Командировка Дерена 2

Глава 1. Дерен

Столица экзотианской Асконы — Акра. Усадьба леди Антарайн

Наставник быстро набрал в коммуникаторе сообщение Линнервальду.

И получил такой же быстрый ответ: «Имэ поклялся мне, что не будет вмешиваться в дела Дома».

Дерен хмыкнул. Это каким надо быть идеалистом, чтобы поверить Ингвасу Имэ?

Он видел бывшего регента близко единственный раз в жизни — на похоронах Тоо Иенкера, хорошего парня из эйнитской общины. Тоже одного из потенциальных наследников Дома Аметиста.

Кровь — она не выбирает. Тоо не хотел власти, но имел и дар, и необходимую генетику. Его смерть стала потрясением для сильных.

Эберхарда тогда ещё не утвердили, про Дерена никто не знал, и Дому Аметиста приходилось несладко. Он рисковал вообще остаться без наследника.

Дерен помнил, как Линнервальд, Локьё и Ингвас Имэ — маленький крючконосый и сгорбленный старичок — стояли над могилой Тоо.

Ингвас Имэ тогда уже потерял власть, но сила в нём ощущалась жуткая и смертельная. И сравнить его Дерену было с кем. Похожие болезненные оскалы родни, заключённой в резервацию для предателей на Старой Гране, навсегда застыли перед его глазами.

Ему и тогда не нужно было задумываться, стоит ли верить такому человеку. Но слишком сильные бывают слишком беспечными.

Ни Локьё, ни Линнервальд не заметили, что Ингвас Имэ — по насмешке судьбы не просто бывший регент Дома Аметиста, но и его эрприор — высшее духовное лицо — существовал отдельно от веры.

Иная форма понимания мира жила в его глазах, а это для тех, малых, кто сейчас был рядом с Дереном — голое воплощённое зло.

Мартин, словно бы прочитав мысли Дерена, ввёл запрос в голошарик меню, и биография бывшего регента вывалилась на всеобщее обозрение.

Дерен не мешал контрабандисту колдовать над информационными базами данных. Он видел, что парень здесь на своём месте. В этом была часть его работы — анализировать инфопотоки.

Сначала Мартин повесил над столиком официальную биографию, а следом воспользовался «чёрной» базой. И добавил ещё один файл, испещрённый ссылками и пометками.

Он улыбнулся торжествующе: попробуйте найти это без меня так быстро!

Наставник кивнул, пробегая глазами строчки.

Ингвас Асфодел Имэ — глава рода Имэ, бывший регент дома Паска (Аметиста), бывший эрприор Содружества, бывший опекун над малолетним наследником Эберхардом Ильямом Имэ.

Принадлежит к аксонской двойной ветви Дома Паска Имэ-Асмирике. Глава земель Индор и Рассио, владетель Южной Гряды. Временно лишён права распоряжаться имуществом*.

Родился на Аксоне в родовом дворце Ауфшенц.

На первой ступени совершеннолетия отказался проходить обряд испытания верности Дому, лишившись таким образом права наследовать.

Учился в институте религиозного права. Был рукоположен в Звёздной Гряде...

Имэ-Асмирике...

Дерен вздрогнул — такой яркой и болезненной была зелёная вспышка перед глазами.

Петля сжималась! А ведь и Сайко тоже принадлежала к роду Асмирике!

Ингвас Имэ вырезал свою часть ветви, всех потенциальных наследников, кроме Эберхарда. Но девочка уцелела, а значит...

— Анка, а что такое «обряд испытания верности Дому»? — быстро спросил Дерен.

Парень поморщился, вспоминая. Алое наполнение его линии усилилось. Он потёр руку: в этом месте её обвивал тоненький белый шрам.

— Жуткая фигня, — буркнул он. — Страшно и больно. Но брат сказал, что я обязательно должен это пройти. Что это меня защитит, если, ну...

Дерен следил за его линией перед внутренним взором. Она постепенно очистилась от воспоминаний и засияла ровнее.

Анка поморщился и ткнул пальцем в голограмму, растягивая ту часть биографии, где Имэ словно взбесился, пытаясь протолкнуть в наследники Дома своего племянника, тогда ещё семнадцатилетнего Эберхарда Имэ.

Там был список всех, кого убили по приказу бывшего регента. Очень длинный и внушительный список.

Дети знатных семей гостили тогда в Ауфшенце, здесь так принято. Достаточно было одной группы наёмников, чтобы устранить всех возможных претендентов на власть.

Ингвас Имэ планировал свалить нападение на Империю. Между Империей и Содружеством тогда ещё вовсю шла война. А когда правда об убийствах вывалилась наружу, сбежал на Э-лай вместе с Эберхардом.

Далее и официальный дэп, и «чёрный» — выдавали такие завиральные версии алайских похождений Ингваса Имэ, что Дерен против воли улыбнулся. Но промолчал. И Рэму кивнул — не свети.

Пилоты знали, что Эберхарда выкупил у алайцев имперский генерал Мерис. Случайно.

Он гонялся за Ингвасом Имэ в собственных целях, торговался с алайцами за его голову, а получил семнадцатилетнего Эберхарда, полузамученного добрыми «крокодилами». Пытки у алайцев считаются делом полезным и даже эстетическим.

Капитан «Персефоны», Гордон Пайел, спас мальчишку «от утилизации».

Парень тогда мешал всем — и своим, и чужим. Для дяди — Эберхард был свидетелем пролитой крови, для Содружества — наследником, которого никто не хотел видеть в Доме Аметиста, для Империи — племянником злейшего врага.

Но капитан забрал мальчишку на «Персефону» и подлечил, хотя и у него к Имэ-старшему имелся свой счёт, а потом переправил в Дом, под крыло тётке. Он считал, что Эберхард виноват только в том, что его фамилия — Имэ.

— ...Пошли, Вальтер! — Вывел Дерена из задумчивости голос Рэма. Всё это время юный пилот что-то втолковывал Анке, Тиму и Мартину. — Я тоже помню этого паука! Даже если он умнее тебя во всех этих ваших «ханер каматах», то стукнем его по башке и заставим признаться во всех мерзостях! Это он чуть не придушил Анку! Я помню как он смотрел! Как змея! Ему человека убить — как мне почесаться!

Перед глазами у Дерена полыхнуло: петля стягивалась. Небо словно бы потемнело над усадьбой, хотя солнце Асконы светило изо всех сил.

Имэ был хитрой тварью. Физически противостоять пилотам он не мог, а вот увязать события так, чтобы одно решение тянуло за собой другое, ещё более страшное...

Бывший регент Дома Аметиста, Ингвас Имэ, был ровней Локье и Симелину. Линнервальд просто не мог ему противостоять. Не мог предвидеть его действий.

Вот паук и наплёл тут своего любимого...

За четыре-то года Имэ, сидя в заточении, мог разработать просто филигранную вязь своей мести. Ему было чем заняться в своей красивой уютной «тюрьме».

А потом подвернулся этот дурак — Дисталь, и мельница завертелась...

А может, рыжий тоже был частью разветвлённого и сложного плана по созданию необходимых условий для активации ментальной петли?

А сам Дерен — совсем не жертва, как решил Линнервальд.

Имэ тоже видел пилота четыре года назад на похоронах Тоо, он знал, что Дерена тошнит от власти. И он мог использовать его для отвлекающего удара.

Конечно, все подумают, что петля причинности закодирована на потенциального наследника Дома Аметиста. Как же, Дерен унаследовал кровь знаменитого Рика Эйбола... Про это в Содружестве сейчас не судачит только ленивый.

А в это время...

— Вальтер! — Рэм приподнялся и хлопнул его по руке. — Ты в порядке?

Дерен поднял руку, запрещая ему говорить.

С каждым словом находиться в усадьбе становилось всё опаснее. Они явно невольно, но верно следовали неведомому и сложному плану этого паука.

Он жаждал мести за свой позор. Давно.

И желал сохранить за Эберхардом место наследника, уничтожив всех его конкурентов.

Конечно, Дерен тоже мешал ему. Но не так сильно, как кто-то другой.

Сайко тоже имела подходящую кровь для наследования власти в Доме Аметиста. А Оникс до сих пор не давал ей цвета... Вот почему первым делом она различила отблески Аметиста в ауре Дерена!

Она увидела «не свой» истинный цвет, а цвет Дерена, а они с Линнервальдом обрадовались, как два идиота.

Но Имэ знал про её кровь сразу, а в предвидении событий равных ему мало.

Что если петля была изначально приготовлена для Сайко? И если Имэ плёл сеть событий все четыре года своего заточения, он...

Он спланировал всё, о чём только был в состоянии подумать!

Петля завязана на то, что он знал о наследнице крови Имэ — её учёба, привычный быт, аристократические нравы Асконы и её уклад...

Нужно было срочно увозить отсюда наследницу! И делать это надо было молча. Не ставя в известность ни леди Антарайн, ни Линнервальда.

Дерен встал.

— Рэм, остаёшься здесь, с Анкой. Прикроешь меня. Это приказ.

— А ты? — обалдело спросил Анка в спину наставника.

— Сидеть, — приказал Рэм. — Всем сидеть. Он знает, что делает.

— Ты понял, что он собирается делать? — удивился Мартин.

— Нет, — мотнул головой Рэм. — Но Дерен — мой первый пилот. А потому все сели и рассказывают анекдоты. Анка — начинай.

— Почему анекдоты? — возмутился Тим.

Но Мартин кивнул, словно тоже о чём-то догадался, и фыркнул.

— А давай я начну. Летят, значит, два крокодила...

Глава 2. Рэм

Столица экзотианской Асконы — Акра. Усадьба леди Антарайн

Дерен вышел из дома минут через десять, волоча за собой небрежно одетую сонную наследницу.

Наставник крепко держал Сайко за локоть, а она вцепилась в здоровенную сумку на гравиподвесе, куда, наверное, были сложены какие-то важные женские мелочи. Судя по размеру сумки: две пары лыж и запасной двигатель для катера.

Сам Дерен даже не переоделся. Он словно бы собрался на прогулку — в белом костюме и с леди в лёгком летнем платье, предназначенном разве что для похода в кафе.

Старший кивнул Рэму, усадил Сайко в тот самый катер, на котором гонялся утром за бандитами, и растворился в белом от жары небе.

Парни на террасе проводили его растерянными взглядами.

— И он куда полетел? — решился спросить Анка.

Рэм демонстративно пожал плечами. Врать он не любил, а то, что наставник оделся по-городскому — парни видели и без него. Значит, не хотел, чтобы раньше времени сообразили — куда.

— Украл девушку, — констатировал Мартин с понимающей улыбкой. — Сейчас начнётся. Опять полисы набегут...

— Да куда он с ней денется! — не согласился Анка.

— Этот денется, — рассмеялся Мартин, поглядывая на родовитого мальчишку с колокольни своего криминального опыта.

Вариантов слинять с планеты была куча: от военных и таггеров до алайского торгпредства.

— Может, он к Имэ полетел? — предположил Тим.

— С наследницей? — Анка так и вытаращился на приятеля: — Ты здоровый? Это чтобы её Имэ там придушил? У неё что, есть опыт противостояниям истникам такой силы? Да к нему даже охрана не приближается — запрещено!

— Ну... может, он её в катере оставит, а сам... — не сдавался Тим. — Он-то, поди, Имэ не испугается.

— Ага. И Сайко переселится потом в тюрьму, где держали Имэ. За этим она и сумку взяла! — фыркнул Анка.

— Ну, так или инак, а кипиш тут будет, — сказал Мартин и посмотрел на Рэма: — Мне куда, господин охранник? Я тут немножечко не по чину сижу. Может, запрёшь где-нибудь, а? Мне тут твой старший личную камеру обещал.

— Сиди пока с нами, — разрешил Рэм. — Потом разберёмся. Они не знают ещё ничего.

Он кивнул на крыльцо.

Из дома вышла леди Антарайн и в смутном беспокойстве стала смотреть на полицейские катера в небе. Она явно ощутила тревогу, но не могла понять, почему.

— А если она догадается? — забеспокоился Тим. — А если нас допрашивать будут? Что говорить-то?

Рэм посмотрел на него оценивающе. Ни Мартин, ни Тим никакого допроса леди Антарайн не выдержали бы даже близко. Такое «развлечение» пока не про них.

Анка — да, он может, наверное, но этого мало, чтобы придумать какую-то отвлекающую версию исчезновения Дерена.

— Они тебя пыта-а-ать будут, — начал пугать Тима Мартин. — Вытащат душу, посадят в коробочку...

— Да ну тебя, — поспешил отшутиться Рэм. — Раньше я из него вытащу две.

Он видел: Тима можно было уже не пытать — парень и без этого испугался.

Тим был всё-таки из близкой к Дому семьи, видел проявления ментальной силы и хорошо понимал, что с ним может сделать разъярённая леди Антарайн.

— Ну мы и попали, — пробормотал Анка, хмурясь.

Его сначала вроде бы даже развеселило исчезновение Дерена и наследницы, но теперь он мрачнел прямо на глазах.

— А ты-то чего боишься? — удивился Рэм.

— Что брату пожалуются. Я же должен блюсти честь Дома и всё такое. Наверное, я должен был что-то сказать. Или сделать...

Тим посмотрел на него прицельно, на языке вертелось: «Ты уже эту честь Дома так наблюл, что не каждой тряпкой отмоешь...»

Но промолчал. Ему тоже было не по себе. Да и хороши они с Анкой были примерно оба. Чем тут особо мериться?

— Давайте договоримся, что отвечать будем? — предложил Мартин.

Он всё-таки был старше и опытнее. И думал сейчас о том же, что и Рэм: об отмазках и общей версии.

— Не надо ничего врать, — отрезал Рэм, уже прикинувший все возможные варианты дальнейшего развития событий. — Говорите как есть. Неожиданно встал на середине разговора, ушёл в дом, вывел Сайко и улетел.

— А про Имэ? — спросил Тим. — Можно рассказывать, что мы его подозревали тут всяко?

— Дерен сам написал Линнервальду про Имэ, значит, говорить можно.

— То есть его клинануло на ровном месте, твоего Дерена, и он улетел? — переспросил Анка, косясь на Рэма. — Или ты что-то ещё знаешь?

— Если даже и знаю, то меня как раз пытать бесполезно. Я тут подчиняюсь только Дерену и своему капитану.

Рэм дёрнул плечом. Анка поднял брови, взъерошил обеими руками волосы, намекая на головомойку, которую им могут устроить.

Он смотрел пилоту в глаза, пытаясь прочесть: знает он что-то или блефует?

Рэм знал.

Дерен рассказывал ему про то, что дважды бывал в Старой Гране. Один раз в резервации для предателей, а второй — в посёлке для добровольных изгнанников Дома Оникса, где говорил с братом умершего эрцога.

Именно там старший в первый раз увидел истинный цвет «жёлтого» Дома торговли.

Тут надо понимать, что «цвет» Дома не обязательно был именно цветом. Его можно было поймать и как ощущение, и как запах — всё зависело от остроты и устройства личного восприятия. Но визуалов среди людей всё-таки больше, а потому говорили именно о цвете.

На самом же деле, как объяснил Рэму Дерен, речь шла о тонких ментальных настройках на нечто, направляющее человека по пути своего Дома.

Эти неуловимые путеводные нити первые эрцоги нащупали ещё в первое столетие колонизации. Тогда они и определили девять «цветов» нового мира и его девять Домов.

Часть Домов уже сгинули, потому что некому было поддерживать чистоту цвета. А без этого Дом превращался в банку с пауками, где каждый из истников стремился урвать для себя побольше эрго и власти, а об общем деле не думал никто.

Когда Дерен рассказывал о неуловимо тонкой нити-настройке, Рэм почему-то видел перед глазами этакий сказочный клубок. Бросишь его перед собой, как в земных сказках, и он поведёт тебя по единственно правильному пути.

Рэм бы тоже увёз наследницу на Старую Грану. В древний лес, зажатый в непроходимых горах.

И дал ей шанс самой ощутить свой цвет на земле первоколонистов. Там, где, как рассказывал Дерен, есть некий его материальный источник — скульптура золотого тельца в лесном храме, построенном братом эрцога Пресохи, бывшего главы Дома Оникса.

Тем временем Имэ потеряет девушку. Вряд ли ему придёт в голову, что наследницу можно увезти в лес в туфлях и платье.

У него могут быть в городе шпионы, они доложат ему, что наставник куда-то повёз Сайко. Но в небе им за Дереном не угнаться. И тем более в космосе

А то, что Сайко потеряет ещё и регентша... Ну, это уже издержки операции.

Рэм фыркнул в такт мыслям. Решение Дерена было вполне понятным, вот только оно шло поперёк всех здешних «аристократических» условий. Крику-то будет, когда всё это всплывёт...

— Он что-то знает! — констатировал Мартин, тыкая пальцем в Рэма.

Он, как и Анка, внимательно вглядывался в лицо Рэма. А мысли скрывать пилот пока так и не научился.

Леди Антарайн, что стояла на верхней ступеньке крыльца и не торопилась спускаться на террасу, огляделась, но так, словно не глазами искала изменения в пейзаже, а прислушивалась к чему-то.

Чуяла, аристократическое отродье, что мир вокруг уже не тот.

Ведь Дерен увёз наследницу, и причинность последующих событий резко изменилась.

Всё-таки чувства леди были очень тренированы. Она не различала в паутине столько нюансов, сколько сильные миров Содружества (Дерен говорил, что одарена она очень средне), но ощутить, что нависающий над поместьем ужас исчез — могла.

Однако леди ещё не знала, что Сайко не просто отправилась с наставником до соседнего кафе, а потому и не понимала: что же случилось?

— Ой, чё буде-ет, — протянул Анка. — Мне уже и так влетело от брата.

— Чё ты врёшь? — не поверил Рэм. — Тебе головидео показать, что бывает, когда влетело? Электробичом, например? Хочешь?

В базе его браслета была куча жутких роликов.

Спецбраслет не только предоставлял подключение к дэпу и корабельной библиотеке, в нем хватало памяти и для рабочих программ, файлов, личного архива и всякого корабельного бреда.

Рэм не то, чтобы коллекционировал всякие ужасы, что время от времени сбрасывала контрразведка, но парочку свежих мог парням показать.

Чтобы не расслаблялись, а то ударились, понимаешь, в панику из-за грядущей ментальной встряски. Шрамов-то от неё не остаётся.

Регентша никак не могла понять, что же её тревожит. Она повертела головой, кивнула парням и ушла в дом.

Анка шумно выдохнул.

— И... что теперь? — спросил Тим. — Она всё равно хватится наследницы.

— Теперь нам надо организовать комнату побольше, — решил Рэм. — Ну, или притащить в вашу ещё две койки. Вы все должны быть у меня перед глазами.

— Ну, допустим, — кивнул Мартин. — Комната — это хорошо, хотя бы глаза тут никому не будем мозолить. Но что мы здесь будем делать? Я обязан находиться рядом с человеком, который за меня поручился. Значит, из усадьбы мне выбираться рискованно.

— А нас вообще выпустят из усадьбы? — удивился Тим. — Полисы же её оцепили.

— Дерен улетел, — сказал Анка. — Значит, и меня выпустят, если на брата сошлюсь. Может я... — Он встал.

— Ну ты-то сейчас мебель будешь таскать, — усмехнулся Рэм. — А если начнёшь отлынивать — устрою тебе пробежку по парку. Я сказал, чтобы все были у меня перед глазами?

Анка вздохнул и сел. В конце концов, это Дерен приставил к нему Рэма. И он вернётся, куда он денется?

Но к ужину Дерен не вернулся, и леди Антарайн забеспокоилась уже не на шутку. Потому что Сайко не отвечала. Она вышла из дэпа и отключила коммуникатор.

Леди бы не хватилась ещё пару часов — она не следила за воспитанницей, как за ребёнком, с помощью детской программки. Ведь Сайко уже исполнилось восемнадцать.

Всё испортила Майле. Проснувшись и не обнаружив хозяйки, она сначала решила, что неисправен её собственный комм, а потом, проконсультировавшись по сети с мастером, подняла панику.

Рэм сразу понял, что «сейчас начнётся». На этот раз леди Антарайн появилась на пороге комнаты парней с совершенно иным, чем на крыльце, лицом. И психическое напряжение пошло от неё волной. Такой любимый аристократами пресс.

До её визита Рэм, Анка, Тим и Мартин прекрасно проводили время.

Они переселились в соседние апартаменты на пять комнат. У каждого теперь имелась своя спальня, плюс общая гостиная — стол, кресла, мини-кухня, голо-видео...

Парни сначала хотели посмотреть фильм, но Мартин предложил сыграть в карты, и это оказалось интереснее привычных развлечений.

В карты умели играть только Рэм с Мартином. Анку и Тима пришлось учить, потому играли на конфеты, добытые из вазы на столике и честно поделённые пополам. Команд было две: Тим и Мартин против Рэма и Анки.

И тут от двери полыхнуло тяжестью, и без стука вошла бледная леди Антарайн, за спиной у которой маячила Майле.

Глава 3. Рэм

Столица экзотианской Асконы — Акра. Усадьба леди Антарайн

— Кто «это»?.. — леди Антарайн недовольно скривила губы, уставившись на Мартина, как на мусорный пакет посреди обеденного стола.

Она не спросила: «Кто ты, юноша»? Социальное положение и «подвид» незваного гостя регент определила сразу и безошибочно, обозначив его как «это».

Мартин был не ровня находящимся здесь.

За него никто не поручился историей своей семьи и её достижениями, как за Тима с Анкой. Он не являлся «помехой на пути потока», как Рэм, самостоятельно выгрызавший себе место рядом с Дереном.

Юный контрабандист для сильных миров Экзотики не представлял из себя ни-че-го. И ему нечего было противопоставить обученному истнику.

Регент смотрела пристально и неприятно, а давление всё увеличивалось. И Мартин закашлялся, давясь потяжелевшим воздухом. Он при всём желании не смог бы сейчас ответить.

Наверное, ему казалось, что потолок надвигается и грозит раздавить. По крайней мере, при первой встрече с Дереном Рэму показалось именно так.

Это потом ему рассказали про «поток». И про то, что Дерен, не имей Рэм сам по себе хоть какого-то ментального «веса», просто выставил бы из каюты испуганного пацана, назначенного вторым пилотом к своей драгоценной персоне, и захлопнул за ним дверь.

Но Дерен отреагировал на Рэма не так, как на взбесившуюся мебель. Он пошёл разбираться с замполичем, потому что вообще не планировал брать кого-то себе в пару.

Старший, в общем-то, даже не разозлился, как тоже стало понятно потом. Когда Рэм в подробностях уяснил, что именно происходит, если истник раздражён и ему не жалко окружающих.

Но в день знакомства Рэму показалось, что старший недоволен просто ужасно. Дерен заглянул в каюту, увидел, что там сидит на сумке с вещами какой-то левый пацан, и... потолок словно бы дёрнулся, опускаясь на незваного гостя.

Казалось, чужая каюта готова раздавить Рэма. Но он сжался в комок и как-то перетерпел всплеск эмоций своего нового начальника. Вот так пилоты и познакомились.

Постепенно, притираясь и привыкая к напарнику, Рэм понял, что стихийные выплески силы, так похожие на злость, для истника — дело нормальное.

Сила накапливалась и выплёскивалась. Как бы сама по себе. И Дерен был ещё не так страшен, как капитан «Персефоны» или командующий Объединённым Югом, лендсгенерал Макловски, частенько бывавший на крейсере.

Дерен-то как раз старался сдерживаться в присутствии новоявленного напарника, берёг как умел. Но даже если он срывался на ком-то другом — Рэму тоже перепадало достаточно ощутимо.

Только когда парень узнал, что намеренным, контролируемым «выплеском» Дерен может вырубить и даже убить человека, он... успокоился. Понял, что старший просто вот так устроен, притерпелся к постоянному давлению. Тем более что на «Персефоне» этим грешил не только его первый пилот.

Спецоновский крейсер оказался рассадником ментальной заразы. Её вообще хватало на Юге галактики, чего в Империи усиленно старались не замечать.

Руководство имперской Армадой полагало, что такого феномена, как «ментальное насилие», не существует вообще, а случайные отклонения в реакциях пилотов могут быть вызваны нервными стрессами и мутациями, и этим должны заниматься «кому положено» — психотехники и генетики. Но кто бы им дал?

Генерал Вилим Мерис — крейсер «Персефона» находился в его личном подчинении — всегда покрывал творившиеся в экипаже «безобразия», потому что его устраивали результаты команды. Не было задачи, с которой бы не справлялись «психические» пилоты капитана Пайела, и какая разница, как они достигают таких результатов?

Вот только жить и работать в таком «нервном» коллективе каждый член экипажа учился самостоятельно. И справлялись не все.

Это Рэму объяснили уже потом, в эйнитский общине. И показали, что перенапряжение истники могут сбрасывать и иначе, не «друг об друга». Но к тому моменту парень и сам уже немножечко притерпелся и к постоянному «давлению» Дерена, и к спонтанным «давилкам» других корабельных истников.

Ему даже стало нравиться ощущение тяжести рядом со своим старшим. Без него Рэм казался себе шариком, вырвавшимся из рук, и скоро начинал скучать.

Потому ему сразу понравилось и в усадьбе регента. Здесь всё было пропитано силой. Вот только спесь аристократии раздражала.

Дерен давил на окружающих не нарочно. Когда злился, он, напротив, старался сдержаться. Считал, что нехорошо без вины наезжать на тех, кто не может ему противостоять.

А вот леди, не разобравшись...

Мартин побледнел и обмяк в кресле.

Однако парень успел сначала откинуться назад так, что хотя бы не напоминал умирающего. Трусом контрабандист не был, и терять лицо не собирался.

— Это Мартин, — пояснил Рэм, переключая внимание леди Антарайн на себя. — Дерен нанял его для каких-то своих поручений.

— А где он сам? — Леди быстро перевела взгляд на пилота, пытаясь «резануть» вот так же и его. — Почему коммуникатор отключён?

— Я не знаю... точно, — начал Рэм, очень осторожно подбирая слова. Какого-то особенного «давления» он даже не ощутил: так, обычные междусобойные шутки Роса и Дерена — типа потолкаться за место в общей каюте. Но справедливо опасался, что враньё леди просто «увидит». — Дерен куда-то улетел с леди Сайко. Вышел с ней и...

— Он что-то сказал перед этим? — перебила леди, «ощупывая» Рэма глазами.

По коже у него побежали мурашки. Давление ощутимо усилилось, но до рассерженного капитана регенту было ой как далеко. Тот взглядом буквально шкуру сдирал с провинившегося.

— Нет, про это он ничего не говорил, — мотнул головой Рэм.

— Он дал тебе какие-то указания? — нахмурилась леди.

— Вот за ними следить, — Рэм кивнул в сторону Анки. — Сказал, чтобы я о них... позаботился.

«Прикрывай меня» — было слегка о другом, и Рэм под пристальным взглядом регента ощущал, что мурашки несутся по телу всё быстрее, а кожа становится «гусиной», покрываясь пупырышками.

Леди буквально видела, что он скрывает часть информации.

Но подобное давление было Рэму слишком привычно. И это она видела тоже.

— Неужели ты не боишься, что с твоим Дереном что-то случится? — строго спросила регент. — Я верю, что леди Сайко тебе не жалко! Наверное, ты даже не расстроишься, если с ней случится что-то плохое!..

Поняв, что нужной силы наката обеспечить не удаётся, леди стала взывать к совести парня. Однако опоздала и с этим: школярские привычки робеть перед учительницами уже почти стёрлись из памяти пилота.

Всё-таки пять лет войны — это не так уж мало, если тебе всего двадцать один.

— А что с ней может случиться? Она же с Дереном! — Рэм посмотрел на регента с таким обалдением, что она оборвала поток обвинений.

Как бы, интересно, Рэм вообще воевал, если бы боялся, что с напарником «что-то может случиться»?

— Значит, никаких рисков для них ты не видишь? — удивилась леди.

Рэм вполне искренне мотнул головой.

Регент резанула глазами по парням, замершим, как три восковые статуи.

Нормальный цвет физиономии был только у Анки. Тим здорово побледнел, а Мартин вообще непонятно как сохранял вертикальное положение.

— Кроме вас? Конечно, нет! — рискнул нахамить Рэм.

Ему надо было снова переключить внимание леди на себя.

Это была единственная возможная тактика. Пусть она злится на него одного. Рано или поздно любая батарейка разрядится, даже «атомная», проверено.

И тут дверь хрюкнула, открываясь.

В усадьбе были не привычные Рэму, почти бесшумные мембранные двери, а обычные, раздвижные. Если такую открыть слишком резко — она то ли взвизгивает, то ли хрюкает.

— Он надо мной издевается! — пожаловалась леди входящему Линнервальду.

Тот сдвинул брови, и потолок... «упал».

Вот уж кто был действительно раздражён, что его не вовремя оторвали от дел!

Рэм подался вперёд, вскакивая и закрывая собой Мартина.

— Мальчишки! — выдохнул регент, пожирая глазами комнату. — Что вы тут опять учудили!

— Ваш Дерен похитил наследницу, — наябедничала леди Антарайн. — Их коммуникаторы «вне зоны» уже четыре часа! Он не отвечает! Он заставил её отключить комм!

Линнервальд нахмурился, как ни странно, слегка остывая.

— Так вот почему... — сказал он задумчиво.

Потом ещё раз словно бы «осмотрел» комнату. Уткнулся глазами в Рэма.

— Что он тебе сказал? — спросил регент Дома Аметиста. — Повтори мне дословно.

Вопросы Линнервальд умел задавать лучше. Тут соврать было уже совсем никак.

Рэм дёрнул плечом и ничего не ответил.

— Мальчишка что-то знает, — сказала леди Антарайн.

— Скорее, догадывается, — кивнул регент. По лицу он читал лучше. — Дерен понимал, что в доме есть камеры, и достаточно будет посмотреть запись.

— Значит, он сказал так, чтобы догадался только его щенок! — леди кивнула на Рэма.

— Похоже на то! — Линнервальд прищурился, разглядывая юного пилота. — Куда он полетел? К Имэ? С наследницей?

Это было мимо.

— Я не знаю, — выдохнул Рэм с облегчением.

Линнервальд был более серьёзной давилкой, чем леди. И пилоту было сейчас совсем не весело.

— Значит, не думаешь, что к Имэ? — уточнил регент, всматриваясь в его лицо.

— Нет, — не стал врать Рэм.

— А куда он полетел?

Парень дёрнул плечом. Этого он говорить не собирался. И не надо на него так смотреть — видал он «специалистов» и пострашнее.

— Мы, так или иначе, скоро это узнаем! — подытожила леди Антарайн, понимая, что дальше Рэма можно только пытать. Но не факт, что и это заставит его разговориться. — Аскона не такая уж большая!

Рэм, наверное, не смог сдержать улыбку. Не настоящую, конечно, а след, отблеск.

— Дерен улетел с Асконы! — догадался Линнервальд.

— Но он же... Это же просто маленький катер, для... — растерялась леди Антарайн. — Как?

Рэм дёрнул плечом. Он и сам не знал, как.

То есть, рискнуть выйти в космос на гражданском катере такого класса было вполне возможно, но вот в зону Метью на нём не войдёшь. Понятно, что какой-то план у Дерена был, но...

— Он не знает, — кивнул Линнервальд и наконец отвёл глаза от лица Рэма, повернул голову к леди. — Я с ним потом ещё раз поговорю, попозже. Сейчас нужно предупредить армейских и таможенников. Возможно, катер сейчас на орбите.

Леди кивнула и пошла к выходу.

Линнервальд открыл дверь, пропуская ее. Он торопился перехватить Дерена.

Может, шансы у него и были. Теоретически. Но и только.

Рэм даже примерно не знал, какой путь выберет напарник, чтобы сбежать с планеты. Зато он знал, на что способен его старший. И на Асконе у него сейчас конкурентов не было.

На этот раз дверь закрылась бесшумно, и Мартин тут же повалился из кресла на пол.

Рэм бросился его поднимать. Не дожидаясь, пока опомнятся Анка и Тим, он потащил обмякшее тело в санузел, сунул голову Мартина в раковину и открыл воду.

Потом он подпёр безвольное тело контрабандиста своим и начал растирать ему шею и уши.

Мартин замычал, и его вырвало.

И только тогда опомнился Анка. Бросился помогать.

Рэму было не с руки поливать контрабандиста водой, он держал Мартина, чтобы тот не свалился на пол и не наблевал на него. А Анка устраивал душ.

Кое-как, измочив Мартина с ног до головы, они всё-таки привели его в себя настолько, что можно было уже не бояться за его жизнь.

— Что будем делать? — прошипел Анка. — Может, врача?

Мартин был тяжеленный и постоянно заваливался на него.

— Оклемается, — фыркнул Рэм. — Видал я таких. Ничего...

— А если бы он... — Слово «умер» Анка произнести побоялся.

— Убить бы я его не дал, — Рэм перехватил Мартина поудобнее, закинул его вялую руку себе на плечо. — Хватай с другого боку и потащили, положим его куда-нибудь!

— А что бы ты сделал! — вскинулся Анка, оскальзываясь на мокром полу и чуть не падая под тяжестью Мартина, едва стоящего на ногах.

— Разбил бы вазу, — пояснил Рэм. — Из-под конфет которая. Капитан всегда переключался, если рядом что-нибудь расхреначить.

______________________________

Леди Антарайн. Нейросеть.

Глава 4. Сайко и Дерен

Орбита Асконы

Сайко

Усадив Сайко в катер, Дерен начал так тщательно её пристёгивать, что девушка окончательно проснулась и возмутилась:

— Зачем? А куда мы ле?.. — Она пыталась спорить, но идея это была плохая.

— Ты сегодня положенное отдышала? — спросил Дерен, продолжая проверять крепления силиконовой сбруи, которую Сайко и Майле сроду не использовали в своих полётах над городом.

— Н... нет, — смутилась наследница.

Сколько-то её Рэм потом погонял, но двух часов занятий, конечно, не вышло.

— Начинай! — приказал Дерен таким строгим голосом и с таким мощным волевым посылом, что сопротивляться было почти невозможно.

— Так мы же куда-то летим? — Сайко сделала последнюю попытку закосить от занятий. Волевому насилию она противостоять умела, но различала и то, что наставник пока даже не планирует давить на неё всерьёз. Он привык распоряжаться у себя на крейсере — оттого и этот приказной тон. — Мы же прилетим, и придётся прерваться...

— А ты не прерывайся, — посоветовал Дерен. — Знаешь, что такое динамическая медитация? Ходишь и дышишь?

Сайко неуверенно кивнула.

— Ну, вот и вперёд. Сосредоточься — тебе нужно проработать возможные помехи и раздражители. Начни с медитации очищения сознания. Все лишние мысли — в мусорную корзину. Тогда медитация не помешает тебе по прилёту. Тело всё равно будет ходить и даже разговаривать, а ты будешь занята делом.

— А если?..

— Все мысли, вопросы — в корзину, — перебил Дерен. — Подумала — и выкидывай. Дыхание для разминки 4 на 4, потом 4 на 7-8, желательно с паузой между вдохом и выдохом. И ни о чем не думай. Голова пустая. Поехали!

Сайко зевнула, представила смешную мусорную корзинку из вим-маркета, из тех, что бегают за покупателями и выпрашивают обёртки от мороженого.

Потом сосредоточенно выкинула в эту корзинку одну мысль: «Ой, а куда мы всё-таки полетели?» Потом другую...

С привычного, успокаивающего дыхания — вдох и выдох на 4 счета — ей нужно было потом перейти на долгий выдох. Дерен сказал, что не меньше 7, а желательно 8 — и это было непросто. Да ещё и с паузой...

Сайко сосредоточенно дышала, чтобы уйти от напряжения и ощущения «замка», когда боишься слишком рано уйти на вдох.

Катер летел вверх, прямо в небо. На уши давило от скорости, и девушка постепенно растворялась во вселенной, засыпая с открытыми глазами.

Сознание стало лёгким, споря с наваливающейся тяжестью.

Сайко никогда не медитировала в полёте, да ещё и на такой большой скорости. Тело и сознание — просто разрывали её противоположными ощущениями. Сознание становилось всё легче, а тело всё сильнее сдавливало, грозя вплющить наследницу в посадочное кресло.

А потом стал тяжёлым и сам воздух. Он свинцовым потоком вливался в лёгкие, и только длинный и ровный выдох позволял выгнать его потом весь, до последних молекул, оседающих где-то внутри, словно снежинки.

Но Сайко доверилась наставнику, страховочным ремням и... в конце концов перестала осознавать физическую реальность полёта. Тело её обрело летучесть, оно даже немножечко подпирало её изнутри, грозя вырваться и унестись в небо.

Мелькнула слабая мысль, что раньше ещё ни разу не удавалось достичь такого глубокого медитативного сосредоточения, но тут же была выброшена «в корзину».

И вдруг — Сайко воспарила, вырвавшись из самой себя. Сознание словно бы отделилось от тела и повисло над ним.

Это было так интересно, что совершенно вытеснило реальность полёта.

Сайко казалось, что всё в ней остановилось. Что выдох всё длится и длится, а вдох больше не нужен, потому что время исчезло, и теперь можно совсем не дышать.

А самое удивительное, что где-то впереди, во вселенной, она увидела сгусток света, притягивающий её, словно маленькое доброе солнце.

Дерен

Катер для атмосферных полётов не так уж сложно вывести на орбиту. Из него вполне можно выжать «круговую» скорость, равную для Асконы 7, 31 м/с.

Кажется, что риски такого полёта несоизмеримы с реальностью: любой случайный космический мусор прошьёт неприспособленное судёнышко, а от привычных пилоту скоростей перегреется обшивка. Но на самом деле ничего невозможного нет.

Вот только не выйдет удрать с планеты с тем подобием реактора, что обеспечивает гражданский воздушный транспорт энергией. Какой смысл в таком полёте, кроме банального хулиганства?

Однако Дерен хорошо понимал, куда и зачем он летит. А риск случайного метеорного тела в термосфере обитаемой планеты не больше, чем падение метеорита на городскую улицу.

Он свечкой ушёл на круговую орбиту, выкрутив до предела маломощные гравикомпенсаторы катера, чтобы не напугать сосредоточенно медитирующую Сайко.

Того, что его «окликнут» с орбиты, он тоже не очень боялся. Вряд ли противометеорные службы вообще станут вникать, что за «странное атмосферное явление» засекли автоматы. Главное не налететь на таможню.

Контрабанда процветала на Асконе, это Дерен испытал на себе. И полагал, что из реальных рисков орбитального полёта на катере были — случайная разгерметизация да невезучесть. Ибо таможенные патрули пытались гоняться за контрабандистами, хотя и не очень успешно.

Невезучестью, впрочем, он никогда не страдал. А теперь, когда перед глазами то и дело вспыхивали вероятности тех или иных событий, его это вообще перестало парить.

Дерен видел. Видел, что никто его в ближайшие часы не хватится. Да и потом, на фоне достаточно плотного движения в атмосфере, вычислить его путь будет крайне сложно.

Пилот не предупреждал капитана спецоновской эмки, что привезла на Аскону Рэма и болталась на «круглой» орбите, что свалится ему на голову. Но все необходимые пароли он знал, потому быстро опросился и ввёл катер в ангар, не отвечая на подколки дежурной навигационной группы.

— Ты бы ещё на детской коляске прилетел! — веселились в наушниках совсем молодые голоса.

И когда Дерен отстегнул Сайко и спрыгнул на пол ангара, чтобы вытащить заторможенную девушку и поставить на пол, в ангар спецоновской эмки уже сбежались все незанятые бездельники.

— Господин капитан, он ещё и бабу украл! — радовался дежурный навигатор.

Сайко всё ещё медитировала и словно бы «спала с открытыми глазами».

Похоже, ей удалось наконец достичь настоящего медитативного сосредоточения. Взгляд был затуманен, глаза широко раскрыты и смотрели куда-то мимо Дерена, наверное, во вселенную.

Пилот крепко взял её за руку и одним длинным ментальным выплеском раздражения восстановил в ангаре статус-кво.

— Блин, это же Дерен! — взвыл навигатор и отключился, а техники и палубные кинулись врассыпную.

В лицо пилота в навигационной группе не знали, позывные приняли на автомате, но про «шутки» парней «Персефоны» были наслышаны.

Получить по мозгам весело оказалось только по рассказам. А на практике встреча с одним из «психических» младший состав не обрадовала.

Эмка — судно небольшое. Восемь огневых карманов предполагает, что пилотов-стрелков на ней по самому военному минимуму двадцать четыре рыла. И ещё сколько-то запасных.

Плюс навигаторы, палубные, обслуга двигателей, техники. Всего порядка двухсот человек личного состава. Не учитывая десантных групп, которых эмка может брать и две, и три. Но на этот раз, Дерен знал, в наличии имелась только одна — ДГ «Хантера».

Десантники сопровождали Рэма в полёте и охраняли на грунте, пока Дерен не забрал парня под себя, а сейчас — откровенно бездельничали. Что отлично сказалось на цвете лица Барона, правой руки Хантера.

Он шёл по ангару навстречу Дерену рядом с незнакомым парнем, судя по нашивкам — капитаном эмки.

Капитан был мало того, что совсем молодой, но ещё и старший сержант по званию, что в случае эмки было вполне допустимо.

Однако на лице у него было написано, что он уже в курсе звания Дерена, и вообще не понимает, как себя с ним вести.

Ну бред же какой-то? На условно вражеской, то есть уже союзнической территории, тебе на голову сваливается капитан спецона, который не имеет права отдавать тебе приказы, но, судя по лицу, собирается.

— Капитан Сеймур, — быстро представился парень.

А Барон нахально протянул Дерену руку. Они были знакомы из-за Рэмки. В ДГ Хантера у пацана имелась куча друзей.

Дерен спокойно пожал протянутую руку и протянул ладонь капитану.

— Вальтер Дерен.

Тот выдохнул. Видимо, ожидал наезда и готов был обороняться.

— А леди представишь? — спросил наглый Барон.

Имя «Барон» — было ненастоящим, десантники предпочитали пользоваться позывными и в личное время, и на работе.

— Чуть позже, — пояснил Дерен. — Мне нужна выделенка на «Персефону», с кэпом хочу перетереть.

Капитан Сеймур заулыбался: такая цель визита была понятной и вполне допустимой. А что на катере и с девушкой — так спецон же. Мало ли, чем занят сейчас Дерен в логове бывших врагов.

Капитан быстро отдал приказ связисту и предложил Дерену чаю, пока готовят аппаратуру.

— Лучше быстрее, — попросил Дерен.

— Тогда идём... те в рубку. — Капитан Сеймур, не смотря на ухмылку Барона, продолжал играть в вежливость.

— Идём, — Дерен подчеркнул, что не надо мучить при нём устав.

Он не любил, когда ему выкали.

— А девушка? — поинтересовался Барон. Он всё пытался привлечь внимание Сайко и усиленно ей улыбался. — Может, развлечь ее, пока ты базаришь?

— Девушка со мной.

— А она... Ну?.. Нормальная?

Зрачки Сайко были расширены, как у обкурившейся хингом.

— Она медитирует, — скупо пояснил Дерен.

Барон со вздохом оглядел голые плечи Сайко.

— Ну, вот придумаешь же — медитирует... Ты её, поди, усыпил как-то? Буди, а я её по кораблю повожу? Где она ещё такое увидит?

— После, — нахмурился было Дерен.

Но тут Сайко моргнула и уставилась на Барона совершенно ясным и чистым взглядом. Десантник был такой здоровенный, что глаза у неё округлились от удивления.

Девушка подняла голову вверх, посмотрела на пупырчатый потолок ангара, весь в разноцветных росчерках силовых и домагнитных полей...

— А где мы? — спросила она растерянно.

Глава 5. Сайко

Орбита Асконы

Сайко ещё никогда не приходилось бывать в ангаре настоящего военного корабля.

Умом она понимала, что это именно ангар — видела что-то похожее в фильмах и обучающем видео по истории галактики.

Только в фильмах ангары были довольно светлыми помещениями с куполообразным потолком, где стояли катера, очень похожие на своих атмосферных собратьев. А в реальности наследница словно бы попала в описанную земными поэтами Преисподнюю.

Было полутемно и довольно жарко. Пахло железом и порохом.

Под потолком то и дело вспыхивали разноцветные силовые плоскости и трассёры грузовых платформ, что носились там бесшумно и в каком-то дьявольском беспорядке, но почему-то не сталкивались.

Космические катера оказались похожими на огромных китов и рыб. Матово-чёрные, пульсирующие, без единой отметины или шва, они висели рядами, и внутри них тоже иногда вспыхивали огни, как в таинственной морской глубине.

Здесь было красиво и... жутко. И почти безлюдно: только наставник Дерен и двое мужчин.

Один мужчина был обыкновенного роста, светловолосый, немного растерянный, в чёрном комбинезоне с непонятными нашивками на груди. Второй — бритый широкоплечий гигант в защитного цвета комбинезоне, усиленном пластинами хемопластика.

На плече у гиганта виднелись знакомые по новостным лентам нашивки — два треугольника, сросшиеся основаниями — имперский десант.

Именно такие десантники были самым страшным злом для ведущих антивоенных программ. Эти парни с имперскими треугольниками на плечах нападали на города, убивая детей и женщин.

Сайко поёжилась: десантник уставился прямо на неё. Угол его левого глаза пересекал старый шрам, сглаженный на щеке медиками.

Наверное, какой-то враг разворотил десантнику всё лицо, но большую часть раны удалось зарастить так, что она почти разгладилась. Только возле глаза, там, где кожа особенно тонкая, остался заметный след.

Увидев, что девушка тоже разглядывает его, десантник, приосанился, расправил широченные плечи, вскинул ладонь к груди и сказал по-имперски:

— Господин капитан, разрешите показать гостье боевой корабль?

Рука его тоже оказалась ужасно большой — с толстыми пальцами и запястьем. И обращался он... к Дерену.

Сайко посмотрела на наставника с удивлением. Если он и есть капитан этого странного корабля, значит — действие происходит во сне, и ей снится весь этот ненормальный кошмар?

— Показывайте, сержант, — коротко кивнул Дерен.

Он был в белоснежном костюме-тройке, но смешным рядом с военными в комбинезонах совсем не выглядел, даже наоборот. Наставник хмурился так сурово, словно явился сюда устроить инспекцию.

Десантник протянул Сайко огромную лапищу, предлагая на неё опереться.

Наследница беспомощно посмотрела на Дерена и, игнорируя протянутую руку, спросила:

— Мы спим?

— Вроде того, — согласился наставник. — Иди, погуляй пока. Барон тебя не съест.

— Баро-он? — Сайко знала, что в Содружестве есть семьи, которые сохранили этот древний родовой титул, но как может быть «бароном» имперский десантник?

Впрочем, в логике сна «бароном» мог оказаться кто угодно. Даже жук или дерево.

А тут хотя бы человек, хотя и совсем не аристократического вида. Даже как бы наоборот. Если бы у аристократов были такие ручищи... Да при их ментальной силе... О...

Видя неуверенность девушки, десантник вдруг неожиданно быстро для такого огромного тела наклонился к ней и прошептал на ухо:

— Меня Стивен зовут. Только тс-с, не надо никому говорить, хорошо?

— Хорошо, — покорно кивнула Сайко.

Отстраниться она не успела и теперь с удивлением изучала крепкий мужской «дух»: от десантника пахло железом и кожей, как от конской упряжи.

Девушка сглотнула и спросила таким же шёпотом:

— А почему — барон?

Десантник сам взял руку Сайко и положил тоненькие пальчики на своё толстое горячее запястье, поясняя:

— Держись за меня. В ангаре пол специальный, с дырками, запнёшься ещё со своими туфлями. А Барон — это потому, что я однажды барона спас. Настоящего.

— А сам вы не... Не настоящий? — Идти с десантником Сайко никуда не хотелось, но гигант упорно тянул её влево, где вспыхивал и опадал искрами огромный многоугольник — от пола до самого потолка.

— Давай на «ты»? — Десантник заглянул девушке в глаза. Ему пришлось наклонить для этого голову. — Ты по-имперски хорошо говоришь, но выкать на меня не надо, ладно? Я с детства боюсь выканья.

«Боюсь» Барон произнёс с ужасно серьёзным лицом, только шрам под глазом вдруг покраснел, словно десантник изо всех сил старался не засмеяться.

Наверное, он шутил, но от этого жуткого «боюсь» у Сайко чуть не задёргалась щека.

— А-а... ещё чего вы... ты боитесь? — пролепетала она, путаясь в имперских формах глаголов и размышляя — убрать свою руку с чужого запястья или ещё потерпеть?

Барон и пугал, и завораживал её: огромным ростом, низким волнующим голосом, настоящим шрамом.

Сайко никогда не видела человека, у которого на лице имелся бы настоящий шрам.

— Ой, да я вообще жуткий трус, — охотно признался Барон.

Сайко подозрительно всмотрелась в его серьёзное лицо. А потом вздрогнула, уловив удаляющийся стук шагов и обернулась.

Дерена нигде не было! Он ушёл вместе со вторым военным!

Сайко осталась одна среди огромного полутёмного ангара, где между тёмных махин военных «китов» висел маленький белый катер.

Вот только ангар был уже не пустой! С исчезновением наставника он прямо на глазах обрастал людьми. Их шаги и услышала наследница!

Люди в разноцветных комбинезонах появлялись вокруг словно бы ниоткуда, как грибы после дождя. Сначала рождались тени, а потом, приближаясь, они становились всё рельефней и превращались в людей.

— Кто это? — наследница постаралась не вздрогнуть, когда рядом вдруг «вырос» ещё один «гриб» в ярко-жёлтом комбинезоне.

— Так техники и дежурные, — пожал плечами Барон. — В ангаре вообще до хрен... Э-э... Много народу работает.

Раздался шипящий тягучий звук. Сайко увидела, как одна из чёрных матовых туш, так похожих на кита или агуа, раскрывается словно цветок, засасывая людей в багрово-золотое нутро.

— Это они шлюпку ремонтируют, — охотно пояснил Барон. — Хочешь — поближе посмотрим?

— Разбудите меня, Стивен? — жалобно прошептала Сайко.

— Платье боишься испачкать? — интерпретировал её растерянность Барон, которого шёпотом разрешено было называть Стивен. — Ну, пойдём, я тебе покажу эмку?

— А Дерен куда ушёл?

Сайко завертелась, оглядываясь, но не увидела ничего, даже отдалённо похожего на выход из ангара.

Зато заметила, с каким интересом наблюдают за нею техники — они были в жёлтых комбинезонах — и ещё какие-то парни в синем и чёрном.

— В рубку, — пояснил Барон. — Ему со своим капитаном пере... переговорить надо.

— А зачем?

— Не знаю, но, может — из-за тебя, красавица, — усмехнулся Барон. — Похоже, он тебя где-то украл. Наверное, просит увольнительную, чтобы жениться!

— Чтобы же... Что? — Сайко ощутила, что у неё слабеют ноги. И тут же в ней волной всколыхнулась злость. Если это сон — то надо срочно проснуться! — А ну, веди меня в рубку! — приказала она десантнику.

— Туда нельзя, это же центр управления, — расплылся в ухмылке Барон.

Сайко сузила глаза так, что они почти исчезли за золотисто-рыжими ресницами:

— А ну, быстро! — Она сосредоточилась на солнечном сплетении и сделала резкий выдох: — Отведи меня к Дерену!

— Вот же хэдова бездна! — выругался Барон и потёр свободной рукой лоб.

Подобравшиеся совсем близко техники попятились, а потом и вообще кинулись врассыпную.

Сайко едва удержалась от торжествующей усмешки: у неё получилось!

Она всегда считала, что почти не способна к психическому накату. Учили её, учили...

Нет, она старалась, конечно, но ей не хватало твёрдости, опыта и желания причинить обидчику боль.

Какие у неё были в детстве обидчики? Гипотетические.

И тут наконец нашёлся один настоящий! Здоровенный, огромный! С лапищей, на которую Сайко можно было усадить, как на стул!

— А ну, сейчас же веди меня в рубку! — приказала она, ощущая, как воля поднимается из солнечного сплетения и разливается по её телу приятным теплом. — Тоже мне, барон!

Десантник перехватил её за запястье и потянул её влево, но Сайко рванула руку из его ладони и, помогая себе ментальным накатом, высвободилась из медвежьей хватки.

А потом развернулась на каблуках и решительно пошагала вперед, в самую тьму ангара.

Да не боится она тут ничего! Подумаешь!

Техники сами её боятся! Разбегаются, как!.. Как!.. Как тараканы!

— Ты не туда идёшь! — сказал Барон, нагоняя и снова беря Сайко за руку. — Вот же Дерен, зараза. Мало нам его, так и девицу такую же подцепил!

Он снова потянул Сайко влево. Она остановилась от рывка и сердито обернулась к нему:

— А ну, отпусти руку, а то ещё не так по мозгам получишь!

— Ты же хотела в рубку? — поморщился Барон. — Ну и куда ты без меня тут придёшь? Заблудишься ещё, а мне потом Дерен башку оторвёт. Идём!

Держал он на этот раз крепче, но тянул слабенько, чтобы только заявить намерение куда-то её повести.

Сайко не поддалась.

Она пристально посмотрела на десантника, концентрируясь...

— Да не смотри ты на меня так! — рассердился Барон, отпуская ладонь девушки. — В голове от тебя звенит! Знаю я все ваши штучки! Думал, что ты — нормальная, а ты!..

— Я и есть нормальная, — обиделась Сайко. — Я — наследница Дома Оникса.

— Ого. А я — командующий крылом, — не поверил Барон. — Давай на мировую, а? Я тебя отведу в рубку, а ты прекратишь экипаж пугать, идёт?

Сайко огляделась по сторонам с видом победителя — чёрное нутро ангара опять было тихо и пустынно.

Куда идти было совершенно непонятно. Никаких ориентиров.

— Хорошо, — сдалась она.

А в голове билось: «Так сон это или не сон? А если не сон — то где я? А что если Дерен и вправду меня украл, чтобы жениться? В космосе? Он с ума, наверно, сошёл...»

Выспрашивать у Барона про Дерена она ничего не стала. Если это идиотские шутки, то десантник ещё у неё попляшет!

Потом! Но сначала она напрямик спросит Дерена!

Они выбрались из ангара — оказалось, что нужно было идти на мигающий многоугольник, он подсвечивал невидимые в темноте ворота. Запароленные, «чтобы лишние где попало не шастали».

Барон открыл ворота и повёл Сайко по узкому серому коридору. Потом свернул в точно такой же серый.

— А почему все серое? — раздражённо спросила наследница.

Мысли жгли: ей не терпелось увидеть Дерена.

— Хемопластик дорого красить, — пожал плечами Барон. — Сложно и дорого. А эмка — машина убойная, долго она не...

— Что значит — убойная? — не поняла Сайко.

— Ну, риск большой, что долго не пролетает, — усмехнулся Барон и попробовал растянуть усмешку в улыбку: — Да ты не бойся. Война закончилась. Тебе надо бояться, что от Дерена сейчас влетит. В рубку нас реально никто не звал. Я-то стерплю, а ты...

Глава 6. Дерен

Орбита Асконы

Капитан «Персефоны» в каюте оказался не один. Рядом с ним ощущалось чьё-то внимательное, но невидимое присутствие.

Было оно и в нарочито расслабленной позе кэпа, и в мокром следе от бокала на парящем перед ним столике.

Перед капитаном возвышался только один бокал с розовато-жёлтой жидкостью, похожей на сок скании, но след утверждал: только что таких бокалов было два.

Дерен прищурился, сравнивая картинку в реальности и переплетение линий «паутины» перед внутренним взором.

Он чуть не улыбнулся: паутина была похожа сейчас на инфобазу, что посылал на сетчатку алайский биоимплант.

Дерен подумал вдруг, что в хаттскую, по сути, воевали носители цифровых прибамбасов и... реальные психи. Два подвида нового человека: усовершенствованный людьми и улучшенный эволюцией.

Эволюция победила. Алайский имплант не мог распознать загадочного гостя, а вот паутина и интуиция совпадали вполне. Похоже, что у капитана гостил заместитель командующего Объединённым Югом генерал Мерис.

Это был второй по влиятельности человек на Юге Империи, если смотреть на неё с военной «колокольни».

Крейсер «Персефона» был в его личном подчинении, но отношения между генералом и капитаном в неофициальной обстановке казались вполне дружескими и даже родственными. Кроме совместно пролитой крови, этих двоих связывала маленькая девочка из эйнитской общины — дочка одного и внучка другого.

Дерен моргнул, сравнивая ощущения: не поторопился ли он с выводами? Совпадение по таким мелким линиям могло быть ошибочным. Он ещё ни разу не видел генерала в антураже новообретённого мира ханер камат, но интуиция...

Да и факты, пожалуй, тоже были за Мериса.

Капитан «Персефоны» Гордон Пайел (в миру — Агжей) выглядел спокойным и даже расслабленным, а значит — чужое присутствие не раздражало его совершенно. К тому же спиртное он с кем попало не пил. И тем более не пил в одиночку, а крепость напитка...

— Чего натворил? — спросил капитан, отставляя бокал.

Выделенный канал как бы намекал, что разговор не для посторонних ушей. А значит, Дерен сорвался на орбиту не просто напомнить начальству о своём существовании.

— Наследницу украл, — честно признался Дерен.

— Это под которую я тебя Линнервальду на два месяца продал? — уточнил капитан. — Рыженькую такую? А зачем?

— Не получается по-другому, — нервно дёрнул плечом Дерен.

Этот забавный жест он перенял от Рэмки, и регулярно пытался избавиться от него, но всё равно вырывалось.

Дерен не мог позволить себе допустить перемену в лице или в позе, а вот плечом дёрнуть иногда мог.

— Да ты садись, — попросил кэп и кивнул капитану эмки. — Его касается?

— Капитан Сеймур, — быстро представился тот.

— Пожалуй, что да, — признался Дерен, опускаясь в кресло.

— Ну, пусть остаётся, — согласился капитан, но так пристально посмотрел на Сеймура, что тот покраснел пятнами и попятился к дверям.

Но тут раздался резкий хрипловатый голос:

— Тебе же сказали, останься, малой!

Голоизображение расширилось, захватив поджарого военного в расстёгнутом кителе без опознавательных знаков.

Он сидел с бокалом в руках, лениво развалившись в кресле. Теперь было точно понятно, что в бокалах скания. Слабого алкоголя этот человек не признавал.

Худощавый, невысокий, он казался бы этаким паркетным воякой, если бы не глаза. Острые и злые, они уже изрезали на ленты капитана Сеймура.

— С-слушаюсь, господин генерал, — кое-как выдавил бедный парень.

Дерен угадал: в капитанской «Персефоны» действительно гостил генерал спецона Вилим Мерис — заместитель командующего Объединённым Югом, махровый особист и человек настолько опасный, что Сеймуру надо было линять из рубки сразу, не слушая возражений капитана Пайела.

Особистов такого уровня лучше не видеть, не слышать и о существовании их не знать. Или хотя бы делать вид, что не знаешь.

— Вот чем мне нравится твой Дерен... — сказал генерал, полуобернувшись к капитану Пайелу и демонстративно не замечая остальных собеседников. — Украв бабу, он тут же тебе доложился. Вот ты бы украл и радовался.

Генерал отпил из бокала и только потом посмотрел на виновника ЧП:

— Ну, рассказывай, — сказал он. — Ведь заинтриговал же, сумел.

— Девушку хотят убить, — пояснил Дерен сухо. Он понимал, что времени у него мало. — Я выдернул её из узла причинности. И теперь мне нужно перебросить её на Грану.

— Зачем? — в лоб спросил генерал.

— Хочу показать брату эрцога Дома Оникса. Он видит свой родовой цвет, возможно, встреча с ним расшевелит и наследницу.

— А... Многохитрый брат Ове... — осклабился генерал Мерис и покосился на капитана Пайела. — А он ещё не издох, что ли, в своей резервации?

— Пару месяцев назад был живёхонек! — широко улыбнулся капитан.

Радовался он, конечно, совсем не живучести брата покойного эрцога Дома Оникса.

Капитан «Персефоны» с улыбкой разглядывал старенькую рубку малого судна. Он тоже когда-то начинал с эмки.

Всё ему было знакомо и мило: и дешёвенький хемопластик, и древние интерактивные карты на стеновых панелях, где Империя всё ещё была единой, а не разрезанной на Северную и Южную.

— Забавно, — подвёл итог генерал.

Он допил сканию одним длинным глотком, и капитан Сеймур невольно сглотнул.

В напитке было в районе ста градусов. Это же надо было вот так, как воду...

— А почему регент сама не показала девчонку брату эрцога Пресхи? Какая-то элитная экзотианская тупость?

— «Брат Ове» живёт в деревне вблизи резервации для изгоев, — напомнил капитан Пайел. — У него репутация — как и удобства, что во дворе.

— Однако сама регентша, перед тем, как выпросить у тебя Дерена, летала к нему...

Мерис не спрашивал, он констатировал. Видимо, уже успел пробить эту тему по базе.

Дерен давно подозревал, что генерал пользуется имплантом, вроде его собственного.

— Ходят слухи, что да, — нехотя кивнул капитан.

Он явно знал про эту историю что-то ещё, но молчал.

Значит, это «ещё» исходило от экзотианской знати, вроде эрцога Локьё или его узаконенного сына Энрека Лоо.

Генерал Мерис видел, конечно, тени недомолвок на лице капитана, но при всех выпытывать ничего не стал. Да и «пытать» сегодня полагалось Дерена.

— А девчонку, значит, свозить не решилась? — нехорошо осклабился генерал и уставился на пилота, ожидая ответа.

— У меня сложилось впечатление, что она не так сильно привязана к девочке, — Дерен говорил медленно, очень тщательно выбирая слова.

Ему не хотелось не то чтобы озвучивать, даже думать о том, что он прочёл в линиях паутины. Ведь нежнейший цвет «сердца» намекал на вмешательство в судьбу наследницы не только предателя Имэ.

Убитый Ирик Дисталь был мостиком между бывшим регентом Дома Аметиста и... леди Антарайн.

Это её «линия сердца» вспыхнула над усадьбой, когда возникла угроза нападения бандитов.

Оставалось узнать — леди сознательно помогала любовнику или была обманута?

— То есть убить наследницу решила леди Антарайн? — заинтересовался генерал Мерис, с азартом подавшись вперёд.

С лица он читал прекрасно, и в голосе его не было ни капли жалости. Аристократов особист в грош не ставил.

— Я не уверен, — чуть качнул головой Дерен и признался: — Но такая опасность есть.

Врать Мерису было себе дороже, к тому же пилот нуждался в помощи генерала.

Дерен понимал — Линнервальд сейчас в бешенстве. Если особисты не обеспечат беглецам прикрытие, наследницу просто не удастся довезти до Граны.

Что с ней будет, останься она в усадьбе, Дерен пока не знал. Ловушка была слишком хитрой для того немногого, что он научился видеть. Но он смотрел в мерцающий узел — и в груди у него холодело.

Это было везением — застать у кэпа генерала Мериса. Воюя с истниками не первый десяток лет, он прекрасно умел путать следы.

— Ты хочешь, чтобы эмка закинула тебя на Грану? — спросил генерал.

— Это был бы неплохой вариант, — осторожно согласился Дерен.

Даже на эмке прокол пространства — штука дискомфортная. Пилот не знал, как его перенесёт наследница. Пассажирские суда — совсем не то, что военные. Но увозить Сайко было нужно, невзирая на неудобства и малые риски.

— Это был бы очередной дипломатический скандал, — усмехнулся генерал Мерис. — Если эмка уйдёт с орбиты в прокол — это примерно как записку экзотам оставить: «Девчонку увезли мы».

— Я понимаю, — кивнул Дерен. — Потому и решил доложить капитану.

Капитан Пайел покачал головой.

— Нет, Вальтер, на эмке — это будет слишком для наших неустоявшихся отношений с Содружеством, — сказал он, постучав по браслету на руке, где мигал партнёрский «оранжевый» маячок, намекая на миссию Рэма. — Нам и сейчас непросто проводить военные суда в исключительную торговую зону Альянса. А ты понимаешь, что, если выкинуть рыжих девочек, основная часть нашей задачи на Асконе — именно торговый Альянс.

Дерен снова кивнул.

— Согласен с Агжеем, — генерал Мерис вынул из-под столика бутылку с белой наклейкой. (Неперебродивший сок скании. Бешеные эрго...) — Девочка нам пригодится, но и с этим Домом я планирую торговать, а не воевать. В общем... — он посмотрел сок на свет: — Бери у Сеймура «двойку» и вези свою рыжую сам...

Генерал налил себе больше половины бокала и сделал глоток. Мотнул головой, словно бы к чему-то прислушивался, и продолжил:

— Выйдешь у Граны и опросишься мимо нашего патруля — с грантским. Я поговорю с ребятами, и сесть втихаря в Горной Шерии наши тебе дадут. Там ещё зона имперского влияния. Но вот Старую Грану охраняют уже космические войска Локьё. Связи у перевала нет, и с орбиты просматривается каждый кусок дерьма. Потому до посёлка изгоев тебе придётся идти пешком. Там есть туристические тропы, даже транспорт какой-то ходит, но через таможенные посты тебе идти нежелательно — ориентировки на вас к тому времени уже будут. Возьмёшь проводника. Я напишу Илии, горцы переоденут вас и помогут перебраться через перевал.

— Там же посты? — подобрался Дерен.

— На перевале? — ухмыльнулся Мерис. — Там зверьё. Но ты справишься.

— А перед посёлком?

— За перевалом постов нет — экзоты дико боятся «скверны». Думают, что могут заразиться ересью от изгоев.

Дерен задумался, вспоминая. Капитан Пайел переслал ему свежую карту, с пометками разведчиков: мол, посмотри сам.

Конечно, посты будут усилены в ближайшие сутки. Линнервальд быстро сообразит про Грану и заставит патрульных побегать.

Но ставить людей на перевале? Зверьё, что ли, подкормить?

Дерен несколько раз бывал в Старой Гране, в том числе и во время военных действий, а патрульные и таможенные посты видел там только в предгорьях. Дальше туристы могли полагаться лишь на страховку...

— А обратно? — спросил он быстро.

Генерал сделал большие глаза и отсалютовал бокалом капитану Пайелу.

— Надо же, ему ещё и обратно надо! — скупо рассмеялся он.

— Три дня тебе на дорогу, — сообщил капитан, разворачивая над столом голографическую карту Старой Граны. — Больше трёх дней Линнервальда вряд ли удастся водить за нос. Он не дурак и понимает, куда ты направишься. Поторопись. Чтобы через полчаса на эмке тебя не было.

— Слушаюсь, господин капитан. — Дерен моргнул — линии на паутине снова пришли в движение.

Как быстро всё происходит!

— А пока ты там возишься, мы решим, как тебя оттуда выскребать. — Капитан отхлебнул сканию и чуть не закашлялся. Он уже забыл, что налито в бокал. — Ну, ты и учудил... — выдавил он, растирая горло. — Регент будет в бешенстве.

— Зато хоть доложился, свинёнок. Вот ты бы на его месте... — начал было бурчать Мерис и вдруг замолчал.

Дверная мембрана зашелестела, раскрываясь.

В дверях стояла Сайко, а за её спиной маячил мрачный Барон.

Голоэкран тут же дёрнулся, смещаясь, и девушка увидела только крепкого широкоплечего блондина в капитанском кителе, сложенного, пожалуй, даже поосновательнее, чем сопровождавший её десантник.

Капитан Дерена оказался здоровенным качком с лицом... Линнервальда!

Сайко растерялась и замерла в дверях. Она удивлённо переводила взгляд с лица капитана на здоровенную руку, сжимающую бокал.

Если бы регента Дома Аметиста накачать анаболиками, чтобы его мышцы...

— А губа у тебя не дура, — произнёс капитан Пайел и нахмурился так, что сердце девушки испуганно дёрнулось.

Тяжесть этого человека была неимоверной, почти смертельной. Как хорошо, что он так далеко!

За спиной у Сайко сдавленно выругался Барон. Теперь она поняла, почему он не хотел вести её в рубку.

— Доброго дня! — громко сказала Сайко, заставляя себя шагнуть вперёд. — Я — насле...

— Забирай свою девицу! — перебил её капитан, глядя уже только на Дерена. — У тебя полчаса. А Сеймур пускай задержится на пару слов.

Глава 7. Сайко

Орбита Асконы

Наследница экзотианского дома Оникса Сайко Иньинь Асмирике никогда не бывала в рубке военного корабля. Да ещё и вражеского, имперского.

Ей всегда казалось, что управление кораблём чем-то похоже на управление «умным домом»: стильная капитанская каюта, а в ней — маленькая панелька, через которую отдаются команды ИИ.

Ну, а дальше пусть пашет интеллектуальная система корабля, иначе — зачем вообще нужен этот искусственный интеллект?

И вдруг всё оказалось не так. Рубка практически вся состояла из интерактивных панелей, а на них наслаивались голографические карты, графики, диаграммы.

Сайко непонимающе нахмурилась. В усадьбе леди Антарайн ИИ рулил сам, прося хозяев задать едва ли пару десятков значений, а здесь человеку приходилось самому разбираться во многочисленных корабельных системах. Зачем?

Но самым удивительным открытием стала для неё внешность капитана Пайела: очень светлые, почти белые волосы, аристократическое лицо с фамильными чертами Дома Аметиста, мощные плечи, как у десантников...

Капитан что, неузаконенный сын Линнервальда? Имперец — сын регента Дома Аметиста, одного из самых влиятельных в Содружестве?

Поражённая наследница замерла на пороге. Она забыла тщательно заготовленные злые слова, что всю дорогу кололи язык. Внешность капитана слишком не вписывалась в её картину мира.

Капитан — имперский плебей, или?.. Или эту войну Содружество воевало не с Империей, а само с собой?

Сказать, что Сайко была растеряна — не сказать ничего.

Конечно, её учили, что на верхнем уровне власти нельзя воспринимать войну так же, как её понимает чернь.

Аристократия «воюет» очень условно, потому что простые люди и те, кто принадлежат к Высоким Домам — это уже почти разные расы. И имперская аристократия, в общем-то, ближе аристократии Содружества, чем собственное население.

Сайко помнила даже главу из учебника, объясняющую эволюцию понятия «ведение войны» с точки зрения правящего класса.

Когда-то, в самом начале истории Земли, войны велись элитами. Даже простые воины стояли тогда выше черни, а их правители шли впереди войска и вступали в бой первыми. По сути элиты воевали с элитами, отбирая друг у друга страны и города.

Чернь не имела никаких прав. Её захватывала вооружённая элита или передавала из рук в руки, путём предательства.

Позже элиты стали хитрее и стали вести друг с другом войну с помощью войска, набранного из черни. Тогда понятие воинства утратило свой гордый дух. Элиты стали ленивыми и неспособными удержать власть чем-то иным, кроме денег*. И через несколько тысячелетий потеряли её совсем.

Когда начался Цифровой век, к власти пришли учёные, окончательно отодвинув от власти разжиревшую касту бывших правителей. А их «воинами» стали те, кто работал с искусственным интеллектом, инженерными системами и данными. Теперь уже научная элита начала вести войны за власть в киберпространстве.

Это была принципиально иная каста, и мышление её было тоже иным. Они вели войны в умах, но точно так же не жалели тех, кем воевали.

Бывшие элиты из разжиревших воинов потеряли всё. Но они не могли смириться и ушли в космос с первой же волной колонистов.

И вот там, на далёких и холодных планетах первого заселения, аристократам Земли снова пришлось сражаться за жизнь и активировать свои «воинские гены».

Выжить сумели не все. Но уцелевшие вернули власть, овладев оружием, что дал им космос. Они научились управлять самой причинностью.

И когда научная элита землян превратила себя в машины, стремясь жить вечно... Вот тогда и началась хаттская война.

Люди-машины сказали обычным людям, что лучше них способны управлять миром, без войн и бедствий. И люди этого не стерпели. Они...

Сайко запнулась, понимая, что стоит посреди каюты столбом.

Потрясённая, не слыша обращённых к ней слов, она шагнула вперёд, кое-как выдавив приветствие.

Глядя в лицо капитана, она поняла, почему началась хаттская война. Люди страшились тогда утратить саму возможность вести жестокие войны!

И в той же войне страшная тень пала между воюющими пока ещё на одной стороне Содружеством (первой волной колонистов с Земли) и Империей — её второй и последней волной.

В Содружестве полагали, что настоящая воинская аристократия возродилась только в первой волне, и эта аристократия воюет не огнём и железом, а причинностью и интригами. А вот в Империи война до сих пор велась руками глупой черни.

Учебники врали. Капитан Пайел был совсем не похож на глупца, чьими руками Империя воевала с Содружеством. Он вообще не был похож на имперца!

Всё это промелькнуло в голове Сайко в один долгий миг.

Она не была готова к таким крамольным мыслям. Но она видела капитана и его лицо. Да и тяжесть, что распространялась от него даже через голоэкран, не оставляла сомнений!

Капитан был истником той же глубины посвящения, что и эрцоги Содружества. Он давил на реальность сильнее, чем все, кого Сайко видела раньше!

Наследница отшатнулась, едва не налетев на Барона. Ей ещё не приходилось сталкиваться с таким мощным ментальным давлением на реальность.

Со стороны капитана это не было недовольством или угрозой — а всего лишь качанием воли. Нечто вроде морских волн или ритмического дыхания.

Капитан просто жил в этом ритме, выплёскиваясь «на берег» со страшной силой прилива и «убегая» с отливом в тёмную воду своего естества.

Интересно, какой же силы у него «накат»?

Пока Сайко пыталась справиться с мыслями, Дерен принял решение за обоих. Он схватил наследницу за руку и вытащил в дверь.

И только там она сумела перевести дыхание.

— Я же велел ждать меня с Бароном! — рявкнул Дерен и потащил девушку за собой по серому корабельному коридору.

Сайко растерялась. Ей никто и никогда не указывал так резко что именно она должна была делать.

— Я... — она запнулась. — Он сказал... Он...

Дерен шёл очень быстро, и девушка задыхалась, пытаясь не оступиться и не упасть.

Под ноги то и дело попадались то металлические, то резиновые полосы с дырками. Каблуки то проваливались, то цеплялись за этот неудобный пол. Барон был прав — в такой обуви ей нечего делать на боевом корабле.

— Мы куда? — Сайко решила, что лучше говорить о текущем, оставив всё остальное на потом.

— На склад, — бросил Дерен сквозь зубы, даже не повернув головы.

Он не собирался снижать скорость.

— А что значит: «склад»? — Сайко не знала этого имперского слова.

Наставник не ответил. Он остановился у неприметной двери, и Сайко заметила, что сзади топал не только Барон, но и молодой парень в чёрном рабочем комбинезоне.

Парень подошёл к двери, и она раскрылась, приглашая всех внутрь. В полную темноту.

Однако, как только Дерен шагнул вперёд и потянул за собой наследницу, зажегся свет, и Сайко увидела, что вокруг полки-полки-полки, забитые контейнерами разной величины и расцветки. Наверное, это было хранилище, а парень в чёрном — какой-нибудь ключник или кладовщик.

Парень сделал какой-то странный жест, и вокруг Сайко загорелась голограмма, замигавшая измерительными лентами.

Он посмотрел на растерянную наследницу, решительно вынул один из самых больших контейнеров и открыл. Там в желе плавали здоровенные мокрые синевато-чёрные корки.

— Что это? — спросила Сайко испуганно.

— Компрессионка на консервации, — пояснил парень, вытаскивая мокрые куски на крышку контейнера. — Сейчас она впитает остатки керна, и можете надевать.

Для Дерена он почему-то достал самый обычный пакет с такими же корками, но сухими.

«Ничего себе — гостеприимство! — возмущённо подумала Сайко. — Да почему она вообще должна надевать вот это, мокрое? Зачем?!»

Компрессионную форму она видела, конечно, но тоже в голо. И там она была такая красивая, такая блестящая и упругая...

— Ей нужен комбинезон, — перебил её мысли Дерен. — И — нормальное белье!

— У меня есть белье! — Сайко почувствовала, что краснеет.

Дерен её словно и не услышал. Кивнул кладовщику...

Тот открыл дверь в смежную каюту, где так же, на стеллажах лежали пластиковые пакеты с одеждой.

Наставник даже не предложил Сайко что-нибудь выбрать! Он выхватил из стопки первый попавшийся пакет и сунул ей в руки.

— Переодевайся!

— Но зачем? — от возмущения девушка не находила слов.

— Мы летим на Грану. На шлюпке. Тебе нужен комбинезон и компрессионная форма — иначе я тебя просто не довезу.

— Но почему нам нужно лететь на Грану? — Сайко попробовала поймать наставника за руку, но не преуспела.

— Я по дороге всё тебе объясню! — Дерен шагнул к дверям. — Давай в темпе. Дежурный поможет тебе надеть компрессионку.

— Но я не хочу! — взвилась наследница. — Я не буду надевать это, мокрое! Я никуда больше не полечу!

Её слабенькое раздражение взметнулось и разбилось об ответную волну. Наставник нахмурил брови и смотрел так, словно она была безродной букашкой, посмевшей ему перечить.

Но Сайко, несмотря на давление, упрямо сжала губы. Она умела переносить накат. Ничего он с ней не сделает! Она не будет переодеваться и всё!

Украсть, значит, захотел? Жениться?!!

Так вот почему — Грана! Это же гнездо разврата! Там венчают без разрешения старших семьи!

Сайко набрала в грудь воздуха.

Сейчас она всё ему выскажет! Ворюга имперский! Да как он посмел!

— Тебя хотят убить, — произнёс вдруг Дерен одними губами.

И Сайко, уже готовая заорать на него, замерла с приоткрытым ртом.

— Петля была поставлена для тебя, — продолжал наставник тихо, глядя прямо в её распахнутые глаза. — Анка попал в неё случайно. Я не умею работать с паутиной и не смогу переиграть неведомого убийцу на его поле. Выход один — бежать и сломать физическую основу ловушки. А там мы уже разберёмся, что делать дальше. Переодевайся. У нас всего двадцать минут.

И он ушёл.

А парень в чёрном открыл пакет и вытащил лётный комбинезон, футболку и мужские трусы.

И с любопытством уставился на девушку.

Никаких кабинок для переодевания на складе не было.

Наверное, ему было очень интересно, как Сайко будет сейчас менять бельё и одежду?

________________________________________________

*Сайко вряд ли думала про деньги, скорее, про эрго или токены, но тут это не очень важно.

Глава 8. Сайко

Орбита Асконы

Когда наставник Дерен вышел из хранилища, Сайко поняла, что так и не спросила у него самое главное: шутил Барон про женитьбу или невольно выдал секрет?

Она доверяла наставнику, а как же иначе? Ведь Дерена рекомендовали леди Антарайн очень серьёзные люди. И петля... Она же была!

И Линнервальд, и брат Анки, эрцог Хьюго Тьсимьен — оба подтвердили, что ловушка существовала и сработала! И что опасность не ушла, она сохраняется!

Вот только Линнервальд полагал, что пострадать должен был сам Дерен, и вдруг...

Наверное, наставнику открылись в паутине какие-то новые существенные подробности? И, разумеется, он и в самом деле хочет спасти Сайко...

Однако... ощущалось в этой истории и что-то опасное, пугающее.

Девушке было известно (правда, только из книг и наставлений) что иногда мужчины понимают «спасение» совершенно иначе, чем женщины.

Вдруг наставник Дерен решил, что именно тайный брак разрушит причинность и заставит исчезнуть петлю, нависшую над усадьбой?

А раз никакой любви между ними нет, тогда это должен быть... фиктивный брак? Не может же он заставить её выйти замуж... по-настоящему?

Или может?

Сайко ощутила, как покрывается гусиной кожей при одной мысли, что наставник может стать её первым мужчиной.

Это же, наверно, неправильно? Он же — имперец! И он... воевал, убивал людей. А что если он вообще не приспособлен, чтобы любить?

Сайко испуганно замерла, ощутив, как теперь ещё и сердце начинает стучать, отдаваясь в ушах.

Она сама не понимала, как относится к наставнику.

Вот если бы её спросили не сейчас, а тогда, когда он вошёл в танцевальную комнату, и она впервые увидела его. Вот тогда бы она твёрдо ответила, что ей хотелось с ним сделать! Задушить прямо на месте!

Он был чужой, грубый и какой-то слишком другой. Рядом с ним весь её маленький праздник казался фальшивым и ненастоящим.

Но потом Дерен спас от противного рыжего Дисталя Майле. Да и Анку он спас.

И то, как он обучал её, занимался с нею. В этом тоже не было ни капли того обмана, что таился в словах её старых преподавателей.

Дерен показывал наследнице только то, что хорошо знал и умел, а не ссылался на авторитеты и не выгадывал бонусы к своему положению, коверкая истины под понимание аристократии Дома Оникса.

Только Дерен, невзирая на титул Сайко, не делал ей никаких поблажек: приказал дышать — значит, дышать.

И ведь у неё получилось! Она наконец преодолела себя, растворилась в медитации полностью! Увидела свет, ощутила его бесконечную радость, обрела на время какую-то высшую смелость и цельность.

Но сейчас... ей снова не по себе.

Почему Дерен сделал всё именно так? Вытащил полусонную...

— ...Нужно торопиться! — ворвался в мысли девушки голос Барона.

Он явно говорил что-то ещё, но Сайко прослушала.

Парень в чёрном уже давно протягивал прозрачный пластиковый пакет с вещами. А она стояла столбом, как ненормальная, прямо на ровном месте проваливаясь в мысли почти на глубину медитативного сосредоточения.

Пришлось взять этот ужасно тяжёлый свёрток.

Как она это наденет? Она же шагу сделать не сможет в такой тяжести?

Сайко оглянулась: и где же ей всё-таки переодеваться? Парень в чёрном комбинезоне и Барон явно не собирались никуда уходить. Они смотрели на девушку со всё возрастающим интересом.

Мужчины в армии, наверное, не стесняются друг друга, потому здесь и нет специальной кабинки. Но она-то не мужчина!

Наверное, ключнику можно просто приказать выйти из каюты. А вот Барон ждал, что она смутится, начнёт упрашивать его отвернуться или временно покинуть каюту.

А он будет упираться, отшучиваться. Этакое ехидное развлечение...

Имперцам же, наверное, скучно без женщин на корабле? Она для него — как забавная зверушка, которую попросил покараулить хозяин!

Но унижаться? Ей? Наследнице Дома Оникса?

Да с чего они взяли, что наследница вообще воспринимает чернь как людей?

Сайко решительно вытряхнула из пакета комбинезон, трусы, футболку и тяжёлые магнитные ботинки и, подхватив пышную юбку платья, потащила его через голову.

Раздался скомканный мат, шипение дверной мембраны...

Бросив платье на пол, Сайко торжествующе огляделась и фыркнула — оба зрителя позорно бежали из хранилища!

Она подняла футболку и примерила к груди — немного не по размеру, но что делать, раз другого не дали? Не лететь же в платье?

На комбинезон Сайко наговаривала зря. Ткань только с лицевой стороны была грубой и жёсткой, а вот изнутри — бархатистой и нежной.

Вся одежда оказалась ей немного великовата, но вряд ли на военном складе нашлось бы что-то поменьше — детей в армию не берут.

Комбинезон она утянула специальными застёжками, ботинки сами разбухли, плотнее обхватывая ногу. Не так уж и неудобно, если не принимать во внимание их вес.

Робко заглянул Барон, и Сайко улыбнулась ему вполне доброжелательно. Он своё получил, зачем продолжать дуться?

Десантник вошёл, собрал чёрные корки, молча опустился перед Сайко на колени, чтобы одеть её в компрессионную форму.

Собираясь из жёстких, плохо гнущихся кусков, она волшебным образом оживала прямо на глазах, становилась текучей и как будто живой.

Скоро вся фигура девушки до самого горла была затянута в упругую гибкую броню, совершенно не мешающую движениям.

Можно было лететь. Она видела — именно в такой форме пилоты летают.

И это будет настоящий космический полёт, не пассажиром, а почти... Дерен же даст ей капельку порулить?

Ну, подумаешь, слетают на Грану. Барон, наверное, просто пошутил над ней, сказав про замужество.

Побег и этот полёт нужны, чтобы разорвать цепь предсказуемых событий, развалить петлю, через действия, которые не мог учесть неведомый враг, программируя реальность.

И потому их побег почти тайный, словно бы Дерен и в самом деле украл наследницу.

Но он же не украл. Это же ерунда. В усадьбе прекрасно знают, где её носит...

Только тут Сайко вспомнила про коммуникатор и отстегнула дамскую сумочку с пояса, лежащего на полу платья. Достала комм — он у неё был маленький и плоский, вроде большого кулона.

Наследница повертела комм в руках, соображая, куда бы его пристроить. И заметила, что мигает алый сигнал — отсутствие связи.

Наверное, на военном корабле коммуникатор не может найти сеть? У них же какие-то свои сети, не гражданские?

Надо спросить Барона...

Сайко нажала на кулон пальцем, чтобы посмотреть, что тут со связью, и с удивлением прочла возникшую над ним надпись: «Коммуникатор заблокирован».

Она чуть не вздрогнула, только сейчас до конца осознав, что Дерен и в самом деле её украл! Что они летят, непонятно куда. Что в усадьбе её потеряли, ведь написать ей или прислать сообщение никто не может!

Но как он сумел, пользуясь отстранённостью наследницы во время медитации, заблокировать её коммуникатор? Там же есть степени личной защиты...

А что если наставник вообще не тот, за кого себя выдаёт? Что если он как-то обманул Линнервальда и леди Антарайн?

Сайко закусила губу и исподлобья глянула на Барона. Вот же махина, от такого не вырвешься!

А вырвешься — куда бежать на чужом корабле? В рубку? Но кто ж ей позволит связаться с усадьбой?

— В компрессионке карманы есть? — спросила она Барона, делая вид, что не заметила в блокировке личного комма ничего странного.

Тот без лишних подколок, объяснил ей, как спрятать «кулон» в своего рода карман, легко создающийся с помощью нужной силы нажима на стыке кусков компрессионной формы.

Потом показал, как включить домагнитное поле, защищающее руки и голову пилота, и Сайко ощутила, что магнитные ботинки сразу стали значительно легче.

— Под сидением есть перчатки и шлем, но если не будет разгерметизации — домагнитки будет достаточно, — пояснил Барон. — А в шлеме дышать с непривычки не очень комфортно. Да и твои чудесные волосы помнутся.

— Не помнутся! — дёрнула головой Сайко и спросила строго: — Куда теперь?

— Дерен велел в ангар, — улыбнулся Барон, разглядывая её.

— Ну, так веди! — нахмурилась она. — Мы же, вроде, торопимся?

Они вернулись в уже почти знакомую громаду ангара.

— Какой большой, — не удержалась Сайко, разглядывая ряды шлюпок. Дерен торчал возле крайней слева, о чём-то разговаривая с техниками..

— На эмке-то? — удивился Барон. — Это ты больших не видела.

Увидев наследницу, Дерен замолчал и махнул техникам рукой, потом усадил Сайко в чёрное нутро шлюпки, тщательно пристегнул.

Вокруг неё загорелись голографические панели, вспыхивая цифрами и значками. Это было бы здорово, если бы не мысли о заблокированном коммуникаторе.

Сайко понимала умом: ей лучше выждать, не рассказывать Дерену, что она обнаружила блокировку, но внутри всё словно чесалось, не давая ей думать ни о чём другом.

Как только шлюпка вылетела из ангара, Сайко не выдержала. Она вытащила комм и уставилась на него: связи, разумеется, не было.

— А почему комм не работает? — спросила она Дерена.

Интересно, что он будет ей врать?

— Потому что я его отключил, — легко признался тот, плавно и красиво двигая руками над пультом шлюпки.

— Ты отключил МОЙ комм? — Сайко изо всех сил старалась не повышать голос, но выходило плохо. — Но как?

— Вообще-то это не так уж и сложно, — ответил Дерен, дёрнув плечом. — Твой коммуникатор — гражданское устройство. А у меня на руке военное.

— Но почему? — возмутилась Сайко. — Ведь меня же теперь потеряют дома! Выходит, ты и в самом деле меня украл! Никому ничего не сказал! Да в усадьбе сейчас все просто с ума сходят!

Сайко сорвалась на крик, но наставник только рассмеялся:

— Если бы тебя можно было украсть, не теряя, я взял бы билеты на корт, — пояснил он улыбаясь.

— Но... — начала Сайко и сбилась. Что она могла ещё сказать? — Но так же нельзя!

— Почему? — удивился Дерен.

— Потому что так не бывает! — рассердилась Сайко. — Как можно украсть наследницу?! Такого никогда не было! Я — будущая глава Дома Оникса! Меня нельзя красть!

— Но ты же летишь? — улыбнулся Дерен.

— Я думала, леди Антарайн знает, где я! Что всё это — маскировка! — Сайко взмахнула руками и испуганно прижала их к груди. Шлюпка управлялась взмахами рук, а вдруг она послушается и полетит не туда?

Она отдышалась и сказала уже тише:

— Тебя же будут искать.

— Пусть поищут, — согласился Дерен.

— Но зачем ты так, без предупреждения? — выдохнула Сайко.

— Мне не удалось бы убедить леди Антарайн, что опасность грозит именно тебе. У меня нет аргументов, кроме моего личного понимания паутины.

— А если ты ошибся? — выдохнула Сайко.

Глава 9. Рэм

Столица экзотианской Асконы — Акра. Усадьба леди Антарайн

Рэм уселся на подлокотник кресла рядом с мокрым обмякшим Мартином. Развернул над запястьем голограммку с красным крестом медицинской программы и приложил спецбраслет к шее контрабандиста.

— У меня аллергия на наркотики, — предупредил Мартин морщась.

Он правильно понял это колючее и шероховатое прикосновение. Спецбраслет мог брать на анализ жидкости тела и сам что-нибудь вкалывать.

— Разберусь, — кивнул Рэм.

И свободной рукой прижал голову Мартина так, чтобы тот не дёргался от уколов.

— Ничего себе, у тебя комм, — не выдержал Анка.

— У меня не комм, а в десять раз дороже. — Рэм не хвастался, он констатировал.

— А Дерен-то всё-таки куда делся? — спросил Анка, потирая шею. Мартин так морщился, что чужая боязнь уколов заражала.

— Анка, ты шпион или идиот? — поинтересовался Рэм.

— Идиот, наверное, — сообразил Тим. — И я тоже.

Было понятно, что пацанов сейчас и прослушивают, и рассматривают, как под микроскопом. Какая-то же охрана в поместье была. И, один раз лажанувшись, она теперь будет проявлять супер рвение.

— Ты-то чего вдруг? — Рэм отнял запястье от шеи Мартина. Спросил: — Тошнит ещё?

Мартин сглотнул и помотал головой.

— Я должен был что-то сделать. Мартин — он же и помереть мог, — признался Тим. — Я понял, что ты отвлекал регента на себя. Но я сам плохо переношу накат. Нет у нас в роду таких... Ну, чтобы тренироваться.

Он тоже был измучен «визитом» Линнервальда и изводил салфетки, вытирая мокрое лицо. Пот почему-то выступил не сразу, а с запозданием, уже когда отпустило.

Тим и Анка сидели в соседних креслах, но с Мартином возиться не помогали. Тиму самому было хреново, а Анка считал, что это ниже его аристократического достоинства.

— Ну, значит, и тебя, и Мартина надо научить противостоять накату, — пожал плечами Рэм. — Да и Анка — не скажу, что на высоте был.

Белобрысый брат эрцога надулся, но промолчал. Рэму надо было радоваться, что помощь вообще была предложена. Мартин — плебей, да ещё и преступник.

Однако говорить об этом сейчас не следовало. Анка видел, что пилот раздражён и готов сорвать злость на ком угодно — лишь бы сами напросились.

— А тебя кто учил? — спросил он, чтобы сменить тему.

— Дерен, кто же ещё? — удивился Рэм. — Я тогда маленький был и тупой, вроде тебя.

— Вроде меня? — Анка просто обалдел от такой наглости.

— А мне что, очки надевать розовые, чтобы твоё поведение описывать? — фыркнул Рэм. — Ташипу понятно, что ты ведёшь себя, как я в свои шестнадцать. Тебе же есть шестнадцать?

Анка замялся. Это Тим преодолел уже рубеж первого совершеннолетия. А Анке даже семнадцать ещё не исполнилось. Обычно он говорил, что «почти», но тут эта присказка стала вдруг лишней.

— Ну, тогда нормально, — махнул рукой Рэм, приняв его молчание за согласие. — Обычная мелочь...

— Я не мелочь! — взвился Анка. Пренебрежение Рэма уже в который раз резануло по нервам. — Я брат эрцога Дома Белого Нефрита, Хьюго Тьсимьена!

— И? — покосился на него Рэм. — Сам-то чего стóишь?

Анка сжал кулаки. Лицо его пошло пятнами. Он вскочил, но смерил глазами крепкую фигуру пилота и замер.

— Только не вздумай вызвать меня на дуэль, как Дерена, — весело предупредил Рэм. — А то я не удержусь. Дерен-то улетел, а я позабыл спросить: тебя полезнее уговаривать или можно по шее пару раз дать?

— Парни, не надо, а? — попросил Тим и достал очередную салфетку.

— Ты умойся лучше, чем грязь развозить, — посоветовал Рэм.

Тим кивнул и встал, чуть пошатываясь.

— А ну сядь! — скомандовал Рэм. — Ещё тебя потом тащить! Сиди тут, я тебе полотенце намочу. — Он повернулся к Анке. — И ты сядь. Повёлся, понимаешь. Кто ты такой, чтобы я с тобой дрался? Сядь, я сказал!

Он толкнул Анку в грудь, и тот упал в кресло.

Рэм обвёл комнату взглядом: три кресла, в которых слева направо — бледный до синевы Мартин, мокрый Тим и красный Анка.

— Я тут старший! — предупредил он. — И вы все слушаетесь меня! Бить не буду, команды такой не было, а коммуникатор отберу и запру... в каморку для швабр!

Он кивнул на дверь в крошечную кладовку, где швабр, конечно, не было, только спецкомната для прислуги.

Там имелась кое-какая уборочная техника плюс столик, чайник и кровать — вдруг придётся дежурить у постели больного? Парни заняли апартаменты, где обычно останавливалась разного рода научная братия, а там было много пожилых и капризных.

Мартин, встретившись с Рэмом взглядом, кивнул. Ему пока было всё равно, кто командует.

Анка набычился, и Рэм задержал на нём взгляд:

— А ты пойдёшь в комнату со швабрами прямо сейчас, если будешь на меня так таращиться! Я за тебя отвечаю перед Дереном, там тебя держать будет спокойнее, ты понял?

Анка нехотя кивнул.

Тим сидел, прижав полотенце ко лбу, и не подавал признаков сопротивления.

— Ну, а ты чего? — спросил его Рэм.

— Вообще-то — так неправильно, — сказал Тим, со вздохом убирая полотенце. — Мы с Анкой старше тебя по праву рождения. Ты не можешь нами командовать.

— Тоже драться будешь? — уточнил Рэм.

Про Тима Дерен ему вообще ничего не говорил. Тот мог сейчас послужить наглядным примером для Анки на тему простых и эффективных болевых приёмов.

Парни смерили друг друга взглядами. Тим понимал, что для Рэма это будет даже не драка, а экзекуция. Но не понимал, как отступить в этой неловкой ситуации, чтобы не показать себя трусом.

Спасло Тима то, что в дверь постучали.

Анка скользнул глазами по белому пластику, и он стал прозрачным. За дверью стояла Майле — растрёпанная и зарёванная.

— Заходи! — Рэм приказал двери открыться. — Ты зачем подняла такой кипиш? Хватились бы наследницы немного попозже. И всем было бы лучше.

Майле уставилась на него красными глазами.

— Я... — начала она оправдываться. — Я... Я не знала...

— Чего ты не знала? — заорал Анка. — Дура, что ли, совсем? А спросить?

— Тише, а? — попросил Тим. — Хоть ты не ори.

— Я не знала, что вы сговорились, — выдавила Майле.

— Мы не сговорились, — мотнул головой Рэм.

— Но Дерен же вам что-то сказал?..

— Вот кто настоящая шпионка! — обрадовался Анка. — Её к нам леди Антарайн подослала!

Майле попятилась к двери, но кто-то из парней заблокировать успел путь к отступлению, и она впечаталась спиной в равнодушный пластик.

— Ату её! — сказал Анка Рэму. — Сорвёшь на ней злость и успокоишься. А то совсем озверел. Драться ещё с тобой...

— О-о, — протянул Рэм. — Значит, теорию-то ты знаешь!

И рассмеялся.

— А чё её там не знать? — обиделся Анка. — Ну да, мозг переполняется маркерами раздражения, а потом бац и драка. Толку-то, что я это знаю? Брат говорит: я должен учиться себя контролировать, а как?

— А он как себя контролирует? — улыбаясь спросил Рэм.

Анка пожал плечами:

— Да как твой Дерен — дыхание, медитации. Мне это скучно.

— Это да, — кивнул Рэм. — Скучно. А пороть он тебя не пробовал?

— Блин, да заткнись ты уже! — Анка опять подскочил.

Рэм уставился на него с ехидным нескрываемым интересом. Да, ему хотелось снять стресс именно так. Размять мышцы.

И Майле на роль жертвы совсем не подходила, а вот кто-то из парней...

Анка замер, кусая губы. Но боялся он не боли, а очередного унижения безо всякой перспективы реванша. Рэм уже достал отыгрываться на его самолюбии.

Анка покосился на Тима, сразу же закатившего глаза, на испуганную Майле.

— Ладно, медитация так медитация, — сдался он.

Рэм расплылся в улыбке.

— Я понятия не имею, что умеете делать вы, так что будете делать то, что умею я. Легли все на пол! Мартин, Майле — вы тоже.

— Их же нельзя учить! — удивился Тим. — Это запрещено кодексом.

Анка поморщился: цену кодексу он для себя уже определил.

— А чей кодекс? — уточнил Рэм. — Содружества?

Тим кивнул.

— Ну, а я — имперец. На пол. Попробую объяснить, как противостоять накату. Я подзабыл уже, но... Щас разберёмся по ходу. — Он пристально посмотрел на Тима: — Я от тебя так и не услышал: подчиняешься мне или идёшь к швабрам?

Тим вздохнул и встал. Это было унизительно: сказать кому-то, что ты ему подчиняешься. Это было против всего, чему его учили.

Анке хорошо — наставник приставил к нему Рэма. И он вынужден подчиняться этому имперскому отморозку. Но Тим-то нет.

Парень скрестил на груди руки, и Рэм посмотрел на него с интересом.

— Тебе где-то жмёт? — спросил он. — Ваш долбанный аристократический кодекс?

Тим кивнул.

Рэм понимал, что швырнуть сейчас Тима на пол и врезать ему ногой по рёбрам будет слишком примитивным решением. Ну, злость-то он сорвёт, да. Но его здесь реально оставили старшим, а Дерен ведь как-то без пинков обходился.

Плюс ещё и человек, которого поломали и заставили — такой себе подопечный. Ненадёжный очень.

— Давай мы с тобой договор заключим? — предложил он. — Ты меня слушаешься ровно до возвращения Дерена.

— А зачем тебе это? — нахмурился Тим.

— Ну, ты сам-то подумай? Случись чего, мне реально надо будет приказать тебе бежать, например. Быстро и не раздумывая. Чисто для сохранения твоей жизни. Дерен же девчонку увёз от того, что тут может случиться. А мы остались, а оно тут всё ещё есть.

— Что — оно? — пролепетала Майле.

— Чувство угрозы, — пояснил Рэм. — Оно стало слабее, но совсем не исчезло. Значит, надо смотреть в оба. И действовать слаженно хотя бы на время отсутствия Дерена.

— Хорошо, — кивнул Тим. — Я про такое не думал. В экстренных условиях, наверное, можно и так.

— Значит, будешь слушаться?

— Буду, — кивнул парень.

— Договорились, — улыбнулся Рэм и скомандовал: — Легли на пол.

Тим нахмурился. Он явно хотел спросить: а на фига сразу устраивать казарму? Но вздохнул и первым вытянулся на пушистом ковре.

Это было как раз то, чего и просило тело.

Анка со стоном плюхнулся рядом:

— У-у...

Всем им досталось так, что хотелось куда-нибудь лечь и вытянуться.

— Блин, — сказал Рэм. — Плохо быть старшим. Мне придётся стоять. Ладно, не сдохну. Что мы знаем про накат?

— Выплеск психической энергии, — сказал Анка. — Как волна. Чем больше масса раздражения и скорость реакций — тем больнее.

— Дерен меня учил, что это раздражение нужно принять. Не стоять у него на пути. Расслабить волю так же, как вы расслабляете сейчас тело. Необязательно подчиняться, просто пропустите чужую волю сквозь свою. Она есть. И вы есть. Ей направо, вам налево. Никто никому не мешает.

Анка промычал что-то возмущённое, он сразу сообразил, о чём речь. Тим помотал головой, примериваясь. Майле тяжело вздохнула — она и не знала, наверное, где у неё «воля». Воля у всех есть, но где?

Мартин тоже потихонечку сполз на ковёр и затих, не в силах осмыслить сказанное Рэмом: лежать было так хорошо...

И тут на руке Рэма звякнул комм, оповещая о принятом сообщении. Пилот нарочно поставил его на громкую связь, надеясь, что Дерен всё же что-нибудь сообщит.

Пацаны оживились, приподнимаясь. И присланный видеофайл был тут же развёрнут на всеобщее обозрение.

Это было новостное дэп-сообщение, «синего» уровня, вернее, выдержка из него:

— ...Противометеорная станция засекла два объекта уже при вхождении в атмосферу. Спасателям удалось установить, что это обломки маломестного катера, класса F (частные пассажирские перемещения)...

И следом на браслет Рэма пришло сообщение от службы охраны.

«Срочно зайдите в гостевые апартаменты!»

— Всё, — сказал Анка, сладко потягиваясь. — Рабство кончилось! Дерен и Сайко разбились на фиг! Сейчас регент и Рэма убьёт!