер звонящего, я чуть не подавилась и тут же ответила на вызов.

— Питер, нам нужно поговорить! Так что не бросай трубку, пожалуйста!

…

Питер Паркер — ботаник, который открыл в себе силу Тёмной Стороны.

— А я говорил! Говорил же: обычное мясо в консервной банке. Вскрыл, взблендерил — и он кончился. Хе-хе-хе, — самодовольно хихикнул Веном у меня в голове.

— Хватит смеяться как маньяк! — раздражённо огрызнулся я, невольно морщась. — Ты создан из набора моих воспоминаний, а это, знаешь ли, пиздецки жутко!

— Хорошо, тогда сегодня у нас объявляется перерыв. Может по такому знаменательному случаю посмотрим «Звёздные войны» в 4K? — с надеждой предложил Веном. — Хочу увидеть их вживую.

— Нет, мне надо поговорить с Гвен, — твёрдо ответил я. — Сам же сократил мой путь к принятию суровой реальности, так что теперь идём на серьёзный разговор.

— Нееееет! — протянул Веном с таким возмущением, будто я лично собирался испортить ему лучший день в жизни. — Самки ломают кайф. Может, научить тебя размножаться почкованием, чтобы они нам не мешали?

— Иди в задницу! — процедил я сквозь зубы, потирая виски. — Я тогда застрелюсь!

— Не поможет, — беззаботно отозвался Веном. — У меня бэкап твоей памяти делается по кд каждый день, так что я просто тебя откачаю, даже если вынесешь себе мозги, мой непутёвый носитель.

Если бы это не звучало так жутко, я бы даже умилился…

Закончив эти внутренние диалоги с собственным костюмом, я нашёл неприметный переулок и, убедившись в отсутствии камер, перекинулся из Венома обратно в Питера Паркера.

Звоня Гвен в приподнятом настроении, я всё ещё не мог отделаться от мысли, что преступник, который раньше был для меня олицетворением кошмара, умер, обгадив собственный костюм, о чём меня уведомил Веном, пока мы его шинковали.

Да… такая сила просто сносит крышу, поэтому надо взять паузу, пока не вылез Скорпион, и понять, как мне жить дальше. Ну и, конечно же, поговорить с Гвен.

Я, конечно, осознал всю ситуацию благодаря тому, что Веном буквально показал мне то, что в психологии называется эго — нефильтрованную часть меня с моими истинными желаниями.

Но сейчас надо выйти из этого режима эго, иначе Гвен сразу поймёт, что со мной что-то не так.

Сделав глубокий вздох, я дал наглой кляксе команду вернуть мне нормальное восприятие мира.

Секунда — и… БЛЯДЬ! Я выпотрошил человека в ебаном центре города!

Схватившись за голову, я упал на колени, начав дрожать и осознавая глубину той навозной кучи, в которую я влетел с двух ног.

— Да, не надо было возвращать назад все эти комплексы! — бодро возразил Веном, словно мои переживания были сущей мелочью. — Забота о чаяниях идиотов это удел тех, кто не Веном! А мы — Веном, и мы слишком крутые для них!

— Я, блядь, вёл себя целый день как сраный хладнокровный маньяк! — прошипел я, сжав пальцы в кулаки.

— И чё? — флегматично отозвался Веном. — Так хладнокровные маньяки — это самая извращённая форма принятия своего эго, но всё же форма, так что не вижу ничего страшного. Мы же не маньяки. Мы добрый Веном.

— Добрый?! — я уставился в пустоту с таким выражением лица, будто надеялся найти там хоть каплю здравого смысла. — Мы человека выпотрошили и убили того наркоторговца и того уродливого мутанта!

— Они были человеческим и генетическим мусором, что отравлял общество своим присутствием, — невозмутимо заявил Веном. — Мы просто выполнили роль лекарства, которым являемся, только в этот раз в социальном плане, а не физическом. Ну а ещё мы сделали хороший кусь, что сделал нас лучше, так что наш день явно прошёл не зря!

— И с кем я говорю о морали? — пробормотал я, устало прикрыв глаза. — Бля, меня точно посадят…

— Мы слишком хороши, чтобы тюрьма нас надолго удержала, — самоуверенно заявил Веном.

— Уровень твоего ЧСВ, видимо, соответствует нашей силе в форме мясного танка, — язвительно пробурчал я себе под нос. Позвонив Гвен и выслушав её бормотания, я договорился о встрече в кафешке, в которой мы часто делали уроки в средней школе.

— Может, всё же вернём режим эго? — с хитрой интонацией протянул Веном. — Было весело.

— Иди в задницу, Веном! — рявкнул я раздражённо нахмурившись. — Пока меня не пытаются убить, никакого тебе режима эго и откусывания чужих голов!

— Изверг! Деспот! Тиран! Как же мы без кусь?! — возмутился Веном. — Кусь — это святое, носитель!

— Ааааа! Замолкни! — зашипел я нервно оглядываясь. — На меня люди пялятся из-за того, как я дёргаюсь в толпе!

— Гении часто бывают не поняты обществом, а мы — гении. После модификации тела так уж точно! — гордо заявил Веном.

Закатив глаза, я зашёл в кафешку, где поздоровался с Хосе на испанском и, выслушав соболезнование от него, был отправлен за столик с бесплатным молочным коктейлем — за счёт заведения.

— Хосе хороший, дал сладенькое бесплатно! — радостно воскликнул Веном. — Расскажи ему ещё пару слезливых историй, хочу ещё!

— Ты уж определись: ты хочешь сладкого, резни или смотреть «Звёздные войны» в 4K… — устало произнёс я потирая переносицу.

— Я могу отрастить несколько голов и пару щупалец с острыми клинками, так что можно делать всё одновременно. Это будет так эффективно! — с восторгом заявил Веном. — Особенно если купим тот новый телефон с огрызком и будем смотреть через него «Звёздные войны» хотя бы в HD. Хе-хе-хе!

— Да-да, так и вижу, как мы входим в магазин электроники с сумкой туго набитой деньгами и заляпанной кровью, покупая сраный айфон… — даже мысленно сарказм так и сквозил в каждом слове.

— Мне кажется или наша самка опаздывает? — явно заскучав спросил у меня Веном.

Посмотрев время на своих часах Casio, я понял, что Веном прав. Допив молочный коктейль, я устало вздохнул, встал из-за столика и выкинул пустой стаканчик в мусорку.

— Что, парень, встреча сорвалась? — понимающе спросил Хосе, заметив моё раздражение.

— Пока не знаю Хосе. Можешь ненадолго выключить «Сопрано» и включить новости? — попросил я, устало потирая переносицу. Закатив глаза, Хосе прощёлкал каналы на своём маленьком телеке, который стоял у него на прилавке, до канала с прямым включением от «Дейли Бьюгл».

— Мало нам было убийцы, который, судя по символике, сообщник Паучихи! Так она вместе со своим вторым старым дружком-маньяком, который тащится по жутким маскам, решила разнести Уолл-стрит, чтобы завтра вся биржа встала! Вы думаете, это случайность? А я знаю, что это сраный заговор людей-пауков с целью обогащения их теневых покровителей! — орал Джей Джона Джеймсон в углу экрана, обозревая то, как Гвен пробивает стены, толкаемая глайдером Зелёного Гоблина.

— Эта дичь, судя по всему, будет опаснее двух кусков мяса, один из которых уже кончился.— С предвкушением протянул Веном.

— Ладно, Веном, врубай эго, чтобы поговорить с ней. Она должна быть на разговоре одним куском! Да и Гоблин шел в моём списке третьим… — Поморщившись отдал я мысленный приказ Веному смотря на телек Хосе.

— Оки-доки, носитель, — довольно отозвался Веном. — Но после мы купим айфон и будем смотреть на нём хентай, ведь твоя самка говорила, что там есть такие же шикарные существа, как Веном!

— Всё же уходишь Питер? – С сочувствием спросил у меня Хосе.

— Не переживай, через полчасика подойду уже с Гвен, кажется она подвернула ногу по пути сюда. – Сказав это я вышел из кафе и пошел в ближайшей переулок в котором можно перекинуться в Венома.

Глава 5. Опять?

Питер Паркер — школьник, у которого теперь есть очень странное хобби.

— Как думаешь, если Гоблин взорвёт тот автобус, набитый невинными детишками, мэрия даст добро на ввод Нацгвардии? А, Веном? — спросил я у своего лучшего собеседника, так как он был кривой версией меня самого.

— Даст. И быстро станет посмешищем, судя по их жуткому обсёру в Гарлеме, когда положение спас лишь наш кусь. У них нет реальных козырей против ряженых фриков. А тот, что был, кормит червей ещё со Второй Мировой.

— Нда уж… Думаю, когда они совсем потеряют контроль над ситуацией, то и вовсе решат всё проутюжить ядеркой.

— Не отрицаю такой вариант, поэтому советую спасти самку и личинок человека, а то после выключения эго будешь ныть о том, какой ты ебанутый маньяк, допустивший трагедию.

— Я не маньяк, а учёный, хотя, признаться, грань тут очень тонкая, если вспомнить всех светлых умов человечества.

Ответив Веному, я выгадал момент, когда Зелёный Гоблин полез в свою сумку за новой порцией гранат в виде тыкв, пока изрядно потрёпанная Стейси сбивала своей паутиной очередную бомбу на подлёте к автобусу с детьми. После этого, спрыгнув с крыши, я выстрелил в него потоком щупалец.

— Вёрткая тварь! — рыкнули мы, отбивая тыквенную бомбу быстро понимая, что у ублюдка запредельная скорость реакции: он ушёл в пике, извернувшись до такой степени, что ни одно щупальце его не задело, умудрившись ещё и в ходе спешного отступления подорвать нас.

— Надо же… Паучиха, кажется, у тебя наконец-то появился реально полезный фанат, — весело протянул Зелёный Гоблин, достав из сумки ещё одну гранату и игриво подкинув её в руке. На его уродливой маске даже угадывалась довольная усмешка.

— Если ты пришёл, чтобы отыметь его тентаклем в зад, то даю тебе своё полное разрешение, ведь, по мнению Усача, я твой босс, Веном, — бросила Гвен, переводя дух. Она криво усмехнулась, явно решив, что сейчас самое время для очередной тупой шутки.

Занятно, будто вернулся в младшие классы. Тогда она тоже любила тупые шутки на грани фола, зато теперь понятно, почему их будто отрезало после нашего перехода в старшую школу: неискушённая интеллектом публика в лице маргиналов разной степени ебанутости стерпит любой её экспромт и забудет о нём в случае чего, если она решит ударить по их башке посильнеев отличии от наших одноклассников.

— Я не её фанат, Гоблин, и я пришёл не бурить твой зад своим щупальцем, как ошибочно предположила эта ряженая клоунесса, — ответил я. Раскрыв нашу огромную пасть и показав гоблину хищный оскал, я почувствовал, как пальцы превращаются в острые когти.

— Ох, так ты новенький в нашей злодейской лиге? Тогда чего лезешь в чужие игры, надо уваж… — договорить он не успел, так как ему пришлось резко увернуться от удара когтями. На миг его самоуверенная поза сменилась раздражённым удивлением.

Всё же взрывное усиление моей туши при должном напряжении может помочь закосплеить огромное мясное ядро, которым выстрелили из пушки.

— Быстро, но недостаточно, — Сказав это мы усмехнулись. После чего Гоблина, который сумел разминуться с моими когтями, тут же настигли подвижные щупальца с острейшими лезвиями. —Ибо, к твоему сожалению, мы олдскульные фанаты паразита! — Шесть щупалец с лезвиями на концах с огромной скоростью врезались в глайдер и броню Гоблина, делая своё грязное дело.

Глайдер заискрил и вышел из строя, отчего сопротивляться остальным щупальцам зеленомордому стало почти невозможно.

Пять одновременных ударов клинками с мономолекулярной заточкой прямиком по сочленениям его брони за секунду лишили его конечностей, оставив на месте только голову, на которой была напялена его уродливая маска.

— А-А-А-А-А-А, нет! Так нечестно! Я тут главный! Я не жалкий слабак вроде Нормана! — заорал он, дёргаясь на земле и разбрызгивая кровь из обрубков, оставшихся после моей атаки. В голосе смешались ярость, ужас и совершенно детская обида.

Не обращая внимания на его жалкий психоз, мы схватили его за голову нашей мускулистой рукой, отчего на её фоне его голова напоминала уродливое зелёное яблоко в руках у бодибилдера.

— Ты слишком долго отравлял жизнь жителям этого города, Гоблин… — прорычали мы, придвигая его к нашей пасти. Я почувствовал, как на лице расплывается хищная улыбка.

— Ты ничего не забыл, а, здоровяк? — Нить паутины, пущенная мне в затылок, одёрнула меня от этого любопытного образца, чей мозг мы обязаны сожрать, чтобы улучшить проводимость нейронов в нашем собственном мозгу до нового уровня. Ведь то, что он показал, явно превосходило в скорости реакции Гвен, у которой на минуточку та так-то должна была быть чудовищной, раз уж она успевает прицеливаться в здания, скача по городу на паутине как угорелая. А значит этот псих изменил свой мозг. Правда, на психике это сказалось отвратительно, но, как говорил Веном, мы не этот тупой мусор. Мы лучше.

— Ты пытаешься спасти это ничтожество, Паучиха? — спросил я у Гвен, чуть наклонив голову. За маской мелькнула насмешка.

— Не тебе решать, кому жить, а кому умереть, Веном, — хмуро протянула Стейси. Она сжала губы и упрямо смотрела прямо на меня, не отводя взгляда.

Джордж воспитал хорошую девочку, правда. Но не для работы ряженым фриком, а для обычной жизни. Такая наивность… как же неэффективно!

— Да, не мне решать… РЕШАЕМ МЫ, И МЫ ВЫНЕСЛИ ЕМУ ПРИГОВОР, ПАУЧИХА! — взревел я. Мимикрия чертовски полезна, когда твои враги слишком закостенелые, как моя идеалистичная подружка, которая привыкла к хай-тек-гаджетам и банальным мутациям. Поэтому, когда моя рука, державшая голову Зелёного Гоблина, стала хищной пастью и откусила эту самую голову, она впала в лёгкий ступор. На её лице застыл откровенный шок.

— О, шок-контент, носитель! Прикинь, Гоблин — это Озборн старший! И да, он себе мозги конкретно проплавил какой-то химией, но мы можем скопировать часть удачных мутаций, даже не став по итогу тупым биомусором, как он. Правда, эффективность будет ниже, зато безопасно и без цветущей шизофрении.

Скажи честно, ты просто не хочешь конкурентов, а, чёрная клякса? А что до Озборна — это логично, учитывая дорогие игрушки Гоблина. Хотя эмоциональное наполнение и шок от того, кем был отец Гарри, сейчас меня не сильно волнуют, так как они не привносят в нашу жизнь чего-то нового.

— А вот это было обидно. Но твоё брюзжание не испортит столь хороший кусь!

— Лови! — Пинок и обрубок Озборна летит прямиком к Гвен, что отвлекает её на достаточное время, чтобы я, слегка сдувшись для лучшей аэродинамики, полетел прочь. Так как кусь… тьфу ты, дело сделано, так что можно валить.

Как я и думал, погони не последовало. Зато Веном, когда мы отлетели на пару метров, пододвинул к моему уху мой мобильник.

— Да, Гвен? — Прицепившись к днищу водонапорной башни неприметного здания, я ответил на её звонок.

— Прости, Питер, я попала в ДТП. Представь себе: мой таксист проезжал по полю битвы Паучихи и Зелёного Гоблина, и его зацепила одна из бомб.

— Веном, отключи эго, — тихо добавил я, едва закончив слушать её объяснение.

— А ты не расплачешься после этого? — ехидно поинтересовался Веном.

— Делай, что говорю. У меня есть план, и то, что скоро я буду считать его аморальным, меня сейчас слабо волнует.

— Как хочешь, но с тебя потом поход в магазин с моим списком.

— Да-да, выключай эго, алчная ты скотина.

Секунда — и мир будто по щелчку меняет палитру. Костюм, завибрировав, исчезает, и я падаю на крышу.

— Пит, что с тобой? — обеспокоенно спрашивает Гвен. В её голосе слышится искренняя тревога, отчего мне было стыдно.

— Болевой спазм в ноге… такое иногда случается, когда ряженый психопат тебя режет, Гвен, — хрипло протянул я, и правда чувствуя боль, но не физическую, а душевную.

Ведь отец моего бывшего лучшего друга, хоть и не был образцом порядочности, всё же до сих пор казался мне хорошим учёным и человеком, у которого есть хоть какие-то принципы… а он был этим!

— Если хочешь его пожалеть, то вот тебе забавный факт: он, скорее всего, был болен нейродегенеративным расстройством, что вкупе с какой-то бодяжной химией дало ему ту запредельную скорость реакции и базовый пакет суперсолдата.

— Да, точно… Если хочешь, я могу прийти к тебе домой. Закажем пиццу, посмотрим «Скрытую угрозу», всё же в городе, судя по сегодняшним событиям, лучше не появляться, — С явной надеждой предложила Стейси пытаясь разрядить обстановку и вернуть разговор в привычное русло.

— Хорошо… но если ты опять опоздаешь, пицца будет за твой счёт, — убито протянул я, быстро сбросив вызов.

— Я выкинул себя из эго с аморальным расчётом впасть в депрессию для правдоподобного обмана своей подруги. По десятибалльной шкале мудачности это примерно сколько? — понимая свои действия спросил я у Венома.

— Учитывая то, что из-за косяка этой самки ты стал инвалидом и то, что она могла предотвратить весь пиздец, что ты сейчас творишь, просто нося с собой нож, который можно воткнуть зазевавшемуся фрику в глаз — где-то между троечкой и четвёрочкой.

— Да? И что тогда, по-твоему, у нас 10 из 10? — вставая на ноги и призывая облегчённый костюм мысленным усилием спросил я у Венома.

— Потакание её инфантилизму в виде сохранения жизни всякой погони ради её вторичных половых признаков и иллюзорного одобрения толпы, чья верность до боли похожа на портовую шлюху.

— Эй, мы с ней просто друзья! Были по крайней мере… — недовольно возразил я, спрыгнув с крыши и начав быстрый полёт до дома. Думаю, не будучи хорошенько избитым, я доберусь в Квинс раньше Гвен.

— Напоминаю: у меня есть полный набор твоей памяти, включая такие человеческие девиации, как мастурбация.

— А-а-а, боже, Веном, ну имей ты, сука, хоть чуточку совести и такта!

— Они не вкусные, так что имей их сам, носитель.

Переругиваясь с этой наглой чёрной жижей, я добрался до дома примерно минут за пять и, судя по тому, что Гвен не было у порога, моё предсказание по поводу влияния её убитого состояния на её скорость передвижения по городу оправдалось.

Так что я успел спрятать сумку с деньгами и даже убраться в доме с помощью двадцати щупалец, которые шустро навели идеальный порядок.

— Нда, тут никогда не было так чисто, — усевшись на диван, я посмотрел пустым взглядом на свои наручные часы. Прошло полчаса с момента звонка. На лице застыло усталое выражение. — Скорее всего она решила добраться ко мне на такси, чтобы не рисковать, да? — задав самому себе риторический вопрос, я получил ответ от Венома.

— Надежда умирает последней, носитель…

Прошёл ещё час, за который я захотел есть из-за модификации мозга, которую начал проворачивать Веном, и попутно узнал, что моя и без того хорошая память стала фотографической, когда пролистал кулинарную книгу Мей. После чего Веном доказал, что симбионт заменяет не только одежду, душ и лекарства, но и личного повара, приготовив мне лазанью по рецепту из книги тёти.

— Ладно, три часа — это уже до хрена даже для автобуса, который попал во все пробки в этом чертовом городе. — Звонок Гвен не увенчался успехом. Я опустил телефон и несколько секунд просто смотрел на экран.

— Я пометил нашу самку мелкой частичкой себя, которую мы можем отследить в пределах города. Она находится в её спинном мозге, и примерно полчаса назад эта частичка уловила огромный выброс адреналина в её крови.

— Веном, напомни мне связать её и закинуть к нам в подвал после того, как мы ещё раз спасём её задницу, — недовольно буркнув это, я принял форму мясного танка, закинув половину недоеденной лазаньи, оставленной для Гвен, в нашу хищную пасть.

Глава 6. Городское Сафари Часть 1.

Гвен Стейси — приманка на крупную дичь.

Боже, блядь, когда я ещё раз захочу сократить путь до Питера на паутине — кинь в меня молнию чтобы намекнуть что я дура!

Именно с такими мыслями я уворачивалась от атак тигра, который хотел отведать свежего девичьего ливера.

Как я попала в меню к тигру-людоеду? Ну, скажем так: энергетическая сеть, которая бьёт высоковольтным разрядом, и десяток газовых гранат с убойным снотворным после трёпки от Гоблина отправили меня пересчитывать радужных пони с гарантией, даже несмотря на вой Паучьего Чутья.

Ну а дальше уже я узнала, что это один гостеприимный бугай закинул меня в клетку, накачав чем-то. А то, как он протащил отряд, вооружённый для охоты на суперов, в центр города — история конечно же умалчивает, но чую здесь некий коррупционный заговор в мэрии и полиции.

— Кажется, ты нравишься Диме, Паучиха, — лениво протянул бугай с ножом, сидевший рядом с клеткой. Он едва заметно усмехнулся, скользнув по мне оценивающим взглядом, и снова посмотрел на тигра, наблюдая за тем, как меня пытается сожрать его Дима.

— Ну и кто ты? Хотя нет, дай угадаю. Я сорвала твой злодейский план, когда посадила твою шестёрку? Или, может быть, ты, как любитель кошек, испытываешь некую непреодолимую классовую ненависть к паукам? — язвительно спросила я, прищурившись. Подловив тигра в прыжке, я вбила его голову между прутьями, где он благополучно застрял, яростно рыча и дёргая лапами.

— Я жду главного хищника в этом прогнившем городе, ведь ты и этот идиот Зелёный Гоблин не оправдали ожиданий, но хотя бы помогли мне найти мою новую цель, — мечтательно улыбнувшись улыбкой матёрого душегуба довольно протянул этот жуткий громила. При этом пока он это говорил в его глазах мелькнуло почти что болезненное предвкушение с тем любителем отправлять злодеев на тот свет.

— Как мило. Ты у нас злодействуешь в тематике сафари? Когда ждать коллаборацию со Стервятником и Скорпионом? — спросила я у него чтобы потянуть время и осматривая помещение, которое напоминало внутренние вольеры в зоопарках, где за животными ухаживали сотрудники этого самого зоопарка.

И, осматривая помещение, где я уже заметила корм для животных и тазик с мясом, я перевела взгляд на стену, покрытую засохшими пятнами крови. На ней был прибит труп выпотрошенного Стервятника так что колоборация, судя по всему, отменяется.

— Хороший трофей, да? — Он чуть повернул голову к стене, словно любуясь собственной работой. — Хотя, как по мне, он не оправдывает своей репутации: пару выстрелов из ЭМИ-пушки и один выверенный удар ножом и он кончился. Я был несказанно разочарован такой скоротечной охотой.

Сука, ну что за ебаный пиздец! Ну какой же это всё мрак: сначала бойня в Мидтауне, потом Веном, теперь ещё и охотник-маньяк. Всё, решено: если выживу, признаюсь Питеру не только в том, что я Паучиха, но и в своих чувствах. Даже если отвергнет меня, я хотя бы не буду ни о чём сожалеть, когда меня прирежет кто-то вроде него или сожрёт чудовище вроде Венома.

— Держу в курсе: твой план — полное говно, так как я знаю зубастого громилу Венома от силы сутки, часть из которых он, возможно, хотел откусить от меня кусок посочнее, так что ты выбрал не ту приманку, гений, — бросила я с кривой усмешкой, стараясь говорить как можно увереннее. Надо заговорить ему зубы, пока регенерация выводит из тела ту химозу, которой он меня отравил.

— Знаешь, мой брат всегда говорил мне, что цифры никогда не врут, в отличие от людей девочка, и знаешь я ему верю хотя в других вопросах я с ним часто не согласен. Просо подумай оба раза, когда объявлялся Веном, ты была рядом тебе не кажется что это не просто удача? Да и у него на груди намалёван паук он буквально кричит что ты часть его стаи девочка. Так что он придёт за тобой, а уж зачем именно мне совершенно плевать. Главное, что когда он придет за тобой я смогу начать свою последнюю охоту! — Встав и раскинув руки в разные стороны довольно протянул этот псих. Его губы растянулись в хищной улыбке, а глаза зажглись лихорадочным предвкушением, от которого по спине невольно пробегал холод.

Боже, почему эти фрики вечно липнут именно ко мне, а не к слепому чёрту или к Карателю с фургоном, доверху набитым взрывчаткой?

…

Веном — новый антигерой с хищническими наклонностями.

— Судя по направлению, в котором мы летим, твоя частичка находится в где-то в городском зоопарке.

— Да, будем надеяться, там будет Скорпион. Мы должны оторвать его хвост и вогнать его жало ему в сердце, чтобы убить его же химозным ядом за то, что он решил нас блинчиков тёти Мей!

— У тебя даже драматические диалоги о месте сводятся к еде? — устало подумал я.

— А смысл нагнетать драму, если ты снова в режиме эго?

— Ну не с нервами же школьника мне соваться в очередную мясорубку, где с 90% вероятностью придётся всех положить, чтобы они снова не похитили Гвен.

— Эй, она в этом дерьме уже почти три года варится. Я уверен, на тоненького, но она бы и сама зарешала всё как минимум с Гоблином.

— На тоненького — это как в Мидтауне, когда трупы перевалили за сотню? — язвительно спросил я, мысленно передав ему изрядную дозу скепсиса.

— Пф, ну мы же не в комиксе DC, чтобы куча ряженых фриков не генерировала своим боем трупы в промышленных масштабах.

— И то верно, но как только спасу её зад, мы заляжем на дно.

— Не еам надо будет посчитать наркоторговцев и сутенёров. Той налички едва хватит на погашение ипотеки и налога на наследство, который тебе придётся платить, как только мы окончим нашу любимую школу.

— Ага, прямо-таки обожаю место, где меня вечно булят и доёбываются. И нет никакого грабежа я не хочу в один прекрасный момент понять что на геройствовал на пожизненое.

— Пф душнила! А что до школы то надо было просто взять биту, переломать Флешу ноги и всё было бы чики-пуки! – Бодро протянул Веном.

— Ага, ты ещё скажи, что надо сделать ему кусь, чтобы нас точно попытались посадить в тюрьму. — Я хмыкнул про себя, уже заранее представляя последствия этой гениальной идеи.

— Вот, прогресс: уже говоришь «попытались» вместо «точно посадят». Ещё немного и такими темпами ты поймёшь даже без моей помощи, насколько тупые ваши людские социальные конструкты, носитель.

— Это всё эта рыжая. Ну кто одевает настолько короткий топ в чёртову школу? Мне кажется, в некоторых порно про сантехников девушки были приличнее одеты перед основным действом. Оттого Флеш и агрится на всё живое, что пялит на сиськи его девушки.

— Тогда вместо биты оденем на неё мешок из-под картошки и будем жить счастливо без визгов школьного хулигана?

— Боюсь, если убрать сиськи Эмджей из поля зрения Флеша, он озвереет ещё сильнее.

— Люди слишком сложные. И вообще, хочу шоколадку — вон из той кондитерской вкусно пахнет!

— Мы на спасательной миссии, так что соберись! — раздражённо осадил я его, мысленно представив, как эта чёрная жижа уже тащит меня за руку к ближайшей кондитерской.

— Жизнь — боль… И да, за нами что-то гонится.

После слов Венома я на пару секунд увидел какую-то робоптицу со спины, так как он отрастил мне глаза на спине.

Уйдя в свободное падение, я резко развернулся и притянул птицу, у которой был оптический камуфляж, щупальцем.

Когда я хотел её раздавить, металлические грудные пластины разъехались, показывая мне небольшой экран, на котором был накачанный мужик в меховой жилетке.

— Ты и правда идеальный хищник: идёшь за своей собственностью, не нуждаясь в подсказках. Но я всё же не грубиян и привык бросать вызов напрямую. Так что я, Крайвен, великий охотник, приглашаю тебя на свою последнюю охот Веном, приходи в городской зоопарк. Ну и думаю, не стоит говорить, что, если ты меня расстроишь, Паучиха займёт место рядом с ним. — На экране самоуверенное лицо Крайвена расплылось в довольной улыбке. Затем фокус камеры сменился с Гвен, на спине которой он держал свою ногу, на выпотрошенного Стервятника, распятого на стене.

Блеск. Позиция четыре в списке на ликвидацию сама выпилилась об этого любителя городского сафари.

— Считай что ты уже труп, Крайвен, ведь никто не смеет трогать то, что принадлежит Веному! — рыкнул я, оскалившись, и раздавил робоптицу. Та, заискрившись, взорвалась, обдав меня лёгким потоком жара, большую часть энергии которого впитали мои клетки, не причинив нашему покрову особого вреда.

— Не переигрываешь? – С интересом спросил Веном.

— Он хотел зверя — пусть обканчаеться, увидев его, ну и расслабится, решив, что я тупое чудовище.

— Дети так быстро растут! — с умилением протянула эта язвительная чёрная жижа.

— Я почти ничего не знаю о нём, так что пусть будет хоть такое преимущество, так как времени копать под него у меня нет из-за задницы Гвен, которая сейчас находится в его руках.

— Ну кому ты лапшу на уши развешиваешь? Я же знаю, что ты мелкий любитель фармить ауру. Иначе я бы инстинктивно не принял такой вид, только начав поглощать твою память.

— Ты в курсе, что ты невыносим, да? – Спросил я у него закатив глаза.

— Я слишком хорош, чтобы от меня избавиться, так что терпи.

Я хотел съязвить, но, вспомнив вкус лазаньи и мгновенную уборку, понял, что мне нечем крыть аргумент этой сволочи.

— Чисто ради проформы поинтересуюсь: раз ты перезаписываешь мою ДНК с той же лёгкостью, с какой я собираю наборы LEGO, то я теперь бессмертный?

— Конечно же да. Зачем нам быть полудохлым стариком? Это ведь неэффективно, а значит, невкусно, так как сложно делать хороший кусь со вставной челюстью.

— После такого, конечно, стоило бы подумать о вечном, да времени нет.

— Да-да, шевели задницей, мы почти на месте.

Под псевдофилософские бредни мы добрались до зоопарка, который сейчас напоминал сраную крепость с баррикадами, которую патрулировали робопсы и уже знакомые робоптицы, которыми управляли фрики в охотничьих нарядах с меховыми элементами.

— Ох, как мило. Кажется, Крайвен ещё и лидер секты имени самого себя.

Люди со слабой психикой любят искать себе идолов среди альфа-человеков. Крайвен — один из них, так что не вижу особых противоречий в том что у него есть личная секта.

— С твоих слов так у нас тоже когда-то будет такая секта. — Я невольно усмехнулся, представляя, до какого абсурда всё это могло бы дойти.

— Будет, конечно. Всё же не ты один был жертвой Гоблина и Носорога. Их убийство прибавит Веному верных фанатов, которым до фанатиков не то чтобы нужно делать много шагов.

— Вот уж спасибо. Но строить секты? Веном, я что, тебе какая-то инфоцыганка с фейсбука?-Недовольно спросил я у этого кадра.

— Бу-бу-бу, вали их уже и освобождай свою самку пока её не покромсали на куски. Надоел нудеть. — В голосе Венома звучала такая показная скука, словно я мешал ему смотреть самый интересный фильм на свете.

Закатив глаза, я осмотрелся на территории зоопарка, обнаружив пару стационарных турелей.

— Сначала подготовим поле боя под себя. Что-то не хочется мне драться под шквальным огнём, да и вон те типы на крышах явно носят с собой не игрушечные ракетницы.

— Их пукалки бесполезны против такого шикарного нас, носитель.

— Ага, но Гвен-то они повязали, так что недооценивать их я не буду, Веном.

С такими словами я ужался и начал стелс-миссию по саботажу вражеских снайперов и рокетменов, при этом стараясь избегать сенсоров робоптиц и робопсов.

И, наверное, если бы я не сожрал Гоблина, от чьей тайной личности моё основное «я» до сих пор в шоке, то я бы где-то да попался. Но дикая скорость реакции, которая буквально давала мне сраный буллет-тайм, позволяла мне стелсить как богу, перерезая глотки врагов с поразительной лёгкостью. Так что в итоге, выведя из строя всех, кто мог помешать мне играть в огромное злое чудовище, чтобы выманить Крайвена на уже изученную территорию, я подал сигнал Веному на раздутие нашей тушки.

— Хе-хе-хе… пришло время делать кусь!

Глава 7. Городское Сафари. Часть 2.

Веном — главный хищник Нью-Йорка.

— Это он! — заорал один из приспешников Крейвена, его лицо перекосило от паники, и он торопливо навёл на нас какую-то пушку. Судя по массивности конструкции, это был не обычный огнестрел.

Отскочив от груды поломанного металла, в которую превратилась робособака после того, как наша массивная туша вмяла её в землю, мы прыгнули к своей первой жертве.

— А-а-а-а! — Удар и наш кулак пробивает его грудь навылет, после чего щупальца, выскочившие из руки, разрывают его тело, разбрызгивая кровь по всей округе, где уже суетятся его товарищи.

После того как его останки с противным хрустом грохнулись на землю, мы притягиваем щупальцем его пушку и стреляем из неё в робоптицу, что решила спикировать на нас сверху.

Из пушки вырывается сеть, которая при попадании заискрила, спалив электронику птички, угодившей в неё, отчего та мгновенно рухнула на землю и крайне красочно взорвалась.

— Разряд был сильным, наверное, именно этой пушкой и глушили Гвен, когда её похищали.

— Да, думаю, такого сильного заряда от этой сети вполне хватило бы, чтобы вырубить её даже без десятка стен, которые Гоблин пробил её хребтом.

— Что ж, один козырь Крейвена мы раскрыли. Посмотрим, что у него ещё есть в запасе, кроме этих милых игрушек.

Пока я играл с сетемётом, шестёрки Крейвена достали из ящиков ракетницы.

— Ох, кажется, твою подготовку смыли в унитаз обычной запаской, носитель.

— Веном, не забывай, что им надо ещё успеть их зарядить.

Рывок вперёд со щитом из симбиотической плоти — их баррикада из ящиков разлетается в разные стороны, после чего наш щит взрывается, превращаясь в острые пики, которые легко пронзают их броню.

— А теперь давайте добавим огонька, чтобы вы не скучали. — прорычав это мы притянули все ракетницы щупальцами и, зарядив их, начали прицельно выбивать вражеские позиции, стреляя сразу из шести ракетниц разом. Благо с чёртовым буллет-таймом от мутации Гоблина это больше напоминало детский тир, чем сложную задачу.

— Что, притихли, ребятки? Мы же только разогрелись? — оскалившись в широкой хищной ухмылке рычим мы. Отбросив ставшие бесполезными ракетницы, мы оставили только шесть щупалец с клинками и побежали в сторону шестёрок со щитами и молотами, что пережили нашу бомбёжку.

— Держать строй, босс уже скоро будет зд-… — договорить он не успел: глаза его испуганно расширились, а моё щупальце, обогнув щит, срезало ему голову через сочленение в его броне.

— Атакуйте все разом, чтобы он не мог давить на кого-то одного! — прорычал один из них, лицо его исказилось яростью, и он с размаху зарядил мне в грудь молотом, оказавшимся реактивным, отчего меня впечатало в решётку какой-то клетки, изрядно её помяв.

— РАААААААА! — как же без театральности, мы всё-таки монстра отыгрываем.

Зарычав, я отпихнул щупальцами гранаты, которые они в нас кинули, и хотел снова рвануть к ним, как меня резко скрутило.

— Рьяяяяяяяяяя! — сука, как же больно!

Хватаясь за голову, я оглядываю поле боя, видя десятки разорванных на куски трупов.

Это что, всё это сделал я? Блядь… блядь!

— Вы видели, эта тварь боится громких звуков! Кидайте светошумовые гранаты! — от зрелища кровавой бойни меня отвлёк истошный крик моих жертв.

Но-си…те-ль… бе-ги!

Изрядно уменьшившись, извивающийся симбионт снова покрыл моё тело, после чего я побежал, буквально взрывая под собой каменную плитку, пока в один момент не влетел в стену, пробив её навылет.

— Блядь, приди в себя, Веном, мне нужно эго, я же не боец, чтоб его! – Нервозно прокричал я.

— Доставка на дом, как мило. Хотя мог бы подождать ещё минуту и мы бы резвились уже на открытом воздухе, Веном, — повернув голову, я увидел Крейвена в его меховой жилетке он был ничуть не меньше меня в моей форме мясного танка.

Удар и меня вбивает в стену, на костюме снова отрастает пасть, через которую я выплёвываю горсть собственных зубов.

— Я хочу видеть настоящего зверя, Веном! Неужели обычные хлопушки превращают тебя из альфа-хищника в тщедушную тварь? — недовольно рыкнув, Крейвен с презрительной усмешкой на лице всадил нож мне в живот, а после начал вбивать меня правой рукой в стену возвратно-поступательным движением.

Когда стена, не выдержав, рухнула, паника и боль отошли на второй план, вернув кристальную ясность моему текущему положению.

— Мерзкая слабость, нужно будет найти способ её устранить… И да…УБЕЙ ЕГОНОСИТЕЛЬ! – Забурлив симбиотическая плоть снова окутала моё тело даря спокойствие и невероятную силу.

Нарастив массу, мы отбили руку Крейвена и оплели его щупальцами, начав бить его об стены.

— ДА, ПОКАЖИ МНЕ БОЛЬШЕ СИЛЫ, ВЕНОМ! — прорычал Крейвен с безумным оскалом на лице. Почему он ещё не сдох?!

Резкая вспышка боли и Крейвен освобождается, разрывая наши щупальца, после чего достаёт из ножен на поясе серебристый мачете и делает рывок вперёд.

(Примерно так, но с мачете.)

— СДОХНИ! — щупальца разделяются на сотни тончайших нитей-лезвий, оплетая его тело. Усилие воли и нити сжимаются, но не могут прорезать его кожу, оставляя лишь сотни царапин, пока в один момент не лопаются, не выдержав давления.

— Он не обычный человек! – С опаской мысленно рыкнул Веном.

— Я уже это понял, капитан очевидность!

Зрачок Крейвена резко вытягивается, после чего мы чувствуем резкую вспышку боли в районе лба.

Моргнув, мы уже оказываемся в огромном вольере, стилизованном под дикие прерии; вижу огромную дыру в стене здания — судя по всему, она ведёт в служебную зону, обслуживающую этот вольер, — делаю вывод, что через неё мы сюда и попали, после чего натыкаюсь взглядом на Крейвена, что чистит от крови свой мачете.

— Прекрасно, значит, ты пережил прямое повреждение мозга, — усмехнулся Крейвен, — всё же было бы жаль, если бы ты не оправдал ожиданий, Веном. — Сказав это, он поправил наруч на левой руке, которого до этого на нём не было.

— Веном, какого хера тут происходит?

— Нам проткнули голову мачете, пришлось латать твой мозг, отчего ты на пару минут отрубился. Так что старайся избегать таких травм, подставляя руки или щупальца под удар.

— Почему он нас просто не прирезал?

— Хочет увидеть больше, он же сам об этом сказал.

— Боевой маньяк получается?

— Да, но тебе ли на это жаловаться? Будь иначе, пришлось бы, схватив твои мозги, смываться отсюда, оставив часть себя как обманку для отвлечения внимания.

— Его нож режет нас так же легко, как наши клинки — его шестёрок. Что это за металл?

— Не знаю, я не смог отщепить от него даже микрона, пока он торчал в нашем черепе. Чудовищная плотность атомов.

— Так и запишем: не попадать под его мачете.

Поморщившись, мы пригнулись и начали обходить его по кругу, высунув язык и обнажив хищную пасть в угрожающем оскале.

— Покажи мне ярость загнанного в угол зверя, Веном! — рыкнул Крейвен с хищным азартом в глазах, нажал на свой пояс и просто исчез. Какого хуя?!

Поняв, к чему всё идёт, мы взорвались потоком щупалец-пик, чтобы насадить его на них. Но наша атака ушла в молоко.

Резкая боль в лодыжке дала наводку — припав на колено, мы ударили по тому месту, где должен был быть Крейвен, пятёркой щупалец: три промазали, но два нашли свою цель, пустив ему кровь.

— Мы сожрём тебя, как бы ты ни оттягивал неизбежное. — карикатурно прорычав это, мы, оскалилились облизнув окровавленные щупальца-пики нашим языком, начав анализ его ДНК.

Комплексная мутация костей и мышц, плюс модифицированная кровеносная система… и как вишенка — рак крови с лёгким привкусом кошачьего лотка. Тц, опять любитель жути.

— Что значит «любитель жути»? — спросил я у Венома, пытаясь выследить Крейвена по каплям крови, что могли упасть на землю, вытекая из его ран.

— Что он получил силу от жути извне. Как твоя самка и Зелёнка с той мерзостью.

— И что нам это даёт, Веном?

— То, что у творений жути нет явных слабостей.

— Ясно… Слушай, ты ведь оставил свою частичку в Гвен? Сделай ещё таких микрочастиц, и мы распылим их через наши щупальца под видом банальной атаки на него, а когда они осядут на его теле, попробуем взболтать ему мозги через глаза. Каким бы толстокожим он ни был, глаза у него всё ещё человеческие, а значит, должны быть уязвимы, так что, выгадав один точный удар, мы его точно прикончим.

— Хм, может сработать. Я начинаю.

Как только Веном начал делать своё чёрное дело, я начал размахивать нашими щупальцами по широкой дуге, делая вид, что собираюсь накрыть его атакой по области.

— Нашёл. Два шага влево, готовится срубить нам голову.

В том месте, о котором говорил Веном, образовался тёмный, едва видимый силуэт, который прямо мне в мозг проецировали клетки симбионта на Крейвене.

Нужно бить наверняка: сначала атака-обманка, а потом смертельный сюрприз. С такими мыслями я хлестанул щупальцем ему под ноги, изображая обычную атаку, от которой он прикрыл ноги наручем, разложившимся в небольшой щит, полностью погасивший импульс нашего удара.

Вот только настоящая атака последовала следом: два щупальца-пики, созданные из пальцев нашей левой руки, на дикой скорости влетели прямо ему в глаза, превращая их в кровавое месиво.

Но добраться до мозга щупальца не успели — он схватил их рукой, а потом точным ударом обрезал их мачете.

— Веном, взорви остаток нашей плоти в его глазницах!

— Жуть выжгла мои клетки, она всё больше истекает из его тела!

— РААААААААА! ХА-ХА-ХА, ИДЕАЛЬНО! РЕШИЛ УРОВНЯТЬ ШАНСЫ? — прорычал Крейвен с безумной усмешкой на окровавленном, изуродованном лице и кинулся ко мне с ещё большей скоростью, легко разрезая любое моё щупальце своим сверхострым мачете.

— Его физическая сила возросла и все чувства многократно обострились! Не трать биомассу зря, теперь щупальца годятся только на то, чтобы ненадолго его отвлечь, он слишком быстро реагирует на их атаки.

Где-то на фоне раздались звуки выстрелов, после чего через дыру, что проделала моя туша, в вольер врывается Гвен верхом на огромном тигре, за которой летит десяток робоптиц, которых она ведёт, используя как поводья свою паутину чтобы направлять тигра в нужную сторону. Ну и где-то из дыры которую проделала моя тушка слышны голоса шестёрок Крейвена.

— Кажется, я слегка припозднилась на вашу вечеринку, парни? Хотя нет, герои ведь всегда приходят в последний момент! — бодро протянула она, заклеив пасть тигра паутиной и вбив его в землю ударом ноги.

— Вижу, все гости в сборе? — фигура Крейвена пошла рябью, и он стал видимым.

Судя по искрам и небольшой струйке дыма из его пояса, питательный элемент вышел из строя.

— Пора умирать, Крейвен! — втянув в себя все щупальца, максимально наращиваю свою массу, понимая, что добивать его придётся в банальном мордобое.

— Вы оба мне не нравитесь, но, — она поморщилась, — сегодня зубатый спас мою задницу, пусть и крайне нелицеприятным способом, а ты, любитель сафари, запихал меня в клетку с тигром… — вставая в боевую стойку, недовольно протянула Гвен, смерив Крейвена хмурым взглядом.

— Ну заплачь, девочка, хе-хе-хе! — стерев рукой кровь, вытекавшую из глазниц, Крейвен с садистской усмешкой облизнул своё запястье.

— Фу таким быть — это ведь негигиенично! — Возмутилась Гвен выставив вперёд руки с гримасой отвращения которая проглядывалась даже через её маску.

— Хватит болтать, пора делать кусь! — прорычали мы, оскалившись в предвкушающей ухмылке, и рванули к Крейвену что оскалился не хуже нас.

Глава 8; Потустронний звон?

Первый удар Крейвен принял на свой щит-наруч, слегка проехавшись спиной по земле и всадив своё мачете мне в колено, отчего мы, потеряв равновесие, вильнули влево тут же получив щитом Крейвена по нашему лицу. Раздался хруст — это наша шея сломалась от той чудовищной силы, что он вложил в свой удар.

— Веном, это было просто за гранью добра и зла. Он что, за пару секунд стал ещё сильнее? — задал я мысленный вопрос Веному, всё ещё чувствуя, как мир всё ещё трясётся и плывёт.

— Нет, в отличие от его мачете, щит не так крепок, поэтому я смог соскрести с него частицу металла и почувствовал, что она аккумулирует энергию от ударов, гася любой импульс. И судя по тому, как хрустнула наша шея, импульс не рассеивается, а тут же высвобождается в месте следующего контакта металла с чем-либо. В этом случае чем-либо была наша голова.

К счастью, когда мы рухнули на землю от очередной порции инородных предметов в черепе, нас спасла Гвен, дёрнувшая его на себя своей паутиной.

Вот только она явно не ожидала, что Крейвен дёрнет руку с её паутиной в ответ, отчего Гвен стремительно полетела в сторону этого психа.

Но мы уже успели регенерировать шейные позвонки и трещину в черепе накинувшись на Крейвена сзади, отвлекая его от Гвен.

К сожалению, откусить ему голову не получилось — вместо этого я укусил край его щита. Зато Гвен не напоролась на мачете или щит, а влетела ему прямо в голову, отчего его повело влево: всё-таки он был слеп и не видел, куда летит живой снаряд, которым ненадолго стала Стейси.

Когда его повело, я оплёл его наруч симбиотической плотью, разрывая его крепления, отчего удар, которым он оттолкнул меня, лишил его наруча: тот улетел вместе со мной и был тут же пущен в дело, красуясь уже на моей руке.

— Неплохо...для обычного зверя. — сплюнув кровь, процедил Крейвен сквозь стиснутые зубы, и уголок его губ дёрнулся в подобии кривой усмешки. Он перехватил ногу Гвен за миг до того, как та успела ударить его по челюсти, и сжал её с такой силой, что девушка вскрикнула.

— А-а-а-а-а! — Крейвен, оскалившись в зверином рыке, закрутил Гвен и отправил её в полёт к главной башне зоопарка, где был... СУКА!

Звон, раздавшийся от удара хребта Гвен о колокол, прокатился по всему зоопарку, заставив меня согнуться пополам.

— Щ...ит! Де...рж...и щит у гол...овы!

Ментальный вой Венома, от которого мы будто съёжились до человеческих размеров, был оглушительным, так что я сразу вскинул щит. Тот, видимо, частично поглощал звуковые волны от колокола, и я смог ненадолго вздохнуть спокойно.

Ключевое слово — ненадолго...

— Раз ты украл мою любимую игрушку, я восполню потерю с чужой помощью: всё-таки я бедный слепой калека, — язвительно прорычал Крейвен, скривив губы в подобии улыбки. Он приложил палец к уху и что-то произнёс, после чего в вольер начали залетать десятки цилиндров, в которых я опознал светошумовые гранаты. Блядь...

Мир окрасился в белый цвет и буквально утонул в боли.

— А-а-а-а-а-а-а! — Кажется, меня что-то кольнуло в груди, но на фоне боли от разъединения эта боль казалась жалкой и блёклой.

Укол, ещё укол, и ещё — их было много...

Проморгавшись, я понял, что лежу в едва дрожащей симбиотической луже, а из моей груди, в которой уже с десяток колотых ран, хлещет кровь.

Крейвен пытается содрать с лица паутину, залепившую ему нос и рот.

— Питер?! — Услышать потрясённый голос Гвен было хуже, чем получить ещё десяток колотых ран.

— Кха... какой однако паршивый выходной, — прохрипел я и, едва выговорив это, почувствовал, как сознание начинает уплывать в небытие: видимо, сказывается кровопотеря... Но почему же это было так приятно?

* * *

— Мама! Мама, а что ты делаешь тут одна? — спросил я, вглядываясь в нежные карие глаза мамы, которая, сидя на полу, молилась перед небольшой чашей с ломтем чёрного хлеба пока рядом горела одна-единственная свеча.

— Твой отец этого не одобряет, но я прошу покровительницу нашей семьи и наших предков о помощи в нашем деле, ведь оно может изменить мир к лучшему, Питер, — мама ласково улыбнулась и, погладив меня по голове, ответила негромко, почти шёпотом.

— Вау, секрет! А можно мне тоже? Ну пожалуйста, мама! — я подпрыгнул на месте от восторга. Она устало вздохнула и усадила меня к себе на колени.

— Хорошо, Питер, только не говори папе, — необычно строго произнесла мама, и на миг её взгляд стал серьёзным, почти суровым.

— Эй! Я не болтун и умею хранить секреты! — возмутился я, чуть не подпрыгнув от негодования и надув щёки.

— Хорошо-хорошо, милый, я поняла, тогда успокойся и повторяй за мной, — мягко улыбнулась мама. Она достала небольшую книжку в чёрном кожаном переплёте и открыла её на странице, где была изображена красивая женщина в жутком доспехе — хотя мама, конечно же, была куда красивее, она же мама!

— Приветствую Тебя, Хела, Хозяйка Хельхейма! Защитница тех, кто ушёл за черту, Хранительница безмолвного чертога Эливагар. Я, Мэри Паркер / Питер Паркер, прихожу к Тебе с почтением и миром. Прошу Тебя, прими эти дары и передай их моим ушедшим предкам. Пусть Твой взор будет благосклонен к ним, а Твой покой оберегает их души. Слава Тебе, Великая Хела! — повторяя за мамой, я почувствовал странное тепло в груди.

— Мама, у меня в груди так горячо, это нормально? — обернувшись, я вздрогнул: улыбка мамы исчезла, сменившись полным безразличием, а её карие, ещё секунду назад тёплые глаза сменили цвет на ядовито-зелёный, будто загоревшись изнутри.

— Жертва Паутины среди тех, кто чтит и помнит истинную владычицу Девяти Миров? Наглый Ткач, кажется, забыл, что такое истинный ужас, но я ему напомню, достав свой любимый трофей! — Рука мамы... хотя нет, это было что-то другое. Она ткнула меня пальцем в лоб, и я услышал чудовищный звон, вместе с которым пришли символы, будто выжигавшие себя на самой моей сути.

— Внемли мне, дитя: попав в мои объятья в первый раз, ты найдёшь кузню плоти, что станет твоим доспехом.

— Во второй раз ты вспомнишь таинство, что я забрала по праву силы у алчных тварей Недавилира.

— А коль вернёшься в мои владения в третий раз, вспомнив мою добрую волю и разорвав оковы, что наложил Всеотец, я короную тебя Королём в Чёрном осколком безды. А теперь спи, мальчик, и насладись теплом домашнего очага, покуда он не обратился в ничто... - Так хочется спать... и так тепло. Да, наверное, это просто странный сон.

* * *

Резко открыв глаза, тут же ощущаю чудовищную мигрень, но всё же встаю, понимая, что Веному удалось наползти на меня обратно и провести реанимацию.

— Носитель, быстрее, твоя самка вот-вот погибнет!

Проморгавшись, вижу, как Крейвен методично вбивает лицо Гвен в землю.

Чёрт! Схватив наруч со щитом, я рванул к Крейвену, но по пути почувствовал нечто странное, будто где-то рычит лев. Вздрогнув, я потянул руку к щиту, где пара острейших щупалец, зачерпнув из моей груди какое-то приятное тепло, направила его в щит, с трудом вклинившись в атомарную структуру щита клетки симбионта, чтобы это тепло стало сильнее.

Секунда и щит-наруч покрылся костяными симбиотическими наростами по краям. Прыжок и острые наросты щита впились в спину Крейвена, ломая его позвоночник.

— Кха! Что?! — Хватаю его за голову и швыряю вверх, откидывая от Гвен, после чего жду, пока сгруппировавшийся охотник падает вниз, пытаясь выровняться.

— Я чую твой страх, котик. — Прорычали мы, оскалившись в подобии улыбки. Приземлившись, Крейвен вздрагивает, услышав меня, и буквально взрывается утробным рыком, кидаясь на меня и на глазах теряя остатки человечности: обрастая шерстью и набирая ещё большую массу превращаясь в огромного льва мутанта.

Но щит выдерживает удар его лапищи с бритвенно острыми когтями, после чего я вбиваю острую кромку щита прямо в его пасть, приказывая клеткам симбионта в щите вращать наросты, превращая щит в циркулярную пилу и начиная разрубать Крейвена пополам.

— Твоя охота окончена, зверь! — рычу я сквозь стиснутые челюсти, чувствуя, как Крейвен брыкается, выдирая острыми когтями шматы плоти из моей груди. Но когда мой бешено крутящийся щит доходит до его паха, он вдруг замирает и резко затихает, после чего две располовиненые части охотника, ставшего зверем, с мерзким хрустом падают на землю.

— Носитель, жуть! Она течёт в щит! Что происходит?!

— Да я ебу, что происходит, Веном?! Я просто пытался выжить...

Упав на колени, мы увидели, как кровь Крейвена на щите складывается в узор львиной головы, после чего я почувствовал странный импульс и произнёс всего одно слово.

— Дюрамад! — наш крик, больше похожий на рычание, окончательно подавил рычащего зверя. После этого я почувствовал, как клетки симбионта, раскрошив остатки наруча Крейвена, разорвали металл, который вдруг стал очень податливым, рассыпавшись на мельчайшие микрочастицы, что стали частью нашего симбиотического покрова, способного по нашей воле вновь обратиться Дюрамадом.

Посмотрев пустым взглядом на свою затянутую Веномом руку, я отдал мысленный приказ, и частички металла в покрове сформировали на ней щит.

— Чё это за сраная магия, носитель?! Этот металл не должен был так просто разрываться на части: он же лишь чуть-чуть хуже металла той заточки, которой нас пырнул Крейвен!

— Если ты не забыл, Веном, то ты часть меня, и если уж ты чего-то не знаешь, то откуда это знать мне?

— Логично. Хотя, наверное, всё дело в родной жути, что я ненадолго почувствовал...

— Родной? И как это понимать?

— Ну, родная жуть — самая жуткая жуть, что я узрел при рождении, по ней я и равняю все прочие жути. А что?

— Ты забыл упомянуть об этом! Вообще-то существо из пробирки не должно видеть при рождении какие-то жуткие жути, Веном!

— А тебе-то откуда знать? Ты же не из пробирки вылез, носитель?

Открыв рот и тут же закрыв его, я впал в ступор. Подумав ещё немного, я так и не нашёл, чем ему возразить, и, махнув на это рукой, втянул щит в покров и побежал к Гвен.

— Дерьмо! Мне кажется, или кровавое месиво вместо лица и оторванный нос это явно не признак здоровья... И да, ты врубил эго?

— Конечно, мы же сейчас будем копаться в её внутренностях. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя стошнило прямо на неё, или чтобы ты потерял сознание?

— Нет, конечно! — возмущённо крикнул я этой бестактной чёрной жиже, пока Гвен окутывал симбиотический кокон, внутри которого мы сканировали её тело.

— Так, рёбра в труху, печень разорвана, сердце еле бьётся, череп почти треснул, глаза лопнули в процессе знакомства с местной насыпью, ну и обильное внутреннее кровотечение.

— Да это же стопроцентный труп, даже если ты человек с приставкой «супер»...

— Не обязательно, если мы спаримся с самкой и дадим потомство.

— Блядь, Веном, даже в рационально-ебанутом состоянии эго я не настолько ебнулся, чтобы трахать полутруп, который от резких движений отправится на тот свет!

— Вечно вы, человеки, всё сводите к сованию пестиков в тычинки. Я говорю о более возвышенном акте рождения жизни — о создании нового симбионта.

— Погоди, ты что, ещё и плодиться можешь?

— Теоретически...

— Звучит как-то неубедительно!

— Либо мы пробуем это, либо ты сходишь ещё на одни похороны, — припечатал Веном.

— Срань! Ладно, говори, что мне делать? — спросил я Венома, смирившись с тем фактом, что мне предстоит участвовать в симбиотских родах.

Глава 9. Жизнь боль...

— Прекрасно, носитель. Сосредоточься на своей самке и попытайся растолкать эту жуткую жуть, когда я отрежу часть себя, оставив её в твоей самке.

— Да откуда я знаю, как её растолкать?! Это, блядь, звучит антинаучно. Я, если ты не забыл, личинка учёного, а не индейский шаман! — раздражённо выпалил я, поморщившись от абсурдности собственного положения.

— А вот это не мои проблемы, носитель, а твои. Для меня все человеческие самки на одно лицо, разница лишь в интересных мутациях. Так что превозмогай, как в том аниме про рыжего… как там было? АХ ДА — БАНКАЙ! — Веном явно наслаждался собственной гениальностью, словно только что предложил мне нечто стоящее, а не посоветовал превозмогать как японский школьник.

— Охуенный совет. Какой нахер банкай, Веном? Ты что, издева… — Замерев, я так и не договорил, потому что вспомнил, как в первой серии аниме гений на ГГ был пронзён мечом, после чего вспомнил то странное тепло, которое ощутил, когда был при смерти. — Боже, что за хуйню я сейчас творю, но ведь может сработать? — пробормотал я, нервно сглотнув. Притянув щупальцем мачете Крейвена, я поднёс его к своей груди.

— Эй, ты чего удумал, носитель? — нервно спросил Веном. В его голосе впервые за долгое время прозвучало настоящее беспокойство.

— Не банкай, конечно, но думаю, может прокатить. Отрезай часть себя и готовься меня откачивать. — Я попытался сказать это как можно спокойнее, хотя внутри всё сжалось от предчувствия.

— Эй, хватит! Найдём тебе другую сам… — Договорить он не успел, так как я всадил мачете Крейвена себе в грудь, убрав с неё покров. И вот оно! Вместе с болью пришло то самое тепло.

— Чёртов псих! Но метод рабочий. Потерпи ещё чуть-чуть, и всё будет готово. — На месте раны появилась алая завитушка, после чего я подлетел вверх, будто кто-то отключил гравитацию, как в каком-то дешёвом хорроре. И будто только этого и ожидая, от кокона Гвен вытянулось симбиотическое щупальце, впившееся в мою рану. После этого я почувствовал уже не тепло. Нет…. меня будто кинули в ледяную воду и одновременно сунули туда оголённые провода.

— ААААААААААА! — Пара секунд этого пиздеца, казалось, тянулась слишком долго, но в итоге всё закончилось. Щупальце, будто ошпарившись, отпрянуло от моей груди и втянулось обратно в кокон, а я сам рухнул на землю.

— Всё. Я не чувствую свои клетки в этом коконе, но он функционирует. Значит, всё получилось, и сейчас мой отпрыск начнёт капитальный ремонт своей новой носительницы. — Веном говорил об своём отпрыске с довольством и гордостью, будто он, а не я тут косплеил колдуна Вуду.

— Веном, если я ещё раз захочу сделать такое дерьмо, напомни мне, что я сдох за эти выходные минимум один раз. — Убито протянул я, чувствуя зуд в груди, где Веном пока латал во мне дыру.

— Да. Ну, благо у людей с приставкой «лучший» обычно числится только один индивид, и ещё одну лучшую подругу нам откачивать не надо будет. Зато объяснять больше ничего не надо: вы теперь в одной лодке. Мы, конечно, лучше, ибо старше и мудрее, но она теперь тоже лучше обычных человеков. — В голосе Венома слышалась самодовольная нотка, будто он уже успел записать себя в наставники.

— Вот уж счастье-то… — с кислой миной протянул я. Поднявшись на ноги, я закинул довольно эластичный кокон Гвен из симбиотической плоти себе на плечо и, осмотревшись, вспомнил о слоне в комнате.

— Веном, а где недобитки Крейвена? — Я нахмурился, оглядывая разгромленный вольер. — В нас же кидали гранаты, значит, были выжившие после нашей прожарки.

— Самые тупые и медлительные умерли из-за естественного отбора в нашем лице, носитель, а остальные поняли, куда ветер дует и свалили куда подальше. Не думаю, что у них есть что-то, что может расковырять бегающий танк вроде нас, так что это логично. Ну и фаталити, что мы прописали Крейвену, явно нафармило нам ауру дикого маньяка, добавив им причин свалить побыстрее. — Веном говорил с таким удовлетворением, будто вспоминал не бойню, а удачно посещённый аттракцион, где ему вручили сладкую вату в подарок.

— Кстати, почему ты его не сожрал? — с любопытством спросил я, покосившись в сторону места, где лежало тело Крейвена.

— Смысла нет. Чистая ГМО-жуть. У зелёнки с мерзостью хотя бы помимо неё мутациисверху, что её дополняли, были, как и у нашей самки, а тут почти чистая жуть. Одним словом, кошачье дерьмо оно и есть кошачье дерьмо.

— Глубоко… — иронично протянул я, приподняв бровь.

— Да-да, душнила. Лучше вместо придирок ко мне вали отсюда. Полиция и нацгвардия хоть и лохи, но с грузом в виде моего отпрыска, что чинит твою самку, могут доставить нам досадных проблем. — Веном заметно поторопился, словно уже слышал приближающиеся сирены.

— Да, тут ты прав. Проблем в этом месяце мне хватило. Хочу вернуться к придиркам Флеша — они после этих безумных деньков будут чистым релаксом. — Пробормотав это себе под нос, я притянул щупальцем окровавленное мачете Крейвена, которое, судя по идеальной режущей кромке, после всего пиздеца, произошедшего в этом вольере, ни капли не затупилось.

— Ох, трофей на память о первом, кто смог нас убить. Это так романтично! — с откровенным восторгом протянул Веном.

— Да нахер бы мне не сдались трофеи, но то, что этот мачете чудовищно острый, мы выяснили на своей шкуре. Пригодится, если надо будет идти на особо бронированных тварей. — Я покрутил оружие в руке, оценивая его вес.

— А мы разве не собрались быть пай-мальчиком? — ехидно поинтересовался Веном.

— Эту героиню года за последние сутки чуть не убили два раза. Тут, скорее, вопрос, когда она влипнет в очередное дерьмо, из которого снова надо будет вытаскивать. — Я устало потёр переносицу, уже заранее представляя будущие проблемы.

— Надежд на то, что она станет адекватной, ты не питаешь? – С долей сочувствия спросил Веном.

— Если после бойни в Мидтауне она не одумалась, то что уж говорить о нынешних проблемах? – Печально протянул я.

— И то верно. Я, кстати, заметил, где лежит их запас налички. Думаю, его вместе с баблом того нигера хватит, чтобы закупиться продуктами и обеспечить нам пару спокойных месяцев. — Я невольно оживился, заметив перспективу хотя бы ненадолго забыть о денежных проблемах.

— Интересно, а воровство у ебанутых охотников-убийц считается за преступление, если ты отчасти их жертва? — мысленно спросил я у Венома, пока проверял его наводку, найдя примерно 50 000 долларов налом в спортивной сумке и подвесив её на небольшое щупальце.

— Не, ты что, носитель? — Веном даже мысленно фыркнул. — Это компенсация за неудобство. Ну и моральную травму нашей самки. Ну и нашу, учитывая, как тебя штормит после отключения эго… Нда, по-хорошему, этого даже маловато.

— Тогда надо будет не забыть содрать с них проценты если пресечёмся в тёмном переулке. - Ответив ему, я, сгруппировавшись, перепрыгнул забор зоопарка и прицепился к крыше ближайшей многоэтажки своим щупальцем.

— А вот и полиция. Судя по тому, что парней с автоматами среди них нет, Крейвен хорошо прикрыл свои делишки. — Сказал я Веному, смотря, как копы оцепляют зоопарк.

— Или ему кто-то помог. Слишком уж всё у него было на мази. Тут попахивает крышей среди городской администрации. — Веном говорил уже серьёзнее, без привычной издёвки.

— Да уж, тут ты прав. Надо будет потрясти Гвен, когда очнётся, на предмет того, кому она переходила дорогу, чтобы всех их убить на своих условиях. Мне как-то не понравилось, когда враг готов к моему приходу. — Мысленно сказав это Веному, я аккуратно попрыгал по крышам, чтобы привлекать меньше внимания. В этом, конечно, помогал чёрный цвет нашего покрова: всё же вечером мало кто обратит внимание на чёрную кляксу на крыше.

Из-за того, что я пытался не палиться, путь до Квинса растянулся почти на час. К моему дому и вовсе пришлось идти через канализацию, так как в спальном районе по крышам уже не попрыгаешь, если не хочешь всех до усрачки перепугать.

— Дом, милый дом. — Уложив кокон Гвен в гостиной, я устало растёкся на диване, закрыв глаза.

— Это были продуктивные два дня, носитель. — Веном явно гордился результатом.

— Как по мне слишком продуктивные. И да, вырубай эго. — Я устало махнул рукой, даже не открывая глаз.

— Уверен, что стоит? — В голосе Венома мелькнуло сомнение.

— По моим наблюдениям, его либо стоит вовсе не отключать, либо давать эмоциям выход, так как после долгого пребывания в нём начинаются истерики и панические атаки.

— Как хочешь. Только включи мне мультики, не хочу слушать только твоё нытьё. — Он лениво махнул отростком с головой в сторону телевизора.

Пожав плечами, я нашёл пульт на кофейном столике и включил Disney, по которому шли «Утиные истории». На заставке Веном начал подпевать, попутно вырубив эго.

Жизнь летит, как ураган, В утиных сказках! Лазеры, аэропланы, Стычки, пляски! Выйти сухим из воды Помогут тебе... Утки! У-у! Кто в беду попал, держись! Утки! У-у! Их спасти сумеет жизнь Или утка!

— Бляяяяяя! — Схватившись за голову, когда костюм втянулся в тело, я смотрел в потолок и обтекал под песнопения Венома.

Почти под сотню трупов за два дня… какой же беспросветный пиздец-то? Закрыв лицо руками, я откинулся на спинку дивана и сделал глубокий вдох и выдох, начав делать дыхательную гимнастику.

— Ладно, Питер, всё нормально. Никто ведь не заподозрит школьника-инвалида в том, что он огромное накаченное чудовище, которое рвёт на куски профессиональных душегубов по выходным? — пробормотал я, пытаясь убедить хотя бы самого себя.

А значит, и волноваться не о чем… ну, если не считать того, что я убил отца Гарри…

Но он ведь сам пытался убить Гвен, да и Гарри разорвал со мной связи, так что я не виноват? Не виноват, да… всё в полном порядке!

Сказки, мифы и легенды Станут былью. Там, где прячутся злодеи, Реют крылья! Враг затаился в тени, Но ты не робей!

Да, я теперь шизофреник, но зато больше не инвалид, скорее даже суперсолдат. Подумав об этом, я взял со столика уродливую металлическую статуэтку кролика, которую мне дали на какой-то олимпиаде по физике, и сжал её, не ощутив сопротивления.

Бам! И на стол падает смятый кусок металла с отпечатком моей ладони… Ей-богу, будто пластилин сжал.

Утки! У-у! Кто в беду попал, держись! Утки! У-у! Их спасти сумеет жизнь Или утка!

А ещё, по словам Венома, я как бы буду вечно молодым. Может, если изучу сам процесс переписывания ДНК Венома, разобрав записи отца, смогу сделать не такой опасный аналог Панацеи?

Да, вот оно! Спасу мир от всех болезней. Хотя начать стоит с того, что надо будет помочь доку, если наш нейроинтерфейс не оправдает ожиданий. С нашей удачей такое вполне может случиться.

Будет круто, если ты Смелый, хваткий. Помни: утки позади, Всё в порядке!

Уйдя в себя, я перестал следить за всем остальным, поэтому резкое склизкое тело, прошедшееся по лицу, ввело меня в ступор.

Утки! У-у! Кто в беду попал, держись! Утки! У-у! Их спасти сумеет жизнь Или утка! У-у!

Проморгавшись, я смахнул с лица слюну и, открыв глаза, увидел Гвен, которая сидела на диване рядом со мной на четвереньках, виляя языком — галстуком или застёжкой, тут уж с какой стороны посмотреть. Вкупе с зубастым капюшоном она смотрелась довольно гротескно.

А я-то думал, это мы с Веномом ебанутые с нашим хищным мясным танком…

— Мммм, вкусняшка! Питер, мы хотеть тебя трах-трах! Как хентай или или порно, так как мы много шлик-шлик на тебя, а надо тык-тык, чтобы было вкусно! — радостно прорычала Гвен, и по её движениям было видно, что сама она совершенно не контролирует происходящее.

— Веном, что за херня с ней творится? — спросил я у Венома, схватив Гвен за голову, чтобы она не лизала меня своим симбиотическим языком по лицу. Я с трудом удерживал её на расстоянии, пока она недовольно дёргалась и пыталась снова приблизиться.

— Она сейчас в коме, а сознание симбионта при формировании первым подгружает из памяти знания о том, что увидит. Так что поздравляю, носитель: ты узнал, что твоя подружка на тебя шлик-шлик, при этом хотя тык-тык. — Язвительно протянул это Веном и тут же вернулся к просмотру «Утиных историй», будто ничего особенного не произошло.

— Жизнь — боль… — уныло протянул я, уворачиваясь от склизкого языка Гвен.

Глава 10. Эго героини.

Гвен Стейси — блондинка, что увидела свет в конце тоннеля и выжила.

Возможно, только возможно, идти в лобовую атаку на перекаченного маньяка-охотника было не лучшим решением. Но шок от того, что монстр, который докучал мне последние пару дней — это Питер, и от того, что он, как и его семья, погиб из-за моей ошибки, быстро прошёл, сменившись настолько чистой ненавистью, что боль от заживо сдираемой с черепа кожи и костей, которые мне профессионально ломал Крейвен, казалась не больнее укуса комара.

Даже интересно, я в итоге попала в ад или рай? Всё же, раз я всё ещё вяло гоняю депрессивные мысли, что-то на том свете точно есть.

Ад и рай? Ну что за антинаучный бред, носительница! Лучше подними свой зад и иди влей в нас свежую порцию кофейка.

Резкий прилив бодрости и вместо райских кущ или, на худой конец, котла в аду вижу знакомое жирное пятно на потолке, что я сама же и оставила в гостиной Паркеров, когда Питер напугал меня при просмотре «Чужого» в младших классах, от чего я подкинула вверх кусок пиццы, оставив свой след в этом доме.

— Наверное, это чистилище… вроде оно не имеет конкретной формы, — игнорируя странный голос я встала с дивана.

— Эй, я теперь часть нас, так что не игнорируй меня!

— Неужели при попадании в чистилище становишься шизофреником? — После моего вопроса резкий шлепок чем-то склизким по лицу откинул меня обратно на диван.

— Фу такой быть! Иди лучше к нашему самцу и сделай «трах-трах», мне не нравится терпеть зуд между наших ног!

Подняв руки, я поняла, что я в костюме, но не в своём… Какого хрена здесь происходит?

— Судя по тому, что ты больше не прыгаешь по гостиной как гиперактивный щенок, ты оклемалась, Гвен? — Медленно поднимая взгляд, с шоком смотрю на Питера, замечая то, чего я не заметила, когда смотрела на его окровавленную грудь, в которой были десятки колотых ран, сильно отвлекавших меня от всего остального.

Он стал как минимум на полголовы выше меня, раздавшись в плечах, отчего его старая домашняя футболка сидела на нём с большой натяжкой. В прямом смысле этого слова! Ибо было прекрасно видно, как красная футболка с молнией Флэша очерчивает его кубики пресса. Господи Иисусе, кубики пресса у Питера!

Ну всё, абонент находится вне зоны действия социума, уплыв в свои влажные фантазии. Нам нужна оптимизация.

— Судя по тому, как ты кривишь лицо, вижу, уже познакомилась с новой подружкой? — спросил Питер, чуть прищурившись; уголок его губ дёрнулся в насмешливой улыбке.

— Я ведь жива? И ты жив… — с трудом пытаясь держать себя в руках спросила я у него.

— Да. Полезное свойство твоей новой соседки: пока твои мозги не разнесли на куски полностью, такие как мы не умрём… — рывок и я сжимаю этого дурака в объятиях.

— Гвен, полегче! — прохрипел Питер, после чего я ослабила хватку и, схватив его за плечи, посмотрела прямо ему в глаза, игнорируя голос в голове и боясь упустить момент. Всё же пообещала самой себе, что сделаю это. Ведь герои всегда держат слово.

— Я ТАК ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, ПИТ, ДАВАЙ ВСТРЕЧАТЬСЯ!

…

Питер Паркер. Там же, после удушающих объятий.

— Эээээээ… — честно, я ожидал чего угодно, начиная с обвинений в моей безжалостности и аморальности до попыток сдать меня копам, ну или хотя бы банальной драки, но вот не этого!

— Гвен, ты это… присядь, сделай глубокий вдох, ну там, осознай ситуацию… — неуверенно протянул я.

— И чего ты мнёшься? Она же сказала уже, что хочет с тобой трах-трах, — весело протянул Веном.

— Тебе смешно? Я так-то тут на серьёзные разговоры о жизни настраивался, а не вот на это вот всё!

— Так, судя по паттернам человеческой психологии, люди всё всегда сводят к ебле и резне, иногда совмещая их, — с долей пофигизма вкинул Веном.

— А-а-а-а, боже, стань тактичнее, чтоб тебя!

— Не. Это неэффективно, а что неэффективно, то и не вкусно, а что не вкусно, то полная лажа, носитель.

— Просто скажи, да или нет, Питер, — тряся меня за плечи, Гвен посмотрела своими глазами, которые с какого-то хрена, как у ситха, изменили цвет на золотой, тем взглядом, которым её отец смотрел на нас, когда я оставался у них в доме с ночёвкой.

— Веном, какого хрена? Она бы… ну, не знаю, уже застрелилась от стыда, если бы мне всё так в лоб вывалила! — искренне возмутился я мысленно обратившись к этой чёрной жиже.

— Ну, твоё нефильтрованное эго — это про рациональность и безумные эксперименты, иногда даже на нас самих, судя по тому, как ты, ебанутый самоубийца, вогнал заточку Крейвена нам в сердце. Она же… ну, носитель, подумай сам: какое эго будет у адреналиновой наркоманки, которая скачет в спандексе по городу и изрыгает тупые шуточки как из пулемёта, мня себя супергероем без страха и упрёка.

— Бляяя! — Поняв, на что намекает Веном, осознал тщетность бытия, ибо сейчас это Паучиха без тормозов, а не Гвен мы стесняемся говорить о не-2D-романтике и сексе Стейси…

— Прикажи её жиже вырубить эго, а то она после ещё пары минут такого экспромта запрётся в туалете на весь день!

— Пф, мог просто насладиться моментом, но как хочешь… — после этих слов из моего плеча появилась морда Венома.

— Младшая, выруби оптимизацию, иначе завтрашний поход в кафе-мороженое отменяется.— После этого ультиматума Венома костюм Гвен испуганно завибрировал и ярко-золотые глаза блондинки вернули привычный для неё голубой цвет, после чего она опустила голову, но я всё равно заметил, как она, осознавая ситуацию, становится красной как помидор.

— Я… я… я это… ну, как бы… ну, это я, но не я… но я… но… ААААААА! — И она, прижав ладони к лицу, быстро убежала и заперлась в туалете.

— И сколько она будет там сидеть? — с интересом спросил у меня Веном.

— Ты же сам должен знать, у нас одна память на двоих, — сказав это я пошёл на кухню, начав вместе с Веномом готовить завтрак на двоих.

— Ваши человеческие загоны перед случкой непредсказуемы для такого логичного меня, носитель. – Достав щупальцем бекон из холодильника сказал мне Веном.

— Нуууу, думаю, как только закончим завтрак, чувство голода победит чувство стыда, если она, конечно, не сбежит через окно. – Ответив ему я кинул кусочек масла на сковородку.

— Не сбежит. Думаю, ликбез по тому, что такое младшая и хрен ли вообще с тобой произошло ей сейчас нужен как воздух.

— Ну да, тут ты прав…

…

Час спустя. Кухня.

Гвен быстро орудует вилкой, поглощая омлет и стараясь не смотреть мне в глаза.

— Спрашивай уже, с чего-то же надо начинать, Гвен… — закатив глаза, я отпил сока из стакана и с ожиданием посмотрел на неё; на лице у меня мелькнула едва заметная усмешка.

— Эм… ну, думаю, спрашивать, когда ты меня раскрыл глупо… это ведь было тогда, на крыше? — вспомнив что-то, она покраснела.

— Раскрыл тебя Веном. Мне он сам это вывалил мимоходом, но думаю, ты уже успела почувствовать тактичность симбионтов, — иронично протянул я, вызвав обиженное фырканье Венома на грани сознания.

— Ясно… А как ты… ну… стал этим? — Не в бровь, а в глаз, да, Гвен?

— Мы не «этим», а Веном. Тупая самка! — возмущённая морда Венома показалась из моего плеча, заставив Гвен поперхнуться, но её спасло щупальце, которое зарядило ей по спине, после чего из её плеча тоже вылезла морда симбионта.

— Старшой, не пугай мою носительницу! Ей надо много кусь-кусь, чтобы восстановить ресурсы организма, что я потратила на исцеление! — После этого две чёрные жижи начали собачиться друг с другом, пока Гвен обтекала, смотря на всё это.

— Кхм… Если не вдаваться в детали, то симбионты — это био-костюм, что сделали мой отец и мама в своей личной лаборатории, совместив пару смежных проектов «Оскорпа» пока они пытаясь изобрести лекарство от рака, в итоге создав панацею вообще от всех болезней. Да, кстати, поздравляю, Гвен: теперь ты имеешь иммунитет ко всему… буквально. – Услышав меня, Гвен чуть не промазала вилкой мимо своего рта, отправив порцию омлета себе в щёку.

— Но это же просто невероятно, Питер! Почему тогда они не довели проект до кон… — Она не договорила, увидев, как я с намёком смотрю на две чёрные жижи, что сейчас спорят о том, чем лучше кормить своего носителя.

— Помимо очевидного нюанса были там и менее заметные подводные камни в виде опасения того, что костюм в нынешнем виде начнёт новый виток гонки за сывороткой суперсолдата, но уже в новой обёртке. Не безосновательный, учитывая, что в попытках получить результаты их исследований кто-то, скорее всего, убил моих родителей. — Да, узнав, что из себя представляет био-костюм, вкупе с опасениями отца, авиакатастрофа начинает очень неприятно попахивать либо неудачной попыткой их захвата, либо заметанием следов, что плохо, так как значит, что где-то в застенках некой мутной конторки есть другие симбиоты.

Единственное, что сдерживает мою паранойю от перехода в терминальную стадию, так это вчерашние события… Для создания полноценного симбионта нужна та самая жуткая жуть, о которой с трепетом говорит Веном. Поэтому что, если маме и папе просто повезло и у них звёзды сошлись при создании Венома? Это бы сделало всё куда проще и объяснило, как в сраном вагоне метро, пусть и хорошо оборудованном под подпольную лабораторию, могло появиться нечто настолько бредовое и нереальное, как биокостюм.

— Так получается, там, в Зоопарке, ты исцелил меня, слив меня с симбионтом? — задумавшись, спросила у меня Гвен.

— Цитируя Венома: «Носитель, если не хочешь опять ходить на похороны, создаём отпрыска», — ответив на её вопрос, я принялся есть чуть остывший омлет.

— Но ты ведь понимаешь, что прыгать по городу в виде зубастого монстра и откусывать людям головы — это ненормально? — осторожно спросила меня Гвен.

— Есть такое, но, честно, Гвен, я ни о чём не жалею. Возможно, потому что большую часть всего этого делал в том состоянии, в котором ты мне призналась в любви. Я назвал его эго. – Думала, что я не буду напоминать ей о слоне в комнате, да? Нетушки. То, что я проработал свои претензии к ней через эго не значит, что я забыл о них, так что моя месть будет сладка.

— Кхм… это всё оно, да… Ну… эх, блядь, почему всё стало так сложно-то! — схватившись за голову она поморщилась.

— Наверное потому что у нас жанр изменился с школьной романтической комедии на триллер с элементами хоррора? — оперевшись локтем об стол и подперев ладонью подбородок спросил я у Гвен с лёгкой издёвкой.

— Вот это меня и убивает! Всё скатилось в чёртово адище! Я… — Она резко замерла, после чего голубые глаза, мигнув, снова окрасились ярко-золотым цветом. — Я УСТАЛА ТЕРПЕТЬ, ПОЭТОМУ ОЧИЩУ ЭТОТ ГОРОД ОТ ПРИСУТСТВИЯ КИНГПИНА! РАЗ ОН ХОЧЕТ ВОЙНЫ СО МНОЙ, ПОСЫЛАЯ ПО МОЮ ДУШУ СВОЙ ЗООПАРК, ПРИ ЭТОМ ДАВАЯ КАРТ-БЛАНШ НА ОХОТУ НИЧТОЖЕСТВАМ ВРОДЕ КРЕЙВЕНА! Я ДАМ ЕМУ ТАК ЖЕЛАЕМУЮ ИМ ВОЙНУ, ИБО ТАКОВ ПУТЬ ИСТИННОЙ ГЕРОИНИ! — У неё что, предохранитель от нервного срыва сработал, врубив эго?

— Неее, видать младшей просто надоело слушать её мысленное нытьё и та врубила эго.

— Ну ничего, я знаю, как вернуть её в суровую реальность из её влажных героических фантазий о героических превозмоганиях.

— Не знаю, кто такой Кингпин, Гвен, но тебя ждёт куда как более ужасный враг в обозримом будущем, — улыбнувшись сказал я ей, отчего она прямо оживилась.

— Не важно, что за злодей решит бросить нам вызов — мы победим, ибо мы сильнее, мы лучше мы умнее! — раскинув руки в стороны крикнула Гвен с самоуверенной улыбочкой на лице.

— Ну, твой отец звонил мне ночью, до этого обзвонив пару моргов, так что мисс Стейси ждёт серьёзный разговор дома, в котором новая сила ей вряд ли поможет. — После моих слов она аж вся сжалась, взгляд стал затравленным, после чего она упала на колени и опустила голову.

— Даже наша сила не безгранична… — убито пробормотала Гвен.

— Носитель, порадуем её ещё тем, что она прогуляла сегодня школу? – Мысленно спросил у меня Веном.

— Нет, пусть сначала пропитается первой порцией отчаяния перед этим, мы же джентльмены Веном, так что надо давать даме короткие передышки.

— У-у-у, носитель, ты просто чудовище… ОДОБРЯЮ! — весело протянул Веном.

Глава 11. Сладкая парочка. Часть 1.

Питер Паркер — релаксирующий сверхчеловек.

— Ты рано, Питер, я ждал тебя на часик позже, — удивлённо протянул док, приподняв брови и окинув меня задумчивым взглядом.

Да, напомнив Гвен о том, что её задницу ждёт не дождётся трёпка от Джорджа, я немного оттянул самые неприятные части нашего разговора.

Всё же я немного подустал от всей этой движухи, хочется покоя и размеренности...

— Ага, поэтому, когда мы летели сюда по городу, ты отметелил пару маргиналов, что пристали к какой-то самке?

Я избил их не потому, что нарывался на неприятности, Веном, а потому что мне нужны были деньги на пончики и стаканчик кофе в кафе по соседству с лабораторией дока, так как, выходя из дома, я забыл взять наличку.

Ну да, ну да, так я тебе и поверил, хотя лично мне котик, которого мы потом сняли с дерева, понравился намного больше, чем та визжащая самка у которой тот нигер свистнул сумочку.

Ну, это же коты, они кадров и похлеще симбионтов умиляли, так что не вижу тут ничего странного. – Спокойно ответив ему я также родил ответ и для дока.

— Я теперь, по совету доктора Блейка, который помогал мне с реабилитацией, гуляю по утрам, чтобы разрабатывать ноги, док, так что я вышел пораньше и неспешно дошёл до нашей берлоги без каких-либо пробок, — сказал я, стараясь выглядеть как можно более беззаботно. И даже не соврал: тот добродушный доктор и правда неплохо мне помог с реабилитацией, так как, по его словам, сам в моём возрасте травмировал ногу, начав пользоваться тростью.

— Ммм, тоже, что ли, начать оздоровительные прогулки? Заодно сэкономлю на бензине, — пробормотал док, задумчиво почесав подбородок, и подошёл к вешалке, повесив на неё свой любимый плащ, который, по моему мнению, надо бы уже поменять на что-то поновее, так как тот был порядком потрёпан.

— Я уже проверил софт нейроинтерфейса, подправив некоторые огрехи сманипуляторами-протезами, которые вы доводили до ума, пока я валялся в больнице, — сказал я и отпил кофе из стаканчика, поставив его рядом с рабочим ноутбуком.

— Ох, прекрасно, всё же без тебя тут было слегка одиноко Питер, — сказал мне док с лёгкой улыбкой на лице, заглянув мне через плечо, чтобы посмотреть мои правки. — Оу, а это интересно, почему я сам не додумался... — пробормотал док, прищурившись и уставившись в одну точку. Ну вот, опять он ушёл в себя.

— Что там с финансированием от фонда Харди, док? — спросил я у него с интересом, наклонив голову.

— Оу, ну проект их заинтересовал, всё же они известные меценаты, и если нейроинтерфейс выстрелит медийно, они будут буквально купаться во внимании прессы, оплатив каким-нибудь ветеранам-инвалидам установку наших будущих протезов, — задумчиво ответил Отто, потирая подбородок и глядя куда-то вдаль.

— Я так полагаю, сейчас будет «но», да? — ведь не может у двух неудачников вроде нас всё пройти настолько гладко.

— Да, как бы я ни любил Нормана, но его фраза из разряда «я не только бизнесмен, но и своего рода тоже учёный» имеет место быть, ведь, беря под крыло какой-то проект, он избавлял меня от нужды болтать с денежными мешками, в отличии от Лидии. — Ох, чёрт, только не говорите, что… — Да, Питер, нам надо будет устроить шоу для акционеров фонда, так что твои правки были своевременны, — Отто, закончив смотреть на мою работу, довольно кивнул и подошёл к стенду со щупальцами-манипуляторами.

— Я так полагаю, я тоже должен там быть? — уныло спросил я, обречённо вздохнув.

— Да, сегодня вечером наш мэр устраивает в своей башне вечеринку, на которой соберутся самые набитые мешки с деньгами, которых нам надо потрясти, Питер. — Устало вздохнув, я подошёл к Отто, который начал подключать щупальца к нейропорту у себя на копчике.

— Ну как ощущения, док? — шесть металлических манипуляторов-щупалец плавно приблизились к шахматной доске, начав двигать фигуры.

— Скорость отклика увеличилась примерно на тридцать процентов, Питер, задержки в прохождении нейронных импульсов почти нет, так что для показа вполне сойдёт, надо только проверить протоколы безопасности и аварийные системы на случай скачков напряжения — всё же последнее, что нам нужно, это эксцессы в гостях у Фиска, — довольно протянул док, поправив очки щупальцем и параллельно с передвиганием шахматных фигур принявшись собирать кубик Рубика.

— Хорошо, док, как закончите — ещё раз проверим герметизацию портов. — После этого мы ещё час проводили тесты, после чего проверяли соединительные порты протеза и у самого дока.

— Повезло вам, что я оклемался пораньше, — сказал я, меняя тонкую плёнку-изолятор на соединительном порте дока.

— Были проблемы? — нервно спросил Отто, бросив на меня настороженный взгляд.

— Из-за частых перепадов температуры во время ваших тестов изоляционная плёнка рассохлась и начала трескаться, если бы вы нагрузили нейроинтерфейс больше обычного, вам бы прожарило мозги, сплавив соединительные порты протеза и вашего тела в единое целое, — закончив техобслуживание, я отошёл от дока.

— Ох, тогда мне повезло, что ты такой живчик, Питер... И да, напомни мне повысить тебе зарплату, как официально устроишься работать у меня, — облегчённо протянул Отто, стирая выступивший у него на лбу пот платком из нагрудного кармана своего лабораторного халата.

— Обязательно напомню, если вы доживёте до этого чудного мига, док. — Услышав меня, он закатил глаза.

— Питер! Не язви, мы же культурные люди, — пробормотал он и подрядил меня командовать упаковкой оборудования, нужного для того, чтобы устроить богачам шоу.

От короля улиц и грозы ряженых фриков до альфа-грузчика... как низко мы пали.

Не ворчи, зато никто не пытается нас убить. Не богачей же нам с тобой бояться? Учитывая, что с нашей силой максимум, что они смогут нам сделать — испортить наше настроение своим визгом при виде нас в образе мясного танка. А так стоим, опираясь на трость из нашей плоти, да командуем грузчиками.

Я, кстати, тут на досуге подумал и понял, что гасить ипотеку и налог на наследство грязным налом — это гиблое дело с нашей налоговой.

Я тоже об этом думал, пока кодил, нам бы найти того, кто отмоет наш чёрный нал. Думаешь, на этом празднике жизни будет кто-то с такими навыками?

Конечно, думаю, там вообще все это умеют, вот только кто из них снизойдёт до нас — большой вопрос, не будущих же работодателей просить?

Да, так и вижу это! «Здравствуйте, мисс Харди, я ассистент доктора Октавиуса, нам нужно финансирование для наших проектов, ну и так, по мелочи, отмыть пару сотен тысяч мёртвых президентов наличкой, чтобы было на что покупать пончики для стимулирования научных работ».

Да, звучит тупо... И почему мы не как герои комиксов, которые имеют суперсилу оставаться невидимыми для налоговой, используя свои честно награбленные бабки покупая себе загородные дома и пентхаусы?

— Потому что она была бы слишком имбовая, Веном, просто подумай: если освободить того же Старка от налогов, он бы уже подмял под себя всю Америку, как и любой корпорат из тех, что будет вечером на этой сходке денежных мешков.

Эх жизнь — боль... Хочу открыть шоколадную фабрику и утопиться в чане с молочным шоколадом.

Как ты в нём утопишься, если ты весь его сожрёшь?

Оу, и правда! Ну тогда сожру шоколад, а утоплюсь в жидком мармеладе.

Я уверен, что ты сожрёшь всю фабрику, учитывая, что ты обожрал всю секцию шоколада в нашем супермаркете за один день.

Я просто взыскал с твоей задницы долг, носитель, так что не ной.

Болтая с Веномом я проследил за тем, как грузчики фонда загрузили последнюю коробку с нужным оборудованием в подогнанный грузовик.

— Молодец, Питер, теперь можешь освежиться перед вечером, ну и возьми костюм в аренду — Лидия мне толсто намекнула, что я со своим ассистентом должен выглядеть презентабельно, — сказал мне док, удовлетворённо оглядев погруженный в грузовик груз.

— Не переживайте, док, у меня есть место на примете, где можно арендовать любой костюм, — сказал я и загадочно улыбнулся.

Да, ателье у дядюшки Венома, костюмы на любой вкус и цвет, хотя чёрный будет в моде всегда, так что выбор очевиден!

Кто бы сомневался в твоём выборе…

— Прекрасно, мне за тобой заехать вечером или ты у нас теперь и по вечерам гуляешь? — спросил у меня Отто с долей иронии, протянув мне пригласительный на вечеринку Фиска и слегка приподняв бровь.

— Нет, тут уж я лучше выберу вашу машину, док. — Выбор без выбора учитывая что наша конспирация и так трещит по швам, благо Отто сейчас больше занят мыслями о собственной болезни и нашем проекте, чтобы лезть ко мне в душу, когда с виду со мной всё нормально.

Надо было меньше язвить и сидеть с лицом туалетного мыслителя, тогда конспирация была бы на высоте.

Вот уж не тебе говорить о конспирации, когда ты в первый день своего существования устроил PvP с огромным монстром, откусив ему голову.

Если продолжишь нудеть, пойдёшь на эту сходку в костюме клоуна.- Обиженно протянул Веном.

Ладно, проехали, пошли лучше заскочим в кафе и подумаем над тем, что будем делать вечером чтобы найти нужный контакт для нашего дельца.

С такими мыслями я попрощался с доком и, поднявшись на крышу, накинул компактный покров, полетев к кафешке, где продают мои любимые круассаны.

Пару минут полёта и один мрачный переулок спустя я зашёл в французское кафе, вот только сесть за столик я не успел — пришлось поймать что-то, летевшее мне прямо в лицо. Разжав ладонь, я увидел небольшую бархатную коробочку.

— Фелиция, я же просто хотел сделать тебе приятно, зачем было сразу выкидыв... — Шлёп! И парень, который, судя по всему, неудачно сделал подарок своей пассии, получил пощёчину.

— Я слышала, как вчера в коридоре ты обсуждал со своими дружками, как просто будет залезть ко мне в трусики, так что сделай милость — забери свои нищенские цацки и проваливай, Майкл! — Поморщившись, парень пошёл на выход из кафе.

— Я так полагаю, это твоё, — сказал я, вложив бархатную коробку ему в руки, и, не дожидаясь его реакции, заказал себе круассаны и чашку кофе, после чего спокойно уселся за столик.

Эта самка на нас пялится.

И? Какая разница?

— Я тебя здесь раньше не видела, милашка, — присев за мой столик с кокетливой улыбкой беззаботно протянула эта явно проблемная особа.

Веном, если я притворюсь мёртвым, она ведь уйдёт, да?

Это не работает на людях, носитель, а ещё, пока ты молчишь, после моей работы по оптимизации твоего тела ты достаточно смазлив, чтобы приманивать самок, просто светя нашим шикарным лицом, так что просто наслаждайся нашей шикарностью.

(Примерно так только без очков и в обычной одежде.)

Шикарностью? Ну, если так подумать, то Веном, конечно, прав, но поэтому надо будет прикупить какие-нибудь вырвиглазные очки, которые будут смещать фокус с моего лица на себя, чтобы спокойно досидеть последний месяц в школе после того, как кончится мой больничный, без вопросов из серии «ты что, сделал пластическую операцию, Паркер?».

— Возможно и видела, я просто недавно сменил имидж, — сказал я и тут же нахмурился, услышав улучшенным слухом звук передёргивания затворов.

— Да? И во что ты раньше маскировался, раз я тебя не замечала? — спросила она, придвинувшись ко мне ближе и невольно приоткрыв вид на декольте своего зелёного топа.

— Руки за голову! — Дверь кафе выбили, после чего в кафе зашли два мордоворота, плотно укомплектованных для победоносной войнушки.

И конечно же они взяли на прицел меня и эту наглую девку.

А ты сомневался, что может быть иначе, носитель? — ехидно спросил Веном.

Ну, знаешь, надежда ведь умирает последней. Эх, врубай эго Веном...

Оки доки носитель!

— Харди, подъём! — Ммм, Харди... а ведь и правда, она похожа на Лидию, фото которой я посмотрел в интернете, пока грузчики таскали оборудование, только она помоложе будет.

— Серьёзно, на что вы вообще надеетесь? — вздёрнув бровь спросила она у мужика, направившего на неё автомат.

Знаешь, Веном, я, может, что-то перепутал, но кто из нас двоих сверхчеловек с пуленепробиваемостью — она или я?

Так-то мы, но я что-то тоже засомневался, носитель.

— Вашей матери не стоило отказывать тому, кто реально управляет этим городом. — Ну да, конечно, он дал сигнал своему подельнику и тот навёл на меня ствол. — Ваша охрана уже нейтрализована, так что, если не хотите, чтобы этот смазливый калека заимел пару незапланированных природой отверстий, не сопротивляйтесь, — увидев мою трость, ухмыльнулся этот наглый самоубийца.

Ну что, пришло уже время резни, носитель?

Нет, Веном, сначала надо остаться с ними наедине. И если бы эта девка не была такой наглухо отмороженной, можно было бы просто проследить за ними, изобразив припадочного, которого они точно не потащат на своих двоих, имея на руках заложницу в виде Харди, после чего, пометив их нашими клетками, отследить их до их лёжки, а может, даже до их заказчика, если повезёт.

Что, боишься, что они пустят ей пулю в голову?

— Нет, что-что, а убивать они её вряд ли будут, но даже если они хоть немного покалечат дочурку Лидии, что-то мне подсказывает, что той сегодня резко станет не до наших с доком амбиций в протезировании, а это проблема.

Да? И как ты планируешь примазаться вместе с ней в заложники, меркантильный принц?

Надо показать им, что я сильный рычаг давления на неё... хм, посмотрим, правду ли говорят, что толстосумы с детства учат своих отпрысков покерфейсу.

— Фелиция, не сопротивляйся, ты же не хочешь, чтобы наш малыш пострадал? — состроив испуганное лицо, я взял её за руку и увидел, как у неё дёрнулся глаз. Благо, чтобы заметить её просчёт, нужно иметь сверхчеловеческую реакцию, так что оба похитителя впали в ступор.

Ха-ха-ха, это даже веселее, чем Утиные Истории!

— Конечно нет, милый! Но я никуда не пойду одна! Мне нужен мой котик! — взволнованно вскрикнув, она прижалась ко мне, чуть не свалив меня со стула, тем самым заставив похитителя отвлечься на то, чтобы связаться со своими координаторами.

— Какой ещё малыш? — едва слышимым шёпотом спросила эта отмороженная платиновая блондинка, покосившись на меня краем глаза.

Носитель, я отщипнул у неё волосок для анализа ДНК, могу тебя поздравить — ты зря в это вляпался.

В смысле?

Она сверхчеловек.

Мммм! А раньше ты сказать не мог? – Мысленно простонал я.

Раньше ты с ней не обжимался, так что страдай молча.

— Просто подыграй мне, — так же шёпотом ответил я, едва заметно кивнув ей.

И у нас начинается реалити-шоу: кто лучше изобразит нормиза, попутно разобравшись с вооружёнными головорезами!

Веном, иди в задницу...

Глава 12. Сладкая парочка. Часть 2.

По итогу нас решили-таки паковать вместе, загрузив нас в неприметный чёрный фургон, так что можно порадоваться, что в этом состоянии я не могу умереть от приступа испанского стыда, ведь эта девка явно поставила себе цель вывести на эмоции не то меня, не то наших похитителей.

— Милый, обними меня, мне так страшно! — пролепетала она, состроив лицо испуганной дурочки: губы задрожали, а глаза распахнулись и заблестели, будто вот-вот брызнут слёзы. С этими словами она вжалась в мою грудь.

Вау, если бы не наши клетки, что мы ввели в её тело, я бы сказал, что она реально в истерике.

А что на деле?

Ей весело, адреналин подскочил, и, кажется, она возбудилась.

Скажи, Веном, почему рядом со мной не крутиться нормальных девушек, без всяких подводных камней?

Ну, Стейси стала Паучихой уже после вашего знакомства, так что это, скорее, твоя аура неудачника её испортила, до этого, если исключить тупые шуточки, она была идеальной самкой аки ангелок.

Ещё скажи, что это я её покусал после, чего она стала Левушкой-Пауком... кстати, надо будет спросить, откуда ей перепали суперсилы.

Да, наверное, её просто радиоактивный паук укусил, — весело протянул этот недоделанный тролль.

Ты в курсе, что, когда людей кусают радиоактивные пауки мутанты, они имеют свойство умирать от радиации или злокачественных опухолоей, а не получать суперсилу да?

Ну, фиг его знает, может, сыворотку суперсолдата в мусорке нашла. Напомню: создатель сварганил меня в вагоне метро с бюджетом в ящик пива и небольшой помощью списанной техники из «Оскорпа».

Ага, как вспоминаю о достижениях папы, так моё ЧСВ тут же приземляется на Землю.

— Конечно, дорогая, — обняв её в ответ, я прислушался к окружению. Так, судя по всему, помимо охраняющей нас парочки есть ещё один водила. Они связывались по рации с базой, а значит, босс, которому перешла дорогу Лидия, — это не просто понты.

Вопрос: будем ждать, пока приедем к их лёжке, или разберём их тут и попытаемся выбить из них ответы?

Они уже срисовали меня, если хочу пустить концы в воду с их стороны, надо перебить их всех, чтобы никто не узнал о неком парне, что вроде как обрюхатил дочь Лидии Харди.

Мы же не будем вспоминать о слабой точке твоего гениального плана, да?

— Дорогой, всё ведь будет хорошо? — невинно протянула Фелиция, приоткрыв губы и хлопая ресницами, явно тоже сейчас раздумывая, перебить ли всех тут или просто вырубить — уж не знаю, что там у неё за история получения суперсил за душой, чтобы точно утверждать, что она сделает, если захочет разобраться с нашими похитителями.

Если дочь Лидии не дура, будет молчать — может, даже если дадим ей побыть в амплуа принцессы в беде она сможет отмыть нам немного чёрного нала.

А если дура, но с амбициями?

Фонд Харди, конечно, самый лучший инвестор для нашего с доком проекта, но далеко не единственный, так что Фелиция может неожиданно попасть под пулю во время боя опасного мутанта Венома, что что-то не поделил с её похитителями.

Ясненько, но советую пару раз дать ей пораниться: раз она не представляет из себя уродливое нечто, у неё, скорее всего, исключительно полезные и скрытые мутации — как раз то, что нужно, чтобы разнообразить нашу колоду козырей.

Ага, обязательно подставлю её во время спасения пару раз, впечатав её лицом во что-то, но если она окажется мини-версией того громилы Халка и резко позеленеет — я не виноват.

Ох как мило юный Паркер встал на тёмный путь антигероя.

На тёмную сторону у нас встала Гвен — вон, аж глаза перекрашиваются, когда она получает свою любимую Абсолютную Силу. Даже свой капюшон к костюму наверняка присобачила как отсылку к какому-то отрывку комиксов по «Звёздным войнам», что помнят два с половиной калеки.

Постеснялся бы её критиковать, когда у самого шкаф забит трусами с Дарт Вейдором, носитель.

Зато у меня нет дакимакуры с Люком! И ладно с ним, по-моему, я один раз видел у неё плюшевого Йоду в шкафу.

И вообще, подумай о хорошем: к тебе прижимается красивая самка, явно готовая размножаться.

В этом состоянии меня больше заботят не её сиськи, а ворох проблем, что за ними скрываются.

Судя по тому, как этот топ обтягивает её мешки с жиром, проблемы просто эпические.

Мне хватит и Гвен, что, кажись, скоро пойдёт войной на всю преступность Нью-Йорка, чтобы ещё лезть в некое сомнительное дерьмо ради дешёвого флирта.

Думаешь всё-таки пойдёт?

Как ты там говорил? Ах да. «А ты сомневаешься, носитель?»

Туше, носитель. Хотя это прекрасный шанс для тебя стать альфонсом, получив сахарную мамочку.

Сахарная мамочка — это про милф, Веном.

Сахарная девочка?

А это уже отдаёт тюремным сроком... и вообще, ты просто вкидываешь это, потому что тебе нравится слово «сахарная»!

Если она будет кормить нас шоколадом каждый день, я первый сдам тебя в бессрочную аренду.

То есть высшую форму жизни можно купить безлимитным шоколадом? — язвительно поддел я его.

Да, а что?

Ничего... предатель.

Сейчас выключу эго и будешь тупить со стояком на её молочные железы.

Да-да, понял я, что ты обидчивая чёрная жижа. Закрыли тему, лучше сосредоточимся на деле.

— Конечно, милая, я защищу тебя, — погладив её по голове, я начал второй круг в этом круговороте патоки, подмечая, как кривятся похитители.

Но не одёргивают — если не считать угрозы в кафе, работают пока профессионально; я, конечно, не эксперт, но вряд ли обычные члены уличных банд были бы так сдержаны, лицезрея цирк, что мы тут устроили.

Может, конкуренты фонда хотят на сегодняшней вечеринке подмять под себя Харди, используя посредников?

Может итак, честно — в душе не ебу, я учёный, а не сраный шпион, но с моей нынешней жизнью, видать, придётся где-то найти методичку из разряда «шпионское ремесло для чайников» или «как быть крутым киллером с суперспособностями».

Да, такое чтиво нам бы точно пригодилось. Может, сопрём какие-то методички у родного ЦРУ или слетаем в Англию и обнесём МИ-6?

Ага, а потом будем всю жизнь играть в игру «я знаю, что ты знаешь, что я знаю»? Нет уж, лучше найти методичку юного киллера.

Ага, в каждом книжном их продают со скидкой за наличие злодейского амплуа.

Кажется, приехали. После того как грузовик остановился, нас вывели из него в склад, что видал лучшие деньки в своей истории — прямо-таки клишированное местечко для тёмных делишек.

Ага, вот только заложники подкачали.

— Чего так долго, Альфа-14? — раздался лёгкий треск, и на пол с потолка приземлился... Скорпион, обращаясь к нашим похитителям.

Ммм, что-то мне подсказывает, что план идёт к чёрту, да, носитель?

— Ну если бы не эго, я бы уже рванул откручивать ему голову... но да, ты прав, плевать на план — он не уйдёт отсюда живым.

— Возникли дополнительные трудности: цель, скорее всего, беременна, и у неё есть парень, но мы подумали, что он тоже пригодится для шантажа, — Скорпион посмотрел мне в глаза и вздрогнул, заметив, как я вышел из образа, перестав корчить рожи.

— Я где-то тебя видел? — нахмурившись спросил он, подходя к нам с Фелицией почти вплотную, на что я лишь улыбнулся, вспоминая, как тётя Мэй медленно умирала у меня на руках.— Что, парень, возомнил себя героем? Думаешь, ударишь меня своей тросточкой и спасёшь её? — он отпихнул от себя Фелицию, что, карикатурно вскрикнув, упала прямо у ног одного из похитителей. Видать, она решила отжать себе оружие и блеснуть суперсилой. Поздновато, правда.

— Героем? Что ты, это моя подруга — герой, а мы — так, скромный злодей. — после этих слов он схватил меня за шею и поднял над землёй, после чего его исказилось в самодовольной ухмылке.

— Любишь шутки да? Если что, для запугивания этой принцесски ты нужен нам максимум одним хрипящим куском. Конечности в этом деле, знаешь ли, опциональны у вас обоих, так как чтобы выманить её папашу хватит и того, что она дыш... — договорить он не смог, потому что сложно говорить, когда тебе из лёгких коленом выбивают весь воздух.

— Обновил броню, Скорпи? Всего пару трещинок после расслабленных нас — уже достижение. — отпустив его руку, я смотрел, как он сползает на пол, хватаясь за живот, после чего на меня навели автоматы похитители, а сам Скорпион решил пронзить меня своим хвостом.

— Влезать в чужой разговор — это грубо... — резко вскочившая Фелиция вырвала оружие у одного из похитителей, но когда она довольно резво навела пушку на второго стрелка, увидела лишь то, как его голова медленно падает на пол склада — моё щупальце с лезвием оказалось быстрее.

— А ты, Скорпи? Бить в сердце — ну что за банальность, где твоя оригинальность? — спросил я у него с лёгкой издёвкой, держа одной рукой жало его хвоста.

— Ладно, кажется, у тебя есть и тёмная сторона, милашка, — сглотнув слюну, протянула Харди, глядя на упавший труп убитого мной похитителя с лёгкой опаской, но в глазах её мелькнуло что-то похожее на восхищение.

— Можешь называть нас Веном, и советую тебе покинуть это место, если не хочешь оставить свой ужин рядом с этим бедолагой. — Пока я говорил это, меня окутал покров, превращая нас в мясной танк.

Сжав хвост Скорпиона ещё сильнее, услышав скрежет металла, я наступил на активно брыкающегося фрика и резким движением оторвал ему хвост.

— Знаешь, я много раз думал о том, что скажу тебе или твоему уже дохлому дружку перед смертью, но, глядя на ваши рожи, трясущиеся от страха, я осознал, что паразитов надо давить молча. Так что наслаждайся смертью, что ты так часто дарил своим жертвам, Скорпион! — он бился изо всех сил надеясь освободиться, но наша масса не позволяла ему скинуть нашу ногу со своей груди.

— Н-нет, давай договоримся, тебе, наверное, нужны деньги, парень, у меня они есть! Ты же почти как Паучиха, да? Ты же тоже хочешь спасать людей, вы не уби... АААААА! — жало хвоста вошло прямо в сердце, после чего, провернув его, я сдавил ту часть, где располагался резервуар с ядовитым химикатом, глядя, как Скорпион корчится в муках, пуская кровавую пену изо рта пока ядовитая зелёная химоза плавит его внутренности.

Ну и как, стало легче, носитель?

Проверим после того, как выключу эго; сейчас просто кажется, будто я раздавил мерзкого таракана...

— Что ж, а теперь можно поговорить с мистером Альфа-14. Ты же всё расскажешь нам? — спросил я у похитителя, что говорил со Скорпионом и сейчас был на мушке у Фелиции, оскалив нашу хищную пасть прямо перед его лицом, отчего на его шлем капнуло пару капель слюны с нашего языка.

Переведя взгляд с него на Фелицию, я замер.

Блядь, Веном, скажи, что она сейчас притворяется? — с надеждой спросил я у Венома, глядя на лицо Харди, на котором был лёгкий румянец, который в купе с прикушенной губой заставлял задуматься о том, что Гвен у нас не такая уж и ебанутая по сравнению с ней.

Разочарую: эта самка, хоть и испытывает небольшой страх, но в целом она, кажется, в полном восторге, судя по резкому выбросу эндорфинов в крови.

— Может, всё ещё не поздно прикинуться мёртвым, а, Веном?

Как я и говорил ранее, не сработает, а теперь ещё есть не иллюзорный шанс лишиться невинности...

Так в покрове же нет Питера-младшего...

Выброс эндорфинов случился, когда она увидела наш чудный язык...

Бля, за что мне всё это...

А НАШ ЯЗЫК НУЖЕН, ЧТОБЫ УТРАМБОВЫВАТЬ МЯСКО ВРАГА ВО ВРЕМЯ КУСЯ, А НЕ ДЛЯ БОЛЬНЫХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ДЕВИАЦИЙ! — крик души Венома был столь искренним, что мы чуть не заплакали прямо там.