Концессия. Книга 1. Здесь обитают драконы
Глава 1-1
Глава 1
Территория под протекторатом РКА, Гамма-6, колония Роксана, 14.02.135 г. Экспансии
… так вот ты какая, Роксана! Ещё буквально несколько секунд назад из иллюминатора открывался на редкость «увлекательный» вид – обшарпанный борт «Альберта Эйнштейна», корпоративного лайнера, доставившего меня в этот забытый богом уголок вселенной. Плюс кусок его же «холодильника» – радиатора, отводящего тепло в космическое пространство. Но стоило только нашему каботажнику отшвартоваться и чуток довернуть, пыхнув маневровыми дюзами, как изрытая газовой эрозией обшивка сменилась чем-то кипенно-белым, со стеклянистым отблеском, и абсолютно непроницаемым для человеческого глаза. Признаться, такого мне ещё видеть не приходилось, хоть я и лицезрел воочию довольно много кислородных планет. Земля, Беатрис, мир Лейбовица… перечислять замучаешься, да и ни к чему оно. Главное различие сразу же бросалось в глаза: на всех ранее посещённых планетах с настолько низкой орбиты прекрасно просматривались очертания континентов, да и океаны поражали глубокой синевой. А тут молочная шапка, такое ощущение, что планета закована в ледяной панцирь. И если бы я не знал наверняка, что первое впечатление обманчиво, то пребывал бы в уверенности, что так оно и есть. И что жить мне ближайшую пятилетку в ледяном аду. Меня аж передёрнуло от такой «заманчивой» перспективы. Бр-р-р-р-р! Если и есть что-то более ненавистное, чем лёд, снег и морозы, то я этого ещё не встретил. И хотелось бы, чтобы такое положение дел сохранялось как можно дольше. По спине пробежал холодок, и я плотнее закутался в видавшую виды, но зато родную и уютную кожанку. И даже на миг пожалел, что не разжился пусть и безликим, но удобным и сверхутилитарным комбезом. Не пожелал повестись на халяву, балбес! Не могли же корпы бесплатно – бесплатно! – раздавать что-то хорошее! Зато теперь весь в гусиной коже, поскольку пижонские джинсы, замшевые ботинки и рубаха-поло, все сплошь из натуральных материалов, встроенной системой терморегуляции похвастать не могли. Или это нервное? В салоне должно быть минимум двадцать пять плюс по Цельсию… бррр!..
Чего так вырядился? А это единственное, что у меня нашлось в гардеробе, когда я в экстренном порядке уносил ноги с Беатрис. Я имею в виду, подходящего для походных условий. Всё остальное – исключительно костюмы для присутственных мест и универа в частности, которые я без колебаний оставил в моём персональном домике студенческого кампуса, ибо теперь без надобности. У меня, если разобраться, из вещей только небольшой чемоданчик, с которым я во времена оны мотался в научные командировки. А в нём несколько смен белья, шмот для «домашней» носки да мыльно-рыльные. Не успел закупиться перед отъездом, да и не на что было, если совсем уж честно. Даже билет в счёт будущей зарплаты. Дожил, блин! Хоть волком вой, м-мать! И эта хрень ещё непонятная в иллюминаторе…
- Первый раз на Роксане, молодой человек?
Чтоб тебя! Всё-таки выискал повод для знакомства… чёртов старый педрила! Хорошо хоть в рейсе не пересекались, поскольку я почти безвылазно торчал в каюте, убивая время чтением. Ну а чего? В кои-то веки выдалась возможность насладиться самым что ни на есть низкопробным – художественным – чтивом! Вот я и отрывался, благо на объёмистом «винте», оформленном под винтажную электронную «читалку» с настоящим, физическим, дисплеем (единственная моя действительно ценная вещь!) хранилось много чего интересного. Накопилось, знаете ли, за десять-то лет. Впрочем, отвлёкся.
Господинчик этот положил на меня глаз ещё в пассажирском терминале «Эйнштейна», но там я сразу же постарался затеряться в пёстрой толпе гомонящих гастарбайтеров-латиносов. Да-да, тех самых, которым корпы в начале рейса раздавали комбезы. Не знаю как, но большинство к концу путешествия умудрились серую одёжку кастомизировать, задействовав различные аксессуары – подозреваю, из своих же обносков – и теперь организованную силу толпа ничуть не напоминала. Беда только, что на фоне весёлых латиносов я всё равно выделялся, как прыщ на лбу. Да и, к слову сказать, условных «европейцев» на нашем рейсе было раз-два, и обчёлся. Так что я даже не удивился, когда седоватый импозантный (при костюме-тройке и саквояже) мужик возрастом под полтинник устроился в соседнем кресле. И стоило в самый дальний угол салона бизнес-класса забиваться? Впрочем, стоило, хотя бы из-за иллюминатора, оказавшегося в полном моём распоряжении. А ещё здесь не было шумных попутчиков – их всех (на минуточку, пятьсот человек!) утрамбовали в эконом. Хотя насчёт «шумных» я, похоже, погорячился. Интересно, если просто проигнорировать, отстанет? Или придётся посылать прямым текстом? Ладно, проверим.
- Не боитесь показаться невежливым, молодой человек? – и не подумал уняться седой хмырь.
- А вы? – глянул я на него с нехорошим прищуром, нехотя оторвавшись от иллюминатора.
- Уели! – хохотнул незваный попутчик, и представился, не дожидаясь приглашения: – Джон Сесил Пимброк, к вашим услугам.
Слова на интере он выговаривал чётко и чисто, но с едва уловимым специфическим акцентом, выдававшим породистого британца с Земли.
- Генри, - буркнул я. Пусть не думает, что ему тут рады. – Генри Форрестер.
Ну а чего? В рабст… э-э-э, на работу я попал в международную корпорацию, ту самую «RAF», что ведёт этимологию от фамилий трёх почтенных семейств – германского, англо-американского да японского, так что вполне естественно закосить под своего. Тем более что инглишем, от которого и произошёл интер, я владею вполне сносно, хоть и изъясняюсь с заметным «шотландским» акцентом. Как это получилось, сам не пойму. Так что корпоративные кадровики не стали мудрствовать лукаво и просто перевели мои исконно-посконные ФИО на английский. Олег – Хельги – Хенри – Генри, по-моему, вполне очевидная логическая цепочка. Ну а Лесничий… короче, вы поняли.
- Рад знакомству, - коротко поклонился жизнерадостный Джон Сесил. – Нечасто у нас на Роксане увидишь новое лицо. Приятное, я имею в виду.
- Э?..
- Во всех отношениях, Генри, во всех отношениях.
- Извините, я не по этой части. Я это… с девушками.
- Да я не о том! – отмахнулся мистер Пимброк, и дёрнул головой в сторону переборки, отделявшей бизнес-класс от эконома: – Признайтесь, вам и самому было немного не по себе в компании… этих?
- Вы про остальной персонал?
- Полноте, Генри! Персонал – это мы с вами… я ведь правильно догадался, вы инженер?
- Можно и так сказать.
- Вот! Инженерно-технический работник! И наверняка образование имеется? Да? Даже высшее? Отрадно слышать. А я управленец со стажем, ну и ещё немножко, в свободное от основных обязанностей время, медик. Мы с вами элита корпорации, Генри. Её главная опора, так сказать, становой хребет. Что же касается этих, - новый кивок в сторону эконома, - то это быдло. Расходный материал, обречённый на ассимиляцию с местным сбродом. «Мясо», как говорят в корпорации.
- Что-то вас не туда понесло, мистер Пимброк.
- Полноте, Генри! Вот поживёте с моё на Роксане, и непременно придёте к аналогичным выводам… ах да, вы же новичок! Как же я вам завидую!
- А есть повод?
- Ну как же? А перспективы? А карьерный рост? А новые впечатления? А сама Роксана, наконец? Вы, к примеру, знаете, что в переводе с древнеперсидского «Роксана» означает «рассвет»? Тот, кто дал планете имя, был на редкость прозорливым человеком! Рассветы здесь – это нечто! Да и сама колония… скажем так, никого не оставляет равнодушным. В неё либо влюбляются с первого взгляда, либо столь же быстро начинают ненавидеть. И поверьте моему опыту, Генри, лучше её полюбить. И она в ответ подарит вам просто безграничные возможности! Только посмотрите на это! Великолепное зрелище, не правда ли?
Не правда. Я бы сказал, уныло и мрачно. И этот ещё, м-мать! Не заткнёшь ничем. Хотя пусть его, из уст Джона Сесила Пимброка все эти подробности звучали... пожалуй, вкусно. Если так вообще можно выразиться. Впрочем, плевать, я кризисный инженер, а не филолог. Плюс ко всему не сдержанный на язык попутчик оказался на порядок информативнее куцых статеек в сети, в большинстве своем дублировавших данные из звёздного каталога академии наук РКА. Есть у меня подозрение, что львиная доля успешно разболтанной информации проходит под грифом «для служебного пользования».
- Знаете, чем уникальна Роксана, Генри? Понятия не имеете? Что, даже научпоп почитать не удосужились? Хотя толку от него… всё просто. Во-первых, это её атмосфера, во всех смыслах слова. И в первую очередь в физическом – вон те облака под нами. Она абсолютно непроницаема из космоса в оптическом диапазоне, зато с поверхности при должном усердии и наличии соответствующей аппаратуры можно рассмотреть и местное светило, Гамму-6, и звёзды. Как, почему – нет ответа. Корпоративные учёные уже второе десятилетие бьются над этой загадкой. Поэтому стандартная спутниковая сеть здесь совершенно бесполезна. Отслеживать объекты инфраструктуры и транспорт с орбиты визуально попросту невозможно. Радары, принцип действия которых основан на обработке отражённых сигналов, здесь тоже бессильны, а металл-детекторы не позволяют выделить наши машины на фоне выходов рудных жил на поверхность. Аналогичные трудности и с радиосвязью, причём во всех диапазонах…
- Э-э-э… а к чему такая дикость? – хмыкнул я, невольно заинтересовавшись проблемой. – Сколько уже лет мы для связи квантовую телепортацию используем? Сто пятьдесят? Больше?
- Где-то так, - признал Пимброк. – С тех самых пор, как квантовые компьютеры освоили и в большой космос вышли. Я, признаться, опасался, что вы даже этого термина не поймёте. Я про радиосвязь, конечно же.
- С чего бы вдруг? – возмутился я. И чуть не присвистнул от «внезапного» озарения: – Стоп! Значит, стандартная связь не работает, раз до радио опустились?
- Совершенно верно.
- А… почему?! Только не говорите, что тоже из-за особенностей магнетизма планеты!
- Не скажу, раз вы настаиваете, Генри, - не стал спорить Джон Сесил. – Но и другого объяснения до сих пор нет. Во всей остальной системе всё работает штатно, а начиная с верхних слоёв атмосферы Роксаны…
- То есть тут даже планетарной инфосети нет?!
- В привычном нам виде – увы! – развёл руками мой попутчик. – Но не расстраивайтесь, в Мэйнпорте есть оптоволоконная локалка с безлимитным доступом для специалистов начиная со среднего звена, так что без сетевых развлечений не останетесь. Впрочем, о чём это я? Месяца не пройдёт, как вы о них и думать забудете! Уж поверьте мне на слово, Генри!
Чёрт, какой же он всё же… экспрессивный, мягко выражаясь. И почему ко мне прицепился? Других благодарных ушей не нашлось, что ли? Вон же ещё люди сидят, на вид тоже «элита»… а, понятно! Эти, судя по скучающим физиономиям, уже не новички, и Пимброка прекрасно знают. Реально я единственный неокученный кандидат. Ладно, потерплю. Может, ещё чего полезного выболтает…
- Жизнь на Роксане очень специфична, друг мой! – продолжил между тем разглагольствовать Джон Сесил. – Концессия существует уже семнадцать лет, а сама колония на пять лет старше. За это время корпорация совершила все ошибки, какие только можно, и многажды взвесила все «за» и «против». А потом сделала выводы и перевела их на сухой язык цифр. Экономические показатели наше всё, Генри. И главный из них – рентабельность. Так что какую дикость – с вашей точки зрения, разумеется – вы бы ни встретили там, внизу, сразу вспоминайте эти мои слова. И повторяйте, словно мантру: рентабельность, рентабельность, рентабельность. Нет бога, кроме Джеймса Олдриджа – это наш финдиректор, и Розенталь, главный экономист, пророк его. Рентабельность есть у всего, в том числе и у человеческих жизней. Знаете, почему в качестве «мяса» корпорация набирает почти исключительно выходцев со слабо развитых миров Латинской конфедерации?
Я помотал головой и изобразил на физиономии умеренный интерес, что, впрочем, вполне соответствовало действительности.
- Потому что они наиболее рентабельны в условиях Роксаны! – с видимым удовольствием припёр меня к стенке неопровержимым доводом собеседник. – Они трудолюбивы и при этом относительно дёшево стоят. И им здесь некуда податься – ни русские, ни китайцы за них не вступятся, потому что они для них такие же чужаки, как и корпорация. Поэтому даже те, кто не выдерживают проверки коллективом и подаются в бега, не уходят дальше поселений «местных», которые в большинстве своём такое же бывшее «мясо». А поскольку для людей из РКА они чужаки… впрочем, я это уже говорил… в итоге «местным» не остаётся ничего иного, кроме как сотрудничать с корпорацией. Они по-прежнему обслуга, но на других – гораздо менее для них выгодных – условиях. Вы, Генри, конечно, можете спросить: а почему не афро или азиаты? А я вам отвечу: азиаты отпадают из-за китайцев и семьи Фуджикава, а афро из-за своей… э-э-э… скажем так – проблемности. С ними попросту никто не хочет связываться. Пусть они и дешевле тех же латиносов при первичном найме, зато потом они обходятся гораздо дороже в силу крайне низкой квалификации, отсутствия мотивации к созидательному труду и склонности к бессмысленному насилию. Что в условиях перманентной магнитной бури, в которых мы существуем, весьма чревато. Что вы на меня так смотрите, Генри? Попахивает расизмом?
Я кивнул, не сдержав кривой ухмылки.
- Полноте! – всплеснул руками мистер Пимброк. – Мы на фронтире, а здесь люди привыкли называть вещи своими именами. Кстати, это одна из причин, почему я здесь – тут все… более искренние, что ли? Не стесняются открыто выказывать эмоции и столь же открыто транслировать их в мир. В том числе и физическими методами, если вы понимаете, о чём я.
- Похоже, местечко как раз для меня.
- Сарказм? – изумился Джон Сесил. – А вы не перестаёте меня удивлять, Генри! Если не секрет, а вы… откуда?
- С Беатрис, откуда же ещё? – пожал я плечами.
- Нет, я имею в виду происхождение.
- С Земли.
- А… впрочем, ладно, - умерил любопытство мой сосед. И перешёл к более насущному вопросу: – А в каком подразделении работаете?
- Ну, строго говоря, я пока ещё…
- Уже, - отмахнулся собеседник. – Раз вы здесь, значит, вы рентабельны. Вас рассмотрели под микроскопом, тщательнейшим образом взвесили и определили оптимальную должность, на которой вы максимально быстро окупите все вложения, которых в вас вбухано уже немало. Если, конечно, приживётесь.
- Строгая дисциплина, унижения и всяческие лишения? – фыркнул я. – Мне здесь уже не нравится.
- Как в любой корпорации, - невозмутимо парировал мистер Пимброк. – Я, кстати, уже третий срок на Роксане. Сколько это в общей сложности? Да, уже двенадцатый год. С перерывами, конечно. И, представьте себе, ни о чём не жалею. Так кем вы у нас будете?
- Насколько я понял, младшим помощником старшего слесаря в техническом секторе. Специалистом широкого профиля – принеси-подай, пошёл на хрен, не мешай.
- Весьма образно! – хохотнул Пимброк. – А вы весельчак, Генри!
- Только юмор у меня зачастую висельный.
- Видимо, на то есть объективные причины?
- Угу.
- Мой вам добрый совет: забудьте о них, Генри. Здесь, на Роксане, у вас начинается новая жизнь. Призраки прошлого до вас не доберутся. Это не по силам никому. Если только вы не насолили кому-то из руководства «грубиянов».
- Извините?
- «Грубияны» – это мы, люди корпорации, - пояснил мой попутчик. – Первыми до этого додумались наши безопасники из числа конвойщиков. Не понимаете? Ничего страшного, скоро поймёте… в общем, они сообразили, что «RAF» абсолютно созвучно староанглийскому «rough», то есть «грубый». И стали называть себя рафгаями, по аналогии с хоккейными тафгаями. Ну а от них и на остальных перекинулось.
- Странно. Я раньше такого даже не слышал.
- Это местный, если позволите так выразиться, мем. Локальный. Имеет распространение в пределах Мэйнпорта и окрестностей.
- Что-то у меня голова пухнет от обилия новой информации, мистер Пимброк, - пожаловался я. И от души зевнул. – Извините.
- Ничего страшного, это атмосфера Роксаны на вас так действует. Чем ниже, тем больше сонливость. Мы пока ещё в верхних слоях, так что готовьтесь. И крайне рекомендую не поддаваться первому порыву – предстоящее зрелище стоит того, чтобы себя перебороть.
- Дума-а-а-аете? Пардон ещё раз…
- Уверен. Не проспите шикарную возможность.
- Попытаюсь…
- Главное, дождитесь «огней святого Эльма», а дальше будет проще. Всё, умолкаю, этим видом стоит наслаждаться в тишине…
Ну, что тут сказать? Не соврал старый педрила – зрелище действительно получилось шикарное. А побочные эффекты и вовсе превратили его в незабываемое. Какие именно? Словами описать трудно, но я всё же попытаюсь. Когда-то давно, ещё в детстве, я попал в сильную грозу, и неподалеку от меня в засохшее дерево ударила молния. Те давние ощущения, смесь дикого страха с восторгом и запахом наэлектризованного, насыщенного озоном воздуха почти выветрились из памяти, но в какой-то момент, возможно – но не точно – при появлении на атмосферных плоскостях челнока обещанных «огней святого Эльма», всколыхнулись с новой силой. По мышцам пробежали короткие спазмы, волосы вздыбились… бы, будь они хоть немного длинней, а желудок сжался в предчувствии чего-то… чего-то, в общем. И даже что-то вроде зрительных галлюцинаций, превративших обитателей салона в синемордых искрящихся зомби, имело место. Правда, зрение очень быстро вернулось в норму, и всё оставшееся время я неотрывно пялился в иллюминатор, заворожённый пляской коронных разрядов на корпусе шаттла. А потом, довольно нескоро, летательный аппарат пробил шапку облаков, и наваждение окончательно схлынуло под натиском лёгкого разочарования – открывшийся внизу вид воображения не поражал. Саванна как саванна, бескрайняя, зелёно-жёлтая, колышущаяся под порывами ветра… плюс скопление разнокалиберных построек у горизонта. Пилот предпочёл пологую траекторию, так что «налюбовался» я досыта, особенно бетонной «взлёткой», даже с высоты выглядевшей неряшливо-щербатой, и клубами пыли чуть в стороне. Которые, как выяснилось по приземлении, оставляла колонна странных транспортных средств – этаких коробок на здоровенных колёсах с ажурными дисками, что само по себе в наш век высоких технологий и повсеместного распространения антигравитационного привода смотрелось дико. А эти ещё и бронированные, судя по виду. И не удивлюсь, если вооружённые… одна, две, три… одиннадцать в общей сложности. Пассажирские, что ли? А не проще было поближе к терминалу при… э-э-э… роксаниться? Кста-а-ати, насчёт терминала! Чистое поле вокруг, ни единой постройки или какого другого объекта инфраструктуры, кроме самой взлётной полосы. Ну и несколько транспортов поменьше, более скоростных и юрких, которые уже рассредоточились по периметру «взлётки». Охрана? А от кого? Это куда же я попал, мать вашу?!
- Генри, очнитесь! – потряс меня за плечо мистер Пимброк. – Нам высаживаться первыми.
- Очередная привилегия? – уточнил я, оторвавшись от иллюминатора.
- Совершенно верно, молодой человек, совершенно верно! Мы избавлены от крайне сомнительного удовольствия дышать пылью! Не забудьте багаж, вернуться за ним будет проблематично! И вообще, рекомендую держаться ко мне поближе. И не морщитесь так, я без всякой задней мысли.
- Извините, мистер Пимброк.
- Так уж и быть, извиняю. Пойдёмте, Генри. Всё моя врождённая доброта…
Он ещё что-то бормотал себе под нос, но я не вслушивался. Зато воспользовался добрым советом – пристроился к Джону Сесилу в хвост и благополучно выбрался из салона бизнес-класса одним из первых. И одним из первых же погрузился в пассажирский транспорт, поджидавший аккурат у опущенной аппарели пассажирского шлюза. Правда, для этого пришлось пересечь метров десять открытого пространства, но никого из присутствующих это не смутило. Не стал выпендриваться и я, успев по пути ощутить на лице прохладное дуновение ветерка. Не знаю, как в других местах, а в окрестностях, э-э-э, «космодрома» погода весьма порадовала – и не удушающая жара, и не холодрыга. Самое то под мой наряд, даже кожанка очень ко двору. А ещё по волосам как пластиковым гребнем прошлись, изрядно их наэлектризовав. Мне даже показалось, что по штанинам пробежались слабенькие коронные разряды. А когда в дверном проёме я неудачно зацепился плечом за уплотнитель и меня дёрнуло статикой, понял, что ни фига не показалось – электричество здесь повсюду.
Оказавшись в длинном проходе между рядами кресел – по два с каждой стороны – рыпнулся было по привычке в конец салона, но усилием воли преодолел порыв и приземлился в первом попавшемся. Разве что к окну протиснулся, которое оказалось просто поляризованным, а не прикрытым бронированной шторкой, как я решил было изначально. И даже умудрился сдержать разочарованный выдох, когда мистер Пимброк перебрался ко мне поближе – слава богу, хоть устроился через проход, благо свободных мест имелось с запасом. И да, в конкретно этот автобус (вспомнил, наконец!) пустили только «элиту».
- Ещё немного, молодой человек, и мы дома, - ободряюще подмигнул мне Джон Сесил, когда транспорт под мерный гул электромоторов грузно двинулся с места, предварительно прошипев пневмоприводом двери. – Здесь недалеко, всего три мили.
Я почти пропустил это замечание мимо ушей, поражённый до глубины души подмеченными техническими деталями – да-да, это я про электрику и пневму – но совесть взбунтовалась, напомнив о вежливости, а любопытство окончательно сдвинуло чашу весов в пользу продолжения беседы.
- И к чему такие предосторожности? – поинтересовался я. – Боитесь, что челнок на город рухнет?
- Именно, - предельно серьёзно кивнул Пимброк. – И не ухмыляйтесь, молодой человек, прецедент уже имел место.
- Ого!.. – начал было я, но замолчал, вдавленный в спинку кресла внезапным ускорением.
- Прискорбный случай, - неправильно расценил мою реакцию Джон Сесил.
- Да я не о том… какая динамика хорошая!
- Э-э-э… Генри? Вы о чём?
- Разгоняется шустро, - пояснил я. – Для такого гроба на колёсах. Я правильно догадался – он электрический?
- Я не особо вдавался в подробности, но вроде бы да.
- Примитив какой…
- Рентабельность, Генри.
- Помню… кстати, а чего это он?
- Кто?
- Челнок! Он что, взлетать собирается? Только-только всех высадил, и обратно? Без пассажиров?!
- Конечно, - удивлённо покосился на меня мистер Пимброк. – А как иначе?
- То есть вы хотите сказать, что весь парк космической техники базируется на орбиталах? Но это же страшно дорого! И сколько холостых рейсов!
- Не дороже, чем держать челноки здесь, внизу. Уж поверьте, Генри, на обслуживание и ремонт сложной техники при её размещении на постоянной основе в Мэйнпорте уходит куда больше ресурсов. Но что ещё хуже, положительного результата этих мероприятий никто не гарантирует. Ну-ка, давайте со мной вместе: рентабельность, рентабельность, рентабельность!..
Ох и чудны дела твои, господи!.. И это я ещё молчу про коронные разряды, то и дело возникающие на обшивке автобуса… или они мне мерещатся?
Глава 1-2
-//-
Мэйнпорт, 17.05.23 г. от основания колонии (ООК) (14.02.135 г. Экспансии)
Ехали, что характерно, не очень долго, с четверть часа примерно. Точнее сказать я бы не смог, поскольку родной «смарт» изъяли люди из СБ корпорации ещё на Беатрис, а новый выдать и не подумали. Сначала я немного удивился, потом, уже на борту «Альберта Эйнштейна», убедился, что привычная приблуда не очень-то и нужна – пассажиры были на полном содержании компании-перевозчика, включая незамысловатые виртуальные развлечения прямо в жилых помещениях, а связь с внешней средой при сверхсветовых перемещениях по принципу «пузыря Алькубьерре» невозможна в принципе. В итоге как-то обошёлся. Ну а здесь, на Роксане, надобность снова возникла, так что я надеялся в ближайшем будущем чем-то подобным разжиться. Правда, в свете полученной от болтливого Пимброка информации надежда изрядно ослабла – если здесь такие проблемы со связью и глобальной сетью, оборудование для которых экранировано от большинства мыслимых воздействий, то что говорить о мелких персональных гаджетах? Хотя странно всё это… за почти два десятилетия не найти решения проблемы? Да чем они тут вообще занимаются?! Впрочем, отвлёкся…
В общем и целом короткий переезд обошёлся без эксцессов, если не считать за таковой резкое изменение секунд на тридцать тональности гула электропривода, и такой же длительности постепенный сброс скорости, сменившийся резким разгоном. Скорее всего, отрубился один из тяговых моторов, и система управления распределила нагрузку на оставшиеся. Я, конечно, не поручусь, но остаток пути мы ехали чуть медленнее, хоть и оставили основную колонну довольно далеко позади. Но оно и к лучшему, десяток автобусов пылил просто неимоверно – твёрдым покрытием дороги никто не озаботился, а грунтовка она и есть грунтовка. А уж какой там треск стоял, если судить по видимым даже с нашего расстояния разрядам в пылевых столбах! Статика такая статика… я даже на миг пожалел, что не изучил историю электричества подробнее, ограничившись необходимым для кризис-инженера минимумом. Хотя это упущение можно исправить – в закромах «винта» какой только архаики не хранилось. Каюсь, грешен, всю сознательную жизнь тащил в его почти бездонную память всё, до чего мог дотянуться. Из открытого доступа, я имею в виду. Ну и немного из закрытого, если вы понимаете, о чём я.
Вскоре после этого незначительного происшествия саванна кончилась – мы въехали в черту города. Будь мы на той же Беатрис, я бы назвал раскинувшиеся вдоль дороги кварталы с довольно плотной и разнообразной застройкой субурбией или пригородом, но здесь, на Роксане, язык такое сказать не повернулся – слишком уж велик контраст с аккуратными домишками кампуса и строгими корпусами университета. Пожалуй, более всего к данной территории подошёл бы термин «трущобы». Которых я, кстати, никогда и не видел. Но сейчас буквально с первого взгляда понял – они. А ещё эти окраины поразили практически полным безлюдьем. Впрочем, уточнять у соседа этот момент я поленился. Плюс к этому времени уже до такой степени свыкся с необычным способом передвижения, что вышел из состояния лёгкого обалдения и начал подмечать мелкие детали. Например, прочувствовал седалищным нервом, что кресла только на вид мягкие и уютные, на деле же по жёсткости мало отличаются от пластиковых табуреток в какой-нибудь студенческой забегаловке. Такое ощущение, что отлиты именно что из пористого пластика, да сверху тканые чехлы натянуты. Тоже весьма грубые, если присмотреться. Чуть ли не кустарного производства. Да и вообще всё в салоне такое вот… самопальное. Хотя чему я удивляюсь? Не думаю, что корпорация приволокла этих колёсных монстров космическим транспортом, наверняка местная сборка. В пользу этой версии свидетельствовал не только ограниченный набор материалов, но и общая топорность как дизайна, так и исполнения. А ещё отовсюду сквозило предельной простотой и сугубой утилитарностью. И это наш, элитный, автобус! Страшно представить, что в остальных творится. Да и не хочется, если честно.
Вдоволь налюбовавшись на продукты местной так называемой «промышленности», я снова уставился в окно – против ожидания, вполне нормальное, с дуплексом из калёного стекла, разве что слегка мутноватое. Внимание моё на сей раз привлёк… забор. Длинный, хоть и не очень высокий, но зато с характерными решётками эмиттеров изолирующего поля. Я с такими по работе сталкивался, прошлой, конечно же: у нас в университете подобной защитой могло похвастаться лишь несколько специфических лабораторий. А тут гляди-ка, целый город за периметром! Видимо, и впрямь критическая необходимость… кстати, а чего это мы свернули, а не в центральные (или одни из) ворота поехали? Вроде открыто, хоть и вооружённые посты с двух сторон. Хм. Интересно, для чего? От кого-то защищаются? А вон там, если присмотреться, башенка со стационарной турелью. А там и там ракетные установки, скрытые до поры в бронеколпаках. Серьёзно тут у них… у нас. Всё страньше и страньше, блин!
- Удивлены, молодой человек? – правильно истолковал мою заминку мистер Пимброк. – Не берите в голову, у новичков первая реакция почти всегда такая. Ну и учтите, что нас погнали через «скотоприёмник», и главным образом из-за вас.
- Меня?!
- Именно. Вы тут единственный новичок, который нуждается в первичном инструктаже. Плюс вам нужно выдать кое-какое имущество.
- Извините за причинённые неудобства, господа! – чуть повысив голос, повинился я. – Так получилось.
- Полноте, нам не привыкать! – отмахнулся Пимброк, причём, судя по равнодушному молчанию остальных попутчиков, выразил всеобщее мнение. – Да и забавно на вас, новичков, посмотреть – сразу вспоминаешь, каким был сам. А для таких старых развалин, как мы, лишнее воспоминание о молодости всегда в радость. Приехали, кстати. Выгружайтесь, Генри.
- После вас, сэр? – вопросительно покосился я на соседа.
- Нет-нет-нет, новоприбывшие вперёд! – рассмеялся Джон Сесил. – Мы должны досмотреть представление до конца.
- Как скажете, - пожал я плечами и выпростался из жёсткого кресла, не забыв прихватить чемодан. – А куда?..
- Там одна дверь, не ошибётесь, молодой человек.
И ведь не соврал! Наш автобус остановился аккурат напротив чего-то вроде прозрачной башенки о двух этажах, воткнутой в забор, такое ощущение, на живую – настолько она по дизайну контрастировала с безликими металлопластиковыми плитами. За ней, если глаза меня не обманывали, тянулся крытый переход, упиравшийся в приземистое здание, резко отличавшееся от построек в трущобах. Чем именно? Дайте подумать… пожалуй, стандартным для любой другой кислородной планеты видом – типовой проект, типовое воплощение. Но здесь и сейчас нечто абсолютно чужеродное. Слишком аккуратное, я бы сказал. Даже почти игрушечное, с поправкой на масштаб, естественно. Ну и наличие крытого перехода слегка напрягло, поскольку данный тип сооружений не только изолировал окружающий мир от новоприбывших, но и новоприбывших от окружающего мира. Проще говоря, не всегда здесь такая вот благодать с солнышком, сиречь Гаммой-6, едва различимой на фоне молочно-белого неба, и приятным ветерком. Наверняка временами некие климатические неприятности случаются.
- Шагайте-шагайте, Генри, - подбодрил меня Пимброк. – Вот дверь, прямо перед вами.
Да вижу… вот только что дальше? Весь мой предыдущий опыт говорил, что она должна открыться автоматически, едва я окажусь от створки на расстоянии шага. Ан нет! По-прежнему закрыто. И что делать? Вон, вроде бы ручка, как на дверях чёрных ходов в больших торговых центрах. Ну ладно…
Решительно шагнув к двери, я не менее решительно ухватился за хитровыгнутую трубу и потянул створку в сторону. Если конкретней, то влево, поскольку сама ручка располагалась справа. Но результата, как нетрудно догадаться, не достиг. И раздражённо толкнул неподатливую створку, спиной ощущая насмешливые взгляды. М-мать! Остаётся только на себя потянуть… получилось! Она подпружиненная, что ли? Быстрее внутрь, пока не захлопнулась да чемодан не зажала. Ф-фух! Вот уж не думал, что простая дверь может стать такой проблемой! А этим, вон, хоть бы хны! Лыбятся да подмигивают, когда мимо проходят…
- Спасибо, Генри, повеселили! – дружески похлопал меня по плечу Джон Сесил. – И не обижайтесь на нас, стариков. Незамысловатый местный юморок. Вы привыкнете.
- Надеюсь…
- Смелее, друг мой! И не бойтесь совершать ошибки, это наше естественное состояние.
- Ошибка – моё второе имя.
- Ну, не преувеличивайте, Генри. Всё у вас будет нормально. Здесь, увы, я вынужден вас оставить. Как устроитесь в кампусе, не стесняйтесь, заглядывайте в гости. Мой адрес есть в локалке, если что.
- А… мне куда?.. – растерялся я.
- Прямо, - усмехнулся Пимброк. – Не переживайте, мимо не пройдёте, вас встретят.
- Буду надеяться…
Ушёл… чёрт! Неужели я успел привязаться к этому старому педриле? Не хватало ещё… нет, это чисто психологический эффект – естественная тяга к первому заговорившему. Плюс стресс от резкой смены обстановки. Хотя кому я вру?! Смена обстановки, блин! Да я по факту всю привычную жизнь одним-единственным косяком обрушил! Неудачник долбаный… знаете расхожий прикол сомнительного качества? Ну, тот, где «Олег за всё берётся смело, всё превращается в дерьмо»? А если за дерьмо берётся, то просто тратит меньше сил. Как раз про меня,блин. Ладно, нефиг время тянуть, идти надо.
На выходе из крытого перехода (или на входе в общий зал?) меня и впрямь уже ждала делегация аж из двух человек. Дюжий молодец-охранник при униформе, дубинке и каком-то самопале в кобуре внимания моего не привлёк, а вот его спутница – дамочка под тридцатник, миловидная крашеная блондинка – наоборот. Я, можно сказать, только из-за неё и не залип на странное оружие секьюрити, не похожее ни на привычные бластеры, ни на чуть менее распространённые гауссовки. Бог с ним, с самопалом, тут поинтереснее зрелище – фигуристое настолько, что даже чуть мешковатый комбез медика вкупе с накинутым сверху белым халатом не скрывали этой особенности дамочки.
- Мистер Форрестер? – уточнила докторша, окинув меня томным взглядом.
Или мне показалось? Могло, кстати, особенно под впечатлением от голоса – грудного, чуть с хрипотцой, безумно красивого тембра. Влюбляюсь, что ли?! Если не в первого встречного, так во встречную… ну, хотя бы это радует.
- Да, мисс?..
- Санчес, - с готовностью подсказала дамочка. – Кэмерон Санчес, но можете звать меня просто доктор. Или «мэм».
Санчес? Да она такая же Санчес, как я Ротенберг! Если латинская кровь в ней и присутствует, то в минимальной концентрации. Скорее англосаксонка на вид, если шатенистые корни волос учитывать. А ещё довольно щекастенькая, лицо почти круглое, но не полное. Видимо, строение скул сказывается. В общем, далека от классических пропорций, но хороша, чертовка! С изюминкой.
- Хорошо… мэм, - почти незаметно сглотнул я. – Простите моё невежество, но я попросту не представляю, что делать дальше.
- Пока что ничего, - заверила докторша. – Просто следуйте за мной. Только сначала Джерри вас проверит. Чистая формальность, не принимайте близко к сердцу.
- Э-э-э?..
- Поставьте ваш чемодан сюда, сэр, - ожил охранник. – И поднимите руки… да, так достаточно.
А сноровисто он меня обхлопал. Правда, смысл данного действа от меня ускользнул: что он собирался найти? Оружие? Наркоту? Ещё что-то запрещённое? Как в старом анекдоте про таможенников? «Оружие, драгоценности, наркотики есть? Есть?! Ой, а можно с вами сфотографироваться?!» Очень смешно, блин.
- Хранилище информации экранировано? – вернул меня на грешную Роксану секьюрити, успевший наскоро просветить мой чемодан компактным древним сканером – обшарпанным и с физическим дисплеем.
- Конечно.
- Какой стандарт защиты?
- «Экстра-семь», кажется. А что?
- Значит, сколько-то продержится, - пришёл к заключению охранник. – Можете на временное хранение не сдавать, успеете ещё определиться.
- Думаете, накроется?
- Обязательно. Но не прямо сейчас.
Успокоил, м-мать.
- Он в вашем распоряжении, мисс Кей, - потерял ко мне интерес секьюрити. – Можете проходить.
- Пойдёмте, мистер Форрестер, - мило улыбнулась мне докторша. – За мной, пожалуйста.
Хм… встреча по высшему разряду, если учесть уровень колонии в целом. С чего бы такая честь? И куда меня, интересно?
Как оказалось, в небольшой закуток, отгороженный поляризованными стеклянными панелями от здоровенного, на несколько сотен мест, брифинг-зала. Самого настоящего, с трибуной, длинным столом президиума и рулонным экраном для примитивного медиапроектора, подвешенного под потолком – я его очень быстро вычленил взглядом на фоне пластиковой же облицовки. Сам зал был забит неряшливо расставленными пластиковыми стульями, а вот в моём закутке обнаружились кресла знакомой формы – такие же я видел в автобусе. Вот только эти оказались несравнимо мягче. Пластик более качественный? Или просто эластичный? Без разницы, главное, довольно удобно. И никого, кроме меня – докторша, как только убедилась, что я обихожен и даже вполне себе доволен, ретировалась, напоследок пояснив:
- Вам необходимо прослушать общий инструктаж, мистер Форрестер. Поскольку из специалистов вы один, придётся довольствоваться обществом рекрутов. Прошу вас, не обращайте внимания на некоторую специфичность мероприятия, к вам она ни в коей мере не относится. Просто наш главный безопасник, мистер Мюррей, практикует особый подход к этому контингенту. Прошу понять и простить.
- Да легко! – заверил я, но докторши уже и след простыл. – Ладно… подождём. Может, ещё что нового узнаю…
Ждать пришлось довольно долго, минут двадцать или около того. И львиная доля времени ушла на приём и размещение моих собратьев по несчастью – тех самых гастарбайтеров-латиносов, что пылили в автобусах в общей колонне. Ну а поскольку прибывали они партиями по пятьдесят человек – я не считал, просто включил логику – то вывод сам собой напрашивался: технология отработана, и всё идёт по накатанной. Так что появлению изрядного количества охранников я не особо удивился – первую партию сопровождало сразу десятеро секьюрити. Куда больше поразило их снаряжение и поведение – явились они в силах тяжких, при нелетальных средствах воздействия и броне, и держались насторожённо. С одной стороны, для меня это всё дико… с другой – это я уже к попутчикам-латиносам привык, а здесь они пока неизвестные чужаки, с которыми нужно держать ухо востро. И всё равно как-то… стрёмно, что ли? Ну а когда в зал ввалилась следующая партия рекрутов в сопровождении ещё одного десятка охраны, я окончательно утратил чувство реальности. К чему такие… даже не предосторожности, а строгости? Явный же перебор! Я с этими людьми на одном лайнере провёл почти месяц, пересекались не раз и не два, несмотря на моё добровольное затворничество. Нормальные они. Нормальные. Парни и девушки, в соотношении примерно два к одному. И все довольно молодые – в диапазоне от двадцати до тридцати или совсем немногим больше. Все, как один, сами себе хозяева, не обременённые семьями, так что ничего удивительного, что уже в дороге образовалось немало парочек. Ну и «кружки по интересам» среди самых младших парней возникли, как же без этого? Этакие мини-банды, я бы даже сказал, зародыши. У нас в кампусе такие каждый год десятками самоорганизовываются в среде первокурсников, пока те ещё не влились в нормальную студенческую жизнь. Но такие больше шумят и работают на публику, нежели реальных неприятностей доставляют. А тут нате вам – толпа охраны, да к тому же предельно серьёзно настроенной! Такое ощущение, что прямо здесь и сейчас ожидают бунта, бессмысленного и беспощадного. Чудны дела твои, господи.
В конечном итоге в брифинг-зал набилось примерно шесть сотен народу, из которых сотня принадлежала к местным силовикам. Надо признать, действовали они вполне осознанно и сноровисто. Очень быстро выяснилось, что вновь прибывших рассаживают не как попало, а по строгой системе, отдельными скоплениями по пятьдесят человек, так, чтобы между кучками зрителей оставались достаточно широкие проходы, по которым парами курсировали охранники. И курсировали постоянно. А остальные выстроились вдоль стен, нервно косясь на аудиторию. Ничего удивительного, что и ей нервозность передалась, особенно молодняку из «кружков по интересам», хотя роптали уже почти все, вплоть до основательных тридцатилетних мужиков. И я бы не взялся предсказать, к чему бы это всё привело в конечном итоге, но тут ожидание закончилось – в брифинг-зал пожаловала комиссия по приёму. Целых два человека, между прочим! Здоровенный мужик за сорок, судя по породистой морде и бакенбардам – шотландец, а по архаичной камуфляжной форме, столь любимой всеми военными во всех человеческих мирах – однозначно силовик. Плюс моя старая знакомая докторша мисс Санчес. Хотя, повторюсь, какая она, на фиг, Санчез? Очень уж внешность нехарактерная для латинских кровей. Хотя, если присмотреться… вот сейчас, когда она уселась в «президиуме», уступив спутнику право первого слова, всё же что-то такое испанское просматривалось. С определённых ракурсов и при известной доле воображения, конечно. Впрочем, с любой стороны она симпатяжка, в отличие от мужика.
Тот, кстати, времени терять не стал и сразу же устроился за трибуной, первым делом грохнув кулачищем по столешнице – надо думать, для привлечения внимания. Ну а когда открыл рот, сомнений у меня не осталось – точно шотландец. Их выговор ни с каким другим не спутаешь.
- Слушайте сюда, обезьяны! – бодро рыкнул тип, окинув присутствующих злобным взглядом из-под насупленных бровей. – Дважды повторять не буду! Я Рэнди Мюррей, глава «грубиянов»… отставить! – глава Службы безопасности филиала нашей горячо любимой корпорации в этом богом забытом месте! Большинство из вас сегодня видит меня в первый и последний раз, на ваше счастье! Но практика показывает, что в каждую партию «мяса» затёсывается несколько долбо… отставить! – смертников, которые жить не могут без общения со мной! Не дай вам бог напроситься на аудиенцию! На этом с лирикой всё! Но я, к большому сожалению, должен провести первичный инструктаж. Что поделать, традиция! А традиции здесь, в Мэйнпорте, чтут! И одна из них – не попадаться на глаза Рэнди Мюррею! Повторяю – для вашего же блага, обезьяны! Я понятно выражаюсь?! Не слышу!!!
По залу пронёсся ропот, пара молодых да ранних даже рыпнулась было со своих мест, но секьюрити по периметру напряглись, а ближайшая парочка охранников резво вернула смутьянов на свои места лёгкими постукиваниями дубинок.
Да что ж он творит-то?! Что за дичь?! Понятно, что он солдафон, но зачем проецировать армейскую непосредственность, которая почти как детская, только матом, на гражданских? Вот нафига, я вас спрашиваю, толпу так провоцировать? С какой целью? И ведь сто процентов, что это всё не случайно!.. А докторше хоть бы хны, кстати. Как сидела, подперев рукой подбородок и устремив невидящий взгляд в аудиторию, так и сидит… самых буйных высматривает, что ли? Похоже. Что ж, последуем её примеру, тем более что представление бесплатное. А ещё безопасное – я в закрытом закутке. А стёкла здесь те же, что и в автобусах, калёные дуплексы, через которые не очень-то и пробьёшься без спецсредств.
- Вот теперь слышу! – ухмыльнулся Мюррей. – Итак, «мясо»! Всё внимание на меня! С данной минуты вы подпадаете под юрисдикцию «RAFCorp», и ваше поведение должно соответствовать её кодексу в режиме двадцать шесть на семь, триста тридцать шесть дней в году! Да, вам оху… отставить! – несказанно повезло, длительность и суток, и года на Роксане близки к общепринятому стандарту, так что долго привыкать не придётся!..
А ещё здесь сила тяжести всего 0,95 «же», меланхолично подумал я. Что странно, так как, с учётом длительности суток, планетка поболее будет, чем та же Земля. Ну и после трёх лет на Беатрис с её 1,08 «же», а до того на мире Лейбовица с 1,03… невыносимая лёгкость бытия, блин!
- Это первый момент! – для закрепления эффекта рявкнул глава СБ. – Второй – повышенный магнитный фон планеты, который вызывает некоторые… э-э-э… проблемы по части используемой техники! Забудьте про гаджеты на квантовых процессорах, неограниченную беспроводную связь и виртуальные интерфейсы! У вас больше не будет программируемых «толчков» и «умных домов» с голосовым управлением, мультиварок и посудомоечных машин! Но! В пределах периметра Мэйнпорта есть возможность использования простейшей электроники с тачскринами, и каждому из вас будет выдан во временное пользование стандартный смартфон корпорации. Без-воз-мезд-но! Если, конечно, вы, обезьяны, их не прое… отставить! – не пролюбите известным армейским способом! В этом случае их стоимость будет вычтена из вашей зарплаты! Помимо этого, корпорация берёт на себя снабжение основными расходниками, а именно, сменными аккумуляторами – по одному на каждые две недели. Если окажется мало, вы всегда можете докупить ещё, тоже в счёт заработка. Смартфон – ваше основное средство социализации! Он и ай-ди, и банковский счёт, и средство связи, и гаджет для доступа в локальную сеть! Не вздумайте его потерять! Кроме того, каждый из вас получит удостоверение личности на физическом носителе – идентификационную карту с личным номером концессионера, личными данными и личной фотографией личной рожи! На это понадобится время, так что придётся потерпеть. Но, думаю, за неделю управимся. А до получения ай-ди выход за пределы периметра запрещён нах… отставить! – категор-р-рически! Это ясно?! Не слышу!!!
Да уж куда яснее, блин! Вот это я попал, так попал! Будь у меня иной выход, ни за что бы на эту чёртову Роксану не завербовался! Ох, чую, натерплюсь я тут…
- Но самое главное, - продолжил рычать Мюррей, - здесь, у нас, есть централизованное водоснабжение, всеобщая электрификация и нормальная канализация! И воду никто не экономит, хватает не только на подмыться! Поверьте моему опыту, именно этих повседневностей ой как недостаёт местным из фавел! Так что рискну повториться, но всё же скажу: не нарывайтесь на неприятности, не попадайте в долговое рабство, и тогда вам не придётся ютиться в коробках из гов… отставить! – дерьма и палок, в которых свет бывает пару раз в неделю, о холодильнике можно только мечтать, а сральники приходится чистить собственноручно!
Фавелы? А, это он так трущобы назвал! Понятно. Хм… а ведь большинство из новоприбывших он ничуть не поразил. Судя по скучающим рожам, перспективу переселения в фавелы добрая половина рекрутов восприняла просто наплевательски, а вторая расценила как пусть даже незначительное, но всё же улучшение жилищных условий. По сравнению с тем, что было на родине, разумеется.
- Теперь основные правила поведения в Мэйнпорте! – перешёл к сути глава безопасников. – Первое – сотрудник СБ всегда прав! Второе: если сотрудник СБ неправ, смотри правило первое! Подчиняться им беспрекословно! В случае неподчинения мои парни не просто имеют право вас отпи… отставить! – применить силовое воздействие, они обязаны это сделать! И поверьте мне, обезьяны, это исключительно для вашей же пользы! Правило третье: вторые после сотрудников СБ – «мозгокруты»… отставить! – специалисты службы психологического контроля! Общаться с людьми из СПК вы будете ежедневно, в начале смены! И только от них зависит, будете ли вы допущены к работе! Прогулы не оплачиваются, причём любые! Госпитализация за ваш счёт, так что следите за собой и будьте особо осторожны! Ко всем, кто выше вас по званию… отставить, статусу! – обращаться строго на «вы» и не забывать говорить «сэр» или «мэм», а при обращении к руководству – «мистер», «герр» или «господин»! При общении с лицами японской национальности не опускать суффиксы «сан» и «сама»! За борзоту… отставить! – за неуважительное отношение налагаются штрафы! Конфликты с коллегами на рабочих местах не допускаются, наказание – штраф! За пределами рабочего дня и производственного помещения на всё воля ваша, можете хоть перепи… отставить! – перекалечить друг друга, но помните, что на следующий день вы не будете допущены к работе, потеряете оклад, нарвётесь на штраф, а также на оплату медицинских услуг! Всё это верный путь к долговому рабству, и я очень не советую сворачивать на эту скользкую дорожку! Вопросы?! Вопросов нет… что, простите?!
Фига себе! Нашёлся-таки один бесстрашный. Или просто самый рассудительный и дотошный? По виду скорее последнее – солидный мужик в расцвете сил, судя по внешности, привыкший к тяжёлому физическому труду, но не лишённый ума и сообразительности. Ну и инициативы, наказуемой во всех мирах и социумах.
- Фрэнки Лопес, - представился мужик, не испугавшись глянуть Мюррею в глаза. – Скажите…
- Скажите, СЭР!
- А, ну да… скажите, сэр! К чему такие… странности? Меня так даже во времена беспокойной юности «федерале» не кошмарили на профилактических беседах. Чем это вызвано? Сэр?
- Привычкой, - буркнул главный эсбэшник.
- Это многое объясняет, - хмыкнул Лопес. – Сэр.
- Но не только! Ещё плачевным опытом и спецификой пребывания контингента на Роксане! Док Санчес объяснит подробнее! Вам слово, мисс Кей.
- Благодарю, мистер Мюррей, - встала со стула докторша. Но к трибуне, против ожидания, не пошла. – Прошу с пониманием отнестись к несколько специфической манере выражаться нашего уважаемого главы СБ. Сейчас вы ещё ничего не понимаете, но очень скоро многие из вас, если не все, столкнутся с проблемами психологического характера. Кто-то впадёт в депрессию, кто-то станет необоснованно агрессивным, а кто-то неестественно весёлым. Вы начнёте совершать странные, ранее вам не свойственные поступки. И это нормально! Самое главное в такой ситуации не паниковать и не пытаться утаить своё состояние от сотрудников службы психологического контроля! Поверьте, чем раньше вы заметите симптомы и чем раньше мы примем меры, тем вам же лучше. При должном и своевременном оповещении во многих случаях удаётся ограничиться профилактикой, которая не помешает исполнению служебных обязанностей и не приведёт к финансовым потерям. Ещё раз повторяю: расстройство психики на Роксане – это нормально! Более того, закономерно и неизбежно. Мы живём в условиях перманентной магнитной бури…
- Сперма… что?! – выкрикнул с задних рядов кто-то из молодых да ранних.
- Перманентной, то есть постоянной, - терпеливо повторила докторша. – Так на людей влияет магнитное поле планеты. Полностью защититься от него невозможно, несмотря на наличие периметра. Поэтому в ваших же интересах сотрудничать со службой психологического контроля.
- А что за профилактика, мисс? – снова встал со своего места Лопес.
- В наших условиях очень полезна психологическая разгрузка, Фрэнки. Можно вас так называть?
- Конечно, мисс, это же моё имя.
- Благодарю вас. – Докторша обворожительно улыбнулась, вызвав восторженный свист в задних рядах, и пояснила более подробно: – Разгрузка должна быть периодической, чем чаще, тем лучше. Природа её не столь важна. Это могут быть и психотехники по типу аутотренинга, стабилизирующие психику, и занятия, способствующие выплеску адреналина. К вашим услугам секции боевых искусств, объединяющих оба подхода, игровые виды спорта, стрелковые секции – практическая стрельба и стрельба из лука, и даже гонки. Можете просто завести себе успокаивающее хобби, например, вязание или макраме. Не возбраняются также лёгкие наркотические средства вроде курительных смесей или канабиноидов. Можете заняться охотой на мелкую дичь в ближайших окрестностях Мэйнпорта. Только не вздумайте без опыта и соответствующего снаряжения ходить на эндемичных хищников, это ещё ничем хорошим не кончалось. На моей памяти так ни разу. И не советую вам играть, особенно на деньги, и беспробудно пьянствовать. Хотя, как показывает опыт, большинство тех, кто срывается и в результате теряет статус концессионера, отдают предпочтение именно последнему пороку. Резюмируя: следите за собой, следите за родными и близкими, и особенно следите за теми, с кем работаете плечом к плечу. От этого зачастую зависит и ваша собственная жизнь.
- У вас всё, мисс Кей? – уточнил Мюррей, когда та замолчала.
- Да, пожалуй.
- В таком случае будем считать, что инструктаж закончен! Сейчас остаёмся на месте и ждём команды! Вас проводят в «зоопарк»… отставить! – в жилой сектор и распределят по «обезьянникам»… отставить! – по общежитиям, предварительно выдав смартфоны и остальное положенное материально-техническое обеспечение! С распорядком дня ознакомитесь на месте. Ужин через два часа, так что не задерживаем очередь!
Мюррей задумчиво покосился на заволновавшуюся аудиторию, и вдруг выдал заключительную фразу, поразившую меня до глубины души:
- И ещё, леди и джентльмены! Удачи вам всем! Приживитесь, прошу вас.
Приживитесь? Н-да. То ещё пожеланьице. А что будет, если кто-то не приживётся? Ничего хорошего, судя по словам Мюррея. Уж если ему до такого доводить не хочется… значит, придётся прижиться.
Глава 1-3
-//-
Мэйнпорт, 17.05.23 г. ООК
Минут десять после завершения пламенной речи Рэнди Мюррея в моём закутке ничего не происходило, так что пришлось тупо пялиться на брифинг-зал, в котором тем временем начался движняк – охранники выпускали рекрутов группами по полсотни тел, заставляя их изображать некое подобие строя. Но, надо признать, особо не зверствовали, если только на словах. Очень скоро мне это занятие наскучило, и я начал клевать носом, преступно расслабившись в мнимой безопасности.
- Мистер Форрестер? – заставил меня встрепенуться знакомый – и, что гораздо лучше – приятный голос. – Пройдёмте со мной, пожалуйста.
- Конечно, мэм! – Я с готовностью выпростался из кресла и подхватил чемодан. – А куда, если не секрет? Получать ништяки… отставить! – положенное материально-техническое обеспечение?
- У вас очень забавно получается, - улыбнулась док Санчес. – Только перед самим Рэнди не вздумайте демонстрировать этот талант.
- А что, чревато?
- Ну-у-у… зависит от его настроения, - задумчиво протянула докторша. – Если хорошее, то просто обматерит или врежет. Ну а если плохое… выставит на всеобщее посмешище, и не раз. Причём в самые неожиданные моменты. И это страшнее всего.
- Хм… настоящий отец-командир! – заключил я. – Если в душу путь закрыт, может в печень постучаться. Учту. Спасибо, мэм.
- Кэмерон, - поправила девица.
- Что, простите?
- Зовите меня Кэмерон.
- Ладно… а вы меня – Генри. Мистер Форрестер звучит слишком уж официально.
- Хорошо… Генри. Следуйте за мной, прошу вас.
- Так мы на склад?
- Нет, у нас… вернее, у вас ещё одно собеседование.
- Ещё одно? – удивился я. – А когда было первое?
Док Санчес загадочно улыбнулась, но отвечать не стала. А я, соответственно, не стал настаивать. Не хочет, не может – мне какая разница? Потом разберусь. Надеюсь.
Н-да… и с чего бы такая для меня привилегия, кстати? Даже Мюррей её «мисс Кей» кличет, и охранник до того тоже… значит, это общепринятое обращение для своих, тех, кто уже признан местным социумом. А я, значит, вообще её по имени звать должен? Ладно, замнём для ясности. Тем более что я ничего не имею против – деваха-то видная. Я бы даже сказал, завидная, несмотря на разницу в возрасте. Да и насколько она меня старше? На два года? На три? Да пусть даже и на пять, когда меня подобные мелочи останавливали?
Идти, кстати, пришлось довольно далеко – покинув закуток в брифинг-зале, мы пересекли ещё один холл, поменьше, потом лабиринт коридоров и коридорчиков, затем крытый переход привёл нас в соседнее здание. Но и здесь мы не задержались – Кэмерон кому-то позвонила, задействовав винтажного дизайна, но довольно новый на вид гаджет с сенсорным экраном. Интересовало её наличие на рабочем месте некоего типа по имени Мацуда-сан. Но тот, как незамедлительно выяснилось, отсутствовал. Впрочем, он оставил секретарю исчерпывающие указания, и мы с мисс Кей скорректировали маршрут в соответствии с полученной инструкцией. А ещё, судя по спокойствию моей спутницы, ничего из ряда вон не происходило. То есть отлучка большой шишки тут дело заурядное. Разве что чуть бровь вздёрнула, узнав новое место назначения. Мне, кстати, не сказала, так что пришлось снова за ней топать, стараясь не особо таращиться по сторонам.
И если в офисном здании это не составило труда, то по выходу я ещё и уроненную челюсть то и дело ловил – до того ухоженная парковая зона в японском стиле контрастировала с безликим минимализмом присутственных мест, посещённых ранее. Да нам даже «сад камней» по пути попался, зуб даю! После такого ворота-тории посреди тенистой аллеи из каких-то незнакомых, но явно земных деревьев и приземистая постройка, стилизованная под синтоистский храм, уже и не удивили. Равно как и звуки, доносившиеся из распахнутых дверей.
- Проходите-проходите, Генри! – подбодрила меня Кэмерон, когда я замешкался у бочки с ковшиком, которыми следовало бы воспользоваться для омовения, дабы не нарушать традиции. – Вы по делу, так что можно часть ритуалов опустить.
- Точно? – усомнился я.
- Абсолютно! – заверила девица. – И разуваться тоже не нужно. Пойдёмте смелей.
Ну, раз она так говорит… не будем лезть со своим уставом в чужой монастырь. Попрусь как есть, в ботинках и с чемоданом. Хотя наши последователи традиционных Будо, те, что с Беатрис, мне бы за такое святотатство незамедлительно накостыляли. Или хотя бы попытались.
Внутри обнаружилось вовсе не синтоистское святилище, как того можно было ожидать, а банальное додзё со всеми сопутствующими атрибутами: соломенными циновками, нишами с бонсаями и наборами самурайских приблуд на стенах. Перемежалось это всё свитками с каллиграфически исполненными иероглифическими надписями – надо думать, изречениями великих мастеров прошлого. И здесь оказалось довольно людно по местным меркам: вокруг татами расселось с десяток поклонников кэндо при полной экипировке, а в центре площадки сошлись в спарринге ещё двое.
- Давайте не будем прерывать схватку, - шепнула док Санчес, деликатно придержав меня за рукав. – Поставьте пока чемодан, он никуда не сбежит.
- Хорошо, - тоже шёпотом отозвался я, прикипев взглядом к бойцам.
А посмотреть было на что, между прочим. Я хоть и базовый боксёр-любитель, но интересовался и другими единоборствами, а некоторым даже уделил толику внимания в разные годы. В основном, конечно, совместимым с моей базой – муай-тай, кикбоксинг, кудо, и даже вин-чун – но соревнования с удовольствием смотрел любые. В кэндо, к сожалению, прикладного опыта у меня не имелось, но наличествовало достаточно зрительского, чтобы оценить и умения поединщиков, и их экипировку. Надо сказать, последняя практически не отличалась от образцов, виденных в трансляциях высокоуровневых турниров, так что подход к делу у местных фехтовальщиков вполне себе серьёзный. А вживую за атаками и отбивами наблюдать даже интересней, чем в полном 3Д в виртуальности. А звук! Удары сочные, крики яростные, дыхание прерывистое! Красота, да и только! Хотя «красивостям» тут явно уделяют больше внимания, чем прикладному аспекту – при желании я бы от таких размашистых и демонстративных атак легко увернулся. Но мутузят друг друга бодро, не придерёшься.
- Это наш местный клуб фехтования, - вполголоса пояснила Кэмерон. – Мацуда-сан его председатель. Все турниры также проходят под его патронажем.
- А кто он вообще, этот Мацуда?
- Очень авторитетный человек – инспектор отдела кадров!
- О-о-о!..
Так вот с кем у меня собеседование… ещё одно. Вот только с чего такая честь?
- Вы инженерно-технический работник, Генри, - удивлённо покосилась на меня док Санчес, когда я не утерпел и озвучил этот вопрос. – Ценный специалист. Естественно, к вам индивидуальный подход. Всё, тише, он идёт.
Ха, действительно! В чью пользу завершилась заруба, я совершенно упустил из вида, но оба участника, успевшие отложить мечи (боккэны?.. нет, те из цельной деревяшки… синаи, во!) и избавиться от шлемов, выглядели довольными. Японцем и вообще азиатом оказался только один из них, второй же был ярко выраженным европеоидом, пусть и немного мелковатым. А ещё оба раскраснелись от боя и смахивали честный трудовой пот. Прикольно, кстати. Вполне себе психологическая разгрузка. Даже самому захотелось принять посильное участие.
- Добрый день, Мацуда-сан! – опередила меня докторша буквально на долю секунды, так что пришлось ждать своей очереди. – А вы сегодня в ударе.
- Благодарю, Кей-тян, - церемонно поклонился японец. И уставился на меня вопросительно, напрочь проигнорировав нормы азиатского этикета: – А с вами, я полагаю, наш новый специалист?
- Совершенно верно, Мацуда-сан, - в меру способностей склонил голову и я, восприняв взгляд инспектора как приглашение к беседе. – Генри Форрестер, кризис-инженер.
- О! Впечатляет! – покачал головой кадровик. Ладно хоть, языком не поцокал.
Блин! Как племенной кобель на смотринах, право слово! И ведь никуда не денешься.
- Не напрягайтесь так, Форрестер-сан, - усмехнулся Мацуда, уловив моё недовольство. – Конечно же, я читал ваше личное дело, так что это не для красного словца. Действительно, впечатлён. Но читать и проверить на практике… согласитесь, это не одно и то же.
- Согласен. Но здесь и сейчас продемонстрировать мои способности будет несколько… затруднительно.
- Почему же? – вздёрнул бровь японец и протянул руку к ближайшему коллеге по клубу.
Тот всё понял правильно и вложил в ладонь Мацуды синай, а кадровик в свою очередь переправил спортивный инвентарь мне. Я недоумённо покосился на приблуду (реально синай, и даже, похоже, из бамбуковых планок!), но всё же взял и принялся с любопытством изучать – почему бы не воспользоваться моментом, тем более что раньше я эту хрень в руках не держал? Я её вообще только в трансляциях видел.
- Хайнц! – тем временем негромко позвал Мацуда и отступил в сторону. Перехватил мой недоумённый взгляд и невозмутимо осведомился: – Вы, надеюсь, не против, Форрестер-сан?
- А?..
Закончить фразу я не успел – справа что-то мелькнуло, и я на автомате заблокировал мощный мэн-учи, который обрушил на мою голову невесть когда успевший напялить шлем и вооружиться недавний противник Мацуды. Хайнц, что ли? Впрочем, пофиг. Главное, что у меня получилось его ошеломить нестандартной техникой – вместо отбива я применил жёсткую подставку в верхнем уровне, использовав синай на манер бойцовского шеста-дзё. Действовал мой противник по всем правилам кэндо – и шаг сделал правильный, и название техники выкрикнул яростно, и массой вложился, но это же и сыграло с ним злую шутку. Разница в габаритах сказалась, плюс позиция у меня была более устойчивая, так что после соприкосновения мечей Хайнц от меня отпрыгнул, что твой мячик, последовав за спружинившим синаем. Правда, едва восстановив равновесие, напал повторно и в той же манере. Но в этот раз я не стал изгаляться и попросту отшагнул с линии атаки, пропустив противника сбоку и походя перетянув того синаем вдоль спины. Шлепок вышел звонким и, судя по рыку Хайнца, весьма обидным, так что очередного наскока долго ждать не пришлось – как только затормозил и развернулся, так и напал. И теперь уже всерьёз, как мне показалось. Ну а раз он всерьёз, то и мне ничего иного не остаётся…
Как всегда в такие моменты, тело рефлекторно перешло в боевой режим и обратилось к куда более привычной технике: отшвырнув бесполезную связку бамбука, я принял рубящий удар на блок предплечьем (вспышка боли в отсушенной мышце!) и ответил апперкотом в корпус. Как незамедлительно выяснилось, Хайнц защитным снаряжением не пренебрёг – костяшки буквально прострелило. Но останавливаться на достигнутом я не стал и добавил с той же руки – снова апперкотом, но уже в челюсть, вернее, под срез маски. Этого хватило, чтобы оппонент «поплыл» и едва не свалился, запутавшись в заплетающихся ногах. Но всё же устоял, гад. И не просто устоял, а ещё и очень быстро оправился – снова защита спасла, не иначе. А оправившись, налетел на меня, как бойцовый петух. Пришлось встретить пинком в грудь, поскольку ничего иного не оставалось – я в этот момент как раз пытался попеременно тереть ушибленные места, чтобы хоть немного унять боль. И вот теперь получилось как надо: Хайнц налетел на мой ботинок полноценного сорок четвёртого размера и рухнул на спину, приложившись ещё и затылком. Всё, что ли? Ну что за детсад, право!.. Сука, как же предплечье больно! Фиг знает, когда теперь начну нормально левой рукой пользоваться… проверяльщики хреновы. Зачем это Мацуде, интересно? Кстати, а сам он чего?..
Додумать мысль не получилось – уловив резкое движение на периферии зрения, я развернулся в сторону опасности, сжавшись в защитной стойке, и заорал-зарычал в предчувствии ещё одного обжигающего удара:
- Ар-р-р-р-р!!!
И знаете что? Подействовало! Не успевший как следует разогнаться, но уже занёсший синай над головой кадровик застыл на месте, подавившись собственным «кий-я-а», или что они там орут, опустил меч… и заразительно расхохотался. Зрители по периметру татами незамедлительно поддержали своего предводителя – кто смешком, кто сдержанными аплодисментами, а кто и просто одобрительным бормотанием, даже слегка оклемавшийся Хайнц, успевший собрать ноги-руки в кучу и сесть на задницу. А вот мне было не до смеха – и ушибленные места болят, и адреналин хлещет. Такое ощущение, что сердце вот-вот из груди выпрыгнет.
- Это было великолепно, Форрестер-сан! – объявил Мацуда, отсмеявшись и промокнув слезинки в уголках глаз. – Вы преподали нам наглядный урок.
- Урок чего именно? – чуть расслабился я.
- Вы же кризис-инженер, правильно? А такой специалист должен обладать определённым набором личностных характеристик, позволяющих успешно действовать в критических ситуациях. И сейчас вы эти качества нам продемонстрировали, причём блестяще.
- Вы мне льстите, Мацуда-сан.
- Ничуть, - помотал головой кадровик. – Хайнц, как ты думаешь, в чём причина твоего поражения?
- Он всё делал не по правилам! – обиженно буркнул тот. – И если бы у меня был настоящий меч, я бы победил! А он бы потерял сначала руку, а потом и голову!
- Что скажете? – перевёл на меня взгляд японец.
- Ну, меч же ненастоящий, - пожал я плечами.
- Вот именно! – назидательно поднял указательный палец Мацуда-сан, живо напомнив мне старинную фотку с основателем айкидо Уэсибой. – В отличие от тебя, Хайнц, наш новый коллега сумел быстро адаптироваться к ситуации, задействовав те средства, что оказались в его распоряжении здесь и сейчас. И плевать ему было на правила, которыми ты руководствовался. Подозреваю, он о них даже не знал. Он просто реагировал на угрозу, причём самым рациональным способом. К чему обороняться спортивным инвентарём, которым не умеешь пользоваться? К чему мудрить и уклоняться от контакта, если на твоей стороне преимущество в массе и габаритах? Да и в силе, чего уж скрывать? И вот результат: один противник повержен физически, второй – ментально. Блестяще, Форрестер-сан, просто блестяще! – поаплодировал кадровик в подтверждение своих слов. – Благодарю, Кей-тян, что не поленились привести коллегу сюда, в зал.
- Это потому что я поленилась ждать вас в офисе, - как всегда обворожительно улыбнулась Кэмерон. – Вам же это прекрасно известно, Мацуда-сан.
- Не наговаривайте на себя, Кей-тян! – отмахнулся японец, и снова переключился на меня: – Поздравляю, Форрестер-сан, собеседование пройдено успешно. Я допускаю вас к работе и даже рекомендую. Слышите, Игараси-сама?
Проследив за взглядом Мацуды, я наткнулся ещё на одного японца – среднего телосложения, но суховатого, с шевелюрой, обильно потраченной сединой. И возрастом явно за полтинник, хотя по этим азиатам судить сложно. А ещё он морщинистый, с пронзительным и каким-то… усталым, что ли? – взглядом. Короче, по совокупности признаков явно местный аксакал. Я бы даже сказал, здешний сенсей. Истинный наставник, в отличие от управленца Мацуды. И, судя по всему, мой непосредственный начальник – старший снабженец и глава отдела высоких технологий заодно с реинжинирингом. Будущий босс, в общем.
- Я вас услышал, Мацуда-сан, - коротко поклонился Игараси, окинув меня оценивающим взглядом. – Задатки есть. Посмотрим, сумеет ли проникнуться духом корпорации. Сами знаете, это в нашей работе самое трудное.
- А вы ему помогите, Игараси-сама, - предельно серьёзно предложил кадровик. – Поверьте, лучше кандидатуру мы вряд ли найдём.
- Посмотрим, Мацуда-сан, - остался при своём мнении мой потенциальный босс. – Жду вас на рабочем месте завтра в девять ноль-ноль, Форрестер-сан.
- Да, Игараси-сама, - сдержанно кивнул я, едва не вытянувшись по стойке «смирно». – Я могу идти, Мацуда-сан?
- Да, на сегодня вы свободны, - подтвердил тот. – Думаю, Кей-тян вас не оставит наедине с проблемами и проводит в кампус. Ведь не оставите?
- Конечно, Мацуда-сан.
- Вот и хорошо! – заключил кадровик. – И ещё одно, Форрестер-сан. Если вдруг надумаете заняться кэндо… для вас двери этого додзё всегда открыты. Я лично, в качестве основателя клуба, вас приглашаю. А я личными приглашениями не разбрасываюсь, это всем известно.
- Благодарю, Мацуда-сан. Я подумаю над вашим предложением. Мацуда-сан… Игараси-сама… господа!..
Раскланявшись со всеми присутствующими, я подхватил сиротливо стоявший всё это время в сторонке чемодан и чуть ли не бегом рванул на выход, в последний момент опомнившись и подождав Кэмерон. Впрочем, та всё поняла правильно и специально тянуть с отбытием не стала, так что уже очень скоро мы вернулись под гостеприимную сень раскидистых деревьев. Но облегчённо выдохнул я лишь у ворот-тории:
- Пронесло! Кэмерон, скажите, тут всех новичков так встречают? Ну, из специалистов высшего звена?
- Нет, Генри, для вас сделали исключение, - рассмеялась докторша. – Чего так смотрите? Я серьёзно. Вы на моей памяти единственный, кого Мацуда-сан в первый же визит пустил на татами.
- Я, типа, польщён?..
- А что так неуверенно?
- Если честно, пока не определился, как ко всему этому относиться.
- Ну и не грузитесь. Пойдёмте, я провожу вас в кампус. С непривычки будет сложно найти ваш дом.
- У меня будет дом? Отдельный дом?
- Ну, не совсем отдельный… на четверых. Но он модульный, так что с соседями вы пересекаться не будете. Если сами не захотите, конечно. А навязываться у нас не принято. Идём?
- Пойдёмте, что уж, - вздохнул я.
Похоже, реально новая жизнь начинается. Не прос… э-э-э… не профукать бы и её, как предыдущую…
… как очень скоро выяснилось, док Санчес ничуть не лукавила: без неё я и впрямь бы долго бродил по здешнему лабиринту. И это только кампус для сотрудников среднего звена! Руководство проживало в отдельном элитном посёлке повышенной комфортности, а остальной персонал ютился в длиннющих трёхэтажных многоквартирниках, компактными кучками разбросанных по всему городу. Рекрутов обычно старались расселять поближе к производствам, но удавалось это далеко не всегда, так что многим приходилось пользоваться общественным транспортом – либо линиями монорельса, либо автобусами. Естественно, электрическими. Плюс так называемые «вахты» – специализированный транспорт конкретного производственного подразделения. Всё это мне любезно поведала моя спутница, равно как и тот факт, что высоких зданий в Мэйнпорте не строят из-за погодных условий. Это сейчас самый конец местной весны, лето впереди, а потом начало осени – по сути, бархатный сезон. Зимой же тут даже шторма случаются с ливнями и шквалами, а постоянный суровый ветродуй и вовсе не даёт расслабиться. Ладно хоть снега не бывает. Зато в наличии пыльные бури и периодические засухи. За пределами периметра, конечно. Внутри-то всё облагорожено и поддерживается в практически идеальном порядке, чему примером смешанный кампус, в котором мне предстоит обитать энное количество времени. А если конкретнее, то ближайшие пять стандартных лет. Почему смешанный? Не из-за того, что тут и мужики, и бабы, хотя и это тоже. Просто помимо представителей инженерной службы здесь же проживали и медики, и управленцы, и даже «коммерсы». Разве что солдафонов не было. Жаль, кстати – Рэнди Мюррей произвёл на меня неизгладимое впечатление. И по большей части приятное. Плюс любопытство пробудил.
Додзё местных любителей фехтования, на моё счастье, приткнулось аккурат на окраине жилой зоны, в небольшом парке, из которого не составило труда выбраться на ближайшую улицу кампуса. Ну а дальше вообще дело техники: коттеджи здесь располагались квадратно-гнездовым методом, длинными параллельными улицами забор в забор, изредка перемежаясь узкими переулками. И что самое удивительное, перед каждым домишком торчало как минимум по четыре дерева! Одинаковых, пирамидальной формы, не поймёшь сразу, тополя или туи… или ещё что-то того же типа, но тем не менее. А некоторые коттеджи в зелени просто утопали, выдавая увлечение владельцев.
Ещё один характерный штришок – дорожное покрытие. Я долго не мог понять, что именно у меня под ногами: и на асфальт не похоже, и не грунтовка. Оказалось – прессованная резиновая крошка. Для пущей изоляции, как нетрудно догадаться. А дома выкрашены так называемой «шаровой краской», опять же, на основе резиновых шарушек. И заземлены… или зароксанены? – самым примитивным способом – металлическими штырями, вкопанными в грунт. Спасибо, что хотя бы не полноценные клетки Фарадея! Хотя насчёт всего города я не уверен. Прелесть какая, блин! Буквально на каждом шагу открытия чудные… спасибо Кэмерон.
- Пришли, Генри, - наконец остановилась моя спутница у ничем не примечательного забора. – Запоминайте расположение: «синяя» линия, блок тринадцать, модуль «Б». Это ваш официальный адрес. Автобусная остановка в двух кварталах, три минуты ходьбы быстрым шагом.
- Это хорошо? – на всякий случай уточнил я.
- Это просто великолепно! – заверила докторша. – От моего дома до остановки почти семь минут. А вообще до любого объекта в Мэйнпорте можно добраться пешком максимум за полчаса. Если не торопясь – минут за сорок. Поэтому многие офисные служащие общественным транспортом пренебрегают, предпочитая прогуляться с утра.
- А работяги как?
- Этих обычно возят централизованно, так проще перед сменой медосмотр организовать.
- Поня-а-а-атно… - протянул я и спохватился: – Может, вас проводить?
- Не стоит, Генри, - помотала головой Кэмерон. – Не в этот раз. Вам сегодня лучше отдохнуть. Да и к жилищу новому привыкнуть не помешает. А вот потом… милости просим. Как раз в кампусе освоитесь.
- Что, прямо домой? – поразился я.
С чего бы, интересно, такие преференции? Только сегодня познакомились, и уже в гости приглашает? Или она без задней мысли?
- Почему нет? – пожала плечами док Санчес. – Вечерами у нас в кампусе бывает довольно скучно. А соседи у меня все сплошь коллеги-медики, да ещё и солидные, как на подбор – в годах и с семьями. Жёны, конечно, довольно приятные собеседницы, но слушать бесконечные байки про детей и кухню… нет, я пока не готова. А с вами мы вполне можем пообщаться… и не только на профессиональные темы, хотя и на них тоже.
- Вы будете меня курировать? – с затаённой надеждой спросил я. – Ну, от службы психологического контроля?
- А вы этого хотите, Генри? – лукаво улыбнулась девица. – Вижу, хотите. Но, к сожалению, в ремонтном секторе свои дежурные медики. У меня несколько иная… э-э-э… зона ответственности. Так что по работе видеться будем довольно редко.
- В таком случае, я непременно воспользуюсь вашим предложением, Кэмерон.
- Каким именно, Генри? Насчёт восстановления сил? Или?..
- И тем, и другим.
- Спокойного отдыха, Генри.
- До встречи, Кэмерон.
Док Санчес с чуть рассеянным видом зашагала дальше по улице, я же опёрся плечом на забор и задумался, машинально сопровождая взглядом филейную часть девицы, благо более привлекательного объекта в ближайших окрестностях не наблюдалось. По всем раскладам выходило, что нужно вливаться в местную жизнь – свалить с Роксаны в обозримом будущем не получится. И корпорации задолжал, так что «охотники за головами» житья не дадут, и чисто техническая возможность сделать ноги отсутствует. Вот уж не думал, что окажусь в настолько изолированном от остальной Вселенной месте…
- Генри, хотите совет? – вдруг обернулась Кэмерон. – Дружеский?
- Давайте, - кивнул я.
- Перестаньте жалеть о прошлом. У вас теперь новая жизнь, новый круг общения, новые заботы.
- Я уже это слышал сегодня.
- Значит, уже с кем-то умным познакомились? Вот видите! – обрадовалась девушка. – Всё образуется. Ведь перед вами теперь столько перспектив!
- Целый огромный новый мир! – хмыкнул я. С изрядной долей иронии, признаться. И, не удержавшись, добавил: – Здесь обитают драконы.
- Что, простите? – недоумённо покосилась на меня докторша.
- Да это так, старинный географический курьёз, - отмахнулся я. – На парочке средневековых карт этой фразой обозначали неизведанные земли на краю обитаемой Ойкумены. «Hic sunt dracones» по-латыни. А ещё раньше то же самое писали про львов. Просто терра инкогнита как-то банально, что ли… а тут суть аналогичная – прекрасный новый мир, и он весь мой!
- Отнюдь, - помотала головой док Санчес. – Не советую распространять вашу зону комфорта за периметр. Мэйнпорт – отличный трамплин для карьеры в корпорации. А всё, что за его пределами… это трясина. Не позволяйте ей вас затянуть. Она только внешне похожа на настоящую жизнь. На деле же это путь в никуда. Поверьте моему опыту, Генри.
- Спасибо, доктор.
- Не скучайте, больной! – в тон мне отозвалась Кэмерон.
И снова зашагала по улице, вся из себя такая сильная и независимая. Только пары кошаков на шлейках не хватает. Интересно, а у неё есть тёплый клетчатый плед, кресло-качалка и шкафчик с винишком?
- Ну-ну, - хмыкнул я себе под нос. – Будем посмотреть.
Но потом, как водится. Сейчас есть дела более срочные – дом обследовать, душ принять с дороги. Да и пожрать бы неплохо…
Глава 1-4
-//-
Мэйнпорт, 18.05.23 г. ООК, утро
- Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!... Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!.. Проснись и пой…
М-мать! Что за бред? Так хорошо спал, и тут какому-то придурку приспичило… а, это ж будильник в смарте! А придурок этот я сам, потому что с вечера не придумал ничего лучше, как наговорить эту бесючую банальность в качестве звонка. Знал, чем самого себя пронять до печёнок. И, надо признать, получилось – волей-неволей я вырвался из объятий Морфея, от души потянулся и зевнул во всю пасть. И только потом осознал, где я и что я. А осознав, откинул одеяло и резко сел на койке, свесив ноги.
- Проснись и пой, Генри Форрестер, проснись и пой!.. Проснись и пой…
Да уже, блин! Как это чудо техники… какого уже века? Поза-поза-прошлого? Как его вырубить на хрен? А, вроде сюда нажать надо… готово. Ну вот и настал твой второй день в колонии Роксана, дорогой товарищ Олег. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись.
Хотя, вынужден признать, спал я очень даже неплохо. Спокойно, без сновидений, и почти не ворочался. А это уже само по себе дорогого стоит – кошмары меня мучили с того злосчастного финала, когда я слил в никуда все имевшиеся финансы. Сколько там? Почти полтора месяца уже… стандартных, я имею в виду. А здесь, на Роксане, так удачно сложилось, что все месяцы – а их двенадцать – содержат ровно по двадцать восемь суток. Двадцати-шестичасовых, если кто-то запамятовал. Вообще удобно, особенно для организации работ на удалённых объектах вахтовым методом: четыре недели, семь через семь – семь пашешь, семь… тоже пашешь, но сильно меньше, и из них три полных дня законных выходных. И сидишь при этом в Мэйнпорте, а не где-то у чёрта на куличках.
Правда, ко мне всё это не относится – я сотрудник МТС, сиречь «механико-транспортной системы», в ведении которой весь корпоративный транспорт, за исключением межзвездного. А если ещё точнее, то я старший механик службы СВТР, то бишь снабжения, высоких технологий и реинжиниринга. Основной профиль – обслуживание и ремонт. Причём практически всего, от самобеглых тележек на электротяге до вот этих самых смартфонов. Каким боком тут кризис-инженер? Не поверите, но связь самая прямая: в условиях Роксаны практически любой ремонт превращается в квест по добыче запчастей из дерьма и палок. Очень часто возникают ситуации, требующие не просто нестандартных, а откровенно парадоксальных решений. И в таких условиях мне самое место. От скуки не умру, короче. А может я и ошибаюсь – время покажет. Сколько уже натикало, кстати? Восемь утра? Нормально, успеваю и оправиться, и собраться, и даже перекусить наскоро. Ещё бы жизненного пространства самую чуточку побольше… но пока не заслужил.
Как выяснилось ещё вчера, Кэмерон не зря обозвала моё жилье модулем – это именно он и оказался. Типовой, рассчитанный ровно на одного человека: входная дверь, короткий коридор, потом холл (он же спальня, он же кухня, он же столовая) с единственным окном, и микроскопический для моих габаритов санузел, объединённый с душевой. Вход в эту «прелесть» располагался в стене коридорчика и был лишён уже привычной распашной створки – вместо неё наличествовала рулонная штора из плотной пластиковой плёнки. Впрочем, наученный горьким опытом, с этим технологическим «чудом» я разобрался довольно быстро. На осмотр «бытового блока» с раковиной и непонятной хреновиной с металлической решёткой и парой круглых блямб хватило ровно одного взгляда – эту часть жилища я оставил на потом. А вот дальше случился затык – основная жилая зона оказалась девственно пустой. Я было заозирался в панике, но почти сразу же наткнулся взглядом на инструкцию – та была напечатана на внутренней стороне оконной шторы, тоже, кстати, рулонной. Приткнув чемодан к ближайшей стенке, я шагнул поближе, вчитался в скупые строки, в большинстве своём отсылавшие к схеме, приведённой под текстом… и натурально прифигел от бездны примитивных технических решений, превративших безликий модуль в чудо инженерной мысли. И пофиг, что мысли прошлого. Хуже она от этого не становилась.
Примерно через полчаса модуль было не узнать – я извлёк и расставил по собственному вкусу складную мебель, ютившуюся в многочисленных нишах, опустил встроенную в глухую стену кровать, отыскал и проинспектировал шкафы и шкафчики, разжившись множеством бытовых мелочей, и даже освоил смесители в кухоньке и душевой. Ну и попутно выяснил, что странная приблуда с решёткой и блямбами – самая настоящая газовая плита, на каковой мне предлагалось готовить, если взбредёт такая блажь, конечно. В посудном шкафу нашлись и сковородки, и кастрюльки, и даже чайник. Жаль, турки не оказалось, равно как и кофе, хотя бы растворимого. Зато чай был в наличии. Ну а в холодильнике – тоже древнючем, с компрессором, радиатором и хладагентом, а не привычной магнитной системой охлаждения – присутствовал «малый джентльменский набор» наиболее употребимых консервов. В большинстве своём импортных, но на глаза попались полукустарные упаковки с колбасой и сыром местной выделки, а морозилка, куда я заглянул исключительно из любопытства, порадовала парой шматов мяса и изрядным куском сливочного масла. В общем, когнитивный диссонанс случился знатный – многого из этого продуктового набора на той же Беатрис я бы себе не смог позволить. А тут гляди-ка, больше половины запасов – натурпродукт! А если поискать, то и всяческая бакалея – крупы с лапшой – наверняка отыщутся…
Я, кстати, так и поступил, но уже чуть позже, после того, как разжился смартфоном и активировал примитивный донельзя компьютер со встроенным в стену физическим (!) монитором на страхолюдной жидкокристаллической матрице. И да, про «чуть» я слегка – самую малость! – преуменьшил, потому что на электронике завис на добрых два часа. До того всё оказалось непривычным и пугающе медленным. Но в конце концов, конечно же, разобрался. Инженер я, или погулять вышел? Вот то-то и оно!..
Про эпопею с душем и готовкой скромно умолчу… ладно, ладно, мне просто стыдно. Но и эти адские девайсы освоил, отделавшись лёгкими ожогами от кипятка и открытого пламени.
Потом как-то внезапно стемнело, но включать светодиодные светильники я уже поленился, хоть и знал, как. Вместо этого рухнул на койку, наскоро сварганил рингтон для будильника и ухнул в пучину сна…
И ведь неплохо выспался! Думал, на этакой-то койке, с жёстким пружинным матрацем, все бока отлежишь, ан нет! Ничего нигде не ломит, не тянет и не подёргивает. Челюсти зевотой не сводит, голова не болит… да вообще ништяк! Не хочется это признавать, но, блин, как огурчик! Впервые за долгое время… никак, совесть очистилась? Или от чувства вины избавился? Не, фигня. Скорее просто подсознательно смирился с ситуацией и приготовился плыть по течению. А почему бы и нет, в конце концов? Эх, мне бы ещё душевую чуток побольше!..
Когда я закончил с подготовительными мероприятиями, до озвученного накануне Игараси-сама срока оставалось ещё целых полчаса. Я даже с сомнением покосился на чайник, но всё же решил в первый день не нарываться на неприятности – маршрут незнакомый, кто знает, во что можно вляпаться? Я уж лучше с запасом, тем более что уже и чайку глотнул, и несколько бутеров из вкуснейших местных продуктов сжевал, совершенно справедливо решив, что импортные консервы лучше не тратить без нужды – вряд ли кто-то восстановит их запас без-воз-мезд-но, то есть даром. А местная продукция она и есть местная продукция, по определению должна быть дешёвой и доступной. В любом случае, нелишне будет и по заведениям общепита прошвырнуться, и по магазинам. А там, глядишь, сама собой стратегия быта выработается. Как сказанул, а! «Стратегия быта»! Мыслитель, мля. Философ недобитый. Ну-ка, ноги в руки, и пошёл, страус, пошёл, пошёл! Игараси-сама оправданий слушать не станет, это я ещё вчера по его строгому взгляду понял.
Поскольку особо раздумывать над формой одежды нужды не было – местные снабженцы всё уже решили за меня, набив шкаф стандартными комплектами нижнего белья, футболками и парой точно таких же (за исключением цвета) комбезов, что рекрутам выдали ещё на «Альберте Эйнштейне» – то и собрался я в рекордно короткие сроки. Если честно, дольше в умывалке проторчал, разглядывая помятую рожу и силясь решить, стоит связываться с бритьём, или ну его на фиг. Крема-эпилятора оставалось в обрез, а где тут пополнить его запас я понятия не имел. Или, на худой конец, где хотя бы местными бритвенными принадлежностями разжиться, как вариант. Но всё же пересилил себя и тщательно вымазал щёки и подбородок – Игараси аккуратист, это я тоже вчера заметил. А ведь нужно, что называется, себя подать, иначе потом проблем не оберёшься. Первый день всегда самый трудный. Новичка обязательно захотят проверить на вшивость, то есть на психологическую устойчивость, плюс прощупать на предмет готовности дать отпор. Где-то этот ритуал сводится к психологическому давлению и обмену колкостями, а где-то и до зуботычин доходит, но суть всегда одна: как себя поставишь, так к тебе и будут относиться. Все: и равные по статусу коллеги, и подчинённые, и начальство. А ты один, и тебе нужно ко всем найти свой подход. Угодить же всем одинаково по определению не получится – то, что ценит руководство, подчинёнными воспринимается как… блин, запамятовал модное словечко… зашквар, вот! Ещё и жополизом обзовут. И самое плохое, что заранее предсказать верную линию поведения не выйдет – сперва нужно посмотреть на коллектив. Вот и думай, Олежек…
В любом случае, щетина никаких бонусов не даёт, равно как и помятая похмельная рожа. И ведь никому не докажешь, что не пил накануне, что это всё от долгого здорового сна. Умылся, побрился, зубы почистил – вот теперь на человека похож. Волосы, правда, чуток отросли, но с ними пока ничего не поделать, придётся искать барбер-шоп (размечтался!), или хотя бы парикмахерскую. Осталось натянуть футболку, влезть в комбез – тёмно-серый, почти чёрный, надо думать, чтобы грязь хуже было видно – и сунуть ноги во что-то типа кедов на толстой резиновой подошве. На Беатрис, помнится, это обувь наиболее модных студентов – при соответствующей расцветке, естественно, здесь же, на Роксане, она просто жизненная необходимость – статическое электричество никто не отменял. И вообще, как я теперь осознал, вся предоставленная корпорацией одежда (и труселя тоже, ага) в той или иной мере служила защитой от тока. На рукавах комбеза, например, наличествовали укреплённые вставки из прорезиненной ткани – на локтях и внутренних сторонах предплечий. Такие же красовались на коленях и, извините, на седалищной части. Правда, чёрное на чуть менее чёрном не особо выделялось, так что немудрено, что я не сразу их заметил. Скорее, почувствовал, когда облачился в обновку – в этих местах ткань хуже гнулась. Ну и самая характерная деталь, конечно же, карманы. И нагрудные, и боковые, и набедренные, и за пазухой – все, как один, изнутри тоже прорезиненные. Странно, что специального пояса с каким-нибудь реанимационным набором для экстренной помощи при поражении электричеством не предусмотрели. Видимо, посчитали этот аксессуар излишним, поскольку комбез приталенный, с системой внутренних утяжек. Но я пока с подгонкой заморачиваться не стал, благо и без того одёжка села нормально. Единственное, сунул смарт в нагрудный карман, идеально под него подошедший. Потом вжикнул молнией (подозреваю, из диэлектрического пластика), нахлобучил на голову чёрный кепи с эмблемой ремонтного сектора и шагнул к двери.
Уже у самого выхода что-то заставило меня остановиться. Уловив смутное сомнение, я вгляделся в собственное мутное отражение в плёнке шторы, хлопнул себя по лбу и вернулся в жилую зону за кожанкой. Ну вот, хоть какая-то индивидуальность. Теперь понятно, почему латиносы-гастеры на «Эйнштейне» комбезы в меру возможностей украшали. Ну а то, что я по-прежнему ощущаю себя не в своей тарелке, это нормально – одёжка новая, необмявшаяся, да и непривычная, чего греха таить, плюс полная неопределённость во взаимоотношениях с коллективом. Первый день, он такой. Ладно, тяни, не тяни, но пора. А то ещё на автобус опоздаю…
Успел. Тютелька в тютельку, но запрыгнул в знакомую коробку на здоровенных ажурных колёсах, потеснив предыдущего пассажира. Тот, кстати, возмущаться не стал, просто иронично покосился на торопыгу, то бишь меня, и с пониманием усмехнулся, моментально распознав во мне новичка. А я ещё и запыхался чуток, так как пришлось немного пробежаться – к стыду своему, разобраться с механическим кодовым замком с вечера я не удосужился, и потерял несколько драгоценных минут на возню с дверью. И спросить, как назло, не у кого – модули были состыкованы так, что на каждую сторону квадрата общего блока выходил вход одного модуля и длинная стена с окошком второго. И от стыка заборчики из пластиковой решётки, увитые каким-то ползучим растением. С одной стороны, вполне уединённое жилище, с другой – в случае нужды до соседа не доорёшься. Короче, с трудом, но успел. А потом плюхнулся в ближайшее свободное кресло, да так и просидел всю дорогу, пялясь на утренний Мэйнпорт.
Справедливости ради, ехали не так уж и долго – меньше четверти часа даже с учётом частых остановок и черепашьей скорости, так что осмотреть удалось лишь малую часть города, в основном всё тот же кампус. А потом случилась уже моя остановка – «Area-17», которую я моментально нарёк про себя «зоной». Ну а чего? Длиннющий забор в обе стороны, поверх решётки экранирующего поля (дублирующие периметр, что ли?) и что-то вроде мотков колючей проволоки, но точно не она. Скорее всего, какие-то дополнительные антенны, просто своеобразные. Элементы модернизированной – и колоссальной по размерам – клетки Фарадея? Почему нет, кстати? Вполне себе способ борьбы с электромагнитным излучением. Плюс дисгармонирующая с глухими плитами забора застеклённая проходная аж на четыре потока. Как я не заблудился? Да очень просто: в смартфоне обнаружилось приложение с маршрутами общественного транспорта, этакий предельно примитивный – двумерный! – навигатор в стиле «догадайся сам». Но при этом, что характерно, интуитивно понятный. Я даже любопытства ради поигрался с масштабом и словил очередной когнитивный диссонанс: Мэйнпорт, если карте верить, очень даже немаленький город. Что там Кэмерон вчера говорила? До любой точки можно добраться пешком за полчаса или чуть больше? Возможно… если рассматривать только объекты внутри периметра. Чисто номинально к таковым относились абсолютно все производственные площадки, но, что называется, «от двери до двери»: собственно предприятия располагались вне периметра и занимали довольно обширные пространства. Не был исключением и ремонтный комплекс – я даже присвистнул удивлённо, когда осознал масштаб проблемы. Впрочем, состояние лёгкого обалдения не помешало мне выбраться из автобуса вместе с попутчиками, а вот дальше я замешкался: ну и куда теперь? Даже отступил чуток в сторону, дабы не мешать другим сотрудникам, и принялся озираться в поисках хоть каких-нибудь подсказок.
Как незамедлительно показала практика, напрасно: очень быстро мой взгляд зацепился за колесо отъезжающего автобуса и я в очередной раз офигел. И ведь было от чего! С такого ракурса я местный транспорт ещё толком не видел, а потому и деталей до этого момента не разглядел. Думал, колёса и колёса – не дутики и не арочные шины, а обычные, для условий средней тяжести, просто на своеобразных дисках. А тут вон оно как, оказывается! От колёс только внешнее кольцо с мелким протектором – сразу видно, что транспорт для внутреннего пользования, на таком в саванну вряд ли суются. А вот вместо нормальных пузатых боковин… нечто ажурное, типа спиц, только не проволочных, а как из бумажных листов. Или, скорее, полимерных… стоп, где-то я такое уже видел! Точно! Да это же легендарные твилы от не менее легендарной компании «Мишлен»! По факту, родоначальники класса безвоздушных шин. Я с ними на курсе «История космонавтики» сталкивался, когда ректор рассказывал про первые планетоходы… а тут на тебе, суровая реальность! Сама собой пришла на ум старая поговорка: голь на выдумку хитра. Что там незабвенный мистер Пимброк говорил? Запомни и повторяй, как мантру: рентабельность, рентабельность, рентабельность!.. И всё бы ничего, но… стрёмное какое-то ощущение. Похоже, я теперь понимаю, что чувствуют книжные «попаданцы»! Попасть из века высоких космических технологий в мир музейных древностей, причём действующих… н-да…
- Эй, парень, чего завис?
- А? – очнулся я и обернулся на голос.
Против ожидания, это оказался не охранник и не суровый эсбэшник, а тот самый мужик, которого я затолкнул в салон автобуса в ходе экстренной посадки в него же. И взгляд всё такой же ироничный, плюс ухмылка. Занятный тип, кстати. Комбез порядочно потрёпанный жизнью, но не драный и не грязный, а из расхристанного ворота выглядывает рубашка в крупную клетку. Плюс на ногах вместо типовых кедов мощные берцы. Сам не сказать, чтобы крупный… или это он просто на моём фоне так смотрится? В общем, среднего роста и сложения, не обременённый пузом, лицо… пожалуй, усталое. И морщин многовато, так что лет ему где-то под сорок. Тридцать пять плюс точно. Шкура продублёная, глаза чуть зеленоватые, как выцветшие, и белёсый ёжик на башке точно такой же – выгоревший на солнце, то есть, конечно же, под живительным, хоть и рассеянным, светом Гаммы-6. На правой скуле затейливый шрам, как будто кожу чем-то стесали, и потом кусок на место не очень аккуратно пришили. Из-за этого губа справа чуток приподнята… вот и объяснение постоянной ироничной ухмылке. Других особых примет нет, но сразу видно, мужик бывалый. Акцент похож на ирландский. Ага, бейджик на шее висит, на довольно длинном шнурке – видимо, тот самый обещанный Мюрреем ай-ди. Ну-ка, что там? Мик Галлахер… и всё? Из внятной информации – да. Плюс какие-то цифры, закорючки с пиктограммами и несколько звёздочек в ряд – часть закрашена, часть просто контуры. Уровень допуска? А, пофиг!
- Новенький, что ли? – не дождавшись ответа, уточнил мужик.
- Э-э-э… так точно, сэр.
- Не тянись, мы не в армии, - отмахнулся тот и сунул мне ладонь для рукопожатия: – Мик Галлахер, из транспортного отдела. А ты, часом, не новый спец старины Кенсина?
- Вы имеете в виду Игараси-сама, сэр?
- Угу.
- Так точно… в смысле, да, его. Олег… Генри. Генри Форрестер.
- Тогда тебе в крайнюю левую проходную, там тебя уже ждут.
- Спасибо, сэр.
- Не за что, - уже на ходу буркнул Галлахер.
Какой целеустремлённый тип, однако! Прёт напролом, на остальных сотрудников, которых довольно-таки много, не отвлекается, и все его пропускают. Местная шишка? А на меня тогда с чего внимание обратил? Только потому, что я его не слишком деликатно пропихнул вглубь автобуса? Возможно, кстати. Привык, что к нему все относятся уважительно и дорогу уступают, а я чуть не придавил всей массой и даже не извинился. Или… на цвет комбеза среагировал? Основная масса народу в синем, а мы с ним в почти чёрном. А на лайнере латиносам выдали вообще серое. Получается, есть градация? Как в бессмертной классике, цвет штанов решает? Ладно, будем разбираться с проблемами по мере их возникновения. А сейчас и впрямь пора, как бы босса-япошку не прогневить…
Что интересно, крайняя левая проходная успехом у персонала не пользовалась, то есть попросту пустовала. В том смысле, что кроме меня там только охранник оказался, причём весьма осведомлённый, судя по его вопросу, адресованному мне:
- Мистер Форрестер?
- Э-э-э… да.
- Предъявите ваш смартфон, пожалуйста… активируйте, пожалуйста…
- Вот.
- Приложите вот сюда… спасибо… статус подтверждён. Проходите, сэр.
Я благодарно кивнул охраннику и протиснулся через… блин, дай бог памяти, как эта хреновина называется! Турникет, вот! Механический, с тремя вращающимися трубами, перекрывающими проход. Очередной мелкий штришок к общей картине. Но, надо сказать, подобные детали удивляли меня всё меньше и меньше. А ведь я всего второй день на Роксане! Что-то слишком быстро адаптируюсь… не к добру это.
- Проходите в смотровую, сэр, - вслед мне пояснил охранник. – Там вас ждут.
- Хорошо! – на ходу отозвался я.
Тут захочешь заблудиться, и не получится – коридор хоть и с прозрачными стенками, но хрен куда свернёшь. Так что вариант ровно один – шагать, куда сказали. Я, собственно, так и поступил, вскоре оказавшись в крошечной комнатёнке, тоже стеклянной, но завешенной со всех сторон закрытыми жалюзи. Здесь меня и впрямь ждали: ещё один охранник и молодой парень стандартной европейской наружности в белом халате поверх комбинезона медика. Служба психологического контроля, поди?
- Мистер Форрестер, позвольте вашу правую руку, - незамедлительно потребовал медик, уже успевший вооружиться какой-то затейливой приблудой. – Благодарю. – Палец кольнуло, запястье обвил эластичный жгут, на мгновение сдавив кожу, и прибор размеренно замигал зелёным светодиодом. – Посмотрите сюда… теперь сюда… вытяните перед собой руки… сожмите кулаки… большое спасибо. Грег, он твой.
- Окей, Сэм, - кивнул охранник и переключил внимание на меня: – Поздравляю, сэр, вы допущены к работе. Осталось несколько формальностей, от которых в последующем вы будете избавлены.
- То есть в следующий раз мне идти со всеми вместе? – уточнил я.
- Именно, - подтвердил секьюрити. – Через первую проходную, она для специалистов среднего звена и руководства. Вторая и третья – для рядового технического персонала, а четвёртая для исключительных случаев. А пока вот ваш ай-ди (я с готовностью сцапал такой же бейджик на шнурке, как и у Галлахера), индивидуальная аптечка, набор индивидуальных средств защиты и карта доступа в производственное помещение. Не потеряйте её, сэр. Ну а теперь вводный инструктаж по технике безопасности…
Ну вот, можно сказать, первый рабочий день начался. Таких вот инструктажей мне сегодня ещё как минимум пара предстоит – в мастерской и на рабочем месте. А может, и ещё какой-нибудь перепадёт, типа электробезопасности. Дело привычное, и потому не особо пугающее. Но слушал я с интересом, не то что в универе на Беатрис – где ещё разживёшься таким количеством жизненно важной информации, да ещё и в предельно сжатом виде?
- Подпишите здесь, сэр… и ещё вот здесь… и тут. Благодарю, сэр. Можете пройти в рабочую зону. И поздравляю с первым рабочим днём, мистер Форрестер.
- Спасибо, - сдержанно кивнул я, шагнув мимо охранника к двери.
Ну вот, осталось потянуть на себя, и откроется очередная глава в жизни. Странное такое чувство… щемящее… ладно, фиг ли стоять, погнали!
Глава 2-1
Глава 2
Мэйнпорт, 18.05.23 г. ООК, утро
Внутри заводского периметра (а что это именно полноценный ремонтный завод, я понял с первого же взгляда – слишком характерные корпуса, да и схема их размещения знакомая) мир не изменился: всё такое же приятное тепло, полное отсутствие ветра и рассеянный мягкий свет Гаммы-6, отфильтрованный атмосферой… вот оно! Поймал, наконец! В отличие от всех планет, где я бывал ранее, здесь, на Роксане, с поверхности не видно звезду. Я имею в виду, невооружённым взглядом. Так-то, если Пимброку верить, кое-какая аппаратура вполне позволяет это сделать. А собственными глазами – не-а. Просто равномерно освещённое небо, даже облаков не видно. Но они, несомненно, тут есть, просто сегодня вот такая погода. А непривычно всё же… кожей лучи ощущаешь, а источник выделить невозможно в принципе. Стоп! Получается, тут и тени должны быть своеобразные? Вернее, почти отсутствующие? Ну-ка, ну-ка… не сдержав исследовательского зуда, я отошёл на несколько шагов от помещения проходной и покосился на забор. Так и есть! Тень очень короткая и не слишком густая, но всё же в целом прослеживается, и по её расположению можно примерно определить, где сейчас Гамма-6, скрытая шапкой атмосферы. Ладно, поигрался, и хватит. Игараси ждёт. Причём, судя по сигналу в навигаторе, во-о-он в том длиннющем ангаре. Так что нам туда дорога, ага. Заодно и теорию насчёт теней проверю, с торца она явно должна быть жирнее… только с противоположного, так что облом.
Ещё раз хорошенько осмотревшись, я окончательно уяснил принцип компоновки рабочих зон: два полукруглых в поперечной проекции ангара торцами к проходной по краям, а между ними несколько длинных одноэтажных корпусов прямоугольного сечения. И всё это разделено дорогами, дорожками и тропинками с уже знакомым резиновым покрытием. Плюс между двумя корпусами по центру довольно большая площадка типа плаца, но наверняка не он. Вряд ли здесь общими построениями балуются, Галлахер прав, тут не армия. Скорее, это парковка или отстойник для колёсной техники, сейчас, правда, пустой. Внутреннего транспорта, кстати, нет – придётся топать ножками. А, нет, ошибся – вон какая-то хреновина катится… то ли электропогрузчик, то ли просто грузовая платформа с каким-то хламом. И водила как раз в сером комбезе, что явно неспроста.
Суеты особой пока что не наблюдается – народ в основном тянется от проходной к корпусам. И навстречу никого, из чего я сделал вывод, что работают здесь в одну смену. Нет, наверняка есть какое-то дежурное подразделение, но на фоне новоприбывших отдежуривших и не заметно. А так-то нормально людей, сотни три с гаком. Ладно, глазей, не глазей, а пора. Мне как раз вот по этой дорожке – довольно узкой и слабо вытоптанной. А ещё по бокам приятные газончики с бледно-зелёной травой и яркими пятнами цветов.
Красота-то какая! Лепота! Остаётся открытым лишь один вопрос: как меня вообще угораздило сюда загреметь?! Но и на него есть ответ: самонадеянность. Не чья-то, а исключительно моя. Ведь не польстись я тогда на лёгкие деньги, и не пришлось бы на Роксану бежать…
***
Зал был полон. Если точнее, то яблоку негде упасть. Никогда не думал, что в университетском кампусе живёт столько народу… хотя, если присмотреться, чуть ли ни каждый второй на студента уже не тянет: тут и взрослые дядьки с юными девицами-«прилипалами», и подозрительной наружности приблатнённые парнишки – эти держались компактными кучками, и импозантные джентльмены при костюмах и секретарях – «охотники за головами» из большого биз… э-э-э… спорта? Раньше такого не было, или я просто внимания не обращал. Интересно, к чему бы это? Ну да, финал боксёрского турнира. Но ведь отнюдь не Олимпийского. И даже не планетарного уровня. Обычный междусобойчик рядовой студенческой лиги, пусть и принадлежащей «RAF Corp». Масштаб явления не тот, чтобы собирать огромную спортивную арену. Впрочем, это уже я сам загнул – зал у нас совершенно обычный, студенческий же. В лучшем случае на пару тысяч сидячих мест, что, с учётом общей численности обучающихся, даже с запасом. Другое дело, что вплоть до полуфинальных схваток он заполнялся едва ли на треть. А тут толпа народу подвалила. Не думаю, что на меня посмотреть – эка невидаль, крепкий середнячок-любитель! Да и соперник, если честно, ничем особым не знаменит – возможно, просто не успел показать себя, что и немудрено: всего лишь первый курс юрфака. Не чета мне, аспиранту-выпускнику, которому рукой подать до защиты диссертации. И который, если бы поменьше времени уделял бесполезному мордобою, уже был доктором наук. Нет у меня целеустремлённости, к большому сожалению и моего научного руководителя, и тренера. Причём ещё неизвестно, кто жалеет больше. А, пофиг! Мне и то, и то нравится! И почему я должен выбирать? А уж если есть возможность срубить по-быстрому деньжат… кто я такой, чтобы отмахиваться от этой прекрасной возможности? Да, не очень законно. Даже совсем незаконно – и по меркам РКА, сиречь Русско-Китайского Альянса, которому принадлежала колония Беатрис, и по законодательству этой самой отдельно взятой колонии, облюбованной «RAFCorp» в качестве домашнего мира. Всё же не профессиональный спорт. Но ведь незаконный не значит невозможный? Вот-вот. И очень многие именно так и думают, если судить по заполненному под завязку залу. Так что тотализаторы в студенческих лигах цветут и пахнут. Да что далеко ходить-то? Сам грешен – поставил на себя, оголив банковский счёт. А ещё отказался от сделки, предложенной местной студенческой мафией – лечь в третьем раунде. Просто потому, что посчитал её менее выгодной, чем чистая победа и заслуженный выигрыш. А чего мне бояться? Там мафия-то одно название: кучка студиозусов средних курсов, в большинстве своём выходцев из низов. Только и могут, что однокурсников, тех, что поинтеллигентней, кошмарить. В общем, послал я их, далеко и надолго. Правда, результат получился неожиданный – парни тоже поставили на меня. Видимо, заразились моей уверенностью. Это я точно знаю, потому что их человек стоял в очереди к барыге, принимавшему ставки, прямо перед моим, э-э-э, представителем. Так что теперь дело за малым – не облажаться. Иначе и самому позор, и перед людьми неудобно.
- Ле-е-е-еди и джентльмены, – завёл свою извечную песню ринг-аннаунсер, - представляем вашему вниманию финальный бой турнира университета Беатрис в тяжёлом весе! Турнир проходит под патронажем «Розенберг-Амфтелл-Фуджикава Корпорейшн», призовой фонд… пя-а-а-а-атьдесят тысяч корпоративных марок! Призовой фонд распределяется среди всех участников пропорционально! Победитель финала получает именную стипендию и оплату обучения на текущий год! Бой пятираундовый, по правилам классического бокса!
Мог бы и не объяснять, конечно, но традиция есть традиция. Даже наш местный завывала корчил из себя заправского шоумена, поймав столь же традиционно спущенный откуда-то сверху на тросике винтажного вида микрофон. Что уж про нас, то бишь боксёров, говорить? Сидим покамест по разным углам, отрешённые и сосредоточенные на предстоящем поединке – ставки слишком высоки, причём во всех смыслах. А вокруг суетятся тренеры и секунданты с полотенцами, вёдрами и бутылками с водой. Ну а как иначе? Бокс – олицетворение спортивных традиций, хоть в правилах, хоть в антураже. Так было, так есть и так будет. У нас даже перчатки медицинским скотчем замотаны, как велит освящённая веками традиция.
- В красном углу ринга… Оле-е-е-ег Ле-е-е-е-есни-и-и-и-ичий, аспирант и-и-и-инженерного факультета! – перешёл между тем к конкретике ринг-аннаунсер. – Боксёру двадцать шесть лет, рост сто восемьдесят сантиметров, вес восемьдесят восемь с половиной килограммов! Официальный рекорд 11-2-0! Одиннадцать побед, две ничьих, и ни одного поражения! Поприветствуем Олега, дамы и господа!
Меня позвали… ладно, работаем. Вскочить с табурета, попрыгать на носках, демонстративно выкинуть серию быстрых неконцентрированных ударов в воздух – тоже классика. Главное, не увлечься и на рефери не налететь. Но старик Джеффри у нас опытный, придержит излишне ретивого бойца, а в случае необходимости ещё и угомонит одной меткой фразой.
- В синем углу ринга его соперник, Ро-о-о-о-одриго Л-л-л-л-лопес, студент первого курса юридического факультета! Боксёру девятнадцать лет, рост сто шестьдесят семь сантиметров, вес девяносто килограммов! Официальный рекорд 2-0-0! Две победы, ни одной ничьей и ни одного поражения! Поприветствуем Родриго, дамы и господа!
Хм… а вот так, вживую, он кажется ещё массивнее. Так вот ты какой, Родриго Лопес! Что-то есть в тебе… что-то звериное. Типичный латинос, кстати, коренастый и кривоногий. Чуть расплывшийся, с заметным пузом, но при этом не рыхлый, да и в ловкости не откажешь, несмотря на массу и телосложение. Чую, трудно с ним придётся – явный панчер. С одной стороны, мой любимый тип противника, таких одно удовольствие ловить на контратаках. С другой… предчувствие у меня нехорошее. Пусть мы и не супертяжи, но и просто тяжёлый вес это вам не шутки. Даже в любительской лиге. Один пропущенный концентрированный удар, и приплыли… шлем не спасёт, а перчатки ситуацию только усугубят. Ладно, работаем.
- Представляю вам судейскую бригаду, дамы и господа! – тем временем продолжал надрываться ринг-аннаунсер. – Боковые судьи – Алексей Гришин и Герхард Штаубе! Рефери в ринге – Дже-э-э-э-эффри Раш! Скажи что-нибудь парням, старина! – протянул он микрофон судье.
- Я хочу чистый бой! – рыкнул старина Джеффри. – Если говорю «стоп» – расходимся и ждём дальнейших указаний! Слушаем меня внимательно! Защищайте себя всё время, пока вы в ринге, парни! Бойцы, всё ясно? Бойцы, готовы? Олег?
- Готов, - кивнул я.
Из-за капы и шлема получилось невнятно, но меня прекрасно поняли. В наше пронизанное духом интернационализма время с коммуникационной функцией вообще проблем нет, все владеют интером. В той или иной степени, конечно же. А язык жестов, коим и является бокс, ещё более универсален.
- Родриго, готов?
- Си, сеньор!
Упс… погорячился я с интером, кажется.
- Разошлись!
Три шага назад, перчатки уже у подбородка… готов. Обстановка настолько привычна, что даже пульс почти не участился, а про адреналин вообще молчу.
- Бой!..
Ну, понеслась!..
С ударом гонга рефери отшагнул в сторону, очистив путь, и мы с Родриго одновременно пришли в движение – он рванул ко мне, явно намереваясь задавить массой, а я завёл неизменную «карусель», смещаясь по кругу под неудобную, в данном случае левую, руку. Рисунок боя стал для меня очевиден едва ли ни с первой секунды – работа на ногах, нырки с уклонами и молниеносные контратаки. Если эпитет «молниеносные» в принципе применим к габаритным парням вроде нас. Как говорит мой тренер, манёвр, манёвр и ещё раз манёвр. Это основное оружие контрпанчера. Главное, не дать зажать себя в угол, а всё остальное переживём.
Джеб… джеб… попытка кросса… отшатнулся – только ветерком обдало. А вот сам дотянулся, левой, строго по классике. Но, такое ощущение, моего тычка Родриго не почувствовал. Наоборот, взбодрился и чуть не насадил меня на чудовищный по силе апперкот. Я это даже с расстояния ощутил, чудом разминувшись с кулачищем Лопеса. И ткнул в него джебом, впрочем, снова безрезультатно.
Нырок от хука, отскок, уклон, уклон… есть контакт! Апперкотом справа почти в солнечное сплетение! С дыхания точно должен был сбить… или нет? Как в скалу ударил, блин! И это при наличии изрядного пуза! А если вот так попробовать, по печени? Закрылся? А слева крюком? Уф, м-мать! Сам пропустил… хорошо, не по ливеру. Но рёбра затрещали, плюс пришлось некоторое время проявлять чудеса ловкости, чтобы только увернуться от последующих плюх… не, на фиг! Разрываем дистанцию, уходим в неудобную сторону, и снова огрызаемся джебами. Этого зверюгу так просто не уложить. Придётся выматывать, а это уже лотерея.
Шаг, отскок, нырок… джеб, уклон, разрыв дистанции… а вот это сейчас было очень близко, ну очень! Почти дотянулся до меня. Ладно, лови награду!..
Очередной джеб на моего оппонента впечатления не произвёл, равно как и последовавший за ним кросс через руку. А вот на апперкот я очень надеялся. Просто очень. Но… зря?! Да кто это вообще такой, мать его?! У него челюсть гранитная, что ли?! Даже зубами не клацнул! Зато в ответ отмахнулся так, что меня чуть с ног не сбил, хоть и зацепил предплечьем за самую макушку. Я таки умудрился поднырнуть под хук правой, и даже выбросил ответку, абсолютно уверенный, что дотягиваюсь левым боковым до открывшейся челюсти… а потом свет вдруг потух.
… в себя я пришёл по той причине, что кто-то немилосердно хлестал меня по щекам. Ну, по крайней мере, мне именно так показалось. На самом же деле старина Джеффри всего лишь легонько похлопывал ладонью по шлему, дав мне предварительно нюхнуть нашатыря. Тоже, между прочим, традиция. Правда, этот факт дошёл до меня далеко не сразу – перед глазами всё плыло, в ушах звенело, а неистовый рёв трибун ощущался как едва слышимый фоновый шум. В голове свербела ровно одна мысль: почему рефери не ведёт отсчёт? Неужели всё настолько плохо? Но как?! Почему?! Я же… попал! Хороший, качественный удар, каким я гарантированно валил любого спарринг-партнера. Да и в боях на ринге от моего левого бокового полегло больше половины оппонентов. А тут вдруг… но я ведь попал! Как так-то?! Получается, он выдержал? А потом ещё и мне врезал, да так, что наглухо вырубил? Твою же… вот это попадос так попадос… срубил деньжат по-лёгкому, ага. А ещё мафия студенческая, чтоб её! Пацаны ведь нехилые бабки потеряли… как, впрочем, и я. Да и не заставлял их никто на меня ставить… но для них это не отмазка.
- Парень, ты в порядке?
«Практически», – попытался выговорить я, но получилось только невнятное сипение.
- Врача сюда! – быстро сориентировался рефери. – Носилки! Быстро! Быстро!
Вот спасибо, старина! Можно считать, что какое-то время я буду в безопасности. И, возможно, его хватит, чтобы придумать хоть какой-нибудь план. Ну а если нет… всегда остаётся вербовка. Хотя это именно то, чего я всеми силами старался избежать все эти годы. И в магистратуру пошёл, чтобы не влезать в кабалу к корпорации прямо здесь и сейчас, и в аспирантуру поступил по той же причине… и всё равно не уберёгся. Обидно…
***
Впрочем, не время сейчас в памяти копаться. Как-никак, первый рабочий день, от него многое зависит. Так что соберись, тряпка!..
Кстати, а чего это я один к левому ангару иду? К правому чуть ли не толпа ломится, а тут такая фигня… ну ладно. Наверняка есть какая-то причина. Собственно, так и дошагал в ленивых размышлениях почти до самых ворот, расположившихся точно по центру торцевой стены. И недоумённо на них уставился, силясь сообразить, где тут карту доступа задействовать. Впрочем, очень быстро меня посетила мысль о том, что такие воротины открывать, чтобы запустить одного-единственного человека, далеко не самая рациональная трата времени и сил. И буквально сразу же слева от ворот нашлась дверца поскромнее. Стоило только взгляд чуток сместить, ага. Что ж, спишем на стрессовое состояние… которое тут же усугубилось: из-за ангара, аккурат из заросшего высокой травой простенка, с утробным (ну, мне так показалось) воем вымахнула какая-то зверюга. Прямо к моим ногам, блин. И радостно заорала:
- Мя-а-а-а-у!
- М-мать! – отскочил я от здоровенного пятнистого котяры, такого, знаете, белого с черепаховым, и чуток в полоску. Короче, обыкновенного «дворянина», каких в любом человеческом поселении полно. В тех, конечно, где не экономят на каждом глотке воздуха и на каждом квадратном сантиметре полезной площади. – Напугал, скотобаза!
- Мяу? – удивился кошак, скорчив умильную рожу.
- Реально напугал! – подтвердил я, снова подивившись размеру животины – очень уж здоровенный.
Хотя… он наверняка местный, то есть родился и вырос на Роксане, в условиях пониженной гравитации, вот и вымахал. Ну, как вымахал? Не в разы, естественно, но заметно. Особенно по сравнению с беатрисовскими – откровенно миниатюрными – котейками.
- Ма-а-а-у!.. – решительно отверг грязную инсинуацию котяра.
- Вот представь себе! И нефиг обиженку строить, я реально чуть в штаны не навалил!
- Мр-р-р-р… - теранулся о мою ногу башкой кот. И завёл извечную шарманку: – Фр-р-р-р… мр-р-р-р…
- Фу, фу, мля! Отвали! Сейчас вся штанина в шерсти будет! Ай, м-мать!
Чёртова статика. Всё время про неё забываю, а она о себе напоминает при каждом удобном случае. А кошаку хоть бы хны, кстати. Даже не поморщился, а тряхнуло будь здоров! Я даже искру заметил.
- Всё, кот, иди! – поморщился я. – Мне работать надо… где тут замок?
Ага, вот вроде щель… именно щель, а не скважина, как раз под карту доступа – прямоугольный кусок пластика со сквозной перфорацией. Получается, здесь тоже замок механический? Ладно, примем к сведению… не лезет, зараза. А если так?..
В утробе двери что-то щёлкнуло, створка еле заметно сдвинулась, образовав микроскопический зазор с косяком… и я чудом успел отпихнуть ногой кошака, который чуть ли ни с разбега сунулся башкой в стык.
- Эй! Куда?!
- Мря-у-у-у!!!
- Сам козёл! Вали отсюда! Что ж ты какой вёрткий?!
- Пш-ш-ш-ш… пусти его, Генри-кун! – донёсся откуда-то сверху и чуток сбоку искажённый некачественным динамиком голос Игараси.
- Уверены… сэр? – Я от неожиданности не сразу сообразил, как следует обращаться к начальнику, а исправляться было уже поздно. Ладно, хрен с ним, один раз потерпит. – Коту точно можно, Игараси-сама?
- Точно-точно, - рассмеялся мой невидимый собеседник, и я как раз в этот момент нашёл взглядом и видеокамеру на кронштейне – точь-в-точь, как в музее – и нишу с динамиком, прикрытую защитной сеткой. – Зигги-нэко наш сотрудник.
- О-о-о!.. – Со стороны я себя видеть не мог, но наверняка лицо от удивления вытянулось. – Хорошо, учту… эй, котяра! Извиняй, ошибочка вышла! И это… прошу, ваше котейшество! – распахнул я перед зверюгой дверь.
Вернее, сдвинул вправо, чуть не потеряв равновесие – сработал уже сложившийся стереотип, что двери тут повсюду распашные. Кот ещё раз благодарно теранулся башкой о мою штанину и чинно прошествовал в ангар, продемонстрировав мне хвост трубой и аккуратные белые «штанишки» на задних лапах.
- И сам не задерживайся, Генри-кун, - поторопил меня Игараси. – Жду тебя в моём кабинете. Вперёд и вправо, третья дверь.
- Хорошо, Игараси-сама.
Ну вот, опять мне за что-то особая честь. Прямо скажем, весьма сомнительная. И ведь никуда не денешься! А как бы было хорошо потрепаться, например, со старшим смены, который всего лишь на одну ступень меня выше в местной табели о рангах, выслушать инструктаж на рабочем месте да начать потихоньку втягиваться в работу… но нет, придётся с начальством общаться!
Внутри ангара, к моему удивлению, оказалось довольно душно и пыльно – такое ощущение, что вентиляция работает с пятого на десятое. И с освещением такая же беда: кое-где натыканы люминесцентные панели, но слишком мало, чтобы полноценно заменить диодные светильники… через один перегоревшие. И ни единого намёка на окна – сплошные ребристые стены, очень похоже, что пластиковые. Под ногами вездесущая резина, по сторонам… с ходу и не разберёшься, что именно. И отдельные боксы, и довольно длинные модули с рядами ворот, и просто залежи какого-то хлама. Плюс практически везде, где есть хоть немного свободного места, торчит что-то на колёсах – разнокалиберное и на разных стадиях раскурочивания, от почти целых машин до голых остовов. Ремонтный цех? Вряд ли, там порядка однозначно больше должно быть. А тут, такое ощущение, либо реально отстойник неликвида, либо и вовсе барахолка – стаскивают всё, что и вроде не нужно, и выкинуть жалко. Хм… а мне тут уже начинает нравиться. Есть, куда руки приложить. Хотя сомневаюсь, что мне позволят ковыряться с мусором, если только в свободное от основной работы время. Ладно, успею ещё поглазеть, где там третья дверь направо?
Игараси Кенсин, снабженец, глава отдела высоких технологий и реинжиниринга, а также мой непосредственный начальник, ютился в небольшом кабинете на первом этаже модульного здания, приткнутого к стене ангара сразу у входа. И, надо признать, выбрал самое козырное помещение «конторы» – так у нас на Беатрис назывались офисные модули при производстве. Почему? Да очень просто: и по лестнице подниматься не нужно, и не у стенки, по которой дубасят все, кому не лень. Тот же дождь, к примеру. Или какой-нибудь мусор, подхваченный порывом ветра. Всем хороши пластиковые ангары, но вот гулкие, сил нет! Потому что вибрацию гасят плохо… хотя и лучше, чем стальные. А тут и дверца аккуратная, и окошко, закрытое жалюзи. Красота! Вот только сенсора звонка не вижу, или, с учётом местной специфики, кнопки. Ладно, постучим…
- Войдите! – донеслось из-за двери, и я аккуратно толкнул створку от себя, повернув предварительно ручку.
Ха, не облажался на этот раз! Теперь бы ещё не хлопнуть, когда закрывать стану, а то будет немного, хм, невежливо. Но и тут справился, да.
- Генри-кун! – кивнул мне начальник, едва заметно растянув губы в приветственной ухмылке.
- Игараси-сама, - отвесил я церемонный поклон.
В меру способностей, конечно. Не привык я ко всем этим восточным тонкостям. Но раз тут так принято… куда деваться?
А нормальный такой кабинетик, даже уютный. Ничего лишнего: стол в стиле хай-тек, кресло, пара шкафов из немаркого пластика… разве что циновки на полу из общего стиля несколько выбиваются, да небольшой… постамент, не постамент? В общем, что-то. Возможно, комод. А на нём подставка с парой самурайских мечей – большим и маленьким. Как их, бишь? Один катана, а второй… нет, не вспомню. Ну и сам владелец кабинета обстановке вполне соответствует: не очень крупный, сухой, комбез застёгнут под горло, да и выглядит, как будто только что из чистки и глажки. Комбез, в смысле, а не Игараси. Сам же он чисто выбрит, аккуратно причёсан и сидит прямо, будто лом проглотил… был у меня сходный по типажу и привычкам коллега, так от него все окружающие воем выли – до того их долбаный аккуратист достал. Будем надеяться, что Игараси не такой, благо основания есть. Тот же хлам в ангаре вспомнить.
- Вы опоздали на три минуты, Форрестер-сан, - после краткой паузы «включил начальника» Игараси.
- Такого больше не повторится, Игараси-сама, - заверил я.
- Надеюсь, Форрестер-сан, - сузил глаза босс, отчего взгляд его стал совсем колючим. – В нашем отделе есть два незыблемых правила. Первое – у нас не принято манкировать служебными обязанностями. Второе – мы в точности придерживаемся кодекса корпорации, пункт три точка девять которого гласит, что все сотрудники корпорации обязаны соблюдать рабочее расписание.
- Понимаю, Игараси-сама.
- Также в рабочее время следует неукоснительно соблюдать все утверждённые руководством инструкции и предписания. Поэтому начнём с первичного инструктажа при поступлении на работу, Форрестер-сан. Надеюсь, вы не возражаете?
- Ни в коем случае, Игараси-сама! – вытянулся я в струнку.
По опыту знаю, что в такие вот моменты, когда начальник врубает «официала», поводов к дополнительным нотациям лучше не давать. Иначе нервотрёпка рискует затянуться надолго. А мне оно надо? Мне оно не надо.
- В таком случае приступим. Первичный инструктаж содержит десять основных пунктов и двадцать семь дополнительных…
Зануда, однозначно зануда, думал я, застыв по стойке «смирно» и пожирая начальство глазами. Функционер-крючкотвор, давным-давно забросивший инженерное дело и сосредоточившийся на карьере управленца. Хуже не придумаешь, блин. Шаг вправо, шаг влево – попытка побега, прыжок на месте – попытка улететь. Будем надеяться, что старший смены или кто там ещё, окажется более приземлённым типом, способным воспринимать чаяния сотрудников. Ну а с этим… как показывает опыт, с ним тоже можно поладить, главное, как можно реже попадаться на глаза и не давать поводов к дисциплинарным взысканиям. Вовремя приходить, вовремя уходить, не пропускать обеденные перерывы. Вот только одного не пойму: как этакий крючкотвор терпит на вверенной ему территории столь непоседливое создание, как кот? Он же по определению гуляет сам по себе, плевать ему и на Игараси-сама, и на чёрта, и на дьявола. Он сам тот ещё демон, блин!
- … пункт десять: порядок подчинённости персонала. Вы, Форрестер-сан, согласно кадровому расписанию находитесь в моём непосредственном подчинении. Это означает, что вы занимаетесь только тем, что я скажу. Браться за что-то ещё не возбраняется только при отсутствии прямой задачи, но и в этом случае следует соблюдать приоритет: начальник транспортного отдела, главный механик, кладовщик. Если задача для решения требует больше часа, необходимо согласовать дальнейшие действия со мной. Бригадиры стоят ниже вас, поэтому распоряжаться вами не имеют права. Вы же, в свою очередь, можете привлекать к работам дополнительный персонал в рамках предоставленных полномочий либо после согласования со мной…
М-мать! Сглазил… выходит, нет тут никаких старших смены, и я у Игараси-сама личный мальчик на побегушках. Весь мозг вынесет теперь.
- … подпункт семь пункта десять: в непосредственном подчинении старшего технического специалиста отдела высоких технологий и реинжиниринга находится бригада техников из четырёх человек, включая бригадира. Данные трудовые ресурсы старший технический специалист задействует в работах по своему усмотрению, но исключительно в рамках поставленной непосредственном руководителем задачи, либо иной, но согласованной с ним же…
Ого! Так у меня ещё и подчинённые есть? Вот не было печали…
- … за нарушение пунктов и подпунктов текущей инструкции старший технический специалист несёт материальную и финансовую ответственность в размерах, предусмотренных внутренними актами корпорации…
Ну да, как же штрафами-то не постращать? И самому себе можно признаться: для меня сейчас карман – самое чувствительное место. Мнимый «долг» местечковой мафии с Беатрис я гасить даже и не думаю, равно как и возвращаться в «альма матер», но контракт с корпорацией (кто сказал «рабский»?) по истечении пяти лет продлевать тоже не хочу. Возможно, другой, с переездом в иную колонию, но только не Роксана. Она за пятилетку мне до такой степени обрыднет, что сбегу при первой же возможности. Я себя знаю. А потому за этот срок следует подготовить хотя бы небольшую финансовую «подушку», что, как правило, та ещё задачка – в отделе кадров корпорации не дураки сидят, привязывать персонал звонкой монетой умеют. Как в той поговорке: попал коготок – всей птичке увязть. Но в любом случае пять лет здесь торчать, от звонка до звонка. А это довольно большой срок, можно и о каком-нибудь «левом» заработке подумать. Этак через полгодика, когда окончательно вольюсь в местный быт.
- С инструкцией ознакомлен и возражений не имею, - закруглился Игараси, - о чём и свидетельствую личной подписью. Вот здесь, пожалуйста, Форрестер-сан.
Ты гляди-ка, бумага! И перьевая ручка! Офигеть… даже на проходной поставил закорючку стилусом на дисплее планшета, а тут… блин, это даже не винтаж, это откровенный регресс. Может, тут у него и принтер есть? Древний, лазерный? Или вообще матричный? Чёрт, башкой крутить неудобно, потом разберусь…
- Поздравляю, Форрестер-сан, с этого момента вы официально приступаете к исполнению должностных обязанностей в качестве старшего технического специалиста отдела высоких технологий и реинжиниринга механико-транспортной системы производственного подразделения «Роксана» корпорации «RAF»! (Выдыхай, бобёр, хмыкнул я про себя.) Ваш ай-ди прописан в системе и активирован. Вам предоставлен доступ к производственным помещениям и ресурсам согласно вакансии. Можете приступать, Форрестер-сан.
И? Типа, всё, вали отсюда, дорогой товарищ Олег, и вертись, как хочешь?
- Э-э-э… буду стараться?! – вопросительно гаркнул я, не прекращая пожирать начальство глазами.
- Конечно, будешь, Генри-кун, куда ты денешься! – неожиданно ухмыльнулся Игараси. – Во благо корпорации, как полагается. Всё, будем считать, что с формальностями закончили. Теперь можно и нормально пообщаться. И расслабься уже, не собираюсь я тебя строить. Больше необходимого, я имею в виду. У нас на сегодня большие планы – экскурсия по мастерской, знакомство с персоналом, потом обрисую круг задач…
- А «простава»? – поинтересовался я.
- Заслужи сначала, - отмахнулся босс. – Ты пока что на испытательном сроке, Генри-кун. Хоть и прошёл первую проверку.
- Вы о вчерашнем, э-э-э, «собеседовании», Игараси-сама?
- Нет, о сегодняшнем. Ты понравился Зигги-нэко, а он людей насквозь видит.
- Зигги-нэко? А, кот! – сообразил я. – А почему он Зигги?
- Техники так прозвали, потому что настоящее его имя не может выговорить никто, кроме герра Диппеля, главы нашей службы. Зиг… Сиг… мунд… язык сломаешь.
- Зигмунд?
- Нет, немного иначе.
- Сигизмунд?
- А у тебя очень много талантов, Генри-кун! – довольно усмехнулся босс. – Именно так герр Диппель его и называет.
- Вы хотите сказать, Игараси-сама, что ваш кот – мутант с рентгеновским зрением?
- Скорее, сильный эмпат. Поверь моему опыту, Генри-кун: тот, с кем Зигги-нэко быстро находит контакт, крайне редко слетает с катушек.
- Он определяет предрасположенность человека к нервным срывам? А почему тогда его медики не забрали? – удивился я.
- А они в него не верят. Называют сказками и восточной лабудой. Ладно, давай по мастерской пройдёмся, покажу, что можно трогать, а от чего лучше держаться подальше, пока опыта не наберёшься.
Хм… что-то интересное грядёт. Ничуть не менее интересное, чем метаморфоза Игараси-сама из крючкотвора-функционера в нормального человека. С учётом японских «тараканов», конечно же.
Глава 2-2
-//-
Мэйнпорт, 18.05.23 г. ООК, утро
Что характерно, с прогнозом я не ошибся – экскурсия затянулась на час с лишним, и всё это время нас сопровождал Сигизмунд, спрыгнувший с ближайшей кучи хлама прямо мне под ноги. Как удержался и не отвесил котяре волшебный пендель – сам удивляюсь. Но пронесло. А вскоре и вовсе свыкся с присутствием вёрткой скотины, то и дело норовившей потереться о штанину, причём желательно на ходу, чтобы я уж наверняка запнулся. И ведь что интересно, с Игараси он этот трюк провернуть даже не пытался. Видимо, научен горьким опытом.
Ну, что сказать о мастерской? Первое впечатление – бардак. Второе, сложившееся к середине экскурсии – не всё так просто. Ну а третье, уже под финал: случайность это непроявленная закономерность. И Игараси-сама прекрасно эту закономерность знал, а потому и ориентировался в лабиринте боксов, куч хлама, которые здесь именовались складами, и нагромождений бэушной и в большинстве своём окончательно и бесповоротно вышедшей из строя техники великолепно. У меня даже возникло ощущение, что у него в голову встроен специальный логистический компьютер с соответствующей базой данных. Недаром же он главный снабженец!
Вторая отличительная черта моего нового места работы – дикий фьюжн технологий. Я даже не побоюсь этого слова – эклектика. Ангар неспроста выстроен из диэлектрического пластика и изолирован снизу. Какая-никакая, а всё же защита от магнитного поля Роксаны. И всё это ради того, чтобы более-менее нормально функционировало некое специфическое оборудование, даже в метрополии стоившее серьёзных денег. Промышленные репликаторы, 3Д-принтеры, химические синтезаторы, установки для спекания порошков металлов… и даже вулканизаторы здоровенные нашлись в приличной номенклатуре! Да здесь при желании можно организовать мелкосерийное производство практически любых механизмов, разве что электронные компоненты понадобятся привозные. Но и с этим проблем не было: Игараси-сама с нескрываемой гордостью продемонстрировал мне длинный ряд наглухо закрытых боксов, забитых фабричными упаковками с армейскими клеймами РКА.
- Что это? – не сдержал я любопытства.
- Неприкосновенный запас, Генри-кун, - пояснил босс. – Вот здесь, например, жидкокристаллические мониторы, как у тебя дома.
- Но… откуда столько? Это же антиквариат, на аукционах больших денег стоит!
- С армейских складов длительного хранения, - ткнул в первое попавшееся клеймо Игараси. – Вот эти русского производства. Они, если ты вдруг не в курсе, до сих пор на военных кораблях используются в дублирующих контурах. Потому и качество соответствующее – выполняют минимум требуемых функций, и ладно. Плюс надёжность, что в наших условиях гораздо важнее голографических интерфейсов или высокоскоростной передачи данных.
- И как же вам удалось их добыть?
- Не мне. У нас для этого есть специальный человек, начальник отдела продаж. Келлер зовут.
Удивительно, но даже на такой сложной для японца фамилии Игараси-сама не запнулся, да и выговорил все буквы чётко, включая удвоенную «л». Видимо, давно в соответствующей языковой среде обитает. Не удивлюсь, если с детства. Впрочем, для изумления и второй повод нашёлся:
- А здесь есть, с кем торговать?
- У меня такая же реакция была, - рассмеялся мой начальник. – Думал, кроме самой корпорации других рынков сбыта нет. А оказалось, очень даже есть. «Местные» – раз. Русские с базы – два. Китайцы со второй базы – три. Ну и контрабандисты, куда же без них – четыре. Ты, Генри-кун, не смотри, что колония молодая и не особо многочисленная. Экономика тут уже полностью сложилась, как законная, так и теневая. А что касается мониторов и прочего армейского имущества… Келлер с русским интендантом договорился, и тот поднял свои связи в метрополии. Вот нам и отсыпали от щедрот из «подменного» фонда.
- Какого-какого фонда?
- «Подменного». Даже у этих сверхнадёжных и почти бесполезных хреновин есть гарантийный срок хранения. Конкретно у мониторов – двадцать пять лет. Но там сложная градация, у каких-то компонентов он больше, у каких-то меньше, не суть. Потом старьё изымается со склада и заменяется аналогичными устройствами, только свежими. Списанное же имущество положено утилизировать. Реинжиниринг, повторное использование, вот это вот всё. Догадываешься, сколько добра добирается до этого этапа?
- Э-э-э… половина?
- Зачастую меньше. И договориться о закупке можно почти официально, особенно если сырья подкинуть взамен утраченного вторичного. Плюс на переработке экономия.
- Ничего себе…
- А ты в армии не служил, что ли?
- Нет, Игараси-сама. Когда мне? Я всю жизнь учился… эй, хватит прикалываться! Вы же моё досье читали!
- Читал, - кивнул босс. – Но не уверен, что оно… э-э-э… во всех деталях отображает твою истинную биографию. Здесь у многих так, особенно у сотрудников низового звена. Да и у «середняков» много скелетов в шкафу сыщется… ладно, идём, с твоей бригадой познакомлю.
О, а вот это уже совсем интересно!
Идти, кстати, пришлось не так уж и долго – всего лишь в самый дальний от входа угол ангара. Но мы, по факту, уже в том районе и находились, когда Игараси неприкосновенным запасом хвастался, так что уже через пару минут, обогнув особенно здоровенную и неряшливую кучу металлолома, оказались у очередного обособленного модуля. Первое, что бросилось в глаза – толщина пластиковых панелей, из которых он был собран. Такое ощущение, что тут всё двойное, да ещё и с дополнительной прослойкой чего-то экранирующего. Этакий сэндвич. Ну а второе – крайне серьёзные на вид гофрированные трубы, выведенные в стену ангара и далее за её пределы.
- Вентиляция? – уточнил я.
Игараси без труда проследил мой взгляд, подтвердил догадку лёгким кивком и дополнил:
- А ещё вытяжка.
Фига себе! Довольно мощная, если по диаметру труб судить. Это с какой же гадость там люди дело имеют? Не хватало ещё с какой-нибудь ядовитой химией связаться…
- И что здесь? Если не секрет, Игараси-сама?
- Да какой секрет, если это теперь твои владения? – усмехнулся тот. – Исследовательская лаборатория с соответствующим оборудованием. Там, внутри, ещё четыре модуля – химический, литейный, цех порошковой металлургии и лаборатория вулканизации. Практически всё, чем мы пользуемся в повседневности. Точнее сам потом посмотришь, там минимум неделя нужна на освоение. Но ты не переживай, Хесус-сан тебе поможет.
- А кто это?
- Бригадир, - отмахнулся босс и толкнул дверь, к моему удивлению даже не запертую. – Сейчас всё устроим… проклятье!
Согласен, проклятье. Но это ещё мягко сказано – сам я едва крепкое словечко сдержал. А всё из-за рингтона боссова смарта, наверняка самого противного из встроенных. Блин, до печёнок пробрало…
- Да? Микки-сан? Я тебя должен что?.. А, встретить! Только не говори, что опять заблудился! Всё, всё, иду. Стой на месте и жди! Придётся тебе пока самому, Генри-кун, - переключился на меня Игараси, нажав отбой. – Проходи, не стесняйся. Эй, Хесус-сан! Встречай начальника!
- Да, сеньор! – донеслось из глубин адской постройки.
- Я скоро вернусь, - подбодрил меня босс. – Постарайся не поссориться с подчинёнными.
- Думаете, такая возможность существует? Вот так, в первую же встречу?
- На Роксане возможно всё, Генри-кун, всегда помни об этом. Всё, проходи.
Вот это подстава… по уму, конечно, лучше начальника подождать здесь, снаружи, чтобы он по возвращении представил меня подчинённым по всем правилам, с соблюдением вертикали власти. Да и авторитета бы мне это сильно прибавило. А тут, понимаешь, возникает какой-то хрен с горы, и заявляет, что он теперь главный… вот и думай, что делать. Или это очередная проверка со стороны хитреца Игараси? А даже если так, то что? Приказ получен вполне конкретный. Короче, пофиг. Если станут нарываться, то сами виноваты.
Входная дверь оказалась подпружинена и громко хлопнула у меня за спиной, но я даже не вздрогнул, поражённый до глубины души внутренним убранством помещения: шутка ли, тут все светильники работали! И не только светильники, судя по мерному гулу вентиляторов. А ещё здесь было довольно чисто, по крайней мере, с первого же шага о какой-нибудь мусор я не споткнулся. И никакую железку рукавом не зацепил. Зато очень скоро зацепил взглядом местных обитателей числом четыре, как и было обещано. Все ярко выраженные латиносы, но, что характерно, лишь один из них – мужик в летах, как бы не за сорок уже, грузноватый, но даже на вид мощный – был облачён в синий комбез. Остальные же трое щеголяли в серых, из чего я сделал закономерный вывод, что все они рекруты из числа прибывших на «Альберте Эйнштейне». Сюрприз, м-мать! И, что хуже всего, троица из тех самых «молодых да ранних», то бишь наиболее проблемных. Интересно, по какому принципу их сюда отобрали? Я-то, болезный, уже было уверился, что мне поручают очень важную и ответственную работу, но, судя по помощничкам, особых надежд на меня тут не возлагают. Что странно – насколько я понял, Игараси-сама больше всего на свете пёкся о благе корпорации. А тут откровенно на отвали персонал подобран… Хесус-то ладно (а это наверняка он), сразу видно, дядька тёртый, даже эти трое на него поглядывают с опаской. А остальные? Пузатый здоровяк с лысым черепом, бородкой и пустыми глазами, да два живчика с донельзя наглыми рожами, схожие, как близнецы-братья, разве что у одного усики и толстая цепь жёлтого металла на шее, да взгляд пронзительный и какой-то… прощупывающий, что ли? Ситуёвина хуже не придумаешь: и этим себя поставить надо, и у меня цель аналогичная. Причём бригадир новичков уже явно обработал, подрезав комнатным орлам крылья, и тем теперь просто необходимо самоутвердиться. Особенно мелкому с цепью – он наверняка лидер. И вот хоть параноиком назовите, но что-то мне подсказывало, что всё это неспроста. И хотелось бы отмахнуться от подозрения, да никак напутствие Игараси из головы не шло. Что ж, будем действовать по обстановке, как в кризисных ситуациях обычно и бывает. Кризис-инженер я, в конце концов, или погулять вышел? Меня таким вещам специально учили. Причём много лет.
- Э-э-э… Хесус-сан? – обратился я к мужику в летах. – Бригадир?
- Хесус Мария Хуан Лопес Гарсия, сеньор, - с ироничной ухмылкой слегка склонил голову тот, приложив к сердцу правую ладонь. Ладно хоть воображаемой шляпой не помахал. – Бригадир, точно. А вы, я так понимаю…
- Да, нам тоже интересно, что ты за хрен с горы, пендехо! – вышел чуть вперёд тип с цепью.
Надо же, как точно спрогнозировал, вплоть до отдельных фраз и выражений! Погордиться, что ли? Пожалуй… но исключительно про себя. А пока что нужно демонстративно игнорировать бузотёра. Что, собственно, я и проделал, обратившись к бригадиру:
- Э-э-э… сеньор Хесус Мария Хуан…
- Можно просто Хесус.
- Сеньор Хесус, не представите ли мне наших молодых коллег?
- Эй, я с тобой разговариваю, пендехо! – продолжил кипятиться типок.
- Этот несдержанный на язык юноша – Люпе Лопес, техник-ремонтник, - ухмыльнулся Хесус. – Примеряет на себя роль лидера первичной трудовой ячейки, если выражаться языком инструкций.
- О! – с интересом покосился я на скандалиста. – Похвально! А этот молодой человек выдающихся габаритов?
Амбал, на которого я указал бригадиру взглядом, нахмурился, но так и не решил, стоит ли обидеться, или ну меня к демонам.
- Это Серхио Санчес, тоже техник-ремонтник, - представил сотрудника Хесус. И добавил, предвосхищая мой следующий вопрос: – А вон тот скромняга – Игнасио Альенде, лаборант-химик.
- Приятно познакомиться, господа! – объявил я, одарив всю четвёрку подсмотренным у Игараси-сама ироничным взглядом с прищуром. – Я Генри Форрестер, старший…
- Эй, а я тебя помню! – перебил меня Люпе. – Ты с нам летел, на «Айнстайне»! Только жил в отдельной каюте! И в челноке нашей компанией побрезговал, пендехо! Интересно, за что тебе такие преференции?
Ого, хмыкнул я про себя. Переигрываешь, сеньор Лопес. Весь такой брутальный, а суть всё равно наружу прорывается. Техник-ремонтник – это как минимум колледж, сиречь средне-техническое образование. Скорее всего, насмотрелся на родине на таких вот гопарей, и решил на новом месте отыгрывать роль опасного типа. Своеобразная защитная реакция организма. Вот только не на того нарвался. Габариты у меня, конечно, не настолько выдающиеся, как у того же Серхио, да и атлетичным сложением я никогда не отличался, несмотря на серьёзные занятия спортом… бокс не бодибилдинг, верно? А рожа у меня и вовсе интеллигентская. Плюс лёгкая сутулость. Вот и не боится меня шпана.
- Вы что-то имеете против, сеньор Люпе? – ухмыльнулся я, иронично заломив бровь.
Надеюсь, получилось достаточно обидно. Раз уж ввязался в спектакль, то следует отработать с полной самоотдачей. Благо и зритель заинтересованный есть – Хесус. Вон как зыркает, тайком посмеиваясь в кулак.
- Не рановато ли чёрный костюмчик напялил, пендехо?! – продолжил тем временем нагнетать обстановку Лопес.
Между прочим, играя мне на руку. Думаю, стоит поддержать его в этом благом начинании.
- В самый раз, сеньор «слишком много на себя беру», - процедил я, всем своим видом выражая презрение к «серой массе».
- Серхио, он нас оскорбил! – ткнул в меня пальцем Люпе.
- Реально? – удивился амбал.
- Точно тебе говорю! Бей этого пендехо!
- Как скажешь, - пожал плечами Серхио, и с неотвратимостью тяжёлого танка попёр на меня.
Видит бог, я этого не хотел. Но от судьбы не уйдёшь, так что понеслась!
***
… когда минут через двадцать открылась входная дверь, первым в неё прошмыгнул мой давешний знакомец – кот Сигизмунд. И только потом вошли ещё двое – Игараси-сама и… тот самый мужик со шрамом, утренний попутчик. Как его?.. Галлахер, да! Должен сказать, картина их ожидала столь идиллическая, что оба гостя немедленно заподозрили неладное: мы с Хесусом мирно болтали о здешнем житье-бытье в приложении к отдельно взятой мастерской, а буянистые рекруты делали вид, что заняты тщательным изучением должностных инструкций. И всё бы ничего, но кое у кого недавние события в буквальном смысле слова отпечатались на рожах, что не могло не броситься в глаза бывалым спецам, привыкшим руководить проблемными коллективами. Высокие гости переглянулись, и первым на правах хозяина высказался наш непосредственный начальник:
- Что я вижу?! Уж не обманывают ли меня глаза, Галлахер-сан?
- С вашими глазами всё в полном порядке, Игараси-сама, - в тон моему боссу отозвался тот. И по-настоящему, без скидки на шрам, ухмыльнулся: – Познакомились уже!
- И как же вы это всё объясните, господа? – подпустил льда в голос Игараси.
- Ма-а-а-у-у-у! – поддержал его Зигги.
Вот ведь глаз-алмаз! Мы же ничего не разбили, не сломали, и даже кровью почти нигде не накапали… да и общий язык уже нашли! А он вон как – раз, и готово! Зрение что надо, если отметины на моих недавних оппонентах разглядел от самого входа…
Бригадир хмыкнул и тоже с заметным интересом уставился на проштрафившуюся троицу, типа, давайте, отмазывайтесь.
И тут, к моему изумлению, первым взял слово амбал Серхио, который в моём понимании на мозговой центр ну никак не тянул:
- Я оступился, сеньор.
Ну да, можно и так сказать. Справедливости ради стоит отметить, что и в попытке поучить меня уму-разуму он тоже выступил основной ударной силой. И, соответственно, первым словил ответочку: уйти от его мощной, но медленной оплеухи труда не составило. Я просто поднырнул под его ручищу, а дальше дело техники – левый хук в четверть силы, чтобы челюсть не свернуть. Так, чутка шкурку попортил. Но тут я чуть не просчитался: Серхио лишь отшатнулся и помотал головой, как здоровенный мордатый пёс, а падать даже и не подумал. Пришлось помочь фронт-киком в пузо, после которого он с размаху приземлился на пятую точку и словил натуральный нокдаун. Жёсткие падения на задницу мозг сотрясают не хуже зуботычин, если кто вдруг не знал. В общем, досталось болезному. У него до сих пор глаза в кучу, если присмотреться. Под это дело даже Зигги проникся к амбалу сочувствием и немного потёрся башкой об его штанину.
- Ладно, пусть так, - благосклонно кивнул Игараси-сама и переключил внимание на «застрельщика» Люпе: – А вы, юноша?
- Э-э-э… у меня сосуд в носу лопнул, сеньор, - нашёлся тот. – Такое часто бывает. Повышенное давление, знаете ли…
Молодец, на этот раз технично отмазался. А вот от драки уклоняться не стал, даже когда я главную штурмовую мощь отряда на задницу посадил. Только выругался грязно да на меня бросился. Я было испугался, что сейчас проход в ноги изображать станет, но нет, всего лишь попытался дотянуться хорошо поставленным джебом. Большая ошибка, кстати. Всё, что от меня потребовалось – уклониться и ответить почти по классике «двоечкой», но по разным уровням. Левой расквасил нос, а правой зарядил в район солнечного сплетения, дабы челюсть не сворачивать и до переломов дело не доводить. И на этом разборка для шустрого паренька закончилась, поскольку не очень-то повоюешь в скрюченной позе. Тут бы воздуха хоть чуть-чуть хватануть…
А с третьим вообще всё само собой получилось: вознамерившийся достать меня с фланга Игнасио очень удачно подставился под хук-кик, он же маваси-гери. В моём понимании и моём же неуклюжем исполнении, ясное дело. Любой нормальный каратека при виде этакого дива дивного только скривился бы страдальчески – ни траектории правильной, ни амплитуды, да и дотянулся с трудом, только благодаря разнице в росте. А и пофиг – главное, достал, чиркнув по нижней челюсти кончиками пальцев. Даже сдерживаться не пришлось, чтобы не нанести серьёзных увечий. Но губу-таки рассадил, да и синяк завтра наверняка будет шикарный.
Кстати, как раз до него очередь дошла.
- А вы, я так полагаю, губу прикусили? – ухмыльнулся Игараси, подмигнув Галлахеру. – От усердия, надо думать?
- Д-да… с-сеньор…
- М-р-р-р… ф-р-р-р-р…
Ого! Снова ходячий индикатор сработал! А ведь выскочку Люпе котяра попросту проигнорировал, даже не фыркнул в его сторону. Очередной звоночек? Будущее покажет, как говорится.
- Что ж… значит, ни у кого претензий нет, я правильно понимаю, Генри-кун? – уставился на меня босс немигающим взглядом.
Чёрт, аж до печёнок! Повторяюсь, конечно, но лучше не скажешь. Вот это силища… поневоле поверишь во всякие восточные побасёнки про внутреннюю энергию и тому подобную чушь.
- С моей стороны – никаких, Игараси-сама! – заверил я.
- Вот и прекрасно! – заключил тот. – Возвращайтесь к своим непосредственным обязанностям, господа. До обеденного перерыва ещё далеко, а безделье противоречит кодексу корпорации! Правильно, Хесус-сан?
- Несомненно, Игараси-сама, - усмехнулся бригадир.
- А ты, Генри-кун, пойдёшь с нами, будем тебе фронт работ определять.
Глава 2-3
-//-
Мэйнпорт, 03.06.23 г. ООК, день
Всё-таки хорошо, что Игараси-сама настаивает на посещении столовой в обеденный перерыв! Помнится, в бытность свою на Беатрис я частенько этим приёмом пищи пренебрегал, а здесь не забалуешь. Да оно и к лучшему, если честно. К полудню, бывает, так всё достанет, что хочется на ком-нибудь раздражение выместить. Ну а как иначе? То 3Д-принтер глюканёт и похерит дефицитное сырье, то репликатор вырубится на середине операции, то ещё какая-нибудь напасть. Сколько раз меня током шарахнуло, уже и не упомню. Плюс всякие неудобные железки, которые так и норовят из рук выскользнуть да по ноге прилететь. А ключи? Здоровенные такие, с удлинителями? Или вовсе динамометрические? Про электроинструмент вообще молчу. Плюс троица балбесов, из которой один просто, как бы это помягче… не очень быстрый, второй как рабочая сила абсолютно бесполезный, ибо лаборант и белоручка, а третий вообще диверсант. Зла не хватает, короче! А тут придёшь, за столик сядешь, всяких вкусностей нагребёшь… хорошо! Пивка только не хватает, но в рабочее время алкоголь, даже лёгкий – табу. Зато праздник живота и недорого. Да-да, в корпорации (впрочем, как и везде) за всё приходится платить, в том числе за питание, обслуживание и проживание. Помните мантру: рентабельность, рентабельность, рентабельность?.. Ом-м-м-м…
- Пойдёмте, сеньор Генри? – отвлёк меня от послеобеденной медитации бригадир.
- Пойдёмте, сеньор Хесус, - с некоторым сожалением отодвинул я опустевшую тарелку. – Иначе я просто вырублюсь.
Очень уж тут, в столовке, уютно. За эти две недели я к ней не только прикипел душой и сердцем (кто сказал «желудком»?), но ещё и проникся особым духом латиноамериканской сиесты, присущей только нашему заведению общепита – я специально в других проверял, не впечатлило. Видимо, от повара многое зависит, да и от обслуживающего персонала тоже. Плюс гул специфический, в основном испанская речь, перемежаемая интером. Но самое главное – жгучие красотки, подвизавшиеся в официантках. Им вслед восхищённо свистели, отвешивали двусмысленные, но добродушные комплименты, и даже легонько шлёпали по доступным мягким местам – а девицам хоть бы хны! Харрасмент? Не, не слышали. А про свинский мужской шовинизм тем более. Мало того, ещё и воспринимали эти невинные знаки внимания как должное и немало гордились такой своей популярностью. Надо сказать, и мужички за рамки дозволенного не выходили, и вот из этого сочетания лёгкой расхлябанности с сытой ленью после вкуснейшего обеда и рождалась неповторимая атмосфера. А может, хитрый шеф Варгас специальные гипнотизирующие излучатели в столиках запрятал, такой вариант тоже нельзя исключить.
- Да, знакомая проблема, - погладил себя по чреву Хесус. – Но я со временем научился себя перебарывать, а потом и вовсе привык.
- Думаете, я тоже привыкну?
- А куда ж вы денетесь, сеньор Генри?
Действительно, куда я денусь? Две недели всего минуло, как я в Мэйнпорте оказался, а уже вполне себе акклиматизировался. Более того, с головой погрузился и в работу, и в местный быт. Вот, сегодня даже не забыл пару вкусных кусочков для сеньора Сигизмунда Гато заначить, впрочем, как и бригадир Хесус. И я больше чем уверен, что Игнасио со здоровяком Серхио тоже о кошаке позаботились. Один только Люпе никак не поддавался. Магнитный фон на него так действует, что ли?
Откуда-то слева донёсся звон разбитого стекла, на пару мгновений разразился разговор на повышенных тонах, но к тому моменту, как я успел привстать и всмотреться, инцидент уже был исчерпан. Я только бритый затылок Серхио и разглядел.
- Опять Люпе-Бедовый накосячил, - сокрушённо покачал головой бригадир Хесус, который сидел лицом в нужном направлении, а потому стычку видел. – Толковый вроде парень, но…
Вот тут согласен. Что-то с ним не так. Возможно, именно о таких особенностях поведения отдельных представителей славной когорты концессионеров и предупреждала Кэмерон на инструктаже в мой первый день на планете. Но при этом Люпе ежедневно умудрялся получать допуск к работе, а придраться к «мозгокрутам» из службы психологического контроля я не мог при всём желании – к своим должностным обязанностям они относились крайне ответственно. И наверняка делали скидку на акклиматизацию, тем более что конфликтовал сеньор Лопес в большинстве случаев относительно безобидно, на словах. А ещё надеялся на Серхио, который успевал его вовремя облапить и демонстративно скрутить в бараний рог. Этого обычно хватало – даже если у всячески оскорблённого оппонента Люпе и появлялось желание съездить тому по мордасам, оно моментально улетучивалось при первом же взгляде на Серхио. Насколько я знал, за эти несчастные полмесяца наш выскочка успел поучаствовать в шести или семи стычках по описанному выше «лайтовому» сценарию, и дважды ввязался в обмены зуботычинами, на его счастье, не переросшие во что-то более серьёзное. И это только в рабочее время! Воспитывать его ещё и воспитывать, короче. И в первую очередь эта ответственность ложилась на нас с Хесусом как непосредственных начальников.
- Надо с ним ещё раз поговорить по душам, сеньор Хесус.
- Давайте попытаемся, сеньор Генри. – Спорить бригадир не стал, но всем своим видом буквально излучал в окружающее пространство скепсис. И в конце не удержался от рацпредложения: – Не думаю, что мы ему до сердца достучимся. Может, хотя бы в печень попробуем?
- Веселее, сеньор Хесус! – подбодрил я соратника. – Вы же сами говорили, что Зигги почти никогда не ошибается.
- Вот именно!
- Но, на мой взгляд, ключевое слово здесь «почти».
- Предлагаете пойти против судьбы, сеньор Генри?
- О! Вы бы ещё нашего Сигизмунда Неумолимым Роком обозвали!
- Временами очень хочется, сеньор Генри. Да и вы его как-то забористо обзываете, я слышал.
Это он наверняка про русские матюги. Что поделать, прорывается периодически, особенно если на кота в темноте наступишь. А тёмных местечек в лаборатории хватает, это я выяснил уже на второй день работы.
- Это особые заклинания на забытом шаманском языке, злых духов отпугивают, - отмазался я на ходу.
- Научите, сеньор Генри?
- Сначала сам эффективность проверю, сеньор Хесус.
- И то верно…
Столовая располагалась в геометрическом центре заводской территории, чтобы никому из пользователей не было обидно, так что до нашей мастерской неспешным шагом… ну, минуты три. Если совсем неспешным, с неторопливым обменом незамысловатыми шуточками, то и все пять. Как раз продышаться да остатки сонной одури стряхнуть. А там и ворота со знакомым демоном в кошачьем обличье. Ритуал есть ритуал: вернулся с обеда, угости кота. И ладно бы просто ритуал, но Зигги это дело обставлял как привилегию, и пищу от кого попало не принимал. Тот же Люпе не то что кормить кошака, а даже просто дышать в его сторону опасался. Игнасио тоже пока не был допущен в круг посвящённых, а вот нас с Серхио Сигизмунд признал. Мелочь, а приятно. Жизнь-то налаживается! Приветливо урчащий кот возле ангара, знойные красотки в столовой и не только… чего ещё желать, спрашивается? Определённости? Так вот она, уже вполне себе вырисовывается – пять лет, заполненных работой от звонка до звонка, незатейливыми развлечениями по вечерам да экономией на всём, чём только можно. Иначе с Роксаны свалить не получится. Цель определена, остаётся только к ней нестись на всех парах. Ну а коли на всех не получается, то неторопливо двигаться. Или, если совсем уж в ломы, хотя бы лежать в её направлении, да.
- Мя-а-а-а-у-у-у!!!
- Да не забыл я про вас, Сигизмунд, не забыл!
- Мря-а-а-а!!!
- Уверен! Вот, держи!
- Мр-р-р-р… чвак… чвак… фр-р-р…
- Мне кажется, сеньор Генри, или у него за ушами трещит?
- Вам не кажется, сеньор Хесус. Трещит, и ещё как. Опасаюсь, как бы морда не треснула.
- Давайте на всякий случай в сторонку отойдём, сеньор Генри.
- Давайте, сеньор Хесус.
Чем ещё мне нравится Роксана, или, как минимум, местность вокруг Мэйнпорта, так это климатом. Настоящей непогоды я тут ещё и не видел, так что сравнивать не с чем, но даже отсутствующий из-за особенностей атмосферы зной уже большой плюс. Свет Гаммы-6 мягкий, рассеянный, по глазам не бьёт и темечко не напекает. Не нужно в тени прятаться, да и нет их тут… внятных, по крайней мере. Где приспичило присесть на газон, там и устроился с одинаковым комфортом. Главное, чтобы в этот момент шквал не налетел. Или дождик не припустил, который без грозы здесь не бывает вообще никогда. Даже если чуть покрапало, непременно хотя бы парочка разрядов случится. Но не сегодня, однозначно. Сегодня погода просто прелесть.
- Вы доели, Сигизмунд?
- Фр-р-р-р… мр-р-р-р…
- А вот в шерсти меня валять не надо, не надо!..
- Зигги, амиго!
- Мря-а-а-а-у-у-у!!!
- Пост сдал, пост принял, - удовлетворённо заключил я, избавившись от чуть назойливого внимания кошака. – Пусть теперь Серхио с ним разбирается.
- Вы идёте, сеньор Генри?
- Иду, сеньор Хесус.
И вот так почти каждый день. Всё строго по расписанию, которому даже сеньор Сигизмунд Гато подчиняется. Уж не знаю, как Игараси-сама его приучить умудрился. Мы-то ладно, существа разумные… по большей части. И подневольные. А Зигги суть ветер шальной… с отменным аппетитом. Но, должен признать, свою задачу выполняет – вот так вот с котом пообщаешься, и даже наорать больше ни на кого не хочется. Ещё один громоотвод, так сказать. Почему ещё один? Так их тут на каждом шагу. Буквально везде понатыканы, но настолько неочевидно, что я только к концу первой недели и прозрел. И то посторонняя помощь понадобилась. Хотя теперь-то я понимаю, что хитрый Игараси ещё в дебютный рабочий день меня на нужную волну настраивать начал. Как он тогда выразился? Пойдём, фронт работ определять будем? Ну, я и пошёл. Но разговор начался вообще не с того, о чём я думал. И первым слово взял Мик Галлахер, оказавшийся начальником транспортной службы – в масштабах концессии фигура не из последних, между прочим. Управленцев такого уровня на весь Мэйнпорт десятка три если наберётся, то хорошо.
- А ты парень не промах, Генри Форрестер! – с удовольствием хлопнул он меня по плечу, как только за нами закрылась дверь. – Как этих балбесов прижучил!
- Э-э-э?.. – прикинулся я шлангом.
- Да не грузись, мы всё видели, - ухмыльнулся Мик. – И да, это была проверка.
- Как вчера в додзё? – нахмурился я.
- Не в курсе, - помотал головой Галлахер. – Игараси-сама?
- Наш дорогой кадровик-сан решил не откладывать дело в долгий ящик, - пояснил тот. – И Кей-тян привела сего юношу в клуб кэндо.
- Похоже, я пропустил что-то интересное.
- Разве что рожу кадровика, - хмыкнул Игараси. И переключил внимание на меня: – Считай, что с проверкой справился, Генри-кун. Хотя мог бы и лучше, у тебя есть для того все задатки.
- Что, надо было им кости переломать?! – совсем растерялся я.
- Бокс, - буркнул Игараси, пропустив мои слова мимо ушей. – Спорт круглоглазых варваров. Даёт результат здесь и сейчас, но не позволяет достичь истинного мастерства.
- Не понимаю.
- Только постижение пути ведёт к мастерству. Путь к цели важнее самой цели.
- Что-то вы загнули, Игараси-сама, - поддержал меня Галлахер. – Я тоже упустил нить ваших рассуждений. А уж я-то вас прекрасно знаю. В том числе и вашу цель.
- И какова же она? – с интересом глянул на коллегу Игараси.
- Процветание корпорации, что же ещё? – пожал плечами Мик.
- Протяжённый во времени процесс не может быть конечной целью, господа мои. А процветание – именно он и есть. Разновидность постижения пути, если хотите.
- Оригинальная жизненная философия…
- Именно так, Генри-кун. Помогает оставаться собой. Знаешь, какая самая большая проблема колонии?
- Анархия? – предположил я. – Наплевательство на законы? Культ силы?
- Как ни странно, но нет, - улыбнулся Игараси-сама. – Ничего из тобой перечисленного. Просто в колонии крайне мало людей, способных сосредоточить усилия на главном. Все слишком распыляются на сиюминутное, и радостно поддаются самым низменным позывам, благо на не слишком серьёзные нарушения окружающие смотрят сквозь пальцы. Такова особенность жизни на Роксане, мой юный друг, и никуда от неё не денешься. Здесь ты можешь сорваться на кого угодно, и если этого кого угодно не убьёшь, то и проблем не будет. Просто потому, что этот кто угодно сам может оказаться в такой же ситуации. Словесные оскорбления и даже побои – без увечий, конечно – у нас не являются поводом для возбуждения уголовного преследования. Максимум, что тебе может грозить – люди Мюррея-сана догонят, хорошенько поваляют в пыли, возможно, даже дубинками рёбра пересчитают, но после профилактической беседы отпустят восвояси. Ну, штраф, конечно. Или недопуск на работу на следующий день. Не более того. Обычно пары-тройки подобных приключений новичку хватает, чтобы тот задумался о каком-нибудь более мирном методе сублимации негативных эмоций. Но всё равно конфликты в быту и на рабочем месте неизбежны. Я бы даже сказал, они неотвратимы. Поэтому важным качеством любого руководителя является умение их разрешать. Я знаю, в бизнес-школах рукоприкладству не учат, там вообще убеждены, что если руководитель опускается до физического воздействия на подчинённого, то он профнепригоден. Это верно везде, но не на Роксане. Здесь умение настоять на своём и принудить кого-то силой является очень важной составляющей успеха. А ещё пресечение встречной агрессии физическими методами очень сложное в психическом плане действие. Далеко не каждый способен просто ударить другого человека, не говоря уж о чём-то большем. Но ты, в принципе, подобное умение продемонстрировал. Разве что грубовато исполнено чисто в техническом плане. Ты мог бы лучше, но, видимо, не умеешь действовать тонко. Чем занимался, Генри-кун? Кроме бокса, конечно?
- Ударные виды в основном.
- Заметно, - подмигнул мне Галлахер. – Удар у тебя неплохо поставлен. Ты контрпанчер?
- Да, предпочитаю именно эту манеру ведения боя, сэр.
- Я это понял ещё вчера в додзё, - снова вернулся в беседу Игараси-сама. – У тебя отличная реакция и великолепное чувство дистанции. Но реализуешь ты эти качества очень топорно.
- Один мой тренер по боксу называл это «рациональностью», - огрызнулся я.
Мы ушли уже довольно далеко от мастерской, но шаг не замедляли и нигде надолго не задерживались – петляли между мусором и останками техники, то и дело меняя направление движения. К чему это всё – убейте, не пойму.
- Возможно, - не стал спорить Игараси. – Но рациональность не равна истинному мастерству. Я бы предложил тебе присоединиться к клубу, но… кэндо тебе не подойдёт. Пожалуй, я не против позаниматься с тобой индивидуально, Генри-кун. С ударной техникой у тебя полный порядок, но бросково-болевую нужно подтянуть. В наших специфических условиях болевые зачастую эффективней оплеух. И следов не оставляют, если, конечно, потерпевший вовремя осознал свои заблуждения.
- Было бы что подтягивать, - вздохнул я. – Базы вообще ноль.
- Тем лучше! – объявил Игараси. – Не придётся переучивать. Заодно и с психикой твоей поработаем.
- А что с ней не так? – вскинулся я. – С психикой, в смысле?
- В том-то и дело, что пока всё очень хорошо, - вздохнул мой босс. – Но опыт мне подсказывает, что ситуацию на самотёк пускать не следует. Человек существо по сути своей хаотическое, а главная характеристика хаоса есть что? Правильно! Энтропия. Движение от лучшего к худшему, но никак не наоборот. И особенно здесь, на Роксане.
- Да что не так с Роксаной?! – чуть ли ни взвыл я. – Мне ещё с орбиты по ушам ездят, что внизу исключительно психи, готовые первого встречного на лоскуты порвать! Но что-то я таких до сих пор не встретил!
- А как же троица рекрутов? – хмыкнул Мик. – Не похожи они на добрых самаритян.
- Обычный рабочий момент! Знакомство, взаимная притирка. В какой-то степени иерархическая разборка.
- Вот! Ты кое-что уже начинаешь понимать, Генри-кун! Теперь бы не упустить момент, иначе ты в жизни разочаруешься…
- И тогда что?
- И тогда будет плохо, - буднично заключил Игараси-сама. – В общем, надо работать. Во всех смыслах.
- И не вздумай отказываться, парень! – предостерёг меня Галлахер. – Кенсин-сама такое мало кому предлагает.
- И с чего же мне такая честь? – напрягся я.
- Мы возлагаем на тебя большие надежды, Генри-кун. Твои знания и навыки очень пригодятся корпорации, но в таких условиях ты ещё не работал. И будет очень обидно тебя потерять из-за проблем с психикой.
- Надежды? – ухватился я за ключевое слово. – То есть мне всё-таки придётся работать… по профилю?
- А ты в этом сомневаешься, Генри-кун?
- Ну, были такие мысли… вы же сами вместо работы про драку разговор завели! Кстати, а где в той комнате камера наблюдения?
- Какая именно? – ухмыльнулся Игараси.
- Их ещё и много?! А… зачем?
- Ты неверно формулируешь вопрос, Генри-кун. Не «зачем камеры», а «почему они там есть». Понимаешь?
- Ну и почему?
- Потому что мы можем себе это позволить. У нас есть доступ к ресурсам, у нас есть защитные приспособления, и у нас есть желание использовать это всё на благо корпорации. Но почти нет возможности, потому что кое-кто здесь, в Мэйнпорте, считает это излишним. Есть группа лиц, которые убеждены, что концессия в нынешнем своём состоянии оптимально сбалансирована, и в ней не нужно ничего менять.
- А на самом деле нужно?
- Нужно, но не рентабельно! – сказал, как сплюнул, Галлахер. – Мне до чёртиков надоело терять людей, Генри. И терять, прямо скажем, на пустом месте. Только из-за того, что какая-то сволочь прикинула причинное место к носу и высчитала на калькуляторе, что дешевле завозить новых рекрутов, чем менять тактику. Потому что смена тактики ведёт к изменению снаряжения и задействованных технических средств, а это лишние расходы, в масштабах всей транспортной службы очень даже заметные. Настолько заметные, что перекрывают траты на наём, доставку и обучение нового «мяса». Так что на тебя действительно большая надежда, парень.
- В плане?! – окончательно прифигел я от такой перспективы.
- Ты кризисный инженер, - загнул один палец Мик. И следом загнул второй: – И ещё ученый. Гремучая смесь, как по мне. Но нам именно такой человек и нужен. Главное, не высовываться и не попадаться на глаза лишним людям.
- Иначе… что? – уточнил я.
- По большому счёту ничего, - успокоил меня Игараси. – Мы могли бы использовать тебя вслепую, Генри-кун, поскольку от тебя, в сущности, требуется ровно одно: со всей ответственностью исполнять свои должностные обязанности. Но будет лучше, если ты станешь исполнять их с осознанием важности поставленной цели. Это элементарно эффективнее. А цель, в конечном итоге, сводится к спасению человеческих жизней. Жизней простых парней, которые каждый день водят траки, охраняют транспортные колонны или обслуживают дорожную сеть.
- Вы меня вербуете, что ли?! – не поверил я своим ушам.
- Нет, просто предлагаем выбор, - пояснил Мик Галлахер. – И выбор этот прост: либо плыть по течению и думать только о себе, либо работать осознанно на благо корпорации. Даже если корпорация этому сопротивляется. Косность мышления отдельных представителей высшего менеджмента, знаешь ли. Плюс бюрократическая машина.
- Совсем вы меня запутали, господа! – пожаловался я в пространство. – Скажите толком, чего от меня надо.
- А он упорный, - с усмешкой глянул на Игараси Мик. – Давай, скажи ему, Кенсин-сама.
- Нам нужно, чтобы ты добровольно, осознанно и с полной отдачей работал по профилю, а именно, выдавал инженерные решения проблем, на которые в настоящее время корпорация предпочитает закрывать глаза.
- А зачем вам для этого кризисный инженер?
- Затем, что в решении этих задач, Генри-кун, придётся опираться исключительно на местную сырьевую базу.
- То есть, как положено, создавать чудеса инженерной мысли из дерьма и палок?
- Ты поразительно точно уловил суть проблемы, Генри-кун, - с усмешкой поклонился мне Игараси-сама. – Кстати, пришли. Вот этот бокс – склад тех самых ресурсов. По большей части мусор и… э-э-э… ну, ты понял. Но главное, всё это – неучтёнка. Пользуйтесь, юноша.
- Спасибо, Игараси-сама…
С того разговора, как я уже сказал, минуло две недели, и круг моих обязанностей сложился сам собой. А там я и бравую бригаду подтянул, пока по мелочи. Но мыслей у меня уже много, да. Остановиться бы на главном… впрочем, в этом и заключалась основная проблема – простор для творчества такой, что очень сложно определить, с чего вообще начинать. Так что пока мы пятеро больше работали на подхвате у настоящих ремонтников и мастеров по обслуживанию техники, просто для того, чтобы втянуться. Да и представление о местной технике получить – всё же тут по большей части жуткое ретро, предельно примитивное, но малопонятное в силу своей природы. По сути, приходится всему учиться заново, потому что, например, ремонт ходовой части электрокара совершенно не похож на обслуживание антигравитационного модуля флайера. И ничуть не проще, к слову. А ремонтировать здесь приходится всё, и часто. Следствие местных условий эксплуатации, сиречь фактор, воздействовать на который невозможно в принципе. Можно только устранять последствия… или предупреждать их появление. Именно для этого я и здесь, как мне популярно объяснил Игараси-сама. И плевать, что у меня испытательный срок – спрашивает он с меня, как с опытного сотрудника. Воспитывает, типа. И не только в рабочее время, поскольку я поддался его сладким речам и таки ввязался в изучение одного из бесчисленных фамильных стилей дзю-дзюцу, техника которого была обильно сдобрена той самой «восточной мутью», которой я все предшествующие годы старательно избегал. И, честно признаюсь, я бы уже после второго занятия плюнул и на дзю-дзюцу, и на медитации, и на самого Игараси, если бы Кэмерон неожиданно для меня этого занятия не одобрила.
Да-да, мы с ней… как бы это помягче… короче, что-то наклёвывалось. И инициатива, что характерно, исходила от неё самой. Подробностей? Извольте…
Где-то под крышей ангара вдруг пронзительно заверещал звонок пожарной сигнализации, оторвав меня от раздумий, но, издав всего три коротких трели, умолк. Хм… к чему бы это? Если реально пожар, то он орёт постоянно, пока принудительно не отключишь. А тут нате вам…
- Сеньор Хесус? – вопросительно покосился я на бригадира.
- Опять покатушки, - вздохнул тот. – Давненько не было, я уже удивляться начал.
- То есть это тревога, но не у нас?
- Да, что-то стряслось за периметром, но разгребать нам, сеньор Генри. Пойдёмте к Игараси-сама, он наверняка уже в курсе.
- Пойдёмте, сеньор Хесус.
- И готовьтесь к не самому приятному путешествию, сеньор Генри!..
Глава 2-4
-//-
Мэйнпорт – разрез «Северный», где-то в дороге, 03.06.23 г. ООК, день
- Да твою ж мать!!!
Вот это тряхнуло, так тряхнуло! Чуть темечком в потолок не въехал. Спасибо ремню безопасности да пластиковой ручке над боковым окошком. А вот хвалёным твилам и подвеске в целом жирнющий минус, и уже далеко не первый. Со счёта сбился, если честно. И это на средней скорости в жалких шестьдесят в час! И отнюдь не миль, а всего лишь километров!
- Держитесь крепче, сеньор Генри!
- А я что делаю?! Блин!!!
Да и так уж изо всех сил. Но от этого не легче. Помнится, я в первый день местным автобусам сильно удивлялся? Так это ещё цветочки оказались по сравнению с нашим разъездным траком. Да-да, есть у нас в мастерской специализированная машинка, от тех самых автобусов отличавшаяся разве что размерами – четыре посадочных места плюс отсек для инструментов и принадлежностей. А так с виду всё тот же кирпич, только приплюснутый и со всех сторон тонированный. Но это, как я уже давно выяснил, вовсе не из понтов, просто пластик такой. Кстати, настояли на его применении безопасники. Дескать, через круговое остекление так снаружи не видно, кто и где сидит. И это некое тактическое преимущество перед таинственными врагами, про которых мне никто до сих пор ничего внятного так и не рассказал. Кого ни спросишь, все либо отмалчиваются, либо мычат что-то неопределённое и меняют тему. Или попросту шлют в пешее эротическое с такими разговорчиками. Что же касается нашей машинки… я, как к ней доступ получил – дай бог памяти, день на третий, что ли? – так и завис почти на сутки. До того занятный экземпляр оказался. Взять хотя бы силовой набор – трубчатый каркас, сплошь из отборного титана. Лёгкий, прочный, упругий. И кузовные детали из толстенного, чуть ли ни в два пальца, пластика! Ну вот как так?! Почему бы и кузов из титана не забацать? Оказалось, трудность заключалась в отсутствии соответствующего проката – никто на Роксане листовой титан не производил. А тащить космосом с других планет… сомнительное, прямо скажем, удовольствие. Зато пластик в Мэйнпорте везде, любой расцветки и конфигурации, плюс можно задать желаемые свойства. На моё же вполне обоснованное возмущение, дескать, чего сложного, есть же и репликаторы, и 3Д-принтеры, надо только руки приложить – Игараси-сама невозмутимо ответил: вот сам и займись. Задача номер раз для тебя, дорогой товарищ Олег. Номер два – защита аккумуляторов на транспортных средствах. Как хочешь извернись, но придумай, как их экранировать и свести утечки в окружающую среду к минимуму. Подсказка: титано-гадолиниевый сплав. Не сказать, что этого добра на Роксане как грязи, но и проблем особых нет – именно смесь титана с гадолинием корпорация и добывает на разрезах, и какое-то количество обогащённой руды можно захапать на внутренние нужды. Вот с чистым гадолинием облом, слишком сложно его выделять, и идёт он исключительно на продажу. Но если дорогой товарищ Олег и к этой проблеме ручонки шаловливые приложит, вряд ли кто-то станет возмущаться. Уж он-то, Игараси-сама, точно нет. Так что не занимайся ерундой, иди работать.
Так я и ушёл не солоно хлебавши, хотя осмотр трака оставил без ответов множество «почему». Например, почему, раз на Роксане такие проблемы с батареями, настолько широко распространён именно электропривод всего движущегося? Ну ладно, где-то в стационарных условиях, где батарейку элементарно можно заменить за довольно короткое время. Но уж на транспорте-то можно было что-то ещё придумать, кроме как запасную с собой возить? Которая, между прочим, сама по себе усиленно разряжается за пределами периметра Мэйнпорта? Почему не сделать те же траки энергонезависимыми? Ну, я не знаю… «гибрид» по последовательной схеме построить? Мотор-колёса делают чуть ли ни в промышленных масштабах, так что мешает параллельно генераторы выпускать? А их уже запитывать от чего-то менее зависящего от электричества, от тех же двигателей внутреннего сгорания, например. Ведь есть же технологии! Ни одной не утеряли с самого их появления! Залезь в сеть, зарегистрируйся в любой общественной библиотеке, и пользуйся на здоровье! Как те же реконструкторы на Земле и в других развитых мирах, достаточно богатых, чтобы позволить себе иметь излишки, которые можно потратить на развлечения? А здесь это вообще вопрос выживания. Странно, короче. И за подтверждением моей правоты насчёт библиотек далеко ходить не надо, на моём же собственном «винте», стилизованном под винтажную электронную книгу, какой только инфы нет! Да я даже автора помню, и название справочника по химическим моторам! «Двести знаковых ДВС. От рождения до заката». И ведь там не просто описание с парой картинок, там в приложениях полная техническая документация по каждой модели, со всеми размерами и допусками, плюс исчерпывающая номенклатура конструкционных материалов! Понятно, что именно таких уже не найдёшь, но кто сказал, что их нельзя заменить современными? Очень даже можно! Реконструкторы же делают? Просто руки приложить… ну вот, лыко и мочало. В общем, есть над чем подумать.
Я бы, пожалуй, уже и родил что-то, похожее на решение, но меня очень быстро отвлекли более насущные на тот момент проблемы, так что пришлось перевести трак в фоновый режим. Это когда вроде бы и не думаешь специально над вопросом, но он где-то в подсознании постоянно торчит и свербит, покоя не даёт. И продолжается это до тех пор, пока не снизойдёт самое настоящее озарение. Метода действующая, неоднократно проверенная на собственном опыте. Разве что времени довольно много требует. Зато можно в таком режиме сразу несколько задач решать.
Справедливости ради нужно отметить, что Игараси-сама я своими тупыми «почему?» изводил постоянно, причём как в рабочее время, так и на тренировках. Тот морщился, особенно вечерами, но старался отвечать. Правда, большинство его ответов сводились к сакраментальной рентабельности. Плюс к сетованиям по поводу не желающих и пальцем лишний раз пошевелить бюрократов, которых текущий уровень прибыли вполне устраивает. А инвестиции всегда лотерея.
В общем, когда нужда застала, пришлось загрузиться в старый добрый трак на электрическом ходу. Тот самый, который бригадир Хесус знал до последней царапины, поскольку сам его и водил, и обслуживал. И даже в бокс с машиной мы пошли вместе, разумеется, после краткого брифинга у Игараси-сама, на котором тот сообщил, что возникли проблемы со связью на разрезе «Северный». Что за проблемы? Да молчит, зараза. В смысле, разрез, а не босс. И тут вариантов два: либо накрылся известным местом сам разрез, что проблематично – это здоровенная дырка в поверхности Роксаны, обнесённая со всех сторон фортификационными сооружениями, так что разрушить её одномоментно без применения ядерного оружия или ещё чего-то столь же мощного ну вот совсем никак; либо что-то случилось с подземной оптико-волоконной линией. Ядерного «гриба» никто не наблюдал, плюс не было тепловой и ударных волн, а значит, более вероятен второй вариант. И нам теперь предстоит в составе «микроконвоя» из трёх единиц техники – наш трак плюс пара вооружённых броневиков СБ – выдвинуться на маршрут и проверить линию по контрольным точкам, натыканным через каждые десять километров. Адская работа, если учесть, что их аж двенадцать штук, то есть от Мэйнпорта до Северного аккурат сто шестьдесят километров. Казалось бы, смешное расстояние! Но я уже был знаком с местными колымагами и потому излишним оптимизмом не страдал. Уточнил только у босса, а почему именно мы? Что, у корпорации нет специально обученных связистов? На что получил невозмутимый ответ: есть, но в настоящий момент все заняты, поскольку случилась целая эпидемия обрывов линий. И да, такое уже неоднократно бывало, причём объяснялось вполне естественными причинами, так что паниковать не нужно. А мы специалисты уникальные, потому что универсалы, значит, нам туда дорога. И вообще, вот тебе, Генри-кун, ключ от склада, нагреби, сколько считаешь нужным, мотков кабеля да муфт для экстренного сращивания оптоволокна. И снарядиться нормально тоже не забудь.
Поскольку возражать против прямого приказа было абсолютно бессмысленно, я, что называется, взял ноги в руки и рванул собираться. С чем и справился минут за двадцать, аккурат к тому моменту, как сеньор Хесус завершил осмотр и предрейсовую подготовку трака. Машина к моему появлению уже торчала на дорожке перед ангаром, так что оставалось лишь перекинуть поклажу с тележки в багажник, и можно трогать. Здесь же уже ошивались Серхио и Люпе, облачённые в по-прежнему серые универсальные комбезы, но зато в берцах и с инструментальными поясами. Тяжёлые куртки с дополнительной диэлектрической пропиткой и такие же перчатки они покуда натягивать не стали, но без них однозначно не обойтись. Инструкция есть инструкция, даже мне самому пришлось ей следовать, так что я сейчас от подчинённых ничем, кроме колера, и не отличался. Градация по цвету штанов во всей красе, да.
- Вот и вы, сеньор Генри! – встретил меня довольной улыбкой бригадир. – Давайте поторопимся, конвойщики уже за забором, буквально рвут и мечут!
- По поводу? – удивился я.
- Поздний выезд не к добру, можем не успеть сегодня вернуться.
- А это плохо?
- Да уж ничего хорошего… если честно, нет никакого желания ночевать в Северном, сеньор Генри.
- А есть надежда управиться до темноты?
- Вполне, сеньор Генри. Если разрывов не более трёх, то часа за четыре реально линию подлатать. А на обратном пути уже не нужно будет останавливаться, так что часа за два с половиной вернёмся. Рабочий день уже закончится, но хотя бы спать будем дома.
Ого! Это какие же бытовые условия должны быть на разрезе, если Хесус о душе и койке в общаге заранее тоскует? Хотя он семейный, у него не просто отдельный жилой бокс с удобствами, а ещё и двухкомнатный по выслуге лет. Семейство, опять же…
- Ладно, тогда по коням, сеньор Хесус.
- Чего это он?! – громким шёпотом поинтересовался Серхио у напарника, причём на интере, чтобы я понял. – Каким ещё коням? Это кто такие?
- Образное выражение, забей, - отмахнулся Люпе. – Лезь, давай!
Серхио принялся с трудом протискиваться в заднюю дверцу, я же тем временем вполголоса поинтересовался у бригадира:
- Точно всё в порядке, сеньор Хесус? Вы ничего от меня не скрываете?
- Да не, нормально всё…
- Разве что?..
- … аккумулятор слабоват, как бы не пришлось от аварийки запитываться.
- А когда плановая замена?
- С учётом простоев… ещё через полторы недели, сеньор Генри. Ладно, будем надеяться, что обойдётся без эксцессов. Прошу!
Вот так я и оказался в переднем пассажирском кресле, жёстком и неудобном, и первые минут десять даже получал некое извращённое удовольствие и от самой поездки, и от наблюдения за мастером своего дела, каковым, без сомнения, являлся бригадир Хесус. Рулил он ловко, дистанцию с головным броневиком выдерживал идеальную, и даже что-то весёлое насвистывал себе под нос. А потом мы выехали за городскую черту, и дорога с покрытием превратилась в пусть и хорошо укатанную, но всё же грунтовку, изобиловавшую рытвинами и ухабами. Броневикам с их здоровенными твилами подобные неровности рельефа оказались нипочём, а вот нам пришлось солоно – темп эсбэшники задали такой, что наши седалищные нервы моментально прочувствовали всё несовершенство ходовой части трака. Причём что удивительно, когда подъехали к первому чек-пойнту и съехали с дороги на целину, стало гораздо легче. Видимо, по той простой причине, что скорость резко сбросили.
Самое интересное, что меня трясло от адреналина. Казалось бы, ничего не предвещало. Дорога и дорога, кого тут опасаться? Разве что диких животных. Но у нас для этого охрана есть, вооружённая до зубов – вон, как грозно башенки поворачиваются! А стволы в них такие, что с одного попадания должны какого-нибудь тирранозавра навылет шить. Или разносить в куски, если это что-то типа плазмеров. Но вот поди ж ты! Видимо, что-то такое у меня на роже отразилось, потому что Хесус покосился на меня с сомнением. Но удерживать в салоне не стал – проверка чек-пойнта моя обязанность. У меня и приборчик соответствующий имеется.
Признаться, настолько примитивной работой я ещё никогда не занимался. Всего-то и нужно было подойти к пластиковому цилиндру, наполовину вкопанному в почву, парой нехитрых манипуляций вскрыть защитный лючок, да подцепить смарт к линии через специальный переходник. Диагностическая утилита активировалась автоматически, секунд где-то пять тестировала пакеты данных, а потом выдавала вердикт: порыв до чек-пойнта, или дальше. В нашем конкретном случае он оказался дальше, о чём я и сообщил бригадиру Хесусу и командиру эсбэшников, Мёрдоку. Судя по их разочарованным вздохам и кислым рожам, они до сих пор надеялись легко отделаться. Зато я внезапно успокоился – видимо, тоже подсознательно смирился с длительной тряской по кочкарнику и скукой пути. Да-да, даже для меня дело предельно скучное, что уж говорить о старожилах, которые местную саванну излазали вдоль и поперёк? Если бы хоть какое-то разнообразие было, но тут лишь грунтовка, серо-голубая высь без малейших признаков облаков, да колышущееся зелёное море травостоя по сторонам… отрог ещё горный виднеется, но почти у горизонта, и сильно размытый.
А неплохо идём, строго по графику: пять минут остановка, от десяти до пятнадцати минут до очередного чек-пойнта. Можно, конечно, и ускориться, но нам тогда сильно хуже придётся, а эсбэшники не смогут столь же эффективно контролировать окрестности – система стабилизации у башенных скорострельных пушек отсутствовала как класс. А что это именно пушки, мне Хесус пояснил. Прототип – легендарная 2А42 Грязева и Шипунова. Калибр тридцать миллиметров, скорострельность – пять сотен выстрелов в минуту. Хочешь, осколочными, хочешь – бронебойными. Фугасных не предусмотрено. Но против здешней крупногабаритной живности бронебойные в самый раз. И не только против живности, да. Впрочем, на этот счёт распространяться бригадир не стал, отделался невнятным мычанием, дескать, сам увидишь, хотя не дай бог. И сосредоточился на управлении, дав тем самым понять, что и так уже лишнего сболтнул.
Огнестрел, надо же! Я за эти две недели вопросом вооружения так и не задался – и нужды особой не было, и других дел навалом. Зато теперь появилось время задуматься, а информации Сигизмунд наплакал. Опять же, почему мы, ремонтники, безоружны? Только ли из-за наличия охраны, или в траке где-то неприкосновенный запас заныкан? Спросить, что ли, у Хесуса? Но он на беседу не настроен, а док Санчес, она же Кэмерон, мне уже всю плешь проела одним и тем же советом: не докучай людям, если не хочешь нарваться на грубость. Даже подчинённым не докучай, потому что на Роксане к нарушениям субординации и рядовым конфликтам между сотрудниками относятся с гораздо большей терпимостью, чем на любой другой планете. В переводе это означало, что если Люпе и Серхио начистят мне морду, то их за это вряд ли уволят. Пожурят, оштрафуют, возможно, заставят дополнительно посещать психолога, но не более того. И раскидывать нас по разным подразделениям никто не станет, потому что это проблему не решит вообще никак. Учитесь общаться с окружающими и отстаивать свою позицию как словесно, так и физически, если надо – то и на кулачках. В идеальном же случае нужно уметь вовремя остановиться и никогда не забывать о том, что это не люди такие, а окружающая среда. Мы же не злимся на природу за… за дождь, к примеру? Или за ветер? Просто принимаем как данность. Помню, так прямо и сказала, да.
- То есть ты предлагаешь мне стать поху… отставить! – пофигистом? – уточнил я.
- Ну, не до такой степени, - улыбнулась Кэмерон, оценив шутку. – Просто не зацикливайся на обидах. Тем более что в большинстве своём они мнимые. Это я тебе как специалист говорю.
- А ещё что скажешь? Как специалист?
- Чайку?
- Хм… дай-ка подумать…
Разговор этот имел место на прошлой неделе, в один из рядовых вечеров, не занятых тренировками с Игараси-сама, так что я не придумал ничего лучше, как зазвать дока Санчес на променад по кампусу и окрестностям. К тому времени я уже разок воспользовался её предложением, а в тот вечерок решил закрепить успех, тем более что мисс Кей оказалась недурственным собеседником и приятной во всех отношениях девицей. Она на первом же свидании одарила меня прощальным поцелуем в губы, хотя на тот момент больше дружеским, чем чувственным. А тут нате вам – в гости зовёт. На ночь глядя, ага. После посиделок в кафешке, в ходе которых познакомила меня с местной винной картой и продукцией местных же животноводов в виде пикантных сыров и затейливых копчёностей. Заплатил, естественно, я, но удара по карману, как того опасался, не получил – всё вполне по-божески. Зато задумался: если мне позволили оплатить ужин, не означает ли это переход на следующий уровень отношений? И таки да, означает – вот, на чай зовут. В двадцать четыре тридцать по местному времени. Напоминаю: в сутках двадцать шесть часов.
- Подумал? – потеряла терпение Кэмерон.
- А что? Бесит? – усмехнулся я с неприкрытой иронией.
- Ещё как! – отплатила той же монетой девушка. – Да это оскорбление! Видано ли! Он ещё раздумывает!
- А вдруг у тебя чай невкусный?! Ай, блин! По рёбрам-то зачем?!
- Чтобы думал быстрее.
- Ладно, ладно, сдаюсь! Можешь поить меня чаем хоть до утра. Только не зелёным, пожалуйста…
Ночь в итоге прошла… пожалуй, феерично. Сравнивать-то особо не с чем, опыт в плане общения с женским полом у меня не очень обширный – пока учился, не до девиц было. Я имею в виду, чтобы менять их, как перчатки. За все эти годы… ну да, с парочкой только и завязывал отношения, но довольно длительные. Которые, впрочем, заканчивались неизбежным разрывом, и всё по той же причине – учёба и наука не оставляли достаточно времени для развлечений. А с третьей я вообще замутил чисто случайно и по её инициативе – Лукреции, аспирантке с биологического, нужен был такой же ботан, как и она сама. Чтобы чисто пересечься раз в неделю, а потом друг другу не надоедать. Ей нормально, мне тем более, так к чему что-то менять? Так и… э-э-э… «пересекались» почти три года, пока я на Роксану не угодил. В итоге на фоне предшественниц страстная док Санчес показала себя в самом выгодном свете. Дошло до того, что я у неё теперь ночевал с завидным постоянством – два, а то и три раза в неделю. И если в первый раз я свалил домой ещё затемно, чтобы перед соседями не палиться, хоть Кэм меня и подняла на смех, то потом на это дело забил. Раз ей скрывать нечего, то мне-то чего стесняться? Того, что на меня такая деваха внимание обратила? И, мало того, благосклонностью одарила? Проще ко всему относиться надо, проще. Быть самую чуточку пофигистом, как она же сама и советовала…
- Вторая точка, сеньор Генри, - отвлёк меня от приятных мыслей бригадир Хесус.
Ха, а я и не заметил! Втянулся уже, блин. И это не очень хорошо, бдительность терять себе дороже. Ладно, Олег, встряхнулся и вперёд, благо процесс уже знаком…
А здесь травостой повыше – вон, почти по пояс. Так и чек-пойнт потерять недолго. Зато прикольный след за мной остаётся: у листьев тон с внутренней стороны иной, и сразу заметно, что траву кто-то потревожил… ага, и вон там тоже! И там… и вон там… а здесь весьма оживлённо, как я погляжу!
- Поторопитесь, сеньор Генри! Сеньор Мёрдок опасается бегунов-чито!
Это он о ком? Страусы местные, что ли? Или кто-то вроде гепардов? От последней мысли у меня по спине пробежал холодок, и я ускорил шаг, добравшись-таки до знакомой пластиковой бочки. Ну-ка, где здесь лючок?..
Вот почему всегда, когда на нервах, всё из рук валится? А тут ещё броневик вздумал чуть дальше в саванну сползти… мало того, ещё и четверо бойцов с чем-то автоматическим в руках на броню выбрались… да где этот разъём?! Ф-фух, подключился… как же долго тянутся секунды!..
Слева от меня, там, где стоял броневик, что-то загрохотало, затрещало, в воздухе потянуло едким дымком… и я лишь невероятным усилием воли заставил себя дождаться сигнала утилиты: тоже нет, разрыв дальше по линии. И тут же, не дожидаясь приглашения, выдернул шлейф, щелчком загнал лючок в гнездо и буквально в пару огромных прыжков добрался до трака. А как в кабине оказался, вообще из памяти выветрилось под адреналином.
Хлопок дверцы совпал с басовитым кашлем башенной пушки броневика, и я испуганно вздрогнул, едва не въехав темечком в крышу салона.
- М-мать! Что… к-кто это был?!
- Насколько я сумел разглядеть, пара бегунов, сеньор Генри. Нам повезло – ребята сеньора Мёрдока их вовремя заметили и сумели отсечь огнём. А потом вдарили из пушки осколочным.
- И… как? Удачно?
- Отогнали, - пожал плечами Хесус. – Стало быть, удачно.
- И много здесь таких?
- Именно таких – не очень. Они хищники, живут чаще всего парами, и защищают охотничьи угодья. Но есть и другие, в том числе и травоядные. Но ещё более опасные, сеньор Генри. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?
- Спасибо, сеньор Хесус, удовлетворили.
- А вы не из пугливых, хефе! – с толикой уважения в голосе пробасил с заднего сиденья Серхио.
Ну вот, авторитет потихоньку завоёвывается. Уже неплохо. Хотя Люпе, наоборот, страдальчески поморщился. Конкурент грёбаный, блин.
- Ну что, «ломастеры», валим дальше? – ожило коротковолновое переговорное устройство в приборной панели.
Я же уже упоминал, что с радиосвязью на Роксане полный швах? Да? Ну, ещё раз напомню. Таки да, полный. Максимум на километр можно добиться устойчивой передачи, и это на коротких волнах и при соответствующей мощности станции. Что автоматически означало отсутствие автономности – на горбу такую бандуру не утащишь. А к ней ещё и батарея нужна. Но, тем не менее, конвои – даже такие крошечные, как наш – радиофицированы. Даже странно, что корпорация идёт на такие траты, сознательно сокращая запас хода транспорта. Скорее всего, эсбэшники настояли, как всегда кровью заплатив за каждую строчку боевой инструкции.
- Валим, сеньор Мёрдок, - с явным сожалением подтвердил Хесус и надавил на педаль акселератора.
Глава 2-5
-//-
Разрез «Северный» – Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК, утро
- Пора, хефе, - деликатно тронул меня за плечо Серхио. – Конвой ждать не будет, сеньор.
Не будет, это точно. Так что пришлось помотать головой, прогоняя сонную одурь (поспать сегодня получилось ну о-о-о-очень мало, и вовсе не потому, что лёг поздно), да взгромоздиться на подножку грузового трака, раза этак в четыре крупнее нашей разъездной машинки. Та, кстати, ещё вчера в родное стойло вернулась вместе с Хесусом и Люпе, а мы с Серхио на Северном застряли. И ведь даже будь я чуть опытнее, всё равно не получилось бы от сомнительного удовольствия отмазаться, поскольку и в этом вопросе можно было положиться исключительно на нас, спецов из отдела современных технологий и реинжиниринга. Да-да, ваш покорный слуга весь вечер и часть ночи работал по специальности, устраняя крайне незатейливую неисправность в рудном обогатителе, по сути – здоровенном шреддере. Пришлось порядочно извратиться, но я таки скрестил жирафа с носорогом, если воспользоваться привычной мне терминологией. А заодно убедился, что Игараси-сама прав на все сто – кризисный инженер здесь, на Роксане, буквально на вес даже не золота, а гадолиния. Или чего-то ещё более ценного, просто я не придумал, чего именно. А ведь, казалось бы, проблема пустяковая – всего лишь коротнул и напрочь отгорел силовой кабель, но зато в таком месте, что фиг срастишь с новым куском. Да и нет его в наличии, именно такого же. Задачка из разряда почти невыполнимых в местных условиях. Новый узел тащить из Мэйнпорта, да потом его ещё и монтировать – а это как минимум дополнительная пара дней простоя всего разреза, что категорически неприемлемо. По той простой причине, что за это время недоимка руды перекроет суммарную стоимость всего здешнего оборудования вместе взятого, а менеджмент хватит удар. Ну и далее по цепочке – сначала операционных директоров на Беатрис, потом совет директоров на Земле, а в конечном итоге и акционеров. Так что это очень удачно получилось, сеньор Генри, что вы к нам заглянули с кратким визитом. Уж будьте так добры, раз уж вы здесь, решите задачку, продемонстрируйте навыки. И ведь не откажешь, особенно если старший смены, сиречь товарищ с фактически божественными полномочиями здесь и сейчас, просит. Хорошо хоть, осмотр места происшествия показал, что нет нужды торчать на разрезе полным составом, вдвоём с Серхио справимся, особенно если местных спецов в помощь выделят. Старший смены заверил, что без проблем. На том, собственно, и порешили: мы с Серхио взялись за работу, вооружившись необходимым набором инструментов, а эсбэшники и бригадир Хорхе с донельзя довольным Люпе укатили обратно в Мэйнпорт. И близость вечера никого не смутила. Ну а чего им? Как и предполагалось, порывы на линии мы устранили, причём целых два и за точкой невозврата, то есть как раз на таком расстоянии от базы, что ехать назад просто тупо невыгодно – до разреза гораздо ближе. Плюс с чек-пойнта номер девять, устранив повреждение оптоволокна как раз за ним, удалось установить связь с Северным. Хотя лучше бы не устанавливали и оставались в счастливом неведении. Но, на свою беду, связались. И помимо горячей благодарности за починку оптоволокна огребли на свои головы ещё и ушат помоев в виде дополнительной проблемы, требовавшей срочного вмешательства специалистов. Пришлось переться.
Честно говоря, и местные бы с траблом справились, просто никто не хотел брать на себя ответственность. А тут люди с базы, из, так сказать, головного офиса, с соответствующими навыками и, самое главное, полномочиями. Грех не воспользоваться. Я было попытался отнекиваться, заручившись поддержкой Мёрдока, но местное начальство связалось с моим боссом напрямую, воспользовавшись нами же починенной линией связи. И Игараси-сама, выслушав слёзные мольбы, попросту приказал мне разобраться. Ну, я и разобрался… как сумел. Хорошо, что не совсем электротехнику забыл, но всё равно пришлось помучиться, пока просчитал необходимое сечение и подобрал количество жил, чтобы ещё одно короткое замыкание не словить. Получилось топорно, но вроде бы надёжно. Неделю, конечно, вряд ли выдержит при таких нагрузках, но дня три как минимум у местных есть, чтобы организовать доставку замены. Я так старшему и сказал – мол, всё на соплях, не дожидайтесь, пока снова отгорит, начинайте прямо сейчас напрягать снабженцев. То бишь нас же, ага. А если ещё конкретнее, то Игараси-сама, на котором это самое снабжение и висело. Надо думать, только поэтому он и пошёл на уступки, доверив столь ответственную задачу новичку в моём лице. Ну и наверняка ещё одну проверку мне устроил. А и пофиг. Главное, новых впечатлений набрался. Если честно, до сих пор слегка пришибленный хожу – до того масштабы Северного меня поразили. Вчера мы прибыли засветло, но было не до любования красотами, плюс Мёрдок на нервы действовал – ему-то пофиг на задачи снабженцев, он конвойщик, из совсем другого ведомства и совсем другим людям подконтролен. Но приказ есть приказ. Кстати, видели бы вы его довольную рожу, когда я объявил, что возни часов на пять, но количество привлечённого к работе народа на длительность ремонта не повлияет от слова совсем! Он даже вознамерился было поделиться собственными мыслями на этот счёт, но я его опередил, заявив, что нечего здесь торчать всем. Тем более что завтра с утра конвой с грузом обогащённой руды в Мэйнпорт выходит, я специально узнавал. Вот с ним и доберёмся. Бравый капрал мне даже руку пожал от избытка чувств. Да и Хесус поблагодарил втихаря – ему в любом случае ехать, он водила. Таким образом, оставалось только решить, кого оставить мне в помощь, но тут я даже слушать никого не стал, выбрав Серхио. Не смотрите, что он такой здоровенный. Здоровенный вовсе не означает, что тупой. А руки у него из нужного места растут, да и добродушен он, в отличие от того же Люпе, за которым глаз да глаз.
В общем, первый час в Северном прошёл очень суетно и почти бестолково, а потом мы с напарником с головой погрузились в работу. Так и получилось, что окинуть взглядом весь разрез удалось уже только сегодня с утреца. И хуже всего то, что проспал я, дай бог, если часа четыре. Да, лёг уже сильно за полночь, но вместо того, чтобы сразу провалиться в беспокойный сон, долго ворочался с боку на бок. Сразу несколько факторов сошлись: и отменно жёсткая лежанка, и специфический духан в «гостевой» бытовке, и какой-то тонкий, на самой грани слышимости, то ли звон, то ли гул. А ещё в окошке постоянно что-то сверкало… скорее всего, статика из карьера. В общем, к утру, изрядно намучившись, я уже на все сто понимал Хесуса, который всеми силами пытался избежать ночёвки в Северном. Тут надо или изматываться до полного отрубона, или иметь привычку. Ну, или шкуру непробиваемую. А у меня не было ни одного, ни второго, ни третьего. Справедливости ради надо сказать, что Серхио тоже толком не отдохнул.
Зато покормили неплохо, да. А вот удобства ужасные, особенно сортир – до четырёх раз в седалищный нерв статический разряд словил, пока свои дела делал. В дороге, кстати, такого не было. Но и это легко объяснимо – на территории разреза руда отдельными жилами выходила прямо на поверхность, а кое-где и вовсе самородки валялись. В некоторых местах даже предупреждающие таблички висели: берегись шагового напряжения! В общем, условия очень далеки от курортных. Еле дождались готовности конвоя.
Зато вид, открывшийся с подножки грузовика, окупил все неудобства. Я аж застыл на несколько мгновений – до того здешний пейзаж контрастировал с приевшейся за вчерашний день саванной. Во-первых, горный отрог. Вчера в пути он казался очень далёким, каким-то воздушным и нереальным. А здесь и сейчас буквально нависал над жалким человеческим поселением всей своей массой. Чёрт, я даже облака на его фоне рассмотреть умудрился! И ради такого случая не поленился несколько раз щёлкнуть камерой смарта. Интересно, хоть кто-то в эти горы забирался? Учитывая проблемы с авиацией, вряд ли. А другим способом, особенно пешком, себе дороже. Во-вторых, сам разрез, состоявший из трёх соединённых между собой карьеров. Пока что они были не очень велики, метров по триста в поперечнике каждый, не больше. Ну и в глубину метров тридцать, от силы пятьдесят. Зато стены их, прорезанные серпантином грунтовок, по которым вереницей катились грузовые траки, то и дело окутывавшиеся коронами разрядов, были испещрены наэлектризованными выходами рудных жил и постоянно искрили. Понятно теперь, почему весь колёсный транспорт пластиковый – потому что любой другой ежесекундно рисковал зажариться на дуговом разряде. То есть для разрезов, которых у корпорации полтора десятка только в окрестностях Мэйнпорта, а есть планы ещё на столько же, необходима специальная техника. И нужно её много. Северный один из самых, так скажем, некрупных, потому что открыт всего три года назад, но даже здесь парк в добрую сотню единиц, плюс горнопроходческое оборудование. Умножьте теперь на тридцать. И ещё на три, поскольку средний срок службы любого трака в районе четырёх месяцев. То есть техника обновляется несколько раз в год. И смысл тогда что-то изобретать отдельно для гражданских? Снова рентабельность, чтоб её! Вот и клепали стандартные колымаги нескольких типоразмеров – автобусы, мелкие разъездные машинки, эсбэшные броневики да грузовые траки. Как раз такие, в каком мы с Серхио сейчас и попытаемся разместиться. Кабина-то на троих не рассчитана, да ещё и на таких габаритных парней, как мой помощник. Водила даже с сомнением на него покосился, типа, он и один-то не уместится, а тут ещё и ты, дорогой товарищ Олег! Тоже не самый мелкий экземпляр человека разумного, между прочим.
- Тебя как звать-то, чувак? – поинтересовался на правах хозяина жилистый парень с татуированными руками.
- Серхио, - пропыхтел мой коллега, силясь втиснуться в салон.
- Джонни, - протянул было ладонь водила, но снова с сомнением покосился на пассажира и передумал отвлекать того от процесса загрузки. – Полезай-ка ты вон, на полку. Как раз нормально поместишься. А вот вещи тебе в ноги бросить придётся, - обрадовал он уже меня. – Как тебя, кстати?
Я ещё раз окинул водилу беглым взглядом, уже на автомате отметив тёмно-синий, практически чёрный, комбез, камуфлированный тельник и пистолет в подмышечной кобуре, и решил, что с таким и пообщаться не зазорно:
- Зови Генри, не ошибёшься.
- В общем, размещайся, Генри. Особого комфорта не обещаю, но до Мэйнпорта дотянуть должны. Батарейку неделю назад меняли, так что в пути не застрянем. Наверное.
- А вы когда приехали? Утром я ничего не слышал…
- Да мы час всего, как припылили, - пояснил Джонни. – Харчей завезли, воды и прочих расходников. Батареек новых, опять же. Полчаса разгрузка, четверть часа погрузка – и снова в дорогу.
- Удачно проскочили, получается?
- Почаще бы так, - довольно покивал водила. – Никого не видели, даже зверья. Распугал, что ли, кто-то? А ты это к чему, Генри?
- Да пришлось вчера днём попотеть… каменные слизняки, знаешь таких?
- Ещё бы! – хохотнул Джонни. – Та ещё зараза. Но я почти в хвосте шёл, как и сейчас, так что даже рытвин не заметил. До меня всё прикатали.
Ну, в принципе, похоже на правду. Хотя меня вчера широкие и довольно глубокие проплешины весьма впечатлили. Особенно первая, которую мы обнаружили аккурат в месте обрыва оптоволоконной линии. Я только подумать успел, что как-то не очень рационально поиск повреждений организован – ну, выявили мы участок в десять километров между чек-пойнтами, который не отвечает, а дальше что? Возвращаться вдоль линии на черепашьей скорости? – как оживился смотревший на дорогу Хесус:
- А вот и она, сеньор Генри!
- Кто?! – удивлённо переспросил я.
- Рытвина! – пояснил бригадир. – Повезло, искать не пришлось! Хорошо слизняк шёл, как раз поперёк дороги. Стало быть, во-о-о-он там примерно оптоволокно порвал.
Головной броневик как раз в этот момент свернул с накатанной грунтовки в травостой, дав предупредительный сигнал клаксоном, и Хесус притормозил, равно как и последовавший нашему примеру арьергард.
- Всё чисто, подъезжайте, - ожила через несколько мгновений коротковолновая рация. – Уползла тварь.
- Это хорошо, - удовлетворённо кивнул бригадир, дав по газам. – Время не потеряем. Готовьте кабель, сеньор Генри. Вон того куска, я думаю, будет достаточно.
Указал он на моток метров этак в пять, и я мысленно ахнул: это что же за зверюга такую прореху оставила? Или она спецом кабель жевала, так сказать, вдоль? И даже уточнить не поленился:
- А что это за тварь, то есть как её зовут?
- Каменный слизень, - пояснил Хесус, причём не только мне, но и навострившим уши Серхио и Люпе. – Натуральный слизень, типа виноградного, только огроменный и… каменный. Когда дрыхнет, от плоской скалы не отличишь. Но, конечно, никакой он не каменный, у него просто внешние покровы специфические, вроде бы хитиновые, но с особым составом. Игнасио потом спросите, он лучше объяснит.
- Да нам вообще пофиг, главное, чтобы не агрессивный был, - выразил всеобщее мнение Люпе.
- Ну, насчёт агрессивности вопрос двоякий, - хмыкнул бригадир. – Сам к нему специально не полезешь, и он на тебя внимания не обратит. Но если он куда-то ползёт… то тут на дороге лучше не попадаться. Подомнёт, размолотит, всосёт, переварит и высрет мелкодисперсной пылью. И ведь хрен его чем возьмёшь, кроме электричества!
- Что, и пушкой бесполезно? – напрягся Люпе.
- Почти, - подтвердил Хесус. – Но вы, парни, не бздите – нет его здесь, уполз. Вернее, уползли, тут их три штуки было как минимум. Зато копать не придётся, сразу кабель найдёте.
Так, в принципе, и получилось: пока броневики эсбэшников нарезали круги вокруг нашего трака, мы в темпе выгрузились, срастили обрывки с заплаткой и даже немного прикопали кабель, заранее озадачив Серхио земляными работами. На всё про всё не больше четверти часа ушло. Вот только с лёгкой совестью вернуться в Мэйнпорт не вышло – напрямую к оптоволокну подцепиться было нечем, так что пришлось пылить до чек-пойнта, чтобы связь проверить. А проверив, убедиться в очередном обломе – где-то ещё один обрыв. На поиск и ликвидацию которого ушло ещё полтора часа. Ну а дальше вы уже знаете: разговор с Северным, новая задача, все дела.
Из всего вчерашнего приключения помимо опыта я вынес ещё один важный момент – надо сварганить какой-нибудь переходник, чтобы можно было прямо с места обрыва проверить целостность участка. Или отдельную приблуду. Ведь были же когда-то давно у айтишников соответствующие приборы? Наверняка были. Надо всего лишь в архивах порыться, найти схему да загрузить в репликатор. Или в 3Д-принтер, если матрицу не получится найти.
- Уселся, Генри? – отвлёк меня от воспоминаний водила.
- Вроде бы…
- Серхио?
- А мотать сильно будет, амиго?
- Не особо, пойдём максимум сорок, а дорога накатанная.
- Тогда готов.
- Конвой, доложить готовность! – проскрипела рация на приборной панели.
Я, кстати, даже не удивился, когда салон поближе рассмотрел – один в один наш трак, только чуть попросторнее, и всё. А порядка здесь даже больше, чем в нашем микроконвое – вон как быстро все среагировали, уже десятый откликается!
- Тринадцатый норма! – жизнерадостно объявил Джонни, когда подошла наша очередь.
- Четырнадцатый норма!
- Пятнадцатый норма! Доклад закончил!
- Внимание по конвою, готовность минута!
- Ну всё, греем движок, парни! – объявил наш водила и принялся щёлкать кнопками и тумблерами, по большей части загадочного назначения.
И нафига их так много? В каком-нибудь вертолёте и то меньше!
- Дублирующие контуры – норма, - буркнул себе под нос Джонни, мимоходом ответив на мой невысказанный вопрос. – Ремни, Генри.
- А? Да-да, уже…
О начале движения главный конвоя сообщить не потрудился, но мы и сами догадались, когда стоявший перед нами грузовик с лёгким рывком тронулся с места. Чуток подождав, последовал его примеру и Джонни, довольно сноровисто занявший своё место в ордере – с интервалом примерно в пятнадцать метров, в строгом соответствии с инструкцией. С одной стороны, правило «соблюдай дистанцию» никто не отменял, с другой – смысл чужой пылью дышать? Так и поехали, сперва еле-еле, километров двадцать в час, потом, выбравшись за периметр, заметно ускорились. До тех самых обещанных сорока, судя по показаниям спидометра. И трясло в тяжёлом грузовике, кстати, заметно меньше. И габариты сказались, и усиленная подвеска с твилами соответствующего размера, и масса загруженной в крытый кузов обогащённой руды. К моему удивлению, последняя хранилась в пластиковых контейнерах объёмом ровно один кубический метр каждый. Почему, зачем – поди знай. Видимо, и здесь как-то рентабельность замешана. Скорее всего, так на орбиту перемещать удобнее. Или дешевле. Не суть, в общем.
- Всё, парни, теперь остановка через два часа, чисто на оправиться! – чуть повысил голос Джонни, чтобы пересилить гул электропривода и шорох покрышек по грунтовке. – Кто не успел – очень зря.
- А всего сколько ехать?
- Часа четыре, если без эксцессов обойдётся!
Хм… примерно как мы вчера, только мы старались шестьдесят держать… ну да, у нас же остановки через каждые десять кэмэ были, плюс время на ликвидацию обрывов. То на то и получается. Скукотища…
На моё счастье, я сильно ошибался – Джонни оказался весьма говорливым товарищем и с удовольствием воспользовался возможностью поделиться своим обширным опытом участия в конвоях. А руду он возил уже без малого два года, и ещё примерно столько же оставалось до закрытия контракта.
- Ну и как тебе? – первым делом поинтересовался я. – В общем и целом?
- Да нормально, - поморщился водила. – В основном.
- А подробней? – не укрылась от моего внимания гримаса Джонни.
Ага, Серхио тоже уши навострил – ему на полке совсем несладко, смотреть можно только строго вперёд, через лобовуху, а там видны лишь клубы пыли да силуэт кормы впередиидущего грузовика.
- Живу, работаю… платят по-божески… а вы с какой целью интересуетесь?
- Исключительно познавательной, - успокоил я Джонни. – Мы с коллегой тут люди новые…
- Он-то да, а ты чего? – удивился водила. – Или тебе чёрный комбез по блату выделили?
- Скорее, в соответствии с должностью.
- А, так ты шишка из инженерной службы! – пришёл к абсолютно верному выводу Джонни. – Тогда понятно, почему я тебя не видел раньше. Давно прибыли?
- Две недели как.
- Ого! Новички, и уже две недели на карьере?!
- Да не, мы на Роксане две недели. А в Северный вчера приехали, со связистами. Вернее, мы и есть связисты… ну, альтернативные, так скажем.
- Значит, поздравляю с боевым крещением! Хотя за это выпить полагается!
- А не рановато? – усомнился я. – Ещё ехать и ехать… и почему оно обязательно боевое?
- Есть причины, - мельком покосился на кобуру водитель. – Но ты пока не грузись, успеешь ещё. И не говори, что на зверьё вчера не натолкнулись.
- Не буду. Раза четыре эсбэшники всяких прытких тварей отгоняли.
- Ну, вот и повод! – заключил Джонни. – И зверьё – это хорошо. Даже каменные слизняки, если, конечно, вовремя их заметил. Главное, самому к ним не лезть.
- Охрана нормально сработала, амиго, - внёс свою лепту в разговор и Серхио. – Одного не пойму: за каким дьяволом её так много? С нами вчера две «коробочки» шло, и в каждой по пять рыл «федерале»! И пушки ещё.
- Это как раз нормально… у нас, вон, вообще шесть броневиков в ордере. И ещё два в головном дозоре.
- Это какое же зверьё тут водится, чтобы так напрягаться? – неприятно удивился я.
- Известно какое – самое страшное! – жёстко усмехнулся водитель. – То, что в человеческом обличье.
- Да ладно! У вас тут что, грабят «корованы»?!
- Ещё как! Думаешь, нафига мне вот эта пукалка? – тронул водитель рукоять пистолета. – Последний шанс.
- И от кого же ты им отбиваться собираешься?
- Говорю же – последний шанс! – глянул на меня, как на ненормального Джонни. – Это не от кого-то отбиваться, это… самому, короче. В большинстве случаев это куда лучше, чем… ладно, не поминай всуе.
Н-да… угораздило меня.
- А что за пукалка-то? Можно глянуть?
- А смысл? Она с защитой, активация по отпечаткам пальцев.
- Это чтобы враг воспользоваться не смог?
- Нет, это чтобы кое-кто свою задницу прикрыл, - зло сплюнул водила. – Потому что пользы от неё чуть, зато вреда выше крыши – эта хрень через два раза на третий глючит. Хорошо хоть, в активированном состоянии. Но потом даже магазин не сменить, блокирует напрочь.
- И что… на всех стволах такая система?
- У корпов – да. Якобы, чтобы снизить утечки неучтённых стволов на чёрный рынок. А на деле просто для отчётности. Это же охотничьи или спортивные стволы, сплошь разрешённый для гражданского рынка огнестрел, только чуток модернизированный. А они без таких вот предохранителей вне закона.
- А наши эсбэшники очередями садили, - припомнил я. – Это разве законно?
- Вообще нет, - ухмыльнулся Джонни. – Но кого это останавливало на Роксане? Сами же вояки их и переделывают в фулл-ауто, полукустарно. Я, кстати, сначала удивился, что вы пустые. Но раз вы новички, то всё понятно.
- Временной ценз?
- Угу. Как только из разряда рекрутов перейдёте в разряд постоянных сотрудников, так сразу и выдадут разрешение на оружие.
- И дадут? – оживился Серхио. – Стволы, типа?
- Обязательно, амиго! – спародировал его водитель. – Дадут, потом догонят и ещё раз дадут. Сам купишь, на свой вкус. Ты же не конвойщик и не эсбэшник.
- Так тут и магазин оружейный есть? – выделил я основной момент в новой информации.
- Бери выше – магазины! И не только оружейные… вы чего, в фавелы до сих пор не выбирались, что ли?
- Да как-то случая не было…
- Эх, вы! А я их ещё с боевым крещением поздравил… да вы ничего и не видели толком!
- Ладно, бывалый, и что же ты посоветуешь в первую очередь?
- А это смотря чего вы желаете, парни!
Дальше беседа и вовсе потекла легко и гладко – Джонни оказался товарищем опытным и в делах Мэйнпорта с окрестностями весьма сведущим. Серхио он подкупил первыми же сведениями о злачных местах с податливыми девицами не самых строгих нравов, а я больше налегал на прочие развлечения – магазины, клубы по интересам, спортивные секции… в общем, узнал много нового. И узнал бы ещё больше, если бы вдруг снова не ожила рация на приборной панели:
- Внимание, конвой! Угроза на два часа, порядка километра!
- Твою же мать! – моментально согнал Джонни улыбку с рожи. – Сглазил!..
- Что там, хефе? – высунулся из-за моего плеча Серхио.
Вернее, безуспешно попытался, потому что я его проигнорировал, впившись взглядом в зелёное море травостоя, в нескольких местах нарушенного мчащимися с порядочной скоростью странного вида траками. Один, два… пять… семь! Семь штук! И намерения явно не самые мирные!
- Внимание, конвой! Угроза на восемь часов, порядка километра! Продолжаем движение, строй не нарушать! «Коробочки», пушки к бою!
- Джонни, кто это? – севшим голосом поинтересовался я.
- Хищники, Генри, - буркнул тот, покрепче вцепившись в «баранку». – Те самые, в человеческом обличии… берегите головы, парни!..
Глава 3-1
Глава 3
Разрез «Северный» – Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК, утро
- Конвой, ускоряемся! – передала очередную команду рация, но Джонни и без того уже был в курсе – придавив акселератор, он шустро поджался к переднему траку, сократив дистанцию буквально до пары метров.
Правда, уже через несколько мгновений она увеличилась до более приемлемых пяти или что-то около того, так что въехать в зад впередиидущего при первом же его лёгком притормаживании стало чуть сложнее. Тем не менее, я покрепче вцепился в ручку на двери и напряг всё тело, чтобы сгладить воздействие неровностей дороги на пятую точку. И всё равно трясти стало заметно сильней, судя по недовольным воплям Серхио, которого немилосердно болтало по спальному месту. Один раз он чуть было не вылетел из него вовсе, но упёрся мне в спину и удержался. А я даже толком не среагировал – адреналин в крови прямо-таки бурлил, а сердце так и норовило выскочить из груди. Хотелось орать в голос, и обязательно матом, но вместо внятных воплей я лишь сипел и мычал сдавленно, силясь не вылететь из кресла. А опасения такие были, несмотря на наличие ремней безопасности…
- Сука, сука, сука… - бормотал Джонни, умудрявшийся и в таких условиях удерживать руль.
И даже газ не сбрасывал, что было сродни акробатическому трюку.
В какой-то момент я осознал, что адаптировался к ситуации, и тело начало действовать на автомате, так что я даже вернул способность подмечать мелкие детали обстановки. А именно, разглядел преследователей как справа, так и слева от дороги. Справа, как я уже говорил, на нас шло семь единиц вражеской техники, слева же всего три – такое ощущение, что это ободранные чуть ли ни до каркаса разъездные траки, превращённые неведомыми умельцами в багги на широких большеразмерных колёсах. Колёса эти впечатляюще мяли травостой и не позволяли машинками очень уж сильно подпрыгивать на неровностях, да и скорость багги держали впечатляющую – ещё немного, и выйдут наперерез конвою. Те, что справа, несмотря на свою многочисленность, представляли куда меньшую опасность просто в силу скорости и маневренности. Если глазомер меня не обманывал, существовала ненулевая вероятность их опередить. Разве что самый хвост колонны зацепят… чёрт! А это как раз мы и есть!
- Гони, Джонни!!! – рявкнул я, вернув контроль над голосовыми связками.
- Давай-давай-давай, амиго!!! – поддержал меня Серхио. – Дьяфол!!!
- Что?!
- Яфык пфикуфил, хефе!!!
- Проскочим… сука-сука-сука!..
Слева, практически перед мордами преследующих нас багги, вздыбилось несколько не впечатляющих с такого расстояния разрывов. Во все стороны полетели обрывки травы и куски почвы, но юркие машинки легко увернулись и от первого залпа, и от последующих. Правда, не все. Самому невезучему – центровому – осколки посекли переднее колесо, и оно вдруг лопнуло, едва не вогнав меня в ступор. Это что же получается, у них не твилы, а… дутики?! Похоже. Вон, даже мордой «клюнул» весьма убедительно, но всё же не перевернулся. Зато скорость резко сбросил, отстав от собратьев. Странно, что бронебойными наша охрана не садит… с другой стороны это даже логично – осколочным не обязательно попадать прямо в цель, достаточно попасть рядом…
- М-мать!!! – всё-таки впилился я макушкой в крышу, когда наш трак подпрыгнул на очередном ухабе.
Понятно теперь, почему эффективность огня такая низкая. Попробуй на скорости, да без системы стабилизации… и без автонаведения, прошу заметить! Попробуй тут попади. С другой стороны, что-то мне подсказывало, что это обстоятельство и нас спасает… пока что. Тактика загонщиков окончательно стала понятна: подойти поближе, взять в клещи и ударить наверняка, с дистанции уверенного поражения. Причём ударить так, чтобы не повредить груз. Потому что иного смысла у атаки просто нет. Не пленные же им нужны, в конце концов?! Что с ними делать? В рабство обращать? Смешно, право слово.
- Уйдём… уйдём… почти… сука-сука-сука!..
Есть! Второго накрыли, и тоже слева. Зато последний уже чуть ли ни под самым нашим носом, ещё буквально чуть-чуть, и можно из автоматов расстреливать… если, конечно, кто-то из эсбэшников осмелится нос из-под брони высунуть. Но ведь у них же должны быть пулемёты! Да и из пушек вполне можно очередями бить… чего медлят? Чего ждут, мать их?!
Через пару секунд я понял, чего – как раз в этот момент замыкающий колонну броневик вышел на удобную позицию и долбанул-таки бронебойными. И с первой же короткой очереди накрыл прыткую багги, напрочь отстрелив у неё переднюю ось. Вот только за миг до этого в корме у машинки что-то заискрило, засверкало пламенем, и в воздух рвануло несколько дымных хвостов. Если совсем точно, то пять. Я как заворожённый отслеживал их взглядом по всей траектории, которая оказалась на редкость короткой, но довольно крутой – ракеты (а это были именно они!) стартовали по параболе и с нехилым рассеиванием, но как раз благодаря этому обстоятельству накрыли довольно большое пространство на дороге. В зоне поражения оказалось сразу несколько корпоративных грузовиков, но по закону подлости ближе всего рвануло к нашему траку – такое ощущение, что прямо под передними колёсами. Я лишь успел отстранённо подумать, что всё, кабздец полный… а потом по ушам ударило, время замедлилось, и я осознал, что наш грузовичок взмыл в воздух и выписывает затейливые кренделя – что-то вроде прыжка винтом в пару оборотов. И всё бы ничего, но при приземлении… вернее, прироксанивании, он ещё и заднему умудрился дорогу перекрыть. Надо отдать должное водиле – тот успел чуть дёрнуть рулем, и трак просто своротил нас, ударив вскользь скулой, и как ни в чём не бывало поехал дальше. А вот мы оказались в весьма плачевном положении – оглушённые, окровавленные, да ещё и лёжа на боку. Хорошо, аккумулятор не коротнул, а то бы и электричеством поджарило. Опять же, повезло, что контейнеры в кузове с креплений не сорвались, иначе они бы запросто проломили и борт, и стенку кабины – пластмасса всё же, прошу не забывать. Но при этом пластмасса весьма эластичная, судя по отсутствию в кабине калёного крошева. Да, окна подёрнулись сеткой трещин, но таких, знаете, в складочку. И боковые стойки лишь чуть погнулись, погасив ударную нагрузку. Да что там, я бы, пожалуй, вообще отделался лёгким испугом, если бы не Серхио, который не вывалился в салон со спального места лишь благодаря тому, что зацепился ногами за спинку моего кресла. А ещё при крушении долбанул мне по затылку коленом. Аж искры из глаз посыпались, блин!
Но всё это я осознал лишь через несколько секунд после инцидента, а до того пялился на дорогу, повиснув на ремнях, и неосознанно отсчитывал силуэты траков в облаках пыли – один, два, три… последний наверняка броневик эсбэшников, а первые два – номера четырнадцатый и пятнадцатый, что шли в ордере следом за нами. Это что же получается, они нас… бросили?! Тупо объехали завалившийся на бок грузовик, и дали по газам?! Сбежали?! Вот ведь твари!..
- С-сука! – простонал Джонни где-то наверху. Видеть я его не мог по той причине, что на меня всей тушей навалился Серхио, причём Серхио бесчувственный. – П-парни, в-вы как?..
- Хре… тьфу! Хреново! – кое-как продышался я. – За нами же… вернутся?! Джонни? Вернутся же? Джонни, эй!
- Хрен ты угадал, Генри. – Водила, судя по характерному звуку, размазал кровь по лицу и попытался прочистить сломанный нос: – Тьфу, м-мать! С-сука!..
- Но… почему?! Надо дать им знать, что мы живы! Вызови их! Рация целая же!
- Бесполезно, с-сука! Инструкция, м-мать её!
- Хефе?! – заворочался Серхио, и сразу же вскрикнул: – Дьявол! Нога!
- Что?!
- К-кажется, сломал…
- Не кажется, а так и есть, - угрюмо подтвердил водила. – Но вроде не открытый перелом… кость не торчит. Только я почему-то в кровище… а, ясно! Ты, толстый, мне лоб ботинком рассадил! И нос ещё!
- А я вроде цел, - сообщил я товарищам по несчастью, прислушавшись к организму. – Может, надо вылезти и попробовать убежать?
- Куда? В саванну? Там тебя быстро схарчат, опомниться не успеешь.
- И… что же теперь?
- Молись, если хоть в кого-то веришь.
- Всё настолько хреново?!
- Хуже, чем ты думаешь, Генри. Нас бросили, и возвращаться не будут – по инструкции не положено. С-сука! Подыхать-то как не хочется!
- Да что за хрень, амиго?! С хрена ли не положено?!
- «Дикие» не стали устраивать засаду и громить весь конвой, значит, у них сегодня цель одна – грабёж, - устало и как-то отстранённо пояснил Джонни. – В таких случаях они довольствуются тем, что удалось отсечь от колонны, то есть нами, парни. Есть негласное правило: если ход потеряло не более трёх траков, остальные сваливают и не пытаются отбить нападение. Потому что бой в таких условиях… нерентабелен!
Последнее слово Джонни буквально выплюнул, а я припомнил фразу Мика Галлахера: мне надоело терять своих людей. Так вот что он имел в виду! А у меня шок, кстати – слишком уж отстранённо, почти как Джонни, я воспринимаю окружающую обстановку. Мне бы сейчас самое время паниковать, в истерику сорваться или хотя бы поматериться вслух, но нет, тупо вишу на ремнях, а перед глазами всё плывёт. Да и голоса товарищей по несчастью как сквозь вату пробиваются. Знакомое ощущение. Сотряс схлопотал, что ли?
- Что делать-то, амиго?!
А Серхио проняло до печёнок, судя по испугу. И, похоже, трясёт его.
- Ничего! – зло буркнул Джонни. – Сидим тихо и не рыпаемся. Может, не тронут… если развлечься не захотят! Пересидим в кабине, а дальше… дальше видно будет!
- Что-то не слышу уверенности, - отстранённо констатировал я. – Можешь нас не жалеть, друг.
- Если им нужен трак, то нас они выкурят, - обрисовал нашу дальнейшую перспективу Джонни. – А если только груз… или если нам ходовую разнесло ракетой, то могут к нам и не сунуться. Руду заберут, и всё… чёрт!
- Что это, амиго?! – с удвоенной силой запаниковал Серхио, когда что-то несколько раз ударило по пластиковой обшивке кузова. – Не хочу!!! Твари!!! А-а-а-а!!!
- А куда ж ты денешься, м-ма…
Договорить Джонни не успел – наш трак дёрнулся, на мгновение завис в неустойчивом положении на трёх боковых колесах (или сколько их там осталось)… и грузно ухнул на всю ходовую. Из которой, как незамедлительно выяснилось, уцелели только две задних оси. Переднюю либо оторвало целиком, либо разодрало к демонам оба твила. Похоже, повезло нам, что трак выполнен по капотной схеме – перед кабиной багажное отделение и отсек с резервным аккумулятором – иначе та ракета превратила бы нас в фарш.
- Значит, трак им не нужен, - усмехнулся водила, но как-то не очень весело.
- Есть шанс? – простонал Серхио, которому снова досталось больше всех.
- Есть, - хмыкнул Джонни, - но призрачный. До Мэйнпорта мы всё равно самостоятельно не доберёмся. Только ждать попутку. И это в том случае, если «дикие» нас не грохнут.
- А если попробовать… договориться?
- И что же ты им предложишь, Генри? Собственную задницу? Сомневаюсь, что они на неё позарятся. Да и я лучше тогда… сам…
- Эй, эй, амиго, не торопись! – засуетился Серхио. – Ты только за меня не решай, лады?!
- Поверь, толстый, лучше самому.
- А я не хочу!!!
- Да им насрать… ты на их рожи глянь! И в буркала!
Твою дивизию… так вот вы какие, «дикие»!..
Признаться, глядя на атакующие багги, я представлял их владельцев как типичных «всадников постапокалипсиса» со всеми сопутствующими атрибутами вроде кустарной брони из бросового металлического хлама, кожаной одежды «а-ля садо-мазо», причёсок-ирокезов и страшных размалёванных рож. И ещё обязательно должны быть топоры и прочее колюще-режущее, ну и цепи, куда же без них. А тут… да блин! Не скажи Джонни, что это «дикие», я бы запросто принял их за обитателей фавел Мэйнпорта. На вид люди как люди: белые, смуглые и даже пара чёрных, без пирсинга и устрашающих железок, не особо грязные, скорее пыльные, что легко объяснимо. Ожерелий из отрезанных ушей или чего-то в том же духе не замечено. Комбезы как комбезы, разве что сильно заношенные. У кого-то с обрезанными по колено штанинами, у кого-то нет. У кого-то бритые черепа, у кого-то растрёпанные волосы. На ком-то даже дрэды, если не ошибаюсь. И у каждого как минимум один ствол – в кобуре, на плече или за спиной. Но у большинства штуки по три, видимо, на случай отказа одного или двух, ага. А также прочая амуниция на ремённых подвесных системах. Что-то подобное я видел в какой-то исторической книге… портупея, вот! Обувь – уже знакомые мне тяжёлые берцы, но с «украшательствами» в виде цепочек, шипов и металлических набоек. Такие ботинки сами по себе оружие, если разобраться. При этом действуют «дикие» совершенно осознанно: насколько я мог видеть со своего места, две машины, те, что полегче, закрутили вокруг нашего трака «карусель», явно охраняя коллег, а три грузовика, размалёванных абстрактными граффити, пристроились к нам в хвост. Из них горохом высыпались «дикие» чуть менее брутального вида (даже девки мелькнули… вроде бы) и завертелась стандартная при грабеже суета: кто-то вскрывал кузов, кто-то вытягивал контейнеры, задействовав явно для этой цели изготовленные крюки, а кто-то перетаскивал добычу в свой транспорт. Всё это я наблюдал в зеркало заднего вида, но так, одним глазком, потому что основное внимание приковала к себе колоритная троица персонажей – здоровенные лбы, увешанные оружием по уши. Эти вылезли из одной машины, припаркованной напротив кабины нашего трака, и сейчас пялились на нас, обмениваясь задумчивыми репликами. А также время от времени тыкали в нас пальцами, чтобы у заинтересованной стороны никаких сомнений не осталось, о чьей судьбе идёт речь.
- Джонни? – нервно сглотнул я. – Чего это они?
- Обсуждают, как нас лучше приготовить! – рыкнул тот. – В котле сварить со специями, или на вертеле поджарить! С-сука! Надо было мёртвыми притвориться! Глядишь, и не заинтересовались бы…
- Ты серьёзно, амиго?!
- Нет, мля, шучу!
- Они собираются нас сожрать?!
- Возможно.
- Не хочу!!! А-а-а-а!!! Всех порву!!!
- Серхио! Успокойся, я сказал!
- Убью, твари!!! А-а-а-а!!!
Да что это с ним?! Только что от страха едва не заикался, а тут такое геройство?! С катушек слетел, как Кэм предупреждала? А что триггером послужило?! Неужели этот совершенно безумный взгляд, который предводитель – самый здоровенный, но при этом и самый слабо вооружённый «дикий» – вперил в моего коллегу? Согласен, тут впору пустить жидкого. Слишком уж силён контраст между внешностью типичного молодого латиноса и пустыми… как там Джонни выразился? Точно – буркалами! Аж жуть берёт…
- Пор-р-р-рву!!!
- Серхио, мать твою!!! Сиди смирно!
Куда там! И откуда только прыть взялась! Про сломанную ногу мой помощник, такое ощущение, напрочь забыл. Или она не сломана, а просто вывихнута в колене? В любом случае, нормально передвигаться он не мог по определению… и, тем не менее, умудрился выбраться в салон со спального места, подтянуться на руках до моей двери, открыть её (!) и вывалиться наружу, попутно пробороздив мне всё, что только можно, локтями, коленями и ботинками. Ладно хоть по роже не попал, когда соскальзывал на порог и дальше в дорожную пыль.
Не знаю, что меня заставило так поступить, но дверь я сразу же захлопнул и не забыл заблокировать, ткнув специальную пимпочку: хоть какая-то защита! Впрочем, если «дикие» начнут палить из всех стволов… но пока что на Серхио отвлеклись. А тот, к моему безмерному удивлению, впал в ещё большую ярость – завалившись на подломившуюся ногу, пару раз перекатился, но всё же поднялся и рванул к цели, то и дело припадая на поврежденную конечность. В руках у него я с изумлением разглядел пару отвёрток, которые он неведомо когда успел извлечь из инструментального набора.
- А-а-а-а-а!!! Пор-р-р-рву, пендехо!!!
- Сука-сука-сука… - зачастил слева Джонни, суетливо срывая с себя ремни, но я на него отвлёкся постольку-поскольку: перед искорёженной мордой нашего грузовика разворачивалась самая настоящая драма.
Началось всё с того, что Серхио лихим наскоком попытался дотянуться до главаря. Но тот без труда увернулся, сместился в сторону и ловким пинком выбил у моего впавшего в боевое безумие помощника одну отвертку. От размашистого удара второй он ушёл столь же легко, но контратаковать не стал – за него сработали телохранители: один безжалостно врезал по ноге Серхио, окончательно доломав её в колене, а другой долбанул ему по загривку прикладом какого-то оружия… вроде бы помпового дробовика, если я правильно идентифицировал. Ну не силён я в огнестреле, особенно в охотничьем! Винтовку от дробана отличу, и револьвер от пистолета, но не более того. Про марки вообще не в курсе, а эти, очень похоже, вообще самоделки. Или сборная солянка из более-менее подходящих друг к другу комплектующих.
- Сейчас, толстый, сейчас… погоди чуток, братан… сука-сука-сука…
А он-то чего суетится?! Да твою же мать!!! Не дотянусь ведь до двери, если Джонни тоже вылезти вздумает… отцепить ремень, срочно… блин, почему пальцы скользят? И почему меня крупной дрожью колотит?! Что за хрень вообще?!
За пределами кабины громко бахнуло, и Серхио заорал – страшно, на одной ноте… я против своей воли перевёл взгляд на разворачивающуюся драму и чуть не оцепенел от ужаса: мой помощник катался по дороге, зажав руками фонтанирующий кровью обрубок правой ноги. Недостающий кусок валялся тут же, но я предпочёл не фокусироваться на нём, иначе вряд ли бы сохранил ясный рассудок. Вместо этого я сосредоточился на главаре, который с усмешкой наблюдал за раненым, и громадным усилием воли заставил слушаться пальцы, которые, наконец, нащупали замок ремня. И вовремя – как раз в этот момент щёлкнула левая дверь, и Джонни соскользнул с кресла, по-змеиному вывернувшись из-под рулевой колонки. Уже в следующее мгновение он оказался снаружи и двинулся к «диким» с пистолетом на изготовку, на ходу фиксируя первую цель – судя по всему, главаря. Я развязки дожидаться не стал, распластался на сиденьях и дотянулся-таки до двери, от души ей грохнув. А Джонни как раз в этот момент открыл огонь, вообще никак не среагировав на шум за спиной. Правда, эффективность его стрельбы оказалась ниже всякой критики – он успел пальнуть трижды, и все три пули ушли в «молоко». Один из телохранов ответил из дробовика, украсив левую половину лобовухи россыпью оспин от картечи. Что самое характерное, не сквозных. Это я зафиксировал боковым зрением, попутно отметив, что Серхио тоже из этого ствола прилетело. А вот главарь из своего монструозного револьвера не промахнулся, и голова нашего водителя в буквальном смысле слова разлетелась на куски от попадания в лоб. Это стало для меня последней каплей: я скрючился в рвотном спазме, выметав под сиденье весь завтрак… а потом растёкся амёбой по сиденьям. Сознание помутилось, и дальнейшие события я воспринимал отстранённо и исключительно на слух. Какие именно? Да эти уроды Серхио добили. И ладно бы сразу в жбан стрельнули… но ведь нет! Судя по его воплям, предварительно и остальные конечности отстрелили к демонам. Забавлялись они, видите ли…
Не знаю, как долго я так вот, расплывшись, пролежал… может, минуты, а может, и часы. Неопределённое состояние, как при высокой температуре, когда можно просидеть хоть целый день, уставившись в одну точку, и этого не заметить. В любом случае этого времени с запасом хватило, чтобы истерика сошла на нет, и я вновь на собственной шкуре прочувствовал весь леденящий ужас ситуации. Такой, знаете, когда руки-ноги отказываются повиноваться, и всё вокруг кажется нереальным. Как дурной сон. Как кошмар. Только избавиться от этого кошмара не получится, потому что проснуться нельзя. Оцепенел я, короче. И очнулся, когда водительскую дверь чуть не вырвали с «мясом», причём снаружи. Я аж охренел от невероятной силищи. Такое ощущение, что трос прицепили и траком дёрнули… хотя почему ощущение? Так оно и есть! Ладно хоть петли… или что там вместо них, целые остались, только каркас покорёжили да защёлку выломали. Впрочем, много ли им надо, пластмассинам? Потом появилась пара мускулистых ручищ, которые сграбастали меня за ворот, безжалостно вытянув из мнимой безопасности кабины на свет божий. Собраться я не успел, а потому ударился коленями сначала о порожек, а потом о грунтовку. Но хотя бы носом не пропахал, за что благодарить нужно «дикого», который рывком поставил меня на ноги. Зато я смог его рассмотреть, опознав одного из телохранов главаря. Здоровенный, гад! Тут бы мне опять в амёбу превратиться, да к тому всё и шло… но я перехватил абсолютно безумный взгляд буркал «дикого», поспешно отвёл глаза и наткнулся на крайне неприглядную картину: второй телохран намеревался отхватить обезглавленному Джонни руку. Правую, в которой был мёртвой хваткой зажат пистолет. Блестящим и даже на вид зловещим мачете, очень похоже, что титановым. Именно в этот миг откуда-то из глубины груди поднялась волна всесокрушающего гнева. Вот честно, не ожидал от себя. Да и не было такого раньше, даже в самых критических ситуациях и в самых отчаянных противостояниях на ринге. А тут вдруг накатило…
... в последний момент «дикий» насторожился – видимо, мелькнуло у меня что-то такое во взгляде – но предпринять ничего не успел: я от души боднул его в нос, для верности ещё и дёрнув на себя за кожаную жилетку. Отчётливо хрустнуло, «дикий» отшатнулся, но отпускать его я не собирался – захват за затылок, протяг на себя, удар коленом в живот… теперь другим… и ещё… и ещё… и ещё! Классика муай-тай всегда классика, особенно если последним ударом зарядить обмякшему врагу в голову. Один готов. Если даже и не вырубился, то с раздробленными рёбрами и свёрнутой челюстью уже не боец. Сколько там ещё? Десять? Двадцать? Выходи по одному, мрази!..
Второго телохранителя, бросившегося на меня с мачете, я, к собственному удивлению, встретил техникой дзю-дзюцу, которую толком ещё не освоил. Но в критической ситуации тело справилось без участия мозга: блок, удар в кадык, шаг, поворот, рывок на себя, скручивание… и вот уже «дикий» катится по утрамбованной пыли в одну сторону, причём с переломанной в двух местах рукой, а блестящий клинок летит в другую.
Теперь передо мной остался только главарь, на лице… то есть роже которого играла предвкушающая ухмылка: мои геройства он явно оценил. Но, к моему изумлению, за ствол хвататься не стал, а просто и без затей обрушил на меня размашистую оплеуху, удивительно точно просчитав дистанцию. Вот только моей реакции не учёл, да и откуда ему знать-то? И в результате словил левый боковой в челюсть, поскольку от его удара я легко ушёл стандартным нырком, оказавшись в наивыгоднейшей позиции для контратаки. Правда, теперь настала моя очередь охреневать – такое ощущение, что я попал по скале. Хорошо, руку в запястье не сломал, только стесал кожу с костяшек. Тем не менее, главарь отшатнулся, и я незамедлительно воспользовался шансом, вложившись всей массой во фронт-кик, угодивший ему прямо в солнечное сплетение. Это, наконец, подействовало – «дикий» с донельзя изумлённым видом сел на задницу. Но и мне развить успех не удалось: сзади что-то тяжёлое ударило под колени, и я тоже растележился в пыли. Подобрались с тыла, твари. И это явно кто-то из грузчиков. Ну а потом мне только и оставалось, что сжаться в позе эмбриона и принимать безжалостные пинки, которыми меня засыпали сбежавшиеся на шум «дикие», на рёбра, предплечья и затылок… ну и молиться, чтобы всё это побыстрее закончилось. Пересилить рефлексы и осознанно подставиться под удар я не смог, хоть и прекрасно понимал, что лишь продлеваю собственную агонию.
Глава 3-2
-//-
Разрез «Северный» – Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК
- Хватит!
Резкий окрик вкупе с выстрелом в воздух до моего затуманенного сознания дошёл с трудом, но избиение незамедлительно прекратилось. Я даже не сразу осознал, что меня перестали в буквальном смысле слова втаптывать в слежавшуюся пыль, настолько был охвачен волнами боли. Но осознав, скрючился ещё сильней: поди пойми, с какой целью главарь остановил подручных? Может, решил лично позабавиться проверенным способом… это я про Серхио, если что. В горячке драки я на трупы внимания не обратил, но прямо сейчас перед глазами стояли мимолётом выхваченные кадры: безголовый Джонни в луже крови, и чуть поодаль мой коллега с изуродованными конечностями и отсутствующей верхушкой черепа. Вот ведь мерзость… чуть снова не вывернуло. Или это от многочисленных пинков, пробивших защиту? Потроха мне качественно отбили, так чего я тошнотикам удивляюсь?..
- Отошли от него, быстро!!!
Чёрт! А ведь он по-испански говорит! И почему я его понимаю? Не замечал за собой особых способностей к языкам, вполне обходясь русским и интером. Или это недели в компании рекрутов и бригадира Хесуса сказались? Почему нет, собственно? Хотя более вероятно, что по контексту догадался, плюс заключительное «рапидо». М-мать, не о том думаю, не о том… снова защитная реакция мозга? А ещё все открытые участки кожи горят огнём, как от солнечных ожогов… что за ерунда вообще? Не могли же мне шкуру содрать подошвами ботинок? Рассадили однозначно, да и царапин немеряно, но чтобы целиком? Сомнительно, конечно, но в теньке бы я сейчас оказался с удовольствием. Только где его взять, тенёк-то?..
Кто-то массивный навис прямо надо мной, прикрыв от лучей Гаммы-6, но облегчения почувствовать я не успел – меня грубо пихнули ботинком, заставив перевалиться на спину и разметать конечности, но снова закрыться уже не дали, придавив всё той же ножищей. Да так, что аж грудная клетка затрещала. Впрочем, возмущаться я не стал, поскольку всю охоту к разговорам отбил револьверный ствол, с моей текущей позиции больше похожий на глубокий колодец, со дна которого поднималось дыхание самой смерти.
- А ты неплох, пендехо! – процедил главарь, сверкнув выщербленным зубом. Моя работа, что ли? Кстати, теперь он на интер перешёл. – Хорошая жертва! Великий дух будет доволен!
Это ещё что за сущность такая? Латиносы обычно придерживаются католической веры, в крайнем случае, принадлежат к последователям Санта-Муэрте, что суть секта того же католицизма. А тут дух, да ещё и Великий? Маниту, что ли? Не похож он на коренного американца или их потомка. Вообще какой-то бред…
- Ты сильный воин, гринго, - продолжил между тем расписывать мои достоинства главарь. – Ловко бьёшься! Не побоялся напасть на нас с голыми руками!
- С-сам… тьфу! Сам в шоке! – прохрипел я. – М-может, н-не надо?..
- Обязательно надо! – заверил предводитель, вперив в меня бегающий взгляд. Твою дивизию! Да он же полный неадекват, такое ощущение, что на галлюциногенах. Неудивительно, что ему сверхъестественные сущности чудятся. – Твою руку направлял сам Великий дух! И он говорит мне, что жертва достойная! Помолись своему богу, если веришь, гринго. Скоро ты встретишься с Великим… ЧТО?!
Ф-фух!.. Отвлекли… не знаю, надолго ли, но хотя бы с меня главарь слез. И на пару шагов отступил. Очень вовремя – теперь я мог относительно нормально, с учётом переломов рёбер, дышать. А заодно прислушиваться к происходящему. О чём болтают, фиг знает – слишком быстро и эмоционально, особенно прыткий типок, который то и дело тыкал пальцем в наш разгромленный трак и грузовики «диких». Типа, объясняет, что всё готово и можно валить? Кстати, а трак-то наш ободрали уже, включая кабину. Даже уцелевшие твилы открутили. Вот это скорость! Высший пилотаж мародёрства в полевых условиях, м-мать.
- Ладно! – рявкнул, наконец, главарь. – Уходим!
Ну, или что-то в этом роде, потому что все «дикие» порскнули по машинам. Рядом со мной остался лишь главарь с одним телохранителем, тем, что отделался переломом руки. И думал предводитель явно о чём-то нехорошем, причём это нехорошее напрямую касалось меня, судя по злобному взгляду.
И знаете, как в воду глядел: по результатам раздумий главарь снова навёл на меня свою монструозную пушку. Прямо в лицо, ага. И палец на спусковом крючке напрягся, выбирая свободный ход. Конец, что ли? Странно, но последнего мгновения в своей жизни я дожидался совершенно спокойно, меня даже дрожь бить перестала.
Если ничего не можешь поделать, хотя бы уйди достойно. Скорей бы уже… чего он медлит? Ого! Револьвер опустил… мало того, ещё и в кобуру сунул. Да что вообще происходит?!
- Пойдём, Пепе!
Да ладно! Чтобы мне, и настолько повезло? Где бы записать…
Между тем поражённый не меньше меня Пепе что-то возмущённо зашипел на испанском и потянулся здоровой рукой к дробовику, но главарь пресёк попытку неповиновения в зародыше:
- Оставь, я сказал! Этот гринго слишком хорошая жертва! Великий дух желает испытать его судьбу!
- Уверен, хефе? – перешёл на интер и телохран. – А как же моё право на месть? А как же Хорхе?
- Он бился с вами честно! – отрезал главарь. – Идём, я сказал.
- Да, хефе! – прорычал телохран.
Шагнул было вслед за потерявшим ко мне интерес предводителем, но оглянулся и прошипел:
- Рано радуешься, пендехо! Пуля в голову лучше, чем зубы бегунов-чита! Удачи не желаю, не поможет!
- Эй!
- Чего, пендехо?
- Я тебя запомнил.
- Ну-ну… очень смешно, пендехо!
- Пепе!
- Иду, хефе! Бывай, гринго! – сплюнул напоследок телохран и бросился догонять раздражённого главаря.
А я лежал на жёсткой земле, вперив невидящий взгляд в безоблачное небо, и не верил своему счастью. Вот только счастью ли?..
… давно уже улеглась пыль, вздыбленная траками «диких», да и гул электромоторов, казалось, навечно поселившийся в ушах, стих, а я всё никак не мог заставить себя пошевелиться. Неужели выжил? Да, жестоко избит. Да, всё тело ноет от боли. Да, один в саванне. Да, без оружия, хотя есть кое-какие варианты. Но ведь жив! А значит, есть шанс? До темноты ещё долго, можно попробовать идти в сторону Мэйнпорта, а там, глядишь, кто-нибудь и подберёт… например, спасательный отряд. Или патруль СБ… не могут же в городе просто на нас наплевать, записав в приемлемые потери? Или могут?.. Всё равно двигаться лучше, чем лежать и ждать у моря погоды. В крайнем случае поищу какое-нибудь укрытие и в нём скоротаю ночь, чтобы на следующий день продолжить движение…
- Р-р-р-р-р!!! – донеслось откуда-то сбоку, и я сам не заметил, как оказался на ногах.
Мало того, ещё и к траку отскочил, чтобы хоть какая-то преграда на пути неведомого хищника появилась. Да вот хотя бы пассажирская дверь… или вообще в салон забраться… ф-фух, успел… теперь абстрагироваться от волн боли из переломанных рёбер и отбитых внутренностей, и осмотреться, как следует. А там видно будет, что дальше делать.
Собственно, так и поступил, поскольку окна кабины, несмотря на трещины и картечные оспины, кое-какую обзорность обеспечивали. И уже через пару секунд издал разочарованный стон: долбаный Пепе, накаркал! Компанию мне в текущий момент, помимо почивших соратников, составляли поджарые хвостатые кошки числом две. Здоровенные, сука. С земного леопарда. Да-да, те самые бегуны-чита, я их хорошо запомнил ещё со вчерашнего дня, когда парочку таких же эсбэшники отогнали. Подкрались зверюги абсолютно незаметно, можно сказать, повезло, что одна из тварей предупредила меня рыком. Видимо, решила припугнуть потенциального конкурента за пиршественный «стол». Каковым, как бы цинично это ни звучало, являлся Серхио – кошки заявились как раз с его стороны. Одна из них сейчас активно обнюхивала безжизненное тело, а вторая рычала на меня, совершенно по-собачьи вытянувшись в струнку.
Н-да, ситуация… с одной стороны, укрылся. Ну, хоть как-то. С другой – с испугу неверно оценил обстановку и сам себя загнал в ловушку. Вот что делать, если тварюги решат полакомиться свежатинкой? Вряд ли, конечно, при наличии такого количества падали… м-мать, это же я про Серхио и Джонни! А куда деваться? Факт есть факт… а я безоружен и избит, так что о бегстве нечего даже и думать. Да и куда бежать? На открытой местности кошки меня в два счёта догонят и порвут. Чисто из принципа. Или спортивного интереса, как вариант. И что теперь? Ну, допустим, двери я заблокирую… правая целая, и замок работает. А левую можно изнутри притянуть стяжками для кабелей, которых у меня при себе целый пучок. И за что зацепить найдётся. А дальше-то что? Кто даст гарантию, что они окна не высадят? Когтища-то вон какие! Но лобовуха картечь выдержала… сидеть на попе ровно и ждать? А если они нажрутся и спать лягут где-нибудь поблизости? Или остальная стая пожалует? А что твари голодные, это к гадалке не ходи – вон как облизываются! А одна уже по кровавому пятну на дороге языком елозит и этак нехорошо на меня косится. Про вторую, которая по-прежнему рычит, и вовсе молчу. И отбиться нечем… а нечем ли?! М-мать!
Вовремя я в водительское окошко покосился. Одного взгляда хватило, чтобы мозг прострелила нехитрая логическая цепочка: Джонни – пистолет – тесак. Да-да, вы не ослышались, Пепе мародёрку до конца так и не довёл. Мало того, ещё и мачете забыл подобрать. Или сознательно бросил, как не оправдавшее надежд. Кто их, «диких», разберёт? Может, у них ещё и культ оружия какой-нибудь присутствует. В любом случае, если не доводить ситуацию до абсурда, то есть не дожидаться, когда кошаки подберутся поближе к траку, то можно и попытаться. Быстрый рывок к клинку, потом к трупу, один взмах – и вуаля! Но это в идеале, конечно же. На деле хрен знает, как долго придётся с рукой провозиться – я ни разу не мечник, но по опыту разделки говяжьих рёбер могу сказать, что кость вот так вот запросто не разрубишь. А что тогда? Да пофиг вообще, другого варианта всё равно нет. Продышаться только напоследок, да заранее стяжки подготовить, чтобы потом не рыться лихорадочно в инструментальном поясе. Который с меня, кстати, снять не удосужились. Ф-фух, вроде готов!..
Где там твари? Ага, понятно… одна по-прежнему Серхио обнюхивает, решая, с какого края подступиться, а вторая… блин! Да она же к траку крадётся! Всё, пошёл, Олежек, пошёл-пошёл-пошёл!..
Стараясь особо не шуметь, я отворил водительскую дверь и в меру возможностей тихо выскользнул из кабины. Застыл на миг, прислушавшись, но тональность рыка не изменилась, так что дожидаться более благоприятного момента я не стал и рванул к тесаку. Всего несколько метров, но как же тяжко они мне дались! Как не скрючился от боли в рёбрах, сам не пойму. Но вот нагнуться не получилось, пришлось припасть на колено и, подхватив клинок, вслепую рубануть за спину – на случай, если кошак уже примеривается к броску. Но и на этот раз пронесло, бегуны-чита всё ещё держались поодаль. Правда, второй, тот, что помельче (самка?), таки принялся грызть покалеченную ногу Серхио. Странно, но на этот раз я не ощутил ни малейших признаков тошноты. Да и удивительно было бы, учитывая, чем я прямо сейчас намереваюсь заняться.
До тела Джонни с моей текущей позиции было метров пять, не более, и в этот раз я решил положиться на скорость, а не скрытность – всё равно труп кошакам видно. Главное, чтобы жадность в самце не взыграла, тогда есть шанс обойтись вовсе без стычки… или нет? Почти у кабины уже, скотина. Правда, с другой стороны. Так что не тормозим, дорогой товарищ Олег, не тормозим!..
Первый удар получился точным, но недостаточно сильным – кости отчётливо хрустнули под клинком, но кисть не отделилась. На моё счастье, опять же, потому что где гарантия, что она не отлетела бы в траву? И ищи её потом. Сам по себе кусок плоти меня не интересовал ни с какой точки зрения, и особенно с гастрономической. Но в безжизненной пятерне зажат пистолет с деактивированной защитой, а значит, готовый к использованию. Собственно, ради него я и затеял это крайне сомнительное мероприятие. И второй удар нанёс уже осознанно, с учётом полученного опыта, придержав вожделенный приз рукой. И ведь почти перерубил! Но пришлось отвлечься на шум – чёртов кошак (а кто ж ещё?!) тоже решил форсировать события и в два прыжка сократил дистанцию до критической. Правда, последний прыжок до логического довершения не довёл – нарвался на мачете. Отмахнулся я почти не глядя, на одних рефлексах, но попал удачно. Вот только рукоять в момент контакта с целью провернулась в потной ладони, и кошак получил по мордасам клинком плашмя, а не режущей кромкой. Впрочем, и этого хватило, чтобы он, обиженно взвыв, отпрыгнул назад. Пару секунд мы играли в «гляделки», разделённые тесаком в моей вытянутой руке, а потом я обрушил последний удар на размочаленное запястье Джонни. Вскочил на ноги, не забыв сграбастать трофей, и попятился к кабине трака, размахивая мачете перед носом рассерженного зверя.
Напасть чита решился уже в самом конце, когда я почти упёрся спиной в дверь. И даже проявил зачатки тактического мышления, напрыгнув довольно хитрым образом – сначала просто и без затей, прямо на меня, но затем умудрился подправить траекторию, приземлившись в стороне от первоначальной линии атаки, и ринулся на цель сбоку. Этакой буквой «Г», как конь в шахматах. Но я этот момент легко раскусил и умудрился отмахнуться тесаком, на сей раз попав как следует, заточенной частью. Об удачном попадании возвестили обиженный вой и поспешная ретирада для перегруппировки и повторного нападения. В намерениях зверюги я не сомневался, поскольку взгляд её не обещал ничего хорошего, а потому поспешно, хоть и неуклюже, протиснулся в кабину, успев захлопнуть дверцу перед носом кошака. Тот с разбегу въехал в кабину всей массой (увесистая тварь, судя по удару), отрикошетил и напрыгнул повторно, едва не прищемив мне ногу, провалившуюся в щель между дверью и каркасом. Еле успел в салон втянуть, блин! Но при этом с перепугу выронил и мачете, и с таким трудом обретённый ствол. Хорошо хоть, не наружу. В любом случае, пришлось хорошенько повозиться, нашаривая трофей левой рукой и придерживая дверь за ручку правой: чита сообразил-таки её не толкать, а царапать. Будь исправен замок, то и наплевать, а так с трудом удержал. Ну а нащупав, отпустил ручку и рухнул спиной на оба кресла, взяв оружие на изготовку. Ну, как взяв? Облапил отрубленную кисть обеими ладонями, чтобы хоть как-то контролировать, и попробовал спустить курок, надавив на ещё не успевший окоченеть палец Джонни.
К моему безмерному удивлению, это удалось. Вот только выстрел здорово ударил по ушам. Аж зазвенело, если честно. И зверюга, кстати, его услышала, только не сумела идентифицировать: снаружи он прозвучал сильно глуше. Тем не менее, этого хватило, чтобы кошак застыл – это я понял по прекратившимся попыткам выцарапать дверь. Может, съе… отставить! – сбежит в ужасе? Это было бы идеальным разрешением сложившейся ситуации… но нет, опять по двери лапищей мазнул. Что ж, котик, ты сам выбрал свою судьбу.
Поскольку дверь я больше не удерживал, чита умудрился-таки подцепить её когтем. Та распахнулась, и на меня уставилась окровавленная и ощеренная морда с прищуренными злыми глазами. Я в ответ уставился на неё и усмехнулся:
- Привет!
Выстрел на сей раз получился достаточно точный – не в потолок, не в боковое окно или в лобовуху, а в зверя. Жаль только, что снова вскользь: пуля всего лишь разлохматила ухо тварюги. Впрочем, и этого вкупе с грохотом хватило, чтобы у кошака сдали нервы, и он с обиженным визгом бросился наутёк от больно кусающихся странных штуковин, пахнущих пластиком, кровью и смертью. Стрелять ему вслед я не стал, просто облегчённо выдохнул, убедившись, что и его подружка, что называется, сделала ноги.
Неужто отбился? Похоже… вот только и дальше торчать в кабине не самый лучший выбор, нужно как-то укрепляться. И вообще, подготовиться к появлению гостей. Например, оттащить трупы с дороги, чтобы следующие визитёры держались поодаль от трака. Плюс осмотреться, может, в кузове надёжнее? Сидеть мне тут ещё долго, как минимум до того момента, как обезболивающее подействует. Которое тоже ещё, между прочим, вколоть нужно. Но это потом, когда от тел избавлюсь. Пока же надо торопливо и не обращая внимания на кровь Джонни, сочившуюся из обрубка запястья, привязать к пистолету что-то вроде темляка из куска провода, накинуть на собственную руку да браться за дело.
С крайне неприятной, но необходимой работой управился за несколько минут: сначала отволок Серхио в траву на обочине, метров этак на двадцать от трака, при этом то и дело оглядываясь и вздрагивая на любой шум, потом вернулся к водиле. С Джонни пришлось полегче, причём во всех смыслах, поскольку он и не такой массивный, и потенциальные желающие поживиться свежатинкой отвлеклись на Серхио. Не возьмусь утверждать наверняка, но очень похоже, что моя знакомая парочка уже к нему пристроилась. Ну и ладно, лишь бы ко мне не лезли… естественно, Джонни я отволок в другую сторону, не забыв предварительно пошарить по карманам. Серхио мародерить я не стал, поскольку прекрасно представлял, что у него с собой может быть. Совершенно верно, то же, что и у меня. А зачем мне два комплекта всякой всячины, если это не жратва и не оружие? Правильно, незачем. Да и у водилы ничем не разжился, если честно. Только запасной магазин к пистолету подрезал, хоть и прекрасно помнил его слова о невозможности перезарядки при отказавшем детекторе отпечатков пальцев.
На обратном пути заглянул в кузов, удостоверившись, что двери фургона тоже порядочно изувечены, но зафиксировать их изнутри при помощи имевшихся в наличии подручных средств вполне реально. А вот выворотить снаружи без тросов, крюков и тягача, или хотя бы взрывчатки, не получится. И план сложился сам собой: лезу в фургон, запираю его изнутри, ширяюсь всем, до чего дотянусь… и отдыхаю. В идеале, до завтрашнего утра, потому что даже на обезболивающем куда-то переться в моём текущем плачевном состоянии мысль так себе. Ну а в идеале, потому что я вовсе не уверен, что до оного утра дотяну. И отмудохали знатно, и саванна полна сюрпризов. Смертельных сюрпризов, если на то пошло. Ну а когда проснусь, будет видно. Если проснусь, хе-хе.
Откладывать реализацию плана на потом было себе дороже, так что в фургон я вернулся довольно быстро. Лишь ещё раз наведался в кабину за обнаруженным НЗ, включавшим пару банок консервов, бутылку воды и пачку галет. Спасибо тебе, запасливый Джонни. Ну и мачете подобрал, конечно. Не бросать же столь добротный предмет по примеру незабвенного Пепе? Вот и я так думаю. Плюс ободрал сиденья, став счастливым обладателем пары полутораметровых кусков полимерного шнура, четырёх подушек из губчатой резины и энного количества обивочной ткани. Ну да, к ночлегу подготовился. По собственному опыту знаю, что ночью прохладно, и это дома, в постели под одеялом. А здесь и сейчас, в пустом пластиковом «гробу», и околеть недолго.
Задохнуться я не опасался, оправляться же решил в щель в дверях, добротно стянутых шнурами, но покореженных «дикими». А если приспичит «по-большому», пожертвую один угол. С вонью придётся смириться, как и с отсутствием комфорта. Хорошо хоть, не на голом пластике буду валяться – подушки с сидений позволили соорудить неплохое ложе, а обивкой с них же можно укутаться. И видеть цветные сны, ага. Говорят – говорят! – что от некоторых медикаментов из походной аптечки неплохие приходы бывают. Что ж, проверим на практике, благо таблетки мне сейчас ни к чему, обойдусь шприц-тюбиками. Зато вколю сразу три: пейнкиллер, противоаллергическое и противоотёчное. Ну а к утру полюбуемся результатом.
Вроде всё, можно и расслабиться… вот разве что инвентаризацию проведу, пока лекарства не подействовали. Итак, что мы имеем? Еда, вода – понятно. А из средств защиты? В этом плане, в принципе, тоже всё неплохо: пистолет, наследие покойного Джонни, с восемью патронами (три он расстрелял сам, ещё два я) и запасной магазин с тринадцатью, плюс мачете. Как перезарядить ствол, ещё нужно будет подумать, сейчас не до этого. Тут есть проблема посерьёзнее: отрубленная кисть уже коченеть начинает. Ладно, будем надеяться, что к утру отойдёт. Правда, вонять может начать со страшной силой, но тут уж ничего не поделаешь. Да и мачете кровью измазано, которая тоже к тому времени подтухнет… бр-р-р-р!.. Не о том думаю, в который уже раз. А клинок-то неплохой, хоть и явная самоделка, судя по грубой деревянной рукояти. Лёгкий, прочный, острый, без следа коррозии… и впрямь титановый, не ошибся я. Это что же получается, «дикие» титан умеют обрабатывать? Похоже… потому что нахрена бы им тогда целый грузовик с обогащённой рудой подрезать? Неплохо бы, кстати, с их кустарной технологией ознакомиться, мне бы пригодилось… ла-а-а-адно, подумаю об этом за-а-а-автра!..
Блин, чуть челюсть не вывихнул… спать, дорогой товарищ Олег. Утро вечера мудренее, как всем известно.
Глава 3-3
-//-
Разрез «Северный» – Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК, вечер
К моему огромному сожалению, отоспаться как следует не удалось. Сначала сбежавшееся на запах крови зверьё устроило свару, да такую, что рык, визг и вопли пробились к сознанию даже сквозь дурман пейнкиллера, а потом оставшиеся ни с чем неудачники решили проверить на прочность фургон. Тут уж я не выдержал, забился в угол и взял двери на мушку. Правда, предварительно пришлось отчекрыжить закоченевший указательный палец Джонни, заблокировавший спусковой крючок, но и с этой задачей мачете в общем и целом справилось. Если, конечно, не принимать во внимание случайный выстрел, после которого у меня звенело в ушах весь следующий час. С другой стороны, визитёра отпугнул – пуля пробила пластик створки как раз в тот момент, когда он решил долбануть по ней передними лапами, встав на дыбы. И, скорее всего, чиркнула по беззащитному пузу. В общем, эффект превзошёл все ожидания, но я всё равно не смог заснуть, через какое-то время погрузившись в состояние полусна-полуяви. И, что хуже всего, прихода так и не случилось. С глюками как-то повеселее, что ли… но не судьба. Так и торчал в углу, пока меня бросало то в жар, то в холод – сказывались жестокие побои. Лихорадило знатно, в общем. Я вскоре даже перестал обращать внимание на звуки за бортом, тем более что свара затихла сама собой, едва иссяк её источник. К раздолбанному траку никто больше сунуться не решался, хотя круги нарезал, судя по осторожным шагам и хрусту приминаемой травы.
А потом какая-то тварюга осмелела до такой степени, что замахнула на фургон, прогрохотав крышей кабины и обшивкой грузового отделения. Я даже чуть было не пальнул в потолок с перепугу, но, к счастью, выронил обрубок кисти вместе с пистолетом. Кусок, оставшийся от Джонни, уже начал пованивать и покрылся крайне неприятной слизистой плёнкой, так что даже и не знаю теперь, как к нему прикасаться. Разве что перчатки резиновые натянуть, у меня в инструментальном наборе они есть…
Растянулось это действо довольно надолго, что в моём плачевном состоянии и неудивительно. Но всё же справился, хоть и отвлекался то и дело на грохот сверху – гость скрываться не считал нужным, а потому чувствовал себя вольготно. Ни в чём себе не отказывал, так сказать. Даже морду попытался в щель просунуть, правда, в этом начинании не преуспел. Зато я убедился, что имею дело не с давешними кошаками или их соплеменниками, это какая-то новая зверюга. Пасть вытянутая, уши пимпочками, клычища – моё почтение! И рык роскошный. Волчара местный, что ли? И хуже всего, что убираться восвояси он не торопился. Более того, через какое-то время затих, но прыжка на землю я так и не услышал, из чего сделал вывод, что зверь притаился на крыше фургона. Час от часу не легче, как говорится.
Эх, сейчас бы какой-нибудь вонючей гадостью облиться, типа растворителя, да от останков Джонни избавиться! Наверняка ведь на запах живность подтягивается! Ошмётки хоть и небольшие, но даже я уже чую. Что уж об охотниках саванны говорить! Но нельзя, блин. Всё же надо поспать, иначе на нервы изойду весь. Ещё, что ли, обезболивающего кольнуть? Ну, поплыву. Ну и что? Можно подумать, сейчас из меня боец хоть куда! Или на завтра сэкономить? Зря Серхио не обшмонал, надо было хотя бы аптечку забрать… сейчас бы ни в чём себе не отка-а-а-азывал!.. Ой, м-мать, чуть челюсть не вывернул…
Измученный организм всё-таки поддался воздействию фармы, и я снова скользнул в полусон-полуявь, не среагировав даже на гвалт на крыше и вокруг трака – судя по характерным звукам, кто-то пожаловал из саванны и попытался предъявить права на потенциальную добычу, то бишь меня. Но оккупировавший крышу волчара пришельца отвадил. Как и ещё двух последующих. Видимо, местный альфач… и это тоже офигеть какая проблема. Боюсь, к утру кисть Джонни испортится до такого состояния, что отпечатки пальцев станут нечитаемыми. Подозрительно быстро, кстати, но это, скорее всего, тлетворное влияние специфической роксанской внешней среды. И тогда сработает блокировка, подкинув очередную задачку, которую придётся решать до того, как отправлюсь в путь. И это помимо того, что нужно будет зверюгу подстрелить, если та, конечно, не ретируется. Что вряд ли.
Ещё несколько часов ускользнули от моего внимания – мозг-таки отрубился. Но заполошные метания волчары по крыше всё же вырвали меня из царства Морфея: слишком я привык за это время к его спокойному и уверенному доминированию над всей округой. А тут он вдруг засуетился, забегал из угла в угол и от края до края. Интересно, что его так напугало? И почему он просто не свалит во тьму? Которая, кстати, почти уже опустилась на грешную Роксану? Не могли же нас со всех сторон окружить? Или могли? А если могли, то кто? Вопросов куда больше, чем ответов. И никаких предположений, да…
Альфач-волчара, наконец, определился с планами и сиганул с фургона, хорошенько предварительно разбежавшись по диагонали. Где он прироксанился, я так и не понял, но хотя бы воя не последовало, значит, никому на зуб не попался. Да и лапы вряд ли переломал. В общем, можно признать, что эвакуировался удачно. А вот мне что делать? Думай, дорогой товарищ Олег, думай…
Чёрт… почему у меня такое ощущение, что, не будь я под кайфом, уже бы ломанулся прочь от трака, наплевав на скрывающихся в ночи обитателей саванны? Наверное, потому что это правда. Но вместо этого по-прежнему торчу в углу кузова, обложившись подушками с сидений, и притворяюсь мёртвым. Даже запах соответствующий, если принюхаться. А за пределами фургона, между прочим, уже какой-то движняк: непрестанный шорох, постукивания по бортам и даже некие царапающие звуки, только не от когтей, а как будто… ну да, чем-то типа щебёнки или гравия по пластику… и трак, такое ощущение, чуть накренился… и не чуть, а очень даже заметно! Как будто правой стороной в яму провалился…
Да м-мать!!! Это ещё что такое?! Грузовик же на брюхе лежит, твилы с него «дикие» скрутили! Как он вообще может крениться? Не ушла же из-под него почва, причём в самом прямом смысле слова?! Или?..
Чудовищная догадка пронзила разум, заставив меня оцепенеть в ужасе: а ведь я уже видел следы жизнедеятельности неких организмов, которые вполне подходят под описание! Неужто каменный слизень пожаловал? А если не один?! По-любому не один, иначе волчара не метался бы по крыше в поисках самого безопасного пути отступления. Вот это попал, так попал! Что там Хесус про этих слизняков говорил? Подомнёт, размолотит, всосёт, переварит и высрет мелкодисперсной пылью? И ведь хрен его чем возьмёшь, кроме электричества? Твою же дивизию!.. «Дикие» из трака оба аккумулятора выкорчевали, я пустые гнёзда видел. Просто до того внимание на этом факте не заострял – ну нет батареек, и нет. Мне от этого ни жарко, ни холодно. Было. Ну и что теперь делать?! Сидеть и ждать, пока студенистая масса через щели поползёт? Нет, понятно, что «каменный» в названии тварюги не просто так, но, как мне кажется, ключевое слово всё же слизень. А слизень по определению такая мерзость, что в любую щёлочку протиснется. Вернее, просочится. И хоть стреляй в него, хоть руби… ему одинаково поровну. Попробовать подпалить? Так нечем! Зажигалка есть, но ничего горючего… разве что обивка с сидений?! Да и подушки… хотя нет, резину в закрытом пространстве жечь так себе затея. Скорее я от удушья скопычусь, чем тварь, у которой обоняния может не быть вовсе. Нет, только термическая обработка, только хардкор! Кстати, вот будет хохма, если тряпки с сидений с огнестойкой пропиткой…
Впрочем, не попробуешь, не узнаешь. А пробовать однозначно нужно – судя по звукам, трак слизни уже со всех сторон облепили. Странно, что пока ещё в пыль не размололи… но, возможно, пластик им не по зубам? Понятно, что зубы для слизня понятие условное… но есть же у него что-то, чем он почву размельчает? До той самой мелкодисперсной пыли, а? Факел, мне нужен факел… просто горящей тряпкой размахивать не вариант… на что намотать? Только на мачете, больше не на что…
Хм… вот и план, дорогой товарищ Олег. Очень может быть, что последний в твоей непутёвой жизни. А ведь буквально пару месяцев назад ты о подобном конце и помыслить не мог… планы строил, к чему-то стремился… дебила кусок. Пошевеливайся, давай! Хотя бы умрёшь, как подобает мужчине, а не тряпке! Тряпка с тряпкой, хе-хе! Каламбур, мать его… и пальцы не рассади в темноте! Наощупь работать то ещё удовольствие, особенно с острой титановой полосой… одно из двух: или так резко стемнело, или все щели каменный слизняк заткнул. Конечно, я бы первое выбрал… но, как показала практика, не судьба: едва накрученная на мачете тряпка занялась неверным пламенем, я рассмотрел сползающий по двери шмат чего-то непонятного. Точно не слизь, скорее, ворох железных опилок, притянутых магнитом. Такая же «пушистая» структура… и переползает, медленно, но верно! Шум, кстати, характерный, да и картинка впечатляющая. Я бы даже сказал, пробирающая до печёнок. Понятно теперь, как он почву измельчает. Я, конечно, не специалист, но если бы не знал, что передо мной живое существо, подумал бы, что это кластер нанитов в виде металлических «шерстинок». И цвет какой-то непонятный…
Ну-ка, а если факелом в эту хрень ткнуть? Как отреагирует? Хм… не особо и агрессивно. Даже, можно сказать, отпрянула от языков огня, раздавшись во все стороны. Правда, столь же быстро «шерстистая» масса образовавшуюся прореху заполнила, вернувшись в первозданный вид. Получается, не очень-то и боится… а если попробовать поводить факелом? Вот как раз отросток удобный… хм, втянула. Но и только. Стоит убрать пламя, и снова ползёт. Получается, теперь вот так вот и стоять, помахивая мачете? А когда тряпка догорит, что делать? Как вариант, соорудить огненную завесу – выложить подушки поперёк фургона, да запалить. Только, боюсь, я уже через пару минут отдам богу душу. От удушья, ага. Снова каламбур, мать его так!
А ведь я в самой натуральной западне. Другого выхода, помимо покорёженных дверей, нет. А через них лезть себе дороже – как раз в объятья каменного слизня попаду. Да и не факт, что получится створки распахнуть, даже если до шнуров доберусь. Их, к пущему моему разочарованию, уже поглотила «шерстистая» масса слизняка. Или всё же попытаться?
Ткнув примерно в то место, где должны находиться защёлки-фиксаторы, обмотанные импровизированными стяжками, я испуганно выдохнул – ни малейшего признака полимерных шнуров не обнаружилось. Да, уверен. «Шерстистое» тело твари послушно раздалось под огнём, да так, что я сами створки рассмотрел. А вот стяжек не было. Вообще. Растворились. Или превратились в пыль. Впрочем, тут без разницы. Главное, что двери оставались в закрытом состоянии по той лишь причине, что на них навалилась туша слизняка. А ещё края створок явно уменьшились и обрели округлые очертания… да твою же мать! Этак он сейчас со всех сторон может фургон обтачивать, пока не доведёт стены до толщины бумажного листа. А потом тупо прорвёт массой. Пипец, получается?
Угу. Причём полный… хоть садись посреди фургона, и жди неминуемой гибели. А что ещё остается? Тут даже хуже, чем в древней поговорке: не бегай от снайпера, умрёшь уставшим. Можно, конечно, побегать с воплями, потыкать в слизняков факелом, но смысл? Лучше уж сохраню остатки самоуважения. И как бы мне ни хотелось выть по-звериному и рвать на себе волосы, но я не позволил ужасу помутить сознание. Возможно, сказалось действие убойного медикаментозного коктейля, без понятия. Факт в том, что я действительно уселся посреди грузовой платформы по-турецки, положил рядом чадящий факел и попытался изобразить что-то вроде медитации. Получалось не очень – сердце чуть ли ни выпрыгивало из груди, в ушах набатом стучала кровь, а разум замирал от ужаса, так что я даже дышал с трудом. Впрочем, уже через несколько минут, за которые слизняк полностью обволок двери и даже предпринял попытку продвинуться в глубь фургона, самообладание ко мне вернулось. Правда, приняло весьма сомнительную форму тотального пофигизма. Такое ощущение, что душа вылетела из тела, взмыв под потолок, и я наблюдал за собой со стороны. Тоже выход, кстати. Хоть посмотрю на процесс поглощения – интересно же. Пусть и цинично.
На треск проеденного борта я даже не обратил внимания. Подумаешь, сбылся прогноз. И что? Ещё один «язык» из слизня. До меня дотянется ещё не скоро. Куда больше следует опасаться тварюги, забравшейся на крышу. Вот если кто и рухнет, как снег на голову, так это она. Зато быстро. Возможно, я даже ничего не почувствую, если сразу придавит всей массой. Хм… а это мысль. Теперь есть стимул от незваных гостей уворачиваться, пока это возможно. Исключительно с целью сокращения срока чисто физических мучений. Ну а душевные терзания как-нибудь выдержу, подстегиваемый инстинктом самосохранения. В любом случае пока можно не дёргаться – сейчас у меня самая удачная позиция. Если эпитет «удачная» в принципе применим к сложившейся ситуации, конечно. Ещё бы шорох этот, забивший слух «белым шумом», так на мозги не давил… но тогда вообще бы ватная тишина навалилась. Я даже сейчас не уверен, что со слухом всё в порядке…
Раздавшийся вдруг подозрительно знакомый треск заставил меня подпрыгнуть от неожиданности – с фига ли вдруг? Это же явно электрический разряд, только слишком мощный для статики. А откуда тут другой возьмётся? Или гроза налетела, пока я в объятьях слизняков прохлаждаюсь? Оп! Ещё раз! И снова… но озоном не пахнет, что странно. Если бы молнии в одно и то же место шарашили (что само по себе нонсенс), я бы это почуял… или нет? Вонь-то в фургоне стоит знатная: и останки Джонни, и его же кровь, и тряпка горелая… да я даже специфического запаха слизняка не почувствовал, какой тут озон! Короче, принимаем версию с грозой и молниями. Мне так просто думать приятно.
Между тем шорох «шерстинок» явно изменил тональность и стал больше похож на звук осыпающегося песка. А ещё через несколько мгновений слабым ветерком потянуло. Почуял я его на контрасте, поскольку до того движение воздуха отсутствовало напрочь. Вот что электричество чудотворное делает! Электричество… м-мать!
Торопливо подхватив почти погасший факел, я чуток им помахал, чтобы пламя вновь занялось, и шагнул к дверям, выставив перед собой свой ненадёжный источник света. Картина, представшая пред моим взором, заставила облегчённо выдохнуть: слизень исчез. И впрямь осыпался, оставив после себя слой «шерстинок» толщиной, может, сантиметров в пять. Но это не точно. Я пустил суровую мужскую слезу и глухо ругнулся, а вслед за этим до моего слуха донеслись голоса.
Сказать, что я был шокирован – это ничего не сказать. Впрочем, опыт, приобретённый во многом за счёт суровых звездюлей, заставил притаиться, отступив в глубь фургона, и прислушаться повнимательней. Как вскоре выяснилось, переговаривались двое. Судя по голосам, молодые парни. Разговор шёл на интере. Вернее, не разговор, а деловитый обмен информацией вкупе с указаниями, типа «заходи с той стороны», «цепляй» и даже «смотри, сыпешь». У меня возникло странное ощущение, что неведомые гости занимались давно знакомым делом, в котором у них имелась обширная практика. И какого-либо нападения парни не опасались. М-мать, самому бы теперь не спугнуть… видок у меня ещё тот: вымазан, как чёрт, в одной руке факел-мачете, а в другой пованивающий тухлецой пистолет в обрамлении мёртвых пальцев. Да я бы при виде этакого чуда сначала пальнул, желательно не для острастки, а строго в жбан, и только потом начал бы разбираться, кто это. Значит, выскакивать, как чёртик из табакерки, ни к чему. Надо предварительно почву подготовить, так сказать. Как? Методом вербальной коммуникации, как же ещё? Только сначала распластаться по полу, чтобы «гостинцы» поверху прошли, если визитёры откроют пальбу. Да и потом в случае чего можно будет просто соскользнуть на землю, укрывшись под остовом грузовика. Н-да… что-то я веру в ближнего за сегодняшний день изрядно поутратил…
- Эй!.. – вполголоса позвал я, но, не достигнув результата, чуть повысил громкость: – Эй! Вы кто?!
Обмен репликами снаружи мгновенно затих. Прислушиваются, что ли?
- Эй, я здесь, в фургоне! Я не буду… - хотел было ляпнуть «стрелять», но вовремя спохватился: – Эй, я не опасен! Меня тут чуть не сожрали! Я из конвоя, ремонтник! Меня корпы бросили!
- Фига себе, - изумлённо выдохнул один из гостей. – Чувак, ты как туда попал?! Мы почти три часа здесь отирались, но тебя не видели! Откуда ты вообще взялся, с-ка?!
- Говорю же, корпы бросили! Утром на нас «дикие» напали, вот, в общем… не повезло нам.
- Да как ты вообще выжил?! – Теперь, судя по голосу, охренел и второй. – Тебя «дикие» не грохнули?! Как это вообще возможно?
- Сам в шоке! – совершенно искренне признался я. – Их главный сказал, что Великий дух одобряет жертву и хочет испытать её судьбу…
- Испытал, прикинь! – хохотнул первый. – Слушай, ну ты… есть же какая-то поговорка про охренительное везение?
- В рубашке родился, - буркнул я.
- Во-во, оно самое! Ладно, давай, вылезай.
- А вы кто такие?
- А тебе не всё ли равно?! Другого шанса не будет, чувак! Следующий конвой корпов пойдёт только послезавтра, а больше тут никто не ездит.
- А вы?!
- А мы – исключение. Всё, вылазь. А то стрельну.
- Ладно… - Я осторожно поднялся на ноги и бочком вывалился из фургона, аккуратно толкнув плечом створку. – Только не пугайтесь, я немного… э-э-э…
- Как из преисподней явился, - закончил мою мысль первый, когда я показался гостям на глаза. – Красивый, с-ка!
Оба моих потенциальных спасителя скрывались во тьме, а меня осветили фонариком, причём по уму: один светил, второй контролировал со стороны, не выдавая своего местоположения. Плюс я ещё и прищурился от яркого света, что тоже видимости не добавило. Что ж, придётся довериться добрым незнакомцам… разве что подмаслить их на всякий случай:
- Пацаны, вы просто не представляете, как я рад вас видеть!
- Это да, - согласился второй. – И давай-ка не глупи, бросай всё стреляющее, колющее и режущее. Вон туда!..
Спорить я не стал и послушно отправил в недолгий полёт и мачете, и пушку Джонни вместе с его же ладонью, но парни на это отреагировали индифферентно – скорее всего, не рассмотрели толком, что это я там швыряю.
- А теперь, с-ка, повернись и руки за спину!
- Я не опасен…
- Мы пока в этом не уверены. Так что извини, чувак.
- Ну тогда хоть сильно не тяните, я и так рук не чувствую…
- Это уж как получится, с-ка! Давай, разворачивайся!
- Ладно…
Ну, эти, в отличие от «диких», хотя бы разговаривают. И по башке чем-нибудь тяжёлым врезать не пытаются, не говоря уж об огнестрельных гостинцах. И вообще, в моём ли положении спорить? Даже если в связанном виде в трак загрузят, это в любом случае гораздо лучше, чем торчать посреди саванны в окружении каменных слизней.
Надо отдать второму должное – с задачей он справился быстро и довольно сноровисто, хоть и изрядно перетянул мне запястья. Верёвка (или что там ещё?) врезалась в кожу, но действие пейнкиллера ещё не прошло, так что я легко смирился с временным неудобством. И едва сдержал довольный смешок, когда меня и впрямь подвели к стандартному разъездному траку, почти такому же, как наш, из мастерской. Это я определил по силуэту, если что. И в багажник после соответствующего указания полез безропотно.
Правда, сопровождавший меня второй счёл нужным пояснить чуть извиняющимся тоном:
- Полежи пока здесь, нам хабар собрать надо. И так из-за тебя время почти упустили.
- Да не вопрос…
Дослушивать потенциальный спаситель не стал – крышка багажного отделения захлопнулась, отрезав меня от окружающего мира, и снова навалилась тишина. Всё-таки хорошая шумоизоляция, да и багажник почти герметичный… чёрт! Не задохнуться бы… буду надеяться, что парни про меня не забудут…
Глава 3-4
-//-
Разрез «Северный» – Мэйнпорт, где-то в дороге, 04.06.23 г. ООК, поздний вечер
- Ох и вонюч же ты, чувак! – страдальчески поморщился «первый», открыв багажное отделение примерно через четверть часа. Я даже особо соскучиться не успел. – Где так в тухлятине изгваздался, с-ка?
- Да пришлось тут… вы моё оружие не подобрали, что ли?
- Не до того было, - отрезал парень. Потом к чему-то прислушался и позвал напарника: – Эй, Ли, глянь, чё там у нашего найдёныша было.
- А смысл? – донеслось до нас из темноты. – Думаешь, что-то ценное?
- Мачете и пистолет, - пояснил я. – Ствол стандартный, от водилы достался, а ножик – от «диких».
- Хм… похоже, у тебя очень интересная история, чувак. Расскажешь?
- А куда ж я денусь, - сделал я попытку пожать плечами. – Можно вылезти? А то я уже затёк весь.
- Давай.
«Первый», увидев мою заминку, даже подсобил, дёрнув за шиворот, так что из багажника я вылетел почти как пробка из шампанского. Хорошо, не грохнулся, хоть ноги и подкосились. Опять же, спасибо новому знакомому – придержал, и снова за шиворот. И даже примерился было к верёвке, но распутать мне руки не успел, застыв от неожиданности, когда до нас донёсся испуганный вскрик «второго». Как его там, Ли?
- Что там, с-ка?!
- Да охренеть просто, Рауль! Прикинь, тут чья-то рука… отгрызенная, похоже. А в ней пистолет!
- Ну и что скажешь? – ткнул меня стволом «первый».
Когда его дробовик перекочевал из-за спины в руки, я не заметил. А вот тычок получился чувствительным, прямо в повреждённые ребра. Я чуть не взвыл от боли, но всё же пересилил себя и пояснил:
- Говорю же, от водилы остался. Должен же я был как-то защищаться?
- Так это ты сам граблю отрубил, что ли?! – изумился Рауль. – Ну ты крут, с-ка! Я бы сблеванул!
- А с чего ты решил, что я нет?
- А я прямо сейчас… бу-э-э-э…
- Эй, Ли! – рявкнул «первый». – Не позорься перед гостем!
- Да тут вонь такая, что аж вывернуло! – отплёвываясь, попытался оправдаться его напарник. – Даже подбирать не буду, слишком мерзко!
- Да ну и хрен с ним, хабара достаточно! Мачете нашёл?
- Угу… тряпка на него намотана зачем-то… и рукоятка измазана… может, ну его на фиг?
- Подбери, чувак говорит, что оно от «диких».
- А-а-а! Тогда ладно.
Хм… получается, предметы «диких» обладают какой-то неизвестной мне (пока неизвестной!) ценностью? Надо запомнить.
- Так, чувак, я тебя сейчас развяжу, но ты давай без глупостей, понял, с-ка?!
- Как же не понять… только быстрей давай, рук уже не чувствую…
- Повернись!.. Всё. Три шага вперёд, пошёл!
- Доволен?
- Норм! Теперь скидывай куртку, и перчатки выбросить не забудь!
- Холодно же…
- Не околеешь! Да и отогреешься в кабине! Давай, выбрасывай, я тебя такого вонючего в салон не пущу!
- Ладно, ладно…
- И пояс выкидывай, он тоже в какой-то мерзости!
- Окей…
- Лови!
Среагировал я чуть заторможенно, но даже остатков рефлексов, забитых фармой, болью и усталостью, хватило – пластиковую бутыль я всё же поймал. Правда, чуть было сразу же не выронил, сказалась не полностью вернувшаяся к рукам чувствительность. Но всё же не выронил, да.
- Что это? – с подозрением покосился я на ёмкость.
Этикетку в темноте разглядеть, ясное дело, не вышло, я лишь в её наличии убедился, да и то на ощупь.
- Спирт технический, - пояснил Рауль. – Протри лицо и руки, не жалей. И на башку налей, хуже не будет. Только пить не вздумай, траванёшься ещё!
- Охо-хо-хо…
- Не стони, делай, что велено! Или хочешь в багажнике ехать?
- Честно?
- Заткнись и протирайся, с-ка! – решительно пресёк спор «первый». – В темпе!
Ну, в темпе, так в темпе… хотя гадость та ещё. Лично на мой вкус, воняет куда хуже, чем протухшая кровь. Или я уже просто притерпелся? А ещё дико испаряется и изрядно холодит кожу… и на голове тоже. Но скромничать я не стал и употребил по прямому назначению где-то с треть содержимого ёмкости. Между прочим, стандартной полторашки, в каких пиво продают!
- Всё.
- Давай сюда, - протянул руку Рауль. – Ф-фу, с-ка! Зачем так много-то?! Ладно, постой чуток, проветрись!
- Он щас надышится и вырубится, - влез в разговор Ли. – Ты его в трак потащишь?
- Не, я всё… я сейчас…
- Да у него уже язык заплетается! – обличающе ткнул в меня пальцем «второй». – В уматину!
- С-сейчас… пройдёт… минутку…
Вот только «вертолёта» мне и не хватало! Однозначно нельзя в тепло лезть, да и садиться не стоит – мутит при одной только мысли об этом. А если ещё и трясти начнёт… ой, мамочки… не удержу…
- Повезло, - хмыкнул «первый», наблюдая со стороны за моими мучениями.
- Угу, - поддакнул Ли, - салон чистить не придётся. Да и полезно ему. От токсинов избавится.
- Думаешь?
- Уверен! Тухлятина, гарь, да ещё и мускус…
- Обезболивающее ещё, - буркнул я в перерыве между спазмами. – Внутримышечно…
- Короче, ни в чём себе не отказывай, чувак! – завершил «медицинский консилиум» Рауль. – Мы подождём. Время есть.
- С-спасибо… а не боитесь… бу-э-э… по темноте… бу-э-э… ехать?..
- В первый раз, что ли?
Понятно… ох, блин! Такое ощущение, что сейчас наизнанку вывернет… однозначно отравление. А Ли ещё про какой-то мускус упоминал. Интересно, что за фиговина? Что-то, связанное с каменными слизняками? Надо будет с парнями побеседовать… как только в себя приду, да…
- А… зверьё?.. Бу-э-э…
- Да не грузись, чувак! Туда, где каменные слизни побывали, часа три как минимум никто не суётся. Мускус.
А, ну да… это всё объясняет… кроме одного – что, мать его, за мускус такой? Ф-фух… отпустило, что ли?
- Ещё постой, подыши! – остановил меня Ли, когда я умудрился разогнуться и вознамерился шагнуть к траку. – Лучше сейчас десять минут потерять, чем потом по дороге останавливаться и пугать кусты. Поверь мне, так в первую очередь безопаснее. Хотя бы зверьё не порадуешь свежатинкой.
- Л-ладно… ф-фух…
Какой всё-таки вкусный воздух, особенно когда стоишь вот так, наклонившись и опёршись руками на колени! Даже «вертолёт» почти не ощущается! Стоял бы, да стоял… вот только прохлаждаться до бесконечности мои новые знакомцы не позволили.
- Вроде норм, - заключил Ли, с опаской приблизившись и осветив моё лицо. – Только бледный, как мертвец!
- Это фонарик! – немедленно отпёрся я.
- Да верю, верю… эк тебя отделали!
- Что?!
- А ты не чуешь?
- Чую, - задохнулся я, схватившись за рёбра. – А что именно?
- Нос сломанный, - принялся загибать пальцы «второй», явно выполнявший в этой парочки обязанности штатного медика. – Глаз подбитый. Губа рассаженная. Рожа завтра вся чёрная будет от синяков. Рёбра повреждены… что ещё?
- Токсикоз.
- Ну, тебе виднее, - не стал спорить Ли. – Всё, пошли. Трак нам уже точно не загадишь.
- Уверен? – покосился на напарника Рауль.
- Ну не бросать же его здесь?! – возмутился тот.
- Ну да… эй, а тебя как звать-то, найдёныш?
- Олег… то есть Генри, - спохватился я. – Генри Форрестер. Я из Мэйнпорта, работаю в отделе современных технологий и реинжиниринга.
- Чего-о-о?!
Фига се, как у них дружно получилось!
- Ремонтник я, говорил же уже. А вы, простите, кто?
- Рауль Менендез, - представился «первый». – А вот он – Ли. Просто Ли.
- Это я уже понял. Я имел в виду, чем вы занимаетесь? И почему оказались… - я запнулся, скользнув взглядом по окутанным тьмой окрестностям, - в этом месте и в это время?
- Мы охотники, - коротко пояснил Ли. – Тоже из Мэйнпорта.
- А почему я вас не помню?
- Потому что в фавелах тебе делать нечего! – отрезал Рауль. – Всё, лезь в кабину, по дороге договорим.
Ну, как скажете… по дороге, так по дороге. А в салоне и впрямь оказалось гораздо теплее, чем снаружи. Плюс задний диванчик так и манил на нём растянуться… условно, конечно же. Во-первых, придётся ноги подогнуть, что крайне неудобно, а во-вторых, на первой же кочке окажусь на полу, враспор между оным диванчиком и креслами. Так что пришлось смириться с очередной несправедливостью и устроиться сидя, перетянувшись ремнём.
- Держись, Генри! – подбодрил меня Ли, севший за руль. – Будет немного трясти.
- Да уж как-нибудь, - выдохнул я сквозь зубы. – Чёрт, парни, у вас нет чего-нибудь типа бондажа? Мне бы рёбра стянуть.
- Не, ничего такого, с-ка, - помотал головой Рауль. – Могу только обезболивающее дать.
- У меня скоро из ушей пейнкиллер польётся, - пожаловался я в пространство.
- Этот не польётся, - хохотнул парень. – На, глотни пару раз.
- Э-э-э… что это? – с подозрением уставился я на очередную бутыль. – Опять технический спирт?
- Нет, на этот раз пищевой. Да не ссы, он не крепкий. Это текила.
- Да ладно!
- Не обольщайся, местная.
Ну тогда понятно. Что ж, испытаем судьбу. В очередной раз, ага. Да и не обманул Рауль – действительно текила. Ароматная и довольно мягкая, по крайней мере, после первого же глотка меня не вывернуло, а второй и третий вообще как по маслу пошли. Я с трудом заставил себя оторваться от пластиковой поллитровки, и заплетающимся языком поблагодарил доброго человека, протянув ему емкость:
- С-спасибо… ик!..
- Ну вот, уже совсем бодрячком! – одобрил Рауль. Крышку он предусмотрительно оставил у себя, так что искать её по полу не пришлось. – Мой дядя Пончо делает! Не поверишь, специально кактусы разводит. Без них, говорит, это не текила, а банальный самогон.
- Ик… верно гов-ворит…
- Ты, Генри, не стесняйся, если вырубаться начнёшь. Часа два с половиной ехать, так что ни в чём себе не отказывай.
- Угу… ик!..
Заснёшь тут, когда так трясёт… или я к нашему водителю несправедлив? Тут скорее качает, а не трясёт. Видимо, что-то парни с подвеской сотворили, что она такая мягкая – колдобины в буквальном смысле проглатывает. Как по волнам летим. И ни одного пробоя. Хм… родственные души? Изобретатели-рационализаторы, так сказать. Коллеги по реинжинирингу.
А неплохо идём. Про скорость ничего не скажу, да и видимость оставляет желать лучшего – фары слабоваты. Или это у меня на глазах пелена? Вполне может быть. Если бы ещё в ушах не звенело, вообще бы хорошо было. Тепло, почти ничего не болит, да и мутит терпимо… того и гляди, вырублюсь…
***
- Генри! Эй, Генри!
- А?! – вскинулся я и принялся обалдело озираться. – Что?! Где?!
- Приехали.
Чёрт, всё-таки вырубился. Но оно и к лучшему – тошнота окончательно прошла, да и опьянение чуток отпустило. Рёбра, конечно, при малейшем движении пронзала боль, но с этим ничего не поделать. С такими повреждениями с неделю отлёживаться придётся, не меньше. Долбаные семь дней безвылазно в крохотной коробке… ох, ё!.. Хотя до неё ещё добраться надо…
- Парни?
- Че-э-э-го? – от души зевнул разбудивший меня Рауль.
- Мы где вообще? До периметра не подкинете?
- Не-а.
- Чего это?! – удивился я.
- Нехрен тебе сейчас к корпам соваться, - развил мысль мой спаситель. – Поверь на слово, в твоём состоянии, да в такое время… тебя на пропускном пункте захомутают и сунут в «обезьянник», как минимум до утра. Никто не станет разбираться, кого это тут принесло. А могут вообще не пустить, да ещё и отмудохают дубинками.
- Даже не буду спрашивать, откуда ты знаешь.
- И правильно, с-ка! Опыт, чтоб его.
- И куда же мне тогда? – опечалился я от подобной перспективы. – Тут, может, гостиница какая-нибудь есть? Чёрт, я же без смарта! Даже расплатиться не смогу…
- Да не грузись ты, у нас переночуешь.
- У вас?
- Конкретно у меня, Ли сейчас свалит в гараж.
- А… не помешаю?
- Кому?! – удивился Рауль. – Я не женатый, а Инес вообще пофиг. Да она и спит уже, похоже.
Уточнять, кто такая Инес, я на всякий случай поостерёгся. Но и отнекиваться от приглашения не стал, поскольку в словах парня присутствовало рациональное зерно. Я просто представил, как это будет выглядеть со стороны: явился хрен без документов и опознавательных знаков, побитый до неприличия, и пытается прорваться на охраняемую территорию. Такого сам бог велел мордой в пол, да дубинкой по рёбрам… ой, чёрт! И зачем про них вспомнил?..
- Всё, вылезай, Ли ещё тачку обслуживать.
Ой ли? В смысле, тачку ли? Каламбур за каламбуром, это не к добру… короче, есть у меня подозрение, что не трак напарник Рауля обиходить должен, а о добыче позаботиться. И этот процесс крайне желательно не светить перед чужими глазами. Да что же у них там такое? Будь я хотя бы чуть менее побитым и не до такой степени усталым, сгорел бы от любопытства. А так просто отстранённо подумал: что-то тут нечисто, ребятушки… подумал, да и промолчал. И молчал всё время, пока отстёгивался, выбирался из салона и шагал за Раулем. Даже на гул движка и шорох твилов по грунтовке не среагировал, хотя Ли сорвался с места чуть ли ни с юзом. Просто брёл за спасителем, стараясь не слишком раскачиваться, даже по сторонам особо не глазел. Да и на что глазеть? Подумаешь, фавела! Чуть более замызганные, чем в периметре, постройки, да единообразия практически никакого. А в остальном всё то же самое: стены, окна, кое-где заборчики и клочки зелени. Плюс то и дело искрящая от статики пыль под ногами. Собственно, вот и всё отличие. А уж домик, к которому Рауль меня вёл… уж не типовой ли блок? Почти как мой, только чуток модернизированный – вон, навес небольшой, да граффити на стенах. Видно не очень хорошо, но такое ощущение, что жилая лишь половина постройки – аккурат два модуля. А остальные два либо подсобки, либо что-то типа гаражей. А неплохо Рауль устроился, как по мне.
- Всё, пришли! – объявил парень, остановившись у двери. И ткнул пальцем в складное кресло под навесом: – Подожди пока тут. Только не вырубайся, я быстро.
- Окей, - вздохнул я.
Не промахнуться бы ещё… креслице довольно глубокое, из тех, в которые проваливаешься так, что выбраться больших усилий стоит. Но зато уютное, пусть и укололо статикой в седалищный нерв. Так бы и заснул в нём, но Рауль прав: коротать ночь под открытым небом не самая лучшая идея. Не хватало ещё простуду подхватить, или вообще воспаление лёгких. Но ничего, я пока осмотрюсь получше, благо вот здесь уже видно неплохо – и над дверью тускловатый светодиодный фонарь, и по краю навеса диодная же лента… дежурное освещение, хе-хе. Хотя всё равно странно: к чему ночью электричество тратить? Или?..
- Рауль, а который час? – поинтересовался я у вернувшегося спасителя.
- Так до полуночи далеко ещё, - отмахнулся тот. – А что?
- Да ничего, во времени потерялся… думал, ночь уже глубокая.
- Не, народ ещё тусит.
- Ты поэтому свет не выключаешь?
- Не только. Положено так, чтобы ночной смене проще было.
- Э-э-э… а что, эсбэшники у вас и по ночам шастают?! – в который уже раз изумился я.
- Прикалываешься? Что им тут делать, за периметром? Я про наших, про милицию.
- Милиция?!
- Да ты с неба свалился, что ли? – хмыкнул Рауль. – Элементарных вещей не знаешь.
- Да я всего две недели на Роксане…
- И тебя уже отправили с конвоем?! Они там совсем охренели?!
- Форс-мажор.
- Даже не интересно! – прервал меня спаситель. – Вовремя я от корпов свинтил. Похоже, у них с каждым годом всё хуже и хуже дела. Ладно, не заморачивайся. Пошли, я тебе постель подготовил.
- С-сейчас… мля!..
- Про рёбра-то я и забыл! – повинился Рауль, протянув мне ладонь. – Хватайся. И не отставай, а то заплутаешь и что-нибудь обязательно уронишь. А Инес мне завтра весь мозг вынесет.
- Ты ж вроде сказал, что не женат?
- Инес – это моя сестра. Язва, мать её. Осторожней, ступенька!
- Спас-сибо…
Споткнулся всё-таки. Но хотя бы не растележился, и то хорошо. А жилой блок и впрямь типовой, планировка точь-в-точь, как в моём…
- Я бы тебя в душ загнал, но, боюсь, сам ты не справишься, - бурчал по пути Рауль. – Так что извиняй, с-ка, но спать будешь в гараже. Там нормально, сам увидишь.
- Спиртяга? – понятливо принюхался я сам к себе.
- Он, с-ка! Всё, пришли.
Хм… а угадал я насчёт половины модуля! Единственно, Рауль из собственного жилого бокса в него дверь прорезал дополнительную, надо полагать, чтобы не обходить всякий раз. А проём ролл-шторой прикрыл, точно такой же, как на санузле. Толково.
- Я, когда тут ночую, в гамаке сплю, но тебе не предлагаю, - усмехнулся Рауль. – Не с твоими рёбрами. Так что падай вот сюда, на матрас. Это вместо подушки, а это одеяло. Вон там, в коробе – вода и пиво, если приспичит. Сортир тоже рабочий, так что на улицу не ломись. И вообще, постарайся особо не шуметь.
- Спасибо… папочка.
- Похохми ещё, с-ка!
- Я серьёзно. Спасибо. И за то, что не бросили, и за ночлег.
- Пожрать…
- Вот уж чего не надо!
- … не предлагаю. Если только обезболивающее.
- Не откажусь.
- Вот, держи. И ещё, пока ты не ширнулся.
- Я весь внимание.
- Не говори корпам, как с нами пересёкся.
- Это секрет? – удивился я.
- Не так чтобы, - отмахнулся мой спаситель, - но… как бы это помягче… наше с Ли занятие СБ корпорации не очень поощряется. Прямого запрета нет, но неприятностей на задницу нажить можно.
- Это как-то связано с каменными слизнями?
- Скорее, со способом их умерщвления.
- Так и знал, что это вы их прибили… электрошоком, верно?
- А оно тебе надо, Генри? – подпустил Рауль задушевности в голос, и я моментально умерил любопытство. – Просто скажи эсбэшникам, когда спрашивать начнут, что мы тебя в дороге подобрали. Типа, ты шёл, а мы навстречу попались. И не особо распространяйся, что тебя «дикие» не тронули.
- Ох, если бы не тронули! – поморщился я, пощупав рёбра.
- Ну, не убили, - поправился парень. – Придумай что-нибудь, но не говори, что ты с ними общался. И что они тебя просто отмутузили и бросили.
- А что тогда сказать? Ну, чтобы правдоподобно было?
- Скажи, что сначала сознание потерял, когда трак кувыркнулся. Отсюда, кстати, и повреждения – не пристегнулся. А когда очнулся, притаился в кабине, поэтому «дикие» тебя и не заметили. А потом их каменные слизняки спугнули.
- А они могли?
- Только они и могли, - вздохнул Рауль. – Ты пока не заморачивайся, просто отделывайся общими фразами и ссылайся на провалы в памяти. И вот тебе мой номер, в СБ парни тёртые, слова твои непременно захотят проверить… с-ка, у тебя же смарта нет… сейчас на чём-нибудь напишу, подожди секунду… вот, держи.
- Я должен ещё что-то знать?
- Нет, на остальное забей. Когда позвонят, мы подтвердим, что подобрали тебя по дороге, такого вот избитого и покоцанного, и привезли в город. И что ты у меня переночевал, я тоже им скажу. Этого достаточно, чтобы не путаться в показаниях.
- Окей.
- Всё, до завтра.
Ну, до завтра, так до завтра… дождавшись, когда Рауль опустит ролл-штору, я воткнул шприц-тюбик с пейнкиллером себе в плечо и выдавил содержимое. Перебор, конечно, но иначе не усну – слишком много источников боли. Хоть на один бок ложись, хоть на другой. А ворочаться вообще себе дороже. Хотя матрас вполне себе удобный, да. Ну а чего я хотел от резиновой подушки с заднего диванчика типового трака? Я на таком совсем недавно дрых, только сидя. Ноги, разве что, свисают, но это не великая беда. Главное, более-менее удобно устроился, а когда укутался в чехол от заднего сиденья, вообще уютно стало. Аж сам не заметил, как пригрелся и отрубился.
Глава 3-5
-//-
Мэйнпорт, 05.06.23 г. ООК, утро
- Эй, вставай! Ты кто и как здесь оказался?! Эй! Эй!..
Вот зараза! Так хорошо спал – к утру боль окончательно стихла, да и матрас примял в нужных местах – и тут на тебе! Рань же несусветная… или уже нет? М-ма-а-а-а-ать!..
- Ни фига себе пасть! – незамедлительно прокомментировал мой зевок приставучий тип. – Да я бы в ней целиком поместилась!
Упс… поместилась… только сейчас до меня дошло, что голос – я бы даже сказал, голосок – девичий. Уже не девчоночий, но ещё и не женский. А девичий в самый раз. И приятный, несмотря на некие обстоятельства. Господи, сделай так, чтобы она и на вид оказалась нормальной! Слишком много гадостей произошло в моей жизни за последнее время, чтобы ещё и тут разочаровываться… ну-ка, одним глазком… однако!
- Фиг ли щуришься, вставай, давай! – незамедлительно просекла мой манёвр девица. – Я же вижу, что ты не спишь! Хотя по твоей роже определить довольно трудно…
А что с моей рожей не так? Да, точно! Рауль вчера упоминал, что сплошной синяк. Почему же тогда я боли не чувствую? Не мог же пейнкиллер так хорошо подействовать! А если бы и подействовал, то уже давно бы выветрился.
- Эй, я тебе говорю!
Девица для верности ткнула меня кулаком в рёбра, и тут я уже не выдержал:
- Да блин!!! Больно же! Чего пристала?! Ох, м-мать…
Хотел боли, Олежек? Получи, распишись! И в рёбрах, и в требухе, и лицо словно огнём обожгло. И вдобавок ко всему ещё и в правой руке – а я и забыл уже, что костяшки стесал об рожу главаря «диких». Аж в ушах зазвенело и перед глазами всё поплыло.
- Ничего себе! – поразилась девчонка. – Вот это тебя, к-хм… и где Рауль вечно таких болезных подбирает? Тоже мне, мать Тереза с Роксаны!
- Ф-фух… дай отдышусь…
- Ничего-ничего, лежи! – засуетилась девица. – Я же не знала… думала, очередной братцев собутыльник. Даже удивилась, что не Ли. Они обычно удачные вылазки в тот же вечер празднуют, а мне потом в гараже убираться.
Сколько слов, сколько слов! А у меня голова раскалывается. И игнорить невежливо, она всё-таки хозяйка приютившего меня дома…
- Так ты кто? – вернулась к конкретике моя мучительница.
- Олег… тьфу! Генри. Генри Форрестер.
- А я Инес. Инес Альварес, - в тон мне отрекомендовалась девица. – А ты откуда? Я тебя раньше здесь не видела. Хотя чему я удивляюсь, я же здесь обычно наездами…
- Действительно? – заинтересовался я. Вроде бы отпустило чуток, так почему бы и не полюбопытствовать? – Так ты не местная? А откуда?
- Из Порто-Ли… - начала было Инес, потом резко замолчала и с подозрением осведомилась: – А ты с какой целью интересуешься, Генри Форрестер?
- С сугубо познавательной, - и не подумал скрывать я. – Я здесь, на Роксане, то есть, чуть больше двух недель…
- Командировочный? По контракту? – перебила она.
- Ничего себе, командировка! – возмутился я. – Пять лет как с куста!
- Это если очень повезёт, - отмахнулась Инес. – Так ты новенький, и уже умудрился нарваться на неприятности? С чего тебя вообще в фавелы понесло?
- Думаешь, меня… э-э-э… местные отметелили? – изобразил я подобие улыбки.
- А кто ж ещё?! – удивилась девушка. – Если бы безопасники, Рауль тебя не подобрал и не приволок. Ты бы сейчас в «обезьяннике» прохлаждался. Значит, остаётся бар. Какой-то из. Но наверняка ближайший к нам. Так-так-так, на кого же ты нарвался? На Сауля? На Карлито? Или на Фабио?
- Кто все эти люди? – тяжко вздохнул я.
- Да наша местная шпана.
- Высоко же ты меня ценишь.
- А за что тебя ценить? – парировала Инес. – Припёрся в фавелу, ужрался в баре, подрался с нашими… а потом тебя Рауль пожалел. Я угадала?
- Не помню, если честно, - не стал я разочаровывать девицу. – А это хоть что-то меняет?
- Моё к тебе отношение! – сурово отрезала Инес. – К балбесам-пьянчугам никакого уважения! Короче, встал и пошёл, ты мне мешаешь.
- И чем же, интересно?
- Загромождаешь рабочее место!
Ого! Какая деловая девчуля! А мне это нравится… характер боевой, за словом в карман не лезет, да и внешность, которую я, наконец, получил возможность оценить, не подкачала: всё очень даже неплохо! На вид лет семнадцать-восемнадцать, хотя, с учётом латинских корней, может и все двадцать быть. Короче, ни разу не девчонка, а вполне уже сложившаяся юница, так сказать, готовая к употреблению. По крайней мере, за растление малолетних в случае чего не посадят. Сложения скорее миниатюрного – если я всё правильно оценил, росточком мне по грудь. Хотя я тот ещё лось, согласен. Фигура пока особо женственностью не поражает, скорее, ближе к мальчишеской, хоть и с положенными округлостями в нужных местах. Плюс затрапезный поношенный комбез её порядочно скрадывает. Что же касается остального… милашка, чего уж скрывать. Пожалуй, не чистокровная латина, что-то в ней есть от типичных француженок. То ли не такие острые скулы, то ли вздёрнутый носик… глаза, кстати, карие. И масть не совсем испанская – скорее шатенка, чем жгучая брюнетка. Волосы короткие, едва закрывают уши, чуть волнистые, и, естественно, растрёпанные…
- Чего уставился? – напряглась Инес.
- Любуюсь, - совершенно искренне ответил я.
И незамедлительно словил ещё один удар по рёбрам.
- Ай, блин! Ты чего?!
- А ты чего?! Говорю же, выметайся! Оплаченное время кончилось, освободите номер, пожалуйста!
- Тебе не хватает костюма горничной и метёлки из перьев, - против воли засмеялся я. – Ой, чёрт! По-любому в больничку надо…
- Вот-вот! – поддержала меня Инес. – Выметайся!
- А то что? – ухмыльнулся я. Мне даже стало интересно, что она предпримет. Говорю же – огонь девчонка. – Брату пожалуешься?
- Вот ещё! Сама справлюсь! – фыркнула Инес. – Где тут у меня разводной ключ?..
- Эй-эй-эй, тормози! – возмутился я, выставив перед собой руки. – Понял, принял, осознал! Сейчас уйду! Скажи только, где Рауль!
- Обойдёшься! Не хватало ещё, чтобы вы с утра квасить начали!
- Что за кипишь, с-ка?! – донеслось вдруг от чёрного хода.
Это я про самодельную дверь между модулями, закрытую ролл-шторой, если кто вдруг не понял.
- Явился, не запылился! – подбоченилась Инес, переключившись на новый объект. – Выспался, братец?
- Спасибо, не жа-а-а-алуюсь! – зевнул тот во всю пасть.
- А если выспался, забирай своего собутыльника, и пусть валит! Мне работать надо!
- Мы не пили, - совершенно серьёзно заявил Рауль. – И он не мой собутыльник. Мы его в саванне подобрали. Говорит, был в конвое корпов, на который напали «дикие».
- Так это не шпана из бара его отлупила? – несколько смягчилась Инес.
- Тебе бы с этой «шпаной» пообщаться! – злорадно буркнул я. – Ладно, не буду вас больше напрягать своим присутствием…
- Эй, как тебя?.. Генри! Стой! – сменила гнев на милость девица. – Может, позавтракаешь?
- Пожалуй, нет, - помотал я головой, прислушавшись к организму.
Организм о пище даже слышать не желал. Хорошо хоть, не стошнило.
- Пойдём тогда, амиго, дорогу покажу, - предложил Рауль и снова от души зевнул, прикрыв рот ладонью.
Хм… или его всю ночь кошмары мучили, или он лёг спать сильно позже меня. Часа этак в три пополуночи. Впрочем, не мне лезть в чужой монастырь со своим уставом. И так помогли, чем смогли – жизнь спасли, к цивилизации доставили, напоили, обогрели, и даже спать уложили. А я, получается, неблагодарный свин. Короче, хочешь, не хочешь, а вставать нужно…
- Ох, ё!..
- Что, с-ка?!
- М-мать! Рёб… рёбра! – выдохнул я, согнувшись в три погибели. Похоже, переоценил я свои возможности. – Сейчас, отдышусь…
- И как ты себе представляешь, что он куда-то попрётся?! – снова возмутилась Инес, приняв характерную и, по всему судя, любимую позу – руки в боки. – Да у него же переломы!
- А ты что предлагаешь, эрманита (hermanita– сестричка; исп.)? На носилках его тащить? Или скорую вызвать?
- Он вообще откуда?.. А, туплю! Далековато от нас даже до ближайшей проходной, - задумалась Инес. – Короче, пусть умоется, и обезболивающее ему дай! А я пока трак подготовлю!
- Уверена? – удивлённо покосился на сестру Рауль. – Ты же говорила, что он ещё не готов?
- Как раз вчера доделала, пока вы по саванне мотались.
- А проверила?
- Не-а, - легкомысленно отмахнулась девушка. – Вот заодно и испытаем.
- Как скажешь, - не стал спорить Рауль. – Пошли, амиго. Я тоже ещё не умывался, так что судьба тебе благоволит. До санузла-то доковыляешь?
- Попробую…
А куда деваться? Инес права, видок у меня сейчас тот ещё, только людей пугать. А умоюсь, кровь ототру, что-нибудь холодное к синякам приложу, глядишь, отёк и спадёт хоть немного. Особенно если соответствующее средство принять… надеюсь, Рауль не станет возражать против разорения его домашней аптечки? Надо на опережение работать, пока он ещё сонный и не совсем ясно соображает. Кстати, только сейчас до меня дошло, что сестра на него не похожа от слова совсем. Та, как я уже и описывал, скорее чуть экзотическая француженка с примесью южной крови, парень же ярко выраженный латинос. Или вообще испанец. Смуглый, черноволосый, с бородкой-эспаньолкой… да и черты лица вполне для его народа типичные. Причёска «конский хвост», дьявольские огоньки в глазах, довольно высокий и поджарый – явился в одних шортах, так что практически всё напоказ – чем не классический мачо? Ему бы белый костюм-тройку, широкополую шляпу да комплект золотых колец на все пальцы – и готов ходячий стереотип. Да, ещё про сигару забыл. Что же касается возраста… скорее всего, мой ровесник. Плюс-минус пара лет, не больше. Кста-а-ати! Он же вчера представился, как Менендез! А сестра – Альварес! Хм… а это всё объясняет. Они не родные, они двоюродные, причём по женской линии. И «французскость» Инес передалась от папеньки, не иначе. Согрешила её матушка, однозначно. Поэтому и фамилию дитятке свою дала, а не отцовскую… впрочем, это всё домыслы. Да и пофиг мне, если честно. Хотя…
- Держи, - протянул мне аптечку Рауль. – Сам разберёшься?
- Вполне.
- И не затягивай, я быстро.
- Окей.
Что тут у нас? Пейнкиллер? Берём в обязательном порядке. Противоотёчное средство – тоже в самый раз. Мазь от синяков и ушибов… что-то новенькое. Местного производства, что ли? Ладно, хуже не будет… удивительно, кстати, как я все зубы сохранил! Но губы и щёки изнутри об них порезал, это уж как водится. Придётся без зубной пасты обойтись… а и пофиг, щётки всё равно нет. Просто прополощу вот с этим вот бальзамчиком, должен заживлению поспособствовать…
- Амиго, твоя очередь! – вынырнул из душа Рауль. – Поторопись, эрманита ждать не любит. Надо ловить момент, с-ка!
- А что у неё за трак? – поинтересовался я, протискиваясь в узкую дверь. – Какой-то особенный?
- Сам увидишь.
- Окей… слушай, а почему вы не похожи? И фамилии у вас разные?
- Ты поменьше болтай, побольше делай, с-ка! – осёк меня Рауль. – Если ей ждать придётся, мозг вынесет. А не похожи мы, потому что троюродные брат с сестрой.
- То есть даже не кузены? – чуть не подавился я бальзамом.
- Не-а. И она не местная, так что если глаз на неё положил – сразу забудь! – предупредил парень.
- Она что-то такое говорила. Из Порто… а дальше не стала.
- Из Порто-Либеро, это в трёх сотнях миль к северо-западу, - пояснил Рауль. – Главный город местных. Столица, с-ка!
- А как же Мэйнпорт?
Как мало я, оказывается, про Роксану знаю! С другой стороны, мне оно и ни к чему – перебедую контракт, да свалю, бог даст. Но всё равно любопытно, да.
- Мэйнпорт – это корпорация! – хмыкнул Рауль. – Понимать надо!
- А что она здесь делает?
- Ты умылся?
- Угу.
- Тогда выметайся, эрманита уже на низком старте! – подтолкнул меня в спину парень. – Ну а насчёт того, что она у нас делает… гляди!
Н-да… сказать, что открывшаяся за распахнутой дверью картина поразила меня до глубины души, это ничего не сказать! Такого я на Роксане ещё не видел. Да и не на Роксане тоже. Очень уж, к-хм, специфический… специфическое… транспортное средство? Скорее всего, оно – предстало перед моими глазами. Нет, понятно, что о чём-то похожем я читал, причём неоднократно. И даже знаю, как это называется – квадроцикл. Как минимум, общая концепция самобеглой коляски этому термину соответствовала: лёгкая, на трубчатой раме, без кабины и на четырёх колёсах. И не твилах, прошу заметить, а на самых настоящих пневматических шинах. С передней управляемой осью и рулём, напоминающим велосипедный. С рычажной подвеской на пружинах и амортизаторах… или их подобиях. А ещё с двухместным сиденьем и чем-то, смахивающим на топливный бак. Только, судя по всему, это не бак, а аккумулятор. И привод, как и у всех местных тарантасов, электрический. Вот была бы хохма, если бы квад на двигателе внутреннего сгорания оказался! Я бы вообще тогда в осадок выпал! Понятно, что упадок технологий, вызванный вполне объективными факторами, довольно значителен, но чтобы до такой степени? Я даже обрадовался, что ошибся.
- Эй, ты скоро? – недовольно притопнула стоявшая рядом с экипажем Инес. – Генри? Ты меня вообще слышишь?!
Да слышу, слышу… только сказать ничего не могу. В зобу дыханье спёрло, как выражался классик. Мало мне квада, так ещё и девица сменила мешковатый рабочий комбез на обтягивающий гоночный. Пожалуй, ничуть не хуже профессиональных, разве что без многочисленных наклеек с рекламой спонсоров, за исключением логотипа «Порто-Либеро» на спине и такого же на шлеме с откинутым забралом. Вся снаряга чёрная, как сама тьма, плюс комбез настолько плотно облегал тело, что отчётливо проступали контуры защитных элементов на коленках, локтях и кое-каких ещё уязвимых местах. И не только защитных элементов, да. Аппетитные, хоть и миниатюрные, округлости тоже прорисованы будь здоров! Кстати, судя по краске на отдельных элементах силового каркаса квада, тот тоже должен быть как минимум тёмно-серым. Или вообще стилизованным под шкуру какой-то зверюги. Но на данный момент экипаж пестрел многочисленными вкраплениями голого металла – где титана, а где и меди. Ну и пластик необработанный повсюду.
- Ге-э-э-энри! Алло!
- А?! – очнулся я и сглотнул: – Ни фига себе… я должен ехать… на этом?!
- А тебя что-то смущает? – иронично прищурилась Инес.
- Всё! Меня смущает всё!
- Ну, тогда вали пешком, - пожала плечами девица.
- Ладно, ладно, я согласен.
- То-то же! – Инес ловко вскочила в седло и попрыгала на нём, заставив машинку раскачаться на амортизаторах, а моё сердце – замереть в груди. – «Эль Торо» надёжен, как швейцарские часы!
- А ты откуда про них знаешь?! – удивился я.
Этакое дитя Роксаны, и в подобных материях разбирается! Удивительно даже.
- Да слышала просто выражение, - смутилась девица. – Залезай. И держись крепче.
- За тебя, что ли? – на всякий случай уточнил я, направляясь к кваду.
- А есть другие варианты? – усмехнулась Инес.
- Что, вот прямо за талию?!
- Ага. Прямо за неё! Но не вздумай лапать ниже!
- Окей, договорились.
Хм, а для загрузки пассажиров… вернее, пассажира, далеко не самая удобная штука! Да и седло, если честно, оставляло желать лучшего. Нет, будь я здоров, то вообще никаких проблем, но с переломанными рёбрами и отбитыми потрохами… я бы сейчас не просто уселся позади девицы, деликатно обняв её за талию, а с удовольствием навалился всем телом. И без всякой задней мысли! Жаль, нельзя – Инес тогда с управлением не справится. Я её собственной тушкой к рулю придавлю, и всё.
- Ай, блин!
- Чего?!
- Током дёрнуло, - пожаловался я. – Ты почему его не заземлила?!
- А смысл? Как ни заземляй, всё одно коротить будет.
- Н-да…
- Держишься? – осведомилась девица, обернувшись.
- Угу.
- Удачи, амиго! – подлил масла в огонь Рауль. – Расскажешь потом, как оно.
- Обязательно, - в очередной раз сглотнул я. – Если выживу…
- Да не бойся ты! – подбодрила меня Инес. – Всё будет в лучшем виде… наверное. Едем?
- Е… слушай, а зачем тебе эта штуковина?
- Время тянешь? – с подозрением буркнула девушка.
- Есть немного.
- Тяни, не тяни, а ехать надо.
- И всё же?
- Ты откуда такой странный взялся?! – вздохнула Инес. – Гонка же через три дня!
- Гонка?..
- Всё время забываю, что ты новичок, да ещё и корп… в общем, здесь, на Роксане, есть гоночная лига. Гонки на выживание, понимаешь?
- В смысле вы друг дружку долбите до последнего выжившего?!
У меня, надо признаться, в этот момент едва глаза на лоб не полезли. Что за мир, право слово?! Дикость на дикости и дикостью погоняет… куда я попал, м-мать?!
- Дурак, что ли?! – с негодованием отвергла моё предположение Инес. – Ты где вообще такого насмотрелся?! Никто никого специально не долбит! Нет, случаются, конечно, инциденты… но чтобы специально?!
- Ф-фух… как гора с плеч!
- Додумался тоже! Хотя… слушай, ты другим не говори, а? А то ведь найдутся идиоты, и такой формат начнут пробовать…
- Хорошо, не буду. А сейчас у вас какой… формат?
- Как ты и сказал, до последнего выжившего, - пожала плечами Инес. – Только не в том смысле, что ты имел в виду. Выживают у нас не гонщики, а траки. Добраться до финиша своим ходом уже достижение. Обычно дистанцию организаторы подбирают так, чтобы это удалось только самым удачливым. Ну, или самым подготовленным в техническом плане.
- Хочешь сказать, что у такого вот пепелаца ресурса ровно на одну гонку хватает?! – до глубины души поразился я. – Чё-то как-то накладно…
- Да не у пе… пец… как ты сказал?
- Не важно! – отмахнулся я.
- Короче, не у трака, а у аккумулятора. И мастерство гонщика заключается не в том, чтобы всех обогнать на дистанции, а в том, чтобы свести к минимуму затраты энергии. И тогда есть шанс добраться до финиша.
- А что мешает увеличить батарею? – озадачился я.
Как по мне, очевиднейшее решение задачи.
- Лимит на массу трака, - пояснила Инес. – Ёмкость аккумов почти у всех одинаковая, главная загвоздка в утечках. Чем лучше защита, тем батарейка тяжелее. А значит, нужно экономить на чём-то другом. Например, на подвеске. И тогда уже ходовая часть становится слабым звеном.
- Понятно. Ещё вопрос можно?
- Валяй!
- А если никто не добрался до финиша?
- Тогда смотрят, кто насколько далеко уехал. Тройка призёров определяется в любом случае.
- Должно быть, забавное зрелище.
- Для тех, кто в теме – да, - подтвердила Инес. – И даже захватывающее. А сколько денег на этих гонках просаживается! Ты бы знал!
М-мать, только не это… только не снова. Зарёкся с тотализаторами связываться. Так что ну его к хренам. Совсем.
- Ладно, поехали! – решительно прервала разговор Инес. – Держись!
Надо признать, стартанула она довольно лихо – с пробуксовкой и нехилым креном. Но, как говорится, кто предупреждён, тот вооружён, так что из седла я не вылетел. Но и удержался с трудом, да. А потом стало как в древней присказке: ветер в лицо, я еду. И не так, чтобы уж совсем быстро – Инес держала километров сорок-пятьдесят в час. Но для городской застройки с учётом типа транспортного средства и этого за глаза. Так что страху за те неполные пять минут, что заняла поездка к ближайшему контрольно-пропускному пункту периметра, натерпелся на пару месяцев вперёд. Причём пугали не столько манёвры, сколько разгоны и торможения. Благо подвеска у квада оказалась довольно мягкой для спортивного экипажа, а то совсем бы туго пришлось с моими рёбрамами. Впрочем, последнее торможение чуть ли ни перед носом у охреневшего от такой наглости эсбэшника стоило всех остальных – как я Инес не раздавил, не представляю.
- Всё, выметайся! – скомандовала та, когда квад застыл, как вкопанный, и чуток улеглась поднятая им пыль – да-да, искрящая.
- Ох-ох-ох… спасибо тебе, добрая девушка!
- Кушай, не обляпайся! И это… номер Рауля не теряй. Может, пересечёмся ещё.
- Опять меня на кваде покатаешь?
- Видно будет.
- А меня? – влез чуть оправившийся от неожиданности эсбэшник.
- А тебя-то за какие заслуги? – удивилась Инес.
- За красивые глаза? – предположил охранник.
- Размечтался! Ладно, Генри, бывай!
Квад с удвоенной силой загудел приводом, зашуршал покрышками по гравию и буквально за несколько мгновений превратился в точку, практически скрытую мерцающим пыльным хвостом.
- Лихо она, - цокнул языком эсбэшник. – Знаешь, кто такая?
- Инес Альварес, - не стал я скрывать, поскольку никто меня об этом не просил. Даже наоборот. – А что?
- Надо будет на неё поставить. Она же в гонке собирается участвовать?
- Да, говорила что-то такое…
- Кстати, а ты сам кто будешь? Да ещё такой… красивый?
- Ты не поверишь, служивый! – вздохнул я. – Генри Форрестер моя фамилия. Отдел современных технологий и реинжиниринга. Должен был вчера с конвоем прибыть с Северного. Но возникли кое-какие… э-э-э… обстоятельства.
- Ай-ди? – с подозрением покосился на меня эсбэшник. – Смарт?
- Только отпечатки пальцев и скан сетчатки, - помотал я головой.
- Ну пошли, фиг ли, - вздохнул и мой собеседник.
Видимо, в предвкушении долгой и муторной процедуры опознания. С другой стороны, а куда деваться?..
Глава 4-1
Глава 4
Мэйнпорт, фавела, 24.06.23 г. ООК, вечер
- Эй, амиго!
Официант, неторопливо курсировавший по полупустому залу, незамедлительно среагировал на мою поднятую руку, но, против ожидания, подходить сам не стал – вместо него ко мне направился Лу, местный бармен, он же совладелец заведения.
Что за заведение? Как по мне, вполне приличное – бар «Игривая синьорита». Тут тебе и просторно, и не накурено, и даже пиво терпимое, не говоря уж о более экзотических напитках. А какие здесь копчёности! До сих пор не устаю удивляться, как местным удаётся получать продукт такого качества! Видимо, всё дело в акклиматизированной земной скотинке – коровах, овцах, свиньях… а может, и ком-то менее распространённом. Впрочем, кружки после третьей-четвёртой качество закуски отходит на второй план, да и не голодный я. Обычно. Персонал вежливый, гости приятные, и даже завсегдатаи не очень прилипчивые. Ну, почти. Единственный минус для обитателя периметра, коим я и являюсь – расположение заведения. А именно, фавела. Обычно тут не опасно, но иногда сочетание временного и территориального факторов сулит неприятности. Проще говоря, ночью здесь можно и по роже схлопотать. Плюс карманы с удовольствием облегчат – по слухам, кое-кто из местных наловчился взламывать корпоративные смартфоны и выводить средства на обезличенные кошельки. Или и вовсе обналичивать. Да-да, за пределами корпоративных территорий здесь вполне себе ходят и корпоративные марки, и рубли с юанями. Даже свой обменный курс образовался. Хотя чему я удивляюсь? Там, где есть люди, есть и контрабанда. А где контрабанда, там и чёрный рынок, которому требуются средства обмена. Что в специфических условиях Роксаны означает неизбежный переход на чёрный же нал.
- Генри? – добрался до моего столика бармен.
- Лу, а ты почему пустой? – удивился я, окинув недоумённым взглядом типичного молодого латиноса, абсолютно ничем не выделяющегося на фоне посетителей.
Даже бэджик с именем отсутствует, какая уж тут униформа! Другое дело, что все его как минимум в лицо знают, так что и нужды в отличительных знаках нет. Я с ним, кстати, в первый же визит и познакомился. И вот мы уже почти друзья, хе-хе. А «Синьорита» – дом родной, хоть и забрёл я сюда совершенно случайно. Да-да, целую вечность назад – те самые две недели.
- Генри, может, хватит на сегодня?
- Не будь занудой, Лу. Я всего четыре кружки выпил. За два часа, прошу заметить.
- Ты не хуже меня знаешь, что количество переходит в качество очень внезапно.
- Ещё одну, Лу.
- Дьявол!
- У тебя лишние клиенты? – демонстративно огляделся я.
Надо отметить, что вечером в будни бар «Игривая синьорита» заполнялся ближе к полуночи, тогда же и начиналось основное веселье. А сейчас время ещё детское, так что обилием посетителей в данный конкретный момент заведение похвастаться не могло. Впрочем, мне на веселье, равно как и на посетителей, плевать, у меня цель иная. Можно сказать, медицинская. И заявлялся я сюда почти ежедневно, причём к открытию, исключительно для того, чтобы можно было спокойно занять укромный столик в дальнем углу. Почему почти? Да потому что примерно раз в три-четыре дня пиво в меня лезть переставало, и приходилось прибегать к альтернативному методу – плакаться в жилетку мисс Кей. С неизбежным последующим перемещением в койку. Но это точно не сегодня. Сегодня у меня по плану залиться хмельным пойлом по самые уши. А если повезёт, то и вырубиться здесь же. Возможно, под столом. Вот только везёт довольно редко. Уж не знаю, почему, но алкоголь на меня почти не действует, особенно крепкий. Установлено эмпирическим путем – как раз с него я и начинал свой алкомарафон. Это потом уже вынужденно перешёл на пивас.
- Ещё одну, амиго! – твёрдо (и почти не заплетающимся языком!) повторил я.
- Слушай, что у тебя такого стряслось?! – предпринял ещё одну попытку наставить меня на путь истинный Лу. – Ты уже вторую неделю горе заливаешь! Из-за чего так можно квасить?! С родителями что-то?
- Сплюнь три раза!
- Зачем?!
- Примета. Русская.
- А-а-а… ну ладно… тьфу-тьфу-тьфу… так всё же, что заливаем?
- Тебе не понять, Лу.
- Не хочешь рассказывать?
- Если бы! Не могу! Как только начинаю вспоминать, аж трясёт! Только пиво и помогает.
- Так ты круглые сутки бухаешь?! – обомлел бармен. – Вот ты силён, амиго!
- Не, днём нельзя, - с сожалением вздохнул я, - днём работа. Только вечером и получается забыться. Всё, не жмись, тащи… да давай сразу пару.
- Сейчас, - смирился с неизбежным Луис. – Только я тебя прошу, не надо как вчера. Пожалей мою мебель.
Вчера? А что было вчера? Ладно, на всякий случай отмажемся:
- Ты же знаешь, что вчера это не моя вина.
- Знаю. Но ты всё же постарайся, лады?
- Лады. Пиво тащи, амиго.
А то, чувствую, хмель уже начинает отступать. И это очень плохо. По той простой причине, что как только в голове чуток проясняется, сразу же наваливаются воспоминания. И если бы что-то нормальное! Так нет, исключительно кошмары. Утром хоть как-то удаётся отвлечься на мучительную борьбу с похмельем, днём на ударный труд в мастерской, а вот вечера без, кх-м, «допинга» превращаются в сущую пытку. Хотите знать, как я докатился до жизни такой? Мисс Кей говорит, что у меня стресс, и я склонен с ней согласиться, потому что до кризиса среднего возраста еще ой, как далеко.
А накрыло меня, если я всё верно припоминаю, на третий день после возвращения в Мэйнпорт. Аккурат когда дьявольский коктейль из разнообразной фармы и загадочного «мускуса» перестал действовать. На моё счастье, я тогда всё ещё куковал в больничке – отходил от процедуры опознания в СБ, да и медики вовремя спохватились. Но, поскольку переломы и трещины в рёбрах мне уже залечили, а серьёзных ушибов внутренних органов обследование не выявило, то уже на утро четвёртого дня весьма представительная медкомиссия признала меня здоровым и дала допуск к работе. Пришлось тащиться в вотчину Игараси, где в первый момент даже полегчало – спасибо коту Сигизмунду – а потом… потом я увидел бригадира Хесуса и Люпе с Игнасио. И вот тут накатило всерьёз, Хесус меня даже текилой местной отпаивал. Может, и не пришлось бы пускаться во все тяжкие, но Люпе смотрел на меня волком, полностью оправдывая своё имя, и шипел при малейшей возможности, что твой Зигги, хоть руки распускать и опасался. Он почему-то решил, что именно я виноват в смерти Серхио, и не упускал случая мне об этом напомнить. И знаете что?.. Я действительно в это поверил. И с противоестественным удовольствием ухнул в пучину стресса. Два дня барагозил по полной: сбегал в фавелу, едва дождавшись окончания рабочего времени, и бродил по узким улочкам без какой-либо цели. Разве что неприятностей на пятую точку найти. И тогда же я выяснил, что есть два надёжных средства – драки и выпивка. Так с тех пор и существовал: из дома на работу в диком похмелье, с работы в бар, из бара – домой, бывало, что и ползком. И далее по кругу. Изредка вместо бара наведывался в гости к Кэмерон. Ну да я об этом уже говорил. Тренировки, естественно, тоже забросил.
Что за страданья? Ну уж точно не чувство вины за кончину Серхио. Оно отпустило быстро, буквально на следующий день. Просто я внезапно и очень остро осознал, что жизнь пошла по… по одному месту, короче. И я сам до такого довёл. Даже после того злополучного финала меня так не колбасило. Наверное, потому, что тогда нужно было в темпе уносить ноги, чтобы элементарно сохранить здоровье и относительную свободу. В результате промежуточная цель достигнута, а новая… новая просто не появилась. Свалить с Роксаны через пять лет? Да разве это цель? Я вдруг с ужасом обнаружил, что главной, так сказать, глобальной, цели у меня отродясь не было. Но раньше хотя бы был путь – я хотел стать лучшим в своей области, чтобы… и вот тут загвоздка. Но на Беатрис об этом некогда было думать. А здесь, на Роксане, время для этого появилось. Ну и вдобавок то самое приключение…
- Держи, амиго! – отвлёк меня от невесёлых мыслей бармен.
- Спасибо, - кивнул я, приняв пару пива. – Минут через двадцать повтори, хорошо, Лу?
- Повторю, куда ж я денусь… - вздохнул тот. – Кстати, там один тип на тебя пялится, и уже довольно долго.
- Тип? Что за тип?
- Я его только в лицо знаю, появляется довольно редко. Во-о-он тот столик. Ты давай аккуратней, Генри.
- Спасибо за предупреждение, Лу.
Хм… и кто бы это мог быть? Девять из десяти, что человек из СБ. Проверить, что ли? Не, ну на фиг. У меня поважнее дело есть – увидеть дно вот у этих пузатых красавиц, прекрасных даже на просвет. Что за пенная шапка, что за пузырьки! А уж вкус! Ум-м-м… и, что самое приятное, в голове слегка зашумело, а перед глазами поплыл туман. Тот самый, что превращал яркие и сочные воспоминания в едва различимые видения. Не подвёл проверенный способ, не подвёл.
… насчёт внезапного перехода количества в качество Луис оказался прав – впрочем, как и всегда. Я сам не заметил, как впал в пьяную эйфорию и потерял счёт времени. Да и события, разворачивавшиеся в зале, воспринимал отстранённо, самым уголком сознания. Да, пялился, как и все, на сцену, где отплясывали девчонки, косившие под стриптизёрш. Да, прихлопывал в такт (по крайней мере, мне так казалось) и подпевал местному гитаристу, исполнявшему что-то типа фламенко. И да, не забывал подзывать официанта, как только очередная кружка показывала дно. Что характерно, изнутри. Как долго это продолжалось? Ну, судя по певцу и «стриптизёршам», часа на три залип. Дело уже шло к ночи, зал постепенно наполнялся завсегдатаями и праздношатающимися в примерно равном соотношении, атмосфера сгущалась (не в последнюю очередь от табачного дыма), а голоса становились всё громче. Правда, уши с каждой кружкой пива всё плотнее набивались воображаемой ватой, так что на суету я внимания практически не обращал. Что мне до них всех? Да и кто они? Банальные песчинки в безжалостной пустыне мироздания – то холодной, как лёд, то обжигающей, как раскалённый металл. Песчинка на то и песчинка, чтобы пронестись мимо с порывом ветра, и остаться незамеченной. Либо, если особо повезёт, мимоходом царапнуть кожу. Гораздо хуже, когда эти песчинки слепляются в ком – он может и свет загородить. А если их три… тьфу ты, всю философию Сигизмунду под хвост отправили! Интересно, чего этим хмырям от меня нужно?..
- Эй, это он! – ткнул в меня пальцем приблатнённый хлыщ типичной для местных наружности и не самых впечатляющих габаритов.
Хм… а я его вроде бы знаю… вот только никак не могу вспомнить, откуда.
- Точно? Уверен? – рокотнул второй, раза этак в два, а то и в два с половиной крупнее хлыща.
Мощный паренёк, но не за счёт мускулатуры, а за счёт размеров и массы. Этакая ходячая бочка на коротких толстых ножках. И с впечатляющим пузом.
- Зуб даю, он! – поддержал хлыща третий – по всем параметрам среднестатистический – тип.
И тоже смутно знакомый. А что это у него с губой? Кто-то по роже съездил? Чёрт, сквозь туман не разглядеть… да и не похрен ли? Ну, дал ему кто-то в рыло… причём не сегодня, ссадина уже подсохшая, а рожа почти не распухшая, значит, сошёл отёк. Вчера угостили? Стоп! Что-то там Лу говорил насчёт вчера… просил, чтобы сегодня такого не было. А я, грешным делом, и забыл уже, что там стряслось. И как теперь обещание выполнять, если я понятия не имею, как оно, вчера-то?..
- И он вас отметелил?! – повторил звуковую атаку громила. – Серьёзно? Четверых?
Ни фига себе, подробности! Я? Четверых? Вчера?! Охо-хо…
- Ты бы поаккуратней, Санчо, - предостерёг подельника третий. – Он только на вид бухой!
- Сам разберусь! – отмахнулся амбал. И цыкнул зубом: – Что бы вы без меня делали, задохлики!
«Задохлики», не будь дураками, дружно отступили за спину своей основной боевой единицы и заметно напряглись. Это что же получается, они меня до сих пор боятся? Н-да… скатился ниже некуда, дорогой товарищ Олег. Людей вот пугаешь до ус… до этой самой, да. До медвежьей болезни. Хотя тут можно и ответить: не, ну а чё они?!
- Эй, pendejo!
Что? Это он мне, что ли? Хм… похоже. Вон как уставился! И почему каждый раз одно и то же? Сижу же ведь, никого не трогаю…
- Я к тебе обращаюсь, cabrón!
- А?..
- Ты хоть понимаешь, с кем связался?! – ещё сильнее набычился амбал. – И чем это тебе грозит?!
- Слушай, ик, – оторвался я от пивной кружки, - что-то у тебя сл… ик! Словарный запас слишком богатый. А акцент даже у меня зам-метней... в образ не попадаешь. Ик!
Здоровяк, такое ощущение, смутился и недоумённо покосился на подельников, но те лишь дружно пожали плечами, мол, сами в шоке. Я же заржал от осознания того факта, что оказался прав – ну не гопник этот парнишка ни разу! Вид только делает.
- Может, по пиву? – предложил я, улыбнувшись как можно дружелюбнее.
А почему бы и нет? Побухали вместе, а там уже почти друзья… правда, судя по рожам моих оппонентов, эффекта я достиг противоположного – наверняка получилась не улыбка, а злобный оскал.
- Не слушай его, Санчо! – пискнул хлыщеватый. – Вчера он тоже выпить предлагал! А сам…
- Да я тебя!.. – снова набычился амбал. Наверное, припомнил по-прежнему ускользавшие от меня подробности былой разборки. – Ур-рою!
- Действительно? – заломил я бровь и невозмутимо отхлебнул пива.
И тут у здоровяка реально снесло крышу: он решительно шагнул вперёд, навис надо мной этакой глыбищей, опершись обеими руками на столешницу, вперил в меня злобный взгляд налитых кровью зенок и зарычал:
- Я! Тебя! Ур-р-р-рою!
Чёрт! Вот теперь вспомнил… и хлыщеватого, точно так же нависшего вчера, и третьего, который аккурат в этот момент попытался дать мне бутылкой по голове… ну и ещё парочку типов, вступивших в баталию несколькими секундами позже. Ну вот чего им неймётся?! Я же никого не трогаю, спокойно пью пиво… которого, между прочим, уже почти и не осталось. Да и хмель улетучился, как всегда при появлении опасности. Уроды! Весь вечер насмарку. Этак теперь ещё литра четыре придётся высосать, чтобы хоть чуть-чуть забыться… ладно, сами напросились.
Аккуратно поставив перед собой кружку, я резко выбил из-под амбала руки, и тот с размаху приложился физиономией о столешницу, едва не разломав ту ко всем чертям. Шлепок получился смачный, да ещё и что-то хрустнуло – скорее всего, нос незадачливого Санчо. Впрочем, хруст для окружающих прошёл почти незамеченным, потерявшись на фоне звона кружки, которой я приголубил громилу по черепу. Ёмкость вполне ожидаемо разбилась, но цели своей я достиг – Санчо вырубился моментально и качественно. Что и сыграло со мной злую шутку: его дружки расправой не впечатлились, посчитав её лишь временным моим успехом, и решили выиграть для амбала несколько драгоценных секунд. То есть попросту набросились на меня с кулаками. Н-да… некоторых жизнь ничему не учит.
Понеслась, что ли?.. С грохотом опрокинулся уроненный стул, но ещё до его падения я, едва оказавшись на ногах, швырнул в хлыщеватого ручку от кружки. Которую, оказывается, так и сжимал в ладони всё это время. Тот от неожиданности запнулся, а я в этот момент легко уклонился от свинга третьего и ответил небрежным апперкотом с левой. Попал удачно, у того аж голова запрокинулась. Да и результат не замедлил сказаться: самоуверенный паренёк в буквальном смысле слова осыпался на пол. Оставался только хлыщеватый, но, как выяснилось почти сразу же, опасаться его уже не стоило – тот и не думал атаковать, недоуменно уставившись на собственную окровавленную ладонь.
Что за?! А, понятно – это он по лбу провёл. А там роскошнейшая ссадина. Если приглядеться, то почти сечка. Это что же получается, я настолько удачно ручкой попал? Хм…
- Генри! Я же просил! – выскочил откуда-то сбоку Луис. – А ты обещал!
- Не, ну а чё они?! – только и смог выдавить я.
- Да сиди уже! – отмахнулся бармен. – Парни, парни, вы как? Сейчас аптечку принесут, приведём вас в порядок…
- Лу…
- Чего ещё?!
- Пивка бы мне…
- Дьявол! Диего, обслужи!
- Да, хефе! – моментально нарисовался рядом с моим столиком официант.
- Эй, - окликнул я его, - не торопись! Сначала уберите… этого.
- Как скажешь, амиго, - буркнул Луис. И снова засуетился рядом с хлыщеватым: – Не лапай лоб, швы наложить нужно!..
… суета улеглась лишь минут через пятнадцать, которые я скоротал в компании очередной кружки пива за ближайшим свободным столиком, но восстановить благостный настрой так и не получилось – опьянение упорно не желало приходить. Зато внезапно пришёл ещё кое-кто. Я даже не сразу осознал, что подсевший ко мне парень – тот самый тип, на которого указывал Лу. Ну, тот, что за мной следил с самого моего появления в баре. Я ещё тогда подумал, что это эсбэшник. Но незваный гость моментально опроверг данную версию, обратившись ко мне на чистейшем русском:
- Олег? Лесничий? Не узнаёшь, что ли?..
- Э-э-э… - напрягся я, вглядываясь в простоватое лицо.
Ничего особенного, парень как парень. Мне ровесник. Морда типично славянская, сам рыжий… если по короткому ёжику судить. Что-то определённо знакомое в нём есть, это точно. Сложения среднего, суховатый, без пуза. И глаза… м-мать, вот эту тщательно скрываемую хитринку я знаю! Ему и раньше удавалось свою хитро… кх-м… э-э-э… задость успешно прятать от несведущего собеседника.
- Во…
- Ну, смелей! Неужели своего закадыку не помнишь?! Мы же с тобой в одном кампусе год прожили! В соседях! Домами дружили!
- Вова?! – окончательно удостоверился я в истинности догадки. – Иванов?!
- Он самый! – от души хлопнул меня по плечу гость. – А я всё сижу и думаю: он, не он? Ну а когда увидел, как ты тех гавриков оприходовал, последние сомнения отпали! Эх, славные были времена!
Ну, ещё бы… третий курс, самое золотое время! Уже не новичок, но и про диплом пока думать рано. Гуляй, не хочу. Вот мы и гуляли, благо было где… разгуляться. Я тогда ещё на Беатрис не переехал, учился в Уральском федеральном университете, что на Земле, в России-матушке. Суровые челябинские парни и девчонки… да, было времечко, согласен. А Вова к нам в универ по обмену приехал, откуда-то с Поволжья. Учился на геологическом, если мне память не изменяет. И жили мы действительно по соседству, из-за чего и сошлись в конечном итоге. Славный был год, если задуматься.
- А ты почти не изменился, - хмыкнул я, выдержав первый напор. – Даже не раздобрел…
- Да где уж тут, с моей-то должностью! – замахал руками Вова.
- А ты где? – немедленно ухватился я за предлог.
- Маркшейдер на Южном-3, концы с концами свожу, и то ладно! А ты?
- У Игараси, в отделе современных технологий и реинжиниринга.
- Ого! Значит, поступил-таки в аспирантуру?
- Ну да, на Беатрис… и даже закончил… почти.
- А меня жизнь побросала, - вздохнул Вова. – Я даже специалитет не осилил, на пятом курсе выперли. Диплом только оставался, прикинь!
- А чего так?
- Да случилась одна… история. Потом как-нибудь расскажу.
- А здесь-то как очутился?
Что-то на меня говорливость напала… странно. Или действительно рад старому знакомцу? Чёрт… а ведь он, по сути, реально самая близкая мне душа на всей Роксане, учитывая, сколько мы с Вовой пережили. Всякого – и плохого, и хорошего. И весёлого. Особенно весёлого. Потому и легко на сердце. А не признал я его только лишь потому, что не ожидал здесь встретить. Кого угодно, только не его. Плюс пиво сказалось.
- Не поверишь, заключил контракт с «грубиянами»! – жизнерадостно заржал Вова. – Да я и сам себе долго не верил. Сначала в конвойщики попал – с моим опытом взяли не глядя…
- Это с каким-таким?! – округлил я глаза.
- Специфическим! Я же после универа в армейку угодил, в десантуру, да так удачно, что замес на мире Лейбовица зацепил. Правда, самым краешком…
- Извини…
- Да ладно, проехали! Короче, попал в конвойщики, а потом на карьере вакансия освободилась, и я инициативу проявил… как всегда, не к месту. Теперь кукую на вахтах. Считай, уже на третий год пошёл… это если в общей сложности. А на карьере семь месяцев ровно. Да что мы всё обо мне, да обо мне? – спохватился Вова. – Сам-то как умудрился в эту задницу влезть?
- Не поверишь, подписал контракт с корпорацией! – отплатил я той же монетой.
- И как же они тебя вынудили? – хмыкнул Вова. – Помнится, ты очень целеустремлённо учился, и ссылка в колонию в твои планы не входила.
- О, это очень печальная история… и в какой-то мере даже поучительная.
- Только не говори, что начал играть на рулетке и влез в долги к мафии, - ухмыльнулся мой приятель.
- Вов, ты дурак?! – возмутился я. Почти как в старые добрые времена, ага. Я тогда то и дело эту фразу в разговоры вворачивал. И сразу же сник: – Ну да, что-то типа…
- Да ладно?! Мафии задолжал?! У вас на этой, как её… Беатрис есть мафия?!
- Сам до сих пор в шоке… думал, обычная шпана, студентов кошмарит.
- А на самом деле? – заинтересованно покосился на меня Вова.
- Обычная шпана, студентов кошмарит. Только их много и у них явно крыша в руководстве универа.
- А как ты вообще на них умудрился нарваться?
- Это не я, это они. Короче, решил я по-лёгкому бабла срубить, и на самого себя через подставного поставил. На финал студенческого турнира по боксу.
- Ты настолько хорош?
- Для студенческого спорта более чем… но это и неважно. В общем, они это дело просекли и тоже на меня ставку сделали. И очень крупную, как впоследствии выяснилось.
- Проиграл?
- С треском. Нокаутом, первый и единственный раз в жизни. Бабло спустил подчистую, от накоплений ничего не осталось. Но это как бы и хрен с ним, стипендия у меня нормальная была. Разве что планы далеко идущие похерил сразу и моментально. Ну, это я так тогда думал. Но отлежался, в себя пришёл, чуток перебесился и успокоился – жизнь-то продолжается. А потом ко мне эти субчики подвалили, дескать, деньжат ты нам теперь торчишь, дорогой товарищ Олег. Мы на тебя поставили и оказались в пролёте. Так что или возвращай, или отрабатывай.
- А ты чего?
- Послал, ясное дело! Денег нет, а в подпольные бои лезть… ну, такое себе.
- Отстали?
- Сам-то как думаешь? – вздохнул я и хлебнул пива. – Нет, конечно. Пару раз я от них отбился, а на третий уже не вышло – целую загонную охоту на меня организовали в студенческом кампусе. Зажали в тупичке да запинали толпой. Хорошо хоть, не слишком сильно отмудохали, даже без больнички обошлось. Но пришлось подписаться на бой.
- Дай-ка угадаю… побили?
- Ну, справедливости ради, свои три раунда я отстоял, и только в четвёртом лёг, как и договаривались. Сам лёг, так что за нокаут не считается! – предвосхитил я Вовин вопрос. – Но в больницу попал. И знаешь, что самое хреновое? Денег-то мне не дали, я же им типа торчу! А за свои лечиться очень накладно получилось. Короче, прикинул я хрен к носу, да и решил – пошли они! Раз такая пьянка, проще с корпами договориться. Ну и вот… я здесь.
- Контракт-то хоть нормальный?
- Более-менее. Оклад полноценный, условия божеские – жильё, снабжение, даже досуг обеспечивают. Опять же, можно науку двигать… так что к окончанию думаю диссер собрать…
Ну да, мелькали такие мысли периодически… до последних событий.
- Из минусов только сама Роксана, как ты понимаешь, - завершил я спич.
- Это да… охренительный такой минус, - согласился Вова. – Ладно, не будем о грустном! Давай лучше по пивку.
- А вот это со всем моим удовольствием! – оживился я. – Знал бы ты, Вов, как мне нормального собутыльника всё это время не хватало!
- Знаю, - хмыкнул тот. – Уж поверь, братан!
Странно, но именно в этот момент на душе полегчало. Выговорился, наконец?..
Спасибо за чтение
Вернуться к книге