Корейский Гандикап

Глава 1

Агентство «YG Entertainment»

- Значит автор неизвестен, - президент компании и её же фактический собственник Бон Кан только что просмотрел несколько видеороликов, снятых зрителями на улице Хондэ.

Три молодых уличных музыканта исполнили совершенно неизвестные для него две песни. И что такого? Но несмотря на неоднозначную репутацию в сфере шоу-бизнеса, Бон Кан имел отменное чутье на талантливых авторов, а также произведения, которые имели большой потенциал для получения признания со стороны корейской аудитории любителей музыки. И очень редко ошибался!

- Да, господин президент, - кивнул его помощник Хан Пиль.

- Проверить реестры КОМСА (южнокорейская некоммерческая организация по управлению авторскими правами на музыкальные произведения, - прим.) и КСС (корейское агентство, занимающееся вопросами, связанными с авторскими правами, и представляющее правительство Южной Кореи, - прим.), если музыка и тексты не зарегистрированы, то у нас есть о чём поговорить с автором или авторами, - многозначительно сказал Бон Кан.

- А если?.. - не закончил фразу Хан Пиль.

- Разыщите этих парней. Узнайте, кто из них автор текста и музыки. Предложите… - подумав некоторое время Бон Кан продолжил: - Ладно, сумма в 3 млн. вон за полные авторские права будет достаточна. Даже эти деньги для них большие.

- Оформляем на агентство? – уточнил Кхан Пак.

- Да! – кивнул Бон Кан. – Подыщи там кого-нибудь, оформим создание на одного из наших «творцов», - прозвучало не особо уважительно к последним, - а права оформляй именно на агентство.

Уважающие себя агентства в шоу-бизнесе, в отличие от совсем небольших или ничего из себя не представляющих, имели контракты с рядом авторов, пишущих стихи и музыку в огромных количествах.

Только проблемой было то, что далеко не все эти «шедевры» были качественными, привлекающими широкую аудиторию слушателей и зрителей. А уж поэты и композиторы в одном лице, были очень редкими экземплярами. Таких творцов можно было по пальцам пересчитать.

- Предлагаю оформить авторство на Кхан Пака. Он вторую неделю пытается создать что-то подходящее для «IKON» (южнокорейский бой-бэнд, сформированный компанией «YG Entertainmen», через реалити-шоу на выживание «Mix & Match»).

- Хорошо напомнил, - легкая улыбка коснулась губ Бон Кана. – После их успеха в сентябре с песней «My Type» необходимы новые хиты. Эти две песни, - он ткнул в экран телевизора, где без звука в очередной раз проигрывались ролики, где Джун с братьями исполняли свои произведения, - отлично подойдут к репертуару наших мальчиков из «IKON».

- Соглашусь с вами, сонбэним, - Хан Пиль имел огромный опыт в этой сфере, но всегда восхищался отменной интуицией своего босса на будущие хиты.

- Отлично поработали, - заключил Бон Кан, находящийся в предвкушении от получения двух новых песен. – Эти две песни позволят нам очень неплохо заработать.

- А мы не торопимся? – Хан Пиль всегда был осторожным человеком.

- Автору или авторам будет проще договориться с нами, чем судиться годами за свои произведения, - ухмыльнулся Бон Кан, намекая на подобные судебные тяжбы в прошлом.

Несколько лет назад именно их агентство судилось с одним из авторов в отношении нескольких текстов, музыки и аранжировки. Суд в конце концов признал авторские права именно за посмевшим судиться с агентством. Только вот заняло у него это больше двух лет, из-за всевозможных юридических проволочек. И рычагов давления на суд г. Сеула, которые во множестве имелись у Бон Кана. Как напрямую, так и через различных государственных чиновников высокого ранга.

Так ещё автор потратил большие деньги на адвокатов!

В конце концов, победивший в суде, был вынужден продать свои произведения за сумму, которая еле покрыла его судебные издержки и за услуги нанятых адвокатов.

- Затянуть дело и довести автора до банкротства! – понятливо улыбнулся Хан Пиль.

- Всё правильно, - кивнул его босс. - Пусть суд признает авторство не за нашим агентством. Только ведь это будет не очень скоро. Проще будет продать песни нам, чем судиться годами. Ты объясни это популярно щенку, написавшему эти тексты и музыку, чтобы проникся.

- Конечно, господин, - улыбнулся Хан Пиль, в очередной раз восхищаясь коварством и дальновидностью своего босса.

Возможные проблемы из-за этого: шум в СМИ, нелицеприятные высказывания со стороны общественности - неприятны, но не сильно ударят по агентству.

Было и не такое! Ничего, отряхивались, платили отступные и шли дальше. Выгода всегда была больше, чем потери.

**********

Здание агентства «JYP Entertainment»

Генеральный директор Пак Чан получил от своего помощника Дак Бока информацию по появлению в инфосети двух неизвестных произведений, вызвавших шквал интереса к ним со стороны любителей музыки. Значит потенциал песен очень хороший, так почему ему не поучаствовать в гонке за создателем этих произведений?

- Найди мне этих парней! Я хочу получить автора.

- Запросы мною в КОМСА и КСС уже поданы, но ответ будет только ближе к концу недели, - предвосхитил его последующие вопросы Дак Бок. – Если этих произведений не будет в реестрах КОМСА и КСС, то наши действия?

- Сначала надо найти этих парней. Если кто-то из них автор или они знают автора, то надо сделать предложения, от которых они не смогут отказаться, - засмеялся Пак Чан. – Кстати, уверен на 100%, что Бон Кан не сможет удержаться. И провернёт всё в своём репертуаре.

- Каким образом? - в общем-то, Дак Бок практически был уверен, как может поступить Бок Кан, но решил уточнить у своего господина.

- Обманет! - благосклонно ответил Пак Чан. – Или попытается оформить произведения на своё агентство.

- А мы?

- Постарайся первым найти этих ребят, - хищной оскалился Пак Чан. – Или ждём ошибки от Бон Кана. Очень хочется посмотреть, как он вляпается в очередной скандал. Или! – новый возможный вариант развития событий ему понравился даже больше всего.

Он прекрасно знал, что сотрудники «SM Entertainment» отслеживают все новые произведения, появляющиеся в инфосети на любых цифровых площадках, имеющих отношения к музыкальным произведениям. Просеивая всё, что могло вызвать потенциальный интерес со стороны пользователей.

- Ли Су Ман не пропустит подобное. И мне будет интересно посмотреть, как Бон Кан схлестнётся с с «SM Entertainment». Пока тигры дерутся, мудрая обезьяна сидит и смотрит.

- Это будет очень интересная схватка, - улыбнулся Дак Бок, признавая за боссом мудрое решение по ситуации.

- Да, но, - взгляд директора стал очень жёстким, - ты постарайся их найти первым. Нам подобные произведения совершенно не помешают. Так что действуй. Хорошо?

- Да, сонбэним! – резво поклонился Дак Бок. – Могу доложить, что наши сотрудники технического отдела отследили, что после выступления парней в инфосеть были выложены десятки роликов от зрителей, присутствующих на улице. Чуть позднее на аккаунте «ChonHo_199» на AfreecaTV и «ChonHo_1999» на KakaoTalk было выложено «домашнее» видео с исполнением этих двух песен.

- «Домашнее» видео? – предположил Пак Чан. – Значит это аккаунты одного из тех парней.

- Уверен, что это так! – подтвердил Дак Бок. – Нашими юристами направлено предложение на эти аккаунты о встрече с нашими представителями. Надеюсь, что получим ответ в кратчайшие сроки. Не каждый день никому не известные парни получают подобное от агентства из «Большой Тройки».

- Хорошо, - похвалил его руководитель. – Значит, встречайтесь с ними, обговаривайте все детали. Да, возьми решение этого вопроса под свой полный контроль.

- Да, сонбэним, - поклонился Дак Бок и вышел из кабинета.

**********

Интерлюдия

Преподаватель медленно ходил взад-вперёд, перед сидящими на татами на коленях десятками кадетов, донося до них свои знания:

- В «Системе» для духовного и физического развития используется многое, что было накоплено человечеством за века. В то числе - медитативные техники индийских йогов из индуизма, так и методики из древнеславянских ведических учений.

- Значит ли это, что «Система» построена на части мистицизма? – поднял руку один из кадетов.

- Нет, - спокойно ответил наставник. – Эзотерика, мистицизм и иже с ними не используются, как бесполезные знания. Только реально работающие, практические методики. Как говорил один из моих учителей: «Если это работает, то мне без разницы, как это называется. И как к этому относятся другие!».

Многие кадеты переглянулись, многозначительно и молчаливо подтверждая своё отношение к преподаваемым знаниям.

- Не совсем понятно, - один из курсантов поднял руку и после кивка преподавателя продолжил: - Как понимаю, используются термины из индуизма?

- Не только, - начал отвечать преподаватель. – Используются термины из йоги, а также древнеславянские названия.

- Вы имеете в виду – Чакры? – всё тот же любознательный кадет.

- Верно, - кивнул наставник. – Чакры у индусов, Родники или озёра - у славян: Сахасрара – Родник, - показал на темечко; - Аджна – Чело, - пальцы коснулись переносицы; - Вишудха – Горло, - указал на кадык; - Анахата – Сердце, Манипура – Живот, Свадхистана – Зарод, Муладара – Исток, - при каждом названии чакры, пальцы касались названного.

- Их же больше!

- Я рад, что у вас столько знаний, - улыбнулся наставник. – У древних славян их больше на две, но мы используем названые мною. Нечего плодить сущности. Итак, приступаем к медитации.

Курсанты закрыли глаза, готовясь приступить к медитации.

- Слушайте себя, а не окружающий мир. Погрузитесь в себя и слушайте свой внутренний мир: ток крови по венам, ток лимфы по узлам… Слушайте! Совместная медитация позволить вашим внутренним источникам резонировать друг с другом и получить больший эффект.

Последующие два часа наставник занимался со своими учениками способами вхождения в медитацию, делясь различными методами и знаниями. Помогая тем, у кого это не получалось и поправляя тех, кто совершал ошибки.

**********

Район Добонг

Повторяющиеся который день сны… И эти безусловно интересные и необычные знания, будто бы выжигающиеся у него на подкорке мозга. Впечатывающиеся в разум до мельчайших подробностей.

«Это мои знания или того военного из сна?» - промелькнуло в голове у Джуна: «И вообще, это моя фантазия или реально происходившие события?»

Чёрт поймёшь! Знания о методиках подготовки по этой «Системе» всплывали из глубин памяти или откуда-то появлялись, скапливаясь и формируя пласт ценных знаний. Очень познавательно, наверняка ему пригодится при подготовке братьев и сделает из них настоящих бойцов. А может их уровень рангов повысит. Но это не точно…

И вообще, Джун понятия не имел, а что именно ему дальше делать. И как с этим жить. Из близких… Ну если только братья, хотя они не настолько близки. Есть ли у него родственники? Он не знал. На прежнем месте жительства ему делать нечего. Он был в этом полностью уверен.

Какова цель его жизни?

Выступать с песнями – нет. Ему нельзя.

Работать разнорабочим – ну не вариант. Когда-то это надо прекращать. Не для того родился и живёт, вроде бы.

Продолжать дальше грабить местных рэкетиров – ну… может быть.

Какова цель жизни сейчас? Что дальше?

Первичный капитал с помощью местных преступников получен. Есть место жительство, но всё идёт к тому, что его скоро придётся покинуть. Наследил он, хотя ничего бы не поменял, если бы всё повторилось. Не привык он спускать подобное со стороны бандюков.

Пока остаётся тренировать братьев, раз обещал. Дальние цели пока не определены. Так что остаётся пока для него одно: «Делай что должен, и будь что будет». Потом с остальным разберется.

Джун проснулся две минуты назад, но ещё не открыл глаза, оценивая и проигрывая в голове то, что видел в очередном сне, как вдруг…

- Айгу! Тэбак!

Одеяло резко отброшено в сторону, а он одним слитным движением оказался на ногах, готовясь отражать атаку любого противника. И чуть не выругался от увиденного:

- Твою бабушку налево! Ты чего орешь? – недовольно уставился на сидящего «по-турецки» на матрасе Чон Хо с телефоном в руках, а рядом приплясывающего Сон Хо, издающие громкие возгласы.

Вернувшись в пятницу вечером домой, уставшие, но довольные от реакции многочисленных зрителей на исполненные ими песни, а также от великолепного мяса, съеденного в ресторане, парни расползлись по комнатам. Джун лёг на матрас, закрыл глаза и тут же провалился в сон.

- Я вчера видео разместил на аккаунтах брата, - гордо заявил Сон Хо, не обращая внимания на возмущение Джуна.

- Какое? – удивился Джун, потер лицо ладонью, пытаясь окончательно проснуться.

- Ну то видео, когда ты первый раз нам эти песни спел, - удивился Сон Хо.

- А «залить» когда успел?

– Ещё когда домой возвращались, - гордо заявил младший брат. - Выложил видео на аккаунты брата на AfreecaTV и KakaoTalk.

- Шустрый, братец-кролик, - зевнул Джун, намереваясь двинуться в санузел.

- Смотри, что на аккаунтах пишут, - Чон Хо, быстро поднялся с матраца и ткнул под нос Джуну свой телефон.

- Чего тут? – не удержавшись, тот ещё раз зевнул, а потом посмотрел на экран.

- Ты посмотри на комментарии, - суетился Чон Хо.

На экране телефона под видеофайлом были видны короткие и длинные комментарии:

Hasboot: Все видели видео двух песен троих парней, исполнивших их вчера на улице Хондэ?

Asha: Видели. Улёт!

Kyunhanjin: Я раз по пятьдесят каждую прослушала!

Hasboot: Кто знает названия песен?

Zannah: Вот вам ссылки на аккаунт «Chon Ho_199» на AfreecaTV и «Chon Ho_1999» на KakaoTalk. Владелец выложил «домашнее видео». А песни называются «Human» и «StayWithMe».

Hasboot: Мне больше «Human» понравилась!

Asha: А мне «Stay With Me».

Kyunhanjin: А мне обе!

Mochi: BTS лучше всех!

Asha - Mochi: У парней классные песни. А у твоих BTS – отстой!

Kyunhanjin: Ну не совсем отстой, но песни этих неизвестных парней мне больше нравятся.

Ale Park: Я хочу этого мальчика.

Asha: Какого из?

Ale Park: Который поёт. Неужели непонятно?

Annjalina: И я хочу!

Kyunhanjin: Я первая!

코코_핑: Озабоченный дуры!

Mochi: Asha - Ale Park - Kyunhanjin: Тупыедуры!

Asha – Mochi: Скройся, ненормальная.

Ale Park - Mochi: Тебя админы забанят. Сумасшедшая.

Kyunhanjin: Куда админы смотрят?!

Mochi: Asha - Ale Park - Kyunhanjin: Дур не спрашивали.

Asha - Mochi: Тупая сука!

Модератор: 코코_핑, Asha и Mochi забанены на два дня за оскорбления и флуд!

Эта была малая часть из того, что прочитал Джун, с удивлением смотря на их количество, а также то, что всё время появлялись новые. Имелись негативные отзывы, но по сравнению с положительными – исчезающе мало.

- За всё время, что брат зарегистрировался, у него было 320 подписчиков на AfreecaTV и чуть больше 510 на KakaoTalk на вчерашний день, - восторженный голос Сон Хо звучал достаточно громко в маленькой комнате.

- Ну выкладывал пару роликов, - смущенно сказал Чон Хо.

Припомнив историю жизни старшего, а именно про его попытку стать айдолом, Джун приподняв правую бровь недоверчиво посмотрел на того. Ни разу не снимал видео своих, хотя бы, репетиций, занятий хореографией и т.д.? Не выкладывал, с разрешения стаффа, эти видео на свои аккаунты?

– Ну не пару, полтора десятка с собой в мою бытность трейни. Потом ещё несколько видео с братом, когда завершил карьеру трейни, с несколькими песнями, - вздохнул огорченно Чон Хо. - Но никому они не «зашли».

– Сейчас более 20 000 подписчиков на AfreecaTV и почти 32 000 подписчиков на KakaoTalk, - не успокаивался младший. - Представляешь! Это всего за одну ночь.

- Не удивительно! – успокаивая разошедшегося брата, похлопал того по плечу Чон Хо. – Десятки зрителей снимали наше выступление на улице Хондэ. – Потом выложили видео в инфосети. Не прошло и часа, как особо любопытный нашёл мой аккаунт на «Африке», а потом на «Какао». И тут же выложил ссылки на видео на всех раскрученных ресурсах: «хоум-видео». И началось! Все ринулись смотреть именно его видеоролик, - рассмеялся Чон Хо, похлопав по плечу младшего брата.

- Именно мой «исходник» особо понравился всем, - заявил довольный Сон Хо. – Ты не волнуйся, - с волнением сказал и посмотрел на Джуна. – Я твоё лицо «заблюрил».

- Песня «Human» за ночь набрала почти 60 000 просмотров на AfreecaTV. «StayWith Me» - 80 000 просмотров, - продолжил Чон Хон. – На KakaoTalk появились фанаты, создавшие себе чаты по обсуждению этих произведений. Чисто подписчиков растёт ускоренными темпами. Большинство в восторге. Особо людей волнует где и когда можно послушать другие произведения!

- Ну это замечательно, - потянулся Джун, не особо впечатлённый происходящим.

- Да как, ты, не понимаешь! – экспрессивно сказал Чон Хо. – Это же мега успех!

- Круто, чё, - Джун, которому надоели эти восторги, а морду лица пора помыть, да и облегчиться. И вернувшись, он обнаружил нетерпеливо дожидающихся его братьев.

- Ты смотри, что написали, - младший пихал телефон Джуну. – Смотри!

- Чего тут? – поняв, что не отвяжется, Джун взял гаджет в руки.

- Сообщения от «Большой тройки!» и администраций «Африки» с «Какао», - гордо заявил старший брат.

- Кого? – недоуменного посмотрел на него Джун. – Что за «Большая тройка»?

- Ты не знаешь? – удивление Чон Хо было неподдельным. – Это три самых крупных агентства в мире шоу-бизнеса: «SM Entertainment», «YG Entertainment», «JYP Entertainment». Так называемое «The Big 3»: Большая тройка!

- Рад за них, - пожал плечами Джун. – И что?

Он действительно не понимал, чего так братья возбудились. У него в памяти ничего про эту «тройку» в голове не было…

- Шибаль, - выругался Чон Хо, отбирая у него телефон. – Слушай! – он нашёл нужные ему комментарии:

«Уважаемый клиент! Просим владельца аккаунта связаться с нами в любое удобное для вас время». - Это - "Африка", - сказал Чон Хо.

- Отлично! – радовался Сон Хо.

- И вот ещё, - Чон Хо ткнул пальцем в другое сообщение. – А это от "Какао": «Уважаемый клиент! Предлагаем обсудить условия встречи, на предмет дальнейшего сотрудничества с нашей компанией».

- Интересно, чего хотят? – не особо воодушевлённо уточнил Джун.

- «Африка» и «Какао» однозначно хотят поднять вопрос о монетизации. Но им надо быть уверенными в моём авторстве или имеющемся у меня праве исполнять эти песни от автора, - высказался Чон Хо. – И по вопросам рекламы, может быть, переговорить. Хотя ещё слишком рано об этом даже мечтать.

- Интересно, а как в Коре права автора подтверждаются? Я просто не знаю, - развёл руками Джун. – И если вы хотите заключить с ними договоры, то как докажем, что песни мои? И я до сих пор не уверен, что это именно мои произведения.

- Вопрос с авторскими правами должен скоро решиться, - не совсем понятно ответил Чон Хо, заинтриговав Джуна.

- Что ты имеешь в виду?

- Позднее расскажу, - улыбнулся тот. – Сейчас слишком рано об этом говорить.

- Ну-ну, - хмыкнул Джун, но не стал давить на него.

- Слушай, а у тебя другие песни есть? – глаза Сон Хо восторженно горели.

- Не помню, - почесал переносицу Джун. – Надо подумать, может ещё чего вспомню.

- Сон Хо, не отвлекай! – грозно посмотрел на брата Чон Хо. – Смотрите, что написали из «SM Entertainment»:

«Уважаемый владелец аккаунта, просим вас связаться с нашим агентством на предмет обсуждения вопросов о дальнейшем сотрудничестве».

- Судя по всему, агентство заинтересовали твои песни, Джун, - довольно заявил старший брат, торжествующе посмотрев на Сон Ха, а потом на Джуна. – Это просто отлично!

- Супер! – вторил ему Сон Хо.

- Кстати, от «JYP Entertainment» практически такое же сообщение, а вот от «YG Entertainment» какое-то странное, - добавил, наморщив лоб Чон Хо.

- Покажи, покажи, - выказал своё нетерпение Сон Хо.

«Просим немедленно связаться с нашей компанией на предмет обсуждения авторских прав на исполненные вами произведения «Human» и «Stay WithMe». С целью урегулирования спорных вопросов по авторскому праву!» - удивлённо прочитал Сон Хо вслух:

- Спорных? – глаза у Чон Хо раскрылись очень широко. – Не понял?!

- А чего ты удивляешься? – спокойно сказал Джун, посмотрев на него, а затем на возмущённую моську младшего. – Судя по тексту, это агентство считает, что на исполненные нами песни у них есть какие-то права. Может это действительно так, - пожал плечами.

- В каком смысле? – голос Чон Хо выдал сильнейшее раздражение. – В инфосети этих песен нет. Никто их не исполнял! Я сам лично несколько раз проверял. С какого-такого «YG Entertainment» считает, что они имеют право на авторство?

- Холь! Жадные собаки, - поддержал брата Сон Хо, разозлённый необоснованными претензиями.

- Это ты так считаешь, - посмотрел на него Джун. – А они считают по-другому. Может они правы. Я же не помню откуда я их знаю.

- Если кто-то другой их написал и исполнил, то об этом хоть какие-то сведения были в инфосети. Повторюсь, я сам всё проверял. Нет у них никаких прав на эти песни, - закончил Чон Хо решительно, рубанув рукой по воздуху.

- Ладно, потом будем разбираться, - отмахнулся Джун. – Давайте на тренировку, а потом – завтрак. Сами захотели, - рассмеялся, когда лица у обоих братьев скривились. – Так что нечего тут мне из себя жертв изображать.

Братья переглянулись, когда после разминки, вместо проведения спаррингов, Джун предложил им усесться на татами и приступить к медитации.

Он посчитал, что грех не использовать те знания, что видел в своих снах. И помогал братьям войти в необходимый ритм медитации, а если повезёт, то достигнуть сатори (изменённое состояние сознания, озарение, - прим.).

- Это зачем? – не удержался от вопроса Сон Хо.

- За надом, - отбрил его Джун. – Или так, или заканчиваем занятия.

- Да я просто спросил, - тут же пошёл на попятную Сон Хо.

С учётом долгих занятий боевыми искусствами, сесть в позу «лотоса» у братьев не вызвало никаких неприятных ощущений. Оба были хорошо растянуты и свободно садились в любой шпагат, в том числе и позу для медитации.

Джун в отличие от них, встал за их спинами и смотрел на закрывших глаза братьев:

- Сфокусируйтесь на ощущении воздуха, проходящего через ноздри при каждом вдохе и выдохе. Не нужно пытаться контролировать или изменять дыхание — важно лишь наблюдать. Старайтесь не думать. Сосредоточьтесь на дыхание, но не контролируйте его…

Старший брат дышал слишком быстро, поэтому Джун подошёл к нему совсем близко:

- Выкинь мысли из головы. Дыши равномерней, - правая ладонь Джуна легла на спину Чон Хо, а ладонь левой руки расположилась напротив «солнечного сплетения».

Чон Хо постарался последовать советам, и спустя несколько минут стал ощущать в теле странное…

В центре груди появилось ощущение теплоты, которое стало увеличиваться и распространяться всё дальше по телу. Чон Хо не понимал, как это объяснить, но у него в голове сложилось чёткое ощущение, что сквозь его тело, между ладоней Джуна протянулась струна или какая-то энергетическая линия, распространяющая вокруг странные вибрации. Легкое покалывание распространялось от центра груди по всему телу, будто небольшой электрический ток пропускали сквозь его тело.

Джун в это же время, ощущал, что неизвестно каким образом ощутил сначала бьющийся комок в груди парня и понял, что это сердце, затем ощутил печень, почки и т.д.

Проявились непонятные очаги, расположенные на темечке, в черепной коробке, шее, поясничном отделе напротив «солнечного сплетения», на уровне поясничного отдела и в паховой области.

«Да это же «чакры» или «родники!» - дошло до Джуна, рассматривающего эти источники, выглядевшие для него наподобие сгустков энергии или протуберанцев, очень медленно вращавшихся по часовой стрелке.

В теле парня были проблемные зоны, вызывающие диссонанс со всем организмом. А Джун захотел, чтобы это не мешало и волевым усилием постарался это исправить.

Пытаясь воздействовать на «родники» в теле парня своей волей. Или хрен его знает, чем. С Йоной получилось, так почему с Чон Хо не выйдет… если попробовать.

Непонятно чем, но Джун чувствовал, что ему удаётся воздействовать на «чакры», прогоняя энергию через них, добиваясь общего внутреннего резонанса.

До окончания ещё далеко, но они на верном пути. Джун это чувствовал, хотя не совсем понимал, как и почему.

Убрал руки и распрямился, а потом перешёл к Сон Хо.

- Ха, два раза – ха! – улыбнулся Джун, проделывая всё те же манипуляции, что и со старшим братом.

Его подозрения полностью подтвердились, но он решил не поднимать эту тему, пока ребята сами не расскажут ему, почему они так поступили.

- Отлично! На сегодня хватит, - встряхнув зудящими пальцами, сказал Джун, а затем отправился в душ.

Спарринги сейчас для ребят абсолютно лишние.

Встряска их тел, устроенная им, для них слишком велика. Толком не понимая, что делает, он перестарался. И сейчас любые физические упражнения для них будут чрезмерными.

- Ох, что это было? - Сон Хо, всё ещё сидящий в позе «лотоса», завалился на бок, не расплетая ноги, – Ой-ё-ей.

- У меня такое ощущение, что будто я без продыху несколько часов на татами занимался, - заявил Чон Хо, падая на спину и вытягивая ноги.

- А я будто целый день, - не менее жалостливо заявил младший.

- Так, идите мыться, а потом завтракать, - вышел из душа Джун и поднялся по лестнице наверх.

Завтрак: стандартный: рис и обжаренные кусочки мяса. Так что готовка у Джуна много времени не заняла, а тут ещё братья снизу поднялись.

- Так что ответить на предложения? – забросив в рот палочками последний поджаренный кусочек филе курицы, Чон Хо с нетерпеливым ожиданием уставился на Джуна.

- Думаешь можно будет заработать денег? – глянул на него Джун, неспешно подцепляя палочками кусочки курицы вприкуску с рисом.

- Изначально на большие деньги не стоит рассчитывать. Но хоть что-то, - кивнул тот, а младший брат прекратил есть и резко закивал головой.

- …Ну напиши, что готовы к встрече, - не сразу, но решил пойти навстречу Джун.

- Про Африку и Какао понятно, а что ответить агентствам? – старшего брата наиболее всего волновали предложения от агентств.

- Двум, что попросили о встрече, напиши, что готовы встретиться. Вот третьему, как его там?

- «YG Entertainment», - подсказал Чон Хо.

- Твоё мнение? – не стал прямо озвучивать свои мысли Джун, внимательно посмотрев на Чон Хо.

- Их притязания на авторские права, ничего кроме неприятия не вызывают. Если они имеют права, - выделил старший брат последние слова таким тоном, что было понятно его негативное отношение, - то пусть это докажут!

- Ну вот ты и ответил на свой вопрос, - хмыкнул Джун.

Он не особо верил в хороший результат по поводу предстоящих переговоров с желающими встретиться с ними. Тем более, с агентствами. Но слишком горели глаза у братьев, так почему бы тогда и нет? Во всяком случае, если ничего хорошего не выйдет, то наплевать.

Чон Хо ухватился за телефон и какое-то время вместо поглощения еды, активно стучал по экрану пальцами:

- Отправил, - заявил он, разослав сообщения по указанным в предложениях электронным адресам, кроме обнаглевшего «YG Entertainment».

**********

- Ничего вам поручить нельзя! - бушевал Янг, услышав от руководителя своей охраны о том, что отправленные за одним наглецом подчинённые, вместо исполнения его указания – переломать ноги, сами попали в больницу с аналогичными повреждениями.

Ещё вчера начальник охраны Янга получил смс-сообщение от одного из пострадавших прямо из больницы. Побоявшегося звонить своему боссу. Руководитель сам не захотел сообщать об этом Янгу, прекрасно зная, как тот отреагирует. Но тянуть до бесконечности было нельзя. И сегодня он был вынужден рассказать господину о совершенной ошибке:

- Простите, сонбэнним, я виноват, - склонился в поклоне. – Никто не ожидал, что парень даст такой отпор и сможет уложить четверых. Тем более, что двое из них были Практики.

- А надо было задуматься, чтобы выяснить всю информацию, - рыкнул Янг.

Глава его охраны поостерегся напомнить, что ещё в клубе ему прямо сказали - «не хватает информации», но тот посчитал это несущественным:

«Нищий пацан, что ещё по нему надо узнавать».

Господин Янг никогда не признавал свои ошибки. Наоборот, ещё больше выходя из себя, если кто-то имел глупость указать ему на это.

- Пошли ещё людей, - тяжелый взгляд Янга, подчинённый почувствовал, даже не поднимая головы. – Приказ тот же самый. Только сейчас хочу, чтобы ему помимо ног ещё и руки сломали.

**********

Понедельник. Добонг - Сеул. Здание КОМСА (корейская ассоциация авторского права на музыку, - прим.).

- Чох Хо! – ответив на входящий звонок, старший брат услышал знакомый голос. - Это Кван Сан. Не забыл ещё меня? – рассмеялся говоривший.

Чон Хо в это время находился на первом этаже, мыл посуду:

- Аджосси, добрый день, - обрадованно ответил он. – Как вы могли подумать, что я забуду вас.

- Ладно, пошутили, а теперь можно приступить к приятным новостям, - тон знакомого отца стал более серьезным. – Твой вопрос решился положительно.

- Зарегистрировали? Это точно? – практически выкрикнул обрадованный Чон Хо.

- Прощаю твою молодость, - рассмеялся в очередной раз Кван Сан. – Я всегда отвечаю за свои слова.

- Простите, аджосси, - собеседник не мог видеть, но старший брат непроизвольно несколько раз поклонился с телефоном.

- Ничего страшного, - ответил ему Кван Сан. – Ладно, когда сможете подъехать, чтобы забрать документы? Лучше будет в среду или четверг. У нас тут внеплановая проверка от прокуратуры, так что…

- Что-то серьёзное? – забеспокоился Чон Хо.

- Нет, - рассмеялся Кван Сан. – Ерунда. Очередная коллективная жалоба. Обычная рутина. Прокуратура у нас регулярно проверки проводит из-за всяких идиотов. Привыкли уже.

- Я рад, - расслабился Чон Хо. – По поводу встречи, мне надо согласовать время с одним человеком. Будет лучше, если вы сами скажете время. Мы подъедем в любом случае.

- Тогда давай в четверг. С самого раннего утра, например, в 09:00.

- Конечно, аджосси.

Кван Сан был не из тех людей, кто любит хвастаться своим положением и возможностями. Так что не стал рассказывать парням о своём должностном положение в КОМСА.

Процедура регистрации авторских прав в ассоциации проходила через три отдела: первый занимался приёмом и оформлением документов; второй отдел проводил проверку наличия или отсутствия тождественных текстов и музыки в базе данных; а уже третий отдел завершал оформление документов об авторстве.

Кван Сан был начальником третьего отдела, который проводил юридическую процедуру закрепления авторских прав и их легализацию по разным бумажным и электронным реестрам, в том числе и государственных структурах.

И после этого, права автора получали защиту в полном объеме со стороны правоохранительной и судебной систем!

Все три отдела в КОМСА официально были независимыми структурными единицами. Руководители отделов подчинялись непосредственно заместителю руководителя КОМСА.

Официально всё было так, но ссориться с Кван Саном начальники двух отделов желания не имели!

Кван Сан мог полностью «обнулить» работу любого из этих отделов, по самым формальным основаниям: ошибки в тексте документов, ошибки в процедуре оформления и т.д. С возвращением документов на доработку, а это сразу влекло за собой лишение премий и бонусов! И если бы это приняло систематическую форму, то вопрос с увольнением нерадивых работников встал бы в полный рост.

Ссорится с ним дураков в агентстве не было!

Тем более, что совсем недавно, его бывший руководитель в одном из отделов Министерства культуры, спорта и туризма Республики Коре (MCST), лично рекомендовавший Кван Сана на работу в КОМСА, получил должность заместителя министра. И раз в месяц играл в гольф с руководителем КОМСА.

Бывший подчинённый заместителя министра не забывал своего руководителя: присылал ему дорогие подарки на разные праздники и отправлял благодарственные смс-сообщения. Одно наличие телефонного номера заместителя министра у Квана Сана говорило для знающих об этом о многом!

Так что небольшая просьба Кван Сана – в кратчайшие сроки оформить авторство, после получения текста песен, фото документов Джуна, а также видео на флешке с исполнением песен, была выполнена в кратчайшие сроки.

Глава 2

Сегодня утром Кван Сану принесли подготовленные документы и сертификаты на оба произведения. С небольшими процедурными нарушениями: заявление на подтверждение авторства, должен был заполнить сам автор либо юрист по его поручению. Но если просил Кван Сан, то никто даже не стал поднимать вопрос о прибытии автора лично.

При оформлении документов сотрудников смутили тексты песен на английском языке, но переводчики в агентстве имелись, так что это не стало проблемой.

Отношение к английскому в Коре было очень уважительным, но вот исполнение песен на этом языке не приветствовалось, из-за его сложности для корейцев. Выучить старались многие, но получалось далеко не у всех. Исполняемые на английском песни редко занимали высшие строчки в различных чартах.

Десятки тысяч школ по изучению английского языка, помогающих единицам научиться разговаривать на нём. И тысячи корейцев, что уезжали в Великобританию, чтобы выучить язык, общаясь с его непосредственными носителями.

Не самые лучшие ценители музыки, а всё те же скучные бюрократы в КОМСА, за очень редким исключением, прослушав песни, посчитали, что они из себя ничего не представляют.

Кван Сан имел схожее мнение, но в этом случае он лишь выполнил услугу для братьев, которая для него обошлась относительно дёшево. Собственные потраченные деньги он посчитал неизбежным злом. Однако был удивлён, когда сотрудник, принёсший ему оформленные документы, поделился кое-какой информацией.

- Подскажите, а в документах будет псевдоним и фамилия автора, да? – раздался голос Чон Хо, прервавший размышления Кван Сана.

- В самих сертификатах – да! А вот если где-то в общем пространстве: инфосети, СМИ или ещё где, фамилию можно не указывать, а только псевдоним. Это уже автор решает или лица, получившие такое право.

- Я понял вас, спасибо, аджосси.

- Ты знаешь, - сказал Кван Сан. – Музыка для меня не особо важна. Отношусь к ней сдержанно, но сегодня с удивлением узнал, что в пятницу с этими песнями выступили какие-то парни в районе Хондэ. И обрели популярность.

- Это мы были, - с удовольствием и небольшой гордостью сказал Чон Хо.

- Оу, ну тогда поздравляю, - действительно обрадовался за парней Кван Сан. – Только помни, если денег на этом заработаете, то оплатишь долг, - засмеялся чиновник, совершенно не ожидая возврата денег. – Кстати, я также направил сообщения об авторстве по вашим песням в Корейскую комиссию по авторским правам (KCC, - прим.).

В своё время Кван Сан стоял перед выбором: работать в КОМСА или КСС, но выбрал именно КОМСА, по настоятельной рекомендации своего бывшего босса. Тот расставлял своих людей везде, куда могли дотянуться его руки и влияние. В том числе, он имел своих людей в КСС, но на тот момент освободилось место начальника отдела в КОМСА и руководитель попросил Кван Сана устроиться именно туда.

- Благодарю, аджосси, - тут же сказал Чон Хо. – Конечно, если всё будет хорошо, ты я обязательно верну долг. Клянусь вам в этом.

- Хорошо! – рассмеялся Кван Сан. – Жду в четверг, - после чего положил трубку.

Чон Хо заорал от избытка чувств, переполошив Джуна, собиравшегося выходить на улицу, а также Сон Хо, который слетел со второго этажа, услышав дикие крики.

- Ты псих? – уставился на него Джун, не понимая, что происходит.

- Ты получил сертификат в КОМСА, как автор на две своих песни! – выкрикнул Чон Хо.

- Ну супер! – неодобрительно покачал головой Джун. – Только зачем так орать?

Братья были довольны тем, что Джун смог получить сертификаты на его песни. Поздравляя его, ведь они были действительно рады, что у него получилось. И его песни получили такой успех.

Джун продолжал ворчать, хотя внутренне ему было приятно, что братья так радуются за него. Показывать ему это не хотелось, тем более, что пора было деньги зарабатывать. Так что он оставил радостных парней и покинул дом.

**********

Кван Сан был в отличном настроение, после разговора с Чон Хо, и собрался приступить к работе с документами, как в агентство явился неприятный визитёр.

Все три отдела на этаже располагались в «open-air» (офис открытого типа, - прим.), где рабочие места были разделены перегородками, высотой в полтора метра. Не считая рабочие места руководителей отделов, которым были выделены отдельные кабинеты. Отгороженные от других сотрудников перегородками до самого потолка. Полтора метра из которых были из гипсокартона, а выше – прозрачное стекло. Это давало возможность руководителям укрыться от глаз подчинённых, усевшись на кресло. И также спокойно проследить за их работой, просто встав на ноги. Имелись жалюзи на прозрачной перегородке, которые можно было закрыть, не давая возможность рассмотреть, что происходит в кабинетах руководства.

Услышав поднявшийся шум со стороны рабочих мест подчинённых, Кван Сан встал с кресла и увидел неприятную личность – представителя агентства и адвоката «YG Entertainment», прибывшего к ним с утра пораньше:

- В пятницу на разных сетевых ресурсах были выложены десятки видео с исполнением двух песен, - уверенно говорил этот господин сотруднику отдела приёма документов, усевшись перед ним на стул. - На них некие молодые люди исполняют две песни. Наш юридический отдел внимательно изучил выложенные видеофайлы. И сделал вывод, что эти произведения очень сильно похожи на произведения одного из наших наёмных сотрудников.

Холёный мужчина, тридцати семи лет, одетый в дорогой европейский чёрный костюм. Выделяющийся галстук красного цвета, с золотым зажимом. Идеальная причёска: волосок к волоску, лощёное лицо. Из-под манжеты ослепительно белой рубашки на левой руке выглядывал браслет швейцарских часов. В правой руке кожаный добротный и однозначно недешёвый портфель.

Кван Сан поморщился, увидев данного господина. Попортивший немало крови лично ему и другим сотрудникам КОМСА.

Наглый, самовлюбленный господин. Считающий людей ниже себя по социальному уровню - откровенным мусором. Соответственно, служащие КОМСА, общающиеся с ним, любви к нему не испытывали. И с удовольствием бы затруднили его работу, но просто боялись выйти за рамки предписанной процедуры по регистрации. Из-за того, что данный господин легко мог устроить скандал на равном месте.

Открыв свой кожаный портфель, представитель агентства вытащил футляр с компакт-диском, скреплённые листы А4, а также ручку «Паркер»:

- Файл называется «Плагиат», - сказал с превосходством адвокат, протягивая диск сотруднику ассоциации. Также пододвигая к нему скреплённые документы. – Это наша заявка и претензия.

Сотрудник с непроницаемым лицом взял бокс, открыл его, вытащил диск и вставил его в дисковод на своём системном блоке под столом. Нашёл указанный файл, а потом нажал воспроизведение.

Из динамиков, стоявших на столе рядом с системным монитором раздалось музыкальное произведение.

- Эта та песня, которая сейчас в самом топе? – работник ассоциации сразу опознал песню, посмотрев на представителя агентства.

- В воскресенье были репортажи с показом видео на каналах «KBS 2» и «MBC Music», - подал голос коллега за соседним столом. – «KBS 2» пару фраз сказали, а вот на «MBC Music» очень даже хвалили.

- Это ни о чём не говорит! - поджал губы и холодным тоном сказал представитель агентства. – На лицо плагиат или откровенное воровство! И я вам гарантирую, что наши юристы решат этот вопрос в нашу пользу. Кстати, как скоро ваш начальник отдела подойдёт?

- Как раз, вот и он, - поднялся из-за стола сотрудник отдела, увидев, что в офис из коридора зашёл его руководитель, вернувшийся из кабинета заместителя руководителя ассоциации.

- Я бы хотел с вами переговорить, - заявил гость, пристально смотря на начальника отдела. – Приватно!

Руководитель отдела Мин Хан Кон удивился, увидев представителя агентства «YG Entertainment» в столь раннее время, но не подал вида. Решив уважить его просьбу и любезно пригласил того к себе в кабинет.

В этот момент Кван Сан, слышавший разговор и узнавший музыку, вышел из своего кабинета и с вопросом посмотрел на сотрудника, что принял документацию от их утреннего гостя.

- Господин Кван Сан, - тот начал отвечать на незаданный вопрос, - принесли диск и документы на те самые песни, сертификаты которых вам сегодня принесли.

- Как забавно, - улыбнулся Кван Сан: «Молодец Чон Хо, вовремя обратился ко мне», - подумал он. - Значит за правами на эту песню пришли? – обратился к работнику.

- Да, так ещё претензию принесли, чтобы мы не вздумали кому-либо другому выдать сертификаты на эти два произведения, - ответил тот.

- Претензия – это не к нам, а в суд, - отмёл претензии Кван Сан. – И ты ему ничего не говори, - не дал задать вопрос удивленному работнику.

- Да, но ведь… - начал тот

- …А с твоим начальником, я сам поговорю, - на что сотрудник сразу согласно кивнул, с недоумением смотря, как Кван Сан направился в кабинет к его начальнику.

- Могу вас заверить, - вальяжно развалившись в кресле для посетителей, вещал представитель агентства. – С нашей стороны благодарность приятно удивит вас.

Такие слова приятны для души, а также для кошелька. Подарки от агентства бывали очень значительными, только… не от от этого человека.

- Добрый день, меня зовут Кван Сан, - представился последний, при этом многозначительно посмотрев на Мин Хана.

**********

- Сонбэним, а почему вы не сказали о том, что песни уже зарегистрированы? – в обеденном зале на втором этаже здания КОМСА за одним столом сидели Кван Сан и Мин Хан Кон.

Наступило обеденное время и Кван Сан неожиданно пригласил своего коллегу пообедать с ним, заверив, что за еду заплатит сам.

- Давай без этих оборотов. Мы кушаем, у нас неофициальный разговор, - предложил Кван Сан, с удовольствием рассматривая принесённый официанткой миёккук (суп из водорослей, - прим.).

- Хорошо, так почему ты это сделал?

- Есть большое желание сделать их агентству неприятно. В особенности этому неприятному типу, что сегодня пришёл, – спокойно ответил Кван, приступив к поеданию супа. – Ты же помнишь прошлый скандал? Тогда ведь и тебе досталось!

Внезапно появившийся Кван Сан полностью взял на себя разговор с адвокатом агентства, а Мин Хан присутствовал в качестве статиста, но никак не возражал по этому поводу. Сделав однозначный вывод, что коллега ведёт какую-то свою игру.

Фактически требование о немедленной регистрации двух произведений было вежливо выслушано. Заверения о немедленной регистрации произведений в кратчайшие сроки – высказаны. Довольный адвокат покинул кабинет, а затем в сопровождении одного из рядовых сотрудников, сопровождён до выхода из здания ассоциации.

Мин Хан помрачнел, когда Кван Сан напомнил ему о неприятном инциденте. Именно этот адвокат месяц назад устроил скандал на пустом месте. Добравшись до руководителя ассоциации, он заявил, что ему были выданы документы в последний день, что его категорически не устроило. Большой начальник вызвал всех начальников отделов в свой кабинет. И узнав, что задержка произошла из-за отдела Мин Хана, отчитал его при всех. Заставил извиниться, а потом заявил, что, если ещё раз подобное повторится, то весь отдел будет лишён премии.

Самым неприятным было то, что никакой вины Мин Хана не было. Всё было сделано в установленный срок. Так что это была надуманная проблема, которую можно было решить без подобных унижений.

- Хм-м, - Мин Хан посмотрел на коллегу. – Проблемы для этого урода – это звучит приятно, - и злобно улыбнулся.

- Так и я про тоже! – ответил улыбкой Кван. – Потаскай их по бумагам. Говори, что всё вот-вот завершится. А вот потом… - кратко и ёмко рассказал о своей задумке в отношении агентства.

- Хм! Спасибо! Кван-ним, - судя по его взгляду, Мин Хан уже предвкушал, как он поучаствует в задуманной комбинации.

Будет скандал, это можно даже не обсуждать. Зная нетерпеливость и нечистоплотность хозяина агентства, от него можно ожидать необдуманных действий.

И для «YG Entertainment» это будет серьезным ударом, когда всё всплывёт в СМИ. А журналисты с удовольствием потопчутся по собственнику. Его беспринципность и наглость многих сильно раздражали.

**********

- Люди Чон Ми Гу несут полную чушь, - докладывал Ватари своему боссу по телефону результаты его похода в больницу к покалеченным ганпхэ. – Говорят, что два раза на них напал Чосын Саджа (Жнец, - прим.).

История про Жнеца изначально ввела Ватари в удивление, но потом вывела его из себя. Он посчитал, что этими сказками его пытаются ввести в заблуждение, намеренно скрывая свои ошибки.

- Кто? – не поверил услышанному Сато Танака.

- Жнец! – повторил Ватари.

- Ладно, найди мне этого… Жнеца, - резко сказал Сато. – И притащи ко мне. Хочу посмотреть на этого представителя загробного мира. А затем туда его отправить, уже своими руками.

- Слушаю, хённим! – принял к исполнению Ватари.

Несмотря на приличное количество искалеченных бойцов из имеющихся в наличии в районе Добонг, целыми оставались ещё 15 человек. Им было приказано искать грабителя день и ночь. И найти его в кратчайшие сроки.

**********

Район Добонг

- Аджосси! - раздался тонкий мальчишеский голос.

В выходные у Джуна было много работы. Район Добонг пользовался в Сеуле, и не только, определённой популярностью. В выходные сюда приезжало достаточное количество людей, которые с удовольствием бродили по старым улочкам, посещали местные ресторанчики, кафе и бары.

И делали тысячи фотографий старых домов, построенных в начале и середине прошлого века. После ниппонцев, разрушительных боевых действий враждебных друг другу политических группировок из Синая, подобных зданий в Коре осталось исчезающе мало. И туристы с удовольствием осматривали и фотографировали остатки зодчества старых мастеров.

Из-за подобного притока посетителей, у собственников торговых заведений и пунктов питания района было полно «черновой» работы для Джуна.

Утренние и вечерние тренировки, с учётом полученных знаний, были начаты им в очень в бодром темпе. И оказались очень выматывающими для братьев, полностью высасывая их силы и желание продолжать. Но терпели и молчали, стискивая зубы.

Их планы съездить вечером в Сеул в субботу провалились. Так же, как и в воскресенье. Сил на это у Чон Хо и Сон Хо просто не оставалось. Так что пришлось им все выходные провести дома.

Единственное, вместе с Джуном, братья добрались до небольшого торгового центра в Добонге, где было полно небольших магазинчиков, торгующих от зажигалок до бытовых приборов. Закупились несколькими комплектами спортивной одежды, чтобы использовать её в качестве домашней, а также джинсами, футболками, а также куртками для осенней погоды. С учётом того, что всё это было местного производства от малоизвестных производителей, то обошлось достаточно дёшево. На всякий случай, Джун купил ещё два матраса, а также постельное белье.

Заскочили в аптеку, где Джун пробрёл несколько брикетов бинтов, йод, пластыри различных размеров, вату и ватные палочки. Решив сформировать небольшую аптечку у них дома. Мало ли, вдруг понадобится, а у них в доме вообще ничего нет.

Выходные в основном прошли в работе на тётушку Ма. Джун не собирался отходить от личины парня, которому страсть как нужна работа.

Постоянно требовалось помочь разложить товар, перетащить несколько коробок и т.д. И в воскресенье вечером, Джун вытащил на задний двор мешки с мусором и стал складывать их в мусорный контейнер, и тут услышал мальчишеский голос.

- А, это ты, похититель витаминов, - улыбнулся он пареньку, который зашёл на задний двор и опасливо смотрел в сторону улицы.

- Я не для себя! – буркнул, насупившись парнишка.

- Все так говорят, - пожал плечами Джун, чуть улыбнувшись.

- Да я… - задохнулся от возмущения Хван, но вовремя остановился. – Местные ганпхэ ищут мужчин, что недавно появились в районе.

- А я тут при чём? – повернул к нему голову Джун.

- Я здесь давно. Всех тут в лицо знаю. Вы же, аджосси, здесь новый человек.

- Спорное утверждение, - заявил Джун.

- В общем, аджосси, я вас предупредил, - насупился паренёк. – Ганпхэ опрашивают местных жителей, обещают заплатить деньги за информацию.

- Я тебя услышал, любитель фруктов. Как тебя хотя бы зовут? Меня – Джун.

- …Хван, - не сразу назвался паренёк.

- Приятно познакомиться, - сказал Джун. - Опа! – его взгляд переместился куда-то за спину Хвана, который испуганно повернулся, но ничего такого сзади не увидел. - Показалось, - улыбнулся Джун развернувшемуся к нему парню с удивлением на лице. – Ладно, в любом случае, спасибо. Беги давай.

- Не поверил, - вздохнул Хван, когда вернулся к ожидавшей его на улице Юне.

- Мы предупредили, - вздохнула она. – Дальше – его решение.

- Да, - недовольно заявил Хван. – Холь! – его рука, машинально засунутая в правый карман штанов, появилась оттуда с двумя шоколадными батончиками.

- Хван! – возмущенно смотрела на него Юна, её ноздри яростно раздувались. – Ты опять?

- Я?! – в голосе парня было неприкрытое возмущения. - Я ничего не воровал, это не я! И где бы я это взял? В мусоре?

Юна подозрительно осмотрела его, внимательно смотря в его глаза. Она прекрасно знала, когда Хван ей врал. И насколько она сейчас видела, он действительно не врал.

- Это опять он, - возбужденный Хван стрельнул глазами в сторону заднего двора магазина тётушки Ма, где Джун продолжал разбираться с мусором.

- Да чего ты всё время обвиняешь невинного человека? – нехотя, но поверив Хвану, девчушка не могла подумать, что этот молодой парень, подкидывает Хвану вкусняшки.

- Больше некому и всё, - отрубил раздражённый Хван, прекрасно поняв, что этот молодой парень специально его отвлёк, а потом засунул в карман шоколадки, так что он ничего не заметил.

- Ладно, пойдём, - девушка с сомнением, но взяла протянутый её батончик, развернула и с удовольствием впилась в него зубами. Шоколад она любила, очень.

Хван ещё со вчерашнего дня заметил, что местный криминалитет активизировался, став искать недавно появившихся в районе людей. Передвигаясь группами по два-три человека, они опрашивали в основном хозяев местных торговых точек. И даже подслушал, какие именно вопросы они задают. И решил предупредить Джуна, за которым тоже подсматривал несколько дней, с того самого момента, как тот поймал его за кражей яблок.

После ужина, Хван решил сбежать из приюта, но его попытка была прервана внезапно появившейся Юной, которая категорически отказалась отпускать его одного. Вообще, им запрещалось покидать здание без сопровождения воспитателей. Но несмотря на внешнюю строгость воспитателей и жесткий распорядок дня, всегда имелась возможность незаметно покинуть здание детского дома.

Директор детского дома не особо следил за успехами своих воспитанников на учебном поприще. В отличие от остальных государственных и частных школ. Сироты, которые никому не нужны и ничего в жизни не добьются, так что государственные чиновники из Министерства образования закрывали глаза на оценки и баллы сирот. Всем было наплевать!

Но директор требовал неукоснительного соблюдения правил проживания в детском доме и отсутствие проблем со стороны воспитанников. Так что, если воспитанники приюта не попадались полиции или местным жителям за незаконные действия, то директор закрывал на это глаза.

**********

Один из офисов компании «Samsung Group»

- Как идут поиски? – обратился господин Юонг Ги Вон к своему секретарю Кин Чину, стоявшего перед столом руководителя, держа в руках большой блокнот.

Понедельник был тяжёлым днём, когда было необходимо решить различные вопросы корпорации, накопившиеся за выходные. Так что Юонгу было не до всякой ерунды, а вот во вторник он смог обратить внимание на другие дела. И вызвал своего секретаря, озадаченного поиском неизвестного Практика, отличившегося в торговом центре, для получения отчёта о поисках.

- В настоящий момент я, с вашего позволения, сонбэним, - секретарь сделал небольшой поклон, - встретился в выходные с начальником городского полицейского управления Сеула. Тот пообещал, что сам решит все вопросы с департаментом, занимающимся мониторингом системы видеонаблюдения города. Как только искомое лицо будет обнаружено, то он немедленно сообщит об этом.

- И всё? – не удовлетворился сказанным господин Юонг.

- Нет, сонбэним, - успокоил его секретарь. – Помимо этого, начальник полиции выделил своих доверенных лиц – сотрудников полиции, которые займутся поиском парня. Они всё своё рабочее время будут тратить на это. Сами понимаете, что…

- …Расходы меня не интересуют, - прервал секретаря Юонг, - если они в разумных пределах, - на что секретарь поклонился и продолжил:

- Сотрудники полиции встретятся с работниками ТЦ, в том числе с нашими сотрудниками. Опросят всех и составят фоторобот на всякий случай.

- Что ещё?

- Выкуплены видеозаписи в торговом центре, также, устанавливаем связи с семьёй Юн и этого неизвестного. Подключены репортёры, умеющие искать информацию не хуже полиции. Также работает одно детективное агентство из бывших сотрудников полиции.

- Поосторожней, с семьей Юн. Нам не стоит ссориться с чеболями, - предупредил подчинённого Юонг.

Конечно, «Корпорация Юн» по сравнению с финансовым гигантом «Samsung Group» мелкая букашка, но конфликт с Юн может принести серьёзные финансовые и репутационные потери. Подобное Юонгу не простят истинные хозяева «Samsung Group».

- Конечно, - заверил господина Кин Чин.

- Какие-то результаты имеются?

- Нет, пока ничего, - огорчённо ответил подчинённый.

- Долго работают, - раздражённо сказал Юонг. – Я такие деньги на них трачу, а они ничего не делают.

- Это не так быстро, - продолжил Кин. – Но результат будет. Полагаю, что этот паренёк проживает в районе, где видеокамер мало. Но не будет же он постоянно сидеть там. Рано или поздно он появится в месте, где имеются камеры. Или встретится с айдолом Чанми.

- Хорошо, продолжай, - отпустил подчинённого Юонг.

**********

Офисное здание «DS Group». Кабинет исполнительного директора

- Моё руководство недовольно, - не повышая голоса, говорил собеседник господину Су Мин Чону, – Вы полностью провалили порученный вам проект!

Ничем не примечательный человек, возраст от 30 до 40, невысокого роста и худощавый. Одет в самый обычный костюм серого цвета. Черты лица ничего из себя не представляют. Один раз увидишь и забудешь. Его звали Лиан Им. Только вот он представлял Национальное агентство разведки (National Intelligence Service, NIS), - прим.). Из-за этого, Су Мин Чон был вынужден терпеть возмутительное поведение этого человека. Который не использовал при разговоре уважительные обороты речи и даже не поклонился при встрече.

В какой-то степени такое поведение было понятным!

Агентство разведки полностью контролировала проект профессора Ямагути. И помимо этого, они же выделяли финансовые средства со специальных счетов, а также осуществляли прикрытие от других правоохранительных структур Коре.

Никто бы не позволил официально проводить на территории Коре, да и других, так называемых, «цивилизованных» странах, эксперименты профессора Ямагути: ни над обычными людьми, ни над Практиками.

Любая крупица информация о подобных изуверских экспериментах на людях, снесла бы волной народного гнева чиновников любого уровня. Так что НИС в этом случае гарантировала полную секретность и анонимность осуществляющих проект специалистов и инвесторов.

Су Мин был в курсе всего, что касалось технических, финансовых составляющих проекта профессора Ямагути. Однако понятия не имел, кто конкретно из высших государственных чиновников покровительствует проекту «Синтетик». Неизвестные частные инвесторы, вложившие деньги в проект, взаимодействовали с ним, Ямагути и его подчинёнными через хозяев «DS Group».

Несмотря на это, Су Мин знал, что проект «Синтетик» находится под пристальным вниманием и контролем «Синего Дома» (резиденция Президента Коре, - прим.).

Действующий президент Коре Пак Кын Хе родилась в 1952 году, пришла к власти в феврале 2013 года, а сейчас ей было 63 года.

Достаточно солидный возраст, чтобы говорить о наступающей старости. Политики, а также их окружение, приходили к верховной власти в Коре в достаточно пожилом возрасте. И обычных людей среди чиновников было большинство.

Неизвестно, что бы ответили Ямагути по поводу его проекта!

Однако, профессор сделал предложение, от которого невозможно отказаться: повышение ранга для Практиков и других полезных вещей; а основное -– повышение срока жизни для обычных людей.

Понято, что старые пердуны, не являющиеся Практиками, мгновенно ухватились за такую возможность, продлить свою жизнь и политические карьеры. Так ещё они получали доступ к фантастическим доходам, использовав или продав технологию другим нуждающимся.

Все президенты, начиная с Ли Сын Мана, 1-го президента Коре, не являлись полностью самостоятельными политиками, но никогда не забывали о материальной стороне дела, а именно о своём кармане.

Ли Сын Ман напрямую сотрудничал с Великобританией, всячески противостоя Ниппону и Синаю. Получая для этого огромные суммы от королевского двора, иногда сопоставимых с размером национального бюджета Коре. Он полностью находился под влиянием англичан, проводя политику, которая полностью совпадала с устремлениями и желаниями Королевского двора Великобритании.

С мая 1961 года к власти в Коре пришел генерал-майор Пак Чон Хи, положивший конец всяческим демократическим проявлениям. Правил до 1979 года, получив доступ к должности президента, через проведённые им же - демократические выборы.

В это же время, началось становление чеболей, получивших доступ к иностранной помощи из Ниппона и Великобритании, с предоставлением кредитов экспортным предприятиям со льготными условиями получения банковских кредитов под низкий процент и налоговых льгот.

Впоследствии, помимо влияния со стороны Великобритании, на внутреннюю политику и экономическую ситуацию в Коре всё больше и больше стали влиять богатеющие чеболи. Получавшие огромные контракты от государства, дающие огромные доходы. Из-за этого всё больше вмешивающиеся во внутреннею политику страны. Во внешнюю политику чеболи не лезли, прекрасно понимая, что такое совершенно не одобрят англичане.

- К сожалению, Лиан Им-ним (уважительное обращение, - прим.), - поклонился Су Мин, - произошедшая техногенная катастрофа не в моей власти.

- Вы серьёзно считаете, что такое объяснение удовлетворит моё руководство? – поднял вопросительно бровь Лиан Им.

Формально вменить подобное в вину Су Мину – глупость! Но в обществе Коре виновным могли назначить любого, даже того, кто и рядом не находился с проектом. Только кто-то обязательно должен ответить за произошедший провал. И почему бы не Су Мин?

И он это прекрасно понимал, часто сам используя подобную тактику в отношении своих подчинённых. А теперь он сам попал в подобную ситуацию!

- Шибаль! – еле слышно раздалось со стороны сотрудника спецслужбы. - Оставим эти разбирательства на потом. Что вам удалось найти помимо сохранившейся информации?

- Ничего! – отрицательно покачал головой Су Мин.

- А что по месту проживания профессора?

- Прошу извинить меня, Лиан Им-ним, но мы столкнулись с непредвиденными трудностями.

Су Мин понимал, что тут его вина, только он никогда этого ни перед кем не признает. Он не проконтролировал, а подчинённые не соизволили выполнить свои обязанности.

Профессору Ямагути компания «DS Group» предоставляла дом или квартиру на выбор. Но тот категорически отказался, предпочтя купить собственный дом в одном из жилых посёлков под Сеулом.

Обязанные держать руку на пульсе, посчитали это не существенным, чем создали проблему, которая проявилась именно сейчас! И Су Мину придётся расплачиваться за это обоснованными обвинениями в его некомпетентности.

- У нас возникла проблема, - с внутренним напряжением начал он, - мы пытались проникнуть в дом профессора, но столкнулись с местной охранной компанией. Отказавшейся пропускать нас в дом без полиции, решений прокуратуры и суда, - закончил Су Мин.

Озлоблённый тем, что таких бы трудностей не было бы, если бы дом принадлежал «DS Group».

- Это непростительная ошибка, - тихим голосом сказал «нисовец». – Ладно, мы решим эту проблему.

- Я хотел уточнить по поводу… - замялся Су Мин. – Подопытных. Что с ними?

- Они не в активном состоянии, - поморщился сотрудник. – В настоящий момент доставлены в одно секретное место. Находятся под полным контролем.

- Вы можете обеспечить их жизнедеятельность? - не мог не спросить Су Мин. – Наверняка, потребуется наши специалисты.

- Вы же не думаете, что в нашей структуре отсутствуют необходимые профессионалы и аналогичное оборудование! – с неприкрытой неприязнью посмотрел на него Лиан Им.

Су Мин не подал виду, но внутренне похолодел. Поняв, что он совершенно не удивится, если окажется, что у НИС может быть оборудование и специалисты, которые полностью дублировали исследования профессора.

Объекты для исследований профессора поставляло агентство разведки. Так что таким же образом могли найти подопытных для ведущихся параллельно экспериментов. Если это так, то речь идёт о пропаже нескольких десятков человек.

«Шибаль!» - внутренне похолодел Су Мин, понимая, что в таких случаях свидетелем всего этого непотребства лучше не быть. Только он так погружен во все эти дела, что живым его просто не выпустят. Мысль о гигантских деньгах согревала душу, но опасностью пахнуло очень серьезно.

- Надеюсь, что вы предоставите нам материалы, если что-то найдёте в доме профессора? – не стал продолжать опасную тему Су Мин, но спросил про возможные документы и информацию, которые Ямагути мог где-то спрятать.

- Если посчитаем это необходимым, - спокойно ответили ему, а потом собеседник скупо попрощался и вышел из кабинета исполнительного директора.

**********

Агентство «SM Entertainment»

- Ты видела видео выступления трёх парней на улице Хондэ? Вся инфосеть гудит. Все спорят, ругаются, - к сидевшей на длинной скамейке у стены Йери подсела Вэнди. Показывая подруге экран своего телефона.

Чанми, стоявшая рядом с ними, взяла полотенце, поданное безмолвной девушкой из обслуживающего персонала-стаффов: низенькая, кривые ножки и некрасивая. Вспотевшая Чанми вытерла обильный пот со своего лица и шеи, ощущая сильную усталость. Физиологически азиаты не так сильно потеют, как европейцы, но ей пришлось отрабатывать за все дни отдыха.

Вторник ничем не отличался от предыдущих дней.

Последние три часа девушки группы «Genesis» под пристальным вниманием преподавателя Сана Пак, женщины под сорок лет, с невыразительным лицом, но фигурой танцовщицы, в полном составе отрабатывала свои хореографические движения на композиции «Catch Me If You Can" и «The Grace».

Находясь в отдельном зале для хореографии, выделенного специально для их группы.

Первая песня отличалась набором не особо сложных движений, а вот вторая - изобиловала сложной хореографией. И именно отработка сложного синхронного танца на «The Grace».выматывала девочек больше всего.

Сана Пак вечно была недовольна девушками. В том числе и сегодня, но наконец сжалилась над ними, дав им долгожданный перерыв. Всё равно толку от них сейчас никакого из-за усталости.

Сыльги и Айрин сразу же убежали вдвоём в туалет. Явно посекретничать между собой. Если с Йери и Венди у Чанми сложились определённо дружеские отношения, то Сыльги и Айрин в основном держались на расстоянии от остальных. Не то чтобы совсем отгораживались от девочек, но вечно имели какие-то свои девичьи секретики. Которыми не особо делились с другими девчонками из группы.

- Смотри, смотри, - Йери тыкала телефоном в руки Вэнди.

- Да видела уже, - посмотрев пару секунд видео, заявила та.

- Ну как тебе? – заинтересованный взгляд выдавал желание Йери выяснить мнение подруги.

- Песни неплохие, - ответила та. – Но вот голос… Нет, никак не соответствует этим песням.

- Ну не знаю, - фыркнула Йери. – По мне так очень ничего.

- Не формат, да. Но поёт хорошо, - сама не поняла с чего вдруг, но Чанми встала на защиту Джуна.

Взглянув на экран, она увидела одну из многочисленных видеозаписей парня с его друзьям на улице Хондэ в пятницу.

- Это твоё мнение! – уголки губ у Вэнди приопустились, показывая её отношение к возникшему спору. Она всегда имела своё мнение, которого упорно отстаивала.

- Он наверняка красавчик, - в помещение забежали отлучавшиеся Сыльги и Айрин, активно обсуждавшие. – И второй ничего так.

- Согласно, - поддержала Сыльги её подруга Айрин.

- Вы обсуждаете парней, что пели в пятницу в парке на улице Хондэ? - тут же включилась в их разговор Йери.

- Да, - кивнула Айрин. - Мне понравилось.

- Ничего так, - поддержала её Сыльги.

- Не ну знаю. – гнула свою линию Вэнди. – Голос так себе.

- Да ты посмотри, что о нём пишут на KakaoTalk, - сунула свой телефон Айрин ей в руки. – Большая часть посетителей в восторге. Ну за редким исключением из хейтеров.

- Как обычно, - хихикнула Сыльги.

- Вы лучше скажите, кто-нибудь эти песни раньше слышал? – неожиданно спросила Чанми.

- Я не слышала, - тут же ответила Вэнди.

- И я.

- И я.

Одновременно сказали Сыльги и Айрин, а Вэнди просто пожала плечами. А Йери тут же полезла в телефон, чтобы поискать эти две песни в инфосети, чтобы узнать автора произведений.

С интересом узнав, что этих двух песен, кроме пятничных видеороликов в сети нет. И тут же начав обсуждать это с Вэнди, которая стояла на своём: песни и голоса парней не стоят обсуждений. С ней активно спорили Сыльги и Айрин. Йери особо в перебранку не лезла, как и Чанми, которая отделывалась междометиями.

Глава 3

Деревня Гурионг, трущобы в районе Каннам-гу

- Почему именно сегодня? – никак не показывая своего недовольства, но сильно раздражённая, спросила Минё Со у свекрови.

- Она слишком известна и имеет огромный авторитет среди сильных мира сего. Так что сама назначает время посещения её клиентами, - отрезала Сэбён Юн, сама не особо довольная сложившейся ситуацией и из-за пробок на дорогах.

Они передвигались на удлинённом «Genesis G90», в сопровождении охранников на двух машинах той же марки, но модели «Genesis G80».

- Что за… - нахмурилась Минё Со, когда кортеж, только что двигающийся по широким городским улицам, где были расположены современные здания офисов и жилых зданий, въехал на узкую улицу, застроенную древними и обшарпанными зданиями.

- Это деревня Гурён, - с язвительной и снисходительной улыбкой сказала Сэбёк. - Последняя «Лунная деревня»!

"Лунные деревни" начали формироваться во время стремительного развития Сеула в 70-х и 80-х годах, когда бедняки были вытеснены из центра города, чтобы освободить место для современных офисных зданий и многоквартирных домов.

На пике своего развития в деревне, занимающей около 320 000 квадратных метров земли, было более 1 100 дворов. В настоящий момент здесь оставалось около 1 000 человек. Представляя собой «осколок» прошлого - ещё не снесённых старых и обветшалых домов.

Насколько было известно, городская администрация сейчас занималась поиском инвесторов, готовых расселить оставшихся жителей, снести дома и построить новый городской район.

- А она получше не могла место для жительства выбрать? – недовольно поджала губы Минё Со.

- Кто мы такие, чтобы советовать где жить мудан? – свекровь так посмотрела на невестку, что та предпочла заткнуться, на все двадцать минут, что их машины двигались по трущобам, а потом остановились у одного из домов на грязной улочке.

Двухэтажное здание, на первом этаже которого когда-то был небольшой ресторан, что было заметно по поблекшей, ободранной вывески с названием. Через грязные витринные окна были видны запылённые столы и стулья.

- Именно здесь и живёт мудан Бонг Ча, - сказала Сэбёк, когда обе вышли из машины, как только охранник и водитель открыли им двери.

- Та самая мудан? – осматриваясь вокруг, спросила невестка.

- Да! Именно та самая мудан, - свекровь быстро пошла в сторону входа в здание.

В этот момент стеклянная дверь открылась, оттуда вышла женщина в ханбоке зеленого цвета, лет за сорок, с самой обычной внешностью, брюнетка с затянутыми в «хвост» волосами:

- Добрый вечер, аджуммы, меня зовут Мун Хи, - она низко поклонилась, как младшая старшим. – Прошу вас, - она пропустила внутрь обеих женщин, а потом обогнала их и указывая путь, стала подниматься по лестнице, ведущей на второй этаж.

- Холь! – брезгливо оглядывалась Минё Со, пока они поднимались по лестнице.

Первый этаж заброшен полностью, что показывала пыль, скопившаяся на мебели и окружающей обстановке.

Второй этаж её удивил: чистота и хороший ремонт со стилизацией под времена династии Чосон. Длинный коридор, проходящий через второй этаж. Сопровождающая повернула налево, а спустя минуту подвела их к закрытой двери с правой стороны.

- Мудан Бонг Ча ждёт вас, - открыла дверь и показала рукой внутрь.

Бонг Ча считалась очень сильной шаманкой, прошедшей все три ритуала Чеджудо син кут, повысивших её ранг до максимума. Ей сейчас было 68 лет, хотя никто ей такой возраст не давал.

Телефон её помощницы передавался ограниченному кругу людей, которые платили огромные деньги за предсказания и помощь. Тем более, что настоящих мудан в Коре осталось очень мало.

Минё Со раньше никогда не обращалась к шаманам, не настолько она верила в мистицизм, но настойчивая свекровь потащила её с собой на встречу с мудан.

Она только знала, что в Коре существует два разных типа шаманов — пансу (слепые провидцы) и мудан или мунё (одержимые женщины). Пансу считается повелителем демонов, способным посредством магических формул (типа каббалистических) и заклинаний прогонять и даже хоронить их. Мудан могут лишь умилостивить злых духов и располагать их к себе.

Пансу — слепые колдуны, которые начинали свое ремесло с самого юного возраста. Колдовство для них зачастую служит единственным средством к существованию. Насколько выгодно это ремесло, видно из того, что родители слепорожденных детей считались счастливыми, так как заработок этих будущих пансу вполне обеспечивал их старость.

Слепые, поступающие в корпорации (общину) пансу, были обязаны, прежде принятия в число членов, пробыть на испытании 3 года, в течение которых их посвящали во все тайны колдовства. Колдун, кроме того, должен был знать обычаи, привычки и слабые стороны всех классов корейского общества, чтобы уметь обращаться со своими посетителями.

Мудан (무당) — более многочисленный тип шаманов. Мудан — обычно женщины, хотя к ним причисляются также и мужчины — паксуму, но функции мудан считаются настолько свойственными одним лишь женщинам, что даже паксуму на время исполнения своих обрядов переодеваются в женское платье.

Для того чтобы стать мудан, требуется сверхъестественное призвание и ознакомление с методами колдовства у того, кто им уже занимался раньше.

Призвание, имеющее большое значение, основывается на осознании, что демон овладел женщиной и вселился в неё настолько прочно, что подчинил себе её волю. Вначале женщина будто бы заболевает, болезнь может длиться от 1 месяца до 3 лет, причём в течение этого времени ей снятся дракон, радуга, персиковое дерево в цвету или же вооруженный человек, превращающийся внезапно в какого-нибудь зверя.

Повинуясь «демонскому зову», женщина порывает все родственные и общественные узы, покидает родителей, мужа и детей и слушается одного лишь «зова». С этого момента она становится в совершенно особое положение, и хотя её услуги признаются необходимыми, она считается изгнанной из общества.

Основой корейского шаманизма является почитание духа неба (сандже), от которого исходят все земные блага: произрастание злаков, сохранение и поспевание жатвы, избавление от болезней и т.д. С небом соединяется представление о высшем существе, создателе и хранителе видимого мира.

Наряду с почитанием неба корейцы одухотворяют видимую природу, населяя все её предметы бесчисленными духами или демонами, так что корейский шаманизм носит характер скорее пандемонизма. Эти демоны, по верованиям корейцев, наполняют землю, воздух и море. Они живут под каждым деревом, в каждом овраге, ручье и горном ущелье. Они находятся на каждой крыше, потолке, в очагах и бревнах. Все углы корейского жилья подчинены демонам. Существует основание предполагать, что в доисторические времена для умилостивления этих духов приносились даже человеческие жертвы, но затем грубые и жестокие формы служения им постепенно смягчились. Весьма вероятно, что на такое смягчение и вообще на умеренный характер корейского шаманизма оказало сильное влияние появление в Корее буддизма.

Демоны корейского шаманизма могут быть разделены на две категории. Первая — самостоятельно существующие духи, невидимые враги человека, намерения которых всегда направлены ко вреду и злу, а отчасти души людей, скончавшихся в бедности и разных лишениях; эти души бродят по свету голодные, неодетые, беспокойные, и причиняют неисчислимые бедствия тем, кто не удовлетворяет их потребностей. К этой категории относится большинство духов.

Другая категория состоит из самостоятельных добрых духов, а также из теней счастливых и добродетельных людей. Но и эти духи очень обидчивы и прихотливы. Лишь посредством умилостивительных жертвоприношений можно поддерживать их доброе к себе расположение и заручиться их поддержкой в достижении своих стремлений и защитой их от мести злых духов. Благополучие человека зависит от его уменья снискать себе расположение добрых духов.

Несмотря на утерю своих позиций, шаманизм всё ещё пользовался популярностью среди корейцев, обращающихся к мудан за помощью в тяжелых жизненных ситуациях.

**********

Свекровь и невестка оказались в большой прямоугольной комнате, где интерьер и мебель были в стиле Чосон, создавая определённую мистическую атмосферу. Так ещё полумрак в комнате, из-за закрытых жалюзи, формировал определённый антураж.

Посредине комнаты находилась сама мудан, сидящая на коленях на мягкой подстилке за чубулем (низкий столик, - прим.), пригласив жестом женщин присесть напротив неё на мягкие подушки.

- Добрый день, аджуммы, - поприветствовала она пришедших. – Присаживайтесь, - она показала на подушки.

Минё Со с интересом рассматривала мудан: женщина в возрасте за пятьдесят, но очень ухоженная, без признаков пластических операций на лице. Без «кричащей» косметики, а волосы затянуты в хрестоматийный «хвост».

Она была одета в ханбок (национальная женская одежда, - прим.), но при этом без всяких кричащих цветов, массы украшений и разных шаманских штучек: амулетов и странных украшений.

- Давно не виделись, Сэбёк-ним, - улыбнулась мудан, сделав небольшой поклон свекрови. Многозначительно с ней переглянувшись, после быстрого изучения Минё Со, усевшуюся рядом с Сэбёк.

- Не было повода, аджумма, - сказала свекровь.

- Вижу, что вы последовали моему совету, - быстрый косой взгляд мудан в сторону Минё Со.

- Да, аджумма, - спокойно ответила Сэбёк Юн. – Хотя, не всё меня удовлетворяет, - при этом недовольно посмотрев на невестку.

- Но ведь это всё равно был лучший для вас выбор, - мягко настаивала на своём мудан.

- Да, - не очень охотно согласилась с ней её собеседница.

Минё Со сначала не поняла, о чём идёт разговор, но потом вспомнила, что как-то в порыве откровения свекровь её высказала, что жену для Хан Пека – её мужа, выбирали с помощью мудан.

Получается, что эта Бонг Ча именно та мудан, которая посоветовала её в качестве второй половины для Хан Пека!

- С чем пожаловали, аджуммы, чем недостойная мудан может вам помочь? – она решила не продолжать неприятную для одной из её гостей тему.

Минё Со никак не показала, что её тронул произошедший разговор, но Бонг Ча достаточно долго жила, имела громадный опыт, так что прекрасно ощутила негативные эмоции женщины.

- Хочу, чтобы вы посмотрели на претендентов для нашей Чанми, - говорила Сэбёк, доставая из сумки несколько фотографий потенциальных женихов: Янга Джи и Тэяна Чанга.

- Решились наконец, - удовлетворённо сказала мудан. – Долго вы. Не боитесь упустить семейное счастье?

- К вам мы решили обратиться в самом конце, после полной проверки нашей СБ, - начала Сэбёк. - Вы же выдадите самое верное и правильно подтверждение, - подольстилась к мудан.

- Я ценю ваше отношение ко мне, - ответила подобным же мудан, беря фотографии одну за одной. - Этого не стоит рассматривать в качестве жениха для вашей девочки, - мудан вернула фотографию Тэяна Чанга. – Велика вероятность, что дети от него будут порченными.

- Это почему? – не удержалась Минё Со.

- Духи шепчут мне, что он бывший наркоман, - задумчиво сказала мудан. – Его лечили, но… - она внимательное посмотрела на обеих женщин, давая им право самим принять решение.

- Наркоманы в семье нам не нужны, - резко сказала Сэбёк, дав ясно понять, что больше семья Чанг в «гонке» женихов не участвует.

- От этого дети будут хорошими, но дома жена его будет видеть редко, - фотографии Янга была тщательно рассмотрены и положены на стол. – И он любитель старых традиций: женщина должна быть добродетельной, скромной и послушной своему мужу.

- И что? – не поняла Минё Со. – Мой муж и его отец тоже часто дома не увидишь. Скромность Чанми совершенно не помешает. И послушание мужу – это должно быть на первом месте.

- Значит любит женщин… - свекровь прекрасно поняла посыл мудан, которая согласно прикрыла веки, ответив таким образом на незаданный вопрос.

Сэбёк прекрасно поняла, что Янг Джи любитель женского пола. И после свадьбы точно не успокоится: заведёт не одну, а, скорее всего, несколько любовниц. Но если он обеспечит жизнь дочери, и будет это делать так, чтобы об этом никто не знал, то не самый плохой вариант.

Минё Со не стала высказывать своё отношение, которое было однозначным, с учётом того, что муж ей не изменял. Во всяком случае, не делал это так, чтобы она имела на это хоть малейшее подозрение.

Судя по лицу свекрови, та уже сделал выбор по оставшемуся кандидату мужья Чанми. Но это ещё не конец, т.к. ей муж может не согласиться с женой. И сделать всё по своёму.

- Эту информацию вам духи подсказали? – не удержалась Минё Со, получив от свекрови неодобрительный взгляд.

- Я образованный человек, аджумма, - мягко улыбнулась ей мудан. – Прекрасно могу добыть информацию из инфосети, - а на язвительную улыбку невестки добавила: - И духи, тоже.

- Веди себя соответственно, - одернула невестку свекровь. – Ещё, аджумма Бонг Ча, - неожиданно для Минё Со из сумочки свекрови были вытащены ещё несколько фотографий. - Рядом с моей внучкой появился один молодой человек, и меня обеспокоили их встречи.

- Ещё один кандидат? – взяла фотографии мудан, раскладывая их на столике перед собой.

- Нет, но он уже несколько раз появлялся рядом с Чанми. И я боюсь, что она…

- Плохое качество… - покачала головой мудан, разглядывая не самые чёткие изображения, из-за того, что они были сделаны с видеозаписей не самого хорошего качества.

- Что есть, - поджав губы, Сэбёк показала, что хочет результат, а не обсуждение качества предоставленных фотографий.

- Девочка влюбилась? – спустя минут разглядывания фотографий, мудан обратилась к Сэбёк.

- Нет, я этого не допущу, - вскинулась та.

- Это интересно, каким образом? – склонив голову, спросила мудан.

- Этого не будет никогда! – поддержала родственницу Минё Со.

- Не надо так нервничать! – успокаивала их мудан. – Нет, так нет. Я только спросила.

- Нам нужна информация, - настаивала Сэбёк.

- Что конкретно хотите узнать? – продолжила мудан.

- Чем может навредить этот парень нашей девочке, - спросила Сэбёк. – Что можно от него ждать?

- Вы же понимаете, что не всё подвластно духам… - осторожно начала мудан.

- ...Всё понимаем, - прервала её Сэбёк, - всё, что вы можете узнать.

- Хорошо! – кивнула Бонг Ча. – Думаю, что надо провести ритуал Тодан кут (обеспечение процветания и развития отдельной деревни или посёлка, - прим.).

Посчитав, что в случае с чеболями, этот ритуал подойдёт больше всего, чтобы ответить на их вопросы.

- Мун Хи, - крикнула она в сторону закрытой двери.

Сопроводившая клиенток женщина бесшумно появилась в комнате, неся в руках небольшой горшок, плошку и небольшую тарелку.

Из горшка торчали ароматические палочки благовоний, на тарелке лежал большой коробок спичек.

Вытащив одну из палочек, помощница мудан достала спичку из горшочка, подожгла одну из палочек и положила тлеющую палочку на плошку. Затем выскользнула из комнаты.

- Последнее время, - говорила мудан, - большинство, так называемых мудан, - тут она язвительной улыбнулась, - предпочитают использовать карты. А я пользуюсь старым и проверенным способом.

Минё Сон ожидала увидеть общение мудан с духами – песни и танцы, как видела несколько раз в фильмах и дорамах. Но мудан даже не стала вставать из-за стола.

По помещению пошел сильный запах трав и чего-то ещё. Туманя разум и застилая помещение легкой дымкой. Сознания всех находящихся стало входить в определённый транс.

Если свекровь и невестка, хоть и чувствовали спутанность разума, но не сказать, что сильное, то вот мудан явно ушла в задворки сознания гораздо, гораздо дальше…

Минё Сон с испугом видела, как зрачки Бонг Ча закатились вверх, так что стали видны только белки глаз. Её тело сотрясало мелкая судорога.

- Пришедшие из-за кромки… Чужие этому миру… Спящий во тьме проснулся… Он жаждет знаний… - лицо мудан превратилось в восковую маску и пугающие белки глаз, а от её голоса потянуло каким-то замогильным ужасом.

- Что происходит? - еле сдерживаясь, Минё Сон прошептала, склонившись поближе к голове свекрови.

- Ничего, это нормально, - ответила та, но вот сама была в этом совсем не уверена.

Тело мудан стало подёргиваться в судорогах, а изо рта зазвучали слова, пугающие сидевших напротив неё женщин:

- Вставший на пути Пришедших будет повергнут… Спящий не знает жалости… Нет сострадания… Нет страха… Спящий уничтожит любого…

Ещё несколько тех же самых сумбурных предложений в разной последовательности, а потом зрачки мудан вернулись на положенное природой место.

- Э-э… - начала Сэбёк, дождавшись, пока быстро вернувшаяся помощница мудан, оботрёт мокрой тряпкой лицо последней. – Что за Пришедшие и Спящий?

- Этот парень очень опасен, – на лице мудан была смесь из отвращения и страха, и она оттолкнула от себя подальше фотографии в сторону женщин.

- Что-то я этого не заметила, - скептически сказала Сэбёк. – Недавно этот парень едва справился с охранниками Чанми.

- Что за Пришедшие и Спящий? – не услышав ответ, Минё Сон не успокоилась.

- Не могу дать ответ на этот вопрос, - отрицательно покачала головой мудан. – Советую не пересекаться с этим парнем или, хотя бы, не вставать у него на пути. Духи говорят, что он уничтожит любого, кто встанет у него на пути, - добавила с очень серьёзным тоном.

- Да кто он такой? – возмутилась Минё Сон

- Этого я не знаю. Духи говорят, что он не отсюда. Вернее, отсюда и не отсюда.

- Не поняла, - удивилась свекровь. – Это как?

- Этого я не знаю, - резко ответила мудан.

- А если он исчезнет? – впилась в неё взглядом Сэбёк.

- Вы можете попробовать, - улыбка мудан была похоже на оскал. – Я с удовольствием посмотрю на результат.

- Это в наших силах, - заявила Сэбёк.

- Надеюсь, что вы свои силы не переоцениваете, - достаточно дипломатично сказала мудан, но что-то в её голосе говорило об очень больших сомнениях.

Последующие вопросы и ответы на них ничего нового для приехавших женщин не дали. Мудан только твердила, что парень на фотографиях опасен и не стоит делать глупостей.

Свекровь и невестка переглянулись, а потом решили завершить встречу. Попрощавшись с мудан, они, сопровождаемые её помощницей, покинула дом шаманки.

- Не стоит вставать на пути… - задумчиво сказала свекровь, находясь в машине, которая выехала из старого района. - Посмотрим!

- Вы что-то придумали? – не удержалась невестка.

- Пока нет, но придумаю.

Машины скрылись из виду, но в их сторону, открыв жалюзи, со второго этажа смотрели две женщины.

- Всё так серьезно, аджумма? – обратилась к своей хозяйке Мун Хи.

- Сложно сказать, - продолжала смотреть мудан на улицу. – Тот парень, что они показали на фотографиях… Духи говорят, что в нём несколько личностей.

- Разве так может быть? – не то чтобы помощница не поверила мудан, она просто о таком никогда не слышала.

- Как видишь, - спокойно ответила мудан.

- Для вас это может быть опасно, аджумма? – забеспокоилась Мун Хи за хозяйку.

- Я же не идиотка, чтобы пересекаться с ним, - рассмеялась холодным смехом мудан. – Пусть боятся те, кто совершит подобную ошибку.

**********

Трёхэтажное здание в правительственном квартале Сеула

Здание, помимо трёх этажей на поверхности, скрывало ещё пять подземных этажей, уходящих глубоко вниз. С имеющимися подземными галереями, соединяющих с городским метро и катакомбами под городом.

Никаких вывесок и табличек на входе, позволяющих понять, что за коммерческие или государственные структуры здесь располагаются. Любой посторонний посетитель, не имеющий отношения к организации, находящейся в этом здании, вежливо, но непреклонно выпроваживался из здания охранниками, одетыми в чёрные костюмы.

В количестве трёх человек на первом этаже в холле и такого же количества на въезде в подземный паркинг, расположенный на первом подземном этаже здания.

- Доклад!

Коротко стриженный человек, подтянутый, в возрасте за 50 лет, с глубокими морщинами на лице. Облачённый в армейский мундир без знаков различия, располагался за столом на кресле в небольшом кабинете. Оформленного в минималистическом виде, с обычной и дешёвой мебелью.

Сотрудники НИС одеваются и носят на службе гражданскую одежду, но хозяин кабинета, когда-то служил в армейской разведке, а потом был переведён с повышением в НИС. В силу старой привычки предпочитал использовать на службе армейскую форму, без погон и шевронов.

Перед ним на вытяжку стоял человек, посещавший с неприятным визитом Су Мина Чона. И последний бы сильно удивился, если бы сейчас увидел лицо и поведение сотрудника агентства разведки.

Сейчас стоявшего перед начальством с выражением на лице крайней вины и желания всё исправить, выслушивая выволочку за свою провинность.

- При обыске дома профессора Ямагути в спрятанном в подвале сейфе были обнаружены документы корейскую компанию. Она была зарегистрирована незадолго до приезда ниппонца к нам в страну, а затем выкуплена Ямагути.

- Подставная? – спросил руководитель.

- Да. Была приобретена у одной из небольших адвокатских контор, создающих подобные организации по нескольку десятков в месяц. Сейчас выясняются все подробности этой сделки.

- Дальше!

- Помимо купленного профессором дома, где был найден сейф, он приобрёл на корейскую компанию небольшой дом в соседнем жилом посёлке. Обыск самого дома ничего существенно не дал, но вот в гараже рядом с домом был обнаружен замаскированный подвал. Там оборудован небольшой исследовательский центр и лаборатория. Наши технические специалисты однозначно высказались, что это дублирующий центр управления объектами.

- … Чёртова островная обезьяна! – проворчал начальник, перебив своего подчинённого.

- … Также, в нескольких системных блоках, - продолжил тот, после молчаливого одобрения со стороны руководителя, - обнаружены файлы по проекту «Синтетик» и данные по исследованию, не имеющего отношения к разрабатываемому проекту. Сейчас специалисты разбираются с ним.

- Об этом попозже и подробно расскажешь, - решил не заострять на этом моменте военный. – Дальше!

- Доступ к объектам пока невозможен. Отсутствуют используемые Ямагути цифровые пароли, но наши IT – специалисты уверяют, что имеется возможность восстановления управления объектами.

- Это хорошая новость, - констатировал военный. – Когда обещают получить доступ?

- В ближайшее время, - дали ему ответ.

- А что с самими объектами?

- Объекты доставлены на одну из наших научно-исследовательских баз. Находятся в неактивном, но стабильном состоянии. Обеспечиваются физиологическими, специально разработанным смесями и составами, позволяющими обеспечивать физические потребности.

- А что по поводу пятого?

- Поиск идёт по всему городу, - начал спрашиваемый. – Особо тщательно идёт отработка района и прилегающей местности, где был зафиксирован последний сигнал от встроенного маячка.

- Ищите! Вы обязаны его найти или убедиться, что он выведен из строя. Тело изъять и доставить на базу. В случае фатальных повреждений - утилизировать.

- Да, сонбэнним, - поклон, небольшая задержка с выражением вины на лице: – Тщательная отработка информации по утерянному объекту вскрыла неприятный факт.

- Что ещё! – вздохнул начальник.

- У объекта имеется в наличии мать.

- Шибаль! Разбираться с виновными будем позже. Кто она?

- Её зовут Ханбёль Ву.

- Выяснить всё по ней и установить её местонахождение, - приказал руководитель.

**********

Интерлюдия

«Джун! Джу-у-ун! – его звал женский голос.

Очень знакомый голос… Он когда-то слышал его и очень много раз. Но в то же время – не знал этот голос…

«Джу-у-ун! Вставай, лежебока. В школу опоздаешь».

Он открыл глаза, оказавшись в небольшом помещении, лежа на кровати, напротив которой стояла женщина.

На вид ей около сорок лет, невысокого роста, черные волосы и миловидное лицо. Небольшие морщины вокруг глаз и губ, ямочка на левой щеке. Та ямочка, которую он помнил всю свою сознательную жизнь. И в то же время, он видел её в первый раз.

И этот голос… Из самого детства…

«Пора в школу, Джун», - он завтракал: чуть-чуть кимпаба, миска риса и суп из морской капусты.

Она стояла рядом с ним и смотрела на него, очень мило улыбаясь, умиляясь его аппетиту.

«Я всё, мама, уже бегу», - он быстро доел рис, встал из-за стола и ринулся к входной двери, чтобы схватить свой рюкзак и бежать в школу…

- Мама?!

Ощущение от чего-то чужеродного, заинтересовавшегося… происходящим. Затаившегося где-то очень глубоко, а теперь встрепенувшегося, желающего получить больше доступа к всплывающим воспоминаниям.

Слишком личное, слишком интимное. И желание закрыться от этого неизвестного, что стремился получить доступ ко всем, до чего мог дотянуться.

Сознание совершило попытку закрыться, схлопнуться от чуждого желания получить доступ к нему.

Темнота и больше ничего…

**********

Интерлюдия

- Инструктор, а можно использовать, то, чему вы нас учите в медицинских целях? – особо любознательный кадет решил выяснить интересующий его вопрос.

Занятие медитацией было закончено, и большая часть курсантов ломанулась из спортивного зала, желая на перемене заняться своими делами.

- Да, конечно, я буду проводить занятия по анатомии и полевой медицине, - обрадовал майор в отставке, а теперь инструктор Аникеев кадета. – В общих и обрезанных рамках, но этого хватит, чтобы остаться в живых или помочь вашему раненому товарищу.

- Это отлично, - обрадовался курсант. – Спасибо вам.

- Да не за что, - хмыкнул инструктор, глядя вслед убегающему пареньку. – Выйдет из него толк, - кивнул сам себе.

**********

Среда. Район Добонг

- Это что-то новенькое, - открыв глаза, Джун некоторое время прокручивал в голове ускользающие обрывки того, что он видел в своём странном и необычном сне.

Какое-то время ощущая дикий страх внутри себя, который проявился во сне, когда что-то чужеродное попыталось получить доступ к его воспоминаниям. Мозг отказался и просто ушёл на перезагрузку.

- М-да, - хмыкнул Джун, посмотрел время на экране телефона, а потом прокрутил в голове события за прошедшие дни.

Как-то незаметно они пролетели, а потом «неожиданно» наступила среда. Все эти дни братья сидели дома, в основном тренируясь и репетируя. Первоначальное желание съездить и выступить в Сеуле, резко пропадало, после утренних тренировок с Джуном, из-за сильнейшей физической и моральной усталости.

- Айгу! – каждый раз заявлял Сон Хо, после проведённой тренировки. – Мы же десятки тысяч раз медитировали, но после медитаций с Джуном…

- Шибаль, - еле слышно вторил своему брату Чон Хо. – Тяжко!

Так ещё Джун ввёл вечерние тренировки: вот там занимались в основном спаррингами, что ещё больше выматывало братьев.

Джуна беспокоили его сны… Всё больше укрепляющие его в осознании того, что это чьи-то воспоминания. И как бы не этого тела… Но чьи воспоминания о военном, преподающего каким-то кадетам?

Женщина в его снах… Это его мать? Но почему возникает ощущение, что если и мать, то не… его. Или его?

Решив, что хватит размышлений, Джун поднялся и пошёл будить братьев. Погнав стенающих страдальцев на занятия. Выжав из них всё, что только было можно.

Быстро помывшись, он поднялся на первый этаж и приступил к приготовлению завтрака, пока вымотанные парни мылись в душе.

Приготовленная пища была обильной. С увеличением порции риса в два раза, щедро сдобренной кусочками куриного филе. И много нарезанных овощей в глубокой тарелке без каких-либо добавок.

Парни смолотили всю еду в мгновения ока. И немудрено, что после такого всех потянуло в сон. Посмотрев на зевающего Чон Хо и трущего глаза Сон Хо, Джун объявил отдых после завтрака. Желающие могут подремать в своих комнатах.

Довольные таким предложением, парни ушли на второй этаж. Джун не отстал от них. Вырубившись сразу, как только его голова коснулась подушки.

- Это мы хорошо поспали, - проснувшись он зевнул, а потом посмотрел на часы на экране телефона.

Проспали до 15:00, умотавшись после высосавших все силы устроенных Джуном занятий. Спустившись вниз, он залез в холодильник, забитый куриным мясом. Вытащил на три большие порции и поджарил, а затем ещё добавил нарезанных овощей в остатки салата. Сходил за спящими братьям, поднял их и погнал кушать.

Недовольный Чон Хо бурчал, что ещё от завтрака не отошёл, в отличие от молчаливо лопающего еду младшего брата. Но увидев еду, набросился и быстро слопал свою порцию.

- Слушай, Джун, - выловив последние рисинки палочками и подцепив последний кусок мяса, Чон Хо закинул всё это в рот и посмотрел на Джуна, помогавшего Сон Хо с мойкой посуды.

Усталость никуда не делась, но она стала меньше, чем в самые первые дни, когда Джун резко увеличил нагрузку на братьев.

- Чего хотел? – повернул к нему голову Джун.

- Как насчёт сегодня выступить? – получив недоуменный взгляд от младшего брата, старший брат попытался уговорить Джуна

- Понятно всё с вами, - хмыкнул Джун, увидев просящий взгляд младшего брата. – Нет, братцы-кролики. Вы можете ехать, сегодня я буду немного занят. Есть дела!

Сколько они его не уговаривали, он не согласился с ними поехать. Слишком угрожающей становилась ситуация. Братья решили позаниматься музыкой в подвале, а потом поехать в центр.

Джун после сытного приёма пищи ушел поспать, решив часа два отдохнуть, а потом отправиться на улицы Добонга, чтобы прояснить ситуацию.

Джуна разбудили, когда на часах было около 19:00. А затем братья собрали гитару и колонку, отправившись в сторону станции метро.

**********

Джун умыл лицо после сна, собрался и выбрался из дома во двор, где убедился в отсутствии поблизости прохожих и выскользнул на улицу. Поправил капюшон «худи», а затем двинулся по запланированному маршруту.

Начальной точкой его исследований послужил дом, откуда он стал двигаться по расширяющейся спирали, удаляясь всё дальше от здания.

Спустя пару часов он вернулся домой. Присел на диван и задумался. А через полчаса встал, подошёл к холодильнику, вытащил продукты. Налил воду в кастрюлю, дождался закипевшей воды, а потом высыпал туда рис. Пока он варился, нарезал овощи, всё тоже куриное филе. Бросил его в сковородку, обильно полив кисло-сладким соусом. Всё это время находясь в размышлениях.

«Паренёк был прав! Местные бандиты ищут меня», - отметил он.

Оставаясь в тени зданий и исследуя район, Джун отметил повышенное количество молодых парней и мужчин, внешний вид которых выдавал в них представителей местного криминалитета. Передвигающихся группами по два-три человека, как и говорил паренёк. Опрашивающих хозяев торговых точек.

И ладно бы это, Джуна сильно напрягла одна неожиданная встреча.

Глава 4

- Аджумма, вы кого-нибудь постороннего здесь в последние дни не видели?

В какой-то момент взгляд Джуна выхватил на одной из улиц патруль из двух полицейских в форме, целенаправленно обходивших магазины и точки общепита.

- Как интересно! – решение возникло мгновенно, ведь полицейские направлялись в его сторону.

Быстрый осмотр по сторонам, а потом два шага в сторону ближайшего здания, толчок правой ногой и тело парня за несколько секунд оказалось на крыше трёхэтажного здания. Выступающие кирпичи, другие архитектурные элементы вычурного дизайна дома позволяли и не особо физически подготовленному человеку забраться на стену или крышу за пару минут.

Полицейские прошли мимо, устремившись к соседнему зданию, где перед магазином стоял прилавок с овощами и фруктами, на котором хозяйка поправляла свой товар.

Расстояние было совсем небольшим, так что Джун всё прекрасно видел и слышал, став свидетелем интересного, но тревожного разговора.

- Нет, не видела никого из подозрительных лиц, - не особо любезно ответила на вопрос хозяйка магазина. – Ни вчера, ни неделю, ни месяц назад.

- Если вы увидите посторонних, не местных жителей, которые передвигаются по району без особых целей и ведут себя подозрительно, то обязательно позвоните, - настойчиво заявил один из полицейских, пухловатый и невысокого роста.

- Конечно, сонбэ, - сделала небольшой поклон женщина полицейским, а те пошли дальше, направляясь к небольшому ресторану.

Выданная визитка сразу же полетела в коробку с мусором рядом с прилавком. Из чего можно было сделать вывод, что хозяйка магазина не позвонит, даже если увидит кого-то действительно подозрительного. Полицию здесь однозначно не любили.

- Шибаль! – выругался второй полицейский, выше ростом своего напарника и худощавый. – Гаон деньги получает, а мы по улицам бродим, как бродячие собаки. Даже если кого-то видели, то никто ничего не скажет.

Перемахнуть на крышу соседнего здания, вдоль которого двигались полицейские, удаляясь от негостеприимной хозяйки магазина, для Джуна не составило труда. И он прекрасно услышал переговаривающихся сотрудников полиции.

- Заткнись, - прошипел второй полицейский, нервно оглянувшись по сторонам. – Услышат.

- Да мне плевать! – ответил ему худощавый, но громкость голоса понизил.

- Хочешь ругать начальника – ругай! Но дома и без посторонних, - внушал полноватый своему напарнику. – Подставит тебя Гаон, как Хина, вылетишь из полиции без пенсии.

- Тварь! – ещё тише сказал худощавый.

Оба полицейских продолжили свой путь, выполняя указание начальника полиции о выявлении посторонних лиц в районе, путем опроса местных жителей. Прекрасно понимая, что им никто ничего толком не скажет. Отношение с полицией были испорчены из-за бездействия начальника полиции. Тот покрывал местных ганпхэ, получая за это взятки. Конечно, никто этого не видел, но улучшившееся благосостояние начальника не мог видеть только идиот. Практически все подчинённые знали об этом, но идти против Гаон Сина не решались. Был свеж пример одного полицейского – Син Хина, который написал заявление в прокуратуру о взятках начальника. Мало того, что прокуратура никак не отреагировала на заявление, так спустя два дня Хин был пойман сотрудниками прокуратуры с помеченными деньгами. Которые он якобы незаконно получил от хозяина одного из ресторанов, написавшего заявление о вымогательстве денег сотрудником полиции.

Всё в жизни бывает, и никто не святой, но практически все рядовые сотрудники отдела полиции района Добонг были уверены, что это «подстава». Именно за его заявление на начальника.

Сейчас дело Хина находилось в суде по обвинению во взяточничестве. Прокурор запросил ему 8 лет лишения свободы. Ни адвокат, ни жалобы в вышестоящие инстанции и в различные СМИ не помогли. Все будто оглохли и ослепли. Обычно журналисты обожали подобные сенсации, а тут будто ничего не произошло.

- Син Хин, - задумчиво сказал Джун, помешивая поджаривающееся мясо в сковородке. – Надо запомнить.

Тут раздался звук открывающейся двери – братья вернулись.

- Представляешь, - с воодушевлением говорил Сон Хо, прерываясь на забрасывание еды палочками в рот. – Сегодня была куча людей, который специально пришли из-за нас. Часть зрителей были недовольны тем, что нас так долго не было, - гордо заявил он. - И мы заработали чуть больше 350 тыс. вон.

- Ну не из-за нас, - пожурил словом и взглядом брата Чон Хо. – Зрители просили спеть им твои песни. И требовали тебя, - он посмотрел на Джуна.

- Молодцы! – заявил тот, посмотрев ободряюще на обоих.

- Так может завтра? – сразу загорелся Сон Хо.

- Может, но в следующий раз, - ответил неопределённо Джун, испытывая внутренние затруднения: хотелось ему выступить, почувствовать энергетику, идущую от зрителей; но нежелание показывать своё лицо – было доминирующим.

- Может кофе? – подхватился младший, вопросительно смотря на него.

- Откуда? – не понял тот.

- Купили после выступления, - гордо заявил Сон Хо.

- А давай, - согласно кивнул Джун, наблюдая за тем, как младший метнулся к двери, где на полу стояли несколько больших пакетов, на которые он не сразу обратил внимания.

– Однако, - Джун покачал головой, когда увидел, что Сон Хо вытащил из пакета коробку с яркой упаковкой.

- Недорого стоит, - смущенно заявил Чон Хо на удивлённый взгляд Джуна. – Всего 85 тыс. вон. Люблю пить кофе утром. А деньги мы сегодня заработали неплохие. Вот и купили небольшую кофемашину.

- Ну хорошо, - одобрил покупку Джун. Тем более, если они действительно заработали, то почему бы и нет.

Небольшого размера кофемашина, «заряжаемая» специальными капсулами, недолго поурчала, а потом последовательно выдала кофе на три кружки.

И парни, усевшись на диван, с удовольствием прихлебывали его, с наслаждением поедая «якгву» (жареное медовое печенье, пропитанное сиропом и мёдом, - прим.), прикупленное вместе с кофеваркой.

- Совсем забыл! – делавший очередной глоток, недовольно цыкнул Чон Хо, хватая с дивана свой телефон. - Написали из AfreecaTV и KakaoTalk, - радостно заявил он.

- Не торопятся, - хмыкнул Джун. - Ты им ещё когда написал, а ответили только сегодня.

- Да ты что?! – сделал «страшные» глаза Чон Хо. – Это ещё быстро. Я думал недели через две ответят, если вообще ответят, - добавил он радостно.

- А чего пишут? - заинтересовался Сон Хо и подошёл к брату, уставившись вместе с ним в экран телефона.

- «Африка» предлагает встречу завтра в 11:00, а вот… - он тихо рассмеялся. – А «Какао»… тоже завтра, но в 15:00. Кстати, завтра же в 09:00 надо встретиться с человеком из КОМСА.

- О как! Припёрло их всех что ли? – удивился Джун, потерев пальцами щёку. – Уверены, что везде успеем? Может распределить встречи на несколько дней?

- Ты что? – возмущенно посмотрел на него Чон Хо. – С ума сошёл? Это будет неуважение с нашей стороны. Нас никто не поймёт. Нельзя проявлять неуважение. От таких встреч не отказываются. Так ещё могут обидится, сделав так, что с нами потом никто из серьезных людей не захочет общаться.

- Да не очень-то и хотелось, - пробурчал Джун, делая очередной глоток ароматного напитка.

- Джун! – возмущенно уставился Сон Хо, подскочив с дивана и уставившись на него.

- Ладно, ладно, - поднял «сдаваясь» руки Джун. – Уже никто, никуда не идёт.

- Что? – уставился на него старший, ничего не поняв из сказанного.

- По-шу-тил, - выдал тот по слогам. – Сходим, конечно. Чего так вцепились, а? Всего две песни и такой ажиотаж.

- Да, это мало, но… - многозначительно посмотрел Чон Хо.

- Кстати, Джун, ты говорил, что можешь ещё песни вспомнить?! – посмотрел на него с надеждой Сон Хо.

- Говорил, - подтвердил тот. – Но… - он задумался.

Отрицать очевидное глупо, а он просто задвинул все эти песни на задний план. Совсем не до того ему было. Вот только… А ведь действительно кое-что приходит на ум. И как раз, очень подходящее кое для кого.

- Ха, - усмехнулся Джун.

С одной стороны - зачем ему это? С другой стороны – клокочущее изнутри него желание спеть эту песню и отдать её… Одни противоречия, а очень хочется. И что с этим делать, а?

- Тащите гитару, - продолжая улыбаться, сказал Джун.

Сон Хо мгновенно метнулся к гитаре и динамику. Вытащил инструмент из футляра, а динамик из чехла и притащил Джуну.

- Поставь звук на минимум, - попросил он младшего, который быстро исполнил его просьбу, выкрутив рукоятку «громкости» до самого низкого регистра звучания на динамике. - Пожалуй вот эту, - пальцы левой руки Джуна прижали струны на грифе гитары, а пальцы правой – притронулись к струнам в районе резонатора.

Пару секунд, а потом зазвучала медленная мелодия, на удивление для братьев, наконец-то на корейском языке. Приятным удивлением для обоих.

«Почему тебе так сложно заметить

Мои попытки, сблизиться с тобой

Я не знал, что могу так сильно страдать

Из-за тебя. Все мои дни превратились в борьбу»

https://rutube.ru/video/b6e67cf91b47092cdbec6d96e70b24f9/

(Jung Seung Hwan - If It Is You)

***********

- Добрый день! Рад познакомиться с другом Чон Хо и Сон Хо.

Ещё вчера Чон Хо отправил смс-сообщение Кван Сану с напоминанием о встрече в четверг. Тот ответил практически сразу, прислал ответное сообщение, подтвердив договорённость: время и место встречи.

Вчерашняя песня вызвала восторг у Сон Хо, в отличие от старшего брата:

- Это для девчонок, - заявил он. – Слезливая и грустная! Текст и музыка хорошие, но именно для женщин. Парням не понравится, - безапелляционно заявил он.

- Ничего ты не понимаешь, - бросился на защиту Сон Хо.

- Так она именно для девочек, да, - не совсем понятно для братьев сказал Джун, усмехаясь и внимательно разглядывая Сон Хо. – Хотя можно и для девушки текст переделать, - понятия не имел, но изменённый текст под девушку у него был в голове.

Старший и младший устроили настоящий «батл» по поводу песни. Спорили до хрипоты: Чон Хо настаивал, что песня для девчонок, а парням совершенно не понравится; младший почти кричал, , что это не имеет значения, потому что песня хорошая.

Джун не понял из-за чего, собственно, спор!

Они не спорили, а отстаивали точки зрения, которые совершенно не противоречили аргументам ни того, ни другого. И это вызывало у Джуна откровенный смех, когда братья приводили очередное доказательство, ничем не противоречащее оппоненту. Каждый лишь подтверждал свою точку зрения.

Кончилось всё тем, что Джун разогнал спорщиков по комнатам. Они так до утра могли спорить на пустом месте, а им рано вставать…

Рано утром Джун поднял братьев, провёл с ними укороченную медитацию. После чего быстро выпили кофе и выдвинулись на место запланированной встречи.

- Доброй день! – поздоровался Джун, поклонившись человеку из КОМСА, когда братья представили их друг другу.

Высочивший всего на пару минут из здания КОМСА, Кван Сон поздравил Джуна с получением документов и передал пластиковую папку с правоустанавливающими документами на тексты и песни. Объяснил им некоторые нюансы, а затем отозвал Чон Хо в сторону на минуту.

- Не совсем понимаю, зачем весь этот цирк с Со… Сон Хо, - Кван Сон пристально посмотрел на старшего брата. – В прошлый раз не стал поднимать этот вопрос, но надеюсь, что позже ты мне всё объяснишь.

- Аджосси, конечно, - очень серьёзно сказал ему Чон Хо. – Сейчас так надо. Я потом всё вам объясню.

Кван Сон молча кивнул, похлопал старшего брата по плечу, а потом быстро ушел в здание.

Испорченное настроение у Чон Хо быстро поменялось на восторженное, когда Сон Хо сунул ему папку с документами. И старший брат стал с благоговением перебирать листы.

Затем братья поздравили Джуна ещё раз. Спохватились, что могут опоздать, так что пришлось ловить такси и выдвигаться в сторону офиса АfreecaTV. Благополучно успев к назначенному времени.

Обычное и не особо примечательное здание на шесть этажей, темной расцветки, ближе к синему, чем чёрному цвету. Было заметно, что здание содержится в хорошем состоянии, что говорило о неплохом финансовом состоянии компании.

Охрана направила их к ресепшен: матовая стойка из пластика, за которым стояла привлекательная девушка, среднего роста, одетая в стандартный для офисов стиль – чёрная юбка, белая блузка. Узнав о цели визита, она подняла трубку стационарного телефона и с кем-то связалась. Попросив их подождать спускающегося за ними сотрудника. Спустя пять минут появилась молодая девушка, похожая по стилю одежды и прически на девушку за стойкой.

Убедившись, что они именно те, кому назначено, сопровождающая девушка провела из через турникеты, расположенные перед холлами с лифтовыми шахтами. Затем завела в один из приехавших лифтов, нажала кнопку шестого этажа. Доехав до нужного этажа, они прошли в переговорную комнату, где их встретил менеджер компании.

Поклоны, указание менеджером на стулья для гостей, а потом начавшийся разговор о возможности сотрудничества с компанией.

- Как знал, - довольно сказал Чон Хо, когда менеджер спросил по поводу возможного подтверждения авторства на произведения. Доставая из папки правоустанавливающие документы.

- Мы рады, что в Коре такие талантливые люди, - поклонился менеджер, когда убедился в авторстве Джуна. – Только боюсь, что у нас возникает одна проблема, - он посмотрел на Чон Хо, а потом на Джуна.

- Какая? – насторожился старший брат.

- Аккаунт ваш, а песни – вашего друга, - менеджер кивнул на Джуна.

- Не вижу никаких проблем! – утвердительно заявил Чон Хо. – Чьи песни, тот и получает деньги за просмотры.

- Нет, - подал голос Джун. – Это его аккаунт, - он показал рукой на старшего, - так что и деньги ему.

Возник спор, на который с возрастающей озабоченностью смотрел менеджер, начавший подозревать, что намечающаяся сделка может пойти прахом.

Джун не особо рассчитывал на серьезные заработки, да и вообще… Он настаивал, что деньги надо перечислять Чон Хо, а он даёт ему право использовать видео без отчисления автору песен. Старший брат был категорически против, заявив, что все выплаты от просмотра видео на аккаунтах должны идти именно автору.

- В любом случае, мне потребуются подписи от вас обоих, - успел вставить предложение менеджер в перепалку. – Может пока договор посмотрите, а потом решите?

Переглянувшись, Джун и Чон Хо согласно кивнули.

– Прошу ознакомиться, - менеджер открыл лежавшую на столе папку, вытащил несколько листов, скрепленных между собой, и передал всё Джуну, а второй экземпляр договора отдал Чон Хо.

Парень был давним пользователем этой цифровой платформы, так что был в курсе размера отчислений и условий договора. У него было слишком мало подписчиков, чтобы мечтать о подписании подобного договора, что не помешало ему хорошо всё изучить.

Размер отчислений был стандартным, в размере 1 500 вон за 1 000 просмотров. И это абсолютно устраивало Чон Хо.

- Проверяем! – сказал менеджер, держа в руках договор, посматривая на документы на авторство. – Наша компания и автор песен «Human» и «Stay with Me» - Джун Ву. Псевдоним Тосин Чаенсин (Воин-призрак или: вестник, посланник, - прим.)? - менеджер решил убедиться. - Что? – задумчивый взгляд Джуна на старшего брата с приподнятой бровью.

В первый раз просмотрев сертификат на авторство, Джун совершенно не обратил внимание, под каким псевдонимом братья записали его в официальные документы.

- Не понравилось? – с затаённым ожиданием ответил на незаданный вслух вопрос Чон.

- Почему воин, да ещё и призрак?

- Воин, но не Призрак, а Посланник, - рьяно бросился защищать свою позицию Чон Хо. – Ты – Воин, и Посланник – нам с братом, - уже более тихо закончил он.

- Логика на грани «фантастики», - укоризненно покачал головой Джун. - Вы бы меня ещё Чосын Саджа (Жнец, - прим.) обозвали.

- «Тосин – Чосын», - рассмеялся Сон Хо. – А в рифму получается.

- Омона, может обойдёмся без упоминания Жнеца?! - нахмурился менеджер. – Я не особо в это верю, но всё-таки…

- Ладно, пусть будет, - не стал спорить и ругаться по поводу псевдонима Джун. – С договором, как я вижу, всё нормально. Придём к соглашению, - он посмотрел на Чон Хо. – Часть средств за просмотры пойдёт мне, а часть – тебе.

- Джун, ты…

- …Я так решил, - остановил его поползновения Джун. – Давайте так! – он посмотрел на менеджера. - Восемьдесят процентов отчислений пойдут на мой счёт, а двадцать процентов, - он посмотрел на Чон Хо, – на счёт этого молодого человека, - показал рукой на старшего брата. – Это возможно? – посмотрел он на менеджера.

- Не вижу проблем, - кивнул менеджер. – Тогда договор будет не на два лица, а на три: вы, наша компания и владелец аккаунта.

- Отлично! – обрадовался Джун. – Так и сделаем.

- Джун, я… - не сдавался Чон Хо, при молчаливой поддержке Сон Хо.

- …Чон хо, - перебил его Джун. – Аккаунт твой, так что позволь мне решать, - он твердо посмотрел на старшего брата.

- Тогда попрошу ваши счета и подождать меня десять минут, - менеджер сфотографировал документы и банковские карты Джуна с Чон Хо.

После чего вышел из переговорной, вернувшись минут через восемь, пока сопроводившая их девушка, промолчавшая всё обсуждение договора, развлекала парней - предложив им напитки: воду, кофе или чай.

Выдав Джуну и Чон Хо принесённые документы, менеджер дождался, пока те прочитают, а потом все вместе подпишут договоры. Обменявшись подписанными документами, компания ребят покинула здание. Успев перекусить сэндвичами в одном из кафе, они прибыли ровно к 15:00 в офис компании «Daum Kakao», являющейся разработчиком приложения «KakaoTalk».

Встреча прошла ещё быстрее, с учётом быстрого решения всех вопросов с менеджментом этой компании. Единственным дополнением к договорам был пункт о возможном размещении рекламы на аккаунте Чон Хо.

Представитель компании благожелательно сообщил им, что у Чон Хо уже более 50 000 подписчиков.

- Супер! – обрадовался тот. – Совсем недавно было чуть более 40 тысяч.

- Могу вам сказать, что с самого утра в отдел рекламы «KakaoTalk» обратилось несколько корейских компаний, с подтверждением о размещении рекламы, - ещё больше порадовал его всё тот же менеджер. – Неподтверждённая информация: несколько ниппонских компаний рассматривают тот же вопрос по рекламе.

Далее объяснил, что обратились компании среднего уровня, но готовые выложить по несколько десятков миллионов вон за размещение рекламы на аккаунте Чон Хо.

- Выплаты далеко не сразу, - немного огорчил менеджер обрадовавшихся братьев. – Это не так быстро и просто. Сейчас наш юридический отдел проводить согласования и решает вопросы с представителями рекламодателей.

Дальше он поинтересовался у Джуна возможностью размещения рекламы на его аккаунтах. И был не просто удивлён, а ошарашен, когда тот заявил ему, что у него их нет!

Вернее, может они были, но Джун просто их не помнил. Да и заводить новые не собирался. Не испытывал такого желания, во всяком случае сейчас. Категорически отказавшись от любых предложений.

Уговоры со стороны братьев и менеджера не помогли!

Пришлось ограничиться простым подписанием контракта, без внесения данных об аккаунте Джуна, несмотря на недовольство менеджера. Затем ребята попрощались и покинули офис.

- Шибаль! – неожиданно Джун вспомнил, что кое-что совсем забыл.

- Ты чего? – испуганно посмотрел на него Сон Хо.

- Так, вы езжайте домой, а у меня ещё дела, - сказал он и под недоумённым взглядами братьев поймал такси и был таков.

- Куда это он? – посмотрел на брата Чон Хо.

- Я знаю столько же, сколько и ты, - пожал плечами младший.

***********

- Соскучилась?

- А-а! – вскрикнула Йона, в этот момент упорно шевелившая пальцами на обеих ногах, а также пытаясь двигать ногами.

Она испытывала дикую радость от того, что смогла двигать ногами в суставах коленей и голенях. Одновременно бесилась из-за того, в районе таза с подвижностью ног было не так всё хорошо.

За эти дни, что прошли после посещения Джуна, они с бабушкой ещё один раз посетили лечащего врача. Отметившего серьезный прогресс в её излечение.

Несмотря на не самую теплую погоду на улице, Йона сняла кроссовки и шевелила пальцами, а также пыталась заставить ноги нормально двигаться в коленях и в районе таза, а тут это:

- Дурак! Ты напугал меня, - возмущенно сказала она, подняв голову и увидев стоявшего перед ней улыбающегося Джуна.

- Привет любительницам ночных купаний, - заявил он ей.

- Бесишь! - её мордашка забавно перекосилась от злости.

- Ты так не делай, - тут же было заявлено девушке. – Сразу старше становишься.

- Ах ты, придурок!

Утренние, после обеда и вечерние прогулки стали для неё обязательными. Бабушка настойчиво следила за её регулярным посещением свежего воздуха. Так что Йона сейчас в очередной раз сидела на скамейке, дыша воздухом и одновременно – тренируя ноги.

Наглое и оскорбительное заявление от этого… наглеца про её старение, не должно было остаться безнаказанным. И её попка заёрзала по скамейке, а руки уперлись в неё. Встать не получилось, тогда она его пнула… Ну как, пнула… попыталась лягнуть хама правой ногой по лодыжке.

- Ах-ха-ха, - буквально заржал Джун, сдвинувший ногу так, что она не попала, хотя носок кроссовка прошёл в миллиметре от конечности. – Ноги коротки.

- Кесэкки! (Придурок, - прим.) – её злобный и беспомощный взгляд буквально сжигал этого болвана.

Она была одета во всё тот же свитер и короткие шорты.

Её хальмони не забыла закрыть калитку, но для Джуна подобное препятствие таковым совсем не выглядело. Разбег в два шага, упор правой ногой в ворота, захват пальцами за верх створки, и он оказался во дворе дома.

- Жук, что ли? - взгляд Джуна смотрел куда-то за спину девушки.

- Холь! – глазки девушки расширились так, что больше стали напоминать формой глаза обычной европейки.

Близость реки и незастроенной местности рядом с ней позволяли разным насекомым достаточно неплохо плодиться здесь. Не в таком количестве, как в сельской местности, но их хватало. И Йона, как обычная женщина, испытывала к ним стойкую неприязнь. Реагировала без визгов и писков, но старалась держаться от них подальше.

- Ну-ка, - испуганная девушка повернула голову и стала выискивать потенциальную опасность за её спиной.

Не сразу поняв, что пока она отвлеклась, руки парня оказались у неё под свитером.

- Мичинном! (Чокнутый! – прим.) – ей так захотелось вцепиться зубами, ну хотя бы в нос этого наглеца, который сидел на корточках перед ней, лапая ей чуть выше её ягодиц.

- Где твоя хальмони?

- На рынок ушла, - глазки девушки стали закрываться от удовольствия: тепло руки Джуна и разливающаяся по телу истома.

- О, уже лучше, - он понятия не имел, откуда это знает, но был уверен, что организм девушки восстанавливается ураганными темпами.

Йона размякла, не помышляя потребовать убрать руки наглеца от её тела. Получая настоящее наслаждение от процесса.

- Извращенец! – раздался пронзительный женский голос в стороне от парочки.

Бабушка Йоны вернулась с рынка! И в очередной раз увидела, как этот наглец лапает её внучку. В этот момент разминающий её мышцы на верхней части бёдер, а туда только руки мужа могут лезть. Ночью, под одеялом!

- Ай! – пискнула девушка, поняв, как всё это выглядит со стороны.

- Доброе утро, Лан Чунь, - наглец даже не стал двигаться, а всё так же массировал ноги Йоны.

Пожилой женщине очень захотелось треснут парня по голове сумкой с продуктами. Только вот что-то внутри неё воспротивилось этому. Какие-то пока не сложившиеся в голове мысли в логическую цепочку: толкающие её к тому, что действия парня оказывают положительное влияние на подвижность ног внучки.

- Что здесь происходит? В моём доме? – неожиданно для всех раздался мужской голос от ворот.

- Шибаль! – пробормотала себе под нос старушка, когда повернулась и увидела, кто находится у них во дворике. – Припёрся.

Лицо Йоны стало буквально белым, когда она увидела нежданного гостя.

- И кто этот, неуважаемый господин? – Джун спокойно встал и развернулся.

Во дворе дома стоял мужчина лет под пятьдесят, невысокого роста с зарождающейся лысиной на голове, с седыми остатками волос на ней. Однозначно любящий покушать, о чём говорили солидное брюшко и наеденные щёки. На лице была мина надменности, а в глазах самоуверенность в своих поступках.

Он был облачён двубортный синий костюм, белую рубашку, но без галстука. По обеим сторонам от него стояли двое мужиков, судя по фигурам, а также заломленным ушам, - бывшие борцы. И всё те же классические черные костюмы на здоровяках.

- Ким Кон! – раздался голос хальмони. – Ты что здесь делаешь? И что значит твой дом?

Лан Чунь была раздражена не только визитом этого человека, но и тем, что опять забыла закрыть калитку.

- Ага, папаша, - хмыкнул Джун, разглядывая холёное, надменное лицо, сразу поняв, кто находится перед ним.

- Йона! Кто это? И что он здесь делает? – незваный гость сделал вид, что не слышал Лан Чунь.

- Ким Кон, ты считаешься себя выше других? – Лан Чунь не собиралась уступать. - Что! Ты! Делаешь! В моём доме?

- Я забираю свою дочь! – наконец-то тот соизволил ей ответить.

- Я не поеду с тобой, - пискнула девушка, сжавшись в комок.

- Неблагодарная тварь! – заявил её отец. – Да ты мне всем в этой жизни обязана, - с пафосом продолжил. – И ты будешь делать то, что я тебе говорю!

- О как! – наглость мужика поражала. – Вам здесь не рады, - несколько шагов Джуна: и обе женщины оказались за его спиной.

- Прочь с дороги! – апломб просто сквозил в голосе и хозяйском поведении отца девушки.

- Йона? Аджумма? – парень не повернул головы, внимательно разглядывая враждебную троицу.

- Мой дом здесь, - раздался голос всё понявшей девушки.

- Они никуда не поедет, - практически одновременно прозвучало от её бабушки.

- Молчи, выжившая из ума старуха! – прошипел Ким Кон. – Она поедет со мной.

- Нет, - спокойно ответил ему Джун, понявший, что миром это дело не разрешится.

- Тебе ноги переломают, - заявил отец девчонки. – Уберите этот мусор с моей дороги, - приказал он своим двум охранникам. – Мелкий, это Адепты, они тебя сломают.

- Одни травматологи кругом, - разочарованно вздохнул Джун. – Так и хотят какую-нибудь травму нанести. У вас это фишка какая-то, всем конечности ломать? – не особо ожидая ответа на свой вопрос.

Двое «чёрных» одним броском попытались схватить противника, надеясь задавить своей массой. За что ближайший от Джуна, скользнувшего в левую сторону, получил хлёсткий удар носком правой ноги в живот.

- Апх-ы-ы, - вырвавшийся воздух изо рта, а затем падение на плитку двора из-за удара, пробившего мышечный каркас на животе.

- Шибаль! – второй замешкался, пытаясь обогнуть своего коллегу, не успев заметить, что в его сторону несётся смазанная тень, перемахнувшая одним прыжком лежавшего.

Колено смачно ударило прямо в подбородок, и откинутый ударом здоровяк упал на спину, присоединившись к лежавшего коллеге.

- Ну как-то так, - удовлетворённо осмотрев выведенных из строя противников, заключил Джун. - Вы сами уйдете или вам помочь, господин… неуважаемый, - холодный взгляд поймал глаза отца Йоны.

- Ты! Щипсеге! (Ублюдок, сука, - прим.) – забурлил бессильной яростью отец Йоны, испугавшийся скорой расправы над телохранителями. – Ты кто?

- А тебе не без разницы? – лениво процедил Джун, поняв, что мужик только орать может, а сам из себя ничего не представляет.

Ким Кон был в бешенстве, но испуганно попятился к воротам, когда избивший его охранников молодой парень подошёл к телам, ухватил обоих за шивороты, а потом, протащив их по плитке, одним движением выкинул оба тела со двора на улицу.

- Ты пожалеешь, - дал «петуха» Ким Кон, сразу же высочивший за калитку, когда парень только ухватился за шиворот охранников.

- Все что-то обещают, но вот с исполнением этого – никак, - вздохнул Джун, наблюдая за тем, как отец Йоны прыгнул в стоящим рядом с воротами автомобиль «Мерседес Е» и тот с визгом умчался прочь. – Мусор забыл забрать, - глянув на оставшихся охранников, заключил он.

- Джун, ты… - бабушка не могла поверить, что какой-то юнец совершенно спокойно изобьёт двух здоровых телохранителей и напугает горячо ею нелюбимого зятя.

- Всё хорошо, хальмони, - сказал вернувшийся Джун. – Йона, как ты? Всё хорошо?

- Откуда-то узнал, что я на ноги начала вставать и решил… - глядя в никуда, сказала девушка.

- Что решил? – решил уточнить Джун.

- Замуж выдать, - очень грустно хмыкнула Йона. – Ещё до моей травмы, я случайно несколько раз слышала разговоры отца с мачехой. Они обсуждали моё замужество. Кому более выгодно меня отдать замуж…

- Продать! – припечатала её бабушка. – И получить большие деньги за Йону.

- Да уж, - только развёл руками Джун. – Ну ничего. Злодеев мы прогнали. А вот принцессу… - он посмотрел на удивлённо-испуганную Йону. – Пора в дом нести. В кроватку.

- Э-э-это… Что? – взгляд девушки стал ещё более испуганным.

- Ты замёрзла, - палец Джуна ткнул в покрытые «мурашками» голые ноги Йоны. – Так что пора в кроватку, - честным взглядом посмотрёл на неё Джун. – Ведь так, аджумма? – это уже бабушке Йоны.

- Что? – всполошилась старушка. – Немедленно греться, - и повернулась к Йоне. – Давай я тебе на коляску помогу.

Мимо неё скользнула фигура, а потом раздался писк внучки, которую подхватили на руки и понесли в дом.

- Я не готова и бабушка… - раздалось со стороны Йоны. – Так нельзя…

- Вообще-то, я имел в виду кроватку именно в качество того, чтобы ты согрелась, - взгляд Джуна поймал глаза девушки. – А ты что имеешь в виду?

- Что? – взгляд девушки вильнул в сторону, а её лицо стало наливаться пунцовой краской. – Ничего, да… Нет… Я не знаю…

- У меня ощущения, что ты подумала о чём-то… извращённом. Нет?

- Что? Да как ты мог… - вскинулась Йона, лицо которой было красным. – Ты совсем…

- Ох, ладно, хватит уже, - перебил её Джун, осторожно посадив на диван. - Не упадешь? Шучу, - быстро ответил на вспыхнувшие от возмущения глаза.

- Спасибо тебе, Джун, - сказала бабушка, толкавшая впереди себя коляску и оставив её у стены, а потом неожиданно для Джуна низко поклонилась ему.

- Да вы что? – секунда и руки Джуна осторожно выпрямили согбенное в поклоне тело. – Не надо так делать.

- Омона, пора готовить, - спохватилась старушка, бросившись вытаскивать из сумки продукты, приобретённые ею на рынке. А отвернувшись от внучки и парня, украдкой смахнула слезу.

- Как думаете? – из-за неловкости, Джун не сразу решился. – А вот этот… вернее, отец Йоны больше не появится здесь?

- Вряд ли, - повернулась к нему бабушка. – А если что, то я сразу полицию вызову.

- Хм-м, Йона, дай мне свой телефон, - потребовал Джун у девушки.

- А зачем? – спросить спросила, но вытаскивал из кармана свой телефон.

- Вот, я тебе свой номер записал, - пальцы Джуна быстро пробежались по экрану старенького телефона. – Называется «Спасатель глупышек», - и протянул девушке телефон.

- Аищи-и-и, - прошипела Йона, быстро меняя дурацкое название в «контактах» на «Джун – придурок».

- Ну или так. Мне тоже нравится, - ухмыльнулся Джун, увидев, что написала Йона. – Знаешь, есть одна пословица: ругает – значит любит.

Всё переврал, но какая-разница-то?

- Что-о? – глаза Йона стали похожи на щелочки от злости.

- Может останешься с нами покушать? – неожиданно вмешалась в разгорающийся скандал Лан Чунь.

Джун ещё обедневших женщин не объедал:

- Спасибо, я сыт, - тепло ответил старушке. – Да и пора мне, - быстренько поклонился ей. – Нет, целовать меня не надо, - заявил Джун, смотря на Йону. – Не беспокойся, обойдёмся без этих нежностей.

- Что? Ах ты… - закипел возмущённый разум одной девушки…

- До свидания, аджумма, - быстрый поклон и Джун испарился за дверью, увидев, как девушка поудобнее перехватывает телефон.

- Да, не красавец, но… - услышав от парня по поводу поцелуев, готовящая у плиты Лан Чунь быстренько развернулась к молодежи, но быстро поняла, что происходит. – Настоящий мужчина.

- Что? Ты о чём? – подозрительно посмотрела на бабушку Йона.

- Да так, - не стала отвечать старушка. – Омона, совсем старая стала, - отругала сама себя. – Соевый соус в сумке оставила.

Лан Чунь подошла к стоявшей у стены коляске, на руке которой оставила свою сумку для продуктов.

И зарылась в неё, пытаясь отыскать забытое ею:

- Айгу, что это?

- Где? Что? – встрепенулась Йона.

Её бабуля вытащила правую руку из сумки, показав ей пачку вон.

- Здесь ровно 1 млн. вон, - заявила хозяйственная бабушка, быстро пересчитав деньги. – Это ведь этот… Джун, да? – она очень внимательно посмотрела на внучку.

Ей немало лет, но деменцией она не страдала, так что сразу поняла, что и прошлая пачка денег в сумке и вот эти деньги… Они не из воздуха появились.

- Да! – тревожная ответила Йона. – Я надеюсь, что за это он не потребует от меня…

- У тебя такой вид, - изначально возмущенная бабушка сразу поняла, что имеет в виду внучку, но присмотревшись к лицу девушки сказала: – Что ты именно этого… И хочешь. Чтобы потребовал, - и рассмеялась.

- Хальмони! – возмущение было запредельным.

- Ха! Не заметили, - довольный Джун направлялся в сторону станции метро, желая добраться домой и немного передохнуть, после сегодняшнего суматошного дня.

Выкинутые им мужики на улицу куда-то исчезли. То ли сами в себя пришли, то ли кто помог…

Глава 5

Сеул. Офис компании «YG Entertainment»

- Что ты сказал?! – никак не ожидал услышать подобное Бон Как, а ведь день хорошо начинался: две европейские компании выступили с предложением о заключении контракта на рекламу на очень приличные суммы.

А тут его секретарь и помощник Хан Пиль испортил всё настроение, появившись в кабинете босса с очень неприятными известиями.

Имеющиеся у них информаторы в AfreecaTV и KakaoTalk сообщили, что между автором песен, владельцем аккаунта и обеими компаниями подписаны контракты о сотрудничестве.

Всегда были, есть и будут люди, занимающие не самый высокие должности. Получающие за эти небольшие деньги, но желающие вкусно кушать и сладко спать. Так что ничего удивительного в этом не было. В обеих компаниях были подкупленные люди, которые за несколько сотен тысяч вон в месяц были готовы сообщит любую инсайдерскую информацию.

- Ты отправил сообщение владельцам аккаунта, что мы выдвигаем претензии по поводу авторства?

- Конечно, сонбэнним, - Хан Пилю было что ответить своему боссу. – Владельцу аккаунтов были направлены претензия.

- И что он ответил на нашу претензию?

- Ничего, сонбэним, - внешне дрогнул подчинённый, понимая, что руководитель будет недоволен.

- Щёнок! – сразу же вышел из себя Бон Кан. – Щибаль! Да как он смеет! Креветка под ногами, - реально считающий, что молодой наглец был обязан ответить сразу, и бежать к ним, чтобы договориться.

Хан Пиль совершенно не удивился сказанному, прекрасно зная своего босса. Тот уже считал две песни своими, и скорее всего, уже подсчитал возможную прибыль с их продажи.

- Ждать ответа от это наглеца не будем, - командовал Бон Кан своему подчинённому. – Пусть наш юридический отдел займётся подготовкой претензий к AfreecaTV и KakaoTalk. С требованием немедленно заблокировать аккаунт этого сына собаки.

- Сонбэним, наша заявка в КОРСА ещё оформляется, у нас нет сертификата на наше авторство, - постарался достучаться до руководителя подчинённый. – В КОРСА мне сказали, что потребуется ещё не меньше недели на регистрацию. Обычно они вообще месяц оформляют.

- Ты меня плохо слышишь? – резанул по нему взглядом руководитель. – Немедленно исполняй!

Хан Пилю ничего не оставалось, так что он поклонился, а потом направился в отдел юристов, чтобы передать им приказ руководителя.

**********

г. Сеул, больница Сеульского национального университета (SNUH), район Чонно-гу, Тэханно 101. Отделение неврологической реабилитации

- Бо-сон! – мужчина, далеко за пятьдесят лет, с залысинами, одетый в белый, отутюженный, так что хрустел на вид, халат, зашел в кабинет; где за столом сидел мужчина лет под сорок в таком же белом халате и очках, что-то печатающий на клавиатуре.

- Профессор Лим! Сонбэним! – мужчина за столом быстро встал и поклонился.

- Я по поводу аджуммы Ханбёль Ву, - продолжил пожилой, показывая рукой, что его коллега может сесть, а сам расположился на стуле для посетителей и упёрся взглядом в коллегу.

- Что-то случилось? – минута молчания и Бо-сон-Чхве решил сам пододвинуть профессора медицины Ха-Ру Лими к продолжению разговора.

- …Меня сейчас уведомили, что оплата за поддержание её в жизнеспособном состоянии будет прекращена, - наконец решился профессор.

- Что? – более молодой врач подскочил со своего кресла и уставился на своего руководителя и наставника. – Профессор, я не считаю это необходимым. Вот, - он схватил лежавшие на столе бумаги и потряс ими. – 20 октября была проведена стимуляция головного мозга по новой методике. И она имела положительный результат!

- Бо-сон… - недолгая пауза со стороны Ха-Ру. – Ты выдаешь желаемое за действительное. Всё время, что она лежит у нас, - он пристально посмотрел в глаза своему лучшему ученику. – Никаких положительных улучшений за всё это время. Твои улучшения – это паразитные альфа-волны. А её физическое состояние никак не изменилось.

- Но ведь… - и Бо-сон замолчал, понимая справедливость слов профессора, но никак не желая признавать правоту его слов.

- Тяжело об этом говорить, но в благотворительном фонде «Тондэмун» (ворота в центре Сеула - «ворота восходящей доброты», - прим.) сменился генеральный директор. По его приказанию провели внутренний аудит, на предмет оплаты нахождения в нашей больнице безнадежных пациентов. Я был вынужден предоставить данные из медицинской карты твоей пациентки. Она признана безнадежной и фонд отказывается оплачивать её содержания. Они хотят платить за тех людей, которые ещё можно спасти, - тяжело вздохнул профессор.

- Но ведь… - у Бо-сона было много аргументов, но такова правда жизни.

Если рассуждать цинично, то лучше пытаться помочь тем, кого можно спасти, а его пациентка… Слишком долго лежит и никаких улучшений в её ментальном плане. Она не выходит из комы. И есть большие подозрения - что и не выйдет!

- Ты пойми, - вздохнул Ха-Ру, - и так её продержали дольше, чем положено, если бы не поступления денежных средств от фонда, то главный врач бы не разрешил так долго держать её у нас. Кстати, у неё же сын есть? Ты можешь связаться с ним?

- Есть! Вернее, он появился у нас, когда привезли его мать. Клятвенно обещал, что найдёт деньги на лечение и проведённую операцию. Но в больнице больше не появился, - сказал Бо-сон.

- Обвинять без доказательств нехорошо, - посмотрел на него профессор. – Видимо мальчик сделал выбор: решив отказаться от матери. И я не могу его осуждать, - добавил он, видя вскинувшегося Бо-сона.

- Может с ним что-то случилось! – остался при своём мнении лечащий врач.

- Может, - профессор не стал разубеждать врача, но был уверен, что сын пациентки не нашёл денег и просто решил избежать ответственности за мать и выплату денег за её лечение.

- И вы предлагаете?

- Подготовь все документы и если ничего не изменится в течение двух недель, то готовься к отключению аппаратуры жизнеобеспечения, - выдавил из себя профессор.

- Я-а, - протянул молодой доктор. – Хорошо, я всё сделаю сонбэним.

- Я надеюсь на это, Бо-сон, - сказал профессор, вздохнул, встал и вышел из кабинета.

**********

Бо-сон вытащил телефон из правого кармана халата телефон и найдя контакт, в тысячный раз за время нахождения его пациентки в больнице нажал на вызов: «Набранный вами номер выключен или находится вне зоны действия сети», - в очередной раз услышал голос на корейском, а потом на английском – автоответчик.

Тяжело вздохнул, поднялся и вышел из своего кабинета, а через пять минут, воспользовавшись лифтом, поднялся на четвертый этаж больницы в отдельный блок отделения неврологической реабилитации.

Здесь было шесть палат для самых важных пациентов больницы их университета. Пациентами были люди, которые сами могли позволить себе находиться тут или их родственники оплачивали счета на огромные для обычных людей суммы. Всё это стоило по несколько миллионов вон в месяц, в связи с тем, что пациенты находились в коме: летаргической или медикаментозной.

В данный блок можно было попасть на лифе, воспользовавшись специальным электронным пропуском. А при выходе из лифта посетителей встречали три охранника, круглосуточно дежуривших в этом блоке.

Бо-сон предъявил свой пропуск, который внимательно изучили, а потом сверили с базой данных в планшете. И это несмотря на то, что охранники прекрасно его знали в лицо. Обновление пропускной системы происходило каждые сутки, на предмет имеющегося права допуска посещать этот блок.

Сюда могли попасть родственники лежавших в коме и ограниченный круг доверенных лиц из обслуживающего персонала. Заключившие специальные контракты, не позволяющие им делиться любой информацией о пациентах. Штраф были такие, что проще было прыгнуть в реку Хен, чем попасться на том, что от них куда-либо и кому-либо ушли медицинские данные «коматозников».

Благотворительный фонд «Тондэмун» оплатил содержание пациентки в одной из этих палат. Теперь… Теперь они не готовы оплачивать её нахождение здесь. Перевод в более дешевую палату сделает только хуже…

Врач от лифта прошел по коридору к одной из дверей, открыв её картой электронного пропуска и зашёл в палату Ханбёль Ву, рядом с кроватью которой расположились многочисленные мониторы, показывающие состояние пациентки.

Еле слышно работал ИВЛ, рядом с которым стояли: кардиостимулятр, дефибриллятор, прибор для контроля, стабилизации и поддержания состояния пациента; система централизованного снабжения медицинскими газами и вакуумом.

На медицинской кровати для лежачих больных – последняя разработка ниппонского гения, лежала невысокая женщина, около сорока лет. Несмотря на постоянное поддержание глюкозой и специальными медицинским составами, её тело ощутимо сбавило в весе за последние время.

Черные волосы, болезненный цвет лица – практически мраморный, чёрные круги под глазами, потрескавшиеся губы и какая-то беспомощность и безысходность была в её внешнем виде.

- Ханбёль, я вынужден отключить вас от аппаратуры, простите, - он замялся, смотря на это лицо, которое он видел каждый день, кроме своих выходных, при утреннем и вечернем обходах.

За это время, она ему стала практически родной - близким человеком, как старшая сестра, может быть. Ведь она по документам была старше его всего на один год.

Профессия врача любого человека делает циником, иначе просто можно сойти с ума, и он давно очерствел душой, но вот к Ханбёль, он испытывал жалость и… Не мог объяснить, но он просто не представлял, как он отключит её от приборов. И она угаснет под молчаливую и осуждающую тишину отключенных приборов, что перестанут поддерживать её жизненные показатели.

Страшная авария, когда пациентка ехала в такси, возвращаясь с работы. И тут у машины лопнуло колесо, и она выскочила на обочину, а потом ударилась боком об столб. У водителя ни одной царапины, а у неё – тяжелейшая травма головы. Она была пристёгнута, но весь удар пришёлся на её – правую сторону, где она сидела. В результате чего сильнейшая ЧМТ (черепно-мозговая травма, - прим.) и кома.

Хирурги спасли её жизнь, в ходе десятичасовой операции: трепанация черепа и работа на открытом мозге. Но несмотря на хорошие прогнозы, женщина так и не вышла из комы.

Её сына Бо-сон видел всего один раз, когда тот примчался к ним в больницу, куда доставили пострадавшую. Плакал, падал на колени, просил спасти ей жизнь. А потом убежал, когда ему озвучили стоимость операции. Собираясь вернуться с деньгами, которые он клятвенно обещался принести.

Бо-сон посчитал, что парень выполнить своё обещание, но тот пропал и больше не вернулся…

Пациентку продержали месяц в палате, а потом стали решать вопрос с её переводом в специализированный, государственный пансионат для подобных больных. Фактически отправить её умереть там. Специализированная аппаратура для поддержания жизнедеятельности больных такого профиля там отсутствовала.

Хорошо, что появились представители благотворительного фонда «Тондэмун», с помощью которых вопрос с оплатой удалось уладить.

Только сейчас всё начинается по новой!

Вернее, ситуация стала ещё хуже. Несколько дней назад Бо-Сон решал подобный же вопрос с одним из пациентов, также находившегося в коме. Врач сам позвонил в пансионат, а там заявили, что мест нет и в ближайшее время точно не предвидится.

Он бы не удивился, если бы узнал, что места на самом деле есть. Только ни один руководитель не желает, чтобы пациенты умирали в его заведении. Портя таким образом статистику и вызывая много вопросов со стороны контролирующих органов.

Денег на оплату больше не будет. Держать её здесь главный врач не разрешит. Можно попытаться сходить к ректору университета, но там тоже будет отрицательный ответ, он практически был уверен в этом.

- Ханбёль, мне очень жаль. Прости, что не смог вылечить тебя, - голова лечащего врача опустилась, а он взял безвольную левую руку женщины в свою правую и сжал её.

**********

Район Добонг

Джун был доволен, посещением Йоны, а также тем, что удалось пресечь поползновения её отца. Подумает несколько раз, чтобы чего-то ещё подобное учудить. Только вот… Джун был уверен, что психотип подобной личности не успокоится. Надо присматривать за девушкой и её бабушкой.

Братья встретили его прямо на пороге дома. Вывалив на него хорошие новости, перебивая друг друга.

- Нам ответили! – радостно выпалил Чон Хо.

- Кто ответил? – Джун успел раздеться, помыть руки, а теперь накладывал в тарелку приготовленный браться рис с мясом и овощами.

- Они ответили, - подпрыгивал на стуле младший, от радости не приступавший к наложенной еде в тарелке.

- Кто? – не сразу понял Джун.

- Агентства! – сердито сказал Чон Хо.

- А-а, - до Джуна дошло. – И чего пишут? – он не особо заинтересовался, но решил не огорчать обрадованных братьев.

- Приглашают на встречу, - от старшего брата так и разило довольством.

- Ты предлагаешь со всеми встретиться?

- Предлагаю начать с «JYP Entertainment», а закончить - «SM Entertainment», - высказался Чон Хо.

- Почему именно в таком порядке? – стало интересно Джуну.

- В первом агентстве условия для артистов и создателей произведений условия похуже, чем во втором, - ответил Чон Хо.

- Тогда зачем? – удивился Сон Хо, поддержанный молчаливым Джуном, смотревшими на старшего брата.

- Ну а вдруг! – ответил Чон Хо. – Всегда лучше услышать все предложения от нескольких компаний, а не от одной. Так ведь?

- Так-так, - махнул на это высказывание рукой Джун.

- Да он просто в офисах этих компаний хочет побывать! – неожиданно «сдал» брата Сон Хо.

- И это тоже, - улыбнулся Чон Хо, при этом показывая кулак брату.

- Принимается, - кивнул Джун.

- В «SM Entertainment» наиболее благоприятные условия для авторов. И, как правило, наиболее лояльное отношение, - продолжал Чон Хо, а увидев не особо доверчивые глаза Джуна, добавил: - Ну так в сети пишут.

Чон Хо сильно хотел, но не особо верил, что агентства ответят: когнитивный диссонанс, так то!..

Он раньше интересовался информаций по агентствам Большой Тройки, но после получения предложений, более глубоко занялся изучением всего, что было в инфосети. Особое внимание обратив на всё, что связано с их работой и общением с авторами.

- Да, пишут, - поддакнул Сон Хо, аналогично изучавший инфосеть на предмет этой информации.

- Вам видней, конечно, - решил не спорить с ними Джун. – Только вы знаете моё условие.

С момента отправки сообщений агентствам о готовности встретиться, братья несколько раз поднимали вопрос о выступлениях Джуна вместе с ними.

И хотелось, и отвергалось, Джуном!

Да, тогда выступив на улице, он ощутил энергетику, что шла от зрителей, когда они стали выражать свой восторг. И эта энергия реально оказала на него очень благоприятное впечатление. Вызвав неконтролируемое желание повторить подобное. Только вот…

Он был уверен, что весь этот шоу-бизнес – это совсем не его путь!

Во-первых, не считал, что из этого выйдет толк.

Во-вторых, категорически не хотелось показывать своё лицо на всеобщее обозрение. Понятия не имел, почему такое отторжение и по какому именно поводу, но не хотел и всё!

Оба брата убеждали его, что это ошибочное решение. А Джун категорически стоял на своём.

Исполнить эти произведения перед братьями или с закрытым лицом – не вопрос! Хотя даже с закрытым лицом, но перед тысячами людей – надо подумать. Есть большая вероятность, что кто-то потом его опознает. А вот идея заработать на песнях - у него отторжения не вызывала. Так тому и быть!

- Я не вижу проблем в продаже своих… - Джун на пару секунд задумался, а потом продолжил: - Пусть будут мои, раз так! Только я не хочу продавать свои песни навсегда, - неожиданно для братьев заявил Джун. – Например, на какой-то срок, а не навсегда.

- Джун, такое себе могут позволить единицы. Так в Коре с никто не делает! Либо продаешь своё произведение полностью и навсегда, либо никто не купить, - абсолютно серьезно заявил Чон Хо.

- Ну значит не судьба, - отмахнулся Джун.

С учётом остатков от трофеев они могли себе позволить не работать долгое время. Конечно, деньги имеют обыкновение заканчиваться, ну так никто из них на месте не сидит: у Джуна подработки, братья на выступлениях зарабатывают.

Братья переглянулись, но не стали дальше спорить.

- Хорошо, - сказал Чон Хо. – Тогда я подтверждаю наше согласие встретиться с представителями агентств?

- А что по времени встреч? – спросил его Джун.

- С нами готовы встретиться прямо завтра. «JYP Entertainment» предложили время с 10:00 до 13:00, а в «SM Entertainment» время с 12:00 до 14:00, - читал с экрана телефона Чон Хо. – Просто отлично. Всё в один день.

- Ну сам бог велел, - пожал плечами Джун. – «JYP Entertainment» давай на ранней утро, часов на 10:00, а второе агентство – на 14:00.

- Хорошо, - пальцы Чон Хо пробежались по экрану телефона. – Готово, - довольно заявил.

- Ну и форошо… тьфу, - прожевал до конца Джун мясо. – Так, я сегодня умотался, так что тренировку укоротим. Хорошо?

Протестующих было немного. Вернее – ни одного!

Десять минут на медитацию, прокачка «чакр» парней… Да, парней, а потом двадцать минут спарринга против двоих. Особо зарвавшиеся – Сон Хо, в очередной раз получил «Дланью Перуна» в «солнечное сплетение», а Чон Хо, всё-таки получил в голову «вертушку», на некоторое время потерявшись в пространстве и времени.

- Будешь так подставляться – буду сильнее бить, - напоследок сказал ему Джун.

- Ой-ё-ёй, - потер грудь Сон Хо.

- Голова гудит, - поддержал его в стенаниях старший брат.

- Всё! Хватит на сегодня, - решил Джун. – Мыться и спать.

Он ушёл наверх, а Чон Хо и Сон Хо остались в подвале. Приходить в себя, а затем приняли душ и поднялись спать.

**********

- Время подтверждено, - заявил Чон Хо, проснувшийся от входящего сообщения и схвативший телефон, будто ожидал сообщение о начале Армагеддона.

- Ну и хорошо, - спокойно отреагировал на это Джун, вернувшийся из туалета. – Пошли, позавтракаем.

Утренняя тренировка тираническим решением Джуна была отложена на вечер. И несмотря на деспотическое решение, была горячо поддержана братьям. А Джун всего лишь не хотел, чтобы они выглядели не в форме на важной встрече.

Позавтракали быстро, а потом выдвинулись в сторону агентства «JYP Entertainment», расположенного по адресу: 205, Cheongdam-dong, Gangnam-gu.

Такси решили не брать из-за дороговизны и утренних пробок. Спокойно добрались до метро, затем добрались до нужной станции. Вышли из подземки, добрались до нужной остановки автобуса, дождались и сели в нужный маршрут, а спустя две остановки оказались на месте.

- Чего-то не впечатляет, - рассматривал пятиэтажное здание с полукруглым фасадом Джун.

Рекламные вывески разных рекламодателей, расположенные на каждом этаже и светло-серый цвет стен. Внешний вид говорил о том, что зданию прилично лет, но надо отдать должное собственнику – здание содержалось в хорошем состоянии.

- Нормально всё, - удивился Чон Хо. – Не «SM Entertainment», конечно. Так и уровень у них совсем не такой. Это агентство по количеству айдолов и трейни раза в два меньше будет.

- Ну тебе видней, - махнул рукой Джун. – Веди, Sysanin, - добавил на неизвестном языке для братьев. Те переглянулись, но спрашивать ничего не стали.

На входе их встретил вежливый охранник, внимательно осмотревший их и направивший их к стойке на первом этаже холла здания.

Их встретила миловидная девушка, одетая в юбку-карандаш чёрного цвета и белую блузку. На удивление, обошлось без «хвоста» на голове: причёска «каре».

Всё будто повторялось, когда они посещали AfreecaTV и KakaoTalk. Разный интерьер, но одинаковый подход к встрече посетителей: одна и та же одежда обслуживающего персонала.

- Аннён хасэйо (Здравствуйте, - прим.) – поприветствовали их девушка, поклонившись.

- Здравствуйте, - поклонился Чон Хо в ответ. – У нас назначена встреча на 10:00.

Девушка сразу же подняла трубку стационарного телефона и нажала на одну из клавиш. И дождавшись ответа, доложила, что прибыли посетители на встречу.

- Пожалуйста, пождите. Сейчас к вам спустятся, - попросила девушка парней, указав на стоящие в стороне несколько столиков с креслами вокруг них.

Усевшись за свободный столик с тремя креслами, ребята стали ожидать, с интересом рассматривая интерьер холла.

- Аннён хасэйо. Меня зовут Вон Чжун. Я старший менеджер.

К ним подошёл мужчина лет сорока на вид. Небольшой, острый нос, тонкие губы, худощавое телосложение. Одетый в черные брюки и синюю рубашку.

Представившись в ответ, Джун достаточно демонстративно посмотрел на часы на экране телефон, никак не показав своё внутреннее неудовольствие: они прибыли в офис агентства к 9:45, а этот Вон Чжон спустился и подошёл к ним в 10:27!

Прибыть немного заранее – это в порядке вещей. Этим показывается уважением к принимающей стороне. Однако, по глубокому убеждению, Джуна и хозяева должны быть пунктуальными. И зная о прибывших не могут держать их на входе так долго.

Выводы Джуном сделаны: к ним относятся с пренебрежением!

Старший менеджер Вон Чжун провёл их в лифт, поднявшись в котором они вышли на втором этаже, а потом их пригласили пройти в одну из переговорных комнат. О чём говорила табличка на двери.

- Кто из вас автор? – сразу же спросил менеджер, посмотрев сначала на Чон Хо, потом на Джуна, не удостоив взглядом Сон Хо.

В прямоугольной комнате оказался большой стол, рядом с которым стояли четыре кресла напротив стены. Именно на эти кресла указал менеджер, предложив присесть.

Сам же уселся напротив них за столом в одинокое кресло, спиной к большому окну в пол и с жалюзи на всё окно.

Братья сели рядышком, а Джун сел с правой стороны от Чон Хо.

Сразу же в переговорку зашла женщина лет под тридцать, одетая в черное, облегающее платье. И положила на стол перед менеджером несколько тонких папок.

Чон Хо положил принесённую с собой папку с документами, а потом суетливо достал из внутреннего кармана визитку и обеими руками подал менеджеру.

В ответ получив визитку от того, буквально кинутую на стол, так что она проскользила по столешнице до Чон Хо. И это сильно не понравилось Джуну, чей взгляд заледенел, когда он увидел такое неуважение.

- Сонбэним, он автор, - старший брат указал обеими руками в сторону Джуна.

- Подписывай! – одна из папок, тем же макаром, что и визитка, была брошена менеджером в сторону Джуна.

Тот переглянулся с Чон Хо, который молча, взглядом попросил его никак не реагировать, опуская глаза на папку в руках Джуна.

Решив не нагнетать, он открыл папку, прочитал первый лист, а потом перелистнул его и стал читать второй.

- Там нечего читать, - неожиданно заявил Вон Чжун, в голосе которого явственно было слышно раздражение. – Лучшего предложения вам никто не сделает. Подписывай! - было сказано приказным тоном, а в сторону Джуна по столу скользнула ручка.

- О как! – кашлянул Джун, поднял глаза от текста и посмотрел на менеджера. – Я документы не подписываю, пока их не прочитаю.

- Нет смысла, читать. Заканчивай этот фарс и подписывай.

- Фарс? – у Джуна удивлённо поползли брови вверх. – Вы считаете, что подписание договора – это фарс? У меня возникает стойкое ощущение, что ваше агентство очень несерьёзно относится к контрагентам. В особенности к тем, кто пишет для вас стихи и музыку.

- Джун, - рука Чон Хо, сидевшего рядом с Джуном, прихватила предплечье последнего.

- Чон Хо! - не поворачивая головы сказал Джун, таким тоном, что было понятно, что не стоит лезть.

- Тебе сколько лет? – презрительный взгляд менеджера.

- Это имеет какое-то отношение к сделке? – вопросом на вопрос, ответил ему Джун.

- Я старше тебя, - заявил Вон Чжун. – Прояви уважение! - резко повысив голос, выкрикнул он.

- Я не проявляю уважение к тем, кто не уважает меня, - поморщившись, сказал Джун.

- Да ты! - менеджер резко встал, перегнулся через стол, упершись в него рукам и вперил взгляд в Джуна. – Хотя что ждать от метиса, - процедил он. - Щенок. Подписывай и будь рад, что наше агентство обратило на тебя внимание.

В глазах женщины, принесшей документы, в этот момент в глазах промелькнула сильнейшая неприязнь, обращённая на её руководителя, которую она тут же спрятала, не проронив при этом ни звука.

Джуна не особо задели его слова.

Только вот, задержка при встрече, такое хамское поведение говорит о том, что с такими людьми дел вести не стоит, просто из принципа.

- Нам здесь не рады, - спокойно сказал Джун, а затем встал: - Чон хо, Сон Хо, пойдём из этого негостеприимного места. Надеюсь, что в агентстве «SM Entertainment» будут более вежливые люди.

Чон Хо и Сон Хо с ужасом переглянулись, но потом подскочили с кресел и направились к двери. Оборачиваясь на идущего за ними Джуна.

- Стоять! – заорал, брызгая слюной Вон Чжун. – Вас никто не отпускал.

- А ты полицейский? – бросил на него взгляд Джун. - Не похож. Так что пойдём мы.

- Ах, ты, - выскочив из-за стола, менеджер бросился к направившемуся к двери Джуну, подталкивающему вперёд обоих братьев. – Стой! Стой я тебе сказал.

- Послушай, - повернулся к нему Джун. – Кто ты такой, чтобы останавливать меня?

- Ты подпишешь! - подскочил к нему Вон Чжун, находясь от парня на близком расстоянии.

- Нет, - отрицательно мотнул головой Джун. – И могу тебя заверить, что с вашим агентством я больше никогда дел иметь не буду!

Хватать парня со стороны Вон Чжуна было бы перебором. И он, как ни хотел, но сдержался. Имея большое желание пнуть парня по ноге:

- Щенок! – брызгая слюной, менеджер не мог поверить, что этот наглый сопляк хочет уйти. - Ни одно агентство в этом городе не будет с тобой работать!

- Все эти агентства принадлежат тебе? – с интересом посмотрел на него Джун. – Если ты так считает, то ты слишком большого о себе мнения., - затем развернулся и вышел из комнаты.

************

- Чжун, я начинаю сомневаться в твоём профессионализме.

В кабинете собственника агентства «JYP Entertainment» за большим столом в кресле сидел сам хозяин кабинета Пак Чан, державший в правой руке чашку чая, а перед ним стоял сжавшийся и бледный Вон Чжун.

Рядом с ним стоял помощник Дак Бок, с непроницаемым лицом, но внутренне взбешенный проведёнными переговорами с молодым автором. Определённое давление на сосунков стоило оказать, но не так чтобы они просто ушли.

Дак Бок сразу же получил неприятную информацию от Вон Чжуна, понадеявшись, что тот справится. И тут такое… При том, что Пак Чана заинтересовали песни молодых дарований.

Для Вон Чжуна сегодняшний день начался не очень хорошо, а теперь его жизнь и карьера стремительно летели в пропасть.

Вчера состоялся незапланированный хвесик (корпоративный ужин, - прим.): он пригласил подчинённых своего отдела в мясной ресторан, где откровенно перебрал соджу с пивом. И с утра, несмотря на принятые с утра антипохмельные препараты, страдал сильнейшим похмельем.

Этот наглец… Вывел его из себя, и он позволил себе слишком много, из-за чего этот ублюдок так и не подписал контракт, выказав своё неуважение и просто ушёл.

- Сонбэним, - раздался еле слышный голос Вон Чжуна. – Как мне и было приказано, я постарался надавить на молодого наглеца, но…

- … Что? Но! – перебил его Пак Чан. – Надавить, чтобы подписал. А ты что сделал?

- Я не думал… - попытался оправдаться Вон Чжун.

- Не думал! Это точно, - заключил Пак Чан. – Идиот! Что сейчас прикажешь делать?

- Может надавить тем, что они оскорбили нашего человека? – подал голос Дак Бок. – В комнате есть камеры. Небольшой монтаж видеозаписи и всё! Намекнём, что подадим заявление в полицию по факту оскорбления.

- Дак Бок, - тяжелый взгляд Пак Чана был переведён на помощника. – Я теперь в тебе начинаю сомневаться. Ты не заметил, что молодой парень во время инцидента снимал всё происходящее на телефон. Так что сделать монтаж с нашей стороны не получится.

Чон Хо вовремя сообразил, что переговоры пошли не по самому лучшему сценарию. Тронул руку Сон Хо, который без слов всё понял, вытащил телефон и начал съёмку.

- И как вы намерены исправлять ситуацию? – выразительный взгляд главы агентства переходил с одного работника на другого.

- Судя по их одежде, парни бедняки. И с радостью подпишут контракт, если изменить подход, - воодушевился Вон Чжун, решивший, что может не всё так плохо.

- Вы один раз уже попробовали, - посмотрел на обоих подчинённых с откровенной злостью Пак Чан.

- Встретиться ещё раз, например, в ресторане. Чуть повысить сумму контракта, - выдал Дак Бок. –Визитку они оставили, контакты у нас есть.

- Хорошо, - согласился собственник агентства. – Но, если Вон Чжун, ты, не справишься… - он не закончил фразу, но менеджер всё прекрасно понял.

Его помощник Дак Бок не стали ничего говорить своему боссу, прекрасно зная его реакцию. Он не присутствовал при переговорах, но видеозапись дала возможность хорошо рассмотреть глаза парня. Приходилось ему сталкиваться с подобными. И он мог с полной уверенностью сказать, что слова, высказанные парнем, по поводу невозможности никаких отношений с их агентством – это абсолютное утверждение. И парень никогда не будет работать с ними.

- М-да, сходили погулять, - улыбнулся Джун, посмотрев на ребят, когда они вышли из агентства. – Зато сразу стало понятно, что с этими людьми не стоит иметь каких-либо дел.

- Может как-то… вернуться? – предложил Сон Хо, с надеждой глядя на Джуна.

- Прости, Сон Хо, но это бессмысленно, - ответил ему Джун.

- О! Чужой номер, - сказал Чон Хо, держа в руках вытащенный из кармана зазвонивший телефон. – Да! Менеджер Вон Чжун? – на его лице отобразилось удивление. – Но… - его телефон выдернул из рук Джун и нажал сброс абонента. – Почему? – он посмотрел огорчённо на того.

- Затем, что нет смысла, - пальцы Джуна быстро пробежали по экрану телефона, заблокировав номер телефона старшего менеджера агентства. – Нас не уважают. Такое поведение говорит о том, что и дальше уважать не будут. С такими людьми бесполезно вести какие-либо дела. Это я по-своему опы…

Только сейчас до него дошло, что не помнит ничего про подобный опыт, но внутреннее ощущение говорило о том, что он полностью прав!

- Сколько у нас времени? Ага, 11:13, - телефон был возвращён владельцу.

- Второе агентство недалеко отсюда. Пешком легко дойдём, - разочарованно сказал Чон Хо, убирая телефон в карман.

- Тогда предлагаю посетить кафе или ресторан. Выпьем кофе и успокоим нервы, - решил за всех Джун.

Желающих отказаться не нашлось и углядев поблизости от них какое-то а-ля европейское кафе, они устремились туда. Усевшись за свободный столик, заказали кофе, салаты и сэндвичи.

- Тварь! Тварь! – об пол грохнулся и разлетелся на несколько частей телефон менеджера Вон Чжуна. – Ублюдок!

Как только он вышел из кабинета босса, то сразу же вытащил визитку Чон Хо и набрал номер телефона, быстро идя в направлении своего кабинета на этом же этаже.

Он никак не ожидал, что разговор по телефону будет так беспардонно прерван. И последующие попытки дозвониться и автоматические ответы - «абонент находится вне зоны доступа» показали, что номер телефона Вон Чжуна заблокирован малолетним ублюдком.

Последующие попытки дозвониться со стационарного телефона и телефона помощницы Вон Чжуна ничего не дали. Как только ответивший слышал голос старшего менеджера, тут же сбрасывался звонок.

- Какой упорный, - неодобрительно смотря на Джуна, сказал Чон Хо, которому тот приказал сбрасывать невежливого человека из агентства.

- Дай мне, - протянул руку Джун, услышав очередной входящий звонок. – Уважаемый, - это было сказано таким тоном, что было понятно, что никакого уважения к собеседнику Джун не испытывает. – Что вам непонятно в слове - никогда?.. – выслушав собеседника, он добавил: - Не звоните больше! – и нажал отбой.

Вон Чжун похолодел, когда, не дослушав его, мерзкий сучонок опять нажал на отбой. Он пытался понять, что ему делать и как избежать гнева своего руководителя. Из-за этой твари может встать вопрос об его увольнении…

– О, ещё один незнакомый номер, - констатировал Чжон Ву, посмотрев на опять зазвонивший телефон. – Сбросить? – посмотрел на Джуна.

Тот подумал, а потом отрицательно покачал головой, словив озарение, что на этот звонок надо ответить:

- Возьми!

- Да слушаю!

Оказалось, что это звонил менеджер из агентства «SM Entertainment», с просьбой встретиться раньше, а не в ранее согласованное время.

- Предлагает в 12:30, - сказал Чон Хо.

- Нет уж, - недовольно сказал Джун. – Как договаривались - в 13:00.

- Может не стоило так? – посмотрел на него завершивший разговор Чон Хо.

- Ну да, ещё и кофе им принести? – усмехнулся Джун. – Нет уж! Не люблю непунктуальных людей и тех, кто пытается сделать так, чтобы я подстраивался под его время. Ему же надо, а не нам! Спокойно доедим, а потом уже пойдём.

Чон Хо не стал спорить, но был не в самом лучшем расположении духа, из-за того, что менеджер, услышав озвученное Джуном время, на несколько секунд замолчал, а потом согласился. В его голосе звучало плохо скрываемое неудовольствие, из-за того, что он явно посчитал, что парни рванут в агентство, теряя по дороге кроссовки. И резко оборвал разговор, даже не попрощавшись. Напоследок предупредив, что их будут ожидать на ресепшен на первом этаже.

Братья ёрзали, а Джун спокойно доел. И неспешным шагом пошёл на встречу в агентство, несмотря на недовольные взгляды Сон Хо и старшего брата.

Глава 6

Длинное серое здание из семи этажей, покрытое сплошными стеклопакетами снизу до самого верха. Заметно было, что часть стеклопакетов были другого, радужного цвета. По всей видимости, были заменены на более новые. Относительно тихая улочка, с несколькими припаркованными у входа в здание автомобилями, в основном корейского производства.

В отличие от другого агентства, на входе было аж два охранника, одетых в форменную одежду с логотипом компании. Один из охранников выслушал Чон Хо, проверил список гостей в компьютере, а потом пропустил внутрь здания, указав на недалеко стоявшую стойку ресепшен, с сидевшими за ней двум женщинами.

Услышав имя Чон Хо, одна из женщин, лет двадцати восьми - тридцати, с холёным лицом и точёной фигуркой, облачённая в бежевую блузку с пиджаком того же цвета сверху и длинную юбку до щиколоток, представилась Рин Хо. Сообщила, что она ожидает именно их, специально спустившись к назначенному времени.

Выдала им карточки – электронные пропуска, провела через турникеты и довела до лифта. И дождавшись прибытия кабины, пригласила их зайти внутрь.

Всё окружающее их было в строгом и функциональном виде, но сделано на очень высоком уровне. Минимализм, но отдающий большими деньгами, вложенными в отделку и окружающую обстановку.

Лифт – та же функциональность и роскошь: зеркальные стены без единого пятнышка на них; небольшие, узкие, деревянные вставки из дерева в стыках зеркальных поверхностей.

Вышли на пятом этаже, оказавшись в лифтовом холле, откуда в разные стороны расходились коридоры. Рин Хо пригласила их следовать за ней, а сама пошла впереди по длинному коридору.

На встречающихся по пути дверях были таблички с разными интересными для непосвященных названиями: зал для занятия вокалом, зал хореографии и т.д.

Попадающихся навстречу людей было немного, а судя по их внешнему виду – местные работники. Один раз мимо них бегом пронеслась обычная на вид молодая девушка с испуганной и напряжённой моськой. Всё в той же «униформе»: белых верх, чёрный низ.

Затем им навстречу попались три ярко одетых молодых девушки, очень красивых. Но не дошли до них метра три и свернули в боковой коридор.

Рин Хо никак не отреагировала, продолжая вести их всё дальше по коридору.

- Холь! – не удержался Сон Хо, бросая восхищённые взгляды в сторону коридора, куда ушли девушки.

- Ты чего? – повернул к нему голову Джун.

- Это же группа «TaeTiSeo», подгруппа южнокорейской группы «Girls' Generation».

- В каком смысле подгруппа? – не понял Джун, тупо посмотрев на Чон Хо, который услышав это – закатил глаза.

- Ну второй состав или ответвление от основной группы, - сказал Сон Хо. – Тхэён, она же лидер, Тиффани и Сохён, - добавил он с придыханием.

- Так себе, - выдал Чон Хо, не особо проявивший интерес к встреченным девушкам. – Слезливые и слащавые у них песенки. Ничего серьезного.

- Ничего вы не понимаете, - остался при своём мнении Сон Хо. – Там же о любви поётся, - тут старший на него странно посмотрел, и тот сразу заткнулся.

Наконец ребят привела к двери с табличкой на ней – «Переговорная». Постучала и дождавшись разрешения – возгласа изнутри, открыла дверь, пригласив их войти.

Большая комната с большим прямоугольным столом, с обеих сторон которого стояло по шесть офисных кресел на колесиках. Громадные окна от потолка до пола. На столе напротив каждого кресла стояли по две бутылки воды по 0,33 литра.

На противоположной стене от окон были вывешены многочисленные фотографии в рамках: в основных молодых людей обоего пола, но были фото мужчины и женщины лет под пятьдесят.

- Ан-нён-ха-сэ-ё (Здравствуйте, - прим.).

Их встречал поджарый мужчина, лет сорока, холёный, с идеальной причёской. Одетый в хрестоматийный черный и брендовый костюм, великолепно на нём сидевший. Какой-то значок на левой стороне груди, а на галстуке золотой зажим. На левой руке выделялся большой циферблат часов, с металлическим браслетом.

Ребята ответили на приветствие и поклонились.

- Я Чон Кан, заместитель исполнительного директора «SM Entertainment». – Я с вами разговаривал по телефону.

«Забавно. Тёзка Чон Хо», - подумал Джун.

Как только заместитель представился, приведшая их Рин Хо непонятно откуда вытащила несколько визиток и поочерёдно подала каждому их молодых парней.

Чон Кан предложил ребятам присесть на кресла, стоявших напротив окна, а сам уселся напротив них спиной к стене. Женщина, взяв со стола папку, отошла за спину своего руководителя, открыла её и поочередно стала внимательно изучать собеседников своего босса.

Джун увидел это и грустно улыбнулся, т.к. вот никогда не понимал вот именно этого – стояние помощника руководителя рядом с ним. Какой в этом смысл? Почему не может сесть рядом? Что от этого изменится?

Но так делалось в большинстве компаний Коре с времён Чосон.

Чон Кан оглядел парней, пытаясь понять, с кем именно ему вести разговор: совсем молодой парень ничего из себя не представляет; двое других, усевшихся рядом, постарше. Так ещё один из них не совсем кореец, что видно по чертам лица. Ни один мускул не дрогнул на лице Чон Кана, но лично ему этот парень сразу не понравился. Сказывалась повсеместная корейская ксенофобия к чужакам.

- Спасибо, что пригласили нас, - подал голос Чон Хо, тем самым дав понять заместителю с кем надо начинать переговоры.

Ещё утром, когда ехали в город, Джун отдал ведение переговоров в агентствах Чон Хо, как наиболее опытному в сфере шоу-бизнеса, сказав, что вступит в разговор, когда посчитает нужным.

- Надеюсь, что здесь нас примут лучше, чем в «JYP Entertainment», - проворчал Джун, посмотрев в глаза мужчины, а затем на заволновавшуюся женщину.

- Вы были в «JYP Entertainment»? – взгляд важного господина построжел.

- Имели такое неудовольствие, - ответил ему Джун.

- И о чём вы договорились? – не удержался от вопроса Чон Кан.

- Извините, но это коммерческая тайна, - отбрил его Джун, пока Чон Хо чего-нибудь не ляпнул.

- Я… - заместитель сдержался от дополнительных вопросов по неприятной теме. – Хорошо, какое отношение вы имеете к авторству песен «Human» и «Stay WithMe»? – перевод взгляда с Джуна на старшего брата. – Кто написал текст, а кто – музыку?

- Я, - сказал Джун.

- Вы написали стихи или музыку?

- И то, и другое, если можно так сказать, - немного неуверенный ответ.

- Сказать? – удивился Чон Кан. – Что это значит? – у него мелькнуло в голове, что авторов здесь нет, так какого… эти припёрлись.

- Песни зарегистрированы именно на Джуна, - поспешил развеять сомнения старший брат. – Как на композитора, так и на автора стихов. На его фамилию и его псевдоним – Тосин Чаенсин (Воин-призрак, посланник, - прим.).

Чон Хо был удостоен очередного укоризненного взгляда от Джуна, и смутился, а Сон Хо ехидно улыбнулся.

- Тосин Чаенсин? – неподдельное удивление на лице Чон Кана. – Ну пусть. А у вас есть документы, подтверждающие это? – подобрался Чон Кан.

- Да, на обе песни! – подал голос Чон Хо, вытаскивая из папки документы. - Вот, возьмите, - встал и протянул с поклоном менеджеру прозрачный «файл» с документами. – Там же копии документов Джуна.

- Ага, КОМСА… протянул Чон Кан. – Я могу сфотографировать это? - посмотрел на Джуна и Чон Хо, которые оба кивнули.

Сделав несколько снимков, помощник проверил чёткость изображений на экране:

- Это упрощает мою работу, - и повернул голову к помощнице. – Рин Хо, немедленно к нашим юристам, пусть подготовят договоры с учётом полученных данных.

- Простите, - сказал Чон Хо. – На предмет чего договоры?

- Покупки ваших произведений, - снисходительно ответил Чон Кан, при этом смотря на Джуна. – С выплатой «авторских».

- Сначала бы хотелось увидеть договор, - веско сказал Джун, а братья переглянулись, решив дождаться отмашки от него, а уже потом что-то говорить.

- Всё будет, - успокоил Чон Кан и кивнул подчинённой. – Подождём, пока юридический отдел внесёт данные в документы.

Рин Хо безмолвно вышла из переговорной, вернувшись спустя пять минут. Всё это время присутствующие в переговорной молча разглядывали друг друга.

Первым вручила комплект скреплённых листов начальнику, затем выдала экземпляры документов Джуну и Чон Хо, после чего молча вернулась на своё место рядом с начальником.

- А почему такой низкий процент?

- Ну почему же? - немного откинулся в кресле господин Чон Кан. – Вас, хубэ (обращение к младшему, - прим.), никто не знает, - снисходительный взгляд в сторону Джуна. – Вы никому не известны.

- Но ведь даже самым обычным авторам платят 9%, вы же предлагаете всего 5%?! – тут подал голос Чон Хо, сам увидевший цифры. – И вы за обе предлагает такой низкий процент?

- Вы невнимательно читали, - язвительно ответил Чон Кан. – За каждое произведение по 5%. – А девять мы платим тем, с кем давно работаем, - пояснил свою позицию. - И за произведения на корейском языке. У вас обе песни – на английском. Вы же, хубэ, - обратился он язвительно к Чон Хо, - прекрасно знаете, что песни на английском в Коре не особо популярны.

- Согласен! – кивнул Чон Хо, возвращая язвительную улыбку старшему менеджеру. – Только вот просмотры на AfreecaTV, обсуждения и ссылки на видео на KakaoTalk говорят об обратном.

- Сколько вам лет? – вопрос в пренебрежительном тоне от помощника.

- Возраст имеет какое-то значение при определении процентов? – лениво процедил Джун. – Мне казалось, что когда речь идёт о деньгах, то не стоит поднимать этот вопрос.

Чон Кан скривился, намереваясь надавить на непокорных, своим возрастом и его положением. С учётом корейского менталитета: «Старший всегда прав!». А перед ним парни гораздо моложе его.

Однако вот этот… автор! Одним упоминанием о возрасте показал, что ему наплевать на традиции с употреблением вежливого обращения младшего к старшему. Дорамы и другие произведения делают на этом особый акцент, но в реальной жизни, когда речь идёт о деньгах, то это отходит на второй план.

Тем самым, этот пацан показал, что не стоит его недооценивать. Не прошло! Ну что ж, значит стоит менять стиль общения на деловой, без всяких упоминаний о вежливости по отношению к старшему, а также уйти от разговоров о старшинстве.

Бизнес превыше всего!

- У наших специалистов есть мнение, что эти песни совершенно не для гитары, - выдвинул очередной аргумент Чон Кан. – И требуют основательной обработки на профессиональном оборудовании. И аранжировка займёт какое-то время.

- При исполнении песни «Human» гитара нужна, - неожиданно сказал Джун. – Песня «Stay With Me» - нужно мнение профессионалов, - немного развёл руки, показывая, что не совсем компетентен в этом вопросе.

- Вы же бы в любом случае сделали аранжировку музыки, - вклинился Чон Хо. - Так что ваш аргумент, - он улыбнулся, - так себе.

Спор пошел по новому кругу…

- И всё равно! - начал горячиться старший брат, продолжая спор с заместителем. – Предложенный вами процент слишком низкий. Не забывайте, что Джун не только автор стихов, но и музыки. И я точно знаю, что проценты получают создатель стихов и создатель музыки. Таким образом, каждый получает по 9%, а вы 5% предлагаете за два текста песен и саму музыку. Фактически в два раза уменьшив проценты!

- Повторюсь, - поморщился Чон Кан, понявший, что парни оказались не дураками, раскусив небольшой обман по цифрам. – Вы никому не известны! И мы готовы принять ваши условия: по 5% за стихи и музыку, но не повышать процент до 9.

Раздражённый тем, что его поймали на небольшой уловке, Чон Кан всё сильнее злился, желая поставить сопляка на место. Ему мешал сделать это утренний разговор с исполнительным директором агентства Ким Соном.

- Наш аналитический и «PR» отделы считают, что у песен очень хорошие перспективы, чтобы выйти в топ большинства цифровых музыкальных площадок: «Melon» (музыкальный онлайн-магазин и сервис потоковой передачи музыки, - прим.) и Genie Music (компания, специализирующаяся на звукозаписи и распространении музыкального контента, - прим.). Эти песни за несколько дней вошли в тридцатку самых прослушиваемых. Повторю – всего за несколько дней, считая с выходными! – добавил Ким Сон.

- Мои действия, сонбэним? – решил уточнить Чон Кан, видя, что исполнительный директор испытывает какие-то сомнения.

- Скажем так, - ответил тот. – Если автор или авторы не пойдут на наши условия, то агентство готово пойти навстречу. И увеличить процент отчислений. Но! – добавил он. – В разумных пределах. Вы всё поняли?

- Да, сонбэним, - поклонился Чон Кан…

- Поэтому! – раздался голос Чон Хо, вернувшего помощника в реальность. – Не меньше 30 % за обе песни, - он решил не мелочиться.

- Извините, но это неприемлемо, - отрицательно помотал головой Чон Пак. – Если бы ещё ваш автор был айдол, - холодная улыбка, выражавшая несерьезность сказанного, - то тогда бы ещё можно было о чём-то говорить. Хотя… мог бы стать у нас в агентстве трейни, тогда мы бы ещё подумали. И то, за это потребуется соответствующая оплата.

- А кто вам сказал, что я хочу быть айдолом? Я и трейни-то не хочу быть! - внезапно подал голос Джун. – И кстати, полностью продавать песни… Я в общем-то тоже - не хочу!

Это прозвучало для Чон Кана как гром среди ясного неба.

- Простите? – его расширившиеся глаза и поднятые брови показывали, что он удивлён, раздражён и еле сдерживается от крепких выражений. Его помощница вообще рот приоткрыла от таких известий.

- Я чётко выразил свою позицию, - спокойно заявил Джун, не желая повторяться.

- Извините, что значит не хотите полностью продавать песни?

- Насколько я знаю, - начал Джун. – Я могу продать вам полные права на какой-то срок. Я прав?

Пока они сюда ехали, Джун залез в инфосеть и посмотрел общую информацию по вопросам авторского права и продажи произведений. Удостоверившись в очередной раз, что подобное возможно в Коре. Поэтому озвучил свои желания. Ему показалось, что это принципиальный момент, хотя сделал это больше из чувства противоречия, чем необходимости. Сомнения в собственном авторстве у него присутствовали, но и отдавать агентству всё, лишь потому что они так хотят, - не собирался.

- Простите, но такие условия нас не интересуют, - Чон Кан категорически был против такой постановки вопроса. – Мы хотим приобрести полные права на произведения, без каких-либо временных сроков.

- Это нас не устраивает, - подключился Чон Хо, поняв и приняв позицию Джуна. - Что насчёт продажи прав на срок в четыре года? С правом автора исполнять их самому в течение этого времени.

- Это даже не смешно! - тут же заявил Чон Кан.

Его вообще никакие временные рамки не устраивали, о чём от тут же заявил. Получив в ответ от Чон Хо несогласие с такой позицией агентства.

Спорили до хрипоты – выпив всю воду на столе. Рин Хо предложила чай или кофе на выбор, а потом сходила за кофе для всех и принесла ещё несколько бутылок воды по 0,33 л.

Время шло, а к консенсусу они никак не могли прийти.

Чон Кан понял, что клиенты попались упёртые, а самостоятельно решить вопрос по срокам – это вне рамок его полномочий:

- Простите, но я вынужден покинуть вас на некоторое время, для получения инструкций, - поднялся и вышел из переговорной.

Быстро направившись в кабинет к большому начальству.

- Это нас не очень устраивает, - недовольный взгляд Ким Сона выражал его позицию. – С увеличением процентов я согласен, но вот покупка прав на несколько лет, а не полностью – это неприемлемо.

Чон Кан неожиданно и без уведомления, посетил его кабинет, выглядя очень раздражённым. Изложил позицию автора на идущих переговорах. Заставив Ким Сона задуматься на некоторое время, пока его помощник стоял перед ним:

– Хорошо, скажите им наши условия…

Заметно успокоившийся Чон Кан вернулся из в переговорную спустя пятнадцать минут и заявил, что агентство готово выкупить права на песни на 5 лет. И готово дать право Джуну исполнять их, но без получения за это денежных средств.

Чон Хо посмотрел на Джуна, который спокойно кивнул, решив согласиться с этими условиями, устраивающими его в полной мере.

Соглашение можно было бы считать состоявшимся, но тут же возникли новые разногласия по процентам отчисления «авторских» Джуна…

- Не менее 28 %! - гнул своё Чон Хо.

- Вы, видимо, ещё слишком молоды, - намекнул сотрудник агентства на возраст Чон Хо. – Не понимаете, что и это много! Мы готовы предложить 22 %. Наши затраты будут огромны, а вот доходы будут или нет – этого никто не может сказать.

- Сонбэ, Чон Пак, я читать умею, в инфосети есть информация о доходах вашего агентства и из чего они формируются.

Ещё лет пять назад, агентства и подобные им компании, категорически были против предоставления подобной информации на общественное обозрение. Всячески препятствуя принятию законов об обязательном опубликовании своих доходов и расходов, используя все возможности для этого. Какое-то время им это удавалось, а потом начались «сливы» в инфосеть. Сначала один, потом другой…

Средства массовой информации, а в особенности общественность так насели на агентства, что те были вынуждены подтвердить информацию, а потом начать предоставлять её на регулярной основе.

Только информация по рекламным контрактам продолжала скрываться. И то, «добрые» люди регулярно выкладывали эту информацию в сети.

По сложившейся в Коре практике, авторам произведений платили авторский гонорар (механическое роялти) только с физических продаж альбомов. В среднем он составлял 9% от общей выручки, которая распределяется между теми, у кого есть авторские права: поэты и композиторы. Остальной 91% уходили тем, кто продвигал произведения: агентствам, рекламным и телевизионным компаниям, и сайтам в инфосети, продвигающим произведения.

Спор продолжился ещё минут пятнадцать: один опускался на один процент, а другой, соответственно, – поднимал на тот же процент.

- Двадцать восемь! – настаивал Чон Хо

- Двадцать три! – не уступал Чон Кан.

Краем уха отслеживающий беседу Джун откровенно скучал и от безделья стал рассматривать фотографии на стене.

- Подскажите, а вот эта девушка… - из висящих на стене фотографий Джун выделил одну, с очень знакомой мордашкой и цветом волос.

Это фото группировалось с ещё четырьмя фотографиями молодых и красивых девушек.

- …Это же Чанми, да? Ну её так зовут, - встал и обошёл стол.

- Это айдол Чанми Юн, она «вижуал» к-поп-группы «Genesis», которая принадлежит нашему агентству, - гордо заявила Рина Хо, удивлённая активностью Джуна, но гордо заявившая об успехах собственной компании: – Девушки рядом с ней – это мемберы группы, - поспешно добавила она.

- Да! – кивнул недовольный Чон Кан, озабоченный процессом переговоров, а тут это отвлечение на какие-то фотографии.

В голове у Джуна забрезжила одна идея, которая однозначно может не понравится представителям агентства, но… это будет однозначно забавно. И будет интересно посмотреть на то, как отреагирует эта рыжая зеленоглазка.

- У меня есть ещё одна песня! – неожиданно заявил Джун. – Я готов её продать вам полностью. Только с одним условием. Без обсуждений! Либо вы принимаете это условие, либо – нет.

Третья песня, что понравилась младшему… И ещё вчера, Джун написал текст именно под женский вокал на огрызке бумаги. Предвидение или просто совпадение… но сложилось, да.

Чон Хо и Сон Хо быстро переглянулись, поняв, что Джун хочет предложить. И это сможет повысить их шансы на возможность выбить из агентства более приятные цифры отчислений для него. Хотя младшему эта песня запала в душу и ему было бы жалко, если Джун отдаст её полностью. Но он автор, так что ему решать судьбу этого произведения.

Две песни, активно поднимающихся в топах, это хорошо, но ещё ни о чём не говорит. Сколько было авторов, которые выдавали одну, две песни, а потом всё на этом заканчивалось. Либо писали то, что никому, кроме них, не нравилось.

Чон Кан не подал виду, но внутри него появился натуральный охотничий азарт, как и у его помощницы. За долгое время работы с ней, ему не надо было видеть её лица, чтобы понять это.

Основная проблема для любого агентства — это не исполнители. Их, как раз, полно. А вот с авторами – всегда всё плохо или - очень плохо.

- Какое условие? - у помощника в горле запершило, когда понял, что в куче навоза они, кажется, нашли жемчужину.

- Третья песня будет для неё! – указательный палец Джуна ткнулся в фотографию Чанми.

- В каком смысле? – не удержался Чон Кан.

- В прямом! Две песни я отдам под авторские отчисления… 25%, а вот третью я готов отдать по вашей ставке в 9% за стихи и музыку. Только вот петь её будет только она!

- Что?

- Что?..

Представителя агентства, не сговариваясь, задали один и тот же вопрос, с изумлением от такого заявления и наглости этого пацана.

- У вас с ней отношения? – практически не участвующая в разговоре до этого, Рина Хо не удержалась от вопроса, который мгновенно возник в голове её руководителя.

Чон Пак был возмущён поведение Рины Хо!

Даже если это правда, то она не имеет права озвучивать это при посторонних. Слишком сильно это может отразиться на имидже группы Чанми.

- Рин Хо?! – остальные поморщились от громкого и возмущенного голоса Чон Пака.

- Смотря что, вы, имеете в виду под отношениями, – приподнял уголки губ Джун, что вообще запутало ситуацию.

Оба брата с величайшим изумлением уставились на него. Рин Хо виновато склонила голову вниз, понимая, что произнесла то, что нельзя говорить при посторонних.

Чон Кан был в натуральном бешенстве!

Этот… невоспитанный сын собаки сначала вывел его из себя своим поведением и общением на равных. Так он ещё откуда-то знает Чанми! И не дай Гуаньинь, имеет с ней какие-то отношения.

Чанми – айдол одной из их успешных групп. Только начавшей зарабатывать деньги на рекламных контрактах и концертах. Никто, кроме узкого круга лиц, точно не знал, сколько денег было вложено в группу, а сколько удалось заработать. Де-факто, группа Чанми только вышла на самоокупаемость.

Девочки должны приносить деньги ещё долгие годы!

Любое известие об отношениях Чанми с противоположным полом вызовет резкое уменьшение потока денежных средств от фанатов и рекламодателей. Последним плевать на её действия, но не плевать на общественное мнение и нитизэнов, которые мгновенно начнут хейтерскую компанию в отношение всей к-поп группы. Так ещё могут атаковать остальные группы и артистов агентства.

- У вас отношения? Как вы встретились? Как далеко зашли? – вскочил на ноги взбешённый Чон Кан.

- Воу! – повернул к нему голову Джун. – Не надо так экспрессивно. Всего пару раз виделись. Даже не целовались, - а увидев наливающиеся бешенством глаза заместителя добавил: - Всё встречи были в присутствие её телохранителей. Объятия ведь за отношения ведь не считаются?

- Что? – пискнула Рин Хо.

- Да ты… - просипел Чон Кан.

- Да я пошутил, - поднял перед собой руки Джун в успокаивающем жесте, поняв, что переборщил с упоминанием об обнимашках

И вообще, он же не виноват, что Чанми вечно оказывалась в его объятиях, при каждой их встрече!

– Повторюсь, что все наши встречи были только в присутствии телохранителей, - не собирался Джун рассказывать, что в первый раз она была одна, ну если не считать её похитителей.

- Это точно? – подозрительный взгляд Чон Кана жёг лицо Джуна. – И где, позвольте уточнить?

- Да не важно, - безмятежно махнул рукой Джун. – Я хочу, чтобы эту песню исполняла именно она. Это моё неизменное условие!

- Я… - вздохнув и задержав дыхание, заместитель немного успокоился. -Когда мы можем услышать песню и увидеть текст?

Чан Кану сильно захотелось проверить информацию по поводу встреч Чанми с этим наглецом. Телефон начальника охраны девушки у них был, так что стоило связаться с ним и попытаться выяснить обстоятельства их встреч. Хотя охрана Чанми не особо охотно шла на контакт по поводу встреч Чанми с третьими лицами: безопасность члена семьи Юн на первом месте.

- Текст… - Джун замялся, стыдясь показать помятый клочок бумаги. – Как бы есть, да. Но я могу спеть эту песню прямо сейчас. При наличии гитары, конечно, - добавил он. – Чон Хо, Сон Хо, поможете?

- Но у нас нет инструментов, - смутился Чон Хо, не особо желающих показывать свои таланты. Слишком давно всё это было, а здесь присутствуют настоящие профессионалы, которые могут нелицеприятно выразиться по поводу его голоса и игры на гитаре.

- По дороге сюда, я видел студию звукозаписи, - посмотрел на него Джун, а потом на сотрудников агентства. – Мы же можем ею воспользоваться?

- Я… Эм… - не знал, что сказать Чон Кан. – Мне придётся опять согласовать этот вопрос.

- Да, чуть не забыл, - спохватился Чон Хо. – Надо подписать соглашение с агентством, что исполненная Джуном здесь и сейчас песня – его авторства! И исполняется впервые. Мы настаиваем на этом.

Ему не хотелось столкнуться с тем, что потом будет заявлено, что раз исполнена в агентстве, то песня является собственностью компании. Или особо «продвинутые» записали текст и музыку, а потом выдали за своё.

Вряд ли подобное возможно в этом агентстве, но всё бывает в первый раз. Так что лучше подстраховаться!

- Я услышал, - кивнул Чон Пак. – Разрешите покинуть вас, - и не дожидаясь ответа, быстро вышел из переговорной комнаты.

***********

- Как интересно, - сказал Ли Су Ман, выслушав рассказ Ким Сона, ввалившемуся к нему в кабинет без предупреждения и записи, вместе со своим заместителем Чон Каном. – Ещё одна песня – это хорошо. Только при чём здесь Чанми?

Заместитель исполнительного директора практически бегом добрался до своего руководителя. И это второй раз за короткий промежуток, чем вызвал недоумение, а затем и ощущение надвигающихся проблем.

Выслушав подчинённого о предложении юного дарования, Ким Сон решил перестраховаться и уведомить вышестоящее руководство на более высокий уровень. Такие вопросы он мог решить сам, но вот нездоровый интерес по отношению к айдолу их агентства надо обязательно озвучить. И прихватив подчинённого, направился к владельцу агентства. Бросив вскочившей секретарше, что ему срочно, без стука вломился в кабинет Ли Су Мана.

- И мне это интересно, - сжав зубы, сказал Ким Сон. – Особенно то, где этот парень мог пересечься с нашей девочкой. Его шуточки мне не понравились, - обозначил свою позицию.

- Выяснить! Надо будет, я сам с Чанми поговорю и вытащу из неё все подробности, - приказал Ли Су Ман. – Хм-м, третья песня только для неё… - он задумался на какое-то время. - Когда у нас планировались «сольники» для «Genesis»? – посмотрел на своего друга.

- В лучшем случае через год, и то, если группа вернёт вложенные в них деньги. В худшем – два года, если будет хороший материал: стихи и музыка, - ответил ему Ким Сон.

- Тогда… - хватило одной минуты для размышлений. - Почему бы и… Да! – улыбнулся Ли Су Мин какой-то очень непростой улыбкой. – По соглашению даю согласие. Нам это ничего не будет стоить, зато успокоить парня, - он посмотрел на Чон Кана. - «Сольник», если он того стоит, то я не против, если он будет только для Чанми. Но постарайтесь выбить у автора право на возможность исполнения этого произведения всей группой.

Если парень создал песню на уровне двух первых, то для «Genesis» она совершенно не помешает. Как раз, оба произведения отлично подойдут для одной из мужских к-поп групп их агентства. Надо только подумать, какой из групп они лучше подойдут.

«Genesis» новая песня также необходима. Потому что начался прогнозируемый спад интереса к группе. Пока ещё не критичный, но ожидаемый. Нельзя оставаться на высоком уровне, если у вас нет новых, популярных произведений. Имеющиеся у агентства авторы второй месяц пытаются, что-то выдавить из себя для группы. Но всё, что лично прослушал Ли Су Ман не дотягивало до хитов. В качестве разбавления альбома – да, но не для того, чтобы вернуть высокий уровень заинтересованности публики к группе.

- Понял, сонбэним, - поклонился Чон Кан, покосившись на своего руководителя.

- …Стоп! – неожиданно сказал Ли Су Ман, пристально поглядев на друга. - Проконтролируй процесс переговоров лично. Послушай, что там за песня и принимай сам окончательное решение, если песня действительно того стоит.

- Понял, - кивнул тот. – Пойдём, - это уже Чон Кану…

- Добрый день, меня зовут Ким Сон. Я исполнительный директор этого агентства, - парни немного удивились, когда в переговорную помимо Чон Кана зашёл ещё один мужчина.

Лет на десять старше Чон Кана, одетый не в стандартный чёрный костюм, а в обычные серые брюки и серую «водолазку». На лице поблескивали очки в тонкой оправе. На ногах чёрные туфли, на левой руке небольшой браслет часов с браслетом серебристого цвета.

Несмотря на свой неброский внешний вид, было заметно, как почтительно относятся к нему Чон Кан и Рин Хо!

Джун и братья встали, затем поклонились вновь прибывшему персонажу, оказав ему уважение. И сели обратно, когда пришедший господин уселся рядом с Чон Каном.

- Мы согласны подписать с вами соглашение по новой песне, - исполнительный директор кивнул Чон Кану, который положил перед Джуном, принесённые с собой экземпляры соглашения.

Чон Хо по кивку Джуна взял документы и быстро просмотрел:

- Нам подходит, - прочитав текст соглашения, Чон Хо кивнул Джуну, показав, что его всё устраивает.

Женщина быстро положили перед ними шариковые ручки, после чего Джун подписал соглашение со своей стороны, а Ким Сон – со своей, как исполнительный директор агентства.

- Вы готовы показать нас своё творчество? – пристальный взгляд нового лица на Джуна.

- Да, - кивнул Джун.

- Тогда прошу, - удовлетворительно кивнул Ким Сон, – поднимаясь из кресла, а за ним все остальные, кто присутствовал в переговорной комнате.

- Нам в другую, - идущая впереди всех Рина Хо, проскочила дверь с надписью «звукозаписывающая студия», успев предвосхитить вопросы со стороны гостей агентства.

Провела всех до лифта, вызвала кабину, а потом все вместе спустились на второй этаж, а спустя пару минут прогулки, оказались в студии звукозаписи. Одной из трёх, что находились в агентстве.

- Из меня ещё тот певец, - по дороге успел заявить Сон Хо брату и Джуну. – Я лучше поснимаю на телефон со стороны. Хорошо? – и получил молчаливое согласие.

В большом помещение, заставленного различной звукозаписывающей аппаратурой, оказался сидевший в кресле мужчина лет сорока, с небольшой бородкой и очках. С растрёпанными волосами до плеч, пухловатый и небольшого роста. Одетый в замызганный пиджак неопределённого тёмного цвета и синие драные джинсы.

Явно не собирающийся вставать из кресла, когда зашли молодые парни, но сразу же поднявшегося, когда показалось большое начальство, и молча поклонившегося, а затем усевшегося обратно. Также молча развернувшегося в кресле к здоровенному микшерному пульту с кучей «крутилок», тумблеров и двигающихся стерженьков.

Пульт был расположен напротив большого прозрачного стекла в стенке, отделяющее другое помещение – акустическую кабину, где были видны стойки микрофонов, держатели для нот и разные музыкальные инструменты: барабаны, различные гитары, саксофон и что-то ещё.

Ким Сон уселся в соседнее кресло с мужиком. Чон Кан и его помощница отвесили формальные поклоны, присев на свободных стульях, расположенных вдоль стены напротив стекла.

- Это звукорежиссёр Кон Нам, - бросила парням Рина Хо, не глядя на них.

- Надо прослушать, - коротко сказал Чон Кан.

- Начинающие певцы? – спросил режиссёр, повернув голову к парням, а после кивков Джуна и Чон Хо, кивнул в сторону стекла. – Прошу.

Те переглянулись, а потом Чон Хо первым подошёл к двери, расположенной справа от пульта, открыл её и мотнул головой Джуну, который прошёл за ним в соседнее помещение и плотно закрыл дверь.

- У вас всё готово? – не поворачивая к режиссеру головы, спросил Ким Сон.

- У меня всегда всё готово, - пожал тот плечами.

Вот из-за такого отношения, Чон Кан недолюбливал Кон Нама, который не проявлял должного уважения к старшим и вышестоящим. И совершенно спокойно мог сказать своему собеседнику в глаза любую правду. Не взирая на возраст и положение. Тлетворное влияние западной цивилизации! Звукорежиссёр получил образование в Великобритании и десять лет проработал в Европе и в колониях Северной Америки. Авторитетов для него просто не существовало.

Несмотря на подобное поведение ему очень много прощалось из-за его профессионализма и опыта!

- Найди Чанми и пригласи сюда, - неожиданно сказал Ким Сон, повернул голову к Рине Хо, но даже не посмотрел на неё. – Немедленно!

Чон Кан резко кивнул, подтверждая приказ руководителя, когда подчинённая посмотрела на него. И Рина Хо выскользнула из студии, выхватив телефон и ища девчонку в «контактах».

- Снимайте только своих друзей, - грозно сказал Чон Кан, вытавщему телефон Сон Хо, собиравшемуся снять процесс записи.

Глава 7

Звукозаписывающая студия «SM Entertainment»

- Привет симпатичная!

- Что? Ты что тут делаешь?..

Специально оборудованное кафе на четвертом этаже именно для айдолов и части трейни, не могло порадовать изысканными блюдами для вечно сидящих на диетах. Никаких калорийных блюд. Снеки, чипсы и прочий фаст-фуд – отсутствовали в принципе.

Перерыв после двух часов занятий вокалом Чанми использовала для того, чтобы подняться на лифте с первого этажа и перекусить. Купила и тут же съела два обезжиренных йогурта, запив двумя стаканами теплой воды из «кулера». Специально, чтобы смочить натруженные голосовые связки. Холодная вода была под категорическим запретом! Девочки из её группы отказались пойти с ней, получив от двух стафов контейнеры с едой. Предложили Чанми, но она отказалась, решив немного прогуляться и развеяться.

Людей в кафе было не особо много. И не удивительно, ведь руководство агентство разрешало посещать его ограниченному кругу лиц по постоянно обновляемому списку. Айдолы априори могли воспользоваться услугами кафе, а трейни получали сюда доступ в качестве поощрения. Остальные начинающие артисты и обслуживающий персонал не имели права здесь обслуживаться. Используя два пункта питания на самых задворках здания на втором и третьем этажах.

Вздохнув из-за ложной сытости от заполненного низкокалорийной пищей желудка, Чанми направилась в сторону лифта.

- Чанми, где ты ходишь, тебя все ищут. Исполнительный директор агентства лично тебя ждёт!

Девушка обалдела, когда из открывшихся дверей лифта на неё выскочили запыхавшиеся Мина Квон и возмущённая Рина Хо, выдавшая фразу про директора.

– Еле нашли, - выдавила из себя недовольная Мина. - Почему не отвечаешь на звонки?

Рина Хо не смогла дозвониться до Чанми - та не брала трубку. Так что пришлось звонить Мине Квон.

Не прошло двух минут, как обе женщины встретились в лифте, а потом стали бегать по этажам, разыскивая несносную девчонку, которая, так и не отвечала по телефону.

- Простите, простите меня, - стала кланяться Чанми. – Я забыла телефон в зале для занятий вокалом.

- Немедленно на второй этаж к Кон Наму, - выпалила разозлённая Мина Квон. И было от чего!

Чанми, идиотка, забыла телефон, а кричать на неё Мина себе не могла позволить. Понимая, что орать на представительницу чеболя – чревато проблемами.

- Добрый день! Простите, сонбэним. Простите, - спустившись на второй этаж на лифте, троица бегом добралась до студии.

Заскочив в помещение, Чанми стала извиняться перед беспристрастным Ким Соном, облагодетельствовавшего её кивком, и звукорежиссёром, а также Чон Паком. Она даже не посмотрела, кто за стеклом и не особо обратила внимание на молодого парня с телефоном в руках.

- Привет, симпатичная! – микрофоны в студии донесли слова Джуна до всех, кто был в комнате. И он ещё фривольно помахал ей правой рукой.

- Что? Ты что тут делаешь? – поворот головы и девушка увидела того, кого здесь никак не представляла увидеть в принципе.

Приоткрытый рот и широко раскрытые глаза говорили о её сильнейшем удивление, когда она увидела в студии звукозаписи Джуна, который улыбаясь смотрел на неё!

- Уважаемая агасси, Чанми, - раздался голос Ким Сона. – Потом всё выясните, а сейчас мы здесь не за этим.

- Простите сонбэним, - пришла в себя девушка, понимая, что её вопросы сейчас неуместны: не здесь и не при сотрудниках агентства.

- Я спою одну песню, а ты мне скажешь, нравится она тебе или нет, - улыбнулся этот наглец из-за стекла, а потом ещё подмигнул.

«Ах ты, кесэкки!» (придурок, - прим.), - гнев просто разрывал Чанми, которой очень захотелось взять чего-нибудь тяжелое и бросить прямо через стекло в этого наглеца и хама.

Пока девушка справлялась с приступом злости, Джун и Чон Хо, ещё до её прихода, не сговариваясь вцепились в находящиеся здесь же гитары фирмы «Fender» с удовольствием пробуя инструменты. Здесь же были не менее знаменитые производители, но на них не обратили внимания. И успели сделать пару проигрышей, когда в студию ворвались запыхавшиеся женщины.

Благо, Чон Хо подобрал аккорды и несколько раз репетировал исполнение третьей песни. Так что у них всё должно было получиться.

Сон Хо с восторгом уставился на прибежавшую в сопровождении двух женщин Чанми. Он узнал её, а потому вдвойне удивился, когда Джун достаточно просто обратился к приоткрывшей рот девушке.

Мина Квон и Ким Сон очень подозрительно уставились на Чанми, узнавшей молодого наглеца, показав это при всех. И его фамильярное обращение к ней, без уважительных обращений

Обоим сильно захотелось поставить на месте наглеца, который обращался к Чанми подобным образом, но присутствие молчавшего Ким Сона, никак не отреагировавшего на подобное отношение к девушке, заставило их промолчать.

Чанми непроизвольно сглотнула…

У неё так много вопросов к этому наглецу, но задавать их сейчас – не время и не место. Взгляды женщин и Чон Кана, направленные на неё, говорили о многом. Взгляд Ким Сона, направленный на молодых парней, но не на девушку, говорил о ещё большем.

Вопросов у всех присутствующих к ней ещё больше. И они потребуют ответы на них. Вывернут её наизнанку, чтобы узнать, откуда она и Джун знают друг друга, а также при каких обстоятельствах они познакомились.

Чанми могла показать свои зубки – девушки, родившейся с золотой ложкой во рту, но её хорошо воспитали родители. И ругаться с представителями руководства агентства было бы для неё чреватым.

Просто могли вежливо и со всем почтением к ней и её семье, попросить на выход, несмотря на успешность группы. Второго шанса стать айдолом ей бы никто не дал. И даже дед бы не пошёл на такое.

- Я это… - девушка попыталась предвосхитить поток вопросов, но тут раздался голос молодого наглеца:

- Мы можем начать, - взгляд Джуна поймал глаза Чанми.

- Давно пора, - проворчал Кон Нам, получив возмущённый взгляд от помощника исполнительного директора. – Работы полно, а тут ещё вы, - его пальцы легли на огромный, студийный микшерный пульт и начали порхать, как пальцы музыканта по клавишам пианино: – Начали!

- Эта песня называется «Если это Ты…» - сказал Джун, любовно притронувшись руками к струнам гитары:

«왜 너에겐 그렇게 어려운지

애를 쓰는 나를 제대로 봐주는 게

너 하나에 이토록

아플 수 있음에놀라곤 해»

«Почему тебе так сложно заметить

Мои попытки, сблизиться с тобой

Я не знал, что могу так сильно страдать

Из-за тебя. Все мои дни превратились в борьбу»

https://rutube.ru/video/b6e67cf91b47092cdbec6d96e70b24f9/

(Jung Seung Hwan - If It Is You)

Медленная и тягучая мелодия с первых аккордов раздалась из динамиков в студии режиссёра, обволакивая присутствующих своей притягательностью.

Первый же куплет заставил затрепетать женские сердца, но две из них, постарались не подавать виду, что их затронула эта песня.

Чанми не заметила, как пальцы сжались в кулачки, а руки прижались к груди. Её взгляд не отрывался от Джуна, поющего о девушке, влюблённой в парня, который совершенно не отвечает ей взаимностью. Низкий голос, текст – всё это мгновенно вызвало у женской части зрителей увеличение влажности в глазах.

Развалившийся в кресле Ким Сон внешне был абсолютно спокоен, но внутри мгновенно подобрался и внимательно вслушивался в текст песни, прислушиваясь к мелодии со всё возрастающим профессиональным интересом.

«Над этим ещё работать и работать», - заключил исполнительный директор: «Но потенциал…» - внутреннее чутью буквально вопило о том, что это надо брать за любые деньги. Это произведение однозначно будет хитом. Аранжировка музыки, профессиональная работа музыкантов и звукорежиссера сделает из этой песни шедевр.

У звукорежиссёра Кин Нама на лице отобразилась заинтересованность, при этом он не забывал «творить» на своём пульте, сдвигая регуляторы эквалайзера и фейдера. Выбирая наилучшее звучание музыки по его мнению.

Низкий, но сильный голос Джуна оказывал влияние на зрителей, кое у кого вызывая внутренний трепет, а кое у кого - мурашки по коже. Голос Чон Хо на заднем фоне поддерживал и подчёркивал голос Джуна.

Наконец последний куплет и воцарилась тишина…

- Мне нравится, но! Не формат, – выдал своё профессиональное мнение Ким Сон.

- Соглашусь с вами, - сказал Чон Кан, поклонившись.

- А-а… - хотела спросить Рина Хо, но получила тычок локтем в бок от Мины Квон, понявшей сразу, что имели ввиду большие начальники.

- Как думаете? – спросил исполнительный директор у звукорежиссёра.

- Стихи и мелодия – хорошие, - спокойно ответил тот.

Это было верх похвалы от это желчного, циничного человека. Помимо своего профессионализма, обладавшего исключительным чутьём на возможную популярность того или иного музыкального произведения.

И он очень редко ошибался!

- Ну как тебе? – из-за стекла подмигнул улыбающийся Джун, не сводящий глаз с замершей Чанми.

- Холь, - прошептали её губы. – Я…

- Давай вдвоём споём? – это предложение ещё больше выбило девушку из себя.

- Но я… - она хотела, дико хотела спеть именно эту песню…

Она посмотрела на исполнительного директора, его заместителя и обеих женщин. Ожидая решения по внезапному предложению от Джуна. Не решаясь сама попросить об этом.

- Иди! – Мина Квон увидела еле видимый кивок от Ким Сона и пихнула локтем в бок Чанми.

- А текст? – испуганно спохватилась Чанми, вошедшая к двум улыбающимся ребятам в студию.

- Есть у меня. Только ты этого… - Джун смутился, но потом вытащил из кармана «худи» сложенный лист бумаги.

- Шибаль! – выдохнул Чон Хо, увидев этот помятый и замызганный клочок бумаги.

- Ну не было другого, - пожал плечами Джун, прекрасно поняв обвинительный взгляд старшего брата.

- Ничего, мне нормально, - заявила Чанми, выхватив из пальцев парня листок и жадно впиваясь взглядом в текст.

- Вообще, поёт парень, но я исправил текст для девушки, - палец Джуна ткнул в текст.

- Всё вместе поём? – спросила девушка,

- Тебе решать, - пожал плечами Джун. – Я могу спеть первый куплет, ты – второй. Затем опять я, потом – ты. А последний…

- …Вместе, - перебила Чанми парня, посмотрев на него искрящимися глазами и тут же смутилась.

- Ты покраснела, - улыбнулся Джун.

- Что? – она повернулась к нему полностью.

- Ничего! – хмыкнул Джун. – Последний куплет поём вместе.

Лицо у смущённой и взволнованной Чанми «вспыхнуло» ещё больше, и стараясь не смотреть на улыбающегося Джуна, она подрагивающими пальцами вставила листок в зажим на стойке для текста, а потом быстро одела специальные наушники на голову, не заботясь о своей прическе.

- Я тогда там подожду, - всё понявший Чон Хо, вышел из комнаты, присоединившись к зрителям за стеклом.

- Начинаем? – посмотрев на Джуна, Чанми кивнула, а потом перевела взгляд на текст. – Ну тогда поехали, - пальцы коснулись струн и полилась музыка.

Он спел первый куплет, а потом Чанми подхватила и стала петь следующий… Менялись куплёта, а музыка про любовь девушки к парню, совершенно её не замечающего, всё длилась и длилась.

Голос Джуна, текст и сама музыка – они завораживали Чанми!

Внутри поднималась горячая волна, генерирующаяся в районе «солнечного сплетения» и расходящаяся во все стороны по телу. И обжигающая нервные окончания.

И… начавшаяся вибрация, из-за волн низкой частоты, свободно проникающих сквозь окружающие препятствия в виде стен и стекла, расходясь в радиусе нескольких метров.

Чанми даже не замечала, что ещё в середине песни по её лицу потекли слёзы, а она продолжала петь, не обращая внимание ни на что. Она неосознанно повернула голову к Джуну, не отрывая от него взгляда.

Эта песня добиралась до самых отдалённых уголков её души. Слишком много в тексте было печали и настоящего страдания, которое сжигало душу и разрывало сердце… Заставляя дрожать каждую частичку её тела.

- Что за?.. – звукорежиссер Кин Нам, чутким слухом уловил непонятный звук, а потом заметил, что стекло, разделяющее помещения мелко и еле видимо задрожало.

Положив полностью ладони на микшерный пульт, он ощутил дрожь сотрясающую тяжелую махину, весом за сотню килограмм.

- Шибаль! – о таком он слышал, но никогда в живую не видел, когда голос человека начинает вызывать подобное явление, грозящее разрушением окружающих предметов.

**********

- Если такое споёт парень, то у нас в концертном зале заплещется Желтое море, - сказал Ли Су Ман, закончив просмотр запись из студии, намекая на возможный потоп из женских слёз.

- А исполнитель будет покрыт женскими трусиками, - хохотнул Ким Сон, присутствовавший в кабинете друга и начальника.

Дурацкая манера фанаток в Коре бросаться нижним бельем в своих кумиров, медленно, но верно просачивалась в их страну с Запада.

Идущее с Запада было не принято критиковать, но негласное и тихое неодобрение подобных выходок фанаток высказывалось в инфосети на уровне «белого шума».

- Значит только Чанми! - повернулся от экрана телевизор Ли Су Ман к своему другу.

- Категорически! – ответил ему Ким Сон. – Или так, или он не отдаст нам песню… - при этом вспоминая о том, что происходило дальше в звукозаписывающей студии.

**********

Оказалось, что Джун категорически не выносит женских слёз!

При втором исполнение песни, он увидел хрусталики слез, что текли по лицу девушки. И он категорически отказался исполнять произведение в третий раз, несмотря на её просьбы. Поставил гитару на специальную подставку, а потом покинул акустическую комнату:

- Подписываем договор на моих условиях? – посмотрел на Ким Сона, переведшего взгляд на звукорежиссёра.

- Да, - коротко ответил исполнительный директор Джуну, после короткого и энергичного кивка от Кин Нама.

Всё в той же переговорной, в договор были внесены 15% отчислений за каждую из двух песен. С получением авторских прав агентством, сроком на 5 лет. И правом исполнения их Джуном без получения за это денежных средств.

Ким Сон не был бы исполнительным директором, если бы не попытался продавить лучшие условия для агентства. Желая получить третью песню на тех же условиях, что и первые две. Наконец, предложил самую большую ставку в 18 %, но возможностью использования песни агентством по своему усмотрению.

Чанми была заинтригована, когда её Ким Сон также пригласил для заключения договора, не совсем понимая, зачем всё это.

Тем более, что она сильно волновалась из-за происходящего. Джун спас её, затем вторая неожиданная встреча, а теперь оказывается, что он пишет стихи и музыку!

Тогда, когда он пел две песни на улице, она никак не могла подумать, что они написаны именно им… А теперь вот эта, третья песня, которая так запала ей в душу.

- Что? – она была так погружена в себя, что не сразу отобразила то, что сказал Джун.

- Пусть будет 10 % отчислений за эту песню. И права на 6 лет, но эту песню будет исполнять только она, - совсем невежливо ткнул в Чанми пальцем, которая задёргалась из-за подобного предложения.

Во-первых, на такие переговоры исполнителей, если они не сами написали произведение, просто никогда не приглашают.

Во-вторых, мало того, что этот наглец ткнул в неё пальцем, так ещё поставил условие, что это произведение будет исполнять только она?!

«Ах ты, мичинном! (придурок, - прим.) Хочешь умереть?», - ей очень хотелось сказать это в слух, но в переговорной было много полно людей, в том числе Ким Сон.

И, в-третьих, не надо обладать большим интеллектом: все присутствующие сделают однозначный вывод, что парень испытывает к ней какие-то чувства.

С самым параноидальным умозаключением по этому выводу!..

**********

Ким Сон посмотрел на друга и выдал ещё одну фразу:

- У меня возникло ощущение, что его не сильно волновали проценты, а именно то, что песню должна исполнять только Чанми. Лишь её благоразумие позволило получить лучшие условия, чем ставил этот Джун, - припоминая разговор с Чанми в переговорной:

- Ты тоже настаиваешь, что это произведение будешь исполнять только ты? – вкрадчиво спросил Ким Сон у девушки.

- Нет, нет, сонбэнним, я могу петь эту песню с группой, - Чанми ещё долго работать с девчонками: и кем она будет, если будет исполнять эту песню одна.

Она с громадной просьбой в глазах, посмотрела на взглянувшего на неё Джуна, настаивающего на своём требование.

- Hozyin – barin! – он развёл руками.

- Что? – вопрос от Ким Сона.

- Что? – не поняла Чанми.

- Я говорю, что раз она так хочет, то почему бы и нет, - не стал ничего объяснять Джун. – Но она тогда будет главной или как там у вас, когда эту песню будет исполнять вместе со своими подругами.

- Солисткой, - вырвалось у Чанми.

- Во-во, - кивнул Джун.

- Отлично, - потёр радостно руки Ким Сон. – Тогда подпишем договор?

И тут же пригласил всех пройти в переговорную комнату для оформления документов. На подготовку договора ушло совсем немного времени. И спустя несколько минут, как Рин Хо принесла экземпляры договора для всех заинтересованных лиц, договор был подписан.

Ким Сон поблагодарил за сотрудничество, затем попрощался и вышел из переговорной. Ребята вышли за ним сразу же, как обговорили с Чон Кану пару моментов.

- Наглец! И невоспитанный наглец, - не удержалась менеджер Рин Хо, – Простите, сонбэним, - она тут же склонилась в поклоне увидев многозначительный взгляд своего начальника.

- Хён, ты, бы больше делала, а меньше - говорила, - напомнил он ей о её статусе. – Наглец, но талантливый. Поэтому и… - он помолчал. – Ладно, увидим, что там будет с его песнями.

**********

Джун и его сопровождение ушли, а Ким Сон и Ли Су Ман продолжали обсуждать проведённые переговоры, подписанные документы и самих парней.

- Знаешь, что, - сказал Ли Су Ман. – Узнай, кто эти парни. Очень хорошо узнай. Очень странно, что этот парень появился ниоткуда. Никто о нём не знал, пока не вышли эти видео с его выступлением.

- Может недавно начал писать? – задал пробный вопрос Ким Сон.

- Всё может быть в этом мире. Но слишком неожиданно. Почему он появился сейчас? Почему его никто не знает?

- Про братьев наше СБ кое-что уже нашла в инфосети. А вот этот Джун, - хмыкнул Ким Сон. – У него нет аккаунтов! Ни на одной из популярных платформ.

- В наше время молодой человек и без аккаунтов в инфосети? – приподнятая левая бровь Ли Су Мана показывала его сильное удивление.

- Когда я спросил его по этому поводу, то было хорошо видно, что парень не очень желает говорить на эту тему. И он заявил, что у него нет и не будет аккаунтов. Они ему не нужны, - ответил Ким Сон. – На наши разумные доводы, что уж ему-то, как автору, это просто жизненно необходимо, заявил, что ему это неинтересно.

- Он. Очень. Странный! – выделил каждое слово Ли Су Ман.

- Установим где они живут. Соберём другую информацию, - продолжил разговор Ким Сон. – Кстати… - он сделал загадочную паузу.

- Да давай уже! – поморщился Ли Су Ман, зная, что этот нахал любить придерживать информацию, создавая интригу.

Тот нажал на экран планшета пальцем и на экране телевизоре появилось изображение с видеокамеры, расположенной в коридоре рядом с переговорной. Время в левом углу показывало, что это запись была сделана в то время, когда переговоры с Джуном заканчивались.

**********

Чанми на подписание договора не пригласили. Она самостоятельно добралась до переговорной и ожидала в коридоре, когда выйдет Джун. Поклонившись вышедшему Ким Сону, который ну очень выразительно поглядел на неё, но ничего не сказал и ушёл в сторону лифтов.

- Почему? – Джуну показалось, что Чанми на него сейчас натурально напрыгнет, так что он сделал полушаг назад.

- Воу, - он даже руки выставил вперёд. - А почему нет? – не ожидала она вопроса на вопрос. – Ждала именно меня? - улыбнулся он.

- Пошли, пошли, - старший брат подхватил любопытного Сон Хо за руку и потащил к лифтам, пока Джун решал свои вопросы с айдолом.

- Ты что несёшь? – девушка грозно посмотрела на парня.

- … Уже успела соскучиться? – перебил девушку парень.

- Шибаль! – прошипела Чанми себе под нос. – Прекрати!

Время уходило, ещё повезло, что кроме парней из переговорной никто не выходил. Никто не должен был из агентства увидеть её с Джуном. А этот… ещё издевается над ней, вместо объяснений.

- Бесишь! – девушка набрала воздуха в грудь, еле сдерживаясь от ругательств. - Так почему я? И почему именно в этом агентстве?

- А почему – нет?

- Э-э, ты псих? – девушка не знала, как себя вести.

- Симпатичная песенка, для симпатичной, - он явно над ней издевался.

- Р-р-р, - буквально зарычала Чанми.

- Ух ты, а мурлыкать умеешь? А ушками двигать? Хвостиком? Нет? - мгновенно уклонившись от затрещины от взбешённой девушки, добавил. - Ладно, ладно, - поднял руки. – О, кто-то идёт, - взгляд парня был устремлён за спину девушки.

Взбешённая Чанми замерла, намереваясь влепить вторую затрещину и испуганно оглянулась.

- Ха-ха! – рассмеялся Джун. – А представляешь, завтра бы по всей инфосети: «Известный айдол, избивает своего поклонника!»

- Пабоя! (Дурак! – прим.), - крылья носа Чанми раздувались от ярости.

- Я тебя тоже люблю!

- Аищи! – её глаза вспыхнули от гнева. – Ты что несёшь? Жить надоело? – злость чуть не полилась у неё из ушей.

Джун имел в виду именно «нравишься», но почему-то использовал не совсем правильное обращение: саранг-хе (любовь, - прим.). Вместе слова чуаэё (ты мне нравишься, - прим.).

- А теперь ты красивой стала, - заявил наглец. - Тебе идёт быть злой.

Внутренне испугавшийся из-за того, что ляпнул по своей дурости.

- Тебя… Тебя… Утопят в реке Хан. Ноги переломают!

- Какая страшная! - он стал опасливо отодвигаться от неё подальше, а девушка стала наступать на него.

- Да ты…Ты!.. – потрясая сжатыми кулачками, Чанми шла в его сторону, а он пятился от неё спиной вперёд.

- Здрасьте ещё раз, сонбэним Ким Сон, - вдруг сказал он, в очередной раз посмотрев за спину девушки.

«Омоне!» - девушке только этого не хватало, что целый исполнительный директор увидел её в таком состоянии и близости от этого придурка.

Чанми прыжком развернулась в сторону двери, готовясь сделать почтительный поклон. И постараться сделать вид, что ничего такого здесь не происходило. Из-за чего её затянутые в «хвост» волосы резко мотнулись.

- О, и хвостик есть, да! – прозвучало у неё за спиной.

Конечно, никакого исполнительного директора за спиной у неё не оказалось. И она прыжком развернулась на месте, готовая избить эту наглую рожу!

Джуну этого времени хватило с избытком, чтобы одним прыжком оказаться от разъярённой девушки метрах в шести дальше по коридору. Помахать от лифта ей ручкой и заскочить в него, где его ожидали братья, успевшие вызвать лифт.

**********

- Как интересно! – Ли Су Ман потёр пальцами морщину на лбу. - Так он ещё и Практик? – обратился к Ким Сону.

- Этот вопрос не поднимался, - предвосхитил его вопрос исполнительный директор. – Да и не сильно похож.

- Значит не особо высокий ранг, - заключил Ли Су Ман. - Всё интересней становится. Вызови сюда Мину и Чанми.

- Они ожидают у секретаря, - исполнительный директор имел исключительное чутьё – предвосхищать и предугадывать желания руководства. И это особо ценилось Ли Су Маном.

Он ухмыльнулся про себя, смотря на то, как Ким Сон выходит из кабинета, а потом возвращается с девушками. Указал им на стулья за т-образным столом, а сам уселся напротив них:

- Рассказывай давай! – строгим голосом сказал Ким Сон, выразительно глядя на Чанми. – Где вы с ним встретились? И какой у него ранг?

Девушка прекрасно поняла, что говорить придётся в любом случае, но всё говорить она тоже не могла:

- Встречались два раза. Каждый раз случайно. И в присутствие моих телохранителей и других лиц, - добавила она поспешна, увидев, как сузились глаза у хозяина агентства и исполнительного директора. – Больше ничего сказать не могу. Дед запретил!

Ли Су Ман поморщился, понимая, что в этом случае вытянуть информацию из девчонки вряд ли получится. Её дед – это серьезно! Давить на неё чревато разными неприятными последствиями. Он сам далеко не бедный и влиятельный человек, но биться с чеболем – это не очень разумно.

В лучшем случае – никто не победит. Но потери в финансовом и репетиционном плане для обеих сторон будут очень значительными: Пиррова победа!

- Кто тебя с ним видел? Есть фото или видео? – вцепилась в Чанми Мина Квон, под ободряющим взглядом своего дяди.

Она сразу поняла, что дело не чисто, когда этот совершенно неизвестный парень предложил песню Чанми. И поведение этой дрянной девчонки прекрасно дало понять, что они знают друг друга. Она была просто в бешенстве. Репутация Чанми грозила в любой момент рухнуть. Фанаты с цепи сорвутся, если узнают, что у неё отношения!

- Охрана и… - девушка замялась, - другие люди, но они точно ничего про меня не расскажут. Всё видео и фото изъяты.

- Где гарантия, что изъято всё? – взгляд Ким Сона буравил Чанми.

- Такой гарантии нет, - она склонила голову. – Но ничего в инфосети с того момента не появилась, - робко добавила она.

- Ладно, с этим пусть наши люди разбираются, - сказал Ли Су Ман. – Дальше! – потребовал он от девушки.

- Дальше? – она немного потерялась из-за недружественной атмосферы в кабинете.

- Ранг! – закатил глаза от глупости этой девчонки Ли Су Ман.

- А-а, - дошло до неё. – Насколько я знаю, у него ранг Мастера.

- Напомни про свой! – сказал Ким Сон.

- Адепт! – вздохнула Чанми, не очень любящая говорить об этом.

Сам хозяин агентства был обычным человеком, как и его друг и подчинённый. Абсолютно комфортно чувствуя себя без всяких там, сверхспособностей. В службе безопасности агентства имелись Практики ранга Мастер. И этого Ли Су Ман считал совершенно достаточным, а если понадобиться, то и Учителей наймут. Сейчас это напрасная трата денег.

- Шибаль! – не удержался Ли Су Ман. – Ты что-нибудь понимаешь? – это было Ким Сону.

- Ха-ха-ха! – рассмеялся тот. – Смешно, когда Мастер убегает от Адепта.

- Ну а что, он бы её бить стал? – недоуменно посмотрел на него Ли Су Ман. – Не времена Чосон в Коре.

- А почему ты уверена, что он именно Мастер? – решил уточнить Ким Сон. – Это он тебе сказал?

- Сама видела, как он нескольких Практиков за несколько секунд вывел из строя, - вспомнила Чанми своё похищение, а потом избиение людей Ана.

Ли Су Ман и Ким Сон переглянулись, прекрасно понимая друг друга и без слов. Ну избил и что тут собственно?

- Ну и что… - начал Ким Сон.

- …А потом одного Мастера вывел из строя. Второму набил лицо, – перебила его девушка, не став уточнять, что это были её личные телохранители. – И добил бы, если бы… - сказала она тихо, но не стала продолжать.

Оборванные фразы деда и отца, бабушки с матерью дали девушке много информации для размышлений. И то, что парень Мастер – также несколько раз слышала.

Ли Су Ман отправил Чанми из кабинета, а потом посмотрел на Ким Сона и племянницу:

- Он!

- Очень!

- Странный!

Начал Ли Су Ман, продолжил Ким Сон, а закончила Мина.

- Отменяешь приказ по поводу сбора информации? – решил уточнить Ким Сон.

- Нет! – повёл головой из стороны в сторону Ли Су Ман. – Только очень осторожно. Сам понимаешь. У нас есть кому остановить буйных посетителей, но…

- Но лучше быть осторожными, - понятливо кивнул Ким Сон.

- Ты всё правильно понял, - тонкая улыбка посетила губы Ли Су Мана. – Взбешённый Мастер на территории агентства нам точно не нужен!

- Это плохо повлияет на репутацию агентства, - добавила свою лепту племянница, переглянувшись с дядей.

- Я понял, Ли Су, - встал из кресла Ким Сон.

***********

Сеул. Офис компании GS Engineering & Construction, район Гангсо, неподалеку от международного аэропорта Кимпхо

- Каковы результаты поисков ублюдка, что забрал наши деньги, Ватари?

- Прошу прощения, хённим, - поклонился подчинённый. – Поиски ведутся нашими людьми, но результатов – нет. Простите, - ещё один поклон.

Босс срочно вызвал Ватари, без объяснения причин.

- Долго. Очень долго, Ватари, - встал с кресла Сато Танако и подошёл к окну. Разглядывая самолёт, полого взлетающего с аэродрома, направляющегося в очередной рейс в Токио.

- Простите, - очередной поклон.

- Мне не нравиться, что сейчас в Добонге у нас хранится товар и там же появляется неизвестный, что ограбил нас на приличную сумму, - поворот головы к Ватари.

- Да, хённим.

- Что с товаром и нашей гостьей? - выделил последнее слово Сато.

- Я отправил туда Инхоля, - ответил Ватари, показав, что серьёзно относится к поставленной задаче.

Инхоль был Практиком в ранге Адепта и одним из самых доверенных его людей, не считая его телохранителей, которые всегда были при нём.

- Груз в полном порядке, - продолжил Ватари. – Его количество соответствует вывезённому из портов.

- Сколько человек охраняют «товар»?

- Первую поставку части «груза» сопровождали и остались охранять четыре человека. При последней перевозке я добавил ещё четырех человека. Все Практики - Адепты.

- Это хорошо, - задумчиво сказал Сато, отойдя от окна и усаживаясь в кресло. – Что-то не так, Ватари. Что-то не так…

Подчинённый внимательно смотрел и слушал босса, прекрасно знающий о его «шестом чувстве», которое не раз спасало от больших проблем. Если Сато испытывает тревогу, то к этому надо относиться серьёзно!

Наркотики для их организации являлись делеко не основным источником дохода. Им было далеко до «Золотого Треугольника» или колумбийских, венесуэльских кланов, зарабатывающих гигантские деньги на продаже наркотиков. Но кто же в здравом уме откажется от лишних денег.

С учётом жесточайшей политики государства в отношении продажи наркотиков в Коре: пожизненные сроки и смертная казнь, корейские преступные сообщества не особо охотно занимались их распространением. «Янгыни» эта незаконная деятельность приносило не более 20 % от остальных доходов.

Несколько грузовых терминалов в портах Пусана и Ульсана принадлежали им, через подставных лиц, и там же были сосредоточены основные склады для поступающего со всего мира «товара». И более 90% кокаина, героина и синтетических наркотиков отправлялись в соседние страны.

Полиция Коре и Синая отследили и перехватили несколько поставок, из-за чего очередные поставки были приостановлены. И на складах скопилось «товара» на 20 млрд. вон.

Неделю назад один из подкупленных, высокопоставленных чиновников полиции сообщил, что среди членов «Янгыни» нашёлся «стукач», который «слил» информацию о складах и количестве товара в Сеульскую прокуратуру.

Сеульский прокурор не стал ставить в известность об этом прокуроров Ульсана и Пусана, намереваясь взять преступников на «горячем» и изъять кокаин на такую сумму самостоятельно. И получить популярность на этом деле, намереваясь через пару лет уйти в политику.

Сложившаяся и негласная традиция, а также политеческая система Коре за последние двадцать лет «выносила» в высшие политические эшелоны государства именно «выходцев» из прокуратуры.

Сеульский прокурор был серьёзно настроен, да и не особо скрывал, что планирует свою дальнейшую карьеру в политике, вплоть до получения желанной должности - Президента Коре. Не в ближайшие лет десять, но с серьёзным желанием стать им по окончанию этого временного периода. Для этого собираясь, набрать политические очки общественного мнения за установленный им для себя срок.

Из-за этого следственная группа прокурорских работников по прямому указанию прокурора Сеула действовала в режиме особой секретности, без уведомления прокуратур, полиции Пусана и Ульсана.

Подобное не было официально запрещено, но изредка приводило к тому, что случались недопонимания и прямые столкновения между разными правоохранительными структурами.

Общественность сильно раздражало, когда становилось известно, что это случалось из-за политических амбиций различных высокопоставленных сотрудников прокуратуры.

Порочная практика, а также предатели в стройных рядах прокурорских работников позволили криминальным элементам из «Янгыни» вывезти весь «товар» с грузовых терминалов. Раскидав его за несколько дней по разным складам и точкам, куда только возможно.