Корень панацеи

Пролог. Анна

Анна бежала вниз, не разбирая дороги. Глаза слезились – то ли от едкого дыма, то ли ее разум отказывался принимать увиденное, и запоздалые эмоции рвались наружу вместе со слезами. Она не знала, да и не задумывалась – просто бежала. Одной рукой она инстинктивно прикрывала холщовой сумкой живот, защищая неродившегося ребенка, другую держала перед собой, чтобы ветки деревьев не хлестали ее по лицу.

Один раз она упала. Споткнулась о корень – не удержалась на ногах и покатилась вниз со склона. Вскочила сразу же насколько позволяли силы. Затравленно огляделась. Ощупала живот, поправила лямку, прислушалась к ощущениям.

Волосы лезли в глаза, одежда была опалена в нескольких местах, а ноги покрывали ожоги, но Анна не замечала этого. Перед глазами все еще стояло удивленно-испуганное лицо Рейни и вонзившийся ему в горло нож.

Крики других членов группы все еще звучали у нее в ушах. Боль, перемешанная со страхом гнала ее все дальше от бойни, где погибли все, с кем она жила и работала много лет. А еще – страх за ребенка. Только благодаря ему, она была все еще на ногах.

Анна вытерла рукой глаза от лишней влаги, размазав грязь по лицу. Вдалеке раздался треск ветки, и Анна дернулась в сторону прочь от того места. Нельзя останавливаться! Не сейчас. Бежать, бежать, как можно дальше.

Лес становился все чаще, свет уже с трудом проникал через синеватые кроны деревьев, да и склон, по которому она бежала, становился более пологим.

Услышав голоса, она остановилась не сразу. Схватилась за дерево, прислонилась к нему, стараясь отдышаться.

Голоса слышались не позади нее, а оттуда, куда она направлялась. Неужели они опередили ее? Неужели нашли? Это конец…

Она устало опустилась на землю, не замечая, как шершавая кора царапает кожу на ее лице.

– Ашле! Што шлучилошь? – услышала она знакомый голос с ужасающим акцентом на едином языке.

Она подняла глаза и с облегчением выдохнула – местные.

– Помогите, мне нужно убежище. Спрятаться, – она тянула к ним руки, как будто эти двое абсолютно непохожих на людей местных жителя, были тем самым спасением для нее и малыша.

Раздался мелодичный пересвист – местные общались между собой. Наверное решали, помогать ли ей. У одного из них в третьей задней руке была зажата плетеная сетка с орехами.

Анна невольно усмехнулась. Она здесь уже восемь лет, а местный язык так и не поддался ей. Туземцы быстрее выучили единый.

– Пойдем, ш нами, пойдем, – поманил ее более крупный туземец. Мелкий помог ей подняться.

Перемещались они бесшумно и легко, как будто между ними и землей была воздушная прослойка. Анна ступала, куда они указывали, доверившись их знанию местности, сама же она давно потерялась в пространстве и времени. Сколько прошло уже с момента катастрофы? Час? День?

Лес сменился скалистыми возвышенностями, дорога снова пошла под уклон.

– Мы идем назад? – заволновалась Анна. – Нет! Мне нельзя назад!

– Хорошо, тут хорошо, – успокаивал ее тот, кто придерживал ее под руку. – Бежопашность.

Высокий туземец негромко свистнул, и из-за камней раздалась ответная трель.

Анна не заметила, откуда появилось еще трое, но к своему облегчению, она узнала одну из них – знахарку.

– Шамле! – радостно воскликнула она, – Это я – Анна. Ты помнишь меня?

Тусклый третий глаз местной женщины приоткрылся, уставив свой мутный зрачок на беременную.

– Анна-ши, да. Помошь? – хрипло спросила Шамле.

– Да, да. Помощь! - кивнула Анна и снова почувствовала, как слезы текут по ее щекам.

Знахарка Шамле развернулась к Анне спиной и поманила ее за собой третьей рукой. Та не заставила себя ждать, поспешно оглянулась через плечо и шагнула в скрытый проем между валунами.

Местные не выдадут ее, она была в этом точно уверена. Теперь она будет в безопасности.

Глава 1. Секретная дверь. Марк

Марк стоял прямо за дверью лаборатории и прекрасно все слышал, несмотря на то, что говорившие пытались ругаться вполголоса.

– Демис, я же просила о такой простой вещи – всего лишь отвезти Марка домой после секции, – приглушенно возмущалась Елена.

– Елена, простите, у меня мать попала в больницу, мне нужно срочно к ней. Я бы никогда не посмел… Но у меня не было выбора, я нужен там, – причитал Демис, помощник матери по связям с общественностью.

Уши Марка горели от стыда и унижения. Он уже давно не ребенок! Ему почти четырнадцать, и у него уже три года есть удостоверение гражданина. А его, как малыша какого-то, из дома без провожатого не отпускают. Он с досады пнул пластиковое покрытие стены и покосился на сидевшего в углу охранника. Тот не отрываясь смотрел новости по наладоннику и, кажется, не заметил выходки Марка.

– Да, я понимаю, что форс-мажор, но не нужно было тащить его прямо сюда! – мать похоже уже сдавала позиции. – Езжайте, конечно, Демис. Передавайте вашей маме мои пожелания о скорейшем выздоровлении.

– О, спасибо, спасибо! – заблеял Демис.

Дверь открылась, и он выбежал оттуда, даже не взглянув на Марка. Следом вышла Елена, и на ее лице уже не было и тени недовольства. Она протянула Марку пластиковый прямоугольник пропуска.

– Марик, раз уж ты тут, посиди пока у меня в кабинете, я закончу и мы поедем где-нибудь перекусим, – она улыбнулась и потрепала сына по волосам. – Хочешь, зайдем в лапшичную “У По”?

Марк лишь кивнул, потому что от его ответа ничего, в сущности, не зависело.

– Я быстренько, – пообещала Елена, тыкая наспех в наладонник, – Вот, перевела тебе денег, закажи что-нибудь на вынос на свой вкус.

Она ткнулась в щеку Марка сухими губами и скрылась в лаборатории.

Марк угрюмо взглянул на закрывшуюся дверь и побрел на второй этаж, где находился кабинет его матери – заместителя директора химико-биологической лаборатории корпорации “КиберТек”.

Кабинет был такой же, каким он запомнил его с детства. Просторный, с тяжелой мебелью, имитирующей настоящую древесину. Даже запах был все тот же – корицы и кофе. Мать любила держать на столе вазочку с парой палочек настоящей корицы и несколькими жареными кофейными зернами. Настоящий кофе был жутко дорогой, и Марк не представлял себе, где Елена вообще умудрялась доставать эти зерна. Слева от большого стола, замаскированные стеновыми панелями, виднелись две двери. Одна вела в санузел, а вторая, вероятно, в кладовку, но дверь всегда была заперта и Марк не знал, что было за ней.

Он уселся в большое кресло за столом, и, отталкиваясь ногами от пола, вращался, пока у него не закружилась голова. Мать могла прийти минут через двадцать, а могла и через четыре часа. Марк слишком хорошо знал, насколько может затянуться ее “работа”.

Он вытащил из внутреннего кармана ветровки наладонник и зашел в игру. Оставалось еще двадцать две минуты на “развлечения” до блокировки, и Марк не преминул использовать их прямо сейчас.

В самый разгар битвы против ужасного спрутоподобного монстра на экран выскочило предупреждение о блокировке развлекательного контента. Марк ругнулся и раздраженно бросил наладонник на стол. Заняться в ожидании матери было совершенно нечем.

Марк поднялся из кресла и направился к одной из неприметных дверей, которая вела в туалет. Справив нужду, он еще немного покривлялся перед зеркалом, пока мыл руки.

Скукотища!

Выходя из туалета, он заметил, что соседняя дверь закрыта неплотно, и через щель пробивается мягкий желтый свет. Мать никогда не говорила, что там, да Марк и не спрашивал. Но почему бы и не взглянуть, раз открыто?

Он потянул дверь на себя, но та поддалась не сразу. Толстая и тяжелая. Марк схватился за край двумя руками и потянул сильнее. Расширив проем настолько, чтобы пролезть, он пробрался внутрь и осмотрелся.

Это было совсем непохоже на кладовку. Вперед вел длинный светлый коридор, освещенный ярко желтыми потолочными панелями. Марк без колебаний двинулся вперед. Коридор заканчивался не тупиком, как ему вначале показалось. Он раздваивался, но пройти можно было только налево. Справа в углублении стоял автомат с водой и снеками. Это был старый автомат, тут не было биометрического сканера, и купить снек можно было только с помощью наладонника или си-карты.

Марк скривился, вспомнив, что наладонник остался на столе в кабинете, но потом пожал плечами и свернул налево, отметив про себя, что надо бы потратить часть переведенных матерью денег в автомате, когда вернется назад.

Но то, что он увидел дальше заставило его забыть о снеках. Коридор вывел его в просторную лабораторию.

– Обалдеть! – прошептал Марк и подошел к длинной стойке, которая огромной буквой “п” тянулась через все помещение. На столешнице стояло различное оборудование, назначения которого Марк не знал. Разве что за исключением микроскопа и прозрачных колб-инкубаторов. Еще ему показалось, что он узнал нано-фабрикатор и биометрический проектор, но их он видел только через головиз или в сети.

Воздух в лаборатории был стерильно чистым, пахнущим озоном и чем-то сладковатым. Еле слышно раздавалось тихое жужжание работающего где-то за стеной мощного оборудования, и временами что-то щелкало в одном из приборов.

Марк прошел вдоль стола, касаясь пальцами его гладкой поверхности. Он даже и не подозревал, что в давно знакомом кабинете матери прячется такое.

– Одуреть! Вот это самый верх! – воскликнул Марк, заметив на свободном освещенном участке стола металлический каркас нано-перчатки. Он потянулся к ней рукой, но услышал позади себя слабый писк динамика громкой связи и голос:

– Тут кто-то есть?

Марк испуганно отдернул руку и обернулся. Часть комнаты была отделена стеклянной перегородкой. Стекло было матовым и непрозрачным, поэтому Марк сначала не обратил на нее внимания.

Он подошел ближе и нажал на сенсор, отключая маскирующий режим. И тут же отпрянул прочь от неожиданности. Прямо напротив него за стеклом стоял человек. Вернее – подросток.

– Ты кто? – спросил он Марка. Его голос, искаженный внешним динамиком, звучал громче, чем хотелось бы.

– Я кто? – удивился Марк. – Это ты кто? И почему ты за стеклом? Ты сделал что-то плохое?

Подросток отрицательно замотал головой. Он был на голову ниже Марка и, вероятнее всего, гораздо младше.

– Я ничего плохого не делал. А ты, наверное, сын Елены Морозовой?

– Откуда ты знаешь? – удивился Марк.

– Ты очень похож… ну, лицо у тебя такое… как у нее.

– Логичное предположение, – со знанием дела кивнул Марк. – Откуда ты знаешь мою ма… мать?

– Она часто приходит. Она добрая – приносит мне книжки, – голос подростка погрустнел. – Она веселая!

– Веселая? – недоверчиво спросил Марк. – А мы точно про одного и того же человека говорим? Не помню, когда в последний раз видел ее веселой.

– Тебя же Марк зовут? – спросил подросток и положил руки на стекло. – А я – Арис.

– Приятно познакомиться, – вежливо ответил Марк. Именно в этот момент ему очень ясно представилась вся абсурдность ситуации. – Так что ты тут делаешь, Арис? И почему заперт?

– Елена сказала, что я как будто болен, но это мне совсем не вредит.

– А другим? – с опаской спросил Марк и непроизвольно сделал небольшой шаг назад.

– Этого я не знаю, – тут Арис поспешно добавил, испугавшись, что Марк сейчас уйдет: – Но никто из лаборатории не заразился.

Арис опираясь руками о стекло таращился так, что Марку становилось не по себе. Ведь неслучайно этого странного пацана держат тут в изоляции. И как давно, интересно? А почему Елена ничего ему не говорила об этом?

Одновременно возникало столько вопросов, и чем больше их появлялось, тем страннее казался пацан и вся сложившаяся ситуация.

– Слушай, я наверное, пойду, – сказал Марк и сделал еще шаг назад.

– Не уходи, – попросил Арис. – Ко мне сюда совсем никогда не приходили дети. Только взрослые, и они совсем не хотят говорить со мной о чем-то, кроме анализов и экспериментов.

Марк поежился. Не хотелось бы оказаться на месте этого несчастного пацана. Но лучше оставить все как есть.

Громкий звук сирены заставил обоих ребят вздрогнуть от неожиданности. Загорелся тревожный красный свет.

– Что случилось? – спросил Арис.

– Пожарная тревога, – сказал Марк и пояснил: – Включается, когда в здании пожар. Надо уходить отсюда.

– Не бросай меня, – взмолился пацан.

Марк колебался недолго. В самом деле – не бросать же человека. Тем более ребенка! Он же сказал, что не заразный, хоть и странный какой-то. А с матерью Марк потом поговорит и объяснит, что не мог иначе.

Марк вытащил из кармана мамину карточку-пропуск и приложил к сенсорной панели. Раздался щелчок и одна из стеклянных панелей отъехала вбок, открывая проход из комнаты.

– Бежим за мной, – скомандовал Марк и бросился в сторону коридора, который вел в кабинет его матери.

Тяжелая дверь в конце коридора оказалась заперта. И как Марк ни толкал ее, она не поддавалась. Сенсор тоже не отвечал.

– Не открывается! – в сердцах выкрикнул он, пнув дверь. – Карточка не сработала!

– Может это из-за пожарной тревоги? – спросил Арис, стоя позади. – Когда опасность, двери могут блокироваться.

– Значит, мы заперты? – у Марка похолодело внутри.

Дверь была очень толстой, но, даже несмотря на орущую сирену, ребята услышали громкий удар по ней. Как будто кто-то пытался выбить ее огромным металлическим кулаком. А потом раздался громкий звук импульсного ружья. Марк его ни с чем бы не спутал. Дверь содрогнулась, но устояла.

– Бежим! – воскликнул Арис и потянул Марка за рукав обратно, в сторону лаборатории. – Есть другой путь. Для персонала. Он всегда открыт, я видел.

– Может это спасатели? – сам себе не веря предположил Марк.

– Сомневаюсь, – крикнул Арис.

Он снова потянул Марка за собой, на этот раз почти силой, вглубь лаборатории, мимо столов с оборудованием, к неприметной серой двери с надписью «Сервис. Посторонним вход воспрещен».

– Сюда! Быстро!

Они проскользнули внутрь. Это был узкий служебный коридор, пахнущий хлоркой и сыростью. Звук сирены здесь уже не так сильно бил по ушам. Арис, не раздумывая, побежал направо.

– Откуда ты знаешь дорогу? – выдохнул Марк, едва поспевая за ним.

– Меня иногда водили… на другие процедуры, – коротко бросил Арис через плечо. Его дыхание было ровным, в отличие от задыхающегося Марка.

Через несколько поворотов они выскочили к грузовому лифту. Арис бросился вниз по лестнице, а Марк бежал следом, не оглядываясь.

Еще несколько пролетов и, наконец – дверь, на этот раз с простой ручкой. Арис толкнул её, и они оказались в служебном ангаре, откуда вел на улицу короткий пандус.

В этот момент здание содрогнулось.

Мощный удар, будто огромная кувалда ударила изнутри по фундаменту. Пол под ногами качнулся. Где-то далеко, в глубине комплекса, что-то рухнуло с оглушительным грохотом.

Марк инстинктивно пригнулся. Арис схватил его за руку и потащил наружу. Они выбежали на улицу, на задний двор лабораторного корпуса, заваленного строительным хламом и пустыми контейнерами.

Из окон второго этажа – как раз там, где был кабинет Елены и лаборатория – повалил густой чёрный дым, оранжевые языки пламени доставали до третьего этажа. Послышались новые, уже более слабые хлопки – это горело оборудование, взрывались баллоны.

Марк застыл, не в силах оторвать взгляд. В ушах зазвенело, а все остальные звуки отошли на задний план. Он больше не слышал сирен, не видел бегущих людей. Только окна, объятые пламенем, где осталась его мать.

Мысль о том, что ее больше нет никак не укладывалась в голове. Этого просто не могло быть!

Арис рядом тихо заскулил. Марк резко обернулся к нему со злобой. Это все из-за него! Те люди с оружием – зачем бы им еще пробираться в простую химическую лабораторию?

Марк сжал зубы, не давая слезам вырваться наружу. Арис же, не стесняясь, плакал.

Подъехали пожарные, медпомощь и гэсники. Последние уже опрашивали зевак из числа работников “КиберТека”. В сторону мальчишек уже направилось двое сотрудников Государственной Силовой Поддержки.

– Сюда гэсники идут, надо валить, – отстраненно сказал Марк. Арис только кивнул, утирая рукавом своего белого комбинезона грязные разводы на щеках.

Они молча развернулись и побежали прочь, стараясь скрыться от глаз правительственных ищеек.

Глава 2. Дом Ожидания. Марк

– А почему мы не обратились за помощью к ГСП? – спросил Арис немного погодя. Они уже довольно далеко удалились от места взрыва, но Марк все же старался избегать главной улицы, предпочитая обходить корпуса “КиберТеха” с другой стороны.

– Твоя ма… Елена говорила, что господдержка создана, чтобы защищать граждан. А ты – гражданин. Они бы смогли защитить нас, – не унимался Арис.

Марк повел плечами и, не оборачиваясь, пояснил:

– Те, кто ворвался в “КиберТек” и кто устроил взрыв, стреляли по двери в лабораторию из импульсного ружья.

– И что? – не понял Арис.

– А то, что такое оружие имеется только у гэсников. Понял? Я уже видел такое.

Марк остановился и обернулся:

– Если гэсники убили маму, то и нас бы они тоже убили, – жестко произнес он. – Никто нам не поможет.

Он зло плюнул себе под ноги, но, поколебавшись, стер плевок подошвой. Вокруг высились промышленные здания, огороженные забором. То тут, то там попадались островки зелени с небольшими кустарниками и ровно подстриженной травой.

– И что нам теперь делать? – растерянно спросил Арис.

– Откуда я знаю! – зло крикнул Марк. – Я не знаю! Что ты ко мне привязался? Некуда нам идти. Домой мне точно нельзя.

Вспышка злости прошла так же быстро, как и появилась. Марк сел на траву возле бордюра и подпер голову руками. Слезы предательски подступали к глазам.

Арис потоптался около газона, но потом робко присел на траву рядом с Марком.

– А другие родственники у тебя есть? – спросил он. – К кому ты мог бы обратиться?

– Нет, – покачал головой Марк, – мы с мамой тут были вдвоем. Отец… он давно не живет с нами.

– Но он бы не отказал тебе в помощи? – не унимался Арис.

– Какой ты настырный! – упрекнул его Марк. – У тебя слишком много вопросов.

– Елена мне так же говорила, – грустно улыбнулся Арис.

Марк молча смотрел в просвет между зданиями, где вдалеке маленькой яркой звездочкой виднелся заходящий на посадку звездолет. Он потянулся рукой внутрь ветровки, но вдруг резко вскочил и принялся хлопать себя по карманам.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил Арис.

– Наладонник! Он остался у мамы в кабинете на столе. Там на счету у меня было немного денег, но теперь у меня к ним доступа нет. И связи…

– Я думаю, что он сгорел, – ответил Арис.

Марк недоверчиво посмотрел на него – издевается? Нет, не похоже.

– Да, сгорел, – вздохнув, подтвердил Марк. – Но можно попробовать получить временную си-карту по биометрии. Идем!

Казалось, именно этого и не хватало Марку, чтобы немного воспрять духом – плана. Он уверенно шагал, огибая островки зелени, а Арис старался не отставать от старшего приятеля.

Промышленная зона “КиберТека” кончилась, и мальчики вышли в парк. Чуть дальше виднелась транспортная станция, а возле нее всегда можно было найти общественный терминал.

Уже начинало темнеть. Понемногу зажигались фонари вдоль парковых дорожек. Арис вертел головой с интересом рассматривая все вокруг. Марк даже немного ему позавидовал – такая детская непосредственность.

На транспортной станции оказалось не так много людей, чему Марк был очень рад. Пожилая пара ожидала монорельс, сидя на скамейке, а чуть поодаль молодой парень, похоже, что студент, изучал расписание.

Марк бросился к одному из терминалов и вызвал меню, отключив предварительно звук. Что бы там ни было, ему не хотелось привлекать к себе внимание. Арис же напротив – совсем не пытался выглядеть нормальным. Он стоял у края платформы, держась за перила, и рассматривал толстый контактный рельс, оплетенный изоляцией. Если спрыгнуть на него, можно пройти вдоль всей линии, если не убьёт током. Марк хотел было окликнуть Ариса, но потом решил, что тому хватит мозгов не делать глупостей.

Для входа в банковскую систему терминал запрашивал биометрические данные. Марк облизнул палец и сунул его в небольшое отверстие внизу экрана, но вопреки ожиданиям, терминал выдал отказ. Марк тщательно вытер указательный палец краем футболки и снова смочил слюной.

Красный прямоугольник поперек экрана опять отказал ему в обслуживании.

– А где твои родители? – донеслось до Марка, и он резко обернулся.

Пожилая женщина, та, что еще недавно сидела на скамейке, стояла возле Ариса и озабоченно его расспрашивала. Ее муж все еще сидел на скамье, но в его руках был наладонник, в котором он что-то сосредоточенно нажимал, поглядывая то на Марка, то на Ариса.

Марк подошел к говорившим и уверенно взял Ариса за руку.

– Нам пора, – как можно спокойнее произнес он.

– Это твой братик? – не унималась женщина. – Вы тут одни?

– У нас все хорошо, спасибо. Нас ждет мама, мы должны идти, – говорил Марк, пятясь назад и уводя за собой Ариса.

– Я что-то не вижу вашей мамы, – сказала женщина. – Может вы потерялись?

– Нет-нет, у нас все хорошо, – повторил Марк и бросился бежать прочь, таща за руку спотыкающегося Ариса.

Запоздало подумал, что надо было бежать обратно в парк – там деревья, можно было укрыться, спрятаться от посторонних глаз. Но теперь уже поздно что-то менять. Дорога вела в город.

Здесь деревья все еще росли вдоль дороги, но это напоминание о живой природе все больше вытесняла цивилизация. Марк тащил за собой молчаливого Ариса, лихорадочно соображая, куда же им сейчас податься.

Уже почти совсем стемнело, людей в этой части города обычно и так было немного, а с наступлением вечера все попрятались по домам возле своих уютных голо-мониторов за просмотром развлекательных программ. Марк вспомнил, как они по вечерам с мамой смотрели “Сытого Джо”, и в горле снова появился комок. Он мотнул головой, зажмурившись, отгоняя ненужные сейчас воспоминания. Он поплачет потом. Когда останется один.

– Марк, – позвал его Арис. – За нами никто не гонится, отпусти. Ты сильно руку мне сжал.

Несущийся вперед Марк притормозил и ослабил хватку.

– Прости, – пробормотал он.

– Что там случилось у терминала? – спросил Арис потирая кисть.

– Я не знаю. Он не смог распознать мои данные, возможно, сбой… Попробуем в другом.

– А если и там не выйдет?

– Попробуем еще, – начал злиться Марк.

Он чувствовал что вот-вот уже осталось совсем немного, и он не сможет бороться с отчаянием – оно поглотит его. Но он будет держаться, сколько сможет.

– Через пару кварталов есть общественный центр и там много терминалов, на каждом этаже, мы попробуем…

Но договорить ему не дали. Яркий проблеск мигалок машины ГСП, сопровождаемый сигналом, перебил его. Машина остановилась прямо перед ним, освещая его светом фар. Оттуда вышли двое в форме.

– Предъявите удостоверение гражданина или приготовьтесь к сканированию, – раздался громкий голос. Марк прикрыл глаза рукой, отгораживаюсь от слепящего света. Бежать было уже поздно.

– Я не взял с собой удостоверения. Оно у мамы в машине, она тут недалеко, – убедительно начал Марк и обернулся, ища глазами Ариса, но того не оказалось ни рядом, ни за спиной.

– Где второй? Ориентировка вроде на двоих была, – спросил один гэсник другого, но тот пожал плечами:

– Я не видел. Он вроде один тут стоял. Эй, слышь, пацан, – обратился он к Марку, – с тобой был тут еще один?

Марк очень интенсивно замотал головой.

– Поехали с нами, залезай в машину.

– Но меня мама ждет, – Марк пытался сопротивляться до последнего.

Гэсники как будто вообще не слушали его. Один из них сильно вцепился в плечо и не отпускал, пока Марк не уместился на заднем сиденье служебной машины. Его взгляд шарил по округе, не понимая, куда же мог исчезнуть Арис.

“Предатель”, – подумал Марк. – “Я его спас, а он сразу же сбежал, как прижало”.

Дверь закрылась, и они плавно тронулись с места. Один из гэсников нажал пару кнопок на приборной панели, и оконные стекла помутнели, скрывая сидящего внутри Марка от любопытных глаз.

Марк огляделся, но никаких идей, как выбраться из этой ситуации, ему в голову не приходило. Очень хотелось поддаться отчаянью – просто дать волю чувствам, которые ему удавалось скрывать все это время. Отпустить рвущееся наружу горе. Просто заорать во весь голос, да так, чтобы сорвать его к чертям. Но он сдержался.

Ехали недолго. За все время поездки, гэсники даже ни разу не взглянули на него.

“Дом Ожидания” – это было то заведение, которым пугали всех непослушных детей. Марк еще в детстве наслушался страшилок от бабули, пока она была еще жива. О то, что там детей содержат в страшных условиях. Регулярно наказывают и почти не кормят.

Марк представлял себе в этот момент склизкие трубы канализации, в которых сидят в грязи исхудавшие дети в кандалах. Почему у него возникала именно этак картинка, он не мог сказать.

Поэтому он удивился, увидев чистые светлые коридоры и уютные диванчики в фойе. За полукруглой бежевой стойкой со стеклом миловидная девушка улыбнулась вошедшим.

Один из гэсников – тот, что повыше, подвел Марка к стойке и кивнул девушке:

– Крис, оформи паренька. Но пока не заноси в базу – может просто потеряшка.

Девушка по имени Крис кивнула и обратилась к Марку:

– Как тебя зовут?

– Мар… тинес, – запнувшись произнес тот. – Мартинес Чонко.

Гэсник развернулся, и они с товарищем пошли к выходу. Марк проследил за ними глазами. Похоже, никто не собирался его арестовывать или убивать.

– Хорошо, Мартинес, – снова улыбнулась девушка. – Положи, пожалуйста руку в нишу справа. Не бойся, это не больно – всего лишь считаем биометрические данные.

Но Марк не торопился выполнять просьбу. Вспомнив то, что мать говорила ему делать в таких случаях, он решил потянуть время:

– На правах гражданина Ново-Москова я не буду предоставлять свои данные без разрешения родителей.

Крис растерянно взглянула на него:

– Но, как мы найдем твоих родителей без данных?

Марк сжал губы, отошел от стойки и сел на диванчик, всем своим видом показывая, что дальнейшее его не касается.

Девушка интенсивно застучала по клавиатуре. Потом вставила в левое ухо миниатюрный наушник и склонила голову набок.

– Говорит Крис Перкинс из “Дома ожидания” на пересечении Второй и Думской, – сказала она, стараясь говорить негромко.

Марк усмехнулся, потому что ему было все прекрасно слышно. Девушка бросила на него быстрый взгляд и продолжила говорить с невидимым собеседником:

– Да, отказывается от сканирования. Нет… Да, но… Я знаю… Но я по закону не могу принуждать… Хорошо, я поняла.

Она вынула наушник и строго посмотрела на Марка. Сердитость выходила у нее не очень. Марк снова усмехнулся.

– Послушай, – обратилась она к Марку после непродолжительного сверления его глазами. – Если мы сейчас установим твою личность, то сможем связаться с твоими родителями, и ты уже сегодня ночью будешь спать в своей постели.

Марк молча помотал головой из стороны в сторону.

– Ну тогда я вызову ювенальную службу, и она по закону сможет просканировать тебя без согласия родителей, если они не заявят о твоей пропаже в ближайшие двенадцать часов.

Марк отвернулся и уставился в стену. Крис вдруг смягчилась, встала из-за стойки, подошла и присела рядом с Марком.

– Ну чего ты упрямишься? Представляешь, как волнуются твои родители! Неужели тебе их совсем не жалко?

Марк сглотнул подступившие слезы и повторил:

– На правах гражданина Ново-Москова я не буду предоставлять свои данные без разрешения родителей.

Крис осуждающе покачала головой и вернулась за стойку. Постучав еще немного по клавишам, она вдруг нырнула куда-то вниз, из-за чего Марк потерял ее из виду. Вскоре на стойке появилось сложенное тонкое одеяло и небольшая подушка. Крис взяла это все в охапку и кивнула Марку:

– Идем за мной.

Марк тоскливо посмотрел в сторону коридора, но Крис как будто прочитала его мысли:

– Сбежать не получится. Все двери заперты и открываются только сотрудниками Дома. А так же у нас ведется круглосуточное наблюдение и дежурит охрана.

Марк вздохнул и побрел за бодро шагающей Крис.

Ему выделили целую комнату. Она была немного меньше, чем его комната дома, где они жили с матерью. Тут стояло целых две кровати, которые занимали большую ее площадь, одна небольшая тумбочка с дверцами и довольно большое окно. Горизонтальные прожилки на стекле говорили о том, что выбить его можно даже не пытаться.

Крис положила на одну из кроватей одеяло с подушкой, затем вышла прикрыв дверь. Марк услышал слабый щелчок замка.

Марк нажал на выключатель – света из небольшого узкого окошка в двери вполне хватало, подошел к окну и уперся лбом в армированное стекло. Оно приятно холодило разгоряченный лоб, но и напоминало, что он тут пленник.

Завтра появится ювенальная служба и она точно сдаст его тем, кто пытался его убить. Наверняка, они все там заодно! Никому нельзя доверять. Даже эта милая девушка Крис на ресепшене ему – враг!

Слезы сами нашли путь наружу. Марк беззвучно плакал, осознавая, что остался абсолютно один.

Глава 3. Побег. Арис

Изменения, перевернувшие привычный мир Ариса, происходили с ним трижды в его жизни. В первый раз это случилось, когда умерла его мать. Арис тогда был очень мал, и не помнил ее, но какие-то ощущения – тепло, запах все еще иногда всплывали в памяти. Второй раз его жизнь круто изменилась, когда он попал к Елене в лабораторию. Это трудно было назвать домом, но иного он не знал, а вернее – почти не помнил.

То, что происходило с ним сейчас с момента взрыва в лаборатории – в третий раз круто поменяло его привычную жизнь. Он снова потерял близкого человека, потерял место, которое звал домом. И, шагая позади Марка, он отчетливо понимал – возврата к прошлому нет. Теперь он сам должен о себе позаботиться.

Марк был сейчас единственной ниточкой, которая все еще связывала его с привычным миром. Арис не отставал от старшего приятеля ни на шаг, но когда подъехали гэсники – испугался.

Повинуясь внезапному импульсу, он прыгнул в кусты, которые росли вдоль дороги, как только увидел сигнальные огни машины ГСП. Он решил, что Марк последует за ним и скроется, но с ужасом понял, что тот не успел – гэсник уже задавал ему вопросы.

Можно было развернуться и броситься прочь, назад, чтобы не увидели и не нашли. Но куда бежать, Арис вообще не знал. Вся его жизнь прошла в лаборатории “КиберТека”, и что творится снаружи, он имел очень смутное представление. Марк сейчас являлся единственным знакомым ему человеком в этом огромном, по меркам маленького мальчика, городе.

Марка повели в машину, тот беспомощно озирался, и Арис почувствовал укол вины. Раздумывал он недолго, и, как только машина тронулась с места, подбежал и запрыгнул на выступ бампера, вцепившись намертво в ручку задней двери.

Только когда машина начала набирать скорость, Арис понял, что он совершил большую глупость. Стало очень страшно, отчего он вцепился в скользкую ручку сильней и прижался к задней двери всем телом. Спустя несколько минут его руки онемели, а неудобная поза, в которой он почти висел на узкой полоске бампера, начала причинять боль в мышцах. Машина неслась по улицам Ново-Москова, и на каждом повороте Арис думал, что вот-вот сейчас сорвется и умрет.

Еще бы немного, и он сам отпустил ручку, не в силах больше держаться, но на счастье машина начала замедляться и вскоре остановилась возле серой трехэтажной коробки. Арис спрыгнул и, припадая на затекшую ногу, юркнул в ближайший куст живой ограды.

Он видел, как двое мужчин в форме ГСП вывели Марка из машины и сопроводили внутрь здания. Никакого плана у Ариса, конечно же, не было, но за годы сидения в лабораторной клетке он кое-чему научился в совершенстве – ждать и наблюдать. Чем он и занялся на своем импровизированном посту.

Здание было таким же серым и безликим, каких он много успел увидеть вокруг за сегодняшний день. Большая перевернутая коробка с окнами. По сравнению со своими ближайшими собратьями, невысокая – в три этажа.

Уже совсем стемнело, но фонарей, как на улице, так и на зданиях, было предостаточно, так что Арису из его наблюдательного пункта было все хорошо видно.

Спустя несколько минут из здания вышли сопровождающие Марка гэсники.

Машина, которая привезла Марка, а заодно и Ариса, уехала. Прохожих вокруг тоже не наблюдалось. Арис замер, казалось, что он не дышит, словно хищник, подстерегающий свою жертву.

Пару раз все же пришлось сменить позу – с непривычки конечности затекали и противно кололи иголками.

В свете фонарей было отчетливо виден вход в здание, а потому Арис сразу увидел, когда дверь открылась. Сначала вышел мужчина в легкой куртке и кепке, за ним шли две женщины – молодая и пожилая. На выходе они обернулись и попрощались с еще одним мужчиной, который по всему оставался внутри. До Ариса долетели голоса:

– Всего доброго, Оскар, – звонко сказала молодая. – Удачного дежурства. Надеюсь, оно пройдет спокойно.

– Да чего неспокойного-то? Пассажир-то сегодня всего один, – добавила пожилая и негромко рассмеялась, как будто сказала что-то смешное. – Пойдем, Крис, а то не успеем на монорельс.

Ночной сторож Оскар помахал им рукой и запер изнутри дверь. Надежда Ариса пробраться незаметно через главный вход рухнула. По всей видимости, этот вход был единственным, но Арис решил, что стоит осмотреть здание со всех сторон. Он еще немного выждал, а затем осторожно вылез из своего укрытия.

Арис избегал освещенных мест, а потому ему пришлось обойти еще и соседнее здание, чтобы оказаться в нужном месте. Было видно, что тут убирали, но уже не так тщательно, как со стороны фасада. Валялись рваные бумажки и пустая пластиковая бутылка.

Окна первого этажа были узкие и длинные и располагались достаточно высоко, чтобы Арис потерял надежду просто допрыгнуть. Одно из них было чуть приоткрыто.

Арис осмотрелся, затем забрался на стоящий рядом пустой мусорный контейнер, стараясь не шуметь. Пластиковые бока контейнера гулко отзывались на каждое движение Ариса. Он внутренне съежился, ожидая, что его вот вот обнаружат, но никто не приходил.

Окошко было узким, но, тем не менее, тощий и мелкий мальчишка без труда протиснулся в него. Не найдя за что схватиться с той стороны, он потерял равновесие и грохнулся на пол небольшой хозяйственной комнатушки, больно ушибив локоть о какой-то твердый предмет. Этим предметом оказалась квадратная стиральная машина, которая стояла как раз под окном. В помещении было темно, но света через окна хватало, чтобы все разглядеть. Кроме стиральной машины, тут хранилась хозяйственная утварь, полотенца, простыни. На отдельной полке стояли моющие средства в разноцветных флаконах и много всякого другого, чего Арис раньше не встречал.

Потирая ушибленный локоть, он подошел к двери и прислушался. Постояв так для верности еще несколько минут, он тихонько потянул дверь на себя.

Дверь вела в просторный тускло освещенный коридор, с левой стороны которого располагалась широкая лестница, ведущая наверх. Справа и прямо виднелись еще две двери, но они оказались заперты, а потому Арис решил попытать счастья на верхних этажах.

Несмотря на свой юный возраст, а также изоляцию от внешнего мира, Арис впитывал информацию как губка, и потому он, конечно же знал, что такое “дом ожидания”. В основном из новостных роликов. Он украдкой подсматривал их в наладоннике ночного охранника, который тот по доброте душевной давал “мальцу поиграться”. А Арис взамен не говорил Елене, куда пропадает этиловый спирт из большой канистры.

Перспектива оказаться в подобном заведении пугала его гораздо больше, чем вечное заключение в лаборатории Елены. Большинство упоминаний о “доме ожидания” касались малолетних преступников и детей, у которых судьба была гораздо тяжелее, чем у него. Нужно было срочно спасать Марка, потому что ничего хорошего, по мнению Ариса, его тут точно не ожидало.

Второй этаж был похож на первый за исключением большого количества дверей с узкими вертикальными окошками в них. Коридор был также пуст и слабо освещен. Арис перебегал от двери к двери, заглядывая в узкие окошки. Но во всех комнатах было пусто и темно.

Пробегая мимо очередной двери, Арис вдруг остановился и вернулся взглянуть еще раз – ему показалось, что внутри мелькнул силуэт. В комнате было так же темно, как и в других, а потому он чуть не упал от неожиданности, когда на стекло с той стороны легла худая ладонь.

– Марк, – вскрикнул Арис и тут же зажал рот руками. В пустом коридоре даже этот тихий звук прозвучал как выстрел.

Бледное лицо Марка удивленно таращилось на него сквозь дверное окошко.

– Арис? Ты чего тут делаешь? – спросил он. Звук еле доносился, но Арису все было понятно.

– Я сейчас тебя вытащу отсюда, – возбужденно жестикулируя, произнес он, стараясь говорить потише, но так, чтобы Марк мог разобрать.

Арис схватился за ручку двери и дернул ее на себя. Дверь не поддалась, а Марк покачал головой:

– Тут заперто. Электронный замок. Где-то должен быть ключ. Может внизу у той женщины?

– Она ушла домой, – сказал Арис, вспомнив выходящих из здания женщин. – Но я попытаюсь поискать. Подожди меня, я сейчас быстро…

– Ну, мне некуда идти, собственно, – грустно усмехнулся Марк и отошел от двери.

Как выглядит обычный электронный ключ, Арис, конечно же знал. Но вот как найти его в абсолютно незнакомом здании, да еще и не попасться? Марк сказал, что он где-то внизу. Значит нужно вернуться на первый этаж.

Арису казалось, что стук его бешено колотящегося сердца слышен даже на улице. Он остановился между пролетами лестницы, чтобы выровнять дыхание. Закрыл глаза и сделал несколько глубоких вздохов, как учила его Елена. Полностью погасить волнение не получилось, но все же Арис почувствовал себя немного увереннее.

Коридор первого этажа тянулся от лестницы мимо кладовой и нескольких закрытых комнат к светящемуся прямоугольнику, за которым ждала абсолютная неизвестность. Арис, стараясь не шуметь, прокрался к проему и осторожно выглянул в холл.

Помещение, которое видел Арис, было просторным и светлым. Тут, в отличие от остальных этажей, ярко горел свет. Справа у стены располагалась полукруглая стойка, за которой сидел уже знакомый Арису охранник Оскар. Арис видел его седой затылок над высокой спинкой офисного кресла. Охранник бесцеремонно закинул ноги на нижнюю часть стойки, которая служила письменным столом. Перед ним развернулся голо-экран, который транслировал какой-то незнакомый Арису вид спортивной борьбы.

Присутствие охранника сильно осложняло положение. Можно было дождаться, когда тот пойдет в туалет или решит выйти на улицу, обойти территорию. О планах и возможных перемещениях охранника Арис ничего не знал и это беспокоило его все сильнее.

“Нужно немного подождать”, – повторял про себя он. – “Просто подождать, когда охранник уйдет”.

Арис прислонился к косяку, устроившись поудобнее, но готовый, если что, сорваться и броситься по коридору назад. Уж что-что, а ждать он умел очень хорошо.

Борьба на голо-экране сменилась прогнозом погоды, а потом началась трансляция онлайн-шоу “Робо-хирургия”, которое так любили смотреть лаборанты “КиберТека” в обеденный перерыв. Седой затылок Оскара не шевелился, а Арис все не осмеливался выйти из своего укрытия.

“А вдруг он понял, что я здесь? И сейчас притворяется, чтобы схватить меня, когда я подойду!”

Тревожные мысли не отпускали, но все бросить Арис тоже не мог, а потому сделал небольшой шажок к креслу и сидящему в нем Оскару. Потом еще один. И еще шажок.

И вдруг резко вздрогнул, чуть не заорав, когда от кресла раздался громкий и раскатистый храп. Сердце снова заколотилось, как бешеное, но Арис почувствовал себя увереннее: “Он спит!”

Продолжая подкрадываться, он приблизился к стойке и, вытягивая шею, принялся осматривать все вокруг в поисках заветного прямоугольника. На счастье Ариса, ключ лежал тут же на столе под шокером рядом с голо-экраном. Стараясь не дышать, Арис медленно вытянул из-под шокера прямоугольный кусок пластика, и еле сдержался, чтобы не понестись во всю прыть на второй этаж, где ждал его Марк. Зажав заветный ключ в руке, он так же осторожно попятился назад, пока не уперся в косяк.

Оказавшись в уже знакомом коридоре, Арис быстрым шагом направился к лестнице, посекундно оглядываясь назад.

Марк маячил за стеклом дверного окошка с тревогой на лице. При виде Ариса он нервно улыбнулся.

Арис приложил ключ к сенсорной панели. Раздался тихий щелчок, и дверь приоткрылась. Марк тут же высунулся наружу, огляделся и жестом показал Арису двигаться к лестнице.

– Ты как это сделал? – прошептал Марк, когда они уже спускались на первый этаж.

– Охранник спит, – так же тихо ответил Арис. – Ключ лежал на столе.

– Повезло, – выдохнул Марк. – Я знаю, где выход, идем.

– Там заперто, – одернул его Арис. – Я видел, как охранник запирал дверь. Я сам через окно залез.

– Через окно? – удивился Марк.

Арис кивнул и потянул его к уже знакомой хозяйственной комнате. Пропустил Марка вперед и прикрыл за собой дверь.

– Это вон через это узкое окошко? – Марк указал рукой наверх. – Как же ты там протиснулся? Черт, я там не пролезу!

– Давай попробуем. Ты не сильно больше меня. А там внизу стоит мусорный контейнер – я с его помощью и залез.

Марк подошёл к стиральной машине, взобрался на нее и привстав на цыпочки, выглянул наружу, прикидывая расстояние.

– Высоковато, – сказал он. – Но можно попробовать спуститься, держась за раму. Давай ты первый.

Арис примостился рядом с Марком. Он подтянулся на руках, чувствуя, что Марк помогает ему снизу, подталкивая. Он пролез через открытую створку и перебрался на другую сторону. До контейнера было не так далеко, но в темноте сложно было рассчитать точное расстояние. Поколебавшись, разжал пальцы и приземлился на пластиковую крышку, которая прогнулась под его весом, но не выдержала и Арис рухнул внутрь, задев рукой острый край металлической ручки.

Арис оказался на куче мусора. Обрадовавшись, что это не пищевые отходы, Арис начал сразу же выбираться из бака, и поначалу не заметил, что левая рука вся в крови.

Марк прыгнул следом, приземлившись рядом с баком. Он больно ударился ногами и завалился набок.

– Тихо ты, – прошипел Арис.

– Сам тихо, – огрызнулся Марк, но без злости.

Он поднялся на ноги, отряхнулся. Рука Ариса горела. Он сунул её в карман своего комбинезона, чувствуя, как ткань пропитывается кровью. Порез, видимо, был глубоким, но Арис знал, что через пару минут всё затянется. Главное, чтобы Марк не заметил.

Они перебежали к кустам, где Арис прятался раньше, и только там остановились перевести дух.

– Ты как? – спросил Марк, оглядываясь на здание. – Я еле протиснулся в это окно, локоть ободрал.

– Нормально, – ответил Арис и шумно выдохнул. – Просто устал и… испугался.

– Мы выбрались, а это главное, – Марк провёл ладонью по лицу. – Ладно. Нам надо решать, что делать дальше.

Он выглянул из-за кустов, осмотрел пустынную улицу и, вернувшись в укрытие, сказал:

– Домой мне нельзя. Там может быть засада. Или гэсники. Я не знаю, кому теперь верить.

– У тебя есть кто-то из родных, к кому мы могли бы пойти? – с надеждой спросил Арис.

Марк помолчал, потом ответил:

– Есть отец, но я не знаю, где он. Мама говорила, что он работает в исследовательской компании. Где-то на окраине галактики. В созвездии Ориона, кажется. Как называется, не помню. Вроде что-то было связано с фениксом. Они занимаются изучением растений и их свойствами.

– Он может нам помочь? – Арис потихоньку вытащил руку из кармана. Кровь перестала идти, и он на ощупь понял, что рана уже затянулась. Он вытер пальцы о штанину и снова спрятал руку.

– Не знаю, – честно сказал Марк. – Они с мамой давно не живут вместе. Но как его искать, я не представляю.

Арис подумал.

– Нужно найти твоего отца, – сказал он.

– Можем пробраться на космодром, – Марк кивнул в сторону, где за крышами угадывалось светлое пятно. – Там корабли. Грузовые, пассажирские. Может, удастся договориться.

– У нас нет денег, – заметил Арис.

– Знаю. Но что-нибудь придумаем. Может, наймемся на работу. Или проберемся незаметно. В любом случае, торчать здесь нельзя.

Марк поднялся на ноги, огляделся и указал направление:

– Космодром в той стороне. Если пойдём вдоль путей монорельса, меньше шансов заблудиться. Главное, держаться в тени.

Арис кивнул.

Они вышли из укрытия. Арис больше не чувствовал боли в руке, только лёгкое онемение. Он знал, что утром не останется даже шрама.

Марк шагал впереди, иногда оглядываясь, проверяя, не отстал ли Арис. Тот шёл следом, стараясь не думать о том, что ждёт их впереди. В конце концов, он уже пережил три катастрофы. Переживет и четвертую.

Глава 4. По следу. Регина

Служебный мобиль привез Регину и ее помощника Лиона прямо к зданию, где располагалась лаборатория “КиберТеха”. Вернее – то, что от нее осталось. Сотрудники ГСП уже вчера тут все изучили вдоль и поперек, а потому ей уже ничего не мешало получить ответы на свои вопросы.

Выбравшись из мобиля, Регина осмотрелась и брезгливо сморщила нос – пахло гарью и какой-то химией. У входа торчала парочка гэсников, но они пока ее не интересовали.

Навстречу ей уже спешил Тимод – ответственный за операцию. Он был крупным мужчиной, но бежал слишком часто семеня ногами, что смотрелось весьма комично. Вид у него был крайне виноватый. Еще бы! Регина усмехнулась уголками губ.

– Рад приветствовать, босс Регина. Не знал, что вы лично захотите посетить это пепелище, – пытаясь отдышаться, произнес он.

– Не вашими ли стараниями нужное мне место обернулось пепелищем, оперативник Барнов? – парировала она.

– Виноваты, босс, – Тимод склонил голову, но у него это плохо получилось из-за слишком накаченной шеи.

– Докладывай, – коротко приказала Регина и не слишком широким шагом направилась ко входу в здание. Неизменный секретарь, предоставленный ей компанией “Аксон Корп” – худощавый Лион семенил позади.

– После того, как переговоры с гражданкой Морозовой провалились, был активирован план “Б”. По установленному месту работы и нахождению гражданки Морозовой Елены прибыла оперативная группа. В ходе попытки проникновения в здание мы встретили сопротивление, – Тимод замялся, но потом продолжил, стараясь не отставать от босса. – В ходе операции завязалась перестрелка. В лаборатории, в которую нам удалось проникнуть не сразу, случилась утечка газа, а потому случился взрыв. Объект не был обнаружен.

Регина повернулась к Тимоду и попросила:

– Оставь эту канцелярщину для журналистов. Рассказывай своими словами. Где объект?

– Там это… Морозова уперлась. Потом откуда-то пистолет достала. Сергея подстрелила. Мы потом в кабинет ее ломанулись, а дверь в лабу закрыта. Пришлось взрывать. А там баллоны с газом – ну и рвануло знатно. Я троих потерял. Гэсники весь вечер тут вынюхивали, отпечатки снимали. Меня допрашивали, но я им скормил ту версию, что мы – частная охрана. Доки все показал. свидетелей из “КиберТех” живых не осталось…

– Барнов, твою мать! Где, я тебя спрашиваю, пацан?! – Регина редко повышала тон, но все, кто раньше это мог слышать, потом сильно жалели об этом.

Тимод сглотнул и поправил воротник рубашки, как будто он ему жал.

– В лабе никого не было. После взрыва там гэсников было полно. Если бы тело нашли, я бы узнал. Но ни тела, ни объекта.

– Ладно, веди. Я сама хочу взглянуть на место.

Регину так и подмывало сказать, что она точно найдет то, что ее оперативная группа пропустила. Но сейчас было не время. Она еще успеет унизить этого болвана.

Гэсники оживились, увидев Регину, но быстро сникли, когда она показала им свое удостоверение старшего оперативника “Аксон Корп”.

Первый этаж пострадал не слишком сильно, больше всего досталось лаборатории, а она находилась в отдельном крыле. Регина поднялась по лестнице на второй этаж. Тут запах горелого чувствовался сильнее, но как ни странно, Регину он уже не так сильно беспокоил.

Второй этаж представлял собой печальное зрелище: обгоревшие стены, осколки стекла, перевернутая мебель, лужи, оставшиеся от пожаротушения. Тела погибших сотрудников уже давно увезли, так что можно было не бояться наткнуться на какое-нибудь обгоревшее тело.

Кабинет Морозовой выглядел еще хуже. Пластиковый декор под дерево попросту стек вниз со стен и мебели. Огромный стол был перевернут, а ковровое покрытие оплавилось и деформировалось в центре кабинета. Но особенно впечатляла вывороченная с корнем толстая металлическая дверь, которая по-видимому вела в лабораторию.

– Когда стало понятно, что договориться не получится, я отправил сюда отряд, чтобы захватить лабораторию и все исследования. Ну и объект, естественно. Дверь была заперта, ее сразу заблокировало, как сигнализация сработала… Ну и провозились тут долго…

Регина слушала бормотание Барнова вполуха. Она медленно ходила по тому, что осталось от кабинета Морозовой, осматривая все вокруг. Частички стекла из витрины хрустели под подошвами туфель. У перевернутого стола она задержалась. Присела на корточки и подняла с пола небольшое зернышко кофе. Похоже, что натуральное – ну надо же! Именно тогда Регина и услышала приглушенный звуковой сигнал. И она сразу поняла, что это за звук.

– Поднимите стол, – распорядилась она и отошла к стене.

Двое оперативников, сопровождающих их резво подбежали и принялись, пыхтя, поднимать громоздкую конструкцию. Лион заметался, стараясь не путаться под ногами.

– Не нужно полностью переворачивать. Просто отнесите чуть подальше, – пояснила Регина.

Под столешницей, как она и предполагала, лежал разбитый наладонник, который издавал тихий сигнал разряжающейся батареи.

Тимод издал неопределенный звук и почесал затылок.

– Это мы как-то пропустили…

– Не удивлена, – спокойно сказала Регина и наклонилась, чтобы поднять наладонник. – Так-так. Что тут у нас?

Разбитый экран не давал возможности использовать сенсор, да и сам наладонник находился в крайне плачевном состоянии. Регина протянула его рядом стоящему Лиону.

– Упакуй и отправь нашим техникам. Пусть разберут на атомы и найдут хоть что-то полезное. Теперь покажите лабораторию.

– Там особо смотреть не на что, – начал было Тимод, но увидев взгляд Регины, стушевался и добавил: – Но если вы настаиваете… Идите за мной.

Обогнув вырванную с корнем стальную дверь, делегация во главе с Тимодом вошла в узкий коридор. Стены его были абсолютно черными от копоти. Запах гари тут не только усилился, но и к нему добавился химический оттенок.

– Патрульные ГСП, первыми прибывшие на место происшествия, доложили, что видели двух подростков, которые выбежали с черного в лаборатории. Предполагаем, что один из них тот самый “объект”. А вот второй, похоже, сын Морозовой – Марк.

Регина молча кивнула. Лион застучал пальцами по планшету, вбивая полученную информацию.

Лаборатория представляла собой пепелище. Стекол в окнах не наблюдалось – выбило взрывной волной, но свежий воздух с улицы все равно не мог выветрить стойкий запах. Регина приложила к лицу платок. Делать тут действительно было нечего.

– Все ясно, – сказала она, не пытаясь пройти дальше порога. – Переверните тут все, возможно что-то осталось: накопитель, ноутбук, наладонник, может что-то уцелело. Мне что учить вас, как работать? Надели перчатки, респираторы и вперед!

Она махнула рукой около лица Тимода и направилась назад к выходу из здания.

Регина уже спускалась по лестнице, когда её нагнал Лион.

– Босс, только что пришёл отчёт из ГСП, – он протянул планшет. – Вчера вечером в «Дом ожидания» доставили подростка, по описанию похожего на сына Морозовой.

Регина взяла планшет, пробежала глазами. Фото было сделано с патрульного дрона, но, несмотря на ракурс, она узнала на одном из стоящих детей лабораторный комбинезон с эмблемой “КиберТека”.

– А второй? Удалось установить личность? – спросила она.

– Не зарегистрирован. Возможно, скрылся до прибытия патруля.

Регина вернула планшет.

– Поехали. Если Марк Морозов у них, возможно мне удастся узнать у него хоть что-то.

«Дом ожидания» был старым трехэтажным зданием с узкими окнами. Внутри пахло дезинфекцией и дешевым освежителем воздуха. За стойкой сидела девушка с бейджиком и жевала бутерброд. Увидев вошедших, она отложила его и настороженно выпрямилась.

– Доброе утро, – торопливо поздоровалась она, поправив бейджик с именем “Крис”.

Регина положила на стойку удостоверение, повернув его так, чтобы девушка хорошо рассмотрела ее имя и должность.

– Вы оформляли мальчика вчера вечером. Марк Морозов. Нам нужно с ним поговорить.

Крис пробежала глазами документ, лицо ее побледнело, но она взяла себя в руки.

– Марк? Он назвался Мартинесом Чонко. Отказался от сканирования, сослался на права гражданина. Я пыталась с ним поговорить, но он молчал. Мы поместили его в комнату на втором этаже до выяснения личности. Но родители пока нам не звонили.

– Он был один? Вы не видели еще одного мальчика чуть помладше?

– Да, один. Гэсни… сотрудники ГСП привели только его.

Регина кивнула и ободряюще улыбнулась.

– Проводите нас к нему. Пожалуйста.

Комната оказалась небольшой, с двумя кроватями, тумбочкой и зарешеченным окном. Простыни на одной кровати были смяты, подушка лежала на боку. Регина подошла к окну, провела пальцем по стеклу – чистое, заперто изнутри.

– Как он вышел? – спросила она, обернувшись к Крис.

Та казалась растерянной, руки ее дрожали. Регина про себя улыбнулась, ей было знакомо это состояние – беспомощного незнания.

– Я не знаю. Оскар говорит, что из здания никто не выходил. Он не открывал дверь до утра, пока я не пришла.

– Оскар это…?

– Наш охранник, ночной сторож.

– Другие выходы?

– Есть пожарный выход на первом этаже, но он всегда заперт.

Регина вышла в коридор и направилась к лестнице.

– Ведите, – распорядилась она и добавила вполголоса уже для Лиона: – И найдите Оскара, пусть он присоединится к нашей беседе.

Пожарный выход, как и сказала Крис, был полностью заблокирован. Регина не стала еще больше пугать бедную девушку, что за подобное нарушение пожарной безопасности их сотрудникам грозит большой штраф. Регина в сопровождении своего молчаливого секретаря направилась было в сторону фойе, но ее внимание привлекла приоткрытая дверь, из которой повеяло прохладой..

– Тут у вас что? – спросила она у Крис.

– Это кладовка. То есть, хозяйственное помещение.

Регина решительно распахнула дверь и вошла внутрь.

Хозяйственная комната оказалась очень тесной, заставленной полками с моющими средствами и бельем. Узкое окно, расположенное высоко под потолком, было открыто.

Регина, несмотря на высокие каблуки, ловко забралась на стиральную машину и выглянула наружу. Внизу стоял мусорный контейнер. Крышка его была сломана – пластик треснул и прогнулся внутрь.

– Любопытно, – пробормотала она.

Регина подала руку Лиону, спрыгнула со стиральной машины и решительно направилась к выходу из здания. Секретарь и Крис поспешили за ней.

Контейнер стоял под самым окном кладовки с другой стороны “Дома ожидания”. Регина аккуратно, стараясь не касаться грязных бортов, заглянула внутрь. На дне валялись мусорные пакеты, тряпки, пластиковая упаковка.

Один из обломков пластиковой крышки был испачкан кровью.

– Лион, возьми образец этой крови для анализа, – распорядилась Регина.

Она осмотрела землю вокруг контейнера, а потом обошла вокруг, внимательно вглядываясь в любые следы, пока Лион привычными движениями соскребал кровь с пластика в специальную пробирку.

Крис стояла рядом, нервно кусая губы. Регина повернулась к ней.

– Тут мне тоже все ясно, пойдемте поговорим с Оскаром. Надеюсь, он уже внутри.

Оскар сидел на диванчике в приемной и виновато смотрел в пол. Он был пожилым, с седой щетиной и красным лицом – похоже, любил выпить. Рядом с ним стоял водитель Регины, который при виде своего босса коротко кивнул и вышел.

– Оскар, так? – больше для приличия, чем на самом деле, поинтересовалась Регина. – Вы говорите, что никто не входил и не выходил из здания на протяжении всего вашего дежурства? Тогда каким образом обычный подросток смог выбраться из запертой комнаты и вылезти через окно кладовой?

Оскар растерянно переводил взгляд с Регины на Крис, ожидая поддержки от последней.

– Вы спали на посту, – утвердительно сказала Регина. – А потому не можете мне ответить.

Оскар вздохнул и виновато взглянул ей в лицо.

– Я совсем ненадолго прикрыл глаза...

– А где хранится универсальный ключ?

– Он всегда со мной, – забормотал Оскар. – Я везде ношу его с собой.

– Ночью, он тоже был при вас?

– Лежал рядом на столе, – сказал Оскар, вспоминая.

Регина нашла глазами Крис. Затем указала на одну из камер видеонаблюдения, висевшую над входом.

– Можно ли посмотреть записи с камер?

– Камера в холле не работает, – тихо сказала Крис. – Только снаружи, на фасаде перед входом. А позади здания камер нет.

Регина разочаровано поджала губы. Ну и дыра! Для государственного учреждения слишком много проколов. Спящие сотрудники, сломанные камеры, нарушения закона на каждом шагу.

– Я здесь закончила, – громко сообщила она. – Лион, возьми у милой девушки видеозаписи с той камеры, которая работает. Я буду в машине.

Она вышла, не оглядываясь.

Забравшись в автомобиль, она несколько раз глубоко вздохнула. Закрыла глаза и откинулась на спинку сидения. Картина упорно не хотела складываться, но отдельные ее фрагменты все же подсказывали очевидное. Морозов не мог сам выбраться из запертой комнаты, но и из работников никто не не был замешан – ни мотива, ни способностей, ни фантазии.

Лион открыл заднюю дверь и примостился рядом с Региной.

– Морозову кто-то помогал, – сказала она. – Не исключаю, что “объект”. Они вылезли через окно, спрыгнули на контейнер. Один из них поранился. Куда они могли двинуться дальше?

Лион пожал плечами.

– В этом районе особо нет выбора, – продолжала рассуждать Регина. Она привыкла. что Лион, как молчаливое изваяние, впитывает информацию. – В сторону промзоны, в сторону жилых кварталов или к космодрому… Космодром!

Регина с азартом повернулась к помощнику.

– Если они хотят скрыться, то это идеальный вариант. Только вот просто так улететь с планеты у них не выйдет.

Регина выпрямилась и посмотрела в окно. Мальчишки были где-то там. Без денег и документов, напуганные и голодные. Если поторопиться, то поймать их не составит труда.

Она тронула водителя за плечо:

– Вези в космопорт. Может мы еще успеем.

Глава 5. Поход. Вик

Талканы воняли. Вик поморщился и сделал шаг в сторону. Ездить верхом ему приходилось и раньше, но не на этой планете и не на талкане.

– Нам обязательно тащить все это с собой? – спросил Вика Род обводя руками вьючных животных и сумки с провизией, пока еще лежащие на земле.

Род был еще молод, но, к сожалению, единственный, кто, кроме Вика мог справиться с миссией. Не хотелось бы постоянно следить за тем, чтобы Род не вляпался в какой-нибудь скандал с местными.

– Длинный дорога. Кушшать. Надо, – ответил Роду проводник Терин, один из немногих, изучивший единый язык.

Местные на людей похожи были крайне отдаленно. Вик жил на Ренарии уже больше десяти лет, но к местному населению так привыкнуть и не смог. Эти выпученные глазки на сплющенном черепе. Длинный жабий рот, маленький приплюснутый нос с тремя отверстиями. А особенно отвратительно выглядел глаз на затылке. С еще одной конечностью на спине ренарийцев Вик как-то уже смирился, а вот с третьим постоянно рыскающим по сторонам глазом – никак. Прямо мурашки по коже, когда мутноватый желтый зрачок останавливался на тебе и проникал прямо в душу.

– Да, туда идти-то всего часа три-четыре! – возмутился Род, но Вик жестом остановил его.

– Не бузи, Род, – вполголоса проговорил Вик, подойдя поближе. – Местные не пустят нас к горе без проводника, ты же знаешь правила. Это их земля. И мы, либо делаем, как они скажут, либо сидим тут на жопе ровно и ждем неминуемой гибели.

Хрипло заорал талкан, взбивая пыль всеми тремя толстыми ногами. Вик обернулся и поморщился, глядя на этих волосатых и вонючих животных.

– Пора, – сказал Терин. Ловко запрыгнул в седло и вцепился в заднюю его часть третьей рукой.

Род улыбнулся, подмигнул Вику и полез на своего талкана.

Сегодня на Ренании было солнечно и жарко. Проводник Терин ехал впереди, а Вик и Род чуть поодаль. Дорога обещала быть очень долгой.

Род первым нарушил молчание:

– Не понимаю, зачем строить на этой отдаленной планете базу, фермы, людей сюда везти? Давно бы уже синтезировали панацею, или уж на крайняк понастроили бы теплиц в колонии поближе, – возмущался он.

Вик усмехнулся. Насмотрелся он на подобный энтузиазм каждого новичка, кто за последние пять лет приезжал на Ренарию.

– Строили, Род, – сказал Вик. – Пробовали. И на Земле строили, и на Марсе – было дело. Сразу, как патент получили. Почву даже с Ренарии возили. На орбите проводили тестовые посевы. Синтезировать тоже пытались. Не вышло ничего. Не работает “панацея”, выращенная вне своей родной планеты. Не знаю, что тут такого особенного… Может воздух, а может просто не хочет она расти вдали от родины.

– Да, – понимающе протянул Род. – Не только растениям тяжело вдали от родины…

Он замолчал, задумавшись.

Они ехали уже пару часов. Солнце поднялось выше и пекло нещадно. Род, который в начале пути оживленно крутил головой по сторонам, теперь притих и, казалось, дремал в седле. Талканы шли ровно, перебирая тремя ногами, и только изредка издавали хриплые выдохи.

Терин обернулся в седле и, тыча рукой вперед, громко произнес:

– Шкоро на меште. Мешто вон там – близко шуть-шуть, – прошелестел он и отвернулся.

Род оживился и посмотрел туда, куда указал проводник.

– Ты, кстати, хотел рассказать мне, что же именно произошло там, – он махнул рукой в сторону горы и повернулся к Вику. – На старой базе. И почему вы туда раньше не могли попасть?

Вик нахмурился, покачал головой и нехотя произнес:

– Произошел несчастный случай. Я слышал это только от ренарийцев, а ты сам знаешь, какие они немногословные, да и единым владеют не сказать, чтобы в совершенстве.

Род смотрел на него с ожиданием. Вик понял, что от рассказа не отвертеться.

– Небольшая фарм-компания, ну вот почти такая же как наша, проводила тут исследования. Называлась “Виридия”. Группа ученых обнаружила уникальные свойства корней местных растений, которые мы сейчас называем “панацеей”. С местными у них тогда были хорошие отношения – ученые с уважением относились к ренарийцем. Получили их официальное разрешение изучать растение и его свойства. Некоторые ренарийцы даже приняли участие в разработке. Учатся они быстро, но подход у них совсем иной – они чувствуют энергию вокруг себя.

Вик немного помолчал, посмотрев на небо – ни единого облачка. Он вздохнул и продолжил:

– Ученые обнаружили, что активное вещество лучше всего накапливается в корнях, которые растут ближе к вулкану. Местные предупреждали их, что это опасное место, но люди не слушали. Они построили систему, которая отводила избыточное тепло от лаборатории и ферм и стабилизировала вулканическую активность. По крайней мере, так они думали.

– И что пошло не так? – спросил Род.

– Никто не знает точно, – Вик пожал плечами. – По словам ренарийцев, в один день земля как будто вздрогнула. Противовулканическая система дала сбой – лава пошла прямо на лабораторию и жилые модули. Фермы с растениями сгорели. Всё случилось за несколько минут.

– И никто не выжил?

– Выжила лишь одна женщина. Ренарийцы нашли ее раненую у подножия горы. Какое-то время они ухаживали за ней, прятали в пещерах. Потом… – Вик замолчал, подбирая слова. – Она родила ребенка и вскоре умерла. Местные растили мальчика почти два года, пока мой корабль не вернулся на эту планету, чтобы передать груз для ученых. Тогда я и узнал о трагедии.

– А что стало с мальчиком? – Род, казалось, затаил дыхание.

– Я забрал его с собой, на Землю, – ответил Вик и замолчал, вспоминая.

Род повернулся в седле и присвистнул.

– И все это время никто не пытался ничего разузнать или починить?

– Местные не пускали туда никого до сегодняшнего дня.

Вик замолчал и посмотрел вперед, туда, где среди скал виднелись темные пятна старого пепелища. Род хотел еще спросить, но передумал.

Терин, ехавший впереди, поднял руку, призывая ускориться. Солнце клонилось к закату, а впереди, над вершиной горы, собирались тяжелые темные тучи.

Они оставили талканов на дальней дороге, где трава еще не выгорела, и пошли дальше пешком. Терин остался у подножья с животными, сказал, что не хочет ступать на мертвую землю.

Вик не настаивал.

Здесь всё выглядело намного хуже, чем на старых снимках с дронов. От жилых модулей остались только обгоревшие каркасы, а лаборатория превратилась в груду металла и пепла. Повсюду виднелись застывшие потоки лавы.

– И все это сгорело за несколько минут? – спросил Род, оглядываясь по сторонам.

– Местные говорят, что извержение началось внезапно, – ответил Вик. – Сначала люди услышали гул, а потом земля раскрылась прямо под ними.

Он прошёл к одному из уцелевших модулей, где, судя по указателям, находился управляющий узел геотермальной системы. Стены оплавились, крыша провалилась, но сам щиток уцелел.

– Род, сюда! – позвал он напарника, а сам принялся осматривать внутренности щитка.

“Не похоже на простой сбой или неполадку”, – покачал он головой, глядя на аккуратно обрезанные провода.

– Ищи любые блоки данных, накопители – все, что может быть похоже на работающее, – сказал он Роду, когда тот подошел. – Если что-то уцелело, нам повезло.

Они работали молча. Вик копался в груде сгоревшего оборудования, Род обходил комнату по периметру, заглядывая в каждый угол.

Со щитком управления стабилизатора пришлось повозиться. Вик заменил перегоревшие предохранители, протянул новые кабели из запасов, которые взял с собой. Система ожила. Загудела, замигала лампочками. На экране побежали строки данных.

– Работает? – спросил Род и бросил в груду хлама очередной оплавленный голо-журнал.

– Ненадолго, – ответил Вик, сверяясь с показаниями прибора. – Давление должно стабилизироваться.

– А это у нас тут что такое? – пробормотал Род, присаживаясь на корточки.

Из-под обгоревшей обшивки выглядывал угол небольшого герметичного бокса. Вик опустился рядом.

– Странно... Его будто специально спрятали.

Они вместе оторвали покореженный лист металла. Бокс оказался заперт, но Вик поддел замок ножом, и крышка с тихим щелчком открылась. Внутри лежало много всего, но Вик обратил внимание на накопитель данных и несколько пробирок с мутной жидкостью. Он молча убрал находку в рюкзак и еще раз оглядел помещение. Больше тут делать было было нечего. Когда он выбрался наружу, Род уже ждал возле вездехода.

– Нашел что-нибудь полезное? – спросил он с интересом.

– Возможно, – сказал Вик и забросил рюкзак на спину.

– Ну, двинули.

Они двинулись обратно, объезжая застывшие языки лавы и груды обгоревшего металла. Атмосфера погибшей базы даже через столько лет давила, оставляя неприятный мрачный след.

Терин ждал их у подножия, сидя на земле. Задней рукой он опирался о камень, а передними перебирал какие-то камешки. Увидев возвращающихся, он поднялся, отряхнулся.

– Домой? – спросил он, вглядываясь в лицо Вика своим мутноватым зрачком.

– Да, друг, уже можно убираться отсюда, – кивнул Вик. – Едем назад.

Талканы, оставленные на дальней дороге, никуда не ушли. Они щипали жёсткую траву и лениво отмахивались хвостами от насекомых. Вик молча забрался в седло.

Обратная дорога казалась длиннее. Солнце клонилось к горизонту, тени вытягивались, и воздух становился прохладнее. Ехали молча. Род, кажется, дремал, Терин, как обычно, ехал впереди.

Вик думал о том, что увидел. Аккуратно перерезанные провода, накопитель в герметичном боксе, пробирки с сомнительным содержимым. Кто-то как будто знал, что базу уничтожат и спрятал улики, надеясь, что они останутся в сохранности. Но за двенадцать лет никто за ними так и не пришел.

В памяти всплыли записи Анны. Тогда он почти не придал им значения. Она жаловалась на странный шум по ночам, на приглушенные голоса за стеной, хотя рядом никого не должно было быть. Вик решил, что это усталость, бессонница, переживания из-за беременности. Теперь он уже не был в этом уверен.

– Эй, – окликнул его Род. – Почти приехали.

Вик поднял голову. В низине уже светился лагерь. Между жилыми модулями ходили люди, над костром вился тонкий дым, а теплица по-прежнему отливала мягким сиреневым светом. Казалось, здесь ничего не изменилось.

Они спешились у главного модуля. Терин, как обычно, отказался оставаться на ночь, привязал к седлу двух свободных талканов и сразу отправился домой. Вик хотел первым делом заняться находками, но его окликнул техник.

– Вик, зайди к радисту. Земля вызывает. Срочно.

Вик нахмурился. Срочные вызовы случались редко. Обычно сообщения дожидались адресата в памяти терминала, и каждый прослушивал их, когда находил время. Если же просили выйти на прямую связь, значит, произошло что-то действительно важное.

Он вошел в рубку. Экран дрожал от помех. Сквозь рябь проступало встревоженное лицо Демиса – помощника Елены по связям с общественностью. Мужчина выглядел растерянным.

– Виктор, – начал он без приветствия, называя Вика давно забытым им земным именем. – Я думаю, вы меня помните? У меня плохие новости.

– Говори, – сказал Вик, чувствуя, как внутри всё холодеет.

– Елена… в “КиберТеке” был взрыв несколько дней назад. Ну, в лаборатории. Официально – несчастный случай, утечка газа. Меня там не было… как подумаю…

– Елена, – перебил Вик. – Что с ней?

Мужчина кивнул, изображение подернулось рябью, но потом восстановилось.

– Погибла, – глухо сказал Демис. – И не только она. Марк тоже был там в тот день. Его наладонник нашли в кабинете. Я… соболезную.

Вик не слышал остального. Голос на экране стал тихим и далеким, будто доносился из другой реальности. Он смотрел на мерцающее лицо, но видел перед собой другое – маленького мальчика, которого оставил на Земле много лет назад. Которого обещал навещать, но так и не навещал.

– Вик, ты меня слышишь? – донесся голос.

– Слышу, – ответил Вик чужим голосом. – Спасибо, что сообщил.

Он отключил связь и вышел из рубки.

Снаружи было темно, только звезды над Ренарией мерцали холодным светом. Вик стоял и смотрел на них, не двигаясь, пока холодные огоньки не начали расплываться. Над лагерем потрескивал генератор. Где-то хлопнула дверь жилого модуля. Жизнь вокруг продолжалась. Перед глазами снова возникло лицо Демиса.

“Погибла... И не только она. Марк тоже был там…”

Вик крепко зажмурился. Он обещал Елене, что однажды вернется. Обещал Марку, что обязательно прилетит. Не успел. Медленно выдохнув, он снял рюкзак, достал найденный накопитель и несколько секунд смотрел на него.

– Вик, что-то случилось? – спросил Род, подходя ближе.

– Моя… бывшая жена и сын погибли, – сказал Вик. – Лаборатория взорвалась.

Род замер.

– Черт, Вик! Я могу как-то помочь?

Вик покачал головой.

– Не знаю. Я… не знаю… Мне нужно все обдумать.

Род хотел что-то сказать, но передумал. Он молча хлопнул Вика по плечу и ушел в сторону жилого модуля. Вик остался один. Он постоял несколько минут, глядя в пустоту. Слишком много плохих новостей для одного дня. Старая база с обрезанными проводами. Тайник, который кто-то оставил, надеясь, что его найдут. И теперь – взрыв в «КиберТеке». Елена. Марк…

Вик вспомнил мальчика, которого привез с Ренарии много лет назад. Маленького, молчаливого, с бледной кожей и странными глазами. Елена тогда сказала: “Я разберусь. Не волнуйся”. Он доверился ей. Думал, что она сможет защитить их обоих.

Вик вытащил из рюкзака накопитель, покрутил в руках. Пластиковый прямоугольник ничего не весил, но казался тяжёлым. Он сунул его обратно.

Возможно, это просто трагическое стечение обстоятельств. Несчастный случай на старой базе. Несчастный случай в лаборатории. Ничего общего.

Но Вик в это не верил. Он повернулся и медленно пошел к своему модулю. Зашел внутрь и плотно закрыл за собой дверь.

Глава 6. Космопорт. Марк

Ночью на космодроме оказалось холоднее, чем Марк предполагал. Ветер тянул с посадочной площадки, трепал волосы, пробирался под куртку, заставлял ежиться. Марк думал, что будет темно, но весь космопорт был освещен огнями ярких фонарей. На территории огромного поля стояли ангары, грузовые контейнеры, автопогрузчики и прочая техника. Людей поблизости не наблюдалось, но Марк предполагал, что ночью на космодроме жизнь не останавливается, так что нужно быть настороже.

Они перелезли через ограждение там, где кто-то до них уже прорезал дыру в сетке. Арис пролез первым, Марк – следом, зацепился рукавом за торчащую проволоку, выругался шепотом.

– Сюда, – Арис потянул его вперед, к пространству между ангарами.

Они шли вдоль бетонной стены, пригибаясь. Впереди маячили силуэты кораблей – разных, от маленьких почтовых до огромных грузовых, похожих на огромные здания. У некоторых горели огни в иллюминаторах, другие стояли темные и молчаливые.

Марк понятия не имел, какой из них им нужен. Арис тоже, но шёл уверенно, будто знал, куда направляется.

– Откуда ты знаешь, какой нам надо? – спросил Марк, когда они свернули между двумя ржавыми контейнерами.

– Тот, который летит далеко, – ответил Арис не оборачиваясь.

– Далеко – это куда? – язвительно спросил Марк.

– В систему Ориона, ты же говорил, что у тебя там отец.

– Да, говорил. Но система огромная! Как мы там будем искать его?

Арис остановился и посмотрел на Марка удивленно:

– Так это же твоя идея была на корабль пробраться. Ты чего, передумал?

– Не передумал, – буркнул Марк. – Просто сомневаюсь…

– Нужно просто найти, какой корабль туда летит, а там походу разберемся, – кивнул Арис и направился к видневшемуся вдалеке терминалу.

Марк постоянно оглядывался, опасаясь, что их вот-вот сейчас схватят, но на удачу вокруг не было ни души, лишь вдалеке слышалось какое-то жужжание и отголоски окриков портовых рабочих.

– Смотри, – позвал его Арис, который уже тыкал своими худыми пальцами в терминал. – Тут написано, что в ближайшее время стартует только “Тяньмин”. Но он еще в техзоне на обслуживании. Есть еще “Гром”, но он еще ждет груз и старт через неделю. А у “Тяньмина” старт утром. Как раз то, что нам нужно!

– “Тяньмин”? – переспросил Марк. – Похоже на китайское название.

– Да какая нам разница? Пойдем. Я посмотрел план, где находится техзона.

Арисом овладел какой-то азарт, который Марк не разделял. Ему все больше казалось все это глупой затеей. Дальнее путешествие без каких-либо гарантий и перспектив пугало его, хоть он и не хотел себе признаваться в этом. А уж тем более, он не хотел говорить об этом Арису.

Послышались приближающиеся голоса техников, и мальчики поспешили скрыться в тени грузовых контейнеров.

Они обогнули еще один ангар, потом еще. Переждали, пока пройдут мимо двое болтающих между собой грузчиков. Марку все время казалось, что их вот-вот обнаружат, схватят и… А что “и”, он даже боялся представлять.

Впереди показался приземистый, широкий корабль с тусклой подсветкой по бокам. Выглядел он довольно древним, но при этом достаточно надежным. На боку виднелись незнакомые Марку иероглифы – большие, белые, обведенные красным. На корме, чуть пониже, название на едином языке: “Тяньмин”.

– Нам туда, – Арис кивнул.

Грузовой отсек был приоткрыт, оттуда виднелась мешанина из тросов и контейнеров, оставленная до утра. Марк заглянул внутрь, прислушался. Тишина, только где-то далеко слышался тихий звук капающей воды. Он протиснулся в проход, потянул за собой Ариса.

Внутри пахло машинным маслом, пылью и чем-то металлическим. Тусклые аварийные лампы горели через одну, но это не уменьшало видимости. Вокруг громоздились ящики, бочки, контейнеры, мешки с чем-то мягким и тяжелым.

Марк огляделся.

– Если нас найдут, нам конец.

– Значит нужно получше спрятаться, – согласился Арис и полез в глубь отсека, лавируя между грузами.

– А если во время полета из грузового отсека откачают весь воздух? – продолжал сомневаться Марк.

– Не откачают! – громко сказал Арис, указывая на что-то пальцем.

Марк перелез через металлический ящик, обогнул высокий контейнер и увидел, куда указывал Арис. Из небольшого загона на него уставилось шесть пар черных круглых глаз.

– Это овечки? – спросил Арис, приседая на корточки перед загоном. – Какие хорошенькие. А если я поглажу, она не укусит?

– Я никогда раньше овечек живьем не видел, только на картинке, – помотал головой Марк. – Но на всякий случай бы их не трогал.

Марк выбрал место за высокими металлическими контейнерами, где было почти темно, и устроился на мешках. Арис нехотя отошел от загона и присел рядом. Мешки оказались с какой-то крупой – под пальцами прощупывались твёрдые зёрна.

– Долго ждать утра? – спросил Арис, зевнув.

– Еще примерно часов пять, – ответил Марк. – Если повезет, взлетим.

Он прислонился спиной к контейнеру и закрыл глаза. Но заснуть не получилось – сказывалось нервное напряжение прошедшего дня. Арис же, казалось, отключился почти сразу. Он сидел, прислонившись к контейнеру с закрытыми глазами и тихонько свистел носом.

Марк слушал звуки корабля. Где-то вдалеке гудела вентиляция,то с одной стороны, то с другой слышалось короткое постукивание. Снаружи отдаленно доносились редкие голоса, лязг металла и шум проезжающей техники. Потом и они стихли. Наступила тишина, которую нарушал только мерный гул, идущий откуда-то снизу.

Марк не заметил, как заснул.

– Марк, проснись!

Марк нехотя вынырнул из сна, ему казалось, что он только что закрыл глаза, как его сразу очень грубо начали трясти за плечо.

Арис с круглыми глазами громким шепотом что-то говорил ему прямо в лицо, но Марк спросонья не мог ничего разобрать – мешал низкий гул, идущий откуда-то снизу.

– Что? Мы взлетели? – спросил Марк.

– Да, похоже, что уже сейчас взлетим!

Марк запоздало подумал о том, что надо бы устроиться поудобнее, как его прижало к полу.

– Ой! – только и услышал он от упавшего рядом Ариса.

От загона слышалось слабое блеяние.

Ускорение было не слишком долгим, а перегрузка – несильной. Несмотря на древность, “Тяньмин” был оснащен современными инерционными компенсаторами. По крайней мере, Марк надеялся, что это они, а не просто удача.

Корабль тряхнуло, еще раз, а потом давление ослабло. Гул двигателей стал тише, ровнее. Марк перекатился на бок, помогая Арису подняться.

– Ты как?

– Нормально, – Арис потирал ушибленное плечо. – Только ударился.

Из загона снова донеслось блеяние. Арис, не раздумывая, направился к загону.

– Ты куда? – Марк хотел дернуть его за рукав, но не поймал.

– Проверю, – отозвался Арис. – Вдруг кто-то ушибся.

– Им не нужна твоя помощь, они овцы.

– А я всё равно посмотрю.

Марк вздохнул, но полез следом. В тусклом свете аварийных ламп овцы сбились в кучу у дальней стенки. Одна лежала отдельно, у самого ограждения и не двигалась.

– Смотри, – Арис присел на корточки. – Эта не встает.

– Может, спит, – предположил Марк.

– Овцы спят стоя.

– Откуда ты знаешь?

– В детской книжке читал, – буркнул Арис и потянулся вниз, свесившись через стенку загона.

Он осторожно потянулся к морде овцы. Овца даже не шевельнулась. Арис перегнулся через ограждение еще сильнее.

– Арис, слезай, – сказал Марк. – Нас могут услышать.

– Сейчас, только проверю…

В этот момент лежащая овца дернулась и вскочила на ноги. Она ударила о бортик задними копытами так резко, что остальные овцы шарахнулись в сторону, а Арис упал внутрь загона прямо в жухлое сено, которое устилало весь пол. Овцы перепуганно забились в угол и принялись отчаянно блеять на весь грузовой отсек.

– Отличная работа, – прошипел Марк, оглядываясь

– Я не хотел, – виновато сказал Арис, поднимаясь и отряхивая штаны от прилипшего сена. – Она просто испугалась.

Блеяние не прекращалось. Овцы метались по загону, поднимая шум. Марк тащил Ариса за руку, помогая тому выбраться из ловушки.

Со стороны выхода из грузового отсека послышались тяжелые шаги. Кто-то шел прямо к ним, громко ругаясь на незнакомом языке. Арис уже выбрался из загона, а Марк затравленно оглядывался по сторонам, думая, куда спрятаться.

– Смотри, давай за тот контейнер, – указал Арис на большой ящик.

Шаги приближались. Вскоре показалась фигура пожилого коренастого мужчины в синем комбинезоне. Он подсвечивал дорогу фонариком, направляясь прямиком к загону. Свет скользнул по контейнерам, по мешкам, по двум мальчишкам, не успевшим спрятаться за контейнер.

Мужчина что-то крикнул. Марк не знал языка, но по интонации прекрасно понял, что хотел сказать им этот человек.

– Нам хана, – сказал он Арису.

Глава 7. “Тяньмин”. Марк

– Вы кто такой? Говори. Зачем пробрались на мой корабль?

Марк и Арис, понурив головы, стояли в небольшой кают-компании, которая по совместительству была еще и столовой, судя по большому круглому столу в центре. Они стояли в окружении черноволосых мужчин и женщин в синих рабочих комбинезонах с эмблемой корабля “Тяньмин”. Резко пахло человеческим потом и чем-то приторно сладковатым. Марку срочно захотелось на свежий воздух.

Прямо перед ними за столом восседал пожилой абсолютно седой китаец, как понял Марк – капитан. Рядом с ним по обе стороны стояли молодой мужчина и невысокая девчонка, комбинезон которой отличался более светлым оттенком.

– Я повторять вопрос. Зачем здесь? Что хотел? Говори! – на ломаном едином спросил он. – Кто такие?

Один из стоящих членов экипажа несильно ткнул Марка в плечо, как бы призывая все-таки ответить.

– Меня зовут Дин, а моего брата – Сэм, – быстро ответил Марк, не давая Арису и рта открыть. Тот покосился, но ничего не сказал. Марку показалось, что девчонка возле капитана усмехнулась.

– Братья, – кивнул капитан. – А что надо на “Тяньмин”?

– Мы хотели… – начал Марк, но его голос сорвался, перейдя на сип. Он откашлялся и произнес: – Нам нужно попасть в систему Ориона.

– Попа-а-асть, – протянул капитан и многозначительно взглянул на стоящего рядом с ним молодого китайца. – Чтобы попасть, вайжэнь* покупает билет. Или идет работать в экипаж. А не пробирается в трюм, как вор.

– Мы не воры! – звонко выкрикнул Арис.

– Мы отработаем… – робко добавил Марк, но его оглушил дружный смех членов экипажа.

– Что такой маленький вайжэнь может сделать тут? Нет работы. Высажу в порту на Марсе и дело с концом.

Арис всхлипнул, Марк покосился на него, но тот стоял, сжав губы так, что они побелели.

– Пожалуйста, – воодушевленно начал Марк, – позвольте нам добраться с вами хоть куда-нибудь. Мы отработаем, клянусь. Если нужно – будем делать любую грязную работу. Нам нужно улететь отсюда!

Невысокая девушка в голубом комбинезоне наклонилась к капитану и что-то зашептала ему на ухо.

Капитан резко ответил ей на своем языке и помотал головой. Марк снова услышал произнесенное слово “вайжэнь”. Девушка не уступала капитану в красноречии, а потому он, очевидно, сдался, махнул рукой и сказал на едином:

– Не будет тюрьма. Будете работать на “Тяньмин”. Синь покажет, что надо делать. Будете плохо работать – высажу на Марсе!

Он встал из-за стола и удалился из-кают компании с большей частью экипажа, находившегося тут. В помещении сразу стало легче дышать.

Кроме Марка и Ариса в кают-компании осталась лишь невысокая Синь и мужчина, что стоял по левую руку от капитана.

– Меня Чэнь Синь зовут, – сказала она на чистейшем едином языке и протянула руку Марку.

Тот вяло пожал ее, удивившись, какая крепкая у нее оказалась хватка. Сама девушка была не намного выше него самого, но определенно старше.

– Это мой дядя – Чэнь Лэй, – продолжила знакомиться девушка. – А моего отца не бойтесь. Он строгий, но очень добрый.

– Ага, добрый, – недоверчиво буркнул Марк.

Синь положила руку на плечо Лэю и вполголоса произнесла:

– Во хэнь куай цзю дао, во юу хуа яо шуо.*

Чэнь Лэй коротко кивнул племяннице “Хао дэ”*, а затем сказал на едином:

– Если что понадобится, спросите Синь или меня.

Затем он покинул кают-компанию.

– Какой красивый у вас язык, – не удержался Арис. – Как будто котики мяукают.

Марк дернул Ариса за рукав, но тот как будто не заметил. Но Синь, вопреки опасениям Марка, улыбнулась и ответила:

– Наш народ – один из немногих, кто сохранил свои корни, язык и письменность. Мы гордимся своим прошлым и передаем эти знания из поколение в поколение. Ладно, идемте за мной, я покажу вам “Тяньмин”.

Она вышла из кают-компании, в проеме обернувшись, чтобы убедиться, что мальчики следуют за ней.

– Она прикольная, – шепнул Арис Марку. Тот пожал плечами и направился за Синь.

“Тяньмин” был довольно большим кораблем, но большую его часть составляли три грузовых отсека и машинный отдел. Для жилых помещений, камбуза и кают-компании оставалось не так много места. Тем не менее место для еще двух рабочих в общей каюте нашлось. Синь завела их в жилое помещение экипажа, заставленное трехярусными койками и указала на свободные места около самого выхода:

– “Тяньмин” теперь ваш дом, а тут вы будете спать. Места немного, но мы все, как дружная семья. Ведите себя вежливо и уважительно к другим. Идем дальше.

Сейчас общая каюта практически пустовала, кроме трех занятых коек в дальнем углу, где отсыпалась ночная смена.

Они вышли в коридор, столкнувшись по пути с одной из рабочих. Она перекинулась парой слов на китайском с Синь, даже не замедляя шага.

– Кстати, – заметила Синь через плечо. – Вам очень повезло, что вас обнаружили. Живой груз летит с нами всего лишь до Марса, а потом из грузового отсека откачали бы весь воздух. Никто бы вас не нашел до самого Ориона.

Марк похолодел, запоздало поняв, какой смертельной опасности они себя подвергли. Арис, казалось, ошеломлен был не меньше. Синь усмехнулась и свернула на развилке влево.

– Смотрите за указателями, – пояснила она, махнув рукой на стену. – Красный ведет в машинное отделение, зеленый и синий – для техников, оранжевый – камбуз и кладовая, черный – гальюн.

Марк присмотрелся и понял о чем она говорит. По стенам вились разноцветные тонкие линии, которые поначалу Марк принял за настенную роспись и украшение.

– Очень удобно, – одобрил он такое решение.

– Сейчас ваш цвет – оранжевый, – продолжала Синь. – Мы идем в кладовую, я покажу, где хранятся сменные пакеты и контейнеры для утилизатора.

Кладовая оказалась тесной, заставленной стеллажами до самого потолка. Синь прошла между рядами, пальцем постукивая по пластиковым коробкам.

– Вот здесь мешки для пищевых концентратов, – она похлопала по высокой стопке серых пакетов. – Когда в изготовителе сырье заканчивается, берете отсюда новые. Вон там – вакуумные контейнеры для утилизатора.

Марк огляделся. В углу стояли пластиковые ящики с надписями на китайском.

– А это? – спросил Арис, тыкая в бочку с какой-то сыпучей крупой.

– Рис, – ответила Синь. – Но это не для еды. – Она кивнула на стеллаж с рулонами серой бумаги и флаконами с зелёной жидкостью. – Вот еще то, что вам пригодится. Средства для чистки. И не забудьте взять одноразовые перчатки. Советую брать сразу по три пары.

Марк снял с полки и понюхал один флакон. Воняло хлоркой и уксусом. Он скривился.

– Привыкнете, – усмехнулась Синь. – Идемте, покажу главное.

Они взяли все, что было необходимо и вернулись тем же путем в кают-компанию. В противоположной от выхода стороне размещалась небольшая кухонная зона. Синь подвела их к серой металлической коробке в углу.

– Это утилизатор. Туда выбрасываются разные пищевые отходы. Они дегидрируются и прессуются вот в такие пакеты, – она потрясла пакетами, которые они взяли в кладовой. – Открываете, вынимаете спрессованные отходы, вставляете новый пакет, закрываете, нажимаете кнопку. Потом меняете фильтры сверху, куда подается вода. Нужно также помыть отходоприемник от налипших остатков пищи. И протереть все рабочие поверхности.

– А это не опасно? – спросил Арис, показывая на утилизатор.

– Если не совать голову внутрь, то нет, – хихикнула Синь. – Все просто. Думаю, разберетесь. А я потом зайду – проверю. Пока, братья Винчестеры!

Она подмигнула Марку и вышла. Марк покраснел.

– Она нас раскусила, – пробормотал он обиженно. – Этот дурацкий старый сериал из позапрошлого века мне почему-то первым в голову пришел, когда капитан спросил кто мы.

– Какой сериал? – удивленно спросил Арис. – Ты о чем?

– Сверх… А, забудь, ерунда. Давай работать.

Марк уставился на утилизатор. На крышке и возле отверстия виднелись засохшие потеки.

– Нам надо это чистить? – брезгливо сморщился он.

– Да, – Арис уже взял пластиковый контейнер. – Я сам ни разу такого не делал. Но, думаю, справлюсь.

Марк нехотя натянул перчатки и взял жидкость для чистки и жесткую губку.

– Я тогда мою тут, а ты иди чисти водяной фильтр, – распорядился Марк.

Арис взял пару перчаток и полез на стол, чтобы добраться до водного фильтра. Марк с отвращением открыл крышку утилизатора. Внутри лежал спрессованный серый комок, затянутый в вакуумный пакет.

– Фу! – не удержался от возгласа Марк.

Он вытащил твердый пакет и побрызгал чистящим средством контейнер изнутри. Он был липким и противно пах. Марк зажал одной рукой нос, а другой быстро протер утилизатор изнутри. Затем вымыл приемное отверстие и крышку.

Арис пыхтел где-то сверху, а Марк вспомнил о доме. В глазах снова защипало, но он помотал головой и загрузил новый пакет в утилизатор, как было нарисовано на упаковке. Затем взял тряпку и принялся протирать столешницу вокруг пищевого изготовителя.

Стараясь не думать о том, что он делает руками, Марк осознавал, что он все-так выжил. Он смог удрать от врагов, и сейчас улетает с планеты, где его ищут геэсники и еще черт знает кто. И от этого ему становилось легко и радостно, и немножечко, самую капельку, заглушало боль утраты.

_________________________________

*чужак, аутсайдер (измен. кит.)

*я скоро приду, есть разговор (кит.)

*Ладно (кит.)

Глава 8. Улики. Регина

Маленькие глазки начальника космопорта – мистера Озара бегали из стороны в сторону, стараясь не пересекаться со взглядом женщины в деловом костюме, которая стояла напротив его стола, как изваяние.

– Я присяду, – спросила Регина. Прозвучало это скорее утвердительно, потому что она не стала дожидаться ответа и сразу села на стул для посетителей. Ее странный молчаливый спутник остался тенью стоять около двери с планшетом наготове.

– Я немного не понял, чего вы конкретно от меня хотите? – пробормотал Озар.

Его лицо и одежда выглядели немного помятым, как будто его только что вытащили из постели, вытряхнули из пижамы, натянули костюм и усадили за стол. Судя по запаху перегара, вечер у начальника космопорта вчера удался.

– Мне необходим список покинувших Землю кораблей за последние двадцать четыре часа, – повторила Регина медленно, растягивая слова, чтобы этот недоумок ее понял.

– А вы кто, напомните, – переспросил он.

Регина закатила глаза и кинула на стол удостоверение “Аксон Корп”.

– Вы тратите мое время, которого у меня непозволительно мало, – процедила она сквозь зубы. Этот маленький человечек начал ее раздражать.

Озар похлопал себя по карманам, затем открыл один из ящиков, другой. Регина начала закипать. В одном из ящиков он нашел-таки очки, водрузил на нос и начал читать удостоверение. Регина не без удовольствия наблюдала, как брови начальника космопорта поползли наверх.

Она тут же подобрался, снял очки и посмотрел на Регину совсем другим взглядом.

“Боится, мерзавец”, – усмехнулась она про себя.

– Список, говорите? – у него даже голос изменился. – Да, конечно. На сегодняшний день только три корабля покинули планету. Сейчас…

Он засуетился, принялся что-то листать пальцем в терминале, пытаясь отыскать нужные сведения.

– Так. Вот они. “Урсула”, “Тяньмин” и “Дрезден Тинк”. Буквально с интервалом в несколько часов.

– Направление?

– Сейчас, сейчас… – Озар тыкал пальцами в экран терминала. Он него исходил душный запах пота вперемешку с усилившимся перегаром.

Регина поморщилась.

– Лион, – обратилась она к помощнику, – возьми у господина Озара все нужные нам сведения, а также видео с камер наблюдения, а я пойду, подышу воздухом. Тут, кажется, он совсем закончился.

Она вышла на крыльцо барака, в котором ютились административные кабинеты. Космопорт жил своей жизнью. Погрузчики, рабочие, пассажиры, персонал – сновали туда-сюда.

Регина услышала тихий сигнал и нажала на небольшую сенсорную пластину возле уха, активировав беспроводной наушник.

– Докладывай, – коротко бросила она.

Слушала она недолго. Затем молча завершила разговор еще одним нажатием на сенсор. На крыльцо из здания вышел Лион.

– Больше тут делать нечего. Не вижу смысла рвать жопу в погоне за одним из кораблей. Сначала выясним, куда они направились, – негромко сообщила она, спускаясь по ступенькам. – Возвращаемся в “Аксон Корп”. Техникам удалось распотрошить найденный наладонник, и готовы анализы крови из “Дома Ожидания”. Я должна присутствовать лично. Ты все записал?

Лион кивнул и направился за Региной к машине.

В дороге Регина любила размышлять. В особенности – над делом. Складывать в голове кусочки расследования, находить связи, закономерности. Это было только ее время. Потому назойливый сигнал в ухе вызвал у нее раздражение.

Привычным движением она коснулась сенсора в ухе:

– Слушаю!

– Риночка, это я… – раздался голос в наушнике.

Регина поморщилась.

– Мам, я просила меня не называть так. Зачем звонишь?

– Мы с отцом хотели позвать тебя на ужин.

– Ты же знаешь, что у меня сейчас дело. Я работаю круглосуточно, у меня нет времени сидеть за столом и изображать, что мы такая же семья, как и все остальные.

Регине захотелось завершить звонок, но она подавила это желание.

– Не нужно так говорить. Ты давно не заходила. Может быть ты захочешь увидеть, как она выросла?

– Мам, хватит! – Регина позволила эмоциям взять верх. – Мы уже обсуждали это неоднократно. Я не хочу ее ни видеть, ни знать. Вы сами приняли это решение – оставить ее. И согласились, что я не буду иметь к этому ребенку никакого отношения. Ты сейчас нарушаешь наше соглашение.

– Но она же твоя дочь!

– У меня нет дочери. Не нужно создавать условия для того, чтобы у меня не стало и матери.

Не дожидаясь ответа, регина завершила звонок и бросила быстрый взгляд на затылок Лиона, сидевшего на переднем сидении возле водителя. Наверняка они все слышали.

Регина попыталась сосредоточиться на деле, но настроение уже было испорчено. До штаб-квартиры “Аксон Корп” оставалось ехать полчаса.

Регина вошла в лабораторный отсек “Аксон Корп”. Лион, как всегда, висел у нее за спиной.

За длинным столом, заставленным оборудованием, возились двое в белых халатах. Один — молодой азиат, с бейджем “Чен”, второй – чуть старше, лысый, с изъеденным рытвинами лицом. Увидев Регину, оба выпрямились.

– Докладывайте, – сказала она, скрещивая руки на груди.

Чен подвинул к ней планшет.

– Наладонник восстановили частично. Большая часть данных повреждена. Владелец – Марк Морозов, четырнадцать лет. В базе числится пропавшим.

– Это я уже знаю, – кивнула она, махнув рукой “продолжай”.

– Да, но есть ещё кое-что, – Чен пролистнул экран. – Кредитный счет активен. Сумма небольшая, но сам счет не заблокирован. Домашний адрес – Ново-Москов, улица Ветрова, строение двадцать четыре.

– Еще что-нибудь?

– Есть фотографии. Обычные семейные. Марк, его мать, друзья. Много сохраненных мемов из сети – все, как у любого подростка.

Регина взяла из рук Чена планшет, пролистала снимки. Ничего полезного – мусор.

– Что по локатору? Где последняя отметка днк?

Чен подошел ближе, чтобы удобнее было показывать на планшете, который Регина держала в руках.

– Последняя активность – попытка входа в банковский терминал в районе космопорта, – сказал он, открывая карту города. – Геоданные точные. Сеть синхронизировала его биометрию за два часа до взрыва и отслеживала до утра.

– Значит, они все-таки побежали в космопорт. Как я и предположила… Лион, – Регина повернулась к помощнику, – отдай ребятам видео с космопорта и данные на корабли, пусть посмотрят.

Лион застучал по планшету, передавая файлы.

– Что еще? – спросила Регина.

– Больше ничего, – развел руками Чен. – Наладонник был поврежден взрывом. Все, что удалось вытащить, тут на планшете.

– Просмотрите видео с камер. Узнайте, куда направились все три корабля из списка и найдите мне мальчишку.

Техники энергично закивали. Регина, даже не взглянув на них, вышла из лаборатории.

Лаборатория, где ее ждали результаты анализа крови была по пути к ее кабинету. Она решила зайти лично, чтобы не ждать отчета. Регина уже открывала дверь, когда ее догнал Лион. Он привычно замер за ее плечом.

Их встретила женщина в очках – невысокая, с короткой стрижкой. Лабораторный халат был ей велик и почти закрывал щиколотки. В руках она держала планшет и несколько листков бумаги.

– Готов анализ крови с мусорного контейнера. Образец показал аномальное содержание лейкоцитов и тромбоцитов.

– Что это может значить? – спросила Регина.

– С вероятностью девяносто процентов – это искомый “объект”. Судя по активности клеток, у него должна быть регенерация как у ящерицы.

Регина взяла распечатку.

– А что это за микрочастицы в отчете?

– Мы пока не выяснили, – лаборант протянула ей другой лист. – Они неизвестного происхождения. Не можем идентифицировать, но это явно что-то интересное.

Ее глаза горели искренним любопытством.

– Работайте дальше, – сказала Регина. – Мне нужны точные данные. По этим частицам отчитываться лично мне, никакой утечки! Даже наверх. Ясно?

Женщина коротко кивнула и прижала планшет с данными к груди.

Регина вышла из лаборатории, не оглядываясь. Лион неизменно двигался следом.

Только в своем кабинете Регина смогла чуть расслабиться. Она села за стол, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза на несколько секунд.

– Кофе? – коротко спросил Лион.

– Да, будь добр. С корицей, – Регина потерла виски.

Лион вышел, а Регина потянулась к планшету. На экране загорелся список файлов, полученных от техников: видео с космопорта, список кораблей, данные с наладонника, анализ крови.

Регина скопировала всю папку с данными, но потом, замешкавшись, удалила из второй данные анализа крови. Заархивировав последнюю папку, она отправила ее в головной офис “Аксон Корп”.

Она снова развернула анализ крови объекта. Аномальные клетки, неизвестные микрочастицы… Регина чуяла, что напала на золотую жилу. Главное правильно разыграть все карты. Пока она контролировала ситуацию, но надо быть очень осторожной. Играя в двойную игру с акционерами “Аксон Корп” можно было не только потерять деньги и власть, можно было расстаться с жизнью.

В кабинет зашел Лион, держа в руках небольшую чашечку с кофе.

Регина закрыла файл, убрала планшет в стол. Лион все еще стоял у двери, не поднимая головы.

– Лион, – сказала она. – Найди мне ближайший рейс до станции “Торос”. Желательно самый короткий. Сделай так, чтобы об этом не узнал никто, кроме нас.

Лион поднял голову, посмотрел на нее бесстрастным взглядом.

– Займусь, – сказал он, поставил кофе на стол и вышел.

Регина осталась одна. Где-то за окном гудел город, который так и не стал для не родным. Где-то там, в пустоте таились беглецы. Она не собиралась их спасать. Но и отдавать их начальству она тоже не собиралась. Она решила: если она доберется до них первыми,то оставит их в живых – так они гораздо полезнее. Но если “Аксон Корп” каким-то образом опередит ее – она сделает так, чтобы от них ничего не осталось. Слишком многое на кону.

Регина подняла со стола чашку кофе, сделала маленький глоток и блаженно закрыла глаза.

Глава 9. На Марсе. Марк

Марс встретил “Тяньмин” шумом промышленного космопорта. Красная планета являлась перевалочным пунктом между Землей и выходом в гиперпространство, а потому рынок стал неотъемлемой частью этого места.

Марку и Арису разрешили сойти в порту так же как и другим членам экипажа. Синь увязалась за ними, пробормотав что-то про незнакомое место, и “мелких вайжень”, но Марк догадался, что ее к ним приставил капитан Цян Чэнь. Не доверяет.

– В бар идти не советую, – наставительно поучала Синь. – Детям туда нельзя.

Марк вспыхнул, а Синь хитро улыбнулась, подмигнув. Арис смотрел на нее улыбаясь, как дурачок, и это сильно раздражало. Марк не знал, как ему относиться к этой невысокой черноволосой девушке. То она серьезно, как взрослым, объясняла им устройство синтезатора пищи, то подшучивала, как над малышами, и от этого у Марка горели уши. Арис – тот вообще пропащий. Втюрился по уши. Балбес. Вон как идет лыбится.

Кто-то, проходя мимо, больно толкнул Марка в плечо.

– Смотри, куда прешь, малявка! – крупный мужчина в рабочей одежде осклабился желтыми зубами и прошел мимо.

Марк потер плечо, а Синь уже набросилась на него:

– Сильно болит? Ты что не смотришь? А вдруг пришибут? Тут тебе не Ново-Москов. Чего молчишь?

Марк раздраженно повел плечами и ничего не сказал.

– Синь, скажи, а ты часто тут бывала? – спросил Арис. Рабочий комбинезон “Тяньмин” был ему великоват, штанины пришлось подворачивать.

– Конечно! Мы с отцом сюда каждый месяц летаем – припасы возим для шахтеров. Оборудование иногда. А однажды возили даже живого страуса, представляете? – Синь рассмеялась. – Он весь полет орал, как резаный, а отец ругался, что зря согласился.

Арис засмеялся, а Марк фыркнул, но отметил, что история была забавная.

Они вышли из порта и сразу попали на рынок. И сразу окунулись в мир запахов и звуков. Каждый пытался продать проходящим свой товар. Кто-то из них имел свой собственный прилавок, а некоторые торговали прямо с рук, выкрикивая цены на едином и на своем языке.

Арис удивленно вертел головой. Марку тоже было интересно, но его не отпускала мысль, что кто-то может знать что-то о его отце. Только как спросить об этом напрямую, он не знал.

– Синь, а тут можно что-то купить? – спросил Арис.

– Если есть деньги, – усмехнулась она. – А у вас есть?

Марк сунул руку в карман и нащупал несколько кредитных карточек, которые им выдали на корабле за работу. На них было немного, и Марк не знал как ими пользоваться. На Земле подобное было не в ходу.

– Есть немного, – признался он.

– Тогда не тратьте на ерунду, – сказала Синь. – Если хотите что-то узнать, идите к тем, кто торгует информацией.

– А к кому, например? – спросил Арис.

– Местные болтуны, – пожала плечами Синь. – Вон, видишь, старик у стены с жестяным навесом? Он все знает про корабли и экипажи.

Марк посмотрел туда. Пожилой мужчина сидел на ящике, прихлебывал из кружки и лениво смотрел по сторонам. Покупателей возле него не было, и он явно скучал.

– Я схожу, – сказал Марк. – Арис, ты побудь с Синь.

Арис замотал головой:

– Я с тобой.

– Нет, – отрезал Марк. – Останься с Синь.

Арис отчаянно замотал головой, и Марк не стал настаивать.

– Хорошо, – подвела итог Синь. – Я зайду в лавку со специями тут недалеко, никуда не уходите, встречаемся тут же.

Она скрылась в толпе так быстро, как будто телепортировалась.

К лавке подошли двое работяг в потертых комбинезонах, переговариваясь на незнакомом Марку языке, чуть поодаль пожилая женщина копалась в мелких товарах, выложенных на стол соседнего прилавка.

Марк вздохнул, сжал кулаки и направился к торговцу, посматривая на работяг. Но те, казалось, не обращали на пацана никакого внимания. Торговец глянул на Марка исподлобья, хмыкнул и снова отхлебнул из кружки.

– Чего надо, малец?

– Мне сказали, что вы можете помочь найти человека, – Марк переступил с ноги на ногу в нерешительности. – Это так?

Старик прищурился.

– Зависит от того, кого ты ищешь.

– Мне нужно найти моего отца.

– А деньги есть? – прищурился торговец.

Марк кивнул.

– Мне нужно больше информации, – сказал торговец и поднялся с ящика, – Имя, возраст, раса, место рождения. Последнее место пребывания.

Марк помолчал. что-то считая в уме.

– Виктор Морозов, возраст – приблизительно тридцать восемь, белый, родился на Земле. В последний раз я его видел там же, но это было очень много лет назад.

Торговец пожевал губами и коротко бросил:

– Жди.

Затем удалился вглубь своего контейнера, называемого торговой лавкой.

– Ну что там? – спросил Арис. Марк даже не заметил, как он подошел.

Пожилая женщина уже ушла да и работяги, не найдя ничего для себя полезного, отошли от прилавка и закурили возле палатки с острой лапшой.

– Пока ничего, – ответил Марк. – Не нравится мне все это.

– Синь сказала, что он поможет. Я доверяю Синь.

Марк вздохнул.

– В этом вся проблема – ты доверяешь всем подряд. А мы ее совсем не знаем.

Арис возмущенно набрал воздуха, чтобы возразить, но в эту минуту из контейнера вышел торговец.

– Двадцать единых кредитов, – сказал он и сел обратно на свой ящик.

– Что? – не понял Марк.

– Деньги, – шепнул рядом Арис.

Марк поспешно полез в карман и достал одну из карточек. Торговец ловко вытащил из кармана продолговатую коробочку и вставил в нее карточку Марка. Раздался короткий писк, торговец довольно кивнул и вернул карточку марку.

– Где сейчас находится твой батя – неизвестно. Но есть информация, что в последний раз он работал с группой “Проект Феникс”. Больше десяти лет назад они закупали на “Торосе” специальное оборудование. Похоже для химической лаборатории.

– Это все? – разочарованно спросил Марк.

– А что ты хотел? Чтобы я его тебе сюда за руку вывел? – торговец обидно засмеялся.

Арис дернул Марка за рукав:

– Пойдем.

Они отошли к стене, на которой красовалась большая цветная надпись, которую невозможно было прочесть – настолько витиеватыми были буквы.

– Ну что будем дальше делать? – спросил Арис.

– Нужно лететь до станции “Торос”. Этот торговец сказал – там видели отца в последний раз.

– Надо спросить у Синь, вдруг они как раз в ту сторону летят, – сказал Арис и схватился за живот. – Есть хочется, может купим лапши?

– Эй, мелкие! – раздался голос за спиной Марка.

Он повернулся и увидел двух давешних работяг, которые терлись у прилавка.

– Мы слышали, вам помощь нужна. Я знаю “Проект Феникс”, мы им продукты возим. Можем и вас докинуть.

– Круто! – вытаращил глаза Арис и повернулся к Марку. – Ты слышал? Они нас довезут.

– Что, за просто так? – недоверчиво спросил Марк.

– Конечно, нет, – улыбнулся говоривший, у него во рту не хватало нескольких зубов. – За кредиты, естественно.

– А сколько? – Марк в отчаянии пытался посчитать, сколько у него осталось на карточках.

– Не больше двухсот, – снова улыбнулся щербатый.

– У меня столько нет, – пробормотал Марк.

– Можно отработать, или остальное отдать потом, как доберетесь до места.

Арис восторженно дергал Марка за рукав, а тот не торопился давать ответ. Он не мог сказать, почему, но его терзало нехорошее предчувствие.

– Но если вам это неинтересно, – развел руками работяга. – То мы пойдем. Мы просто хотели помочь.

– По доброте душевной, – добавил второй.

Они развернулись и пошли прочь, в сторону посадочных площадок.

– Стойте, – отчаянно крикнул Марк. Подозрительность боролась внутри него с надеждой. Любая помощь сейчас могла пригодиться. – Мы согласны.

Работяги довольно переглянулись. Щербатый хлопнул Марка по плечу, отчего тот чуть не присел.

– Молодец, пацан. Правильное решение. Идем, покажу наш корабль. Он недалеко.

– А где Синь? – спросил Арис, оглядываясь. – Она же сказала ждать.

– Она скоро вернется, – сказал Марк, как будто уговаривая сам себя. – Мы только посмотрим корабль, чтобы потом найти его, а потом пойдем на “Тяньмин” и все расскажем капитану.

Они направились прочь от рынка в сторону посадочных площадок. Работяги двигались друг за другом, петляя между прилавками и контейнерами. Марк старался запоминать дорогу, но вокруг было слишком много одинаковых контейнеров. Через несколько минут они остановились у довольно древнего грузового корабля.

– Вот он, наш красавец, – щербатый похлопал по обшивке. – Мы зовем его “Медуза”. Летаю на нем, сколько себя помню.

– А куда вы летите? – поинтересовался Марк.

– Сначала на “Торос”. Там разгрузимся, а потом, если надо, можем и дальше вас подбросить. Но это уже отдельный разговор.

– Заходите, – второй работяга открыл люк и жестом пригласил внутрь. – Покажу, где вы будете жить, если решите лететь с нами. Капитан даже каюту вам отдельную выделит.

Марк помедлил – что-то было не так. Слишком все было гладко, и парни какие-то уж чересчур добрые и улыбчивые. А вон у того, второго, как-то странно уголок рта подергивается.

Арис уже шагнул к люку.

– Арис, стой, – крикнул Марк.

Но было поздно. Щербатый резко зажал Марку рот ладонью. Он дернулся, но второй уже схватил Ариса и потащил внутрь. Марк услышал, как тот вскрикнул, но крик оборвался. Потом ему в лицо ткнули влажной тряпкой. Резкий химический запах ударил в нос, перед глазами все поплыло.

– Засыпай, – услышал он голос щербатого. – Кричать уже бесполезно, дружок.

Марк провалился в темноту.

Очнулся он от резкого звука. Голова раскалывалась, во рту пересохло. Он лежал на чем-то жестком, его левая рука онемела, так как он лежал на ней какое-то время. Повернув голову, он обнаружил Ариса. Тот был без сознания.

– Арис, – прошептал Марк. – Ты жив?

Он слабо толкнул лежащего рукой, попытался растормошить.

– Марк, – спустя минуту, негромко ответил Арис. – Где мы?

– Не знаю. Наверное на корабле. Вот твари!

Марк попытался сесть, но ударился головой о низкий потолок. Осмотревшись, он понял, что они лежат в тесном контейнере. Единственный источник света – проделанные в крышке отверстия. Наверное, для дыхания, как в переноске для животных.

– Что они с нами сделают? – спросил Арис.

– Не знаю, – мрачно ответил Марк. – Может продадут на черном рынке на органы, а может и того хуже.

– Чего еще хуже-то? – всхлипнул Арис.

– Поверь мне, всегда есть что-то похуже, – покачал головой Марк и принялся шарить по стенам, в надежде найти способ выбраться.

Марк провел ладонями по стенкам контейнера, местами попадалась ржавчина, но металл в этом месте все же был прочный.

– Что будем делать? – спросил Арис. В его голосе слышался страх, но сам он держался спокойно.

Марк не ответил. Он был немного благодарен Арису за то, что тот не винил его за ошибку. Марк и сам с этим превосходно справлялся. Он продолжал молча шарить по стенам, ощупывая каждый миллиметр.

– Есть идея, – сказал он и уперся спиной в одну стенку, ногами в другую. Но ничего не произошло. Он злобно ударил кулаком в крышку, раздался глухой звук. Марк зашипел и потер кулак другой рукой.

– Слишком тяжелая, – сказал он.

– Может, попробуем сдвинуть ее? – предложил Арис. – Вдруг она не заперта, а просто прижата чем-то сверху?

Они уперлись плечами в крышку, а ногами в пол и надавили. Металл скрипнул, но не поддался. Еще раз – тот же результат. Марк выругался сквозь зубы.

– А если попробовать раскачать контейнер? – сказал Арис. – Может если мы его перевернем….

– Ты прямо генератор идей, – съязвил Марк, но предложение не отверг. – Давай на счет “три”, месте. Раз, два, три!

Они прижались к одной стенке, потом навалились на соседнюю. Контейнер качнулся, но устоял. Ещё толчок – он начал заваливаться набок.

– Еще раз!

Они навалились в последний раз, и контейнер с грохотом опрокинулся набок. Крышка, которая была закрыта на простую защелку, распахнулась, и мальчики вывалились на довольно грязный пол.

Они стояли в большом коридоре, вероятно, ведущем в трюм. Он весь был завален разного размера ящиками и контейнерами. Вдоль стен тянулись трубы и кабели, разветвляясь в разные стороны.

– Ну и дыра, – сказал Арис и почесал плечо, которое было испачкано чем-то темным и липким.

– У тебя что, кровь? – спросил Марк.

Арис удивленно поднес руку к лицу, как будто впервые ее видел. Она вся была красной от крови.

– Ну-ка, покажи! – приказал Марк.

Арис нехотя повернулся. В районе плеча комбинезон был разорван. В дыру виднелись рваные края раны, из которой сочилась кровь.

– Я наверное порезался о край крышки, когда мы падали, – виновато пояснил Арис. – Да, ничего, просто царапина.

Марку показалось, что тот пытается оправдаться.

– Ничего подобного. Если не перевязать ты кровью истечешь.

– Марк, я… – начал было Арис, но его перебил звук шагов со стороны грузового отсека.

– Бежим, – шепнул Марк, и они рванули по коридору прочь.

Пол под ногами вибрировал, а это значит, что двигатели уже запущены. Корабль готовился к старту.

Они добежали до развилки. Впереди виднелись три коридора. Один вверх, один прямо и один налево. Откуда-то справа доносились голоса.

– Прямо, – сказал Арис. Марк не колебался.

Они побежали прямо. Коридор кончился глухой стеной с ржавой панелью. Марк дернул ее, но безрезультатно.

– Давай назад, – Марк развернул Ариса, заметив, как ткань его комбинезона на спине пропитывается кровью из раны.

Они вернулись к началу развилки и нырнули в левый коридор. Тот привел к небольшому помещению, в центре которого стоял огромный стол с подозрительными бурыми пятнами. С трудом оторвав взгляд от стола, Марк обнаружил лестницу, ведущую наверх.

– Наверх, – скомандовал Марк. Арис подчинялся без вопросов.

Они поднялись на второй ярус. Здесь было светлее, горели тусклые лампы вдоль стен.

– Если мы отсюда выберемся… – начал Марк.

– Не выберетесь, – раздался голос за спиной.

Марк обернулся. В конце коридора стоял тот самый щербатый. В руке он держал продолговатый предмет. Судя по мерцанию на конце, это был электрошокер.

– Шустрые, малявки, – усмехнулся он. – Надо было дозу побольше дать.

Марк отступил назад, прикрывая Ариса. Щербатый неторопливо пошел к ним. Из-за его спины появился второй.

– Бежим! – крикнул Марк и рванул обратно к лестнице.

Они почти слетели вниз. За спиной слышался топот догоняющих их похитителей. Марк петлял по коридорам, пытаясь сбить преследователей с толку, но корабль был похож на чертов лабиринт.

– Туда! – Арис показал на узкий люк в стене.

Они протиснулись внутрь. Коридор, похожий на вентиляционную шахту, простирался далеко вперед. Марк прополз пару метров, надеясь, что она выведет их наружу, но вскоре они наткнулись на решетку. Марк уперся в нее плечом, но она не поддавалась. Прутья были слишком толстыми.

– Тупик, – обреченно сказал Марки опустился на пол.

– Нужно ползти назад, – прошептал Арис.

Они попятились, но на входе их уже поджидал щербатый.

– Далеко собрались? – усмехнулся он, хватая Ариса за руку.

Марк попытался ударить его ногой, но щербатый ловко увернулся. Он хотел ударить снова, но второй работяга уже заломил ему руки за спину. Сзади затрещал электрошокер, и Марк обмяк. Уже теряя сознание, он увидел, как истекающего кровью Ариса тащат в противоположную сторону. Последним, что он услышал, был стук захлопывающейся двери и гул взлетающих двигателей.