Корейский Контргамбит
Глава 1
Здание агентства «YG Entertainment»
- Ну что ж, они не вняли моему предупреждению, - разозлённый Бон Кан бросил телефон на стол, так тот чуть не улетел на пол, а потом посмотрел на стоящего перед его столом помощника Хан Пиля. – Начинай! Они сами выбрали свой путь.
Помощник молча поклонился, а потом вышел из кабинета.
Бон Кан был откровенно зол! Две песни, которые он полностью считал своей собственностью, завоевывали всё большую популярность. Поднимаясь всё выше в инфосети на различных цифровых платформах. Соответственно, это была потенциальная прибыль, которая сейчас проходила мимо его карманов. Этого он не мог снести!
«Слитая» информация из агентства Ли Су Мана о заключении контракта на два произведения вывела его из себя. Доведя его до бешенства, которую он выразил в спонтанном телефонном разговоре. Поведя себя не особо вежливо, а вернее – достаточно грубо в отношении не самого последнего человека в шоу-бизнесе. До последнего надеясь, что Ли Су Ман даст слабину.
Ничего, он ещё пожалеет, что не захотел отказаться от контракта с молодым наглецом. Бон Кан выведет всех этих людей на чистую воду. И тех, кто имеет наглость их прикрывать. Сегодня же, юристы агентства подготовят исковое заявление и отправят в «SM Entertainment» и Сеульский городской суд.
Никто не имеет право воровать его собственность!
г. Сеул, район Тоэгэро Чунгу
- Говоришь пресс-конференцию собирают? – главный редактор телеканала «MBN News» выслушал доклад от своего заместителя.
- Да, сонбэним. Помимо нашего канала, все крупнейшие новостные агентства получили приглашение.
- Как интересно, - воодушевился редактор. – Я прямо чувствую витающую в воздухе сенсацию.
- Скорее, скандал, - сказал заместитель. – Судя по настрою Бон Кана.
- Ещё лучше, - откинулся в кресле редактор. – Отправь нашу лучшую группу для освещения.
- Хорошо, сонбэним.
Большинство ведущих крупных газет, медиакомпаний и телевизионных компаний были официально оповещены, что агентство «YG Entertainment» в понедельник в двенадцать часов дня собирает журналистов для дачи срочного официального заявления.
***********
Сеул. Офис компании GS Engineering & Construction, район Гангсо, неподалеку от международного аэропорта Кимпхо
- Что с Ватари и товаром, Манджу? – пронзительный и требовательный взгляд был направлен прямо в глаза одного из заместителей Сато Танако, занимающегося всем, что было связано с распространением наркотиков в Коре.
В этом плане, в «Янгыни» существовала диверсификация (стратегия, при которой ресурсы распределяются между различными, зачастую не связанными друг с другом сферами, чтобы снизить риски и обеспечить устойчивое развитие, - прим.) между перевозкой и продажей.
Ещё один человек занимался доставкой наркотиков в Коре, а также их транзитом в другие страны, не пересекаясь в этом плане с Манджу.
Ощутимо затратно в денежном плане, но сильно понижало риски выявления и пресечения подобной преступной деятельности правоохранительными органами. Две независимые логистические цепочки минимизировали риски потери «товара» и, соответственно, денег.
Ватари в данном случае выступил третьей стороной, которая занималась вывозом «товара» из портов и распределением его по скрытым складам.
И вот, теперь его верный помощник и телохранитель пропал со вчерашнего дня, как и его люди. Хотя должен был позвонить и сообщить о посещении склада в Добонге. И это сильно нервировало Сато, поэтому он поручил Манджу съездить в Добонг, проверить склад и узнать о Ватари с его людьми.
Встреча с Чон Мин Гуном была короткой и малоинформативной. Тем более, было заметно, что тот заметно нервничает, но по каким-то своим причинам. Ничего конкретного он не смог сообщить, сразу же заявив, что Ватари не привлекал его людей к охране складов.
- Подземелье в Добонге вместе со складом полностью уничтожено, - докладывал Манджу. – На том месте образовался гигантский провал породы. Стоявшие на поверхности здания полностью обрушились. Склад засыпан окружающей породой. Ватари и его люди не обнаружены.
Сато был сильно раздражён и находился в не в самом лучшем моральном состоянии!
Потеря кокаина на громадную сумму. И – Ватари с его людьми… Это не меньший удар по нему лично, по его авторитету руководителя и влиянию среди других руководителей подразделений «Янгыни». За пропажу «товара» на такую сумму с Сато спросят. Несмотря на его статус, никто не спустит ему такие убытки. И он пока понятия не имел, где ему собственно взять деньги за кокаин, чтобы закрыть вопрос.
- Манджу, найди Ватари или его следы. И найди наш кокаин! – приказал Сато своему подчинённому. – Ты понял?
- Да, хённим.
Приказ получен, но… Он выглядел абсолютно абсурдным!
Манджу был уверен, что если Ватари находился в подземелье во время обвала породы, то он точно не смог выжить. И как вытащить кокаин, который находится под тысячами тонн породы? Для этого потребуется тяжелая строительная техника. Сейчас на том месте находится полиция и другие городские службы, которые заинтересуются появлением непонятных людей, жаждущих раскопать подземелье.
**********
- Привет, Хван.
- Здравствуй, Джун, - обрадовался парень.
Занятия в детском доме закончились, и парень направился на улицу, неожиданно столкнувшись с Джуном, ожидавшим его рядом с детским домом.
- Как Юна и Тэхи?
- Всё хорошо, - улыбнулся Хван. – Тэхи чувствует себя хорошо.
- Надеюсь, вы никому ничего не рассказали про наше маленькое приключение? – внимательный взгляд был направлен прямо в глаза Хвана.
- Конечно, - Хван огляделся по сторонам. – Я всё понимаю. Мы ничего никому не расскажем.
- Это хорошо, что ты это понимаешь, - одобрительно кивнул Джун. – Никого в детском доме подозрительного не было? Никто не приходил, не задавал странных вопросов?
- Нет, - отрицательно мотнул головой Хван. – Если бы кто-то пришёл из посторонних, то его бы сразу увидели кто-нибудь из наших. И обязательно бы об этом рассказали всем из наших.
- Это хорошо, - заявил довольно Джун. – Если кто-нибудь появится посторонний с вопросами, то ты мне обязательно расскажи.
- Хорошо, Джун.
**********
- Добрый день, сонбэним, - поклонился водитель, выскочивший из среднетоннажного грузовика, приветствуя встречавшего его. – Вы, Джун?
- Да, я Джун, - кивнул молодой парень. - Добрый день, сонбэним, - отвесил ответный поклон. – Всё привезли?
- Да, конечно, - водитель быстро вытащил из кабины планшет с прикреплёнными к нему листами бумаги. – Вот, можете сами всё сверить.
Он подал планшет, а сам с интересом рассмотрел двух молодых парней и старика, стоявших рядом с заказчиком, сейчас читающим документы.
Джун убедился, что всё заказанное им сегодня утром, через инфосеть, присутствует в списке:
- Всё в порядке, - заверил он водителя.
- Вам помочь? – спросил тот.
- Если можно, спасибо, - принял помощь Джун. – Минсок, не стоит.
Старик направился за Чон Хо и Со Ён, пошедшими за водителем, начавшим открывать створки кунга.
- Я помогу, сонбэним, - ответил упёртый старик, готовый принимать коробки от заскочивших внутрь кунга брата и сестры.
- Ну что за… - вздохнул Джун, а потом рассчитался с водителей, заплатив в общей сложности более 8 млн. вон за привезённый груз.
Вчера, помимо склада с оружием и драгоценным металлом, Минсок показал ему помещение, которое предполагалось для проживания. Находящееся по ощущения метрах в трёх ста от найденных складов с оружием и драгоценным металлом.
Однозначно заброшенное бомбоубежище, приспособленное для проживания пятидесяти человек. Это стало понятно по количеству двухъярусных коек в одной из комнат для отдыха людей. Шесть помещений разного размера: несколько жилых и пару технических – электрощитовая и с системой очистки воды с воздухом. Большая душевая на десяток леек, пока ещё со ржавой водой: требовалась замена фильтров.
Войти в бомбоубежище можно было через толстенную, герметичную дверь, которую можно было закрыть наглухо изнутри. Сильно напоминало двери в подлодках, намертво перекрывающих отсеки при прорыве воды внутрь.
Было электричество, была вода, но само бомбоубежище было не в самом лучшем состоянии. Требовалось заменить фильтры в системе очистки водоснабжения и воздухообеспечения, заменить часть сгоревших ламп. Полностью поменять матрасы и постельное белье, пришедшее за многие годы в негодность и ещё много чего. В том числе, стены, пол и часть потолка требовали ремонта и удаления плесени.
Вместе с Минсоком они набросали небольшой список необходимого, что требовалось здесь и сейчас. Решив докупить оставшееся позднее. Когда справятся с первым списком.
Всё следующее утро Джун провёл в инфосети, делая заказ в одной небольшой фирме, которая занималась перевозкой и доставкой любого товара в пределах Сеула.
До приезда грузовика с заказанным товаром, Джун успел заскочить в детский дом, а потом пришёл в назначенное место, встретившись там с Чон Хо, Со Ён и Минсоком.
Грузовик прибыл в Добонг в назначенное время, прибыв в неприметный переулок по указанию Джуна, который созвонился с водителем за десять минут до его прибытия.
- Как же я устала-а-а, - грохнулась плашмя на диван Со Ён.
- Это я устал, а ты – лентяила, - заявил Чон Хо, со стоном плюхаясь на кресло.
- Эй! Вы оба, лентяи, - заявил делано возмущённо Джун, в отличии от двух лоботрясов, направившись на кухню для готовки.
Принять душ и смыть пот с грязью, отправились все по прибытию домой, но поднявшись наверх из подвала, народ решил экстренно передохнуть, кроме Джуна.
Вроде не так много им привезли, но перетаскивание всего груза заняло почти три часа. Всё из-за долгого спуска вниз, потом переходы по подземным галереям и проходам. Пришлось таскать всё в три этапа: спуск доставленного груза вниз, затем перетаскивание на одну из промежуточных точек. И только затем, уже в само бомбоубежище.
Кое-как сложили в предбаннике в бомбоубежище, оставив небольшой проход. Намереваясь всё перетащить в пустое большое помещение на следующий день. Умотались все до крайности!
Минсок даже отказался уходить, сказав, что останется здесь отдыхать. Проводив их до выхода, а потом уйдя в спальное помещение, завалившись на кровать. Ему было не привыкать, мог и без нового матраса и постельного белья обойтись.
Пока брат и сестра отдыхали в виде распластанных медуз, Джун готовил стандартную еду: рис, кусочки филе курицы и думал…
У него было несколько серьёзных вопросов, которые требовали серьезно обдумывания и принятия решения по ним!
Пока Со Ён с Чох Хо и Минсок ушли за последней партией груза, он решил посмотреть, что с электрощитовой в бомбоубежище. Решив проверить её состояние. Не особо он разбирался в электротехнике, но проверить предохранители много ума не надо. И открыв большой железный ящик на стене, где находились предохранители, осмотрел их, а потом сунул пальцы к одному из них, выглядевшего повреждённым.
- Ёб!
Ударом током был такой силы, что его тело откинуло назад к противоположной стене, влепив в неё с такой силой, что осыпалась и так облупленная штукатурка.
Темнота в глазах и гудящий звук в ушах, а также сильнейшая боль в пальцах правой руке и отбитой спине… И пробегающие судороги по всему телу, резко дёргающие все мышцы, которые были в теле.
Веки не пожелали открываться, как не старался. И тут… темнота стала отступать, а потом он увидел… светящиеся линии, расходящиеся параллельно и перпендикулярно в разные стороны, проявляя чёрное и прямоугольное образование.
- Это что за хрень!
До него не сразу дошло, что он видит провода, по которым идёт электрический ток: проявляющийся в виде энергетического мерцания. Выглядело это очень красиво, если не знать, какую опасность это представляет.
Наконец веки открылись и он увидел электрощитовую. Хорошо, что в результате инцидента электричество не пропало. И под потолком продолжали светиться две тусклые ламы. Закрыл глаза: и опять увидел мерцающие энергетические линии… Побаловался ещё раза три, а потом кряхтя встал с пола.
Удар током прошёл для него без особых последствий, не считая болевшей спины. Пальцы правой руки выглядели неповреждёнными, но были покрыты копотью.
- Не, ну нафиг такие приключения, - вздохнул Джун, решив пока больше не лезть к щитку.
И была вторая проблема, а может ещё не проблема. Он пока не владел всей информацией, а её небольшие обрывки требовали тщательно выяснения.
Со Ён и Чон Хо тащили очередную партию груза, забежав вперёд, пока Джун сопровождал Минсока. Тот нёс коробку с фильтрами для воздушной системы, до это попытавшись потащить тяжелую коробку с мясными консервами. Пришлось отобрать и всучить ему фильтры, которые очень мало весили.
С момента начала общения со стариком, Джун не пытался его разговорить, посчитав, что не стоит лезть в душу. Он сам должен захотеть рассказать, как оказался здесь в такой ситуации.
Минсок сам начал разговор…
Ничего особо удивительного Джун от старика не услышал, примерно предполагая, как тот оказался в таком состоянии и месте.
Когда-то, у старика была любящая друг друга семья: жена и сын, которых он потерял по собственной дурости и зависимости. Учитывая его достаточно редкую специальность, он хорошо зарабатывал, но и работал очень много. И как большинство корейцев, предпочитал расслабляться алкоголем. И сам не заметил, как приобрёл алкогольную зависимость.
Жена терпела долго, но потом устала от постоянных пьянок и скандалов мужа. И ушла от Минсока, забрав с собой сына. Несколько лет прошли в пьяном угаре от жалости к себе и тому, что его бросила семья. Благо, у него был небольшой дом в г. Кояне, городе-спутнике Сеула. Оставшийся от его почивших родителей. Работы не было, денег тоже, и Минсок стал брать кредиты, чтобы иметь деньги на еду и выпивку. Кончилось это тем, что он заложил свой дом под залог. И когда кончились эти деньги, банк выкинул его на улицу.
Жить в своём городе ему не позволили остатки совести и человеческого достоинства. Слишком многие люди знали его в лицо. И Минсок перебрался в район Добонг, где участвовал в строительстве подземной инфраструктуры, и знал, где можно преклонить свою голову, а также жить в относительно тепле. При наличии электричества и воды в подземных коммуникациях.
Столкнувшись с тем, что на работу в его состоянии его брать никто не хотел, Минсок стал зарабатывать на собирании макулатуры и металлоломе. Сдавая всё найденное в помойках на один из пунктов приёма в Добонге. Получая за это сущие гроши, но на покупку самого дешевого соджу ему хватало. В проблесках трезвого сознания, когда не было денег на соджу или оно заканчивалось, он понимал, что рано или поздно сдохнет в одиночестве под землей.
И так бы и завершилась его жизнь, но он как-то в невменяемом состоянии забрёл на территорию подземного склада, который облюбовали местные ганпхэ.
Просто так его отпускать никто не собирался, посчитав его совершенно ненужным свидетелем. Когда он протрезвел, его несколько раз сильно избили, выпытывая у него - зачем он здесь? И не полицейский ли он агент?
Куда старику против здоровых, молодых парней… И он рассказал всё, даже то, чего не помнил. Услышав от старика об его специальности, а также то, что он когда-то участвовал в строительстве коммуникаций, бандиты взяли его в фактическое рабство.
Ночью держа его в камере, днём заставляя работать: чинить электрооборудование и всё, что можно было починить. За что Минсоку «платили» водой, рамёном и регулярными побоями. Заменившие местных бандитов люди Ватари, продолжили тоже самое.
- Три месяца… - тихо подытожил свой рассказ Минсок. – Три месяца я был рабом.
Джун вопросов не задавал, понимая, что тому тяжело вспоминать свои мучения. Но встрепенулся, когда услышал от Минсока имя.
- Прости, Расон, - забормотал старик, пыхтя, но упорно таща коробку с фильтрами. - Я был плохим мужем, - закончил фразу Минсок.
- Что? – повернулся к нему Джун. – Расон? Это имя твоей жены?
- Да! – удивлённо посмотрел на него старик. – А что?
- Хм-м, пока ничего, - достаточно загадочно сказал Джун, а Минсок подозрительно на него посмотрел, но не стали задавать вопросы.
Сначала надо проверить, а потом уже что-то говорить Минсоку, чтобы раньше времени не обнадеживать. Да и неизвестно, как отреагирует другая сторона на сведения о Минсоке.
**********
Берег реки Хан, в районе моста Мапо
- Добрый день, Расон, - раздалось со спины старушки.
- Аищи! – она испугалась, резко повернувшись. – Джун! – возмущенно посмотрела на подобравшегося к ней со спины парня.
Несмотря на тяжёлый вчерашний день, Джун провёл с братом и сестрой тренировку, а посмотрев на их убитый вид, объявил День отдыха. Но без права выхода на улицу! Сам же собрался и покинул дом, отговорившись неотложными делами. Родственники были не особо рады этому, но не посмели возражать.
На метро он добрался до нужного места относительно быстро, хотя было желание доехать на такси, но ехать по «пробкам» не очень захотелось. Побаловал себя поездкой на машине от станции метро до ближайшей точки у берега реки, куда максимально возможно было подъехать.
Ком Ён был напуган, когда к нему в жилище пришёл Джун. И успокоился, когда тот пояснил, что ему необходимо увидеть Расон.
- Так она ушла макулатуру собирать, - заявил Ком Ён.
- Это где?
- В ближайших кварталах мусорки обходит, - показал Ком Ён направление рукой в сторону жилых зданий.
- Спасибо! – поклонился Джун и отправился искать Расон.
- Он меня пугает, - заявил сосед Ком Ёна.
- Не поверишь, - язвительно сказал ему глава бездомных. – Меня тоже!
Пришлось Джуну поискать бабулю, потратив на это полчаса времени. Обойдя несколько помоек и опрашивая местных жителей, он получил верное направление. Оказалось, Расон здесь многие знают и сочувствуют ей. Много раз, пытаясь дать гордой бабуле денег, но та каждый раз отказывалась.
- А зачем, вы, этот мусор собираете? – спросил Джун, помогая бабушке уложить на небольшую тележку на двух колесиках сложенную картонную коробку.
- В каком смысле? – недоуменно посмотрела на него Расон.
- Я же заплатил приличную сумму за вашу доброту? – продолжал помогать ей Джун.
- Мне такие деньги ни к чему. Мне много не надо, - буркнула недовольно Расон. – Я их на счёт положила, а потом сыну отправлю.
- Не понял! – замер Джун. – У вас есть сын… - и задумался на пару секунд, вспомнив слова Минсока про жену по имени Расон и сына. – Если у вас есть сын, то почему вы живёте на улице не пойми где?
- Не твоё дело! – отбрила его Расон, злобно посмотрев.
- Хорошо, это ваше дело, - поднял перед собой руки в примирительном жесте Джун. – Скажите, а у вас был муж?
- Тебе какое дело? – опять окрысилась на него старушка. – Ну был, - немного успокоилась. – Был! Я развелась с ним.
- А его имя… Минсок?
- А ты откуда?.. – она замолчала, очень подозрительно рассматривая парня.
- Бывает же… - выдохнул Джун, почесал затылок. -
- Тебе это зачем, вообще? И почему этим интересуешься?
- Дело в том, что я знаю, где сейчас ваш муж.
- Мне нет до этого дела, - сдвинула брови Расон. – Я не хочу слышать про этого алкоголика.
- А он вас до сих пор помнит. И жалеет, что вы ушли от него.
- Мне на это плевать, - как грозно не звучал голос, но в её глазах Джун увидел сожаление и печаль.
Джун прекрасно понимал её. Не зная откуда, то знал, что жить с алкоголиком – это ещё та мука. А если он ещё руки распускает, то это вообще – ад!
«Ладно!», - подумал Джун: «Скажу Минсоку, а он пусть сам решать, что с этим делать».
Для него было совсем непонятно, в отличие от старика, что Расон делает на улице. И почему она говорит об отсылке денег сыну? У него так всё плохо? Но, можно сделать вывод, что её сынок на улице не живет. Тогда почему его собственная мать влачит жалкое существование на берегу реки?
Полно вопросов, а ответов на них – нет!
- На! – старуха вернулась в своё жилище на берегу ближе к вечеру, когда к ней в её домик зашёл Ком Ён и ткнул ей в руки большой полиэтиленовый пакет.
- Это что? – она удивлённо уставилась на главу.
- Мясо! – ответил он. – Овощи, рис и рамён.
- Откуда? – подозрительности в голосе старухи хватало.
- Добрые люди помогли, - ответили ей. – Не отвергай. Это сегодня у всех наших тоже самое.
Джун помог Расон дотащить тележку до пункта приёма макулатуры, а потом попрощался с ней и исчез. Желание дать ей денег возникло сразу же, когда узнал, что она собирается отправить их своему сыну. Только кто даст гарантию, что она опять не положит их на счёт? Отправит всё сыну, а это его не устраивает. И Джун подумал о Ком Ёне – дать денег. Просчитал в уме варианты и решил поступить немного по-другому.
- Уважаемый! – раздалось снаружи жилища Ком Ёна, а когда он вышел, то увидел вернувшегося Джуна, вокруг которого было полно больших полиэтиленовых пакетов на земле: – Разбирайте!
- Это в связи с чем? – потерявшие всё и живущие на улице люди быстро отвыкают доверять кому-либо.
В этот момент к ним стягивались местные, которые стали осторожно разбирать пакеты, когда Джун кивнул на них, давая согласие на их действия.
- По одному в руки, - добавил для всех.
Продавщица в супермаркете помогла ему разложить в пакеты в равных долях: свинину, овощи, рис и много упаковок рамёна с разными вкусами. Местные точно давно не ели мяса (не по их карману), так что стоит их побаловать.
- Это за вашу помощь, - сказал Джун.
Посмотрел на соседа Ком Ёна, который вышел за главой, молча стоя за его спиной. Тот вопросительно посмотрел на Джуна, а тот подтвердил своё согласие, ткнув рукой в оставшиеся пакеты, в количестве пяти штук.
Сосед быстро собрал пакеты и утащил в их дом.
Джун жестом подозвал поближе к себе Ком Ёна, а потом сунул ему в руку свёрток чёрного цвета:
– Это вам!
- А это? – не разжимая сжатого кулака, спросил глава местных, ощутив под полиэтиленом толстую пачку вон.
- В основном, я хочу, чтобы Расон ни в чём не нуждалась. Давать ей деньги - не хочу. Она их своему странному сыну отправит. Так что решил вам отдать.
- Да-а, сынок у неё… - не стал продолжать Ком Ён. – Она сама расскажет, если захочет, - добавил торопливо, увидев, что Джун хочет задать вопрос.
- Хорошо, - кивнул Джун и тихо продолжил: – У вас 5 млн. вон., постарайтесь не тратить на всякую ерунду. Надеюсь, что в ближайшие дни я решу, как помочь Расон. Не разочаруйте меня, - на пару секунд глаза Джуна впились в глаза Ком Ёна, - а затем он развернулся и ушёл.
- Шибаль! – раздалось тихо со спины Ком Ёна. – У него взгляд такой, что у меня позывы в туалет возникают.
- Еда? – повернулся к соседу глава.
- Всё убрал, но мясо надо сегодня съесть, чтобы не испортилось, - торопливо добавил сосед, сглатывая обильную слюну.
Действительно, мало кто из местных мог вспомнить, когда в последний раз ел мясо. Питались в основном рисом и рамёном, даже без овощей, а тем более – фруктов.
- Большую часть постараемся завялить, а меньшую – съедим, - приказал Ком Ён, сам непроизвольно сглотнув.
Готовили в основном на кострах, изредка используя найденную на помойке небольшую газовую плитку, когда находили не до конца использованные газовые баллоны для неё.
Вечером у бездомных был Праздник!
Свежее мясо, сваренный рис и овощи. Целый пир для них. Ком Ён расщедрился: выставив из неприкосновенного запаса несколько бутылок соджу: не больше пары глотков на каждого. Пьянство у них было категорически запрещено. За это безжалостно выгоняли из общины.
**********
Конференц-зал отеля «Westin Josun Seoul», район Согонг-ро
- Агентство «YG Entertainment» собрало вас здесь, чтобы сообщить о наглом нарушении авторских прав! – с пафосом заявил Хан Пиль, стоя за небольшой стойкой на сцене конференц-зала перед многочисленными представителями СМИ.
Не так часто агентства из «Большой Тройки» собирают пресс-конференции, ограничиваясь официальными текстами на своих сайтах или направлением их заинтересованным лицам.
Так что на конференции были не только приглашённые, также прибыли многие другие различные представители СМИ из разных отраслей.
- Наше агентство заявляет, - продолжал Хан Пиль, - что набирающие популярность у любителей музыки песни «Human» и «Stay with Me»… - он помолчал пару секунд, удерживая интригу, - принадлежат нашему агентству!
Часть журналистов повскакивали со своих мест, оглушая коллег своими вопросами. Замелькали многочисленные вспышки фотоаппаратов. Операторы камер сделали максимальное приближение на лицо оратора.
- И любые высказывания, что эти песни принадлежат кому-то другому – это ложь! – наслаждался моментом Хан Пиль. – И любые контракты с исполнителем этой песни – Тосин Чаенсином, только с нашего разрешения.
Немного не логично – ведь этот Тосин Чаенсин совершенно не обязан согласовывать исполнение своих других произведений (если они есть) с агентством «YG Entertainment». В данном случае, Бон Кан хотел подвигнуть этого автора «не поднимать волну», и выйти на переговоры. Где ему объяснят его безнадежное положение, и он, конечно, согласится на все условия агентства.
Конференцию проводили в одном из столичных отелей, где было достаточно большой и помпезный зал, для придания большей значимости событию.
Несмотря на невозмутимый и спокойный вид, Хан Пиль внутренне был не особо уверен. Кван Сан притормозил дачу официального ответа, решив отыграться по полной над «YG Entertainment» – не говоря ни да, ни нет, а держа вопрос подвешенным.
- Указанные мною песни написаны авторами агентства, работающими по контракту. Соответственно, права на эти песни полностью принадлежат нам.
Переждав очередную «волну» вопросов, он продолжил:
- Также, мы заявляем, что имеется непроверенная информация, что агентство «S.M. Entertainment» заключило контракт с этим Тосин Чаенсином. И если это правда, то советуем им разорвать контракт и написать заявление на мошенника и плагиатора.
- У вас есть доказательства? – сквозь шум прорвался вопрос одного из журналистов, телекомпании «MBN News».
До этого подобный вопрос прозвучал много раз и много от кого из присутствующих журналистов и репортёров, но только сейчас, подняв интерес до небес, Хан Пиль снизошёл ответить на него:
- Мы уверены в этом!
**********
Мессенджер KakaoTalk
Hasboot: «Враньё! Я не верю в это!»
Asha: «Всё может быть…»
Kyunhanjin: «Омона! А такой красивый мальчик и вор!»
Mochi: «Да он вор и лжец!»
Hasboot - Mochi: «Это ты, идиотка! Нет никаких доказательств!»
Kyunhanjin: «Куда смотрели в «S.M. Entertainment»? Они с ума сошли, когда контракт подписывали с этим наглецом?»
Mochi: «Ли Су Ман всегда этим занимался!»
Hasboot: «Предъяви доказательство! А не своим грязным языком болтай».
Mochi: «Это все знают!»
Hasboot: «Если все, значит – никто! Не боишься, что на тебя в суд подадут?»
Mochi: «Пусть попробуют, ха!»
Ale Park: «А я всё равно, хочу, чтобы он был моим. Он красивый!»
Annjalina: «Эй!.. Я первая!»
코코_핑: «Сумасшедшие. Вы даже его лица не видели. Если он украл, то пусть отвечает по закону. Десять лет ему за воровство. А «S.M. Entertainment» - отменить!»
Hasboot: «Нашелся тут отменяльщик! Смотри, как бы тебя не отменили».
코코_핑: «Заткнись, придурок!»
Mochi - Hasboot: «Ты такой же идиот, как и твой любимчик!»
Ale Park - Annjalina: «Он толстых не любит!»
Annjalina - Ale Park: “Ты кого коровой назвала, а?»
Модератор: «코코_핑 и Mochi забанены на три дня за оскорбления и флуд!»
И ещё сотни и сотни комментариев…
**********
- Канал KBS2! – подняла руку журналистка. – Когда были зарегистрированы авторские права на песни?
- Эм-м, несколько дней назад! – немного задержался с ответом Хан Пиль.
- Чосон Ильбо, - представился другой журналист. - А песня впервые появилась в сети в пятницу! То есть получается, что за несколько дней до вашей регистрации в КОРСА. Как вы объясните это?!
Журналисты и репортёры стали переглядываться, одним местом почувствовав, что здесь что-то не так.
- Мошенник похитил текст песен и музыку, даже успел выступить с ними в районе улицы Хондэ, но это не отменяет факт кражи, - стоял на своём Хан Пиль. – И…
- Господин Хан Пиль вводит вас в заблуждение! – неожиданно от входа в конференц-зал раздался знакомый для многих присутствующих журналистов голос.
- Это Ким Сон!
- Ким Сон!
- Ким Сон!
Второго собственника «S.M. Entertainment» все прекрасно знали в лицо, так что узнали сразу, но никто не ожидал увидеть его здесь.
Ли Су Ман сам бы с удовольствием сходил и посмотрел, как его конкурент «потеряет лицо», но несолидно. Известный человек, один из богатейших людей Коре и собственноручно идёт на пресс-конференцию… И Ким Сон с большим энтузиазмом взял на себя эту обязанность – посетить лично конференцию конкурентов.
- Ким Сон, что вы имеете в виду под заблуждением?
- У вас другая информация?
- Вы уверены в своём заявлении?..
И еще десятки вопросов от всех журналистов.
- Права на песню… - друг Ли Су Мана сам умел держать интригу, если это требовалось. – Принадлежат обвиняемому в краже - Тосин Чаенсину.
- Не может быть?
- У них ведь сертификат?
- А что у этого Тосин Чаенсина?
Журналисты зашумели, глядя то на одного, то на другого представителя разных агентств.
- Прошу вас ознакомиться, - сказал Ким Сон, махнув рукой.
До этого мало кем замеченные, несколько человек, а именно сотрудников агентства «S.M. Entertainment», начали разносить папки, раздавая их журналистам. Которые жадно хватали их, раскрывали и читали находящиеся там документы.
- Кроме того! - быстро пройдя к компьютеру, с которого можно было демонстрировать видео и изображения, Ким Сон присоединил переносной дисковод.
На вывод необходимой информации на большой экран за спиной Хан Пиля, много времени не потребовалось.
- Вот сертификат на авторства от КОРСА, а вот официальное письмо из этой же организации, что сертификат подлинный и автор песни именно Тосин Чаенсину. А какой сертификат и письмо может предъявить господин Хан Пиль?
Фамилия и имя Джуна были заретушированы, но вот его псевдоним прятать не стали.
Шум поднялся страшной, ведь представители изначально обвиняемого агентства предъявили заверенные копии официальных документов.
- Хан Пиль, как это понимать?
- Вы обманули нас?
- Вы лгун, Хан Пиль!
- Вам следует извиниться за это!..
Многочисленные вопросы, обвинения и требования принести от имени агентства извинения Ли Су Ману, журналистам и обществу!
Хан Пиль выхватил из рук Ким Сона, протянутую ему папку, вчитался в текст и понял, что это просто катастрофа. Документы подтверждали то, что всё что он сейчас наговорил журналистам, полный бред и чушь!
Он побледнел, потом позеленел и закрывая лицо руками, постарался быстро выбраться из конференц-зала. В чём ему очень активно мешали журналисты, вставая у него на пути и задавая очень язвительные и злые вопросы.
- Следует ли ждать вашего увольнения? – этот вопрос просто убил Хан Пиля, но отвечать он не посчитал нужным, понимая, что будет ещё больше глупее выглядеть.
**********
Мессенджер KakaoTalk
Hasboot: «Ну я же говорил! Все идиоты, кто обвинял автора и Ли Су Мана»
Asha: «Я вам об этом написала!»
Hasboot: «Тебе прислать скрин, где ты писала – всё может быть?»
Asha: «Отвали!»
Kyunhanjin: «Я знала! Знала, что он не вор».
Hasboot: «Ещё одна…»
Омона! А такой красивый мальчик и вор!»
Mochi: «Да он вор и лжец!»
Hasboot - Mochi: «Это ты, идиотка! Нет никаких доказательств!»
Ale Park: «Красивый мальчик не может быть вором».
Annjalina: «Что и требовалось доказать. И он всё равно коров не любит!»
Ale Park: «Сама ты… Чтоб тебе никогда билетов не купить на твои любимые группы, ха!»
Глава 2
- Привет, попрыгунья!
- Ай, напугал, дурак, - вскрикнула испуганно Йона.
В очередной раз её подловил этот… этот… У неё не было слов, как его обозвать, но его помощь не давала ей права ругаться с ним. И Джун в этот раз спокойно прошёл через калитку, а Йона сама не услышала, как скрипнула железная дверь, а потом Джун близко подошёл к ней.
Запланированная встреча со стороны Джуна. Изначально следовало посетить Расон и бездомных, посмотреть, всё ли у них в порядке; выяснить вопрос про Минсока, ну и помочь им. Раз это в силах Джуна. К Йоне он направился после того, как закрыл все вопросы на побережье реки.
- Как у тебя дела?
- Джун?! – бабушка услышала вскрик внучки и выскочила из дома, опасаясь, что с ней что-то случилось.
- Добрый день, аджосси, - небольшой поклон от Джуна, который продолжил разговор с девушкой. – Так как дела?
- Хорошо! – на лице Йоны сверкнула неуверенная улыбка.
- Ну и отлично, - вернул он улыбку. – Давай посмотрю… - первый порыв приблизиться был приостановлен, а выжидающий взгляд направлен на старушку. - Вы же не против, аджосси?
- Под моим надзором, - ограничивать его она не собиралась, но только под её чутким взглядом.
Джун постарался скрыть искорки веселья в своих глазах, чтобы не обидеть бабушку. Удовлетворённо вздохнул, бросил взгляд по сторонам, постаравшись оценить окружающую обстановку.
Изменилось… Да ничего не изменилось. Йона всё также сидела на скамейке, принимала «солнечные ванны»… А вот на коже лица был заметен блеск. Ха, да у неё на лице крем от ультрафиолета!
Неудивительно, ведь азиаты, а в особенности женщины категорические не приемлют загар на кожных покровах. В особенности ни лице! Всё идет из глубины веков в Азии, когда подобным загаром «щеголяли» крестьянки, работающие под палящими лучами солнца в полях. Сложившийся стереотип: смуглая и загорелая кожа – сельская голытьба. И никто из городских женщин не желал подобного к себе отношения. В цене всегда была белая кожа. Вон, ниппонки так вообще белилами на свинцовой основе себя травили.
- Ну что ж, больная, приступим, - хмыкнул Джун, присаживаясь на корточки перед девушкой.
- Ой! – не удержалась Йона, когда прохладные кончики пальцев коснулись её кожи, перед этим подняв подол свитера у неё на пояснице.
Не в первый раз Джун это делает, но она опять вздрогнула и непроизвольно поежилась, после его прикосновения. И ещё оставшиеся следы от фурункулов на нижней части спины и ягодицах.
- Ай!
- Больно? – напрягся Джун, подумав, что ей больно.
Нити проникли сквозь кожу, ветвясь в сторону фурункулов, достигая их не только в районе прикосновения подушечек пальцев, но и гораздо ниже, при этом ускоряя регенерацию.
- Ой-ёй-ёй! – заёрзала на попе Йона.
- Да в чём дело? – воскликнул Джун.
- Ай-яй-яй! Как щекотно.
- Ладно, уже всё, - пальцы оторвались от кожи, нити за секунду до этого, мгновенно втянулись обратно, спрятавшись внутри.
- Айгу! – выдохнула девушка облегченно.
Ягодицы у неё зачесались так, что она боялась опозориться, при парне начав драть своими ногтями свою многострадальную попку.
- Не пробовала вставать?
- Что?.. – взгляд девушки нашёл глаза Джуна. – Пыталась два раза, но… так и не решилась. Страшно! – на дне её зрачков затаилась неуверенность.
- Это бывает, - улыбнулся он её. – Хочешь, мы попробуем вдвоём?
Джун выпрямился, а потом протянул девушке обе руки.
- Может не стоит?! – подала голос бабушка девушки, которая просто боялась, что это может повредить её любимой внучке. Произошло настоящее чудо! Но как же хрупко всё это, всё может вернуться или стать ещё хуже. И стоит ли тогда пытаться встать на ноги?
- Ай, - плавно, но сильно, Джун потянул взявшую его за руки девушки на себе и вверх, поставив её полностью на ноги.
- Больно? – пальцы парня мягко, но цепко удерживали предплечья девушки, давая ей больше опоры. Она судорожно впилась подушечками пальцев в его плотные мышцы.
- Нет, страшно, - смущенно улыбнулась она: было хорошо видно, как её ноги подрагивают от напряжения и из-за того, что многие мышцы на ногах просто отвыкли удерживать тело вертикально.
Лан Чунь со страхом и надеждой смотрела на стоявшую на своих ногах внучку. Её глаза наполнились слезами счастья, когда она воочию видела это чудо. Как же давно её девочка вот так не стояла на ногах… И как много раз было сказано, что девочка никогда больше не встанет на свои ноги. А теперь она видит натуральное чудо!
- Ай! Нет, - испуганно вскрикнула Йона, когда Джун одним движением мягко освободился от удерживающих его рук и сделал небольшой шаг назад. Она непроизвольно и со страхом закачалась, ловя равновесие. В глазах плескался сильный испуг.
- Тихо, тихо… - продолжал ободряюще улыбаться ей Джун. – Не бойся. Всё хорошо. Давай, иди ко мне.
- Джун. Мне страшно! – с силой и громко прошептала она.
- Ничего. Если что, то я тебя поймаю, - обнадёжил её Джун. – Давай!
- Я… - она решилась, сделала шаг. – Джун! – никак не ожидала, что этот гад сделает шаг назад, не дав ей ухватиться за него. – Стой! – а он опять сделал шаг назад.
Йона со страху была вынуждена стремиться догнать его, но это всё никак не удавалось – Джун дразнил её, не давая ухватиться за него.
- Омона, - прошептала Лан Чунь, видя, как внучка делает один шаг, затем ещё один, а вот ещё один…
- Ну вот, молодец, - рассмеялся Джун, смотря на наливающееся краской лицо Йоны от гнева.
- Айгу! – мышцы были совсем не готовы к долгому использованию.
Йона споткнулась и полетела вперед с выражением смеси сильнейшей обиды и злости на лице, но была перехвачена руками Джуна, который подхватил её на руки и донёс до скамейки под её бурное ворчание.
- Ну вот, - ещё больше улыбнулся он. – А ты боялась.
- Дурак! Идиот! Негодяй! – сидя на скамейке выплескивала свои чувства девушка.
Она натурально и сильно испугалась – не самого падения и возможной боли от него, а того, что это испортит всё её излечение. И ей придётся вернуться в коляску. Это стучало в её голове, когда подобные мысли обжигали ей мозг!
- Ты молодец, - сказал Джун, присев перед ней на корточки, а потом не сдержался, осторожно погладив её по щеке кончиками пальцев правой руки. – Скоро сама будешь ходить.
- Омона! – сильное изумление у девушки, ведь такое позволяют себе парни девчонок, а он… - Ты обещаешь? – тут до неё дошёл смысл его слов. И готовые вырваться ругательства с требованиями так больше не делать, где-то потерялись.
- Конечно! – его пальцы погладили её щеку ещё раз, а потом ещё… Затем кончики осторожно стали перехватывать потёкшие из глаз слёзы. Высушивая их и не давая залить красивое, но всё ещё болезненно выглядевшее лицо девушки потоками ручейков. – Всё будет хорошо. Не плачь.
- Обещаю, - вздохнул Джун, не любящий давать несбыточные обещания. Внутренней уверенности на то, что она пойдёт, у него хватало. Но вот где-то в глубине души неверие в своих необычных способностях - тоже присутствовало.
Лан Чунь надулась от желания высказать наглецу всё, что хотелось по поводу этих жестов – касания лица внучки, но останавливало то, что она была уверена, что в излечении внучки поучаствовал именно Джун. И она просто не могла кричать на него, как на спасителя внучки.
- Она точно сможет ходить? – что-то её надо было сказать, хоть как-то выпустить внутреннюю злость и негодование.
- Конечно! – лицо парня повернулось к ней, ослеплённое обнадёживающей улыбкой.
- Шибаль! – себе под нос, очень тихо, чтобы её не услышала внучка, выдохнула бабушка Йоны.
- Мне пора! – прошло не так много времени, но он сделал здесь всё, что мог, за единственным исключением, но на это времени много не надо.
- Спасибо! Спасибо! – повторяла Йона, глядя прямо ему в глаза.
- Да не за что, - хмыкнул Джун.
- Джун, я по поводу денег! – как бы ей не хотелось, но Лан Чунь не могла не поднять этот вопрос.
- Мы закончили этот разговор, - тон голоса Джуна стал очень холодным, а его глаза сузились. – Я не понимаю, о чём вы говорите.
- Но…
- …Не стоит продолжать эту тему, - жёстко оборвал бабушку Джун. - И, Йоне нужно побольше мяса и бульонов на мясе. Это поможет ей быстрее восстановиться. Вы же сможете их готовить.
- Да! – парень показал, что больше эту тему не стоит поднимать.
И старушке только оставалось принять это рушение. Ещё неизвестно, как он отреагирует, если она продолжит. А ей бы не хотелось, чтобы Джун просто пропал. Не из-за денег, а из-за лечения внучки:
- Всё равно всё верну до последней воны, - упрямо прошептала она.
- Ёх! – воскликнул Джун, засунув руку во внутренний карман и доставая оттуда сложенный лист бумаги. – Старость не радость, да. Это вам, - лист был протянуть Лан Чунь. – Здесь упражнения, где расписано, что и как делать.
Ещё утром, у него в голове сложился комплекс упражнений для девушки, который он заранее выписал на листок, чтобы не забыть. И чтобы девушка не мучилась, запоминая достаточно обширный список из комплекса. И чуть не ушел, не отдав ей его.
- Спасибо, - бережно приняв листок обеими руками, бабушка поклонилась парню. – Я прослежу, чтобы она делала всё так, как здесь написано, - не заметив, как и Йона, молниеносного движения левой руки Джуна, пока его другая рука протягивала листок.
- Ну и отлично, - улыбнулся Джун ей, а потом Йоне. – Проведаю вас в следующий раз. До свиданья, - сделал небольшой поклон и скрылся за калиткой.
- Маньяк и извращенец! - он же не услышит, а пожилая женщина не смогла удержаться от выражения своего недовольства.
- Он хороший! – встала на защиту Йона.
-… Пора завтракать, - решила дальше не спорить с ней бабушка. – Давай помогу, - она быстренько добралась до коляски, желая помочь внучке сесть в неё.
- Нет, бабушка. Я сама, - отрицательный жест, а потом Йона довольно ловко уселась в коляску.
- Давай хотя бы… - бабушка опустила руки на рукоятки коляски.
- … Сама! – настойчиво повторила Йона.
- Ну что за непослушный ребёнок такой, - всплеснула руками Лан Чунь, семеня за коляской, но не делая очередных попыток ухватиться за ручки, понимая, что внучка сильно разозлиться на неё из-за этого.
- Ну вот, - победно заявила Йона, заехав в дом, а потом подогнав коляску как можно ближе к столу.
- Ох, соннё (внучка, - прим.), - укоризненно покачав головой, старушка направилась к плите, машинально засунув правую руку в накладной карман передника. - Вот па-а-рши-и-вец! – возмущенно протянула, вытаскивая из кармана пачку вон. – Здесь 2 млн. вон, - недовольство – недовольством, а пальцы быстро пересчитали купюры.
Доказательства никакие не нужны, ведь ещё не потраченные, оставшиеся от прошлого подброса деньги Лан Чунь убрала в небольшую коробку с документами, которую хранила в дальнем кухонном ящике на самом верху. И никаких денег, даже металлических, в её карманах на переднике сроду не было. Не имела она такой привычки.
- Я старая, с меня ничего взять, - большая тревога в глазах бабушки не укрылась от Йоны. – С меня, старой брать нечего. А вот у тебя… - она не договорила: понятно, что можно взять с молодой красивой девушки.
Пока она инвалид, но, судя по всему, - это ненадолго!
- Он не такой, - заявила безапелляционно Йона.
- Да все они не такие! – всплеснула руками бабушка. – А потом…
- …Если надо будет заплатить телом, то я к этому готова, - ошарашила свою хальмони Йона.
Её это абсолютно не пугает!
С момента травмы рассчитывать на какие-то отношения с мужчинами ей просто не приходилось. В Коре повсеместная проблема найти себе нормального мужа: более-менее не пьющего и хорошо зарабатывающего. Так если с этим повезёт, то многие жёны своих мужей видят и общаются только по выходным. И то, не всегда! Общий, фанатичный трудоголизм – это бич корейского общества. Мужья на работе, женщины – дома. Изредкие встречи для зачатия детей. Затем каждый существует в своём мирке, живя по отдельности. И, как результат, развод – если муж теряет работу или выходит на пенсию. Постоянное проживание быстро показывает, что муж и жена абсолютно чужие друг другу люди. Из-за этого всё больше молодых людей не желают связывать себя узами брака и рождением детей. Какой в этом смысл?
Йона со своей инвалидностью даже о сексе не могла мечтать, что говорить о создании семьи?! А здесь такое чудо – она станет нормальной девушкой, сможет забеременеть и т.д. Так что требование от Джуна (если оно будет) расплатиться с ней своим телом, исполнит беспрекословно: сама разденется и в койку прыгнет. И плевать ей на стеснения и как после этого её будут осуждать и называть.
Тем более, что парень он… и красивый, и вообще…
- Ах ты… Да как ты смеешь говорить о таких вещах, бесстыдница? Да я тебя… - бабушка пошла к Йоне, замахиваясь на неё рукой.
- Я сказала, ты – услышала, - твердо заявила девушка, никак не пытаясь уклониться или защититься. – Ты лучше подумай, сколько денег на мясо потратишь, сколько на говяжьи кости, а сколько – на овощи, - увела в сторону разговор.
- Да ты… - судя по твёрдости в глазах внучки, говорить с ней об этом и в чём-то убеждать – просто бессмысленно. – Хорошо, - вздохнула бабушка.
Подкинутые Джуном деньги были распределены: часть на мясо, часть на овощи, оставшаяся треть убрана в тайничок.
**********
Сеул. Агентство «SM Entertainment»
- Айрин, ты не дотягиваешь, - недовольно заявила Исо Харин, их главный преподаватель по вокалу в агентстве, в чьём подчинении находилось ещё пять учителей.
Женщина за пятьдесят лет (точный возраст знали несколько человек), но выглядевшая не старше сорока, худощавая, ростом чуть больше 160 см. Вечно недовольная своим ученицами, постоянно одетая в джинсы и джемпер. Категорически отрицательно относившаяся к любой офицальщине в одежде.
Имея послужной список в качестве одного из самых авторитетных преподавателей, длинною в двадцать пять лет и большой список из ставших знаменитыми её учеников – могла себе позволить.
Сам Ли Су Ман и топ-менеджеры агентства относились к ней очень уважительно, понимая, что профессионала такого уровня надо холить и лелеять. Прекрасно зная о постоянных предложениях о работе со стороны других агентств, от самого нижнего до самого высокого уровня.
- Простите, аджумма, - низко поклонилась отчитываемая девушка, сдерживаясь изо всех сил.
Вся группа «Genesis» в полном составе находилась в одном из репетиционных залов по вокалу, третий час репетируя новую песню. Получалось не очень, но ведь и работать с ней девушки стали всего ничего.
- Плохо, всё очень плохо, - нахмурилась Исо Харин. – Толку от вас… Ладно, полчаса перерыв, а потом снова начнём, - и она величественно удалилась из помещения, сопровождаемая своей свитой из трёх человек.
Исо Харин никому никаких поблажек никогда не делала. Перечить ей мало кто мог себе позволить. Прекрасно зная о её стервозности и непререкаемом авторитете, который никто не смел оспорить.
Склонившиеся в поклоне девушки дождались её ухода, а потом бросились утешать Айрин, лицо которой мгновенно покрылось слезами. Она всегда остро реагировала на любую критику, чем пользовались не самые приятные в обучении преподаватели, прекрасно зная о её слабости.
На следующий же день, после приобретения агентством прав на три произведения, звукорежиссер Кон Нам в первую очередь начал работать над музыкой песни «If It Is You», которую отдали группе Чанми. Сделанная запись во время исполнения песни Джуном и Чанми дело хорошее, но она была записана на коленке, так сказать. И Кон Наму потребовалось достаточно времени, чтобы обработать музыку, как положено. Были мысли кое-что изменить, но были чёткие указания от Чон Кана – ничего не трогать! Тот реально был уверено, что о автор просто разорвёт контракт в случае его малейшего нарушения.
С двумя другими произведениями было сложнее. В настоящий момент юристы агентства решали вопрос с удалением музыки и видео со всех сайтов. А также изготовлением мерча, и с тем, кому из мужских групп отдать эти две песни. Дело хлопотное и требующее много времени.
Кан Нама это уже не касалось, свою работу он выполнил полностью: изготовил профессионально обработанную «минусовку» целой комиссии - Чон Кану, исполнительному директору Ким Сону и главному хозяину агентства – Ли Су Ману.
Его усилия были оценены по достоинству, а «минусовка» передана группе Чанми в полноценную работу. Чем они все последние дни занимались со всей ответственностью: отработкой своих сольных партий, разучиванием совместного танца. Хореографы за пару дней подготовили неплохую композицию для них, которую девушки отрабатывали до потери пульса.
Весь стафф, имеющий малейший доступ к музыке и текстам, подписывали драконовские соглашения о неразглашении, с гигантскими штрафами за любую утечку. Только вот люди, они такие – люди. И как руководство агентства не штрафовала и не увольняло провинившихся, слухи (большей частью недостоверные), но в какой-то части правдивые, гуляли среди сотрудников и артистов.
В общем, девчонки узнали, что Чанми может знать автора песни, что им отдали. И жаждали знать любые подробности! Ведь обычно до исполнителей не сразу доводили информацию об авторах исполняемых ими произведений. В особенности, если дело касалось предполагаемых хитов. Об авторе могли сказать за пару дней до выпуска произведения на суд общественности.
Находящуюся на грани истерики Айрин усадили на стул, подали салфетки, затем воду и всячески успокаивали её, а когда она почти пришла в себя, тут-то Сыльги и воспользовалась моментом:
- Давай, рассказывай, кто этот неизвестный автор. Я прекрасно вижу по тексту и музыке, что это не наши,
Имея музыкальный слух и опыт работы в сфере шоубизнеса можно с достоверностью определять знакомых авторов по стилю и «почерку». И Сыльги прослушав «миносовку» и прочитав текст сделала совершенно правильный вывод, и другие девчонки с ней согласились. А тут и слухи «подъехали» по поводу знакомства Чанми с автором.
- Ну это… - вышестоящее руководство и в лице Мины Квон не поднимала вопрос о конфиденциальности, посчитав, что Чанми умная девушка и сама знает, что и кому ей говорить.
- Давай, давай! – поддержала Сыльги Вэнди, а взгляды Айрин и Йори говорили, что они от неё не отстанут.
«С одной стороны – не стоит. С другой – всё равно узнают. И болтать они точно не будут», - промелькнуло у Чанми в голове.
За подобное Ли Су Ман мог выгнать из группы безжалостно. Чанми это вряд ли грозило, а вот в отношении девчонок подобное могло последовать сразу же.
Все сотрудники и артисты хорошо помнили прошлогодний инцидент с одним их айдолом, когда тот разболтал информацию не про себя, а про другую группу агентства; и случай трёхлетней давности, когда две девочки из не менее популярной группы, поделились инсайдерской информацией не в том месте и не тем людям.
Ли Су Ман мгновенно расторг договоры с провинившимися сразу же, как только ему стало известно о проступках его подчинённых. Так ещё вдогонку влепил иски в отношении болтунов о взыскании неустойки. И те заплатили громадные деньги за нарушение условий договора, почти всё, что провинившиеся заработали за время работы в агентстве.
И если парню в дальнейшем ещё повезло заключить контракт с каким-то третьесортным агентством, позволившим ему зарабатывать деньги на еду и проживание; то две девчонки-болтушки навсегда пропали из общественного, медийного пространства.
Высказывания со стороны сумасшедших фанатов об убийстве, сборы подписей за «отмену» других групп агентства, полного закрытия компании и другие мерзости никак не действовали на Ли Су Мана. Он не прогибался под изменчивый мир, даже неся репетиционные и материальные убытки. Тем более, что все эти проблемы всегда были временными, а потом появлялся новый информационный повод и общественность набрасывалась на новые цели.
Чанми сдалась и по «большому секрету» поделилась с подругами информацией об авторе!
- Айгу! – рот Вэнди приоткрылся от удивления. – Ты хочешь сказать, что это тот парень, да? Джун вроде бы, – уточнила у Чанми. – Видео с которым мы обсуждали?
- Да, - сказала Чанми. – Его зовут Джун. Джун Ву.
- Молод он слишком, чтобы автором подобного произведения быть, - Сыльги выразила свои сомнения.
- М-м, - выдала Йери. – Не только поёт, но ещё и песни пишет, да?
- Да! – призналась Чанми.
- Ну певец из него никакой, - не смогла промолчать Сыльги.
- Зато песня хорошая, - улыбнулась Йери.
Успокоившаяся Айрин с выражением крайней заинтересованности, молча хлопала глазами, переводя взгляд с одной подруги на другую.
- Он талантливый, - вырвалось у Чанми.
- Одна песня ещё ни о чём не говорит, - Сыльги была не особо расположена к парню. Не нравился он ей.
- Уже три, - тихо сказала Чанми.
- Что три? – не сразу поняла Вэнди.
- Те две, которые он пел на видео, тоже он написал. И права на все три песни, он отдал нашему агентству. Ли Су Ман и Ким Сон считают что у них очень большой потенциал.
- Оу! – воскликнула Йери.
Остальные девчонки переглянулись: предварительная оценка со стороны этих людей говорит о многом. Не зря они столько лет в этой сфере и вывели агентство на первое месте в корейском шоу-бизнесе.
Разговор пришлось прервать, так как вернулись Исо Харин с другими преподавателями, тут же продолжив свои издевательства над ними. Затем, после короткого перерыва, за ним взялась хореограф Сана Пак, гонявшая девушек не меньше чем Исо Харин.
На самом высоком уровне было принято решение выпустить группу на сцену с релизом новой песни в течение месяца. Популярность группы «Genesis» медленно, но верно снижалась с каждой неделей. Следовало торопиться.
За это же время планировали сделать и выпустить клип на песню, на создание которого Ким Сон уговорил Ли Су Мана выделить бюджет в размере 1 500 млн. вон. Далеко не сразу согласившегося с затребованной суммой. Убежденный в конце концов исполнительным директором рискнут подобной суммой.
**********
Подземелья района Добонг
Тра-ах! Звиу-у-у! Бах!
Бабахнуло и сверкнуло так, что оглохли и ослепли на некоторое время все, кто находился в помещении. Инициатор произошедшего безобразия пока ещё оценивал понесённый ущерб.
- Джун… Ты это… - усилия с её стороны были предприняты серьёзные, но потом Со Ён не сдержалась – Ха-ха-ха, ой не могу, - она согнулась в поясе, ухватившись руками за живот.
- Чего ржешь, мелочь пузатая? - грозно нахмурил брови парень.
Не первый раз у него с языка это прозвище срывалось. Со Ён в первый раз очень удивилась, когда это услышала. Сказав, что подобное она слышит первый раз в жизни. И ни капли не обиделась, а только смеялась, когда Джун изредка использовал это слово.
- Шибаль! – закопчённые пальцы правой руки, проходящая боль от сильного ожога в месте поражения электрическим током.
- Джу-у-ун, - раздалось справа от парня. – Ты… Такой необычный, - тихо сказала Ёнджин на лице у которой было выражение настоящего ужаса, но никак не веселье. И возмущённые взгляды в сторону покатывающейся от смеха Со Ён.
- Что случилось? – в помещение ворвался Чон Хо. – Э-э-м! Это чего с тобой. Джун?
- В смысле? – посмотрел тот на него с подозрением.
- На голове! – и Чон Хо ткнул пальцами в свою прическу, а потом в сторону головы Джуна.
- Твою мать! – выругался он, когда пальцы ощупали голову. – Что за херня?!
Волосы у него на голове стояли дыбом, в разные стороны. Будто одуванчик растопырил свои белые, пушистые отростки во все стороны.
- Смотри, - заливалась Со Ён, вытащив из кармана джинсов небольшое круглое зеркальце.
- Со Ён! – посмотрела укоризненно на девушку Ёнджин.
- Ох! Ёб, - секундного взгляда Джуну хватило, чтобы увидеть весь бардак «наживую». – Да уж, электричество детям не игрушка, - тяжело вздохнув, заключил он. – Что-то в прошлые разы так сильно не торчали, мхм-м… Ёжик, однако.
Три дня прошло с того дня, как Джун побывал у Йоны. Всё это время их неожиданно увеличившаяся компания с занимались ремонтом помещения в подземельях, найденного Минсоком. Начиная с самого утра и заканчивая поздним вечером. Возвращаясь домой только переночевать и поесть.
Одного члена их разрастающейся команды – Ёнджин Джун не собирался использовать во всём этом, но та категорически отказалась оставаться одна дома! Увидев, как она начинает впадать в натуральную истерику, Джун плюнул и разрешил. Благо, что она на удивление очень быстро восстанавливалась.
Как обычно, оказалось, что необходимый объём строительных материалов рассчитали не совсем правильно. Да и фильтры в системы водоснабжения и воздухоочистки требовались очень специфические - промышленного образца, так что пришлось Джуну делать ещё один заказ; а потом все вместе перетаскивали всё в подземелье в привычном порядке. Ещё сильно повезло, что Минсок, помимо своей специальности, оказался мастером на все руки, в том числе и по строительным работам.
«Жизнь меня научила!» - буркнул он, когда молодежь заинтересовалась его талантами.
Под его чутким руководством парни шпаклевали, затирали и замазывали всё что только возможно, чтобы привести в порядок то помещение, что им нашёл старик. Девчонок определили в принеси-подай: выносили строительный мусор и затем отмывали с помощью парней всю грязь, что образовывалась во время ремонта. Все видели, что Джун не подгоняет, но торопится, да и сами понимали, что нужно спешить, ведь от этого зависит многое, а может и их жизни.
Во время ремонта заменили все фильтры в системе очистки водоснабжения и воздухообеспечения, поменяли сгоревшие лампы на новые. В отдельном помещении, где стояли койки, с содроганием собрали в перчатках всё сгнившее постельное бельё и матрасы. Выкинули, постелили новое и расстелили новые матрасы.
Заменили по настоянию Джуна краны, лейки в душевых, хотя Минсок настаивал, что всё ещё в нормальном состоянии. Но Джуну совсем не хотелось умываться ржавой водой по утрам, а также принимать душ с ржавчиной. Ещё Джун настоял на покрытии бетонного пола линолеумом, чтобы хоть как-то оградиться от холода и сырости, идущих от бетона. Мужчинам и так сойдёт, но у них ещё две девушки. И что-то Джуну подсказывало, что количество жителей в их подземельях может увеличиться.
Особо по подземельям не шатались: подземные переходы, галереи напоминали целый лабиринт или «паутину» из сходящихся, расходящихся ходов в трёх измерениях. И здесь легко можно было заблудиться во всех этих переходах и галереях. И Минсок особо не советовал шататься без его участия, чтобы не нарваться на ловушки.
Он же во время перерывов на отдых и приёмов пиши спокойно сидеть не мог, постоянно уходя проверять многочисленные коммуникации, ведущие от и к их убежищу. А Джун с интересом следовал за стариком, осматривая окружающую территорию. И эти походы принесли приятный бонус.
- Это мы удачно зашли, - обрадовался Джун.
Наблюдая за Минсоком, медленно двигающегося по проходам и осматривающего многочисленные провода и трубы, Джун приметил дверь в одном из «отнорков», отходящего от основной галереи, где они обычно передвигались. Такие постоянно попадались, но старик просил лишний раз туда не лезть, можно было сильно пожалеть.
Джун бы не полез, но увидел толстую металлическую дверь, не закрытую до конца, и была видна небольшая щель. И пока Минсок ругался, увидев искрящуюся проводку, Джун проскользнул к двери, а потом открыл её. Несмотря на толщину, судя по всему, в ней были специальные противовесы, что позволило ему достаточно легко открыть её.
- Ну вот зачем? – укоризненно сказал Минсок, когда Джун позвал его.
За дверью оказался настоящий зал, примерно пятьсот квадратных метров. Абсолютно пустое помещение со стенами, покрытыми небрежно накиданным цементным раствором. Потолок был на высоте метров шести, а также ровный цементный пол. На тех же стенах обнаружились лампы, идущие через равные промежутки. И не считая трети, все остальные находились в рабочем состоянии.
- Могу ошибаться, но здесь, скорее всего, раньше был большой склад, - задумчиво сказал Минсок, оглядывая подземный зал. – Тут полно таких помещений раскидано. Не считая тех складов, где мы нашли… - он глянул на Джуна. – Обычно пустые.
- А где полки, стеллажи?
- Может убрали, а может и просто отказались от планов, - пожал плечами старик. – Здесь многие уровни заброшены. Построены в разные времена. Использовались разными структурами. Сложно сказать, кто и какой логикой руководствовался. На некоторые уровни лучше вообще не заходить. Системы защиты обветшали. И в любой момент можно провалиться или получить на голову тысячи тонн породы сверху.
- Здесь с этим всё нормально? - неосознанно посмотрел вверх Джун, пытаясь оценить метраж и количество породы над их головами.
- В строительстве этого подземного уровня я лично участвовал, могу заверить, что здесь пару десятков лет с этих проблем не будет. Всё вышедшее из строя требует косметического ремонта или замены расходников, - авторитетно высказался Минсок. – Не должно обвалиться ничего, если не запускать систему ловушек.
- Опасно?
- Не совсем, - отрицательно мотнул головой старик. – Большая часть ловушек не автоматические. Их надо приводить в действия со специальных пультов, скрытых от людских глаз. Надо знать, где именно они расположены.
- Это радует, - кивнул Джун, осматривая помещение и обходя его по периметру. – Нам для спортзала сойдёт.
- Тогда надо будет осмотреть вентиляцию, - обеспокоенно сказал Минсок. – Все фильтры требуют замены. И сами воздуховоды надо оценить на предмет их исправности.
- Посмотрим, - довольно заявил Джун. – Надо будет только с напольным покрытием решить. На бетонном полу не особо комфортно.
- Здесь из дерева что-то делать чревато: влажность большая, несмотря на вентиляцию. Использовалось ограниченно, в основном металл и камень.
- Резиновое покрытие какое-нибудь найдём. Можно подумать о модульных резиновых плитах, - посмотрел на старика Джун. – Ему ничего не сделается.
- …Очень может быть, - подумав пару секунд, кивнул Минсок.
На следующий день Джун захватил рулетку и отправился в будущий спортзал вместе с увязавшимися с ним девушками. Минсок попросил Чон Хо помочь ему в галерее рядом с будущим спортзалом, подержать инструменты, пока он исправляет какую-то неисправность. И всё было хорошо, пока один любопытный придурок, закончивший обмерять площадь помещения, не решил в очередной раз полезть в электрощиток. Ну там предохранители посмотреть и вообще…
Результат бездумных действий не заставил себя ждать!
Чьи-то шаловливые пальцы тронул не то и не там. Тряхнуло так, что зубы щелкнули. Здоровенная, толстая электрическая дуга проскочила от предохранителей до пальцев, осветив ярким светом всё помещение и хорошенько бабахнув.
- Ничего не болит? У тебя всё хорошо? – Ёнджин суетилась вокруг Джуна, который мрачно смотрел на веселящихся родственников, пока стеснительная девушка металась вокруг него, стесняясь притронуться к нему.
- А чего это у вас… - в помещение прихромал Минсок, не успевавший за быстрым Чон Хо, рванувшим на громкий хлопок. И замер с открытым ртом, увидев «модную» причёску на голове Джуна.
- Вот, новые тенденции в сфере парикмахерского искусства изучаем, - ткнув рукой в Джуна, продолжал смеяться Чон Хо.
- Шибаль! – наконец выдохнул старик. – Его же током долбануло, да? – в глазах был вопрос к Чон Хо.
- Капитан Очевидность, блин, - зыркнул на него недовольный Джун.
- Ну да, - Чон Хо, увидев лицо у Минсока, прекратил смеяться, а за ним и его сестра. – А что?
- Там же 765 киловатт, - лицо Минсока выражало серьёзную озабоченность. – Его убить должно было, а он… - старик пристально смотрел на Джуна.
- Ну не убило же, - буркнул раздосадованный Джун, понимая, что совершил натуральную глупость. Не мог себе объяснить, зачем он всё это сделал.
Выражение на лице Минсока показывало его мысли насчёт умственного развития Джуна, но он ничего не сказал, только покачал головой. А потом подошёл ближе, осмотрел парня со всех сторон, а потом полез в щиток.
- М-да, - выдал старик. – Вроде ничего серьёзного не повредило. Но предохранители надо поменять, чтобы чего ещё не произошло.
День выдался насыщенным, так что все, кроме Минсока, отправились домой на поверхность.
**********
г. Сеул, больница Сеульского национального университета (SNUH), район Чонно-гу, Тэханно 101
- Бо-сон, - спешивший по коридору врач Чхве услышал хорошо знакомый голос.
- Да, профессор Лим, - остановившись врач увидел, что из двери одного из административных кабинетов вышел его наставник.
- Куда так торопишься? – улыбнулся профессор.
- Я-а-а… - не сразу начал отвечать Бо-сон. – Мне надо в…
- …Торопишься к своей ненаглядной пациентке, - в глазах профессора была заметна небольшая укоризна.
Бо-сон Чхве находился в раздражённом состоянии с самого утра, из-за того, что два часа потрачены на всякую ерунду на незапланированном совещании, что неожиданно назначил главный врач. Всего за десять минут до начала, его секретарь разослала всем сообщения на телефоны. Вместо решения насущных вопросов, связанных с излечением больных, проговорили о финансовой стороне – оплате за медицинские услуги больницы.
Да, важные вопросы в какой-то степени, но Бо-сона раздражало то, что главный врач и поддакивающие ему заместители, мастерски сглаживая углы, намекали на необходимость завышения заработков за медицинские услуги. В общем, в пустую потраченное время.
- Нет, не только, - слишком быстро ответил учителю Бо-сон. – Мне надо проверить своих пациентов. Из-за этого дурацкого совещания я не успел это сделать.
- Ну да, ну да, - небольшая улыбка от Лима, прекрасно знавшего одного из самых своих любимых учеников. – А больше всего надо проверить твою самую любимую пациентку.
- Сонбэним, - возбуждённо выдал нахмурившийся Бо-сон. – Вы…
- …Ладно, ладно, - грустно рассмеялся профессор Лим. – Надеюсь, ты помнишь, что у тебя мало времени, - сочувствующий, но твёрдый взгляд.
- Конечно, сонбэним, - тяжело вздохнул Бо-сон. – Я помню!
- Тогда постарайся побыстрее решить этот вопрос, - кивнул профессор. – Нашёл для неё место?
- Нет, увы, - в глазах врача появилась боль из-за того, что его поиски не увенчались успехом.
В двух медицинских учреждениях под Сеулом были места, но это были государственные больницы, где уход за подобными больными был просто ужасным. Из-за малочисленности медицинского персонала, совершенно не желающего работать за минимальную зарплату, что выделяли чиновники Министерства здравоохранения.
Ха-Ру Лим задержал Бо-сона ещё на пару минут, перейдя на разговоры на профессиональную тему, а потом заметив, что ученик, уважая учителя не торопит того, но весь издергался, отпустил его.
- Ханбёль! – в голосе у врача, стоявшего перед койкой пациентки сквозила натуральная истовость. – Я спасу тебя!
В этот момент зазвонил телефон врача, вытащенный из кармана и приложенный к уху резким движением.
- Слушаю!
- Сонбэним, - раздалось в микрофоне. – Это Хара, вас ожидают у вашего кабинета, - быстро проговорила одна из медсестёр его отделения.
- Хорошо, - ответил в трубку. – Скоро буду.
- Да, сонбэним.
Возвращаясь в свой рабочий кабинет, Бо-сон пребывал в недоумении. Не совсем понимая, кто к нему вдруг пришёл. Наплыва родственников пациентов не ожидалось. Как правило, его всегда предупреждали заранее по телефону, а тут вдруг кто-то пришёл без уведомления. Странно это…
- Доброй день, доктор Чхве, - неуважительное и холодное обращение прозвучало от человека, которого Бо-сон не имел большого желания сегодня услышать и увидеть.
- Добрый день, - этот человек из пугающей государственной структуры, но всему есть граница. Первая встреча заставила его тогда себя вести достаточно бесхребетно, но не сейчас. - Что вы хотели?
По лицу Лиана Нима было хорошо видно, что ответный выпад со стороны доктора ему не понравился. Давняя привычка ощущать себя в привилегированном положении могла сыграть с ним плохую шутку. Несмотря на большие возможности спецслужбы, действовать вопреки процедурам Лиан Ним не имел права. Тем более в отношении уважаемого человека и в присутствии двух медсестёр.
Сотрудник НИС ожидал доктора рядом со стойкой дежурных медсестёр, работающих круглосуточно, обслуживая лежачих больных и следя за их состоянием. И встретил доктора Бо-сона, усевшись в одно из кресел для посетителей рядом с медсестрами.
Те не вступали с ним в разговор, но тихо переговариваясь, бросали на него заинтересованные взгляды, пытаясь понять, кто он такой и что тут делает. Удостоверение им он своё не показал, но его поведение и выражение на лице не располагали общению с ним.
- Хотел бы обсудить с вами несколько вопросов, - агент НИС не собирался обсуждать никакие темы в присутствии посторонних лиц.
- Пройдёмте в мой кабинет, - предложил Бо-сон.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге