Кондитерская «Танхулу»

ГЛАВА 01. Танхулу

Первый день на новой работе, и, конечно же, Лянь Жэнь проспал. Проклятый петух куда-то подевался и не разбудил его вовремя, так что, когда сладкое царство сна отпустило его из своих объятий, солнце уже светило высоко в небе. А ведь Лянь Жэню сказали прийти рано на рассвете. Само собой, он, как ответственный человек, лёг пораньше, но из-за того, что слишком сильно волновался о предстоящем дне, смог уснуть только далеко за полночь.

Опоздать в первый рабочий день было не к добру, но Лянь Жэнь верил, что всё еще можно исправить, поэтому, наспех одевшись и даже не успев выпить утренний бодрящий чай, из-за чего у него непременно потом будет болеть голова, побежал к знаменитой кондитерской «Танхулу».

Кондитерская «Танхулу» была самой знаменитой кондитерской города. С самого утра возле неё выстраивалась длинная очередь из десятка желающих купить столь знаменитые сладости. Невероятно изысканного вкуса, такие больше нигде не продавались, и ради возможности попробовать люди были готовы стоять в очереди хоть целый день.

Целых пять раз Лянь Жэнь стоял в очереди у кондитерской «Танхулу» в свой единственный выходной, пытаясь купить сладости, и каждый раз кондитерская закрывалась прежде, чем доходила очередь Лянь Жэня в неё зайти.

Лянь Жэнь и не мечтал работать в таком знаменитом месте, но внезапно удача улыбнулась ему, и, пройдя накануне короткое собеседование, Лянь Жэнь получил возможность стать помощником кондитера и по совместительству владельца «Танхулу».

***

— Ты уволен, — хмуро сказал ему владелец кондитерской, как только он переступил её порог.

— Господин Тянь Ши, пожалуйста, простите меня, — запыхавшись, выговорил Лянь Жэнь, — Я проспал, но уверяю, такое больше не повторится.

— Конечно не повторится, ведь ты больше тут не работаешь.

— Пожалуйста! Прошу, простите меня только в этот раз, — сказал Лянь Жэнь и низко поклонился господину Тянь Ши.

Лянь Жэнь по глупости уже успел уволиться со своего прежнего места работы, будучи уверенным в том, что с сегодняшнего дня он будет работать в кондитерской «Танхулу». Поэтому, если его сейчас отсюда уволят, он скорее всего окажется безработным и не сможет выжить в большом городе.

— Пожалуйста, простите, — как можно жалостливее протянул он, все еще низко кланяясь владельцу кондитерской.

— На улице ждут десятки покупателей. Выйди к ним и попроси прощения у них. Скажи им, что по твоей вине сегодня кондитерская работать не будет, и если они тебя простят, я дам тебе ещё один шанс, — скрестив руки на груди, серьёзным голосом ответил господин Тянь Ши.

— Разве кондитерская сегодня не будет работать из-за меня? — удивлённо спросил Лянь Жэнь, так и не поднявшись из своего поклона.

— Именно так, — недовольно глядя на него, сказал господин Тянь Ши.

— Не может быть, а как же остальные ваши помощники?

— Единственный мой помощник был только что уволен, — продолжая сверлить его суровым взглядом, проговорил господин Тянь Ши.

Удивлённо открыв рот, Лянь Жэнь посмотрел по сторонам и заметил, что в кондитерской кроме него и господина Тянь Ши больше никого не было. Значит и правда именно из-за Лянь Жэня кондитерская сегодня не будет работать.

— Ступай, — велел ему господин Тянь Ши и слегка поморщился, когда услышал недовольный возглас одного из покупателей снаружи.

Отборная брань в адрес господина Тянь Ши была столь громка, что Лянь Жэню показалось, будто это прокричали ему прямо в ухо.

— Ты ведь хотел извиниться, так чего же ты медлишь, — с вызовом посмотрел на него господин Тянь Ши и по его взгляду Лянь Жэнь понял, что тот уверен в том, что он сбежит, словно трусливый мальчишка, позабыв о своих словах.

Вот только Лянь Жэнь отнюдь не был трусливым человеком, поэтому он развернулся и уверенным шагом вышел из помещения. А вот когда он оказался на улице, уверенности поубавилось. Ведь когда Лянь Жэнь только бежал сюда, он слишком спешил и потому не заметил, насколько длинной была очередь. Сейчас же, слегка отойдя в сторону и примерно прикинув количество ожидающих людей, Лянь Жэнь понял, что у «Танхулу» собралась по меньшей мере половина города.

Резко выдохнув и взяв себя в руки, Лянь Жэнь низко поклонился всем и громко прокричал:

— Простите, пожалуйста, но вынужден вам сообщить что кондитерская «Танхулу» сегодня закрыта.

— Что за вздор!

— Да как так можно, мы тут с самого рассвета ожидаем!

— Сильно разочарован, господа! Зря только время потеряли, пойдемте отсюда, — сказал высокий мужчина в одежде ученого.

— Ноги моей тут больше не будет! — бросил другой ученый, стоящий рядом.

— Не зря говорят, что у господина Тянь Ши скверный характер, только такой человек как он, мог обмануть всех нас и заставить ждать! — сказал третий ученый, смерив презрительным взглядом Лянь Жэня, после чего развернулся и ушел.

Возмущению народа не было предела. Люди ворчали и проклинали хозяина кондитерской за долгое ожидание, которое в конце концов не окупилось. Медленно толпа начала расходиться, как вдруг молодой парень, что сообщил им о внезапном выходном дне в кондитерской «Танхулу», вновь закричал:

— Не уходите, пожалуйста! Это всё по моей вине!

— Ты кто вообще такой? — низким голосом спросил тучный мужчина, что стоял прямо напротив Лянь Жэня.

По всей видимости он занимал место с самого утра, чтобы стать первым посетителем и, скорее всего, чтобы впечатлить красивую миниатюрную барышню, которая держала его под локоть.

— Я… я помощник господина Тянь Ши! — нашел, что ответить Лянь Жэнь после нескольких судорожных мгновений раздумья, за которые в его светлой голове созрел, по его мнению, гениальный план, — Пожалуйста, приходите в кондитерскую «Танхулу» после обеда!

Лянь Жэнь, надеясь на поддержку, воодушевлённо повернулся к приоткрытой двери кондитерской, откуда за ним наблюдал сам господин Тянь Ши, но тот громко захлопнул дверь прямо перед его носом, не забыв для верности её запереть. Мужчина громко хохотнул, его поддержали еще несколько человек сзади, но Лянь Жэнь не растерялся и начал смеяться вместе с ними.

— Понимаете, сегодня в кондитерской проходит небольшой ремонт, — еще громче чем прежде сказал Лянь Жэнь, — Всё для того, чтобы завтра вас порадовать ещё более прекрасными сладостями и прекрасным видом изнутри. Чтобы загладить свою вину перед вами, мы приготовим вам танхулу и будем раздавать бесплатно! Обязательно приходите после обеда.

— Ты совсем идиот, помощничек? — недовольно бросил Лянь Жэню тучный мужчина.

— Почему это? – растерянно спросил молодой парень, не ожидая такой грубости.

— Да все в этом городе знают, что в этой кондитерской никогда не продают танхулу!

— Разве? — совсем потеряно переспросил Лянь Жэнь, — Но ведь она называется именно так…

— Идиот! — махнул на него рукой собеседник и, покрепче обхватив свою спутницу за руку, направился прочь.

— Госпожа, зайдите к нам после обеда, обещаю, что не разочарую вас, — сказал Лянь Жэнь миниатюрной девушке.

Та, повернув к нему голову, послала долгий взгляд из-под длинных пушистых ресниц и очень обнадеживающе улыбнулась, после чего скрылась из виду вместе со своим спутником.

Лянь Жэнь не собирался так быстро сдаваться. Он был уверен, что, приготовив танхулу и раздав их прохожим возле кондитерской, непременно сможет вернуть добрую долю покупателей, после чего сердце господина Тянь Ши растает как карамель на солнце.

Воодушевлённый своей собственной гениальной идеей, Лянь Жэнь потянулся к ручке на двери кондитерской, однако дернув за неё, понял, что дверь заперта. Господин Тянь Ши с противоположной стороны для верности ещё раз повернул ключ в замке, таким образом давая понять, что помощи от него ждать не стоит.

Немного потоптавшись на пороге кондитерской и поняв, что сейчас ему стоит полагаться лишь на себя, Лянь Жэнь стремительным шагом направился домой.

***

Лянь Жэнь приехал в большой город из глубинки. Из-за того, что никаких родственников или знакомых, у которых он мог бы временно пожить, в городе у него не было, изначально ему пришлось жить в подсобке в маленькой таверне, где он устроился работать. Через несколько месяцев, накопив достаточно денег, Лянь Жэнь снял себе небольшую комнату в доме мадам Ян.

Мадам Ян владела огромным домом со множеством комнат, каждую из которых она сдавала по отдельности. В основном её постояльцами были молодые ученые, которые готовились к экзаменам на чиновников, и день и ночь учились, закрывшись в своих комнатах. Среди них неожиданным образом затесался работающий с утра до ночи Лянь Жэнь, которому чудом удалось уговорить мадам Ян сдать ему не самую лучшую комнату за скромную плату.

Та самая мадам Ян как раз жарила рыбу прямо на улице, во дворе своего дома, когда к ней подошёл запыхавшийся Лянь Жэнь. Ему пришлось её долго уговаривать, прежде чем женщина сжалилась над ним и разрешила одолжить жаровню, а вот взамен на глубокую сковороду с круглым дном Лянь Жэню уже пришлось пообещать Мадам Ян выстрогать для нее удобное кресло.

Пока жаровня остывала, Лянь Жэнь отправился на рынок. Первым делом он купил длинные бамбуковые шпажки для шашлыка. Он, конечно, смог бы и сам их сделать, потому что с деревом обращался довольно умело, но сейчас на это времени не хватало. После этого Лянь Жэнь принялся искать по всему рынку боярышник. Именно при помощи боярышника традиционно делались танхулу, но его, как назло, сейчас не продавали. Пришлось выкручиваться с тем, что было и Лянь Жэнь просто купил огромную корзину разных ягод и фруктов и приличный кусок льда, за который отдал немалые деньги, зато получил в придачу ведерко, в котором было удобно его перенести. А уже ближе к обеду, исследовав рынок вдоль и поперек, Лянь Жэнь нашел единственную лавку, в которой продавался леденцовый сахар бинтан.

Именно бинтан нужно было использовать для приготовления танхулу, иначе фруктовая сладость могла получится невкусной. И, прекрасно зная об этом, Лянь Жэнь отдал за бинтан последние деньги, что были у него в кармане, после чего быстрым шагом направился домой. Там он забрал жаровню, сковородку и остальные полезные делу вещи и побежал к кондитерской «Танхулу».

Был полдень, так что некогда оживленная улица сейчас пустовала, ведь большинство жителей города предавались послеобеденному отдыху. Лянь Жэнь в это время, расположившись прямо на пороге кондитерской, принялся за дело.

Кроме всего прочего Лянь Жэнь прихватил с собой ещё несколько необходимых вещей. Например, пока мадам Ян не видела, он осторожно снял кусок стекла с собственного окна и прихватил циновку с пола, в которую его обернул, а еще позаимствовал старую швабру, из которой сразу же принялся мастерить подставку для танхулу.

Пока жаровня разогревалась, он обернул циновку вокруг швабры плотной веревкой, сделав традиционный соломенный валик. С таким валиком на спине, наполненным танхулу, он вместе с дедушкой исколесил все окрестности их маленькой деревни, продавая отменные сладости. Именно дедушка обучил Лянь Жэня готовить самые вкусные Танхулу на свете, и благодаря дедушке Лянь Жэнь не сомневался, что, испробовав приготовленный им танхулу, его непременно примут обратно на работу. На жаровню Лянь Жэнь поместил большую сковородку с круглым дном, в которую высыпал весь леденцовый сахар бинтан и чуточку воды. Пока сахар таял, Лянь Жэнь осторожно одну за другой нанизывал на тонкие шпажки предварительно вымытые фрукты и ягоды. В ход пошло все, что имелось у него в корзине, от диких яблок до маленьких сладких помидоров.

Аккуратно разложив по пять, а то и по семь фруктов на каждой палочке, Лянь Жэнь принялся осторожно опускать их в пузырящийся растопленный сахар. Несколько раз покрутив палочку в руке, чтобы сахар покрыл все фрукты, Лянь Жэнь осторожно опускал то, что получилось, в ведёрко с раскрошенным льдом. На улице была теплая погода и безо льда сахар бы очень долго затвердевал, так что дело спорилось. После того, как танхулу покидали ведерко с подтаявшим льдом, они отправлялись на кусок стекла, дабы полностью остыть. Когда на стекле уже не оставалось места, Лянь Жэнь перемещал готовое танхулу, втыкая каждую шпажку в соломенный валик, что он прислонил к двери кондитерской Танхулу. Там падала тень от раскидистого дерева, так что Лянь Жэнь был уверен, что его танхулу не растают.

***

— ТАНХУЛУ! Бесплатное танхулу! Бесплатное танхулу от кондитерской «Танхулу»! Только сегодня и только сейчас, такого больше никогда не будет! Подходите, разбирайте! Танхулу! Бесплатное танхулу!

По старинке водрузив себе на плечо соломенный валик с танхулу, Лянь Жэнь ходил туда-сюда перед кондитерской и предлагал прохожим отведать бесплатного танхулу.

— Смотри, это что, танхулу из винограда?

— Да, а вон там танхулу из банана. Невероятно!

Впервые увидев такое разнообразие засахаренных фруктов, люди охотно подходили и угощались, тем более что лакомство предлагалось абсолютно бесплатно. Вскоре из-за бесплатных танхулу на улице начался такой шум, что даже сам хозяин кондитерской, господин Тянь Ши, любопытствуя, слегка приоткрыл входную дверь и выглянул на улицу.Прямо посреди улицы перед его кондитерской стоял утренний парень, что опоздал в свой первый же день. Со всех сторон его окружило множество людей, которые жадно тянули к нему руки в надежде получить побольше танхулу.

Прекрасные разноцветные сладости в аппетитной блестящей корочке привлекали внимание всех вокруг. Для девушек же не менее интересным являлся сам Лянь Жэнь, что вместе с танхулу раздавал бесплатные очаровательные улыбки. Крепко сложенный высокий молодой мужчина с красным румянцем на щеках заставлял девичьи сердца трепетать, девушки так и вились вокруг него, выпрашивая очередное лакомство, быстро его съедая и немедленно подходя за еще одной порцией. Мужчины не отставали от прекрасных дам, и, желая их поразить, добывали самые интересные комбинации. Наиболее почетным считалось добыть с самой верхушки соломенного валика танхулу из маленьких помидоров, которые, несмотря на странное сочетание, больше всего пришлись по вкусу и мужчинам и женщинам.

— Я такую вкуснотищу в жизни не пробовал, — сказал тот самый тучный мужчина, который ещё утром заявлял, что ноги его возле кондитерской «Танхулу» больше не будет, а сейчас в каждой руке держал по три палочки с танхулу.

— Мы завтра обязательно к вам зайдем, — сказала его спутница, вгрызаясь маленькими острыми зубками в затвердевшую сахарную корочку.

— Благодарю вас! — радостно воскликнул Лянь Жэнь, когда почувствовал, что кто-то дергает его за штанину.

— Дяденька, а ещё танхулу есть? — спросил маленький мальчик, у которого весь рот был обмазан красным. По всей видимости тот съел не одно клубничное танхулу и сейчас просил добавки, да вот только все сладости закончились.

— Прости, малыш, танхулу больше нет, — сказал Лянь Жэнь, потрепав его по волосам.

Народ начал возмущаться, когда краем глаза Лянь Жэнь заметил открывшуюся дверь кондитерской. На пороге стоял господин Тянь Ши, который коротко сказал Лянь Жэню:

— Зайди.

Оставив соломенный валик у стены, Лянь Жэнь быстро юркнул внутрь, успев напоследок заметить, как толстяк поделился с мальчиком клубничным танхулу.

***

Только когда на улице стихли последние требовательные голоса, хозяин кондитерской наконец решился заговорить. К тому времени глаза Лянь Жэня привыкли к полумраку, и он смог увидеть фигуру господина Тянь Ши, который стоял напротив него, привычно скрестив руки на груди.

— Сам додумался сделать из помидоров танхулу или кто-то подсказал?

Голос господина Тянь Ши показался Лянь Жэню слегка рассерженным, поэтому он незамедлительно ему ответил:

— Это получилось совершенно случайно. Я хотел сделать как можно больше танхулу и потому купил большую корзину фруктов, но после на ее дне обнаружил много маленьких кисло-сладких помидоров. Я никогда не видел, чтобы танхулу делали из помидоров, однако мой дедушка, который всю свою жизнь ими торговал, говорил мне, что кисло-сладкий вкус лучше всех подходит для танхулу.

— Почему ты раздавал танхулу бесплатно? Сегодня ты мог бы неплохо на этом подзаработать, — спросил господин Тянь Ши, и на этот раз Лянь Жэню показалось, что его голос слегка смягчился.

— Как же я мог просить деньги, когда это было моё наказание, — спросил Лянь Жэнь.

— Разве это было наказание?

— Конечно! И если бы я взял за это деньги, то не извлек бы из этого урок. А теперь я точно знаю, что не следует опаздывать на работу.

— Но ты соврал, сказав, что в кондитерской сегодня ремонт. А когда завтра утром придут первые покупатели, они заметят, что ты их обманул, и никакого ремонта тут и в помине не было.

— Вам не стоит об этом волноваться, господин Тянь Ши, — серьёзно сказал Лянь Жэнь, которого этот вопрос застал врасплох. Он не думал, что господин Тянь Ши слышал всё то, что он говорил тем людям и, честно признаться, та маленькая ложь про ремонт как внезапно пришла ему в голову, так быстро и ушла, так что Лянь Жэнь совсем про неё позабыл.

— Вы уже знаете, что у меня большой опыт работы в такого рода заведениях и я точно знаю, что покупатели не обращают внимание на то, что происходит внутри. Даже если ничего не делать, а просто сказать людям, что тут был ремонт, им всё равно покажется, что что-то изменилось. Скажите, разве вы в точности помните, как выглядят изнутри те места, которые вы часто посещаете?

Господин Тянь Ши ничего не ответил. То ли он так же, как и Лянь Жэнь пытался разглядеть сквозь царивший полумрак своего собеседника, то ли и вправду пробовал вспомнить внутреннюю обстановку знакомых ему заведений.

Так прошли долгие мучительные мгновения, и Лянь Жэню начало казаться, что господин Тянь Ши просто терпеливо ожидает, когда ему надоест и он сам покинет кондитерскую, но Лянь Жэнь был по своей натуре упёртым человеком и ради второго шанса мог простоять вот так напротив господина Тянь Ши хоть до самого рассвета.

— Приходи завтра. На рассвете. Если вновь опоздаешь, другого шанса не будет.

Сказав это, господин Тянь Ши открыл дверь кондитерской, и Лянь Жэнь счастливо из неё выпорхнул, думая о том, что всё-таки его старания были не зря, и он в конце концов смог получить столь долгожданную работу в качестве помощника в кондитерской «Танхулу». Не подозревая еще о том, какие трудности ему предстоит преодолеть, чтобы удержаться на этой работе.

ГЛАВА 02. Лунные пряники

Глубокой ночью господина Тянь Ши разбудил громкий стук в дверь. Раздражающий звук никак не хотел прекращаться, поэтому господин Тянь Ши накинул поверх своих ночных одежд тёплый халат и спустился вниз.

Входная дверь кондитерской «Танхулу» слегка приоткрылась, и кончик острого меча остановился в миллиметре от шеи Лянь Жэня. Тот растерянно хлопал глазами на пороге, держа в руках небольшую зажжённую свечку. Если бы не она, то, возможно, господин Тянь Ши зарезал бы его. Тот появился в проёме двери, одетый в белые одежды, с распущенными чёрными волосами, и больше походил на призрака, чем на живого человека.

— Что ты тут делаешь? — грубо спросил он у Лянь Жэня.

— Пришёл на работу, как вы и говорили, прямо на рассвете.

— Рассвет ещё не скоро, иди проспись, — сказал ему господин Тянь Ши и, убрав меч с его шеи, с силой захлопнул входную дверь, не забыв два раза повернуть ключ в замке.

***

Лянь Жэнь тяжело вздохнул и присел на порог кондитерской «Танхулу». Он так сильно волновался, что вновь опоздает, что проснулся среди ночи и больше не смог заснуть. Лянь Жэнь оделся, привёл себя в порядок и медленным шагом направился в сторону кондитерской, рассчитав, что пока он дойдёт до другого конца города, как раз наступит рассвет.

Но Лянь Жэнь вновь просчитался и прибыл к кондитерской в начале часа быка, нечаянно разбудив господина Тянь Ши, который утром наверняка будет на него недовольно смотреть. Впрочем, господин Тянь Ши всегда недовольно смотрел, и Лянь Жэнь должен начать к этому привыкать.

А вот к чему привыкнуть Лянь Жэнь пока никак не мог, так это к городской жизни. У него никогда не было проблем с пробуждением, но теперь, кажется, переволновавшись из-за новой работы, его внутренние часы совсем разбушевались. Как иначе объяснить то, что он уже второй день подряд просыпается не тогда, когда нужно.

Думая об этом, Лянь Жэнь пришел к выводу, что идти обратно не было никакого смысла, ведь пока он дойдёт твоего дома, рассвет как раз и наступит. Так что он, присев на каменный порог кондитерской, решил дождаться рассвета прямо тут.

На его колени наглым образом прыгнула рыжая соседская кошка и, гладя её пушистую шерсть, Лянь Жэнь начал вспоминать, как судьба привела его в это место.

***

Около года тому назад Лянь Жэнь перебрался из отдалённой никому неизвестной деревушки в большой город. Он с раннего детства любил готовить, но в их местности не было возможности развить свои умения, поэтому Лянь Жэнь, попрощавшись с семьёй, отправился туда, где он надеялся в будущем стать великим поваром.

В городе его взяли на работу в таверну на окраине под названием «Поросячий Визг» в качестве помощника повара.

Таверна была маленькой, но поскольку в ней вкусно готовили, она пользовалась популярностью у заезжих путников. Работы у Лянь Жэня было много, но ему нравилось, ведь главный повар иногда разрешал ему самому готовить несложные блюда. Оплату за свой труд Лянь Жэнь получал исправно, и с работниками он успел подружится, но со временем ему стало чего-то не хватать. Он хотел большего, хотел развиваться, но в «Поросячьем Визге» возможностей для этого не было.

Однажды он поделился своими переживаниями о том, что боится так до конца своей жизни проработать в этой таверне, со своим приятелем, который также работал помощником повара в «Поросячьем Визге». Тогда его приятель поделился историей о том, что его брат сейчас работает в знаменитой кондитерской «Танхулу», а недавно получил выгодное предложение и собирается оттуда уволиться. Следовательно, в кондитерской «Танхулу» в скором времени освободится место помощника кондитера.

— Понимаешь, я бы сам туда устроился, — сказал тогда приятель, — но я терпеть не могу сладости и тем более не умею их готовить.

— Я их обожаю! —воскликнул тогда Лянь Жэнь.

Услышав о том, что Лянь Жэнь половину своей жизни занимался тем, что готовил всякого рода сласти, приятель пообещал поговорить с братом насчёт места помощника кондитера. Уже через три дня Лянь Жэнь отпросился с работы и отправился на собеседование в кондитерскую «Танхулу».

Брат его приятеля радостно встретил Лянь Жэня и через главный зал кондитерской провёл его на кухню, где усадил на стул прямо напротив хозяина кондитерской, господина Тянь Ши.

Господин Тянь Ши был владельцем кондитерской «Танхулу» и по совместительству единственным поваром.Именно он готовил те сладости, которые сводили с ума всех жителей города, из-за которых у кондитерской «Танхулу» с самого утра выстраивалась длинная очередь.

Лянь Жэнь слишком сильно волновался в тот день и потому не запомнил половину происходящего. Ему лишь запомнилось то, как пристально на него смотрел господин Тянь Ши, когда попросил его назвать все ингредиенты и кухонную утварь, что Лянь Жэнь видел тогда на кухне.

Лянь Жэнь тогда долго перечислял всё, начиная от противней и заканчивая тыквенными семечками в маленьких мешочках, что лежали на столе в углу. После того, как Лянь Жэнь закончил, господин Тянь Ши одобрительно кивнул и сказал Лянь Жэню прийти на следующий день на рассвете.

Когда они выходили из кондитерской «Танхулу», брат его приятеля казался счастливее, чем он сам. Лянь Жэнь тогда ничего не заподозрил и сердечно того благодарил за возможность тут работать, но теперь, хорошенько всё обдумав, Лянь Жэню начало оказаться, что брат его приятеля был рад поскорее убраться из этого места.

***

— Зайди, — громко сказал господин Тянь Ши, открыв дверь за спиной Лянь Жэня, перепугав рыжую кошку, которая тут же спрыгнула с коленей Лянь Жэня и скрылась в дыре под соседским забором.

Лянь Жэнь быстро встал, отряхнул свою одежду от пыли и, закрыв за собой дверь, последовал на кухню за господином Тянь Ши.

— Твой фартук, — говорит господин Тянь Ши, закрывая за собой дверь кухни и снимая с вбитого в неё гвоздя белоснежный фартук.

Лянь Жэнь, со всем уважением вытянув обе ладони вперед, принял из рук господина Тянь Ши фартук, стоя смирно и даже не смея пошевелиться.

— Фартук носишь постоянно, — серьёзным тоном говорит господин Тянь Ши, — а в конце рабочего дня ты стираешь его на заднем дворе, где оставляешь сушиться до следующего утра. Если фартук испачкается в течение дня, ты также выходишь на задний двор и стираешь его. В грязном фартуке в зале, и тем более на глазах у покупателей, ни за что не появляешься.

— А можно брать его домой постирать? — поинтересовался Лянь Жэнь, потому как был уверен, что однажды непременно забудет его снять и так и пойдёт домой в фартуке.

— Нет, — коротко отрезал господин Тянь Ши.

— Хорошо, господин Тянь Ши, — говорит Лянь Жэнь, начиная надевать фартук. Перекинув лямку на шею, он вытащил из-под неё длинные волосы, после чего плотно перевязал её на талии. Господин Тянь Ши пристально на него смотрел, пока Лянь Жэнь совершал эти простые действия, и в этот момент его внимание привлекли длинные волосы Лянь Жэня, которые тот носил собранными в высокий хвост, туго перевязанный светло-зелёной лентой, в тон его простых одежд.

— Если я найду хоть один твой волос в еде, ты будешь немедленно уволен, — серьёзно сказал господин Тянь Ши.

— Не волнуйтесь, мои волосы очень крепкие и точно не оторвутся, я буду следить за тем, чтобы мои волосы не попали в еду — сказал Лянь Жэнь и неловко почесал свой затылок.

Господин Тянь Ши, стоя напротив, смерил его недовольным взглядом. Он хотел сказать своему новоиспечённому помощнику, что его волосы не пошлют ему письменного извещения перед тем, как выпасть, но решил, что есть более важные вещи, которые стоит побыстрее сообщить своему помощнику.

— Покуда ты работаешь в этой кондитерской, стоит запомнить несколько правил, которых ты должен строго придерживаться. Нарушение любого из них будет означать твой немедленный уход.

— Пожалуйста, скажите мне их сейчас, чтобы в будущем я не делал никаких ошибок, — с улыбкой сказал Лянь Жэнь.

— В кондитерской запрещается есть! Неважно, что это будет. Еда, что приготовил я или то, что приготовил ты. Запрещается есть в стенах этой кондитерской в любом случае, даже если ты решишь просто попробовать на вкус бобовую пасту, что сам приготовил.

Господин Тянь Ши хмуро посмотрел на Лянь Жэня, который, услышав эти слова, с трудом смог сдержать удивлённый возглас.

— В кондитерской запрещается готовить что-либо без моего ведома, а также добавлять что-то в еду без моего ведома. В кондитерскую запрещается приносить еду извне. В кондитерской запрещается...

— Пить! —вырвалось у Лянь Жэня.

— Нет, пить разрешается, — еще более недовольно глянул на него господин Тянь Ши, — но только воду или чай, который ты собственноручно приготовишь, и только из той чашки, что стоит на том столике в углу.

В углу за спиной господина Тянь Ши Лянь Жэнь увидел миниатюрный столик, на котором стояла слегка подбитая синяя чашка без ручки. Ничего не сказав, Лянь Жэнь вернул всё своё внимание к господину Тянь Ши, который, слегка прокашлявшись, продолжил:

— Тебе запрещается выходить на обеденный перерыв, если в зале или на улице всё ещё находятся покупатели, которые ожидают своей очереди. Тебе запрещается выходить к покупателям в неподобающем виде особенно в, как я уже говорил ранее, грязном фартуке. Тебе запрещается продавать одному человеку больше трёх сладостей за раз. Я надеюсь, мне не нужно говорить тебе о том, что угощать своих приятелей за бесплатно или тем более прикарманивать деньги из общей кассы строго запрещено.

— Что вы, господин, я даже не смел думать о таком. Я не такой человек, и чужие деньги мне не нужны, — стал тут же уверять его в своей честности Лянь Жэнь.

— Прекрасно, — сказал господин Тянь Ши, не меняя своей серьёзной интонации, — Если ты нечаянно испортил какой-либо ингредиент или ты увидел, что он в скором времени заканчивается, ты немедленно должен мне сообщить об этом. Также если по твоей вине какие-либо продукты станут непригодными или ты разобьёшь что-то из посуды, я вычту это из твоего жалования. На этой кухне ты делаешь только то, что говорю я, и строго в том же порядке, что и я. Всё понятно? — хмуро на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Всё предельно понятно, господин Тянь Ши, — коротко улыбнувшись, ответил ему Лянь Жэнь.

— Ты не спросил про своё жалование, — слегка приподняв бровь, спросил господин Тянь Ши, — оно тебя не интересует?

— Что вы, господин, очень интересует. Просто я сейчас подумал о том, что хорошо было бы где-то записать ваши правила, чтобы не забыть.

— Дома запишешь, — сказал господин Тянь Ши, — сейчас нужно приниматься за работу.

— Так, а как же насчет размера моего жалования? — с надеждой спросил Лянь Жэнь.

— Все потом.

***

— Если это не секрет, что мы будем готовить, господин Тянь Ши? — с интересом спросил Лянь Жэнь, когда тот уселся на стул прямо посреди кухни и притянул к себе огромный таз с мукой что было расположен на очень низком стульчике.

— Юэбин, — ответил господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь сильно удивился.

— Мы будем готовить лунные пряники? Но ведь праздник середины осени совсем не скоро.

— В нашей кондитерской мы не готовим в соответствии с праздниками, — угрюмо ответил ему господин Тянь Ши.

— Хорошо, господин, — тихо проговорил Лянь Жэнь.

После того, как господин Тянь Ши несколько раз подкинул вверх наполненный мукой таз, чтобы ее встряхнуть, он приказным тоном велел Лянь Жэню:

— Принеси мне воды.

Напротив дверей, через которые они вошли на кухню, Лянь Жэнь обнаружил другую дверь. По всей видимости, она вела на задний двор. Лянь Жэнь направился именно к ней, думая, что колодец находится на улице, но не успел он схватиться за ручку двери, как его тут же окликнул господин Тянь Ши:

— Что ты делаешь, колодец внутри, — сказал господин Тянь Ши, указав взглядом в угол напротив него.

Получше присмотревшись, Лянь Жэнь с удивлением обнаружил, что в том углу, прямо в полу, находился большой колодец, прикрытый деревянной крышкой.

— Не свались в колодец, я тебя не буду оттуда вытаскивать.

Лянь Жэнь и не надеялся, что господин Тянь Ши когда-либо так о нём позаботится, поэтому, очень осторожно обращаясь с ведром, спустил его на длинной верёвке вниз и, набрав побольше воды, вытащил из колодца.

— Не забудь закрыть колодец, — сказал ему господин Тянь Ши, после чего добавил, — Там стоит чайник — согрей воду, что ты только что достал.

Лянь Жэнь сделал всё в точности как велел ему господин Тянь Ши, после чего, примостившись недалеко за его спиной, наблюдал за его движениями.

— Как тебя там? Подай мне масло, — прозвучал следующий приказ от господина Тянь Ши

— Вы не запомнили моего имени, — слегка обиженно протянул Лянь Жэнь и начал осматривать шкафы на кухне, пытаясь понять, где же именно запропастилось масло.

— Зачем мне запоминать имя человека, который ещё неизвестно, будет ли работать у меня.

— Как, неизвестно? — остановился Лянь Жэнь прижимая найденную бутылку с маслом к груди. Господин Тянь Ши к нему повернулся и хмуро оглядел с ног до головы.

— Только если ты выдержишь сегодняшний день, не сбежав, а завтра на рассвете вновь придешь на работу, я буду считать тебя своим помощником.

Это насколько должна быть тяжёлая работа, что даже сам господин Тянь Ши сомневается в том, что Лянь Жэнь выдержит и не сбежит. Подумав об этом, в первые секунды Лянь Жэню захотелось сбежать. Сбежать, прихватив с собой это драгоценное масло, чтобы уберечь его от влияния хмурого господина Тянь Ши.

Но потом Лянь Жэнь напомнил себе, что он не трусливый, и так долго мечтал об этой должности, что теперь было бы настоящей глупостью так поступить. Натянув на лицо самую весёлую улыбку, на которой он был способен, Лянь Жэнь громко воскликнул:

— Не волнуйтесь, господин Тянь Ши, я пока что никуда не собираюсь бежать. Меня зовут Лянь Жэнь, и, пожалуйста, запомните это имя, потому что в будущем вы будете его часто называть.

Господин Тянь Ши глянул на него неодобрительно и протянул руку, сказав:

— Масло, и побыстрее. Как тебя там.

— Лянь Жэнь, — тяжело выдохнул Лянь Жэнь, протягивая масло.

***

Тесто для лунных пряников было очень простым. В муку следовало добавить масло, тёплую воду, и всё хорошенько размешать. Пока Лянь Жэнь наблюдал за тем, как господин Тянь Ши без устали месит тесто для лунных пряников, он, сгорая от любопытства, всё-таки решился задать вопрос:

— Господин Тянь Ши, а вы что, были на войне?

— Не твое дело, — тут же ответили ему.

— Откуда тогда у вас такой меч? — не унимался Лянь Жэнь.

— Не твоё дело, — вновь ответили ему.

— А боевое ранение у вас было?

— Не суй свой нос не своё дело, — с нажимом произнес господин Тянь Ши, пристально глядя ему в глаза.

— Простите, — улыбнулся Лянь Жэнь, понимая, что переборщил, задавая так много вопросов.

— Бери и ставь на стол! — сказал ему господин Тянь Ши, указывая на огромный таз с тестом, который Лянь Жэнь в мгновение ока переместил с маленького стульчика на большой стол, что стоял посередине кухни.

Господин Тянь Ши даже удивился тому, с какой лёгкостью Лянь Жэнь поднял тяжёлое тесто, и, только взглянув на его крепкие мышцы, понял, почему это далось ему так просто. Лянь Жэнь был высоким и сильным, с широкими плечами и статной фигурой. И, глядя на него, господин Тянь Ши подумал, что его длинный язык был явно минусом. Но вот внушительная сила — немаловажным преимуществом, поэтому господин Тянь Ши пока не сомневался в верности своего решения дать Лянь Жэню второй шанс.

***

Лянь Жэнь очень любил возиться с тестом и, повыше закатав рукава своей одежды, уже предвкушал, как будет из него лепить пряники. Но в тот же момент взгляд господина Тянь Ши вдруг обнаружил очень интересную деталь, из-за которой, сам этого не зная, Лянь Жэнь мог лишиться этой работы. На его левом запястье господин Тянь Ши заметил блестящая серебряную цепочку. Очень тонкая, как будто сплетённая из несколько серебряных волосков. Наверняка именно поэтому он не сразу его заметил.

— Сними браслет, — тут же приказал он Лянь Жэню. Тот, посмотрев на него испуганным взглядом, прикрыл правой ладонью браслет.

— Не могу, — серьёзно сказал он.

— Почему? — нахмурив густые брови, спросил господин Тянь Ши

— Он не снимается, — честно признался Лянь Жэнь и, поймав на себе непонимающий взгляд господина Тянь Ши, поспешил тут же объясниться, — Понимаете, в нашей деревне существует традиция — мальчикам при рождении надевают на запястья браслет без начала и без конца. Когда я был маленьким, мы с остальными ребятами из моей деревни носили эти браслеты чуть ли не на плече, боясь его потерять, потому что по традиции тот, кто потеряет браслет, останется несчастным до конца жизни. И тогда же мы мечтали о том дне, когда браслет станет малым для нас. По нашим обычаям, когда серебряный браслет становится настолько узким, что его невозможно снять с руки, это означает что человек наконец-то повзрослел. Я стал взрослым в возрасте пятнадцати лет, и с тех пор, куда бы я не пошёл, мне сопутствует удача. Даже тут, в кондитерской «Танхулу», я получил второй шанс. Так что я никак не могу лишиться своего талисмана удачи.

Услышав это, господин Тянь Ши тяжело вздохнул.

— Хорошо, я разрешу тебе оставить его, но, если он будет мешать твоей работе, я лично отвезу тебя к кузнецу, и он его сломает.

— Если браслет будет мешать, я самолично его зубами выгрызу, — очень решительно сказал Лянь Жэнь, в ответ на что господин Тянь Ши глянул на него, как на идиота.

***

Пока тесто отдыхало, Лянь Жэнь, под чутким руководством господина Тянь Ши, начал заниматься начинкой, а именно начинкой из пяти орехов. Грецкие орехи, тыквенные и арбузные семечки, кунжут и арахис Лянь Жэнь тщательно раздробил, добавил к ним мёд и немного обжаренной муки после чего слепил из этого маленькие круглые шарики, которые уже сейчас божественно пахли. Остальные виды начинки для лунных пряников были заранее подготовлены господином Тянь Ши, так что Лянь Жэню оставалось лишь восхититься его предусмотрительностью.

Кроме начинки из пяти орехов для лунных пряников также была подготовлена начинка из сладкой фасоли, которую нужно было варить по меньшей мере полдня — по всей видимости, господин Тянь Ши готовил её ещё с вечера. Еще была начинка из сушёных фруктов, очень дорогая из семян лотоса и, в довершение, начинка из боярышника и цветов глициний, при виде которой Лянь Жэнь понял, почему вчера на рынке внезапно исчез весь боярышник. По всей видимости, его скупил господин Тянь Ши.

Всего было ровно пять видов начинки, и, глядя на их немыслимые объёмы, Лянь Жэнь подумал, что печь лунные пряники им придётся аж до самого вечера.

Но господин Тянь Ши удивительно быстро обращался с тестом. Отрезал по одному куску, раскатывал в длинную колбаску и отделял на глаз маленькие кусочки, которые потом раскатывал скалкой в круглый тонкий пласт. В него он умело заворачивал начинку. Лянь Жэню оставалось лишь придавать получившимся шарикам правильную форму. Он присыпал мукой единственную выемку в деревянной форме с продолговатой ручкой, помещал туда подготовленный шарик, несколько раз постукивал формой о стол, получше утрамбовывая тесто, после чего переворачивал форму на стол, откуда сам выскальзывал готовый лунный пряник.

Всего таких форм у господина Тянь Ши было пять, по одной форме на каждую начинку, и на каждом лунном прянике, помимо красивых узоров, значилась небольшая надпись в соответствии с начинкой. Например, на пряниках с семенами лотоса был выведен иероглиф «лотос», а на пряниках с пятью орехами значился иероглиф «орех».

После того, как по наставлению господина Тянь Ши, Лянь Жэнь растопил печь, он поместил готовые лунные пряники в несколько рядов на широкие противни и отправил их выпекаться. А в это время господин Тянь Ши зажёг длинную палочку благовоний со сладковатым запахом и принялся за следующую порцию пряников. Когда благовония полностью сгорели, Лянь Жэнь вытащил из печки готовые лунные пряники и заправил печку новыми.

Когда догорела пятая палочка благовоний, и все поверхности кухни были заполнены противнями с лунными пряниками, а на самой кухне царил невероятно вкусный запах свежей выпечки, от которой у Лянь Жэня начал урчать живот, господин Тянь Ши сказал, что на сегодня с готовкой лунных пряников они закончили, и теперь их нужно красиво сервировать.

Господин Тянь Ши вытащил из низкого шкафа множество серебряных круглых подносов, на которые стал аккуратно складывать лунные пряники, в несколько этажей по кругу, формируя нечто сильно напоминающее заострённую к верхушке башню. Поняв, каким принципом руководствуется главный кондитер, Лянь Жэнь потянулся было к соседнему серебряному подносу, но сразу же получил по руке.

— Сначала иди и вымой свои руки, — серьёзно сказал ему господин Тянь Ши и указал взглядом на кувшин с водой позади Лянь Жэня.

Мыльный корень Лянь Жэнь, опять-таки не без помощи господина Тянь Ши, сумел отыскать на большой кухне, и Лянь Жэнь тщательно вымыл им руки над тазом, в котором ранее готовили тесто. Смекнув, что ему потом самому придётся его отдирать от остатков теста, он счёл это неплохой возможностью облегчить себе в будущем работу. Вытерев руки о собственный фартук и заслужив этим неодобрительный взгляд со стороны господина Тянь Ши, Лянь Жэнь принялся расставлять лунные пряники на серебряные подносы. Он довольно быстро втянулся и вскоре ему даже стало казаться, что его собственные башенки из пряников получаются намного лучше, чем у господина Тянь Ши. И вдруг, потянувшись к противню за следующим, Лянь Жэнь застыл.Ещё бы чуть-чуть и он бы по неосторожности прикоснулся к ладони господина Тянь Ши, который потянулся к тому же прянику.

Сам господин Тянь Ши не обратил на этого никакого внимания, или же так показалось Лянь Жэню. Он взял тот самый несчастный лунный пряник, довольно долго вертел его в руках, осматривая со всех сторон, после чего протянул Лянь Жэню и сказал:

— Этот неудачно получился, можешь его съесть.

После этих слов господин Тянь Ши пристально посмотрел на Лянь Жэня. Тот, глядя то на господина Тянь Ши, то на протянутый лунный пряник, тяжело сглотнул. Есть хотелось, но Лянь Жэнь не мог поступить так глупо в свой первый же день.

— Благодарю вас, господин, но я всё ещё помню ваше правило, которые говорит о том, что мне запрещено есть то, что мы с вами готовим. К тому же, я считаю, что этот пряник не хуже остальных, — сказал Лянь Жэнь и, коротко улыбнувшись, взял протянутый пряник и поместил его на самом верху своей башни.

Господин Тянь Ши ничего не сказал, лишь одобрительно хмыкнул, после чего Лянь Жэнь понял, что с успехом прошёл эту проверку.

***

Когда все лунные пряники были красиво разложены на серебряных подносах, Лянь Жэнь, под чутким руководством господина Тянь Ши, отнёс все подносы с пряниками в главный зал кондитерской и осторожно уложил каждый поднос на широкий прилавок.

Когда все подготовления были закончены, господин Тянь Ши медленным шагом направился к дверям, и в эти несколько мгновений перед началом настоящего хаоса Лянь Жэню наконец удалось рассмотреть саму кондитерскую изнутри. Главный зал, как его называл Господин Тянь Ши, был широким и просторным, а через приоткрытые ставни пробивался дневной свет, так что комната не нуждалась в дополнительном освещении. Напротив дверей, на достаточно большом расстоянии, находился прилавок со всеми сладостями, что они успели испечь сегодня утром. Между дверями и прилавком был выстелен длинный ковёр красного цвета. Он обозначал границы, за которые покупателям не было дозволено переступать, дабы не потревожить остальных посетителей кондитерской. Для них имелось пять круглых столов, расположенных недалеко друг от друга по всему залу. У каждого стола было не больше трёх стульев, сделанных из того же дерева, что и столы. Никаких узоров ни на самом прилавке, ни на мебели для посетителей Лянь Жэнь не увидел, всё было предельно просто и лаконично. Но, глядя на ломящийся от вкусностей прилавок, Лянь Жэнь понимал, что именно сладости главное украшение этого зала.

***

После того, как двери кондитерской открыли для посетителей, господин Тянь Ши расположился за прилавком, и, аккуратно выхватывая длинными плоскими щипцами лунные пряники, начал помещать их в пакетики из рисовой бумаги. Они, к слову, были повсюду — под прилавком, на нем и даже возле. Получив заветный конверт со сладостями, очередной покупатель благодарил господина Тянь Ши и оставлял деньги, которые господин Тянь Ши тут же прятал в кармане фартука.

Лянь Жэнь орудовал такими же щипцами. В его обязанности входило обслуживать посетителей, которые располагались в кондитерской. Пряники он ставил на небольшие блюдца и подавал посетителям.

Возле первого посетителя Лянь Жэнь стоял и взволнованно смотрел на то, как тот, откусив небольшой кусочек лунного пряника, зажмурился от удовольствия, почувствовав на языке сладкий вкус. Убедившись в том, что сладости, приготовленные при его помощи, столь же великолепны, как и те, что готовили ранее в этой кондитерской, Лянь Жэнь отправился к другому столику, чтобы обслужить посетителя. Он бегал туда-сюда от столов к прилавку, относя блюдца с пряниками и возвращаясь обратно, складывая полученные монеты в небольшую коробочку под прилавком недалеко от господина Тянь Ши. Тот иногда бросал ему многозначительный взгляд проверяя, все ли деньги тот оставляет в коробочке, но Лянь Жэнь, как он сам и говорил ранее, не был тем человеком, которому нужны были чужие деньги. Поэтому, даже получив пару лишних монет в качестве чаевых, он всё равно их честно складывал в ту коробочку.

Десятый покупатель за самым дальним столиком пожелал отведать чаю, поэтому Лянь Жэнь быстро направился на кухню, где, неожиданно для себя, обнаружил, что на всех кухонных шкафах имелся небольшой замок, из-за которого открыть шкаф было невозможно. Вся кухонная утварь, кроме той посуды, что нужна была для посетителей, была спрятана. И это было только полбеды. Он обнаружил, что даже на колодце внутри кухни были прикреплены два таких же маленьких замочка.

— Господин Тянь Ши, там посетитель попросил чаю, — выглянул из кухни и сказал Лянь Жэнь в надежде что, господин Тянь Ши его услышит даже сквозь царивший шум.

— Колодец на заднем дворе тебе в помощь, — сказал господин Тянь Ши, даже не поворачиваясь к Лянь Жэню.

Тому не оставалось ничего другого, кроме как быстро сбегать через кухню на задний двор в поисках колодца. Задний двор был крошечным. Между домом и маленьким иссохшим деревом была натянута толстая верёвка для белья, наверняка та самая, на которой Лянь Жэнь потом будет вешать свой выстиранный фартук. В остальном задний двор был усеян зелёной травой, на которой грелись несколько рыжих кошек. Нужный ему колодец Лянь Жэнь обнаружил за дверью и, быстро набрав воды, направился на кухню. Там, за высокой башней из тарелок для посетителей, он в конце концов нашёл маленькую железную коробочку с чаем. Вскипятив воду и заварив чай, Лянь Жэнь поторопился отнести его посетителю, который уже нервно постукивал пальцами по столешнице в ожидании своего напитка. Но, получив свой чай, посетитель довольно улыбнулся, и Лянь Жэнь с облегчением выдохнул.

***

К удивлению, все покупатели вели себя достаточно прилично и долго не задерживались, сразу решали, какие именно лакомства они хотели приобрести. То ли это было из-за того, что за спиной господина Тянь Ши на стене висел меч, то ли из-за того, что, простояв так долго в очереди, люди уже несколько раз успевали решить, что именно хотят купить. И Лянь Жэнь радовался, что все вели себя достаточно воспитанно, несмотря на масштабы толпы.

Ему, из-за постоянной спешки и беготни от одного стола к другому, приходилось нелегко, но в то же время некоторые посетители подолгу задерживались, предпочитая растягивать удовольствие, поэтому Лянь Жэнь успевал обслуживать всех желающих. Как только Лянь Жэнь подумал про то, что возможно сегодня обойдётся без инцидентов, его подозвала к себе милая девушка, которая сидела за столом со своими подругами аж с самого утра.

— Принесите нам еще по три лунных пряника каждой, — сказала она высоким голосом.

— Простите, госпожа, но вы уже отведали по три лунных пряника каждая сегодня утром, когда только зашли к нам — сказал ей Лянь Жэнь.

— И что с того? — раздражённо вскрикнула девушка.

— В нашей кондитерской «Танхулу» существует правило, по которому каждому посетителю мы можем продать только по три сладости за раз в одни руки, — как можно мягче сказал Лянь Жэнь, прижимая к груди пустой серебряный поднос и склонившись к девушкам, чтобы остальные не услышали их разговора.

— Что еще за вздор! — громко стукнула молодая девушка каблуком туфельки о пол, — Кто придумал такие дурацкие правила?

— Начальник, госпожа.

— Позовите вашего начальника, немедленно, — разъярённо велела девушка.

Лянь Жэнь оглянулся назад на стоящего за прилавком господина Тянь Ши. Тот послал ему многозначительный взгляд, и Лянь Жэнь понял, что никакой помощи с его стороны он не получит и разбираться со всем ему придется в одиночку.

— Госпожа, начальник сейчас очень занят, а ради вас в его отсутствие я с радостью бы пренебрег правилами, но наши вкусные лунные пряники имеют один недостаток.

— Какой же? — недовольно морща, лоб спросила девушка.

— Понимаете, от наших лунных пряников очень быстро поправляешься, и я не хотел бы, чтобы они стали причиной увядания вашей изысканной красоты.

Услышав это, девушки тут же побледнели. Перспектива потолстеть от лишних лунных пряников, сколь вкусными они бы ни были, их совсем не прельщала. Так что, быстро отыскав несколько монет в сумочке, девушки расплатились и быстро ушли из кондитерской, попутно обсуждая то, что не помешало бы отправится на длинную прогулку, дабы лунные пряники не отложились на бока.

Место девушек тут же заняла многодетная семья, которая заказала лунных пряников на всех детишек, и Лянь Жэнь с облегчением выдохнул, поняв, что сумел самостоятельно справится с такой мелкой, но все же неприятностью.

***

Ни о каком обеденном перерыве речи быть не могло. В обед людей было ещё больше, чем с утра. Так что Лянь Жэнь не то, что пообедать, он выпить лишнюю чарку воды не успевал. Бегал от столиков к прилавку со сладостями, потом спешил на кухню, чтобы заварить недорогой, но вкусный чай, что подходил к десертам. Возвращался обратно с полным подносом вкусностей, забирал грязную посуду, которую по мере возможности старался мыть и тут же высушить, поскольку её было мало и порой не хватало. К слову, свой фартук Лянь Жэнь стирал в первый же день раз пять, не меньше. И каждый раз, надевая его все еще мокрым, молился всем известным богам, чтобы господин Тянь Ши этого не заметил. Из-за фартука у Лянь Жэня прибавилось забот, и он мечтал о часе, когда наконец-таки сможет его с себя снять.

К концу первого рабочего дня Лянь Жэнь не чувствовал ни рук, ни ног, а желудок прилип к позвоночнику и только изредка жалобно урчал. Когда господин Тянь Ши закрыл входную дверь кондитерской «Танхулу», Лянь Жэнь не выдержал и рухнул на соседний стул. Он посмотрел на прилавок и с удивлением обнаружил, что все лунные пряники были распроданы. А ведь Лянь Жэнь был уверен, что того немеренного количества, что они испекли утром, хватит на неделю. Лянь Жэнь тяжело вздохнул ведь всё смели лишь за один день, а значит, завтра придётся готовить новую порцию.

— Вымой посуду и свои фартук, и можешь быть свободным, — сказал господин Тянь Ши, вытирая столы.

Лянь Жэнь нехотя поднялся и отправился на кухню, где, подхватив горы немытой посуды, вышел на задний двор, и, устроившись возле колодца, начал всё отмывать до блеска. Кажется, несколько раз он засыпал, потому что порой он, вздрогнув, открывал глаза, обнаруживая очередную вьющуюся возле себя кошку. Наконец, закончив отмывать посуду и повесив на бельевую верёвку свой выстиранный фартук, Лянь Жэнь попрощался с господином Тянь Ши и вышел из кондитерской, прикрыв за собой дверь.

Устало шаркая ногами по пыльной улице, Лянь Жэнь направился домой и, добравшись до дома мадам Ян, заснул прямо на пороге собственной комнатой, будучи не в силах сделать ещё несколько шагов, чтобы добраться до кровати.

***

На рассвете его разбудила всё та же мадам Ян, что делала обход, чтобы увериться, что никто из её постояльцев не пригласил к себе порочных девиц. Поблагодарив мадам Ян за заботу, Лянь Жэнь, как был помятым и растрёпанным, так и отправился обратно в кондитерскую «Танхулу». По дороге он нашёл одну единственную открытую таверну. Там он заказал огромную порцию острой лапши, после которой залпом выпил бодрящий утренний чай. После этого почувствовав себя чуть более живым, Лянь Жэнь быстрым шагом отправился на работу. Прямо на пороге кондитерской он присел на корточки, чтобы привести своё дыхание в порядок, и в тот момент двери кондитерской открылись прямо перед его носом.

— Я уж думал, ты сегодня не придёшь, — сказал господин Тянь Ши, который в отличие от Лянь Жэня выглядел достаточно бодро.

— Я ведь обещал, что приду, господин Тянь Ши. Я всегда сдерживаю свои обещания, — широко улыбаясь, воскликнул тот.

— Очень за тебя рад, Лянь Жэнь, — сказал господин Тянь Ши с таким выражением лица, будто вся человеческая скорбь обрушилась сейчас на его голову, — Следуй за мной.

Лянь Жэнь встал, и, зайдя в кондитерскую, прикрыл за собой дверь, после чего последовал за господином Тянь Ши, радуясь тому, что тот наконец запомнил его имя. Это означало, что не все еще было потеряно.

— Что мы будем сегодня готовить? — весело спросил Лянь Жэнь.

— То же, что и вчера. Лунные пряники, — ответили ему, и улыбка на лице Лянь Жэня мгновенно померкла.

***

На протяжении всей недели, с самого рассвета, Лянь Жэнь и господин Тянь Ши в огромном количестве готовили лунные пряники, после чего продавали их до самого вечера, до тех пор, пока на прилавке не оставалось ни одного сладкого лакомства.

Лянь Жэнь работал усердно, соблюдал все правила господина Тянь Ши, и всё время улыбался покупателем, хоть работа местами и правда оказалась изнурительной.

В желании узнать все тонкости приготовления сладостей, Лянь Жэнь ежедневно пристально наблюдал за каждым движением господина Тянь Ши, беспрекословно выполняя все его указания. Но к концу первой рабочей недели в кондитерской «Танхулу» у Лянь Жэня к невероятной усталости добавилось ещё и огромное чувство вины, снедающее его изнутри.

ГЛАВА 03. Торт процветания – Фа Гао

Господин Тянь Ши был высоким мужчиной, на лице которого как будто бы застыла гримаса боли. Густые брови он всегда хмурил, из-за чего Лянь Жэню казалось, что он всегда им недоволен. Он носил чёрную одежду без какой-либо вышивки, из-под которой выглядывал белый воротник нижних одежд. Также на нем всегда был длинный белый фартук, без которого Лянь Жэнь видел его лишь единожды, когда разбудил его посреди ночи, и тот спустился к нему в одних одеждах для сна. Узкие рукава одежд всегда были закатаны чуть выше локтей, оголяя костлявые руки с тонкими запястьями, так что иной раз Лянь Жэнь удивлялся, как господин Тянь Ши такими изящными руками был в состоянии месить столь огромное количество теста, и несколько раз даже порывался сам заняться им. Да вот только господин Тянь Ши не разрешал. Видимо, ещё недостаточно доверял Лянь Жэню, чтобы поручить настолько важную задачу.

В целом господин Тянь Ши был довольно худым, хотя, возможно, после многочисленных тренировок с мечом его тело вполне могло состоять из одних мышц. Но по сравнению с тем же Лянь Жэнем он выглядел щуплым и даже слегка болезненным. Впечатление худощавости добавлялось ещё из-за необычной причёски господина Тянь Ши. Волосы он носил собранными в пучок на затылке и закреплял их большой деревянной заколкой в форме полумесяца, покрытой красным лаком. Как эта заколка держала волосы господина Тянь Ши, Лянь Жэнь не знал. По его мнению, этот полумесяц выглядел жутко неудобно, к тому же у господина Тянь Ши из причёски всё время выбивались несколько передних прядей по бокам, которые то и дело норовили залезть ему в рот. А ведь сам господин Тянь Ши не раз отчитывал Лянь Жэня за его длинные волосы, которые порой лупили посетителей по лицам, когда тот резко оборачивался.

Впрочем, Лянь Жэнь не сердился, ведь потом он смотрел на господина Тянь Ши, у которого с правой стороны из-за головы выглядывали острые концы деревянного полумесяца и которые издалека были похожи на рога, и настроение сразу поднималось. Всякие детали в образе господина Тянь Ши Лянь Жэнь заметил в первый же рабочий день, а вот самое главное, как всегда, упустил.

Господин Тянь Ши хромал.

Только на второй день работы Лянь Жэнь всё-таки удостоился это подметить. Сначала он рассудил, что господин Тянь Ши просто отсидел ногу, ведь пока они готовили, тот всё время сидел на стуле, в то время как сам Лянь Жэнь кружил по кухне словно безумец.

А вот на пятый день хромота господина Тянь Ши стала более явной, и теперь не оставалось сомнения в том, что тот получил серьёзное увечье. Если бы это было что-то лёгкое, то к этому времени оно должно было бы пройти, но по мнению Лянь Жэня всё только ухудшилось. В первые дни Лянь Жэнь ещё питал надежду, что господин Тянь Ши имеет лишь временные проблемы с ногой. Однако после того, как тот неоднократно незаметно для покупателей слегка наклонялся, чтобы помассировать левое колено, а иногда и вовсе слегка приподнимал левую ногу, оставаясь стоять на одной лишь правой, Лянь Жэнь понял, что это не тот недуг, который вскоре пройдёт.

Сначала Лянь Жэнь подумал, что либо господин Тянь Ши с раннего детства имел эту особенность, либо уже будучи взрослым получил ранение.

«Боевое ранение»

Всплыли в памяти Лянь Жэня собственные слова, от которых теперь он был готов рвать на себе волосы, понимая, что возможно своими неосторожными словами сильно обидел господина Тянь Ши.

Неудивительно, что тот был таким угрюмым и сварливым. Действительно, чудо, что он не выгнал Лянь Жэня с работы после таких слов.

***

В последний день перед выходным, когда все посетители получили свой долгожданный лунный пряник, и господин Тянь Ши закрыл кондитерскую, Лянь Жэнь встал перед ним и низко поклонился.

— Простите меня, господин Тянь Ши, — громко выкрикнул Лянь Жэнь.

— За что? Ты что-то натворил? — обеспокоенно спросил господин Тянь Ши

— За то, что я сказал ранее, в свой первый день работы тут.

Господин Тянь Ши молчал, силясь припомнить, что именно сказал Лянь Жэнь, но тот поспешил пояснить свои слова:

— Я прошу прощения за те слова, что я говорил ранее насчёт боевого ранения. Меня слишком переполняли чувства, и я не заметил, что вы хромаете. Ещё раз простите! — снова выкрикнул Лянь Жэнь и поклонился ещё ниже.

Господин Тянь Ши молчал, а Лянь Жэнь, который так и не выпрямился из своего поклона, не видел его лица и не знал, что подумать.

— Радует, что ты извинился, — сказал господин Тянь Ши чуть мягче, чем обычно, — я принимаю твои извинения.

— Спасибо, — сказал Лянь Жэнь, выпрямляясь из поклона.

Господин Тянь Ши собирался было уже уйти, но увидел очень любопытный взгляд напротив.

— А…?

— Война, — коротко пояснил господин Тянь Ши, как будто наперёд зная, что именно Лянь Жэнь собирался спросить.

— Так я всё-таки был прав, что вы были на войне! — радостно воскликнул Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь хмуро смерил его тяжелым взглядом.

— Если у вас болит нога, мы можем поменяться местами, — немного подумав, выдал Лянь Жэнь, — я могу стоять за прилавком и продавать сладости.

— А мне прикажешь ковылять на одной ноге между столиками, да? — раздражённо спросил господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь дал себе воображаемый подзатыльник.

Ну конечно же, как Лянь Жэнь не додумался сразу. Господин Тянь Ши не хотел, чтобы другие люди видели, как он хромает. Он и от Лянь Жэня это довольно удачно скрывал на протяжении нескольких дней, наверняка поэтому спрятался за такой высокий прилавок и нанял себе глупого помощника, который всё не унимался.

— Почему не ходите с тростью? — задал волнующий его вопрос Лянь Жэнь и понял по лицу господина Тянь Ши, что вновь накосячил.

— Не испытывай моё терпение, ступай домой, — сухо сказал он и чуть ли не пинками выпроводил Лянь Жэня из кондитерской.

***

Громкий стук в стену разбудил Лянь Жэня в его единственный выходной.

Сосед с Запада имел привычку учиться с вечера и до самого утра, в то время как днём он отдыхал. Еще у него были новомодные песочные часы, в которых он неплохо разбирался. Сам Лянь Жэнь, глядя на эти песочные часы, не понимал, как по ним можно было хоть что-нибудь понять. Сосед же говорил, что ими очень просто управляться, и именно благодаря песочным часам он даже ночью знал, какое сейчас время. Когда до восхода солнца оставалось совсем немного, он стуком в стену будил Лянь Жэня — тот сам его попросил об этом, понимая, что без этого непременно вновь опоздает на работу. Вчера Лянь Жэнь забыл напомнить соседу, что сегодня у него выходной, так что его опять разбудили прямо перед рассветом.

Лянь Жэнь долго ворочался в постели, пытаясь обратно заснуть, но сон не шёл к нему.

Внимание Лянь Жэня привлёк кошелёк, который вчера вечером он бросил рядом с кроватью. Накануне господин Тянь Ши расплатился с Лянь Жэнем за отработанную неделю, отдав неплохое жалование, из которого, как и обещал, вычел несколько монет за две разбитые фарфоровые чашки и одно блюдце. Но даже так денег оставалось предостаточно. Их хватало на месяц безбедной жизни и, честно признаться, Лянь Жэнь удивился, когда получил такую сумму денег.

Как Лянь Жэнь ни вертелся в кровати, он всё равно так и не смог заснуть, чувствуя в груди странное и непонятное ощущение. Вновь взглянув на свой кошелёк, Лянь Жэнь решил, что возможно это желание потратить немного денег, поэтому, приведя себя в порядок, он схватил кошелёк и отправился тратить деньги.

Отдав долг в несколько монет соседу с Востока и заплатив мадам Ян за месяц вперёд, Лянь Жэнь отправился в соседнюю таверну, где купил себе вкусный завтрак, который съел прямо на месте и, сытым и довольным вернувшись в свою комнату, лёг под одеяло, надеясь, что теперь сможет заснуть и наконец-то выспаться. Но не тут-то было. Перед глазами всплыл образ господина Тянь Ши, который балансировал на одной здоровой ноге, пока упаковывал в рисовую бумагу лунные пряники.

Лянь Жэню стало ещё хуже, и он резко вскочил с кровати и, вновь схватив свой брошенный на полу кошелёк, отправился на рынок. Там он купил три великолепные доски из красного дерева и, вернувшись с ними домой прежде, чем зайти в свою комнату отправился в кладовку мадам Ян, где отыскал все нужные для себя инструменты.

С самого утра Лянь Жэнь стучал, резал и издавал столько шума, что соседи по очереди приходили и жаловались. Лянь Жэнь обещал всем купить по кувшину рисового вина из только что полученной зарплаты и, услышав об этом, всем соседям шум резко перестал мешать.

Когда всё было готово, а все соседи Лянь Жэня уже выпивали сладкого рисового вина, он наконец-то смог заснуть сладким спокойным сном в своей теплой постели.

На следующий день, как только заботливый сосед с Запада разбудил его, Лянь Жэнь схватил работу прошедшего дня и, весело ступая, отправился в кондитерскую Танхулу.

***

Лянь Жэнь по обычаю три раза постучал в дверь.

— Лянь Жэнь, это ты? — раздался громкий голос господина Тянь Ши откуда-то из недр кондитерской.

— Это я, господин Тянь Ши, — весело прокричал Лянь Жэнь и тут же услышал ответ.

— Заходи, дверь открыта.

Лянь Жэнь приоткрыл входную дверь, и, воровато оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться в том, что господина Тянь Ши нет поблизости, быстрым шагом направился к прилавку.

— Что ты там возишься, заходи скорее, нам нужно приниматься за готовку, — сказал господин Тянь Ши, выглянув из кухни, да так и застыв в проёме двери.

Рядом с прилавком стоял Лянь Жэнь, а рядом с ним странная деревянная конструкция, сильно напоминающая стул.

— Это что такое? — спросил господин Тянь Ши, видя по лицу Лянь Жэня, как ему не терпится рассказать, что же именно сегодня он принёс с собой.

— Это стул! — гордо воскликнул Лянь Жэнь и слегка приподнял подбородок вверх, — Я сам его смастерил для вас.

— Мне не нужен новый стул, в кондитерской их достаточно.

— Как вы можете видеть, это не простой стул! — сказал Лянь Жэнь, не обращая внимания на грубые слова господина Тянь Ши, — Я смастерил его специально для вас, чтобы вы могли сидеть пока продаёте сладости.

— Каким человеком я буду считаться, если буду сидеть в присутствии покупателей? Это просто немыслимо, — сказал господин Тянь Ши слегка устало, наверняка потому что приходилось объяснять Лянь Жэню всё как маленькому.

Но улыбка не сходила с лица Лянь Жэня, и после слов господина Тянь Ши он начал в подробностях рассказывать, как смастерил этот стул и каким удобным на самом деле он будет.

— Этот стул необычный, он достаточно высокий для того, чтобы, когда вы будете на нём сидеть, все думали, что вы всё ещё стоите перед прилавком. Благо у вас он достаточно высокий и будет скрывать то, что вы сидите. А если сладости на подносе рядом с вами закончатся, я тут же подтолкну к вам другой поднос, и вам не нужно будет вставать со стула. К тому же, к стулу я приделал небольшую узкую спинку. Так что вы сможете на неё откинуться, её также не будет видно. Тут еще есть небольшая деревяшка, на которую вы сможете поставить ступни, чтобы не болтать ими в воздухе. Я очень долго думал над тем, как сделать для вас нечто удобное и практичное и уверен, что стул вам понравится. Если вы захотите, потом к спинке можно приделать ещё и подушку, чтобы было помягче, а ещё...

— Я позже испробую это твоё орудие пыток, — грубо перебил Лянь Жэня господин Тянь Ши, — а сейчас быстрее на кухню, нам нужно заняться готовкой.

— Хорошо, господин Тянь Ши, — слегка расстроенно пробубнил Лянь Жэнь, отправляясь за ним на кухню и надевая свой белоснежный фартук.

— Что ты делаешь? — хмуро спросил господин Тянь Ши, глядя на то, как Лянь Жэнь потянулся за формой для лунных пряников.

— Собираюсь готовить лунные пряники, — слегка растерянно ответил ему Лянь Жэнь.

— На этой неделе мы готовим Фа Гао, — недовольно покачав головой, сказал господин Тянь Ши.

— Торт процветания? — восторженно спросил Лянь Жэнь.

— Именно так.

— Но ведь до Нового года ещё далеко, — протянул Лянь Жэнь, вспомнив, что Фа Гао обычно готовится именно на Новый год.

— Я ведь уже тебе говорил, что в нашей кондитерской мы не готовим в соответствии с праздниками, — серьёзно сказал господин Тянь Ши.

— Простите, всё время забываю, — широко улыбаясь, ответил Лянь Жэнь.

На это господин Тянь Ши лишь недовольно покачал головой и отправился к своему излюбленному месту за столом, чтобы приготовить тесто для Фа Гао.

В этот раз приготовить тесто было ещё проще, чем в прошлый раз, нужно было просто смешать рисовую муку с растопленным заранее в горячей воде сахаром, после чего добавить немного дрожжей. Тесто получилось довольно жидким, и господин Тянь Ши оставил его отдыхать и подниматься, и в это время поручил Лянь Жэню очень важное задание, а именно вырезать кружочки из рисовой бумаги. У Лянь Жэня даже был специальный трафарет, и не дай бог, чтобы кружочек был чуть больше или чуть меньше, чем нужно. Господин Тянь Ши, тут же заприметив нехорошие кружочки из бумаги, брал его из всеобщей стопки и тут же кидал в корзину для мусора.

— Когда ты закончишь с бумагой, осторожно сложи её в эти ёмкости, — сказал господин Тянь Ши и показал Лянь Жэню лежащий на полу огромный ящик с металлическими ёмкостями.

Ёмкости были похожи на маленькие пузатые чашки без ручек, но зато с несколькими дырочками по бокам. В них, осторожно слегка смачивая внутри водой, Лянь Жэнь клал рисовую бумагу, раннее вырезанную кружочками. Кружочки были намного больше, чем эти ёмкости, так что Лянь Жэню понадобилось время, чтобы приловчиться их класть в эти ёмкости так, чтобы и ему, и господину Тянь Ши понравилось.

— Теперь получается ёмкость в ёмкости, только сейчас понимаю, зачем это было нужно — сказал Лянь Жэнь, довольный проделанной работой.

Бумага облепляла всю ёмкость изнутри и когда засыхала становилась твёрдой, так что теперь туда можно было налить приготовленное тесто.

Но прежде, чем это сделать, господин Тянь Ши перелил тесто в пять больших тар, после чего достал из шкафа четыре маленькие фарфоровые коробочки, которые были похожи на баночки, в которых обычно девушки хранят свои румяна. Там оказалось нечто очень драгоценное, а именно краситель, что в те времена считался большой редкостью. О такой насыщенности, которая была у господина Тянь Ши, многие кондитеры даже не мечтали. Лянь Жэнь с восторгом смотрел на то, как господин Тянь Ши осторожно маленькой ложкой набрал немного красителя и насыпал его в одну из ёмкостей с тестом. Точно так же он сделал с тремя остальными, после чего вручил Лянь Жэню большую ложку которой тот начал тщательно вмешивать краситель в тесто. Это было похоже на настоящую магию, белое тесто движениями Лянь Жэня приобретало яркий и красочный цвет.

Красный, зелёный, жёлтый и ярко-розовый. Именно эти цвета получились у Лянь Жэня. Последняя ёмкость осталась нетронутой, видимо, господин Тянь Ши решил ставить несколько Фа Гао бесцветными для тех покупателей, которые считали, что краситель опасен для здоровья. После всех этих несложных приготовлений Лянь Жэнь вместе с господином Тянь Ши маленькими половниками переливали тесто в подготовленные формы, затем осторожно перекладывая их в бамбуковые пароварки. После они ставили их в большой котёл, что находился на огне и накрывали разноцветные Фа Гао крышкой. Когда догорала одна палочка для благовоний, Лянь Жэнь снимал большую крышку и с удивлением наблюдал за тем, как высоко поднялось их тесто.

Тесто увеличилось в объёме и стало невероятно пышным, до такой степени, что верхушка треснула на четыре равные части. Именно так должен был выглядеть идеальный торт процветания. И Лянь Жэнь, глядя на всё это великолепие, жалел лишь об одном — что ему не удастся это попробовать.

***

Когда Фа Гао были готовы, Лянь Жэнь аккуратно вытаскивал их из металлических ёмкостей и с удивлением обнаруживал, что все они прекрасно держали форму. К тому же, из-за рисовой бумаги, они не прилипали к рукам, и их с лёгкостью можно было перенести куда угодно. Господин Тянь Ши достал очередные подносы, только на этот раз те были особенными, с несколькими этажами, на которых они и расположили Фа Гао. И на этот раз господину Тянь Ши удалось удивить Лянь Жэня своими приспособлениями и тем, как ловко он умещал огромное количество сладостей на не такой уж и большой прилавок.

В первый день продажи Фа Гао от посетителей не было отбоя, и Лянь Жэнь понимал, почему. Разноцветные пышные сладости привлекали внимание, как и взрослых, так и детишек. Последние непременно хотели испробовать все существующие цвета, поэтому родителям приходилось раскошеливаться. А вот взрослым, которые также хотели испробовать каждый вкус, приходилось покупать лишь три сладости и возвращаться обратно в конец очереди, съедая во время ожидания купленные ранее сладости.

Лянь Жэнь удивился тому, насколько хороша была продумана господином Тянь Ши система — родитель, который приходил с ребёнком, имел право купить ровно шесть сладостей, для себя и для ребёнка. А если приходил с двумя детьми, уже можно было купить девять сладостей. Таким образом, чтобы не отсидеть зря длинную очередь, большинство людей приходили с детьми, и Лянь Жэнь подозревал, что некоторые из них были соседскими. Лянь Жэнь ничего не имел против, лишь надеялся, что в конце концов эти детишки получали хотя бы одну сладость за то, что выдержали такую длинную очередь.

Особенно Лянь Жэнь был рад посетителям, что уходили довольными и широко улыбаясь, а ещё радостнее Лянь Жэню было из-за того, что господин Тянь Ши принял его подарок. Тот сначала довольно неловко залез на него, но, как только пожаловали первые посетители, быстро к нему привык, с удивлением заметив, что те и вправду не уловили никакой разницы. Для них господин Тянь Ши по-прежнему стоял у прилавка и хмуро на них смотрел, пока упаковывал в рисовую бумагу цветные Фа Гао.

***

На следующий день, когда Лянь Жэнь уже увлечённо резал кружочки из бумаги, насвистывая что-то весёлое себе под нос, господин Тянь Ши подтолкнул к нему по столу небольшой мешочек. Содержимое его весело звякнуло, и Лянь Жэнь понял, что это были деньги.

— За стул, — пояснил господин Тянь Ши удивлённому Лянь Жэню, — он оказался достаточно удобным. Благодарю за твоё беспокойство обо мне.

Господин Тянь Ши говорил так, как будто выучил эти слова наизусть и повторял их про себя по меньшей мере два десятка раз, прежде чем сказать их Лянь Жэню, но ему всё равно было приятно.

— Я рад, что вам понравилось. Если вам нужно будет что-то ещё, смело просите меня об этом. Я хорошо обращаюсь с деревом, — сказал Лянь Жэнь, после чего продолжил вырезать кружочки, не обращая внимания на мешочек с деньгами на столе.

— Я подумаю, — хмуро проговорил господин Тянь Ши и ещё чуточку подтолкнул мешочек с деньгами к Лянь Жэню

— Я не возьму, — сказал тот.

— Почему? — растерянно спросил господин Тянь Ши. Глядя на его выражение лица, Лянь Жэнь понял, что все его старания в свой единственный выходной стоили того, чтобы это увидеть.

— Во-первых, я сделал это в качестве извинения за проступок, хочу, чтобы вы просто забыли тот неловкий и разговор, иногда я и сам не ведаю, что говорю.

— А во-вторых? — всё так же растерянно глядя на него, спросил господин Тянь Ши.

— А, во-вторых, я сделал этот стул для того, чтобы вам было удобно. Ведь если вам будет удобно, значит и настроение у вас будет хорошее, а от вашего хорошего настроения напрямую зависит буду я тут продолжать работать или же нет.

На самом деле Лянь Жэнь сейчас говорил то, что первым пришло ему в голову и то, что не прозвучало бы обидно для господина Тянь Ши. Ведь на самом деле Лянь Жэнь сделал это потому, что ему было его жалко. Но не мог же сказать Лянь Жэню человеку, который так стесняется своего недуга, что ему его жаль. Тогда господин Тянь Ши непременно бы вспылил и стал бы ещё ворчливее, чем обычно. А так Лянь Жэнь мог надеяться, что тот действительно примет это как подарок в качестве извинения.

— Спасибо, — слегка замешкавшись, сказал Господин Тянь Ши, а потом быстрым движением убрал мешочек с деньгами, отправившись переливать тесто в формы.

— Всегда пожалуйста, обращайтесь если будет нужно, — улыбаясь, ответил Лянь Жэнь, хоть господин Тянь Ши и не смотрел на него.

***

После обеда пошёл сильный дождь, который распугал всех посетителей, что терпеливо ждали в очереди снаружи. Поэтому после обеда мало кто осмеливался зайти в кондитерскую, все беспокоились о том, чтобы вовремя успеть снять бельё с верёвки или закрыть по курятникам всех разбежавшихся птиц. Ближе к вечеру за столиками не осталось ни одного посетителя, так что Лянь Жэнь принялся их протирать, понимая, что в такое время уже вряд ли кто-то к ним придёт. Господин Тянь Ши выглядел слегка расслабленно и его выражение лица даже слегка смягчилась. Видимо, подарок ему и правда пошёл на пользу, и теперь он не так сильно уставал за прилавком.

— Иди домой, Лянь Жэнь, на сегодня всё, — спокойным голосом сказал ему господин Тянь Ши.

— Но я ведь не постирал свой фартук, — ответил Лянь Жэнь, понимая, что из-за дождя он всё равно не сможет как следует его высушить.

— Сделаешь это завтра утром, — сказал господин Тянь Ши. Голос его показался Лянь Жэню слегка уставшим.

— А если и завтра пойдет дождь? — не унимался Лянь Жэнь, удивляясь тому, как внезапно господин Тянь Ши решил пойти против собственных правил.

— На этот случай у меня есть запасной фартук, — ответил тот, устало подперев голову левой рукой и слегка прикрыв глаза.

Лянь Жэнь на это улыбнулся — по всей видимости у них с господином Тянь Ши было что-то общее, и когда шёл дождь им обоим хотелось спать. Лянь Жэнь снял с себя фартук, закинул его себе на плечо и хотел было отправиться на кухню, чтобы повесить его на гвоздь, когда его внимание привлекли два Фа Гао, что остались на прилавке.

— Господин Тянь Ши, я хочу испробовать Фа Гао, — сказал Лянь Жэнь.

— Ты что, не помнишь правила? — слегка сонным голосом проговорил тот, приоткрывая глаза и с удивлением обнаруживая Лянь Жэня, протягивающего ему монету, напротив прилавка.

— Вы сами велели мне отправиться домой, значит, я сейчас не ваш помощник, а посетитель, — сказал Лянь Жэнь, широко улыбаясь. Господин Тянь Ши заметил, что его и так вечно румяные щёки теперь стали почти красными.

Господин Тянь Ши вздохнул и, взглянув на два оставшихся Фа Гао, спросил:

— Тебе какой?

На серебряном подносе остался один красный и один зелёный. Лянь Жэнь метался взглядом между ними, не зная, какой выбрать.

— Зелёный, — в конце концов решил Лянь Жэнь. Раз уж он всегда носит зелёные одежды, а его любимый цвет зелёный, ему стоит выбрать зелёный.

— Хорошо, — сказал господин Тянь Ши и потянулся за бумагой, чтобы упаковать заказ.

— Можно я съем его тут? — прозвучал внезапный вопрос от Лянь Жэня.

— Можно, — сказал господин Тянь Ши, — ведь на улице под этим дождём он может растаять.

— Благодарю, господин Тянь Ши, — широко улыбаясь, сказал Лянь Жэнь, принимая из его рук столь долгожданный Фа Гао.

Лянь Жэнь, недолго ожидая, оттянул в сторону край рисовой бумаги и зубами впился в треснутую верхушку, после чего сразу же протяжно замычал.

— Ммм… Это божественно, — сказал он с набитым ртом.

У такого, казалось бы, обычного и простого десерта, был настолько изысканный вкус, что сладость чуть ли не таяла у него на языке. Пока Лянь Жэнь, не открывая глаз, разжёвывал остатки Фа Гао, он представлял себе далёкие звёзды и неописуемые красоты места, которые ему никогда не было суждено увидеть. Именно такое же потрясающее ощущение давал этот Фа Гао, который по счастливой случайности Лянь Жэню всё-таки удалось распробовать.

Когда он открыл глаза, прямо перед собой он увидел лицо господина Тянь Ши, который внимательно за ним наблюдал, и на лице которого Лянь Жэнь с удивлением обнаружил лёгкую улыбку. Господин Тянь Ши никогда не улыбался, и видеть его таким было крайне неожиданно. Но, поймав на себе любопытный взгляд Лянь Жэня, господин Тянь Ши тут же вновь стал серьёзным и отвернулся в сторону.

Лянь Жэнь в свою очередь чувствовал себя очень неловко поэтому поспешил направиться на кухню чтобы оставить свой фартук. А вернувшись в главный зал, он прошмыгнул мимо прилавка, даже не взглянув на господина Тянь Ши и, только дойдя до входной двери, сказал:

— Не забудьте за мной закрыть, господин Тянь Ши.

— Лянь Жэнь, — услышал он позади себя грозный голос господина Тянь Ши. Он подумал, что вновь совершил ошибку и, может быть, даже господин Тянь Ши сейчас скажет ему, что из-за того, что Лянь Жэнь съел тот зелёный Фа Гао, завтра он может даже не думать о том, чтобы вернуться на работу.

— Возьми это с собой, — серьёзно сказал господин Тянь Ши, протягивая Лянь Жэню красный зонт.

Лянь Жэнь вновь дал себе воображаемый подзатыльник — столько навоображал, когда на самом деле господин Тянь Ши заботился о нём.

Тот старался на него не смотреть, явно испытывая неловкость в этой ситуации, и Лянь Жэнь, глядя на его слегка растерянное выражение лица, широко улыбнулся.

— Благодарю за вашу заботу обо мне, господин Тянь Ши, — сказал он, поклонившись господину Тянь Ши, и, схватив из его рук зонт, вышел на улицу, дабы не смущать господина Тянь Ши и дальше.

***

На следующий день господин Тянь Ши вновь был самим собой, хмурым, ворчливым и вечно чем-то недовольным, но зато одобрительно кивнул, когда Лянь Жэнь вернул ему зонт.

Лянь Жэню подумалось, что наверняка господин Тянь Ши считал, что вечно забывчивый Лянь Жэнь и в этот раз забудет вернуть ему зонт. Однако Лянь Жэнь был очень внимателен к тем вещам, что ему не принадлежали, поэтому даже подумать о том, чтобы забыть зонт господина Тянь Ши, он не мог. А поскольку утром было прекрасная погода, Лянь Жэнь успел постирать свой фартук и даже высушить его до того, как постучался первый посетитель.

День был обычным, наполненный трудной работой, к которой Лянь Жэнь уже привык. Вечером, когда в кондитерской вновь не осталось ни одного посетителя, Лянь Жэнь с удивлением обнаружил, что на прилавке вновь осталось два Фа Гао. Красный и зелёный, точь-в-точь, как накануне. Быстро снимая свой фартук, Лянь Жэнь положил на прилавок блестящую монету.

— Тебе зелёный? — спросил господин Тянь Ши, который уже догадался, что хотел Лянь Жэнь.

— Именно так! — воскликнул тот, широко улыбаясь.

— Ешь аккуратно, — сказал господин Тянь Ши, протягивая ему его заказ на этот раз на фарфоровом блюдечке.

— Благодарю, — весело сказал Лянь Жэнь, сразу же вгрызаясь лакомство.

Пока он наслаждался сладостью, господин Тянь Ши поместил красный Фа Гао на такое же фарфоровое блюдечко и, спрыгнув со своего высокого стула, направился на кухню. Лянь Жэнь последовал за ним, чтобы повесить свой фартук и с удивлением обнаружил, что господин Тянь Ши поставил блюдечко с красным Фа Гао в шкаф и запер его на ключ. К слову, оказалось, что ключи от шкафчиков находились на длинной цепочке, которую господин Тянь Ши носил у себя на шее и это показалось Лянь Жэню слегка странным. Не успел он об этом подумать, как господин Тянь Ши заметил его присутствие и тут же грозным тоном приказал ему идти домой.

Поблагодарив господина Тянь Ши за сегодняшний день и пожелав тому доброй ночи, Лянь Жэнь направился домой, по дороге раздумывая о тех маленьких странностях, которые окружали хозяина кондитерской.

***

Следующий день оказался очень трудным. В кондитерскую повалила такая толпа, как никогда до этого. Лянь Жэню, которому ранее в течение дня удавалось изредка отдохнуть, сидя на стуле и выпивая воду из своей синей кружки без ручки, теперь остро не хватало ещё одной пары рук. Господин Тянь Ши, который раньше иногда ставил на прилавок небольшую табличку с оповещением о перерыве и наливал себе чай из маленького чайника, что стоял под прилавком, сегодня также ни разу не успел передохнуть. По тому, как часто тот хмурил лоб, Лянь Жэнь понимал, что тот, так же, как и он, недоволен сегодняшним днём и изобилием покупателей.

Ближе к вечеру они всё распродали, и ещё долго Лянь Жэню пришлось объяснять людям, которые стояли в очереди на улице, что сегодня больше сладостей не будет, и придётся прийти завтра. Люди были недовольны, посылали на все четыре стороны и Лянь Жэня, и владельца кондитерской, но в конце концов смирились и отправились по домам. Когда Лянь Жэнь вернулся в помещение, он тяжело вздохнул и, закрыв за собою двери, на несколько долгих секунд закрыл глаза.

Вдруг Лянь Жэнь услышал оглушительный треск, и когда он открыл глаза, за прилавком никого не было. Подбежав к нему, он увидел на полу перевёрнутый стул и лежащего без сознания господина Тянь Ши.

Лянь Жэнь не на шутку перепугался и несколько долгих секунд стоял в оцепенении, не зная, что делать. Переборов собственное волнение, он наклонился к господину Тянь Ши и попытался привести того в чувства, но тот по-прежнему оставался без сознания. Лянь Жэнь быстро закинул тело господина Тянь Ши себе на спину и побежал вниз по улице, где находился дом лекаря.

Лекаря звали И Шэн, и тот по счастливой случайности сегодня оказался дома. Увидев на пороге своего дома Лянь Жэня, он тут же приказал уложить Господина Тянь Ши в дальней комнате и подождать, пока он проведет осмотр.

Лянь Жэню начало казаться, что осмотр длится слишком долго, и, в ожидании на пороге дома, он нетерпеливо грыз собственные ногти.

— Это истощение, — наконец сказал молодой лекарь.

— Что же можно с этим сделать? — выпучив огромные глаза, спросил Лянь Жэнь, который посчитал, что из-за слишком изнурительной работы господин Тянь Ши довел себя до такого.

— Купи у меня эти травы, — ответил лекарь, показав Лянь Жэню толстый мешочек из бумаги, перетянутый нитками, — приготовь из них отвар и тогда...

— Засунь себя эти травы в одно место! — резко сказал господин Тянь Ши, который появился из соседней комнаты.

— Перестаньте быть таким грубым, господин Тянь Ши, — недовольно проговорил лекарь И Шэн.

— Пойдём отсюда, Лянь Жэнь, не обращай на него внимания, — сказал господин Тянь Ши, оказавшись с ним рядом.

— А вам точно получше? — взволнованно уточнил Лянь Жэнь.

— Точно, — уверенно ответил господин Тянь Ши и направился к двери.

— Спасибо вам за всё, — сказал Лянь Жэнь, протягивая несколько монет лекарю и выхватив у него из рук мешочек с травами, который спрятал за пазухой.

Лянь Жэнь направился за господином Тянь Ши, который быстрым шагом уже направлялся к кондитерской. Лекарь же вышел их проводить, глядя им в спину.

— Смекалистый парень, — пробормотал лекарь, глядя на широкую спину Лянь Жэня, — он-то наконец позаботится о нашем ёжике.

Сказав это, лекарь рассмеялся и вернулся к себе в дом.

А вот Лянь Жэню пришлось пробежаться, чтобы догнать господина Тянь Ши, который казался очень раздражённым.

— Ты запер кондитерскую? — только и спросил он у Лянь Жэня.

— Конечно, запер на ключ, как вы всегда делаете, — тут же отозвался тот.

— Тогда иди домой, на сегодня работа закончена.

— Я не пойду, — громко воскликнул Лянь Жэнь.

— Почему это? — грозно спросил господин Тянь Ши.

Он только сейчас повернулся к Лянь Жэню, и тот смог увидеть, насколько плохо тот выглядел, тяжело дыша и будучи бледным как рисовая мука.

— Потому что вы выглядите так, будто вот-вот вновь в обморок упадёте, я не позволю опять этому случится, поэтому прослежу за тем, чтобы вы благополучно добрались до дома.

— Лянь Жэнь, иди по своим делам, — опять же слегка раздражённо сказал господин Тянь Ши, но, глядя на решительное лицо понял, что тот так быстро сдаваться не собирается. Лянь Жэнь уже было подумал, что господин Тянь Ши передумал и позволит ему сопроводить его до кондитерской, но господин Тянь Ши протянул руку и грубо сказал:

— Ключ.

Господин Тянь Ши просил ключ от кондитерской, который сейчас находился у Лянь Жэня, и тот под его пронзительным взглядом сдался. Не обращая внимания на Лянь Жэня, господин Тянь Ши медленном шагом направился к кондитерской, в то время как Лянь Жэнь упорно за ним следовал.

Дойдя до кондитерской, господин Тянь Ши хотел было закрыть входную дверь прямо перед носом Лянь Жэня, но тот, будучи более сильным, не дал ему этого сделать. Тогда господин Тянь Ши, устало махнув на него рукой, и, пройдя через кухню, поднялся по лестнице вверх на второй этаж. Там располагались личные комнаты господина Тянь Ши. Лянь Жэню вход туда был запрещён, но он и не сильно желал узнать, как живёт господин Тянь Ши.

Господин Тянь Ши громко хлопнул дверью своей комнаты, а Лянь Жэнь, не зная, как себя дальше вести, отправился на задний двор стирать свой фартук. Рыжая кошка вновь запрыгнула ему на колени, пока он намыливал фартук, и начала тереться о его живот. Тогда он вспомнил о тех травах, что выхватил у лекаря, и вернулся на кухню. Благо, внутри мешочка он нашёл небольшую инструкцию, по которой и приготовил отвар. Всё-таки осмелившись, он поднялся по лестнице вверх и, постучавшись в дверь к господину Тянь Ши, тихо проговорил:

— Я приготовил вам отвар, он ждёт вас на столе на кухне. Сейчас я ухожу, не забудьте закрыть за мной дверь.

Господин Тянь Ши ничего ему не ответил, и Лянь Жэнь, тяжело вздохнув, направился к выходу. Выйдя на улицу, он слегка размял плечи, после чего услышал, как в дверном замке два раза повернулся ключ.

***

На следующий день господин Тянь Ши вёл себя как обычно, в то время как Лянь Жэнь очень сильно за него волновался. Он тяжело вздохнул, когда увидел вчерашние травы лежащими на дне корзины для мусора. Непонятным для него стало и то, что господин Тянь Ши выбросил все продукты и ингредиенты, которые у него были, и с самого утра заказал новые. К тому же вычистил всю кухню до блеска, что та сверкала так, как будто была новой. Действия господина Тянь Ши были непонятны для Лянь Жэня, но образ его потерявшего сознание так и не покидал его всю ночь, поэтому к большому волнению у Лянь Жэня, добавился ещё и недосып. Но даже так он старался как можно больше помогать господину Тянь Ши. Делая для него практически всё, он получал лишь недовольные взгляды в свою сторону. Их Лянь Жэнь игнорировал, поскольку считал правильным поступить так, как велела ему собственная совесть. Думал он лишь о том, что завтра должен был наступить долгожданный выходной, а значит господин Тянь Ши наконец отдохнёт как следует.

Ближе к вечеру на прилавке остался один красный Фа Гао, однако Лянь Жэнь даже смотреть в его сторону не смел. Он винил именно Фа Гао во внезапном дурном самочувствии господина Тянь Ши и больше не хотел их есть, какими сладкими они бы ни были. Сам же господин Тянь Ши предвкушал, как после закрытия кондитерской он будет наслаждаться этой красной сладостью.

Внезапно дверь кондитерской открылась, и на её пороге появилась маленькая девочка лет десяти. Она вприпрыжку подошла к прилавку и положила на него монету.

— Один Фа Гао, пожалуйста! — громко воскликнула она.

Лянь Жэнь, который наблюдал за всем этим явлением, заметил ещё более хмурый взгляд господина Тянь Ши. Тот не спешил расставаться с красным Фа Гао и продолжал смотреть на маленькую девочку, будто не веря в её существование.

— Господин, где же мой Фа Гао? — нетерпеливо топнула ногой маленькая девочка.

— У нас ничего не осталось, — сказал господин Тянь Ши.

— Как не осталось, когда я вижу один красный специально для меня.

Маленькая девочка указала на него рукой, и господин Тянь Ши проследил за её взглядом.

— Последний красный Фа Гао… — тихо проговорил он. Лянь Жэнь, который приблизился к прилавку, чтобы услышать, что же именно тот скажет, чётко его расслышал.

Господин Тянь Ши нехотя потянулся длинными щипцами к последнему Фа Гао.

— Ты точно его хочешь? — серьёзно спросил господин Тянь Ши у маленькой девочки.

— Конечно, именно за ним я и пришла.

— Даже если я скажу тебе, что это мой ужин? — глядя на неё немигающим взглядом спросил господин Тянь Ши.

— Даже так! — воскликнула девочка, — Вы можете поужинать чем-то другим, а я пришла за Фа Гао и только с ним и уйду.

— Ладно, держи, — сказал господин Тянь Ши, тяжело вздыхая и упаковывая заказ в рисовую бумагу.

— Ура! — счастливо воскликнула девочка, и прижав бумажный конверт к груди выскочила из кондитерской.

В это время Лянь Жэнь огромными глазами смотрел на господина Тянь Ши, пытаясь осознать, что же именно только что произошло.

Господин Тянь Ши быстро выпроводил Лянь Жэня из кондитерской до того, как тот успел задать волнующий его вопрос. Но это не означало, что он сможет так быстро избавиться от Лянь Жэня. Тот собирался в свой единственный выходной докопаться до правды.

ГЛАВА 04. Борода дракона

— Его отравили, — сказал тот самый брат его приятеля из «Поросячьего Визга», который в прошлом был помощником господина Тянь Ши.

Лянь Жэнь, не знал к кому ещё обратиться за помощью, чтобы выяснить в чём же именно дело. Так что он пошёл в таверну «Поросячий Визг», и с удивлением обнаружил, что его рабочее место занял бывший помощник господина Тянь Ши. А ведь он говорил тогда, что получил более выгодное предложение… Лянь Жэню это сильно не понравилось, и он бы сказал ему пару ласковых, да только тот ему нужен был, поэтому Лянь Жэнь решил с этим повременить. Он купил ему обед, и бывший помощник, увидев бесплатную еду, начал рассказывать обо всём, что ему было известно.

— Около пяти-четырёх лет назад, когда кондитерская «Танхулу» только-только стала знаменитой и начала пользоваться бешеной популярностью, господин Тянь Ши повздорил с несколькими конкурентами. Как я слышал, те пытались убедить его закрыть своё дело и переехать в другой город, дабы не мешать им. Господин Тянь Ши, конечно же, не согласился. Ты наверняка успел понять, какой у него дрянной характер. И всё бы ничего, если бы эти самые конкуренты не решили с ним расправиться. Говорят, что в тот вечер господин Тянь Ши отправился поужинать в достаточно знаменитое заведение. Он заказал себе плотный ужин и после того, как всё доел, свалился без сознания. В еду был подмешан яд, и господину Тянь Ши пришлось несладко, ведь он очень долго лечился. А некоторые и вовсе говорили, что он может никогда не поправится. В каком-то смысле они были правы, потому что господин Тянь Ши так и не поправился. После того случая он не ест ничего, что было приготовлено не им. Но самое странное то, что он всегда готовит одни лишь сладости и только ими и питается.

— Ты видел, как он ест? — выпучив глаза, спросил Лянь Жэнь.

— Лишь единожды, — не прекращая чавкать, сказал бывший помощник господина Тянь Ши, — под конец дня, когда он думал, что я нахожусь на кухне и не вижу, что он делает, он схватил одну сладость с прилавка и быстро погрузил в рот.

— Он что, ест только те остатки, что остались после продажи? — удивлённо спросил Лянь Жэнь.

— Кажется, так, — задумчиво сказал бывший помощник — хотя иногда я видел краем глаза, как он готовил себе на ужин сладкую пасту из фасоли и несколько сухофруктов.

— Почему он это делает? — расстроено протянул Лянь Жэнь.

— Боится, что его снова отравят, — тут же ответили ему.

— А хромает он тоже, потому что кто-то… — в ужасе спросил Лянь Жэнь.

— Нет, хромой он с войны вернулся, — быстро успокоил его бывший помощник.

— Получается, если все сладости раскупят, он будет голодать.

— Получается, так.

Лянь Жэнь тут же поник, вспоминая все те дни, когда в кондитерской «Танхулу» раскупали все до последнего, и те два дня, когда он сам лишил господина Тянь Ши лишнего зеленого фагао.

— Ты чего? — растормошил его за плечо брат его приятеля.

— Мне его жалко, — тихо протянул Лянь Жэнь, поникнув.

— Ты себя должен жалеть, а не его. Думаешь, я почему оттуда сбежал? Он же просто невыносим! Чего только стоит его вечно недовольное выражения лица, а от его запретов и вечного ворчания до сих пор дёргается глаз.

— Я бы тоже так делал, если бы боялся, что меня отравят, — тихо пробубнил Лянь Жэнь.

— Да ну тебя, — махнул на него рукой бывший помощник — Что вы готовили вчера? — спросил он после недолгого молчания.

— Фа Гао, — тяжело вздыхая, ответил Лянь Жэнь.

— Ааа… — многозначительно протянул мужчина — значит, завтра на очереди борода дракона.

— Откуда ты знаешь? — изумленно спросил Лянь Жэнь.

— Да все это знают. Господин Тянь Ши готовит всего лишь десять разных сладостей, по одному виду каждую неделю, и потом начинает заново в строгом порядке. Ты начал с самого простого, с лунных пряников, и тебе повезло. Может быть, ты сумеешь продержаться даже больше, чем я. Мне удалось отработать у него ровно пять недель, а до меня только одному парню удалось продержаться у господина Тянь Ши семь недель. Больше никому не удалось задержаться у него надолго. К тому же, считается, что только если ты приготовишь вместе с ним все десять блюд, то ты станешь его настоящим помощником. Он сам мне так сказал, и даже запретил представляться другим его помощником, пока не пройдут десять недель. Да только я уверен, что даже демоны не в силах так долго у него проработать.

— Почему ты так говоришь? — непонимающе посмотрел на него Лянь Жэнь.

— Ты сам увидишь. Когда вы начнёте готовить бороду дракона, ты будешь растягивать карамельные нити до тех пор, пока не почувствуешь, что твои руки отваливаются. Со временем работа будет становится всё тяжелее, рецепты всё вычурнее, а ты будешь всё сильнее уставать. Потом ты начнёшь разбивать больше посуды, а он станет вычитывать больше денег. Вот я, например, начал у него работать, когда он готовил сладкий суп из кунжута, и разбил столько фарфоровых пиал, что он не платил мне целых три недели, чтобы компенсировать их потерю. Трудная работа и его скверный характер сделают свое дело.

— Не такой уж он и плохой! — воскликнул Лянь Жэнь ведь ему стало обидно за господина Тянь Ши, о котором так нелестно отзывались.

— А ты чего, его защитником заделался? — сощурив глаза, спросил мужчина напротив — Волнуешься, как бы он не подслушал? Хах, не переживай, так далеко от кондитерской он не отходит. В такой глуши ты его точно не встретишь.

— Из-за ноги? — спросил Лянь Жэнь.

— Именно! Нога! Когда на улице идёт дождь или слишком жарко, нога у него начинает сильно ныть, и он становится ещё сварливее. Ладно это, но есть еще кое-что, из-за чего никто не в силах надолго у него задержаться.

— И что же это? — поражённо спросил Лянь Жэнь.

— Голод! — сказал мужчина и громко стукнул кулаком об стол — Ты не он, и без пищи обходиться долгое время не сможешь. Уже на третьей неделе сладкий запах в кондитерской будет сводить тебя с ума.

— Глупости какие, — махнул на него рукой Лянь Жэнь — я плотно завтракаю и ужинаю, и на протяжении дня не чувствую голода.

— Конечно, я тоже так говорил сначала, а потом, когда у меня голова начала кружится от одного запаха теста, я не знал куда себя деть. А однажды я сказал ему, что хочу купить несколько сладостей для своей матери. Понимаешь, купить, а не просто взять их с прилавка. Знаешь, что он меня ответил? Сказал, чтобы я брал выходной и вставал в конец очереди, если хочу купить сладости в его кондитерской. Тогда-то у меня терпение и лопнуло, и я сказал, что увольняюсь, на что он мне ответил, что пока я не найду себе замену, он не разрешит мне уйти.

После этого бывший помощник прикрыл свой рот рукой, поняв, что сболтнул лишнего.

Лянь Жэнь хотел сказать, что господин Тянь Ши разрешил ему купить один Фа Гао и даже съесть его перед ним. Хотел сказать это назло этому недостойному помощнику, который так плохо отзывался о господине Тянь Ши. Но тут он решил, что потом у господина Тянь Ши могут быть проблемы из-за его длинного языка, поэтому лишь сказал на прощание несколько слов:

— Я рад, что ты не продержался долго, ведь благодаря тебе я получил такую хорошую возможность поработать у господина Тянь Ши. Вот увидишь, я продержусь дольше всех.

***

Лянь Жэнь неспешным шагом направился на прогулку по улицам города.

Ему почему-то стало обидно за господина Тянь Ши, который получил в свой адрес столько нелестных слов. Да, он был ворчливым, его практически никогда не волновало мнение других людей, иногда он довольно грубо выражался и хмурил лицо, из-за чего казалось, что он недоволен всем вокруг. Но, возможно, Лянь Жэнь неправильно всё понял, и господин Тянь Ши просто испытывал боль из-за ноги, потому и морщился. Лянь Жэнь зашёл на небольшой рынок и стал прогуливаться вдоль рядов, продолжая раздумывать о хозяине кондитерской. Тот не был плохим человеком, по мнению Лянь Жэня. Вот, например, тот торговец картошкой на развес, который улыбается всем в округе и подкладывает гнилую картошку, намного хуже господина Тянь Ши. Тот никогда не улыбается, но всегда готовит свежие сладости, следит за тем, чтобы в его кондитерской царил порядок и всегда заботится о своих покупателях, хоть и делает это по-своему.

Лянь Жэнь считал, что господин Тянь Ши просто-напросто стал таким вследствие тяжёлых испытаний судьбы, которые выпали на его долю. Впрочем, никто не в состоянии обезопасить себя от таких несчастий в жизни, и большинство рано или поздно станут совсем другими людьми, прожив тяжёлую и нелёгкую жизнь.

***

Проведя свой единственный выходной абсолютно бесполезным образом, на следующий день, прямо на рассвете Лянь Жэнь уже стоял на пороге кондитерской «Танхулу».

Господин Тянь Ши выглядел достаточно бодро, и как только Лянь Жэнь оказался на кухне, он сказал, что на этой неделе им предстоит приготовить бороду дракона.

Получалось, что бывший помощник не обманул Лянь Жэня, и господин Тянь Ши и впрямь следует определенному порядку. Лянь Жэнь считал, что так даже лучше. Потому что когда знаешь, с чем именно тебе придётся работать, тогда и меньше ошибок станешь совершать. Однако Лянь Жэнь ещё не знал, что уже к обеду он захочет всё бросить.

Лянь Жэнь никогда не готовил бороду дракона и имел скудные представления о том, как это происходит. Поэтому он терпеливо ждал, пока господин Тянь Ши размешивал в глубокой сковородке сироп, полученный из ферментированных злаков, вместе с сахаром. После чего он вручил Лянь Жэню всё ещё тёплый бублик, который он недавно сделал на сковородке. Бублик был размером с ладонь и приятно пах карамелью. Господин Тянь Ши сказал Лянь Жэню, что его нужно растягивать и попутно обмакивать в рисовую муку, чтобы нити не слиплись. Лянь Жэнь удивился тому, что из такого толстого бублика должны были получиться тонкие белые нити, но всё же стал медленно, как сказал ему господин Тянь Ши, растягивать его, не забывая обмакивать в рисовую муку.

Лянь Жэнь, кажется, без конца занимался карамельным бубликом, не забывая и свои руки попеременно опускать в муку, чтобы сахар не прилипал к ладоням. Когда получившийся сахарный жгут становился чуть длиннее, он складывал его несколько раз между своими ладонями и вновь растягивал.

Растягивать карамель было не так уж и просто. Лянь Жэнь старался делать это осторожно, потому что ему казалось, что, если он приложит чуть больше силы, уже получившаяся сахарная веревка сломается прямо у него в руках.

А пока Лянь Жэнь мучился с карамелью, господин Тянь Ши занимался начинкой.

Грецкие орехи, арахис и несколько видов семечек он смешал с кокосовой стружкой и несколькими ложками меда и тщательно все перемешал. Закончив с приготовлением начинки и заметив, что Лянь Жэнь всё ещё не справился со своей задачей, господин Тянь Ши принялся самостоятельно вырезать кружочки из рисовой бумаги, на которых потом он планировал разместить бороду дракона.

— Наконец-то! — громко воскликнул Лянь Жэнь, когда вы в его руках от малейшего движения колыхались белые тонкие нити.

Борода дракона наконец-таки решила поддаться Лянь Жэню и выйти из-под его не очень умелых рук.

Господин Тянь Ши на это ничего не сказал, лишь поднялся со стула, взял длинную скалку и, положив её между столом и шкафом, длинными ножницами разрезал нити снизу и осторожно уложил на импровизированную подставку.

Лянь Жэнь отчего-то верил, что сейчас он будет отдыхать и просто смотреть на то, как господин Тянь Ши мастерит сладости. Однако тот внезапно положил ему в руки очередной карамельный бублик.

Лянь Жэнь лишь тяжело вздохнул. Пока он с трудом растягивал второй бублик, господин Тянь Ши ножницами отрезал небольшой кусок нитей, ложкой высыпал туда ореховой начинки, после чего тщательно все это заматывал в белоснежные сахарные нити. После чего осторожно клал получившиеся лакомства на небольшой бумажный кружочек. По мнению Лянь Жэня, сладость была похожа на воздушный и слегка волосатый пряник, но выглядела при этом до невозможности аппетитной, так что он принялся ещё усерднее растягивать карамель.

На третьем карамельном бублике Лянь Жэнь серьёзно забеспокоился за свои руки, что уже некоторое время побаливали, и он осторожно спросил у господина Тянь Ши:

— Господин, а сколько ещё таких бубликов вы подготовили для меня?

— Десять, — ответил ему господин Тянь Ши.

Бывший помощник господина Тянь Ши не обманул Лянь Жэня сказав, что вместе с бородой дракона начнутся тяжёлые времена, но Лянь Жэнь не ожидал, что всё будет настолько плохо. Однако деваться было некуда, и Лянь Жэнь покорно выполнял все указания господина Тянь Ши.

Он тяжело выдохнул, когда наконец-то закончил, понимая, что сегодняшняя пытка для него завершилась. Он поднял руки и посмотрел на собственные ладони, которые были красными и горели огнём. Руки тряслись, как у последнего беспробудного пьяницы, и Лянь Жэнь не имел ни малейшего представления, как он сегодня будет работать.

Господин Тянь Ши разрешил ему лишь немного отдохнуть, пока сам мастерил последние сладости. После он тут же приказал Лянь Жэню отнести серебряные подносы в несколько этажей, на которых он разместил бороду дракона, в главный зал.

Лянь Жэнь старался действовать как можно осторожнее, но чувствовал, что собственные руки его подводят. Всё его тело тряслось, и Лянь Жэню пришлось сильно напрячься для того, чтобы донести один единственный серебряный поднос до прилавка. Господин Тянь Ши недовольно его оглядел, но ничего не сказал. Сам Лянь Жэнь лишь тяжело вздохнул, понимая, что где-то на задворках сознания у него появилась мысль поскорее сбежать из кондитерской. Ведь на протяжении дня ему придётся носиться туда-сюда с подносами, наполненными фарфоровыми приборами и сладостями, и он не был уверен, что сегодня он не разобьет всю посуду.

— Борода дракона очень быстро портится, особенно от влажности, — сказал господин Тянь Ши, — поэтому на этой неделе мы не будем подавать чай и воду посетителям. Если кто-то спросит, скажи, что это мои особые указания.

Слова господина Тянь Ши обрадовали Лянь Жэня, потому что, если ему не придётся носить чай, подносы будут легче, а значит он разобьёт меньше посуды. И, думая об этом, Лянь Жэнь случайно взглянул на тонкие запястья господина Тянь Ши. И почему-то ему вспомнились слова помощника о том, что господин Тянь Ши часто голодает, и от какого-то неведомого порыва Лянь Жэню захотелось ему помочь.

Верно, как он может сбежать, когда этому человеку непременно требуется его помощь. Лянь Жэнь останется в кондитерской и попытается сделать всё, что будет в его силах.

***

День был трудный, как всегда, бывает по понедельникам. Лянь Жэнь с трясущимися руками бил немереное количество посуды, и господин Тянь Ши серьёзно начал опасаться, что к концу дня у них не останется абсолютно ничего, на чём можно было бы подавать сладости.

Но после обеда количество покупателей поубавилось, а ближе к вечеру они успели обслужить всех желающих и Лянь Жэнь облегченно выдохнул, подмечая, что у него осталось достаточно посуды для завтрашнего дня.

Ближе к вечеру, когда кондитерская должна была бы уже закрыться, господин Тянь Ши с удивлением обнаружил, что у него остался один нетронутый поднос с бородой дракона. Это было просто немыслимо, ведь даже в первый день открытия кондитерской у него не было столь плохих продаж.

Он не мог понять, что же именно случилось, когда ему на глаза попался Лянь Жэнь. Господин Тянь Ши вспомнил, что многие покупатели просили именно три сладости, однако Лянь Жэнь объяснял им, что вероятность набрать из-за них вес крайне высока, так что большинство в итоге просило лишь две. И теперь, когда из-за этого бороды дракона осталось так много, господин Тянь Ши понял, что его самые худшие опасения подтвердились.

— Лянь Жэнь, — громко и с нажимом произнес господин Тянь Ши, — подойди сюда.

По степени раздражения в голосе господина Тянь Ши Лянь Жэнь понял, что сильно накосячил, поэтому опустил в глаза в пол осторожно подошёл к нему.

— Лянь Жэнь, скажи мне, что это? — спросил господин Тянь Ши, слезая со стула и указывая рукой на серебряный поднос, наполненный сладостями.

— Борода дракона, господин, — пошутил Лянь Жэнь, думая, что, возможно, в этот раз пронесёт.

— Не вздумай мне тут шутки шутить! — взревел господин Тянь Ши, громко ударив кулаком об прилавок.

Лянь Жэнь удивлённо на него посмотрел, не ожидая, что господин Тянь Ши так сильно разгневается.

— Почему ты молчишь, Лянь Жэнь? — сверля его безумным взглядом, спросил господин Тянь Ши, — Я слышал, как ты говорил, что от бороды дракона они поправятся и приносил покупателям две сладости вместо трёх. Скажи, почему ты это сделал, Лянь Жэнь?

— Я хотел, чтобы вы поели, — растерянно промямлил Лянь Жэнь.

— Отравить меня вздумал?! — прокричал господин Тянь Ши, схватив меч, что висел на стене и обнажив его острое лезвие, направился прямо к Лянь Жэню, — Кто тебя сюда подослал? Они?

Лянь Жэнь застыл в оцепенении от страха. Лицо господина Тянь Ши выглядело обезумевшим. Лянь Жэнь сделал несколько шагов назад, но господин Тянь Ши не отставал и продолжал наступать, угрожая ему острым мечом.

— Решил втереться ко мне в доверие? Сделал подарок, чтобы я почувствовал себя обязанным тебе. И когда получил хорошую возможность, решил отравить эти сладости и меня заодно?!

Прокричав последние слова прямо в лицо Лянь Жэню, господин Тянь Ши смахнул с прилавка все серебряные подносы. Лянь Жэнь отскочил назад, испугавшись, и, потеряв равновесие, упал на пол. Господин Тянь Ши, возвышаясь над ним со злостью во взгляде, продолжал кричать:

— Что ты молчишь? Язык проглотил? — вновь прокричал он, замахнувшись мечом.

Острие меча остановилось прямо у горла Лянь Жэня. Тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но из его горла не прозвучало ни звука.

— Я… — тихо сказал Лянь Жэнь, закашлявшись и пытаясь восстановить собственный пропавший голос, — Я не хотел вас отравить, господин Тянь Ши...

— Тогда что же ты пытался сделать сегодня!?

— Я просто хотел, чтобы вы поели! Той девочке на прошлой неделе вы сказали, что тот последний Фа Гао был вашим ужином. Я пытался потом вспомнить, видел ли когда-то, чтобы вы ели, и понял, что нет. Вы живете наверху, но я никогда не видел грязной посуды поутру и никаких остатков еды даже в корзине для мусора… Вы... Вы потеряли сознание в тот раз, и лекарь сказал, что это истощение. Так что я подумал, что, возможно, вы едите только то, что остается после продаж. Я ходил и спрашивал у вашего прежнего помощника, и он подтвердил мои опасения… И я... Я не знаю, что на меня нашло, мне стало вас жалко, — сказав это, Лянь Жэнь громко шмыгнул носом, — я просто хотел, чтобы вам осталось побольше сладостей на ужин… Вот и все...

Господин Тянь Ши тяжело дышал и переводил взгляд туда-сюда, смотря то на рассыпанные сладости, то она самого Лянь Жэня. Он мучился сомнениями, не зная, стоит ли поверить его словам или же нет, но здравый смысл выиграл в этой битве, и его рука дрогнула. Господин Тянь Ши убрал меч в ножны, в то время как Лянь Жэнь быстро вскочил на ноги.

— Я не хотел вас отравить, даже не думал о таком, господин, — жалостливым голосом попытался достучаться до него Лянь Жэнь, но господин Тянь Ши лишь продолжал рассержено на него смотреть.

— Лянь Жэнь! Уйди!

— Но, господин…

— Лянь Жэнь, мне дурно, уйди сейчас же.

— Но… если вам плохо, может, позвать лекаря?

— Лянь Жэнь! — громко крикнул господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь растерянно попятился назад к двери кондитерской, понимая, что совершил серьёзную ошибку, и господин Тянь Ши вряд ли когда-либо захочет его снова пустить на порог своего заведения.

— Могу я прийти завтра на работу? — осторожно спросил Лянь Жэнь, держась за ручку двери

— Посмотрим, — ответил ему господин Тянь Ши, и после этих слов Лянь Жэнь выбежал из помещения и направился домой.

***

На следующий день, словно нашкодивший щенок, Лянь Жэнь снова стоял возле кондитерской. Собравшись с духом, он всё-таки решился и три раза тихо постучал в дверь. Дверь немедленно открылась, и на её пороге появился господин Тянь Ши, который из-под чёрных густых бровей пристально глядел на Лянь Жэня. Тот чувствовал себя виноватым, однако выдержал взгляд господина Тянь Ши, напоминая себе, что, по сути, вины его нет. В тот же момент господин Тянь Ши отошёл в сторону, разрешая Лянь Жэню войти.

В тот день они не сказали друг друга ни единого слова. Сам Лянь Жэнь боялся заговорить, а господин Тянь Ши не был из тех людей, кто первым начинает разговор. Так что весь день они провели в молчании. Не то чтобы они раньше часто болтали, но хотя бы доброго утра и спокойной ночи они желали друг другу. Но в этот раз все было иначе.

Когда они распродали все сладости, господин Тянь Ши повесил на входную дверь табличку с надписью “Закрыто” и остался стоять у прилавка, ожидая, когда его помощник закончит со всеми делами и уйдет домой. Сам Лянь Жэнь домой не торопился и сначала вымыл всю посуду, попутно очень долго гладя одну за другой всех рыжих кошек во дворе, после чего постирал свой фартук, в котором вчера убежал домой, и только после, не сказав ни слова господину Тянь Ши, отправился домой. Тот же, продолжая сидеть на высоком стуле, ещё долго смотрел ему вслед.

Вчера он был слишком раздражён, чтобы в полной мере оценить произошедшую ситуацию. А сегодня, на протяжении всего дня тщательно и пристально следя за каждым движением Лянь Жэня, он пришёл к неожиданному выводу, что, возможно, переборщил.

Господин Тянь Ши с самого детства очень умело читал людей по одному выражению их лица. Его мать всегда удивлялась тому, как точно он определял, выпивает ли человек или же имеет другие пагубные пристрастия. Потом, когда господин Тянь Ши вырос, он узнал о том, что существует такая наука, как чтение по лицам. Ему показалось, это сродни тому, что он сам делает на протяжении всей своей жизни, поэтому, взяв несколько учебников, стал обучаться этому искусству. Однако вскоре они были брошены в дальний угол, поскольку ни в одной из них не было того, что видел он сам.

Со временем, как и любой другой человек, господин Тянь Ши начал сомневаться в своих умениях. Ему стало казаться, что то, что говорила ему интуиция при знакомстве с человеком, было сплошной глупостью и этому не было места в его жизни, в которой должен был преобладать разум. Однако и он его подвёл несколько лет назад, когда он не прислушался к доводам разума и был отравлен.

Он точно знал, кто это был. Тогда он сразу почувствовал, что эти люди опасны, и с ними не стоит водить дела. Он должен был послушать свой собственный внутренний голос, но не сделал этого из-за обычных сомнений и совершил ошибку, что могла стоить ему жизни.

Внутренний голос господина Тянь Ши был подобен вспышки света, которая зажигалась при первой встрече с человеком. Она-то и говорила, что именно думает о личности мужчины или женщины напротив. Однако сразу после включался разум и пытался затушить то вспышку света, доказывая, что все те ощущения лишь сплошные глупости. Со временем разум обволакивал внутренний голос в плотный кокон и не давал ему вырваться оттуда. Конечно, полностью полагаться лишь на интуицию было бы неразумно и сильно бы мешало жизни в обществе. Со временем господин Тянь Ши привык игнорировать свой внутренний голос и отдавать предпочтение разуму. Но это было в корне неправильно, и он горько пожалел об этом, когда очнулся на койке лекаря.

Господин Тянь Ши тяжело вздохнул, закрыл глаза и попытался вспомнить, какие именно ощущения он испытал, когда увидел Лянь Жэня в первый раз. Он вспомнил, как довольно крупный и высокий парень очень осторожно сел на маленький стул, сложил руки на коленях и упёр смущённый взгляд в пол. Парень говорил только тогда, когда его спрашивали и лишь изредка позволял себе поднять взгляд, чтобы посмотреть на самого господина Тянь Ши.

Лицо Лянь Жэня было простым, можно даже сказать, деревенским, но по-своему привлекательным. Он вечно улыбался, а его щёки всегда горели румянцем, из-за чего складывалось ощущение, будто он всегда смущён или же всегда болеет. Несмотря на это, лицо Лянь Жэня имело черты, выдававшие в нем решительного человека. К тому же господину Тянь Ши показалось, что Лянь Жэнь из тех людей, которые никогда в жизни не смогут стать искусными лжецами, поскольку на их лице отражена каждая эмоция, которую они испытывают.

На протяжении двух недель, пока они работали вместе, господин Тянь Ши в этом убедился, но предательский разум продолжал говорить ему, что, возможно, Лянь Жэнь хорошо притворяется лишь для того, чтобы навредить ему. Что он получил бы, если бы навредил ему, господин Тянь Ши точно не знал, однако старался в этом разобраться.

Он откинулся на спинку стула, и тот слегка пошатнулся. Это заставило господина Тянь Ши вспомнить тот день, когда он потерял сознание. Неизвестно, сколько именно был без сознания господин Тянь Ши, но за то время Лянь Жэнь мог много чего сделать — украсть деньги и скрыться или же чего похуже, но вместо этого он предпочел отнести его к лекарю. Так что, возможно, Лянь Жэнь вовсе не был плохим человеком. Ведь господин Тянь Ши был уверен, что всегда сможет распознать оного, а внутренний голос продолжал ему говорить, что Лянь Жэнь им не является.

***

На следующий день всё повторилось. Лянь Жэнь спокойно прошёл на кухню и начал растягивать карамельный бублик, изредка поглядывая на господина Тянь Ши и выглядя при этом очень смешно, из-за того, что старался хмурить брови наподобие своего начальника.

— Лянь Жэнь, ты хотел мне что-то сказать? — спросил господин Тянь Ши, не выдержав его взгляда.

Лянь Жэнь несколько раз кивнул и, собравшись с духом, произнёс:

— Доброе утро.

— Доброе, — ответил ему господин Тянь Ши и увидел, как лицо Лянь Жэня озарилось улыбкой.

Лянь Жэнь радостно выдохнул, поскольку посчитал, что господин Тянь Ши более на него не сердится, а значит в скором времени всё вернётся на круги своя.

— Простите меня за мою выходку, я не ведал, что творил. Хотел как лучше, а получилось по-дурацки, простите. Просто однажды в моей жизни уже было так, что близкий мне человек упал, а потом больше никогда не поднимался, и я сильно испугался, что все может повториться, — несколько печально объяснился Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши коротко кивнул, принимая его извинения и понимая теперь, почему же Лянь Жэнь так поступил. После на кухне вновь воцарилось молчание. Господин Тянь Ши вернулся к своему занятию, вновь замечая, как пристально на него смотрит Лянь Жэнь.

— Ты хотел мне ещё что-то сказать?

— Я хотел вам сказать, что я ходил и спрашивал у вашего бывшего помощника о том, что с вами произошло, но сделал это не со злым умыслом, поэтому ничего такого не подумайте. Представляете, ваш бывший помощник теперь работает в «Поросячьем Визге». Он занял моё место, — слегка обиженно протянул Лянь Жэнь.

— Там ему и место, в «Поросячьем Визге», — грубо сказал господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь громко рассмеялся.

— Можно я задам один вопрос и потом отстану от вас? — аккуратно спросил Лянь Жэнь.

— Задавай, — обречённо вздыхая, позволил господин Тянь Ши.

— Вы не кушаете ничего, кроме того, что сами приготовили. Так почему же вы не готовите себе еду вечером, когда закрываете кондитерскую?

— Иногда я так и делаю, но… — господин Тянь Ши сделал небольшую паузу, раздумывая о том, почему же так поступает, — Мне важно видеть, что еду ещё кто-то до меня ел, и с ними ничего плохого не случилось.

Лянь Жэнь выпучил глаза, понимая, к чему ведёт господин Тянь Ши.

— Так вы поэтому поставили столики в кондитерской и стали принимать посетителей, когда же в других кондитерских такого никогда не было! Наверняка поэтому же вы выбросили все ингредиенты того дня, когда вам стало плохо. Вы подумали, что пока вы оставались без сознания, я мог в них что-то подмешать, не так ли?

— Именно так, — строго сказал господин Тянь Ши, — и я не собираюсь за это извиняться. Просто знай, если ты когда-либо захочешь использовать эти знания против меня, я стану призраком и буду преследовать тебя до конца твоей жизни.

Лянь Жэнь улыбнулся, но, серьёзно посмотрев на господина Тянь Ши, сказал:

— Я ни в коем случае не собираюсь с вами так поступать, господин.

— Вот и славно, возвращайся к своей работе.

— Хорошо, господин Тянь Ши, — весело протянул Лянь Жэнь.

***

За приготовлением бороды дракона неделя прошла очень быстро, а руки стали болеть ещё сильнее. Лянь Жэнь разбил столько посуды, что в последний день у него осталось всего десять маленьких фарфоровых тарелочек, которые он практически непрерывно мыл, высушивал и опять раскладывал на них сладости и относил посетителям. Под конец дня господин Тянь Ши вручил Лянь Жэню лишь несколько монет. Это и было его жалование за эту неделю, из которого вычли деньги за разбитую посуду. Лянь Жэнь удивился, поскольку ожидал, что вообще будет должен и несколько монет это уже было хорошо, к тому же Лянь Жэню так и не удалось потратить полученные ранее деньги, поэтому он не волновался насчёт своих финансов.

А вот господин Тянь Ши выглядел слегка виновато, отдавая Лянь Жэню лишь пару монет, и сразу же поспешил оправдаться:

— Завтра я должен получить большую поставку фарфора и мне нужно расплатиться с мастером, поэтому и вычел из твоего жалования так много.

— Не волнуйтесь, господин Тянь Ши, я прекрасно понимаю, что разбил посуды больше, чем кто-либо другой.

— Один мой помощник умудрился разбить всю посуду всего лишь за один день, — ответил ему господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь громко рассмеялся.

— Получается, я не так уж и плохо справился?

— Да, получается, так, — сухо ответил ему господин Тянь Ши.

***

После этого Лянь Жэнь ещё раз поблагодарил господина Тянь Ши протёр столы, постирал свой фартук. Когда же он вернулся в главный зал, с удивлением обнаружил, что на серебряном подносе остались три непроданные сладости.

Господин Тянь Ши сидел за прилавком и наверняка ожидал ещё покупателей, но Лянь Жэнь вознамерился этому помешать, поэтому открыл входную дверь и то и дело всматривался в пустую улицу, чтобы издалека увидеть подходящего покупателя.

По направлению к кондитерской осторожным шагом направлялся мужчина и, завидев его издалека, Лянь Жэнь быстро подошёл к нему и громко сказал:

— Не заходите в кондитерскую, там никаких сладостей не осталось.

— Да мне и не надо было, — глядя на Лянь Жэня, как на сумасшедшего, проронил мужчина.

Тот явно испугался высокого парня, который выскочил как из ниоткуда, поэтому желал как можно быстрее прошмыгнуть мимо него и то и дело поглядывал за его спину, ожидая подходящей возможности сбежать.

Лянь Жэнь пристально посмотрел на мужчину, а тот, не выдержав больше, быстрым шагом обошёл его и побежал вверх по улице, даже не глядя в сторону «Танхулу».

— Лянь Жэнь? — услышал Лянь Жэнь позади себя строгий голос господина Тянь Ши и тут же вздрогнул.

Ему не хотелось оборачиваться, потому что господин Тянь Ши наверняка увидел эту неловкую сцену. Но тот слегка нетерпеливо топнул ногой, и Лянь Жэню таки пришлось к нему подойти.

— Простите меня, — сказал Лянь Жэнь.

— Я… Я тоже хотел бы попросить у тебя извинения за то, что произошло в первый день продажи бороды дракона. Я поступил неправильно, угрожая тебе мечом.

Лянь Жэнь, глядя на господина Тянь Ши, удивлённо приоткрыл рот. Он ещё никогда не слышал, чтобы тот извинялся, поэтому услышать такие слова в свой адрес было сродни настоящему чуду. К тому же господин Тянь Ши выглядел слегка смущённо и неловко из-за того, что слова вызвали такую бурную реакцию и, желая как можно быстрее избавиться от Лянь Жэня, быстро сказал ему:

— Иди домой! Увидимся послезавтра!

— Не волнуйтесь, я ни капли не испугался вашего острого меча, — широко улыбнулся Лянь Жэнь, после чего добавил, — доброго вам вечера и спокойного и крепкого сна.

Сказав это, Лянь Жэнь коротко поклонился и быстрым шагом направился к себе домой придумывать новый план помощи господину Тянь Ши.

ГЛАВА 05. Юаньсяо

Кондитерская «Танхулу» располагалась на довольно оживлённой улице. Маленькое двухэтажное здание с выкрашенной в красный цвет входной дверью, зажатое между двумя такими же постройками.

С восточной стороны располагалась лавка сапожника. Сам владелец был глухонемой, его не волновали многочисленные посетители кондитерской. А вот с западной стороны жила старая сварливая бабушка, которая мастерила старомодные украшения. Она каждый день выходила с метлой и угрожающе смотрела на длинную очередь у двери кондитерской. Покупатели тут же в страхе умолкали, а она не забывала сплюнуть им под ноги и, высоко подняв сморщенный нос, возвращалась к себе, чтобы покормить своих многочисленных рыжих кошек. Они часто грелись на солнце, засыпая на заборе, что разделял кондитерскую и дом их хозяйки. Нередко, как уже Лянь Жэнь успел заметить, кошки вальяжно прогуливались по заднему двору кондитерской, считая его своей территорией. Лянь Жэню эти кошки нравились, а вот господину Тянь Ши не очень, так что в обязанности Лянь Жэня в том числе входило и перебрасывание их обратно через забор.

А вот напротив кондитерской располагались в ровный ряд чайный дом, огромная таверна, знаменитая своими паровыми пельменями из мяса гуся, и небольшая лапшичная.

И владелец каждого из этих заведений был уверен, что благодаря именно ему кондитерская «Танхулу» стала таким посещаемым местом.

Владелец чайного дома считал, что после его горького чая люди шли в кондитерскую за сладостями и, чтобы это не случалось так часто, стал предлагать своим посетителям засахаренные фрукты. Они были столь сладкими, что у всех начинали болеть зубы уже после одного кусочка.

Хозяин таверны с пельменями считал, что после жирных пельменей людям хотелось чего-то сладкого, так что он придумал новый рецепт пельменей со сладкой начинкой. Однако они оказались такими противными на вкус, что, однажды попробовав, повторно их никто не заказывал.

Хозяин лапшичной считал, что из-за излишней остроты его лапши люди потом шли в кондитерскую, чтобы смягчить послевкусие. Как-то раз он попробовал класть меньше перца и чуть не лишился своих немногочисленных посетителей, которым сильно не понравился новый вкус лапши. Так что ему пришлось вернуть изначальное количество перца. Каждый из них терпеть не мог и самого господина Тянь Ши, и его кондитерскую. И лишь Лянь Жэнь знал, что все трое и в подмётки не годились господину Тянь Ши ведь более искусного повара, он не встречал, а более изысканных сладостей в жизни не ел.

Но сейчас Лянь Жэнь осознанно пошел на измену.

Воровато оглянувшись по сторонам, Лянь Жэнь присел на порог кондитерской. Улица была пуста, а до рассвета осталось ещё немного времени, поэтому он вытащил маленький свёрток бумаги из-под одежды, развернул его и аккуратно откусил кусочек сладкого десерта.

— Что ты делаешь?

Голос господина Тянь Ши прозвучал прямо над ухом Лянь Жэня, который от испуга быстро проглотил сладость и, чуть не поперхнувшись ею, ясно проговорил:

— Изменяю вам, господин.

Господин Тянь Ши не расслышал Лянь Жэня, и, чтобы понять в чем же дело, он сначала обошёл его и повесил над входной дверью фонарь, что из-за предрассветной темени всё ещё был нужен, а после, придерживая своё левое бедро рукой, встал перед Лянь Жэнем и слегка к нему наклонился, чтобы лучше расслышать.

— Лянь Жэнь, повтори, что ты сказал?

— Сказал, что изменяю вам, господин.

Прежде чем взметнувшиеся вверх от удивления брови господина Тянь Ши успели достигнуть затылка, Лянь Жэнь поспешил объясниться. Обернув к нему бумажный конверт, он показал господину Тянь Ши несколько кусочков бороды дракона, края которых успели подтаять.

— Понимаете, я всю неделю её готовил, и ближе к выходному у меня начала кружиться голова от одного лишь её сладкого запаха. Так что я купил это в кондитерской, что находится в квартале отсюда.

— Ты мог бы купить одну в моей кондитерской, как в прошлый раз, — пристально на него глядя, сказал господин Тянь Ши.

— Как бы я мог, когда я знал, что то, что остаётся, является вашим ужином. Я не мог лишить вас единственной пищи.

— Почему не купил в свой выходной? — спросил господин Тянь Ши, чей голос прозвучал немного странно, поскольку он внезапно смутился от такого проявления заботы.

— В той кондитерской вчера тоже был выходной, — обречённо выдохнул Лянь Жэнь.

— Почему их Борода Дракона имеет такой темно-фиолетовый цвет? — спросил господин Тянь Ши, сделав шаг вперёд, чтобы разглядеть сладость в руках Лянь Жэня.

— Туда добавили молотый порошок фиолетового ямса, — пояснил тот.

— Вкусно? — неожиданно уточнил господин Тянь Ши.

— Вкусно, но я уверен, что вы приготовили бы намного вкуснее, — глядя на него снизу вверх, сказал Лянь Жэнь.

— В следующий раз надо тоже попробовать сделать цветную Бороду Дракона, — проговорил господин Тянь Ши, выпрямившись, — когда доешь, приходи на кухню, сегодня мы будем готовить юаньсяо.

“Пронесло” — подумал про себя Лянь Жэнь.

***

— Что такое юаньсяо? — спросил Лянь Жэнь, ворвавшись на кухню, где господин Тянь Ши, высоко засучив рукава, открыл все шкафчики и принялся доставать оттуда все необходимые ингредиенты.

— Ты не знаешь? —удивлённо посмотрел на него господин Тянь Ши, — Это рисовые шарики с начинкой.

— А у нас их называют танъюань или долгожданная встреча после долгой разлуки — ярко улыбнувшись, сказал Лянь Жэнь, после чего добавил, — мы с вами не виделись всего лишь день, а ощущение, будто встретились после долгой разлуки. Мне кажется, вы даже поправились.

— Прекращай говорить глупости и займись своими делами, — буркнул тот, смущённый такими словами.

— Хорошо, господин! — весело воскликнул Лянь Жэнь.

Лянь Жэнь надел на себя фартук и, пока мыл руки, стал думать о том, что господин Тянь Ши не такой уж и невыносимый, как говорили остальные. Лянь Жэню даже казалось, что он уже привык к разговорам с господином Тянь Ши. Иногда тот проявлял заботу по отношению к нему и порою извинялся, когда понимал, что, как он сам говорил, переборщил. Он просто обычный человек с тяжелой судьбой, решил для себя Лянь Жэнь, пока готовился к трудовому дню.

А пока он размышлял, господин Тянь Ши смешал раздробленные до консистенции порошка орехи разного рода, семечки и миндаль с вареньем из персика, после чего добавил небольшое количество масла.

— Лянь Жэнь, дай мне ещё немного дробленых орехов. Я сделаю юаньсяо чуть больше, чем обычно, чтобы покупатели не возмущались, что им дозволено купить всего лишь три штуки, — сказал он Лянь Жэню, ожидая, когда тот принесет ему орехи.

— Хорошо, господин Тянь Ши, чуть больше, так чуть больше, — отозвался Лянь Жэнь, хитро глядя на чан, полный дробленых орехов.

Получившуюся густую смесь он разложил на противне и плотно утрамбовал, поставив в холодное место, чтобы остывала. Когда она затвердела, Лянь Жэнь, по указаниям господина Тянь Ши, порезал её на маленькие кубики, которые были будущей начинкой для юаньсяо.

Пока Лянь Жэнь возился с кубиками, пытаясь вырезать их как можно ровнее, господин Тянь Ши занялся приготовлением бульона для варки рисовых шариков.

В большой чан с водой он добавил кувшин рисового вина, стручок ванили, несколько очищенных мандаринов и множество ароматных специй. В то время как он ждал, пока сладкий бульон вскипит, он успел всыпать порошковый краситель в три разные ёмкости с рисовой мукой. На этот раз господин Тянь Ши использовал насыщенный зелёный, жёлтый, похожий на лепестки подсолнуха, и нежно-розовый, напоминающий цветущую вишню.

После этого господин Тянь Ши и Лянь Жэнь расположились по обе стороны от кипящего котла и начали поочерёдно большой шумовкой обмокать кубики из орехов в бульон, после чего обваливали их в цветной муке.

Такие несложные манипуляции они проделывали по несколько раз, пока начинка не приобретала форму красивого блестящего шарика размером с большой абрикос.

Работать приходилось быстро, потому что, если юаньсяо передержать в воде, начинка могла развалиться, а если слишком долго обваливать в муке, то юаньсяо могли получиться несколько сырыми.

Лянь Жэнь, который расположился с левой стороны котла, восторженно наблюдал за тем, как умело господин Тянь Ши орудовал своей левой рукой, ведь тот расположился справа и обмокать юаньсяо в кипящую воду ему приходилось исключительно левой, чтобы не обжечься. Лянь Жэнь предложил ему поменяться, но господин Тянь Ши сказал, что он давным-давно приноровился и ему так даже удобнее.

Лянь Жэнь посмотрел на него с восторгом и подумал о том, что когда-нибудь он станет таким же хорошим поваром, а пока что ему оставалось только за ним наблюдать и обучаться всем тонкостям приготовления сладостей.

***

— Мне кажется, или на этот раз получилось намного больше сладостей, чем обычно? — сказал господин Тянь Ши, когда они переложили все юаньсяо в большие корзины. Их было очень много, но даже так не все сладости в них поместились, поэтому пришлось доставать ещё несколько ёмкостей, которые нашлись на кухне.

— Это потому, что вы сделали их чуть больше, чем обычно. Или же я снова напортачил, — неловко глядя на всё это безобразие, сказал Лянь Жэнь.

— Больше сделали, значит больше продадим, — уверенно ответил господин Тянь Ши и присел на высокий стул за прилавком.

Лянь Жэнь коварно улыбнулся, поскольку счёл, что эта маленькая шалость ему удалась, и господин Тянь Ши в этот раз ничего не заподозрит.

По обычаю господин Тянь Ши продавал по три штуки юаньсяо с начинкой, зацепив их длинными щипцами из корзиной и укладывая их в красивую рисовую бумагу, которая не прилипала. Почему-то все покупатели желали именно разноцветные юаньсяо, поэтому господин Тянь Ши клал по одной сладости каждого цвета и вручал счастливому покупателю.

Тем удачливым посетители, которым удавалось поймать место за столиком, сладости подавались совершенно иным способом. Лянь Жэнь приносил им их юаньсяо в глубокой фарфоровой миске, прямо на месте подливал сладкий медовый сироп и довольно смотрел, как посетители прикрывали глаза от наслаждения, когда у них во рту оказывались сладости, приготовленные господином Тянь Ши.

День подходил к концу, и поскольку больше желающих отведать юаньсяо за столиками не было, Лянь Жэнь отправился на кухню, чтобы перемыть посуду, когда услышал громкий голос господина Тянь Ши:

— Если ты закончил, можешь быть свободным.

С кухни выбежал удивлённый Лянь Жэнь, который обнаружил, что все юаньсяо продались.

— Это же невозможно, я так старался, а они опять всё раскупили! — в сердцах выкрикнул Лянь Жэнь, после чего прикрыл рот рукой, поняв, что опять сболтнул лишнего.

— Лянь Жэнь, — по слогам произнеся его имя, с нажимом проговорил господин Тянь Ши, — Что ты опять натворил?

— Ничего, — потерянно пролепетал Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши слез со своего высокого стула и подошёл практически вплотную к Лянь Жэню, пристально глядя ему прямо в глаза.

— Ты не умеешь врать. Скажи, что ты опять натворил.

Лянь Жэнь растеряно отступил на шаг назад и, закусив нижнюю губу, в конце концов всё-таки решился всё рассказать. Во всяком случае другого выхода у него не было, ведь господин Тянь Ши непременно что-то заподозрил и очень некстати посмотрел на свой меч, что висел на стене.

— Я просто дал вам больше ингредиентов для начинки, чтобы в итоге юаньсяо получилось побольше. Вы ничего такого не подумайте, я не хотел вас отравить. Просто я посоветовался со своими домашними учёными, и они сказали, что для того, чтобы человек начал поглощать пищу в нормальном количестве, сначала нужно постепенно увеличивать его порции. Вот я и подумал, что если сегодня мы приготовим больше юаньсяо, то и вам на ужин их останется больше.

Господин Тянь Ши, хмуро на него глядя, тяжело вздохнул. Ситуация начинала его неимоверно бесить, и он изо всех сил сдерживался, чтобы не треснуть чем-нибудь по голове Лянь Жэня.

— Ты опять пошёл против моих правил, — недовольно сказал он.

— Никакого правила о том, что запрещено подавать больше ингредиентов, не было, господин, — сказал Лянь Жэнь и сразу же пожалел о том, что пошёл против господина Тянь Ши, потому что сразу же получил от того испепеляющий взгляд.

— Перестань в это вмешиваться и начни выполнять свои прямые обязанности.

— Но я ничего такого не сделал, — попытался воспротивиться Лянь Жэнь, хоть и понимал, что это было бесполезно.

— Ещё раз такое сделаешь и будешь уволен.

— Я все понял. Доброй ночи, господин Тянь Ши, — сказал Лянь Жэнь и, шаркая ногами, направился к двери.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь, — услышал он позади себя.

***

На следующий день всё повторилось. Только на этот раз господин Тянь Ши сразу же заметил, когда Лянь Жэнь подал ему больше ингредиентов и, сидя на низком стуле, обернулся, хмуро на него глядя.

— Ты снова за свое? — тяжело вздыхая, произнес господин Тянь Ши.

— Да, ведь вы не можете и дальше так жить, — сказал Лянь Жэнь, понимая, что ни о чём не жалеет.

— Лянь Жэнь, мы не в тех отношениях, чтобы я отчитывался тебе за то, как собираюсь прожить свою жизнь.

Сказав это, даже господину Тянь Ши показалось, что его слова прозвучали слишком грубо, но сказанного уже было не вернуть. К его удивлению, Лянь Жэнь воспринял его слова совершенно иным образом и, даже не посмев на него взглянуть, спросил:

— Господин Тянь Ши, я плохой работник, да?

— Нет, Лянь Жэнь, ты хороший работник, — абсолютно честно ответил ему господин Тянь Ши, — но иногда ты перегибаешь.

— Простите, я больше не буду

— Что ты не будешь? — словно с маленьким ребенком стал говорить господин Тянь Ши.

— Перегибать.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, и каждый из них вернулся к своей работе.

***

— Лянь Жэнь, ты хороший работник. Ты хороший работник, Лянь Жэнь. Ты замечательный работник, Лянь Жэнь, Лянь Жэнь, ты лучший работник на свете.

Весь день Лянь Жэнь ходил по главному залу и повторял себе тихо под нос эти слова. Ему так понравилось, что господин Тянь Ши посчитал его хорошим работником, что он не мог выкинуть эти слова из головы. Конечно же, это была чистая правда — господин Тянь Ши не стал бы врать, он всегда был до невозможности прямолинеен.

Будучи в прекрасном расположении духа, Лянь Жэнь весь день порхал между столиками, словно весёлая бабочка, которая не знала усталости, и, так же радостно улыбаясь, он упорхнул домой, пожелав господину Тянь Ши прекрасного вечера. Лянь Жэнь был очень доволен проделанной работой ведь под конец вечера на прилавке осталось ровно пять юаньсяо. А значит, этим вечером господин Тянь Ши точно не останется голодным.

Вечером, придя домой, он, конечно же, вновь посоветовался со своими домашними учёными, коими считал своих соседей по общежитию, и все они дружно пришли к выводу, что бедного и голодного господина Тянь Ши непременно следует покормить.

***

— Если вы не умеете ничего готовить, кроме сладких блюд, позвольте мне готовить для вас! — громко выкрикнул Лянь Жэнь, как только пришёл на следующий день на работу.

Господин Тянь Ши послал ему хмурый взгляд и увлёкся изготовлением начинки для юаньсяо, посчитав, что вскоре Лянь Жэнь от него отстанет, но не тут-то было.

— Хотите, я приготовлю для вас пельмени с мясом, у меня они очень хорошо выходят.

— Ненавижу мясо, — тут же сказал господин Тянь Ши.

— Тогда как насчёт пельменей с овощами, или с грибами, или на пару, или жареных, или...

— Или никаких. Никакие будут в самый раз.

— Почему вы так говорите, господин Тянь Ши? — расстроенно протянул Лянь Жэнь.

— Потому что я не буду есть ничего из того, что ты приготовишь.

— Вы сомневаетесь, что я хороший повар?

— Нет, я просто тебе не доверяю, — спокойно ответил господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь даже не думал обижаться на такие слова, однако он собирался немедленно исправить это упущение с недоверием к его персоне.

Они по обычаю занялись готовкой, и Лянь Жэнь не умолкал ни на секунду, рассказывая о своей жизни до прихода в «Танхулу».

В пять лет Лянь Жэнь бежал-бежал, споткнулся, упал и разбил колени. В десять лет Лянь Жэнь бежал-бежал, споткнулся, упал и сломал руку. В пятнадцать лет Лянь Жэнь бежал-бежал, не споткнулся, не упал и сумел перепрыгнуть через огромный овраг. Так он понял, что детство кончилось, и наступила взрослая пора.

Лянь Жэнь начал рассказывать о каждой мелочи, которую он помнил с самого раннего детства, и господин Тянь Ши уже начал жалеть о сказанных словах. Как же было хорошо раньше, когда Лянь Жэнь обижался на него и молчал.

Видимо, господин Тянь Ши не оценил в полной мере тишину, которая его окружала, и теперь небеса покарали его за невежество.

В один момент господин Тянь Ши не выдержал и, чтобы отвлечь Лянь Жэня от рассказа, как он ловил муравьёв в возрасте шести лет, спросил:

— Лянь Жэнь, сколько тебе лет?

— Двадцать два, — ярко улыбаясь, ответил Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши обречённо выдохнул. Ему осталось дослушать еще целых шестнадцать лет, и он понимал, что не в состоянии. Поэтому он попытался перевести тему:

— Боже, когда ты родился, я уже заканчивал начальное обучение, — обреченно сказал он.

— Господин Тянь Ши, вам тридцать два, что ли? — изумлённо спросил Лянь Жэнь.

— Ты думал, я старше? — раздражённо спросил господин Тянь Ши.

— Нет, что вы, — тут же начал отпираться Лянь Жэнь, — я думал, что мы ровесники.

— Ну конечно, — закатил глаза господин Тянь Ши — Лянь Жэнь, больше никогда не ври.

— Почему?

— Потому что ты не умеешь этого делать!

— Господин Тянь Ши, — осторожно начал Лянь Жэнь после небольшого перерыва, когда они были слишком заняты готовкой чтобы отвлечься на разговоры, — может быть, вы… Меня…

— Уж не возомнил ты себе, что я стану господином тебя величать?

Лянь Жэнь открыл было рот, чтобы ответить «конечно», но, опомнившись, закрыл рот обратно. Ему было бы приятно, если бы господин Тянь Ши стал бы называть его так при других. Он уже представлял себе, как красиво будет звучать фраза «Господин Лянь Жэнь, подайте вон тому столику еще порцию чая», но понимал, что господин Тянь Ши ни за что не станет так делать.

— Чего замолчал? — с вызовом на него посмотрев, спросил господин Тянь Ши.

— Просто думал о том, что вы должны меня называть как вам удобнее, — улыбаясь, ответил Лянь Жэнь, — а если станете слишком формально ко мне обращаться, мне и самому станет неловко, поэтому продолжайте делать это так, как делаете сейчас.

— Ну спасибо, что разрешил. А то, как я без твоего разрешения, — буркнул недовольно господин Тянь Ши и вернулся к готовке.

***

— Может быть, остренькой лапши? У нас есть мука, и я могу быстренько её приготовить.

— Лянь Жэнь, нет.

— А как насчёт отбивных? — спросил Лянь Жэнь, но, поймав недовольный взгляд господина Тянь Ши, тут же вспомнил, — Ах, точно, вы же не любите мясо, я забыл, простите. Тогда как насчёт риса с овощами, или жареного риса на сковороде, или простого обычного риса?

— Лянь Жэнь, нет, — устало сказал ему господин Тянь Ши.

— Может, сгонять быстро на рынок и купить овощей? Сделаю вкусный овощной суп или просто пожарю их с маслом.

— Лянь Жэнь, какую часть из слова нет ты не понял сегодня?

На протяжении всего дня Лянь Жэнь продолжал кружить вокруг господина Тянь Ши и предлагать ему различные блюда, которые мог бы ему приготовить.

— Вы всё ещё мне не доверяете, да? — грустно на него посмотрев, спросил Лянь Жэнь.

— Всё ещё не доверяю, — подтвердил господин Тянь Ши, которого сегодняшнее поведение его помощника уже порядком достало.

Лянь Жэнь тяжело вздохнул и вернулся к работе, а вечером, когда посетителей поубавилось, он, облокотившись о прилавок, продолжил перечислять господину Тянь Ши всевозможные блюда, которых в жизни не готовил, а просто знал об их существовании. Вскоре это понял и сам господин Тянь Ши, потому что дошло до столь сложных блюд, что даже он не знал, как их готовить и наверняка их подавали только на Императорский стол.

— Я всё ещё тебе не доверяю, поэтому перестань.

— А как насчёт того, что я приготовлю только одну порцию и мы её разделим?

— Ты мог бы принять противоядие заранее.

— Какое еще противоядие, господин Тянь Ши? — обречённо протянул Лянь Жэнь. Он уже не понимал, как ещё разговаривать с этим человеком и убедить его в том, что он не хотел ему причинить никакого вреда — наоборот, он хотел только всего самого лучшего.

— Я ведь приготовлю блюдо под вашим наблюдением и только из тех ингредиентов, что находятся у вас на кухне.

— Если бы я желал, я бы сам мог себе приготовить.

— Ну нет, честно признаться, когда дело доходит до того, чтобы позаботиться о самом себе, вы просто забиваете на себя. Поэтому я и сказал, что приготовлю это для вас, ведь вы сами точно этого не сделаете. А если вы сомневаетесь в моих честных намерениях, я не буду иметь ничего против того, чтобы вы проверили мою еду серебряной ложкой.

— Существуют яды, которых не может выявить даже серебряная ложка.

— И какова вероятность, что я смогу такое достать?

— Хм, во всяком случае такое возможно, — сказал господин Тянь Ши после небольшой заминки, — тебе мог бы этот яд кто-то предоставить.

— Чтобы что? Отравить вас и занять ваше место? Может быть, когда-то это и было так, а сейчас все кондитерские города на вас равняются. Ваше кондитерская самая лучшая, и никто в вас уже не сомневается, так что хорошенько подумайте — что могу получить я или кто-то другой, если отравит вас?

— Люди злые просто потому, что они такие от природы, и могут сделать такое без великого умысла, — сказал совершенно спокойно господин Тянь Ши.

— Но не я! Я не такой, — чуть громче, чем надо было бы, воскликнул Лянь Жэнь, — и я на вас обижусь, если продолжите так обо мне говорить. Я просто желаю вам помочь, потому что вы были благосклонны ко мне и дали второй шанс. Я за это очень благодарен, между прочим.

— Ты не отстанешь от меня, да? — тяжело вздыхая, спросил господин Тянь Ши.

— Нет, я не отстану и предлагаю вам спор, — воодушевленно сказал Лянь Жэнь, поскольку новая гениальная идея только что пришла ему в голову.

— Какой ещё спор, Лянь Жэнь?

— Если я на протяжении одного дня не разобью посуды, вы разрешите мне приготовить вам маньтоу.

— Маньтоу? Почему именно её?

— Других ингредиентов у вас вряд ли найдётся, а маньтоу можно сделать вкусной, не добавляя при этом сахара. Ведь вы же не можете продолжать всё свою жизнь есть сахар.

— Ты внезапно стал иметь что-то не только против меня, но и против сахара? — удивлённо спросил господин Тянь Ши.

— Вам я желаю всего самого лучшего, а вот сахар… Он, конечно, вкусный, но мои домашние учёные сказали, что вредно питаться одним лишь сахаром.

— Ладно, один день ты не бьешь посуду, и я разрешу тебе приготовить маньтоу, — сказал господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь засиял яркой улыбкой. По пути домой он уже воображал, как изумит господина Тянь Ши своими невероятными умениями готовить маньтоу.

А господин Тянь Ши тем же вечером, отойдя ко сну и не в силах заснуть во всё ещё холодной кровати, продолжал думать не о вкусных маньтоу, а о причине его согласия на этот глупый спор. И ближе к полуночи он пришел к выводу, что, вероятно, он просто устал и слегка подрастерял хватку. Но это ещё не означало, что Лянь Жэню так легко получится заставить его съесть приготовленную им маньтоу. Он ведь сказал, что разрешит приготовить булочку, но ничего не говорил про то, что съест её.

***

Лянь Жэню казалось, что весь мир против него. Как назло, каждый божий день он что-то разбивал. Как-то раз он даже умудрился споткнуться на ровном месте и тут же растянулся на полу во весь рост, прямо рядом с несколькими замужними барышнями. Те тут же стали верещать, что он извращенец и таким образом пытался заглянуть им под юбки. Лянь Жэнь долго извинялся перед ними, хоть у него самого всё болело, и он хотел, чтобы его кто-нибудь пожалел.

Господин Тянь Ши сделал вид, что ничего не произошло, а под конец дня дал ему маленькую баночку с мазями, сказав, что если его ноге это помогает, то и синякам Лянь Жэня должно. Он ею конечно же воспользовался, однако после ему полночи пришлось проветривать комнату, чтобы запах стал хоть немного менее резким. Зато синяки и правда прошли очень быстро. Жаль, разбитую посуду нельзя было намазать ею же.

Лянь Жэнь совсем отчаялся, ведь разбивал посуду каждый день с тех пор, как загорелся идеей накормить господина Тянь Ши. А ведь он сам не знал, почему так хотел сделать это. Возможно, из-за обычной скуки, а может быть просто пожелал чего-то хорошего для угрюмого господина Тянь Ши, ведь так хотелось, чтобы тот вновь улыбнулся, прямо как в тот раз...

Лянь Жэнь тяжело вздохнул и вернулся к работе. В последний день перед выходным он так осторожно перемещался по кондитерской, чтобы ничего не разбить, что вероятнее всего показался посетителем огромной улиткой.

Некоторые из них не постеснялись и прямо сказали об этом Лянь Жэню, на что тот по обычаю лишь широко улыбнулся, пропуская мимо ушей их нелестные слова. А когда рабочий день вот-вот должен был закончиться, Лянь Жэнь был очень горд собой, ведь ему и вправду удалось ничего не разбить за этот день.

А вот господин Тянь Ши, наоборот, никак не хотел закрыть кондитерскую и дожидался, пока шумная компания из нескольких молодых людей за дальним столиком с аппетитом закончит уплетать разноцветные юаньсяо.

Господин Тянь Ши смотрел на них и вспоминал о собственной бурной молодости. Когда-то давно он очень любил вкусно покушать, особенно — готовить сам. Потом, когда он получил ранение, готовка помогла пережить тёмные времена и смириться со своим существованием. Готовка приносила господину Тянь Ши удовольствие и покой, которых так желала его израненная душа. Но после того, как его отравили, еда стала для него проклятием.

Сидя на высоком стуле и подпирая голову правой рукой, господин Тянь Ши незаметно для всех улыбался, ведь со временем его единственной отдушиной стало наблюдение за тем, как другие люди наслаждаются приготовленной им едой. Господин Тянь Ши начал любить смотреть, как другие получают от еды удовольствие, поскольку для него самого потребление пищи стало сродни настоящей пытке.

***

— Ой, кажется вам нужно закрывать кондитерскую, а вы только нас и ждёте, — встрепенулся один из парней за дальним столиком.

— Простите нас, мы заболтались, — сказал другой, коротко поклонившись.

Лянь Жэнь тут же подлетел к ним, принимая из рук одного из них плату за съеденные сладости.

— Не волнуйтесь, мы работаем до последнего посетителя! — сказал весело Лянь Жэнь и потянулся к карману на своём фартуке, чтобы положить туда полученные монеты и по неосторожности задел маленькое блюдце, что стояло на самом краю стола, и огромными выпученными глазами смотрел, как оно летит прямо вниз.

Ещё немного, и все его надежды разобьются об деревянный пол, как и это фарфоровое блюдце, думал Лянь Жэнь. Но один из последних посетителей оказался обладателем завидной реакции и сумел поймать блюдце в последний момент, когда оно было в нескольких миллиметрах от пола.

— Вы нас простите, — сказал он ещё раз, вручая Лянь Жэню в руки маленькое блюдце, — вас бы наверняка отругали за то, что из-за нас вы бы разбили посуду.

— Благодарим вас за ваш теплый прием. Обязательно к вам еще заглянем, — пообещал другой парень, и они так стремительно вышли из кондитерской, весело хохоча, что Лянь Жэнь не успел их даже поблагодарить.

— Фарфор был героически спасен, — сказал Лянь Жэнь, подходя к прилавку, — а это значит, что я выиграл этот спор и могу приготовить маньтоу.

Господин Тянь Ши хмуро его оглядел. По его лицу было видно, что он не в восторге от такого исхода и с большей радостью предпочел бы, чтобы Лянь Жэнь перебил весь его фарфор. Однако выхода не было, и после того, как господин Тянь Ши закрыл на ключ кондитерскую, они направились на кухню, где Лянь Жэню предстояла тяжелая работа под конец дня.

— Ты мог бы уйти пораньше и наслаждаться своим выходным, — ворчливо сказал господин Тянь Ши, присаживаясь на стул возле кухонного стола.

— Выходной завтра, а сегодня у меня есть важная обязанность!

— Разорить меня, да? — недовольно спросил господин Тянь Ши, глядя на то, как Лянь Жэнь потянулся к открытому ранее шкафчику, в котором хранилась пшеничная мука.

— Вы же её все равно не используете, в ней скоро червячки заведутся, и вам придется её выбросить.

— Червяков можем продать. Вон через два квартала открылся ларек, в котором готовят жареных насекомых.

— Ваши шутки несмешные, господин Тянь Ши, вам нужно еще потренироваться, — тихо пробубнил себе под нос Лянь Жэнь, который терпеть не мог насекомых, несмотря на то что вырос в деревне и должен был к ним привыкнуть как никто другой.

О том, чтобы есть этих самых насекомых, ему даже думать было противно, и он предпочел поскорее заняться готовкой, нежели думать о насекомых, что столь противно шевелят всеми своими многочисленными конечностями.

Чтобы об этом не думать, Лянь Жэнь принялся за готовку паровой булочки. Приготовить такую булочку проще простого — всего лишь нужно развести дрожжи в тёплой воде, немного подождать и несколько раз просеять пшеничную муку, чтобы та была воздушной. После, всё это смешать, добавить щепоточку соли и хорошенько замесить тесто.

Пока Лянь Жэнь всем этим занимался, господин Тянь Ши пристально за ним следил и кивнул одобрительно, когда Лянь Жэнь проверил смесь с помощью серебряной ложки.

— Нужно подождать, пока оно поднимется, — пояснил Лянь Жэнь и сел за стол напротив господина Тянь Ши.

— Теперь, когда ты освободился, может расскажешь, зачем сделал столько теста, если собирался приготовить всего лишь одну маньтоу?

Только сейчас Лянь Жэнь осознал, что и правда по привычке приготовил большое количество теста. Конечно же он не собирался готовить всего лишь одну маньтоу, но из этого количества выходило около десятка, и Лянь Жэнь и не надеялся, что господин Тянь Ши осмелится съесть так много.

— Немного не рассчитал, — честно признался Лянь Жэнь, неловко почёсывая свой затылок, — я просто привык, что вы всегда готовите большие порции, и перенял у вас эту привычку.

— Не говори глупостей, такое невозможно перенять за столь короткий период.

— Возможно! — тут же воскликнул Лянь Жэнь — К тому же, я уже месяц у вас работаю, а это не такой уж и короткий срок.

— Разве прошел уже месяц? — изумленно спросил господин Тянь Ши.

— Да, долгий месяц, полный сладостей и битой посуды.

— Невероятно… — задумчиво проговорил господин Тянь Ши и погрузился в свои мысли.

Лянь Жэнь решил ему не мешать, видя такую растерянность на лице господина Тянь Ши, и принялся заниматься тестом, которое увеличилось в объёме. Теперь нужно было ещё раз хорошенько помесить, чтобы из теста вышли все пузырьки. После этого Лянь Жэнь скатал его в длинную колбаску, разрезал на двенадцать одинаковых частей и слепил из них круглые белоснежные булочки, которые поместил в бамбуковую пароварку и принялся ждать, когда же они будут готовы.

Хоть господин Тянь Ши уже согласился на этот спор, перспектива есть что-то, приготовленное другим, по-прежнему вызывала бурю тревожных мыслей, и он хотел прогнать Лянь Жэня с его глупыми идеями. Так что ему приходилось почти заставлять себя продолжать сидеть на месте, глядя на своего чересчур целеустремлённого помощника.

— Готово, — весело воскликнул Лянь Жэнь, — я выучил маленький секрет от моей матери, которая всегда говорила, что маньтоу нужно оставить ещё немного в пароварке, чтобы они не сморщились сверху.

— Все об этом знают, так что это не секрет, — не согласился господин Тянь Ши.

— А я об этом не знал. Я ведь, до того, как приехал в город, думал, что хороший повар. Однако, оказавшись тут, понял, что мне до хорошего повара ещё далеко.

— Ты очень молод, Лянь Жэнь, у тебя всё ещё впереди, — ободряюще сказал ему господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь широко улыбнулся.

Он достал черную квадратную тарелку из любимого сервиза господина Тянь Ши, который тот хранил на самой верхней полке и никогда не разрешал к нему прикасаться. В этот же раз он на удивление ничего не сказал и позволил Лянь Жэню ею воспользоваться.

Лянь Жэнь присел на стул напротив господина Тянь Ши, поставил тарелку между ними и острым ножом разрезал обе булочки, от которых всё ещё исходил пар. Булочки получились пышными, ароматными и белоснежно-белыми, и Лянь Жэнь был очень горд проделанной работой.

— Почему две булочки, ты говорил про одну? — спросил господин Тянь Ши, сузив глаза.

— Одну мне, а одну вам. По одной половине от каждой, ведь я собираюсь их съесть прямо у вас на глазах, чтобы вы убедились в том, что я не намерен вас отравить.

— Приступай!

Лянь Жэнь взял одну половинку булочки и целиком запихнул в рот, громко чавкая, потому что она норовила обжечь ему язык.

— Вкуснотища… — протянул он после того, как успешно проглотил половинку маньтоу.

— Это блюдо сложно испортить, — усмехнулся господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь успел на долю секунды заметить, как уголки его губ поднялись вверх.

— Если вы вздумали шутить, значит, у вас хорошее настроение, а это располагает к вкусной еде. Пожалуйста, угощайтесь, — сказал Лянь Жэнь и улыбнулся так широко, как только мог.

— Я ничего не говорил о том, что съем приготовленную тобой маньтоу, мы договорились лишь о том, что я разрешу тебе её приготовить.

— Ну уж нет! Так нечестно! — громко хлопнул ладонями об стол Лянь Жэнь, возмущённый таким поведением господина Тянь Ши.

— По-моему, очень честно, если взять в расчет то, что я пошел против собственных правил и разрешил тебе готовить на моей кухне.

— Ну господин Тянь Ши, вы ведь обещали, ну так нечестно, я ради чего так старался?

— Ты мне скажи, ради чего? — спокойно сказал господин Тянь Ши, которого слова Лянь Жэня ни капли не разжалобили.

— Ради вас! — тут же воскликнул Лянь Жэнь.

— Боишься, что я скоро копыта откину? — хитро на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Несмешно! — воскликнул Лянь Жэнь, который уже отчаялся достучаться до упрямого господина Тянь Ши.

— Тогда подай мне палочки! — приказным тоном сказал господин Тянь Ши, который выглядел решительно и под хмурым взглядом Лянь Жэня решился сдаться и всё-таки попробовать маньтоу.

— Нет, ешьте булочки руками, пожалуйста, мои домашние учёные сказали, что, когда кушаешь руками, становишься к ней ближе, и от этого повышается аппетит.

— Жаль, я не могу тебе запретить общаться с этими твоими учеными, — буркнул себе под нос господин Тянь Ши и, взяв в руки половину маньтоу, оторвал маленький кусочек и положил в рот.

Господин Тянь Ши очень долго разжёвывал булочку, и у Лянь Жэня сложилось впечатление, что тот собирается в конце концов её сплюнуть прямо на пол, поэтому он поспешил спросить:

— Вы стесняетесь есть предо мной? Если так, я могу отвернуться.

Господин Тянь Ши сделал усилие над собой и с трудом проглотил маленький кусочек булочки, а потом ответил:

— Глупости какие. Давай ешь свою половину.

Сказав это, господин Тянь Ши подтолкнул тарелку под нос Лянь Жэня и тот, широко улыбнувшись, откусил огромный кусок от своей маньтоу. По правде говоря, он и сам изголодался и был не прочь съесть хоть все оставшиеся булочки, да только он хотел их оставить господину Тянь Ши. Тот в свою очередь старался не показывать, с каким трудом дался ему этот отважный и, можно сказать даже, отчаянный поступок, ведь его тело всячески пыталось ему в этом помешать. Вот и сейчас, проглотив очередной крошечный кусочек булочки, он почувствовал рвотный позыв. Только чтобы не опозориться перед Лянь Жэнем, он сумел усидеть на месте и, сделав над собой усилие, проглотил следом ещё кусочек, в надежде успокоить свой бушующий желудок.

— Вам осталась ещё одна половинка, — радостно сказал Лянь Жэнь, когда увидел, что господин Тянь Ши благополучно и не так уж сильно кривясь доел первую половину.

— На сегодня хватит, иначе меня стошнит, — честно сказал господин Тянь Ши и, вскочив со своего места, направился к пароварке.

— Что вы делаете? — удивленно спросил Лянь Жэнь, заметив, как тот начал упаковывать в рисовую бумагу остальные маньтоу.

— Заберешь это с собой. Ты ведь их приготовил.

Лянь Жэнь очень долго протестовал, отнекивался и всячески пытался убедить господина Тянь Ши, что он может себе приготовить другие, а эти он сделал специально для него, но в конце концов, чтобы тот вновь не заподозрил Лянь Жэня, пришлось согласиться честно разделить булочки. Прижимая к груди сверток с булочками, Лянь Жэнь, довольный, ушёл домой, посчитав, что то, что произошло сегодня, было огромным прорывом как для него, так и для господина Тянь Ши. И если тот думал, что Лянь Жэнь собирался на этом остановиться, то глубоко ошибался.

ГЛАВА 06. Танхуа

— Господин Тянь Ши, ваш Лянь Жэнь обещал выстрогать для меня высокий стул, где же его носит?

— Господин Тянь Ши, ваш Лянь Жэнь обещал посидеть с моими кошками, пока я буду на рынке, где же его сегодня носит?

— Господин Тянь Ши, где же ваш Лянь Жэнь, сегодня его очередь подметать улицу?

— Где же ваш Лянь Жэнь? — хором спросили три недовольных голоса.

— Я не знаю, где его носит, — рассержено ответил своим соседям господин Тянь Ши, — он сегодня не пришёл на работу.

— Может, с ним что-то случилось? — обеспокоено спросил хозяин таверны напротив.

— Вы должны его проведать, вдруг ему плохо, — подсказал хозяин лапшичной.

— Точно, бедненький Лянь Жэнь, может, ему сейчас совсем худо, — предположила старая соседка, которая, оказывается, могла кому-то сочувствовать.

— Вы обязательно должны его проведать, — хором сказали все три соседа господина Тянь Ши.

— Я не знаю, где он живёт, — хмуро ответил тот.

Он старался припомнить, говорил ли ему Лянь Жэнь, где именно сейчас проживает. Но потом вспомнил, что когда тот начал рассказывать про свою жизнь, господин Тянь Ши, не выдержавший длинного монолога, остановил его на возрасте шести лет. Тогда он ещё жил в какой-то южной забытой богом деревушке, чьего названия господин Тянь Ши точно не помнил. Лишь знал, что та находилась слишком далеко, чтобы успеть от неё добежать до его кондитерской каждое утро.

— Как так можно, он же больше месяца у вас работает, — недовольно протянула старая соседка.

— Вы совсем не заботитесь о своих работниках, господин Тянь Ши, неудивительно, что они от вас так быстро сбегают, — сказал хозяин лапшичной.

— Определённо, я вот всё про своих работников знаю, вплоть до того, как зовут их детей, — сказал хозяин таверны напротив, в которой торговали пельменями из мяса гуся.

— Можно подумать, вы знаете, где живёт Лянь Жэнь, — не выдержав, зло выкрикнул господин Тянь Ши, в ответ на что получил неодобрительные взгляды от своих соседей, которые хором прокричали:

— Конечно знаем…

— Лянь Жэнь живёт в общежитии…

— у мадам Ян, …

— которое находится в восточном конце города.

По очереди сказал каждый из его соседей недовольным голосом, и, не выдержав больше общения с ними, господин Тянь Ши вернулся в свою кондитерскую, громко хлопнув входной дверью.

***

— Господин продавец, а где же ваш помощник? — спросила миловидная барышня высоким голосом, — тот высокий и очень симпатичный помощник, у которого ещё всегда румяные щёчки.

— Нету его сегодня, — по обычаю грубым голосом ответил господин Тянь Ши, который за полдня получил столько вопросов о Лянь Жэне, что уже устал на них отвечать.

— Лянь Жэня сегодня не будет, что ли? — громко спросил покупатель, что стоял десятым в очереди.

— Нет, его сегодня не будет, — с нажимом произнес господин Тянь Ши.

— А когда будет? — продолжал его донимать тот самый мужчина.

— Когда-нибудь, — нахмурив ещё сильнее свои густые брови, ответил господин Тянь Ши, сверля неодобрительном взглядом любопытного мужчину.

— А, ну тогда незачем и стоять здесь, коли его сегодня не будет! — воскликнул тот и покинул кондитерскую.

— Ну и катись, — пробубнил себе под нос господин Тянь Ши, упаковывая миловидной девушке сахарную сладость.

— Благодарю вас, надеюсь, румяные щёчки как можно быстрее вернутся к работе, — сказала девушка и, протирая пол своей длинной юбкой, медленной походкой покинула кондитерскую.

Господину Тянь Ши нечего было ответить молодой барышне, он даже не знал, что же именно произошло с Лянь Жэнем. Поначалу он подумал, что Лянь Жэнь по обычаю проспал и даже был готов его простить за такую оплошность, хоть и не в его привычках было делать подобные поблажки. Он несколько раз выглядывал на улицу, ожидая увидеть запыхавшегося Лянь Жэня с улыбкой до ушей, на бегу извиняющегося за опоздание. Однако так его и не увидев, он решил, что, вероятнее всего, его горе-помощник отравился несвежими маньтоу.

“Где же находится Лянь Жэнь?”, — этот вопрос господин Тянь Ши услышал за тот день по меньшей мере тысячу раз. Всем было интересно, куда же именно подевался вечно улыбающийся помощник.

По какой-то необъяснимой причине господину Тянь Ши и впрямь стало интересно, куда же именно подевался Лянь Жэнь. И несмотря на то, что он был зол на того за отсутствие без предупреждения, господин Тянь Ши всё ещё был готов сменить гнев на милость, если его помощник объяснится. После обеда, когда господин Тянь Ши распродал все сладости, ему стало скучно и он совершенно случайным образом обнаружил комнате старую карту города, на которой таким же случайным образом заметил маленькую надпись о большом доме некой мадам Ян, который находился в противоположном конце города, недалеко от восточных ворот.

И таким же невероятным образом как раз после заката господин Тянь Ши оказался перед тем самым домом.

Широкое одноэтажное здание ничем не впечатлило господина Тянь Ши, а вот его хозяйке это вполне удалось. Мадам Ян сидела на пороге и ковыряла длинным ногтем в носу, но, завидев господина Тянь Ши, тут же вытащила из-за пазухи жёлтый талисман и приклеила его на стену дома.

— Я не демон и не жнец, талисман вам не поможет, — сказал достаточно громко господин Тянь Ши, чтобы быть уверенным в том, что мадам Ян его расслышала.

Вскочив на ноги, та подошла ближе, и господин Тянь Ши смог в полной мере оценить её красоту.

Мадам Ян была женщиной не второй и даже не третьей молодости. Пышная прическа из искусственных волос и горбатый нос на маленьком лице создавали образ, схожий с каким-то неведомым лесным существом, которому за сотню лет. Дорогие нежно-розовые одежды не слишком подходили её возрасту, но именно по ним господин Тянь Ши понял, что эта женщина является хозяйкой дома. Никто в здравом уме не посмел бы такое надеть, не будучи в стенах собственного дома.

— Чё надо? — спросила женщина, уперев руки в бок.

— Лянь Жэнь.

— Нету его! — прокричала женщина, как будто боясь, что господин Тянь Ши её не услышит.

— А если подумать? — спросил господин Тянь Ши, глядя на неё в ответ своим фирменным взглядом, под которым и вражеский шпион выдал бы себя с потрохами.

— Жди тут, — тяжело вздохнув, сказала женщина и направилась в дом, не забыв напоследок сплюнуть господину Тянь Ши прямо под ноги.

***

В дверь Лянь Жэня три раза постучались, а через несколько мгновений на пороге появилась мадам Ян, которая выглядела слегка недовольной и морщила свой и так выразительный нос.

— Слышь, малой, к тебе тут один хмырь наведался, — сказала мадам Ян.

— Что за хмырь? — спросил Лянь Жэнь взволнованно, всё ещё не в состоянии подняться с кровати.

— Да не знаю, убогий какой-то, еле сюда доковылял. Я уж грешным делом подумала, что ты в долги влез и хотела его сюда не пускать, но этот демон так хмуро на меня глянул, что я решила сперва спросить у тебя, пускать его к тебе или нет.

— Нет, что вы, мадам Ян, кажется, это мой начальник из «Танхулу», — слегка приподнявшись с кровати, обеспокоенно сказал Лянь Жэнь.

— Так всё-таки его к тебе пустить, да? — спросила мадам Ян, которая не горела желанием пускать в свой дом противного незнакомца.

— Да, пожалуйста, — сказал Лянь Жэнь, глядя на неё щенячьим взглядом, и мадам Ян растрогалась.

Услышав о том, что к нему пришел сам господин Тянь Ши, Лянь Жэнь оглядел собственную комнату. Там царил полный беспорядок, и он захотел немного прибраться, но стоило ему попытаться встать на ноги, как комната тут же закружилась, и ему пришлось вернуться в кровать.

— Болеешь? — услышал он знакомый голос и, опираясь на локти, слегка привстал с кровати, чтобы поприветствовать своего гостя.

— Болею… — тяжело вздыхая, ответил Лянь Жэнь.

Он открыл глаза и быстро взглянул на господина Тянь Ши — тот казался очень усталым и даже слегка болезненным, наверняка из-за того, что ему пришлось преодолеть отнюдь не маленькое расстояние до места, где проживал его помощник. Тому стало совестно, но в то же время очень любопытно, ведь он впервые видел господина Тянь Ши где-то за пределами кондитерской. Тот даже оставил свой фартук и теперь предстал перед ним облачённым в полностью чёрную одежду, из-за чего складывалось ощущение, что он настоящий чёрный жнец, который пришёл забрать грешную душу Лянь Жэня. Но, подняв взгляд вверх и заметив растрёпанные из-за ветра волосы господина Тянь Ши, Лянь Жэнь улыбнулся.

Господин Тянь Ши в свою очередь критичным взглядом оглядел комнату, что принадлежала Лянь Жэню. Узнав, что господин Тянь Ши непосредственный начальник Лянь Жэня, мадам Ян начала уверять того, что Лянь Жэнь живёт в прекрасных условиях, однако, по мнению господина Тянь Ши, прекрасными условиями тут и не пахло. Комната была маленькой, на полу валялись какие-то бумаги и тряпки, в углу собралось достаточно много пыли, а сам больной возлежал на хорошей, но довольно узкой кровати. Из мебели в комнате был лишь шкаф для одежды и маленький письменный стол, заваленный бумагами. Если это прекрасные условия, то господин Тянь Ши даже представить себе не мог, как по мнению мадам Ян выглядели плохие условия.

Чтобы отвлечься, господин Тянь Ши взглянул на Лянь Жэня. Тот как раз слегка привстал с кровати и с осторожностью на неё сел. Одеяло упало вниз, оголяя обнажённый торс Лянь Жэня. Литые мышцы на груди выглядели впечатляющими, и господин Тянь Ши теперь убедился в том откуда у Лянь Жэня такая впечатляющая выносливость. Впрочем, сейчас обнажённая грудь Лянь Жэня была красная, как и его плечи, шея и лицо. Лянь Жэнь и раньше краснел, но не до такой степени, ограничиваясь лишь румяными щеками, поэтому господин Тянь Ши предположил, что у того жар. Он хотел было сказать ему ещё что-то, но взгляд предательски продолжал возвращаться к обнажённой груди, и, чтобы на неё не смотреть, господин Тянь Ши взглянул на маленький письменный столик и вспомнил, зачем сюда пришёл.

— Почему не сообщил, что ты болеешь и тебя сегодня не будет на работе? — пытаясь придать строгости своему голосу, спросил господин Тянь Ши.

— Как не предупредил? Это невозможно, я ведь написал письмо! — ошарашенно сказал Лянь Жэнь.

— Разве я пришёл бы сюда, если бы знал, что с тобой произошло? — сказал господин Тянь Ши. Лянь Жэнь растерянно на него взглянул и в следующее мгновение громко ударил кулаком по стене три раза и прокричал:

— Дун Фан, зайди ко мне!

Из соседней комнаты послышался шум, как будто кто-то что-то уронил, а через несколько мгновений оттуда вышел молодой перепуганный парень в оранжевых одеждах. Он быстро взглянул на господина Тянь Ши, кивнул ему и мимо него проскочил в комнату.

— Дун Фан, где то письмо, что я просил тебя передать в кондитерскую «Танхулу» господину Тянь Ши? — проговорил Лянь Жэнь, стараясь подражать строгости своего начальника.

— Я его передал! — тут же воскликнул его сосед.

— Дун Фан, позади тебя стоит тот самый господин Тянь Ши, который говорит, что никакого письма он не получал.

— Здравствуйте, — неловко оглянувшись, поздоровался с господином Тянь Ши сосед Лянь Жэня, после чего начал искать по своим карманам, судорожно пытаясь вспомнить, куда же именно подевал письмо Лянь Жэня, — так ты про это письмо? Я-то думал, ты про другое, — пытался оправдаться сосед и в конце концов всё-таки достал нужное и протянул Лянь Жэню.

— Не мне, господину Тянь Ши, — сказал Лянь Жэнь, указав на всё ещё стоящего в дверях господина Тянь Ши.

Весь этот разговор показался господину Тянь Ши очень знакомым — когда-то именно так он разговаривал с Лянь Жэнем. А теперь он давал столь же строгие указания своему напортачившему соседу, и это было даже похвально. Испуганный же сосед в свою очередь передал письмо и поспешил скрыться в своей комнате.

В письме говорилось, что из-за сильного дождя крышу дома мадам Ян прорвало в несколько местах, и Лянь Жэнь, как хороший парень, вызвался помочь. Он всю ночь ремонтировал крышу под проливным дождём, утром же, когда собирался пойти на работу, почувствовал себя плохо и вскоре слёг с простудой.

Дочитав письмо, господин Тянь Ши одной рукой аккуратно сложил его и положил на маленький столик. Всё было предельно понятно — Лянь Жэнь действительно имел достаточно веское оправдание для того, чтобы отсутствовать сегодня на работе. Господин Тянь Ши не злился, лишь желал скорейшего выздоровления своему помощнику, но конечно же не отважился это озвучить.

— Простите меня и моего соседа, господин Тянь Ши. Дун Фан увлечённый охотник за редкими книгами и сегодня хвастался, что раздобыл очень большую редкость, наверняка из-за этого и позабыл передать вам письмо, — виновато сказал Лянь Жэнь.

— Не волнуйся, я понимаю. Выздоравливай. Я не зачту твой сегодняшний прогул и...

— И? — с надеждой спросил Лянь Жэнь

— И завтрашний тоже. Отдыхай, — сказал господин Тянь Ши и хотел было уже покинуть комнату Лянь Жэня, но внезапно вспомнил ещё об одной вещи.

Лянь Жэнь закрыл глаза, стараясь совладать со своими эмоциями. Во-первых, ему было стыдно, что он с самого начала не предложил господину Тянь Ши зайти в его комнату, а сейчас было слишком поздно и неудобно это сделать. А во-вторых, из-за своего плохого самочувствия он очень растрогался, когда господин Тянь Ши сам явился на его порог, чтобы выяснить, всё ли с ним в порядке. Когда же Лянь Жэнь всё-таки осмелился открыть глаза, то внезапно обнаружил, что господин Тянь Ши стоит недалеко от его кровати — видимо решил сам себя пригласить.

— Я принёс тебе это, — сказал господин Тянь Ши и протянул Лянь Жэню несколько больших конвертов бумаги, в которые они обычно упаковывали сладости в кондитерской, — на этой неделе мы готовим танхуа, поэтому я принёс тебе несколько штук, чтобы ты ознакомился, с тем чем тебе предстоит работать на этой неделе, — пояснил господин Тянь Ши слегка смущённо и отвернулся, стараясь не смотреть прямо на Лянь Жэня.

Тот же в свою очередь выхватил из рук господина Тянь Ши бумажные конверты и стал их разворачивать, с удивлением обнаружив удивительной красоты сахарную роспись в форме животных, расположенных на длинных бамбуковых палочках.

— Ух ты, дракон! — восторженно воскликнул Лянь Жэнь и принялся разворачивать второй конверт, — А это петух.

— Это феникс, — тут же поправил его господин Тянь Ши.

Честно сказать, странная зверюшка не сильно была похожа на феникса. Но если господин Тянь Ши говорил, что это феникс, то пусть так оно и будет. В последнем конверте Лянь Жэнь обнаружил самую чудесную сахарную фигуру в своей жизни, а именно золотую рыбку, которая была настолько красива, что Лянь Жэнь пообещал себе её сохранить и ни в коем случае не съедать.

— Огромное спасибо, господин, — растроганно проговорил Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши коротко кивнул и, быстро взглянув на него, заметил, что его глаза стали мокрыми, поэтому поспешил быстрее уйти из комнаты Лянь Жэня, дабы не стать свидетелем чужих слёз, которые наверняка появились по причине того, что Лянь Жэнь чувствовал себя слишком плохо, но был слишком воспитан, чтобы выпроводить самого господина Тянь Ши из своей же комнаты.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь, увидимся послезавтра, — сказал господин Тянь Ши и, прикрыв за собой дверь, направился домой.

— Доброй ночи, господин Тянь Ши, — сказал ему вслед Лянь Жэнь и сделал аккуратный укус от головы феникса.

***

Не успел Лянь Жэнь разделаться с фениксовым крылом, как в его дверь вновь постучались.

— Слышь, малой, тут к тебе ещё один хмырь, — сказала стоящая на пороге мадам Ян.

— Тот же самый? — с надеждой спросил Лянь Жэнь.

— Нет, другой, посимпатичнее, — сказала мадам Ян.

— Ну, давайте посмотрим на очередного хмыря, — сказал расстроенно Лянь Жэнь и откинулся на подушку.

Через некоторое время на его пороги появился лекарь И Шэн.

— Вас прислал господин Тянь Ши? — удивлённо спросил Лянь Жэнь, глядя на лекаря, который уже вовсю стал располагаться в его комнате.

— Он пришёл в мой дом, тарабанил без устали в дверь, и я уж было подумал, что он хочет всыпать мне по первое число за то, что в прошлый раз посмел прикоснуться к его драгоценному телу. Но вместо этого он вручил мне несколько монет и велел примчаться сюда, чтобы тебя вылечить.

— Господин Тянь Ши заплатил вам за то, чтобы вы сюда пришли? — ещё более удивлённо переспросил Лянь Жэнь, как будто не веря словам лекаря.

— И неплохо так заплатил, иначе бы я не примчался сюда посреди ночи с другого конца города.

— Удивительно… — протянул Лянь Жэнь.

— А тож! Чудеса, да и только, — согласился с ним лекарь.

Лекарь И Шэн сделал Лянь Жэню иглоукалывание, после чего на жаровне мадам Ян посреди внутреннего двора приготовил целебный отвар из лекарственных трав и тщательно проследил за тем, чтобы Лянь Жэнь его выпил.

— Очень горько, — пожаловался Лянь Жэнь, будучи не в состоянии допить и половины.

— Допей его, а потом заешь сладким танхуа, — подсказал Лекарь

— Вы, кстати, угощайтесь, — сказал Лянь Жэнь, протягивая лекарю карамельного дракона.

— Он принёс? — хитро улыбаясь, спросил лекарь, который даже не подумал прикоснуться к сладости.

— Он, — тяжело вздыхая, ответил Лянь Жэнь.

— Тогда я не буду, спасибо. Он ведь это для тебя приберёг, не хочу, чтобы в один прекрасный день он настучал мне по голове за то, что я отобрал у тебя его подарок.

Лянь Жэнь на это улыбнулся и выпил ещё несколько глотков горького отвара.

— Точно не будете? — переспросил Лянь Жэнь, который был не прочь поделиться с лекарем сладостью.

— Точно не буду. Моя дорогая жёнушка очень сильно любит танхуа, поэтому сегодня отстояла в очереди к вашей кондитерской аж два раза, принесла домой целых пять сахарных драконов и одного побитого петуха.

Лянь Жэнь рассмеялся — поскольку всем, кроме господина Тянь Ши, эта фигура напоминала петуха, а вовсе не феникса.

— У вас в кондитерской сегодня такая длинная очередь была, как никогда раньше, — продолжал болтать без умолку лекарь, — очередь дошла до моей двери, а ты ведь знаешь, как далеко располагается мой дом от вашей кондитерской. Я слышал, что многие спрашивали тебя, мол, где же тот самый красавчик с обворожительной улыбкой.

— Перестаньте, это не так, — смущенно сказал Лянь Жэнь, не веря в слова лекаря.

— Ты сам убедишься в этом завтра, когда придёшь на работу. Я о тебе хорошо позаботился, так что твоя простуда завтра пройдёт, и ты будешь как новенький.

— Господин Тянь Ши разрешил и завтра не приходить на работу, так что я даже не знаю… — продолжая смущаться, сказал Лянь Жэнь.

— Ого, неужто сам господин Тянь Ши разрешил своему работнику отсутствовать? Если уж на то пошло, завтра поваляешься в кровати, а потом под вечер выйдешь на прогулку, будешь ухлёстывать за милыми барышнями. В общем, найдёшь, чем себя занять. Но ни в коем случае даже не думай появляться на работе, такой внезапный выходной ни за что нельзя пропустить.

— Хорошо, — сказал Лянь Жэнь, допив горький отвар, — я могу кое-что у вас спросить? — осторожно начал он, сомневаясь в том, что лекарь захочет ответить на такой вопрос.

— Конечно можешь, — тут же ответил ему лекарь с хитрый улыбкой, подозревая, что вопрос непременно коснётся господина Тянь Ши.

— Почему он вас называет шарлатаном?

Услышав такой вопрос, лекарь неловко рассмеялся, после чего присел на край кровати Лянь Жэня и решился рассказать, в чём же именно было дело.

— Твой господин Тянь Ши был очень хорошо знаком с моим учителем, который до этого жил в том самом доме, где сейчас живу я. Он, к слову, там и принимал пациентов. Именно мой учитель был тем человеком, который практически вытащил господина Тянь Ши с того света, когда его отравили. Мой учитель был один из немногих, что удостоились доверия со стороны господина Тянь Ши. Но потом учителю надоело находиться в шумном городе, и он отправился на долгую медитацию в горах, а я занял его место. Господин Тянь Ши меня сразу невзлюбил, поскольку считал, что я даже в подмётки своему учителю не гожусь. С тех пор он и продолжает называть меня шарлатаном.

— Господин Тянь Ши... Он иногда любит судить людей лишь по одному внешнему облику, не задумываясь о том, что тот человек может быть и не таким плохим, — сказал тихим голосом Лянь Жэнь, жалея о том, что господин Тянь Ши так плохо отзывается о таком хорошем лекаре.

— Ну, не скажи, вообще у господина Тянь Ши очень тонкое чутьё на плохих людей, — вопреки ожиданиям возразил лекарь, — в том, что он очень тонко чувствует людей, я убедился несколько лет назад. Тогда на нашей улице поселились двое очень приятных молодых людей, которые казались настоящими добряками, и только одному господину Тянь Ши они сразу же не понравились. Он продолжал ворчать и говорить, что это плохие люди и им стоит убраться с нашей улицы, и что ты думаешь? В конце концов так оно и оказалось. Одного из них господин Тянь Ши вычислил по мозолям на руках и сказал, что этот человек убивал ранее людей. Он даже позвал городскую стражу, чтобы проверить тех людей, и в конце концов оказалось, что те двое были преступниками, скрывающимися на нашей тихой улице. Вот с тех пор я и не сомневаюсь в его тонком чутье.

— Ого, — поражённо протянул Лянь Жэнь, который не ожидал, что господин Тянь Ши окажется настолько храбрым человеком.

— Наверняка он много чего повидал на войне, поэтому таким и стал, — сказал лекарь, укладывая Лянь Жэня в кровать, — от этого отвара тебя будет нещадно клонить в сон, ты не противься и спи крепко, так отвар быстрее подействует.

— Благодарю вас, господин И Шэн. А вы знаете что-то про то, как господин Тянь Ши воевал?

— Нет, про войну мне ничего не известно, — отрицательно покачал головой Лекарь, — только то, что все поговаривали, что с войны он вернулся совершенно другим человеком и уже имея серьёзное ранение. Но если ты ожидал, что я расскажу тебе, как до этого он был добрейшей души человеком, то смею тебя разочаровать — все, кто его знали ранее, говорили, что он имел довольно неприятный характер уже с молодых лет. Поэтому не удивляйся, если он что-то такое выкинет, это он такой с самого рождения. А вот про войну никому ничего не известно, он об этом никогда не любил распространяться. Знаю только, что он получил какое-то награду от самого императора, а больше ничего.

— Благодарю и на этом, — сказал Лянь Жэнь, который уже ощущал, как его глаза начали слипаться.

— Надеюсь, это тебе хоть как-то поможет в общении с ним.

— Это очень сильно мне поможет, благодарю вас. Кстати, господин И Шэн, не думаю, что господин Тянь Ши действительно считает вас шарлатаном. Если бы он так считал, не отправил бы вас ко мне сегодня вечером.

— Думаю, да. Доброй ночи, Лянь Жэнь, — сказав это, лекарь И Шэн собрал все свои вещи, расставленные по комнате, и покинул общежитие мадам Ян, улыбаясь и тихо пробубнив себе под нос:

«У нашего ёжика, кажется, закончились иголки»

Сам Лянь Жэнь, лёжа в кровати, думал о том, что если завтра утром он проснётся абсолютно здоровым человеком, то, возможно, всё-таки отважится и отправится на работу несмотря на то что господин Тянь Ши дал ему выходной.

Но к своему разочарованию Лянь Жэнь проснулся ближе к обеду. Он действительно чувствовал себя лучше, но не решился отправиться в кондитерскую, поскольку было уже довольно поздно, и он понимал, что скорее всего ничем не поможет господину Тянь Ши, лишь заслужит с его стороны неодобрительный взгляд, а может быть и даже пинок под зад.

Золотая рыбка так сильно поразила Лянь Жэня, что он бережно обернул её в несколько слоёв бумаги и поставил храниться в холодное место, чтобы та не испортилась. Сам же Лянь Жэнь, слегка прибравшись в комнате, отправился на небольшую прогулку, после которой вернулся домой полным сил и решил попробовать себя в сахарной росписи. У Лянь Жэня даже начало неплохо получаться, хоть он они когда таким не занимался. Особенно хорошо выходило, если использовать формы, которые нашлись в кладовке у мадам Ян. Лянь Жэнь был очень рад этому, посчитав, что завтра господин Тянь Ши, быть может, всё-таки разрешит ему самостоятельно сделать несколько фигурок из карамели. Вот только Лянь Жэнь не знал, что сам господин Тянь Ши для сахарной росписи никогда не использовал формы.

***

На следующий день Лянь Жэнь стоял на пороге кондитерской «Танхулу» с улыбкой до ушей. Хмурясь, господин Тянь Ши смерил его долгим взглядом, после чего пропустил внутрь.

— Не заляпай мне тут всё соплями, — сказал раздражённо господин Тянь Ши, когда они оказались на кухне.

— У меня их даже и не было, — обиженно протянул Лянь Жэнь.

— Вот и хорошо, что не было. И хорошо, что тебе не пришло в голову больным приходить на работу, ты бы распугал всех покупателей.

— На самом деле, я думал о таком… — честно признался Лянь Жэнь, — Да вот только чувствовал себя так плохо, что не был в состоянии даже двух шагов сделать.

Господин Тянь Ши остановился, пристально на него посмотрел, после чего более мягким голосом спросил:

— Сейчас всё хорошо, надеюсь?

— Да! Лучше не бывает! Благодарю за вашу заботу, — улыбаясь, ответил Лянь Жэнь и принялся за работу.

Ему поручили варить карамель и непрерывно её помешивать, чтобы та не затвердела. Тростниковый сахар он смешал с солодом, засыпал в большой чан и помешивал на маленьком огне, пока карамель не стала похожа на тягучий мёд.

А вот господин Тянь Ши, после того как подготовил кусок мрамора, который хорошо смазал маслом, занялся самой сахарной росписью. В небольшую миску он наливал себе небольшое количество всё ещё жидкой карамели и маленькой ложкой начинал тонкой струёй вырисовывать красивые узоры. Когда фигура животного приобретала более-менее чёткие очертания, господин Тянь Ши брал маленькую бамбуковую шпажку, клал сверху сахарной росписи и доливал ещё немного карамели, чтобы её закрепить.

После он оставлял сахарную роспись остывать, чтобы та затвердела, и только потом плоским шпателем осторожно поддевал весь рисунок, который словно по волшебству весь отлипал от мрамора. После чего ставил шпажку в небольшое углубление в деревянное приспособление, что было чем-то похоже на подставку для свечей, только отверстия были маленькими, чтобы шпажки можно было легко выхватить и при этом не испортить сладость.

***

— Господин Тянь Ши, можно мне тоже попробовать сделать фигуру? — с осторожностью спросил Лянь Жэнь, который был точно уверен, что господин Тянь Ши ему откажет.

— Ты раньше занимался сахарной росписью? — спросил господин Тянь Ши, хмуро на него глядя.

— Занимался, но только при помощи форм, — честно признался Лянь Жэнь.

— Тогда об этом не может быть и речи, — строго отрезал господин Тянь Ши и вернулся к приделыванию крыльев последнему сахарному фениксу.

— У вас ещё осталась карамель, а мест на подставке больше нет. Я обещаю, что если это получится очень плохо, то сразу же всё выброшу. Пожалуйста, господин, я бы ведь мог сделать это, когда вы не видели, что означало бы, что я пошёл против ваших правил. А так я честно заявляю вам о своих намерениях, — продолжал просить Лянь Жэнь и вертелся вокруг господина Тянь Ши в надежде лучше до него достучаться.

Закончив с последним фениксом, господин Тянь Ши поставил того на подставку и заглянул в большой котёл, на дне которого и вправду обнаружил остатки сахарной смеси.

— Ладно, но только одну фигуру и под моим наблюдением.

— Спасибо, господин, — тут же просиял Лянь Жэнь и быстро двинулся, дабы набрать карамели, ведь он боялся, что господин Тянь Ши может в любой миг передумать.

— Ты придумал, какую фигуру будешь изображать? — спросил господин Тянь Ши, усаживаясь рядом со столом, чтобы наблюдать за всеми действиями Лянь Жэня.

— Я пока что не придумал, но хочу что-то простое, но красивое, чтобы вы потом не сказали, что я бездарность.

— Я такого никогда и не говорил… — пробубнил себе под нос слегка обиженно господин Тянь Ши.

В это же время Лянь Жэнь продолжал увлечённо заниматься сахарной росписью, делая большие взмахи руками, как будто месил тесто, а не рисовал. В конце концов у Лянь Жэня получилось прекрасная бабочка с большими мерцающими крыльями, и даже господин Тянь Ши одобрительно кивнул.

— Неплохо, но у основания нужно закрепить ещё сахаром, чтобы не отвалилось.

Лянь Жэнь последовал его указаниям и вскоре, когда сахар затвердел, осторожно отлепил от куска мрамора великолепную сахарную бабочку.

— Кхм, ты можешь отложить фигуру, которую сделал, а вечером забрать домой, — сказал господин Тянь Ши более тихим голосом, чем обычно, при этом смотря куда угодно, только не на Лянь Жэня и его творение.

Услышав эти слова, Лянь Жэнь вновь засиял яркой улыбкой поскольку он не планировал просто съедать свою первую карамельную фигуру.

— Вы разрешите мне подарить этот танхуа кому-то? — осторожно спросил Лянь Жэнь.

— Ты вновь решил истратить дорогие ингредиенты для того, чтобы сделать подарок? — хмуро посмотрев на него, спросил господин Тянь Ши.

— За потраченные ингредиенты вы можете вычесть из моего жалования, — тут же нашёлся что ответить Лянь Жэнь.

— Тц, делай как хочешь, — отмахнулся от него господин Тянь Ши, выходя из кухни.

Сам же Лянь Жэнь, схватив единственную танхуа, которую ему разрешили сделать, вышел на улицу, где уже собралась небольшая очередь у дверей кондитерской. Лянь Жэнь, недолго думая, быстрым шагом направился в самый конец очереди и вручил сахарную бабочку маленькому мальчику, который смущенно держал свою мать за руку и боялся на Лянь Жэня даже посмотреть. Только после того, как его мама разрешила взять сахарную сладость, тот с большой охотой вцепился в бамбуковую шпажку, глядя на бабочку широко распахнутыми глазами. Лянь Жэнь быстро побежал обратно, радуясь, что смог произвести впечатление своим неумелым творчеством хотя бы на это маленького мальчика. А ему в спину прилетели около десятка благодарностей от самого мальчика и его матери.

***

— Мне, пожалуйста, одного дракон, одного петуха и... Бабочку! — определилась с выбором красивая и дорого одетая девушка.

— Бабочек мы не продаём, — тут же ответил господин Тянь Ши, признав в молодой женщине жену лекаря И Шэна.

— Уже распродали, да? — разочарованно протянула женщина, — Неудивительно, ведь они были самые красивые. Тогда ещё одного дракона.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь закатил глаза и упаковал её сладости.

Когда одиннадцатый человек в очереди спросил про сахарную бабочку, господин Тянь Ши не выдержал и поставил на стол табличку, предупреждающую о перерыве, и подозвал к себе Лянь Жэня.

— Пойди на кухню и посмотри, не осталось ли еще карамели. Если что-то осталось, сделай ещё несколько бабочек.

— Почему? — удивлённо и несколько настороженно спросил Лянь Жэнь, который не ожидал такого от господина Тянь Ши.

— Потому что люди недовольны тем, что бабочку ты им показал, а в продаже её нет.

— Вы разрешите мне? — не веря в услышанное, переспросил Лянь Жэнь.

— Иди быстрее и сделай то, что я тебе сказал. И да, перестань задавать глупые вопросы.

С трудом сдерживая счастливую улыбку, Лянь Жэнь направился на кухню и из остатков карамели смастерил с десяток сахарных бабочек. После чего, очень гордый проделанной работой, выставил их в главный зал.

Бабочек очень быстро раскупили, хоть господин Тянь Ши не разрешал одному покупателю брать больше одной, ссылаясь на то, что это специальная фигура, сделанная лишь для сегодняшнего дня, и всем в придачу к бабочке пихал карамельных фениксов, которых меньше всего покупали. А Лянь Жэнь не мог этому не нарадоваться, ведь его усилия наконец-таки оценили.

***

— Для тебя это может быть затруднительно, — начал господин Тянь Ши, когда в кондитерской не осталось ни одного покупателя, — но начиная с завтрашнего дня, я попрошу тебя каждое утро вместе со мной изготавливать танхуа в форме бабочек.

Лянь Жэнь довольно улыбнулся, поскольку не знал, можно ли было услышать нечто более радостное в этот тёплый вечер.

— Благодарю вас за оказанное доверие, господин Тянь Ши, — засиял Лянь Жэнь и не забыл даже отвесить тому поклон.

— Тц, это не так уж и знаменательно, не стоит меня благодарить. Вместо этого попробуй придумать, какую ещё фигуру мы можем сделать завтра.

— Ещё одну фигуру? — удивился Лянь Жэнь.

— Конечно, не думал же ты, что мы будем продавать лишь четыре вида танхуа.

— Господин Тянь Ши, я не знал, что вы суеверный человек, — сказал Лянь Жэнь, только сейчас поняв, почему господин Тянь Ши не хотел продавать четыре разновидности танхуа. Всё дело было в том, что четыре считалось несчастливым числом, и его старались всячески избегать. Но он никогда не думал, что господин Тянь Ши именно поэтому готовит либо три разновидности сладостей, либо пять.

Лянь Жэнь улыбнулся, узнав о неожиданной суеверности своего начальника — это знание прибавляло его образу человечности.

— Четыре мне никогда не приносило удачу, поэтому я стараюсь его избегать, насколько возможно, — слегка смутившись, ответил господин Тянь Ши и поспешил выпроводить Лянь Жэня из кондитерской.

***

На следующий день с самого утра Лянь Жэнь и господин Тянь Ши стали заниматься сахарной росписью, формируя на гладком мраморе красивых животных из карамели.

— Ты придумал пятую фигуру? — строго спросил господин Тянь Ши, когда закончил свою часть работы.

— Придумал! — увлечённо занимаясь последней бабочкой, ответил Лянь Жэнь, — Я подумал, что раз у нас есть бабочка, то для неё непременно нужно сделать красивый цветок, чтобы ей не было скучно.

— А дракону не скучно? — непонимающе спросил господин Тянь Ши

— Конечно ему не скучно, господин Тянь Ши, ведь у него есть двое замечательных друзей — феникс и золотая рыбка. А вот бабочку они могут не принять в свою компанию, ведь они уже давным-давно вместе, а бабочка только-только пришла в это место, так что ей нужно сделать красивый цветок, чтобы она не чувствовала себя одинокой.

Господин Тянь Ши отвернулся и, прикрыв рот рукой, издал тихий смешок, который конечно же дошёл до ушей Лянь Жэня. Странные рассуждения о том, что бабочке, может быть, скучно оказались такими смешными, что даже господин Тянь Ши не сдержался. И Лянь Жэнь теперь убедился ещё раз, что ничего человеческое его начальнику не чуждо и принялся тонкой карамельной струёй вырисовывать огромный цветок для его одинокой бабочки.

Бабочка и цветок имели такой же ошеломительный успех, как и дракон с фениксом и золотой рыбкой. И уже после обеда в кондитерской не осталось ни одной танхуа, из-за чего им пришлось закрываться пораньше, но Лянь Жэнь не спешил уйти домой, хоть господин Тянь Ши тонко намекнул ему, что тот может быть на сегодня свободным.

— Чего ты медлишь, иди домой, — уже не намекал, а прямо говорил господин Тянь Ши, когда вошёл на кухню и увидел, что Лянь Жэнь всё ещё возится с посудой.

— Господин Тянь Ши, я только-только высушил последние чашки и знаете, что я подумал? — с лёгкой хитринкой в голосе спросил Лянь Жэнь.

— Ну и о чём же ты таком подумал? — раздражённо спросил господин Тянь Ши, который нутром чувствовал, что излишние мысли Лянь Жэня ему ещё аукнутся.

— Я подумал о том, что не разбил сегодня ни одной тарелки, следовательно, я могу приготовить маньтоу.

— Что за вздор, Лянь Жэнь, ты приготовил маньтоу в прошлый раз!

— Но ведь в нашем уговоре не значилось время, вы не сказали тогда, что я могу приготовить лишь единожды, а значит, наш уговор распространяется на каждый рабочий день, — улыбаясь во все тридцать два зуба, сказал Лянь Жэнь и начал пристально смотреть на господина Тянь Ши, ожидая, когда же тот сдастся и наконец откроет верхние шкафы, в которых хранилась мука.

— Но в тоже время в нашем уговоре ничего не говорилось про каждый день, следовательно я имел в виду тот день и не более, — сказал господин Тянь Ши, который не хотел просто так сдаться и признать своё поражение.

— А что же вы будете есть, господин Тянь Ши, если все танхуа распроданы?

— Тебе не стоит об этом волноваться, я могу о себе позаботиться, — раздражённо ответил господин Тянь Ши.

— Я более чем уверен в этом, но волнуюсь о том, как бы вы от такой заботы вновь не потеряли сознание. Если вам так спокойнее, можете думать, что я делаю это ради того, чтобы не потерять такую хорошую работу ведь если вы заболеете, кондитерская закроется, и я потеряю свой единственный доход.

— Можешь вернуться в «Поросячий Визг», — бросил ему господин Тянь Ши.

— Ну всё, господин, это была последняя капля, — слегка раздражённо сказал Лянь Жэнь, — если вы мне не разрешите сделать маньтоу, я останусь тут на ночь! — громко воскликнул он и сел прямо на полу кухни, — не сдвинусь отсюда, даже если вы будете мне угрожать вашим острым мечом. Уговор дороже денег, и вы должны его соблюдать. А если же нет, вы получите наказание в виде меня.

— И впрямь сущее наказание, — процедил сквозь зубы господин Тянь Ши и, потянувшись к своим одеждам, под которыми на длинной цепочке хранил маленький ключ, достал его оттуда и открыл им все замки на верхних кухонных шкафчиках.

— Готовь скорее свои маньтоу и уматывай отсюда, — продолжил он ворчать, в то время как Лянь Жэнь принялся за готовку.

В этот раз Лянь Жэнь имел более чёткое представление о том, что должен сделать и рассчитал количество теста так, чтобы у него вышло ровно шесть булочек. Они получились ароматные и так вкусно пахли, что в какой-то момент тот услышал за маленькой дверью, что вела на задний двор, тихое мяуканье. Видимо, соседские кошки, унюхав приятный запах, тоже захотели полакомиться, только вот господин Тянь Ши своим грозным видом и длинной метёлкой их вмиг распугал.

— В этот раз у булочки несколько иной вкус, — пристально на него глядя, сказал господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь тут же поспешил оправдаться.

— Я не хотел вас отравить, лишь добавил чуточку сахара и подсластил воду, в которой добавил дрожжи, чтобы они быстрее выросли и вам не пришлось ждать.

— Получилось неплохо, — после небольшой паузы сказал господин Тянь Ши. Лянь Жэнь подумал, что лучше похвалы от него услышать просто невозможно.

На этот раз Лянь Жэню удалось уговорить господина Тянь Ши съесть целое маньтоу, и он не пошёл домой, пока не убедился в том, что остальные булочки господин Тянь Ши не выбросил, а поставил в шкаф — храниться до вечера, когда тот, возможно, проголодается.

***

Лянь Жэнь был несказанно рад, ведь на протяжении целой недели ему с успехом удавалось уговаривать господина Тянь Ши съедать по одной маньтоу каждый вечер. И он был так горд собой, что, вопреки всем недовольствам господина Тянь Ши, начал раздумывать о том, чтобы в будущем приложить больше усилий и может быть всё-таки уговорить господина Тянь Ши поесть приготовленные им баоцзы, может даже жареного риса с овощами. Но тогда Лянь Жэнь еще не знал, что на следующей неделе произойдет событие, из-за которого все его труды пойдут насмарку.

ГЛАВА 07. Махуа

Весь доход от продажи сладостей в конце недели господин Тянь Ши делил на восемь ровных частей. Четыре части он откладывал в кожаный мешочек, который хранил в своей комнате. Две части шли на покупку новых ингредиентов для сладостей. Одна часть доставалась Лянь Жэню, а последнюю господин Тянь Ши откладывал на собственные нужды.

Куда шли первые четыре части, Лянь Жэнь узнал намного позже, когда рано утром на пороге кондитерской появился мужчина.

Лянь Жэнь по обычаю на рассвете ждал, когда же господин Тянь Ши откроет дверь кондитерской и впустит его внутрь, когда внезапно заметил приближение того самого мужчины. Тот был одет в простые, ничем непримечательные одежды. Таким же было и его лицо — за исключением маленьких тонких усиков, из-за чего, по мнению Лянь Жэня, мужчина выглядел как чёрный карп. Таких карпов можно было увидеть в прудах, что богатые люди разбивали в своих садах.

Откуда Лянь Жэнь знал про это? Всё очень просто. Однажды один человек, который обедал в «Поросячьем Визге», попросил его доставить письмо в дом очень богатого человека. Лянь Жэню пришлось попотеть, чтобы этого сделать, ведь дом того человека находился очень далеко от таверны, и он бежал, сломя голову, чтобы успеть вовремя.

Лянь Жэню пришлось подождать, пока хозяин дома выйдет забрать письмо, так что у него было достаточно времени, чтобы рассмотреть пруд.

Чёрные карпы то и дело пускали пузыри по воде и недовольно глядели на Лянь Жэня, дергая своими длинными чёрными усами, точь-в-точь как этот странный мужчина, который топтался на месте у «Танхулу» и вместе с Лянь Жэнем ждал, когда владелец откроет двери своего заведения. А пока они ожидали, Лянь Жэнь продолжал сверлить его недовольным взглядом, которому он обучился у господина Тянь Ши.

Этот пронзительный взгляд Лянь Жэнь не раз тренировал дома перед зеркалом, чтобы в нужный момент можно было противостоять самому господину Тянь Ши или какому-нибудь недоброжелателю, который мог вознамерится устроить скандал в кондитерской. Хотя господин тянь Ши наверняка в этом не нуждался, ведь сам как никто другой мог одним взглядом послать далеко и надолго, к тому же хранил на стене заточенный меч, которым не боялся пользоваться.

Дверь кондитерской открылась, и на пороге появился господин Тянь Ши. Он долгим взглядом смерил человека с лицом чёрного карпа и лишь быстро взглянул на Лянь Жэня. Того человека он пропустил вперёд себя в кондитерскую. Человек вальяжно зашагал прямо по направлению к кухне, и Лянь Жэнь хотел было поспешить за ним, но господин Тянь Ши его остановил.

— Лянь Жэнь, жди в главном зале, пока я не позову, — сказал ему господин Тянь Ши и направился на кухню.

Лянь Жэнь не знал, что ему и думать. В голову пришло, что, может быть, это поставщик ингредиентов, но у того человека ничего с собой не было. К тому же он уже познакомился практически со всеми поставщиками, что работали с «Танхулу». В те дни, когда господину Тянь Ши приносили продукты, кондитерскую открывали несколько позже. Лянь Жэнь точно знал, что тот с особой тщательностью проверял всё, что ему приносят, а сами поставщики всё время ворчали и наверняка проклинали господина Тянь Ши за его излишнюю дотошность.

Нет, этот человек точно не был поставщиком ингредиентов, и Лянь Жэнь вознамерился узнать, кем именно он был. В теории это мог быть какой-нибудь друг господина Тянь Ши, однако очень маловероятно. Во-первых, Лянь Жэнь никогда ничего не слышал ни о каких его друзьях, так что в принципе сомневался в их существовании. Во-вторых, господин Тянь Ши просто-напросто не любил людей, и, в особенности, с ними общаться.

Тысяча мыслей кружили в голове Лянь Жэня, пока он всё-таки не решился посмотреть, что же творилось на кухне. Благо, господин Тянь Ши несмотря на свою аккуратность в этот раз не до конца закрыл дверь на кухню, и Лянь Жэню удалось подсмотреть.

Он конечно же слишком поздно спохватился и наверняка пропустил важный разговор, который состоялся между этими двумя, но зато он успел увидеть самое главное. Кожаный мешочек, наполненный деньгами, который господин Тянь Ши хранил у себя в комнате, был с неким пренебрежением вручен тому мужчине с лицом карпа.

Тот ничего не сказал в ответ, лишь коротко кивнул и направился к выходу из кухни, да столь скоро, что Лянь Жэнь еле успел отскочить от двери.

Мужчина покинул кондитерскую также стремительно, как и в неё ворвался, не сказав ни слова и не посмотрев по сторонам, тем более не придавая внимания помощнику кондитера.

А вот в душе самого помощника разразилась настоящая буря. Он считал несправедливым, то, что господин Тянь Ши вручил столько денег, которые они вместе заработали, какому-то мужчине, который для того, чтобы их заработать, не приложил ни малейшего усилия.

— Лянь Жэнь, зайди, — услышал он голос господина Тянь Ши.

Войдя на кухню, Лянь Жэнь увидел господина Тянь Ши, который стоял напротив кухонного стола, скрестив руки на груди, и сверлил его недовольным взглядом.

— Почему мне кажется, что ты подсмотрел?

— Потому что я так и сделал, — тут же ответил Лянь Жэнь, не собираясь этого скрывать.

— И ты конечно же считаешь, что твой поступок достоин похвалы, не так ли? — спросил господин Тянь Ши, который сегодня казался особенно раздражённым.

“Наверняка из-за того, что ему пришлось отвалить столько денег этому противному карпу”, — подумал про себя Лянь Жэнь.

— Я не горжусь своим поступком, но и никакие угрызения совести меня не мучают. Уж если на то пошло, дверь была слегка приоткрыта, а я забеспокоился, что этот человек может вам навредить. Тем более ваш меч был далеко, и вы бы не смогли защититься.

— Ты говоришь какие-то глупости, принимайся за работу, — сказал господин Тянь Ши и тяжело вздохнул, когда заметил, что Лянь Жэнь и не собирался сдвинуться с места.

Он присел на высокий стул, сложил руки на кухонный стол, выглядя при этом как провинившиеся школьник, и сказал Лянь Жэню:

— Ну же! Чего ты медлишь? Задавай свои глупые вопросы.

Лянь Жэнь в очередной раз поразился тому, как тонко господин Тянь Ши чувствовал других людей и как умело он читал самого Лянь Жэня — прямо как открытую книгу.

— Кто этот человек и почему вы отдали ему все деньги? — спросив, Лянь Жэнь нахмурился, чтобы показать своё недовольство.

— Что, сам мечтал их заполучить? — грубо спросил господин Тянь Ши, но по взгляду Лянь Жэня понял, что снова переборщил своими колкостями.

— Вы прекрасно знаете, что нет. Мне просто стало обидно за вас. Вы ведь могли купить себе что-то на эти деньги, на крайний случай могли впрямь отремонтировать кондитерскую. Кое-где со стен начала осыпаться краска, и я уверен, что вы это тоже заметили. Но нет! Вы взяли и всё отдали этому человеку. Почему?

— Именно так ведутся дела, Лянь Жэнь, — устало потирая переносицу сказал господин Тянь Ши, — этот человек является помощником наместника города. Я плачу ему ежемесячную плату взамен на защиту.

Услышав эти слова, Лянь Жэнь выпучил огромные глаза, после чего, с силой сжав собственные кулаки, громко воскликнул:

— Если вам нужна защита, я могу помочь, вы же знаете, я сильный! И ничего не боюсь.

— Это очень мило с твоей стороны, Лянь Жэнь, — сказал господин Тянь Ши, впервые за долгое время коротко улыбнувшись, — но ты уже взрослый и должен понимать, что дела ведутся именно таким образом. Все заведения в этом городе, от малого до великого, платят определённую сумму определённому человеку для того, чтобы их не трогали. Это обеспечивает хорошую защиту не только от бандитов, но ещё и от таких же подобных людей, которые наживаются за счёт торговли других.

— Так вы платите за крышу! — воскликнул Лянь Жэнь, наконец-то поняв, что именно пытался донести до него господин Тянь Ши.

— Именно так, — подтвердил господин Тянь Ши, — я плачу наместнику и не имею больше никаких забот. Мне остаётся лишь готовить и продавать свои сладости, а ты должен мне в этом помочь. Прямо сейчас! — с нажимом произнес последние слова господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь понял, что пора приниматься за работу.

— Простите, что донимал вас этим вопросом, больше не буду. Что мы будем сегодня готовить? — ярко улыбаясь, спросил Лянь Жэнь.

— Махуа, — было ему ответом.

***

Махуа по сути являлась обычной мучной петелькой, посыпанной сахарной пудрой. Господин Тянь Ши по обычаю принялся за приготовление теста. В тёплую воду он добавил масло и сахар и долго помешивал, пока сахар не растаял полностью. В просеянную несколько раз Лянь Жэнем муку он добавил щепотку сухих дрожжей, после чего смешал со сладкой водой и маслом.

После этого Лянь Жэнь, вызвавшись, очень долго месил тесто, которое вскоре подоспело, став таким мягким и пушистым, что работать с ним было одно удовольствие. Сформировав из него несколько длинных колбасок, они разрезали их на маленькие кусочки, которые опять же превращали в колбаски. Из двух таких Лянь Жэнь делал мучные петельки, переплетая их между собой. Господин Тянь Ши делал такую же косу, но из трёх, что казалось гораздо более сложным.

— Я даже с собственными волосами не всегда могу справиться, не то, что с тестом, так что, боюсь, я скорее всё испорчу, — объяснил Лянь Жэнь и получил неожиданный комплимент от господина Тянь Ши.

— По-моему, твоя причёска всегда выглядит опрятно.

— Благодарю, — слегка смущённо сказал Лянь Жэнь — ваша причёска тоже выглядит очень хорошо. Я иной раз даже задаюсь вопросом, как это вы так умудряетесь волосы вокруг этого деревянного полумесяца закреплять, у меня бы он точно отвалился.

— Ничего сложного в этом нет, — строго ответил господин Тянь Ши, потом, слегка смягчив голос, добавил, — это подарок моей матери, и я со временем настолько привык, что теперь даже не могу представить, чтобы я носил другую причёску.

— Ух ты… — восторженно протянул Лянь Жэнь, — А на войну вы тоже так ходили?

— Нет, все военные носят обычный пучок на макушке, чтобы ничем не отличаться друг от друга. Там царят правила и жестокость, и некогда думать о том, чтобы навести красоту, — ответил ему господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь удивился, что получил такой развёрнутый ответ на свой вопрос, ведь господин Тянь Ши не любил говорить про свои военные годы, а тут можно сказать, что даже разоткровенничался. Лянь Жэнь хотел было спросить что-то ещё, раз господин Тянь Ши был в хорошем расположении духа, но не успел, поскольку было пора заняться обжаркой махуа в арахисовом масле.

Хоть Лянь Жэнь никогда не страшился заниматься обжаркой овощей в горячем масле, в этот раз он не особо умело это делал. Видимо, остался под впечатлением сегодняшнего утра, да так и не смог собраться. Несколько раз его обожгло горячим маслом, порой он испуганно отскакивал от горячей сковородки. И видя его неумелость, господин Тянь Ши самостоятельно этим занялся. Лянь Жэню он вручил огромные тканевые варежки и приказал время от времени доливать масло, а также перекладывать приготовленные мучные петельки на бумагу, которая должна была впитать излишки арахисового масла.

И вновь такое внезапное проявление заботы от господина Тянь Ши растрогало Лянь Жэня, который в благодарность за это решил работать ещё усерднее.

Когда все махуа были готовы, господин Тянь Ши посыпал на них немного белоснежной сахарной пудры и разложил на серебряные подносы, а Лянь Жэнь отнёс их на прилавок в главный зал.

Покупателей, как и всегда, собралось великое множество, и целый день они были заняты, стараясь успеть обслужить каждого клиента.

К слову, Лянь Жэню всегда казался удивительным тот факт, что господин Тянь Ши каждый раз готовил очень простые сладости, которые любая хозяйка могла бы сделать у себя дома и каждый раз они получились настолько вкусными, что практически каждый второй покупатель говорил, что ничего вкуснее в жизни не пробовал. Раньше, когда Лянь Жэнь ещё не работал в «Танхулу», он думал, что тут продаются какие-нибудь изысканные сладости, которые невозможно отыскать в другом месте. Или же у них хотя бы причудливые формы и необычные цвета. Однако каково же было его удивление, когда неделя за неделей господин Тянь Ши готовил обычные сладости из обычных ингредиентов. Он не знал, в чём именно был секрет господина Тянь Ши и его выпечки, но предпочитал думать, что всё это благодаря любви. Лянь Жэнь довольно быстро понял, что господин Тянь Ши любил то, что делал, и наверняка именно поэтому сладости получались такими невероятными.

***

И в первый, и во второй день продажи махуа Лянь Жэнь был так загружен работой, что разбил несколько фарфоровых чашек. Он жалел о своей неосторожности, но в то же время радовался, что к концу дня две-три сладости всё-таки оставались, и он мог быть уверенным в том, что господин Тянь Ши не будет голодать. На третий день Лянь Жэню вновь улыбнулась удача, однако не совсем та, которую он ожидал.

Уже после обеда не было ни одного человека, который стоял бы в очереди у «Танхулу», и господин Тянь Ши тут же с подозрением посмотрел на Лянь Жэня.

— Если это опять твоих рук дело, я тебе точно прибью, — сказал господин Тянь Ши, но тот в свою очередь лишь ярко улыбнулся и поспешил рассказать, почему же именно у них сегодня так мало покупателей.

— За два квартала отсюда проходит фестиваль урожая.И в честь этого там обустроили большой рынок. На улице вышли сотни продавцов со всевозможными интересностями, и все люди ринулись туда. Может быть, и нам стоит сходить, — предложил Лянь Жэнь.

— Продавать еду на улице это настоящее извращение, пусть извращенцы этим и занимаются, — ответил хмуро господин Тянь Ши.

— Не продавать, а покупать, господин.

— И что же мы там купим? — с сомнением на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Я не знаю. Что понравится. Может быть, мы найдём интересные ингредиенты для наших сладостей или редкий краситель по привлекательной цене. Я видел, как вы смешивали несколько красителей, пытаясь добиться нужного оттенка, поэтому подумайте о том, что, может быть, где-то там вы отыщите именно тот оттенок синего красителя, о котором так долго мечтаете. Ну же, господин Тянь Ши, пойдёмте. Обещаю, что мы не задержимся, если ничего интересного не найдём.

Лянь Жэнь пытался всеми возможными способами уговорить господина Тянь Ши сходить с ним на фестиваль урожая, прекрасно зная о том, что тот мало куда выходит и считая, что ему не помешало бы прогуляться и немного развеяться.

— Ты за мной подглядывал, что ли? — раздражённо спросил господин Тянь Ши.

— Да вы особо и не скрывались, — улыбаясь, ответил ему Лянь Жэнь.

— Ты совсем обнаглел, да?

— Только если немного, — рассмеялся Лянь Жэнь, после чего приблизился к прилавку и попытался состроить самую милую мордашку, на которую только был способен. И несмотря на то, что господин Тянь Ши храбро и стойко держался перед очарованием Лянь Жэня, и он в конце концов сдался.

— Ладно, только ненадолго.

— Пойдёмте быстрее, скоро начнёт темнеть, и на фестивале зажгут множество фонариков, я не хочу это пропустить.

***

Находиться где-то за пределами «Танхулу» вместе с господином Тянь Ши было непривычно, а потому странно. Конечно же, господин Тянь Ши перед тем, как отправиться на фестиваль, убедился в том, что всё в кондитерской стояло на своих местах и было надёжно заперто на ключ. Лянь Жэнь на это лишь тяжело вздыхал, но продолжал послушно ждать, когда же господин Тянь Ши совсем закончит.

До места, где проходил фестиваль, они добирались неспешно и в абсолютном молчании. Лянь Жэнь, который своими огромными шагами преодолел бы это расстояние намного быстрее, в этот раз делал маленькие шаги, чтобы господин Тянь Ши не выделялся на его фоне. Лянь Жэнь прекрасно знал, что тот не любит, когда люди замечают его хромоту, поэтому старался приноравливаться к его темпу.

— Ты можешь идти вперёд быстрее, незачем так медлить. Я же вижу, что ты топчешься на месте, — заметил господин Тянь Ши, когда издалека уже начали виднеться сотни зажжённых фонариков на улицах фестиваля.

— Не могу. Хочу насладиться этой прогулкой вместе с вами, — широко улыбаясь, ответил Лянь Жэнь.

— Пф, что за вздор! — недовольно воскликнул господин Тянь Ши. Однако отчасти он был рад, что Лянь Жэнь не побежал вперёд, иначе кто знает, смог бы он дойти до самого празднования или же поспешно бы вернулся обратно в кондитерскую.

Празднование фестиваля урожая решили обустроить на несколько соседних улицах, где разместили десятки торговых прилавков, которые ломились от вкусностей и всякого рода диковинок. Там было абсолютно всё, от обычных овощей и до изысканных шелков. Вся улица была украшена бумажными фонариками, композициями из цветов и деревянными фигурами богини плодородия.

Людей было очень много — кто-то просто неспешно прогуливался, наслаждаясь прекрасной погодой, а кто-то отчаянно пытался отыскать какую-нибудь редкую вещицу, о которой давно мечтал, а некоторые люди и вовсе пользовались тем, что продавцы в честь праздника снизили цены, и закупались на год вперед, другие же не отходили от прилавков с едой, поглощая вкусности в немереном количестве. Особенно радовались дети, которые бегали туда-сюда, будучи в восторге от такой волшебной атмосферы и, конечно же, от того, что родители разрешили им купить какую-нибудь заветную сладость.

Лянь Жэнь, словно дикий кролик, скакал от одного прилавка к другому, с любопытством исследуя всё, что предлагали умелые продавцы. Господин Тянь Ши же избирательно ко всему подходил, осматривал со всех сторон, а потом уходил, так ничего и не купив.

— Господин Тянь Ши, смотрите, какая красивая ваза, — сказал Лянь Жэнь, привлекая внимание господина Тянь Ши к прилавку, где продавались стеклянные вазы причудливой пузатой формы, с маленьким горлышком и очень насыщенного зелёного цвета.

— Ничего необычного, — сказал господин Тянь Ши, который собирался было уже уйти, да вот только Лянь Жэнь вцепился в его рукав и никак не хотел его отпускать.

— Мне они так понравились, разрешите их купить и поставить на столики для посетителей в кондитерской.

— Купи себе и поставь дома, — тут же отрезал господин Тянь Ши, который не видел ничего красивого в стеклянных вазах.

— Дома я почти никогда не бываю. А покупать вазу, чьей красотой я не смогу наслаждаться день ото дня, не имеет никакого смысла. Пожалуйста, позвольте их купить. Я потрачу свои деньги, так что вам не о чём волноваться.

Господин Тянь Ши долго смотрел то на Лянь Жэня, то на пузатые вазы и в конце концов не выдержал жалостливого взгляда Лянь Жэня и всё-таки разрешил ему купить вазы.

— Почему ты взял шесть, когда у нас в кондитерской пять столиков? — спросил господин Тянь Ши, глядя на то, как добродушный продавец упаковал вазы в бумагу и в придачу отдал Лянь Жэню небольшую бамбуковую корзину, чтобы тому было удобнее их нести.

— Это на всякий случай, если я одну разобью.

— Какой предусмотрительный, — фыркнул господин Тянь Ши и тут внезапно заметил, что у продавца, который вручил Лянь Жэню корзину с вазами, рукава испачкались чем-то синим.

Довольно тактично указав на это продавцу, господин Тянь Ши получил очень развёрнутое объяснение.

— Ох, понимаете, я использую синий краситель, чтобы изготовить эти вазы. При нагревании синий цвет превращается в тёмно-зелёный, который так понравился молодому господину, — сказал продавец, глядя на Лянь Жэня, который всё не мог наглядеться на свою покупку.

— Вы из деревни Даньлань? — серьёзным тоном спросил господин Тянь Ши.

— Да, именно, — тут же ответил продавец.

— Скажите, пожалуйста, этот краситель безопасен для его употребления, скажем так, в пищу? — тут же спросил господин Тянь Ши.

— Конечно. В наших далеких краях этот пигмент имеет широкое употребление, наши женщины даже делают из него помаду.

— Синие губы? — спросил господин Тянь Ши, делая над собой усилие в попытке понять, как же именно может выглядеть женщина с синими губами, и насколько это устрашающе.

— Да, я вам скажу, это очень даже привлекательно. Жаль только, в ваших краях это пока что не вошло в моду, — ответил продавец, весело улыбаясь.

— Надеюсь, никогда и не войдёт, — сухо отрезал господин Тянь Ши, — Сколько вы хотите за краситель?

— Оооо, вы тоже хотите разгуливать с синими губами?

— Ни в коем случае! — громко воскликнул господин Тянь Ши, — Я хочу использовать это в кондитерской для изготовления сладостей, в особенности для фагао и юаньсяо. Но волнуюсь, как бы при нагревании они не получились зелёными, как ваши вазы.

— Не волнуйтесь, насыщенный зелёный цвет появляется лишь при очень больших температурах, а в вашем случае будет ярко-синий, — сказал продавец и показал поближе господину Тянь Ши маленькую фарфоровую шкатулочку, в которой находился краситель очень насыщенного синего цвета.

— Сколько вы за него хотите?

— Три монеты, — тут же ответил продавец, — делаю вам скидку, раз вы у меня уже так много купили.

— Хорошо, я беру, — сказал господин Тянь Ши и, заплатив три золотые монеты, получил фарфоровую шкатулку, наполненную синим пигментом.

— Кажется, я приношу вам удачу, — сказал Лянь Жэнь, когда они отошли на небольшое расстояние от прилавка продавца с вазами глядя на то, как господин Тянь Ши бережно держал в руках шкатулку с красителем.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь мельком взглянул на Лянь Жэня и кивнул, соглашаясь с его словами. Тот и вправду приносил ему удачу, ведь если бы Лянь Жэнь не настоял на том, чтобы купить вазы, он ни за что бы не заметил испачканные рукава продавца и уж точно не смог бы добыть такой редкий краситель.

Господин Тянь Ши вытащил небольшой белоснежный платок, который хранил за поясом, завернул в него шкатулку с красителем, после чего протянул Лянь Жэню и сказал:

— Положи это в корзину. Я могу оступиться и нечаянно разбить, жалко будет просто так испортить такую редкость.

— Не волнуйтесь, господин Тянь Ши, донесу ваш ценный краситель до кондитерской в целости и сохранности, — ярко заулыбался Лянь Жэнь, положив драгоценную покупку на дно бамбуковой корзины, чтобы точно быть уверенным в том, что с ней ничего не произойдёт.

— Прекрасно, — слегка неловко отозвался господин Тянь Ши.

Глядя на то, каким довольно было его лицо, Лянь Жэнь решил воспользоваться моментом и предложил:

— Раз уж вы в таком хорошем расположении духа, давайте купим немного овощей. Я хочу вместо обычных маньтоу приготовить баоцзы. Обещаю купить овощи на свои деньги, но под вашим чутким руководством выбрать самые лучшие.

— Только немного. Не нужно заниматься расточительством, — сказал господин Тянь Ши, пытаясь предать своему голосу серьёзности, но Лянь Жэнь прекрасно видел, что тот был рад своей неожиданной находке и действительно пребывал в прекрасном расположении духа, что не могло не радовать Лянь Жэня.

***

Они выбрали несколько различных видов полезных овощей, но не слишком много, поскольку господин Тянь Ши продолжал настаивать на том, что не собирается есть баоцзы в том огромном количестве, в котором Лянь Жэнь собирался готовить, хоть тот и говорил, что берёт овощи про запас.

Лянь Жэнь загорелся идеей непременно купить хороших грибов, поскольку считал, что они могут послужить заменой мяса, но на той улице, где они находились, не обнаружилось ни одного продавца с грибами. Тогда Лянь Жэнь решил, что они скорее всего продаются на соседней улице и быстрым шагом направился туда через узкий переулок между двумя домами, чтобы срезать путь.

Господин Тянь Ши, замедлив шаг, следовал за ним, сфокусировав взгляд на широкой спине Лянь Жэня. В какой-то момент он почувствовал, что внезапно силы решили покинуть его. Голова закружилась, перед глазами потемнело, во рту он почувствовал кислый привкус. Он еле успел ухватиться рукой за стену ближайшего дома и опереться на него, слегка приподнимая левую ногу, как ему стало дурно. Шагая рядом с Лянь Жэнем, который был бодр и энергичен, господин Тянь Ши возомнил, что сам является таким же здоровым человеком, совершенно позабыв о том, что его тело давно уже таким не было.

Нога заныла сильнее, чем обычно, а противный кислый привкус во рту никак не проходил. Его бы точно вырвало, если было бы чем, да вот только сегодня он ничего не съел.

Может быть, Лянь Жэнь был прав, когда волновался о нём?

Господин Тянь Ши закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание и надеясь, что таким образом голова перестанет кружиться. Где-то вдалеке, как будто через густую толщу воды, слышится голос Лянь Жэня. Тот говорит что-то про проклятые грибы, а господин Тянь Ши уже их ненавидит.

— Иди дальше без меня, — тихо говорит он и всё вокруг внезапно замолкает.

Сделав над собой усилие и открыв глаза, господин Тянь Ши слегка испугался из-за того, что Лянь Жэнь, который секунду назад был далеко от него, сейчас стоял перед ним на расстоянии шага.

— Вам плохо? — обеспокоенно спросил тот ставя корзину с покупками на землю.

— Всё в порядке, просто нога болит. Ты иди дальше, а я вернусь обратно в кондитерскую.

— Нет, я вернусь вместе с вами, — упёрто сказал Лянь Жэнь.

— Незачем так утруждаться, я прекрасно могу дойти обратно, — и, сделав над собой усилие, чтобы произнести эти слова, господин Тянь Ши прикрыл глаза.

— Я вижу, что вам плохо и я не брошу вас тут, что бы вы мне ни говорили, — сказал Лянь Жэнь, и голос его показался господину Тянь Ши надломленным.

Открыв глаза, господин Тянь Ши ещё раз взглянул на Лянь Жэня. Его лицо было встревожено и обеспокоенно. Брови были сведены к переносице, глаза бегали туда-сюда, поза его была напряжённой, как будто он был готов в любую минуту прыгнуть, чтобы подхватить господина Тянь Ши на руки, а на самом лице не было ни намёка на ту яркую улыбку, что никогда не сходила с его губ.

— Перестань делать такое лицо, — тяжело вздыхая, сказал господин Тянь Ши.

— Не могу… простите… у вас рука дрожит… — запинаясь через слово, сказал Лянь Жэнь и не переставал смотреть на дрожащую руку господина Тянь Ши.

Тот хотел было что-то ответить, да вот только все его мысли улетучились у него из головы, когда Лянь Жэнь, преодолев оставшееся расстояние между ними, взял его дрожащую левую руку и накрыл своими большими ладонями.

— Вам сильно больно? — испуганно спросил Лянь Жэнь.

— Бывало и хуже, — тихо сказал господин Тянь Ши, который не знал, как себя вести в такой ситуации. С одной стороны, он чувствовал себя неважно и больше всего желал сейчас прилечь на своей прохладной кровати, накрыться с головой одеялом и уснуть спокойным сном. С другой стороны, он стоял в темном переулке очень близко к Лянь Жэню, пока тот в свою очередь не переставая гладил его ладонь, выглядя при этом как побитый щенок.

Как нельзя вовремя господин Тянь Ши вспомнил, что в прошлый раз Лянь Жэнь рассказал о том, как внезапно потерял дорогого ему сердцу человека, и, скорее всего боясь, что подобное может повторится, теперь переживал каждый раз, когда его знакомому становилось плохо.

— Перестань меня гладить! Я не собираюсь тут загнуться, как ты себе там уже надумал — устало бросил господин Тянь Ши.

— Если вы огрызаетесь, значит вам лучше, — тихо сказал Лянь Жэнь, но не прекратил гладить его ладонь, которая, к слову, перестала дрожать, — Вам ведь лучше, правда? — с надеждой спросил Лянь Жэнь.

— Мне намного лучше! Так что пошли купим тебе эти проклятые грибы, — сказав это господин Тянь Ши слегка выпрямился и вырвал свою руку из захвата Лянь Жэня.

— Я рад, что вам лучше, — тихо пробубнил тот, — но мне не нужны никакие грибы больше, пойдемте скорее обратно, вдруг вам опять станет плохо.

— Идти назад всё равно не имеет никакого смысла, — сказал господин Тянь Ши, убирая руку, которой опирался на стену. Теперь, когда он почувствовал себя лучше, он желал лишь как можно скорее покинуть это место, — только идя вперёд, можно попасть на главную улицу города, а оттуда и к кондитерской.

— Ой, точно! — воскликнул Лянь Жэнь и нервно почесал затылок.

Господин Тянь Ши попытался сделать шаг вперёд, но нога по-прежнему сильно болела, и его лицо исказила гримаса боли. Он сильнее нахмурился, потому что не хотел, чтобы Лянь Жэнь видел его в таком жалком состоянии, но что же было поделать, он сам был виноват в том, что согласился на эту авантюру. Нужно было оставаться в безопасных стенах кондитерской и не рисковать своим здоровьем, выходя наружу. Каждый раз, когда господин Тянь Ши покидал стены кондитерской, с ним что-нибудь да случалось, поэтому он предпочитал отсиживаться дома и не посещать такие оживлённые места. «И почему я только согласился?» — крутилось у него в голове до тех пор, пока он не почувствовал чужое прикосновение.

На этот раз Лянь Жэнь решил действовать решительно и стремительно и не спрашивать у господина Тянь Ши разрешения. Зная его скверный характер, он понимал, что тот никогда бы не признался, что ему нужна помощь. Но она ведь ему и вправду была нужна, Лянь Жэнь это точно видел. Поэтому он решился помочь и, как всегда, сделал это самым наглым образом.

Лянь Жэнь подошёл ближе и заставил господина Тянь Ши взять себя под руку. Тот даже не успел ничего сказать, как Лянь Жэнь строгим голосом воскликнул:

— Даже не думайте вырываться! Сегодня вечером я хочу быть вашей опорой и, если вам легче так думать, можете считать меня вашей тростью.

— Это неприемлемо, — пытался возразить тот же господин Тянь Ши, смущаясь из-за такого двоякого положения, но Лянь Жэнь не разрешил ему этого сделать, прижав собственный локоть ближе к телу, так что господин Тянь Ши не смог вырвать свою руку из его захвата.

— Не думайте ни о чём постыдном, — поспешил его успокоить Лянь Жэнь, — сейчас очень многие мужчины так ходят. Собственными глазами видел. Те времена, когда такое считалось недопустимым, уже давно прошли, так что вам нечего стыдиться. Представьте, что мы просто двое знакомых, которые вышли на неспешную прогулку и наслаждаемся прекрасными видами сегодняшнего вечера.

— Я ни о чём таком и не подумал, — нахмурив густые брови пробубнил господин Тянь Ши.

— Тогда не понимаю, почему вы продолжаете делать попытки вырваться, — строго на него посмотрев, сказал Лянь Жэнь, — Если ваша нога болит, вам нужно на что-то опереться. И в нынешней ситуации вы можете этого сделать, только оперевшись на меня.

— Я... Тебе будет неудобно нести корзину, — зацепившись взглядом за лежащую на земле корзину, воскликнул господин Тянь Ши, который всячески пытался избежать того, чтобы выйти из полутёмного переулка, держась за руку Лянь Жэня.

— Ничего подобного! — тут же воскликнул Лянь Жэнь и только слегка наклонился, чтобы подцепить корзину за её бамбуковую рукоять, — Вы же знаете, что я очень сильный, так что не волнуйтесь обо мне, я могу понести и корзину, и вас, если нужно будет.

— Это уже полнейший вздор, — фыркнул господин Тянь Ши.

— Почему же вздор. Я думаю, вы не весите больше того мешка с мукой, который я тащил сегодня из кладовой, поэтому я с такой же лёгкостью могу поднять вас, но не хочу, чтобы мы дошли до такого, поэтому вам лучше поберечь свои силы.

— Ладно, — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши, — но только ты об этом никому не расскажешь.

— Конечно же не расскажу, у меня особо и нет никого, кому я мог бы это рассказать. Да я и не хочу. Вы же потом непременно обо всём узнаете и будете на меня ворчать. Может быть, даже уволите, поэтому я обещаю вам, что буду нем, как рыба, — улыбаясь, сказал Лянь Жэнь и медленным неспешным шагом направился к оживлённой улице, что виднелась впереди.

Господин Тянь Ши, который поначалу совершенно не хотел прикасаться к Лянь Жэню, тем более, опираться об его руку, сделав лишь несколько шагов с его помощью понял, что так передвигаться действительно намного легче. Ко всему прочему, голова перестала кружиться, а неприятный кислой привкус во рту наконец исчез. Так что господин Тянь Ши действительно поверил, что сможет продолжить их прогулку.

Когда они вышли на оживлённую улицу, господин Тянь Ши слегка зажмурился, поскольку ему показалось поначалу, что все взгляды устремлены в их сторону.

Но люди по-прежнему весело смеялись, покупая всякие сладости и безделушки и не обращали никакого внимания на двух мужчин, которые шли рядом.

Лянь Жэнь, как будто ощущая это лёгкое волнение, остановился и повременил, ожидая, пока же господин Тянь Ши осмелится всё-таки поднять глаза и осмотреться. Он ничего не говорил, лишь высоко поднял голову и любовался огнями. Господин Тянь Ши в свою очередь с удивлением обнаружил, что они с Лянь Жэнем никому не сдались и никто даже не смотрел в их сторону

Чтобы и самому отвлечься от глупых мыслей, которые то и дело блуждали в его голове, господин Тянь Ши оглянулся по сторонам и обнаружил прилавок, где продавали женьшень и грибы.

— Смотри, Лянь Жэнь, там продаются грибы, которые ты так хотел купить, — сказал господин Тянь Ши, и вместе с Лянь Жэнем они, не торопясь зашагали в ту сторону.

Лянь Жэнь со знанием дела выбрал несколько видов грибов, за которые расплатился всё так же, не выпуская руку господина Тянь Ши. Тот вновь хотел было вырваться из захвата, подумав, что так будет неудобно расплачиваться, но Лянь Жэнь знал, что если господин Тянь Ши это сделает, он больше не сможет его заставить держаться за его руку, поэтому довольно умело расплатился одной рукой, а любезный продавец сам поместил купленный товар в его бамбуковую корзину.

Купив наконец те многострадальные грибы, таким же неспешным шагом они направились вниз по улице.

В конце концов, поборов собственное стеснение, господин Тянь Ши отважился покрепче схватить Лянь Жэня за руку и с удивлением обнаружил у того впечатляющей твёрдости мышцы.

— Неужто ты камни себе под одежду запихнул?

Услышав такой неожиданный вопрос от господина Тянь Ши, Лянь Жэнь громко рассмеялся:

— Нет конечно, как бы они там держались.

— Не знаю, но ты умеешь удивлять, — ответил ему господин Тянь Ши, глядя на весело пробегающих мимо детишек.

— Я пахал в поле с утра до ночи. Оттуда и мышцы появились, — легко ответил Лянь Жэнь.

— Было трудно? — осторожно спросил господин Тянь Ши

— Да, но я был ребёнком и благодаря этому мало что понимал.

— Благодаря этому ты развил высокую выносливость и можешь похвастаться большой силой. У меня таких мышц не было, даже когда я ежедневно подолгу тренировался с мечом.

— Вы расскажете о том времени? — с надеждой спросил Лянь Жэнь.

— Нет, — тут же отрезал господин Тянь Ши.

— Эх, а я так надеялся послушать о ваших подвигах. Господин, давайте поспорим, что если я...

— Нет, — тут же отрезал господин Тянь Ши, — спорить повторно я с тобой не собираюсь.

— Почему это? — расстроенно протянул Лянь Жэнь.

— Потому что ты очень удачливый, а мне же наоборот очень сильно не везёт в спорах с тобой.

— Но я же хотел предложить очень простой спор. Если я продержусь у вас в работниках до конца месяца, вы расскажете мне о том, как побывали на войне.

— Если ты перестанешь предлагать спор, когда-нибудь я тебе об этом расскажу, — ответил ему господин Тянь Ши, стараясь не смотреть на счастливое лицо Лянь Жэня.

— Договорились! — весело воскликнул Лянь Жэнь, — Но имейте в виду, что я не забуду о том, что вы только что мне пообещали.

— Тц, не забудет он, — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши и потянул за собой Лянь Жэня, желая как можно скорее вернуться домой.

***

Им оставалось пройти лишь немного, и они бы наконец дошли до главной улицы, но со стороны внезапно хлынул большой поток людей, и они оказались прямо в его центре. Будучи не в силах с ним справиться, их отнесло вместе с потоком через несколько улиц.

Господин Тянь Ши крепко держался за руку Лянь Жэня, и только чудом им удалось не разделиться. А когда они наконец-то выбрались из толпы, оба в растерянности стали оглядываться по сторонам, чтобы понять, куда именно их занесло. Воспользовавшись моментом, господин Тянь Ши всё-таки выскользнул из крепкого захвата Лянь Жэня.

Улица, на которую они попали, была хорошо освещена, но уже не была частью фестиваля урожая, поэтому им обоим нужно было понять, где они находятся, чтобы знать, как им вернуться в кондитерскую.

— Я знаю эту улицу! — весело воскликнул Лянь Жэнь, — На этой улице находится самая знаменитая таверна в этом городе — таверна «Зелёного Императора».

Оба повернулись, и прямо перед ними оказалась та самая знаменитая таверна.

Высокое трехэтажное здание поражало своей красотой. На внешних стенах преобладали красный и позолота, а крыша, наоборот, была тёмно-зелёного цвета и в ночное время будто сливалась с тёмным небом.

Таверна зелёного императора было поистине самым ярким и запоминающимся местом города. Там подавали столь изысканные блюда, что простому смертному даже не снилось. Все мечтали хотя бы раз в жизни удостоиться чести отведать одно блюдо в таверне «Зелёного Императора», поскольку считалось, что там готовят самую вкусную еду на свете.

Поговаривали, что сам император некогда посетил это место и после трапезы сказал, что даже во дворце так вкусно никто не готовят.

Лянь Жэнь однажды набрался смелости и решил посетить это место, поскольку считал, что накопил достаточно денег, чтобы отведать в «Зелёном Императоре» хотя бы одно блюдо. Но каково же было его удивление, когда стража у ворот сказала, что без предварительной записи туда попасть было невозможно. А записаться можно было только через год. Расстроенный, Лянь Жэнь, который не знал, будет ли он в городе через год и будет ли у него тогда достаточно денег, ушёл домой. Сейчас же Лянь Жэнь случайно оказался вновь перед этим местом и восхищался его красотой.

— Знаете, господин Тянь Ши, я мечтаю однажды тут поработать, — сказал Лянь Жэнь и, прежде чем успел повернуться, почувствовал легкое прикосновение.

Господин Тянь Ши осторожно поддел пальцем серебряный браслет на запястье Лянь Жэня и притянул его руку к себе, таким образом желая привлечь его внимание, но, по сути, он сейчас искал поддержки.

Улыбка с лица Лянь Жэня тут же померкла, стоило ему увидеть обеспокоенное лицо господина Тянь Ши. Он тяжело дышал, а его губы дрожали, и поначалу Лянь Жэню показалось, что тому вновь стало дурно, но, присмотревшись получше, он понял, что господин Тянь Ши боится.

Ужас застыл на лице господина Тянь Ши, поскольку перед его глазами было место, в котором было положено начало его несчастиям.

— Пойдём быстрее... Отсюда... — не своим голосом сказал господин Тянь Ши, продолжая в страхе смотреть на таверну «Зелёный Император».

Когда Лянь Жэнь ничего не ответил, господин Тянь Ши потянул на себя браслет на его запястье, да так сильно, что Лянь Жэню показалось, что крепкое плетение серебряного браслета вот-вот разорвётся.

— Прошу… — испуганно и очень тихо прошептал господин Тянь Ши.

Почему-то Лянь Жэнь сразу понял, в чём было дело. Он никогда не видел, чтобы господин Тянь Ши испытывал страха. Им, конечно, вдвоем никогда и не приходилось находиться в опасной ситуации, но всё же господин Тянь Ши создавал впечатление уверенного и отважного человека, который ни за что не испугался бы обычного здания, если бы только это здание не было связано с печальными воспоминаниями.

Лянь Жэнь сразу понял, что это произошло именно здесь. В «Зелёном Императоре».

Именно здесь господина Тянь Ши отравили.

И, видя, в каком тревожном состоянии находился господин Тянь Ши, Лянь Жэнь решил действовать.

В первые секунды Лянь Жэнь подумал, что было бы неплохо ухватить господина Тянь Ши на руки и унести побыстрее отсюда. Но тот и так выглядел хуже некуда и, побоявшись ещё сильнее его расстроить, Лянь Жэнь просто-напросто взял того за руку и, развернувшись, быстром шагом направился прочь как можно дальше от этой таверны.

Благо, Лянь Жэнь хорошо знал эти улицы и быстро вывел их на главную дорогу, а оттуда уже медленным и неспешным шагом направился в кондитерскую.

Господин Тянь Ши был молчалив, но его руки хотя бы перестали дрожать. Сам Лянь Жэнь корил себя за то, что вытащил сегодня вечером господина Тянь Ши на эту прогулку.

Не хватало того, что тому стало плохо прямо посреди дороги, так они ещё и натолкнулись на проклятое место, в котором господину Тянь Ши пришлось пережить такое. Если бы Лянь Жэнь мог исправить сегодняшний вечер, он бы ни за что не уговорил бы господина Тянь Ши пойти с ним на фестиваль. Он бы предпочел остаться в кондитерской до глубокой ночи и мыть грязную посуду, нежели видеть отчаяние на лице господина Тянь Ши.

— Со мной всё хорошо, можешь перестать держать меня за руку, Лянь Жэнь, — внезапно сказал господин Тянь Ши строгим голосом которым он говорил с Лянь Жэнем обычно.

Только сейчас Лянь Жэнь обратил внимание, что он по-прежнему крепко держал руку господина Тянь Ши в своей ладони. Опомнившись, и взглянув на их переплетённые пальцы Лянь Жэнь виновато глядя разжал свою ладонь.

Господин Тянь Ши тут же скрестил руки на груди, не зная куда себя деть от смущения.

Странные происшествия продолжали происходить этим вечером раз за разом, и он, уставший от всего этого, просто-напросто желал закрыться в своей кондитерской и больше никого не видеть вокруг себя.

ГЛАВА 08. Сладкие груши на пару

Добравшись до кондитерской, господин Тянь Ши быстро направился на кухню, где присел на стул возле колодца и долго сидел в одной позе, пока не собрался и не вытащил себе немного воды на дне ведра.

Пока он маленькими глотками выпивал воду из крошечной чарки, Лянь Жэнь расставил всё купленное по кухне. Все шкафы были по-прежнему закрыты на ключ, поэтому Лянь Жэнь вытащил зеленые вазы и поставил их на маленьком столике в углу, где стояла его синяя подбитая чашка. Краситель поставил прямо посередине большого кухонного стола, на котором они готовили, а корзину с овощами оставил у двери маленькой кладовой.

Всё это Лянь Жэнь сделал для того, чтобы господин Тянь Ши точно видел, что и где он оставил и не заподозрил его вновь в злом умысле.

— Возьми это с собой, — сказал тот, стоя за спиной Лянь Жэня.

Когда Лянь Жэнь к нему повернулся, он заметил, что господин Тянь Ши протягивал ему большой сверток бумаги, в котором находилось приличное количество махуа.

— Я не возьму, — тут же сказал Лянь Жэнь.

— Ты всегда говорил, что хотел бы попробовать то, что мы готовим, а теперь, когда осталось много сладостей, брезгуешь? — зло процедил сквозь зубы господин Тянь Ши.

— Нет, просто я так же, как и вы, считаю, что виноват в том, что случилось сегодня, поэтому не хочу получить что-то хорошее взамен на то плохое, что сделал вам, — даже не смея на него посмотреть в ответ, сказал Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши поражённо посмотрел на Лянь Жэня. Он был растерян, не ожидая услышать такие слова.

— Мои слова могли показаться тебе грубыми, поэтому… Прости… Я не думаю, что ты виноват в чем-то… Я… — господин Тянь Ши устало выдохнул, хватаясь за ноющее бедро, — Ты мне сегодня очень сильно помог, поэтому возьми это в качестве моей благодарности. Если не хочешь — просто выброси.

— Нет! Я возьму! — громко воскликнул Лянь Жэнь, хватая из рук господина Тянь Ши сверток с махуа, — Спасибо, господин, я…

— Теперь иди домой, Лянь Жэнь, я очень устал, — перебив его, сказал господин Тянь Ши.

— Но…

— Завтра мне расскажешь, что ты по поводу всего этого думаешь, а теперь иди.

— Хорошо, — тихо ответил Лянь Жэнь и, прижимая к груди сверток с махуа, направился к выходу.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь, — сказал господин Тянь Ши, закрывая за ним дверь кондитерской.

— Доброй ночи и спокойных вам снов, господин Тянь Ши, — тихо проговорил Лянь Жэнь.

***

Махуа были очень сладкими, а воспоминания о том вечере слишком горькими, чтобы Лянь Жэнь мог насладиться сладостями сполна, так что он поделился ими со своими домашними учёными и мадам Ян, которые были от них в восторге. Не ожидая, что когда-либо им удастся попробовать что-нибудь, приготовленное в самой известной кондитерской города, они, конечно же, после этого начали просить Лянь Жэня, чтобы тот привёз с работы побольше сладостей. Лянь Жэнь лишь отрешённо ответил, что вряд ли когда-либо сможет это сделать, тем более, судя по тому, что произошло этим вечером, до его увольнения осталось не так уж и много.

Лянь Жэнь плохо спал той ночью и явился на работу с огромными мешками под глазами. Он открыл входную дверь кондитерской, которая была заблаговременно отперта. Пребывая в расстроенных чувствах, Лянь Жэнь, шаркая ногами, направился на кухню. Войдя, он сразу увидел сидящего на низком стульчике господина Тянь Ши — тот располагался прямо напротив кухонной двери и явно не ожидал, что его поймают с поличным.

Подняв подол собственных одежд до колен, господин Тянь Ши размазывал вонючую мазь, круговыми движениями втирая её в кожу.

Большой уродливый рубцовый шрам начинался от колена и уходил вниз под белоснежный носок. Лянь Жэнь конечно же подозревал, что ранение, которое господин Тянь Ши получил на войне было серьёзным, но он даже не ожидал, что всё на самом деле было настолько плохо. Нет, Лянь Жэнь не страшился шрамов, у него самого их было предостаточно, но все они были получены в детстве и сейчас были еле заметны. А вот шрам господина Тянь Ши выглядел жутко, как будто ему и вовсе рассекли ногу напополам.

Заметив появление Лянь Жэня, господин Тянь Ши быстрым движением скинул полы своей одежды вниз, прикрывая оголённые ноги.

— Стучаться не учили? — резко спросил он.

Ночью он проснулся от ноющей боли в ноге и до самого утра не смог заснуть. Такие боли были практически постоянны, но в последнее время стали слабее. Господин Тянь Ши понял это только сегодня, когда после вчерашней продолжительной прогулки его нога вновь разнылась.

Все эти недели рана его почти не беспокоила, и господин Тянь Ши неожиданно пришёл к выводу, что это благодаря стулу, который смастерил для него Лянь Жэнь. Он был прав, когда говорил, что стояние у прилавка перенапрягает ногу, из-за чего та ещё сильнее болит. Придя к этому выводу, господин Тянь Ши подумал, что, наверное, всё-таки слишком мало заплатил тогда Лянь Жэню за это неуклюжее приспособление, которое день ото дня помогало ему, и решил, что нужно будет еще раз того поблагодарить да вот только сам не знал, как это лучше сделать.

Попросить Лянь Жэня вновь что-то для него смастерить господину Тянь Ши казалось слегка затратно. Не из-за денег, а потому что Лянь Жэнь наверняка дорожил своим свободным временем, а проводить единственный выходной мастеря что-то для кондитерской ему явно не прельщало. Впрочем, господин Тянь Ши решил на время отложить этот вопрос и вернуться в реальность, где, стоя в проёме двери Лянь Жэнь смотрел на него со смесью вины и сожаления.

— Простите, в качестве извинения за вчерашнее принёс вам это — сказал Лянь Жэнь и вытащил из-за спины большую охапку полевых цветов

—Ты это принёс для меня или для тех ваз, что купил вчера?

— И для вас, и для ваз, и для кондитерской в целом, — широко улыбнулся Лянь Жэнь, потому что ему самому показалось забавной игра слов, которую он только что придумал.

— Сначала займёмся готовкой, а когда у тебя будет свободное время ты можешь побаловаться глупыми занятиями, — строго сказал господин Тянь Ши, глядя на букет полевых цветов, — отнеси их на задний двор, пока что.

— Неужели вы и цветов боитесь? — воскликнул Лянь Жэнь и прикусил нижнюю губу, поняв, какую глупость сморозил.

— Я не боюсь цветов, просто они будут мешать работе.В первую очередь тебе! — с нажимом произнес господин Тянь Ши недовольно на него глядя.

— Простите ещё раз, — сказал Лянь Жэнь и быстро вышел на задний двор, где поставил цветы в старое разбитое ведёрко.

***

Всё утро Лянь Жэнь неустанно трудился, готовя хрустящие сладости, а когда всё уже было готово к приёму посетителей, он попросил господина Тянь Ши подождать, пока он оформит несколько букетов и поставит в вазы на столики в главном зале.

Господин Тянь Ши проворчал что-то невнятное себе под нос, но всё-таки разрешил Лянь Жэню слегка повозиться с цветами. Тот очень быстро промыл купленные вчера зелёные стеклянные вазы и, красиво оформив несколько букетов, отнёс их в главный зал, расставляя по центру каждого столика.

— Вы знаете, мне так нравится тёмно-зелёный цвет, что, когда я вижу что-то этого цвета, не могу удержаться, чтобы не купить, — сказал Лянь Жэнь, с гордостью глядя на то, как красиво смотрелись цветы в переливающихся зелёных вазах.

На его слова господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь смерил долгим взглядом получившиеся композиции, отмечая про себя, что смотрелись они и правда неплохо.

— Я мечтаю когда-нибудь сшить себе прекрасные тёмно-зелёные одежды и носить их с удовольствием, пока мне не надоест.

— По-моему, на тебе и сейчас зелёные одежды.

Лянь Жэнь посмотрел вниз на свой бледно-зелёные одеяния и, улыбаясь, покачал головой:

— Это не то. Я хочу ярко насыщенный оттенок тёмно-зелёного цвета. Такого же, как у этих прекрасных ваз. Когда-нибудь я их обязательно себе закажу у портного.

— Я вроде плачу тебе достойное жалование, чтобы ты мог их себе позволить хоть сейчас, — сказал господин Тянь Ши, присаживаясь за прилавком и притворяясь, будто не придаёт большого значения этому разговору.

— Вы правы, господин. Вы очень щедро мне платите, но, наверное, я ещё не нашёл подходящую ткань для своих новых одеяний или же не готов пока что расстаться со старыми. Думаю, ближе к зиме закажу, когда соберусь с духом.

— Не затягивай это дело, ближе к зиме у портных очень много работы, поэтому, если ты не хочешь, чтобы одежда была готова к весне, лучше заказать заранее.

— Непременно так и сделаю, господин, спасибо за совет, — широко улыбаясь, сказал Лянь Жэнь и вышел на улицу, широко распахивая для покупателей двери кондитерской.

***

А после работы Лянь Жэню в голову начали приходить совершенно странные мысли. Утренний разговор никак не хотел выходить у него из головы, в особенности фраза, которую, казалось, господин Тянь Ши бросил лишь вскользь. Но которая в действительности имела большой значение.

Господин Тянь Ши тогда спросил Лянь Жэня, достаточно ли он ему платит. Он ответил, что да, ведь это была правда. Лянь Жэнь в жизни не получал так много денег. Работа, конечно же, была непростой, и у него вычитывали из жалования за разбитую посуду, но всё равно оставалась достаточно много.

Слишком много для обычного помощника.

***

— Господин Тянь Ши, знаете, я всё никак не могу выкинуть из головы то, что произошло в первый день готовки махуа, — сказал Лянь Жэнь на следующий день после того, как полночи обдумывал все произошедшее за последние дни.

— Тебе не даёт покоя то, что я плачу такую большую сумму тому человеку?

— Это тоже, но… — Лянь Жэнь слегка замялся, прежде чем озвучить то, над чем он думал последние несколько дней и ночей, — Я продолжаю думать о том, почему же вы отдаёте мне такую же часть дохода какую забираете себе. Получается, что у нас одинаковые жалованья, а это в корне несправедливо.

— В чём же тут несправедливость? — хмуро спросил господин Тянь Ши

— Ну как же. Вы являетесь хозяином кондитерской и главным кондитером, вы готовите эти прекрасные сладости, которые полюбились всем, а я же, в свою очередь, только помогаю вам и не делаю ничего особенного. Я уверен, что, если бы вы закрыли эту кондитерскую и переехали в какое-нибудь другое место, вас ожидал бы такой же успех. Только благодаря вам эта кондитерская стала настолько знаменитой ведь сладости, приготовленные вами, имеют исключительный успех, и из-за всего этого я думаю, что вы должны откладывать себе большую плату, нежели мне.

— Ты хочешь, чтобы я платил тебе меньше, я правильно понимаю? — с лёгким непониманием спросил господин Тянь Ши.

— Именно так. Я думаю, это будет намного справедливее.

— Тогда скажи мне, разве ты не выкладываешься в полную силу, работая у меня? — вновь спросил господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь поспешил ответить:

— Нет конечно. Я работаю в полную силу. Признаться, зачастую, когда я прихожу домой, у меня нет сил больше ничего делать, но всё равно я продолжаю работать у вас, потому что мне это очень нравится.

— Раз ты прилагаешь все усилия для работы, почему же ты должен получать меньше, чем я? Ты исправно справляешься со своими обязанностями, выполняешь в точности все мои указания, хоть иногда и перебарщиваешь. Ну, что ж поделать, такой уж ты. Ты работаешь в полную силу и заслуживаешь получить достойное вознаграждение за это.

— Я так не считаю, господин. Я просто подаю вам ингредиенты и всё. Это намного меньше, чем делаете вы. Если уж на то пошло, то с моими обязанностями мог бы справиться любой другой человек, а вот вы здесь незаменимы.

— Лянь Жэнь, ты такой же незаменимый работник, как и я. Ты поднимаешь тяжёлые вещи, которые я поднять не в состоянии, бегаешь между столами туда-сюда без устали, и будь я на твоём месте уже к обеду свалился бы без сознания, как в прошлый раз. Ты делаешь то, чего я сделать не в состоянии, поэтому получаешь такую плату. Если мои слова прозвучали недостаточно убедительно для тебя, вспомни, пожалуйста, свой первый рабочий день, когда ты опоздал.

— Тогда... Тогда вы не открыли кондитерскую, потому что я не пришёл на работу? — поражённо сказал Лянь Жэнь.

— Именно так. Без твоей помощи я не в состоянии сделать и половины необходимых сладостей, чтобы это было выгодно для продажи. Мы делаем всё поровну, поэтому и получаем одинаковое количество денег.

Лянь Жэнь стоял как вкопанный посреди кухни и осознавал всё то, что ему сказали. Господин Тянь Ши никогда не хвалил его ранее, но сегодняшние слова тронули Лянь Жэня за душу. Это было намного лучше, чем если бы господин Тянь Ши каждый день говорил ему «Молодец» и «Хорошо справляешься».

Это было так трогательно, что Лянь Жэнь был готов расплакаться и, чтобы этого избежать, он задумался о том, чтобы на некоторое время сбежать с кухни и привести свои мысли в порядок.

— Благодарю вас, — дрожащим голосом сказал Лянь Жэнь, — Я… больше не буду задавать такие глупые вопросы, простите меня… Я… Я сбегаю на задний двор и посмотрю, не появились ли те рыжие соседские кошки, которых вы так терпеть не можете.

Сказав это, Лянь Жэнь быстрым шагом направился к двери, что вела на задний двор, и слишком громко её захлопнул. Оказавшись на улице, Лянь Жэнь присел прямо на траву и долго гладил рыжую кошку, которая наглым образом вновь запрыгнула ему на колени.

После того, как Лянь Жэнь успокоился, он решил, что обязательно должен приготовить этим вечером господину Тянь Ши самые вкусные баоцзы на свете, чтобы непременно выразить свою благодарность.

***

Маньтоу и баоцзы, по сути, мало чем отличались. Делались они из одного и того же теста, только в баоцзы добавлялась начинка по вкусу. Чаще всего мясная или овощная, иногда могла быть и сладкой — с применением сладкой бобовой пасты или кунжута.

Маньтоу и баоцзы это были два блюда, которые были вкусными и их было сложно чем-либо испортить хотя Лянь Жэнь знавал некоторых вкусовых извращенцев, которые мясные баоцзы поливали медом а маньтоу кушали вместе с красным острым перцем.

Стараясь не думать об этом, он сосредоточился на том, чтобы приготовить вкусные баоцзы, которые понравятся господину Тянь Ши.

Обычно начинку для баоцзы делали из лука и яиц, но вот господин Тянь Ши сразу предупредил Лянь Жэня, что лук он терпеть не может, поэтому тот решил сделать более сложную начинку. Помыл и почистил разные овощи от картошки до моркови, мелко их нашинковал и добавил немного чеснока, обжарил на сковороде вместе с кунжутным маслом и добавлением специй, после чего, когда все стало ароматно пахнуть, взбил несколько яиц и добавил мелко нарезанные грибы. Всю смесь влил к овощам и снял с огня, как только яйцо схватилось. Начинку он оставил остывать, после чего немного отжал и начал формировать будущие баоцзы.

Тесто раскатал в колбаску, а потом, отрезав небольшие кусочки, раскатал их в кружочки, поверх которых добавил начинку, и осторожно сомкнул все концы теста, чтобы получилась круглая белая булочка с причудливой завитушкой сверху. Получившиеся баоцзы Лянь Жэнь положил в пароварку и готовил в точности как маньтоу.

Он снял ровно шесть баоцзы из пароварки и красиво разложил их по двум тарелкам, после чего поставил перед господином Тянь Ши.

Взял короткий нож и прямо у него на глазах разрезал пополам каждую баоцзы, так, чтобы господин Тянь Ши точно видел, что он делает. Три половинки из тарелки господина Тянь Ши, Лянь Жэнь заменил такими же половинками из своей, чтобы все было по-честному, и никто не сомневался в том, что Лянь Жэнь не собирается никого травить.

От баоцзы исходил вкусный ароматный запах и легкий пар, и, глядя на всю эту подрумяненную красоту, Лянь Жэнь резко понял, что и сам голоден.

— Мне кажется, ты готовишь потому, что сам голоден по вечерам, а не из-за слишком большой заботы обо мне, — хмуро глядя на баоцзы, заметил господин Тянь Ши.

— Я стараюсь совместить приятное с полезным, — с набитым ртом ответил Лянь Жэнь.

Несмотря на то, что господин Тянь Ши был старше и следовало по всем правилам приличия дождаться, пока он первый отведает пищу, зная о его сомнениях насчет еды, приготовленной другими, Лянь Жэнь без зазрения совести набросился на баоцзы. Надо же было показать господину Тянь Ши, что еда не отравлена и он может спокойно ее кушать.

Не будь господин Тянь Ши таким серьезным человеком, Лянь Жэнь непременно разыграл бы небольшой спектакль и притворился бы, что падает без сознания на пол после первого же куска баоцзы, но так шутить с господином Тянь Ши он не осмеливался.

Не ровен час, тот заколет его мечом для верности, что бы быть уверенным что его неудачливый отравитель точно отправился к предкам.

— Сюда бы немного соевого соуса и было бы вообще потрясающе, — сказал Лянь Жэнь с набитым ртом.

— Он на верхней полке в шкафчике за твоей спиной, — скрестив руки на груди, подсказал господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь умудрился улыбнутся с набитым ртом и быстро дернулся за соевым соусом налив немного в специальную фарфоровую посуду, присыпав сверху белым кунжутом.

— Почему не едите? — спросил Лянь Жэнь, осторожно обмокая половинку баоцзы в соус, чтобы не потерять начинку, — Или ждете, пока я свалюсь на пол без дыхания?

Господин Тянь Ши явно не оценил юмор Лянь Жэня, ничего не ответив и буравя его тяжёлым взглядом.

— Это того стоило? — спросил он, и у Лянь Жэня еда встала поперек горла.

Он сильно закашлялся и, с трудом проглотив еду, поспешил извиниться:

— Простите, я не хотел, чтобы так получилось, я знаю, что виноват, что мы пошли туда, но….

—Лянь Жэнь, я не это спросил! — строго сказал господин Тянь Ши, — Ты явно меня не понял, ведь я хотел спросить, получилась ли еда такой как ты хотел?

—Конечно, — виновато опустив глаза, промямлил Лянь Жэнь.

— Перестань говорить, что ты виноват. Ты предложил сходить на фестиваль, и я согласился, в чем же твоя вина, что я не рассчитал собственные силы и мне стало дурно? Или же, может, ты подговорил всех тех людей, и они специально прошли тогда именно в том месте, чтобы в конце мы оказались на улице перед «Зелёным императором»?

—Конечно нет! — тут же воскликнул Лянь Жэнь.

— Тогда перестань винить себя в том, в чем твоей вины нет.

— Я перестану, если вы отведаете баоцзы, что я для вас приготовил, — немного подумав выдал Лянь Жэнь ослепительно улыбаясь.

Господин Тянь Ши немного помедлил, после чего взял в руки палочки для еды и оторвал маленький кусочек баоцзы, которую, предварительно обмакнув в соевый соус, отправил в рот. Долго жевал и, сделав над собой усилие, проглотил.

Лянь Жэнь помнил, что именно так сделал господин Тянь Ши и в тот первый раз, когда он ему приготовил маньтоу и почему-то Лянь Жэню показалось, что весь прорыв за последние недели пошел насмарку.

Отношения господина Тянь Ши с едой вновь ухудшились, возвращаясь обратно к изначальной печальной ситуации.

— Доешь остальное, — сухо сказал господин Тянь Ши, когда с трудом смог закончить одну половинку баоцзы и подтолкнул Лянь Жэню свою тарелку, в которой остались еще пять половинок.

— Вы точно больше не хотите? Хотя бы еще одну половинку? — слегка расстроенно протянул Лянь Жэнь.

— Точно, — сказал ему господин Тянь Ши, слегка поморщившись, — съешь это или возьми домой.

— Я лучше съем, — сказал Лянь Жэнь и быстро запихнул оставшиеся половинки себе в рот, а потом, встав из-за стола, отправился мыть посуду, думая о том, что, вероятнее всего, господину Тянь Ши не пришлись по душе его баоцзы.

Это означало, что Лянь Жэню нужно было придумать что-то другое. Что-то особенное, что наверняка понравится господину Тянь Ши.

***

Дома Лянь Жэнь собрал совет из домашних ученых, чтобы они пораскинули мозгами и подсказали ему хорошую идею, что можно сделать приятного для господина Тянь Ши.

— Приготовь для него что-нибудь, ты же повар, — подсказал сосед с востока.

—И сделай это с любовью, — добавил сосед с запада.

Оба переглянулись и глупо захихикали, не обращая внимания на задумчивого Лянь Жэня.

Домашние ученые были правы, да вот только что можно было приготовить для человека, который предпочитает голодать, нежели лишний раз прикоснуться к еде?

Засидевшись допоздна и распив на троих кувшин грушевого вина, Лянь Жэнь наконец придумал, что же именно можно приготовить господину Тянь Ши, поэтому быстро выпроводил своих захмелевших соседей и лег спать, дабы на рассвете уже стоять под дверью кондитерской, в ожидании, когда же господин Тянь Ши соблаговолит открыть ему.

Когда приготовление махуа было завершено, Лянь Жэнь захватил подносы со сладостями и отнёс их в главный зал. За ним последовал господин Тянь Ши, который проследил за тем, чтобы Лянь Жэнь ровно расставил их по прилавку. За этим нехитрым занятием Лянь Жэнь решился просить господина Тянь Ши об одолжении.

— Господин Тянь Ши, я знаю, что сегодня придёт человек, у которого вы обычно заказываете фрукты, и хочу попросить вас об одолжении.

— И о каком же? — хмуро на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Заказать несколько спелых груш. Я за них обязательно заплачу.

— Зачем это тебе, разве ты не можешь просто купить их на рынке?

— Я хочу приготовить для вас особое блюдо и точно знаю, что, если я куплю их на рынке и принесу в кондитерскую, вы не захотите их отведать. Если же их принесёт ваш поставщик, вы не будете сомневаться в моих искренних намерениях.

—И что же ты хочешь из них приготовить?

— Сладкие груши на пару, — ответил Лянь Жэнь, широко улыбаясь, — это блюдо всегда готовила мне бабушка, и я подумал, что вы, как большой ценитель сладкого, по достоинству оцените это блюдо.

Господин Тянь Ши ничего на это не ответил, но, когда пришёл поставщик, Лянь Жэнь увидел, как с конца длинного списка ингредиентов господин Тянь Ши дописал шесть штук песчаных груш.

Ингредиенты им принесли уже на следующий день, поскольку поставщик очень ценил оказываемое ему господином Тянь Ши доверие и всегда старался приносить в кондитерскую самые свежие продукты.

Поэтому вечером, после закрытия кондитерской, Лянь Жэнь принялся тщательно промывать груши, готовя их для предстоящего блюда.

Господин Тянь Ши по-прежнему тщательно следил за всеми движениями Лянь Жэня, но, в отличие от прошлых разов, теперь Лянь Жэнь не волновался о том, что может допустить ошибку. Во-первых, сладкие груши на пару было очень легко готовить, во-вторых, он так часто их готовил, что просто не мог ошибиться.

Промыв и вытерев насухо песчаные груши, Лянь Жэнь отрезал их верхушки, после чего ложкой вынул мякоть. Теперь они были похожи на пузатые пиалы для подачи супа что господин Тянь Ши хранил в шкафу на самой верхней полке.

В образовавшееся пространство Лянь Жэнь в каждую штуку добавил несколько сушёных ягод годжи и пару кусочков сахара бинтан. Он потянулся было к шкафчику, в котором господин Тянь Ши хранил рисовое вино, но остановился. В оригинальном рецепте сладкие груши на пару готовились с добавлением воды, но вот бабушка Лянь Жэня всегда вместо воды добавляла рисовое вино. Лянь Жэнь конечно же хотел сделать так же, но потом понял, что никогда не видел, чтобы господин Тянь Ши пил вино.

— Господин Тянь Ши, вы не против, если я добавлю вина? — спросил он, развернувшись к нему и внимательно глядя на его выражение лица, чтобы сразу понять ответ.

— Я не имею ничего против вина, — сухо отозвался господин Тянь Ши.

— Прекрасно! — весело воскликнул Лянь Жэнь и, схватив кувшин с рисовым вином, откупорил и добавил к сахару и ягодам годжи.

Но он налил не до самых краёв, а оставил небольшое пространство, которое сахар, когда растает, заполнит. После этого Лянь Жэнь добавил капельку мёда в каждую грушу и, вернув отрезанную верхушку, осторожно переложил каждую грушу отдельно в небольшую фарфоровую миску. В самой миске по краям груш Лянь Жэнь переложил смесь из сердцевины груши и рисового вина, переложил всё это дело в пароварку, накрыв крышкой. Пока Лянь Жэнь хлопотал по кухне, убирая за собой грязную посуду, сладкие груши на пару уже были готовы.

— Очень удобно, что они готовятся в той же тарелке, в которой и подаются, — сказал Лянь Жэнь, поставив перед господином Тянь Ши миску с румяной жёлтой грушей.

Господин Тянь Ши снял крышку с груши и принюхался. Пахло действительно очень неплохо. Несмотря на то, что блюдо выглядело простым, оно казалось довольно интересным.

— Признаться честно, я всегда обходил стороной это блюдо, — сказал господин Тянь Ши, глядя на Лянь Жэня, — мне казалось, что это скорее похоже на лекарство, а не на сладость.

— Всё верно, это лекарство, — засиял Лянь Жэнь, протягивая господину Тянь Ши ложку, — бабушка всегда говорила, что сладкая груша на пару может вылечить любую болезнь, будь она физической или душевной.

— По-твоему, мне необходимо лекарство? — строго спросил господин Тянь Ши.

— По-моему, у вас не самые здоровые отношения с едой, так что лекарство просто необходимо.

— Какая наглость указывать мне, что делать, — недовольно фыркнул господин Тянь Ши и скрестил обе руки на груди.

— Не поймите меня неправильно. Моя бабушка всегда говорила, что еда — лучшее лекарство. Еда может излечить любой недуг, если её правильно подобрать.А также говорила, что еду, какой бы она ни была, нужно любить, чтобы она помогала.

— Твоя бабушка случайно не была знакома с тем шарлатаном, что живёт в конце улицы? — спросил господин Тянь Ши.

—Лекарь И Шэн, что ли?

— Он самый, — подтвердил господин Тянь Ши

— Нет, они точно были не знакомы, — посмеялся Лянь Жэнь, — кстати, лекарь... Хорошо о вас отзывался.

— Ещё бы, ведь я так щедро ему заплатил в тот раз, — ворчливо ответил господин Тянь Ши

— Вот видите, вы так хорошо обо мне позаботились в тот раз, даже заплатили лекарю И Шэну, чтобы тот пришёл в мой дом. Как я могу оставаться неравнодушным сейчас и не попытаться хоть немного помочь в ответ?

— Мне не нужно помогать. Я прекрасно могу о себе позаботиться, — ответил господин Тянь Ши, но Лянь Жэнь его тот же перебил.

— Конечно, я также говорил в тот раз, но без помощи я бы намного дольше приходил в себя. В вашем случае точно так же. Я думаю, если вам время от времени готовить вкусные блюда, вы быстрее придёте в себя.

Господин Тянь Ши, прищурившись, посмотрел прямо на Лянь Жэня, выражая своим лицом огромное недовольство.

— С таким красноречием тебе нужно было идти работать чиновником, а не поваром. Что ж, давай попробуем уже твою грушу, а то, не ровен час, они остынут, — сказал господин Тянь Ши и потянулся ложкой к груше.

— Подождите, подождите, — сказал Лянь Жэнь, зачерпнув одну ложку из груши, что стояла перед господином Тянь Ши, тут же отправил её в рот, — чтобы вы были уверены в чистоте моих помыслов.

— Да уж, хоть это ты запомнил, — сказал господин Тянь Ши и потянулся ложкой к сладкому угощению.

С одной стороны он был благодарен Лянь Жэню, что тот о нем так заботится, с другой, он все ещё не вполне доверял ему. К тому же он чувствовал себя очень неловко, когда о нем заботились, поэтому пытался показаться холодным и равнодушным, боясь, что действия Лянь Жэня имеют скрытый помысел и вскоре, как он добьется его расположения, всё прекратится.

Стараясь не думать о том, что может случится в будущем, господин Тянь Ши распробовал сладкую грушу на пару и выдал слегка неловкое «Неплохо».

— Я рад, что вам нравится, — ярко улыбнулся Лянь Жэнь, заканчивая есть свою грушу и приступая ко второй, — вам нужно поторопится, чтобы догнать меня, вас ждут ещё две груши.

— Нет, Лянь Жэнь, это слишком много, я не думаю, что смогу съесть больше одной, — тут же воспротивился господин Тянь Ши.

— Конечно сможете! Просто представьте, что вы выпиваете по небольшой чарке рисового вина и увидите, как дело пойдет быстрее.

Господин Тянь Ши ничего не ответил. Груши и правда были ароматными, с легким привкусом вина и в меру сладкие. Если бы не трудность их продажи, господин Тянь Ши всерьёз задумался бы о том, чтобы начать их готовить.

За этими мыслями он и не заметил, как Лянь Жэнь, широко улыбаясь и глядя чистыми и невинными глазами, подложил ему вторую грушу.

— Пытаешься меня надурить, Лянь Жэнь? — недовольно спросил господин Тянь Ши, который приступил к поеданию второй груши только после того, как Лянь Жэнь вновь её распробовал.

— Я пытаюсь вас накормить, а не надурить, — улыбаясь ответил Лянь Жэнь, — знаете, иной раз я смотрю на вас и мне кажется, что вы настолько тонкий, что я мог бы схватить вас за талию одной рукой.

—Глупости какие, — нахмурился пуще прежнего господин Тянь Ши.

С трудом доев и вторую грушу, господин Тянь Ши с опаской поглядел на третью. Лянь Жэнь уже давным-давно закончил есть и пристально наблюдал за ним, думая, что же на этот раз выкинет господин Тянь Ши, чтобы ещё раз не доесть до конца.

— Лянь Жэнь, а что, если... — начал было господин Тянь Ши, но Лянь Жэнь тут же его перебил:

— Нет-нет, даже слушать ничего не хочу о том, что вы уже сыты. Ничего подобного! Они слишком маленькие, чтобы можно было насытиться.

— Но я правда не могу это доесть, — сказал господин Тянь Ши, пытаясь звучать как можно убедительнее, — Давай договоримся? Если я съем эту грушу, ты будешь обязан следить за тем, чтобы на столиках кондитерской всегда были цветы.

— А я с радостью это сделаю, господин, это ведь была моя идея принести эти вазы! — радостно воскликнул Лянь Жэнь, даже не ожидая, что разговор повернётся в эту сторону.

— Я заметил, что некоторым посетителям это пришлось по душе. Думаю, твоя идея действительно была неплохой.

—Благодарю вас за доверие, господин, — сказал Лянь Жэнь.

— Кстати, откуда ты взял эти цветы? — спросил господин Тянь Ши, потянувшись к третьей груше.

—Это долгая история, но я вам её с радостью расскажу.

Пока господин Тянь Ши пересиливал себя, пытаясь добить третью грушу, Лянь Жэнь во всех красках рассказывал о том, как он ночью пробрался в огород к мадам Ян и выкрал оттуда все цветы, которые смог найти, а на утро получил несколько тумаков от самой мадам Ян, которая, конечно же, догадалась, кто именно разорил её огород, потому что Лянь Жэнь не удосужился вытереть следы грязи у порога своей комнаты.

— Вы знаете, я не понимаю, почему она называет это огородом, ведь кроме картошки и цветов там больше ничего не растёт, да и цветы она не сажала, они просто выросли сорняками, — сказал Лянь Жэнь с довольной улыбкой, наблюдая за тем, как господин Тянь Ши всё-таки смог доесть третью грушу.

— Иди домой, Лянь Жэнь, сегодняшний день был очень сложным для меня, — сказал господин Тянь Ши и стал тереть разболевшиеся виски.

— Хотите, я разомну вам плечи? Это помогает, когда болит голова.

— Я хочу, чтобы ты ушёл домой. А я закрыл кондитерскую и смог спокойно отойти ко сну, — честно признался тот.

— Ой, а что же вы не сказали сразу, — неловко улыбаясь, сказал Лянь Жэнь, быстро встал из-за стола и направился к выходу.

— Доброго вам вечера, господин, вы сегодня на славу постарались, — бросил ему на прощание Лянь Жэнь.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь, — сказал господин Тянь Ши, тяжело вздыхая и закрывая за ним дверь кондитерской.

ГЛАВА 09. Суп из черного кунжута

— Лянь Жэнь, как пишется твоё имя?

— А что? Хотите написать мне письмо?

— Не говори глупостей.

— Тогда зачем вам мое имя? — спросил Лянь Жэнь, садясь напротив господина Тянь Ши за кухонным столом и только сейчас замечая, что тот разложив перед собой принадлежности для письма, начал что-то писать на белом листе бумаги.

— Мне пришло письмо от моего знакомого, который поставляет кунжут в кондитерскую. Он написал, что по семейным обстоятельствам должен поспешно уехать на север и не сможет доставить новую партию кунжута завтра, как мы изначально договаривались.

— Все ещё не понимаю, какое отношение я имею к кунжуту.

— На следующей неделе мы будем готовить сладкий суп из кунжута, поэтому он нам просто необходим. Мой знакомый написал, что подготовил большую партию для меня и даже отдаст по очень приемлемой цене, да вот только завтра вечером он уже отъезжает и, если я хочу забрать кунжут, должен поспешить. Он живет в деревне Тянье, что недалеко отсюда, и я подумал, что до завтрашнего дня можно успеть.

— Вы хотите послать меня за кунжутом?

— Да, верно, — подтвердил господин Тянь Ши, — как ты понимаешь, сам я не в состоянии за ним отправится из-за своего здоровья, поэтому я подумал, что это можешь сделать ты. По счастливой случайности наш сосед с востока, господин Сюэ Цзы, который, как ты знаешь, работает сапожником, сегодня вечером отправляется на своей телеге в ту же самую деревню, чтобы прикупить буйволиной кожи. Я с ним договорился, и он согласился взять тебя с ним. Тебе нужно будет только принять кунжут от моего поставщика, заплатить за него, погрузить в телегу и вернуться обратно.

— У меня только один вопрос, — ошарашено сказал Лянь Жэнь, — как вы договорились с господином Сюэ Цзы? Он ведь глухонемой?

— Я знаю язык жестов, — как само собой разумеющееся пояснил господин Тянь Ши, — а ты разве его не знаешь?

— Нет, — растерянно покачал головой Лянь Жэнь.

— Выучи, в жизни может когда-нибудь пригодится.

— Угу, обязательно, — пробубнил Лянь Жэнь.

— Я знаю, что завтра твой выходной, и уверен, что ты хотел провести его иначе, но я дам тебе дополнительный выходной послезавтра и небольшую прибавку к жалованию на следующей неделе, чтобы возместить тебе неудобства.

— Вы, кажется, за меня уже все решили, — замявшись, проговорил Лянь Жэнь.

— Ты не желаешь туда идти? — серьезно на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Нет, я не против, — пожал плечами Лянь Жэнь, — я давно не покидал город и не прочь немного попутешествовать.

— Замечательно, — сказал господин Тянь Ши и вернулся к написанию письма, — Лянь Жэнь, так все же, твоё имя пишется как «остаться на той же должности»?

Словосочетание остаться на той же должности звучало как «ляньжэнь», поэтому господин Тянь Ши и подумал, что его имя пишется именно так. Но Лянь Жэнь отрицательно покачал головой.

— Нет, вы не угадали, моё имя пишется по-другому, хоть и созвучно.

— Как именно оно пишется? — начал закипать господин Тянь Ши.

— «Лянь» — как любимый, «Жэнь» — как человек, — быстро ответил Лянь Жэнь.

— Любимый человек… — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши, выводя аккуратные иероглифы на белом листе бумаги.

— Именно так!

— Твои родители наверняка тобой очень дорожили, раз дали тебе такое имя.

— Всё верно! — засиял Лянь Жэнь, вспоминая о своих родителях, которые жили очень далеко в деревне, и ему не так часто удавалось с ними увидеться, — Только вот когда я учился в школе, меня обзывали любовником. Ну, знаете, дети бывают злыми.

— Почему именно так? — оторвавшись от своего увлекательного занятия, спросил господин Тянь Ши.

— Потому что любимый человек он и есть любовник. Мне это было неприятно, но потом это перестало меня беспокоить.

— Они перестали тебя так называть? — предположил господин Тянь Ши

— Нет, просто я понял, что слово любовник не такое уж и плохое, в сущности. Ведь иметь любовника или быть чьим-то означает, что кто-то кого-то любит.

— Действительно, — буркнул себе под нос господин Тянь Ши, слегка смутившись из-за того, что подумал вовсе не о любви.

— А как пишется ваше имя, господин Тянь Ши? — полюбопытствовал Лянь Жэнь.

— Сладость, — быстро ответил ему господин Тянь Ши, смущаясь.

— Сладость?

— Сладость!

— Постойте… Тянь Ши… Это и впрямь звучит как сладость. Ух ты, господин Тянь Ши, да вы были просто созданы для того, чтобы готовить сладости. О другом занятии при таком имени даже и мечтать невозможно.

— Ага, да вот только я мечтал стать военным, — буркнул себе под нос господин Тянь Ши.

С самого детства господин Тянь Ши мечтал о том, что, когда он вырастет, непременно пойдёт служить в армии. Там, конечно же, станет непревзойдённым воином, дослужится до офицера и когда-нибудь даже до генерала. Несмотря на то, что у него было довольно слабое телосложение и он уступал своим товарищам по силе, он всё компенсировал отвагой и храбростью и был уверен, что всё будет хорошо, и когда-нибудь его мечта исполниться. Но всё разрушилось в один роковой день, когда в одном сражений он получил ранение, после которого так и не смог восстановиться. С такой ногой на поле боя находиться попросту было невозможно, поэтому господину Тянь Ши, который так и не дослужился до генерала, пришлось покинуть ряды армии.

Вспоминая все эти события, господин Тянь Ши замер, а на белую бумагу с кисточки упала большая капля чернил.

Лянь Жэнь видел, что господин Тянь Ши погрустнел, и хотел было его подбодрить подходящими словами, но, как всегда, не смог их подобрать и в итоге решил, что лучше в этом случае промолчать, нежели сделать господину Тянь Ши больнее своими глупостями.

Подождав, пока чернила высохнут, господин Тянь Ши сложил письмо и вручил его Лянь Жэню.

— Вручишь моему знакомому. На обороте есть его имя и адрес. Тут цена кунжута, о которой мы договорились. Вот деньги, и поспеши, господин Сюэ Цзы, наверное, уже тебя заждался.

Сказав это, господин Тянь Ши протянул маленький мешочек с деньгами Лянь Жэню и, скрестив руки на груди, стал ожидать, когда же Лянь Жэнь выйдет из оцепенения и начнёт всё-таки двигаться. Лянь Жэнь быстрым движением запихал мешочек с деньгами и письмо в карман и начал суетиться по кухне, попутно стягивая с себя фартук и собирая грязную посуду

— Оставь посуду, я её вымою за тебя, иди уже, — сказал господин Тянь Ши.

— Что же вы мне не сказали раньше? Я бы хоть подготовился, — растерянно пролепетал Лянь Жэнь.

— Нечего готовиться. Отправляйся уже, — сказав это, господин Тянь Ши выпроводил Лянь Жэня из кондитерской и остался стоять на пороге, глядя, на то как Лянь Жэнь взбирается в небольшую телегу, запряжённую бурой лошадкой.

***

Господин Сюэ Цзы очень осторожно и неспешно вёл свою телегу по направлению к деревне Тянье и не обращал на Лянь Жэня никакого внимания. Сам Лянь Жэнь, решив вздремнуть, проспал до самого утра, а когда проснулся, телега уже была прямо напротив дома господина Сян Ши, поставщика кунжута для господина Тянь Ши.

— На прошлой неделе я сломал руку и, к сожалению, не смогу вам помочь донести мешки до телеги, простите, — объяснился господин Сян Ши.

— Ничего страшного, я сильный, — сказал Лянь Жэнь и тут же схватил один тяжёлый мешок, относя его к телеге.

Только где-то к пятому мешку Лянь Жэнь заметил, что верёвка, которой была перевязана горловина мешка, была запечатана восковой печатью и приклеена прямо к мешку.

— Это для того, чтобы он был уверен, что никто не вскрывал эти мешки. — подсказал ему господин Сян Ши, оказавшись за спиной Лянь Жэня, — Вы наверняка знаете, что он боится, что его отравят, поэтому приходится идти на такие меры.

— Я знаю, — тяжело вздохнул Лянь Жэнь.

— Когда-то в молодости он был самым храбрым человеком, которого я только знал. — с неким сожалением сказал господин Сян Ши, — Вы не представляете, насколько храбро он сражался с врагами.

— Вы сражались вместе? — поражённо спросил Лянь Жэнь.

— Да, конечно, мы были в одном отряде, и нами командовал очень известный генерал, чьего имени я вам не скажу, иначе вы будете до вечера донимать меня расспросами.

— Может быть, вы тогда расскажите мне побольше о господине Тянь Ши того времени, когда он отважно сражался с врагами?

— Расскажу, — мягко улыбаясь, ответил ему господин Сян Ши, — Знаете, поначалу его не хотели брать в армию, ведь он был таким худым, и все боялись, что его попросту снесёт ветром. А однажды, когда мы сражались в одном ущелье, неистовый ветер его и правда слегка сносил назад, — рассмеявшись, сказал поставщик кунжутом.

Лянь Жэнь широко улыбнулся, представляя хмурого господина Тянь Ши, который с мечом в руках движется вперёд врагов, в то время как ветер относит его обратно.

Пока Лянь Жэнь загружал все мешки с кунжутом в телегу господина Сюэ Цзы, боевой товарищ господина Тянь Ши рассказывал ему о тех днях, когда они сражались бок о бок. Его истории были одной удивительной другой, но что больше всего поразило Лянь Жэня, так это то, что в конце он узнал, что все поставщики ингредиентов для «Танхулу» были бывшими товарищами господина Тянь Ши.

— Получается, он доверяет лишь тем людям, с которыми сражался, — озвучил свои мысли Лянь Жэнь.

— Получается так, — мягко ответил ему господин Сян Ши.

— Что ж, благодарю вас за ваши истории и желаю вам безопасной дороги на север, — проговорил Лянь Жэнь, низко поклонившись.

— И вам я желаю доброго пути. Надеюсь, когда-нибудь свидеться с вами и господином Тянь Ши. Берегите себя, Лянь Жэнь, и его тоже берегите по возможности.

— Обязательно, — кивнул Лянь Жэнь и, помахав на прощание господину Сян Ши, залез в набитую мешками телегу и неспешно отправился обратно в город.

***

Полные мешки кунжута Лянь Жэнь успешно разгрузил в кладовой кондитерской уже ближе к вечеру. Стряхнув со своих одежд пыль, он довольно осмотрел результат проделанной им работы. Вся кладовая была переполнена разными ингредиентами, а это означало, что следующая неделя будет очень трудной, но также очень интересной.

— Благодарю, Лянь Жэнь, что ты согласился на мою просьбу, — сказал стоящий за его спиной господин Тянь Ши, — завтра ты можешь быть свободен.

— Господин, если у меня завтра будет выходной, получается, что кондитерская тоже будет закрыта? — спросил слегка обеспокоено Лянь Жэнь.

— Именно так.

— А можно этот выходной взять когда-нибудь в другой день?

— Я не понимаю, к чему ты клонишь, Лянь Жэнь, — нахмурив густые брови, удивился господин Тянь Ши.

— Я сегодня действительно почувствовал, будто у меня был выходной. Всю ночь я спал в телеге господина Сюэ Цзы, а днём маялся бездельем в дороге, поэтому завтра горю желанием приступить к работе. Я знаю, что вы очень честный человек, поэтому, конечно же, будете настаивать на том, чтобы я взял положенный себе выходной, но я хотел бы попросить вас отложить его на другой день.

— На какой же?

— Я пока что ещё не знаю, но, может быть, когда-нибудь мне понадобится лишний день, если я, например, захочу съездить к родным

Господин Тянь Ши немного помедлил, задумавшись о том, что, если Лянь Жэнь действительно когда-нибудь захочет съездить в родную деревню, одного дня ему точно не хватит. В итоге он решил, что раз Лянь Жэнь сам этого желает, почему же на это не согласиться.

— Хорошо, будь, по-твоему. А теперь иди домой и выспись, завтра у нас будет очень сложный день.

***

— Лянь Жэнь! — громко крикнул разъярённый господин Тянь Ши.

— Что случилось? — спросил Лянь Жэнь заглянув в кладовую.

— Что это такое?! — разъярённо спросил он, указывая на открытый мешок с кунжутом.

— Чёрный кунжут, — ошарашено произнес Лянь Жэнь.

— Как это произошло? Ведь я просил тебя доставить мне белый кунжут для сладкого супа.

— Я не знаю, господин, как так получилось. Ваш знакомый не показал мне, что именно в этих мешках. Я просто взял и погрузил в телегу всё, что он заранее подготовил.

— Невозможно! Он никогда не ошибался. — поражённо произнес господин Тянь Ши, с подозрением глядя на Лянь Жэня, — Ты что-то опять натворил? Это ты поменял кунжут?

— Как бы я это сделал, господин? Тут же стояла восковая печать от вашего друга. Я не прикасался к этим мешкам за исключением того времени, когда погружал их в телегу и выгружал по приезде.

— Это конец, — расстроенно произнёс господин Тянь Ши и, выйдя из кладовой, обессиленно рухнул на стул.

— Не расстраивайтесь, господин Тянь Ши, мы можем пойти на рынок и купить белого кунжута столько, сколько вам понадобится

— Ни в коем случае! — тут же воскликнул господин Тянь Ши, — Я не могу доверять посторонним людям, ведь я не знаю, что же именно они подмешали в тот кунжут, где собирали, да и вообще, как его выращивали.

— Вы слишком мнительны, иногда нужно довериться людям.

— Только не сейчас.

— А что, если на этой неделе приготовить другое блюдо и написать вашему знакомому? Я уверен, что он тут же откликнется и доставит вам нужный кунжут.

— Лянь Жэнь, ты забыл? Он ведь уехал на север и неизвестно когда вернётся.

— Точно, позабыл, простите, слишком разволновался из-за этого чёрного кунжута, — неловко почесывая свои затылок, произнес Лянь Жэнь.

— Что поделать, видимо, на этой неделе и впрямь придётся готовить что-то другое, но, опять же, ингредиентов может не хватить… — расстроенно протянул господин Тянь Ши.

— Господин Тянь Ши, а что, если приготовить сладкий суп из этого кунжута?

— Не знаю... Он чёрный и... Вкус отличается, — произнёс растерянно господин Тянь Ши.

— Давайте попробуем. Сделаем небольшую порцию. Если он будет невкусным, просто выльем и займёмся чем-то другим.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь слегка кивнул головой, всё ещё пребывая в расстроенном настроении.

— Вот увидите, получится даже лучше, чем с белым.

— Надеюсь, — тяжело вздохнув, сказал господин Тянь Ши и принялся за готовку.

***

Лянь Жэнь замочил немного риса в холодной воде и оставил на время. Господин Тянь Ши в это время принялся жарить чёрный кунжут в глубокой сковороде. Когда тот остыл, Лянь Жэнь слил воду с риса и добавил его в большой чан, поставленный на огне, куда до этого добавили кунжут, сахар и воду.

Получившуюся смесь поставили вариться на огонь, и Лянь Жэнь её непрерывно помешивал огромной толкушкой, пытаясь при этом раздавить семена кунжута. Получившаяся однородная смесь пахла очень вкусно, но при этом имела чёрный цвет, что выглядело не так уж и аппетитно.

Когда каша загустела, её сняли с огня и оставили остывать. При этом и господин Тянь Ши и Лянь Жэнь продолжали с недоверием на неё поглядывать.

— Выглядит зловеще, — сказал Лянь Жэнь, когда снял с огня чан, в котором бурлила чёрная жижа.

— Так и есть, — согласился господин Тянь Ши, обессиленно падая на стул рядом.

Он с ужасом смотрел на то, как Лянь Жэнь, зачерпнув немного каши маленьким половником, налил в маленькое блюдце, чтобы рассмотреть её поближе. На белом фарфоре каша действительно выглядела жутко и пугающе, будто и вовсе не была едой.

— Это невозможно продавать, — расстроенно сказал господин Тянь Ши, — видимо на этой неделе мы и впрямь не будем открывать кондитерскую и займёмся ремонтом.

Лянь Жэнь заметил, что господин Тянь Ши выглядел расстроенно и как будто в миг растерял всю свою волю к жизни, поэтому захотел хоть как-то помочь ведь он был уверен, что каша получилась вкусной.

— Можно я немного попробую? — с осторожностью спросил он у господина Тянь Ши.

— Пробуй, но мы всё равно выльем эту кашу, — ответил ему тот вполголоса.

Лянь Жэнь взял маленькую деревянную ложку, зачерпнул немного чёрной каши и отправил её в рот, стараясь не обращать внимания на её жуткий цвет. Каша успела немного остыть, и у Лянь Жэня во рту развелась теплота и сладость вперемешку с очень ароматным и необычным вкусом.

— Ммм… Вы не представляете, какой это на самом деле необычный вкус, мне хочется ещё, — сказал Лянь Жэнь, отправив вторую ложку с кашей в рот.

Господин Тянь Ши с подозрением на него посмотрел:

— Лянь Жэнь, ты это специально затеял, чтобы заставить меня её съесть?

— Это не так, господин Тянь Ши. Сегодня вы слишком подозрительны, но, пожалуйста, не думайте ничего такого. Я ещё раз вам повторяю, что это получилось случайно, и мне очень жаль, — сказал Лянь Жэнь, довольно причмокивая, поскольку закончил всю кашу, что налил в блюдце.

Господин Тянь Ши долго смотрел на кашу, которая со временем как будто становилась всё чернее, хотя куда уж чернее. А после выпрямившись он всё-таки решил самостоятельно её распробовать налив себе в небольшую пиалу немного каши и, так же как Лянь Жэнь взял деревянную ложку, зачерпнул ей чёрную жижу и только одним кончиком языка слегка ее коснулся.

Лянь Жэнь сомневался, что тот сумеет что-то распробовать лишь слегка прикоснувшись языком, но господин Тянь Ши тут же довольно воскликнул:

— Каша и правда хорошая! Нужно её продавать.

— Её цвет может слегка отпугнуть покупателей, но давайте мы скажем, что она чем-то очень полезна.

— Чем же именно?

— Ну, например, мы можем сказать, что это каша ваш секрет молодости. Скажем, что вам где-то за пятьдесят и вы каждое утро кушаете эту кашу и до сих пор сохранили молодой вид только благодаря ей.

— Теперь мне уже пятьдесят? Лянь Жэнь, помнится мне, ты говорил, что думал, будто мы ровесники.

— Я до сих пор так думаю! — воскликнул Лянь Жэнь, слегка неловко улыбаясь, — мы так скажем для того, чтобы быстрее продать кашу, а не потому, что я так думаю.

— С чего ты взял, что каша для сохранения молодости возымеет успех?

— Потому что люди сейчас очень озабочены своим внешним видом.

— Вздор! Я не собираюсь врать для того, чтобы продать эту кашу. Меня никогда не волновало мнение других, поскольку я знаю, что вкусно готовлю. Поэтому и в этот раз не собираюсь врать с такой целью. Если посетителям не понравится, пусть они и катятся на все четыре стороны.

Услышав эти слова, Лянь Жэнь громко рассмеялся. Такой ворчливый господин Тянь Ши нравился ему куда больше, чем тот расстроенный, что был ранее.

***

Господин Тянь Ши и Лянь Жэнь занялись готовкой. Поскольку одного чана сладкого супа из чёрного кунжута было недостаточно, они приготовили ещё два, после чего Лянь Жэню пришлось очень осторожно передвигаясь, чтобы не пролить ни капельки, отнести два огромных чана в главный зал и поставить их на прилавок. После этого Лянь Жэнь отправился на улицу, чтобы открыть входную дверь и заодно снять табличку с надписью «Закрыто».

Оказавшись на улице, Лянь Жэнь с удивлением обнаружил, что у кондитерской уже образовалась довольно приличная очередь. Самым первым в очереди стоял мужчина, который являлся их постоянным клиентом и с которым Лянь Жэнь был уже довольно хорошо знаком. Он-то и подозвал к себе Лянь Жэня чтобы спросить про сегодняшнее блюдо.

— На этой неделе у вас сладкий суп из кунжута, не так ли, Лянь Жэнь? — весело спросил мужчина, — Как видишь, я уже подготовился, — не дожидаясь ответа, продолжил он, указывая на пузатую ёмкость, что держал в руках и прижимал к своему большому животу.

— Верно, сегодня у нас сладкий суп из кунжута, — кивнул Лянь Жэнь и тут же в его голове возникла идея.

— Положи мне сегодня побольше, пока господин Тянь Ши не видит, хорошо? — подмигнул мужчина, надеясь на то, что Лянь Жэнь пойдёт против правил.

— Господин, но вы же знаете наши правила, я не могу этого сделать, иначе меня сильно отругают, — сказал Лянь Жэнь после чего сделал долгую паузу, переходя на шёпот, — К тому же я у господина Тянь Ши и так еле смог выпросить для вас кое-что особенное.

— Лично для меня? — тоже переходя на шёпот, уточнил мужчина.

— Для вас и для всех наших покупателей, — уточнил Лянь Жэнь, приближаясь к мужчине и шепча ему практически в ухо.

— И что же это? — таким же тоном поинтересовался мужчина.

— Мне с трудом удалось уговорить господина Тянь Ши приготовить для вас сладкий суп из чёрного кунжута, — пытаясь придать загадочность своему голосу, сказал Лянь Жэнь.

— Каша из чёрного кунжута? — спросил мужчина тут же поморщившись от одного представления как этот суп будет выглядеть, — это же неприемлемо, суп из кунжута должен быть молочным, как кожа столичной красавицы, а не чёрным, как земля. Я сомневаюсь, что теперь захочу его купить… — недовольно пробурчал тот.

— Не спешите разбрасываться такими словами, господин, — тут же осадил его Лянь Жэнь, вновь переходя на шёпот, — Сладкий суп из чёрного кунжута приготовлен по секретному рецепту господина Тянь Ши и является именно тем средством, которое позволяет ему выглядеть так молодо в его-то пятьдесят лет.

— Разве господину Тянь Ши пятьдесят? Я думал, ему не больше тридцати, — удивлённо сказал мужчина.

— Ему пятьдесят шесть, а все думают, что тридцать, и всё это благодаря сладкому супу из чёрного кунжута. Он пьёт его каждое утро натощак и благодаря ему не имеет ни одной морщинки и ни единого седого волоса.

— И всё это благодаря сладкому супу из чёрного кунжута? — изумлённо протянул мужчина.

— Именно так, — кивнул Лянь Жэнь, пытаясь подражать тону господина Тянь Ши, когда тот произносил эту фразу.

— И тебе удалось его убедить приготовить для продажи этот суп? — всё ещё будучи под впечатлением, спросил мужчина.

— Да, мне с трудом это удалось сделать, но о потрясающих свойства этого супа никому не рассказывайте, пусть это будет наш с вами секрет, — сказал шёпотом Лянь Жэнь, после чего, подмигнув мужчине, быстрым шагом направился кондитерскую.

***

Правильные слова, сказанные правильному человеку, возымели должный эффект. Вскоре о сладком супе из чёрного кунжута с невероятными свойствами знали все. У кондитерской собралась огромная очередь желающих насладиться волшебным супом. Счастливчики, которым удалось выбить себе место у столика, получали большую миску с чёрным супом, которую приносил им Лянь Жэнь добавляя сверху немного дроблёных орехов и семечек. Остальные же терпеливо ожидали в очереди и должны были обязательно приходить с собственной посудой, куда господин Тянь Ши наливал им долгожданные три половника и обязательно предупреждал каждого посетителя о том, что кашу нужно разогреть и при желании дома добавить орехи или семечки.

От посетителей не было отбоя, и Лянь Жэнь с удивлением обнаружил, что уже после обеда суп закончился. Он вышел в главный зал и хотел было сообщить об этом господину Тянь Ши, спросить, позволит ли он ему приготовить ещё одну порцию супа, но позабыл об этом, поскольку стал свидетелем очень интересной сцены.

Беловолосый мужчина лет этак пятидесяти похожий на мудрецов из старых книг стоял у прилавка и долго рассматривал господина Тянь Ши, попутно поглаживая свою белую бороду.

— Что-то я сомневаюсь, что тебе пятьдесят! — с вызовом сказал мужчина, глядя прямо на господина Тянь Ши.

— А вы правильно делаете, что сомневаетесь, господин, поскольку мне не пятьдесят, а пятьдесят шесть, — ровным голосом ответил тот.

— Ишь ты какой, со старшими удумал шутить? — раздражённо бросил покупатель, громко топнув ногой об пол.

— Если же вы мне не верите, можете проверить меня, — столь же спокойно ответил ему господин Тянь Ши, а Лянь Жэнь удивился сколько самообладания на этот раз было у господина Тянь Ши, которые иной раз непременно бы вспылил появись у него такой покупатель

— А вот возьму и проверю. Молодёжь нынче ничего не знает про события прошлого, так что я тебя с лёгкостью раскушу. Скажи-ка, кто победил в том сражении в ущелье Акаций?

— Вы хотели сказать, в ущелье Камелий, господин?

Мужчина перед прилавком довольно фыркнул, поскольку господин Тянь Ши не попался в его ловушку и исправил название ущелья, в котором шло знаменитое сражение.

— Так кто же там победил? — также сварливо спросил мужчина.

— Наши, конечно, — ответил ему господин Тянь Ши.

— Верно, наши три отряда воинов тогда на славу потрудились! — довольно воскликнул мужчина.

— Этот суп полезен при седых волосах, но также очень хорошо помогает улучшить память. Вероятнее всего, купив его, вы вспомните, что в ущелье Камелий бился всего лишь один отряд наших бойцов, — сказал господин Тянь Ши и с упоением посмотрел на то, как от удивления мужчина даже приоткрыл слегка рот.

— Верно! Там был всего лишь один отряд. Теперь я точно верю, что тебе за пятьдесят. Удивительно, даже ни одного седого волоса, — сказал мужчина, весело хохоча и осматривая волосы господина Тянь Ши, убеждаясь, что седых не было.

— Верно, господин. Так вы желаете купить супа?

— Конечно, если он так хорошо помогает, почему бы и не купить. А я, старый дурак, всё кремами да сыворотками мазался, желая продлить свою молодость, а оно вот как оказалось. Нужно было всё лечить изнутри, а не снаружи, — весело сказал тот, протягивая господину Тянь Ши большую фарфоровую пиалу.

Пока седовласый мужчина продолжал трещать без умолку о том, как тяжело приходится ему на старости, господин Тянь Ши налил ему половник супа и протянул мужчине.

— Чего так мало?! — тут же возмутился мужчина, — Положи ещё немного, тебе что, жалко для старика?

— Извините, господин, но, если вы оглянетесь назад, увидите за собой в очереди ещё множество грустных седовласых мужчин, что, как и вы, желают продлить свою молодость. Неужели вы желаете оставить их такими, как они есть?

— Нет конечно! — тут же воскликнул мужчина, боясь порицания со стороны остальных покупателей, которые и так терпеливо ждали за ним в очереди.

— Приходите завтра, я приготовлю ещё, — пообещал ему на прощание господин Тянь Ши.

— Обязательно приду, — сказал седовласый мужчина и, расплатившись, весело вышел из кондитерской.

После этого обслужив ещё несколько десятков человек, господин Тянь Ши был вынужден закрыть кондитерскую, поскольку суп из чёрного кунжута закончился.

***

Повесив табличку закрыта на дверь и вернувшись обратно главный зал Лянь Жэнь довольной ухмылкой облокотился о прилавок прямо напротив господина Тянь Ши

— Удивительно, как вы сумели ответить на все вопросы того покупателя! — весело воскликнул Лянь Жэнь, — Откуда вы знаете про то, что в том сражении был всего лишь один отряд? Нам в школе об этом не рассказывали.

— Всё очень просто, Лянь Жэнь, — ответил ему господин Тянь Ши слегка усталым голосом, — я знаю это потому, что был там.

Лянь Жэнь открыл рот от удивления. Несколько долгих мгновений он просто открывал и закрывал рот, не в силах что-то из себя выдавить, потому что был глубоко поражён, узнав о том, что господин Тянь Ши был участником столь знаменитого сражения.

— Господин Тянь Ши, да вы же герой, вам должны были дать награду! — воскликнул Лянь Жэнь.

— Ну дали мне награду, что с того. Сейчас эта награда пылится на полке в шкафу.

— Невероятно! Потрясающе! — воскликнул Лянь Жэнь поражённо.

Лицо господина Тянь Ши стало грустным, как будто воспоминаниями он вернулся в то самое время.

— Мне было столько, сколько тебе сейчас, — сказал он и хлопнул рукой себя по левому бедру так, чтобы Лянь Жэнь понял, что то сражение стало для него последним.

Лянь Жэнь стоял и растерянно смотрел на господина Тянь Ши, не зная, что сказать. С одной стороны, господин Тянь Ши и впрямь был настоящим героем, который защищал мирных жителей от врагов. С другой стороны, в том сражении он получил увечье, из-за которого не смог дальше идти к своей мечте.

— Невероятно! — воскликнул Лянь Жэнь, всё ещё будучи под впечатлением от услышанного.

— Невероятнее всего то, что ты соврал тем бедным людям, сказав, что мне пятьдесят, — слегка раздражённо сказал господин Тянь Ши, глядя прямо на Лянь Жэня.

— Простите, я больше не буду, — виновато на него глядя в ответ, ответил тот.

— Конечно же ты не будешь. Ведь мне пятьдесят шесть, и я не собираюсь это скрывать и тем более выдавать себя за более молодого мужчину, — серьёзным тоном сказал господин Тянь Ши, но хитрый прищур его выдал.

Услышав это и увидев его лёгкую улыбку, Лянь Жэнь громко засмеялся.

— Кхм, не смейся так громко, лучше иди на кухню! Там гора немытой посуды! — сказал господин Тянь Ши, чувствуя себя слегка неловко

— Слушаюсь! — весело воскликнул Лянь Жэнь, широким шагом направляясь на кухню, где остолбенел, увидев, сколько ему придётся сегодня мыть.

***

Застывшая каша из чёрного кунжута довольно плохо отдиралась от белоснежного фарфора и возиться с ней пришлось очень долго, поэтому Лянь Жэнь просидел, скрючившись в три погибели на дворе возле колодца до самого вечера, когда к нему присоединился господин Тянь Ши, чтобы помочь.

Лянь Жэнь резко выпрямился и, потеряв равновесие, чуть было не упал. Благо, успел схватиться за соседний забор. Господин Тянь Ши пристально на него посмотрел, после чего строго сказал:

— Сейчас у тебя самый опасный возраст, поэтому ты должен быть предельно осторожным со своим здоровьем.

— Почему вы так говорите? — спросил Лянь Жэнь, — Потому что вы сами в двадцать два?...

— Да, я сам пострадал в двадцать два. Поэтому и считаю, что этот возраст самый опасный. Двадцать два это два раза по два, а если к двум добавить ещё два, получится четыре, а четыре — это несчастливое число.

— Так вот почему вам так не нравится число четыре! — воскликнул Лянь Жэнь, наконец поняв, отчего господин Тянь Ши такой суеверный.

— Именно так, поэтому. Береги себя, — чуть мягче, чем обычно, сказал господин Тянь Ши.

— Обязательно, постараюсь, — с улыбкой ответил ему Лянь Жэнь и принялся ещё яростнее намывать посуду.

— Завтра нужно будет вместо белого риса добавить чёрный, — сказал господин Тянь Ши, чтобы сгладить неловкое продолжительное молчание, что воцарилось после разговора.

— Чтобы сделать суп еще чернее? — спросил Лянь Жэнь.

— Именно так.

— Если он будет чернее, то и посуду отдирать будет сложнее, — пробубнил себе под нос Лянь Жэнь, а господин Тянь Ши притворился, что ничего не слышит.

***

Всю последующую неделю в кондитерской готовили сладкий суп из чёрного кунжута, который прославился на весь город, так что с утра пораньше уже стояла толпа желающих его купить. Многие говорили, что и впрямь чувствуют прилив бодрости после него, другие вообще в волосы растирали остатки, чтобы их окрасить. А вот самому Лянь Жэню приходилось до глубокой ночи отмывать фарфоровую посуду и делая это, он желал лишь одного — чтобы неделя чёрного кунжута побыстрее закончилась.

А когда наступил выходной, и Лянь Жэню удалось поспать вдоволь, ему приснился всё тот же сладкий суп из чёрного кунжута.

ГЛАВА 10. Фэнлису

— Тянь-Тянь, Тянь-Тянь, кыс-кыс-кыс, Тянь-Тянь!

— Какой ещё к демонам Тянь-Тянь?

Лянь Жэнь стоял на коленях посреди заднего двора и истошно пытался отыскать потерянное, в то время как оно было на руках у стоящего позади него господина Тянь Ши.

— Этот самый, что у вас на руках сидит! — весело воскликнул Лянь Жэнь, поднимаясь и протягивая руки. Господин Тянь Ши же сделал шаг назад, не желая отдавать своего шерстяного пленника, пока не получит должного объяснение. Глядя на его суровое лицо, Лянь Жэнь понял, что ни ему, ни Тянь-Тяню не поздоровится.

— Откуда он тут взялся? — строгим голосом спросил господин Тянь Ши, не выпуская чёрного кота из своих рук.

— Ваш друг поставщик кунжута сказал, что уезжает на север и не имеет возможности взять его с собой. Мне стало его жаль, и я решил взять его себе. Но, к сожалению, мадам Ян, увидев его, взбесилась и сказала, что не потерпит в своём доме кошек, поэтому мне пришлось принести его сюда. Вы ничего такого не подумайте, я надеялся, что наша соседка, которая так любит кошек, захочет его принять, но так и не успел к ней сходить и спросить, как Тянь-Тянь потерялся. Где вы его, кстати, нашли?

— Под прилавком, — столь же хмуро на него глядя, ответил господин Тянь Ши.

Он Тянь Ши сидел за прилавком и делал последние приготовления перед открытием кондитерской, как вдруг его ноги что-то коснулось. Господин Тянь Ши ужаснулся, посчитав, что в кондитерскую пробралась змея или же крыса, но, посмотрев вниз, увидел очаровательно тёмные, как чёрный омут, глаза. Чёрный кот боязливо жался и смотрел на него выпученными глазами, но всё равно тёрся макушкой о его левую ногу. Господин Тянь Ши, не зная, как дальше быть, взял его на руки и стал гладить. Кот оказался послушным и тут же начал довольно урчать от поглаживаний.

— Почему Тянь-Тянь? — спросил господин Тянь Ши, и Лянь Жэнь, который надеялся избежать этого разговора, тяжело вздохнул:

— Тянь-тянь означает сладкий-пресладкий. И… В общем, мы с вашим другом согласились, что Тянь-Тянь очень на вас похож. Весь чёрненький, но с белым воротничком, а ещё у него на левой лапе белый носочек, — сказал Лянь Жэнь, улыбнувшись.

Он потянулся к Тянь-Тяню, который мирно лежал на руках господина Тянь Ши, и показал его заднюю левую лапку — она была белоснежно-белая, как будто на неё и впрямь надели носочек.

— Всё же, какое у тебя было основание давать этому коту имя, похожее на моё? Что ещё за вздор — Тянь-Тянь… — недовольно пробурчал он, и в этот момент Тянь-Тянь отозвался на это имя и стал ластится к господину Тянь Ши.

— По-моему, ему очень подходит. Он очень пугливый, — жалостливым голосом сказал Лянь Жэнь — поэтому не обижайте его, пожалуйста.

— Кто сказал, что я собираюсь его обижать? — возмущённо на него посмотрел господин Тянь Ши, который не ожидал таких грубых слов со стороны Лянь Жэня.

Подумать только, разве он способен обидеть такое прекрасное существо, которое нуждалось в его защите?

— Ну, вы же не любите кошек, — сказал Лянь Жэнь, припоминая, как господин Тянь Ши злился на соседских кошек, когда те грелись на солнце на его заднем дворе.

— Он кот. Это другое дело, — сказал господин Тянь Ши и, развернувшись с котом на руках, отправился на кухню.

Лянь Жэнь побежал за ними с удивлением обнаружив, что Тянь-Тянь как будто и вправду был котом господина Тянь Ши. Он так мило развалился у него в руках и то и дело мурлыкал, довольно потираясь макушкой. Почему-то с Лянь Жэнем он не проявлял таких нежностей, боясь иной раз даже к нему подойти.

— Можно я быстро сбегаю к нашей соседке и спрошу, не хочет ли она взять Тянь-Тяня себе? — спросил Лянь Жэнь слегка расстроенно, понимая, что господин Тянь Ши ни в коем случае не разрешит оставить котёнка здесь. А возвращаться с Тянь-Тянем обратно в общежитие к мадам Ян ему и подавно не позволят.

— Думаю, у нашей соседки достаточно кошек, — сказал господин Тянь Ши, чем немерено удивил Лянь Жэня.

— Вы позволите оставить его тут? — вмиг засиял яркой улыбкой Лянь Жэнь.

— Я подумаю над этим сегодня.

— Господин Тянь Ши, обещаю, что вы не пожалеете, если оставите Тянь-Тяня. Он не будет гадить по углам, он знает, как следует себя вести в приличном обществе.

— Вот сегодня и посмотрим, насколько твой Тянь-Тянь знаком с приличным обществом, — ответил господин Тянь Ши и вручил Лянь Жэню кота, который с неохотой отлип от тёплого тела.

***

— Тянь-Тянь, будь хорошим мальчиком и веди себя прилично. Если ты так сделаешь, господин Тянь Ши разрешит тебе остаться в кондитерской. Только не проказничай ведь ты обязательно должно ему понравиться.

Сказав эти слова Тянь-Тяню, Лянь Жэнь несколько раз погладил того по макушке, после чего заозирался по сторонам, чтобы понять, где именно можно того оставить. Через некоторое время он решил оставить Тянь-Тяня рядом с тем местом, где стояла его кружка для воды и где он сам иногда, если позволяло время, отдыхал. Достав маленькое блюдце для посетителей, он налил в него немного воды и поставил рядом с Тянь-Тянем. Тот сразу кинулся к воде — видимо, его мучила жажда.

Лянь Жэнь еще раз оглядел кухню. Все шкафы по-прежнему были заперты на ключ господином Тянь Ши, так что Тянь-Тянь при всём желании не смог бы в них залезть. Единственное, на маленьком столике в углу стояла посуда для посетителей, и Лянь Жэнь несколько беспокоился о том, что Тянь-Тянь мог смахнуть на пол драгоценный фарфор. Это была бы проблема, ведь мало того, что Лянь Жэню пришлось бы за него платить из собственного жалования, так ещё из-за их уговора он не сможет приготовить вечером ничего для господина Тянь Ши, ведь тот непременно скажет, что Лянь Жэнь виноват в этом.

Оглядев ещё раз всю посуду для посетителей и поместив её для безопасности на середину стола, он направился в главный зал, чтобы обслуживать посетителей, по привычке оставив дверь слегка приоткрытой.

Тянь-Тянь недолго пробыл на кухне. Видимо, обследовав все углы, понял, что там нечем заняться, поэтому через приоткрытую дверь кухни вышел в главный зал и запрыгнул на колени к господину Тянь Ши, который в этот момент обслуживал очередного посетителя.

— Брысь! Брысь отсюда, — тихо приговаривал господин Тянь Ши, стараясь сделать это так, чтобы посетители не заметили Тянь-Тяня.

Но все было тщетно. Сколько господин Тянь Ши ни старался, чёрный котик никак не хотел покидать теплого местечка на его коленях и даже начал негромко урчать, что тут же показалось подозрительно одному из посетителей.

Господин Тянь Ши не хотел, чтобы покупатели поняли, что в кондитерской находится животное, поэтому громким рассерженным голосом позвал своего помощника:

— Лянь Жэнь, подойди ко мне!

Все в кондитерской замолчали, услышав его рассерженный голос.

— Почему он выглядит настолько раздражённым? — тихо спросил один посетитель.

— Лянь Жэнь наверняка вновь что-то натворил, бедного парня сейчас уволятб — так же тихо ответили ему.

Сам Лянь Жэнь, даже не подозревая, в чём на этот раз провинился, слегка опустив голову, подошёл к господину Тянь Ши. Тот быстро глянул вниз. Проследив за его взглядом, Лянь Жэнь увидел мирно лежащего на его коленях Тянь-Тяня и тут же засиял яркой улыбкой, поняв, в чём же дело.

— Убери его, — тихо прошептал господин Тянь Ши, продолжая накладывать очередному посетителю сладости в конвертик из рисовой бумаги.

— Простите, — таким же шёпотом сказал Лянь Жэнь и, быстро схватив на руки Тянь-Тяня, унёс с собой на кухню и положил в угол, надеясь, что Тянь-Тянь найдёт себе интересное занятие или же просто решит вздремнуть.

Но не тут-то было. Через некоторое время Лянь Жэнь вновь обнаружил Тянь-Тяня мирно лежащим на коленях господина Тянь Ши. На этот раз тот старался не обращать внимания на назойливого котика, но по его хмурому лицу Лянь Жэнь понял, что это ему удавалось с трудом.

Лянь Жэнь опять с трудом отцепил Тянь-Тяня от колен господина Тянь Ши и отнёс на кухню, где начал того отчитывать, да так громко, что самому господину Тянь Ши было прекрасно слышно, что тот говорит.

— Тянь-Тянь, так делать нельзя. Ты же воспитанный кот и знаешь, что мешать господину Тянь Ши нехорошо. К тому же ты довольно тяжеленький, а у него больное колено, поэтому ты можешь приносить ему неудобства. Не стоит больше так делать, сиди смирно на кухне и никого не трогай. Если будешь вести себя хорошо, господин Тянь Ши разрешит тебе тут пожить. А если нет, выбросит на улицу, и что же я буду с тобой делать?

На весь этот длинный монолог маленький Тянь-Тянь лишь жалобно мяукнул.

Лянь Жэнь вздохнул и скрепя сердце всё-таки закрыл дверь кухни так, чтобы Тянь-Тянь больше не смог пробраться в главный зал.

Конечно же он изредка проверял, как же там котёнок, но он был слишком занят, чтобы уделять ему должное внимание, поэтому к вечеру, когда все посетители ушли, Лянь Жэнь обнаружил грустного Тянь-Тяня лежащим на полу кухни.

Лянь Жэнь гладил его за ушком и пытался даже извиниться, но всё было тщетно. Тянь-Тянь так и продолжал его игнорировать. Но стоило господину Тянь Ши появиться на кухне, как чёрный кот тут же взбодрился, прыгнул ему навстречу и начал ластиться к ногам, попутно жалобно мяукая.

— Что это с ним такое? — глядя сверху на Тянь-Тяня, спросил господин Тянь Ши.

— Наверное, голодный. Он ведь ничего не ел с самого утра.

Господин Тянь Ши поставил на стол поднос, на котором остались несколько фэнлису и, отломав небольшой кусочек, бросил его на пол.

— Господин Тянь Ши, ему нельзя тесто! — тут же воскликнул Лянь Жэнь и бросился, чтобы схватить кусок сладости.

— Почему нельзя? — недоуменно спросил господин Тянь Ши.

— Тесто очень вредно для котов. Если Тянь-Тянь это съест, потом у него может разболеться животик.

— Что же тогда для них полезно? — постарался придать строгости своему голосу спросил господин Тянь Ши.

— Мясо или рыба, это больше всего им подходит. Можно и овощи. А вот тесто строго запрещено, — сказал Лянь Жэнь, выпрямляясь и подхватывая на руки Тянь-Тяня.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивился господин Тянь Ши.

— Вы же знаете, что я вырос в деревне? Там я ухаживал за всеми животными, которые у нас были. Моя мать очень сильно любит кошек, поэтому дома у нас всегда их было в большом количестве. Не как у нашей соседки, но всё же достаточно.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь по привычке нахмурил свои густые брови, после чего потянулся к карману, вытащил оттуда две золотые монеты и протянул их Лянь Жэню, пояснив:

— Пойди в таверну напротив и купи паровых пельменей с мясом гуся. Возьми их на вынос и скажи, что посуду занесёшь потом. Если же хозяин не захочет тебе продать вместе с посудой, скажи, что это для меня.

— О! Я сейчас. Одна нога там, другая тут, — воскликнул Лянь Жэнь, пихнув Тянь-Тяня в руки господину Тянь Ши и быстро направившись к выходу из кондитерской.

Не успел господин Тянь Ши опомниться, как Лянь Жэнь уже вернулся обратно, держа в руках большую миску, от которой исходил пар.

— Хозяин таверны, услышав, что я хочу купить эти пельмени для вас, положил мне пельменей больше обычного, просто удивительно! — воскликнул Лянь Жэнь, вспоминая, какими огромными глазами смотрел на него тот самый хозяин таверны, когда Лянь Жэнь сказал ему, для кого он их покупает.

Наверняка у Лянь Жэня были такие же огромные глаза от удивления из-за того, что господин Тянь Ши разрешил принести в кондитерскую чужую еду.

Он присел за стол и велел Лянь Жэню подать ему небольшую пиалу. Палочками для еды он начал вскрывать горячие пельмени и вытаскивать оттуда начинку, перекладывая в пиалу, после чего поставил её на пол рядом с Тянь-Тянем. Тот поначалу боязливо посмотрел на её не очень привлекательно выглядящее содержимое, однако принюхавшись, учуял ароматный запах мяса, а потому подошёл и начал осторожно есть.

Громко чавкая, Тянь-Тянь быстро справился с едой и, облизнув довольную мордочку, вновь прыгнул на колени к господину Тянь Ши и потёрся об его одежду.

Господин Тянь Ши в свою очередь погладил Тянь-Тяня по мягкой чёрной шерсти, вытащил мясную начинку из оставшихся пельменей и также отдал её котёнку.

— Если вам неприятно, и он вас донимает, я могу сходить к нашей соседке и спросить, сможет ли она взять на некоторое время к себе Тянь-Тяня, — жалостливым голосом начал Лянь Жэнь, всё-таки надеясь на то, что господин Тянь Ши разрешит оставить у себя Тянь-Тяня.

— Разве тебя не учили, что в ночное время нельзя тревожить пожилых людей? К тому же наша соседка женщина, а потому захаживать к ней в ночное время суток чревато последствиями. Не хочу, чтобы о тебе потом пошли дурные слухи. Сегодня оставь Тянь-Тяня, а завтра посмотрим, что можно с этим сделать.

— Правда? — весело воскликнул Лянь Жэнь, — Спасибо вам большое, господин Тянь Ши, я приготовлю для вас самые лучшие лепёшки сегодня.

— Ты сегодня разбил чашку, так что никаких баоцзы этим вечером. — сказал господин Тянь Ши и, увидев удивление на лице Лянь Жэня, добавил — Что, думал, я не узнаю?

— Но там же только кусочек откололся, он крошечный.

— Разбил значит разбил, ничего не знаю. Иди домой, — строго сказал господин Тянь Ши.

На прощание Лянь Жэнь погладил Тянь-Тяня по голове и, пожелав доброй ночи господину Тянь Ши, отправился домой разбираться с погромом в своей комнате. Учинил его Тянь-Тянь и, собственно, из-за него мадам Ян и настояла на том, чтобы в ее доме больше никаких кошек не появлялось.

***

На следующие утро Лянь Жэнь словно вихрь ворвался в кондитерскую. Он боялся, что за ночь Тянь-Тянь мог что-то натворить, например, как в прошлый раз, когда он испугался громкого шума снаружи и перевернул с ног на голову комнату Лянь Жэня.

Господин Тянь Ши в это время разжигал печку, а сам Тянь-Тянь, примостившись в углу, грел свои пушистые бока об тёплую стену печки.

Оба недоумённо посмотрели на запыхавшегося Лянь Жэня, который явно не ожидал увидеть такую мирную картину с утра пораньше.

— Доброе утро, господин Тянь Ши. И тебе доброе утро, Тянь-Тянь! — громко воскликнул Лянь Жэнь, пытаясь не выглядеть встревоженным, чтобы господин Тянь Ши ничего не заподозрил.

— Доброе утро, Лянь Жэнь. Ты сегодня особенно бодр или мне показалось? — спросил господин Тянь Ши

— Вам показалось, я просто бежал, так как боялся опоздать.

Пока Лянь Жэнь приводил себя в порядок на заднем дворе, надевая выстиранный с вечера фартук и пытаясь его руками слегка пригладить, господин Тянь Ши занялся готовкой фэнлису. Вернувшись на кухню, Лянь Жэнь с удивлением обнаружил, что Тянь-Тянь вновь лежал на коленях господина Тянь Ши, пока тот чистил ананасы.

— Тянь-Тянь, я же тебе говорил не донимать господина Тянь Ши, особенно, когда он работает, — сказал Лянь Жэнь и, потянувшись к коту, взял того на руки и вернул в угол возле тёплой печки.

Господин Тянь Ши на это ничего не сказал, а сам Тянь-Тянь послушно остался там, куда его положил Лянь Жэнь.

Лянь Жэнь хотел было спросить, что же именно господин Тянь Ши решил насчёт Тянь-Тяня, да только вот всё не решался. Собравшись с духом, когда они делали ананасовую начинку для фэнлису, он открыл было рот, но господин Тянь Ши чем-то его отвлёк, а вновь храбрости Лянь Жэнь так и не набрался.

Когда Фэнлису были готовы, Лянь Жэнь собрал всё свою храбрость и спросил:

— Господин Тянь Ши, можно узнать, что же вы всё-таки решили насчёт Тянь-Тяня?

Тот поначалу ничего не ответил, и Лянь Жэнь подошёл к нему ближе, чтобы рассмотреть его выражение лица. Лянь Жэнь давно смекнул, что по его бровям можно понять, насколько господину Тянь Ши что-то нравится. Если брови только слегка нахмурены, это можно было считать одобрением, а ежели брови были так сильно нахмурены, что со стороны могла показаться, будто у господина Тянь Ши одна единственная длинная бровь — это было не к добру.

Но вот именно сейчас лицо господина Тянь Ши было полностью расслаблено.

— Он может тут остаться, — коротко ответил он.

— Спасибо, господин Тянь Ши! — громко воскликнул Лянь Жэнь и от переполняющих его чувств схватил господина Тянь Ши за талию, слегка приподняв над полом.

Это продлилось лишь несколько секунд, потому что Лянь Жэнь тут же опомнился и поставил на землю покрасневшего не только лицом, но и ушами господина Тянь Ши.

— Простите… Я глупо поступил, это просто от переизбытка чувств. Я ведь вам так благодарен, что вы всё-таки позволили оставить Тянь-Тяня, — тут же поспешил извиниться Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь несколько раз нервно кашлянул, понимая, что не в силах справиться с собственной неловкостью и горящими ушами.

— Больше так не делай, — хмуро ответил он, стараясь не смотреть в сторону Лянь Жэня

— Больше не буду, обещаю, — виновато произнёс тот.

— Чего ты стоишь, иди и… Ну это... Обустрой для Тянь-Тяня какое-нибудь место, — сказал господин Тянь Ши слегка дрожащим голосом, принимаясь красиво расставлять фэнлису на серебряные подносы.

— А можно? — с надеждой спросил Лянь Жэнь.

— Нужно! У каждого, кто живёт в этом доме, должно быть свое место, — буркнул господин Тянь Ши, всё ещё стараясь не смотреть на Лянь Жэня, ведь его уши по-прежнему горели огнем.

Услышав такие трогательные слова, Лянь Жэнь расчувствовался. Однако прекрасно зная, что господин Тянь Ши не любит всякие телячьи нежности, он попросил разрешения быстро сгонять на рынок, чтобы прикупить кое-что для Тянь-Тяня.

***

Лянь Жэнь купил низкую бамбуковую корзину в качестве кровати для Тянь-Тяня и положил в неё маленькую подушку тёмно-зелёного цвета для мягкости. Саму корзину разместил в тёплый угол рядом с печкой, который изначально понравился Тянь-Тяню. Возле расположил два купленные Лянь Жэнем же блюдца — один для воды, другой для еды.

А Тянь-Тянь и правда оказался очень воспитанным. Будто наперёд зная, что господин Тянь Ши не одобрит лазания по шкафам, он никогда этого не делал. Единственной его слабостью было то, что он то и дело прыгал на колени к господину Тянь Ши, поудобнее устраивался и начинал громко урчать. Однако домашние учёные Лянь Жэня одобрили такое его поведение, сказав, что у котов есть способности к врачеванию, а потому это может помочь больному колену господина Тянь Ши. Что из этого получится, неизвестно, но в том, что это благоприятно влияет на его здоровье, они ни капли не сомневались.

Лянь Жэнь, как и обещал, старался как можно лучше ухаживать за Тянь-Тянем. Регулярно выводил его на прогулку, открывая заднюю дверь, что вела на маленький дворик, и даже попытался познакомить его с соседскими кошками. Но, точно, как и господин Тянь Ши, Тянь-Тянь сразу невзлюбил рыжих кошек. Сначала он брезговал к ним подходить и, высоко подняв хвост, возвращался на кухню, когда те появлялись на его заднем дворе. А после и вовсе разметил свою территорию так, что те больше не приближались.

Тянь-Тянь любил поваляться в траве на заднем дворе, когда солнце было высоко и грело его пушистое пузико, любил играться с блестяшкой на запястье Лянь Жэня, любил ловить бабочек, что нагло летали перед его носом. Но больше всего на свете он любил лежать на своей кровати возле тёплой печки и умными глазами наблюдать за тем, как Лянь Жэнь и господин Тянь Ши готовят.

Хоть поначалу Лянь Жэнь и переживал, но от господина Тянь Ши никаких нареканий насчёт Тянь-Тяня не было, и он больше не имел ничего против, когда тот прямо посередине дня запрыгивал на его колени и начинал громко урчать. Господин Тянь Ши даже приловчился обслуживать покупателей с котом на коленях и иногда даже умудрялся одной рукой его гладить, а другой рукой упаковывать сладости для покупателей.

Вскоре Тянь-Тянь и впрямь стал полноценным жителем кондитерской, ведь ему понадобились всего лишь пять дней для того, чтобы окончательно и бесповоротно влюбить в себя господина Тянь Ши.

***

Всё утро Лянь Жэнь громко тарабанил в дверь «Танхулу», но ему никто не открывал. Он уже начал беспокоиться, вдруг с владельцем что-то случилось, когда внезапно открылась дверь. На пороге стоял сам господин Тянь Ши с распущенными волосами, в одеждах для сна и только на плечах был поспешно накинутый тёплый халат. В руках он держал сонного Тянь-Тяня, который недовольно дёргал длинными белыми усами. Сам господин Тянь Ши выглядел таким же недовольным смотрел, приоткрыв один глаз.

— Ты опять припёрся посреди ночи? — ворчливо спросил он у Лянь Жэня.

— Господин, солнце уже высоко, скоро люди начнут собираться у кондитерской.

— Ммм… Да, действительно, — ответил господин Тянь Ши всё ещё сонным голосом.

— Вы что, проспали? — тихо спросил Лянь Жэнь, закрывая за собой дверь кондитерской, чтобы никто не услышал.

— Кажется, да, — съёжившись от холода, что проник в кондитерскую и прижимая ближе к себе тёплого Тянь-Тяня, пробурчал господин Тянь Ши.

Господин Тянь Ши полночи не мог уснуть, ворочаясь в кровати, потому что его одолевали разного рода глупые мысли. Потом ещё и Тянь-Тянь начал царапать дверь в его комнату, жалобно мяукая и просясь внутрь, хоть и прекрасно знал, что заходить в комнату господина Тянь Ши ему строго запрещено. В конце концов господин Тянь Ши сжалился над ним и взяв на руки чёрного котика улёгся в кровать, где смог уснуть лишь под утро рядом с тёплым Тянь-Тянем.

— Фэнлису! — обеспокоенно воскликнул он, вспоминая, что сегодня они должны были приготовить.

Покрепче обхватив Тянь-Тяня, господин Тянь Ши направился на кухню, где лишь на долю секунды присел, чтобы выровнять дыхание, и тут же заснул. Когда же Лянь Жэнь вошёл в кухню, он увидел необычную картину. Господин Тянь Ши спал на стуле, слегка сгорбившись и прижимая к себе Тянь-Тяня.

Он выглядел таким мягким, тёплым и домашним. К тому же его лицо было расслабленно и безмятежно, так что Лянь Жэню не захотелось их будить. Но солнце уже было высоко, а это значило что скоро должны были появится первые покупатели. Господин Тянь Ши наверняка расстроится из-за того, что Лянь Жэнь его не разбудил. Только если Лянь Жэнь сам не приготовит сладости…

Посчитав, что это отличная идея и к тому же прекрасная возможность показать свои приобретённые навыки в кондитерском мастерстве, Лянь Жэнь, повыше засучив рукава и осторожно вытащив ключ от шкафчиков на кухне с шеи господина Тянь Ши, принялся за работу.

Благо, они вместе с господином Тянь Ши уже несколько дней подряд готовили фэнлису, и Лянь Жэнь знал, как именно их нужно готовить.

Сначала Лянь Жэнь принялся очищать спелые ананасы, после чего мелко их нарезал и смешал с кусочками вареной восковой тыквы. Получившуюся смесь он хорошо отжал от излишков сока и положил в глубокую сковороду, смешав с сахарным песком. После, долго жарил на огне, пока не получилась очень густая и тягучая ананасовая паста.

Пока начинка остывала, Лянь Жэнь принялся заниматься тестом. Маленьким венчиком взбил яйца, смешал с растопленным маслом и небольшим количеством молока, добавил сахарную пудру и щепотку соли, после чего высыпал пшеничную муку и месил, пока не получилось жёлто-золотистое тесто.

Отложив тесто, он вернулся к ананасовой пасте — из неё нужно было сформировать небольшие шарики, которые потом заворачивают в тесто.

После того как Лянь Жэнь тщательно завернул начинку в тесто, он вложил заготовку из теста и ананасовой начинки в металлические прямоугольные формы, осторожно разровнял чтобы заполнить все пространство после чего поставил на противень и отправил в печку.

Всё это время Лянь Жэнь старался действовать как можно осторожнее и не издавать много шума, чтобы не разбудить господина Тянь Ши. Но он даже не ожидал, что успеет приготовить все фэнлису и аккуратно разложить их на серебряные подносы, прежде чем господин Тянь Ши проснется.

***

— Фэнлису! — громко воскликнул господин Тянь Ши, вздрагивая всем телом и просыпаясь.

Тянь-Тянь испуганно выпрыгнул из его рук и спрятался в свой уголочек возле печки.

— Нужно приготовить фэнлису… — недовольно пробубнил господин Тянь Ши, растирая глаза руками.

Когда он наконец смог разлепить слипшиеся ото сна сонные веки, перед ним было огромное количество золотистых фэнлису. Их сладкий аромат так кружил голову, что господин Тянь Ши потянулся рукой к серебряному подносу и взял один.

Стоящий неподалеку Лянь Жэнь обеими руками держался за столешницу, чтобы не свалиться на пол, и огромными глазами смотрел на то, как господин Тянь Ши ел приготовленное им печенье.

Вообще-то, пока Лянь Жэнь готовил сладости, он пытался придумать, что именно скажет господину Тянь Ши, когда тот проснётся. Лянь Жэнь ожидал, что тот на него разозлится или вообще попросит покинуть кондитерскую и больше никогда не возвращаться. Однако он всё же надеялся, что сможет его убедить в том, что сделал это из наилучших соображений. Сейчас же, наблюдая за тем, как господин Тянь Ши охотно поглощает приготовленное им печенье, он позабыл все свои хитроумные мысли.

— Получилось неплохо, — сказал господин Тянь Ши, доев и стряхнув со своей одежды крошки от печенья, — чуть слаще, чем делали раньше, но в целом получилось очень даже похоже.

Таких слов Лянь Жэнь уж точно не ожидал. Он хотел было что-то сказать, но забыл, что именно, ведь господин Тянь Ши потянулся за вторым фэнлису.

— Я… Я переборщил с сахаром, когда делал ананасовую начинку, — виновато признался Лянь Жэнь, не зная, что дальше ожидать от господина Тянь Ши, и положил ключ на длинной цепочке на стол перед ним.

— Ничего страшного, думаю, наши покупатели этого не заметят, — сказал тот, доедая второе печенье, и как ни в чем не бывало взял и повесил ключ обратно себе на шею.

— Я приготовил всё это потому, что не хотел вас будить и… — тут же начал оправдываться Лянь Жэнь

— Я так и подумал. — сказал господин Тянь Ши после чего повернулся к Лянь Жэню и чуть мягче сказал, — Благодарю за заботу.

— Вы на меня не сердитесь? — спросил ошарашенно Лянь Жэнь.

— Нет, я не сержусь, — спокойно ответил господин Тянь Ши, — Но в следующий раз, пожалуйста, будь так добр и разбуди меня. Я чувствую себя немного неловко из-за того, что сегодня ты сделал всю работу. Можешь быть свободным до обеда и пойти куда-нибудь отдохнуть. Только по пути обратно купи что-нибудь из еды для Тянь-Тяня.

— Хорошо, господин Тянь Ши, — произнес Лянь Жэнь, не веря своим ушам, — я только сначала отнесу все подносы в главный зал, а вы пока приведите себя в порядок.

— Ох, точно, я ведь всё ещё в одеждах для сна, — произнёс господин Тянь Ши, оглядывая себя.

Всё ещё будучи слегка сонным, тот отправился к себе наверх, чтобы переодеться, в то время как Лянь Жэнь поставил на прилавок подносы. Мыслями он всё время возвращался к только что произошедшему, не понимая, почему господин Тянь Ши так спокойно съел что-то, приготовленное другим человеком. У него было два варианта — либо из-за того, что господин Тянь Ши всё ещё был сонным, либо сам Лянь Жэнь на самом деле крепко спал в своей кровати.

***

— Интересно, а где же тот красавчик, который всегда обслуживал? — задалась вопросом молодая девушка.

— Его зовут Лянь Жэнь, — тут же подсказала другая, которая сидела напротив.

— Его нет с самого утра, и я боюсь, что этот злыдень его уволил, — сказала третья, недовольно поглядывая на сидящего за прилавком господина Тянь Ши.

— Невозможно, никто бы не осмелился его уволить! — громко воскликнула первая девушка, — Извините, хозяин, а где же всё-таки ваш помощник?

— Нету его сейчас, — хмуро ответил ей господин Тянь Ши.

— Видишь, я тебе говорила, он его уволил, — тут же сказала вторая девушка.

— Невозможно, ведь Лянь Жэнь такой хороший.

— И такой привлекательный, не то, что этот, — сказала вторая девушка, указывая на господина Тянь Ши.

— Я иной раз даже побаиваюсь зайти в кондитерскую, зная, что он будет смотреть на меня своими злыми глазами, — сказала первая девушка своим высоким писклявым голосом, не понимая, что господин Тянь Ши её прекрасно слышит.

Девушки продолжили обсуждать, какой неприятный на самом деле был хозяин кондитерской, несмотря на то что готовит такие удивительно вкусные сладости, и как красив и привлекателен его помощник, который с утра до вечера улыбается всем покупателям, прекрасно их обслуживая.

В один момент девушки начали возмущаться, что их долго не обслуживают, и недовольство вскоре подхватили и остальные люди за соседними столиками. Господин Тянь Ши, который стоял за прилавком и не успевал в одиночку ничего сделать, лишь закатил глаза и громко воскликнул:

— Если что-то не нравится, можете отсюда валить!

— Мы так и сделаем! — воскликнула первая девушка и встала со стула. В ту же секунду она увидела в дверном проёме Лянь Жэня и села обратно.

Тот держал в руках миску с горячими пельменями из мяса гуся.

— Никуда не уходите, вот он я, сейчас вас обслужу. Подождите только, я отнесу эти пельмени на кухню.

— Вас не уволили! — хором воскликнули несколько женских голосов.

— Нет, — тут же ярко улыбнулся Лянь Жэнь, — я просто был на перерыве.

— Ах, если у вас перерыв, тогда мы, конечно же, подождём. Не торопитесь и пообедайте в спокойствии, — тут же сказала вторая девушка.

— Благодарю вас, госпожа, — быстро сказал Лянь Жэнь и юркнул на кухню, чтобы покормить Тянь-Тяня.

— Какой приятный молодой человек, — вздохнула первая девушка, провожая Лянь Жэня взглядом.

— Точно-точно, — согласилась девушка, — не то, что хозяин этого заведения. Если бы не эти изысканные сладости, ноги моей не было бы в этом месте.

— Если бы не господин Тянь Ши, вы бы, милые девушки, никогда и не попробовали бы такие вкусные сладости, — тут же сказал им Лянь Жэнь, оказавшись за их спиной.

— Не говорите такого, я уверена, что вы намного лучше смогли бы их приготовить, — сказала одна из девушек, томно глядя на Лянь Жэня.

— Всё верно, сегодняшние сладости слишком приторно сладкие, — сказала вторая девушка.

— Мне жаль, что я расстроил вас, госпожа, ведь эти сладости сегодня приготовил именно я, — сказал Лянь Жэнь с широкой улыбкой на лице. Отвесив дамам шутливый поклон, он направился к другому столику.

На всё это представление господин Тянь Ши постарался не обратить никакого внимания. Впрочем, ему было не привыкать получать такие нелестные слова в свой адрес. К нему на коленях запрыгнул сытый Тянь-Тянь и, чтобы сгладить неприятное впечатление от трёх невоспитанных барышень, он начал его непрерывно поглаживать, не обращая внимания на недовольного посетителя, который ждал, когда же он положит ему в бумажный свёрток заветные три фэнлису.

***

В целом день прошёл довольно неплохо. Господину Тянь Ши наконец-таки удалось нормально выспаться. Если бы не три девушки, которые слегка испортили ему настроение, день можно было бы назвать даже прекрасным. Однако слова молодых особ всё же не хотели выходить у господина Тянь Ши из головы, и, закрыв кондитерскую, он устало присел на стул за широким кухонным столом и, когда к нему присоединился Лянь Жэнь, слегка смущенно спросил:

— Я и правда выгляжу так зловеще?

— Нет конечно, вы очень привлекательный молодой человек, — тут же отозвался Лянь Жэнь.

— Не такой я уж и молодой, но всё равно спасибо за добрые слова, — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши и вновь слегка покраснел.

— Пожалуйста, не переживайте о словах тех посетительниц. Они ничего не смыслят в мужской красоте.

— А ты, значит, большой ценитель, да? — с любопытством глядя на Лянь Жэня, спросил господин Тянь Ши.

— Конечно, — тут же ответил тот, — вы бы видели, какие персонажи приходили в «Поросячий Визг». Я иной раз сомневался, обслуживаю ли я человека или же лесного демона.

— Значит, по сравнению с ними я не так уж и плох?

— Не только по сравнению, но и вообще. Просто вы иногда хмуритесь, а это отпугивает людей, но знаете что? — сказал Лянь Жэнь, призадумавшись, — Не нужно идти в противоречие с самим собой лишь для того, чтобы понравиться людям. Ведь тем, которые знают вас поближе, вы и так нравитесь.

Господин Тянь Ши растерянно посмотрел на Лянь Жэня, не зная, что ответить на такой неожиданный комплимент. Видя его смущение, Лянь Жэнь решил, что нужно оставить того наедине с самим собой.

Сам господин Тянь Ши продолжал думать обо всем этом. Лянь Жэнь, конечно же, был моложе и симпатичнее, но господин Тянь Ши и не собирался с ним соревноваться. Ему лишь стало как-то обидно, что те девушки обозвали его злыднем, хотя ничего плохого он им не сделал. А ведь мог бы выгнать их за порог кондитерской и больше никогда не пускать.

— Лучше бы я так и сделал, — тихо сказал сам себе господин Тянь Ши и попытался отвлечься от этих глупых мыслей, возвращаясь к тому, как сегодня утром он съел два чужих фэнлису.

Когда Тянь-Тянь по привычке запрыгнул на колени к господину Тянь Ши, тот был задумчивым и даже не погладил его по голове. Тянь-Тянь хотел было уже обидеться, но тот осторожно к нему прикоснулся, зарываясь пальцами в мягкой, гладкой и чёрной, как ночь, шёрстке.

Сам господин Тянь Ши думал о том, что день и правда выдался странным.

Взять хотя бы эти глупые слова Лянь Жэня, которые заставили его покраснеть. Лянь Жэнь их сказал просто, к слову, чтобы господин Тянь Ши не обиделся, а он уже себе надумал.

Господин Тянь Ши решил, что глупые мысли нужно игнорировать и попросту выкинуть из головы, иначе он опять не сможет заснуть. Нужно было ещё сделать уборку во всех шкафчиках, заказать новые ингредиенты, к которым не прикасался Лянь Жэнь, и попутно направить все свои мысли на Тянь-Тяня, ведь тот так хорошо успокаивал своим громким урчанием.

***

— Вкусно тебе, Тянь-Тянь? — спросил господин Тянь Ши, с улыбкой глядя на то, как кот с аппетитом поглощал мясо.

Тот, конечно же, не ответил, но, быстро расправившись с угощением, потянулся к сидящему на стуле господину Тянь Ши и тронул лапкой его ногу, таким образом прося добавки. Господин Тянь Ши ещё шире улыбнулся, почесал Тянь-Тяня за ушком, после чего вскрыл очередной пельмень и, подцепив начинку палочками для еды, переложил её в миску на полу.

Тянь-Тянь с таким аппетитом поглощал вкусное мясо, что со стороны это действие выглядело очень забавно.

Вскрыть пельмень и переложить комочек мяса Тянь-Тяню в миску. Тесто смахнуть в сторону, чтобы потом его выбросить. То же самое сделать со следующим. После взять один пельмень и положить себе в рот, а следующие пельмень отдать Тянь-Тяню, который недоумённо смотрит на то, как господин Тянь Ши съедает его паровой пельмень.

Мясо оказалось на вкус не таким уж и плохим. Кажется, добавили слишком много специй, видимо, мясо было не первой свежести. Удивительно, как Тянь-Тяню нравится такое.

Господин Тянь Ши вскрыл очередной пельмень и поставил комочек мяса в миску Тянь-Тяня, а когда поднял свой взгляд, увидел изумленного Лянь Жэня напротив. И только тогда понял, что только что случилось

Он, не отдавая себя отчёта, под чавканье Тянь-Тяня решил самостоятельно убедиться в том, что пельмени действительно настолько вкусные.

— Вы… Вы только что... — проговорил радостно Лянь Жэнь, но господин Тянь Ши тут же выставил правую руку вперёд.

— Не говори ничего, иначе меня сейчас же вырвет.

Лянь Жэнь издал задушенный всхлип и прикрыл свой рот руками. Господин Тянь Ши же продолжал сидеть на стуле, ошарашенно глядя то на Лянь Жэня, то на пустую тарелку, в которой только недавно находилось с десяток горячих пельменей с мясом гуся.

Его слегка затошнило, и он зажмурился, чтобы это быстрее прошло. В таком напряжении он просидел довольно долго, пока не почувствовал, что ему стало чуточку лучше. Лянь Жэнь по-прежнему стоял напротив него и смотрел огромными глазами.

— Подай мне немного воды, — испуганным голосом произнес господин Тянь Ши, не узнавая собственный голос.

Лянь Жэнь тут же дёрнулся к колодцу, который, к счастью, был открыт, и набрав оттуда побольше воды в небольшую чашку, вручил её в руки господину Тянь Ши, присев на корточки рядом с ним.

— С вами всё хорошо? — всё-таки решился заговорить Лянь Жэнь, видя, что морщинка на лбу господина Тянь Ши слегка разгладилась, а значит, тому стало значительно лучше.

— Кажется, всё в порядке, — сказал господин Тянь Ши после того, как выпил всю воду и поставил чашку на стол — в пельменях было слишком много специй и, возможно, потом меня замучает изжога, но в остальном...

— В остальном всё хорошо! — радостно воскликнул Лянь Жэнь, — Вы смогли поесть немного мяса, и всё это благодаря Тянь-Тяню. Если бы не он, вы бы даже не позволили мне занести эти пельмени в вашу кондитерскую.

“Благодаря тебе”, — пронеслось в голове господина Тянь Ши, когда он пристально глядел на счастливого Лянь Жэня, который, кажется, был рад больше, чем сам господин Тянь Ши.

— Я сделал это неосознанно… — растерянно сказал господин Тянь Ши

— Вы не задумались о том, что кормили Тянь-Тяня, и покормили самого себя, это же просто замечательно! — улыбнулся Лянь Жэнь, глядя на того снизу вверх.

— Я, наверное, всё-таки приму противоядие, — сказал господин Тянь Ши.

— Если так вам будет спокойнее, почему бы и нет, — пожал плечами тот.

— Можешь быть свободным, Лянь Жэнь, иди домой, уже довольно поздно, — сказал господин Тянь Ши и, поднявшись со стула, направился к лестнице, что вела в его комнату.

— Уверены, что вам не нужна моя поддержка сейчас? — очень серьёзно спросил Лянь Жэнь, последовав за господином Тянь Ши и остановившись на расстоянии нескольких шагов.

— Я уверен, что нет, — сказал господин Тянь Ши своим обычным строгим голосом.

— Тогда могу я прийти завтра, чтобы навестить Тянь-Тяня? — вполголоса спросил Лянь Жэнь.

— Нет, Лянь Жэнь, — ответил господин Тянь Ши, — завтра у тебя выходной и ты должен отдохнуть от этого места, как и это место должно отдохнуть от тебя. Увидимся послезавтра.

— Хорошо, — тихо пробубнил Лянь Жэнь, понимая, что на самом деле тот хотел отдохнуть от него.

Господин Тянь Ши стоял на первой ступеньке и провожал взглядом Лянь Жэня, который, дойдя до проёма двери, что вела в главный зал, повернулся к нему и сказал:

— Доброй ночи, господин Тянь Ши. Я надеюсь, что завтра вы не будете голодать лишь потому, что сегодня съели этот пельмень с мясом.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь, — было ему ответом, — Я постараюсь.

— Господин Тянь Ши? — громко крикнул Лянь Жэнь, уже будучи возле входной двери.

— Что?

— Можно я послезавтра принесу немного рыбы для Тянь-Тяня?

— Можно! Иди уже!

Услышав, как громко хлопнула двери кондитерской, господин Тянь Ши направился наверх, где выпил пузырек с противоядием собственного приготовления, и только после этого спустился вниз, чтобы закрыть входную дверь, проговаривая про себя:

— Можно, конечно, можно. Тебе можно всё.

ГЛАВА 11. Желе из водяного каштана – Матигао

— Чего ревешь?

— Черепашку жалко, — расстроенно протянул Лянь Жэнь.

— Это желе не из черепахи, а из водяных каштанов, — тут же пояснил господин Тянь Ши.

— Правда? — с надеждой спросил Лянь Жэнь, утирая выступившие слезы и ярко улыбаясь.

— Что, водяных каштанов тебе уже не жалко?

— Не очень. — честно признался Лянь Жэнь, — Я слышал о том, что желе из черепахи полезно для здоровья. Ещё слышал, что оно слегка горчит, поэтому в него добавляется много сахара. А также, что это очень популярное блюдо, поэтому сразу же подумал, что вы сегодня его будете готовить, — сказал Лянь Жэнь, глядя на полную миску коричневого крахмала.

— Ты прав, оно полезно. Но также оно очень дорогое, поэтому я не могу позволить себе продавать такое в больших количествах. К тому же, как ты и говоришь, черепашек жалко. Так что я бы не осмелился такое приготовить, — пояснил господин Тянь Ши и указал на миску с крахмалом, — это крахмал из водяного каштана, поэтому его цвет близок к порошку из панциря черепахи. Но скажу тебе честно, на вкус матигао намного, лучше нежели желе из черепахи.

— Вам удалось его отведать? — удивился Лянь Жэнь.

— Конечно, я пробовал его, и не раз, и даже самостоятельно готовил, но никогда не был от него в восторге. Блюдо, скажем так, на любителя.

— Кажется, раньше у вас была довольно насыщенная и интересная жизнь, — сказал Лянь Жэнь, не подумав, что сморозил.

— Лянь Жэнь! — процедил сквозь зубы господин Тянь Ши, — Иди работай!

— Хорошо, простите, — опустив голову, пробубнил тот, понимая, что вновь, как говорил господин Тянь Ши, переборщил.

***

По наставлению своего начальника Лянь Жэнь добавил в миску с крахмалом из водяных каштанов немного воды, после чего начал просеивать получившуюся смесь, чтобы избавиться от крупных комочков. В это время господин Тянь Ши очистил только что принесённые поставщиком свежие водяные каштаны, тщательно их промыл и нашинковал на маленькие кусочки.

После этого он поставил на огонь большой чан с водой и, когда та закипела, положил несколько брусков коричневого сахара, активно помешивая, чтобы те быстрее растаяли. А после в чан был добавлен крахмал и каштаны.

Для приготовления этого желе у господина Тянь Ши были специальные формы которые были похожи на маленькие противни, однако глубже — чтобы туда было удобно наливать ещё не остывшее желе. Оно, к слову, вовсе не было прозрачным, как ожидал Лянь Жэнь, а было похоже скорее на густую кашу из бурого риса.Когда смесь сахара и водяных каштанов была перелита в формы, господин Тянь Ши по очереди ставил их в пароварку, накрывая крышкой, и как всегда, отмеряя время палочками для благовоний.

Когда сгорала одна, господин Тянь Ши осторожно вытаскивал форму из пароварки и ставил на стол. После этого он очень осторожно переворачивал форму и, как по волшебству, желе выскальзывало оттуда на серебряный поднос.

Тут в игру вступал Лянь Жэнь, которому доверили разрезать желе, которое к его удивлению, оно теперь обрело полупрозрачный коричневый цвет, сквозь который были видны кусочки каштанов.

Получившиеся пластины не таяли под пальцами, поэтому их было очень удобно разложить на подносе и посыпать сверху кокосовой стружкой, и тогда лакомство было готово.

***

— Лянь Жэнь, что с тобой случилось? Ты уже в пятый раз поморщился, — спросил господин Тянь Ши, вглядываясь в лицо своего помощника.

Хоть он и пытался звучать серьёзно, на самом деле он выглядел слегка обеспокоенно, и Лянь Жэнь поспешил его успокоить:

— Ох, не волнуйтесь, господин. Понимаете, я просто-напросто пристрастился к бодрящему напитку. Обычно я покупаю его утром и пью немедля, как раз перед восходом солнца, чтобы на работу быть бодрячком. Вот только сегодня я слишком спешил и не успел его выпить.

— И что с того?

— Он вызывает некоторое привыкание, если его не пить, начинает болеть голова.

— Так что же мешает тебе пойти и сейчас его купить? — удивился господин Тянь Ши, а потом, будто опомнившись, добавил, — Я тебе разрешаю.

— Ох, не волнуйтесь, я просто выпью немного воды, и у меня всё пройдёт.

Но когда Лянь Жэнь подошёл к столику, на котором обыкновенно стояла его чашка, он с удивлением обнаружил, что на её месте была совершенно другая.

— Господин, что это такое?

— Тянь-Тянь разбил твою чашку, — быстро протараторил господин Тянь Ши, повернувшись к Лянь Жэню спиной, — и я решил купить тебе другую.

— Вы купили мне чашку! — растрогался Лянь Жэнь.

— Именно так! — тут же ответил господин Тянь Ши, делая вид, что крайне увлечен помешиванием будущего желе из водяных каштанов на огне.

— Спасибо, — протянул Лянь Жэнь, приближая своё лицо к кружке, чтобы получше её рассмотреть.

Она была необычной — сделана из красного фарфора, поверх которого умелой рукой мастера был выведен рисунок жёлтого дракона. У того были красные глаза, а в руках он держал синий мяч, в то время как его чешуя переливалась золотом. Сама чашка стояла на небольшой подставке из темно-коричневого гранита на трёх ножках. Подставка была простой, и только на ее ножках была еле заметная резьба, изображающая чешую, как бы дополняющая образ дракона.

В целом всё это выглядело настолько великолепно, что Лянь Жэню даже было боязно испить из этой чашки. Но делать было нечего, поэтому он очень осторожно схватил её двумя руками и, боясь лишний раз вдохнуть, понёс чашку на задний двор, к колодцу.

Лянь Жэнь жадно выпил две полные чашки и, вернувшись на кухню, осторожно вернул чашку на место, после чего как ни в чём не бывало продолжил работать.

Он бы, наверное, и позабыл бы об этом маленьком подарке, но вечером, когда он готовил господину Тянь Ши очередные овощные баоцзы, заметил в верхнем шкафу такую же чашку на такой же подставке. Господин Тянь Ши, заметив его долгий странный взгляд, поспешил объясниться:

— Не подумай ничего такого. Просто их не хотели продавать по одной, и мне пришлось купить обе. К слову, это довольно удобно — если Тянь-Тянь разобьёт и эту чашку, для неё сразу же найдётся замена.

— Благодарю, вы очень великодушны, — сказал тогда Лянь Жэнь, думая о том, что нужно придумать для господина Тянь Ши ответный подарок. Однако странности на этом не закончились.

Работу они закончили довольно рано — впрочем, так всегда случалось в первый день продажи новой сладости, поэтому Лянь Жэнь, вместо того чтобы отправиться домой, решил слегка прогуляться по торговому кварталу, высмотреть возможный подарок и заодно поужинать. Однако каково же было его удивление, когда на витрине лавки с фарфором он обнаружил те самые чашки с жёлтыми драконами!

Лянь Жэнь, конечно же, не удержался и зашёл в лавку спросить у владельца, сколько же именно стоят эти чашки. Он точно не знал зачем это сделал просто ему стало очень любопытно, но каково же было его удивление, когда он узнал истинную цену этих чашек.

Чашки были дорогими. Очень дорогими. Неприлично дорогими.

Настолько дорогими, что для того, чтобы их купить, Лянь Жэню пришлось бы отдать все деньги за два месяца работы в «Танхулу». И это с учётом того, что он не разбил бы ничего из посуды, и господин Тянь Ши не вычел бы из его жалования ни одной золотой монеты.

Зачем же господин Тянь Ши купил настолько дорогие чашки, Лянь Жэнь так и не понял. Он лишь осознал, что перестал дышать рядом с ними, узнав их цену. И конечно же поспешил как можно быстрее выйти из лавки с фарфором, дабы ненароком своей неуклюжестью что-нибудь не разбить. Не хватало ещё, чтобы он стал вечным рабом владельца лавки сфарфором.

Лянь Жэнь ощущал себя очень странно и продолжал буравить эти проклятые чашки красного цвета с жёлтым драконом даже сидя в харчевне напротив и кушая не самую лучшую в своей жизни острую лапшу.

Что же именно двигало господином Тянь Ши, когда он сделал столь дорогую покупку?

Он ведь не был из тех людей, что запросто разбрасывались деньгами, Лянь Жэнь это понял ещё в первую неделю своей работы по тому, как кондитерская выглядела изнутри. Всё, конечно же, было обставлено со вкусом и довольно уютно, но ремонт не проводился довольно давно, и господин Тянь Ши явно не собирался им заняться в ближайшем будущем. Это было странно, поскольку даже крошечные таверны в их округе старались хотя бы раз в год менять обстановку.

Сам же господин Тянь Ши на себя тратил явно меньше, чем на саму кондитерскую, потому что Лянь Жэнь ни разу не видел, чтобы он был в чём-то другом, нежели в своих обычных чёрных одеждах. Конечно же, была вероятность, что в выходной день господин Тянь Ши наряжался в лучшие шелка, да вот только лекарь И Шэн, да и вообще все его соседи говорили, что тот редко покидает кондитерскую, и для себя никогда ничего не покупает.

Чем больше об этом Лянь Жэнь думал, тем непонятнее становились порывы господина Тянь Ши.

***

— Это он так выражает свою благодарность, — подсказал сосед с востока.

— И, конечно же, заботу о тебе, — добавил сосед с запада.

Лянь Жэнь, который больше ничего не понимал в происходящем, конечно же, решил попросить совета у своих знакомых. И оба соседа согласились с тем, что господин Тянь Ши просто таким образом пытался выразить свою благодарность и заботу о Лянь Жэне.

— Ну сам подумай. Ты же так бережно к нему относишься, пытаясь накормить всякими вкусностями, — сказал сосед с востока.

— И ему неловко из-за этого, — добавил сосед с запада.

— Ему неловко, но в то же время ему нравится такая забота с твоей стороны. Такое не может не нравится. Ты ведь говорил, что он слегка нелюдимый и наверняка поэтому пытается проявить ответную заботу слегка неуклюжим способом.

— Верно-верно. Судя по тому, что ты рассказывал нам о своём господине Тянь Ши, он плохо выражает свои чувства, однако это не означает, что они у него отсутствуют.

— Точно! Ты должен думать об этом, как о его благодарности и, конечно же, почаще пользоваться этой чашкой, чтобы он видел, что ты ею доволен.

— Скорее всего, это так… — задумчиво протянул Лянь Жэнь.

— А что, вина не будет? — спросил сосед с Востока, который явно ожидал очередную пьянку.

— Именно так. Вина не будет, — тут же отрезал Лянь Жэнь, — идите по своим комнатам. Мне нужно об этом подумать.

— Какой-то он странный сегодня, — обиженно протянул сосед с востока.

— Точно-точно, думает только о своём господине Тянь Ши, — согласился с ним сосед с Запада, и они оба, невероятно обиженные, покинули комнату.

***

— Я приглашаю вас на ужин! — громко воскликнул Лянь Жэнь утром следующего дня.

— Лянь Жэнь, ты ударился головой или же опять не выпил свой бодрящий утренний напиток? — с подозрением на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Нет, ничего такого, — ответил Лянь Жэнь.

— Так почему же ты несешь такой бред?

— Потому что я правда хочу пригласить вас на ужин. За свой счёт. Хочу угостить вас очень вкусным ужином в благодарность за... За... За чашку.

— Не нужно никаких благодарностей, — сухо отрезал господин Тянь Ши.

— Но я же...

— Возвращайся к своей работе и не говори больше о таких глупостях, — строго сказал ему господин Тянь Ши.

— Хорошо, — пробубнил Лянь Жэнь.

После этого на протяжении всего дня Лянь Жэнь ловил на себе взгляд господина Тянь Ши. Тот долго и пристально его рассматривал, а стоило Лянь Жэню посмотреть в ответ, тут же отворачивался.

Лянь Жэнь ничего не понимал, но продолжал работать как обычно, улыбаясь посетителям, относя им тяжеленные подносы со сладостями и спиной ощущая пронзительный взгляд господина Тянь Ши.

А ближе к вечеру, когда в кондитерской практически не осталось ни одного посетителя, Лянь Жэнь не выдержал и, подойдя к прилавку, сказал:

— Господин, вы продолжаете сегодня на меня смотреть так, будто я украл всю сегодняшнюю выручку. Но это не так, я...

— Лянь Жэнь твоё приглашение на ужин всё ещё в силе? — неожиданно спросил господин Тянь Ши.

— Всё ещё в силе, — ошарашенно ответил Лянь Жэнь.

— Я так понимаю, что ужин пройдёт в каком-нибудь заведении, но не в нашей кондитерской, не так ли, Лянь Жэнь? — слегка взволнованно спросил господин Тянь Ши.

— Именно так! — громко воскликнул тот, из-за чего несколько посетителей, странно на него глядя, обернулись.

— Хорошо, я согласен. Но прежде всего нужно, чтобы все посетители покинули нашу кондитерскую, поэтому иди спроси, нужно ли им ещё что-нибудь. Если нет, выпроводи их побыстрее, — сказав это, господин Тянь Ши спрыгнул с высокого стула, поудобнее схватил Тянь-Тяня и отнёс его на его место на кухню.

В то время как Лянь Жэнь, так и остался стоять как истукан возле прилавка.

— Чудеса, да и только… — пробубнил он себе под нос, закрыв дверь кондитерской за последним посетителем и наконец поняв, что сегодня творилось с господином Тянь Ши.

***

Когда все сладости в «Танхулу» были успешно распроданы, вся посуда была перемыта, а фартук постиранным развевался на верёвке, Лянь Жэнь вместе с господином Тянь Ши подошли к входной двери, собираясь покинуть кондитерскую.

— Знаешь, может быть, мы отложим ужин, у меня внезапно появились дела, — сказал господин Тянь Ши, слегка беспокойно теребя ключ в руке.

Он развернулся, чтобы уйти обратно на кухню, но Лянь Жэнь осторожно схватил его за талию двумя руками и развернул к выходу.

— Простите, что приходится обращаться вами так грубо, — извинился Лянь Жэнь, — но я не позволю вам передумать. Ваши неуклюжие отмазки сегодня не сработают, господин, поэтому закрывайте кондитерскую и пойдёмте скорее.

Лянь Жэнь самолично открыл входную дверь и, легко придерживая за талию господина Тянь Ши, вытолкнул того на улицу, вынуждая запереть кондитерскую. Тот слегка помедлил, после чего, тяжело вздохнув, решительно развернулся к своему помощнику.

— Ты прав, — сказал господин Тянь Ши, — я не могу вечно от этого прятаться, нужно перебороть свой страх и идти вперёд, несмотря ни на что.

По мнению Лянь Жэня это звучало скорее как призыв атаковать врагов, нежели попросту отправиться в таверну через три улицы отсюда чтобы отведать миску горячего риса, но, если господину Тянь Ши было необходимо это сказать, чтобы почувствовать себя лучше, Лянь Жэнь не имел ничего против.

— Вы правы, давайте сразимся с этой харчевней, она не может быть сильнее, чем мы! — воскликнул Лянь Жэнь, пытаясь подражать господину Тянь Ши, но поймал его неоднозначный взгляд и тут же стушевался.

— Перебарщиваешь, как обычно. — сказал ему господин Тянь Ши, становясь напротив Лянь Жэня и смотря на него с вызовом снизу вверх, — Ну так куда мы направляемся? Неужели ты решил угостить меня ужином в «Зелёном императоре»?

— Как бы я мог?! — тут же воскликнул Лянь Жэнь, — Во-первых туда, записываются в очередь за полгода, а во-вторых — я ведь прекрасно видел, как вы себя чувствовали в прошлый раз, оказавшись рядом с ним.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь перевёл свой взгляд, пытаясь смотреть куда угодно, лишь бы не на Лянь Жэня, ведь одно упоминание об этом месте приносило ему боль.

— Это произошло там? — осторожно спросил Лянь Жэнь.

— Именно так.

— Я сразу понял, по тому, как вы отреагировали на одну лишь вывеску в тот раз, — тихо проговорил Лянь Жэнь, — поэтому решил отвести вас в совершенно незнакомое для вас место.

— Несколько лет тому назад, когда я всё ещё мог посещать подобные места, я побывал во всех тавернах и харчевнях города. Однажды даже забрёл в «Поросячий визг», — признался господин Тянь Ши, медленно шагая рядом с Лянь Жэнем.

— Ух ты! — восторженно протянул Лянь Жэнь, — Но в этом месте вы точно не бывали. Оно открылось всего лишь год назад. Я вам рассказывал про это место однажды — я там завтракаю и ужинаю, поскольку это единственная таверна в городе, которая работает круглосуточно. Правда, дела у них идут довольно плохо, но мне там очень нравится.

— Почему тебе там нравится?

— Это место чем-то похоже на «Танхулу», тамошний хозяин тоже довольно принципиальный, и, если ему кто-то не нравится, он отказывается готовить ему, выпроваживая из таверны. Вы с ним случайно не родственники? — весело спросил Лянь Жэнь,пытаясь развеселить господина Тянь Ши.

— Точно нет, — сухо ответил тот не оценив шутку.

***

Место, куда они прибыли было в довольно бедном жилом квартале, между двумя домами, которые чуть не обсыпались, и даже не имела названия. Любой мог пройти мимо, даже не подозревая, что тут подают еду. Видимо, именно поэтому дела тут шли столь плохо.

Когда они зашли, первым, что заметил господин Тянь Ши, было плохое освещение, скрипучий пол и старые столы, за которыми сидели несколько усталых работяг.

— Вы не смотрите, что это заведение выглядит слегка мрачновато, — тут же поспешил его успокоить Лянь Жэнь, — на самом деле тут очень вкусно готовят, в особенности то блюдо, которым я хочу вас угостить.

— Я никогда не сужу книгу по обложке, — строго сказал господин Тянь Ши, садясь за самый крайний столик.

— Всё верно! Вы даже в таком отношении отличаетесь от остальных людей — сказав это Лянь Жэнь подозвал к себе человека, который за небольшим прилавком перекинутом белоснежным полотенцем на плече и который принял у него заказ

— Тебе как обычно, Лянь Жэнь? — весело спросил мужчина.

— Нет, в этот раз я хочу заказать одну порцию риса с черникой, которой вы меня угощали в прошлый раз.

— Только одну порцию? — удивился мужчина, — Вас же двое! Или твой друг закажет что-то другое?

— Нет, мы разделим одну порцию, — уверенно ответил ему Лянь Жэнь.

— Это страна катится в пропасть! — громко воскликнул мужчина, — Это же где видно, чтобы двое мужчин делили одну порцию риса…

Сказав это, мужчина ушёл передать заказ повару, в то время как Лянь Жэнь слегка неловко улыбнулся.

Господин Тянь Ши был задумчив, хмурился и было видно, что ему было неуютно находиться в таверне, но всё же держался.

Блюдо им подали горячим в большой миске с крышкой, чтобы тепло сохранилось. Когда Лянь Жэнь поднял крышку, то удивился ведь риса явно было больше, чем он ожидал. Мужчина, что принёс им еду и приборы, весело подмигнул, и Лянь Жэнь тут же понял, что это была двойная порция, которая досталась ему из-за того, что он часто сюда захаживал.

— Это белый рис, который отваривают вместе с черникой, из-за чего приобретает насыщенный черный цвет. Рис получается слегка сладковатым на вкус и очень ароматным. Это блюдо я впервые попробовал здесь и подумал, что вы, как большой ценитель сладостей, его оцените, — сказал Лянь Жэнь, поймав слегка неоднозначный взгляд господина Тянь Ши, который буравил взглядом миску напротив себя.

— Я пробовал это блюдо ранее. Его обычно готовят на юге страны, варят побольше, чтобы угостить соседей и даже незнакомцев…

— Неужели я? — с ужасом воскликнул Лянь Жэнь, — Неужели вы ели это блюдо в тот самый вечер?

— Нет, кое-что другое – задумчиво сказал господин Тянь Ши.

— Вы помните, что это было?

— Я помню всё так, будто это было вчера… Острые свиные ребрышки, тушёные кишки под коричневым соусом, рисовая лапша с улитками, мапо тофу, овощные закуски и кувшин персикового вина, — сказал господин Тянь Ши, закрыв глаза.

Перед собой он увидел не поцарапанный стол из убогой таверны, а дорогой, из красного дерева, заставленный перечисленными блюдами. Он сделал над собой усилие и открыл глаза. Первым, что он увидел, было излучающее радость лицо Лянь Жэня.

— Ого, даже не верится, что когда-то вы ели так много.

— Да, мне нравилась еда, её вкус, аромат, ощущения на языке.

— Вы знаете, кто это был? — придвигаясь чуть ближе, спросил Лянь Жэнь, понизив голос.

— Конечно знаю, — было ему ответом.

— Так почему же вы бездействуете?! — воскликнул Лянь Жэнь, ударив кулаком об стол.

— А что мне делать? Мстить, как обычно делают в дешёвых новеллах, что продаются в книжных лавках? — изогнув бровь и с усмешкой на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Ну хотя бы что-то… — пробубнил Лянь Жэнь, понимая, что мстить было бы не лучшей идеей.

— Я обезопасил себя, выучил урок и теперь живу, стараясь не вспоминать про это. Старался до тех пор, пока ты не начал говорить об этом.

— Простите, — тихо сказал Лянь Жэнь, опустив голову.

Тот подтолкнул к господину Тянь Ши приборы для еды, но тот так и не смог к ним прикоснуться. Дома он, конечно же, выпил противоядие, прекрасно зная, куда они идут, и надеялся, что в этот раз, когда рядом с ним будет Лянь Жэнь, ему удастся избавиться от этого страха. Однако теперь он понимал, что не может себя пересилить.

Не в этот раз.

Господину Тянь Ши вмиг начало казаться, что стены таверны начали на него давить со всех сторон, а все посетители смотрят на него с осуждением. Ему казалось, что из-за угла внезапно появится ядовитая змея, напрыгнет на него и, схватив за горло, в мгновение задушит.

— Прости… Но я не смогу, — сипло проговорил господин Тянь Ши, — я не смогу это съесть.

Лянь Жэнь понимающе кивнул. Он специально заказал одну порцию для того, чтобы разделить её вместе с господином Тянь Ши. Думая, что тот по обычаю съест хоть что-нибудь если увидит, что оттуда ел Лянь Жэнь и с ним было все в порядке. Но кажется все было не так легко, как думал Лянь Жэнь.

— Я не могу… — дрожащим голосом ещё раз произнес господин Тянь Ши

— Ничего страшного. — поспешил его успокоить Лянь Жэнь, — Вы уже пришли в эту таверну, так что можно сказать, что вы на правильном пути. Я ведь верно предполагаю, что с тех пор, как это с вами случилось, вы ни разу даже не побывали в таких местах?

— Всё верно, с тех пор я боялся даже близко подойти к подобным заведениям. Мне казалось, что везде меня хотят отравить или причинить вред, поэтому я, по сути, закрылся в своей кондитерской и никуда не выходил.

— Получается, что благодаря мне вы смогли себя пересилить? — с надеждой спросил Лянь Жэнь

— Если просто сидеть в таверне считается, получается так, — тихо ответил ему господин Тянь Ши, который старался не смотреть по сторонам, ибо ему казалось, что все взгляды сейчас обращены именно в его сторону.

— Тогда я надеюсь, что в следующий раз, когда я приглашу вас на ужин, вам удастся хотя бы взять в руки палочки для еды, ещё через раз вы сможете отведать вкусного чаю что тут готовят. Конечно же, предварительно приняв противоядие. А через ещё несколько раз вы, может быть, отважитесь отведать вместе со мной этот прекрасный рис с черникой. Я понимаю, что такое даётся не сразу, но надеюсь, что мало-помалу мне удастся сделать так, чтобы вы хоть немного меньше испытывали тревоги на этот счёт. Я очень на это надеюсь, ведь я желаю для вас самого лучшего, господин Тянь Ши.

Тот ничего не ответил. Он задумчиво стоял и смотрел на то, как, Лянь Жэнь мало-помалу доедает чёрный рис с черникой и думал о его словах. Думал о том, почему же этому парню так важно, чтобы он поел, и чтобы ему было хорошо. Это было странно и трогательно одновременно.

И, наверное, он желал для Лянь Жэня того же.

Ведь без его помощи ему никогда бы не удалось на такое отважиться.

— Знаешь, Лянь Жэнь, мне нравятся смотреть на то, как люди кушают. — признался господин Тянь Ши, — Мне нравится, как люди наслаждаются пищей вне зависимости от того, приготовил ли её я или же кто-то другой. Понимаешь, бывают люди, которые настолько вкусно едят, что складывается ощущение, будто ты ешь вместе с ними. Наблюдая за такими людьми, в конце концов приходит насыщение.

— Я знаю. — сказал Лянь Жэнь, — Я часто видел, как в конце рабочего дня вы пристально наблюдали за некоторыми посетителями за столиками. Неважно, кем они были, вы просто, оперев голову на одну руку, смотрели на них во все глаза. Тогда я понял, что вам нравится наблюдать за людьми, пока они едят. Я, честно признаться, рассказал об этом своим домашним учёным, и они согласились с тем, что вы наверняка таким образом утоляете свой голод.

— Какие проницательные эти твои домашние учёные, — лишь слегка улыбаясь, сказал господин Тянь Ши.

— Я тоже проницательный, ведь я подсказал им ему эту идею. Вам, может быть, неприятно из-за того, что я наблюдал за вами, но я честно делал это из лучших побуждений.

— Ты такой же, Лянь Жэнь, — загадочно сказал господин Тянь Ши без всякого намёка на злобу, — когда ты кушаешь, это выглядит очень аппетитно, даже если ты ешь простые маньтоу. Или же тот кусочек матигао, который упал на пол, и который ты, даже не промыв водой закинул в рот пока думал, что я тебя не вижу.

Последние слова ужаснули Лянь Жэня — неужели его шалость не прошла незаметно?

— Тот кусочек больше никому не принадлежал! — встревоженно воскликнул Лянь Жэнь.

— Не волнуйся по этому поводу, я тебя не осуждаю, лишь восхищаюсь твоей смелостью.

Лянь Жэнь на эти слова лишь смущённо улыбнулся и неловко почесал свой затылок, решив, что для того, чтобы в дальнейшем избежать таких неловких ситуаций, вернее всего будет заткнуться и есть свой рис, который, к тому же, начал остывать.

Господин Тянь Ши еще раз тяжело вздохнул.

— В следующий раз я возьму с собой меч и, возможно, всё-таки отважусь выпить тут чаю, — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь громко рассмеялся.

— Если вам так будет спокойнее, непременно нужно так сделать, — сказал Лянь Жэнь, доедая порцию риса.

— Не жалеешь, что зря сюда меня привёл? — спросил господин Тянь Ши после того, как Лянь Жэнь расплатился за щедрый ужин, и они вышли на улицу.

— О чём же мне жалеть, господин Тянь Ши? Я не могу об этом жалеть, ведь оказался очень везучим и мне в одиночку пришлось доедать всю порцию. Я так наелся, что, кажется, сейчас лопну. Я не жалею, ведь я очень упрямый и когда-нибудь добьюсь того, чтобы вы его попробовали.

Господин Тянь Ши на это ничего не ответил, Лянь Жэнь услышал лишь тихий смешок, означающий, что несмотря на всё, господин Тянь Ши пребывал в довольно хорошем расположении духа.

— Побудешь этим вечером моей тростью? —неожиданно спросил тот, глядя на то, как угасали последние лучи солнца.

Лянь Жэнь открыл рот, чтобы что-то ответить, но так и не успел, ведь господин Тянь Ши, как всегда, сделал слишком поспешные выводы.

— Если тебе трудно, забудь о том, что я тебе говорил, — тут же сказал тот, придерживая одной рукой своё бедро и направляясь обратно в кондитерскую.

Лянь Жэнь, быстро преодолев расстояние между ними, догнал господина Тянь Ши и, не спрашивая разрешения, заставил того схватить себя за руку чуть повыше локтя.

— Ваша удобная трость по имени Лянь Жэнь к вашим услугам, — сказал он, широко улыбаясь.

— Благодарю, Лянь Жэнь. Извини за то, что приношу тебе столько неудобств.

— Вы прекрасно знаете, что я очень сильный, поэтому никаких неудобств вы мне не доставляете, — весело ответил Лянь Жэнь, а потом, чтобы разбавить царившее между ними напряжение, решил спросить давно волнующий его вопрос — Господин, когда же вы собираетесь воспользоваться тем синим красителем, что вы купили на рынке?

Этот вопрос и правда очень волновал Лянь Жэня. Ведь он видел, с каким восторгом тогда смотрел господин Тянь Ши на коробочку с красителем. Но с тех пор, как он его купил, прошло уже довольно много времени, а господин Тянь Ши всё не спешил им воспользоваться.

Лянь Жэнь видел, как господин Тянь Ши разводил этот самый краситель в воде, наливал его в несколько маленьких мисок и ставил вдоль забора для того, чтобы рыжие кошки, которые гуляли по заднему двору кондитерской, попробовали подкрашенную красителем воду. Поначалу Лянь Жэнь, думал, что кошки будут умнее и не притронутся к воде с разбавленным красителем, но, к его удивлению, их это не смутило. Когда обеспокоенный этим Лянь Жэнь спросил, чего же именно пытается добиться господин Тянь Ши и не боится ли тот, что Тянь-Тянь также оттуда выпьет воды, он получил очень простой ответ на свой вопрос.

— Тянь-Тянь — умный кот, не то, что эти рыжие нахалки. К тому же, по словам того продавца, краситель безвреден, и я обязан проверить, так ли это на самом деле. Сначала проверю его на кошках, а потом, если буду уверен, что он безвреден, может быть, опробую его на тебе.

С тех пор прошло некоторое время. С кошками ничего не произошло, а сам Лянь Жэнь не получил разрешения даже притронуться к синему красителю.

— Так, когда же это свершится? — нетерпеливо спросил повторно Лянь Жэнь, — Понимаете, сегодня один мальчик говорил, что коричневый цвет желе из каштана выглядит слегка пугающе, вот я и подумал, что завтра можно попробовать сделать порцию синего желе?

— Завтра точно нет! — сухо отрезал господин Тянь Ши, — Может быть, на следующей неделе, — туманно добавил тот, вселяя в Лянь Жэня надежду.

— Тогда могу я задать другой вопрос, господин? — весело спросил Лянь Жэнь.

— Глупый вопрос, Лянь Жэнь? — с подозрением спросил тот.

— Самый глупый вопрос на свете, — смеясь, ответил Лянь Жэнь.

— Ладно, задавай, — тяжело вздохнул господин Тянь Ши.

— Почему кондитерская называется «Танхулу», в то время как сами танхулу в ней никогда не продают?

— Откуда ты знаешь? Может, на следующей недели мы начнём их готовить.

— Нет, ведь тот толстяк в первый день сказал, что в вашей кондитерской никогда не продают танхулу.

— Как думаешь, почему? — поинтересовался господин Тянь Ши.

— Хм. Думаю, за этим стоит очень красивая, но очень грустная история … Возможно, когда-то давно вы любили одну прекрасную девушку, что также любила вас в ответ. Этой девушке очень сильно нравились танхулу, поэтому вы часто их ей покупали. Но когда вы вернулись с войны, будучи раненым эта девушка разбила вам сердце, сказав, что не может быть вместе с таким человеком, как вы. Вы ушли, оставив её проживать жизнь вдали от вас. И, в память о ваших светлых чувствах вы назвали свою кондитерскую именем тех сладостей, что она больше всего любила.

Лянь Жэнь с опаской посмотрел на господина Тянь Ши, боясь увидеть его недовольное выражение лица, но вместо этого он услышал тихий смех. Кажется, тот откровенно смеялся над тем бредом, что нёс Лянь Жэнь.

Став серьёзным, господин Тянь Ши под пристальным взглядом Лянь Жэня всё-таки решил рассказать, в чём же именно было дело.

— Танхулу невыгодно продавать, — пояснил он.

— Почему? — удивленно и слегка возмущенно спросил Лянь Жэнь.

— Во-первых, как ты уже заметил, я не готовлю в соответствии с праздниками, поэтому вне зависимости от времени года в моей кондитерской можно обнаружить разные сладости, которые не требуют специальных ингредиентов, что можно найти только в одном сезоне. Свежий боярышник или клубнику сложно найти осенью или весной, и даже если сможешь, они довольно дорогие. Их нужно использовать по пять или семь на каждую штуку, и это слишком дорого. К тому же, мне бы пришлось изменить правила трёх сладостей ведь три танхулу — это очень много. Если бы каждый схватил по три штуки, я бы не успевал их готовить. Ты сам наверняка это понял, когда твои танхулу в тот день кончились в мгновение ока.

— Ладно, тут я с вами соглашусь, это и правда было бы очень затратно, — кивнул Лянь Жэнь, — но как насчёт названия? Почему именно «Танхулу»?

— Тут всё очень просто, — сказал господин Тянь Ши, — мастер, который изготавливал мою вывеску, не знал других более сложных иероглифов. На самом деле первоначально я хотел назвать своё заведение «матигао», но тот человек что расписывал вывеску, не знал, как это пишется, и, даже когда я написал ему нужные иероглифы на бумаге, наотрез отказался перенести их на дерево.

— И что же вы сделали?

— Долго с ним спорил, а потом выяснил что он знает, как пишется слово «танхулу» и подумал, что это тоже звучит неплохо.

— Удивительно — сказал Лянь Жэнь остановившись и поражённо посмотрев на господина Тянь Ши.

— Вот видишь, твоя глупая история не имеет ничего общего с тем, что на самом деле произошло, — сказал тот, еле заметно улыбаясь.

— Моя глупая история выполнила свою основную задачу, — ответил Лянь Жэнь.

— Какую же?

— Она заставила вас улыбаться!

ГЛАВА 12. Гуйхуагао

В свой единственный выходной Лянь Жэнь забрёл на знакомую улицу, где находилась «Танхулу», и решил в неё заглянуть. Он прекрасно знал, что господин Тянь Ши не оценит такой порыв, но всё же решил попытать счастья и оправдаться тем, что пришел навестить Тянь-Тяня.

На удачу толкнув дверь, Лянь Жэнь сразу попал в главный зал и сильно удивился, поскольку был уверен, что господин Тянь Ши всегда закрывает дверь.

Лянь Жэнь сразу же забеспокоился о господине Тянь Ши, а потому, очень осторожно ступая, направился на кухню. По пути он заметил, что меч господина Тянь Ши по-прежнему на своём месте, а значит, всё должно было быть в порядке. Однако беспокойство не желало покидать Лянь Жэня, и тот войдя в кухню, с удивлением обнаружил, что там никого нет. В буквальном смысле — нет даже Тянь-Тяня, который всегда ошивался на кухне и любил лежать на своих зелёной подушке.

Никого не было, и это показалось Лянь Жэню очень странным. Он попытался прислушаться к происходящему на втором этаже, однако и там была тишина. Не понимая, каким образом господин Тянь Ши мог покинуть кондитерскую, не заперев её, Лянь Жэнь заметил, что дверь, которая вела на задний двор, была слегка приоткрыта, а потому поспешно направился туда и застыл прямо в проёме.

Господин Тянь Ши лежал на траве посреди заднего двора широко, раскинув руки в стороны. Его волосы были распущены, а деревянный полумесяц валялся в траве неподалёку. Он лениво поглаживал развалившегося рядом с ним Тянь-Тяня, в то время как его лицо выглядело умиротворённым и спокойным, как никогда до этого.

Тянь-Тянь махал туда-сюда своим длинным чёрным хвостом и несколько раз смачно ударил им по руке господина Тянь Ши, но вместо того, чтобы нахмуриться, тот широко улыбнулся. В этот момент Лянь Жэню показалось, что господин Тянь Ши помолодел лет на десять. Та вечная усталость и болезненность ушла с его лица, оставив на своем месте юного и прекрасного господина Тянь Ши.

Запах рыбы, что исходил из миски в руках Лянь Жэня, привлёк Тянь-Тяня, и тот вскочив быстро направился к Лянь Жэню, который жалел лишь об одном. О том, что не успел подольше насладиться этой красотой.

— Привет, обжора, — радостно поздоровался Лянь Жэнь, садясь на корточки рядом с подбежавшим к нему котом. Рядом с собой он поставил глубокую деревянную миску, в которой принёс порубленную на мелкие кусочки и отделённую от костей свежую рыбу.

Тянь-Тянь тут же принялся есть свое угощение, а господин Тянь Ши привстал, опираясь на одну руку, и с удивлением посмотрел на Лянь Жэня.

— Ты чего тут?

— Проходил мимо и подумал занести Тянь-Тяню немного рыбы. Я, честно признаться, не ожидал, что кондитерская будет открыта, и, когда оказался внутри, забеспокоился, что с вами что-то случилось.

— Я оставил дверь открытой? — удивился господин Тянь Ши.

— Ага.

— Я мыл окна снаружи и, наверное, забыл ее закрыть, — слегка озадаченно предположил господин Тянь Ши

— Ничего страшного. Все в округе всё равно вас боятся, так что кроме меня никто бы и не осмелился сюда войти.

На эти слова Лянь Жэня господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь улыбнулся одними уголками губ, после чего произнёс действительно невероятные слова:

— Не хочешь присоединиться? Раз уж пришёл.

Наверное, лицо Лянь Жэня выглядело слишком ошарашенно, когда он услышал это предложение, потому что господин Тянь Ши, быстро на него взглянув, тут же неловко кашлянул.

— Кхм, забудь, что я сказал.

— Нет, нет, нет я с радостью к вам присоединюсь, давно мечтал поваляться в траве.

Сказав это, Лянь Жэнь за два огромных шага преодолел расстояние между ними и плюхнулся на землю рядом с господином Тянь Ши.

Молчание было слегка неловким, поэтому тот решил оправдаться перед своим помощником, почему же он среди белого дня лежит в траве:

— Я люблю такие дни, когда тепло, но небо пасмурное. Можно лежать в траве и наблюдать за мимо проплывающими облаками, не боясь, что шальные лучи солнца попадут тебе в глаз.

— Я тоже люблю пасмурные дни. Особенно любил в детстве, потому что в пасмурные дни мне не нужно было идти работать в поле.

— Поскольку мог начаться дождь, и вся твоя работа была бы насмарку? — спросил господин Тянь Ши, который всю жизнь жил в городе и потому имел скудные представления о деревенской жизни.

— Именно так. В пасмурные дни можно было сидеть дома, играться до самого вечера или бегать по лужам, пачкаясь с головы до ног грязью.

Господин Тянь Ши закрыл глаза, представляя Лянь Жэня с ног до головы испачканным в грязи и, честно признаться, это было забавно. Особенно потому, что господин Тянь Ши представлял себе взрослого Лянь Жэня. В этот момент к ним подбежал и Тянь-Тянь, который быстро расправился со своим угощением и решил к ним присоединиться.

Чёрный кот, вальяжно шагая, остановился и присел на траву между двумя мужчинами. Они потянулись, чтобы его погладить, и их пальцы встретились на гладкой шерсти Тянь-Тяня. Оба вздрогнули и тут же одёрнули свои ладони, чувствуя невероятную неловкость и оставив при этом бедного Тянь-Тяня без заслуженных поглаживаний.

— Простите, — смущённо отозвался Лянь Жэнь первым.

— Пустяки, — мягко ответил ему господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь всё ещё лежал с закрытыми глазами, но даже по голосу господина Тянь Ши он мог с точностью сказать, что тот сейчас улыбается. Может, не так широко, как улыбнулся бы сам Лянь Жэнь, но всё же это определённо была улыбка. И от этого осознания Лянь Жэню тоже захотелось улыбаться — ведь не часто его начальника можно было видеть такого.

— Знаете, господин, появление Тянь-Тяня в кондитерской пошло вам на пользу. — сказал Лянь Жэнь, повернувшись в его сторону и подперев голову рукой, — И он очень похож на вас — не зря, вы его хозяин.

— С какой стати я его хозяин? Мне казалось, это ты его сюда привёл.

— Конечно же вы его хозяин. Он живёт в вашем доме, у него ваша фамилия и вы полностью его содержите.

— Но ведь это ты привёл его сюда, сказав, что в твоём общежитии хозяйка не разрешает тебе оставить Тянь-Тяня.

— Всё верно, я был всего лишь любезным доставщиком, а Тянь-Тянь признал вас как своего хозяина, а не меня.

— Глупости какие, — сказал господин Тянь Ши, зарываясь длинными пальцами в зелёную траву, всё так же продолжая лежать с закрытыми глазами.

— Видите, вы даже не пытаетесь отрицать, что Тянь-Тянь ваш кот. Мало того, что вы с ним внешне похожи, так и характер у него точно ваш. Как у истинного хозяина и его питомца. Вот например: Тянь-Тянь очень спокойный и, как я уже говорил ранее, воспитанный кот, знает, что не нужно залезать на стол, не бьёт посуду, как остальные кошки, очень умён и невероятно привлекателен и, так же как и вы, просто терпеть не может соседских рыжих кошек.

На все эти слова господин Тянь Ши не сдержался и громко рассмеялся, прикрыв свой рот рукой. Глядя на него, Лянь Жэнь так же широко улыбался, радуясь, что в кои-то веки ему удалось-таки заставить господина Тянь Ши рассмеяться.

— Всё-таки присутствие Тянь-Тяня в кондитерской и впрямь идёт вам на пользу, ведь раньше вы даже не улыбались, а сейчас вон даже смеетесь, — добавил Лянь Жэнь, — я заметил, что вы стали чаще улыбаться и меньше морщиться, и даже ваши отношения с едой постепенно начинают налаживаться. Тянь-Тянь стал для вас настоящим лекарством. Как удачно получилось, что ваш друг доверил мне его.

Господин Тянь Ши открыл глаза и повернул голову в сторону Лянь Жэня. Оставшийся без внимания Тянь-Тянь тут же прыгнул ему на грудь, отвлекая от слов, что тот хотел произнести. Вместо этого господин Тянь Ши, почёсывая Тянь-Тяня за ушком, сказал лишь короткое:

— Он забавный. Спасибо, что подарил его мне.

— Если хотите, я могу ещё одного достать, — воодушевился Лянь Жэнь, но господин Тянь Ши тут же отрицательно покачал головой.

— В моём сердце сейчас место только для него одного.

— Ну ладно. — сказал Лянь Жэнь, потянувшись и погладив Тянь-Тяня по пушистому боку, — А хотите, я вам что-то приготовлю сегодня? На обед, на ужин?

— На завтрак? — с издевкой спросил господин Тянь Ши.

— Да можно и на завтрак, но, боюсь, вы меня отсюда выгоните до наступления темноты! — весело воскликнул Лянь Жэнь.

— Откуда у тебя такое неуемное желание заделаться моим личным поваром?

— Я думал, что уже им стал… — нарочито расстроенно сказал Лянь Жэнь обижено, выпятив нижнюю губу вперед.

— Ты… На правильном пути, — загадочно ответил ему господин Тянь Ши и вновь закрыл глаза, пытаясь игнорировать неуёмного помощника.

— Значит, осталось еще чуть-чуть…

— Лянь Жэнь, помолчи немного, дай мне насладиться тишиной природы, — сказал слегка ворчливо господин Тянь Ши, по привычке морща лоб.

— Непременно. А пока вы будете наслаждаться тишиной природы, я, пожалуй, потискаю Тянь-Тяня.

Сказав это, Лянь Жэнь сел на землю, потянулся к лежащему на груди господина Тянь Ши Тянь-Тяню и, ухватив того поудобнее, разместил у себя на коленях, начиная с ним играть.

— Кто у нас тот самый хороший котик, кто у нас самый толстенький котик… Господин, кажется, Тянь-Тянь у нас поправился.

— Немудрено, ведь ты его ежедневно кормишь мясом, а в выходные приносишь свежую рыбу.

— Надеюсь, когда-нибудь мне удастся и вас откормить до отвала, чтобы вы хоть немного поправились.

— Не говори глупости, мне это незачем.

Лянь Жэнь ничего не ответил, понимая, что в этой схватке победит самый упёртый из них двоих, и Лянь Жэнь очень надеялся на то, что это будет именно он.

— Лянь Жэнь чем ты занимаешься в выходной день? — неожиданно спросил господин Тянь Ши, который хотел о чём-то поговорить с Лянь Жэнем, но не знал о чём именно, поэтому решил спросить первое, что пришло в голову.

— О, у меня очень насыщенный выходной день. Во-первых, я стараюсь спать до обеда, после чего просыпаюсь, иду хлопотать по дому — убираюсь и стираю, чтобы на следующий день самому выглядеть опрятно, и чтобы мадам Ян не ругала меня за беспорядок в комнате. После этого иду обедать в ту маленькую таверну, где мы были позавчера. Я ведь вам говорил, что это единственная таверна в городе, которая работает круглосуточно, и там я могу рано позавтракать и поздно поужинать, чтобы не опоздать на работу и не лечь голодным спать. Тамошний хозяин уже хорошо меня знает и иногда даёт дополнительные закуски, поэтому даже в выходной я иду кушать туда. А после того, как я пообедаю или поужинаю это уже как получится, я либо возвращаюсь домой, если мадам Ян заранее просила меня что-то починить, а если нет, непременно иду гулять на рынок.

— Почему именно на рынок?

— Не знаю, рынок мне всегда казался волшебным местом. Каждый раз, когда там гуляю, я нахожу нечто новое и необычное. Можно считать, что рынок — это моё место вдохновения, потому что каждый раз после него я возвращаюсь домой в хорошем расположении духа.

— Ты и сегодня там гулял? — мягко спросил господин Тянь Ши.

— Конечно, — тут же ответил Лянь Жэнь, — именно там я нашёл рыбу для Тянь-Тяня, а потом, побоявшись, что она испортится до завтрашнего дня, пришёл сюда. Кстати, на рынке появились новые интересные сладости, одно из них больше всего меня поразило. Называлось нюпитан и было похоже на ваше желе из водяных каштанов. Но он был нарезан очень тонкими пластинками, после чего его обваляли в солёных семенах кунжута. Я конечно же не смог устоять и купил несколько. И вы знаете, у них был такой необычный вкус — снаружи они были солёные и хрустящие, а внутри мягкие и сладкие, и это сочетание солёного и сладкого было просто невероятно.

Господин Тянь Ши с удовольствием наблюдал за тем, как Лянь Жэнь рассказывает про сладости, что попробовал сегодня — и делал это столь красочно, что ему даже захотелось их отведать.

— Если они тебе так понравились, почему бы тебе их не приготовить, скажем, завтра вечером? — предложил господин Тянь Ши, еле заметно улыбаясь.

— Это отличная идея. Так вы тоже сможете их отведать. Надеюсь, я успею сбегать на рынок и спросить у продавца секрет их приготовления, — сказал Лянь Жэнь восторженно уже представляя, как упрашивает хозяина рассказать рецепт.

— А что насчёт возлюбленной или семьи? Ты им совсем времени не уделяешь? — спросил господин Тянь Ши вспоминая о том, что обычно у людей есть ещё и личная жизнь, а не только работа.

— Возлюбленная… У меня ее нет, да и когда бы она появилась, — пожал плечами Лянь Жэнь, почёсывая разомлевшего под ласками Тянь-Тяня.

— А что так? Только не говори, что ты слишком занят на работе. Другие люди как-то умудряются совмещать и то, и другое.

— Увы, я не один из них, — тяжело вздохнул Лянь Жэнь, — у меня никогда не получалось совмещать занятия. Например, я не могу представить, чтобы я готовил два блюда одновременно. Не подумайте, что я такой дурачок, просто я не хочу этого делать, поскольку знаю, что, пытаясь совместить две задачи, в одной из них я обязательно ошибусь.

Лянь Жэнь слегка призадумался, понимая, что его объяснения слишком скудны, но, к его удивлению, господин Тянь Ши тут же отозвался:

— Я тоже. Никогда не умел совмещать личные отношения и работу, слишком серьёзно отношусь к своим обязанностям. Да и сейчас забываю о том, что существует что-то кроме работы.

— Вот-вот, у меня примерно также.

— Что насчет родных? — напомнил господин Тянь Ши.

— Они слишком далеко, — тут же погрустнел Лянь Жэнь, — до моей деревни отсюда очень большое расстояние. На лошади туда добраться можно дня за три, а пешком ещё дольше. Сами понимаете, с моей работой я не могу часто их навещать. Надеюсь, что на Новый год смогу уломать вас дать мне отпуск на недельку или даже на две и съездить в свои родные края, — весело сказал Лянь Жэнь, продолжая тискать в руках Тянь-Тяня.

— Месяц.

— Что, месяц? — удивленно спросил Лянь Жэнь.

— На Новый год кондитерская не будет работать ровно месяц, поэтому ты успеешь съездить к родным.

— Ух ты! Спасибо, господин Тянь Ши! Вы просто лучший, — воскликнул Лянь Жэнь, — даже не ожидал, что вы так любите этот праздник.

— Я его обычно не праздную, но, думаю, мы оба заслужили отпуск.

— Конечно заслужили! Если вам некуда будет пойти в отпуск, можете погостить у меня в деревне. Моя бабушка, когда увидит вас таким худым, непременно захочет вас откормить до отвала, и я уверен, у неё это получится.

— Это лишнее, Лянь Жэнь, но спасибо за предложение — чувствуя легкую неловкость, ответил господин Тянь Ши.

— Ну ладно. Но если передумаете, я всегда буду вам рад, — сказал Лянь Жэнь с улыбкой, а потом решил, что, если сегодня господин Тянь Ши такой сговорчивый, нужно этим непременно воспользоваться, и тут же спросил, — а какое ваше место вдохновения, господня?

— Хм, наверное, кондитерская и есть это место… — задумчиво ответил господин тот, не в силах припомнить ещё какое-либо место, где бы он чувствовал себя так же хорошо, как в кондитерской.

— Я так и знал, что вы это скажете! — воскликнул Лянь Жэнь — Вы же никуда не ходите. Вот скажите мне, как проходит ваш выходной?

— Ну… Я стараюсь насладиться покоем.

— И моете окна кондитерской? — возмутился Лянь Жэнь.

— А что в этом такого?

— Могли бы меня попросить, я бы с радостью помыл их завтра.

— Мне было нетрудно. К тому же, я, как и ты, в свой выходной стираю, чтобы подготовиться к следующей рабочей неделе.

— Вот видите, мы хоть в чём-то похожи.

— Ты прав, похожи, — сказал господин Тянь Ши, пристально глядя на Лянь Жэня.

Тот продолжал улыбаться, играя с Тянь-Тянем до тех пор, пока ему на нос не упала капля дождя.

— Ой, что же творится, кажется, сейчас дождь начнётся! — тут же воскликнул Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши только успел повернуть голову в его сторону и удивлённо вскинуть брови, как на его лицо также упало несколько капель дождя. Проливной ливень тут же обрушился на их головы, и они еле успели скрыться в доме, прежде чем промокнуть до нитки.

— Что же делать, кажется, я не скоро попаду домой — слегка расстроенно протянул Лянь Жэнь.

Он конечно же мог бы одолжить зонт у господина Тянь Ши, как в прошлый раз, да вот только дождь был такой, что никакой зонт не спас бы.

Господин Тянь Ши присел на высокий стул и начал круговыми движениями поглаживать левое колено, которое из-за погоды и краткого бега оно тут же разнылась.

— Ничего страшного, тебе не привыкать засиживаться в кондитерской допоздна, — мягко сказал господин Тянь Ши, а потом хитро поглядывая на Лянь Жэня, спросил, — Как думаешь, чем ещё я занимаюсь свой выходной?

— Не имею ни малейшего представления, — весело признался тот.

— Экспериментирую с новыми блюдами.

— Неужели вы хотите сказать, что наконец-то решились опробовать тот синий краситель?! — восторженно воскликнул Лянь Жэнь и, получив утвердительный кивок в ответ, весело рассмеялся, — Не зря я решил сегодня сюда прийти, как знал, что меня ожидает нечто удивительное и волшебное.

— Именно так! Ты мне поможешь? — с лёгкой полуулыбкой спросил господин Тянь Ши.

— Я ваш верный помощник и готов помогать вам в любое время суток! — воскликнул Лянь Жэнь, гордо ударив себя кулаком в грудь.

— Что ж, приступим.

***

— Лянь Жэнь, мне нужны цветы османтуса, ты ведь знаешь, где они лежат?

— Конечно, сейчас принесу.

Господин Тянь Ши высыпал османтус в большую ёмкость, а сверху налил только что вскипячённую воду.

Пока цветы османтуса размокали, Лянь Жэнь подготовил по указаниям господина Тянь Ши большую глубокую сковороду с круглым дном, в которую позже налил смесь воды и цветов османтуса. Позже туда господин Тянь Ши добавил шихуацай — экстракт из красных водорослей, который помогал делать воду желеобразной и который многие использовали шихуацай при приготовлении конфет.

Как только экстракт окончательно растаял в воде, господин Тянь Ши добавил сахар. Дождавшись кипения, он потушил огонь и добавил мёд и щепотку синего красителя. У Лянь Жэня всё это время была задача снимать образовавшуюся по краям пенку, а после тщательно размешивать, пока весь краситель не растворился, и вода с османтусом не обрела насыщенный синий цвет.

Господин Тянь Ши подготовил в качестве формы глубокий противень, куда налил всю получившуюся смесь. Теперь оставалось лишь ждать, пока лакомство затвердеет. Благо, скучать не пришлось, ведь Тянь-Тянь, который до этого скучал, лёжа на своей подушке, тут же начал требовать их внимания. Увлёкшись, они чуть не забыли, чего же именно ждут, однако всё-таки вспомнили и пошли проверять.

— Это похоже на звёздное небо! — восторженно воскликнул Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши осторожно перевернул форму с застывшим желе на серебряный поднос. Цветы османтуса, которые изначально осели на дно формы, теперь оказались сверху, из-за чего были похожи на маленькие звёзды на небосводе.

— Это так красиво, что даже есть жалко, — сказал Лянь Жэнь, наклоняясь поближе, чтобы также рассмотреть жёлтые цветы османтуса, застывшие в синей массе.

Внезапно они оказались так близко друг к другу, что оба почувствовали чужое дыхание рядом. Им тут же стало неловко, и они отскочили в противоположные стороны.

— Получилось неловко, простите, — поспешил извиниться Лянь Жэнь.

— Ничего… страшного. Бывает, — слегка взволнованно отозвался господин Тянь Ши.

— Можно попробовать, — скромно спросил Лянь Жэнь, на что господин Тянь Ши ответил:

— Подожди, сначала нужно разрезать.

Сказав это, он направился к шкафчикам, висевшим на стене и, открыв один, взял оттуда нож, впоследствии разрезав им желе на множество одинаковых кубиков, один из которых Лянь Жэнь тут же схватил, начиная близко рассматривать.

— Это так красиво, что словами не описать. Давайте назовём это «Звёздными конфетами» или «Мармеладом звёздного неба».

— Сначала попробуй на вкус, а потом мы подумаем над тем, чтобы дать ему название, — спокойно ответил господин Тянь Ши.

Лянь Жэнь тут же бросил упругий кубик себе в рот, тщательно разжёвывая и прикрывая глаза от удовольствия.

— Ммм, это божественно, — чуть ли не простонал Лянь Жэнь от удовольствия, — знаете, он в меру упругий и сладкий, а цветы османтуса практически не ощущаются, придавая ему лишь лёгкий аромат. Господин Тянь Ши, это невероятно, вы, как всегда, превзошли самого себя.

— Пустяки, это обычный гуйхуагао, выкрашенный в синий цвет, ничего необычного в нём нет, — смутившись, ответил тот.

— Знаете, я с самого начала заметил одну особенность. Вы готовите самые обыкновенные сладости, которые можно приготовить у себя дома. Даже моя бабушка, я уверен, знает все эти рецепты, но у неё они никогда не получались настолько вкусными, а ваши сладости почему-то особенные. Я честно готовлю рядом с вами эти самые блюда и замечаю, что иногда вы даже добавляете ингредиенты на глаз, но всё ещё не понимаю, как именно вам удается готовить настолько изысканные десерты.

Господин Тянь Ши даже слегка порозовел, услышав такие лестные слова. Он не знал куда себя деть от смущения, поэтому буравил взглядом носки собственных сапог, пытаясь придумать ответ.

— Моя мать всегда говорила, что я никогда в жизни не должен ругать еду, которую приготовил. Даже если она получалась плохо, я всё равно должен был хвалить её, иначе в следующий раз она получится ещё хуже. Нужно верить в то, что ты делаешь самое вкусное блюдо на свете — и после нескольких попыток так и будет. Так что получается, что у меня нет никакого секрета.

— Это просто любовь! — громко воскликнул Лянь Жэнь и с удивлением обнаружил, что его начальник покраснел — даже уши и шея, что никогда не случалось прежде.

— Кхм, что? — растерянно спросил господин Тянь Ши, притворяясь, что не расслышал.

— Ваш секрет приготовления таких вкусных десертов — любовь. Вы любите то, что делаете, поэтому у вас всегда получаются лучшие лакомства, — ответил Лянь Жэнь широко улыбаясь и протягивая руку за очередным сладким кубиком.

— А, вот как. — смущённо проговорил господин Тянь Ши, стараясь смотреть куда угодно, только не на Лянь Жэня, — Наверное ты прав, я действительно люблю... Люблю готовить сладости.

— Вот видите, на этот раз я угадал, а не сморозил глупость, как обычно. — легко рассмеялся Лянь Жэнь, подталкивая поднос с мармеладом, — Ну же, попробуйте, вы же не зря его приготовили.

Глядя на него, господин Тянь Ши нахмурился ведь не был уверен, что сможет по достоинству оценить его вкус, будучи столь взволнованным.

— Я хотел бы попробовать его вместе с чаем. Заваришь для меня?

— Конечно, сделаю вам лучший чай.

Лянь Жэнь быстро подошел к шкафчикам, но вскоре вернулся с пустой коробкой из-под чая, который обычно пил господин Тянь Ши.

— Господин, остался только чай для посетителей. Вы не против, если я вам его подам?

— Нет, я не против.

— Сегодня вы почувствуете себя словно обычный посетитель нашей кондитерской!

Тот ничего не ответил, так как пошёл проверять Тянь-Тяня, который, наигравшись, спал без задних лап, раскинувшись на своей подушке. В это время Лянь Жэню в голову пришла гениальная на этот раз идея. Он вытащил два фарфоровых блюдца и красиво уложил на них множество кусочков синего мармелада, поставил их на серебряный поднос, рядом с вскипевшим чайником и теми самыми чашками из красного фарфора с жёлто-золотыми драконами.

Дождавшись, когда же господин Тянь Ши обратит на него внимание, Лянь Жэнь громко воскликнул:

— Прошу вас, уважаемый посетитель, проследовать за мной.

Сказав это, Лянь Жэнь медленным шагом вышел из кухни, направляясь в главный зал, в то время как господин Тянь Ши провожал его удивлённым взглядом. Лишь спустя несколько секунд он пришёл в себя и последовал за своим помощником.

Когда он догнал Лянь Жэня тот стоял у прилавка спиной к нему. Услышав шаги господина Тянь Ши тот обернулся и выдав самую очаровательную улыбку, на которой только был способен спросил:

— Какой столик вы сегодня выберете? Может быть, тот, что с Запада, или тот, что с Востока? Мы так долго ждали вашего прихода, что освободили для вас абсолютно все столики, чтобы вы могли по-настоящему насладиться сладостями.

Словами невозможно передать, каким ошарашенным выглядел господин Тянь Ши, который не сразу понял, какую же игру затеял Лянь Жэнь.

— Ну так, какой же столик вы выберете? — нетерпеливо спросил Лянь Жэнь и широко улыбнулся, когда уважаемый посетитель указал на самый крайний у окна.

— Замечательный выбор, господин! — воскликнул Лянь Жэнь и, схватив поднос поудобнее, быстрым шагом направился к указанному столику.

Господин Тянь Ши последовал за ним, всё ещё пребывая в неоднозначных чувствах. Находиться за столиком, предназначенном для посетителей, было для него в новинку. Во-первых, потому что он никогда за ним не сидел и не наслаждался покоем, а во-вторых, потому что неожиданно обнаружил, что с такого угла кондитерская выглядела совершенно иначе.

Полутёмное помещение, довольно скучно обставленное, но, к его удивлению, довольно уютное — особенно из-за громкого шума дождя за окном.

Лянь Жэня осторожно расположил приборы на столе, налил ароматного чая и принялся есть угощение, почему-то поставив чашки с драконами рядом друг с другом. От них исходил ароматный пар, а гладкая фарфоровая поверхность красиво блестела. Глядя на них, господин Тянь Ши потянулся к мармеладному кубику с цветами османтуса, наконец понимая, почему они не продавались по одной.

Потому что это были парные чашки.

Мармелад, которому Лянь Жэнь уже успел дать забавное название «Мармелад звёздного неба» действительно получился великолепным — в меру сладким и в меру упругим, словно жаркий поцелуй возлюбленной, который сладостью таял на языке.

Господин Тянь Ши прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. В это время Лянь Жэнь смотрел на него и широко улыбался — его начальник сейчас вновь был похож на двадцатилетнего юношу, который не знал о печалях и невзгодах.

— Знаете, вы почаще должны носить распущенные волосы, они вас молодят, — не удержавшись, поделился он.

Услышав это, господин Тянь Ши резко открыл глаза, дёрнулся и провёл рукой по своим волосам, тут же округлив глаза.

— Я что, готовил с распущенными волосами?

В ответ он получил лёгкий кивок и широкую улыбку.

— Какой ужас, они ведь могли попасть в сладость и...

— Не стоит волноваться, господин, вы всё равно сделали этот мармелад для нас, а не на продажу. Так какая же разница, есть там волосы или нет.

— Это противно… — пробубнил господин Тянь Ши, слегка нахмурившись.

— Мармелад прозрачный, мы бы точно заметили, если бы там был волос. Я всё тщательно осмотрел, и там не было ничего, кроме цветов османтуса. Вам не стоит волноваться по пустякам — лучше, как вы и говорили, наслаждайтесь покоем и тишиной в свой единственный выходной.

— Ладно, — слегка растерянно протянул господин Тянь Ши.

Оглядевшись по сторонам, он только сейчас понял, что всё ещё держал пустую кружку в руках и перед ним осталось всего несколько кубиков мармелада.

— Я налью вам ещё чаю.,

— Спасибо, — сказал господин Тянь Ши, слегка поёжившись от лёгкого сквозняка.

Сам Лянь Жэнь уже давно съел свою часть мармелада, и сейчас попросту наслаждался тёплым чаем, но, увидев, как господин Тянь Ши подтолкнул к нему свою порцию, он сразу отрицательно покачал головой.

— Ну уж нет, вы получили новую порцию чая, поэтому должны непременно доесть эти сладости. Я свои все доел, и вы должны.

— Нет, я не смогу, точно не смогу, — отрезал господин Тянь Ши, пригубив чая.

— Тогда давайте разделим! — воскликнул Лянь Жэнь, — Тут три, шесть... Восемь кусочков. Значит, четыре вам и четыре мне.

Господин Тянь Ши на это лишь кивнул и Лянь Жэнь, переложив в свою тарелочку четыре мармеладных кубика, поставил её обратно.

Но господин Тянь Ши не спешил притрагиваться к лакомствам, наоборот, он стал каким-то задумчивым, наблюдая за бушующей природой за окном.

— Лянь Жэнь, я хотел предложить тебе кое-что.

— Что же именно? — отозвался тот, забросив себе в рот последний кусочек мармелада.

— Как ты смотришь на то, чтобы заняться нашей вывеской. Я давно хотел её поменять, но всё никак руки не доходили. А ты всегда хвастаешься, что прекрасно обращаешься с деревом, так что, как думаешь?

— Я согласен!

— Я, конечно же, тебе заплачу и дам дополнительные выходные на её изготовление, если нужно. Вот только выбирать дерево придётся тебе самому, потому что я в этом не смыслю. К тому же, нужно будет найти мастера, который сделает надпись, а это, опять же, затруднительно...

— О, об этом не волнуйтесь, господин, у меня дома столько талантов пропадает, вы даже не представляете. Мои домашние учёные с утра до ночи тренируются в каллиграфии и обучаются всевозможным иероглифам. Они столько знают и умеют, я уверен, что найду среди них кого-нибудь, кто сможет сделать вам лучшую надпись для вывески.

— Спасибо.

Лянь Жэнь нетерпеливо огляделся по сторонам, после чего не выдержал и быстро выбежал на улицу.

Когда он вернулся, господину Тянь Ши показалось, что он был похож счастливую мокрую собаку, которая весь день резвилась по лужам. На лице Лянь Жэня читался восторг, и он, широко улыбаясь, воскликнул:

— Действительно вывеску не помешало бы освежить!

«Так вот что это было, — подумал господин Тянь Ши, — Лянь Жэнь выбежал на улицу, чтобы посмотреть на вывеску, которую ему предстоит поменять».

— Знаете, раз уж речь пошла о переменах, может быть, вы позволите ещё кое-что по мелочам? — осторожно спросил Лянь Жэнь, понимая, что его начальник из тех людей, которым с трудом даются перемены.

— Что например? — с интересом спросил господин Тянь Ши, отправляя в рот последний кусочек мармелада.

— Ну, например, на стенах мы можем повесить несколько картин — заказать у мастера что-нибудь с цветочным мотивом или, может быть, сладости, которые вы тут продаёте.

— Наверное, всё-таки лучше пусть будут цветы, — сказал господин Тянь Ши, уже воображая, на каких стенах можно повесить воображаемые картины.

— А в том углу, — продолжил Лянь Жэнь, указывая себе за спину, — можем поставить маленький столик, а на нём большую пузатую фарфоровую вазу.

— Зачем? — с сомнением спросил господин Тянь Ши, которому хватало тех зелёных ваз, что ранее купил Лянь Жэнь.

— Ну как же. Для того, чтобы посетители, её завидев, тут же начинали перешёптываться. Я уже представляю, как один скажет: «Смотрите! Там ваза третьей династии!», а его сразу же поправит второй: «Откуда такие неучи, берутся? Это между прочим ваза не третьей династий, а девятой династии!»

То, как Лянь Жэнь старался подражать разным голосам, что он прежде слышал в кондитерской, господин Тянь Ши нашёл настолько забавным, что не смог сдержать тихого смешка и тут же смущённо прикрыл рот тыльной стороной ладони.

На это Лянь Жэнь лишь ещё шире улыбнулся, хотя, казалось бы, куда ещё шире. Ему нравилось видеть такого уютного господина Тянь Ши, который вместо того, чтобы хмуриться, с трудом сдерживает смех.

— Что насчёт прилавка, мы его трогать не будем? — спросил господин Тянь Ши.

— Прилавок у нас хороший, не вижу смысла его менять. Можно лишь добавить впереди одну дополнительную панель с красивой резьбой. В свободное время, после того, как я закончу вывеску, я непременно этим займусь. Мне всегда нравилось вырезать из дерева волшебных существ, поэтому обещаю, что в скором времени на вашем прилавке будут драконы, фениксы и прочие прекрасности.

— Звучит неплохо. А что насчёт столиков для посетителей и стульев? Ты их тоже собираешься поменять? — спросил господин Тянь Ши, слегка улыбаясь и пытаясь спрятать свою улыбку за чашкой с чаем.

— Хмм, думаю, это уже лишнее, — ответил Лянь Жэнь, рассматривая со всех сторон столик, — боюсь, если мы заменим их резными, дети будут засовывать туда пальцы и застревать, а недовольные родители, конечно же, обвинят в этом вас. А вы будете ругаться на них и морщиться, я не могу позволить, чтобы у вас появились лишние морщины из-за этого.

— Ничего страшного, я ведь буду каждое утро есть сладкий суп из чёрного кунжута, и ни одна морщинка мне не грозит.

Лянь Жэнь громко рассмеялся, подумав про себя, что, когда господин Тянь Ши в прекрасном расположении духа то даже изволит шутить шутки, которые к слову были неплохими.

— Кажется, дождь прекратился, — сказал господин Тянь Ши, всё так же глядя в окно.

— Правда? Тогда мне...

— Тебе стоит поспешить домой. На небе всё ещё серые тучи, поэтому дождь может пойти в любой момент, и кто знает, когда ещё тебе удастся вернуться домой.

Сказав это, господин Тянь Ши встал из-за стола и подошёл к прилавку, из-под которого вытащил небольшой красный зонт — тот же, что и в прошлый раз и протянул Лянь Жэню.

— На всякий случай. Он мне сейчас ни к чему, я вымою посуду и лягу спать, а ты иди домой и отдохни.

— Вы уверены, что справитесь, я могу быстро перемыть посуду и успею вернуться домой? — сказал Лянь Жэнь, слегка обеспокоенный столь скорой переменой в настроении господина Тянь Ши ведь тот в миг стал серьёзным, задумчивым и слегка печальным.

— Я вас чем-то обидел, господин? Наверняка, когда сказал про морщины, да?

— Нет, Лянь Жэнь, благодаря тебе я сегодня провёл с пользой этот день и сумел увидеть нашу кондитерскую с другого ракурса. Не волнуйся по пустякам и иди домой, отдохни, завтра у нас будет трудный день, — сказал господин Тянь Ши, пытаясь придать своему голосу мягкость.

— Хорошо. А что мы будем готовить завтра?

— Цзянь дуй.

— Потрясающе! — воскликнул Лянь Жэнь, уже стоя возле входной двери, — Доброй ночи вам, господин Тянь Ши, желаю, чтобы вам приснились пушистые, как и наш Тянь-Тянь, сны.

— Доброй ночи, Лянь Жэнь. И тебе того же, — сказал ему на прощание господин Тянь Ши, после чего закрыл дверь, заперев её на ключ.

***

— Господин Тянь Ши совсем не бережёт тебя, в единственный выходной зовёт на работу, — посетовал лекарь И Шэн, стоя на крыльце своего дома.

— Добрый вечер, господин И Шэн. — поприветствовал его Лянь Жэнь, — Что вы, что вы, он очень хорошо обо мне заботится. Сегодня я сам вызвался прийти, — объяснил он с улыбкой и вздрогнул, когда ему на нос упала капля дождя

Лекарь смерил его долгим взглядом, после чего с улыбкой заметил:

— Кажется, ты в любимчиках у нашего ёжика.

— Почему вы его называете ёжиком? — обиженно протянул Лянь Жэнь, раскрывая над головой красной зонт.

— Ну, он же меня зовёт шарлатаном, поэтому я могу позволить себе так его называть, — с улыбкой ответил господин И Шэн, после чего залез под зонт Лянь Жэня, крепко обхватив того за локоть.

— Вы куда-то собрались? — с удивлением спросил Лянь Жэнь.

— Да, через два улицы отсюда меня ждёт больной, а зонта у меня нет — моя благоверная забрала единственный у нас дома, и пошла в гости к своей матушке в соседнюю деревню. Не будешь ли ты так любезен, чтобы проводить меня? — спросил лекарь, продолжая хитро улыбаться.

— Конечно, мне не трудно. Я как раз направляюсь домой и буду проходить именно по той улице.

— Как славно получилось, что именно сейчас ты вышел из кондитерской. Ведь оттуда, не так ли?

— Да. Никому не говорите, но у нас в кондитерской появился маленький чёрный котик. Я принёс ему немного свежей рыбы, потому что волновался о том, что господин Тянь Ши не захочет в такой дождь выходить из дома.

— Ты правильно поступил. Никогда бы не подумал, что он согласится на то, чтобы держать кота в кондитерской… Ты меня сегодня порядком удивил.

— Пожалуйста, не распространяйтесь об этом, а то, не ровен час, и все посетители захотят его потискать.

— Котика или господина Тянь Ши? — продолжая хитро улыбаться, спросил лекарь.

— Котика конечно же!

— Ладно-ладно, не буду.

Оба успели сделать лишь несколько шагов, отходя от дома лекаря, как на улице начал моросить лёгкий дождик. Лекарь И Шэн тут же прижался ближе к Лянь Жэню, чтобы на него не капала вода с зонта. Лянь Жэнь, честно признаться, чувствовал себя слегка неудобно ведь, казалось лекарю было известно что-то о них с господином Тянь Ши, чего им самим не было известно. Продолжая раздумывать о том, что же это могло быть, Лянь Жэнь услышал голос лекаря прямо рядом со своим ухом:

— Ну как, я могу тебя поздравить или нет?

— С чем?

— С тем, что ты единственный помощник господина Тянь Ши, который был в состоянии продержаться у него так долго.

— Разве долго? Если память мне не изменяет, я приступил к работе не так уж и давно…

— Насколько мне известно, ты единственный человек, который приготовил вместе с господином Тянь Ши все его десять блюд.

— Нет-нет, вы ошибаетесь, — тут же сказал Лянь Жэнь, — мы ещё не все делали.

— Разве? — удивился лекарь, — Мне казалось, что уже все десять.

— На следующей неделе мы точно будем готовить Цзянь дуй.

— Хм, а что же вы будете готовить после?

Лянь Жэнь, не зная, что ответить, начал считать на пальцах все блюда, которые они готовили вместе с господином Тянь Ши, и наконец удивлённо сказал:

— Лунные пряники.

— А что же вы готовили, когда ты только поступил на работу?

— Лунные пряники, — по слогам произнес Лянь Жэнь, будучи ещё сильнее ошарашенным этим фактом.

— Вот видишь, Лянь Жэнь, тебе осталось продержаться всего ничего. Одна неделя, и ты будешь единственным человеком в истории, который продержался так долго в помощниках у господина Тянь Ши. Кажется, ты занимаешь особое место в сердце нашего ёжика.

Сказав это, лекарь И Шэн попрощался и быстро юркнул в дом больного, где его уже давно ждали. А вот Лянь Жэнь ещё долго стоял под проливным дождём, думая о словах лекаря.

«Тебе осталось продержаться всего лишь неделю»

ГЛАВА 12+1. Цзянь Дуй

«Тебе осталось продержаться всего лишь неделю»

Эти слова никак не хотели выходить у Лянь Жэня из головы. Он лёг спать с этими мыслями и проснулся с ними же. Он умылся, привёл себя в порядок, позавтракал, но всё равно думал об этих словах.

Время прошло так незаметно, что ему всё ещё казалось, будто он только недавно приступил к работе у господина Тянь Ши. Вот он сидел на пороге кондитерской и, воровато оглядываясь по сторонам, ел чужую Бороду дракона. С тех пор неожиданным для него самого образом прошло целых два месяца, и он успел приготовить вместе с господином Тянь Ши целых девять блюд. Девять сладостей, из которых ему удалось опробовать от силы два или три, но ему они безумно понравились.

Девять недель.

Девять недель прошли как девять дней. С одной стороны, ему казалось, что они прошли слишком стремительно, а с другой он чувствовал, будто всю жизнь там проработал. Кондитерская стала его вторым домом, и Лянь Жэнь даже не представлял, как бы он просыпался по утрам, не зная, что ему нужно как можно быстрее собраться, чтобы к восходу солнца быть прямо у двери, когда господин Тянь Ши её откроет.

Кажется, только для него одного время прошло так стремительно, ведь, если подумать, господин Тянь Ши стал больше ему доверять. Не зря же он доверил ему заняться вывеской. И не зря же Лянь Жэнь сегодня встал раньше обычного, чтобы, дойдя до нужной улицы, присесть на порог напротив «Танхулу» и долго рассматривать нынешнюю вывеску.

Лянь Жэнь поднял свой взгляд и посмотрел на нынешнюю вывеску, которая висела над дверью кондитерской. Вывеска была до невозможности простой — обычное дерево, покрытое лаком, украшенное по краям еле заметной резьбой геометрической формы. Надпись была сделана то ли золотой, то ли серебряной краской, которая со временем выцвела и сейчас была бледно-грязного цвета. В целом, ничего плохого, такие вывески можно было встретить у знаменитых заведений по всему городу, но, по мнению Лянь Жэня, она выглядело слишком простой и унылой.

Господин Тянь Ши доверил Лянь Жэню её поменять. Нет, не так — господин Тянь Ши доверил Лянь Жэню сделать абсолютно новую вывеску, полностью положившись на него во всём, от выбора дерева и заканчивая надписью. Он ничего не сказал насчёт того, как именно хотел, чтобы выглядела вывеска. А это означало лишь одно — что господин Тянь Ши всецело доверял Лянь Жэню.

— Ты чего там разлёгся? — громко спросил господин Тянь Ши и открыл дверь кондитерской, чтобы повесить зажженный бумажный фонарь возле двери в знак того, что «Танхулу» сегодня точно будет работать.

— Задумался, — честно ответил Лянь Жэнь.

— Когда додумаешь, заходи, у нас сегодня много работы, — сказал ему господин Тянь Ши, прикрывая за собой дверь.

Думая о том, что его желание наконец исполнилось, Лянь Жэнь быстрым шагом направился в кондитерскую. В главном зале никого не было, и он отыскал своего начальника на кухне. Тот длинной ложкой помешивал сладкую пасту из фасоли на огне.

— Господин, вы что, варили эту пасту всю ночь? — удивился Лянь Жэнь, прекрасно зная, что паста из красной фасоли вариться как минимум полдня.

— Мне не спалось из-за дождя, поэтому я решил заняться чем-то полезным, — слегка ворчливо ответил ему господин Тянь Ши, желая как можно быстрее отмахнуться от раздражающих вопросов своего помощника.

Лянь Жэнь, недовольный тем, что господин Тянь Ши не бережёт себя, буркнул себе под нос что-то неразборчивое и отправился на задний двор, чтобы снять с верёвки свой фартук. К его удивлению, его там не было. Зайдя на кухню, он увидел свой фартук на гвозде возле входной двери.

— Вчера вечером опять пошёл дождь, так что я снял твой фартук с верёвки.

— Благодарю вас за заботу! — сказал Лянь Жэнь, посредством такого маленького жеста действительно ощущая, что для господина Тянь Ши он что-то значил.

— Не за что. Давай приступим к работе.

— Всегда готов!

***

Цзянь дуй был одним из самых любимых сладостей Лянь Жэня, поэтому он хорошо умел их готовить.

На этот раз господин Тянь Ши позволил ему заняться тестом, и под его чутким руководством Лянь Жэнь сначала растопил бруски коричневого сахара в горячей воде, после чего влил получившуюся смесь в рисовую муку, которую перед этим пришлось долго просеивать — чтобы точно не осталось комочков, и тесто вышло воздушным. После он месил тесто, пока то не перестало прилипать к рукам. К тому времени и сладкая паста из красной фасоли была готова.

Пока Лянь Жэнь делал из теста длинные толстые колбаски, господин Тянь Ши отрезал от них по кусочку и раскатывал из них кругляши, после чего прямо в середине клал небольшую порцию начинки из сладкой фасоли. Завершал он цзянь дуй выверенным движением, склеивая все углы, чтобы получился небольшой шарик с начинкой внутри. После этого он щедро обваливался в белом кунжуте и слегка придавливался для того, чтобы кунжут плотнее прилипал к тесту.

Когда довольно приличная порция цзянь дуй была готова, господин Тянь Ши разогрел сковородку с маслом и начал обжаривать кунжутные шарики, которые ему любезно подавал Лянь Жэнь.

Когда кунжутные шарики начинали подрумяниваться, Лянь Жэнь шумовкой вытаскивал их на небольшой поднос, который был застелен бумагой, и оставлял там на некоторое время, чтобы лишнее масло впиталось. После он раскладывал их на серебряные подносы и относил те в главный зал.

Когда все цзянь дуй были перенесены, Лянь Жэнь на секунду наклонился к одному из них, сделав глубокий вдох, наслаждаясь.

— Мммм, они так волшебно пахнут, — тихо сказал он, не сдержавшись.

Когда он открыл глаза, господин Тянь Ши уже восседал на своём высоком стуле и во все глаза глядел прямо на него. Лянь Жэнь неловко улыбнулся и объяснился:

— Не обращайте внимания, просто цзянь дуй моя любимая сладость, вот я и пытаюсь хотя бы насладиться запахом.

Господин Тянь Ши коротко кивнул, после чего серебряными щипцами взял одну сладость с подноса и протянул её Лянь Жэню.

— Возьми.

— О нет, нет! — тут же замахал руками перед собой Лянь Жэнь, — Я в прошлый раз не попался на вашу уловку, и в этот раз не поддамся вашим уговорам. Мне всё ещё дорога моя работа.

— Я не уволю тебя за то, что ты съел один цзянь дуй. Ешь, пока никто не увидел. Ты заслужил.

В дверь кондитерской уже начали нетерпеливо тарабанить, поэтому, недолго думая, Лянь Жэнь схватил угощение и, быстро бросив его в рот, побежал открывать дверь.

— Заходите, уважаемые покупатели, у нас сегодня лучшие цзянь дуй на всем белом свете! — весело воскликнул Лянь Жэнь, попутно громко чавкая.

Цзянь дуй был невероятно сладким и вкусным настолько что Лянь Жэнь с радостью бы набросился на весь поднос с ними, но вместо этого он угощал ими посетителей, расхваливая сладости и, конечно же, господина Тянь Ши, который их приготовил.

Сам виновник этих хвалебных слов пристально наблюдал за Лянь Жэнем, из-за всех сил сдерживаясь, чтобы в него чем-то не запульнуть. Придумал же говорить посетителям, что у него волшебные руки, от того и сладости получаются настолько вкусными.

Господина Тянь Ши от всех этих нерадужных мыслей отвлёк Тянь-Тянь, который, как обычно, запрыгнул к нему на колени. Но вот только в этот раз у прилавка оказался довольно высокий мужчина, который, конечно же, заметил пушистый комок шерсти на коленях владельца кондитерской.

Сам господин Тянь Ши, поймав взгляд того мужчины, хотел было извиниться, но тот, вместо того чтобы нахмуриться, наоборот слегка привстал на цыпочках и попробовал получше разглядеть, после чего широко улыбнулся, сказав:

— Котик просто прелесть, на вас похож.

Брови господина Тянь Ши взлетели вверх, и он открыл рот, чтобы послать покупателя в далекое путешествие в неизведанные края да вот только не успел — тот, быстро оставив на прилавке несколько золотых монет, забрал бумажный свёрток с цзянь дуй и быстро вышел из кондитерской.

Господин Тянь Ши подумал, что на этот раз пронесло, но он не учёл того, что замечание про Тянь-Тяне было сказано во всеуслышание.

Новость о том, что у владельца «Танхулу» есть чёрный пушистый кот, который лежит на его коленях, пока тот продаёт сладости, распространилась в мгновение ока. Все последующие покупатели считали, что просто обязаны увидеть это чудо своими собственными глазами.

Господин Тянь Ши хмурился и был недоволен до такой степени, что даже старался отгородить себя и Тянь-Тяня, поставив перед собой подносы со сладостями да только это никак не помогало ведь надоедливые людишки каким-то образом умудрялись подглядеть со стороны.

— Лянь Жэнь! — громко воскликнул господин Тянь Ши, в конце концов не выдержав повышенного внимания.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил тот, подойдя ближе.

— Забери, пожалуйста, Тянь-Тяня и отнеси на его место. Только осторожно. Он сейчас спит, и ты не должен его разбудить.

— Хорошо.

Когда он вернулся с кухни, то стал свидетелем очень забавного разговора, который происходил между своим начальником и очередным покупателем.

— А можно разбудить кота, чтобы мои дети немного с ним поиграли?

Даже Лянь Жэнь посчитал это пределом наглости.

— Нельзя, — тут же отрезал господин Тянь Ши, — у нашего кота очень острые когти, ваши дети могут пострадать.

— Да ну глупости, коты же безобидные.

— Разве вы не слышали, что этот кот похож на меня? — сказал господин Тянь Ши пристально посмотрев на мужчину своим самым зловещим взглядом, — Кажусь ли я вам безобидным?

— Ах, ну нет так нет. — от испуга мужчина чуть не выронил свой кошелёк, — Мне три цзянь дуй, сдачи не надо, — протянув несколько золотых монет и ухватив конверт со сладостями, он выскочил из кондитерской.

Лянь Жэнь подумал, что этот бедолага теперь вряд ли отважиться сюда ещё хоть раз прийти.

После этого интерес к Тянь-Тяню резко пропал. И, хоть посетители и успокоились, Лянь Жэнь всё же устал. Устал и сам господин Тянь Ши — это было заметно по тому, с каким трудом тот слез со своего стула и направился на кухню.

Схватив последние серебряные подносы, на которых не осталось ни одной сладости, Лянь Жэнь направился на задний двор, чтобы домыть грязную посуду. Когда он вернулся, господин Тянь Ши, скрестив руки на груди, пристально на него глядел.

— Лянь Жэнь, я слишком сильно устал, и у меня болит голова. Так что сегодня никаких баоцзы или маньтоу.

— Моя бабушка всегда говорила, что, когда болит голова, нужно съесть что-то сладкое. Хотите, я приготовлю вам что-нибудь вкусное? Например, тот нюпитан про который я вам говорил? Я всё-таки выведал его рецепт!

— Нет, я хочу просто отдохнуть, — устало ответил господин Тянь Ши.

— Возьмите хотя бы с собой наверх Тянь-Тяня, так я буду уверен, что за вами присматривает кто-то надёжный, — смущённо проговорил Лянь Жэнь, стоя возле выхода.

— Непременно так и сделаю, доброй ночи.

— Доброй ночи и сладких снов!

Он вышел из кондитерской, закрыв за собой дверь, и медленным шагом направился вниз по улице, домой.

***

— Добрый вечер, господин Лянь Жэнь, — сказал хорошо одетый мужчина, стоявший возле дома сапожника.

Лянь Жэнь нахмурился и крепко сжал кулаки ведь незнакомец, обратившийся к нему по имени, не предвещал ничего хорошего. Однако тот тут же поспешил представится, чтобы его не посчитали человеком со злыми намерениями:

— Меня зовут Гуань Лижэнь. Я являюсь одним из десяти управляющих «Зелёного Императора». Вы наверняка слышали об этом месте.

— Слышал о вашей таверне, — коротко ответил Лянь Жэнь, всё ещё хмуро глядя на собеседника.

— Мы не любим слово таверна или харчевня, ведь наше место стоит выше таких заведений. Впредь, пожалуйста, называйте нас просто «Зелёный император». И так, господин Лянь Жэнь, у меня есть к вам деловое предложение. Но сначала, почему бы нам не прогуляться? — хитро улыбаясь, спросил мужчина.

Лянь Жэнь согласился.

***

— Откуда Вам известно моё имя? — спросил Лянь Жэнь, как только они свернули на соседнюю улицу.

— О, ваше имя сейчас у многих на слуху. Вы ведь первый человек, что смог так долго продержаться в помощниках у господина Тянь Ши.

— Вы захотели со мной поговорить из-за господина Тянь Ши, не так ли?

— Отчасти это так.

Услышав это, Лянь Жэнь остановился и дождался, пока господин Гуань Лижэнь заметит, что он больше не следует за ним. Тогда Лянь Жэнь подошёл ближе, возвышаясь над ним почти на голову, и сквозь зубы процедил:

— Если вы надеетесь, что вам удастся запудрить мне мозги и заставить навредить господину Тянь Ши так же, как в прошлый раз вы сделали в «Зелёном Императоре», вы глубоко заблуждаетесь.

Господин Гуань Лижэнь поначалу слегка боязливо смотрел на Лянь Жэня, но, услышав его слова, тут же усмехнулся.

— Так и быть, в этот раз я прощу вас за ваши беспочвенные обвинения, лишь потому что ни вы, ни я не присутствовали в тот роковой вечер, и мы с вами понятия не имеем, что там действительно произошло. Но смею вас уверить, что по большей части то, о чем я хотел с вами поговорить, касается лично вас. А вот господина Тянь Ши это касается лишь косвенно, и уж точно не имеет никакого отношения с тем, что вы там себе напридумывали.

— Я ничего себе не придумывал, господин Тянь Ши пострадал в вашем заведении.

— Господин Лянь Жэнь, я ещё раз повторюсь, что нас обоих не было при тех обстоятельствах. Поэтому мы не можем знать наверняка, что там произошло.

— Ну уж нет, господин Тянь Ши точно дал понять, что пострадал в вашем заведении, — продолжал гнуть свою линию Лянь Жэнь

— Человеческая память имеет свойство обманывать нас самих. Господин Тянь Ши был тогда не в лучшем состоянии чтобы судить о том, что в действительности с ним произошло. Я лишь предполагаю, что человек, который долго болел, принял желаемое за действительное. Наверняка, для того чтобы почувствовать себя лучше, его разум предпочёл отыскать виновного в лице самого «Зелёного Императора». Но смею вас уверить, что сам «Зелёный Император» к тем событиям не имеет никакого отношения.

— А к чему тогда имеет отношение «Зелёный Император»? — слегка растерянно спросил Лянь Жэнь, не понимая, что нужно было от него господину Гуань Лижэню.

— Он хочет нанять вас на работу, — сказал с улыбкой господин Гуань Лижэнь.

Кажется, он был до невозможности доволен собой и произведённым эффектом, поскольку осторожно взял за локоть ошарашенного Лянь Жэня, вынуждая того последовать за ним.

— Пойдемте скорее, тут слишком много лишних ушей, а по дороге я постараюсь вам всё объяснить, чтобы, когда мы прибудем к «Зелёному Императору», вы уже знали, что к чему.

Лянь Жэнь лишь растерянно кивнул и последовал за господином Гуань Лижэнем, надеясь, что он просто уснул в таверне, где решил отужинать.

Пока они шли, господин Гуань Лижэнь продолжал рассказывать Лянь Жэню существенные преимущества его предложения:

— Мы предоставляем двухнедельный отпуск раз в полгода, однако об этом непременно стоит известить за полгода и в письменной форме.

«А господин Тянь Ши обещал целый месяц на Новый год…», — зачем-то вспомнил Лянь Жэнь, пока молча шагал рядом с господином Гуань Лижэнем.

— Также ваша зарплата будет состоять из двух частей: основная часть, стабильный доход, который приходит каждый месяц и небольшой процент от продаж — это в том случае, если именно ваше блюдо будет продаваться лучше всего. Если вы придумаете что-то оригинальное, и это понравится нашим посетителям, то вы получите повышение — от младшего повара к среднему повару и прибавку к основной зарплате.

— Постойте, это, конечно же, всё очень замечательно, но позвольте задать вам один вопрос! — громко воскликнул Лянь Жэнь, которому до сих пор не верилось в что он слышал.

— Я внимательно слушаю, вас господин, — с неизменной улыбкой на лице ответил господин Гуань Лижэнь.

Почему-то Лянь Жэню эта улыбка показалась до невозможности фальшивой, хотя обращение «господин Лянь Жэнь» несколько грело душу и заставляло ощущать себя важным и значимым.

— Ответьте на один мой вопрос — почему именно я? Из всех людей этого города вы обратили своё внимание именно на меня.

— Ответ очевиден. Вы единственный человек, который сумел продержаться так долго у господина Тянь Ши.

— Это всё? — озадаченно нахмурив брови спросил Лянь Жэнь

— Конечно, для Зелёного Императора нет ничего важнее одарённого повара на кухне, а вы являетесь именно таким человеком.

— Нет, постойте, я не повар, а простой помощник. В «Танхулу» готовит господин Тянь Ши, я же просто помогаю ему. В основном, поднимаю тяжести, расставляю сладости на подносы и обслуживаю посетителей за столиками. По сути, я простой официант, который варит чай, но уж точно не повар.

— Господин Лянь Жэнь, ваша скромность похвальна, но очень неуместна. Знаете, по сути, скромность не украшает человека, а наоборот, делает его серым и бесцветным. Почаще хвалите самого себя, иначе люди никогда не узнают, насколько вы талантливы.

— Что вообще вы хотите сказать? — ещё сильнее нахмурился Лянь Жэнь, не понимая, при чём тут его скромность.

— Я хочу сказать, что выбор пал именно на вас не просто так. Раньше «Зелёный Император» тесно сотрудничал с кондитерской «Танхулу». Больше скажу, некоторые бывшие помощники оттуда сейчас работают у нас. Один из ваших предшественников который сумел продержаться у господина Тянь Ши целых семь недель, сейчас является одним из наших лучших поваров.

— Вы хотите сказать, что думаете, что я настолько же талантлив, насколько и остальные бывшие помощники господина Тянь Ши?

— Именно так! — сказал господин Гуань Лижэнь, то ли нарочно подражая манере разговора господина Тянь Ши, то ли случайно выбрав именно это словосочетание в такой решающий момент, — Если бы вы не были хорошим поваром, господин Тянь Ши даже не посмотрел бы в вашу сторону. Я уверен, что вы обладаете высоким мастерством, которое как нельзя лучше пригодится в Зелёном Императоре. Кстати, вы упоминали что у господина Тянь Ши вы занимаетесь так скажем грязной работой, по-моему, это ещё один веский аргумент в нашу пользу. Ваш талант повар пропадает зря пока вы разносите чай. Вы, несомненно, должны поступить на работу в «Зелёном императоре», ведь только он оценит ваш талант по достоинству.

— Наверное, я не знаю, что вам сказать, — рассеянно произнес Лянь Жэнь после чего слегка нервно почесал затылок.

Правда в словах господина Гуань Лижэня имелась и, по правде говоря, Лянь Жэнь желал хоть иногда заниматься готовкой.

— Вы пока что подумайте, господин Лянь Жэнь, а я постараюсь кратко рассказать вам про ваши обязанности. И так, самое важное — овладеть мастерством владения ножом и, конечно же, нарезки продуктов, поэтому вы на протяжении года будете обучаться у Великого мастера. Имя Гун Шалун вам что-то говорит?

— Да! — тут же воскликнул Лянь Жэнь, — Я слышал, что он может вырезать из арбуза даже лицо императора.

— Всё верно. Он не раз это делал, и император высоко ценит его мастерство. Именно у него вы будете обучатся, чтобы попытаться соответствовать высоким требованиям нашего заведения.

— Невероятно! — воскликнул Лянь Жэнь.

— Также очень важно владеть умением регулировать температуру пламени в очаге, но я уверен, что, работая в кондитерской у господина Тянь Ши, вы в должный мере овладели этим мастерством. Я прекрасно знаю, насколько привередлив господин Тянь Ши особенно в том, что касается печи.

— Откуда вы это знаете? — удивился Лянь Жэнь.

— Как я уже говорил вам ранее, многие его бывшие помощники теперь работают у нас. Также о его скверном характере ходит немало слухов, потому я уверен — не будь у вас должных навыков, вы бы так долго не продержались.

— Ага — тихо пробубнил Лянь Жэнь.

— Также в «Зелёном Императоре» блюда должны иметь установленную цветовую гамму, аромат и вкус. Блюдо должно быть красиво оформлено, и, чтобы знать, как именно это делать, вы получите учебник, по которому будете учиться оформлению блюд. Конечно же, придумывать что-то свое и делать что-то иное, нежели то, что прописано в учебнике, строго запрещается. Ведь всё то, что вы приготовите, будет тщательно проверяться и если вы сделаете ошибку, вам придётся переделывать блюдо, и не единожды, если вы ошибетесь. Но это нежелательно.

— У вас правил побольше, чем у господина Тянь Ши, — буркнул себе под нос Лянь Жэнь, но господин Гуань Лижэнь притворился, что не услышал его.

— Также вы должны прекрасно знать, какие блюда с какой посудой сочетаются. Это не только форма, но и цвет, окрас и даже текстура. В общем, вам придётся изучать и фарфоровые изделия. Также в «Зелёном Императоре» очень важна подача на стол, и, несмотря на то что у нас есть официанты, которые только этим и занимаются, когда высокопоставленные чиновники устраивают большие банкеты, все работники, в том числе и повара, занимаются оформлением стола. Мне, наверное, не нужно вам говорить, что вы должны быть хорошо ознакомлены с этикетом и знать, как именно стоит приветствовать того или иного человека, исходя из его социального статуса.

От всех этих деталей у Лянь Жэня начала кружится голова, а единственная его мысль была о том, что в «Танхулу» не было никакой разницы между покупателями. Будь он самым богатым человеком города или самым бедным, его обслуживали одинаково. Но, кажется, в «Зелёном Императоре» заботились лишь о доходе, а не о том, чтобы каждый посетитель вышел оттуда с улыбкой на лице.

За этими разговорами Лянь Жэнь не заметил, как они оказались напротив здания «Зелёного Императора».

— Следуйте за мной, господин Лянь Жэнь, — сказал господин Гуань Лижэнь и провёл Лянь Жэня вдоль забора, огибая здание, прямо к заднему входу.

— Кроме всего прочего, вам придётся со временем выучить имена всех наших постоянных посетителей и их спутников, — сказал господин Гуань Лижэнь, когда они оказались напротив двери, охраняемой двумя стражниками.

— Это ещё для чего?

— Для того, чтобы в будущем избежать возможных конфликтов. Вот, например, нашей охране пришлось выучить всех любовниц генерала Цю, чтобы избежать ссоры в «Зелёном Императоре» в случае нежеланной встречи.

Господин Гуань Лижэнь говорил и в то же время шарил руками по карманам своих дорогих одежд в поисках пропуска в здание.

— И много у генерала любовниц? — полюбопытствовал Лянь Жэнь.

— Двадцать пять, — поморщившись, ответил один из охранников.

— И все на одно лицо, — сказал второй, кивнув, как только увидел в руках Гуань Лижэня заветной пропуск.

— Даже имена похожие, тьфу, — возмутился первый охранник, открыв дверь и пропуская их во внутрь.

Преодолев длинный коридор, Лянь Жэнь оказался в огромном помещении, которое оказалось кухней.

Она была настолько большой, что Лянь Жэню с трудом удалось разглядеть её конец. Само помещение было хорошо освещено за счёт десятков свечей на всех поверхностях. Широкие кухонные столы, поставленные в три ряда, занимали почти всё пространство. За ними трудились десятки поваров, одетых в однообразные тёмно-зелёные одежды с белоснежными фартуками и такими же белоснежными тканевыми шапочками на голове. Видимо, в «Зелёном Императоре» тоже беспокоились о том, чтобы волосы не попадали в еду для посетителей, поэтому они по-своему решили эту проблему. Люди сновали туда-сюда, перекрикивая друг друга, из-за чего Лянь Жэню показалось, что на кухне царил полный хаос. Повара спорили между собой о порядке использования приборов и печей, хотя последних было вполне достаточно. Только на первый взгляд Лянь Жэнь насчитал около десяти, но возможно, их было даже больше.

— Как вы понимаете, сейчас, дабы не мешать поварам заниматься своим делом, я не могу в полной мере показать вам нашу кухню, но, уверяю вас, на ней вы найдёте всё необходимое для приготовления самых изысканных блюд. Когда вы придёте на работу, вам непременно покажут ваше рабочее место и ответят на все ваши вопросы.

— Хорошо, — растерянно сказал Лянь Жэнь, всё ещё будучи под впечатлением от увиденного.

— Кажется, вас несколько удивила наша кухня, — подметил господин Гуань Лижэнь, — Она довольно большая, поскольку занимает весь первый этаж, но вы быстро к этому привыкнете. И также быстро привыкнете к нашим нововведением. Например, если вы обратите внимание на ту стену, то увидите в ней небольшое углубление. Там находится специальный лифт для еды. Это сделано для того, чтобы еда не остыла. После приготовления она сразу попадает на нужный этаж, и уже тогда официант относит её посетителю.

— Невероятно! — воскликнул Лянь Жэнь — Получается, что кроме поваров на этой кухне практически никого не бывает?

— Всё верно, это сделано для безопасности и также для того, чтобы поваров никто не отвлекал.

— Тогда зачем обычному повару нужно знать имена и всё родословную постоянных посетителей? — задал волнующий его вопрос Лянь Жэнь.

— Не будьте столь категоричны, господин. Во-первых, повара могут позвать посетителей для того, чтобы лично отблагодарить или же поругать за блюдо. А во-вторых, конечно же, вы должны знать, что предпочитает каждый наш посетитель, например. Тот же генерал Цю очень любит тушёную утку со специями, но терпеть не может орехи, которые добавляются при приготовлении, поэтому вам непременно нужно будет это учесть, если вам выпадет его заказ.

Услышав это, Лянь Жэнь нахмурился ведь, казалось, в этом заведении был всего лишь один посетитель, генерал Цю и его любовницы.

— Не переживайте, господин, все эти знания придут со временем, не нужно беспокоиться. Поначалу за вашей работой будут тщательно следить и поправлять, если нужно. Вам остаётся лишь готовить со всей самоотдачей прекрасные блюда и получать похвалу. А теперь давайте выйдем на улицу и обсудим детали, дабы не мешать остальным.

Лянь Жэнь задумчиво кивнул и последовал за господином Гуань Лижэнем обратно на улицу, продолжая раздумывать над его словами.

— Господин Лянь Жэнь, — начал господин Гуань Лижэнь, как только они оказались на улице и остановились чуть поодаль на заднем дворе, чтобы стражники у двери не слышали их разговора, — я вижу, что вы в замешательстве. Признаться, не понимаю, что же именно вас беспокоит. Разве вам не нравится наше предложение?

— Нравится конечно, — тут же ответил тот, — но я пока что не уверен... Хочу ли этого.

— Ох, не говорите глупостей, господин, все хотят этого. Я могу вас точно заверить, что абсолютно каждый повар в этом городе мечтает работать в «Зелёном Императоре».

— А я знаю одного, который даже под угрозой смерти не согласился бы тут работать.

— Господин Тянь Ши всего лишь исключение из правил. И, кажется, вы слишком сильно заботитесь о его мнении. Вам нужно побольше думать о себе, а не о других.

— Я понимаю, но всё же и вы должны меня понять. Мне с трудом даются всякие перемены, и я, кажется, не до конца ещё осознал, что именно вы мне предлагаете, — как можно вежливее сказал Лянь Жэнь, не желая, чтобы господин Гуань Лижэнь посчитал его неблагодарным человеком.

— О-хо-хох, так вот оно в чём дело, вы пока что сами не верите в своё счастье. А я уж подумал, что вы собрались нам отказать, — весело сказал господин Гуань Лижэнь, по-своему поняв слова Лянь Жэня, — Мы понимаем, что вам нужно некоторое время, чтобы привести все ваши дела в порядок, поэтому готовы подождать несколько дней, однако советую не затягивать, поскольку на это место очень много желающих.

— Я понимаю.

— Так, когда вас ждать, господин?

— Послезавтра, — ответил ему Лянь Жэнь.

ГЛАВА 14. Тыквенные пирожки

На следующий день Лянь Жэнь был очень задумчивым, отстранённым и очень невнимательным. Настолько невнимательным, что даже не обращал внимания на недовольные взгляды посетителей в его сторону. Мало улыбался и всё время путал заказы, хотя, казалось бы, что можно перепутать, если в кондитерской на этой неделе, как и всегда, был лишь один вид сладостей. Но Лянь Жэнь каким-то образом умудрялся приносить меньше сладостей, забывать про чай или приносить его холодным. Забывал принести сдачу или приносил её слишком много. В общем, был сам не свой, и все в кондитерской это заметили.

— Лянь Жэнь, ты опять заболел? — серьёзно спросил господин Тянь Ши, который подозвал его к себе, поставив на прилавок табличку, что гласила о перерыве, чтобы ни один надоедливый покупатель им не помешал.

— Нет, не заболел, — ответил Лянь Жэнь, всё боясь посмотреть господину Тянь Ши в глаза.

— Может быть, чувствуешь себя плохо? — беспокойно спросил тот, — Если это так, можешь взять перерыв и пойти отобедать куда-нибудь.

— Нет, я не хочу обедать, не волнуйтесь, со мной всё в порядке, — сказал Лянь Жэнь и, коротко поклонившись, убежал на кухню.

Господин Тянь Ши удостоверился, что по крайней мере в физическом плане с Лянь Жэнем всё было в порядке. Однако то, что его что-то волновало, было предельно ясно. Он продолжил об этом раздумывать во время обслуживания гостей, и в один момент ему пришла идея. Он вспомнил о том, что цзян дуй любимая сладость Лянь Жэня — может быть, его непонятное состояние было вызвано именно этим. Любимая сладость так близко, но он не в состоянии её отведать.

Под конец дня, когда на прилавке остался лишь один серебряный поднос, господин Тянь Ши взял два маленьких блюдца, на каждое положил по пять цзян дуй и спрятал их под прилавком.

Распродав остальное, он подошёл к двери кондитерской и запер её изнутри, после чего вернулся на своё место и подозвал к себе помощника, который всё это время мыл посуду на заднем дворе.

— Сегодня осталось больше сладостей, чем я предполагал. Как насчёт того, чтобы отведать их вместе? — спросил господин Тянь Ши, как только Лянь Жэнь оказался напротив прилавка, как будто был настоящим посетителем кондитерской.

Лянь Жэнь удивлённо посмотрел на два блюдца, которые господин Тянь Ши вытащил из-под прилавка. Один из них тот подтолкнул прямо под нос Лянь Жэню который растерянно разглядывал кунжутные шарики так как будто впервые в жизни их видел.

Цзян дуй был любимой сладостью Лянь Жэня, и случись это раньше, он бы не раздумывая набросился на предложенное лакомство, но сейчас он стоял перед господином Тянь Ши с опущенной головой, думая о том, что не заслужил такой заботы.

— Господин, у меня будет к вам просьба, — тихо сказал Лянь Жэнь, чем даже слегка напугал своего начальника.

— Внимательно тебя слушаю, — обеспокоенно ответил тот.

— Вы помните, что обещали мне дополнительный выходной за поездку за кунжутом? Я ещё тогда попросил отложить этот выходной до тех пор, пока он мне по-настоящему не понадобится. Вот это время, кажется, пришло.

— Я правильно понимаю, что ты хочешь взять этот выходной завтра?

— Всё верно, я бы хотел им воспользоваться именно завтра, если это, конечно, возможно.

— Я обещал дать тебе этот выходной, когда ты о нём попросишь, поэтому, конечно же, ты можешь взять его и завтра. Только скажи мне, что случилось? Ведь что-то непременно случилось, иначе бы ты не был таким весь день.

Лянь Жэнь продолжал стоять, склонив голову и когда услышал вопрос господина Тянь Ши позволил себе лишь коротко на него посмотреть, после чего отойдя на шаг назад тихо сказал:

— Меня пригласили на работу в «Зелёном Императоре». Я хочу пойти и поработать там один день, чтобы понять, нужно мне это или нет. Такая возможность выпадает лишь однажды в жизни, поэтому...

— Ох, конечно, ты не должен упускать такую возможность! — рассержено воскликнул господин Тянь Ши, — Действительно, она выпадает лишь единожды в жизни!

— Я знаю, что вы недолюбливаете это место, но...

Не успел он договорить, как почувствовал лёгкий удар в лоб, и Лянь Жэнь, который всё это время продолжал смотреть себе под ноги, с удивлением обнаружил упавший на пол цзян дуй.

— Убирайся отсюда! — крикнул господин Тянь Ши и бросил следующий кунжутный шарик.

Тот врезался Лянь Жэню прямо в грудь, после чего упал на пол и покатился рядом с прилавком.

Лянь Жэнь сделал несколько шагов назад, растерянно глядя на рассерженного начальника, который продолжал бросаться в него кунжутными шариками.

— Простите меня, — ещё раз жалобно сказал Лянь Жэнь, пятясь к выходу.

— Ты не должен просить у меня прощения, а то ведь это такая возможность! Ты должен поскорее пойти домой и выспаться, чтобы завтра в «Зелёном Императоре» показать всё, на что ты способен!

Сказав это, господин Тянь Ши бросил последний цзян дуй и, схватив мирно висящий на стене меч, направился прямо к Лянь Жэню.

Видя его такого рассерженного, Лянь Жэню только чудом удалось открыть входную дверь и выйти на улицу.Но господин Тянь Ши помчался за ним и бросил припрятанный в руке очередной цзян дуй, который ударил бежавшего вниз по улице Лянь Жэня прямо в затылок, и зло прокричал ему вслед:

— Катись на все четыре стороны!

***

На следующий день на двери кондитерской висела бумага со следующим текстом:

«Кондитерская «Танхулу» сегодня работать не будет, никаких извинений за причинённые неудобства мы не приносим»

Люди, подойдя, весьма нелестно отзывались о подобной грубости владельца кондитерской, даже не подозревая, что тот стоит с обратной стороны и слышит каждое их слово.

Господин Тянь Ши, в одеждах для сна и с растрёпанными распущенными волосами, огромными мешками под глазами и чёрным котом на руках, сейчас бы с лёгкостью мог быть принят за злого духа, который обитал в стенах кондитерской. Выглядел он неважно и чувствовал себя также. Всю ночь не спал несмотря на то, что с собой в кровать взял Тянь-Тяня, который до этого прекрасно помогал ему уснуть. Но, видимо, даже ему не было под силу успокоить вспыхнувший в сердце господина Тянь Ши пожар.

Когда ему надоело слушать гневные возгласы посетителей, которые не смогли отведать сладостей, господин Тянь Ши, крепко прижимая к своей груди Тянь-Тяня, стал расхаживать туда-сюда по главному залу.

Он не находил себе места с прошлого вечера, и, видимо, именно поэтому левая нога начала болеть сильнее обычного.

Тогда господин Тянь Ши осторожно подошёл к прилавку и сел на высокий стул, чтобы в следующее же мгновение с него слезть. Он внезапно вспомнил, кто же именно сделал его, поэтому быстро направился к одному из столиков для посетителей, желая больше никогда не садится на тот стул. Но и стол был полон воспоминаний — именно за ним он, в качестве гостя, и Лянь Жэнь сидели и наслаждались чаем со сладостями, строя далёкие планы на будущее.

Господин Тянь Ши нервно огляделся по сторонам. Всё в кондитерской напоминало ему о Лянь Жэне, и, не зная, куда ещё спрятаться от собственных воспоминаний, господин Тянь Ши присел прямо на грязный пол, опираясь спиной об прилавок, начиная слегка нервно качать Тянь-Тяня на руках, словно тот был грудной ребёнок, которого нужно было раскачивать, чтобы он поскорее уснул.

Глядя на встревоженного хозяина, Тянь-Тянь жалобно мяукнул. Господин Тянь Ши перестал его раскачивать и, понимающе кивнул, сказал:

— Знаю, знаю, ты прав, Тянь-Тянь, придётся выбросить тот стул, несмотря на то, каким удобным он оказался. Ничего, мы найдём мастера и закажем у него похожий стул. Даже лучше.

Господин Тянь Ши осторожно погладил Тянь-Тяня по загривку, глядя на столики для посетителей.

— Эти зелёные вазы тоже придётся выбросить. Совсем они не сочетаются с нашим интерьером и не подходят для кондитерской. И твую зелёную подушку тоже придётся выбросить, вместе с корзинкой и блюдцами для еды и воды. Ничего страшного, я куплю тебе новые и намного лучше. Гораздо лучше.

Господин Тянь Ши молчал, уткнувшись носом в макушку Тянь-Тяня, а через несколько мгновений вскинулся, будто ему в голову пришла гениальная идея.

— Мы всё тут поменяем, Тянь-Тянь! Поменяем кухонный стол, кухонные шкафчики тоже, потому что они довольно старые, выбросим к демонам эти проклятые чашки — они явно приносили неудачу. После этого... После этого… — несколько раз повторил господин Тянь Ши, шаря беспокойным взглядом по кондитерской и пытаясь понять, что же ещё напоминает ему о человеке, который решил так внезапно его оставить, — Поменяем эти проклятые столики для посетителей и стулья, конечно же. Посуду поменяем, ведь она и так вся в трещинах. И прилавок поменяем непременно, потому что он слишком часто об него облокачивался, вместо того чтобы заниматься работой. И этот пол поменяем, — дрожащим голосом продолжил господин Тянь Ши, глядя на грязный пол рядом с собой, — он такой грязный, и его никто никогда нормально не убирает. И фартуки те белые поменяем... Нет, выбросим … И колодец... Хотя его поменять будет сложнее. Лучше и вовсе продать эту кондитерскую и купить новую в другом месте...

Тянь-Тянь ещё раз мяукнул, привлекая к себе внимание господина Тянь Ши. Тот обеспокоенно посмотрел на Тянь-Тяня осторожно дёргая того за белую лапку.

— Тебе не стоит волноваться. Я тебя не брошу… Я не такой, я твой хозяин и всегда буду о тебе заботиться... Мне не важно, кто тебя принёс в эту кондитерскую, теперь я твой хозяин и только я буду заботиться о тебе.

Тянь-Тянь облизнул умную мордашку, извернувшись в руках, и начал довольно урчать от поглаживаний.

Сам же господин Тянь Ши ещё долго стоял на холодном полу рядом с прилавком, раздумывая о том, как много нужно поменять в кондитерской, чтобы больше ничего в ней не напоминало о человеке, который в неё больше не вернётся.

***

Уставшему от переживаний господину Тянь Ши удалось заснуть только под утро. Сегодня он также не намеревался открыть кондитерскую для посетителей, но какой-то ненормальный продолжал долбиться в дверь, как будто не видел надпись на ней. Этот громкий стук и разбудил господина Тянь Ши, который с закрытыми глазами подхватил под мышку Тянь-Тяня и, схватив висевший на стене меч, направился открывать дверь.

На пороге он появился в одеждах для сна, с растрёпанными волосами и смачным отпечатком подушки на левой щеке. Он протянул вперёд руку, намереваясь обнажить острое лезвие своего меча, но так и застыл, поскольку напротив него стоял Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши несколько раз медленно моргнул. Ему казалось, что он всё ещё пребывает в царстве сна. Как иначе Лянь Жэнь мог оказаться на пороге его кондитерской?

— Доброе утро, господин Тянь Ши, — сказал Лянь Жэнь и поклонился.

Только тогда господин Тянь Ши заметил, что у его помощника, точнее бывшего помощника, за спиной находилось нечто непонятное, обёрнутое в ткань и привязанное к спине верёвками

— Я войду?

От такой наглости у господина Тянь Ши перехватило дыхание. Ладно Лянь Жэнь заявился на пороге его кондитерской, но, чтобы иметь наглость попросить войти?

— Не удалось впечатлить «Зелёного Императора» своими умениями? — съязвил господин Тянь Ши, но отчего-то сделал шаг назад, пропуская парня внутрь.

— Я пришёл, поскольку отпросился у вас только на вчерашний день, — ответил Лянь Жэнь, проходя в главный зал и закрывая за собой дверь.

Пока он снимал со спины свою ношу и аккуратно ставил её у стены, господин Тянь Ши подошёл к прилавку, опуская на него Тянь-Тяня. Он всё ещё был не в лучшем расположении духа, поэтому считал, что нужно быть предельно осторожным.

Крепко сжимая в руках меч, он думал о том, что с этого момента Лянь Жэня нужно начать воспринимать как недруга.

— Что насчёт «Зелёного Императора»? — с нажимом произнес господин Тянь Ши, развернувшись так, чтобы смотреть Лянь Жэню прямо в глаза.

Тот приблизился к нему, останавливаясь на расстоянии нескольких шагов, и поднял виноватый взгляд на господина Тянь Ши.

— Я знаю, вы злитесь на меня. Я понимаю, что поступил глупо...

— Наоборот, мне кажется, ты поступил довольно умно. Ты не должен заботится ни о ком другом, кроме самого себя. И конечно же не должен упускать такой шанс, — сказал господин Тянь Ши, понимая, что на этот раз его слова шли от чистого сердца.

Он действительно считал, что Лянь Жэнь должен воспользоваться этим шансом стать великим поваром. Если уж ему удалось впечатлить владельцев столь знаменитого места.

— Простите меня, господин Тянь Ши, — ещё раз повторил Лянь Жэнь, — простите за то, что заставил вас волноваться. Я поступил глупо, приняв чужие желание за свои собственные. Позавчера я не понимал того, что тот факт, что все повара этого города мечтают работать в «Зелёном Императоре», не означает, что и я должен мечтать о том же.

— О чем же ты мечтаешь?

— Два месяца назад, после того как я поговорил с вашим бывшим помощником, я мечтал о том, чтобы продержаться у вас как можно дольше и успеть приготовить вместе с вами все десять блюд. И стоило мне забыть о своём желании, как оно исполнилось. Когда я только приехал в этот город и услышал о таком знаменитом месте как «Зелёный Император», я мечтал о том, чтобы однажды получить там работу. И, знаете, как только я забыл об этом желании, оно исполнилось. Вчера я даже не осмелился пойти туда. Я дошёл до нужной улицы и стоял как вкопанный напротив уродливого здания, понимая, что оно не имеет ничего общего с тем, о чём я мечтаю сейчас.

— О чём же ты сейчас мечтаешь? — осторожно спросил господин Тянь Ши, боясь, что он вновь лишь себе напридумывал.

— Сейчас я мечтаю о том, чтобы проработать в «Танхулу» ещё десять лет. А потом ещё десять, и ещё, и так до бесконечности.

— То есть...

— Если вы позволите, я бы хотел остаться вашим помощником как можно дольше, — сказал Лянь Жэнь, ярко улыбаясь.

— Ты хочешь сказать, что мне не придётся выманивать тебя из «Зелёного Императора» обещаниями, что удвою твоё жалование, если ты вернёшься в кондитерскую? — спросил господин Тянь Ши, всё ещё глядя на него с недоверием.

— Нет конечно! — тут же воскликнул тот.

По правде говоря, Лянь Жэнь никогда не видел господина Тянь Ши таким растерянным. Казалось, скажи ему хоть одно неправильное слово, и он либо расплачется на месте, либо выхватит свой меч и начнёт кромсать всех вокруг.

Но его слова растрогали Лянь Жэня. Лишь представив, как он стоял бы напротив «Зелёного Императора» и посылал через мальчишку-посыльного Лянь Жэню записки, в которых непременно говорилось бы о том, что если он не вернётся в кондитерскую, господин Тянь Ши оторвёт ему голову, и даже не подумает увеличить его жалование, если Лянь Жэнь не поторопится, ему стало очень тепло на душе. Получается, господин Тянь Ши и впрямь переживал за него и волновался, что Лянь Жэнь перестанет быть его помощником.

— Так ты не собираешься уходить из нашей кондитерской? — всё ещё слегка неуверенно спросил господин Тянь Ши, пристально разглядывая Лянь Жэня.

— Нет конечно, что за глупости вы говорите? Я собираюсь остаться вашим помощником так долго, как только смогу и буду надоедать вам своим присутствием день ото дня, пока вы сами меня отсюда не выгоните.

— Куда же я тебя выгоню… — ворчливо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши.

— Господин... Вы такой замечательный, — сказал Лянь Жэнь, после чего преодолел расстояние между ними и крепко обнял господина Тянь Ши.

Тот от неожиданности замер и не смог выдавить из себя ни слова. В медвежьих объятиях Лянь Жэня господин Тянь Ши ощущал себя маленьким и уязвимым, несмотря на то что по-прежнему держал в своей руке меч.

— Как я могу уйти и оставить вас с Тянь-Тянем одних? Вон, за день, пока меня не было, вы даже успели похудеть, — сказал Лянь Жэнь и, крепче прижав к себе господина Тянь Ши, слегка приподнял его над полом, дабы точно убедиться, что тот несколько похудел, пока Лянь Жэнь отсутствовал.

На это господин Тянь Ши сдавлена ойкнул и свободной рукой крепче вцепился в плечо Лянь Жэня испугавшись что тот может его уронить. Но Лянь Жэнь держал его крепко и кажется не собирался отпускать, в то время как господин Тянь Ши чувствовал себя до невозможности неловко и желал как можно быстрее отстраниться.

— Поставь меня обратно, — сказал господин Тянь Ши, пытаясь придать своему голосу серьёзности.

Он услышал тихий смешок Лянь Жэня, после чего тот очень бережно поставил его обратно на пол и сделал несколько шагов назад, чтобы в случае, если господин Тянь Ши всё-таки решится применить свой меч Лянь Жэнь успел благополучно увернуться от его ударов.

но ударов конечно же не последовало, поскольку сам господин Тянь Ши быстро отвернулся к прилавку понимая, что его лицо горит огнём.

Он не привык к таким проявлениям нежности и в такие моменты всегда чувствовал себя очень неловко, желая как можно быстрее сбежать.

— Что там у тебя? — тут же решил перевести тему господин Тянь Ши.

— Сейчас покажу!

Осторожно размотав всю ткань, Лянь Жэнь положил на маленький столик для посетителей нечто великолепное.

Это была вывеска. Вывеска для кондитерской, которую самолично смастерил Лянь Жэнь.

— Когда только успел? — поражённо спросил господин Тянь Ши и подошёл ближе, чтобы её рассмотреть.

Огромный прямоугольный кусок красного дерева без изъяна, что служил основой, переливался киноварью в лучах солнца. По бокам, формируя своими туловищами своеобразную раму, располагались два дракона. Золотисто-жёлтые, они огибали всю вывеску, а сверху их морды сталкивались так, что они смотрели прямо друг на друга. Языки извергаемого ими пламени перемешивались, образуя чудесный узор.

Господин Тянь Ши осторожно прикоснулся худыми тонкими пальцами к чешуе одного из драконов и, проведя по его туловищу, заметил, что внизу драконы переплели свои хвосты в причудливую форму, которая сильно напоминали мучную петельку, махуа.

Господин Тянь Ши не смог скрыть восторга и широко улыбнулся. Вывеска была настолько великолепной, что он стал сомневаться в том, что её сотворила рука человека ведь всё было проработано до малейших деталей. Даже глаза были красными с чёрной точкой посередине, отчего драконы казались живыми. И очень похожими на те, что были нарисованы на купленных им ранее фарфоровых чашках.

— Когда ты успел? — вновь спросил господин Тянь Ши, поднимая свой взгляд на Лянь Жэня.

Тот, как будто только и ждал, когда господин Тянь Ши обратит на него своё внимание, поскольку тут же начал тараторить, рассказывая, как именно ему удалось сотворить такую красоту.

— Я дерево купил ещё в тот день, когда вы сказали, что я могу заняться вывеской. Как только вернулся из того проклятого места, так и начал. Мне казалось, если я приду без неё, вы меня не пустите в кондитерскую.

— Что за глупость, Лянь Жэнь, — усмехнулся господин Тянь Ши, возвращаясь к любованию прекрасной вывеской, подмечая, что сама надпись с названием была тоже золотой, как и драконы и, смотрелось это очень изящно.

Заметив, что господин Тянь Ши обратил своё внимание на надпись, Лянь Жэнь тут же поспешил рассказать, как же именно она была сделана:

— Я закончил вчера поздно ночью, вы не представляете, с каким трудом мне удалось разбудить моего соседа. Он получил высший балл на экзамене по каллиграфии, и я знал, что нет человека искуснее него, но даже не предполагал, что он лёгким движением руки тут же начнёт порхать прямо на дереве. Я ожидал, что он сначала несколько раз потренируется на бумаге, а потому немного испугался, что он всё испортит, ошибившись. Но вы не поверите! Он не ошибся, нарисовал эти иероглифы с первого раза! Я проверял, мои соседи проверяли и в конечном итоге сказали, что никогда не видели надписи великолепней.

— Это действительно великолепно. — тихо сказал господин Тянь Ши, благодарно улыбаясь, — Спасибо тебе, вывеска прекрасна.

Господин Тянь Ши не пожалел о своих слова, поскольку его помощник тут же засиял, как яркое солнце.

— Вам нравится? — как будто сам не веря в то, что сделанная им вывеска может понравится слегка смущенно спросил Лянь Жэнь.

— Нравится, — коротко кивнул в подтверждение своих слов господин Тянь Ши.

— Я очень рад, что вам понравилось, значит, я не зря старался, — сказал Лянь Жэнь, собирая куски тряпья, в которые до этого обернул своё изделие.

Господин Тянь Ши, который внимательно на него смотрел, заметил в кусках ткани кончик чего-то зелёного.

— У тебя там ещё что-то есть? — удивлённо спросил он.

Смущённо глядя на него в ответ, Лянь Жэнь несколько раз кивнув, после чего отвернулся. Господин Тянь Ши с удивлением наблюдал за тем, как один за другим на пол падают куски ткани. Лянь Жэнь что-то разворачивал, но было сложно сказать, что именно. Закончив, он неловко спрятал предмет за спину, будучи не вполне уверенным, стоит ли показывать.

— Ну же, Лянь Жэнь, что у тебя там? Ты опять натворил какую-то глупость, что ли? — непонимающе на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Как вы угадали, — неловко улыбаясь, ответил тот, после чего выставил руки вперёд, показывая, что же он так долго прятал.

Это была трость.

Господин Тянь Ши осторожно принял её из рук Лянь Жэня. Пока тот отходил на безопасное для него расстояние, дабы ненароком не стать жертвой гнева своего начальника, который, по всей видимости, недолюбливал такие вещи, сам господин Тянь Ши любовался прекрасной вещью в своих руках.

Трость ощущалась достаточно тяжёлой, но не тяжелее самого меча. Она была деревянной и была покрыта краской ярко-зелёного цвета, напоминающим молодую листву. И, как будто этого было мало, на самой трости были аккуратно вырезаны маленькие листики продолговатой формы, среди которых то тут, то там были спрятаны серебряные полумесяцы. Господин Тянь Ши восхитился умелой рукой мастера, который с тщательностью вырезал это на дереве, а также очень кропотливо покрыл краской. Но самым впечатляющим были не серебряные полумесяцы, а ручка трости, которая была сделана в форме головы дракона и покрыта той же краской. Лишь маленькие глаза бусинки были серебряного цвета с крошечной чёрной точкой прямо посередине.

— Почему именно драконы? — недоумённо спросил господин Тянь Ши.

— Мне казалось, они вам нравятся, — сказал Лянь Жэнь, но его голос прозвучал слегка неуверенно.

— Всё верно. Нравится.

— Вы не сердитесь, пожалуйста. У меня остался кусок дерева от вывески, я решил, что нужно сделать что-то не только для кондитерской, но и лично для вас. Я прекрасно знаю, что вы наотрез отказываетесь использовать трость, но вы можете пользоваться ею, когда никто не видит, например, в те дни, когда идёт дождь, а ваша нога особенно сильно болит. Я обещаю никому не рассказывать и, если вы хотите, могу даже закрыть глаза, чтобы не видеть этого.

— Я непременно ею воспользуюсь как-нибудь, — очень тихо ответил господин Тянь Ши, Лянь Жэню даже пришлось напрячься, чтобы его расслышать.

Это было невероятно. Господину Тянь Ши понравилось трость. Однако через мгновение он погрустнел, отчего Лянь Жэнь встрепенулся.

— Думаю, ты зря растрачиваешь свой талант на эту кондитерскую. Если бы ты поменял бы свой род занятий и пошёл в ученики к знаменитому мастеру, что занимается резьбой по дереву, вскоре ты бы достиг небывалых высот.

— Что вы, господин Тянь Ши. Не говорите такого, это далеко не так красиво.

— Ты прав, это не красиво. Это просто великолепно, и ты не должен губить свой талант.

— Я не хочу! — тут же громко воскликнул Лянь Жэнь, — Несмотря на то, что мне очень нравится заниматься деревом, и подолгу с ним возиться на досуге, но я не представляю, как бы мог заниматься этим день ото дня. Понимаете, резьба по дереву — это нечто, что помогает мне привести мысли в порядок. Интересное увлечение на досуге, не более. Если хотите, считайте, что резьба по дереву для меня как работа для души, в то время как работа в кондитерской именно то, чем я хочу заниматься каждый день на протяжении долгих лет. Вы не поверите, но я даже готов этим заниматься без выходных, настолько сильно мне это нравится. Но только при условии, что работать я буду в вашей кондитерской и непосредственно под вашим чутким руководством.

— Конечно же я тебе не поверю. Ведь любой человек скажет, что для того, чтобы усердно работать, нужно также усердно отдыхать. Выходной даётся именно для того, чтобы восполнить силы. Ты не должен говорить, что предпочёл бы заниматься делом без единого выходного. Уверен, если бы это было так, работа в нашей кондитерской вскоре тебе надоела бы.

— Вы сказали «нашей кондитерской»? — проговорил Лянь Жэнь слегка смущённо.

Господин Тянь Ши сам растерялся.

— Получается, вы не собираетесь меня увольнять? — осторожно спросил Лянь Жэнь, глядя на господина Тянь Ши с сомнением.

Он понимал, что тот в самом деле не собирался его увольнять, но отчего-то всё же задал этот глупый вопрос, желая быть полностью уверенным в том, что его присутствие в «Танхулу» действительно важно для господина Тянь Ши.

— С какой стати мне тебя увольнять? — возмущённо вскрикнул тот.

— Я ведь вчера отсутствовал.

— Всё верно, ты ведь попросил у меня выходной. И вместо того, чтобы отдыхать и восполнять силы, ты потратил его на то, чтобы сделать эту прекрасную вывеску. Получается, ты, даже сидя дома работал на благо кондитерской. Это же просто неприемлемо. Такое отношение к делам мне не очень нравится, поэтому ты обязательно получишь ещё один выходной. А также, я, конечно, возмещу тебе все затраты. Сколько ты потратил на дерево? — спросил мягко господин Тянь Ши.

— Всё, что у меня было, — сказал с улыбкой Лянь Жэнь, всем своим видом показывая, что ни капли не жалеет о том, что потратил все сбережения на дорогущее красное дерево.

— Глупый мальчишка, — рассержено выдохнул господин Тянь Ши, морща лоб.

— Такой уж я уродился, и ничего с этим нельзя поделать! — весело воскликнул Лянь Жэнь.

Глядя на его улыбчивое лицо, господин Тянь Ши вспомнил, как некрасиво повёл себя тем вечером, и в его голову начали закрадываться мысли о том, что именно из-за этого Лянь Жэнь отказался от работы в «Зелёном Императоре».

— Я сожалею о том, что произошло тем вечером и хотел бы принести тебе свои извинения. Кажется, я своими необдуманными действиями повлиял на твой выбор. Я повёл себя, как старый дурак, вместо того чтобы поддержать тебя и помочь сделать правильный выбор. Прости… Это была очень хорошая возможность для тебя, как повара, и ты упустил её по моей вине. Но пойми меня, я разгневался, как только услышал о «Зелёным Императоре». Ты прекрасно знаешь, что одно лишь упоминание об этом месте заставляет меня терять самообладание. Я поступил так некрасиво с тобой тем вечером потому что мне показалось, что все эти месяцы... С самого начала, мне показалось, что это была всего лишь игра… В один момент я дал слабину и позволил себе засомневаться в тебе, и мне показалось, что тебя подослали ко мне, и, когда я уже успел к тебе привыкнуть, они решили нанести мне очередной удар и выманить тебя обратно... Я также сожалею о том, что кидал в тебя сладостями. Это был непростительный поступок с моей стороны. Я, наверное, заставил тебя пожалеть о том, что ты вообще поступил на работу ко мне. Даже не представляю, как ты вернулся после такого.

Его голос слегка дрожал, когда он произносил последние слова. Лянь Жэнь даже не думал, что тот вознамериться извиниться перед ним, ведь считал, что именно он поступил плохо по отношению к господину Тянь Ши.

— Знаете, я жалею лишь об одном, — очень серьёзным голосом сказал Лянь Жэнь, пытаясь посмотреть прячущему свой взгляд господину Тянь Ши прямо в глаза.

— О чём же ты жалеешь? — тихо пробубнил тот себе под нос, буравя носки своих домашних тапочек.

— О том, что вы так метко бросали в меня цзянь дуй! Если бы вы целились чуть ниже, я бы непременно сумел бы их поймать ртом и съесть, а так столько сладостей пропало зря.

Лицо Лянь Жэня озарила яркая улыбка, и господин Тянь Ши не смог не улыбнуться в ответ.

Этот глупый мальчишка всегда так прилежно следовал всем его правилам и в тоже время каждый раз так ловко их обходил.

— Ты неисправим, Лянь Жэнь, — тихо выдохнул господин Тянь Ши, наконец чувствуя облегчение.

— Может, ещё раз обнимемся? — невинно хлопая глазами, спросил тот, и лицо господина Тянь Ши тут же стало серьёзным.

— Хватит на сегодня обниманий! — воскликнул тот, выставив перед собой руку.

— К чему такая спешка, господин Тянь Ши? — полюбопытствовал Лянь Жэнь.

— Хочу чтобы все соседи обзавидовались, глядя на нашу новую вывеску! И я категорически запрещаю тебе делать такие же прекрасные вывески для кого-либо ещё.

— Даже если меня попросит кто-нибудь из ваших соседей?

— Конечно, ты можешь делать им вывески, но только сделай их чуточку менее красивыми, чем эта, — слегка смущённо сказал господин Тянь Ши, пряча свой взгляд и чувствуя при этом себя до невозможности неловко, поскольку его поведение было слишком схоже с поведением маленького ревнивого ребёнка.

— Только при одном условии, — хитро на него глядя, сказал Лянь Жэнь.

— И какое же у тебя условие?

— Что вы хоть время от времени будете использовать трость, что я для вас изготовил. Иначе получается, что я смастерил её зря. Мне не хотелось бы, чтобы она пылилась в углу, лучше бы трость помогала вам — так же, как помогаю вам я.

— Хорошо, но на улицу с ней выходить я не обещаю.

— Это и не нужно, для прогулок на улице у вас есть я.

— Глупости какие… — пробурчал себе под нос господин Тянь Ши, — Хватит этих разговоров, нам ещё предстоит куча дел. Нужно вызвать рабочих, чтобы они повесили вывеску, а также приготовить цзян дуй.

— Мы будем принимать сегодня посетителей? — удивился Лянь Жэнь, отправляясь на кухню вслед за господином Тянь Ши, — Ведь уже довольно поздно.

— Нет, мы приготовим маленькую порцию для нас с тобой. Нужно ведь отметить твоё возвращение и стереть из твоей памяти неприятные воспоминания о цзян дуй.

— Вам кто-нибудь говорил, что вы самый лучший? — спросил Лянь Жэнь, слегка пританцовывая от радости, — Если нет, скажу я. Вы самый лучший!

— Вздор!

***

— Какая прекрасная вывеска, я никогда не видела такого раньше

— Я тоже. Наверняка именно поэтому кондитерская не работала несколько дней.

— Оно того стоило, теперь мне захочется чаще здесь гулять. Может быть, даже отважусь отстоять у них в очереди.

— Верно, я тоже об этом подумала, давай прямо завтра.

— Давай!

Весело болтая, и восхищаясь новой вывеской кондитерской «Танхулу» две девушки и не заметили двух мужчин на пороге таверны напротив, что так же, как и они ею любовались.

— Получилось просто замечательно, — сказал господин Тянь Ши.

— Рад, что вам нравится, — улыбнулся в ответ на его слова Лянь Жэнь.

Им невероятно повезло, поскольку владелец таверны напротив, которая была знаменита своими пельменями из мяса гуся, как раз сегодня затеял маленький ремонт на кухне. И Лянь Жэню удалось его уговорить одолжить двух рабочих на некоторое время.

Вооружившись длинной лестницей, которую любезно им одолжил всё тот же хозяин таверны напротив, Лянь Жэнь вместе с рабочими сначала снял старую и пыльную вывеску, после чего повесил новую.

Господин Тянь Ши стоял слегка поодаль и руководил процессом, подсказывая, какой угол нужно слегка приподнять, а какой опустить.

Когда они закончили, господин Тянь Ши щедро расплатился с рабочими и даже угостил их сладостями, что они успели приготовить сутра. Лянь Жэнь был удивлён такой щедрости с его стороны и верно предположил, что это вызвано хорошим настроением.

Этому свидетельствовала не только невиданная ранее щедрость, но и лёгкая улыбка, которая весь день не сходила с его лица. Желая, чтобы это продлилось как можно дольше, Лянь Жэнь предложил немного посидеть на пороге таверны напротив, чтобы полюбоваться проделанной работой. Господин Тянь Ши, который раньше ни за что бы не согласился сесть на холодный грязный камень прямо посреди улицы, в этот раз не имел ничего против.

— Как думаешь, что будет с нашей кондитерской через десять лет? — внезапно нарушил воцарившееся молчание господин Тянь Ши.

— Я думаю, ничего не изменится, — тут же ответил Лянь Жэнь.

— Почему ты так говоришь? Разве ты не хотел бы перемен?

— Перемены не всегда хорошая вещь. Иногда то, что есть сейчас, самое лучшее из возможного. Поэтому я надеюсь, что кондитерская останется точно такой даже через десять лет. Мы будем с утра готовить сладости, а люди будут выстраиваться в длинную очередь, чтобы их отведать.

— Ладно, тут я с тобой согласен. Я и сам бы желал, чтобы в нашей кондитерской ничего не менялось.

Лянь Жэнь повернулся к господину Тянь Ши и чуть дольше, чем обычно, задержал свой взгляд.

— Господин, хотите, скажу вам, почему именно мне так нравится у вас работать? — внезапно спросил он, чем заслужил довольно странный взгляд.

— Ну же, порази меня очередной глупостью, — слегка ворчливо согласился господин Тянь Ши.

— Вы с самого начала вместо того, чтобы говорить «моя кондитерская» говорили «наша кондитерская», и каждый раз, когда я слышал это, чувствовал себя незаменимым в этом волшебном месте под названием кондитерская «Танхулу».

Господин Тянь Ши, который до этого сосредоточенно слушал Лянь Жэня, мягко ему улыбнулся.

— Ты и есть незаменим. Мы все… Ты, я и Тянь-Тянь, который, если не будет вскоре покормлен, разнесет всю кухню.

— Точно! Тянь-Тянь! — воскликнул Лянь Жэнь и тут же вскочил на ноги, — Я забыл его покормить.

— Подожди, я с тобой — тихо рассмеялся господин Тянь Ши и, схватив трость, оперся на неё, чтобы встать с низкого порога таверны.

— Вы же говорили, что не будете выходить с ней на улицу! — пораженно воскликнул Лянь Жэнь, заметив свой подарок.

— Как же я ещё, по-твоему, смог бы отсюда встать? — ответил господин Тянь Ши, недовольно поморщившись и осторожно опираясь на трость следуя за Лянь Жэнем по направлению к их кондитерской, — К тому же, должен же был я её проверить, вдруг бы она противно скрипела или развалилась на кусочки в самый ответственный момент.

— И как? — встревоженно спросил Лянь Жэнь, останавливаясь прямо напротив.

— Неплохо, но ты в качестве трости нравился мне куда больше, — хитро на него глядя, сказал господин Тянь Ши.

— Тогда, пожалуйста, пользуйтесь почаще вашей тростью по имени Лянь Жэнь! — воскликнул сам Лянь Жэнь так громко, что несколько зевак в конце улицы даже обернулись на его возглас.

— Непременно, а теперь иди и покорми Тянь-Тяня, иначе перемены на кухне будут неизбежны.

Ярко улыбаясь, Лянь Жэнь побежал вперед и скрылся в здании кондитерской, в то время как господин Тянь Ши остановился и, высоко подняв голову, посмотрел на их новую вывеску.

Кажется, он больше не страшился перемен. Ведь они порою могут означать двух огнедышащих драконов, смотрящих друг на друга, иногда черного милого котика, а в очень редких случаях переменами был верный помощник, без которого теперь уж точно не справится. Перемены были неизбежными, поэтому господин Тянь Ши пообещал себе, что будет меньше волноваться на их счет и попробует сосредоточиться на тех значимых вещах, что окружали его. Он чуть шире улыбнулся, ведь громкие шаги надвигающихся перемен слышались совсем рядом.

— Господин, пойдемте быстрее, сегодня вечером я хочу приготовить для вас тыквенные пирожки. А они так долго готовятся, нужно сначала запечь тыкву, потом сделать из нее кашу и смешать с мукой, пока не получится твердое тесто. Потом раскатать маленькие шарики и добавить начинку. Вы какую начинку хотите? Ореховую или из сладкой фасоли?

— Ореховую.

— Вот значит, надо еще сделать ореховую начинку, спрятать ее в тесто, а потом всё это дело обжарить. И не забыть бы обвалять их в сухарях и кунжуте. У меня столько дел, столько дел, а вы тут застряли, пойдемте быстрее! — продолжая ярко улыбаться говорил Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши посмотрел на Лянь Жэня, а потом легким движением руки снял с шеи длинную цепочку, на которой висел ключ от всех кухонных шкафчиков, и протянул ее Лянь Жэню.

Тот настолько был поражен, что даже не вытянул руку, чтобы принять ключ. Тогда господин Тянь Ши лишь мягко улыбнулся, взял ладонь Лянь Жэня и вложил в нее ключ, после чего сказал:

— Ну же, Лянь Жэнь, поторопись, я очень голодный.

КОНЕЦ