Конец рода Шосе. Начало.

Глава 1

Дикие земли не то место где бы я хотел, чтобы проживала моя семья, но выбора у нас не было. Держа на руках своего племянника, я смотрел на ночное небо и думал о том, как же мне решить, казалось бы, неразрешимую проблему. Мы выбрались, мы смогли вырваться из лап Императорской семьи, но так ли это на самом деле? Потерять вселенцев, а именно ту информацию которую они сообщают, неприемлемо, и даже ребенку понятно, что они придут за Шосе. Им не нужна ни Каори, ни Эйко, ни я, им нужны будут только мой племянник и еще не родившиеся брат с сестрой, они и будут началом рода Шосе.

Маленькая падающая звезда на мгновение мелькнула в ночном небе, а маленький племянник что-то угукнул во сне.

Время, у меня нет времени, да и сил нет на то чтоб противостоять Империи, а именно Императорской семье. Да, мы не слабые владеющие, а Каори можно сказать в пике своей силы и ей еще надо поискать равного противника. Такие противники есть в Империи, и они придут за нами. Только я сомневаюсь, что мы сможем отбить их нападение, ну даже если сможем, то будет еще нападение, а за ним еще и еще, пока Императорская семья не добьется желаемого.

Племянник что-то заворочался, пора отнести его Эйко. Даже как-то не привычно, та вечно ехидная девочка стала теперь мамой и за судьбу своего сына будет биться на смерть. А убивать ей уже приходилось совсем недавно, наше приземление, можно сказать, было удачным, не на скалы и то славу богам. Топлива в самолёте хватило добраться до Диких земель, и только у самого края моря нам пришлось совершить экстренную посадку на скалистый берег. Наше прибытие не стало тайной для местной банды, которая как стая шакалов напала на нас в надежде добить и поживиться хоть чем-то, да и сам самолет был бы для них славной добычей. Не повезло им, Эйко не пощадила никого. По неизвестной для меня причине сестренка готова убивать всех, для нее теперь есть только чужие, которые хотят навредить ее семье, и по-другому не бывает. Банда была уничтожена за секунды, не стоило им обстреливать нас, Каори с легкостью отклонила пули, а ветвистая молния оборвала десятки жизней. Продав ненужное нам оружие и ценности в ближайшей деревне, мы на трофейном транспорте двинулись в город Ичьхилак. Наш путь нельзя было назвать безмятежным, нас пытались убить, а мы убивали тех, кто пытался убить нас. Все было в норме для Диких земель где или ты, или тебя, десять дней ушло на то чтобы добраться до Ичьхилака. Ну а после был разговор с Кираном Добрым.

Он конечно говорил, что нападение на нас невозможно, что Имперских лазутчиков и шпионов будут отлавливать еще на подходе к городу. Я, кстати, стал чувствовать эмоции и то, врет ли мне человек, все-таки занятия с дочкой приносили свои плоды. Киран верил в свои слова и был твердо уверен в том, что роду Шосе ничего не угрожает и он в относительной безопасности. Он верил, а я знал, что это не так, я знал, что рука Императорской семьи нас так просто не отпустит, и потому проверил охрану и средства безопасности в моём городском особняке. Я начал свою подготовку, подготовку к тому что, при благоприятном завершении, навсегда должно освободить род Шосе от гнета кого бы то ни было.

Первое что я сделал, это вместе с Каори изготовил несколько плетей, подобных той что я сам изготовил, но в этих было несколько отличий. И самое главное отличие в том, что теперь я сомневаюсь, что топорик Хаоса смог бы перерубить нити, да и самих нитей стало еще больше и они стали длинней. Я теперь с трудом управлялся не то что с двумя, а даже с одной плетью, но ежедневные тренировки показывали, что когда-нибудь я смогу полностью контролировать каждую нить каждой плети. Также я изготовил себе несколько ножей кукри. Каори сперва посмеялась над этими монструозными ножами, которые весили около полутора килограмм, но увидев мой ледяной взгляд поняла, что это оружие я применял не раз, и несмотря на свой неказистый вид они были грозным оружием в моих руках.

Тренировки с Хаямой помогали хоть немного поднатореть в ножевом бою, это только на первый взгляд ножи казались бесполезными. Но физик, в тесноте, вооружённый такими ножами может быть страшнее пулеметчика. Каори понравилась моя мастерская, и она чуть ли не с первого дня начала там хозяйничать и уже в первый день изготовила винтовку что носила имя моей сестры, Эйко-2. Теперь каждый день из мастерской выносили минимум две винтовки, которые практически сразу покупались городом по очень немалой цене, а пока мама делала винтовки я делал себе бронекостюм. Он был неказист и, как мне говорила Эйко, он был ненамного лучше тех что можно было купить на рынке. В принципе она была права, но эту броню я мог ремонтировать практически на коленках, что соответствовало тому что я задумал, сомневаюсь, что у меня будет возможность покупать броню или элементы, схожие с кевларом. Металлическая броня имеет множество минусов и страшна тяжела, зато я могу не переживать что мне придется искать другую броню, конечно если я не попаду под артобстрел.

В тиши ночи раздался первый крик младенца. Интересно, это моя сестра или брат? Зайдя в дом из внутреннего двора особняка, я увидел бегущую ко мне и счастливо улыбающуюся сестру Эйко. Все-таки как прекрасна ее улыбка, только за нее можно сражаться, не жалея себя, и у меня таких улыбок, за которые не стыдно умереть, множество. Передав Эйко племенника, я замер на месте, послышался второй крик младенца. Каори сегодня не плохо меня перепугала, до срока было еще около двух недель, но как говорится у детей было своё мнение о том, когда явится на свет. Я, прошедший через множество боев, несся к ближайшему доктору, и, вытащив его прямо из кабинета, я принес его к Каори в мастерскую, где и начались схватки. Всего четыре часа томительного ожидания и вот зайдя в комнату я вижу двух малюток что теперь лежат в колыбелях. Они кажутся такими беззащитными и хрупкими, мама спала, и хоть комната была разнесена ее силой, так как контроль силы при родах вещь чрезвычайно сложная, но мы все равно не стали ее беспокоить и убираться или перемещать ее в её спальню. Детей, имен которых я пока не знал, перенесли пока что в комнату Эйко, и вот в доме все кажется успокоилось. И даже Исида ушла спать без меня, и неугомонная Чихеро сейчас читает детям на ночь, освободив сегодня меня от этой обязанности. Забавно конечно вышло с принятием ее в род Шосе, мама с сестрой были за принятия ее, но, как было озвучено, решение по Чихеро принимаю я, ну а что, я принял в род Шосе. Чихеро теперь Шосе, и вот буквально пару дней назад вместе с моей дочкой прошли ритуал принятия, а проведение этого ритуала Каори возложила на меня. Долгая монотонная речь о том, что без рода ты никто, была мучительно для меня, но не для Эми и Чихеро, как мне казалось они ловили каждое мое слово. Апогеем ритуала было то что в чашу с вином я добавил своей крови, крови истинного Шосе. Теперь, можно сказать, и они стали носителями крови Шосе, но я знал, что это не так и это просто глупый ритуал из глубин веков.

Тихо пробравшись в мастерскую, я начал вооружаться и готовиться к выходу, более мне нельзя медлить и, как бы мне ни было хорошо с семьёй, мне придется их покинуть. Я не питал иллюзий того что задуманное с легкостью воплотится в реальность. Но мне придется это сделать чего бы мне это не стоило, ради счастливой жизни моей семьи я должен уничтожить другую семью, по-другому никак.

− Ты решился? − Тихий голос дочурки Эми разорвал тишину, она стояла у входа и смотрела на меня своими бездонными глазами. – Папа, не уходи, ты не сможешь. Тебе не под силу убить всю Императорскую семью.

− Я должен это сделать, Эми. − Все-таки надо стараться думать тише и не давать своим мыслям вырываться на волю. − По-другому, малышка, никак, или мы или они, если я это не сделаю, то скоро за нами придут.

− Мы можем спрятаться или убежать, папа, не уходи! − Сколько мольбы в ее голосе, я подошел к ней и обнял малышку.

− Эми, не переживай, я скоро вернусь. − Достав из кармана письмо, я положил его в руки дочки. − Передай утром это письмо Каори, она поймет меня и не даст никому последовать за мной.

Не говоря больше ни слова, я вышел на улицу и растворился во тьме, внутреннем зрением я наблюдал, как моя дочь смотрит во тьму сжимая письмо в руках, а по ее лицу безмолвно текут слезы.

Империя ждет меня, им нужен Шосе, и они получат Шосе. Я буду для них кошмаром, и пусть силы не равны, но в моей жизни всегда сила была не на моей стороне. Я вырву зубами счастье для моей семьи, и я знаю кто первый умрет от моих рук. Тэймэй, я иду за тобой. Милашка сдохнет первой.

Конец главы

Глава 2

Холод в грузовом отсеке военного грузового самолета немного отвлекал от мрачных мыслей, что постоянно мучили меня. Руки, казалось, работали отдельно от головы, собирая небольшие взрывные устройства из запчастей, что я купил на рынке города Ичьхилак. Пока есть время я готовил свою амуницию и приводил в порядок все вооружение что купил. Пара обрезов требовали патронов, которые надо было изготавливать самому, но все что для этого требовалось у меня было с собой, так что во время десятичасового полета мне было чем заняться. Мне требовались разные боеприпасы, вроде патронов что вместе с картечью на близком расстоянии выпускали поток раскаленных искр, которые как ослепляли противника, так и воспламеняли одежду и другие вещи что вставали на их пути. Так же я настраивал взрыватели на гранатах, мне не нужны десять секунд до взрыва, одной секунды будет достаточно, другие взрывные устройства тоже требовали модернизации под меня и мой характер ведения боя.

Попасть на военный транспортник Империи оказалось проще чем я думал, даже убивать никого не пришлось, тихий ночной вылет и просто тень, которая про скользила по шасси внутрь самолёта, и вот я оказался никем незамеченным нелегальным пассажиром. Не скажу, что военный аэродром не охраняется и на него так легко попасть, это не так. Минное поле, что окружает аэродром, в совокупности с множеством датчиков движения, должно было обезопасить от проникновения на взлетную полосу, но не для меня. Каждый датчик я видел, каждую мину я чувствовал, а дождь, что пришел с моря с ветром, помогал мне укрыться от камер и света, что освещал тьму. Мой скорый бег с безумными прыжками и огибанием сторожевых постов был проверкой на холодность разума, несколько раз я хотел начать бой, но я останавливал себя, мне так и не потребовалось никого убивать, что меня несказанно радовало.

Достав небольшой планшет я в какой уже раз перечитываю короткий ответ этой умной, но в тот же момент немного пугающей меня старушки Харуки Сиоко.

− Не беспокойся, Шосе и моя внучка на время исчезнут, у тебя есть месяц до того как, кто либо узнает где искать их.− Всё-таки Харуки немногословна, следующее письмо что я получил на другой адрес электронной почты и на другое устройство, которое я уничтожил, радовал меня еще сильней, Киран Добрый написал, что все кто находился в моем особняке исчезли, он ищет изо всех сил, но пока не может напасть на след тех кто несомненно похитил неслабых владеющих, только его ставит в тупик то что боя никакого в особняке не наблюдалось. Все-таки Каори приняла то письмо и смирилась с тем решением что я принял. Я не доверяю Харуки, но по крайне мере нас связывает Исида, и эта старушка сможет сделать так чтобы мои близкие временно пропали с глаз Императорской службы разведки. А то что их местоположение мне неизвестно это даже хорошо, если я попаду в руки Императорских дознавателей и манипуляторов они не должны ничего узнать от меня, а то что они смогут заставить меня говорить я не сомневался. На крайний случай, я живым им не дамся и постараюсь забрать с собой хоть кого-то из Императорской семьи.

Первая моя цель — это милашка Тэймэй, не венценосная дочь императрицы Хаоны, до неё добраться будет намного проще чем до практически не выезжающий из дворца Императорской семьи или основных наследников, которые сейчас неизвестно где находятся. А вот третья дочь постоянно на виду, и как министр внутренних дел вынуждена посещать множество светских мероприятий, политика, что тут сказать. Иногда нужно личное присутствие, на день рождениях послов, на открытие тех или иных государственных и не очень объектах. И вот находясь еще в воздухе я знал где произойдет моя встреча с Тэймэй. Отношения Империи с федерацией Гатсен сейчас очень напряжённые и поговаривают в диких землях, что скоро разразится война между ними, но пока благодаря дипломатии сохраняется напряжение, и пока мир между странами сохраняется хотя обстановка пожароопасная, и чтобы конфликт разгорелся достаточно чуть-чуть подтолкнуть и вспыхнет ужасающаяся война. Через сутки будет день рождение посла Федерации, и по этому случаю будет прием, на котором просто обязана появиться милашка. Празднество пройдет в загородной резиденции посла, которая охраняется несомненно на высшем уровне, но мне и не надо проникать внутрь, достаточно того что я знаю где и когда появится моя цель. На ручные часы тихо пискнуло о том, что расчетное время высадки подошло, и мне пора. Самолет вошел на территорию Империи, и по моим расчетам должен был находиться в ста километрах от столицы, подслушанные разговоры пилотов помогли мне рассчитать точку высадки. Экстренно открыть грузовой люк было делом нескольких секунд, и вот я лечу вниз вместе со всем своим оружием и облаченный в тяжеленную броню. В разгорающемся рассвете мне надо быстрее исчезнуть с глаз возможных наблюдателей, и потому раскрытие парашюта было не для полета, а для смягчения удара всего лишь за восемьдесят метров от земли. Расчёт оказался верным, я был в лесу, который скрыл меня, но только несколько жестких ударов о стволы деревьев не смягчили мое приземление. Сплюнув кровь, я перерезал стропы, о боли подумаем потом, у меня всего лишь сутки для того чтобы затеряться в лесу и подготовиться для нападения.

Найти нужную дорогу, по которой, предположительно, должна в резиденцию посла проехать принцесса Тэймэй, оказалось не так и просто, понимая, что мне нельзя показываться людям, я только к ночи смог добраться до нужного места. План был прост, и, как мне казалось, действенен, я знал, что по данному маршруту должна проехать моя цель, я знал день и предположительное время, когда она проедет, из-за внутреннего зрения мне не нужно наблюдать и гадать в каком же кортеже находится принцесса, я помню ее и смогу узнать, главное не выдать себя ничем до нужного момента.

Полтора метра земли должны меня скрыть от проверяющих безопасность дороги, ведь буквально зарылся я не у самой дороги, а в тридцати метрах на живописном пригорке. Аккуратно вырезав пласт дёрна я за ночь смог не только вырыть яму, в которой я поместился, так и смог, на сколько было возможно, скрыть все следы своей деятельности выкинув всю землю в протекающей в нескольких километрах от меня ручей. Накрывшись остатками парашюта и закрыв свою яму куском дерна с травой и поправив его силой психокинетика, я стал даже внутри моей своеобразной могиле готовиться к нападению, уделив на сон всего то пару часов. В этой земляной могиле было не то что что-то делать, просто находиться было невозможно, жара и недостаток воздуха стали моими мучителями, но все же на протяжение десяти часов могила выполняла свои функции, позволяя мне остаться незамеченным. Внутреннее зрение силы психокинетика показывало мне что происходит вокруг меня, и я каждый раз вздрагивал, когда видел, как по дороге едет картеж, но каждый раз сканирование внутренним зрением показывало, что в нем не едет девушка схожая с милашкой Тэймэй, а я всё ждал, постоянно проверяя винтовку Эйко-2 заряженную бронебойными патронами, проверял все кумулятивные мины и гранаты, подтягивал и фиксировал стальной бронекостюм, который постоянно немного поскрипывал. И вот настал вечер, жара спала, но тут же начался ливень, который начал затапливать ту яму, в которой я сидел и вот, уже находясь в грязи и наполовину в воде, я начал думать, что принцесса и не собиралась посещать прием, который организовал посол Федерации Гатсен. Тешила меня только надежда на то что она могла проехать по неизвестной мне дороге и что возвращаться в столицу она будет по этой. Вот так сжав зубы я ждал и надеялся, что мои мучения в грязи вознаградятся. За весь день я замечал, как военные проверяли дорогу, они медленно проезжали и, как я понял, с ними был слабенький психокинетик, но не геомант, так, как если бы это был владеющий стихией земли то меня бы обнаружили. А слабый психокинетик так и не смог меня увидеть своим внутренним зрением, все-таки толстый слой дерна неплохо меня маскировал.

Ливень все усиливался, порывы ветра начали качать деревья, и вот ночь вступила в свои права, а снаружи бесновался ураган. Как показывали мои наручные часы, уже было два часа ночи, и я потерял всякую надежду на то что моя задумка воплотится в жизнь. Сидение на половину в грязи, и тушёнка, которая была моей едой сегодня и в которую попала грязь, нещадно скрипела на зубах, что тоже не прибавляло мне настроение. Гости загородного поместья начали возвращаться в столицу, и вот кортеж за кортежем проезжал мимо меня, наконец я увидел в неприметном кортеже, состоящем из броневика и двух машин сопровождения, её.

Она сидела в машине и на ходу пила прямо из бутылки, при этом что-то эмоционально говоря какой-то молоденькой девушке, которую она, как я понимаю, собирается раздеть прямо в машине, и сейчас она впилась в её губы сливаясь в страстном поцелуе. Наконец-то, вырваться из своей грязной ямы было делом долей секунды, сила физика стремительно разогрела мышцы, и я рванул к дороге, на ходу одной рукой вскидывая винтовку, а другой срывая мину и гранаты, которые кидал на дорогу, а силой психокинетика направлял кумулятивные гранаты с двухсекундным детонатором прямо в машины, которые начали останавливаться, заметив мое появление.

Отдача от винтовки приятно ударило в плечо, и в тот момент, когда первые бронебойные пули полетели в машины, раздался взрыв моих кумулятивных снарядов. Первую машину сопровождения вставшую на моём пути разорвало в клочья из нутра покореженной машины выскочили каким-то чудом уцелевшие двое мужчин в строгих костюмах, которые скрывали бронежилеты скрытого ношения. Их я встретил выстрелами из Эйко-2, от точного попадания пуль им просто разорвало головы, они не успели ничего сделать, только у одного мелькнула в руках зарождающаяся молния, но он был слишком медлителен и не готов к такому типу нападения. Я не забыл, что моя цель принцесса, внутренним зрением я отслеживал всех оставшихся в живых людей и двинулся к своей цели, которая сейчас выскочила из броневика, как только на его корпус упала одна из моих магнитных модернизированных противотанковых гранат, которым броня броневика не помеха.

Пуля, выпущенная из башенного пулемета пока еще целой машины сопровождения, сорвала с меня шлем, не пробив его, но сам шлем, слетая с меня, рассек мне лоб и кровь потекла из раны по моему лицу. Магазин в винтовке опустел, а принцесса наконец-то оказалась в поле моего зрения, она стояла в платье розового оттенка, а за ее спиной испуганно озиралась симпатичная брюнетка. Тэймэй увидела меня во всей красе и потому ужасу что отразился в её глазах, она была не рада что один из членов рода Шосе, вернулся на родину.

Откидывая бесполезную винтовку, я подцепил силой психокинетика два заряженных обреза и достал их из кобуры, и когда они оказались у меня в руках я смог успеть только направить их в сторону принцессы как получил, сильнейший, отправляющий меня в полет удар в грудную пластину бронекостюма, в этот момент я нажал и на курки дробовиков. Внутренним зрение я видел, как из стволов вырывается, струя пламени вместе с картечью, в моем прошлом мире такие патроны назывались дыханием дракона, что воспламеняло и уничтожало все на своем пути, а тот калибр что был у моих двуствольных обрезов позволил сделать смертельное пламя, что должно было прикончить милашку. Прикончило, но не ту милашку, принцесса окружила себя на манер щита силой распада, а картечь, летящая в неё, была отклонена силой психокинетика, но сил ей хватило только на себя. Та, которую всего несколько десятков секунд так страстно целовала Тэймей, разорвало на куски.

Приземлился я на обочине дороги и сразу же рванул, сколько было сил, в лес, так, как только я приземлился по мне ударил пулемет и в меня полетели два сгустка молний, и как только я отскочил землю разорвало от воздействия силы пустотника. Мне ничего более не оставалось как уйти с поле боя, так и не достигнув успеха, продолжать схватку без шлема и не имея эффекта внезапности было самоубийственно и безумно. Поэтому я петляя устремился в лес, постоянно маневрируя и отклоняя пули, летящие в меня, и не вставая на пути сгустков огня и молний что летели в меня. Я не смог выполнить задуманное и принцесса осталась жива, но боги, как же ласкал мой слух тот крик боли и горя что сейчас наполнял воздух. Я видел, как кричала милашка Тэймэй увидев, что стало с той которую она целовала.

Не бойся, Тэймэй, я ещё вернусь к тебе, эта боль что ты сейчас чувствуешь всего лишь начало того что я принесу тебе и твоей семье.

Конец главы.

Интерлюдия

В тиши дворцовых коридоров раздавались только шаги принцессы Тэймэй. Вокруг было безмолвие, а в голове принцессы кричали голоса боли и злости. Она знала кто виноват в том, что ее сердце сейчас болит и рвется из груди, это холодное, спокойное лицо, залитое кровью, запомнилось и теперь мучило ее всю ночь не давая забыться во сне и хоть на пару часов отвлечься от смерти Эзель. Он убил её, ту что была отдушиной в этом мире лжи и лицемерия. Проклятый дар манипулятора всегда показывал кто врет и хочет власти и богатства, а не внимания Тэймэй, все такие, и даже брат с сестрой никогда небыли откровенны, а использовали ее, третьего ребенка, в своих целях. Про мать с отцом и говорить нечего, она всего лишь разменная монета, которой в случае чего можно пожертвовать и подставить под удар, не важно чей, семьи или кланов. И только Эзель всегда была честна, как на словах, так и в чувствах.

Встав около дверей в кабинет матери Тэймэй печально вздохнула и собралась, Императрица Хаона не любит слабость в любых проявлениях, и показывать, что ты переживаешь из-за какой-то пустой, хоть и бывшей твоей любовницы, значит показать эту слабость. Дверной замок щелкнул, что означало, Императрица готова принять её. Войдя в кабинет Тэймэй увидела свою мать, сидевшую за столом и пишущую письмо собственноручно, не прибегая к помощи секретаря, подлетевшее кресло показывало, Императрица желает, чтобы Тэймэй уселась в него.

− Твоя охрана никуда не годится, а твои действия во время нападения показали, что тебе не хватает опыта. – Не подымая глаза на дочь начала первой говорить Императрица Хаона, запечатывая письмо своей личной печатью. – Дэйчиро Шосе не смогли обнаружить, он прекрасно ориентируется в лесу, а твои атаки и атаки твоей бестолковой охраны не смогли его хоть как-то ранить, и всего за пару часов он смог скрыться. Последнее место где его заметили находится за сто километров от места нападения, и заметь, ему потребовалось всего два часа, чтобы замести следы и пропасть из поля зрения.

− Я найду и уничтожу этого Шосе, можешь в этом не сомневаться. – Яростно выкрикнула, привстав, Тэймэй, позабыв что ей надо сейчас держать свои эмоции в себе и не показывать.

− В том, чтобы Дэйчиро Шосе погиб нет надобности. – Императрица взглянула на дверь, замок дверной щелкнул, пропуская внутрь её секретаря, она протянула ему запечатанное сургучной печатью письмо. − Передать это письмо лично в руки Дэйчиро Шосе, и сообщить что этим вечером я хочу с ним побеседовать.

− Ваше императорское величество, когда письмо должно оказаться в руках Дэйчиро Шосе? – Металлическим и без эмоциональным голосом спросил секретарь.

− В обед письмо уже должно быть в его руках. – Недовольно поморщила носик Хаона. − И да, никакого принуждения, пусть сам сделает выбор нужна ему эта беседа или нет, и только после этого поспособствуйте его прибытию во дворец, я буду ждать его на террасе. Еще есть вопросы?

− Нет, ваше императорское величие. − С поклоном ответил секретарь. − Письмо окажется в руках Дэйчиро Шосе в означенное время, чего бы этого не стоило.

Тэймэй немного пораженным взглядом проводила секретаря. Шесть часов дано секретарю чтобы передать письмо, и по виду секретаря не видно, что он поставлен в тупик, и такая задача, как видно, выполнима.

− Ты знаешь где Дэйчи Шосе? – Встала Тэймэй в готовности, как только узнает местоположения этого ублюдка, отнявшего у неё Эльзу, сразу же броситься за ним в желании покарать и лишить его жизни мучительным способом, чтобы он страдал как страдает она.

− Не знаю, но не беспокойся, его найдут. Он хорош, но не настолько чтобы соревноваться с лучшими профессионалами моей разведки. − Ответила Хаона, лениво потянулась и зевнула. − И не Дэйчи, а Дэйчиро, не надо приуменьшать его заслуги. Мне придется договориться с ним, ну а только после того как он не пойдет на договоренности убить его и остальных взрослых Шосе, так что приказываю тебе приостановить подготовку по операции изъятия детей рода Шосе.

− Но почему?! Он должен сдохнуть, а ты собираешься с ним говорить! − Гневно закричала Тэймэй не в силах контролировать свои эмоции. − Какие могут быть договоры с тем кто пытался убить твою дочь!?

− Могут быть договоры, ты сама с послом обговаривала договор о ненападении, который немного отстрочит ту войну что непременно будет, и Федерация с удовольствием поиздевается над твоей мертвой тушкой и уничтожит все кланы и рода, а пустые станут опять бесправными. Ты, дочь моя, забыла кто ты и что тебя должно волновать, и что вся твоя жизнь должна быть направлена на благо Империи. − Императрица устало вздохнула и начала массировать виски. − Мне надоело то что ты так до сих пор предавалась утехам с девушками забывая про замужество, больше твоей любовницы нет, и я лично займусь подбором тебе мужа.

− Мне не нужен мужчина! Мне противны эти похотливые, тупые и жестокие создания! – Тэймэй сейчас была противна одна лишь мысль о замужестве. – О чем ты собираешься договариваться с этим Шосе?

− О перемирии. − Тихий голос Императрицы как гром начал разноситься по кабинету. − Видишь ли, дочка, я подозреваю что если сейчас не предпринять экстренных мер, то Империя навсегда потеряет кровь Шосе. Дэйчиро пришел не мстить, он пришел биться за выживание своего рода, а это значит, что они теперь знают, что они так важны, и так просто мы их не оставим в покое. Значит у них остается только два пути, попытаться нейтрализовать тех, кто столетиями использовал особенность рода в своих целях, а именно всю Императорскую семью и остальное ядро нашего клана, что невозможно при тех силах что есть у рода Шосе. И второй вариант — это не позволить нам получить кого-либо из рода Шосе, я не сомневаюсь, что перед тем как Дэйчиро покинул род он дал указание перебить детей в крайнем случае. Мы уже потеряли род Шосе, который веками верно служил Империи и который теперь готов перерезать горло своим детям чтобы они не стали вновь опорой Империи.

В кабинете настала гробовая тишина, Императрица вытащила из ящика небольшую стеклянную бутылку с янтарным содержимом и два стакана. Хаона молча налила содержимое бутылки в два стакана, один взяла себе в руку, а второй пролетел и чуть ли не силой втиснулся в ладонь Тэймэй. Хаона молча выпила содержимое своего стакана и проследила как Тэймэй пьет из своего. Обжигающий крепкий напиток согревая нутро начал разгонять кровь Тэймэй даря немного спокойствия и расслабленность, и только после этого Хаона продолжила говорить.

− Восемьсот лет род Шосе сражался за Империю, а теперь он может встать на сторону врагов Империи. – Хаона откинулась на спинку кресла и посмотрела в потолок. – Ты так и не заходила в наш архив и не ознакомилась с историей Шосе, а зря. Яростный, который мог поставить точку в нашем роде и нас с тобой бы не было, говорил, что пока существует его род и пока он верен Империи то ничего не будет грозить Империи, и простоит она до самого конца всего сущего. Мне придется договориться с Шосе, они ценнее даже тебя. У меня есть всего пару вариантов как прийти к тому что Шосе опять встанет на нашу сторону, жаль, что у них всего один мужчина, и то, кстати, это надо перепроверить. Тэймэй, я временно отстраняю тебя с поста министра внутренних дел, тебе также запрещено покидать свои покои, по крайней мере сегодня.

− Мама, что происходит? − В кабинет зашли двое владеющих из личной охраны Императрицы.

− Ничего особенного, дочка, просто я кажется нашла способ переиграть судьбу и выйти победителем из всего что стало. Род Шосе станет верным Империи, а союз, который возглавляет Федерация Гатсен, канет в не бытьё, и потеряют все свои территории. − Императрица разразилась безумным смехом, и, отсмеявшись, пронзительно посмотрела на свою дочь. Этот взгляд не сулил ничего хорошего для Тэймэй. − Забудь свою сдохшую любовницу у которой был ветер в голове, я выберу тебе такого мужа что ты позабудешь о своем отвращении к мужчинам, а теперь уходи, у меня нет больше времени на тебя, пока что принцесса. Мне еще успокаивать разбушевавшегося старика Чорруна, который не просто каким-то образом узнал, что один из Шосе вернулся в Империю, но и начал подозревать что побег всех Шосе произошел из-за тебя. Такой опытный и сильный владеющий как Чоррун может разнести треть столицы, и он сейчас ожидает приема, так что безопасней для тебя будет побыть в покоях.

Вышла из кабинета Тэймэй в смешанных чувствах, ее жизнь теперь изменится, это точно, но Дэйчи Шосе умрет, это несомненно. За Эльзу его простить нельзя, и, если мать хочет, чтобы Шосе жил, она убьет его сама.

Глава 3

Надо мной летают поисковые вертолеты с владеющими, подо мной рыскают со сворами собак пустые, лес, который всего пару часов назад казался безмолвным и пустым, теперь кипел от звуков. Я успел пробежать по пересеченной местности всего несколько десятков метров как поисковая операция накрыла меня, и вот, пока скрытый темнотой, я играю в прятки как с вертолетами, светящими своими прожекторами, так и с собаками, которые напали на след. Дважды в поле моего внутреннего зрения попадали отряды ликвидации, и их оснащение просто кричало что против них у меня нет и шанса. Боевые вертолеты постоянно летали готовые в любой момент поддержать огневой мощью группы ликвидации, а я передвигался уже как час по деревьям в надежде найти укрытия в близлежащих поселках или как-то выйти из этого оцепления. Но все-таки мне казалось, что я переоценил свои силы и быстро покинуть враждебную территорию я не смогу. Тихо подкравшись к какой-то дороге, я заметил, как грузовик высадивший пустых солдат, поехал в нужную мне сторону, рывок и подкат и вот я уже вцепился в днище грузовика и цепляясь за раму, поехал в нужную сторону. Несколько десятков километров мы проехали без проблем, и даже, как мне показалось, миновали оцепление, или уже до того, как я залез под грузовик я уже был за оцеплением, но все же никаких постов пока не было. Немного успокоившись я отцепился от грузовика, и так как уже скоро разгорится рассвет, а в помятой броне владеющий очень уж приметен, начал искать где я смогу до следующей ночи отдохнуть.

Небольшой заброшенный сарай подходил мне по всем параметрам, несколько раз проверив что я не оставил следов, я начал расставлять растяжки и закапывать несколько мин что у меня остались, надо в срочном порядке пополнить свое вооружение. Внезапного нападения пока сплю я не боялся, зайдя в сарай и усевшись в медитативную позу я начал сканировать окружение пытаясь запомнить каждую травинку или камешек в округе чтобы при изменении обстановки внутренне зрение, которой не будет в спящем режиме, но все же будет слегка сканировать окружение сразу же мне сообщило, и я мгновенно буду готов отразить нападение тех, кто решит потревожит мой сон.

Рассвет я застал за обработкой своих ран, ну и за шитьём, смешно было вспоминать как иногда говорят, что шитье — это не мужское дело, с такой жизнью что у меня, в пору руководить кружком кройки и шитья. И преподавать как зашить себе лоб иглой на ощупь, ориентируясь внутренним зрением. Регенерация, что дает сила физика, это очень хорошо, но ей надо помогать, тот выстрел башенного пулемета, из-за которого мой шлем слетел, порвав все крепления, рассек мне не только лоб, но и нанес пару ран по шее, и все это надо зашить, чтобы быстрее быть готовы к бою. Удар, что мне нанесли и который отшвырнул меня от принцессы Тэймэй, сильно исковеркал толстую стальную нагрудную пластину бронекостюма, её надо выгибать, но точно не сейчас. Шум мне не нужен. Достав последнею тушенку из подсумков и немного перекусив закрыл глаза и начал свой чуткий сон. Я не стал обдумывать и стенать по поводу того, что я не добился желаемой цели и принцесса осталась жива. Когда я все же решился на такой отчаянный шаг как нападение на Императорскую семью я знал, что будет все непросто, и то что я смог хотя бы увидеть цель и атаковать ее уже было успехом. Но теперь они знают обо мне и теперь будет намного сложнее подобраться к ним, но ничего, я справлюсь, у меня нет иного выбора и время сейчас против меня. Если потребуется я проползу по канализационным трубам, мне не помешает ни вонь, ни та кровь что я пролью, да пусть мне оторвут и ноги, и руки, но все же я устраню угрозу, и никто не будет довлеть ни надо мной ни над родом, ни над моими детьми, которых мне родит Исида, и никто не посмеет навредить моей дочурке и племянникам. Успокоиться, мне надо успокоиться, разум должен быть чист, сейчас главное отдых, все остальное потом. Грудная пластина была снята, помятые ребра нуждались в отдыхе, ножи кукри были удобно размещены, два кнута аккуратно опоясали меня, два обреза были заряжены картечью и были положены так чтобы сразу же использовать. Жалко, что я тогда отбросил свою винтовку, но так надо было, ибо промедление смерти подобно было в то мгновение, жаль, что все-таки принцесса смогла выжить. Боги, как же она кричала, ну ничего, при следующей встречи ты не будешь кричать, ты завизжишь от боли.

Сон мой был настолько чуткий что я открывал глаза и наблюдал внутренним зрением психокинетика то, как мимо пролетает шмель по своим делам, я знал, что в округе в сто метров проживают пять семей мышей, пару раз кролик заходил травку пощипать, я полностью контролировал пространство вокруг и был совершенно уверен в том, что никто не сможет незамеченно подкрасться ко мне.

Открыл я глаза от того что кто-то вежливо постучался в дверь, руки сами схватили дробовики, а внутренне зрение начало работать на всю катушку, показывая, что за дверью ветхого сарая стоял немолодой мужчина в строгом костюме с тростью и стучал в покосившуюся дверь сарая словно это ворота особняка. Бешено бьющееся сердце и вопрос, кричавший в голове: как, как он мог подойти ко мне незамеченным, были перечеркнуты решением. Бой!

Синхронный и одновременный выстрел из четырех стволов моих монструозных дробовиков создали сплошную стену из картечи, что с легкостью, словно, не заметив сопротивления древесины разорвав в клочья дверь. И тут я смог рассмотреть обычном зрением этого мужчину. Невысокий, в дорогом, но неприметном костюме серого цвета с аккуратной седой бородкой, лицо без каких-либо шрамов, но на нем уже проглядывались морщины, говорившие о преклонном возрасте, его лицо совершенно ничего не выражало, но вот глаза. Они горели каким-то азартом и неуемным весельем от того как к нему несется четырех кратный заряд картечи выпушенный в упор. Внутреннее зрение показывало еще более интересную картину, сплошная стена картечи словно послушный рой пчел повинуясь указаниям аккуратно огибало этого владеющего. Сильный психокинетик, ну что, я знал, что это когда-нибудь случится, сорванная с пояса осколочная граната с практически моментальным разносом осколков в сторону противоположную от меня сработала как надо, и в этого владеющего стоящего и так и не шевельнувшегося, а только лишь напустив на лицо небольшую улыбку, граната дала мне доли секунды, для того чтобы сорвать два своих кнута, которые с помощью силы физика и силы психокинетека соревнуются по скорости с осколками. Плеть начала разворачиваться, и нити устремились к моему противнику. По глазам этого мужчины я увидел, что он немного удивлен, ну ничего, сейчас я удивлю тебя ещё больше. Мышцы и связки взвыли от боли, я изо всех сил рванул к старику, который уже начал отклонять нити, но они ему плохо подчинялись так как частью их контролировал я, плети тоже должны были дать мне время и позволить мне приблизится к этому владеющему на расстояние удара, ну а после я разорву его на части, дробя в своих рука его кости.

Поняв мою задумку странный владеющей в строгом костюме, как мне показалось, по-отечески мне улыбнулся, а после последовал по мне удар такой силы что, летя, я пробил стенки ветхого сарая и кувыркавшись по земле смог остановится только за десяток метров от сарая. Силен старикашка, ну ничего, теперь побегаем в догонялки, и в лесу посмотрим кто кого, и хоть от удара я выпустил из рук свои плети, но пара гранат и ножи кукри со мной. Но моей задумке не было дано осуществится, внутренним зрением я видел, как ко мне на бешенной скорости летят мои кнуты, как они не хотят отклоняться и действуют, подчиняясь чужой воле опутывая меня, я пытался сопротивляться, но все было тщетно. За мгновенье я был скован по рукам и ногам своими же плетьми, что должны были делать это с моими противниками, но теперь связан ими был я, и, как мне показалось, очень аккуратно связан и усажен на землю.

Из полуразрушенного сарая вышел улыбающейся старик с седой бородой, в строгом костюме и весело размахивая тростью он, улыбаясь, приближался ко мне, сорвав с моей груди и отбросив своей силой гранату он также вытащил мои ножи, и тем самым полностью обезоружил меня, а те камни что я метал в бессильной злобе в него с помощью силы психокинетики, он останавливал и возвращал их на место где они лежали. Подойдя ко мне он живым и веселым голосом обратился ко мне:

− Так вот какой внук Изамы Шосе! Ну молодец, уважил меня. − Весело сверкая глазами произнес он. − Я уже думал, что молодое поколение ни на что не годное отребье, которое только и может пить да в темном углу залазить под юбку пустым шалавам. А в бою старой гвардии ничего противопоставить не сможет, а вот, оказывается, как, есть таланты. Только не во дворце, и не в Академиях военных, эх, учителя бы тебе нормального, да погонять бы пару годиков, вот тогда бы я с тобой с удовольствием сразился!

Я смотрел на него немного ошалевшими глазами. Что этому странному владеющему от меня надо? Убить он мог меня практически сразу, а теперь ведет себя так как будто я мышка, а он кошка, которая не голодна и имеет на меня иные планы.

− Ну ладно, поговорить с тобой я, надеюсь, еще успею, перейду к делу. − Немного успокоившись, приосанившись и напустив на лицо ничего не выражающую маску безразличия он продолжил. − Я Орсо, личный секретарь его величества Императрицы Хаоны, прошу прощения за то, что нарушил ваш дневной отдых, и сковал вас, но это все было необходимостью. Вам послание от самой Императрицы Хаоны, которое было велено передать к обеду, кстати, я смог вас обнаружить даже раньше, обед будет только через десять минут.

Орсо с поклоном протянул мне письмо, скрепленное гербовой личной печатью Императрицы, а плети соскользнули с моего тела освобождая от своих пут. Встав на ноги я пару мгновений смотрел на согнувшегося в поклоне Орсо, все также державшего письмо и, подавив желание напасть на него, взял письмо и сорвал с него печать.

Понимание того что Орсо не один и меня окружили под стать нему такие же владеющие неплохо так отрезвляло и говорило, что мой путь окончен открывая письмо я ожидал чего угодно, но не того что было написано в нем. Написано было письмо красивым подчерком самой Императрицы, что указывало на важность данного послания.

Императрица Хаона приглашает меня на вечернюю совместную трапезу на террасе её дворца, после этой трапезы мне гарантируется доставка в Дикие земли, также предусматривается принудительное выдворение из Империи, но, как было подчеркнуто, в живом состоянии. Тема разговора во время совместной трапезы было означена: отношение Императорской семьи и рода Шосе, а также возникшие между нами разногласия. Встреча нужна для поиска путей решения возникших претензий рода Шосе к Императорской семье, в случае моего отказа императрица Хаона будет вынуждена применить силовое воздействие, чего она не желает, так как видит возможность мирно урегулировать возникшие разногласие. В конце письма было перечислено что понимается под силовым решением, после того как я не прибуду на трапезу, меня убьют, а Каори и Эйко рано или поздно найдут и уничтожат, предварительно изъяв детей.

Смотря на улыбающегося Орсо я принял решение встретиться с Императрицей, и если получится на ее территории убить ее. Но вот схватка с личным секретарем показывала, насколько мы далеки друг от друга в уровне по силе. И мои шансы против Хаоны, ничтожны.

Конец главы.

Жду ваших комментариев,

Мне интересна и важна ваша реакция,

На эту главу и интерлюдию.

Глава 4

Ночь, звездное небо, тишина, и только шелест доставаемых из ножен ножей нарушал то спокойствие и безмятежность что царили вокруг. Вокруг спокойствие, но в моей душе бурлила злость и какая-то усталость и бессилие. Взмах за взмахом ножи разрезали воздух, я наращивал темп, каждый взмах был быстрее предыдущего, но этого мало, надо быть еще быстрее. И вот наконец предел, удар стал быстрее мысли, мышцы воют от напряжения, они кричат что быстрее невозможно. Врут, быстрее, еще быстрее, точнее, резче. Мышцы в бессилии отказываются подчинятся и ножи начинают становиться все тяжелее и тяжелей, и каждый последующий удар становится все медленнее и медленнее.

− Славно тренируешься. − Из темноты возникает Чоррун с чайничком и парой чашек, он аккуратно осматривается. Щурясь в темноте зажег на своей ладони небольшой сгусток молний, который начал освещать тренировочную площадку на территории клана Райдзин.

− Ты хоть с кем ведешь бой? Кто твой противник? − Спросил Чоррун усаживаясь на деревянной скамейки, сгустком молний аккуратно подогревая чайник и расставляя чашки на скамейке. Не дождавшись от меня ответа Чоррун продолжил. – Может хватит злиться и без толку рубить воздух? Уважь старика, попей с ним чайку, раз от чего покрепче отказался, да расскажи, что случилось между родом Шосе и Императорской семьей, а то бедный старик уже всякого себе на придумывал.

− Чоррун, знать тебе этого не стоит, это дело рода Шосе. − Подойдя к лавочке я устало сел и посмотрел на такое красивое ночное небо. – То, что произошло между родом Шосе и Императорской семьей, не касается клана Райдзин.

− Эх, Дэйчиро, это только тебе кажется, что не касается. – Старик ловко разлил чай по чашкам и только отпив из чаши продолжил. − Я сейчас говорю не как представитель клана, и не глава клана я больше. Кстати, Этсуко неплохо справляется со своими обязанностями и мне нравится, как протекает жизнь клана Райдзин, а вот что творится с родом Шосе мне не нравится, очень не нравится. Когда мне что-то так сильно не нравится в былые годы кто-то умирал, и мне было без разницы кто и какое место в Империи занимает этот кто-то.

− Чоррун, ты не понимаешь. − Начал было я говорить, как увидел в свете мерцания парящего сгустка молний, взгляд этого старичка, холодный взгляд убийцы.

− Понимаешь ли, Дэйчиро Шосе… − Моментально воспользовался небольшой паузой Чоррун.

− Когда-то давно я пришел к вам в дом, ты был тогда мал еще и наверняка не помнишь этого. − Чоррун на мгновение замолчал, печально вздохнул и серьезно посмотрев на меня продолжил. − Изама тогда уже знал, что его конец близок и он попросил меня приглядывать за родом Шосе, и я не справился, вы живете теперь в Диких землях, и за эти годы перенесли множество тягот. У меня конечно множество вопросов, но если не хочешь отвечать на них не отвечай, но я хотел бы быть уверенным что с вами там будет все в порядке. Поэтому я прошу у тебя как представителя рода Шосе позволить старику посетить ваш дом в Диких землях.

− Как я могу отказать тебе, Чоррун? − Не думая ответил я ему. − Только путь будет непростым, а ты уже в таком возрасте.

− Ты мой возраст не трожь! – Вскочил Чоррун со скамейки. – И если все решено, то я пойду собираться, как я понимаю к обеду будет готов твой транспортник, так что у меня мало времени на сборы, и потому я тебя покидаю, столько всего надо сделать! − Чоррун медленно начал идти, продолжая недовольно бурчать: −Интересно в транспортник войдет хотя бы сотая часть резервной оружейки клана? Обязательно надо взять пару тон взрывчатки, ох, как же все уместить? Надо Этсуко сказать, чтобы подготовила с тройку самолетов и корабль снарядила, думаю четырех сотен наемников для начала хватит.

Чоррун ушел, а за ним улетел единственный источник света, небольшой сгусток молнии, оставив меня во тьме наедине со своими мыслями. Меня опять начала поглощать злоба, злоба от моего бессилия, и виной этому не Императорская семья, а я. Я должен стать еще сильней, чтобы никто, встав у меня на пути, не смог бы остаться в живых.

Встреча с Императрицей была обставлена так, что мне сперва хотелось рассмеяться ей в лицо, а после придушить, вырвать ее глаза и засунуть их ее личному секретарю Орсо в задницу. Мне не дали переодеться, так что к столу, за которым в одиночестве сидела Императрица Хаона в белоснежном шелковом кимоно, я подошел в своей стальной броне на которой местами еще было видна грязь, она ярко контрастировала с белоснежной тканью, в которую была облачена императрица. Ножи и плети мне оставили как личное оружие, а вот огнестрел пришлось сдать на входе в утопающую в зелени террасу. Закат окрашивал все в багряные цвета, и в тот момент мне как никогда хотелось пролить кровь, но безмятежный вид Императрицы и то, как по ее взмаху с террасы удалились как охрана, так и Орсо, было видно, что меня она не опасается, и в случае моего нападения сможет с легкостью себя защитить, и только после этого она заговорила со мной:

− Прошу присоединиться ко мне. – Она взглядом указала на одинокий стул что стоял напротив нее, на стол моментально прилетел небольшой кувшин, в котором несомненно было вино, а также пара глиняных чаш. – Знаешь, а мне нравится твоя целеустремленность и самопожертвование, ответь мне только, на что ты рассчитывал?

− На то что меня не смогут так быстро найти. − Ответил я ей, усаживаясь напротив и наблюдая как кувшин, повинуясь силе психокинетики Хаоны, разливает по чашам красное как сама кровь вино. – Ваш секретарь отказался пояснять как он так быстро меня выследил. Может вы, ваше величество, соблаговолите рассказать мне о том, как смогли меня так быстро разыскать?

− Поисковые отряды не оправдали возложенных на них надежд. − Императрица взяла в руки чашу с вином. − И потому был применен более совершенный метод поиска. Четыре манипулятора одинадцатых данов под руководством двенадцатиданового владеющего силой манипулятора. Имея твою психоматрицу они отсканировали совместными усилиями все предполагаемые районы твоего местонахождения, им потребовалось шесть часов полета на самолёте и постоянное сканирование территорий на поиск совпадений как психоматрицы так и мозговых волн, ну а впоследствии Орсо как одинадцатидановый владеющий психокинетик с легкостью слевитировал к тебе, а группа ликвидации в считанные минуты прибыла на место твоего нахождения. Я думаю ответила на твой вопрос, а теперь, Дэйчиро Шосе, ответь на мой вопрос, зачем ты напал на мою семью?

− Чтобы обезопасить свою семью. − Ответил я Императрице и, нарушая все правила этикета, отпил из чаши крепкого красного вина. − Я не вижу смысла в нашем разговоре, я попытаюсь сейчас вас убить, но умру в этой попытке. Вы же уже определились с судьбой рода Шосе, зачем говорить с трупом?

−Определилась, но твой труп будет только помехой в реализации моего решения. − Императрица Хаона достала небольшую пластиковую баночку. − И для того чтобы решить все окончательно мне нужно проверить твоё семя.

Все как я думал, меня теперь будут доить и оплодотворять пустых, и род Шосе уже не будет нужен. Руки моментально ринулись к ножам, неужели они думают, что я дамся живым?

− Стоять! – Из ниоткуда появились тысячи шаров что нависли надо мной, готовые разорвать меня в любой момент. – Ты не будешь племенным быком, а проверка семени нужна для обсуждения, между кем будет заключено брачное соглашение.

− Какое к демонам брачное соглашение? − Спросил я Хаону, готовясь в любой момент попытаться ценой своей жизни добраться до ее горла, и она понимала это, Хаона чисто интуитивно дотронулась до своей шеи.

− Обыкновенное. Вселенец, давай откровенно, ты знаешь, что Империи нужен род Шосе. Тебе же нужно чтобы никто и никогда не использовал, и не угнетал твой род. – Хаона пристально посмотрела на мои ножи. – То, что ты готов умереть за род похвально, и как я уверена ни один из Шосе не дастся живым, а как ты себя убьешь?

− Спровоцирую кровоизлияние в мозг. − Нет смысла от нее скрывать что мне доступны некоторые из техник манипуляторов, которые они используют испокон веков чтобы не даваться врагам живыми.

− Значит всё-таки трехталантник. Ну что, это еще лучше, я предлагаю остановить то что длилось веками и решить все разногласия браком, соединив кровь Императорской семьи и рода Шосе, который, я надеюсь, покажет, что достоин такой почести. − Хаона внимательно посмотрела на меня и, как мне показалось, она ожидала восхищения и радости, но видела только мой угрюмый взгляд. − Это единственный путь решения конфликта, при котором род Шосе не будет истреблен.

− А зачем вам моё семя? − Спросил я ее, все так же ожидая нападения или иной уловки.

− Чтобы проверить. Видишь ли, Дэйчиро, обычно такие как ты бесплодны, а я хочу, чтобы союз начался именно с тебя как с будущего главы рода, но если от этого союза не будет детей, то все бессмысленно. − Императрица обворожительно улыбнулась. – Ну что, принимай решение, начинаем эту схватку в который ты умрёшь, а потом и всему роду Шосе придет конец, либо мы станем родственниками, и Шосе станет носителем и Императорской крови тоже.

Выбор, у каждого в жизни имеется хотя бы одно судьбоносное решение, которое изменит всю его жизнь. Выбора у меня не было, так что мне пришлось убрать руки с рукоятей ножей, Императрица тоже не выглядела победительницей.

− И кто станет моей женой? − Спросил я, понимая, что выбор небольшой, или кто-то из клана Императорской семьи, что сразу говорит о несерьезности данного соглашения, или Тэймэй. Старшую же дочь мне в жены никто не даст.

− Если проверка пройдет успешно, то Тэймэй. – Императрица силой психокинетика подвинула баночку ко мне. − Выбора у тебя нет, уж извини, ну а если ты и вправду бесплоден, то придется тебе довольствоваться только посменными гарантиями и ждать моих внуков.

Дальнейший разговор с Императрицей напоминал ад, соглашение у нее было подготовлено, а также она меня инструктировала о том сколько новых проблем возникнет, когда узнают об этом брачном договоре. Она рекомендовала мне перевезти семью обратно в Империю, на что получила мой отказ. Настаивать она не стала, понимая, что я не верю её словам, и пока Тэймэй не станет мой женой ни о каком доверии и речи быть не может. Верил ли я тому, что роду больше со стороны Императорской семьи ничто не угрожает? Нет, конечно. Но выбора было всего два, и Императрица предложила самый лучший.

Выйдя после переговоров в коридор Императорского дворца, я уже знал со слов Хаоны что меня ожидает Чорррун в приемной:

− Орсо, ты понимаешь, что если мой внук не выйдет через пол часа…− Рассерженный голос Чорруна раздавался эхом и был прекрасно слышен.

− Чоррун, успокойся. Ничего ты не сможешь сделать, сдохнешь быстрее чем попытаешься хоть что-то сделать. – Спокойно говорил ему Орсо.

− Хочешь проверить? – Мгновенно среагировал Чоррун. − Я тридцать лет назад вас гонял как крыс по всему дворцу, что же вы сейчас так уверенны что со мной справитесь? Рано еще, рано списывать со счетов Чорруна Райдзин!

− Чоррун, все нормально. − Я наконец-то приблизился к нему и Орсо, за спиной которого толпилось около дюжины разномастных владеющих, Чоррун мгновенно повернулся ко мне и облегченно вздохнул.

− Ну и слава богам. − Сказал Чоррун посмотрев на мой бронекостюм скептическим взглядом. – А с тобой, Орсо, мы когда-нибудь поговорим о том, что сильней, психокинетика или молния, и посмотрим насколько твоя спесь оправдана силой.

Как только мы вышли из дворца бойкий старик просто завалил меня вопросами, но по договору с Императрицей я не мог ему рассказать о брачном соглашении, которое уже подписано, и копия находится у меня в подсумке. Его можно считать действительными только после подтверждения того что я не бесплоден, Хаона также порекомендовала мне лично поведать семье что более им не стоит опасаться Императорского гнева. Конечно, мне уже подготавливается транспорт до диких земель, как Хаона выразилась меня не выгоняют, но мне надо расторгнуть предыдущий договор с кланом Сиоко. Ну не может та, в ком кровь Императоров, быть второй женой, и так Тэймэй обещана какому-то вшивому роду Шосе. Но это я буду решать уже утром, когда мне сообщат результаты исследования, а пока мы с неугомонным старичком ехали в клан Райдзин я думал, что делать, и стоит ли доверять тем, кто уже не одно столетие использовали Шосе.

Главным все-таки для меня в этот вечер была моя встреча с отцом Акио, он постарел после нашей встречи и, как бы ни были сложными наши отношения, я был рад ему. А больше меня радовало то что он рад был мне, и сила манипулятора говорила об этом со стопроцентной точностью. Мы с ним долго разговаривали, он рассказал, что стал постоянно тренироваться во владении оружием чтобы защищать тех, кто ему дорог. Все-таки та смерть Каори и Эйко, что оказалась фарсом, сильно изменила моего отца, а в памяти возникал тот образ что я видел в интернете, как он неуверенно держал винтовку охраняя могилу своей дочери и Каори от вандалов, я помню, как по его щеке текла скупая мужская слеза. Мой отец пустой, ничто в этом мире, но даже он, пустой, готов выйти против всего мира, отстаивать то что ему дорого. Акио стал другим, нет, он все также говорил, что сила, что дана владеющим дана, не для убийства, но теперь он добавлял, что она дана для защиты тех, кто лишён ее. Сам же не расставался с оружием и постоянно, как бы не заметно прикасался к кобуре с пистолетом скрытого ношения. Бабушка Этсуко устроила небольшой праздник, который мне казался чем-то нереальным, и в этом веселье я чувствовал себя лишним, и потому, стараясь никого не обидеть своим уходом, ушел на тренировочную площадку, где теперь сижу и чуть ли не вою от злости. Злобой и гневом ничего не решишь, по крайней мере сейчас, пока что я слишком слаб, но это сейчас, а потом будет потом.

Огромный военный авиатранспортник, предназначенный для перевозки танков, грузовиков, ракет и других крупногабаритных грузов, был забит полностью. Чоррун кроме полусотни пустых бойцов клана Райдзин взял с собой два танка, четыре бронированных джипа и одну небольшую артиллеристскую установку. Было еще огромное количество иного груза, что старик намеревался взять с собой, он находился сейчас в четырех фурах, Чоррун даже нанял еще три грузовых самолета которые лишь слегка уступали военному транспортнику. Но не суждено было старику всё это перевезти, военная база в нужном мне квадрате Диких земель отказала клану Райдзин принять еще три самолета помимо военного транспортника, который предназначен для моей перевозки и для моего имущества, ну не входило в него даже два танка и джипы. И вот теперь разгневанный старичок матерился не как глава клана, хоть и бывший, а как торговец, у которого отнимают последний товар. Никогда не знал, что Чоррун мог так стенать, и мои утверждения что в Диких землях мы можем купить что угодно и нанять кого угодно отметались сварливым старичком, ибо, как он покрикивал на меня и на бабушку Этсуко, в Империи лучшее, а там худшее, так что надо взять с собой все что может пригодится как Чорруну так и роду Шосе, и, как оказалось, это от миномета с ракетами земля-земля, до памперсов и детского питания на три года.

Но все-таки Чоррун смог унять немного свою бережливость и запасливость, и мы были готовы к вылету загрузив один танк и одну фуру, и были готовы выезжать на взлетную полосу для взлета и ждали только разрешения диспетчера, а пока оно было не дано я прощался с отцом и бабушкой Этсуко, которая с собой толи притащила толи они сами пришли провожать Чорруна который был злой как демон и отчитывал, и наставлял каждого присутствующего соклановца.

Рев мотора, несущегося к нам элитного бронированного автомобиля, заставил обратить на себя внимание. Я, как и все владеющие клана Райдзин приготовились отражать возможную опасность, исходящую от этого автомобиля. В моей голове забрезжила догадка кто это мог быть, утром посыльный принес в конверте результаты исследований, у меня есть проблемы, но они больше связаны с ранениями, что я понес боях, чем с репродуктивной функцией, приписка на результатах рукой моей будущей тещи гласила чтобы я берег свои колокольчики.

Визг тормозов за двадцать метров до нашей группы оповестил о том, что на таран автомобиль не пойдет. Выскочивший из салона охранник побежал открывать двери, и вот из салона облаченная в красную юкату с орнаментом вышла Тэймэй, и если бы я не испытывал ко всем членам Императорской семьи ненависть, она бы мне показалась прекрасной девушкой, чья ледяная красота пробирала тебя изнутри и полностью как мороз охватывало твое сердце. Такой её видели все вокруг, но только не я, я видел тварь, которая станет моей женой и которую сейчас я хочу прикончить, но нельзя. Она сделала пару шагов и, обведя взглядом смотревших на неё владеющих, она что-то видать решила и обратилась ко мне.

− Дэйчиро, что же ты забыл попрощаться со мной, твоей невестой? – Её голос про журчал как весенний ручеек. − Обними же меня на прощание.

Я знал, что она не осмелится напасть, но все же от Тэймэй можно ожидать всего что угодно, когда я подошел к ней она вдруг крепко обняла меня, прижавшись всем телом, а потом посмотрела своими ледяными глазами в мои глаза и тихо, чтобы слышно было только, мне произнесла:

− Ты проклянёшь тот момент, когда согласился на предложение моей матери. – Она немного отодвинула свою голову и добавила. − Я превращу в ад твою жизнь и жизнь твоих близких.

Все пораженно смотрели на нас, все присутствующие знали или хотя бы видели по телевизору принцессу Тэймэй. Посмотрев напоследок в эти ледяные глаза, я качнул головой вперед, направив свой лоб в переносицу милашки. Да, она владеющая, и не из слабых, но вот от неожиданностей ничто не спасёт. Мой лоб с лёгкостью сломал переносицу принцессы, от удара она потеряла сознание и рухнула на землю, а из её носика хлестала кровь заливая такое прекрасное лицо принцессы. Как только я достал один из ножей кукри рядом возник Орсо.

− Дэйчиро Шосе, это неприемлемо. − Орсо пока не нападал, а я спиной чувствовал, что клан Райдзин готов напасть на охрану принцески.

− Орсо, передай принцессе Тэймэй. − Я протянул Орсо нож. − В этот раз я её прощаю, но в следующий раз отрежу ей языке, зажарю и заставлю его сожрать.

Под удивленные взгляды я, не оборачиваясь, пошел к самолету, за мной устремился лучезарно улыбающийся Чоррун, а в это время Орсо безрезультатно пытался привести в чувство принцессу. Чуть-чуть сильней удар и не было бы у меня невесты, но нельзя, ее смерть принесет только множество проблем, если убивать так убивать всю Императорскую семью разом, чтобы никто не мог отомстить.

Рёв турбин самолета усыпил неугомонного Чорруна, который завалил меня вопросами, и вот, я опять остался наедине со своими мыслями, я не переживал о том как сильно будет жаждать моей смерти Тэймэй, она чужой для меня человек. Меня волновала Исида, как я буду с ней объясняться, и что делать если она меня покинет. И все же личное счастье — это хорошо, но думать надо не только о себе.

Конец главы.

Жду комментариев.

Глава 5

На военной базе империи на диких землях, Чоррун хотел сразится в дуэльной схватке с начальником базы, тот отказался принимать два самолета клана Райдзин, которые были забиты оружием и людьми. Как он выразился, никто не соглашал с руководством страны переброску военных сил клана, и потому он не может брать на себя ответственность за это. А то что со мной прибыл небольшой отряд и техника так это сопровождение меня и Чорруна, а переброска дополнительных сил и техники не предусмотрена.

Наш небольшой отряд двинулся в дикие территории и так как я не знал где сейчас находится Каори и Эйко мы поехали к территории клана Сиоко. Нам хотели выдать сопровождение из сил военной базы Империи, на это я просто расхохотался и прямо сказал начальнику базы что я лично прикончу любого имперца что последует за нами, как открыто, так и скрываясь. Не верил я Императрице, и постоянно подозревал что эта помолвка, о которой уже на следующий день было оглашено лично Императором, всего лишь уловка для того чтобы определить место нахождение Каори и Эйко. Сейчас весь светский мир Империи кипел и обсуждал оглашенную помолвку принцессы Тэймэй и Дэйчиро Шосе. Чоррун откровенно смеялся над теми слухами что по спутниковой связи передала ему Этсуко. Из них выходило что Тэймэй и я уже давно друг друга любили, но Императрица Хаона была против того чтобы они были вместе. И вот Дэйчиро вывез свою семью в Дикие земли и решил похитить свою любовь, которая, как утверждают слухи, была не против, но злая охрана принцессы не дала влюбленным сбежать и ранила Дэйчиро. Императрица узнав об этом была в гневе и приказала во чтобы то ни стоило найти наглеца, а когда Дэйчиро нашли она лично хотела вырвать сердца того, кто позабыл где его род, а где императорская дочь. Но храбрый юноша в бронекостюме не побоялся разгневанной Императрицы и попросил благословить его брак с Тэймэй, он говорил, что жизнь без принцессы ему не мила и он готов умереть. Принцесса Тэймэй также заявила, что готова умереть если они не одобрят брак с членом рода Шосе, у Императрицы не было выбора, она увидела, как сильна любовь у этих двоих и потому объявлена помолвка между Тэймэй и Дэйчиро Шосе, который сейчас срочно убыл в Дикие земли чтобы рассказать радостную весть своему роду.

Чорруна откровенно забавляло что во главе всех этих слухов была сама Императрица, которая рассказывала каждому желающему ее выслушать о своей дочери, которая почему-то полюбила этого низкоданового владеющего из рода Шосе. Чоррун видел какая любовь между мной и Тэймэй, и поэтому постоянно подкалывал тем что каждую ли я свою девушку так целую что она валяется на земле вся в крови и без сознания.

Я попытался связаться с кланом Сиоко, но мне сообщили что никто из высшего состава клана со мной по телефону общаться не видит смысла, а когда всё-таки после многочасовой перепалки мне все же ответил Хаос Сиоко, то он мне так и сказал, что со мной нет смысла разговаривать пока его мать Харуки не просканирует меня на факт подтверждения личности Дэйчиро Шосе, и ему плевать на то что я им называюсь, вот прибуду на территории клана Сиоко, вот там и поговорим. В принципе я согласен с ним, и поэтому наш отряд пополнив запасы двинулся по маршруту в город Картас.

По дороге я постоянно пытался тренироваться, бегая и поднимая тяжести, а также постоянно манипулируя своими плетьми и другими набольшими предметами, тренируя силу психокинетику. Скептически смотревший на все это Чоррун вызвался мне помочь в тренировках.

−Ты уверен что это поможет? – Скептически спросил я Чорруна, который проверял трос, который опутывал сперва мой бронекостюм со мной внутри, а второй конец троса был привязан к нашему танку. – Знаешь, я сомневаюсь, что смогу сдвинуть это гусеничного монстра с места.

− Сдвинешь. − Односложно сказал этот старик, вскарабкавшись на танк и взглядом проверив трос. − Куда ты денешься! А ну натягивай трос! Все по машинам!

Отряд мигом разбежался по машинам, а я начал натягивать двадцатиметровый трос, трос натянулся, мышцы взвыли от усилия, трос был натянут как струна.

− Чоррун, я не могу! − Крикнул я, понимая, что мне это не по силам, все-таки сорокотонная махина да на песке это не грузовик на асфальте, который мне по силам тянуть за собой на тросу.

− Ничего внучек, я тебе щас подмагну. − Чоррун дотронулся до троса, и я практически сразу ощутил как меня ударило зарядом тока. − А ну тяни, кому я сказал!

Удар тока дал мне злость, и я опять натянул трос, но бесполезно, танк не сдвинулся ни на миллиметр. Еще удар током и еще удар, мышцы рвались и стонали, умоляя меня прекратить попытки сдвинуться с места, а я все загребал руками и ногами песок.

− А—Ааа-А! − Танк сдвинулся с места, а я начал метр за метром разгоняться, таща за собой многотонную махину по песку. Хватило меня метров на пятьсот, а после я упал на песок в изнеможении и полностью без сил.

− Ну это никуда не годится. – Подошел ко мне Чоррун. − У тебя множество сильных врагов, и тебе надо быть сильней их всех вместе взятых. Ну ничего, я лично теперь буду следить за твоими тренировками.

И вот так начался мой персональный ад, Чоррун постоянно всеми ему доступными способами помогал мне день за днем биться об мой предел в силе физика. Он не знал про тот рывок в силе что был у меня в пустыне, но я-то знал, и чувствовал что та стена, что разделяет меня и тот уровень силы, постепенно разрушается. Я слышал о таком что тело еще не готово принять ту силу что находится в тебе и потому она ограничена. Тот ад что этот старикан называет особыми тренировками, по технике которых он сам раньше тренировался, выматывали меня безумно, но все эти тягания танка, бег наперегонки с шаровыми молниями и скоростные ножевые бои приносили результат. И вот, когда мы приблизились к городу Картас, я без особого напряжения мог тащить, хоть и медленно, танк несколько километров. Я становлюсь все сильней, но этого мало, я должен и правда стать сильней всех тех что против рода Шосе, вместе взятых. И времени у меня мало, у меня его уже нет. Каждый вечер я садился и проводил медитацию, пытаясь вызвать то чувство могущества что было тогда во время схватки с группой ликвидации. Если бы я был на таком уровне в схватке с Орсо то еще неизвестно кто кого бы спеленал. Вечерами я не только медитировал, но и думал о Исиде, поймет ли она вынужденность брака с принцессой? Смешно конечно, я взрослый мужчина, а переживаю как подросток. Но сделать с собой ничего не могу, мне важна Исида, и если случится самое страшное мое предположение развитие ситуации, то мне будет очень плохо.

Вот наконец-то, спустя полторы недели изматывающей дороги, во время которой не было ни одной схватки, мы подъехали к поместью клана Сиоко.

Нападений не было не потому что внезапно Дикие земли стали безопасными, всему виной был Чоррун Райдзин, который просто жаждал схватки с достойным противником. Как он говорил, в его молодости если владеющий молнией готов к схватке он оповещает окрестности о своем присутствие молнией в небо, которую видно за десятки километров. И другие владеющие, которые жаждут схватки, по этим молниям понимают стоит ли туда соваться. Так что Чоррун изредка пускал в небо такие молнии что мне становилось плохо от одной мысли что подобный монстр когда-нибудь может стать моим противником. Также старик стал тренироваться по вечерам, как он сказал, засиделся он в столице, и тех тренировок, что он проводил там, недостаточно. Да и нельзя там было тренироваться так как он тренировался сейчас, смотря на то как он метает молнии и как возникает на его теле плазменные шары, я не удивлялся, но то что началось дальше заставило пересмотреть свое мнение о негодности этого поколения по сравнению с этими стариками. Чоррун оплетал свое тело молниевым щитом, который не вредил его телу и одежде, но вот при соприкосновении с любым объектом тот оплавивался. Но и это не главное, Чоррун мог создавать магнитные поля и ими управлять, и, как он заявил, танку не жить, и потому он не будет тренироваться на нем, хотя и хочется. Разнообразные венцы, что падали с неба, плазменные волны, и это не весь перечень из того что творил этот старичок в барханах, и ветвистые молнии были самыми безобидными из них. Один раз он показал то, что я посчитал практически не реальным, и жутко смертельным для любого. Сотни управляемых Чорруном шаровых молний более часа носились по всей округе, реагируя на все, даже на дыхание и малейшее движение. И всем этим безумством управлял Чоррун. Они подчинялись ему, и он их подпитывал, эту демонстрацию он проводил ночью под свой безумный смех, пустые испуганно прижались к земле. Через полчаса их нервы не выдержали, и они начали подвывать от страха. Немудрено испугаться, когда вокруг носятся на безумных скоростях огромные шаровые молнии, пульсируя и при этом издавая оглушительный треск.

Чоррун словно помолодел, как он мне рассказал, в Империи на него наложено множество запретов, которые он иногда нарушает, но все равно он не может использовать свою силу на полную катушку. Так же он рассказал, что разрешение на уезд с территорий Империи ему подписала лично Императорская чета, да и на мой вопрос о том, как Императорская чета может спокойно спать, зная насколько Чоррун силен, старикан только ухмыльнулся и сказал, что некоторые вещи мне не стоит знать, и вот когда я дорасту до его уровня мне это станет известно, а насчет силы молний, что бурлит в нем, он сказал, что в Империи есть парочка и посильней. Но ехидно скорчив рожу самодовольно добавил, что он превосходит их в мастерстве использовании силы и они в бою ему не ровня. Ведь уровень силы не является определяющим критерием в бою между такими монстрами.

Технику и пустых мы оставили еще на подходе к поместью клана Сиоко, и, как настоял Чоррун, приближались пешком к воротам. Чоррун шёл слегка позади, показывая тем самым что я главнее, не по силе или по старшинству, в данной ситуации старик признает мое старшинство. У ворот нас встречали Хаос, закованный в чешуйчатую броню, несколько танков направили на нас свои башни, и, как показывало внутреннее зрение силы психокинетика, вокруг было множество как снайперов, так и владеющих различных стихий. Также около Хаоса стоял Тогшила со своей женой Харуки, но они стояли в кимоно и не были защищены какой-либо броней, хотя Тогшиле как неслабому психокинетику броня не нужна:

− Приветствую тебя, Дэйчиро Шосе. – Обратился Тогшила, глава клана Сиоко, когда мы подошли ближе к встречающим. − Рад тебя видеть, не представишь ли ты своего спутника нам?

− Это мой дед, владеющий силой молнии Чоррун Райдзин. – Сделал я паузу чтобы начал говорить Чоррун, чем тот и воспользовался.

− Я как представитель клана Райдзин приветствую и благодарю за ту помощь что вы оказали роду Шосе в тот момент, когда меня не было рядом. – Чоррун картинно вздохнул. − Мой правнук немного напутал, я его прадед.

− Насчёт благодарности за помощь, эту благодарность выразит нам род Шосе, а не клан Райдзин. − Заговорила Харуки, как я понял, после мысленного разрешения Тогшила. −И какой у прадеда Дэйчиро дан? А то, знаете ли, пара деревень снялись с мест, увидев, как из вашего лагеря ночью в небо летят одновременно сотни молний, а на высоте облаков образуется одновременно десяток венцов. Так какой у вас, Чоррун Райдзин, дан, и с какой целью вы прибыли в Дикие земли?

− Ну, дан мой не выше вашего, Харуки, или вашего, уважаемый Тогшила. − Весело ответил Чоррун, а я напрягся, ведь если у них есть счеты они могут начать схватку. Хотя старик и утверждал, что у него нет счетов с кланом Сиоко, но могло произойти что угодно. − А насчет цели, мне не нравится, что происходит с родом Шосе и я решил по мере своих сил помочь ему, да и с правнуками хочу понянчиться, знаете ли, старику полезно перед уходом в вечность понянчиться с детьми, в которых есть частичка тебя. А насчет угрозы клану Сиоко, не вредите роду Шосе и никакой угрозы от меня и не будет.

− Все с вами понятно, уважаемый Чоррун Райдзин. − Заговорил Тогшила. – Но я все же прошу вас ожидать за воротами, у клана Сиоко есть вопросы к Дэйчиро Шосе, которые не терпят посторонних.

− Какой клан Сиоко негостеприимный клан. − Фыркнул Чоррун, а в воздухе повисло напряжение. Попрекание гостеприимством хоть и не оскорбление, но очень неприятный жест в сторону клана.

− Не надо нас попрекать в том, что вам не обещано, Чоррун Райдзин. − Спокойно ответил Тогшила и обратился уже ко мне. – Дэйчиро Шосе, прошу вас пройти с нами в дом переговоров, я прошу понять нас, мы не желаем видеть незнакомого владеющего такого уровня силы как Чоррун Райдзин пока неизвестны его истинные цели и пока нам не неизвестно можно ли ему доверять.

− Ну что поделать, не дают старику отдохнуть с дороги, подожду я тебя, Дэйчиро. − Печально вздохнув сказал Чоррун, а потом, посмотрев в глаза Тогшиле, добавил. − Через два часа я зайду сам проверить как там мой внук. Я надеюсь от вас не будет вреда ни Дэйчиро ни любому другому члену рода Шосе?

− Не беспокойтесь, Чоррун Райдзин. − Молвила Харуки. – В вашем возрасте беспокоиться вредно.

− Вредно кому-то будет если я забеспокоюсь. − Сказал Чоррун.

После я последовал за верхушкой клана Сиоко, а Чоррун, подмигнув мне, пошел, картинно ковыляя, к близлежащей скамейке. До дома, предназначенного для переговоров, мы шли молча, и по тем хмурым взглядам что бросал на меня Хаос я понимал, что разговор будет не из легких. Так и было, как только мы зашли в дом и уселись за стол, и дождавшись пока я и Хаос снимем броню, меня завалили вопросами о том, что произошло в Империи. Задавали вопросы только Тогшила и Харуки, а Хаос молчал, и, как я чувствовал с помощью силы манипулятора, Хаос боролся с переполняющими его эмоциями. Гнев и злость, вот что сейчас его переполняло. Я рассказал им все, умалчивая только о том, что я вселенец. Как я договорился с Харуки, ни Тогшиле ни Хаосу, да вообще никому из клана Сиоко об этом не стоит знать. Как она говорила, то что я такой какой есть может смутить не только их, но и Исиду. Одно видеть молодого парня, а другое видеть если не старика так другого человека, которого можно использовать, а в случае с Исидой, кардинально изменить обо мне мнение. Когда я начал рассказывать о том, что мне придется отменить договор о заключение брачного союза между мной и Исидой, Хаос не выдержал.

− Вынужден отменить? Так и скажи, что там почетнее! – Воскликнул он и начал буравить меня взглядом. – Посмотрим, как ты объяснишь моей дочери эту вынужденность и что она скажет по этому поводу.

− Хаос, у меня не было выбора. − Сказал я ему.

− Врешь, молокосос, выбор есть всегда! – Хаос встал и демонстративно посмотрел на меня. – Я, Хаос Сиоко, как отец Исиды Сиоко оставляю за собой право выпустить тебе кишки за оскорбление, нанесенное моей дочери разрывом брачного договора.

− Хаос! – Воскликнул Тогшила, но Хаос не стал его слушать и пошёл на выход.

Он сделал свой выбор, и его выбор мне понятен, осталось узнать какой выбор сделает Исида. Как сказал Тогшила, прямой связи с Исидой и Каори с Эйко нет, так что она может пока что не знать о том, что у меня теперь невеста принцесса Тэймэй. Но через неделю по зову Харуки они прибудут на территорию клана Сиоко из убежища, место расположения которого мне не стоит знать, а маршрут, по которому они будут двигаться, тем более. Как я понял, клан Сиоко прибегнул к услугам могущественного владеющего силой геомантии, которая управляет землей, и двигаться они будут по подземному тоннелю, и убежище клана Сиоко так же находится в толще земли.

Конец главы.

Жду комментариев,

Буду рад лайкам)

Глава 6

На следующий день после прибытия меня позвала к себе для разговора Харуки. Нас с Чорруном разместили в гостевом доме, но в тот же момент попросили Чорруна не выходить из дома без оповещения охраны поместья, в ином случае на него сразу же нападут. Чоррун принял такие условия, он понимал, как и я, владеющий такой силы должен быть постоянно под пристальным вниманием, и его свобода немного ограничена.

− Ты и вправду думаешь, что брак с принцессой Тэймэй решит все твои проблемы? − Спросила меня Харуки.

− Не знаю, Харуки, но очень на это надеюсь. − Ответил я ей смотря как она разливает по чашкам чай. – Выбора у меня немного, они рано или поздно добьются желаемого, а так есть хоть какие-то гарантии того что род Шосе выживет и за ним не будет вечной охоты.

− А ты не думал, что этот брак принесет еще множество проблем? К тем что уже сейчас имеются? − Харуки задумчиво отпила из чаши чай. − Скоро будет война между союзом государств, возглавляемый федерацией Гатсен против Империи, а жених Императорской дочки просто обязан быть в первых рядах, особенно такой как ты из занюханного рода.

− Харуки, ну ты же все знаешь, и понимаешь, что я делаю все не по своей воли. − Мне надоела та злоба что мелькает в глазах клана Сиоко когда они на меня смотрят, я уже смирился с тем что Хаос желает убить меня, но хоть кто-то должен понимать что я иду на этот гребанный брак вынужденно. − А война, ну значит война, я просто винтик, которому придется забирать жизни, но как ты понимаешь решение примется на совете рода Шосе, я прошу принять и понять любое решение рода Шосе.

− Знаю, понимаю, но простить, извини, не могу, мне твой союз с моей внучкой особо не нужен. – Харуки посмотрела на меня ледяным взором каким смотрят на жертву, у которой нет иного выбора как принять свою судьбу. − То соглашение сделано не во благо клана, а во благо внучки. Посмотрим как ты выкрутишься. Знай половина клана уже в курсе и желает расплаты за нанесенное оскорбление клану Сиоко, но я позволила тебя уведомить о том, что к вечеру из убежища прибудет род Шосе и моя внучка с ними.

− Но вы же говорили через неделю! – Воскликнул я.

− Как ты наверняка догадываешься они постоянно перемещаются, и у такого клана как наш не могло быть только одно убежище. − Спокойно проговорила Харуки. − И да, готовься к тому что завтра ты и твой род будете объявлены либо врагами клана Сиоко либо ты умрешь от рук моей внучки, если она конечно пожелает марать о тебя руки. Она уже в курсе о том, что ты, Дэйчиро Шосе, объявлен женихом принцессы Тэймэй, которую совсем недавно желал убить, а теперь возжелал чтобы она стала его единственной женой.

− Харуки! Ну не могу я ей рассказать всё! – Взвыл я словно от боли, мне казалось, что эта женщина старается сделать мне все больней и больней.

− Пора выбирать, Дэйчиро! Кто должен знать о тебе все? Не стоит полагаться на случай. − Вскочила с места Харуки, и мне показалось что она стала давить на меня силой манипулятора. − Кто тот кому ты можешь доверять? Кто входит в твой круг, кто станет твоей опорой и кому ты можешь доверять как себе!?

− Харуки… – Начал было я говорить, но эта разгневанная старушка не дала мне сказать и слова.

− Наш разговор, Дэйчиро Шосе, окончен, прошу покинуть дом переговоров. − Молвила Харуки голосом, не подразумевающим какие-либо возражения.

Весь день я провел с Чорруном в томительном ожидании, и вот когда начало темнеть на территорию клана Сиоко заехал неприметный грузовик, весь в пыли и грязи, а из кузова начали выпрыгивать военные, которые начали выгружать детей, Эйко, и Каори. Каори бережно прижимала к себе двух своих малюток, а Эйко, поддерживаемая Исидой, аккуратно спускалась из кузова грузовика, прижимая моего племянника к себе. Когда я подошел к родным я встретился глазами с Исидой, ревность, гнев и злоба плескались в её глазах. Она не стала закатывать скандал прямо сейчас, а даже обняла меня на глазах у всех остальных членов Сиоко, которые обступили грузовик, но я знал, что это всего лишь затишье перед бурей. Стоявший рядом Чоррун как будто светился от счастья постоянно обнимая то Каори, то Эйко, то немного смутившуюся от такого внимания Эми. Дети кланов Фатсен и Хитаси тоже интересовали Чорруна, но мне не нравилось то, каким взглядом смотрел на них старик, так смотрят на щенят породистых собак, решая будет ли от них толк или может быть продать их кому-то другому. Чихеро меня удивила, она выглядела совершенно иной девушкой, эта была не та девушка что гонялась за мной по горам и не та что жила у меня в поместье, теперь на вид это была сильная леди что одним своим взглядом заставляла отворачивать от себя взгляд многих охранников, что прибыли с ними. Пока мы перебрались в гостевой дом клана Сиоко Исида подошла и практически на ухо прошептала что ждет меня через три часа в доме для переговоров.

Новости, истории, слухи, мне показалось по тому вороху информации что вылили на меня Каори с Эйко, мы не виделись целую вечность. Оказалось, что Сузуми прошла, так сказать, испытание принятия силы через очень тяжелую болезнь, Чоррун сразу же подтвердил что в девочке проснулась сила молнии. Батусай начал называть Исиду мамой, причем только её, и теперь они стали практически неразделимы, за все время это первый раз когда они раздельно друг от друга. Эми усиленно занимается как развитием своего дара, тренируясь на марионетках, так и постоянно штудировала различные учебники и, как с улыбкой поведала мне сестренка Эйко скоро будет умней меня. Вот хотелось мне сказать что скоро Эми будет красивей Эйко, но не стал, а стать умнее меня это не гарантия того что ты станешь лучше меня.

Но все же вопросов ко мне было больше, и, понимая, что не все ответы на эти вопросы стоит знать посторонним, мы уединились в небольшом зале. Наш маленький круг совета рода состоял всего из трех человек, я, Каори и Эйко. Когда я уходил то передал письмо, в котором я написал что выбора нет, и ждать постоянного нападения я не мог. И вот все окончено, и нам надо всего лишь решить, быть или не быть моей свадьбе с принцессой, которая с радостью бы меня убила. Стоит ли нашему роду доверится своим палачам, и есть ли надежда на то что сотни лет угнетения и использования закончатся, того чтобы приобрести новых врагов из числа членов клана Сиоко. Эйко, поглаживая моего племянника Сакурая, коснулась стальной цепочки на его шейке, предназначенной для того чтоб отсечь ему голову в том случае когда уже не будет возможности спастись, они были готовы убить собственных детей чтобы восемь сот лет рабства было окончены.

− Дэйчи. − Эйко тихо начала говорить. − А ты сам то готов пойти на это во благо рода?

− Да, сестра. – Так же тихо ответил я ей.

− Тогда все решено. − Заговорила Каори. − Мы принимаем предложение Императрицы Хаоны, а тебе пора к Исиде, постарайся смягчить удар.

Идя по ночной дорожке к дому переговоров клана Сиоко, мне было не по себе, я, прошедший кровь, не боящийся расстаться с жизнью, сейчас боялся и хотел убежать, лишь бы не разговаривать с той которую люблю. Зайдя в дом и пройдя в зал для переговоров я увидел как посреди зала у небольшого столика в белоснежном кимоно сидела она и пила вино прямо из бутылки, около нее стояло еще парочка уже пустых бутылок, всё-таки она физик, и алкоголь ее должен практически не брать, но все же он не может не влиять.

− Ну что же, любимый, проходи и присаживайся поближе. – Проговорила Исида, смотря на меня каким то злым взглядом и словно предвкушая то что сейчас должно случится. Она дождалась пока я сяду напротив нее и только потом заговорила вновь. − Ну и что ты сейчас будешь мне рассказывать, как будешь оправдываться передо мной, той что стала твоей невестой и собиралась стать твоей женой, той кто любила тебя, Дэйчиро Шосе, что ты скажешь мне в свое оправдание?

− Мне нет оправдания и оправдываться я не вижу смысла. − Спокойно ответил я. Только спокойствие поможет мне, я чувствовал как в Исиде бурлят эмоции и она готова не то чтобы напасть, но по крайней мере излить на меня всю ту злость что скопилась в ней. – Я сделал то что было необходимо, и я надеюсь на твою благоразумность.

− На благоразумность? Ты смеешься надо мной Дэйчиро?! – Расмеялась Исида. − И оправдываться ты не собираешься, и сделал ты то что было необходимо.

Исида словно размылась в воздухе, но я видел внутренним зрением все что происходило, видел то как она вытащила из-за своего рукава небольшой кинжал и как она устремилась ко мне, не смотря на то что Исида быстрее меня я мог бы ей противостоять. Но я не видел в этом необходимости, за все надо платить, но не в этом случае. Я надеюсь что смогу ей довериться как себе. И вот лезвие кинжала коснулась моего горла, а Исида замерла в нерешительности продолжить движение своей руки.

− И какое место в своей жизни Дэйчиро Шосе буду занимать я, если его женой будет другая? − Её лицо ничего не выражало, не было ни слез, ничего, силой манипулятора я сейчас не ощущал от неё ни единой эмоции.

− Как бы не сложилась моя дальнейшая судьба, будешь ли ты со мной или будешь ненавидеть меня, твое законное место здесь. − Все также ощущая холод лезвия я прикоснулся к своей груди, где билось мое сердце.

− Уходи. − Исида убрала от моего горла кинжал. – Уходи, мне надо побыть одной.

Просить прощения и умолять понять меня не было смысла, Исида знала кто станет моей женой, так же она знала, что я должен по статусу просить Тэймэй разрешения на повторную женитьбу. Так же она знала, что мне необходим разрыв нашего соглашения, она не манипулятор, она не может знать о том, что я чувствую к ней, и потому она сейчас сомневается и злится. И то что она больше воин чем девушка не отменяет того факта что она желает быть любимой.

Я встал и посмотрел на такую близкую и такую сейчас далекую женщину, которая подошла к своей недопитой бутылки с вином.

− Исида, я хочу чтобы ты знала, я…− Она не дала мне договорить.

− Не надо слов Дэйчиро, уходи пока я тебя не прикончила. − Сказала она мне, повернувшись ко мне спиной, и из ее глаз текли слезы.

До гостевого дома я дошел в полном одиночестве борясь с эмоциями вернуться и обнять её, и только то что она может и вправду убить меня останавливало меня. Ей надо просто подумать о том, кем мы будем друг другу по жизни.

Конец главы.

Интерлюдия

Удар за ударом наносила Гибкая Исида по деревянным брусьям, от ее выверенных ударов летели щепки, а воздух наполнялся треском стволов крепких бревен. С детства она привыкла что единственное место, которое позволяет ей успокоиться, это была тренировочная площадка. А злость что в ней сейчас кипела просила выхода. Он, кто казался сперва слабаком, постепенно захватывал ее сердце, от него не было цветов, подарков или умелых ухаживаний, все как-то само получилось. Исида уже не раз думала, кто начал эти отношения? Всё указывало на то что она сама и начала, она не лгала себе, она хотела мужчину, и её не волновало какую боль получит этот мужчина. Смешно, она давно уже себе призналась себе, что любит его, а началось все с похоти, и как так всё случилось что похоть преобразовалось в совершенно иное более светлое чувство, Исида об этом не знала.

Скоростной выпад был последней каплей и тренировочный столб обломился. Столб обломился, а злость и боль не ушли. Исида посмотрела на ночное небо, где холодным светом горели такие далекие звезды.

− Не, я все понимаю, ты физик, вам голова дана для пробития стен. – Из темноты появилась Чихеро и начала неспешно приближаться к Исиде, немного покачиваясь− Но нельзя же быть настолько тупой!

− Чихеро, ты напрашиваешься. – Начала говорить Исида, смотря на это недоразумение, которое сейчас прильнуло к бутылке вина. – Чихеро! Тебе нельзя пить! Вино плохо на тебя влияет.

− Нормально оно на меня влияет, в отличии от некоторых, не завидуй, и вообще у меня сегодня праздник! – Сказала Чихеро усаживаясь на обломок бревна и вновь прильнула к горлышку. – Я уже и не знала, как бы расстроить ваши идеальные отношения, уже подумывала, а не прикончить ли тебя. Ну погоревал бы Дэйчиро пару месяцев, и тут я раз, и к нему в постельку голенькая бы нырнула. Но мне оказалось и делать то ничего не надо, тупоголовая Исида сама все сделает.

− Женой Дэйчиро станет принцесса Тэймэй! А не я! – Взревела Исида.

− И что? Ик. – Икнула захмелевшая Чихеро. − Ты видела радость в его глазах что его женой станет сама дочь Императрицы? Я чёт такого не видела, меня пока что не посвящают во все дела рода, но я подозреваю что эта женитьба вынуждена и Дэйчиро пошел на это не просто так и не из-за какого-то там статуса. Что не говори, а мой Дэйчи тупоголовый, и ему на такие вещи как статус или благородство наплевать.

− У него был выбор, и он его сделал. − Гордо сказала Исида, сейчас она верила в то что он мог выбрать её, а не сделал этого только потому что не захотел.

− О боги, за что мне это!? – Вознесла к ночному небу уже пьяненькая Чихеро, а после посмотрела своим мутным взглядом на Исиду. – Послушай меня, тупая курица, он глава рода, и когда ему приходится делать выбор между своим счастьем и благом рода он выберет, и сейчас, тупоголовая девица, он лежит в своей спальне и просто смотрит в потолок осознавая, что выбрать по-другому он не мог. Не нужна ему такая жена если ты не можешь стать его опорой, не можешь поддержать.

Чихеро начала растворятся во тьме, уходя прочь и покачивая полупустой бутылкой с вином.

− Не можешь быть опорой? Забудь тогда о Дэйчиро Шосе. − Тихо произнесла она, удаляясь. – Выбор должен был сделать не он, а ты.

Исида молча побрела к гостевому дому. Выбор, кто должен делать выбор? Нельзя рубить с плеча, не разобравшись во всем. Эмоции плохой советчик, и что с того что впервые ей дали самой выбрать судьбу Шосе? Отец готов хоть прямо сейчас перерезать горло Дэйчиро, отец всегда был чересчур импульсивным, но она уже сказала, что не хочет вредить Шосе, а теперь идет сама к нему. Ждет ли он её?

Взобраться по стене гостевого дома и остаться незамеченной для охраны Исиде не составило труда. Она не тешила себя надеждой что осталась незамеченной, Дэйчиро психокинетик и наверняка уже знает, что она пришла к нему. И вправду, окно в его спальню было приоткрыто, а он сам сидел на кровати и смотрел на проем окна ожидая её. Словно кошка Исида аккуратно проскользнула в спальню и посмотрела на такого грустного и почему-то казавшегося смертельно уставшим Дэйчиро. Она сразу не заметила, но на теле Дэйчиро появились новые шрамы, через пелену злобы она даже не заметила шрама на лбу. И тут она осознала одно, он не был на сватовстве, там, где-то далеко решались жизни дорогих людей для Дэйчиро. У него был выбор, и он его принял, но какой-то он после этого выбора смертельно уставший.

− Исида. – Хриплым голосом позвал он её.

Исида в мгновение ока оказалась около него, она видела, как напряглись мускулы её мужчины, он ждет нападения. Её это возмутило, да, она понимала, что с этим кинжалом она переборщила, и все же он позволил лезвию коснуться его горла. И сейчас да, он напрягся, но не видно, что он будет защищаться. Исида не думая прильнула к его груди, вдохнула запах своего мужчины:

− Любимый, я так соскучилась. − Тихо произнесла она, ощущая, как Дэйчиро опутывает ее в своих объятиях, и как она тает в этих объятиях забывая о злобе, гневе и о том, что возможно её так и не будет суждено стать официальной женой Дэйчиро Шосе.

Конец интерлюдии.

Глава 7

Полуденное солнце пекло нещадно, пот застилал глаза, и меня тешила только одна мысль: как только тренировка окончится я окунусь в искусственный пруд, находящийся на территории моего загородного особняка города Ичьхилак.

− Сынок, не отвлекайся, у тебя рисунок кривым выходит. – Напомнила мне о суровой реальности моя мама, которая находилась на тренировочной площадке, и была сокрыта от палящих лучей. −И не забывай тянуть трос.

Мои тренировки превратились в семейную забаву. Как только я рассказал им про мой рывок в силе в схватке в пустыне и что я не могу даже приблизиться к этому уровню все загорелись желанием помочь мне в тренировках. А то что в Империи было объявлено что Дэйчиро Шосе еще и трехталантник, то и мой маленький секрет для всех перестал быть тайной, так что на меня свалилась еще куча тренировок, и на мой, как сказала Яфа, неразвитый мозг. Ну конечно, все манипуляторы очень умны и расчетливы, а я физик привыкший бить головой, а потом думать, это Чоррун сдал меня, рассказывая всем желающим как его внук прощался со своей невестой, принцессой Тэймэй. Надо было ему это рассказать когда я прощался с Исидой, Исида была счастлива когда узнала об этом. Девушки хранят в своих головах столько загадок что мне иногда кажется их радует не то что должно, но все же мне грела сердце та улыбка, с которой она меня провожала. Наши отношения стали немного запутанными, официально брачный договор между мной и Исидой расторгнут, а неофициально я подтвердил перед всем кланом Сиоко о своем желании чтобы моей женой стала Исида, а остальные обстоятельства то, что она может остаться членом клана Сиоко, меня не волнуют, а то что пришлось мне разорвать соглашения о браке так это обстоятельства что сильней меня. Но я обязуюсь решить эти обстоятельства в течении года, по крайней мере постараюсь. И Исида станет моей женой, чего желаю не только я, но и означенная девушка, которая проводила перед всем кланом мой допрос под контролем трех манипуляторов, которые подтверждали мои слова. Было весело.

− Дедушка! − Крик моей дочери Эми вернул меня в реальность, вырывая из воспоминаний двух недельной давности. − Он опять не считывает память марионетки!

− Ну что, Сузуми. − Елейно проговорила Эйко, обучающая недалеко от меня как контролировать дар молнии, пробудившиеся в Сузуми, − Сейчас я тебе продемонстрирую как скидывать излишки энергии, лучше всего в землю через металлические предметы, ну, например, трубы.

Разряд по тросу пришел практически мгновенно, одновременно принося с собой боль и расслабленность, которое на мгновение окутало тело. Тренировка моя заключалась в том что меня привязывали тросом за ноги к бетонной плите, а руки были привязаны к другому тросу другой, конец которого был привязан к пустынному тягачу, и вот когда трос натягивался я оказывался параллельно к земле не касаясь ее, и вот так зависнув я должен был подтягивать песчаный тягач к себе. В принципе хоть задача и была не невыполнимой, но это было только начало того что придумала моя любящая семья. Семь полотен было расставлено позади меня так, чтобы я мог видеть их только внутренним зрением, сорок иголок и около сотни разноцветных катушек с нитями, которыми я должен управлять и вышивать на полотнах изображения, которые мне передает учебная марионетка Эми. Бедный мой мозг изнывал, и если по раздельности я мог справиться без особых проблем с этими заданиями, то одновременно это было почти нереальной для меня задачей, так еще и Эйко постоянно давала, как говорил Чоррун, поощрение в виде разряда тока.

Часы тренировок силы физика и психокинетика подходили к концу, и когда уже солнце не так нещадно палило меня отстегивали от тросов, и я шел готовиться к поездке для следующей тренировки. Моя жизнь стала напоминать с недавнего времени одну большую тренировку, и все готовы были мне помогать в них, заставляя меня постоянно тренироваться.

Всему виной был запах войны, которая может в любой момент разразится между Империей и тем союзом что создала Федерация Гатсен. И если сперва казалось, что те постоянно возникающие споры и конфликты это всего лишь поигрывание мышцами, то чем больше сил привлекала Федерация, тем больше людей говорило, что будет война. Не большой локальный конфликт, а война, которая должна положить конец существованию Империи, и, как мне сказал Киран Добрый, негласно возглавляющий город Ичьхилак, до него доносятся вести что Федерация пытается договорится с тремя державами, чтобы они вошли в союз против Империи или хотя-бы не помогали ей ни ресурсами, ни владеющими, ни техникой. И если это случится Империи придется очень непросто, война будет жестокая и не похожая ни на что, что было в моем прошлом мире. Владеющие, стирающие с лица земли города, монстры, руки которых никогда не отмыть от крови. Сражение, где сотни тысяч пустых будут умирать за несколько секунд, где будут сражаться сильнейшие владеющие и после которых останутся самые бездушные и страшные твари. Столетие таких войн не было и только Чоррун помнит отголоски той войны, которая была на другом континенте и в которой, как он говорил, немного поучаствовал. Тогда две воющие державы так к ничему и не пришли, так как их силы были равны, и они вернулись к своим границам. И вот такая угроза нависла над Империей, а так как я являюсь практически мужем дочери Императорской четы то, можно сказать, меня поставят перед выбором: или я в первых рядах вместе с другими владеющими буду сражаться на благо Империи или стану предателем. Конечно не все, кто связан с Императорской семьей схожими узами, обязаны быть на войне, но, как сказал Чоррун, все будут требовать чтобы никому неизвестный жених из вшивого рода доказал на поле боя что он достоин того чтобы стать или быть мужем принцессы Тэймэй. Каори от моей идеи прикончить Тэймэй в первую брачную ночь, сославшись на то что меня обуяла страсть, и я на мгновение потерял контроль и разорвал девушку на несколько кусков отказалась, заявив мне что принцесса должна не только жить, но и забеременеть. На то что принцеска обладает несколькими очень неприятными стихиями и мне придется брать ее силой он почему-то решила закрыть глаза. А я вот помнил что может сделать с плотью даже слабая распадчица если будет телесный контакт, и от этого мне становилось не по себе. Придется, видать, вырубить принцеску, и изнасиловать в первую брачную ночь, но я этого категорически делать не буду, претит мне это.

На семейном совете, на котором теперь присутствовала как Чихеро с Эми, так и Чоррун, было решено что род Шосе должен подготовиться к возможной войне. И подготавливали не только меня, все усиленно занимались, кроме Каори, и то это временно, пока я тренируюсь она постоянно проектирует броню, которую она решила изготовить чуть-ли не для каждого, включая Чорруна и детей. Но, конечно, в первую очередь для меня, она понимала, что я буду встречать пули и снаряды чаще чем они, у меня с мамой даже произошла небольшая ссора. Она не желала того чтобы моя жизнь опять будет в опасности, объяснения того что мне приходится рисковать собой мало её волновали, но и отрицать того что мне в любом случае рисковать своей жизнью и в дальнейшем, она не стала отрицать. И потому решила сделать мне боевой костюм и постоянно его теперь проектировала, но также делала особые костюмы и для остальных. Казалось бы, что такого особенного может сделать оружейник, хоть и имеющий пару интересных изделий? Но видя с каким рвением она чертит, высчитывает и иногда часами замирает на месте возможно у нее выйдет что-то интересное, но, к сожалению, она не дает заглянуть в документацию, говорит что когда чертеж будет готов тогда и загляну, а так критика ей только помешает, а доработки всегда неизбежны. Сестренка Эйко тоже в стороне не осталась, и теперь постоянно разучивает различные техники под руководством Чорруна, который нещадно на постоянной основе прописывает ей подзатыльники. По его словам, база для развития у Эйко присутствует, а вот прилежания для их развития маловато. Ну, ветерок в голове был постоянным спутником моей сестренки, но теперь она старалась, и по тому что творится по ночам успехи у нее есть, но вот до Чорруна так же далеко как мне до матери, которая подумывает тоже поискать себе наставника на время, грубая сила и умение тонкой манипуляции силой имеются, а вот боевых приемов использования психокинетической силы на ее уровне недостаточно.

Но главной звездой усердия в тренировках и целеустремленности в развитии своей силы была Эми, моя малышка с учебной марионеткой управлялась очень хорошо, но все же у нее были проблемы с созданием марионеток и с управлением более сложных марионеток, таких как Хаяма. Кстати, с Хаямой у нее не было проблем, так как он ей постоянно пытался помогать. Но, как сказала Яфа, для такого возраста успехи Эми впечатляют, а те трудности, что встали перед ней это возрастное, и исправляется как годами, так и учёбой. Учебники теперь стали неотрывной частью моей дочурки, ей интересно все, от математики до психологии вместе с программированием. Также она постоянно штудирует ту литературу, что подарила ей Харуки, и это мне не очень нравится, не для ребенка эти знания. Хотя и здесь меня моя малышка обрадовала, она мне заявила, что хочет стать доктором и лечить, когда я спросил кого она будет лечить то она заявила, что всех, кого потребуется. Я прям горд был за мою малышку.

А вот с Тессером у меня и только у меня были проблемы, дело в том, что этот кошак на меня был в глубочайшей обиде. Я все так и не смог найти ему подружку, да и не до этого было, если еще не принимать тот факт, что с кланом Сиоко, у которых я мог бы купить без проблем Тесера. Но у меня сейчас немного натянутые отношения с кланом Сиоко, радует что с Исидой у меня все хорошо, но и это не может длится вечно.

Так же меня начала беспокоить Чихеро, не то чтобы она начала выносить мозг или как-то вредить кому-то, нет. Все намного хуже, я просто не понимаю что с ней, она закрылась и посвящает себя тренировкам, и практически ни с кем кроме детей не общается, и постоянно, не жалея себя, тренируется, ездя на консультации к лучшей владеющей распадом Ичьхилака и частенько проводит там ночи. Я спросил помощи у дочурки, ведь она постоянно подслушивает мысли и могла знать о причинах такого молчаливого поведения Чихеро. Но она сказала что сама не может понять, а Чихеро как-то от нее полностью закрывается.

Внедорожник как обычно остановился у стены городского особняка Яфы Доброй, моей вечерней наставницы по силе манипулятора. Эми конечно молодец, но, как перед уездом сказала Харуки, мне нужен немного более опытный наставник. Дело в том, что Яфа должна обучить меня сопротивлению от влияния, что может быть применено на меня в бою, а также я должен вычислять марионеток и людей, находящихся под влиянием манипулятора.

Зайдя в кабинет, я увидел стол, заваленный многочисленными документами, Яфа не была одета в вечернее платье как в прошлые разы, нет, она была облачена в легкий летний костюм, волосы были связанны в хвост, не хватало только очков, тогда она была бы вылитым работником бухгалтерии.

− Ну наконец-то ты прибыл. − Яфа только через минуту обратила на меня внимание. – Слушай, я все понимаю, у вас свои заботы, но когда вы будете возобновлять производство оружия для города?

− Скоро, есть пара проектов, которые надо закончить, а потом перейдем к заказу города. − Город Ичьхилак болезненно отреагировал на весть что мы скорее всего не будем проживать здесь постоянно, так что сейчас все пытаются получить от Каори побольше оружия.

− Вот и славненько, буду ждать поставок. – Проговорила Яфа, так и не отрываясь от бумаг и что-то подписывая. − Там во внутреннем дворе пять человек, у тебя есть три часа на то чтобы определить кто из них марионетка, а кто нет, и в твоих интересах отнестись к этому заданию со всей серьезностью если не хочешь, чтобы в один прекрасный момент какой-нибудь пустой не взорвал себя в близи от тебя или твоих родных, а теперь проваливай, мне надо работать.

Молча выйдя из кабинета, я спустился во внутренний двор особняка. Да, в прошлые разы все было иначе. Вечернее платье, вино, и она постоянно акцентировала внимание на своём декольте, да и занятия по концентрации, что она проводила, были такими же какие я проводил с Эми, так что не видел я смысла в занятиях с Яфой. Во внутреннем дворе сидела у стены семья из пяти человек, два старика, молодая девушка, у которой на руках был завернутый в простынку младенец, и молодой мужчина. Это было неожиданно, я ожидал воинов, а здесь совершенно обыкновенная семья, я уселся напротив них и стал сканировать их силой манипулятора, стараясь уловить хоть какой-то намёк на то, кто из них марионетка. Ничего, три часа прошли, а я так и не понял кто из них марионетка, они как и я практически не двигались, единственное что я понял у семьи какое-то горе, и они в ожидании приговора. Но задание было не выполнено, они или все марионетки, или никто из них.

− Ну что кто из них марионетка. − Вышла Яфа практически по-домашнему, в мешковатых шортиках и какой-то майке, хотя она дома, и может себе это позволить.

− Нет. –Хмуро ответил я.− Здесь нет марионетки, за три часа она никак не выдала себя. Ни действием, что выбивалось бы из нормальности, либо бездействием, что тоже бы выбивалось, а силой манипулятора я недостаточно хорошо владею чтобы провести полноценное сканирование и на основе новых данных вынести решение.

− Мозгами ты недостаточно хорошо владеешь, пойдем, тебе пора начать выполнять следующее задание. − Яфа протяжно зевнула. − Марионетка — это новорожденный, у него при рождении был дефект, и он бы стал инвалидом, мне его принесли утром, теперь при постоянной корректировке вырастет симпатичная и полноценная девушка, она не будет инвалидом, неспособным жить без опеки, но теперь она марионетка, принадлежащая мне, впрочем, как и остальная семья, теперь будет служить мне.

− Понятно, ты, можно сказать, совершила доброе дело. − Сказал я, а мы уже подходили к выходу из особняка.

− Можно сказать, но я не думаю, что это доброе дело. Ну а теперь твоё последнее задание на сегодня, иногда человек не может себя контролировать, повинуясь сиюминутным порывам, что для манипулятора неприемлемо. Отринь свои желания, Дэйчиро. − Яфа прильнула ко мне и всего на секунду я ощутил аромат цветов, желание, безумное желание овладеть ею начало заполнять меня, восточная красавица в моих объятиях, что может заставить мне позабыть все что я совершил и что все же не смог сделать. Яфа мгновенно отпрянула от меня и лучезарно улыбавшись сказала. – Сопротивляйся своим желаниям, Дэйчиро, когда-нибудь от этого может зависеть твоя жизнь, но помни моя спальня на втором этаже.

Ворота закрылись за мной, я решил отпустить машину и побрел по вечерним улицам города, борясь с желанием вернуться и впиться в эти лукавые губы. Я понимал, что это ее влияние и наверняка еще не самое сильное, я знал даже зачем она это сделала. Залезть в голову владеющего очень сложно, но вот повлиять на него можно. Есть истории, когда владеющий в бою желает укрыться за определенным укрытием, он считает, что там безопасно и это его выбор, а не чей-либо. Но как только он перемещается то там его уже поджидает либо мина, либо марионетка, да и просто промывку мозгов никто не отменял. Так что это неуемное желание овладеть Яфой я воспринял как тренировку.

Гулял я довольно долго, и только за полночь добрался до загородного особняка рода Шосе. Проверив охрану я уже собирался идти спать, как внутренне зрение психокинетика просигнализировало что в небольшом саду около маленького декоративного прудика кто-то находится.

Это была Сузуми, малышка при свете звезд опускала в воду цветы, каждому цветку она давала имя. Я не стал показывать малышке что она не одна, я знал этот ритуал, девочка отдавала память умершим. Цветов было очень много, она доставала их из небольшого пакетика и все называла и называла имена членов ее погибшего клана. Она была единственная из детей что помнила и до сих пор скорбила, и она помнила кто всему виной.

Аккуратно спрятав пакетик Сузуми, стараясь быть незамеченной, пошла обратно в особняк, а я подошел к прудику и сел рядом с ним. Как же много цветов, и совсем скоро таких цветов станет намного больше.

Конец главы.

Глава 8

Помолвка, моя головная боль, приближается, сегодня пришел посол Империи города Ичьхилак для передачи писем, ну и заодно представиться, прошлого экстренно заменили. Тому идиоту хватило ума проявить знаки внимание к официальному главе города Ичьхилак, подробности мне неизвестны, но, как говорят слухи, он её чем-то взбесил. И Яфа его выпотрошила силой манипулятора, не смотря на блокировку, и оказалось, что посол подставной, который почти ничего не знал. Почти не знал, но кое-какие вещи ему были известны, которые поставили всю дипломатическую миссию под угрозу провала. И только вмешательство личного шофера посла помогло избежать провала, он то и был негласным главой посольства. Не знаю, что произошло в городской ратуше и что теперешний посол Иткун пообещал Яфе, но посольство пока не перебили. Вот бы еще узнать причины, по которым Яфа проигнорировала дипломатическую неприкосновенность и смогла взломать все блоки, которыми несомненно была напичкана голова того бедолаги. Можно конечно спросить у Яфы подробности, но я сейчас, как бы это не смешно звучало, немного её побаиваюсь. Наши тренировки и обучение сейчас на стадии, как выразилась Яфа, мальчишка, ты будешь сраться от одной мысли обо мне. Дело в том, что она каждый вечер использует на мне боевые приемы среднего владеющего чтобы я не то чтобы привыкал, а вырабатывал устойчивость к таким приемам, одно дело слышать о них, а другое испробовать. Страх, боль, помешательство, смех, героизм, при котором тебе хочется совершить что-то безумное, и это тот неполный список того что испробовала на мне Яфа. Она не стала на мне использовать пси удары, говорит, что внушения пока достаточно, и я с ней был полностью согласен. Мои перепады настроения мне очень не нравились, и я пытался с этим бороться. Но как бороться, когда без причины начинаешь боятся черноволосую восточную красавицу, которая из милой моментально превращается в монстра, от которого пробивает в пот? После занятий она мне даже снится, и это не эротические сны, в эти ночи она мой личный кошмар, который изводит меня во сне.

Ну ладно, к Яфе я еще вернусь этим вечером, а теперь перейдем к послу, который молча сидел у меня в кабинете и ждал, когда с ним заговорят, не выдавая ничем свое недовольство что его приняла не Каори, а я. Мама наконец-то закончила чертежи и решила мне их не показывать, проконсультировавшись со мной только на предмет того сколько я могу выдержать веса и какова моя скорость как физика. И чтобы я хотел: красивую обертку или кажущийся простой грудой металла костюм, который не будет показывать во мне серьезную угрозу. Я выбрал конечно груду металла, красоваться во время схватки — это идиотизм, который могут позволить себе либо очень сильные, либо трупы.

− Господин Иткун, что же вас привело в мой кабинет? − В принципе он мог передать пакет документов и писем, запечатанных до боли знакомой печатью, и посыльным. Мне знакомство с послом не нужно, я не собираюсь вмешиваться в политику, а если и этот будет пытаться мне приказывать, то переломаю ему ноги и выброшу на улицу, у меня теща Императрица, мне ничего не страшно.

− Дело в том, что вы, господин Дэйчиро, по моим сведениям, постоянно посещаете по вечерам Яфу Добрую, и вы проводите с ней довольно много времени наедине, и имеете, можно сказать, дружественные отношения. – Проговорил Иткун, довольно приятной внешности и слегка пухловатой наружности, который и правда любит ковыряться в машинах, и он очень похож внешне на шофера, который всю жизнь провел за рулем, а не на владеющего манипулятора, тайно присланного империей.

− Вы хотите, чтобы я перестал посещать Яфу, так как это не достойно жениха принцессы и порождает нежелательные слухи? − Спросил я его, Иткун нервно заерзал на стуле.

− Что вы, что вы, делайте что хотите с Яфой, да хоть групповуху там устраивайте. − Иткун еле успел захлопнуть рот, видать у бедняги накипело и ему и вправду глубоко без разницы чем я занимаюсь в городской резиденции Яфы Доброй. – Дело в том, глубоко мною уважаемый Дэйчиро Шосе, что мой предшественник сильно обидел как Кирана Доброго, так и оскорбил Яфу Добрую.

− Мне тоже не очень нравился прошлый посол. – Тот напыщенный индюк неплохо так меня бесил. Я понимаю, что он был для отвода глаз, но неужели нельзя было кого-то менее тупого поставить.? – И что вы от меня хотите?

− Дело в том что когда он по всей видимости смертельно оскорбил семью Добрых, был без прослушивающих устройств, и то, чем он их так оскорбил, осталось не известным. А все договоры, заключенные еще до того, как госпожа Яфа стала главой города, под угрозой срыва, не буду скрывать того что Империя очень надеется на некоторые договоры, и да, я в курсе что в одной из записок, в пакете документов что я вам передал, вас просят посодействовать мне, я не прошу озвучить то что оскорбило Добрых так что они теперь в гневе, я прошу вас посодействовать затуханию возникшего конфликта. – По лицу Иткуна было видно, что просьба далась ему нелегко, но если он прав, то в пакете записка от моей будущей тещи, и договоры и правда нужны для Империи, но и у меня есть проблемы, в которых Иткун очень поможет. Пора начать отдавать долги.

− Знаете, посол, вполне вероятно, что я смогу урегулировать данный конфликт, но у меня есть некие обязательства перед кланом Сиоко, которые отнимают все мое свободное время. – Спокойно сказал я, увидев по лицу Иткуна что он меня правильно понял.

− И какого же рода обязательства? Вдруг мы сможем быть друг другу полезными. − Поинтересовался посол.

− Клану Сиоко необходимы торговые выходы в Империю, я немного не понимаю почему у них еще нет торговых путей, клан довольно видный в городе Картас, и я предполагаю, что Империя может быть заинтересована в таком взаимовыгодном сотрудничестве. Как думаете, вы сможете поспособствовать в решении этого вопроса? – Иткун изменился в лице и был сейчас в хмурой задумчивости. Интересно, как манипулятор может позволить так легко считывать свои мысли только по лицу, или это простая уловка?

− А вы сможете гарантировать что некая Харуки Сиоко не будет в этот раз пытаться реализовать полный сухогруз наркотиков, боевых стимуляторов и других запрещенных препаратов? – С надеждой в голосе спросил Иткун. − Понимаете ли, к клану Сиоко у нас никогда не было претензий, но вот Харуки, ей постоянно что-то требуется из запрещенного списка, либо она торгует чем-то, что ограниченно к обороту на территории Империи.

− Я поговорю с ней и главой клана. – Так же задумчиво ответил я, как-то не спрашивал я чем именно они собираются торговать. – Знаете, Иткун, есть такое выражение: не можешь победить возглавь. Вы не думали закупать у нее запрещенные товары? Я не думаю, что качество этих товаров низкое и, возможно, их можно использовать во благо Империи.

− Вы предлагаете Империи торговать этой гадостью? – Иткун был удивлен.

− Тому что может вредить поданным не место на территории Империи, а вот вне почему бы и нет? Давайте сперва посмотрим на список товаров что желает реализовать клан Сиоко, да и вообще город Ичьхилак и город Картос, нет ничего надежнее союза на деньгах. И вот тогда можно будет даже задуматься о далеко идущих планах, а не об одном вшивом посольстве. – Что-то меня понесло, но в принципе идея мне нравится, если укрепятся связи, то возможно роду не надо будет и переезжать. − Подумайте об возможных перспективах, вы можете стать связующим звеном в новом зарождающем союзе.

− Я подумаю. – Мне не понравился его блеск в глазах. − Но предполагаю, что этим звеном в конце концов будете вы.

Остальная наша часть разговора заключалось в том, как быстро я смогу погасить гнев семьи Добрых и как быстро Иткун сможет выбить разрешение на торговлю клана Сиоко.

Когда посол ушел я смог наконец-то заняться пакетом с документами, опечатанного личной печатью императрицы Хаоны. Писем было несколько, одно письмо от Тэймэй я сжег едва в него заглянув, ничего особо полезного там не было. А вот письмо Императрицы обсуждалось на нашем малом совете рода, в который почему-то вошла Чихеро. Ну ладно, в чем-то возможно она и будет полезна, в традициях я плохо разбирался, тем более в брачных, тем более если одним из супругов является человек Императорских кровей. Помолвка перед браком, а потом полугодовая, так сказать, проверка отношений, а потом заключение полноценного брака, меня приглашают через месяц на собственную же помолвку. Проблема в том, что приглашают не только меня, но и весь род Шосе. Да, это традиция, но эта традиция казалась ловушкой, мы сами прибудем все в Империю, а после нас объявят предателями и попробуй вырваться. Кто-то спросил, а какой повод для признания нас предателями? Я сквозь смех объяснил, что поводов предостаточно, и при желании каждого можно дважды объявить врагами Империи и самыми гнусными врагами, один мой удар в переносицу принцессы тянул на посягательство на жизнь члена Императорской семьи и оскорбление Императорской четы, которое смывается кровью виновного. Повод, нам нужен был повод для того чтобы поехал только я и Чоррун. Как ни странно, но повод придумала Чихеро, и он был прямо на поверхности, и при этом оставался для меня невидим. Дети у Каори и Эйко сравнительно недавно родились, дети, а мы сейчас находимся не в столице Империи, где прекрасные асфальтированные дороги, так что поездка Каори и Эйко невозможна из-за боязни навредить здоровью детям. Эми тоже остается, хоть и причин для этого нет, со мной поедет Чихеро. Да, эти действия могут оскорбить многих находящихся на помолвке, и покажут пренебрежение заключаемым союзом. Плевать на те проблемы, что могут возникнуть, никто в моем роде не доверяет тем словам что написала Императрица о безопасности и о том, что мы теперь связаны. Пока не связаны, так что принято решение что, несмотря ни на что, в Империю поеду я, Чихеро и Чоррун, который сразу отказался ехать в Империю даже на мою свадьбу. Он заявил, что ему и тут неплохо, а старые кости требуют отдыха, и вообще в моё отсутствие он будет присматривать за Каори и Эйко.

В задумчивости я побрел в сад, да, я стал частенько медитировать в саду пытаясь вызвать то чувство единения, при котором во мне пробудилась та сила, что не доступна мне сейчас. Около искусственного прудика опять сидела Сузуми, я не стал в этот раз таиться от неё и подошел к ней. Она повернула ко мне заплаканное лицо, и я не нашел ничего умнее как присесть и протянуть к ней руку. Сузуми словно взлетела мне на шею, крепко обвив ее своими ручками. Она теперь не скрываясь плакала.

− Малышка, что случилось? Сузуми, расскажи мне. – Спросил я её, стараясь чтобы мой грубый голос был проникновенным.

− Сегодня день рождение мамы. − Сквозь слезы проговорила Сузуми, а после посмотрела мне в глаза, а руки крепче сжали мою шею− Умри!

Разряд тока прошиб меня, я чувствовал, как онемевает моя плоть, как паленый запах начинает заполнять воздух.

− Сузуми. − Как только удар током закончился позвал я её, девочка вздрогнула всем телом и возобновила удар током, так продолжалось пару минут. Девочка, плакавшая у меня на груди, все возобновляла свои удары электричеством, я не срывал ее с себя. Я понимал, Сузуми очень и очень плохо, да и эти удары всего лишь неприятны, да, мне больно, но это всего лишь боль.

− Ну почему, почему? − Заговорила малышка, когда, видать, сила молний временно от перенапряжения оставила её. − Они все мертвы, мама, папа, брат, а ты! Ты Живой! Это несправедливо!

− Несправедливо.– Сказал я ей, все также держа одной рукой, а второй аккуратно и успокаивающе поглаживая по голове. Удар током немного выбил меня из состояния контроля, и я мог просто переломить ее рукой, а этого я не хотел. – Так получилось, Сузуми, я не хотел никому причинять вред, меня вынудили.

− А ты вынудил меня. – Сузуми дрожа телом прижалась ко мне и шепотом произнесла− Я готова.

− К чему готова? – Спросил я её, все также гладя по голове.

− К смерти. – Также шепотом произнесла.

− Так дело не пойдет. – Я снял ее с груди и поставил на землю видя, как ее ножки и ручки дрожат толи от страха, толи от перенапряжения. Я присел рядом и твердо, и проникновенно произнес – Сузуми Хитаси, какая смерть? Ты позоришь свой клан! Не смей об этом даже думать! То, что произошло это будет наш маленький секрет, и мы не расскажем никому о нем, ты поняла поняла меня?

− Поняла. − Утирая слезы сказала Сузуми, она посмотрела на меня не верящими глазами.

− Ну, а теперь перейдем к разбору твоих действий. Вот как тебе при имеющейся у тебя силе пришло в голову так глупо нападать? − Я изобразил на лице неестественный гнев, такой неестественный что Сузуми сразу поняла, что ей уже точно ничего не грозит. – То, что ты прикоснулась ко мне, увеличив силу воздействия силы, похвально, но уровень силы просто смехотворен, пойдем со мной, надо срочно начинать устранять твою слабость.

Я взял Сузуми за руку и повел прочь от этого злополучного пруда с плавающими на его поверхности цветами:

− А куда мы идем? – Спросила она меня, с трудом поспевая за мной.

− К Чорруну, пусть лично займется твоим обучением, а то я смотрю ему делать нечего, а Эйко частенько занята детьми. − Ответил я. – Кто как не Чоррун научит тебя всем премудростям твоей силы? Тогда у меня не будет ни единого шанса.

− Ты странный. − Как-то по странному взглянув на меня сказала эта запутавшаяся малышка.

− Ты меня еще плохо знаешь, и чем лучше будешь узнавать, тем странней я буду казаться. − Не останавливаясь сказал я ей, и мне показалось что на детском личике Сузуми промелькнула улыбка.

Ехать к Яфе не было никакого желания, наша последняя, так сказать тренировка, закончилась не на очень приятном для меня моменте, я хотел убивать всех окружающих и с трудом сдерживал нахлынувшую на меня кровожадность, а это влияние уже выше среднего манипулятора. Как обычно наши занятия проходили наедине, и этот раз не был исключением, единственное что мне частенько приходилось ожидать до темноты пока Яфа освободится от дел.

− Ну что, Дэйчиро, ты собираешься ехать на помолвку в скором времени? – Спросила меня Яфа. Забавно было то что мне она нравилась больше не в вычурных платьях, которые предназначены для обольщения, а именно в домашнем: шортики, майка и тапочки, собранные в хвост черные волосы. Вот такая Яфа приятна для моих глаз, но я никогда не забывал, что в первую очередь она хищница, и внешность ее обманчива.

− Собираюсь, а откуда об этом известно тебе? – Посол только сегодня передал мне письма, а к вечеру Яфа уже в курсе всего, и если это Чихеро доложила Яфе, то с членом рода Шосен придется серьезно поговорить и даже наказать, не стоит посторонним знать о некоторых вещах и действиях рода.

− Не беспокойся, это мне не Чихеро доложила, посол Иткун еще утром попросил обеспечить безопасную дорогу до военной базы Империи для рода Шосе, ну а выводы я сделала сама. − Яфа уселась напротив меня и робко улыбнулась мне, словно решаясь на что-то. – Тебя еще кошмары не мучают?

− Есть немного, но давай не будем разбирать то, что мне снится. – Воспоминание некоторых моих снов не принесет мне ничего хорошего.

− Жаль конечно, что ты не хочешь анализировать свои сны, это, возможно, помогло бы тебе разобраться в себе. – Яфа печально вздохнула. − Иногда разобраться в своей голове важнее чем нарастить силу. Ну, не хочешь и ладно, твоя психика на пределе от моего влияния, и сегодня я решила ударить в последний раз, ну а потом дать твоему мозгу и психике отдых, надеюсь это поможет тебе в случае других атак легче им противостоять и быстрее адаптироваться в бою. Ну что, ты готов?

− Какое будет влияние? Какой силы влияние будет? – Внутренне я готовился к любому удару и мой разум был готов отметать все что ему чуждо.

− Влияние будет то, к которому ты более уязвим. − Яфа плотоядно улыбнулась и начала привставать, опираясь об стол обеими руками, а мой мозг начал улавливать множество деталей, на которые я не обращал внимание, по крайне мере старался не обращать. Под маечкой у Яфы не было ничего, и тонкая ткань иногда натягиваясь показывала контуры ее сосков, её ножки были гладенькие и имели привлекательный загар, шортики скрывали упругую попку. Восточная красавица игриво прикусила свою нежную губу и произнесла практически с придыханием. − Ну, а сила воздействия пусть будет максимальная.

Моё дыхание практически остановилось, а Яфа уже была на столе, ее губы были в миллиметрах от моих.

− Только не говори, что ты против. − Яфа лизнула мою щёку. – Я хочу тебя.

Конец главы.

Жду ваших комментариев.

Глава 9

Сладка ли измена? Это первая мысль, которая всплыла в моем мозге, когда я смог более-менее себя контролировать. Рядом на обломках стола слегка постанывая лежала Яфа, и её вид говорил о том, что она сейчас немного в другом мире. Разорванная футболка держалась только на рукавах, разрыв оголял её красивую грудь, шорты с трусиками тоже были на ней только на половину, так как вторая половина была разорвана в клочья моими руками. Немного прикрытые в блаженстве глаза, прерывистое дыхание, учащенное сердцебиение, а на губах блуждает улыбка наслаждения. Она внедрила мне желание овладеть ею, и не имеет значение то что я практически не сопротивлялся, я не мог оказать должного сопротивления. Она не была воспринята как угроза, подсознание и сила воли должны были мне помочь, но и они в тот момент мне не соизволили дать зацепку, с помощью которой я бы смог воспротивиться. Эта, которая сейчас находится в нирване, чертовски привлекательна, и да, в моей голове промелькали мысли о ней, а что поделаешь, она красива и в меру сексуальна, а мое тело молодо. И хоть я его частенько ограничиваю своим более взрослым разумом, но все же определенное влечение к Яфе у меня присутствовало. Но сейчас я смотрел на полуголую развратную девушку далеко не похотливыми глазами. Я желал крови.

− Мразь! – Взревел я, а рука машинально устремилась к её хрупкой шеи.

Яфа моментально отреагировала, ее глаза открылись, а зрачки сфокусировались, и мне показалось что стали похожи на щели, как у семейства кошачьих.

Рука была в считанных сантиметрах, с моей силой что я вложил в удар от одного удара я практически обезглавлю эту тварь, что посмела использовать меня. Я не считал, что я сделал что-то плохое, но то что я сделал это по чужой воле, находясь под влиянием, взбесило так, что я плохо отдавал себе отчетность о своих действиях. Все же я только что вырвался из сильнейшего своеобразного транса, в котором находился в момент действа. И небольшая эмоциональная нестабильность характерна для таких ситуаций.

Миллиметры оставались до того, как раздастся хруст позвонков. Взорвавшаяся в голове боль на секунду лишила меня зрения, и я рефлекторно схватился за голову, и когда я понял что это был пси удар я изо всех сил ударил по тому месту где только что находилась Яфа. Но тщетно, внутреннее зрение мне показало, что она уже успела с небывалой для нее скоростью вскочить и отскочить от меня на безопасное в данный момент расстояние. Она не стала убегать, а застыла на месте, внутреннее зрение показало, что подмога из марионеток толпится внизу на лестнице, но не сдвигается с места. Эта дура думает, что сможет остановить меня своими трюками и пси ударами, ну уж нет, деточка, порву на бесформенные кровавые куски, и не помогут тебе избежать наказания твои сиськи.

− Дэйчиро, успокойся! − Воскликнула она, а я встал с пола и начал идти к ней, шаг за шагом, зрение заработало, и я смог своими собственными глазами лицезреть ту, которую я сейчас вознамерился убить. Яфу потряхивало, в ее глазах поселился страх, теперь она не выглядела соблазнительно. Сила манипуляции подсказывала что Яфа ужасно боится и находится в замешательстве, забавно, совершенно точно она не боится сейчас смерти, хоть и ужасно боится меня.

− Дэйчи, успокойся, давай поговорим. − Рука легла на ее шею, она так и не пыталась защищаться. – Дай мне объясниться наконец-то!

Кисть начала сжиматься, а рука оторвала от пола Яфу. Она схватилась за руку и зависла в воздухе, удерживаемая моей рукой.

− Не смей на меня влиять! – Глядя в ее глаза произнес я, и только хрип Яфы был мне ответом, мне стоило чуть сильнее сжать кисть, и я бы раздробил её шейные позвонки, но все-таки убить её мне было не по силам.

Отбросив ее на пару метров от себя, я пошел на выход под хрипы и кашель пытавшейся что-то сказать Яфы. Гребаная сука, вот что она мне может сказать, будет мне лить в уши какую-нибудь полуправду. Да что же вы воспылали чувствами ко мне, что вы нашли во мне такого что не можете найти в окружающих вас мужчинах? Яфа это еще не самая отбитая на голову, надо серьезно поговорить с Чихеро. Нельзя пускать все на самотек, это не просто девушки с непонятными желаниями, это опасные владеющие, для которых законы морали практически ничего не значат. Спустившись по лестнице, я увидел толпу марионеток. Найти мне одежду в замен порванной было делом пары десятков секунд, и когда я уже выходил то увидел как спускается Яфа, это уже не та восточная красавица. И куда только делась вся её красота.

− Дэйчиро! Стой! – Пыталась она закричать, но её горло смогло выдать только хриплый восклик. − Нам надо поговорить.

− Мне не о чем с тобой говорить. − Спокойно сказал я, смог все-таки успокоиться. – Яфа, лечи голову, а не то я её тебе оторву.

Не оборачиваясь я пошел к машине отключив внутреннее зрение, не хочу знать что сейчас происходит за створками ворот.

В поместье все шло своим чередом, конечно были изменения, но они были больше положительными чем отрицательными. Каори и Эйко стали матерями, и, как бы они это не отрицали, все-таки изменились. Дети клана Фатсен и Хитаси были одиноки, и им требовались родители и, хоть я всегда проводил с ними много времени, им нужна была мать, и они получили сейчас аж две. Малыш Батусай так вообще купался в лучах материнской заботы, ни Каори, ни Эйко не показывали что он чужой для них, и было видно что их отношение к остальным детям практически одинаковое. Они конечно убеждали меня что дети чужие. и их отношение таково только потому что они дети и не отвечают за поступки их родителей. Не было и исключений, если всем требовалась материнская забота, то вот Сузуми требовался отец. И что самое интересное мне казалось, что она видит во мне отца, она не говорила об этом, но по взглядам и той радости, что она испытывала после моей похвалы, это было очевидно. Чоррун же постоянно провожал удивленным взглядом малышку Сузуми, как он мне рассказал, девочка не особо талантлива и по первому его знакомству она не представляла для него никакого интереса. Но внезапная целеустремленность в развитии своего дара поразила старика, и сейчас она берет не талантом, а усердием, и её успехи заставляют старика гордо выпячивать грудь и говорить какой он хороший учитель.

Моей отдушиной за эту неделю был Тессер, этот кошак не чувствовал себя чужим, но у него сложились сложные отношение с Эйко и Каори, по неизвестным мне причинам они невзлюбили пушка. То Эйко отчитывает Пушка что он сильно громко ходит по коридорам, то Каори постоянно придирается к нему из-за того, что нашла в игровой комнате клочки шерсти Тесера, её не волновало, что эти клочки вырвали дети играя с ним. А вот дети все сильней любили кошака, который в них души не чаял. Все-таки надо как-то организовать ему подружку.

Только через неделю после случая с Яфой я решился поговорить с Чихеро, нельзя чтобы в роде Шосе была такая замедленная бомба как владеющая, на чувства которой нет ответа.

− Ты хотел со мной поговорить. – Спросила Чихеро заходя ко мне в кабинет, по недавней привычке одетая в военную форму черного цвета.

− Присаживайся. − Дождавшись пока она сядет в кресло напротив меня я собрался с силами и начал непростой разговор. – Чихеро, у меня к тебе два вопроса. Первый, ты испытываешь ко мне сильные чувства, какие? И второй, что для тебя есть род Шосе?

− Я могу не отвечать на эти вопросы? – Немного скосив бровки спросила Чихеро. – Если я правильно помню, члены рода могут не отвечать на личные вопросы, а эти вопросы задевают мою, можно сказать, интимную жизнь.

− Чихеро это не допрос, но в связи с недавними событиями мне надо разобраться с тобой. − Твердо произнес я, она права, на некоторые вопросы наследника, как и главы рода, она может не отвечать.

− Разобраться?! – Рассмеялась Чихеро. − Так же как ты разобрался с Яфой? Избил и так не дал объясниться! И теперь она рыдает каждую ночь.

− Это тебя не касается! – Воскликнул я.

− Конечно не касается, а то что ты с угрюмым лицом целую неделю ходишь это тоже меня не касается? – С усмешкой проговорила она. – Скажи мне, Дэйчиро, ты бы ее и вправду мог прикончить?

− Мог, она влияла на меня, и то что произошло я бы не допустил, находясь не под влиянием. – Чихеро прямо сверлила меня своим взглядом.

− А Исиду, которая сделала все практически так же, ты не тронул и пальцем, ты не считаешь, что ты тоже виноват в сложившейся ситуации с Яфой? – На эти слова я мог только хмыкнуть, ну конечно, в глазах девушки конечно всегда будет виноват мужчина. А Чихеро видать задела эта ситуация за живое, и она стала яростно говорить, не стесняясь в выражениях. – Ты всегда был не такой как все, нет бы воспользоваться ситуацией и усилить род, да хотя бы наработать связи, ведь Яфа не простая владеющая, и может быть очень полезна. Но это все окружающие такие расчетливы, Дэйчи у нас не такой, ты отгородился стеной от тех, кто к тебе неравнодушен. Ты сейчас затаил обиду на Яфу из-за того, что она воспользовалась своей силой, а чем её действия отличаются от действий твоей ненаглядной Исиды, что так же напала на тебя в мастерской?

− Не трогай мои отношения с Исидой, она иная…− Чихеро не дала мне закончить.

− Иная?! Ха, да ты даже не знаешь её, она нацепила маску такой добренькой и послушной девицы, а в душе она осталась той еще дикаркой. − Чихеро привстала с кресла. − И да, она обскакала и меня и Яфу, силой затащив тебя в постель. Ты спрашивал, как я отношусь к тебе и к роду Шосе, знай, я вижу в тебе своего мужа, а род станет моей семьей.

Чихеро встала и пошла к двери, взявшись за ручку двери она замерла и, посмотрев на меня, напоследок печально вздохнула и сказала:

− Поговори с Яфой, ведь от любви до ненависти всего лишь один шаг, как бы не стал род Шосе нежелателен в городе Ичьхилак. − Чихеро на мгновенья замолчала, и я чувствовал как она решается сказать что то очень важное, но боится, еще раз глубоко вздохнув она всё-таки решилась и произнесла. – Приоткройся, Дэйчи, дай нам шанс, и твой мир заиграет новыми красками, ни я, ни Яфа, ни Амайя не страшные чудовища, которых ты представляешь в своих мыслях, мы всего лишь просто три несчастные девушки, которым очень не повезло и на их чувства нет ответа, приоткрой свою стену и, клянусь всеми богами, ты ни разу в жизни об этом не пожалеешь.

Когда за Чихеро закрылась дверь я погрузился в невеселые мысли. Что делать? Как жить дальше? Чихеро права, если на моем месте оказался другой, то он бы действовал иначе, почему я им не могу дать шанс? Потому что я так сильно люблю Исиду? А может во мне еще сильно понятие того что может быть у мужчины только одна жена?

Амайя, Чихеро и Яфа, ну почему я?! Без них моя жизнь стала бы намного спокойней, Тэймэй тоже доставит мне множество проблем, все беды от женщин.

Через час мне сообщили что Яфа Добрая просит о встречи, нет сомнений что Чихеро связалась с ней и рассказала о нашем разговоре. Ведь Яфа целую неделю не связывалась со мной и не искала встречи, а вот сегодня решилась. Я хотел проигнорировать эту просьбу, но мне сообщил дворецкий Хаяма что Яфа уже прибыла в особняк, и в данный момент пьет чай с Каори и Эйко. На вопрос о том почему с ними нет Чихеро Хаяма ответил, что госпожа Чихеро убыла на полигон и сейчас старательно уничтожает его. Охрана полигона даже выставила оцепление, вспышки силы распада во время сегодняшней тренировки Чихеро особенно сильны. Спускаясь в сад, где и происходило чаепитие, я решил что если они вовлекут в свои игры и мою семью в лице матери и сестры то я разберусь с ними кардинально, никто не имеет права пытаться влиять на меня через близких мне людей.

В саду за белым столиком сидели Каори, Эйко и Яфа, и с улыбками беседовали. Каори до сих пор носила кимоно темных тонов, что не говори, а ей приходится сейчас прикладывать много усилий чтобы вернуть форму, потерянную после рождения близнецов сестренки и братика, которые со дня на день должны получить имена. В принципе обычно дают имена за полгода, но Каори решила, что пока мы все вместе и я не уехал на помолвку, провести поскорее ритуал выбора имени. Эйко же, как обычно, нисколько не смущаясь и словно ей пятнадцать, одела короткую юбку и сиреневый топик. В таком виде она и город посещает, не смотря на все тяготы, что выпали на ее судьбу, ветер в ее голове до сих пор гудит. И, как мне рассказывал Киран Добрый, Эйко с благосклонностью принимает ухаживания сразу двух владеющих, пока ничего серьезного, и эти два соискателя сердца моей сестры еще не стали решать спор на дуэли. Эх сестренка, ничему тебя жизнь не учит, хотя может это я не вижу и не понимаю очевидных вещей. Яфа же была серой мышкой по сравнению с Каори и Эйко, он не стала как обычно одевать на себя что-то кричащее. Серый костюм, никаких украшений, единственное что бросалось так это косметика, которая против обыкновения была нанесена на ее лицо, раньше максимум что она раньше использовала так это помаду а теперь на ней было столько косметики что это бросалось в глаза.

− О, вот и Дэйчиро за мной пришел. – Сказала Яфа, обращаясь к Каори и Эйко и вставая из-за стола. – Жаль что у меня так мало свободного времени, чтобы общаться с вами.

− Заходи почаще к нам в гости, всегда будем тебе рады. – Ответила её Каори.

− Буду иметь ввиду. −улыбаясь ответила ей Яфа.

Я повел Яфу в кабинет, в единственное место в загородном особняке, где мы бы могли поговорить и наш бы разговор не был бы услышан посторонними. Войдя в кабинет я уселся за стол, а Яфа села напротив в кресло, предназначенное для гостей. В кабинете повисла неловкая пауза, никто не решался начать разговор. Я боролся с противоречивыми чувствами, с одной стороны эта была злость и гнев с другой стороны, весь вид Яфы провоцировал меня на то чтобы я понял ее и видел ее страдания и скорбь по той ошибке что она совершила.

− Дэйчиро, у меня есть предложение, которое может устроить нас обоих – Начала несмело разговор Яфа.

− И какое же? Я внимательно слушаю. − Яфа нервно повела плечами.

− Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. − Яфа вздохнула− Твоя скорая помолвка откроет перед родом Шосе много возможностей, но и проблем прибавит ровно столько же. Помощь как моя, так и Кирана будет не лишней. Мы с ним руководим Ичьхилаком, и с помощью твоего посредничества можем добиться немалых успехов. Если ты согласишься, то твой род со временем может стать кланом, в Империи у тебя не будет такой возможности. Даже клан Сиоко не сможет способствовать такому развитию рода Шосе, а я, как глава города, могу поспособствовать тому что твой род станет небольшим кланом. Киран Добрый, если ты не забыл, глава свободных владеющих, и не всех эта свобода прельщает.

− А за такую помощь ты желаешь стать моей супругой? – Яфа вздрогнула.

− Не совсем, я согласна на отношения без заключения договора о браке. – Я смотрел на Яфу словно видел в первый раз.

Она не извиняется, она пришла не просто попытаться купить меня или убедить в том, что союз с ней выгоден как для меня, так и для всего рода Шосе в частности. Она практически предлагает то, что не может мне гарантировать даже Императрица, не требуя практически ничего взамен.

Я встал из-за стола и медленно приблизился к ней, Яфа смотрела на меня испуганно. Подойдя к ней, сидящей на кресле, я присел так чтобы наши головы были на одном уровне, а глаза встретились.

− Яфа, что с тобой? Я не узнаю тебя. – Практически шепотом произнес я.− Ты готова дать многое только за то чтобы я был рядом.

Одинокая слеза проскользила из уголка глаз красавицы, размывая собой краску и макияж, обнажая огромные синяки вокруг глаз.

− Это ты сделал со мной. – Так же шёпотом произнесла она. − У меня нет иного выбора.

Конец главы.

Глава 10 часть первая

Алехмийские горы провинции Щекрин.

Империя. 53 день военного конфликта.

Злобный будильник оповестил меня что пора вставать и те три часа, которые я дал себе на сон, закончились. Сегодня я решил продолжить свои записи, которые оборвались в тот день когда я разговаривал с Яфой в кабинете.

Небольшая полевая палатка из брезента теперь была моим домом в те краткие моменты отдыха, когда я возвращался к своим. Ты предполагаешь одно, а судьба все выворачивает, так что вместо скандалов с безумной принцессой я теперь на войне. Хм, и даже неизвестно что было бы хуже и страшнее, черт, как же пить хочется.

Силой психокинетика я поднял фляжку с водой и открутил пробку также с помощью силы психокинетика, пробовать открутить тонкую металлическую крышку руками глупая затея. По крайне мере не при моём контроле силы физика, да я просто бы смял крышку, и чтобы попить мне пришлось бы оторвать и полностью испортить как крышку, так и горлышко фляжки, чертов контроль! Фляжка жалобно скрипнула, сминаясь в руке. Тише, тише, Дэйчиро, это уже пятая за неделю будет, спокойствие, только спокойствие. Вокруг нет врагов, не надо никого убивать. Успокаивание самого себя стало входить в привычку, я изменился не только психически, но и внешне, и я не про множество шрамов по всему телу.

Вставая со спальных мешков, которыми я пользовался как матрасами, мой китель жалобно скрипнул, пора и его менять. Мышцы растут с огромной скоростью, и если я и раньше был немаленьким, то из-за груды мышц, которые выросли за этот месяц постоянных вылазок и боев, я стал просто ужасающе огромен, и мне кажется я даже прибавил в росте, не говоря уже про то что я раздался вширь и на мои руки стало страшно смотреть даже мне.

Окончательно встав я начал разминать мышцы, а силой психокинетика достал небольшую походную записную книжку. Ручка зависла в воздухе, ну уж нет, ее в руки я не возьму, буду записывать с помощью силы психокинетика. Заодно и тренировка будет.

С чего же начать? Может с того что у меня теперь есть сестренка Кио и братик Сохри, или с того как меня провожали на помолвку с принцессой Тэймэй? Как ехав к военной базе Империи я увидел восточную красавицу в кимоно небесного цвета, как она стояла на безжизненной скале и смотрела безмолвно мне в след, словно знала, что не суждено мне скоро вернуться, а Ичьхилак все оставался позади. Как я ждал на военной базе что меня посетить Исида, но она так и не появилась. Может стоит начать с самой помолвки которая была сорвана и не состоялась из-за вести что один из крейсеров Империи подвергся нападению федерации Гатсен, а через полчаса была совершена бомбардировка одного из островов, и авиация сейчас ведет ожесточенные бои? Наверное, стоит начать с этого. Или с того как я орал на Чихеро что она должна вернуться в Ичьхилак, но эта сущая демоница укусила меня, когда я пытался затащить ее в самолет? И настояла на своём, кстати, пока жалеть об этом мне не приходилось.

− Господин Дэйчиро, вы проснулись? – Внутренне зрение показало, что снаружи стоит посыльный полковника Дцоки, который командует теми остатками дивизий и полков, что остались в его подчинении. Внутренним зрением я теперь пользовался намного бережнее и с опаской чем раньше, так как теперь его дальность стала намного больше, но и нагрузка стала такой что я не мог теперь постоянно им пользоваться без последствий. Контроль— это моя беда, мой рывок в силе произошёл в самом начале войны, когда меня направили помочь выйти из окружения группе войск, и сразу после десантирования произошла такая схватка что из сотен, владеющих выжило первоначально около пятидесяти, и то практически все были ранены, а пустые гибли тысячами. А я смог разбить ту стену что ограничивала мою силу, но этому я теперь и сам не рад, с каждым днем мне все сложнее было ее ограничивать чтобы сила воздействия физика была минимальна. А силы мои все росли, единственное что хоть как-то контролировалось с грехом пополам так это сила манипулятора, и то иногда она выходит из-под контроля, и я теперь понял, что подразумевала моя дочка под понятием нечаянно подслушивала обрывки мыслей. До сих пор не знаю, как забыть то, что Чихеро переживает что ей рано или поздно придется носить мужское нижнее белье так как женского белья не было, да я даже об стену ударился головой чтобы забыть ее особо громкую фантазию по этому поводу. Удар не помог, и иногда в памяти помимо моей воли перед глазами все стоит сцена как Чихеро требует мужские боксеры розоватого цвета. И таких подслушиваний с каждым днем становилось все больше и больше, тело подготавливается, и я постепенно из-за боев очень быстро вхожу в пик своей силы, как стихий, так и тела.

− Заходи уже, сержант Итачи. − Посыльный полковника осторожно сперва заглянул в палатку, а потом несмело зашел. Сорокалетний мужчина, что не раз смотрел в лицо смерти и смеялся ей в лицо, казалось не боится ничего в этой жизни. Но это оказалось не так, раньше заходя в мою палатку он стучался и, не дожидаясь разрешения, входил, но неделю назад он зашел в палатку, а меня в этот момент перевязывала Чихеро, и её замечание что надо стучаться изменило поведение сержанта. Я не пошел к докторам, так как не было ничего серьезного, да и побаивался я им навредить нечаянно, дернув от боли рукой и переломав кому-нибудь позвоночник.

− Господин Дэйчиро, полковник просит прощения за беспокойство, он интересуется сколько вам требуется времени для отдыхаю. − Спросил сержант, на мой красноречивый взгляд он быстро добавил. – Не беспокойтесь, господин лейтенант, ничего не случилось и патрулирование идет без эксцессов, секреты разведки расставлены, через пять часов дивизия снимется с лагеря и продолжит путь, противник пока не предпринимает активных действий, но вот только к нам приближается пеший человек, возможно высокодановый владеющий, полковник приказал не трогать его.

− Думаешь это за мной? – Сержант не так прост, его опыт и аналитические способности на уровне, и он мог бы быть адъютантом полковником, но он пустой без родственных связей с кланами, и потому вечный сержант.

− Несомненно за вами, господин лейтенант, − Сержант Итачи слегка улыбнулся. – Ну и за госпожой Чихеро, вы это, поговорите с этим владеющим по-свойски, ну, как только вы это умеете, госпожа Чихеро девушка культурная, и с незнакомцами не разговаривает.

− Ага, не разговаривает, да незнакомцы просто не успевают рассказать ей как поражены её обаянием как распадаются в пыль у её ног. – Ответил я. Вот как она это умеет, ее все три тысячи человек, что составляют нашу теперь уже дивизию, готовы на руках носить, и в то же время боятся ее до дрожи и стараются лишний раз ей не попадаться на глаза, а если попадаются, то ведут себя как кавалеры на светском рауте, ну по крайне мере пытаются. – Ладно, Итачи, три часа мне на отдых, но в случае чего я готов выдвинуться немедленно, и можешь посмотреть мне китель побольше? И не вздумай ни с кого снимать высеку.

− Все будет исполнено в кратчайшие сроки, господин лейтенант, я немедля доложу полковнику, но предполагаю, что у вас есть для отдыха и больше трех часов. − Итачи как-то странно встал в нерешительности, словно он в растерянности, и я уже знаю почему, они приготовили подарок для Чихеро и уже три дня носятся с ним в нерешительности, не зная, как-же подарить его этой жутко страшной девушке, эти вояки слишком громко думали, и я невольно подслушивал обрывки их мыслей.

− Ну давай уже со своей просьбой быстрее. – Итачи вздрогнул, для него было неожиданностью что я знаю их страшный секрет, и то что они в те редкие минуты отдыха делали практически из подручных материалов подарок той, что не раз спасала их от авианалетов, когда по району, где мы находились, проходились ковровыми бомбардировками. Щит распада, что она растягивала над дивизией, спас многих, не было у нас достаточно владеющих в строю, около сотни и сейчас валяется в небоеспособном состоянии, и их хваленые даны им не очень помогают при потерянных конечностях.

− Вот. − Дрожащими руками он вытащил небольшую коробочку, перетянутую разноцветной лентой из изоленты, − Если госпожа побрезгует, то мы поймем.

− Не побрезгует, а будет умничать себе заберу, фиг она у меня выпросит свой подарок, сам буду носить. – Итачи смотрел на меня безумными глазами и, видать, со скрипом соображал на что я буду напяливать подарок для Чихеро, размер то у нас с ней несоизмерим. – Иди уже, дай мне побыть одному, и про китель не забудь, а подарок положи на столик.

− Конечно-конечно, не забуду. – Немного ошарашенный сержант быстро проговорил, положил сверток на складной походный столик и показал на него пальцем, как будто это бомба. − Вот он, здесь лежит, спасибо вам, господин лейтенант, и спасибо вам что приглядываете за нами.

− Иди уже. − Сержант пулей выскочил, ну как дети прям. Мужики, прошедшие огонь, молнии и массовое внушение манипуляторов, что били по площадям, стесняются дарить единственной девушке в дивизии подарок, стыдно, видите ли, им. Ну ладно, разберусь я с этим подарком, сев в медиативную позу я начал тренировку по контролю самой своенравной моей силы, силы физика. Чувствуя свою каждую мышцу, я стал попеременно напрягать и расслаблять их. Осторожно раздвоив сознание силой манипулятора, я поднял в воздух небольшую записную книжку и ручку силой психокинетика.

Ну наконец-то, перейду к своим записям, а то так и не начну их записывать.

В Империи нас встретили дружелюбно, но в то же время — это дружелюбие было фальшивкой. И да, Чихеро поехала со мной, хотя я был против, но она смогла меня убедить в том, что так как я не могу взять никого из рода с собой, то у меня мало выбора. Да и, как она утверждала, от нее будет польза, и ей необходимо встретится с отцом. Она теперь не изгой, и хоть ее изгнал ее же отец она его не осуждает и хочет с ним поговорить. Прилетели мы утром и нас встречали с такой помпезностью что мне стало не по себе, Чихеро успокаивала меня, говоря, что я должен привыкать что меня встречают с оркестром, много каких-то напыщенных господ говорили, что рады приветствовать меня на родной земле, а также они сетовали на то что дела Империи заставили меня и мой род находиться так далеко от земли обетованной, коей и являются, несомненно, земли Империи. Не знаю, как я удержался не плюнуть им в лицо, мысли я не слышал, но вот эмоции я чувствовал явственно, омерзение, зависть и пожелания мне сдохнуть, вот что испытывали окружающие ко мне и к моему роду, а к Чехеро испытывали похоть, она же, как я понял, по их мнению моя личная шлюшка для забав.

И в такой атмосфере прошла неделя до помолвки, меня держали в дворцовом секторе, где я знакомился с придворной жизнью и главными лицами государства. И все было бы нормально, если бы не сила манипулятора, которая постоянно кричала то о прощупывании меня каким-нибудь манипулятором, то говорила, что испытывают люди, когда общаются и даже смотрят на меня, меня не то что не уважали, меня откровенно ненавидели. Это потом мне сама Императрица рассказала как моя помолвка путает планы половины кланов Империи, как они пытались клятвами о верности лично Императрице и во благо Империи, убедить Императрицу в том что я не достоин и мизинца принцессы Тэймэй, и что её надо было отдать за сына главы партии, что является единственной легальной на территории Федерации Гатсен, и этот глава партии по сути и управляет всей Федерацией, а президент, парламент и остальные ветви это так, больше для отвода глаз, все равно все значимые посты занимают члены клана главы партии.

Были во всей этой невыносимой для меня атмосфере подготовки к помолвке и яркие моменты, пару раз меня пытались вызвать на дуэль по надуманным и даже сфальсифицированным причинам. Но у них ничего особо не получилось, моя почти теща Хаона разрешила мне обходится с такими владеющими жестко и даже немного подло. Подчиняться Императрицы мне пришлось по простой причине, ее указания были логичны и выверены, и моя советчица в лице Чихеро изо всех сил пыталась найти причину не руководствоваться советами, но так и не смогла найти, и даже придумать почему не стоит действовать так или иначе.

Двое заявившихся ко мне первыми с вызовом на дуэль совсем мальчишек увезли в реанимацию, было забавно стукать их головы друг об друга. Ну надо же было придумать такую причину для вызова! Я некрасив, и буду оттенять красоту, данную богами принцессе Тэймэй, и потому я недостоин быть ее супругом. Когда пришли ко мне их отцы, по совместительству главы небольших кланов, с претензиями, долго раздумывали над теми двумя условиями, которые я им поставил, при выполнение которых я принесу извинение их кланам. Условие простое, я хочу получить те вещества, которые употребляли эти два несомненно гениальных юношей, ну и обнародование причин вызова меня на дуэль, самое смешное что при выполнении этих условий я могу разорвать этих мужчин на кусочки за нанесение оскорбления как мне, так и моей будущей супруге, ведь у нее такой уродливый я, так что реанимация это меньшее что грозило им, я спас их сыновей. Были и другие, но их не устраивало что я всегда ставил условие что оружие и место проведение выбираю я. И они с позором удалялись по своим неотложным делам высокодановых противников не было, а среднедановым связываться со мной, трехталантником да еще на удобной для меня территории с моей негласной славой конченого ублюдка, казалось для них гарантированной смертью. И убью я их особо жестоким и извращенным способом, это уж точно, тут постаралась Чихеро, припомнив мне даже то что я сделал с сыном главы клана Хитаси. Как я слышал даже создали тотализатор, и люди ставили не на то что победа будет за мной, а на то как я буду изувечивать противника, и ставка «натянет глаз на задницу» была самой популярной, только спорили какой глаз, правый или левый, а вдруг оба? Это мне рассказала вездесущая и всезнающая Чихеро, которая, как оказалось, с легкостью втиралась в доверие. Так же я встретился с отцом, который и на миг не поверил в нашу с Тэймэй любовь, а бабушка Этсуко вообще предложила мне побег.

Помолвки не было, а было выступление Императора, который объявил войну Федерации Гатсен, которая не удосужилась объявить войну, а стала планомерно бомбить территорию Империи и десантировать диверсионные группы высокоданновых владеющих. Я был в первом ряду вместе со всеми людьми, в которых есть хотя-бы частичка крови Императорской семьи. После окончания речи Императора они как один ударили кулаком в грудь и произнесли что их жизнь принадлежит Империи, им вторил грохот почти синхронных ударов о грудь всех, кто был у дворцовой площади. Да, казалось, что вся Империя в едином порыве, вне зависимости от пола, возраста и социального положения, встала, ударила себя в грудь и произнесла что Империя едина, и он или она готовы умереть за нее.

Первое время казалось, что Империя легко даст отпор, все так и было. До того, как меня и еще кучу владеющих, не послали на помощь крупной группировке, что сейчас в окружении, но с нашей помощью может решить весь исход этой маленькой войны. Вышло все не так как рассчитывали, от войск осталась небольшая дивизия, враг углубился в территории Империи, а мы выживаем как можем.

− О, ты проснулся! – Ворвалась в палатку Чихеро в своем черном офицерском полевом костюме, и только легкие кроссовки, практически кеды, были не по уставу вооруженных сил Империи. − О, книжка!

Чихеро схватила мои записи и сразу сунула свой любопытный носик туда куда не следует. Время встало на месте, а я, даже толком не осознавая, как я могу так быстро двигаться что Чихеро даже не успела поднять на меня глаза, уже практически коснулся рукой дневника чтобы вырвать его из ее рук, и тут меня пронзила мысль. Нельзя! Я не контролирую силу воздействия, и мне сложно ее уменьшить, как скорость так и силу выхватывания, и потому я замер, а время стало течь как и должно, и только взвывшие от перегрузки суставы, которые не подготовлены двигаться с такой скоростью, опять напомнили что теперь я постоянно насилую свой организм перегрузками и опасен не только для окружающих но и для самого себя, я уже не один десяток раз заливал свой бронекостюм кровью, причем своей, от разрыва тканей органов, мышц. Я уже не мыслил о движении без боли.

− Все так плохо? – Заглядывая мне в глаза спросила Чихеро.

− Все хорошо, не беспокойся, все под контролем, отдай мне дневник, тебе нельзя читать мои записи. −Чихеро нахмурилась, она не поверила мне, и положила, аккуратно, не касаясь меня, в руку дневник.

− Не очень-то и хотелось. А ты напишешь про свою невесту? – Спросила она меня сменив тему, понимая, что словами тут не поможешь, нужны месяцы тренировок и жесточайший контроль. Чихеро выпятила грудь и, пародируя Тэймэй, произнесла. − Ты хотя бы умри достойно! Вот сука, Дэйчиро, а можно, когда мы вернемся во дворец, я её прикончу? Все будет выглядеть как несчастный случай, просто принцесса захлебнулась своим же ядом.

− Я подумаю над твоим предложением – Улыбнулся я, за эти недели беспросветного превозмогания она стала лучиком света, что не только сам улыбается, но и дарит улыбку окружающим, а ведь ей не легче чем мне. − Сама своим ядом только не захлебнись.

− Ах так, значится? Вот не буду тебя защищать, и твоя невеста, что пока так и не стала женой, непременно загрызет тебя. – Наигранно обиделась Чихеро, но тут же спохватилась. – Так, стоп, не морочь мне голову своими глупостями. Я к тебе пришла по очень важному вопросу! Я не знаю как, и не знаю где ты найдешь, но мне срочно нужен хоть самый захудалый магазин с одеждой и дешевой косметикой, я готова хоть в одиночку прорываться через бесчисленные ряды врагов! Ну пожалуйста, Дэйчиро, придумай что-нибудь! Ты же можешь что-то сделать?

Ну вот и настал тот миг, что я пытался забыть, и кажется сейчас станет явью.

− Чихеро, а тебе подарок принесли. – Попытался я увести ее от того что она хотела на меня вывалить.

− Мне! Подарок, да что же ты молчал, где он, от кого он? − Меня начали заваливать вопросами и, когда я показал рукой на сиротливо лежащий сверток на столе, тот был сперва осмотрен, а потом аккуратно и бережно открыт.

Подарком были кожаные перчатки, сделанные из кусочков тонкой кожи ботинков, солдаты срезали соединяющую полоску кожи, которая соединяла язычок и сам берец, аккуратно его обрезали, и вписали свои имена на него с помощью кислоты и иголки. И получились довольно грубоватые перчатки, на которых были написаны имена тех, кого спасал купол распада Чихеро. И все солдаты понимали, что она не обязана так постоянно выкладываться, они пустые, и их жизни только в их руках, но она делает то что делает, никто об этом ее не просит, и никто не может запретить. Им хотелось что-то подарить ей, что-то особенное, что принадлежала им всем лично. А что было у солдат личного в окружении? Ничего. Вот из ничего они и сделали подарок, что помог забыть Чихеро о ее проблемах, и на ее лице красовалась сейчас не фальшивая дежурная улыбка.

Она мгновенно побежала искать Иткуна чтобы отблагодарить, и стараясь не думать о том почему они сделали такой подарок. Она слишком часто оперирует распадом, вену на ее кистях теперь постоянно были вздуты и не теряли черный цвет, что просматривался через кожу. Она постоянно прятала руки, и солдаты видели эти ее ужимки, но перчатки не помогут ей, вчера у нее выпал зуб, сегодня утром прядь волос выпала сама по себе. Если она и все так же будет часто использовать силу распада на грани своих возможностей, то сила будет и дальше изменять ее. Потому ей так нужна косметика и магазин одежды, она не сахарная барышня, но смотреть в зеркало и считать сколько дней пройдёт и ты станешь уродиной безвозвратно, видеть медленный процесс до точки невозврата, это мучительно. Она сделала свой выбор, и менять его не будет, что бы я ей не сказал.

Проклятая сила манипулятора, я не хотел этого знать, и теперь я не знаю как, но я должен всеми способами не дать впасть этому лучику радости в уныние.

Время, будильник противно запищал, пора встретиться с этим пешеходом, да поговорить с полковником надо обязательно. Не суждено мне записать все что я хотел, но может, когда я вернусь, продолжу писать свой нехитрый дневничок, а потом пошлю его маме, когда выберусь из этой западни.

Конец первой части главы десятой.

Глава 10 часть вторая

На небе несмело затухали звезды, а вершины гор начали наливаться алым. Настало моё время, Чихеро может до полудня спокойно спать. Скоро облака укутают небо, а в горах они так низко что можно принять за туман. Самолетам будет не то что сложно сбрасывать кассетные бомбы, летать они не смогут, имея такую видимость это практически самоубийство. Так что Чихеро может отдыхать спокойно, и только в полдень солнце разгонит тучи, и вот тогда и стоит ожидать гостинцев от высоко летящих самолетов, но они уже не смогут атаковать внезапно и на уничтожение гостинцев надо мало сил, с этим справляются наши оставшиеся в строю слабосилки. Подходя к центру лагеря, я услышал стук кувалды об мою броню, а повсюду сновали по своим делам с опухшими от недосыпа лица солдаты. Вот я и подошел к ремонтной машине, где обитают наши механики и ремонтники, которые каждую ночь спешно ремонтируют все что возможно, от пробитого колеса, стараясь заделать изношенную резину, так как запасок осталось с десяток на сотню машин, до двигателей машин и пусковых установок. Не удивлюсь что они и микросхемы паяют. Так же они каждую ночь корпят над моей броней и вооружением.

Все-таки выбрать груду железа в качестве бронекостюма было верной идеей, по крайне мере ремонтировать ее мог практически кто угодно, не было в ней сложной механики или очень точно подогнанных деталей. Грубоватый внешне он был прекрасно продуман и строился мамой на вырост, правда уже подходит предел этого выроста. Броня уже как полтора месяца не сверкала, а внешние пластины бронекостюма уже были заменены на более некачественные и более толстые, но это была вынужденная мера. Столько попаданий и столько воздействия разных стихий не выдержало бы большинство лучших бронекостюмов, а мой выдержал и до сих пор готов исправно служить, хоть ему теперь и нужен ежедневный ремонт и обслуживание. Проходя мимо ремонтной машины, я услышал, как матерятся механики между собой меняя очередную пластину на моём бронекостюме, они что-то кричали о том, что заклепки не держаться и что рама и общий каркас изношен на семьдесят процентов, а потом тихо добавили, словно сказав друг другу страшный секрет, что бронекостюм от перегрузок развалится и пойдет их демон практически голым нещадно разрывать на части врагов.

Перед палаткой полковника я глубоко вдохнул, и лишь затем вошел. Смрад ударил мне в ноздри, смесь крови гниющего мяса и разных медикаментов создали практически невыносимый аромат. Мне не нужно было разрешение войти, но солдаты в респираторах внимательно следили за каждым мои движение. Полковник по обыкновению лежал на раскладном кресле каталке, ну как полковник, кусок гниющего мяса, и только потому что обладает железной волей он не пустил себе пулю в лоб, а сдохнуть ему мешает сила физика, она не может побороть яд и залечить раны, а вот поддерживать жизнь может. Безногий, с одной рукой и двумя пальцами на правой руке и одними глазом, вот каким вышел из битвы у подножия гор Алехмийских гор бравый полковник Дцоки.

− Лейтенант, рад вас видеть хр- гх- тхву, − Сплюнув кровь, помешавшую ему говорить, полковник Дцоки продолжил. − Координаты на столе, действуй по своему разумению. Возможны засады на пути дивизии, так что с этим странным владеющим заканчивай быстро, а после возвращайся и сопровождай дивизию.

− Есть быстро прикончить. − Браво и с улыбкой ответил я. – Будут ли еще приказания?

− Будут, будешь следовать пешим от дивизии, сегодня в пяти километрах, а не как обычно в семи, чую ногами что сегодня будет жарко. – Полковник улыбнулся остатками зубов. – Шосе, я не сдамся. Сегодня за ночь стали прахом сорок пустых и семеро владеющих, раненых еще много и лечить их Федерация не будет, пристрелят как бешенных собак. Если этот пеший предложит сдаться, прикончи его! Разорви мразь на куски! Две недели, и мы выйдем к своим.

− Чихеро нужен отдых. − Сказал я, зная ответ, полковник схватился единственной рукой за подлокотник и его лицо осветилось пробившимся сквозь палатку лучом солнечного света. Безносое лицо, пустая левая глазница, волос не было, как и кожи которая осталась в шлеме, прикипев от температуры, когда он в одиночку сразился с огневиком и пустотником одновременно. Его противники сдохли, и это был последний выполненный приказ генерала Дао. С того момента и перестала существовать группировка войск.

− Я знаю! – Прохрипел полковник, а его лицо исказилось в ужасной гримасе, Дцоки откинулся на спинку и уже спокойно проговорил – Знаю, лейтенант, знаю, ступай, я рад бы дать ей отдых, но не могу, ступай, дивизия нуждается в вашей силе.

Выйдя из палатки, я встряхнулся и нацепил дежурную улыбку, никто не должен видеть моего печального лица, мы выберемся, мы справимся, и никто не сможет нас одолеть.

Когда подготавливалось десантирование, и я проходил инструктаж, нам говорили, что армия Империи близко к группировке войск, и наша помощь поможет минимизировать потери, да и не было у противника столько сил чтобы организовать молниеносное наступление. Не было, как же, Империя планомерно выбивает противника со своих территорий. Первый сигнал о том, что все очень плохо, я получил, когда выпрыгнул следом за Чихеро из самолета, который был обстрелян таким количеством ракет что десяток психокинетиков справлялись с трудом, ну а в воздухе, обхватив Чихеро руками, и летя вниз спиной, я сходил с ума от того количества стали и свинца что летело в нас, а сверху разрывало на части самолеты с элитным десантом внутри, владеющие умирали десятками. За полсотни метров до земли я рванул кольцо парашюта Чихеро и, держась за стропы, принял страшный удар смягчив своей броней и спиной жесткую посадку для девушки, которая не стала долго думать и приняла бой, наша посадка оказалось в центре врага, совсем недалеко от штаба противника, но это мы узнали уже после битвы. Серпы распада и столпы тлена разносили округу не щадя ничто и никого, когда я вскочил на ноги уже сотни отдали свои жизни, а глаза Чихеро заполнила тьма.

Пулеметный короб в двадцать килограмм опустел в считанные минуты, и мне пришлось взяться за личное оружие, иногда выхватывая у врагов стрелковое оружие. Но кукри все равно были моей основой, прослужили, впрочем, и они недолго, уж слишком сложно было выковыривать попавшихся мне физиков, и вот на очередном ублюдке нож сломался, и я взялся за плети. Их хватило надолго, чувствовались они иначе чем обычно, каждая нить тянулась к живому чтобы забрать эту жизнь, меня жгли огнём, били молниями, пустотник долго пытался раздавить меня, но ничего у них не выходило, обезумев от пламени и одурманенный электричеством я не чувствовал ни боли, ни усталости, ни ударов снарядов. Меня заботило что плети становятся все тоньше и тоньше, теряя свои нити и то что я потерял из виду Чихеро, которая не спешила находить меня. Добравшись до пустотника мои плети пришли в негодность, и выдрав голову из тела пустотника руками я начал давить, рвать, раздавливать, раздирать всех, до кого мог дотянуться. Кровь, кишки, все едино, владеющий иль пустой, попал под руку мне и тебе конец, иного варианта нет.

Снаряд это был или удар стихии я не знаю, но на какое-то время я потерял сознание, очнулся от удара об гусеницу танкового тягача, на его боках были тросы, и я сорвал их. Безумной идеи не было, да и не озарило меня, я просто сунул руки в металлические тросы и только коснувшись моей кожи они сразу расплелись и начали оплетать мои руки, касаясь кожи и раздвигая броню, что им мешалась. Дойдя до лопаток нити впились в моё тело, усиливая контакт и увеличивая контроль над этими монструозными, гибкими и состоящими из тысяч нитей тросами. Ко мне неслась какая-то владеющая молнией под прикрытием трех десятков пустых и двух закованных в глухую броню физиков, и все они атаковали меня. Что-то я отклонял, что-то попадало в меня и мне было больно. Надо убрать боль, с хлопком одна плеть сплелась, сила физика дала начальный заряд тросу, а сила психокинетика подхватила инициативу, разгоняя хлыст до бешенной скорости. Щёлк, нет больше боли, нет владеющей нет физиков, нет пустых, только какие-то кровавые ошмётки.

Было ли сложно управляться с моим новым оружием? Да я не знаю, помню, что я радовался и смеялся как ребенок, играясь с новой игрушкой, помню, как срывал с брони фильтры очистки воздуха, вокруг меня был воздух только вперемешку с кровью, костями и содержимым желудков, фильтр забился за секунды и я стал задыхаться. Потом дышал плотью своих врагов, а по мне стали бить по площадям, не жалея своих сил пытаясь остановить меня. В этом аду боли и страха, что пытались мне внушить, я окончательно потерял остатки рассудка, я убивал, рвал, втаптывал и нес погибель. И остановился я впервые в своей вакханалии смерти, когда мои нити облизнуло пламя тьмы, и я напал на это пламя, пытаясь достать то, что подпитывает это пламя, а оно пыталась сожрать меня, когда я скармливал ей, защищаясь, трупы, машины, да все, до чего могли дотянуться хлысты, но не могли они дотянутся до сердца пламени, и когда я уже был близок, вдруг понял кто сердце. Чихеро.

Вспоминали ли мы про эту схватку и остальной бой? Вспоминали, и главное, не врали ни себе ни друг другу, мы могли убить друг друга, она узнала меня только когда я отступил.

Сколько мы убили, мы не знали, но знали, что среди умерших были не только враги, знали и никто не смел нас об этом спрашивать.

Встряхнув головой и прогоняя воспоминания, я направился в ремонтную, боги, бедный мой бронекостюм. На нем заплаток столько что он похож на какой-то хлам, не способный защитить от снайперской пули, не говоря уже об кумулятивном снаряде малой мощности. Наспех облачившись в него, я подошел к ванне с маслом, где отдыхали те тросы, они теперь стали еще тяжелей и толще за этот месяц. Я постоянно добавлял нити. Коснувшись его нитей, трос быстро занял свое место на руках, и я слегка тряхнув их сплел плеть в хлыст, и напрягшись каждым мускулом и подгоняя тросы психокинетикой произвел так любимый солдатами в дивизии оглушающий звук, который ознаменовал что Чихеро спит, а я принял вахту. Демон вышел на охоту, день его время, а ночь её.

− ЩЕЛК!!!!! ЩЕЛК!!! –Раздалось и отразилось множеством эхо, оповещая дивизию что пора в путь, даря надежду на то что кошмар с постоянными боями будет покончен, и мы вырвемся к своим, мы победим. Как тогда, когда они услышали щелчки и думали, что все, конец, они все погибнут и это звуки их смерти. И только когда они увидели ЕГО, то осознали, что смерть пришла не за ними, а за их врагами. Состоящий из крови, багряный демон с огромными черными щупальцами за место рук, а на его плечах восседала ОНА, дева, чье платье было соткано из самой первозданной тьмы, чье дыхание уничтожало всё на своём пути, и надо поскорее убраться с ИХ пути, ибо не стоит мешать посланникам богов выполнять свою работу, уничтожать врагов Империи, ну а если ты глуп, то и они твою жизнь заберут, ибо не стой на пути существ, что выше тебя и чья цель выше твоей жизни.

Это стало уже легендой нашей дивизии, и как я слышал солдаты старательно пытаются сложить песню. Владеющие, что в основном сейчас лежат и не могут залечить свои раны, не подтверждают, что тогда в меня и Чихеро вселились высшие сущности, но и не опровергают, и каждый раз с жадностью ловят каждое слово из рассказов очевидцев о том, как бились и как убивали демон и его суженая дочь тьмы.

Несся я в указанные координаты с помощью своих хлыстов, рывками, такой способ уже стал для меня привычным, но в первые дни после боя, я не мог даже управляться ими сразу, а несколько часов просидел, не понимая, как ими двигать, и только пуля, которая была выпущена Чихеро, смогла помочь мне понять, как все действует, и пуля была отбита не психокинетикой, а нитями троса.

Километр за километром несся я по горам, там, где не сможет пробраться не то чтобы машина, да даже скалолаз не сунется туда, где я только что проскочил. Внутреннее зрение работало как фотоаппарат, вспышка, вот карта на десятки километров, вспышка, вот почти дубликат, но с секундной задержкой, постоянно я не мог работать с внутренним зрением, оно так нагружало еще не отдохнувший мозг что я падал в обморок, мозг просто выключался, и я мгновенно переходил в здоровый сон, и потому мне нужно было минимум шесть часов отдыха.

Вспышка, вот и наш пешеход, что так бодро движется по следу дивизии, вот и наши секреты, что снялись с мест и теперь спешат убраться подальше. Вспышка, да пешеход то не один, вот как оказывается, ну молодец, хвалю за задумку, только сейчас уже солнце светит, я вижу ваш сюрпрайз.

Я не скрываясь пошел на встречу ему спускаясь с горы, стараясь чтобы пешеход и сюрпризы были внизу, а я тактически верно на верху. Нити послушно обвили мою грудь и концами нырнули в подсумки с приготовленными специально для меня дивизионным сапером кумулятивные снаряды, при детонации от удара формируется лезвие шириной в сантиметр и длинной в тридцать сантиметров, эта огненная игла пробивала полуметровую броню танков, и двенадцать снарядов под управлением моих нитей, это страшное оружие. Странно конечно, что чем чаще я пользуюсь своим новым оружием все чаще ловлю себя на мысли что плети, стали частью меня, и я воспринимаю их как живые, а не просто сталь, управляемая мною.

− Доброе утро, прекрасное время для прогулки! − Воскликнул я и помахал пешеходу, он скинул капюшон, показав свое измождённое лицо, покрытое бороздами шрамов. Он далеко не молод, да и проглядываются свежие шрамы, опасен, но вот насколько не понятно, а вот сюрприз оказался более понятен и кажется менее опасен, они боятся меня, в отличии от пешехода. – Что ж вы идете отдельно от ваших друзей? Вы в ссоре? Я угадал? Прятаться под слоем камней невежливо.

− А снять шлем и поприветствовать старшего и более сильного владеющего тебе вежливость не позволяет? − С ухмылкой ответил мне геомант, он, не видя больше причин скрываться, снял маскировку, и вот на расстоянии в пятьдесят метров возникли пятеро владеющих, которые лежали на земле и весь путь ползи за геомантом, а теперь вскакивали когда с них сползла маскировка, два физика направили на меня какие-то поделки, похожие на оружие мамы, но они выглядели так небрежно что я аж зевнул от переполняющего меня пренебрежения. − Но мы пришли не воевать, мы переговорщики, поэтому сбегай-ка, песик, и доложи своему начальству чтобы бежал на переговоры о вашей сдачи оружия.

− Я бы сбегал, да вот не вижу я причин бегать да хвостиком вилять, да и мой командир навряд-ли побежит. − Ответил я ему весело и немного задиристо, о боги, как же мне хотелось его разорвать. – У вас есть что-то посущественнее, чтобы я побежал, виляя хвостиком?

− Есть. − С улыбкой ответил геомант, а я уверен, что это его стихия, он хитро улыбнулся. − Федерация не хочет лишних смертей, и потому если вы сложите оружие, то всем владеющим вколют противоядие.

Тот бой унес много жизней, но было огромное количество раненых, и им ничто не помогало, иммунитет не работал, от банальной пули в ногу и просто пореза умирали тысячи, просто истекая кровью. Сообразили быстро, во всем виноваты ядовики Федерации, они каким-то образом отравили воздух, а их собственные бойцы имели иммунитет. План противника был прост, связать группировку боем, отравить и отойти на безопасное расстояние, и дождаться пока многотысячное войско передохнет само, но в первую очередь им было необходимо уничтожить штатных ядовиков, что они и сделали. Все было бы прекрасно если бы не десант во время отхода, когда им пришлось сражаться не на шутку, а на смерть. Временный выход был найден в кратчайшие сроки, ни я ни Чихеро не были отравлены, все дело в том, что мы надышались во время боя кровью и плотью врага, и это передало частично иммунитет нам, и теперь выжившие враги были донорами крови, которую вкалывали нашим раненым. И это помогало, но каждый день умерших были десятки. Нам нужно это противоядие, жизненно необходимо.

− Образец, подтверждающий ваши слова, у вас с собой? – Спросил я, а все шестеро откровенно заржали, потешаясь над моей тупостью.

− Конечно нет, нам известно, что у вас есть один ядовик, так что противоядие после вашей сдачи в плен. − С улыбкой проговорил труп. Нет, кусочки, меленькие кусочки. − И да, мой юный песик, в сорока километрах от вас дивизия, что готова ваш полк как уничтожить, так и конвоировать.

− И противоядие там? Под охраной, которую нам никогда не преодолеть? − Геомант кивнул и уже хотел что-то сказать, но мне надоело смотреть на то как кусочки геоманта почему-то еще вместе, а не хлюпают под моими ногами.

Плети сорвались в полет, двенадцать тонких щупалец несли на себе смертоносные головки, я даже не перевел висевший сзади пулемет в боевое положение, пулями убивать неинтересно, а вот разрывать на кусочки, чтобы жертва видела, как куски отделяются от его тела, вот вершина моей эстетики.

Геомант сразу же среагировал и в меня понеслись острые каменные пластины, а земля под ногами норовила схватить или проткнуть мои ноги, хорошая земля так не делает, плохой геомант. Скорость запредельная, и мне нужна были доли мгновения чтобы приблизиться до цельных кусочков, и вот мое жало уже в метре от будущих кусочков. Вот хитрый геомант, сокрыл себя в коконе камней, а в кумулятивный снаряд полетел огромный камень. Взрыв, цель не достигнута, в меня летит слишком много тяжелых камней, а геомант в своем коконе пытается сбежать от меня и атаковать с дальнего растояния. Слишком ты медленный, не выйдет из тебя красивых кусочков, ну ничего, кашица тоже неплохо.

Три кумулятивных снарядов потребовалось чтобы сделать в коконе геоманта маленькую трещину, и вот туда-то проникла моя ниточка и немного пошалила.

И все-таки кусочки — это прекрасно. По мне нещадно били кто чем горазд, молнии, огонь, пулеметы физиков, но это так слабо, прошлые отряды, что шли именно ликвидировать остатки, как они считали, недобитков, были поинтересней. Ну что, приступим, эх, красивая владеющая, и фигура как у Чихеро, интересно я смогу снять с нее некоторые вещи ее гардероба не замарав.

Вспышка, ну что такое, ну ты же воительница, и так опозорится в схватке? Ну не надо так кричать, и умолять не надо! Ты где? Правильно, на войне. Так имей совесть, если уж первые напали, сдохните достойно, а ты, физик, вообще мужчина, и убегать недостойно. Ну что кричим? Полковник, когда ему отрывало конечности, сражался тем что осталось, я сам видел, как он скакал на одной руке и перегрызал глотки остатками зубами, и пробивал легкие шлемы пехоты своей головой, вот это воин, а ты так, мальчишка. Одну руку оторвал и все, бежать от меня?

Через пол часа, около трупов.

Опять мне нужен отдых, я плохо себя контролирую, надо отдохнуть и пережить все что было, нельзя превращаться в зверя.

Сорок километров, говорил геомант, это совсем недалеко, мне нужно это противоядие, да и, надеюсь, там будет все что нужно Чихеро. Нет, ну почему эта владеющая не носила с собой косметику и сменное белье? Мне не понятно. Ладно, пора возвращаться, полковник просил побыстрее здесь разбираться, да и Чихеро надо обрадовать, скоро мы пойдем за обновками ее гардероба.

Конец второй части главы десятой.

Глава 10 часть третья

Оттирать кровь и частички мозгов песком и мелкими камнями не было никакого желания, но я старался чтобы хоть внешне было незаметно что я не в самой лучшей форме, да и схватка прошла без проблем. Осмотрев немного помятый броне доспех камнями и оттерев гарь от попадания молнии, я побрел к дивизии стараясь мысленно успокоить ноющее колено, когда я приду никто не должен увидеть ни единого намека на то что я невесел или что меня хоть кто-то может победить или навредить. Дух солдат был не на высоте, и им было нужно хоть что-то, что давало бы надежду, многие владеющие, что лежали в коме от препаратов, надежды не дарили, постоянные бомбардировки тоже не прибавляли силы духа. И потому я с Чихеро решили дать им то что им было нужно, все бои с улыбкой и каждый день в радость, и нет-нет, да замечаем, что бойцы уже не думают о пуле в голову как о чем-то приемлемом вспоминают что их ждут, любят и вдоволь накормят, и то, что если он, солдат, не защитит Империю то его родных может не стать. А колено было, видать, повреждено неслабо, удар камнем геоманта был предназначен чтобы отсечь мне ногу, но сила психокинетика замедлила камень, однако из-за размера того валуна она не смогла отклонить его, и вот удар хоть и не сломал ногу раздробив колено, но принес незабываемые ощущения при ходьбе. С каждым шагом я все ускорялся, и вот перешёл в стремительный бег, пользоваться тросами не было никакого желания. Руки болели как будто их оторвали, а мозг кипел, и потому, не смотря на то что я мог поймать снайперскую пулю, снял шлем. Как все-таки прекрасен мир, когда дует холодный горный ветерок.

Доклад полковнику прошел под ругань Чихеро, которая все никак не смогла уснуть и переживала за меня, она могла бы пойти со мной, она всегда хотела на каждую ликвидацию идти со мной, но я смог её убедить в том, что мне ничего не грозит и она нужна в дивизии. Ох, какой она мне учинила молчаливый скандал. Почему молчаливый? Да потому что она не сказала мне и слова, но вот обрывки мыслей, что я ловил, и те взгляды, которые она на меня бросала, и врагу не пожелаю. Но она и сама четко понимала, что она единственный щит, и сама первая мне заявила, что не бросит дивизию, когда я даже не помышлял о том, чтобы бросить солдат и раненых владеющих.

− Ну что, господа офицеры. − Обратился ко мне с Чихеро Полковник, он был не то что серьезен, я чувствовал, что в нём горела надежда. – Что вы думаете? Я знаю совершенно точно, нам нужно противоядие, до Имперских войск мы доберемся и без него, но доберутся далеко не все.

− Ночью нападать нельзя. − Хмуро сказала Чихеро. − Пока мы с Дэйчиро будем действовать, некому будет делать инъекции противоядия.

− А вы и не пойдете одни. − Совершенно спокойно, ответил полковник. – Дивизия будет поддерживать вас и проведет маневр чтобы ударить неожиданно, да и не ожидают они от нас хоть какого-то сопротивления.

− Дивизия небоеспособна, полковник. − Полковник заскрежетал остатками зубов, он знал, что я прав. Я посмотрел на Чихеро и добавил. − И я пойду один.

− Я тебе сейчас нос откушу, один ты не пойдешь. − Чихеро имела своё мнение и ее слова были не просто угрозой, она сейчас в своих мыслях очень хотела сделать мне очень и очень больно. − Послушай-ка меня, демон ты плюшевый, если ты думаешь, что тебе будет так вечно везти то это не так. В том бою ты не сдох по нескольким причинам. Первая, сильнейших противников перебил силой психокинетика генерал Дао, вторая, полковник тоже внес свою лепту, оставив только средних владеющих, так что остались лишь те, кто были тебе по силам, а наше усиление состояло только из середнячков. Третья причина того что ты еще жив, это я, я неустанно приглядывала за тобой в начале, да и большинство семидановых и восьмидановых на моем счету, а ты уже уничтожал тупое мясо пустых, и только парочка слабеньких владеющих на твоем счету.

− А что ты тогда скажешь о тех отрядах ликвидации, что погибли от моей руки? – Меня начала злить ее реакция и ее слова, а особенно тон, да и не был я с ней согласен.

− Лейтенант успокойтесь, капитан Чихеро Шосе в чем-то права, − Слова полковника заставили меня немного остынуть, и я ждал пояснений, а полковник не спешил, я чувствовал, как он собирается с силами, разговор ему иногда давался не легко. – Лейтенант, вы прирожденный дуэлянт и убийца, ваши силы дополняют друг друга, но вот использовать вас как оружие массового поражение глупо, вы хирургический инструмент, вы сможете ликвидировать очень сложные цели, но вот нападение на огромную массу людей принесет вам только смерть, вы просто неспособны забирать жизни тысячами. А вот капитан Чихеро бьёт по площадям и прекрасна в защите большого скопления людей. Вам понятен ход моих мыслей, лейтенант?

− Понятен, господин полковник. − Он прав, сила Чихеро делает ее прекрасным полковым оружием, но и она слаба, то, что, как я догадываюсь, хочет сделать полковник. — Это самоубийство.

− У нас нет шансов при прямом столкновении, как ты сказал они считают нас полком, и это значит, что они не знают сколько в кузовах машин людей. − Полковник сплюнул на пол кровавый сгусток, и утерев единственной рукой остатки губ кровожадно улыбнулся острыми осколками зубов. − Пусть они гонятся за полком что будет от них убегать, а остальная часть дивизии встретит их на своих условиях.

− Это же…− Тихо, практически шепотом произнесла Чихеро. − Генеральное сражение.

− Генеральное, и я надеюсь, что последнее сражение для тех, кто пойдет с нами. − Сказал полковник. − Капитан Чихеро, проследите чтобы Лейтенант Дэйчиро отдохнул. Вечером, когда самолёты доложат противнику что полк, не остановился на ночь, мы должны быть готовы нанести удар тем, кто последует за полком, стремясь не допустить того чтобы мы якобы взорвали перевалы.

Машина мерно покачивалась на бездорожье, в кузове замыкающего колонну грузовика был только я и Чихеро. Она посматривала на меня и постоянно краснела, и длилось это уже около часа. И вот она на что-то решилась и её румянец на щеках то вспыхивал, то пропадал, заменяясь бледностью. Подойдя ко мне, она села рядом и взяла мой снятый с бронекостюма шлем и надела также молча, я не стал ей мешать, боясь спугнуть её решимость. Защелки намертво пристегнули шлем. Она постучала по нему своим кулачком, как будто проверяя его на прочность.

− Слушай меня, Дэйчи, внимательно, и пожалуйста ничего не говори. – Чихеро смотрела на меня с такой мольбой что мне аж страшно стало, она начала заламывать свои руки пытаясь успокоить себя. Обрывки мыслей, что доносились до меня, только путали меня. Он не поймет. Я не сошла с ума, а вдруг это последний раз что я его вижу? Я боюсь, мне страшно. – Понимаешь, я знала, что рано или поздно моя сила начнет менять меня, ты же знаешь, что бои не проходят бесследно, но есть нечто что важнее для меня чем сила, но я не могла осуществить свою мечту и в этом виноват ты!

На минуту девушка замолчала, а в ее мыслях царила такая буря эмоций и мыслей что я не понимал, как можно чувствовать все цвета радуги, от темных эмоций до самых светлых, и я даже чувствовал что-то такое знакомое, на подобие того что иногда ловил от Каори и Эйко.

− Никому, слышишь, никому не рассказывай то, что я сейчас расскажу тебе. Кивни, если никому и никогда не расскажешь. − Я кивнул, девушка резко прильнула ко мне и шепотом начала говорить мне в щель для воздуха, чтобы никто кроме меня не расслышал. − Я меняюсь и это мое решение, и те, кто должны были остаться после меня, в этом решении не виноваты.

Минутная пауза опять воцарилась в постоянно качающемся кузове грузовике, и собравшись с силами девушка из всех сил вцепилась в мой бронекостюм.

− Я оставила у отца три контейнера с замороженной жизнью. – Чихеро вцепилась в меня просто мертвой хваткой. − Если со мной что-то случится я хочу, чтобы ты выполнил мою просьбу, пусть после меня кто-нибудь останется кто будет носить мою кровь, и кто будет отцом тебе решать. Прошу, исполни мою просьбу если, если…

Девушка замерла в нерешительности, раздираемая противоречиями, и сейчас томилась в муках.

− Я выполню. – С хрипотой ответил я, а Чихеро прильнула ко мне всем телом и уже расслабилась и прерывиста дышала, она была счастлива. Так мы и ехали до остановки, не произнеся и слова, думая каждый о своем. Чихеро не слезала с меня и лежала на мне, облачённом в бронекостюм, а я не смел беспокоить её. Мои мысли занимала Чихеро, мне она была непонятна, но вот эта просьба была понятна, и в чем-то даже близка. Многие владеющие обеспокоены продолжением рода, и мне теперь стало понятно почему ей так была нужна встреча с отцом. Также мне стало немного страшно, и на мою душу начал давить новый груз, только сейчас я стал осознавать, что эта милая девушка поставила на чашу весов не только свою красоту, а еще и жизнь своих не рождённых детей. Она может так и никогда не узнать счастья материнства, и понимание этого ударило по мне еще сильней чем понимание того что она может безвозвратно потерять свою красоту. Её черные волосы разметались по моей броне и только усилием воли я остановил себя, чтоб не погладить ее, почему-то я чувствовал, что, проявив жалость, сейчас я смертельно оскорблю воительницу, поставившую на одну чашу так много надежд на счастливую жизнь, когда на другой чаше были жизни чужих ей людей.

− Тебе пора. − Чихеро встала, и перед тем как я спрыгнул из кузова, постучала по стеклу шлема. – Какой же ты все-таки железноголовый, как с тобой сложно.

− Чихеро, − Голос опять хрипел против моей воли. – Будь осторожной, пожалей меня.

− Беспокоишься? − С грустной улыбкой ответила мне Чихеро. − И зря, ты же знаешь, что не буду, и остановить меня мог только тот камень. Ты так и не размозжил мне голову, иди уже, солдаты не должны видеть моих слёз.

Она отвернулась и ушла в глубь кузова скрываясь от моих глаз, грузовик заурчав мотором начал неспешно удалятся, а я все стоял и смотрел в след, борясь с желанием включить сейчас силу манипулятора и узнать, что же творится в голове той, чьи помыслы для меня загадка, которую я не уверен, что хочу раскрыть.

Несся я по дуге, пытаясь обогнуть и оказаться в тыле врага, при этом не напоровшись на разведчиков, в рядах которых несомненно есть психокинетики и геоманты, бежал и рывками с помощью тросов я двигался, не жалея себя. А все этот проклятый полковник, какое к черту генеральное сражение? У нас нет вооружения, и имеются в распоряжении кроме меня и этой дуры только пять полудохлых владеющих, могущих сражаться. Неравный бой, вот что предстоит, мы толком не знаем ни силы противника, ни количества владеющих, ни того, какое вооружение имеет противник, и меня интересует каким образом мы выгрызем победу. А все его слова что яд постепенно стал влиять на здоровых, кто раньше, казалось, не имел ни ран, никакой-либо слабости. А по прогнозам через пять дней умрут все, кто имеет видимые признаки заражения и действия яда, эту ночь не переживут сотни, а возможно тысячи. Решение было принято большинством, и я был против, я так и высказался, это самоубийство, и мне проще оглушить Чихеро Шосе и вдвоем добраться до Имперских войск, так больше гарантий что я выживу. Никто не посмотрел на меня как на предателя, многие понимали, что окажись перед ними такой выбор они, наверное, еще в день, когда раненые начали, не смотря на все усилия, умирать сотнями, покинули бы дивизию, стремясь покинуть очаг, как в первые дни считали, заболевания. Помню только как Чихеро до бледноты сжала губы и отошла от меня, стараясь быть по дальше. Я против, но большинство владеющих, как мне показалось, пригласили лишь для видимости совета, проголосовали за генеральное сражение, которое могло дать шанс на выживание. Или возможно они просто хотели умереть в бою, а не подохнуть, валясь на земле от того что яд их доконал.

Вечерело, я уже ненавидел эти разгорающиеся звезды, я чуял что сегодня будет все очень непросто, и голова моя должна быть холодной. Я пытался успокоиться, перебирая своё вооружение, гранаты, запасные броне пластины, две толстые пластины ножей, снятые с военного грейдера, они предназначались моим тросам и должны были стать че—то вроде моих мечей, при этом каждый весил по тридцать килограмм, пулемета не было, не нужен мне он был. Остальные подсумки были заняты кумулятивными зарядами, мои жала сегодня заберут не одного владеющего.

Смотря на ножи грейдера, наспех заточенные силой распада Чихеро, я думал, как назвать эту несуразность, мечами никто не пользуется, как мне казалось. Вот как назвать эти железяки? Всем так нужна надежда и победа, так пусть они будут моим личным адом и раем. Кажется, я успокоился, и с трудом она ушла из моей головы, но мне все казалось, что я чувствую её запах. Тварь, я все же оглушу ее и утащу силком туда где ей никто не сможет навредить. Вот и загорелась самая яркая северная звезда, пора. Я отвлекающий маневр, и мне суждено показать, какими силами обладает враг и принять множество ударов на себя, и при этом не только не сдохнуть, но и держать внимание на себе, а не на той, которая готова умереть за каких-то чужих.

− Помрешь, я тебя и там найду, ты мне здесь нужна. − Первый боевой стимулятор я вколол с опаской, и сразу же почувствовал, как по венам разгоняется, словно жидкий огонь, энергия, второй боевой стимулятор единственного типа, что мне можно было принимать, уже дал обратный эффект, потусторонний холод разлился по венам и меня начали разрывать изнутри лед и пламя. Это личные боевые стимуляторы полковника, которые запрещены во всех странах, но делающийся одной моей знакомой из Диких земель. Он тайно мне передал то, благодаря чему он победил в той битве, сказав, что теперь моё счастье зависит от меня, гребаный ублюдок видит слишком многое, даже то что я отказываюсь видеть. Стимуляторы не просто так запрещены, так что меня ждет чудовищный откат, но до него надо ещё дожить. Вперед, мышцы, не чувствуя моего веса рванули вперед, подчиняясь приказу. А тросы оплетали моё тело, скрепляя мою плоть и формируя под бронекостюмом второй слой брони. Мечи Рай и Ад были привязаны к кистям и скреплены так что, только отрезав мне руки вместе с нитями можно их отделить от меня.

Я практически летел над землей, сила толчков ног была такая что меня аж пригибало к земле сопротивление воздуха.

Вот и первая встреча, огромный физик сопровождал нескольких владеющих из разведки. Потребовался даже взмах мечами, кишки были разбросаны по округе на десятки метров, я даже не замедлился, пройдя сквозь эту группу кусочков. Дивизия врага уже знала, что к ним мчусь я, ко мне спешило несколько танков и около сотни человек. Горы не давали им собраться вместе, этот перешеек узок для тысяч. Я прикончу тебя, полковник, их здесь не меньше десяти тысяч!

Удар гравитации прижал меня к земле, но я практически мгновенно вскочил на ноги и продолжил путь к этому мясу, что палило по мне из всего чего только можно было. Танковый снаряд практически попал в меня, отклонить его не было и шанса, и я бежал практически на встречу смерти, мне главное попасть в ряды, а там уже я начну свою работу, а свою работу я знаю хорошо, кусочки. Рывок. Вот и я, кусочки!

Первый владеющий умер от того что я просто пробил ему грудь, дальше ряды стали плотнее и заработали мои мечи, нити выбрались из бронекостюма и, подхватив кумулятивные жала, начали искать тех, кто мог устроить проблемы для моего лучика. Эмоции ужаса и какого-то первобытного страха чувствовала моя сила манипулятора, и как только она чувствовала уверенность и спокойствие поблизости, то я сразу бросался к этому смельчаку. Уверен значит силен, а мне не нужен конкурент, она мой лучик, она только моя.

Стена огня поглотила меня, а гравитация заставила упасть на колени, ко мне шла совсем еще девчонка и смеялась. Ну конечно, я смешен, один на всех. А знаешь, что?

Красный от температуры метал освещал мглу, что опускалась на землю, девочка смотрела на меня с ужасом, мне уже не мешал гравитационный удар, ужас плескался в ее глазах, и в них отражался мчащийся к ней я в красном доспехе.

− Сдохни. – Её череп раскололся от того что я задел его рукой, её мозги зашипели, попав на раскаленный метал моей брони. – У меня могла быть дочь твоего возраста, жаль, никого не жаль, ни себя, ни вас. Сдохните! Да столкнется Рай и Ад, и на землю прольется кровь, и все грешники погибнут от моих рук, кусочки!

Конец третьей части, десятой главы.

Глава 10 часть четвертая

Первые минуты моего боя, что должен был привлечь внимание вражеской дивизии, были успешными. Я с легкостью расправлялся с владеющими и теми пустыми, что вставали на моем пути, и когда я убил девчушку госпожа удача отвернулась от меня. Пси-удар вскипятил мой мозг, и я взревел от ужасающей боли и рванул туда где находился источник пси удара. Мчался я недолго, психокинетический удар впечатал меня в землю, второй удар, что последовал практически сразу, и не дав мне опомнится отправил меня в полет, отбрасывая к склону горы.

Летя в полуобморочном состоянии по склону, ловя всем своим телом камни, я внутренним зрением видел то, что подготавливается для меня, а часть уже летит в меня. Мой рев злобы, наверное, был слышан в самом аду, ну ничего, я справился со своей задачей, все смотрят на меня и готовы бить по мне. Танки сделали практически одновременный залп, пулеметы и пушки били по склону, грозя при попадании разорвать мою тушку.

Вскочил я на ноги и понесся подальше от склона, ноги просто разрывало от напряжения, дышал я с перебоями, секунда, а может и меньше, и вот первые фугасы ударились об склон, от дивизии неслись десятки молний и пять струй огня, а по площади ударила гравитация такой силы, что камни за спиной разрывало на части и эти куски летели мне в спину.

Да где же удар Чихеро и остаток нашего вооружения и владеющих, способных хоть на что-то? Я показал им где владеющие, теперь их черед внести хаос, но удара все не было. Отклонять пули было практически невозможно, так как все силы уходили на снаряды, осколки фугасов и камни. Я старался обезопасить себя от того что сразу убьет меня, разорвав на части, а многие пули застревали в броне, но не все, парочка бронебойных все-таки прошили мое тело, и уже внутри себя при контакте с пулей я смог подкорректировать полет пули, чтобы повреждения были менее страшными и не вывели меня из строя.

Мне казалось, что прошла вечность до того, как я смог добраться до ближайшего укрытия в виде огромного грузовика, который служил укрытием не только мне. Секунда и все пустые рядом падают мертвыми от нитей, что перерезали их шеи, вторая секунда и я уже несусь прочь от машины, третья секунда и машины больше не существует, ее уничтожило силой распада, а потом с секундной задержкой по площади ударил огонь, они уже не жалеют своих.

На пути мне встретился огромный физик, он уже хотел разорвать меня очередью из пулемета в упор, но извини друг, я быстрее. Меч из ножа грейдера пробил его шлем, разорвав его голову пополам, а руки его начали выпускать пулемет, что сразу оказался в моих руках. Сорвав ящик с лентой патронов, я помчался дальше, стреляя длинными очередями и корректируя почти каждую пулю, я пер сквозь колонны машин и бронетехнику, разрывая нитями всех, кто попадался на моем пути, срывая с них гранаты и засовывая их под баки с топливом.

Да где же удар Чихеро, проносилась с каждой прошедшей секундой тревожная мысль в голове, и вот передо мной предстал ОН. Закованный в броню с толстыми металлическими пластинами, он возвышался надо мной на метр, удар его кулака снес меня с моей траектории, но выстрелы в упор с корректировкой траектории пули силой психокинетика утихомирили гиганта.

ВОЙ. Воздух гудел от какой-то неестественности, я словно зверь чувствовал опасность, но усилием воли подавил желание сбежать и повернул голову вверх, к тому склону гор, откуда шла опасность. К вражеской дивизии и ко мне двигалось покрывало распада, что слизывало все на своем пути, оставляя после себя гладкую поверхность, которую можно назвать зеркальной. Черные клубы этого покрывала, похожего на черный туман, тянули свои щупальца к дивизии.

Зачем ты это делаешь? Это не твой уровень, дура, куда ты лезешь?! План был что ты будешь бить по площадям силой распада, а не вызывать Армагеддон. Покрывало первородной тьмы, что пожирает все на своём пути, ты не можешь контролировать его.

Внутреннее зрение дало такую вспышку, повинуясь мне, что я увидел всю дивизию, увидел своих, увидел Чихеро. Она стояла на коленях, согнувшись головой к земле, и выла от боли, это был вой зверя что защищает дорогих ей детенышей. От нее исходила волна распада, которая постепенно чернела, сметая все на своем пути, по ней били из танков, но распад защищал ее от физических атак, а для пси ударов она была слишком далеко.

Можно было покидать поле боя, дав Чихеро самой сражаться, но я устремился в начало колонны, где, рассекая туман распада, стояли владеющие распада под охраной, они могли помешать моей девочке свершить задуманное. Мне надо устранить то сопротивление, что пытаются оказать владеющие против тумана тьмы.

Мой путь был особенно сложен, так как противник осознал, что силы нападающих мизерны, и ударил по горам из всего что у него было. Силы полка били в ответ, ища укрытия за скалами, воздух словно запылал, эманация смерти была повсюду, а туман первородной тьмы старался быстрее добраться до живых и поглотить их. И только с десяток владеющих, что встали на его пути, не давали тьме забрать то, что уже не принадлежит живым. По мне стреляли меня, пытались сжечь, расщепить, разложить, но все было тщетно, я шел к своей цели и ничто не могло меня остановить. Десятки ранений, несколько переломов, все это не могло меня остановить. Передвигаясь с помощью тросов рывками, я постоянно кого-то убивал на своем пути, разрывал на части, проламливал головы. Пулемет работал без промаха, каждая пуля, подкорректированная психокинетикой, летела точно в цель, отсекая головы, руки и кисти, выводя бойцов из строя. Парочку танков я обезопасил, вырывая люки и бросая внутрь гранаты, сила психокинетика защищала от их пулеметов. Я знал, что медлю, мне было страшно приближаться к туману тьмы, он вселял в меня ужас, я знал, что убить владеющих я смогу только в ближнем бою, а после, когда туман не будет иметь сопротивления, он поглотит меня.

Группа владеющих заметила меня практически сразу, и они были настроены не подпускать меня к тем распадчикам, что боролись с туманом любой ценой. Танк, что служил мне секундным прикрытием, разлетелся на части, струя огня без устали следовала за мной, а в незримой плоскости я сражался с психокинетиком, что пытался прикончить меня своими летающими дисками. Подскочить к ним я все-таки смог, и, когда нити прикончили распадчиков, туман первородной тьмы хлынул к дивизии, аккуратно обтекая меня, сил уже не было никаких, а в животе торчали два диска психокинетика, стимуляторы стали забирать своё. Силы пропали, мысли в голове путались, а я смотрел как из меня льется кровь, хотелось вырвать диски, но зазубренные края просто бы разорвали бы меня пополам, а туман все тек, оставляя для меня все меньше и меньше места. Я пал на колени, силы покидали меня, у меня уже не было возможности бежать, и вот первый язык тьмы осторожно, словно смущаясь лизнул по моей измятой броне, уничтожая металлический слой, обнажая мое незащищенное, плече. Вот и настал мой конец, меня сожрет сила Чихеро.

Тянущихся ко мне языков черного тумана стало еще больше, они жадно пожирали мою броню, одежду, оружие, но плоть тьма не трогала, она даже проникала в меня и начала осторожно выедать засевшие во мне пули и, аккуратно обгладывая диск, стараясь при этом не вызвать обильного кровотечения. У меня не было сил удивляться, глаза постепенно закрывались, я проваливался в небытие, а в памяти всплывали мертвые, разорванные на части мной люди, они ждали меня, и каждого я помнил.

Мерное покачивание кузова, вот что я ощутил, когда пришел в сознание. Слабость была всепоглощающая, но я все-таки пересилил себя, обратился к силе психокинетика и активировал внутреннее зрение, зрение было слабенькое и видело метров на сто, я был в кузове какого-то грузовика один. Весь в бинтах, кости рук и ног скрепляли металлические штыри, челюсть была опутана проволокой, я был опутан эластичными полосками ткани, которая фиксировала меня к койке, которая, не смотря на движение грузовика, практически не тряслась.

Короткое диагностирование тела с помощью силы манипулятора и силы физика ввело меня в шок, я был под бинтами покрыт сеткой из множества аккуратных швов, ожоги, что были на моем теле, покрывали огромную площадь, бронекостюм не спас меня от последствий атак огневиков. Глаза, которые тоже, видать, были повреждены, уже частично восстановили свои функции, в принципе все конечности были на месте, что уже было не плохо, а вот внутренние повреждения заставляли задуматься, пробитые легкие, печень, желудок, все конечно со временем восстановится, но без последствий это не обойдется. На лицо я даже не хотел смотреть, хоть оно и было в бою защищено шлемом, но немало атак было именно в голову, так что будем радоваться тому что у меня есть нос, уши и хоть порванные, но все же имеющиеся губы, а шрамы и ожоги со временем станут менее заметными, волос на голове не осталось ни единого. После поверхностной диагностики силы полностью покинули меня.

Очнулся я уже в палатке, подключенный к системе с капельницей, около меня крутился владеющий манипулятор, что был нашим врачом, но практически все время был в искусственной коме, так как тоже был заражен ядом. Значит все-таки противоядие было найдено, я выполнил свою задачу. Манипулятор сразу заметил мою возросшую мозговую активность и оживился, мы смогли настроить двухканальный ментальный контакт, он ловил мои эмоции и, можно сказать, отвечал на мои вопросы. Без сознания я провалялся с неделю, и да, я немного, по его словам, обгорел, да и тот туман все-таки слизал немного лишней кожи, мышц и чуточку задел кости, но, по словам врача, ничего страшного не произошло и так как я физик то процесс восстановления уже запущен, и все что съела первородная, а он выразился именно так, скоро отрастет. Говорить и снимать все системы, что удерживали мои кости, он не рекомендовал, и отметил что мою челюсть ему пришлось пересобирать, так как она стала срастаться неправильно, так же он пересобрал и множество других костей, и когда мы прибудем к основным силам Империи мне надо будет обследоваться, так как я был переломан и изрезан до такой степени что, когда он увидел меня, как только я очнулся, его вырвало. Вырвало его, я ментально так вспыхнул гневом что манипулятор выскочил из палатки, оставив меня на попечение пустого медика, что должен был менять мне капельницу. Противно, видите ли, ему было на меня смотреть, если бы не я, то сдох бы он, да и не только он, но все же я зря его выгнал, информации было слишком мало, а сил чтобы что-то еще предпринимать было мало, так что я уснул, но ненадолго, так как вскорости ко мне заглянула Чихеро.

− Лежишь, лентяй? А мне вот проведать тебя минутку выделить сложно! – Улыбка Чихеро меня порадовала, я очень внимательно ее осмотрел, как глазами, так и внутренним зрением. Осунулась, похудела, но это неважно, зубы на месте, волосы тоже кажется на месте, так, а туда заглядывать не стоит, ну ничего, кажется самое страшное позади. Девушка грациозно присела на мою широкую койку, и, так как я из-за стягивающих приспособлений не мог не то что говорить, а практически двигаться не мог, я не смог ей сопротивляться, я конечно мог поднапрячься и освободится от разных штырей, что фиксировали мои кости и мышцы, но это было последнее, что я бы сделал.

− Кстати, мы смогли выйти на связь с войсками и скоро прибудем к городу, подконтрольному Империи, там и пройдет разбор всего что произошло. − Чихеро лукаво улыбнулась. – Но уже было множество просьб от разных владеющих, что я спасла, напав и уничтожив в одиночку целую вражескую дивизию, так что вскорости я получу внеочередное звание. А что, майор Чихеро звучит, а может быть и полковник Чихеро, так что, лей-те-нант, я молодец, столько жизней спасла в одиночку.

Она смотрела на меня сверлящим взором, стараясь понять какие эмоции я проявлю, удачи тебе в этом, я весь в бинтах, а лицевые мышцы, еще не восстановили свою активность. Так и не дождавшись от меня реакция она наклонилась к моему уху:

− Почему-то они не хотят вспоминать, как там в огне, ловя пули, сражался в одиночестве физик, что отвлек на себя внимание и смог позволить мне нанести удар. Я была в безопасности, а этот физик проливал кровь, как свою, так и чужую. − Чихеро легла рядом на мою кровать и продолжила говорить. – Владеющие, что пришли в сознание после инъекции противоядия, до ужаса боятся тебя и полковника, вы те, кто, не жалея себя шли до конца, и ваши раны-это напоминание того позорного поражения, что понесли эти владеющие.

Она заерзала, поудобней устраиваясь на кровати, это переходит уже все границы!

− МММ! − Только и смог я произнести я, Чихеро приподнялась и со злобой на меня посмотрела.

− Что ммм? Я же сказала, я устала, я спать хочу, если тебе что-то не нравится, то можешь идти куда хочешь. – Она погасила свет и легла на край подушки. И тихо произнесла. – Спасибо за все, мой герой.

Девушка и вправду практически мгновенно уснула, все-таки та атака сильно уж много вытянула из нее жизненных сил, и теперь она так забавно посапывала, иногда слегка морща носик.

Три дня я еще провел на койке, которую каждое утро аккуратно погружали в грузовик, а каждый вечер переносили в палатку. Где меня навещала Чихеро и не желала покидать меня на ночь, даже когда с меня сняли фиксирующие челюсть системы, и я смог говорить, мне не удалось ее выгнать. Эта высокомерная мегера взяла и уснула на полу около койки, пришлось ее будить с помощью силы психокинетика и разрешать перебраться на кровать. Посещал меня и полковник, он был плох и на него без содрогания смотреть было нельзя. Его принес его адъютант, и из короткого разговора я выяснил что скоро мы не только выйдем к основным силам, но и что отдыха нам никто не даст, и восстанавливаться мне придется между боями. У полковника поинтересовались насколько я плох, и узнав, что я все-таки смогу держать оружие в руках, в генералитете уже подготовили приказ о моем переводе на самый фронт, где сейчас идут ожесточенные схватки. У меня не было сомнений кто стоял за моим таким скорым переводом, когда я еще не залечил полученные раны. Принцесса Тэймэй не забудет о том, что я еще жив, а не подчиниться приказу я не мог, проблемой для меня являлось и то, что Чихеро не собиралась отпускать меня и я попросил полковника поспособствовать чтобы Чихеро не смогла отправится со мной. Полковник только ухмыльнулся и попросил меня об услуге, и я не смог ему отказать, Чихеро тоже не смогла отказать.

Когда с меня сняли все бинты и вынули все штыри я посмотрел в зеркало и вздрогнул, стоявшая рядом Чихеро даже глазом не повела, а я же с интересом рассматривал нового меня. Абсолютно лысая голова, изрезанное шрамами лицо, на половину обожженное и затянутое молодой кожицей. Мощный торс бугрящихся на нем мышц пересекали несколько страшных шрамов, а мелкие шрамы от швов, от попаданий пуль и осколков просто усиливали все тело. Я страшен, но, как оказалось, только не для Чихеро, по ее мнению, я практически не изменился, а со временем многие шрамы и ожоги пропадут, и, как мне заявила эта оккупировавшая мою кровать девица, после войны она поведет меня к пластическому хирургу, несколько шрамов на теле ей не нравится.

Как только мы спустились с гор нас уже встречал Имперский отряд владеющих, что принял на себя командование, когда они вышли из палатки полковника прозвучал оглушающий выстрел. Я с Чихеро переглянулись, мы знали, что делать, Чихеро направилась в палатку полковника, чтобы выполнить последнюю просьбу полковника. А я вышел в центр нашего вечернего лагеря.

− ДИВИЗИЯ! СТРОЙСЯ! – Громогласно, насколько позволяли мои легкие, проорал я, усиливая свой голос как силой физика, так и испуская волны силой манипулятора. Дивизия, не ожидав этого, сразу обратила на меня внимание. – ПОЛКОВНИК ДЦОКЕ ОКОНЧИЛ СВОЙ ПУТЬ! ДЛЯ ПРОЩАНИЯ С ПОЛКОВНИКОМ СТРОЙСЯ!

Офицеры поняли, что произошло и начали командовать своим подчиненным, а из палатки вышла Чихеро с урной, в которой был прах полковника. Дцоке попросил нас позаботится о его теле и развеять его прах в горах, что он выбрал как свое последнее пристанище, его раны сводили его с ума и он не желал продолжать жизнь куском мяса. И только то, что дивизия нуждалась в нем, не позволяло ему наложить на себя руки. И вот с него сняли командование. Он умирал, и его срок исчислялся неделями, его мучала безумная боль, и только долг, цель держала его в этом мире, и вот, когда надобность в его присутствии отпала, он решил уйти.

На заре я с Чихеро развеял прах полковника Дцоке с вершины небольшой скалы. Эти горы забрали слишком много жизней, и они же теперь последнее пристанище солдат.

Конец главы десятой.