Контур

Глава 1. Пробуждение

Глава 1

Пробуждение

Что первостепенно: воля или реальность? Из существующей действительности формируется воля, в ограничениях и исключениях, или же сам наш мир подстраивается под волю тех, кто может достойно ее нести и воплощать? Какой мир ужаснее: скучный, где воля подчиняется законам мироздания, или шаткий и хаотичный, в котором воля формирует собой законы природы?

Алекс не знал ответа ни на один из этих поставленных вопросов, просто когда-то увидел их в Интернете. Все человечество оказалось, по крайней мере, сейчас, не в силах ответить на них, чего уж ожидать от обычного, хоть и трудолюбивого, старшеклассника. Даже если бы он и мог покопаться так глубоко в устройстве вселенной, этого парня вам бы пришлось еще заставить это сделать.

В первую очередь голова забита подработкой после занятий в школе, в которую он как раз сейчас собирается, ходя туда-сюда по скромной квартире. Комнаты заставлены всякой всячиной: коробки, еще неразобранные после недавнего переезда, мебель, не сложенная обратно после утреннего пробуждения. Из рассеянной головы то и дело вылетает какая-та вещь, которую нужно взять сейчас с собой. В один из таких очередных заходов в свою комнату, он услышал доносящийся звук пиликающего градусника из соседней.

«Черт! Заболела все-таки!» - впервые за утро появилась отчетливая мысль. – «Мама, наверное, уже не задержится, а дома останется. Может даже не на день… Нужно больше работать»

Алекс быстро подошел к своему столу и нарыл в, казалось, вековых завалах всякой всячины, небольшой зеленый квадратный стикер. Не прошло и минуты, как грубые пальцы аккуратными движениями изваяли из него журавлика. Даже не зная из-за чего он не может сдержать улыбку, из-за оригами или из-за того, что сейчас порадует больную сестру, парень ринулся к ее двери, но вдруг резко остановился.

Лицо исказилось в неуверенности. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, однако убрал журавлика в карман и резко развернулся на выход. Шаги так быстро сменяли друг друга, будто парень желал попросту сбежать от какой-то опасности.

- Мам, я… пошел! Удачи! – обуваясь, сказал он. Тело застыло перед зеркалом, висевшим возле двери. Потрепанная джинсовая куртка, доставшаяся от отца, неопрятные русые волосы, торчащие в разные стороны и …зеленые глаза. Последняя деталь в очередной раз огорчила Алекса, потому он, не дождавшись ответа, вышел из квартиры.

- Дурак. – недолго постояв, шикнул он сам себе и отправился дальше.

Осенний сезон только начался, потому все пары и тройки людей, шедшие по пути с ним в школу, оделись налегке. Алекс еще давно подметил, что только в теплое время года, почему-то, люди ходят такими группами.

А он? Он вполне привык в любой сезон года находиться один. Смутные сомнения время от времени заполняли молодую голову самыми разными и многочисленными мыслями, затмевающие обычно царствовавшую тишину. Чаще всего они говорили лишь об одном вопросе, в разных формах и воплощениях: «Почему я один?».

На самом деле варианты, которые бы подходили для разоблачения данной тайны, лезли сами по себе: неопрятный внешний вид, который Алекс и не особо старался как-то приводить в порядок, странное поведение, отражающее постоянным сомнением в общественных нормах. В конце концов оригами, которым он увлекается иногда даже на уроках.

Странный туман обволакивал каждую улицу, лежащую на пути к учебному заведению. Он спускался с высот и пожирал своим присутствием каждое высотное здание, магазины, жилые строения и дороги, словно вода, расползаясь все дальше и дальше.

«Хорошо…» - подумал парень, поправляя лямку рюкзака и проводя рукой назад по волосам, чтобы растрепанная прическа не мешала обзору. Вид и вправду представал захватывающий: золотистое солнце громоздко поднималось из-за горизонта, просвечивая через легкий туман своими ослепительными лучами, постепенно испаряя мелкую росу, оказавшуюся перед утром на каждой травинке.

Вдруг он остановился на полушаге, резким движением рук прикрыв рот, сложившись чуть ли не пополам. К глазам подступили слезы, а к гортани рвота. В нос ударил металлический привкус крови, заполонивший все вкусовые рецепторы. Отвратительный вкус заполонил, казалось, весь рот, из-за чего сложилось впечатление, будто он прямо сейчас ест сырое мясо.

Пара мгновений и парень, сдержав позывы, наконец разогнулся, вытерев рукавом своей куртки слезы с глаз. Дыхание заметно участилось, грудь то и дело поднималась и опускалась, ладони начали еле заметно дрожать.

Он здесь не один. Парень резко обернулся, потом еще, вертел головой туда-сюда, всматривался в отступающий туман, но ничего подозрительного каждый раз поблизости не оказывалось. Волосы липли на медленно потеющее лицо, дыхание даже не думало восстанавливать темп, лишь ускорялось, как и сердцебиение.

Уши заполнились тяжелым, ватным шумом, скорее даже гулом, будто от моментального перепада давления. Чувство дезориентации абсолютно и полностью захватило сознание. Парень крутился, вглядывался в туман, продирая потные веки, нависающие тяжелым грузом на глаза.

Пока не увидел отчетливую белую вспышку со стороны. Мелкая, быстрая, даже не ослепительная, но врезавшаяся в мысли, как волнорез в море. Алекс застыл, не в силах пошевелиться. Наваждение пропадало также стремительно, как и появилось.

Проходившие сверстники, сбившись в кучку, сфотографировали его, заливаясь звонким смехом, потешаясь над мешкающимся сумасшедшим. Руки взмыли вверх, чтобы поправить воротник и вытереть пот с лица, одновременно с тем, как он молниеносным шагом отправился дальше в школу.

Не было смысла как-то реагировать, просить удалить фотку или никому о произошедшем не рассказывать. Все это могло бы помочь, если бы он хотел сохранить свою репутацию только в том случае, если бы она хотя бы была. На всю школу Андрес итак был известен как «припадочный». Легче уж доучиться, не обращая на это все внимания, нежели чем за пару лет пытаться восстановить представление о себе.

Такие припадки происходят уже не впервые. Первый такой, о котором он рассказал маме, произошел еще в средней школе, примерно тогда и были назначены таблетки, которые пьются и по сей день в моменты таких обострений.

Идя по, теперь, более просматриваемому туману, Алекс выискивал вход школы, к которой стремительно приближался. Первым делом, пройдя высокий забор через калитку и взобравшись по ступенькам к двери, он промчался ее и пошел в туалет.

Освещаемые солнечными лучами коридоры тяжело наседали со всех сторон, проносящиеся младшеклассники лишь сбивали с толку, то и дело врезаясь в него, становилось все более душно, картинка смазывалась. Сравнить это он мог лишь с ситуацией, в которой у него бы в прямом времени плавились мозги, настолько невыносимо, смазано, тяжело и душно было на душе.

Поворот направо от входа, налево, и небольшой заворот еще раз налево. Туалет. Захлопнув за собой дверь, Алекс тяжело облокотился о раковину, не поднимая голову направив взгляд на свое отражение в зеркале.

Кап. Кап. Кап. Раздражающе капающий кран действовал на нервы, стрелкой часов словно отмечая время, пока Андрес не вскипит. Резко провернув ручку крана, он включил холодную воду, но не спешил им пользоваться. Зеленые глаза смотрели на него из отражения. Два зеленых глаза. Руки все еще слегка подрагивали.

Охладив их водой, юноша сразу умыл и лицо, оставив кисти, прикрывающие его на месте, словно примеряя себе чудную маску из собственных пальцев, меж которых продолжали пристально наблюдать глаза. Оба зеленые.

Слабое давление в левом кармане штанов напомнило о себе. Вытащив оттуда цилиндрическую упаковку со смазанным, по крайней мере сейчас, названием препарата, он вытряхнул оттуда одну таблетку. Маленькая белая шайбочка оказалась на развернутой ладони. Пару мгновений колеблясь, он все-таки закинул ее в рот и запил той же леденящей водой, что и умывался.

Отрезвляющий холод быстро растекся по телу, начиная с головы. Это действие таблетки? Холода? А, может быть, расслабленная обстановка наконец дала о себе знать? В любом случае неважно, скоро начнутся занятия.

«Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять…. Десять.» - закрыв глаза и запрокинув голову назад, про себя посчитал Алекс, как его и учили, и что уже давно вошло в привычку.

«Все…Все… Сейчас…Что сейчас? Биология? Нет…нет, сейчас алгебра» - путаясь, выходя из туалета, Андрес смог вспомнить расписание. Забавно, что он прошел сквозь туман на улице, чтобы теперь идти через него по школе, по крайней мере ощущения были такими же.

Врезающиеся дети сильно резвились, путаясь под ногами, образуя непроходимые лабиринты своими движениями. Звонок. Плюхнувшись на стул, парень прикрыл глаза всего на мгновение, как тут же его дремоту пробудил знакомый голос одноклассника:

- Ты делал домашку? – даже без обращения по имени. Сразу к сути.

- Нет. – потирая лицо ладонями, сквозь них, украдкой соврал он.

- Да ну. – Алекс ощутил, как грузная ладонь опустилась на его парту, в паре сантиметров от собственных рук, потому открыл глаза и взглянул снизу-вверх. – А если проверю?

Алекс даже не знал, что больше всего его раздражало в этом прыщавом лице, глядящим на него свысока. То ли тот факт, что он почти никогда нормально не чистит зубы, то ли то, что этот выскочка из неблагополучной семьи уже который раз пристает к нему, то ли то, что все в округе совершенно спокойно реагировали на все перечисленное, что, несомненно, уязвляло его чувство собственный важности в этом мире.

Чужая рука быстро сорвала его тетрадку со стола и вместе с хозяином направилась к себе, переписывать это все. Прошел смешок откуда-то со стороны окна, что врезалось в разум как раскаленная игла, как червь, более не дающий ему покоя. Женский смех.

Неужели они находили его привлекательным? Неужто этот поступок был «крутым»? А останется он таким же востребованным, если Алекс прямо сейчас изобьет его? А что, всегда можно сослаться на очередной «приступ», и просто остаться при своем.

Такие мысли часто лезли в голову, также часто, как и тот червь, что с каждым днем лишь рос, после каждого осознания отличия от окружающих. Что будет? Ничего же не должно, все просто в очередной раз посмеются над чудиком, но станет чуть легче.

Станет ведь? К черту это все. Сжатый под партой кулак стремительно разжался и расслабился, когда Андрес улегся на парту. Мама рассказывала, что из-за его заболевания, парню может быть тяжко в контроле своих эмоций, особенно гнева. Может быть, нормальный человек сейчас бы так не реагировал? Не все ведь ощущают такие эмоции из-за простой насмешки? А это точно простая насмешка или есть какая та шкала? Тогда где на этой шкале находится данный эксцесс?

Аккурат за несколько минут до прихода учителя, вечно опаздывающего на свой урок, если он стоит первым, тетрадь грохнулась на парту, задев голову. Снова раздался закатистый смех с окна. Женский смех.

Неужели он настолько неинтересен противоположному полу? Или это из-за того, что он в принципе не интересен ровесникам. А кому тогда интересен? Ну разве что какому-нибудь извращенцу, думал в таких ситуациях Алекс.

В аудиторию наконец вошел преподаватель. Все встали. Первым делом мужчина оглядел всех вокруг, но заспанный и убитый внешний вид Андреса уже никого не удивлял, потому, не найдя чего-то «эдакого», он всех усадил.

Юноше всегда было интересно, каким образом люди выбирают именно такой стиль одежды. Пухлый мужчина почти каждый день носил коричневые брюки, чаще всего клетчатые, в лакированными туфлями, подтяжками и белой рубашкой, заправленный в штаны.

Рубашка менялась, как и брюки, но точно проследить было нельзя, когда это происходило. Иногда рубашка радовала глаз черными узорами, идущими снизу-вверх, или сверху вниз, смотря как посмотреть. Иногда брюки выделялись более светлыми квадратами, но поймать момент смены никогда не удавалось, только в ретроперспективе ты мог бы заметить это.

Быть может, потому что учитель не был никому интересен. Исключениям бывали случаи зачетов, которые мужчина обожал проводить и любезно предоставлял несколько попыток их сдать. Не от большой ненависти к детям он пытал страсть к зачетам, а как раз-таки наоборот: когда ученики сдавали результат, да еще и полностью верно, после нескольких попыток, не увенчавшихся успехом, в их глазах можно было заметить огонь.

Этот огонь он и любил, ну или ему так казалось. Огонь в глазах Алекса пылал всегда с первого раза, потому, хотя бы среди преподавательского состава, по крайней мере у одного из их состава, парень пользовался неким уважением.

С каждой новой записанной формулой глаза все больше слипались. Ужасно хотелось спать, несмотря на то, что иллюзорный туман пропал. Стрелки часов предательски медленно тикали, никак не ускоряясь, сколько бы юноша ни просил.

- Андрес. – шикнул голос из-за спины. – Что в первом?

И тут щелкнуло. Они уже как десять минут пишут тест. Голова просто шла кругом, хотя на его листке записаны правильные ответы, он сам перепроверил только что. Но что? Как эта прыщавая морда оказалась сзади него?

Сколько он спал? Может не десять минут? Но когда так он писал? Мысли путались, пока в голову не ткнули ручкой в очередной раз:

- Я тебя спрашиваю: что в первом? Мне все-таки подождать тебя после школы?

Очередная угроза, пущенная на ветер. Уж сколько раз его обещали заколоть, избить, забрать все вещи, раздеть и заставить голышом бегать по школьной территории.

- Отвали. – буркнул Алекс себе под нос и пододвинул стул вперед, сосредоточившись на тесте.

- Джордж. – разрезал голос учителя тишину во время теста. – Неужели ты решил, что он сможет тебе помочь? Что он хочет тебе помочь? Я заранее говорил об этой работе, неужели ты ничего не делал, хотя явственно клялся об обратном? Кого я видел с родителями в разделе алкогольных напитков?

По классу пошел смешок, даже сильнее чем те, что стабильно появлялись из-за Андреса. На душе стало немного теплее от того, что учитель заступился за него.

«Да! Еще и на больное! Спасибо вам огромное!» - взглядом в глаза, передал парень, с легкой улыбкой продолжив тест.

Однако со спины чувствовалось напряжение. Сквозь зубы он услышал сдавленное:

- Ты труп!

Вскоре урок закончился, все сдали свои работы и вышли в коридор. Благодать. Он закинул голову назад, смотря в потолок, чтобы хоть как-то занять себя на время ожидания преподавателя.

- Ааа… извините, вы говорили, что узнаете по поводу работы. – выскочив как акула из-за угла, он отправился за вышедшим мужчиной.

- А! Да-да, припоминаю такое. Ну, слушай, Алекс, я честно пытался выбить тебе место. – развел он своими массивными руками. – Ни-че-го. Я знаю еще один вариант, но там нужно будет конкретно так напрягаться. Возможно, даже в выходные.

- Идет, главное… – они завернули по коридору за угол. – Чтобы она была. Главное устроиться, а там уже разберемся. Спасибо вам большое, что помогаете.

- Да, ничего. Нельзя давать таким целеустремленными парням просто тухнуть без дела. Хочешь работать – работай. Не понравится – уже твое дело, а я помогу, чем смогу.

Рот опять заполонил привкус железа, будто пытающийся его отрезвить, однако теперь ощущение сопровождалось сильной колющей болью в области живота, давящей изнутри сразу во все стороны.

Алекс, чуть было, не рухнув на пол, схватился за стену, сгибаясь пополам от боли. Все было не так. Каждая деталь вопила о том, что что-то происходит, только вот парень никак не мог понять, что именно.

Стены вокруг рассекло с характерным звуком ножниц. Откуда-то пронесся поток ветра, словно вода, смывающая все на своем пути, перемешивая мысли, визуальные образы и спазмы боли воедино.

Андрес наконец открыл глаза. Вязкая слюна капала ему прямо на лицо из огромных жвал, а в живот впивалась одна из лапок. Сознание начало хоть сколько-то проясняться.

Скелет, обтянутый хитином, напоминающий по своему строению сколопендру, тянулся в длину несколько метров и прямо сейчас пытался полакомиться им, разрывая плоть во всевозможных местах, из-за чего кровь постоянно и появлялась во рту. Темные, ночные школьные стены давили со всех сторон, не выпуская едкий дым, который тварь выпустила, видимо, отправив парня в подобие транса.

Стиснув зубы, он направил пальцы прямо в морду монстра, почему-то вытянув указательный и средний палец, сразу же после чего челюсть противника рассеклась, будто ударом невидимого лезвия, на две части, одна из которых рухнула рядом с головой парня, окропив его странной жидкостью, напоминающей кровь.

Алекс быстро поднялся, несмотря на сильное кровотечение из брюшной полости и, как он сейчас обнаружил, правого бедра.

«Ядро»

Точно таким же жестом, Андрес направил разрез в грудь извивающегося от боли существа. Глаза с каждой секундой замыливались, от чего и точность падала, но в этот раз попадание было хирургическим.

Горловой вой на мгновение оглушил парня, но и дал увидеть небольшую сияющую сферу в грудине твари. Видимо, эта часть тела куда крепче, раз не рассеклась на части, а лишь раскрылась. Молниеносным выпадом Алекс вонзил правую руку в образовавшуюся трещину и грубым рывком вытащил сферу, сразу же разрезав ее на десятки осколков.

В это же мгновение противник молча, словно бездушная кукла, пал на бетонный пол, уже навсегда замолчав, а Андрес облокотился о стену спиной, медленно сползая по ней вниз, пока не сел перевести дыхание.

- Алекс! – раздался звонкий юношеский голос из наушников, прорывающийся сквозь помехи. – Алекс, ты живой?!

В пылу сражения он даже как-то позабыл о том, в чем вообще сейчас. Игнорируя голос, по всей видимости, товарища, парень принялся рассматривать себя. Классический костюм тройка, правда, порванный на ноге и животе, добротные черные туфли, под цвет костюма, и несколько колец на пальцах.

На каждом располагался небольшой рычажок, на один из которых он решил нажать, что повлекло за собой выбрасывание из кольца небольшой стопки бумажек, совсем маленьких, сравни с теми, какие ученики делают для шпаргалок.

«Чего? Зачем мне вообще бумага? Что происходит?» - наконец повалил поток мыслей.

- Алекс, мать твою! – все донимал голос из наушников.

- Слушаю! – приложив указательный палец к устройству, ответил он.

- Хо-хо-хо! Слава Богу! Тебя что, контузило?

- Учитывая, что я не понимаю, с кем говорю, думаю да. Ранен, пытаюсь в себя прийти.

- Сильно? Ты в какой вообще части школы?

- Наверное, переживу. Понятия не имею, где я. Даже окон нет.

- Ладно, жди, я сейчас прибегу.

И снова наступила благословенная тишина. Усталость навалилась на плечи с особым усердием, из-за чего хотелось просто уснуть, прилечь на пару минут, хотя бы просто прикрыть глаза, но что-то внутри не позволяло этого сделать.

Нахлынувшее видение заполонило все мысли, перебивая даже тянущую холодом боль. Это были воспоминания? Наваждение? Может быть то, что происходит сейчас – наваждение? Такого же не может быть. Да, совершенно не может быть.

Алекс оторвал руки от пола и сложил тот же жест, с помощью которого у него получалось разрезать тварь. Как это работает? Во тьме, раздвигая своим присутствием пыль и едкий дым, показался силуэт.

Ладонь непроизвольно потянулась туда сама и, словно колеблющийся курок, совершила атаку, однако силуэт увернулся, резвым движением оказавшись вплотную и прижав оба запястья парня к стене.

- С ума сошел?! – возмутился знакомый голос.

Несколько раз с усилием моргнув Андрес, все же, разглядел собеседника. Это был юноша, может чуть старше его самого, с ярко выраженными профдеформациями: небольшой ожог возле левой брови и шрам там же, будто они образовывали единое целое. Бледное лицо блондина быстро осматривало все тело пострадавшего своими серыми глазами.

Из поясной сумки вылетели бинты, перебрасываемые из одной руки в другую, с неимоверной скоростью и точностью обвязывая все ранения, в нужных местах он даже вспарывал одежду мелкими ножницами.

Убрав рукой волосы назад, товарищ, наконец, взглянул в глаза Алексу. Они были чем-то похожи, по крайней мере, так подумал сам Андрес. Может, неряшливой прической, может, ситуацией, в которую они попали, а может он просто постепенно вспоминал тот дух товарищества, о котором сейчас, к сожалению, позабыл.

- Кай. – представился он, кладя руку Алекса себе на плечо, чтобы встать. – Раз уж ты не помнишь, кто я. – ехидная улыбка промелькнула на лице. – Давай, потихоньку встаем.

Тяжелый выдох, и оба на ногах. В итак темном помещении потемнело в глазах из-за резкого подъема.

- Какая обстановка? – разрезал тишину вопрос Алекса.

- Совсем тебе, видать, плохо, да? Удивительно, что ты столкнулся здесь с такой мощной аномалией… отход вроде чистый. Придем к Мари, и она тебя подлатает. Главное сознание раньше времени не теряй! – улыбнулся он, таща за собой вялое туловище товарища.

Андрес прилагал немалые усилия, чтобы, хотя бы пытаться понимать, что творится. Взгляд бегал туда-сюда, тщательно фокусируясь и осматриваясь всюду, где только мог оказаться. Сумка, из которой Кай доставал бинты для оказания первой помощи куда-то пропала.

- А где сумка? – видимо, больше не сказал, а промычал парень, из-за чего собеседнику пришлось понимать вопрос по озадаченному взгляду, направленному на пояс.

- Сумка? – открывая дверь на лестничный пролет, переспросил Кай. – Это же фиксация, ты чего? Реально ничего не помнишь?

Из окон повалил голубой лунный свет, сбивший всю концентрацию на разговоре, досаждать Алексу не стали, лишь продолжили, пыхтя, тащить его отсюда подальше. Ветви деревьев, барабанившие от ветра по окнам, отбрасывали чудовищные тени, ходя в разные стороны ходуном, нагоняя жути.

Веки стремились соединиться друг с другом, но их контакт прервал громкий лязг ворот школы. Занятый попытками не отключиться, парень и не заметил, как его доволокли уже на улицу.

- И далеко нам отсюда? Холодно…

Кай остановился и задумался. В глазах явно читалось смятение и какой-то страх, но, взглянув на состояние Алекса, он решился. Два пальца легли на наушник, и он произнес:

- Диспетчер, это Кай. Видно координаты? – повисло недолгое молчание. – Да, возле школы, требуется эвакуация, Алекс Андрес серьезно ранен. Область безопасная. – он повернулся на эвакуируемого. – Пару минут и вытащат нас отсюда. Живой?

- Живой. Где мы вообще?

- Школа возле вокзала, привел тебя ознакомиться с тем, что, да как, а получилось как обычно… Если что, это все под мою ответственность.

Уже через минуту приехал черный автомобиль с мигалкой, больно бьющей своей громкостью по ушам, а светом по глазам. Двое человек выскочили из машины и бросились помогать Каю. Мигалка, в целом, была бесполезна, поскольку ночью машин практически не было. Может это часть регламента?

Просторные задние сидения обдавали теплом салона. Только двери захлопнулись, а водитель прижал педаль газа к полу, как Алекс сразу же будто расплавился. Сил держаться в сознании уже никаких не было, да и желания, в любом случае он в тепле и безопасности, пока автомобиль несется…куда бы он ни несся.

- Какого черта ты вообще притащил ночью, один, новичка на зачистку?! – шипел на Кая один из тех людей, что помог дотащить Алекса до машины. – Ты у нас сильно боевой или что? И опять у нас удивительнейшим образом аппаратура перестала твое местонахождение отслеживать, да?! А как надо эвакуироваться, так сразу все в порядке!

- Да расслабься ты. – прервал гневную тираду тот, что помоложе. – Как будто мы так не делали.

- Вот именно, что не делали! Да за такое, по-хорошему, отстранение, как минимум! Представь, если бы Рей, да что уж там Рей, если бы хотя бы Радан так сделал!

Резкий толчок вперед одновременно с трением покрышек об асфальт ознаменовал прибытие, до которого, помимо ругани, беспокоили лишь резкие, чуть ли не полицейские развороты и маневры.

Вывалив свою тушу из автомобиля, не без помощи, Алекс медленно направился к воротам. Перед ним прорезало небо высокое здание, состоящее из трех «блоков». Центральный был самым высоким, там же располагался и вход, к которому вела широкая лестница.

По бокам, чуть загораживая центральный блок, стояли две идентичные пристройки с длинными вертикальными окнами. Черные перекладины железного забора мельтешили перед глазами, впиваясь в душу своим контрастом со всем вокруг. Аккуратные деревца закрывали собой несуразные острые края здания, стоя будто плечом к плечу.

Просторный въезд для машин и небольшая калиточка для людей, через которую уже выбегала дама в белом халате. Пышные кудрявые волосы развевались на бегу, подпрыгивая в такт шагов. Запахнув резким движением халат, она прикрыла бирюзовую, стандартную медицинскую униформу, и бросилась помогать.

Мягкая, нежная женская ладонь легла на живот и тут же привнесла в жизнь парня такой головокружительный спектр боли, что он даже на миг подумал, что остаться с этими ранениями было бы приятнее.

- Немного потерпи, сразу станет лучше. – видимо, заметив его исказившееся лицо, попыталась успокоить женщина.

Второе касание, целью которого была нога, уже заставило шипеть и кряхтеть, но держаться все еще было возможно. Убедившись, что Андрес хотя бы более-менее в себе, она двумя пальцами коснулась его лба, после чего все ощущалось как нарезка несвязных кадров.

Смазанных, то более тусклых, то более насыщенных кадров. Сначала его тащат сквозь ворота, потом поднимают по ступенькам. Свет лампы неприятно ударил в лицо. Странно, ведь снаружи ни одной горящей лампы в помещении незаметно.

Кабинеты, какие-то люди в разных униформах, узкие коридоры с затхлым воздухом то сужались, то расширялись, пока он, наконец, не оказался на больничной койке в каком-то подобии палаты. Сил подниматься не было. Не то что подняться, даже открыть глаз.

Из-за стенки слышались звуки, отдаленно напоминающие голоса, рвущиеся сквозь пелену сна. «Аномалии… Очнувшийся…Руководство…» и все в таком духе. Последними мыслями, пытавшимися привести Алекса в чувства, оставались размышления о том, как сейчас мама и сестра.

Глава 2. Ки

Глава 2

Ки

Свет пробивался через тонкую пленку век, попадая прямо в глаза. Алекс сладко посапывал на кровати, завалившись на руку всем туловищем, из-за чего конечность начало неприятно покалывать от онемения.

Волосы неряшливо ложились на лицо, из-за чего оно постоянно чесалось, веки давили друг на друга, не давая открыть глаз.

Как вдруг одна отчетливая мысль заставила парня вскочить с кровати, даже не видя, куда он направляется, Андрес разогнался и со всей силы влетел в стену, запутавшись ногами в одеяле. Складки на костюме давили на кожу.

Наконец раскрыв глаза, Алекс не обнаружил в помещении никого, кроме себя. Расставленные кровати все заправлены, кроме той, на которой он спал. Возле каждой стоит тумбочка, почему-то без вещей.

Парочка растений на подоконнике, к которому парень сейчас был повернут спиной, прижимаясь к стене, а в противоположном конце палаты компактный настенный телевизор, прикрепленный к углу.

«Это все какой-то бред» - тяжело дышал он. – «Сколько время? Эти куда ушли вообще?»

Алекс снял пиджак и бросил его на кровать, расслабив галстук легким движением пальца.

«Меня чем-то накачали, а все, что сейчас происходит – розыгрыш. Очевидно же, ха…ха…»

Парень тихо, приземисто направился к выходу из палаты в которой даже не было двери. Следующим помещением оказался небольшой, скромный кабинет, по всей видимости, той девушки, что его вылечила.

«Вылечила. Стоп. Вылечила?»

Андрес бросился осматривать те места на теле, у которых красовались большие, уже засохшие, кровавые пятна. С опаской он ткнул в живот пальцем, предварительно зажмурившись, но боли не последовало.

Пробираясь через заставленный всякой всячиной кабинет, Алекс добрался до двери. Тонометры, градусники, бинты, какие-то странные округлые аппараты с липучками на обратной стороне. Очень уж привлекла внимание странная шкала на этом приборе: «Фоновое Ки», идущая от нуля до единицы.

Даже будучи выключенным, аппарат колебался, показывая то половинку, то чуть меньше. Рядом был такой же, побольше, там уже располагались значения до десяти, а снизу, в незакрытом ящике стола с кучей бумаги, третий, до сотни.

Со стороны коридора из-за двери послышались шаги. Одновременно с этим треснул второй прибор, стрелка которого решила соскочить с максимальной десятки дальше направо. Алекс обернулся на источник звука.

Следующий аппарат тоже сошел с ума, когда дверь начала открываться, стрелка бегала туда-сюда, словно сошла с ума. Нога в черных брюках вошла в комнату. От неведомого давления сдавило горло, практически полностью перекрыв дыхательные пути.

Сердце заколотилось, одновременно начав колоть. Руки сами сложили до боли знакомый знак, выпустив первую атаку, но на месте попадания никого не оказалось. Лишь легкие надрезы красовались на двери и проеме.

Незнакомая рука легла на плечо откуда-то со стороны. Высокий мужчина, входивший только что из коридора, вдруг оказался вплотную.

- Спокойно. – сказал размеренный голос, перед тем, как парень успел обернуться.

Мужчина возвышался практически на целую голову, смотря сверху-вниз. Черные брюки, туфли, белая накрахмаленная рубашка и черное пальто чуть ниже колена. Внимание привлекли глаза с гетерохромией.

Правый настолько темный, что практически сливался с зрачком, а вот левый наоборот, светло-серый, настолько светлый, насколько это было возможно. Огромные синяки подчеркивали глаза снизу, а толстые брови обрамляли сверху, медленно переводя взгляд смотрящего на аккуратный нос и пухлые губы, окруженные щетиной, как и щеки.

Небрежная небритость что-то говорила, но времени думать совершенно не было. Алекс кинул взгляд на растрепанные серые волосы. Выглядели они так, будто их кто-то резал ножом, а не стриг ножницами.

Рваные, неровные слои беспорядочно рассыпались по голове, доходя сзади до шеи, а спереди аккуратно обступали лицо, но не все, часть прядей все же перегораживала обзор, что, кажется, нисколько ему не мешало.

- Мужчина, вы кто?

- Работаю тут. Ты новенький или просто помощник? – он присел на единственный стул.

- Я… не знаю. Меня вчера доставили после ранений сюда, но я ничего не помню. Вы, наверное, видите и по одежде. – легкое головокружение ударило по сознанию.

- Не вижу. Говорят, у аномалии, что ты уничтожил, было ядро. Это так? – мужчина нахмурился и встал со стула.

- Ну… - задумался Алекс. – Вроде да. Это что-то значит? – голова начала раскалываться от напряжения.

- К сожалению. Если что, ты меня не видел. – резко ушел он, оставив дверь открытой.

Только незнакомец преодолел достаточное расстояние, как все датчики успокоились, да и даже дышать стало легче. От перенапряжения Андрес рухнул на стул, будто бежал марафон, и пытался набрать побольше воздуха в легкие.

Алекс склонил голову и уперся локтями в колени, запустив пальцы в волосы. «И что все это значит вообще? Как-то этот спектакль зашел слишком далеко…»

В сознание врезались воспоминания, только они были слишком размытыми, словно их вообще выдумали. Мама провожает его на подработку в этом самом костюме. Яркие смазанные образы меняются на Кая, сразу после на вечер, школу, аномалии.

Аномалии. От одного только слова перед глазами застывали эти гротескные образы. В пылу сражения, под адреналином, еще возможно не обращать на их внешний вид внимания, но сейчас… от каждой идут мурашки.

Неестественные, как будто их нарисовал какой-то ребенок. «Такого просто быть не может. В нормальной реальности. Может я не в своей реальности? Может я сошел с ума?»

- О, Алекс! – ворвался в размышления Кай, держащий в руках бумажный пакет. – Ты как?

Андрес просто взорвался бурей эмоций. Вскочив со стула, он схватил парня за грудки и прижал к стене, со звериным оскалом сказав лишь два слова:

- Что происходит?!

Растерянные серые глаза бегали по разным сторонам, пытаясь подобрать слова, но ничего не выходило. Пыхтение сопровождалось шуршанием пакета на полу, который ногами парни толкали в разные стороны.

- Я тебе не враг! – собрался с мыслями Кай. – Выслушай меня!

Алекс застыл. Теперь уже его взгляд забегал, но руки он все же расслабил.

- Объясняй. – сухо бросил он и сел обратно.

Кай, в свою очередь, был до глубины души оскорблен, потому не собирался торопиться. Первым делом он поправил рубашку, помятую из-за Андреса, подобрал пакет и вытащил из него сдобную булочку, предложив вторую товарищу.

- Перед тем, как кидаться, мог бы вспомнить, кто тебя вытащил вчера. – надулся блондин.

- Я проснулся в крови, в какой-то палате, аномалии, какой-то ужас. Как я должен реагировать?! Мне нужно знать, что происходит.

- Смотря что ты помнишь.

- Я устроился на подработку. Костюмы, ты, а теперь я в кровавом пиджаке сижу здесь и ем. Может быть она отравлена. – потряс булкой он.

- Легче тебя уж так прибить, чем мучиться с ядом. – Кай присел на стол, за которым сидел Алекс и начал болтать ногами. – Ты сейчас в главном офисе нашей организации – Департамент Потоковых Аномалий. Отдел по борьбе с аномалиями, собственно, основные силы. Диспетчерский узел на севере города, остальное раскидано по госучреждениям.

- Откуда берутся эти…аномалии? – с ужасом перебил Андрес.

- Из-за таких, как мы – чистильщиков. Своими способностями мы буквально расшатываем реальность. Обычные люди же, в свою очередь, уравновешивают мироздание своей верой в «нормальность». Ты знаешь, что если я кину эту булку, она упадет?

- Ну да.

- А как работает гравитация? Может Земля вообще не круглая, а плоская, ты вот досконально это знаешь? А проверить можешь? Вот тут тот же принцип.

- И что тогда делать? Не переставать же нам всем жить.

- Зачищать аномалии. В разные эпохи чувствительных к Ки было то больше, то меньше, но аномалии неизменно продолжали появляться, так что не факт, что, убрав нас, мы избавимся от аномалий.

- Ки! Точно! Что такое Ки? Тут на датчиках было.

- Ки – это, грубо говоря, поток, как ветер или течение. Поток чистой энергии, которую даже не все чистильщики могут ощущать, но могут пользоваться. Вот эти «ножнички» твои точно так же работают. Ты вытягиваешь капельку Ки из общей массы и преобразуешь под себя.

Кай бросил взгляд на приборы, растрескавшиеся от прибытия мужчины и ошарашенными глазами посмотрел на Алекса:

- Ты на кой их разбил?

- Это не я. Тут… - осекся он. – Плохо было. – решил, почему-то, не раскрывать присутствие того странного мужчины. Повисла пауза. – Что с моей мамой?

- В плане? – быстрее прожевал Кай.

- Сколько вообще времени прошло, с момента моего трудоустройства? А пропуски в школе?

- Ну… - протянул собеседник. – Вчера был твой первый день. Поэтому мне такой выговор и устроили, ха, если ты тогда не в отключке был.

- Хм… а нормально вообще, что у меня такие проблемы с памятью?

- Слипы часто «глючат», когда осознают Ки. – с набитым ртом сказал он. – Ничего удивительного.

- Слипы? Это кто?

- С-л-и-п-ы. – побуквенно повторился собеседник. – От английского «слип» - спать. Спящие, не осознающие люди, обычное большинство. Как бы плохо это ни звучало, мы, хотя бы в этом плане, лучше них. – заметив, что Алекс доел, Кай спрыгнул со стола и подошел к выходу. – Пошли, я немного уладил наше положение, теперь мы доверены опытному чистильщику.

- И что делать?

- Пошли, все расскажу. – махнув рукой, парень вышел из комнаты.

Андрес последовал за ним и наткнулся на ухоженный длинный коридор. Редкие двери кабинетов, развешанные лампы на потолке, не работавшие сейчас, в дневное время, из-за просторных окон.

Мягкий бордовый ковер, расстеленный по всей длине помещения, редкие тумбочки с детекторами Ки. Не такие огромные значения, чаще всего до единицы, куда меньше встречались до десяти.

- Почему окон снаружи не было видно? В какой мы вообще части здания?

- Боковая часть. Окна скрыты засекреченной старой фиксацией.

- Что такое фиксация? Как она может скрыть вообще окна? Почему только окна?

- Фиксация в редких случаях остается после смерти пользователя Ки. Это либо предмет, либо область, в которой действует его закон, грубо говоря то, что он умел при жизни. Тебе показалось, что не видно окон, это полностью другое здание, если смотреть снаружи. Департамент куда больше, чем то, что ты видел вчера.

Завернув за очередной угол, они обнаружили там мужчину в бежевом плаще, кроссовках и черных штанах.

- Марк, вы уже тут! – радостный Кай ускорил шаг и приблизился к нему.

Мужчина с короткими темными волосами развернулся. Солнцезащитные очки, хотя, казалось бы, они находились в помещении, мешали рассмотреть его глаза, но эта мысль даже не посетила Алекса, поскольку все внимание привлек большой шрам от ожога на нижней части левой щеки.

Мелкие морщинки обступали его так аккуратно, будто он был совершенно чем-то инородным. «Всего лет сорок, а уже морщины» - промелькнуло раздумье.

- Не люблю опаздывать. – ответил он.

Пересохло в горле. В принципе рядом было даже не жарко, скорее неимоверно душно. Марк поправил штаны и там прогремело нечто железное, будто бы он носил какую-то железную броню, о чем Алекс решил не спрашивать.

- А это. – кивнул он в сторону Андреса. – Наш новенький, из-за которого я за тебя выхватывал?

- Ну…. Есть такое. – пристыженный Кай мог лишь почесать затылок от безысходности.

- Марк Вернер. – протянул он руку. – Юноша, чем бы вы вчера не занимались, это был фурор. Несмотря на то, что мне за ваш фурор устроили террор, я впечатлен. Сколько уже пользуетесь Ки?

- Да я. – усмехнулся он, пожав руку. – Если честно, вообще без понятия. Прихожу в себя.

- Бывает. Отмечу вам: аномалию второго ранга вот так сходу далеко не каждый может побороть.

- Кха, извините, пересохло в горле, спасибо за похвалу.

- Ха-ха, скоро привыкнешь к моему следу. Я предлагаю провести небольшую экскурсию по департаменту, раз уж вы так накосячили. Будем начинать с самого начала.

- След? – нахмурился Алекс.

- След. А, ты настолько не в теме. – сразу понял Марк. – След – фоновое влияние твоего закона на мир. Если попроще: ты ничего не делаешь, но уже воздействуешь на реальность. Я ничего не делаю, но у тебя пересыхает в горле, скоро станет жарковато.

- Но можно же как-то и напрямую воздействовать, да? – Алекс начал следовать за Каем и Марком куда-то на второй этаж.

- Конечно. Это называется техникой, способностью. Примерно хоть представляешь, что такое Ки?

- Поток какой-то энергии…

- Вот. – мужчина оборвал парня. – Для техники ты конкретно выцепляешь из общего «шторма» маленький кусочек, которым будешь пользоваться. Поэтому она и разрушительнее, чем любой след, но и концентрация для нее тоже необходима.

- Больше ничего нет?

- Поле. Даже мне непонятная штука, может, в силу моих особенностей. Если ты достаточно талантлив, то можешь буквально «вбить» свой закон в какую-то область, в общем, так и работают пространственные аномалии.

- Ха-ха, погодите-погодите, столько терминов сыпете, я прям начинаю путаться. Что такое пространственные аномалии? Они бывают разными?

- Я предлагаю. – с выдохом он поднялся на последнюю ступень и открыл дверь с лестничного пролета. – Походить на задания со мной, посмотреть, потом поспрашивать. Сейчас я, безусловно, могу зачитать тебе лекцию по устройству мира, но не все из этого тебе нужно, и не все ты сможешь уложить у себя в голове. – мужчина пропустил парней вперед. – Поэтому. – пройдя за ними, он похлопал юношам по плечам. – С сегодня и начнем. Позавтракали хоть?

- Позавтракали. – не скрывая удивление в голосе, ответил Кай. – После вчерашнего? И его, и меня можно просто взять и потащить на задание?

- А почему нет? Я все уладил, а кто хочет объяснять про радиус, плотность, приоритет, виды аномалий, их классификацию, классификацию сбоев? Ты так объяснишь, что опять выговор получите, так что лучше уж я, а методы, как ты знаешь, у меня свои.

Они как раз дошли до нужного кабинета. На вылизанной темной деревянной двери красовалась золотая табличка:

«212. Направление чистильщиков»

- Двести кабинетов?

- Номер этажа. – скрестил руки на груди блондин. – То есть, вот как я оправдываюсь, так ничего не понимаю, а тут. – Марк вошел в кабинет и закрыл дверь. – Ну не понимаю я этого.

- Он наверняка опытнее. – прислонился к стене Алекс. – Понятное дело, ему верят.

- Ничего нового, спорю, не сказал, просто меня недолюбливают. – Кай усмехнулся, показав верхние зубы.

Круглая ручка двери провернулась, и оттуда вышел Вернер, держа в руках несколько листов бумаги с плотным потоком текста.

- Итак, господа нарушители регламента. – прокашлялся он и начал читать, расправив бумагу. – Вот вам и что попроще: зафиксировано подозрение на аномалию, по адресу такому-то, ага…ага…Старый дом…Разрешенное оборудование: костыли, в количестве до трех штук… Ясно.

- Пространственная? – уточнил парень, засунув руки в карманы, в то время как у Алекса информация пронеслась, толком ничего не дав.

- Ну костыли если, вообще не значит, что только пространственная, все же, у тебя практики не так много. Думаю, жалких три костыля уже могли загрузить в машину, она позвонила все-таки. За мной.

Алекс оторвался от стены и быстро догнал товарищей.

- Почему? Зачем нам костыли?

- Поймешь. Сейчас все может быть скомканным, но по ходу втянешься. Лучше один раз увидеть, уж такое, поверь мне, точно.

Лампы, когда Марк проходил под ними, слегка мигали пару раз, после чего переставали, что выглядело довольно странно. От Алекса или Кая такого эффекта не было. Также стремительно, как они поднялись, так же быстро и спустились, завернув по пути в гардеробную, располагавшуюся рядом с выходом у турникетов.

Чистая одежда. Десятки костюмов, висящих друг за другом вряд на разных вешалках. Увидев растерянность Алекса, Вернер вышел из комнаты, вытащив за собой Кая, и сказал:

- Переоденься из кровавых шмоток, на пол прямо бросай, и поехали, ждем на выходе.

Несколько помешкав, Андрес примерился и переоделся меньше чем за пару минут, но перед самым выходом увидел зеркало, висевшее на стене рядом с дверью.

Медленно, будто чего-то боясь, он приблизился к отражающей поверхности. Оттуда на него смотрел, как и обычно, растрепанный юноша, теперь в хорошем костюме. Два зеленых глаза.

Контрастируя с приглушенно-розовыми стенами гардероба, на него, даже, скорее, в него, смотрели два зеленых глаза. Парень приблизился к своему отражению, пальцами раздвигая веки правого глаза.

«Зеленый... Может, он всегда таким был? И глаз, может, тоже?»

Через несколько мгновений, после усилия сосредоточившись на сегодняшнем дне, он отправился на выход. Там, как и сказали, стояли Кай и Марк, о чем-то весело болтая. Увидев Андреса, оба махнули рукой и направились на выход.

Снаружи здание и вправду выглядело совершенно иначе. Высоченное, широкое, практически идентично по габаритам пятиэтажному и вширь, и ввысь. Теперь можно было рассмотреть каждое из тех окон, из которых он смотрел наружу.

- А почему сейчас видно окна? – спросил Алекс, заметив, что, как только они вышли, жарить из-за следа наставника стало сильнее.

- Мы вышли только из одной фиксации, которая подавляет Ки, а та, что меняет облик здания, заканчивается у ворот. – объяснил Вернер. –Ты, если будет интересно, покопайся в документах. За время существования города на этом месте никогда не числилось ничего, кроме как «Государственная Организация ДПА». Потому что фиксации уже давно стоят.

- Блин, как запутанно тут все. – кружась вокруг своей оси на ходу и вертя головой в разные стороны, с восторгом осматривался Алекс.

- А ты как думал, поэтому никто и ничего не знает о Ки. – хлопнул его по плечу Кай.

Такая же черная машина, что и привезла его сюда, уже ждала на парковке перед воротами. Только выйдя из них, парень первым делом обернулся.

«Какой удобный костюм, и бегать, и поворачиваться так удобно»

Окон действительно не было, да и само здание значительно сдулось, более походя на тюрьму или тухлое административное строение.

- В чем идея таких костюмов?

- Удобные, не стесняют движений, а выглядят официально. Специальный пошив со здешней же фабрики одежды. Легче прикинуться какими-то работниками, в случае чего. – садясь на переднее, а парней усаживая назад, ответил Марк.

На этот раз не включая мигалок, машина неспешно направлялась к заданному адресу. Люди проплывали в окнах, как какие-то травинки в поле. С осознанием того, насколько их кругозор узок, Алексу стало не по себе.

А что если рассказать всему миру о Ки? Ну нет, не просто так же эту информацию скрывают. Что произойдет, если коллективная вера людей в «нормальность» сменится верой в аномалии, нестабильность?

«Да, лучше уж скрывать» - заключил в мыслях Андрес.

Автомобиль совершил остановку возле небольшого трехэтажного многоквартирного дома. Ветхий, пошатнувшийся слегка в сторону, с облезшими стенами.

- Все, спасибо, что подвез, жди нас тут, хорошо? – складывая что-то в карманы плаща, Марк попрощался с водителем, постучав по крыше.

Три чистильщика встали прямо перед входом. Территория за сотню метров огорожена, потому только их машину пропустили люди в костюмах. На огромной вывеске красовалась надпись: «Экстренный капитальный ремонт».

«Ха, так вот, почему у нас постоянно что-то чинят, переносят или сносят»

Вслед за старшим, они шагнули внутрь. Ржавые почтовые ящики, немытые ступени и жуткий запах, бьющий точно также в нос, как и та тварь, что пыталась сожрать Алекса.

Тело покрылось мурашками с пяток до шеи, парень будто оказался ровно в том же моменте, машинально сложив пальцами ножницы, приготовившись сразу ко всему.

Странное, доселе совершенно незнакомое чувство. Все здесь странное. То ли стены недостаточно прямые, то ли цвет, может быть, углы сходятся не так. Совершенно не та геометрия, мгновениями кажется, что размер помещения меняется, то раздуваясь, то сужаясь.

Глаза жадно бегали повсюду, жаждя найти хотя бы какую-то деталь, подтверждающую странное предчувствие, любую деталь, но, чтобы она была конкретной. Марк медленно продвигался, аккуратно простукивая время от времени стены пальцами.

- В рапорте написано: «Люди перестали пользоваться лестницей, бояться по ней ходить. Слышатся какие-то голоса и видится лишний этаж, а то и несколько». Похоже на какой-то закрепившийся образ, в общем, будьте начеку.

Алекс аккуратно продвигался за наставником. Они наконец добрались до лестницы, сделав первый шаг на ступень. Дыхание в тот же миг перехватило. Градус обзора увеличился в несколько раз, парень чуть ли не начал видеть, что у него позади.

Пропорционально увеличившемуся углу обзора, четкость изображения по краям упала, будто там сильно преломлялся свет. Помогая себе руками, надавив на живот, он смог выдохнуть.

Глаза заслезились, а уши заложило. Тоннель. Зеленоватый свет. Сужающееся пространство, монструозное, величественное, на фоне человека. От зеленого свечения глаза еще сильнее заболели.

- Алекс! – крикнул женский голос.

Но никого рядом не оказалось. Пространство плыло, тая и слипаясь.

- Алекс! Подойди!

Обернувшись, он заметил, как таящие стены слепились в знакомую обстановку. Разбросанные по столу бумажки, коробки, неубранная комната. Радостный, Андрес вбежал в мамину комнату.

- Мама! Мама! Я получил работу! Ты представляешь!

Комната оказалась абсолютно пустой, как палата психбольного. Белые, хоть не мягкие, но все же, белые стены. Даже окна нет. Раздался отрезвляющий звук биения железа.

Железо впилось в, по всей видимости, стену. Алекс будто вынырнул из глубокой проруби, придя в себя.

«Задание, аномалии!»

Первая ступень преодолена. Голос матери все еще слышен вдалеке. Пространственная аномалия, по непонятной для парня причине, ужасно его пугала. Сама форма, устройство, так еще и эти фокусы с его квартирой, нагоняли животного страха даже больше, чем первая встреченная им аномалия-сколопендра.

Андрес бросил взгляд на источник звука. Марк голыми руками вбил толстенный, в ширину с руку, гвоздь в стену. И почему его называют костылем? Больше похож на те гвозди, которыми скрепляют рельса для поездов.

- Почему видение прекратилось?! – спокойно крикнул Алекс.

- Потому что мы создали небольшую устойчивую область. В костыль верят, что он надежный, вера создает островок безопасности. – взбираясь все выше, ответил Марк, доставая из кармана еще один такой же штырь, как только начал хвататься за голову.

- Оставьте в покое! – с верхних этажей пронесся ветер, говорящий десятками голосов.

Женскими, мужскими, детскими, старческими.

- Марк, это может быть и не пространственная, позвольте мне!

- Отставить! Мы не знаем точно! Всем стоять позади меня!

Кай взбежал по лестнице, добежав до второго островка безопасности. Одна из стен исказилась, будто кто-то потянул расплавленный пластилин, и сформировалась в кулак, влетевший в живот старшего чистильщика.

- Оставьте! В покое! – повторила аномалия.

- Это вообще не первый ранг. – сквозь зубы ругался Марк. – Второго, минимум!

Вся мощь области, недоступной из-за гвоздей, будто перенаправилась наверх, из-за чего там образовались десятки таких же рук, сотканных из пространства стен. Бесстрашный Кай выхватил еще один штырь из рук наставника, по всей видимости, последний, и рванул вверх, кинув странный взгляд Алексу.

Потянувшуюся за ним руку он не стал никак парировать, потому подоспевший Андрес отрезал ее на корню, а после и еще две последовавшие. Запрыгнув, словно на гору, Кай, собравшись с силами, вонзил штырь в стену.

- Да не, можно не париться! – улыбнувшись, развернулся на товарища он.

- Оставьте меня в покое! – взревела аномалия, начав что-то готовить.

В мгновение Марк пробежал наверх, да так, что Алекс даже не заметил его, пробегающим рядом. Прикрыв своим корпусом Кая, Вернер крутанул рукой в воздухе, и пространство вокруг всполохнуло алым пламенем.

Оранжевое свечение заставило щуриться, но Андрес смог разглядеть сияющие янтарные глаза наставника даже через солнцезащитные очки. Обожженная аномалия отступила, но Марк погнался наверх, а младшие спешно пытались его догнать.

На самом последнем этаже появилось ядро. Светящееся розоватым сиянием сфера, размером с баскетбольный мяч, повисла в воздухе посреди подъезда, а рядом лежало несколько человек, сросшихся наполовину со стенами.

- Не к добру это.

Чистильщик потянулся к своему ремню и вытащил оттуда сначала железную цепь, спрятанную под ним, а потом и странный железный шарик.

«Кадило?» - недоумевал новичок.

Прицепив шар к цепи, чистильщик раскрутил его с неимоверной скоростью, ударив по сфере. Ядро разлетелось на сотни мелких осколков, впившихся в стены, которые сразу же после этого начали расползаться, принимая ровный и привычный внешний вид.

Орудие поспешно было спрятано. Повернув голову на ребят, Марк сказал лишь два слова:

- К машине.

Этот взгляд Кай хорошо знал, потому не посмел ему перечить и повел Алекса за собой. Спускаясь по нормальной лестнице, оба парня задумались о чем-то, но не решались заговорить друг с другом, лишь бросая многозначительные взгляды.

Только через несколько минут ожидания на улице, они оба, одновременно сказали первые слова:

- Дым?!

Их внимание приковал дым, валящий из окна третьего этажа, на котором и лежали те сросшиеся со зданием люди. У Алекса пропал дар речи.

- Э-это же не люди, да? – сглотнув ком в горле, спросил он.

- Я бы не был так уверен на твоем месте. Они…они подверглись влиянию, к тому же, там был какой-то шар.

- Ядро?

- Впервые слышу про ядро, пространственные аномалии уничтожаются «разравниванием», а животноподобные – убийством. Но…ядро? Тут так не работает.

Спросить про того мужчину в палате, про ядро в школе Алекс не решился. Он лишь кинул вопросительный взгляд на выходящего Марка, подбирающего какой-то странный куб с пола возле входа.

- Когда вы успели положить ширму? – попытался разбавить диалог Кай.

- Ловкость рук и никакого мошенничества. Не обращайте внимания. – поднял он взгляд на уходящий в небо дым. – Сжигал осколки того шара… Может… Голодные, ребят? Первое задание новенького подкосило, да и тебя, Кай, вам бы развеяться.

- Да, надо бы… Может отдохнем просто? – Кай не очень хотел идти куда-либо.

- Поехали, я плачу. – спокойно убедил Вернер.