Кольцо блуждающих огней

«Кольцо блуждающих огней»

— Обратите внимание на зов старого мага! — Странный, одетый в лохмотья старик вцепился в руку Маргариты прямо посреди улицы. — Остановитесь, и откроются вашему взору чудеса.

Не успев пройти на фестивальную площадку, девушка вместе со своей подругой была бесцеремонно утянута в ближайший угол к прилавку, из-за которого на них и выскочил пожилой человек. Не успели они прийти в себя, как старик начал шутливо жонглировать яблоками одной рукой, не отпуская свою потенциальную покупательницу, и продолжал говорить о чудесах. Маргарита взглянула на него с отвращением, подумав, кто мог пустить бомжа на такой масштабный фестиваль. Благо, тот хотя бы ничем не пах и не вызывал чесоточного желания помыться. Маргарита отдёрнула руку. Для своих лет он был слишком активным.

Её подруга, взглянув уже с интересом, оценила талант незнакомца и скептически хмыкнула, осматривая небольшое богатство продавца. Ничего интересного тот не имел. Пара старых железных ложек, деревянные фигурки каких-то персонажей и стеклянные колбы — вот и весь ассортимент. Быстро потеряв интерес, девушка начала осматривать соседние прилавки, не уходя от далеко.

— Какие чудеса? — Распознав в лохмотьях старика поношенный средневековый кафтан, Маргарита подумала, что это загримированный аниматор, и решила послушать. Старый парк дышал историей: вековые липы смыкали кроны, роняя на аллеи золотые монеты солнечного света. Само время словно лилось иначе.

— Магия, что старше самих легенд, подарит вам чудо! — Старик театрально взмахнул руками подобно сказочному персонажу, каким-то образом не рассыпав яблоки, но перестав ими жонглировать, и продолжил: — Оно хранилось в самых глубоких подвалах древнего замка. Камелот хранил эту тайну как зеницу ока.

— Да ты тогда ещё не родился, — закатив глаза и снова хмыкнув, перебила его Алиса, беря под руку подругу и уже собираясь уходить.

Старик посмотрел на неё с какой-то доброй усмешкой. У него вообще был очень приятный взгляд. Смешная длинная борода, густые седые брови и правда делали его похожим на придворного волшебника. Не подходила только одежда, слишком потрепанная. Но, Боже Правый, это же средневековье! А учитывая, как Маргарита любила историю… это было попадание в самую точку! Чего нельзя сказать об Алисе. Она пришла на фестиваль, чтобы смотреть на фокусы и бумажных драконов, а не с бомжами разговаривать. Девушка попыталась потянуть подругу за собой, но Маргарита крепко стояла на земле, не желая двигаться.

— Не нужно хамить магам, леди, — всё с той же необъяснимой теплотой ответил старик и полез в широкие карманы в поисках какой-то мелочи. — Чудеса, что я вам обещал, сосредоточены в кольце блуждающих огней. На вершине своего правления король, ведомый алчностью, вскрыл сокровищницу. И поплатился за это жизнью лучших рыцарей. Но кольцо… — Он сделал паузу, на мгновение замолчав. — Простите, я… — Он начал проверять карманы, его глаза панически забегали из стороны в сторону.

Девушки одновременно нахмурились. Что-то явно шло не по плану. Через пару секунд ожидания, что показались Алисе часом, она предприняла вторую попытку увести подругу.

— Рита, пошли! Это просто бомж, который тебя разводит!

— Нет, леди Маргарет. Стойте!

Несостоявшийся торговец выскочил из-за отведённого ему прилавка, преграждая путь. Прыткости и юркости ему было не занимать, несмотря на почтенный возраст. Маргарита отодвинулась в сторону, испугавшись, а через секунду её охватило любопытство. Леди? Он знает её имя? Нет, это Алиса назвала её по имени. Но всё равно хорошо сработано. Да и этот странный аниматор сам по себе интересный. Особенно глаза, горящие яркими огоньками. Ну и чего сразу убегать? Подумаешь, немного не по сценарию, мало ли, реквизит потерял. Все мы люди. Маргарита снова остановилась. В тени сиреневых кустов торопливо перекликались птицы.

— Алиса, подожди.

— Да, леди Алиса, подождите. Вспомнил! — Старичок встрепенулся, хлопнул себя ладошкой по лбу и полез в левый рукав. — Вот оно, самая лучшая вещь в вашей жизни.

Вниманию двух подруг предстало серебряное кольцо. На тонком ободке, слишком изящном, чтобы быть созданным в средние века, покоился голубой камень. У него не было граней, природный сапфир, словно веками омывался волнами. К ободку камень крепился незамысловатым кастом с выбитым орнамент, напоминающим косу. Потёртое, местами потемневшее серебро побывало в руках многих владельцев. Следи мелких царапины, незначительных загрязнений совершенно не портили общего вида и не могли отвлечь внимание, от полупрозрачного камня.

— Кольцо блуждающих огней, мечта многих, может легко достаться вам за сущие копейки! Взгляните, видите гравировку на камне? Пламя. Нагрейте кольцо, и огни древнего острова станцуют для вас!

Вот тут Маргарита начала разочаровываться. Тот, кто поначалу выглядел интересным, оказался простым торгашом. Да ещё и с такими неправдоподобными подделками. В этом колечке даже духа истории нет! Старик покрутил безделушку в длинных худых пальцах, демонстрируя её со всех сторон. Камень ещё раз призывно сверкнул. Алиса мгновенно переключилась на него с подозрительного рассказчика. Да и все вокруг словно перестали существовать. Глаза её заблестели, а на лице начала расползаться еле сдерживаемая улыбка. Наклонности клептомании, или, как предпочитала это называть Алиса, «синдром сороки», часто мешали ей сохранять спокойствие и выглядеть прилично. Она честно пыталась с этим бороться. Но… камушек так блестел… А этот огонёк внутри… такой милый.

— Прелестно, — тихо прошептала та, уже протянув руки. — Как прелестно.

— Его секрет в великолепной способности. Огоньки Авалона будут танцевать, как только сам камень коснётся огня!

Маргарита уже хотела взять его на слабо, приготовившись сказать что-то вроде: «А покажи». Но не успела. Алиса уже обошла её и уверенно тянула руки к кольцу. У девушки появилось плохое предчувствие.

— Мы берём, — даже не дослушав мага, ответила Алиса.

— Подожди. Мы даже не знаем цены, — очнувшись от размышлений, Маргарита осадила подругу и посмотрела на продавца. — Сколько?

Глаза его азартно вспыхнули, он словно совершил нечто очень для него важное. Попросив девушку наклониться поближе, старик назвал сумму, и брови Маргариты приподнялись от мысли, что колечко дороговато… Она выпрямилась, посмотрела на свою подругу, а потом на кольцо. Каким-то чудом оно уже было у Алисы в руках, и та с удовольствием примиряла его.

— За эту стекляшку на нержавейке? — возмутилась девушка.

— Это сапфир! — возразил старик слегка обижено, а потом смягчился. Он даже не следил за тем, что Алиса делает с продаваемым товаром. — Вы не пожалеете, обещаю!

Прозвучало это «обещаю» столь мелодично и тепло, даже Алиса отвлеклась от созерцания кольца. Маргарита, прекрасно понимая, что поддаётся на простейший приём, уже была готова согласиться. Просто жаба сидела на её шейке слишком крепко.

— Алиса, ты сама его купишь?

— Сколько надо? – Уверено переспросила Алиса, торговец озвучил цену повторно. Маргарита решила дождаться, пока Алиса очнётся и осознает, что побрякушка того не стоит, потом погрустнеет и отдаст кольцо старику. Сначала всё шло именно по такому сценарию. Алиса испытала растерянность, потом начала злиться и искать альтернативные пути. Даже применила скрытый талант поторговаться. Но старик отнекивался, настаивая на цене. Маргарита почти видела, как шестерёнки в мозгу подруги завертелись. Снимать безделушку с пальца девушка была не намерена. Уперев руки в бока, Алиса нахально заговорила:

— Если у вас под грязным и видавшим виды пальто найдётся аппарат для принятия карт…

Довольный старик остановил её одним жестом. Быстро обернулся, схватил с земли такую же старую, как и он сам, сумку. Секунда, и он вынул оттуда мобильный телефон, указав пальцем на экран.

— Мобильный банк?

— К чёрту! Я хочу это, — растерявшись по началу, Алиса так же шустро, как и продавец, полезла в свою сумку за телефоном.

И вот она уже под диктовку вводит номер его банковской карты. Теперь играть в скептика начала Маргарита. Она смотрела на происходящее, слегка приподняв бровь, и удивлялась. Подумать только, маг в балахоне, только что продал им кольцо за тысячу рублей использовав… мобильный банк! Двадцать первый век поистине ужасен. Раз может даже магов заставить пускать в ход интернет. Транзакция произошла, телефон продавца пикнул, и тот довольно спрятал его в один из карманов. После чего радостно хлопнул в ладоши! Он и правда походил на человека, который освободился от бремени. А потом с легкой грустью взглянул на девушек.

— Спасибо, — максимально дипломатично ответила Маргарита и уже развернулась, чтобы уйти.

Но не тут-то было. Старик встал между ними и обнял за плечи. Как старый друг или профессиональный вор. Маргарита сразу схватилась за сумку. А Алиса взглянула на него, готовая разбить нос тем же самым колечком, если он посмеет ещё раз прикоснуться к ним. Но мага это не сильно волновало.

— Вас ждёт великолепный день! — Он указал пальцем на другого продавца, что стоял чуть дальше по дороге в красной подпоясанной рубахе — Мой вам совет, прикупите у него монеток пятого века. Копии великолепные, я проверял! И да, леди Маргарет, недорого. Леди Алиса, вам они особенно понравятся.

— А вы вообще кто? — поинтересовалась Маргарита, скидывая его руку со своего плеча.

— Зовите меня Мерлин, — с этими словами он похлопал каждую по плечу, развернулся и вернулся на своё место. К сумке, стульчику и полупустому прилавку с другой «мишурой».

— Мерлин. — протянула Алиса, смахивая со своего плеча невидимую пыль— Куда там…

Со стороны можно было сказать, что Алису наглым образом ограбили. Если бы это случилось посреди обычной улицы, а не на тематическом историческом фестивале, девушка с этим бы согласились. Но сейчас, когда первые летние деньки только начали дарить тепло, а до получения диплома оставался месяц, подруги решили устроить себе выходной. Да, рискованно вот так бросать дела и идти на другой край Москвы, чтобы почувствовать себя средневековым горожанином. Но если к чему Маргарита и могла относиться серьёзно, так это к истории. Её маленькое увлечение, хобби, можно сказать, не могло быть променяно на что-то другое. Даже рискуя не закончить написание дипломной работы. Ещё немного, и она встанет на этот тонкий лёд. Алиса же отличалась взбалмошным характером, лёгкая на подъём, она всюду следовала за Маргаритой. Если это сулило хоть какое-то приключение, разумеется. И то, что происходило в парке, определённо попадало под категорию «интересно, возможно, опасно».

Здесь, где гостей окружали переодетые в рыцарей и лордов актёры, пахло костром, доносилась струнная музыка. Где-то чуть дальше предлагали попробовать эль, можно было помахать настоящим мечом, и если изловчиться, то ещё и прикупить атмосферных сувениров. Послушавшись старика, Маргарита обратила внимания на монеты. Они и правда были очень похожи на настоящие деньги. Кривая чеканка, неровные края, чернение, напоминающее грязь и пыль. А также стёртые рисунки, словно от множества прикосновений. А старик не солгал, стоили немного. Маргарита даже разорилась на несколько штук, решив сделать подарок отцу и паре знакомых. А потом зазвучала музыка.

Не удержавшись, Алиса схватила подругу за руку и потянула за собой. Туда, где уже собрался целый хоровод. Струнная музыка весело звучала на всю улицу, барабанщики отбивали ритм. Девушки в цветастых платьях, приподняв юбки, отплясывали что-то интересное и заводное. Маргарита и не заметила, как Алиса сама растворилась в толпе танцующих, только сверкая своей длинной юбкой от сарафана. Гостей обхаживали, как могли, кто-то из работников фестиваля, протянул Маргарите кружку эля. Девушка отказалась, улыбнулась переодетому в балахон волонтёру и продолжила хлопать в такт музыке.

***

Чистое, розовеющее от заката небо значило сегодня очень многое. На опушке близ деревни, вокруг многолетнего дуба с упрямством копошились люди. Подготовка началась где-то с обеда. Девушки разбежались по лесу собирать цветы для девичьего венка, парни разошлись по дворам, чтобы не сталкиваться с так называемыми суженными. А опытные женщины, как правило, матери и бабушки собрались у дуба-покровителя. Сначала они украшали дерево лентами, потом, утоптав траву, разожгли четыре больших костра. Мужчины вытащили на улицу столы, скамьи и заготовленный специально для особого случая мёд. Благо, пасека своя и можно было как поесть, так и выпить. Даже налог, которым всё это облагалось, не помешал.

К закату, когда начало темнеть, а пламя костров стало ярче, началась основная часть. Каждая молодая и готовая к женитьбе девушка по договорённости шла к дому любимого. Она должна надеть специальную рубаху, расшитую красными нитками, поверх самый красивый сарафан, в котором она ещё ни разу не работала. Впервые девушкам разрешалось распустить волосы, а голову украсить пышным девичьим венком. Всё это было языческой, или, как тут говорили, магической атрибутикой. Всё делало будущих невест в разы прекраснее, как Сирены, вышедшие из морей, они будто очаровывали, уводя за собой лучших, по их мнению, женихов. Иногда Мэттью надеялся, что и на его двор забредёт красавица, но сам понимал, его роль здесь только следить за порядком и постараться не ввязываться в гущу событий. А что ещё делать? Однажды сюда приехал какой-то священник с бумагой от лорда и выбрал Мэттью своего рода сельским старостой. Он должен отчитываться перед лордом о работе в деревне, докладывать обо всём произошедшем, а также контролировать выплату налогов.

С тех пор односельчане начали не столько уважать Мэттью, сколько побаиваться. С ним старались особо много не разговаривать, всё только по делу. А если у кого и развязывался язык, то его тут же обрывали, чтобы семейные секреты не дошли до ушей лорда. Со временем он привык такому положению дел, стал хмуро поглядывать по сторонам, действительно приходить с небольшими проверками, иногда прикрикивая на лентяев. Кратко говоря, набивал себе цену. Совершенно бесполезную на деле, ничего не дающую, и, в принципе, всё больше портил мнение односельчан о себе. Так было и сегодня. Торжественно подпирая собой забор, Мэтт наблюдал за праздником. Иногда обзор ему закрывали клубы дыма от костров, если ветер дул в его сторону. Но это не мешало изображать суровость и одновременно поглядывать в сторону одной из особ. Да на что он рассчитывал? Усмехаясь собственным мыслям, Мэттью мог только представлять себя в толпе кружащихся у дуба парочек.

— Где Линет? — голос соседа отвлёк Мэтта от созерцания эля в своей кружке.

— Ушла с Тео, — изобразив полное отстранение, ответил он. — Ты, я посмотрю, тоже один.

— Нет, — покачал головой Орен. — Она просто опаздывает.

Мэттью подумал усмехнуться, сказать вроде: «Ну да, конечно», — как услышал тонкий мелодичный голос. Они вместе обернулись и увидели брюнетку, что, придерживая венок, бежала прямо к ним. Мэтт только обречённо выдохнул. Девушка схватила Орена за руку, что-то быстро сказала и только потом взглянула на Мэтта. Её взгляд тут же изменился, улыбка пропала, и, отведя взгляд, она гордо пошла в сторону дуба. Орен пожал плечами, толкнул соседа и на ходу бросил:

— Ничего, явится ещё твоя Линет.

— Ага, — без особого энтузиазма согласился Мэттью и добавил, стоило собеседнику раствориться в толпе, — она, видимо, не родилась ещё.

С этой мыслью он залпом допил содержимое стакана, направившись за добавкой. Знал, как селяне о нем думают, понимал, что никакая Линет ему не светит. Она была местной любимицей, так сказать, первой девушкой на деревне. Тем более из рода так называемых колдунов. На самом деле, Мэтт в жизни не видел, чтобы родня Линет или она сама колдовали: жили как все, работали и не выделялись. Кроме одного факта, они не боялись ни Великой Чистки, ни гнева лорда и открыто называли себя колдунами. Мать Линет создала вокруг дочери такой ореол тайны, что не было в деревне парня, не поглядывающего в её сторону. На их фоне «шпион» лорда, которому уже перевалило за тридцать, не выглядел хорошей партией. А скорее походил на полнейшего неудачника. Взглянув, как Линет кружится в центре хоровода, Мэттью стянул с общего стола кувшин мёда и вернулся на своё место.

Линет была счастлива как никогда. Этого дня она ждала с небывалым трепетом и сейчас полностью отдавалась празднику. А ещё она была крайне собой довольна! У неё самый красивый сарафан, самый пышный венок, а ещё самый лучший жених. По крайней мере, так говорила мама. Под бубны и колокольчики молодые, собравшись в хоровод, начали кружиться вокруг многолетнего тёмного дуба. Линет помнила, как мама рассказывала, будто все маги, что жили в деревне, после пришествия новых королей оставили свои силы внутри этого древа. И предки Линет в том числе. Это сделало дуб особенным. Несмотря на то, что большая часть знати поддалась новой модной религии, принявшись изводить всех колдунов. Но сегодня бояться было нечего, даже не обращая внимания на магический подтекст праздника. Сегодня все лорды сами празднуют память какого-то святого, Линет не помнила его имени, и приедут сюда только через пару дней. И то, если кто-то доложит. Правда, костры уже будут потушены, ленты сняты, а жители станут всё отрицать.

Хоровод ускорялся, приобретая новые элементы. Все обхватили друг друга за плечи, начали подпрыгивать, смеяться. Уже женатые или старики хлопали им, набивая ритм, и напевали тягучие песни на непонятном Линет языке. И хоть слов она не знала, сердце всё равно наполнялось теплом. Ноги сами тянулись в пляс. Отстранившись от толпы, Линет закружилась на месте, под одобрительные возгласы. Её белокурые длинные волосы развивались, отблёскивая в алом свете костра. Она слышала, как парни выкрикивали её имя, как хлопки становились громче, тягучие песни бодрее. Полная восторга она закрыла глаза, запрокинула голову и, смеясь, продолжала кружиться дальше. Вдруг она споткнулась, рухнула на землю, вскрикнув, снова рассмеялись. Толпа тоже залилась смехом. Зазвучал низкий голос кого-то из старших, все затихли, начиналась самая сокровенная часть, нужно было признаться в любви своему избраннику. Девушка должна снять с головы венок и надеть на голову жениха. Линет подскочила на ноги, сияя от восторга, но тут же отвернулась от всех и схватилась за дуб. Очень сильно кружилась голова. Закрыв глаза, чтобы унять неприятное чувство, Линет на мгновение потерялась в пространстве.

Тут же она почувствовала толчок, кто-то задел её в спешке и даже не извинился. Линет снова упала, на сей раз не так мягко. Когда она встала на ноги второй раз, то сразу схватилась за голову. На ней не было венка. Линет подумала, что он слетел во время танца или когда её толкнули… В любом случае, нужно срочно его найти. Обойдя вокруг дуба, посмотрев на траве, там, где хоровод, она ничего не нашла. Сердце забилось, девушку начала охватывать паника. Она пыталась осмотреть всё, но людей казалось так много, не видно было даже травы. Вдруг кто-то схватил её за плечи, и девушка вздрогнула от неожиданности.

— Линет, вот ты где! — Тео, казалось, счастлив. — Еле нашел… Где твой венок?

Девушка замерла, испуганно глядя на жениха. Да, уже почти все обменялись венками и спокойно рассаживались за столы. Некоторые парочки скрылись за деревьями, втайне от родителей наслаждаясь первыми поцелуями. А она всё испортила.

— Тео, прости, я… — заговорила девушка, но жених тут же перебил её.

— Где твой венок, Линет? — Он нахмурился, будучи сыном местного кузнеца, хмуриться он умел как нельзя строже. — Ты отдала его другому?

— Я не…

— Кому? — Закатывая рукава, Тео принялся оглядываться. Не найдя очевидной жертвы, он переключился на девушку. — Мы договаривались, Линет. Я ухаживал за тобой несколько месяцев.

— Знаю. Просто… — Линет совершенно растерялась, вид жениха её пугал. Не ровен час, он выместит на ней всю злость. И в то же время будет прав! Никто не поверит, что венок можно так просто потерять, тем более такой большой и пышный.

— Просто ты нашла кого-то лучше? — Тео переполняло возмущение. — Знай, когда мы поженимся, я не забуду тебе этого, — пригрозил он, выкрикнув в нетерпении: — Кто это был?

Линет испуганно отпрыгнула. Внутри всё сжалось, стало страшно, обидно и больно одновременно. Здесь злился жених, а дома она получит нагоняй от отца и матери, ещё и такой позор на всю семью. Чем она так провинилась перед древними силами? Взглянув на дуб, с полным отчаянием в глазах, она расплакалась. Тео шагнул ей навстречу, не придав значения слезам. Но Линет оттолкнула его, что-то выкрикнула и убежала. Ей хотелось спрятаться дома, пока там никого нет. Слёзы застилали глаза, она не видела дороги под ногами. Только чувствовала, как колется песок. Тео проводил её таким же хмурым взглядом, после чего развернулся и направился к отцу невесты. У них намечался очень неприятный разговор. Мэттью, к его сожалению, этой сцены не видел. Он уже не наблюдал за происходящим. Жалеть самого себя было куда приятнее. Кувшин медленно пустел, а куры, пытающиеся поделить одно зерно, стали более интересным зрелищем. Развернувшаяся трагедия могла бы стать для него шансом, но возможность была бездарно упущена.

***

Уходить с фестиваля пришлось пораньше, у Маргариты ещё были планы на вечер. Она вообще не любила оставаться на улице дотемна. А сегодня ещё и не желательно опаздывать. Алиса же, узнав, что подруга бросает её в единственный выходной, тут же написала парню. Бедный Гриша ещё не знал, какой поток эмоций, впечатлений и рассказов польётся в его уши, но встретить девушку у метро согласился. До этого самого метро можно добраться двумя путями. Вдоль дороги или через парк, просто выйти придётся с другой стороны. В душе Алисы всё ещё витал праздник и халявный эль, который всем давали попробовать, а поэтому она утащила Маргариту в парк. Ей хотелось продолжение банкета! В то время как Маргарита, получившая нужную дозу исторического кайфа, обдумывала услышанную информацию.

— Как только Гриша будет здесь, — щебетала Алиса, — я точно потащу его обратно! Пусть попробует пострелять из той пушки! И познакомлю его с волшебником.

— Да, познакомь. Может он выбьет твою тысячу обратно, — вспомнив старика, который окрутил Алису аж на деньги, Маргарита недовольно поморщилась. Правда потом вспомнила, как он разговаривал, и заулыбалась. — Забавный он.

— А давай его подожжём! — воодушевлённо предложила Алиса, с восторгом глядя в глаза подруги.

Маргарита остановилась, испуганно взглянула на Алису. Внутри затеплилась тревога за жизнь бедного бородача.

— Кольцо, — Алиса начала рыться в сумке. Вариант, что можно поджечь ещё кого-то кроме кольца, ей, конечно, понравился, но волшебника было жалко. А вот кольцо… Ей обещали магию, а значит дайте её сюда!

Маргарита удивлялась, сколько всего за собой таскала эта женщина. В тряпичной и очень экологичной сумочке на молнии можно было откопать всевозможные документы, удостоверяющие личность, гору косметических приблуд, металлическую бутылку для воды, полупустой кошелёк, использованные проездные, среди которых иногда прятались и ещё действующие, а также акварельные краски, пенал и скетчбук. Наличие последних трёх не могла объяснить даже Алиса, она просто знала, ей это нужно всегда. Но самое главное — в сумке нашлась зажигалка. Маргарита же неуверенно бросила взгляд на свой миниатюрный рюкзак.

Доверив подруге держать перстень, Алиса подхватила Маргариту под руку, чтобы та не могла уйти в разгар веселья. Да девушка и не собиралась, ей самой интересно, на что способно колечко за такую цену. Оно же способно? Алиса поднесла зажигалку к ювелирному изделию. Синий прозрачный камушек тут же закоптился от огня, но тёмный оттенок лишь ещё больше оттенил белую гравировку. Теперь она, кстати, уже не была белой, а медленно окрашивалась в цвет настоящего пламени. Маргарита одновременно с Алисой нахмурились, глядя на это изменения. А дальше… Если бы у Маргариты спросили: «Как это произошло?» — она бы ни за что не смогла объяснить. Концы пламени начали плавно раскачиваться, ножка кольца нагревалась, но тепло почти не ощущалось. Пламя стало красным, словно настоящий костёр, зашевелилось, затанцевало. В нём было что-то завораживающее, тёплое… светлое… спокойное…

— Чёрт! — выкрикнула Маргарита, схватившись за свои пальцы. Они покраснели от ожога и страшно болели. Словно она потрогала раскалённую сковородку. Кольцо пропало.

— Ты его уронила! — Алиса присела, дабы найти кольцо, но замерла, как только взглянула на землю. — А где асфальт?

Маргарита огляделась, её тут же охватил испуг и тревога. Прижав обожжённые пальцы к губам, она вертелась из стороны в сторону, не понимая, как они оказались посреди пшеничного поля. Колоски хрустели под ногами, прохладный ветер теребил юбку платья, приятно распушив волосы. Но всего этого ни Маргарита, ни Алиса уже не замечали.

— А я и не знала, что этот парк такой большой… — протянула Алиса с некой надеждой в голосе. — Слушай, а мы за город вышли?

— Мы не в парке, — холодно ответила Маргарита, на что ей тут же язвительно ответили.

— Ну не в Нарнии же! Ты шкафы на дороге видела? Вот и я нет. — Уперев руки в бока, Алиса тоже огляделась и, заметив единственный дуб, стоящий посреди поля, указала на него пальцем. — Туда!

— Что? Стой, нет! — Маргарита остановила подругу, резко схватившись за её сумку. — Мы не можем просто идти куда попало.

— Хорошо, смотри. Там, — Алиса указала за спину подруги, — лес, а там красивый дуб. Где удобнее ставить фестивальную площадку? Правильно, не в лесу. Идём.

Не дождавшись ответа, Алиса дёрнула на себя сумку, дабы освободить её из рук подруги, и направилась вперёд. Маргарита сложила руки на груди, что было скорее жестом защиты, чем недовольства. Помедлив, она ещё раз осмотрелась, после чего всё же пошла вслед за Алисой. В какой-то степени она права. В глубине души обе надеялись выйти к какой-нибудь дороге, остановить попутку и спросить, где они вообще находятся и есть ли тут автобусы.

Из-за дерева в Московском парке вышел седой торговец. Тот самый, что продал двум девушкам кольцо. Он наблюдал за ними весь день в ожидании самого главного момента. Теперь волшебник казался совершенно счастливым. Довольно улыбаясь, он подобрал с земли кольцо, протер краем рукава, счищая сажу. Его старые ботинки шаркали по городскому асфальту, пока он медленно приближался к стоянке, где его уже ждал черный автомобиль с иностранными номерами. Бородач бережно спрятал колечко обратно в карман, довольно похлопав по нему рукой. Подумать только, он ждал этого момента несколько сотен лет, и вот оно! Свершилось! Теперь можно выдохнуть, уйти на заслуженную пенсию, купить кота… Да, он всегда хотел завести кота, чёрного, как смоль, и чтобы глаза в темноте горели! Старик мечтательно закатил глаза, но стоило ему услышать, как водитель такси настойчиво сигналит, мечты развеялись. В свете последних событий… пенсия может ему только сниться.

***

Беспощадно губя чей-то урожай, Алиса пробиралась вперёд через высокую пшеницу. Она кололась, шуршала, но безвольно прижималась к земле. Маргарите было проще, она шла вслед за подругой по уже протоптанной дорожке, но брезгливо фыркала в разы больше. Пшеница колола её ноги, залезая под чёрную строгую юбку. Кутаясь в широкий шарфик, что раньше был намотан на её шею, Рита пыталась защитить руки от царапин. А вот подруга её удивляла, Алиса будто не обращала внимания на заросли вокруг. Когда они подошли ближе к дубу, то пшеница, наконец, закончилась и началась коротко скошенная и притоптанная трава. Маргарита выдохнула с облегчением. Они остановились, и Алиса начала отряхивать подол сарафана от прицепившихся листочков. Маргарита выровнялась, осмотрелась и замерла в некоем недоумении.

Она толкнула Алису и указала на дуб. Под деревом на спине лежал человек, одетый во что-то, больше походившее на старьё. Какое-то время девушки просто смотрели на непонятное тело под дубом, и только через пару мгновений Маргарита решилась подойти ближе. Алиса поплелась за подругой, ей казалось, это бомж или типа того. Уж больно бородатым и потрёпанным выглядел этот странный гражданин. Рита медленно подошла к телу, прищурилась, почувствовав что-то неладное. На всякий случай она ещё раз осмотрелась, может, есть прохожие, но в поле девушки были совершенно одни. Если не считать необычную находку.

— Он мёртвый? — поинтересовалась Алиса, выглядывая из-за плеча подруги.

— Не знаю. — Рита убрала мешающие пряди волосы за ухо. — На всякий случай позвони в скорую.

После этих слов девушка медленно присела, сначала думала проверить пульс. Но она не знала, как именно это делается. Тем более ей не слишком хотелось трогать какого-то странного человека посреди такого же странного поля. Поэтому она наклонилась ближе, решив прислушаться к дыханию.

— Жив! — выпрямившись, произнесла Маргарита. — Только безбожно пьян. Сбрасывай звонок.

Алиса, которая ещё даже не успела разблокировать экран, спрятала телефон обратно. Рита скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на пьянчугу. Учитывая, что здесь больше никого нет, может, стоит разбудить? Типа, спросить дорогу.

— Ты тоже думаешь его разбудить? — Алиса будто предвидела этот ход мыслей.

Зная, что подруга и пальцем не притронется к этому человеку, а для тыканья палкой Рита слишком хорошо воспитана, Алиса решила всё сделать самостоятельно. Она присела на корточки и повнимательнее рассмотрела незнакомца. Бородатый, лохматый, но моложе, чем может показаться на первый взгляд. Тёмные волосы с рыжеватым оттенком закрывали лоб, а одежда не такая уж и потрёпанная. Скорее, чужой народности. Крона дерева прятала этого странного человека от ярких солнечных лучей. Слишком ярких для этого времени суток, что Алиса, разумеется, заметила, но значения не предала.

— Буди быстрее, если ещё хочешь. — ответила Маргарита. Она пыталась включить навигатор, но телефон упрямо не хотел подключаться к интернету и сети в целом, это заставляло волноваться.

— Это похоже на то, как будто мы только что его остановили, отжали мобилу и вырубили. — Алиса пощёлкала пальцами над ухом спящего. От чего тот, конечно, поморщился во сне, но возвращаться в мир реальный не собирался. — Хей! Мужчина-а-а-а-а! — Девушка подобрала с земли палку, поломала её на несколько мелких кусочков и начала бросать в спящего. — Уважаемый, проснитесь!

Маргарита обернулась, посмотрела, что делает подруга, и вернулась к попыткам поймать сеть. Мысленно она уже начинала паниковать. Этот алкаш, кем бы он ни был на самом деле, их единственный шанс. Где-то на пятом кусочке палочки неизвестный снова начал жмуриться, потом даже попытался отмахнуться. Луч солнца проскользнул между листьями дуба и ударил прямо в глаза. Мужчина закрыл их ладошкой, что-то промычав, и перевернулся на спину. В ушах звенело, словно кто-то тряс над ним сотней колокольчиков, за закрытыми веками начали появляться зелёно-красные разводы, казалось, появившаяся тошнота была связана именно с ними.

Теперь уже любое отвращение потеряло всякий смысл. У Алисы закончилось терпение, и, увидев, что незнакомец снова засыпает, она схватила его за руку и начала трясти. От этого ему стало ещё хуже, голова заболела, а звон превратился в писк. Мужчина закрыл уши и попытался встать, но это не помогло. По крайней мере, его перестали трясти. Он ещё не знал, кто это делал, но заочно уже ненавидел. Заметив изменения в статусе найденного, Маргарита временно отвлеклась от телефона.

— Кто… — Мужчина, наконец, смог сесть и потёр глаза. Боги, почему говорить так неприятно?

— Хей, нам нужна помощь! — Алиса замахала перед ним руками, но это не возымело успеха.

Маргарита схватила подругу за руку, чтобы остановить. В этом уже не было смысла. Любые махания, крики или толчки теперь только навредят. Нужно дождаться пока неизвестный немного придёт в себя. Наконец проморгавшись и научившись игнорировать звон в ушах, он обернулся в сторону двух незнакомых ему особ.

— Здравствуйте, вы не могли бы нам помочь? — Рита улыбнулась, усаживаясь рядом прямо на траву.

— Кто вы? — Мужчина с удивлением посмотрел на девушек, потирая гудящий затылок.

— А можно по-русски? — возмутилась Алиса. И поняла, это ещё один барьер между ними и дорогой домой. Она бы сказала «фиаско, братан», но Рита не одобряет подобных вставок в речи. Они умудрились напороться на пьяного англичанина. Лишь бы он не был футболистом! Дай Бог актёром…

— Точно с фестиваля, они писали, что приглашали иностранных реконструкторов. Вон и одежда подходит. — Маргарита снова перевела взгляд на мужчину, перейдя на английский. — Бесплатный эль был слишком сладок, верно?

Услышав странный, но, главное, понятный язык, незнакомец немного повеселел. Видимо порадовался, что ещё не весь разум пропил. Маргарита решила проявить некое сочувствие к неприятному состоянию собеседника, чтобы получить его расположение и протянула ему руку. Теперь, решив, что это скорее аниматор, а не бродяга, бояться было нечего.

— Итак, я Маргарита. Могу спросить, как зовут вас?

— Мэтт… — Он посмотрел на протянутую руку, но пожимать не стал.

— Мэтт, прекрасно, не подскажете, где мы находимся?

Мужчина обернулся, увидел дуб, под которым спал, сверяясь с последними воспоминаниями. Потом попытался встать, но не смог и снова рухнул на землю. Алиса засмеялась, отвернувшись. Маргарита, в лучших традициях выпускников факультета международных отношений, продолжала мило улыбаться.

— Давайте я помогу. — Она взяла его под руку. От такой любезности Мэттью даже растерялся, но отказываться от помощи не стал.

Оказавшись на собственных ногах, Мэтт облокотился на ствол дуба. Собственно, стоять было приятнее, хотя голова снова начала кружиться. По крайней мере, солнце больше не било в глаза с силой молнии, пытаясь расколоть череп на две половинки. Немного помедлив, Мэттью решил ответить любезностью на любезность.

— Вы в Элдоре, — ответил он. — Бывший Логрес.

Алиса взглянула на Риту с надеждой, что та переведёт.

— Говорит, что мы в Элдоре, — голос у Маргариты стал вообще нерадостный.

— Насколько это далеко от МКАДа?

Вероятно, Алиса всё ещё верила, они недалеко от родных земель. И даже подумала, что Элдор - просто подмосковный городок или район. Думать о том, как они сюда попали, она не хотела. Маргарита взглянула на нового знакомого и с ужасом поняла, что он не ответит, просто не знает. Он не знает, что такое МКАД, он англичанин… в Элдоре… Здравый смысл пытался ещё твердить, что всё это неправда, они в пределах города. Но Маргарита, будучи любительницей читать новости, уже предположила, что с ними что-то сделали. Возможно, ударили по голове… Нет. Нет, это не может быть правдой.

***

Случившееся прошлым вечером оставило заметный отпечаток на всей деревне. На улицах больше не было ни одной свободной девушки детородного возраста. Разобрали даже тех, кого считали некрасивыми или бесполезными в быту. И Линет чувствовала себя белой вороной, сидя дома, словно узница в башне с драконом. И её мать прекрасно олицетворяла этого дракона. С самого утра она нагрузила дочь работой, запретила выходить из дома. За завтраком отец Линет обмолвился, что увезёт дочь к лорду в замок через пару дней. Он утверждал, в родной деревне ей жизни нет. Слух о том, что девушка отдала свой венок парню, у которого уже была другая невеста, распространился очень быстро. На Линет появилось клеймо любовницы, а значит, с Линет теперь никто даже не заговорит, тем более из мужчин. И как бы обидно ни было, Линет понимала, венок всё ещё там, где-то рядом с проклятым дубом. Увядший, но бесхозный, всё ещё предназначенный для Тео.

Дождавшись пока в доме, никого не будет, Линет бросила тряпку, которой вытирала стол, схватила материнскую шаль и бросилась к двери. Ей важно очистить своё имя, доказать свою правоту родителям и жениху. Она знала, Тео всё ещё свободен. И хоть он нагрубил ей тогда, Линет объясняла всё порывом эмоций. Все знают, какой Тео вспыльчивый, а чего ждать от потомственного кузнеца? Всю жизнь у огня провёл и сам как огонь стал. Ничего, увидит венок, целый и невредимый, тут же успокоится. Линет это знала и в это верила. Выбравшись из дома, она быстро накрыла голову шалью и направилась к калитке. Под ногами хрустел песок, вышла девушка босиком, не было времени на сборы. Остановившись у высокой калитки, Линет привстала, выглянув на улицу. Взгляды сердобольных тётушек-соседушек ей не нужны. Шагнув за калитку, она остановилась, развернувшись в сторону дуба.

Дом родителей Линет располагался почти на самом краю деревни, мать очень хотела жить поближе к священному дубу. И вот, глядя прямо по улице, Линет увидела, как Мэттью возвращается в деревню с двумя незнакомыми спутницами. На мгновение Линет забыла и о венке, и о Тео, увидев странный вид незнакомок. Они ступали вслед за Мэттью боязливо и хмуро оглядывались, одеты в какие-то странные и крайне развратные платья. Но как поняла Линет, эти девушки (а может быть, женщины, она точно не знала) не походили на продажных девок. Слишком чистенькие. Возможно, новые шпионки от лорда? Последняя мысль заставила Линет испугаться. Мэтт перешагнул низенький заборчик, что отделял деревню от поля, и девушки тут же последовали его примеру. Ничуть не стесняясь, одна из них задрала юбку синего сарафана, а вторая… её юбка и так была недопустимо короткой. И что этой странной парочки нужно от деревенского старосты?

— Линет! Быстро вернись! — громкий голос заставил девушку вздрогнуть. Она обернулась, увидев мать. Женщина с грохотом бросила на землю корзину с морковью, уперев руки в бока. Не желая спорить, Линет опустила голову и сделала шаг назад. Она медленно закрыла за собой калитку, сняла с головы шаль и побрела в сторону дома. Ей было обидно. Она по глупости задержалась. И за что ей дано такое любопытство?

***

Деревенька показалась Алисе и Маргарите вполне правдоподобной и добротной. Правда, смущали крыши из соломы, ну да ладно. В принципе, место выглядело живым. Стоило подругам переступить низенький заборчик, который походил на просто сложенные в ряд брёвна, как их окатило волной местной жизни. Дорога со следами от колёс телеги и отпечатками босых ног. Запах дыма от печей и доносящийся звук топора, рубящего дерево. Алиса, полная восторга, осматривалась по сторонам, желая потрогать каждую травинку, лавочку, избушку и всё остальное, что можно потрогать. Чуть дальше дорога сузилась, белые дома, подкреплённые деревянные сваями, здесь явно ставили ближе друг к другу. Когда мимо Маргариты пробежала целая вереница белых кричащих куриц, ей пришлось остановиться, чтобы не наступить на животину. Где-то дальше раздался гогот гусей, и Маргарита подумала, как бы и эти крылатые не выбежали им навстречу всем табуном. Мэттью же шел, даже не обращая на творящийся бардак и капли внимания.

Наконец скрипнула дверь, и, немного пригнувшись, девушки переступили порог довольно тёмной избёнки. Конечно, внешне дом казался довольно просторным, но внутри. Маленькие окошки, полумрак из-за отсутствия нормального освящения, низкие потолки и поскрипывающие половицы… Рита даже немного испугалась, не ползают ли тут змеи время от времени. Пахло в доме сыростью, засушенными травами с нотками остывшей печки. И если брезгливость Риты не позволила ей даже сразу выровняться, то Алиса, наоборот. Словно оказавшись в интерактивном музее, она начала вертеться и рассматривать все, что её окружало. Уже через мгновение она обежала вытянутый стол, перепрыгнув через лавку, и оказалась около странного вида печки. Немного постояв и потерев затылок, Алиса обернулась.

— А чего тут всё не по-деревенски? Не по-нашенски, — убеждённая в какой-то особой схеме деревенских изб, спросила она подругу.

— Потому что деревня не наша? — ответила Маргарита, почувствовав, насколько странно звучит эта мысль. А потом специально для Мэтта перевела: — Она спрашивает, можем ли мы задержаться?

— Что сделать? — переспросил Мэтт. То, как Маргарита подбирала и произносила слова, казалось ему странноватым. Но, по крайней мере, он убедился, что они иностранки.

— Остановиться в вашем доме, — она попыталась подкрепить слова жестами. — Выпить чаю, немного отдохнуть?

— А, ну… — Хмуро и слегка недовольно Мэттью взглянул на Алису, которая копошилась в его запасах сушёных трав, медленно подбираясь к мешку с мукой. — Только ненадолго. Заодно расскажите, откуда взялись.

Отказать ему не хватило смелости. Да и вроде неприлично это - выгонять странников. Тем более теперь, когда он провёл их через всю деревню, пустил на порог. Взлохматив тёмные волосы, Мэтт прошел дальше, стряхнул крошки со стола и устало рухнул на край лавки. Голова всё ещё побаливала, сидя вести разговоры явно лучше. Маргарита сняла с плеча сумку, положила её на другой край стола. Так, чтобы хозяин избы не смог бы дотянуться. Ей нужно осмотреться, нужно было поспрашивать людей. Но сначала привести в чувство хозяина дома. Почему ей всё ещё казалось, будто весь этот несвязный бред - последствие похмелья? Просто маленькая надежда.

Стоило только Алисе увидеть слабый кивок хозяина дома, как она тут же забыла о существовании здесь других людей и повернулась к так заинтересовавшему её сердцу дома. Оно было потушено. Пробормотав что-то про приметы, Алиса быстро нашла щепки для розжига. Не найдя поблизости спичек, лишь странный серый камень и железную «пряжку», девушка вытащила свою зажигалку. В печке вспыхнуло пламя. Послышался довольный писк Алисы, которая воодушевлённо повернулась к Маргарите. Подобно ребёнку, девушка захлопала в ладоши и даже подпрыгнула. Правда, когда Мэтт обернулся, пытаясь понять, что произошло за его спиной, Алиса спрятала улыбку, испугавшись реакции любезного гражданина, что приютил их. С одного края её сарафан уже испачкался мукой, а из волос, как заколка, торчал засушенный цветок ромашки. Спрятав руки за спину, с совершенно наивным видом, она спросила:

— А как это работает?

Мэттью окинул девушку придирчивым взглядом и обернулся к Рите, ожидая перевода на понятный язык.

— Спрашивает, можно ли приготовить что-нибудь? — Рита улыбнулась и пояснила: — В благодарность, что вы разрешили нам остаться.

Уговаривать Мэтта не пришлось. Доверять первым встречным страшновато, но этой печки так давно не касалась женская рука, что можно сделать исключение. Особенно раз сам Мэтт кулинарными талантами не отличался. Получив через Маргариту разрешение, Алиса сразу принялась за дело. И вовсе не потому, что приготовление еды входило в длинный список хобби девушки. Скорее, потому что здесь всё было новое! И если Маргарита познавала мир через людей, то Алиса сквозь кухню и сериалы. Решив, будто ему впервые за много лет улыбнулась удача, хозяин дома даже как-то расслабился. И пока Алиса изучала все бочонки, запасы и прочие интересности, он завороженно наблюдал. Мэтт, опираясь спиной о стену, положил руки за голову. В ещё полупьяном рассудке заиграла фантазия. Вот были бы такие все дни. Жена, готовящая обед, крики детей за окном. И пусть их будет пятеро, нет, семеро! Чем больше, тем лучше. На столе кувшин мёда, за окном солнечное лето и пение птиц сквозь открытое окно… Слишком приятные мысли, слишком хороши, чтобы быть правдой.

Уловив момент, когда все отвлекутся, Маргарита схватила сумочку и вышла из избы. Солнечные лучи стали ещё ярче, тут же повеяло травой с нотками запаха дыма от печей. Помявшись, она укрыла голову шарфом и нерешительно шагнула вперёд. Хмуро оглядываясь, Рита вышла с чужого двора. Народу на улице прилично, в основном женщины, на фоне которых Маргарита сильно выделялась. Все как одна одеты в длинные рубашки, с простеньким поясом и воротником под горло. Волосы под плотными платками, глаза отводят, как будто заняты трудом. Местные интересовались, разглядывали незнакомку, но сторонились. Стоило ей обратиться к кому-то, так те молча расходились. Заметив двух старушек, что копошились у колодца, Маргарита направилась к ним. Эти женщины с пышными фигурами переливали из ведра в ведро воду. В отличие от многих, заметив девушку, бабульки не разбежались, бросив вёдра. Одна из них выпрямилась, уперев руки в бока. Другая хмуро поправила платок на голове и вернулась к делам.

— Заблудилась, красавица? — сказала старушка, которая вблизи оказалась моложе, чем показалось Рите на первый взгляд. Из всех она тут, видимо, побогаче. На поясе у неё цветастая вышивка, рукава рубашки языческими символами покрыты. Только всё это Риту не интересовало.

— Может, хоть вы мне скажете, что это за место?

— Видела я, как староста деревенский вас привёл, — вместо ответа, продолжила старуха. — Чего он вам не сказал?

— Подумаешь, — Маргарита рассмеялась, растерявшись, как ответить. Настойчивый у этой женщины был голос, а манера резкая. — Чего он скажет, если лыка не вяжет!

Старухи переглянулись и тоже рассмеялись. Знали они, какими грешками обладает их местный глава. Хоть главой он был только номинально, в глазах лорда, когда приходило время налоги собрать. Да и всем же легче. Ибо если недостача, всю злость лорд на Мэттью и изливал, а остальных не трогал. Правда так начиналось, потом лорду надоело, и от налогов он к грабежам перешёл. Благо, ненадолго. А что теперь с этим старостой делать, никто не знал. Ни лорду местному он не нужен, ни деревне.

— В Элдоре вы, — ответила всё та же. — А откуда пришли?

— Мы были… — Рита обернулась, взглянув в сторону поля. — Очень далеко отсюда! Совсем далеко. Шли-шли и заблудились.

— Да то, что ты не здешняя, по говору понятно, — фыркнула вторая бабка, подняла с земли ведро и потащила в сторону одного из домов.

— Послушайте, нам бы с подругой в город какой-нибудь попасть. Желательно большой.

— Аааа, большой это только в замок к лорду, — насмешливо протянула она, — или через границу, к королю!

— Опять лорд, опять король, — фыркнула Рита, уже на русском, чтобы не поняли, а потом продолжила. — Не будем мелочиться, раз так. Как идти в королевский город?

Собеседница тяжело выдохнула.

— Сложное дело, но можно. Смотри туда, там по дороге, к замку лорда. А от замка до Логреса меньше дня пути. — Женщина указала на всё тот же лес. Потом придирчиво осмотрела девушку. — Деньги есть? Вам бы платье местное. Вы это, если заплатите, моя дочь сошьёт парочку рубах. Согласны?

Маргарита хмыкнула, женщина явно не упустит свой шанс заработать. Да только денег у неё нет. Хотя кто его знает, может они тут все торгаши, подобно тому пресловутому волшебнику. Может быть, Алиса права и они всё ещё на фестивале. Просто гиперреалистичном.

— Спасибо за ответы, — кивнула Маргарита. — Думаю, надолго мы тут не задержимся.

— Ночью не ходите, — уходя, всё так же надменно бросила женщина. — Дороги тут опасные.

Ещё немного побродив по деревне, насобирать новой информации девушка не смогла. Все здесь пели одну и ту же песню, чуть ли не слово в слово. От этого Рите всё больше казалось, что она в театре. Будто её вытолкали на сцену, но текст не выдали. Кто не побоялся и не убежал, твердили всё о том же «там король, там лорд». А вот с вопросами имени того или иного представителя власти было туго. Люди либо смеялись, либо пожимали плечами и отводили испуганный взгляд. Про реакции на просьбу позвонить, упомянуть вай-фай… говорить совсем сложно.

***

К возвращению в доме уже пахло вкусной запеченной картошкой и травяными настоями, навевая ассоциации о милой бабушки из рекламы молока. Как выяснилось, Мэттью тоже заставили заняться делом. Применив какую-то особую магию, Алиса всё же объяснила хозяину дома, что от него требовалось. После чего, вооружившись веником, он влез под стол, намереваясь смахнуть с резных ножек и лавок всю пыль да паутину. Алису многоногие твари, безусловно, забавляли, но их противные домики в виде белых сеточек… нет. Мэтту начало казаться, его вот-вот лишат собственного дома. Зато похмелье прошло, и он уже даже начал задавать правильные вопросы. Правда, пока что только в своей голове. Так как Алиса местного языка не знала, а Маргариту всё ещё где-то носило. Что, кстати, тоже настораживало деревенского старосту.

Поэтому, когда дверь открылась, Мэтт встрепенулся, вскочил со своего места, бросив веник. Его охватил лёгкий восторг, поэтому он шагнул к Рите, схватил её за руку и повёл к печке, где копошилась Алиса. Сначала, он попросил передать, что никаких паутин под столом нет. А потом, осыпал Маргариту вопросами, угрожая выставить девушек за порог, если не получит ответы. С трудом осадив его любопытство, Рита обратилась к подруге. Им нужно решить, что говорить и, возможно, информацию можно обменять. Тарелки с картошкой и зеленью изящными движениями Алисиных рук были расставлены на столе. И началась основная часть шоу. Маргарита вкратце изложила ситуацию, объяснив, что они здесь случайно, у них мало денег и телефон не ловит, а значит, даже связаться с кем-то нет возможности. И поставив сумку на край стола, она вдруг заметила взгляд мужчины, полный всё того же не понимая.

— Послушайте, для начала, — Рита вздохнула. — У вас есть выпить? Что-то алкогольное? История длинная.

— Да, — Мэттью заметно повеселел и тут же встал с места. У него есть специальный сундучок с заначкой на чёрный день.

— Надо его напоить, — зашептала на русском Рита, наклонившись к Алисе. — Пьяный он точно образу придерживаться не сможет.

— Образу? Хааа, — Алиса чуть не рассмеялась, указав большим пальцем за спину, в сторону печки. — Если это всё ещё фестивальная площадка, то почему она работает? Почему тут забиты все сундуки? Почему в погребе, полно настоящей картошки?

— Оно не должно так работать, — Маргарита потёрла лицо руками.

К этому времени Мэтт уже вернулся с кувшином. Он перекинул ногу через лавку, задел стол, и тот покачнулся. Раздался глухой звук удара. С угла свалилась сумка Риты, рассыпав по полу почти всё содержимое. Мужчина перевёл растерянный взгляд на упавший предмет, замер и тихо выругался. Вовсе не от боли в коленях. А от того, что помимо многих неизвестных вещей, по деревянным доскам рассыпалось несколько чеканных монет. Пока хозяйка не очнулась, Мэттью поставил бутылку и, быстро наклонившись, собрал их в ладонь. Подумать только. Он повертел деньги в руках и поднял взгляд на Риту.

— А говорите денег нет, да на это можно целого осла купить, — Мэтт немного помедлил, прикинув, что если добавить, то можно и лошадь. — Их в замке короля чеканят. Откуда столько?

— Какого короля? — не выдержала девушка.

— Утера Пендрагона. Наша деревня раньше ему принадлежала.

— Боже Правый, — только и смогла проговорить Рита, а потом вскочила с места и выбежала из дома. Мэттью перевёл взгляд на Алису, не понимая, что вызвало такую странную реакцию.

Больше не пытаясь изъясняться с хозяином дома на басурманском, девушка улыбнулась и показала жестом, дабы тот не беспокоится. Она приняла эту новость гораздо легче. Благо имена не нуждались в переводе. По правде сказать, девушка поняла, в чём проблема ещё там, у дуба. Однако старалась сохранить адекватность. Поэтому сейчас она просто протянула руку. Мэттью нехотя вернул деньги, ещё раз прокомментировал случившееся и пошел за кружками. Пока он разливал что-то приятно пахнущее, Алиса закинула в рот несколько кусочков картошки, собрала с пола все рассыпанные вещи и тоже вышла из избы. Предусмотрительно прихватив сумку с собой.

Оказавшись на улице, Маргарита обошла дом. Сердце у неё громко стучало, хотелось закричать. Глубоко вздохнув, девушка побежала вперед, не разбирая дороги, в конец участка. Она так делала в доме бабушки, когда хотелось побыть одной. Высокая трава в огороде сохранит любые тайны. Наверное, она бы бежала без остановки, если бы не хлипкий заборчик. Маргарита схватилась за него, опираясь всем весом. Ей казалось, ноги подкашиваются. А впереди был виден только лес. Обессиленная и потерянная, Рита медленно опустилась на землю. Её трясло, пальцы похолодели, застучало в висках. Судорожно пытаясь придумать, что теперь делать, она вовсе не заметила, как Алиса оказалась рядом. Она села возле подруги, сложив ноги лотосом и какое-то время просто молчала. Девушка перебирала юбку, ожидая пока Рита придёт в себя. Ветер приятно игрался с блондинистыми волосами Алисы, трава завораживающе покачивалась.

— Он знал, — наконец заговорила Маргарита, — тот торговец, он знал. Поэтому и заставил купить монеты.

— Ага, — Алиса кивнула, оставаясь всё в том же спокойном состоянии. — Он — Мерлин. Слушай, а пошли к королю. Ну, то есть, он сказал, кольцо нашли в подвалах Камелота. Мы можем пойти и попросить колечко, чтобы домой вернуться.

— И что мы скажем? — Рита усмехнулась. — Здравствуйте, Ваше Величество, можно нам порыться в сокровищнице вашего замка?

— Как вариант! Но это ты у нас дипломат. Я простой художник.

«Другие традиции»

— Относись к этому, так же к квесту, — предложила Алиса, вставая с земли и отряхивая юбку. — Нам просто надо достать ключ, и, к нашему счастью, мы знаем, где он лежит. Нам надо только пойти и попросить.

— Почему ты так спокойна? — Маргарита подняла на неё взгляд. Она понимала, спокойная позиция в данном случае самая лучшая. Но Рита слишком дорожила своей жизнью, чтобы радоваться попаданием в примерно пятый век. В самую колыбель европейского средневековья. Наверное, если порыскать по улицам, можно отыскать остатки римского владычества. Девушка тоже встала на ноги.

— Это же интересно. Кстати, насчёт нашего любезного гражданина. Судя по тому, как заблестели его глазёнки, денег у нас в запасе немало. Это, во-первых. А во-вторых, нам стоит быстрее вернуться обратно в дом. Ты же сама его еле успокоила. А то выгонит ещё. Я что, зря готовила?

— Нам нужно придумать, что рассказать ему, — добавила Рита.

— О, оставь это мне. — Алиса улыбнулась, словно уже знала, что будет говорить.

На обратном пути девушки заметили, огород-то больше, чем казался. Здесь и правда, можно было развести неплохое хозяйство. Особенно если вложить немного денег и лишнюю пару рабочих рук. И с этого вечера началась образовательная программа. Идея напоить Мэтта тут же ушла на второй план, и посыпались вопросы. Сначала подруги объяснили хозяину дома, все эти истерики последствие усталости от долгого пути. Затем уточнили, что деревня тут очень милая, и что, наверное, они всё же покинут этот дом, но не так скоро. Чисто на словах был составлен взаимно-выгодный договор. Мэттью как бы сдаёт в аренду какую-то часть дома в обмен на вкусные обеды, порядок в доме и несложную помощь. Так будет день или два, пока путницы не разберутся в правилах королевства и не уйдут в сторону иностранной столицы. Подобные условия хозяина дома устраивали. Конечно, он бы предпочел, чтобы ему заплатили, но так тоже можно. Бесплатная кухарка — вот так с неба… редко падает. А тут целых две.

Но после того, как картошка была съедена, а все условия оговорены, вопросы посыпались уже с той стороны. И самым первым стал уже надоевший «Так откуда вы?». Тут Алиса, словно уловив, что пришло её время, набрала побольше воздуха в грудь. Она знала, Мэтт и слова не поймёт, но хотела рассказать историю целиком, а Рита бы перевела.

— Это случилась около года назад, — заговорила она, и Мэтт даже обернулся, чтобы выслушать её, — было, короче, королевство, очень богатое и очень знаменитое. Называлось оно Цинтра и правила им великолепная королева.

Мэтт кивнул, словно понял. Ему нравился голос Алисы и то, как она тараторила время от времени. И хоть он не понимал слов, слушать всё равно интересно. Маргарита наклонилась чуть вперёд и прошептала:

— Ты пересказываешь ему Ведьмака?

— А почему нет? Это единственная книга, которую я помню! — фыркнула Алиса, снова заулыбалась и продолжила: — Так вот, это королевство, у Её Величества Львицы было несколько советников. Знаешь, кто из них были самые крутые? — Алиса помахала ручкой. — Мы были самые крутые. Ну и ещё парочка, например, придворный маг и тот белобрысый. Не важно! Важно, что началась война, и королевство захватили какие-то кочевые племена. Они были дикие, и подошли к самым воротам замка. Королеву убили, но мы успели сбежать через подземный ход. С разрешения Её Величества, конечно. Ну… пока она была жива. А теперь обернись, тебе переведут.

Алиса указала на Маргариту, и та выдохнула, думая, как это более лояльно преподнести. Мэтт обернулся, его глаза горели любопытством. Он чувствовал, сейчас будет что-то особенное. Маргарита решила, терять нечего, легенда подруги уже готовая история и, самое главное, они вместе её отлично знают. А значит, не смогут запутаться в показаниях.

— Она рассказала тебе историю нашего родного королевства, под названием Цинтра. Оно существовало за морем, им правила королева с прозвищем Львица, а мы… были дочками придворных мужей. Мы должны были сопровождать королеву на приёмах, словно свита.

Мэттью почувствовал, как у него похолодел затылок. Глядя на то, как Маргарита говорит об этом, он не сомневался в правдивости слов.

— Варвары напали на Цинтру, их было много, — в этот момент Маргарита немного отвела взгляд, для правдоподобности, словно ей тяжело вспоминать. — Они подошли к самому замку, пробились сквозь двери. Королева была убита в своих покоях. Из знати, кто успел сбежать, кинулся в рассыпную. Кого-то добили уже на улице. От нашего дома ни осталось ничего кроме развалин. Нам повезло, так мы ушли, даже не увидев родных. Уже здесь мы продали несколько украшений, что прихватили с собой. Вот откуда у нас деньги. И вот это всё. — Маргарита продемонстрировала Мэтту серьги и простенькое кольцо на левой руке.

Хозяин дома вжался в скамейку. Ему нужно было немного времени, чтобы осознать услышанное. Поначалу он бы хотел просто сказать «не верю» и потребовать доказательств. Но деньги-то он видел. И их не так мало, с милостыни точно не собрать. Хотя, наверное, можно, если не есть и ходить по крупным городам. Но ранее девушки сказали, что шли по лесам… Обхватив руками голову, он поставил локти на край стола и пару мгновений просто молчал. После чего выпрямился, подлил в свою кружку мёда и уточнил:

— А… как вы обошли разбойников?

— Нам просто повезло, — Маргарита пожала плечами. — А теперь нам надо попасть к королю и попросить помощи.

Мэттью с ней согласился. Он знал, местный лорд помогать не станет. Этот довольно жестокий человек вряд ли бы проявил сочувствие к странницам. А вот в замке… шансов мало, но явно больше. Решив, что придётся быть повежливее, Мэтт подумал: дойдя до замка короля, Маргарет и Алиса смогут передать королю, что Элдор всё ещё страдает. Да, Канан больше не собирает такую большую дань… но всё же. Это не жизнь, бояться каждого шага. Пока хозяин дома обдумывал, какую выгоду может принести гостеприимство, Маргарита встала со своего места, обошла стол и села на лавку рядом с Алисой.

— Запомни, — сказала она, перейдя на шепот, — с этого момента мы — леди Алиса и леди Маргарет. Придворные дамы королевы из Цинтры.

— Ну, естественно, — озорно стрельнула глазами девушка, но тут же приняла опечаленный вид. Нужно играть свою роль.

***

По каменному полу пустого коридора разносился шаркающий звук. Сапоги легонько поскрипывали при каждом шаге. Медленно ступая, лорд Грегори, потягивая вино из бокала, наслаждался утром. Хозяин замка Ашдауна, добрался до окна, легко оттолкнул ставни и выглянул на улицу. Он опирался локтями на подоконник, наслаждаясь прохладным ветром летнего утра. Вино в бокале заканчивалось, Грегори подумывал спуститься в кухню за кувшином. Летние дни в провинции походили на маленькие райские прогулки. То есть каждое утро обитатели замка, словно попадая в рай, наслаждались погодой, а к обеду погружались в рутину, возвращаясь с небес на землю. Конечно, говоря «обитатели замка» не берётся в расчёт прислуга, этих ребят много, но они бы свою жизнь раем не назвали.

Ашдаун располагался ближе к Камелоту, чем многие центральные владения, но при этом называлась пограничным. Дело было в крайней близости к границе. Когда отец лорда Грегори получил эту землю в качестве благодарности от короля, то сразу начал выкачиваться из неё все соки. Здесь сложно вырастить что-то сверх нормы, можно разводить больше скота, но шерстяных и мясных поставщиков в Логресе навалом. Так первый владелец замка начал вырубать леса, делая щиты и поставляя дрова. К счастью для лесов и овец, первый лорд Ашдаун прожил недолго и был убит в одном из мелких военных походов. Когда замок достался его сыну Грегори, паренёк решил перестать продавать ресурсы и начал их накапливать. А ещё через пару лет его посетило озарение. Каждый лорд имел свою маленькую армию, но не каждый лорд был готов дать воинов королю в наём, обещая собачью преданность. Именно создание такого особенного полка дало толчок Грегори на пути к спокойной и разменянной жизни. К тридцати годам Грегори развил армию равную королевской, если не больше. Брали туда всех желающих, воины проходили сложную подготовку, которую так же разрабатывал сам хозяин замка и так же продолжали всё время тренироваться. Грегори одалживал своих вояк Утеру Пендрагону для особенно крупных войн или подавления бунтов.

Эти особенные войска оказались так полезны Утеру, что он взялся частично оплачивать их содержание. Но вот самого Грегори он не любил. Чего король не скрывал. Лорд никогда не присылал налогов больше, чем должен был, даже если корона требовала. Не имел желания покидать замок и, в принципе, оставался осторожным. Обмануть его или заставить покрыть чужой долг невозможно. Даже обещая титулы и новые регалии. Грегори вообще не гнался за подобными «плюшками». Поэтому сподвигнуть лорда на геройство можно было только под страхом смерти или лишения титула. Таким Утер промышлял редко и поэтому сейчас, в свои тридцать три, Грегори, лорд Ашдаун, наслаждался жизнью в пределах своих владений, где он не просто феодал, а настоящий царь и бог.

— Сто-о-о-ой! — донеслось откуда-то снизу.

Грегори выпрямился, услышав шум. Там, на небольшой тренировочной площадке, солдаты уже окружили всадника. Всех послов и прочих мелких пришлых пропускали через задние ворота, их проще открыть. Правда этого гонца можно было впустить и через главные. Лорд Грегори взглянул вниз и нахмурился, ощущение умиротворения покинуло его. Этот красный плащ с золотым драконом он узнал бы даже ночью в кромешной тьме. К посланнику тут же вышел начальник охраны замка. Залпом допив содержимое бокала, хозяин замка оставил его на подоконнике, а сам пошел к лестнице. Он торопился, не понимал, что могло понадобиться королю. Тем более сейчас.

— Что там, Квинт? — спустившись по винтовой лестнице, громко спросил лорд Грегори. Он знал, начальник стражи уже где-то на первом этаже и однозначно услышит вопрос.

— Послание от короля, Ваша Милость. — Квинт приосанился и торжественно протянул лорду письмо.

— Где всадник сейчас? — вскрывая письмо, поинтересовался мужчина.

— Сразу уехал.

Грегори хмыкнул, ответа значит, не ждут. Он опустил взгляд на письмо. Квинт замер, в ожидании приказа или разрешения уйти. Вздохнув, хозяин замка оперся спиной на каменную стену и перечитал послание ещё раз. Понятное дело, что писал это вовсе не король, скорее всего под его диктовку… не важно. Опустив руку с письмом, Грегори какое-то время хмуро смотрел на начальника охраны. Хорошего настроения, как ни бывало.

— Пусть коней седлают, — наконец произнёс лорд Грегори — Его Величество хочет, чтобы все лорды королевства присутствовали во время визита короля Баярда. – Передай, едем минимум на три недели.

Квинт кивнул, развернулся на одной ноге и быстрым шагом отправился выполнять приказ. Он прекрасно знал, как лорд Грегори посещает столицу и как готовится к таким поездкам. Помимо лошадей и телеги с вещами стоит прихватить денег, может быть пару слуг. Когда начальник охраны скрылся за очередным поворотом коридора на первом этаже, лорд Грегори ещё раз взглянул на письмо. Что же, если королю нужно, он приедет. И будет излучать благородство, достойное лучшего из вассала короля. А не как во все прошлые разы.

***

Перешагнув порог дома, Алиса замерла в восторге. Дом семьи Линет был намного светлее и крупнее той небольшой избушки Мэттью. Здесь было очень чисто и свежо, единственный запах, что разносился по помещению, запах еды. Печь горела, а в нескольких котелках варилось нечто вкусное. Девушке сильно захотелось посмотреть что, но, к её большому разочарованию, она не могла это сделать. Всё же сейчас идут важные переговоры, а её любопытство может всё испортить. Маргарет стояла, прижимая к себе сумочку, а Мэтт ближе к двери, больше походя на охранника, нежели на участника дискуссии. За столом сидел отец Линет. Низенький, слегка щупленький мужчина всеми силами изображал из себя главу семьи.

— Я заплачу, — Маргарет порылась в сумочке и извлекала оттуда монету с римской цифрой «II» на обороте. — Двадцать…

— Либр, — подсказал Мэтт, он только с утра объяснял девушкам значения «пожертвованных» им монет.

Глава семьи рассмотрел монетку, потом обернулся, взглянув на жену. Та сидела в отдалённом углу дома и складывала травы в небольшие венички. Каждый она связывала и оставляла на скамье. Когда муж обернулся, она замерла, тоже окинув стол взглядом, после чего махнула головой. Маргарет тут же поняла намёк и достала ещё одну монету.

— Сорок либр за два платья, мне кажется, цена достаточная. — На самом деле девушка даже близко не представляла, сколько это, много или мало. Но выкладывать все монеты было явно глупо. Мужчина кивнул, сгрёб монетки в кулак и понёс в противоположную от жены сторону.

Алиса тут же проследила за ним взглядом, как-то же нужно было себя развлечь. Мужчина, как казалось Алисе, не шёл на контакт. Нет, он что-то отвечал, но девушка не понимала, поэтому даже не пыталась вслушаться. Эта часть дома была явно отведена хозяину. Тут множество полочек с инструментами, какими-то сундуками и ящиками, плотно закрыты. Любопытство и дух вандализма вернулись к девушке. Вот бы пробраться туда. Стараясь унять любопытство, она отвела взгляд в другую сторону. И, возможно, зря. Изба была разделена на несколько секций яркими шторками с узором. Они были достаточно плотными и длинными, рассмотреть, что было за ними, не предоставлялось возможности. Скорее всего, там были спальни. У левой стены, так же как и у Метта, стоял большой стол. Только этот был поновее и выглядел крепче. На нём стояла большая миска с орехами и кувшин, закрытый крышкой. Алиса смело предположила, что там была вода или же молоко.

— Это не всё. — Маргарет вновь опустила руку в сумку. — Я слышала, вы собираетесь в замок лорда, — она взглянула на мать Линет, — отвезёте и нас? А я заплачу вам… Шестьдесят либр. — Она вынула ещё три монеты и потрясла их в ладошке. Маргарет уже поняла, решение за матерью, а не за отцом, так что смотрела в основном на неё. Женщина явно оживилась, почуяв наживу.

— Зачем вы едет в замок лорда? — изобразив важность, как подобает сельскому старосте, поинтересовался Мэтт.

— А то тебе не знать, — фыркнула женщина, возвращаясь к своим травяным веникам. Мэтт обречённо вздохнул.

— Так отвезёте? — вмешалась Маргарет.

— Надо правильно путь выбрать, — мужчина вернулся за стол.

Всеми силами пытаясь себя развеселить и хоть как-то принять участие в происходящем, Алиса продолжила рассматривать дом. Дверь была подвергнута тщательному осмотру, как и вся стена. Ничего выдающегося она там не нашла. Этого было мало, поэтому она тихо, почти незаметно выплыла из-за спины старосты, открывая себе больший обзор. Алиса медленно двигалась то в одну, то в другую сторону, в зависимости от того, что привлечёт её внимание больше. Однако уже через мгновение её любопытство полностью насытилось. Дверь скрипнула, и в дом вошла Линет с чашкой полной земляники. Мэтт обернулся, и девушка вздрогнула, чуть не рассыпав ягоды. По её телу пробежала лёгкая дрожь. Это не ускользнуло от взгляда Алисы и тут же породило в её голове множество теорий. Обойдя гостя, Линет быстро поставила тарелку на стол и скрылась за одной из штор. В ту же секунду взгляд сельского старосты стал хмурнее любой тучи. Его распирало от вопросов. Почему Линет здесь? Почему не переехала в дом Тео? Неужели этот идиот посмел отказаться от неё? Или… он вспомнил про слова о замке лорда. Неужели родители пообещали дочь Канану? Да быть не может!

— Решено, — отец хлопнул ладонью по столу, — поедете с нами. Но только до замка лорда. Дальше я даже за всё золото Элдора не поеду.

Маргарет ещё раз продемонстрировала обещанные монеты и убрала их в сумку. Сошлись, плату мужчина получит во время самой поездки. Закончив на этом, девушки провели в доме родителей Линет не больше минуты. Мэтт выскочил из дома первым, он сам не понимал, что произошло и что теперь чувствовал. Он был уверен, что лишился Линет окончательно, ведь ясно видел, как она танцевала с Тео. Но теперь он видит её дома, работающую на родительском огороде, а не в доме мужа. Его распирало от злости, наверняка Тео отказался от свадьбы, оставив молодую и красивую девушку без жениха. И неужели родители не нашли варианта лучше, чем отправить собственную дочь в замок Канона?

— Ты видела, что произошло? — Алиса схватила Маргарет за руку, прижавшись к её плечу, словно кто-то мог подслушать.

— Да, нас ограбили на целых сто либр, — она засмеялась, всё звучало слишком глупо и непривычно. Но Алиса говорила совсем о другом.

— Та прекрасная Золушка ужасно испугалась, увидев нашего любезного господина. — Алиса тянула подругу за собой, пока они шли к калитке. — А теперь он зол как чёрт. Эти двое кем-то друг другу приходятся.

— Это же деревня, — Маргарет пожала плечами, она уловила намёк. — Если хочешь, я у него спрошу, но… мы не должны испортить отношения с этими людьми. Кто ещё нам поможет? Нам нужно раздобыть лошадь на пару часов.

Прежде чем Алиса успела ответить, они услышали доносившиеся с улицы крики. Мэттью уже успел шагнуть за калитку, и видимо с кем-то там встретился. Маргарет отпустила руку подруги и прошла вперёд. Человек, что кричал, был выше Мэтта на полголовы, моложе и явно физически сильнее. И если неизвестный в грубой форме поинтересовался, какого детородного органа Мэтью делает у дома Линет, то сам деревенский староста… Он кинулся на собеседника с обвинениями, за которые не грех получить по шапке.

— Что происходит? — спросила Алиса, последовав за подругой. Её распирало любопытство.

— Тот, выше, бывший жених Золушки. И считает, что Мэттью увёл у него девушку. А Мэттью назвал его… можно я не буду переводить? Уверена средневековые ругательства отличаются от современных.

— Я хочу это услышать.

На мгновенье тишина поглотила пространство. Драки было не избежать. Кто её начал, девушки не увидели, отвлеклись друг на друга. А вот последующее действие они могли наблюдать с первых мест. Широко размахнувшись, для первого удара, Тео промазал. Оппонент оказался ловок. Однако следующий удар получился у кузнеца намного лучше. От него Мэттью увернуться не удалось. Удар пришелся ровно в переносицу. Был отчётливо слышен хруст. Временно сельский староста выпал из пространства, удар мог показаться очень тяжёлым, но только на мгновение. Отшатнувшись назад и потряся головой, возвращая сознание, Мэтт сам кинулся на противника.

— Нашего бьют! — не осталась безучастной Алиса. Как кто-то неизвестный мог избивать приютившего их мужчину? Тем более бывший! И не важно, чей он бывший. — Не честно! Он бугай. — Жалостливо озираясь по сторонам, девушка вовсе не искала помощи у местных, нет, она готова была сама разнять сцепившихся.

Меж тем драка только набирала обороты. Зрители активно стекались к месту событий. Размахивая огромными кулаками, Тео нанёс новый удар, стараясь повалить надоедливого старосту, но тот упорно продолжал наступать. Каким-то невероятным чудом Мэтт больше не попадался под руку разъярённому кузнецу. В следующий момент ему даже удалось ударить того по лицу. Эго самого завидного жениха Элдора в очередной раз задели. Никто из мужчин деревни не связывался с ним, а этот староста... Одним мощным и чётким ударом в голову, кузнец повалил Мэттью на землю. Мужчина оглушено огляделся, пространство странно плыло, а к горлу подходила тошнота. Ярости Тео не было предела. Повалив соперника, мужчина явно не собирался на этом останавливаться.

— Он его убьёт! — закричала Маргарет, пытаясь понять, как лучше действовать. — Убьёт, слышите! — Девушка повернулась в сторону дома Линет. Но никто из зрителей вмешивать, явно не планировал.

— Маньяк! — Поддавшись панике, Алиса схватила то, что первое попалось под руку. Это оказалась просто палка, но сейчас это было лучше, чем ничего. Сильно размахнувшись, девушка ударила Тео вдоль позвоночника. Молодая ветка хлёстко прошлась по телу. Не подозревавший нападения со спины, кузнец развернулся в ударе. От неминуемого синяка во всё лицо, Алису спасла Рита, вовремя потянув девушку на себя за шкирку.

— Дура!

Однако такого отвлечения хватило, чтобы Мэтт, шатаясь, поднялся на ноги… и снова попытался кинуться на противника. Маргарет почти застонала вслух от неизбежности. Но старосте, видимо было всё нипочём, адреналин застилал глаза.

— Прекратите! Хей, хватит! — Рита не прекращала попыток остановить драку устно, но её никто не услышал.

А вот голос другого человека они услышали. Линет вылетела на улицу, напуганная и возмущённая одновременно. Не боясь получить персональный синяк, она влезла между двумя мужчинами, отталкивая бывшего жениха в сторону.

— Тео, как ты смеешь! — выкрикнула она, сама удивляясь своей решимости.

— Как я смею? — Сын кузнеца громко вспылил, лишь подтверждая, что он даже не стал бы разбираться кто перед ним, мужчина или женщина. — Ты отдала ему венок! Я должен был жениться на тебе, а ты так грубо меня унизила.

— Нет! — Казалось, Линет совсем сошла с ума. Она начала кричать, пытаясь вырваться из крепких рук Тео. А народ стягивался к месту основных событий. Мать Линет, которая наблюдала за всем из окна, покрылась краской. Ей хотелось провалиться сквозь землю.

— Я потеряла его! Под тем дубом, просто потеряла! Никто его не получил… — Наконец выдохнула девушка и замерла. У неё щёки покраснели, ресницы дрожали.

— Врёшь! — Тео оттолкнул от себя Линет. Так сильно, что она бы упала, не окажись за её спиной Мэтта. Схватив девушку за руку, он помог ей устоять на ногах, после чего Линет расплакалась и сбежала обратно домой. Поражённая жестокостью человека, которого считала суженным. И ведь не первый раз, неужели жизнь ничему её не учит. Под удивлённые вздохи сельчан, Мэттью опустился на землю, у того же забора. Ему нужно было время, хотя бы отдышаться. Только теперь Маргарет смогла сориентироваться, что произошло и как поступить. План дальнейших действий генерировался в её голове быстрее, чем могло показаться.

***

Отпоив Мэтта чаем и медовухой, Алиса немного поколдовала над его внешними ранениями. Это произвело на хозяина дома немалое впечатление. Он вспомнил их рассказ и был польщён, что благородная дама, пусть и лишившаяся всех привилегий, ухаживает за ним. После чего благополучно заснул на пару ближайших часов. А Маргарет с Алисой погрузились в уныние. Милая деревня начинала их пугать, как и мир в целом. Пока Мэттью отдыхал, девушки достали мобильные телефоны, ещё раз проверив сеть, и с тяжёлым сердцем выключили устройства. Думая сохранить хоть немного зарядки. Они не обсуждали это, но вместе надеялись, что за пределами нормальный мир, а эти люди… просто сектанты какие-нибудь. Неконтролируемые и жестокие.

Волнение не оставляло девушек, в этой деревне всё им было чуждо и незнакомо. Только проявляли это все по-разному. Алиса, изучая окружение, постигая тонкости местного быта, в то время как Маргарет всё больше погружалась в недоверие к окружающему миру. Во второй половине дня Мэтт оставил гостей без присмотра, вспомнив про огород и прочие обязанности. Про свои травмы он говорить не хотел и всячески препятствовал их обработке, как Алиса ни старалась. Поэтому подруги остались предоставленные самим себе. Маргарет не нравилось абсолютно всё, что её окружало. Не нравилась холодная вода, которой пришлось умываться утром, не нравилось спать на твёрдых лавках, она боялась простудиться или того, что желудок не примет местную грубую пищу, даже если та приготовлена умелыми руками Алисы. А ещё она боялась следующего дня, разбойников, которыми Мэтт не раз их пугал, ночи в лесу и того, что от леса придётся идти пешком. До самого замка.

За последние года четыре, пока шло обучение в институте, Маргарет посмотрела и прочитала очень много на тему истории и политики в разные эпохи. Во-первых, как будущему дипломату, ей нужно было знать не только приёмы современные, но и проникаться опытом предков. А во-вторых, ей очень нравилась придворная жизнь, как в средневековье, так и в других веках. Царившие при дворе заговоры, интриги и условности завораживали, тонкости этикета и игры слов. Маргарет восхищалась живыми умами, изворотливыми советниками, которые умели подбирать слова и гнули свою линию. Она училась у них, черпая из каждой эпохи по парочке примечательных личностей, вроде кардинала Ришелье или Брунгилды с Фридегондой. Имея представления о разнице средневековья раннего и позднего, Маргарет больше боялась за несовпадение исторических фактов. Разумеется, легенду о короле Артуре, где упоминался и его отец, Маргарет помнила хорошо. В своё время, ознакомившись почти со всеми вариантами. И хорошо помнила, как Утера Пендрагона описывали человеком жестким в своём правлении. Но что если это просто имя, взятое автором? А на деле они найдут молодого и мягкого парня, которому корона велика и на бок скатывается? Было бы проще, наверное. Нет, такие средневековыми королевствами долго не правили. И в историю почти не входили.

— Нам надо научиться управлять лошадью, — погруженная в раздумья, произнесла Маргарет.

— Можно просто сказать людям, что колёса уже изобрели, — усмехнулась Алиса, принюхиваясь к найденным пряностям. — Хотя я бы попробовала. Кстати, — она обернулась, — всё хотела спросить: о чём так кричала наша Золушка?

— Линет. Её зовут Линет. Кричала она о венке. Свой, судя по её словам, она потеряла, а Тео подумал, что отдала его Мэтту.

— Мерзкий тип, — в мгновенье скукожилась девушка, вспоминая драку. Алиса была далеко не пацифисткой, но и такой агрессии она не одобряла. Стоило только вновь воспроизвести в мыслях ту сцену, когда сын кузнеца готов был ударить её и даже свою невесту! Подумать только! А если бы он совсем из ума выжил? То что тогда? Страшно представить. Они с Ритой и так еле довели Мэтта до дома, а если они все были в такой ситуации? Девушка потрясла головой. Нет. Нет негативным мыслям! — Причём тут венок и о чём ещё ты успела расспросить нашего горе-любовника?

— О ситуации в целом. Здесь сохранились старые традиции. И венки сыграли в этом огромную роль. Он сказал, так девушки… выходят замуж, можно сказать. Он так же рассказал, что сватался где-то с год назад, но семья Линет отказала, сказав: «Не отдадим дочь марионетке лорда». Это цитата, — пересказывая услышанное, Маргарет отвлекалась от своих страхов. А Алиса слушала её очень внимательно, помешивая что-то в казанке.

— А отдать в слуги самому лорду значит могут, — Алиса засмеялась. — Кажется, их критерии сильно упали. Может быть, венок ещё можно найти? — Она осторожно попробовало то, что готовила, предварительно подув на ложку.

— Если у Линет будет венок, она докажет свою невиновность, а Тео окажется вспыльчивым дураком. — Маргарет даже улыбнулась такой мысли. На лице Алисы тоже сверкнула ухмылка, она уже поняла, как потратить вечер. Надо только казанок с печи убрать.

***

— Мама не желает вас видеть, поэтому я решила принести одежду сама. — Линет перешагнула порог чужого дома с невообразимой уверенностью. Вероятно, уже не надеясь сохранить хоть какие-то остатки репутации. Да и это её последнее утро в Элдоре.

В доме царила лёгкая суматоха. Девушки судорожно готовились к отъезду. При этом каждая по-своему. Алиса запасалась доступной провизией. Наполнила свою бутылку новой водой, собирала овощи, хлеб и прочее, что переживёт поездку. А Маргарет пыталась сшить из двух лоскутов ткани просторный мешочек, в который можно было бы сложить все те вещи из Алисиной сумки. Во-первых, надо удостовериться, что они не выпадут случайно и не попадутся на глаза местных. Во-вторых, на глаза девушек лучше им тоже не попадаться. И не напоминать лишний раз. Мэтт же просто сидел на своём любимом месте у окошка и наблюдал за происходящим с некой растерянностью и даже грустью. Вчера, геройствуя до последнего, он ещё и вызвался научить девушек управлять лошадью. Так что, закончив поливать грядки, сквозь желание просто упасть и умереть от полученных в драке ранений, Мэтт у кого-то арендовал животинку на вечер. От чего Алиса оказалась в полном восторге. Маргарет это искусство далось труднее, она даже один раз свалилась. Благо удачно и в стог сена. Но этот крик наверняка слышала вся деревня! С третьего раза у Маргарет, конечно, получилось проехать пару кругов на самой медленной скорости. Но Мэтта это не впечатлило.

— Спасибо, — Маргарет подняла взгляд, оторвавшись от пошива мешка. — Я так понимаю, мы едем вместе.

— Да, — Линет выдохнула и как-то неловко бросила взгляд в сторону Мэтта. — После драки мама даже словом не обмолвилась, так что я даже с ней не попрощаюсь.

— А хочешь остаться здесь? — Маргарет встала, подойдя немного ближе к гостье. Она забрала из её рук сложенные стопкой рубашки и кивнула подруге.

Взяв с подоконника тарелку, накрытую полотенцем, Алиса поставила её на стол. После чего, улыбаясь от предвкушения, молча подвинула ближе к Линет.

— Я не понимаю…

— Открой, — произнесла Алиса в нетерпении. Даже Мэтт выпрямился и нахмурился, он не знал о запланированном подарке. Хоть и почувствовал, что сейчас произойдёт нечто особенное.

Медленно протянув руку, Линет сняла полотенце и замерла на мгновение. На тарелке лежал её венок, сухой, потемневший, с оборванными грязными лентами, осыпавшимися цветами. Но это был тот самый венок! Она бы узнала его даже спустя годы. Она потратила много времени, чтобы найти лучшие цветы для него, исколола себе пальцы, сплетая всё вместе. Она сама обшивала эти ленты по краям, они смотрелись более яркими. Осторожно проведя рукой по сухоцветам, Линет, казалось, думала, что венок сейчас рассыплется.

— Откуда? — только и смогла произнести она. Алиса чисто интуитивно помахала ей рукой.

— Да, — кивнула Маргарет, — леди Алиса посчитала, ты достойна второго шанса.

Все замолчали. Мэтт поставил локти на стол, оглядел венок и, кажется, о чём-то задумался. Он взглянул на Алису, которая продолжала копошиться в сумке, изредка с восторгом поглядывая на гостью. А потом перевёл взгляд на Линет. Наблюдая, как меняется лицо девушки, приобретая счастливое, почти блаженное выражение, в нём вскипала решимость. Идея пришедшая в его голову, казалась такой очевидной и совершенно логичной, что сельский староста даже не сомневался.

— Линет, — он пододвинулся немного ближе, — так ты хочешь остаться в деревне?

— Я не хочу к лорду, — очнувшись, ответила она.

— И ты готова жить здесь дальше? — Теперь он встал, видимо уже ожидая положительного ответа. — Наплевав на Тео?

— Да, — почти шепотом выдала Линет, боясь собственного желания. Но прежде, чем она успела что-то ответить, Мэтт набросил засохший венок себе на голову, схватил Линет за руку и вывел на улицу. Девушки непонимающе переглянулись. Алиса вскочила с места и, подбежав к окну, увидела, как Мэтт ведёт Линет по улице. Она и минуты не сомневалась, перешагивая порог отчего дома и, казалось, даже была счастлива. Немного подождав, Алиса поняла, что ничего интересного через окно рассмотреть не получится. Даже при всём её любопытстве. Потом она пожала плечами и с настоящим восторгом полезла изучать новое одеяние. Всё это великолепие состояло из коротенькой, ниже колен белой рубашки без рукавов, ещё одной длинной рубахи из более тёмной и грубой ткани, уже с рукавами и простеньким поясом. Таких «наборов» было два. Абсолютно одинаковых, как у сестёр-близнецов.

— Увидел бы отец меня в этом. — Маргарет развернула одну из рубашек, рассматривая её и мысленно отмечая, что ткань будет колоться.

— А Грише бы понравилось, — не без нотки грусти произнесла Алиса, прикладывая к себе обновку. — Он любит… будет любить такие вещи. Как нам говорить о них? Раз они ещё не родились?

— Интересно, как они говорят о нас, — Маргарет выдохнула. — Три дня прошли, отец, наверное, уже написал заявление в полицию. Они будут искать нас… Как пропавших. Он, наверное, уже позвонил маме, и она едет обратно в Москву. Я не хочу представлять, что они чувствуют.

— Гриша, небось, поселился в моей квартире, успокаивая всех. Или обрывает телефон моей мамы. Новостей ждёт… А может быть они с отцом бегают по всей Москве, расклеивая объявления.

— Если бы мы могли позвонить, они бы просто ждали нашего возвращения. Надеюсь, ничего не случится, пока нас нет. Надо придумать, что мы скажем полиции.

Они замолчали, погрузившись в ту мысль, которая преследовала их, но до этого не была озвучена. Маргарет очнулась первая, она взяла одежду и начала искать место, чтобы переодеться. Алиса подняла голову и тихо спросила:

— С нами всё будет хорошо?

— Главное, мы друг друга не бросим, — как можно увереннее, ответила Маргарет.

***

— Ближайшие три дня мы встречаем гостей, все лорды Логреса прибудут. — Утеру хотелось, чтобы сын участвовал во всех сферах жизни королевства, а поэтому медленно вводил в курс дела. — Первыми приедут лорд Селси и младший Романкоин, потом Рединг, Чиппенхем и Ашдаун. Запомни порядок. Их нельзя перепутать. И не забудь, что у Романкоина есть сын, который прибудет отдельно.

Голос короля звучал поучительно, с нажимом, словно он вкладывал в голову Артура какие-то священные истины, а не перечислял фамилии. К счастью, карту родного королевства Артур знал почти наизусть, по крайней мере, где находится та или иная провинция он точно помнил. Они шли по широкому длинному коридору, что представлял из себя первый этаж замка и звук их шагов разносился эхом по пустому помещению. Полным ходом шла подготовка к принятию огромного количества гостей. Все комнаты, которые могли использоваться, как жилые обустраивали и украшали. Такие мероприятия всегда стоили дорого. Каменные стены с вкраплением мха повидали достаточно благородных господ. Этот день, как и многие, войдёт в историю и впитается в кладку стен замка.

— Лорд Маргит проигнорировал ваш приказ? — не без издёвки поинтересовался принц.

— Самым последним прибудет король Баярд, — Утер, сделал вид, что не услышал вопроса. — Встретить его следует полным составом, поэтому я разослал приглашения лордам заранее.

— Почему я должен присутствовать?

Стража распахнула двери тронного зала перед королём. Дерево неприятно зашуршало, прокатившись по каменному полу. Артур перешагнул порог зала вслед за отцом. После чего двери за ними закрылись с тем же звуком.

— Разумеется, я встречу Баярда, но каждого из лордов… Не слишком много чести? — Принц уже представлял, насколько суетливой и полной событий будет эта неделя и пытался выбить себе дополнительного свободного времени.

Король развернулся, положил руку на спинку трона, что стоял во главе длинного деревянного стола, и окинул сына взглядом. Он знал, Артур не настолько глуп, скорее ленив. По крайней мере, если дело касалось каких-то дипломатических приёмов. Все эти долгие обсуждения вгоняли принца в скуку, но ему всё равно рано или поздно придётся вливаться в процесс.

— Потому что ты — наследник престола, символ будущего Логреса. — Утер немного наклонился вперёд. Ему хотелось произвести впечатление строгости. — Твой долг — демонстрировать это будущее! Надеюсь, справишься.

Артур кивнул, тут же развернулся к выходу и толкнул дверь тронного зала. Продолжать разговор не хотелось совершенно. Зато хотелось тут же выплеснуть кому-то всю обиду, вызванную сомнением отца. Последнее время у него как раз появилась прекрасная для этого кандидатура. Надо только найти Мерлина. Оставив короля одного и не удостоив того ответом, Артур направился прямо туда, где, как он помнил, располагалась комната нерадивого слуги.

***

— Значит, во сне их было двое? — Гаюс поставил перед парнем кружку и сел напротив. В комнате придворного врача пахло травами. Каменные стены, увешанные сухоцветами, создавали ощущение домика лесного колдуна. На деревянных полках старых стеллажей размещались баночки и книг. Хотя, самые ценные фолианты хранились подальше от чужих глаз. На столе, за которые сидели Мерлин с Гаюсом, ещё минуту назад вместо скромного завтрака были разложены мази и ступки для измельчения каменной крошки. Мерлин иногда чувствовал хруст мелких песчинок на зубах, но уже давно к этому привык.

— Да. — Мерлин с недоверием взглянул на содержимое кружки. — Образ очень странный, похоже на лес и там большой костёр.

— Что они делали? — Важно понять, не видение ли то, что описывает Мерлин. А для этого дворцовому лекарю надо было знать подробности.

— Одна стояла впереди, у костра и тянула к пламени руки. Искры от него летели в стороны, но, кажется, её это только радовало. Она смеялась, глядя на огонь. А вторая… — Мерлин склонил голову немного набок, постукивая пальцами. — Она стояла прямо позади меня, совсем близко и улыбалась. На самом деле, она смотрела на меня, и эта улыбка была не слишком добрая.

— Не слишком добрая улыбка, — усмехнулся Гаюс, отпивая из своей кружки, на видение это не тянуло, так что он мог перестать слушать внимательно. Но Мерлин вдруг встрепенулся, указывая пальцем на наставника.

— Вот такая как у тебя! Она словно смеялась надо мной. Точнее, пыталась скрыть, что смеётся, поэтому улыбалась.

— Мерлин! — Дверь резко распахнулась, ударившись об стену. Артур замер в дверях, поражённый тем, как спокойно этот парень реагирует на появление принца. Он даже с места не встал. — Я не должен тебя искать. Идём.

— Буду через минуту.

Тут Артуру захотелось засмеяться и разозлится одновременно. Это верх допустимой наглости. Хоть кто-нибудь будет проявлять к нему уважение? Хотя бы, потому что он принц. Ну, хотя бы слуги. Это неправильно.

— Я сказал идём. Сейчас!

***

Обновки пришлись девушкам по размеру, хотя Алиса предположила, что у этих рубашек размеров нет в принципе. Длинна совпала и хвала богам. Пояса тоже не блистали изысканностью, подшитые с концов, чтобы нитки не сыпались, они не были украшены чем-либо. В отличие от одежды местных девушек на купленных ими рубашках не было ни вышивки, ни бусин. С другой стороны, сшить за ночь два комплекта уже геройство. Не то чтобы ещё украшать их. Оценив всю простоту в использовании, подруги вернулись к сборам. Маргарет переложила все вещи, которые они привезли из своего времени в сшитый мешок, и найденной в закромах Мэтта верёвкой крепко стянула верх. Прежде чем спрятать всё в мешок, она воспользовалась ситуацией, включила телефон, сфотографировала дом внутри. В кадр попала и Алиса, что снимала со стены один веничек сушеной ромашки. По привычки палец потянулся к иконке «ВКонтакте». На всякий случай Маргарет ещё раз проверила наличие сети, её не было, интернет тоже не ловил. Не наблюдалось пропущенных звонков. Когда она заметила, как исчез ещё один процент заряда, то очнулась и тут же выключила мобильный.

— Гриша всегда хотел такую дачу, — произнесла Алиса, оглядываясь по сторонам на случай, если они что-то забыли. Она вспомнила, как обсуждала с парнем их будущее. Если случится чудо, и они поженятся, то обязательно купят участок, как можно дальше от города и где будет тихо по ночам. Где будет такая же печка и куда они будут приезжать каждую весну, оставаясь там до самой осени.

— Идём. — Маргарет открыла сумку, вынула оттуда одну монету крупного номинала и оставила её на столе. Она не знала, куда ушел хозяин дома со своей красавицей и когда они вернутся. Но оставить о себе какую-то память ей захотелось.

Выйдя из дома, они плотно закрыли за собой дверь и вышли на улицу. Телега отца Линет стояла с уже запряжённой лошадью. Мужчина гладил животинку, что-то щебетал себе под нос. Он напоминал тех автовладельцев, которые, выходя из подъезда, хлопают машину по крыше или гладят фары, приговаривая: «Ты моя ласточка». Телега была маленькой, но для двух хрупких девушек удобная. Маргарет обратилась к их «водителю».

— Линет с нами не едет?

— К счастью, нет. — Мужчина начал устраиваться на своём месте, откуда удобнее управлять лошадью. — Она теперь замуж выходит. Правда, пока я вернусь, может уже передумает. — Он усмехнулся, закашлялся и замолчал.

Алиса, опираясь на забор, пыталась заглянуть в окно дома. Щурясь, она всё больше наклонялась вперёд, насколько позволял низенький забор, но всё равно ничего не могла разглядеть. Закинув в телегу сумку и мешочек с вещами, Маргарет похлопала Алису по плечу, поторапливая. От чего девушка тут же отмахнулась, как от назойливой мухи. Поэтому Маргарет пришлось взять Алису за руку и оттянуть от забора. И только теперь, недовольно хмурясь, она забралась в телегу. Покидая деревню, Алиса обернулась, наблюдая, как они медленно отдаляются от домиков. И если Алиса, кажется, взгрустнула, то Маргарет с облегчением выдохнула. Она коснулась пряди волос, которые она уже несколько дней не мыла и понадеялась, что в городе будет возможность привести себя в порядок.

Дорога, в принципе, проходила тихо, погода радовала теплом и мягкими солнечными лучами. Иногда мимо проносился легкий прохладный ветерок. Земля уже высохла после ночного грибного дождя, и лужицы почти не встречались. Все ехали молча, хозяин повозки даже не оборачивался по началу, казалось, вовсе заснул. Алиса рассматривала каждое дерево, а Маргарет, свесив ноги, просто набиралась терпения. Её раздражало то, как медленно они двигались. Даже беря во внимание, что, оказавшись в лесу, лошадь пошла быстрее. Ей не хватало хотя бы велосипеда. Ну, или возможности достать наушники. Она даже обернулась, взглянув на мешок и припоминая, взяла их с собой или нет.

Где-то через пару часов пути (по крайней мере, он чувствовался как час), мужчина обернулся и что-то сказал девушкам, которых, уже начинало клонить в сон от однообразных пейзажей. Он поинтересовался, как у них дела и предложил рассказать историю. Спросил, знаю ли девушки миф о Ариадне и Тесее. И они одновременно покачали головой. Одна в ответ, другая, не понимая, что от неё хотят.

— Не знала, что деревенские изучают мифы, — произнесла Маргарет, решив развлечь себя хотя бы разговором.

— О, я родился, когда ноги римских солдат ещё топтали эту землю! — воодушевлённо ответил старик. — Нам эти мифы да легенды с колыбели рассказывали. А латынь учили все, как теперь язык новых королей.

Он представился, назвавшись Олвеном. Маргарет подумала, странно что они не познакомились раньше. Видимо, вдали от жены, он чувствует себя смелее. Ударившись в воспоминания, Олвен начал пересказывать, как в детстве, дети собирались вместе, чтобы поиграть в героев любимых историй. Изображая Марса или Юпитера, они совершали условные подвиги, завоёвывая сердца прекрасной Дианы или Флоры и всё было прекрасно, пока не вмешивался Амур. Последнего выбирали путём вытягивания короткой палочки. Так как Амур мог вмешаться и перемешать карты в любой момент и по итогу игры, обязательно зарабатывал синяк под глазом. Всё это, конечно, оставалось шалостями, детскими и наивными, но Олвен вспоминал с теплотой и даже какой-то серьёзностью. Маргарет слушала, шепотом переводила для Алисы, и дорога сразу пошла быстрее.

Правда им всё же пришлось однажды остановиться. Алиса увидела небольшую опушку, покрытую разноцветными цветами. Она спрыгнула с телеги, стоило лошади замедлиться. И несмотря на слова Олвена о малом количестве времени, принялась собирать соцветия. Её ела скука, так что она решила хоть чем-то занять себя. И, вернувшись в телегу, оставшийся путь она сплетала сорванные цветы в пушистый венок. Дальше Олвен заговорил про войну трёх королей и про то, как на последние пятнадцать лет Логрес был погружён в мир, покой и процветание. Никто не мог сказать, что в то время жилось тяжелее, чем раньше или сейчас. Олвен любезно поведал и про Великую Чистку, от которой его семья была вынуждена бежать из города в деревню. А потом хлынул раздел земель, Элдор откололся от королевства, попав во власть лорда Канана. Всё это Маргарет слушала, не перебивая. Любая информация о мире, который теперь их окружал, могла бы быть полезной.

Солнце ещё светило ярко, когда они подъехали к границе. Здесь не было ни забора, ни предупреждающих табличек, но за то начиналось распутье. Девушки любезно попрощались со стариком, расплатились с ним обещанными монетами. Олвен пожелал им лёгкого пути, посоветовав идти по узкой тропинке.

— Она делает круг, — сказал он, — зато это не королевский тракт, где днём и ночью дежурят разбойники. Если пойдёте быстро, без остановки, доберётесь до заката. Но если что-то пойдёт не так, в лесу не ночуйте и идите дальше, — голос зазвучал более поучительно. — Звери ночью смелеют.

Маргарет ещё раз поблагодарила Олвена, и они пошли по указанному пути. Они слышали, как телега развернулась и с шорохом покатилась обратно. Пройдя немного вперёд, их начал охватывать страх. Лес всегда был символом ночных кошмаров, а тут ещё и такой неухоженный. Серьёзно, тропинка протоптана, но очень узкая, кто-то обязательно должен был идти впереди. Местность тут влажная, на деревьях и по земле тянулся мох. Время от времени Маргарет замечала пауков, которые строили жилища прямо на ветках. Мешок с вещами она несла сама, Алисе досталась сумка с припасами (которые девушки вместе с Олваном уже переполовинели в пути). Вокруг было тихо, только шелест веток, крики птиц и шорох под ногами. Тут не то что людей, даже мирных животных не наблюдалось. Алиса оставила свой венок на одной из веток, чтобы он не цеплялся за всё подряд. Юбки тоже пришлось поднимать.

Заметив, что лучи солнца уже не так активно пробиваются через ветки, девушки стали чаще поглядывать друг на друга. Солнце медленно садилось и раз это лето, ночь очень близка. И ночь довольно холодная! Спустя время, когда закат начал окрашивать листья в тёмно-зелёный цвет, до подруг донеслись голоса. Переглянувшись, они, не сговариваясь, рванули вперёд. И чем быстрее они бежали, тем громче становились голоса. Выбежав из лесу, прямо на широкую каменную дорогу, они одновременно замерли.

Здесь было светлее, чем в лесу. Люди спокойно шли по своим делам: кто-то пешком, кто-то на лошадях и телегах. Некоторые группами, что-то оживлённо обсуждая, некоторые в одиночку. С грузами, сумками или просто корзинами. И все они выглядели абсолютно так же, как и жители деревни. Маргарет испытала двоякое ощущение. С одной стороны, это ожидаемо, с другой, всё же она надеялась увидеть более современное общество. Ну, с машинами, с телефонными будками, вот это всё… Через дорогу начиналось поле с редкими кустами и уходило прямо в рыжеватый закат.

— Боже Правый, — выдохнула Маргарет, выйдя немного вперёд и взглянув направо. — Алиса, иди сюда!

Извилистая широкая дорога упиралась в высокую каменную стену. Та возвышалась тёмным, почти чернильным силуэтом на фоне фиолетового неба. Вход в город был открыт: массивные ворота гостеприимно распахнуты, а по обе стороны от них замерла стража. Вход освещали факелы, их живое пламя плясало и бросало тёплые блики на холодный камень. А над стеной, там, где город уходил вверх по холму, теснились крыши замка — остроконечные, словно впивались в небо. Маргарет годами представляла себе подобные сооружения, вычитывая описания в книгах и рисуя их в воображении перед сном. Но даже сейчас, с приличного расстояния, реальность оказалась в разы величественнее любых фантазий. Эта стена, эти ворота казались порталом, границей между привычным миром и чем-то совершенно иным, манящим и пугающим одновременно. Алису же стена не впечатлила. Ну камень и камень, серый и скучный. Её взгляд был устремлён не на преграду, а сквозь неё. Мысль о том, сколько всего любопытного можно будет рассмотреть, потрогать, а может быть, даже унести с собой за этой стеной… Вот что впечатляло девушку, заставив глаза загореться.

— Эпично, — кивнув, подытожила Алиса.

— Хей! С дороги!

Алиса схватила подругу за руку и утянула в сторону. Большая телега, гружённая мешками, двигалась прямо на них. Возница в последний момент успел остановить лошадь. Эта животина могла бы затоптать девушек, прежде чем те бы обернулись. Оказавшись в безопасности, с самого края, они увидели, как хозяин повозки выругался и поехал дальше. Алиса проводила возницу суровым взглядом, сдерживая желание выкрикнуть что-нибудь нецензурное. Видя, что дорога другим концом уходит в лес, Маргарет поняла, это и есть королевский тракт, о котором говорил отец Линет. Девушки немедля пошли к замку. У них будто открылось второе дыхание.

Несмотря на то, что городская стена, казалось, была очень близко, шли до неё девушки ещё минут тридцать. Хотя бы, потому что рассматривали всех, кто проходил мимо. Ворота представляли из себя вполне знакомую (по различным фильмам) поднимающуюся решетку. По обе стороны от широкого прохода стояли стражи. Укутанные в латы, со шлемами, полностью закрывающими лицо, и без каких-либо знаков или гербов. Беспрепятственно пройдя через ворота, как и многие другие, они оказались в городе. Полном римского наследия.

Сразу от ворот тянулась каменная прямая дорога с расходящимися между домами, как ветки дерева, землистые улочки. Здания не были высокими, особенно здесь, ближе к городской стене. Маргарет они напомнили те же дома, что и в деревне, только чуть более крепкие. Честно сказать, тут не очень приятно. Сухая дорога истоптана и не ровная, изрезанная колёсами телег, как лёд лезвием коньков. Из-за чего идти было не очень приятно. Вокруг много народу, как на рынке или на большой ярмарке. Со всех сторон доносились голоса. Если бы Алису спросили, она бы сказала, что видела такие же толпы в центре Москвы. Маргарет боролась с искушением достать телефон и начать всё фотографировать. Какой исторический прорыв произвели бы эти фотографии! Пройдя чуть дальше, обходя людей и стараясь не преграждать путь телегам, девушки начали замечать детали местного быта. Разнообразные кабаки, гостиницы, из окон которых доносились какие-то странные крики или разговоры. Кое-где натянув на лицо шляпы, мужчины пытались что-то продать. То и дело, хватая прохожих за руки. А где-то, подпирая собой стены тех же таверн, полупьяные девушки открыто предлагали себя прохожим. В воздухе пахло жареным мясом, гнилыми травами и дымом от печей. Осматриваться по сторонам становилось страшно. Стало страшно, в таких местах навалом воров и пьяниц. Чистенький Элдор показался просто раем.

Однако, чем ближе к замку, тем приличнее становился город. Вдоль центральной дороги, которая поднималась немного в горку, усложняя путь, выстраивались более внушительные здания. Теперь эти домики были двухэтажные, иногда даже трёх, но это реже. У них более крепкие двери, а их крыши покрывало не сено, а что-то напоминающее черепицу. Уже совсем стемнело и рассматривать подробности стало сложно. Зато пропал запах дыма и появился свежий ветерок. Над входными дверями каждого такого дома висел факел, в качестве уличного фонаря, и почти все первые этажи занимали какие-то мастерские. Швеи, прачки, суконщики. Попадались и более приличные таверны с куда более внушающими доверие ночлежками. Можно было бы назвать их хостелами. Дальше город преграждала узенькая речка с широким деревянным мостом. На нём спокойно умещались и кони, и люди, и телеги. Правда, проходя вдоль перил, чувствовался запах стоялой водой. Словно это не река, а пруд. Маргарет вспомнила, что именно так, хотя бы по такой же схеме, римские завоеватели, строили свои города.

Уже совсем стемнело, когда, перейдя реку, девушки оказались на улицах, вдоль которых тянулись не просто дома, а каменные заборы. Судя по торчащим из-за них крышам, более ровным дорогам и куда более спокойной обстановки подруги сделали вывод: живёт тут местная знать или торговцы. Это подтверждали цветы, высаженные вдоль дорог и отсутствие мусора. Пройдя этот странный элитный район, Маргарет поняла, что уже порядком замёрзла и, судя по лицу Алисы, она тоже. Дорога вдруг расширилась, и открылся вид на площадь, где обычно располагался рынок. По крайней мере, так показалось Маргарите. Кое-где стояли пустые сколоченные из кривоватых досок прилавки или место было уложено камнями, видимо, местная система бронирования. И только теперь, миновав площадь рынка и небольшой пустующий участок дороги, они оказались перед воротами замка.

В темноте каменная кладка стены казалась чёрной, сами ворота были плотно закрыты и освещались двумя факелами. Освещение от них было, конечно, максимум на полтора метра вперёд, но местных это, кажется, не смущало. Стража, как и на воротах города, стояла и здесь. Только в отличие от парней снаружи, эти экипированы лишь в половину. Только нагрудники и шлем, но в глаза бросились копья, которые они держали в руках. Можно было бы сказать: «Прямо как в сказках», — но данное сравнение точно оскорбила бы стражу.

— Простите, — бросив сумку на землю, произнесла Маргарет, — нам нужна помощь. Мы должны увидеть короля.

Оба стражника быстро переглянулись. Они заметили этих девушек еще, когда те подходили. Горожане к замку подходят редко. Тот, что стоял справа, громко усмехнулся. И Маргарет с Алисой нахмурились.

— Может мне пойти и разбудить его? — Он явно хотел рассмеяться. — Идите отсюда, пока можете!

— Что он говорит? — поинтересовалась Алиса, и у стражников, словно сработала сигнализация на незнакомую речь. Они оба перевели взгляд на девушку, пристально её рассматривая. Маргарет увидела в этом возможность.

— Вы могли понять, мы не местные. И шли очень долго, правда долго, ради встречи с королём. Нас несколько раз грабили и это, — она указала на небольшой мешок, — всё, что осталось.

— И что теперь? — продолжил всё тот же стражник. — Ты не к соседу за репой пришла. Просто так нельзя!

— Стойте, — второй страж снял с головы шлем и шагнул ближе к Маргарет. — Много раз грабили, говоришь. — Он медленно отодвинул прядь волос, знал, что серьги — это роскошь, которую не каждая леди может себе позволить. И, увидев место прокола, кивнул.

В ту же секунду Алиса оттолкнула его руку. В ней всё начинало кипеть от возмущения. Ещё бы два средневековых мужика решили их полапать! Щас! Но Маргарет, словно чувствуя, успокоила подругу и быстро извинилась. Может быть, этот человек будет их шансом спать спокойно.

— Впустить мы вас не можем, даже при всём желании. — Кажется, ему было даже немного жаль. — Спуститесь вниз до торговой площади и сверните направо. Там есть неплохая таверна, «Роза и корона», увидите. Попробуйте там переночевать. А утром возвращайтесь, завтра приёмный день, встретитесь с королём.

— Спасибо. — Она подняла с земли мешок и махнула Алисе. Спорить глупо, а переночевать хочется не в тюрьме. — Мы вернёмся завтра.

— Только приходите раньше. Конец очереди никогда не попадает в тронный зал.

«Две леди из Цинтры»

— Принести ещё одну кружку, милорд? — Авила остановилась у столика очередного посетителя. Она не знала ни кто он, ни как его имя. Она ко всем обращалась одинаково. За такое беспричинно брошенное «милорд» могли, конечно, и наказать, но с разрешения отца девушка продолжала. Клиентам нравилось, и они больше платили.

— Нет, — Лорд Грегори взглянул на девушку из-под капюшона и замолчал. По его мнению, Авила была украшением «Розы и Короны». Он здесь первый раз, но уже счёл это место самым любимым в Камелоте. Авила улыбнулась ему, как и всем клиентам, после ушла к другому столику.

Ворота города лорд Грегори пересёк ещё утром, в назначенный час он должен будет явиться во дворец, завтра ближе к закату. Он знал, что король его встретит, и знал, их беседы будут не слишком светскими. Утер не тот человек, что захочет обсуждать погоду. А значит, к визиту нужно подготовиться. Обдумать все, что можно сказать или сделать. Правда в «Розу и Корону» он приехал вовсе не для этого. Долгая дорога измотала людей из его свиты. Можно было бы пойти во дворец раньше, никто бы не выгнал, но, прежде чем окунуться в дворцовую жизнь, Грегори хотел сделать небольшую и очень приятную паузу. Поэтому оплатив прислуге и охране комнаты, он арендовал чуть ли не всю таверну. Тут оставалось максимум две-три комнатушки, которые кто-то занял ещё до его приезда. Здесь он не чувствовал себя ответственным за что-то. В столице никто не знал, кто такой лорд Грегори, а значит и в лицо узнать не могли. Вряд ли сюда зайдёт кто-то из ближайшей свиты короля. На всякий случай он предпочёл не снимать капюшон. Узнать может и не узнают, но будет хорошо, если ещё и не запомнят.

Здесь было лучше, чем в других тавернах и кабаках. Люди пили, играли в кости и разговаривали. Иногда спорили. Но до драк не доходило, хозяин «Розы и Короны» тут же угрожал выгнать нарушителей. А ещё здесь не было, так называемых, доступных женщин. Нет, разумеется, они приходили сюда за заработком, но не вешались на всех подряд и, найдя клиента, уводили его наверх либо на улицу. И, несмотря на всё это отсутствие банальных развлечений, клиентов всё равно хоть отбавляй. Сюда приходили не только работяги, чтобы надраться разбавленного эля перед возвращением домой. Но и те, кто искал возможности посидеть с друзьями за столом, поиграть в карты, помечтать за кружкой о лучшей жизни и, если повезёт, прорекламировать своё дело. Например, некоторые плотники начинали громко обсуждать столы и лавки, клянясь сделать лучше. На самом деле Грегори очень повезло найти свободное место. Он посмотрел на соседний стол, где трое мужчин в потрёпанных рубашках и с взъерошенными волосами вот уже с минуту спорили. Обвиняя друг друга в жульничестве, они вот-вот были готовы кинуться в драку. Всё потому что один припрятал карту. Грегори видел её со своего места, торчащий пожелтевший уголок, но вмешиваться не посчитал нужным.

— У меня нет мест! Что я сделаю?

Ролло, хозяин «Розы и Короны», вытер руки о уже запачканный фартук и покачал головой. Его дочь Авила подошла к отцу, чтобы лучше рассмотреть гостей, которым отказывали в ночлеге.

— Нам сказали, здесь самое лучшее место во всём городе, — продолжила Маргарет, надеясь, что мужчина смягчится. Она уже рассказала, откуда они пришли, и искать в тёмном городе другое место совсем не хотелось. Голоса сразу привлекли внимание лорда Грегори.

Все четверо стояли ближе всего к его столу и разговор можно было легко подслушать. К сожалению, разглядеть лица двух странноватых на вид девушек у него не вышло. Обе стояли к нему спиной. Зато он прекрасно видел лицо Авилы, полное жалости и сострадания. И всё же эта девушка, правда, прекрасна. Ролло, высокий мужчина крепкого телосложения с бритой головой, совершенно не походил на добряка, и Маргарет это понимала. Алиса и вовсе не желала встречаться с ним взглядом.

— Даже если бы оно стало последним во всём городе, — перебил Ролло, — сегодня ночью комнат точно не будет.

— Может, пусть арендуют столик? — предложила Авила, взглянув на отца.

— Но у нас даже стола нет! — Мужчина взмахнул рукой. — Дождутся столика, пусть забирают.

Авила замолчала и опустила голову. Маргарет выдохнула, о чём-то подумала и начала рыться в сумке. Алиса обернулась, хмуро окинув тёмное помещение взглядом. Свободных столов не было.

— Вот, — Маргарет вытащила несколько монет, — мы заплатим, сколько скажете.

— Вы не понимаете? — Ролло начал терять терпение, назойливых клиентов, тем более женщин, он не выносил.

— Мне жаль, — вмешалась Авила, было видно, как ей трудно отказывать, — возможно, вниз по улице, будут таверны, где ещё остались комнаты. Здесь мест и правда, нет.

— Есть, — лорд Грегори поднял руку с кружкой, привлекая внимание трактирщика и его дочери. Уж больно ему захотелось порадовать Авилу, тем более сделалось это так просто. — Пусть сюда сядут.

Маргарет обернулась, чтобы сказать спасибо, но не увидела даже лица мужчины. Он быстро встал и, прихватив кружку с собой, пошел к лестнице. Алиса и Маргарет заметили, что у двери, ведущей на лестницу, стоит ещё один человек. На полголовы выше, с седыми усами и в таких же латах, как и дворцовая стража. Хотя, может и не совсем такими же.

— Прекрасно, с вас восемь либр и стол ваш до утра, — произнёс Ролло. — Всё остальное будете оплачивать отдельно.

Маргарет повернулась к трактирщику, кивнула и принялась отсчитывать монеты. У неё были только крупные, поэтому Ролло пришлось ещё и покопаться в своём кошельке, чтобы найти сдачу. Это, опять же, не радовало мужчину. Авила заулыбалась и стала похожа на милую розовощёкую девочку. Пока Маргарет и Ролло считали деньги, Алиса не сводила глаз с мужчины, уступившим им стол. Странный человек, в капюшоне, в таверне, где пахнет пивом и жиром. Всё это навевало мысли о тёмном фэнтези про наёмников. А что если один из них? Подойдя к лестнице, он остановился возле усатого стража. Скинув капюшон с головы, он что-то сказал ему и только потом шагнул на первую ступеньку. Алиса нахмурилась ещё больше. Она где-то его видела. Хотя нет, не видела. Да, он стоял далеко, здесь темно и видела она только профиль.

***

Остаток вечера прошло спокойно и даже весело. Авила принесла им по кружке эля. Пообещав, что он не слишком крепкий, а ещё от него пропадает чувство голода. Алиса идею приняла с недоверием, и полезла в свой мешок, где осталась пара яблок. Маргарет согласилась на предложение. Тратить много денег на еду ей не хотелось, вдруг выставят из дворца. Хоть девушка и побаивалась, что её желудок устроит истерику от такого ужасного питания, но понадеялась на аптечку Алисы. Эль закончился быстро, а вот вечер всё тянулся. Когда клиентов в таверне поубавилось (кто-то ушел наверх, кто-то домой, а кто-то заснул прямо за столом от всего выпитого), к двум девушками подсели ещё три. Они относились к местным ночным бабочкам. Как оказалось, они уже заработали себе на прекрасный ужин и не планировали уходить голодными. Наблюдая, как эти трое хихикают и делают заказ, Алиса подумала, что они похожи на трёх близняшек из мультфильма «Красавица и чудовище». Правда роль Гастона, как предмет восторга, взяли на себя Маргарет и Алиса.

Рассказ о пути из Элдора в Камелот произвёл на трёх мадемуазелей такое впечатление, что они даже угостили девушек жареной картошкой. Алиса легко разбирала некоторые слова, додумывая их и складывая в относительно логичные предложения. В данной ситуации она чувствовала себя кем-то вроде очень умной собаки, которая понимает людей, но не может им ответить. Поймав себя на этой мысли, Алиса порадовалась, что животные не могут разговаривать. Ведь тогда в мире не было бы ни тайн, ни личной жизни, ни домашних питомцев. Никто не захотел бы заводить в квартире существо, способное разболтать соседям семейные секреты или раскритиковать хозяина. Маргарет же начала схватывать местный диалект. Точнее, словечки, которые то тут, то там проскакивали у жителей. Однако у неё всё ещё был акцент и по тому, как она строила предложения, все продолжали видеть чужестранку.

Девушки не задержались и, покончив с ужином, исчезли. Благо хоть расплатились, а то начинали закрадываться сомнения, что у них вообще есть деньги. Ближе к двум часам ночи Ролло вышел из-за своей стойки, которая больше напоминала заборчик и начал будить всех пьяниц, выгоняя посетителей. Он утверждал, что таверна закрывается, и не шел ни на какие уступки. Забирая плату, он чуть ли не каждого гостя провожал до самой двери суровым взглядом. Один человек, покачиваясь, встал из-за стола и медленно пошел к выходу. По виду это был какой-то работяга, он пошатнулся, схватившись за руку Авилы и та вскрикнула. Ролло подлетел к дочери и оттащил гостя. Вытолкал его на улицу с особой грубостью и выкрикнул в след пару ругательств. Остальные тут же поднялись и передумали спорить. Когда зал опустел, Авила ещё раз осмотрела столики, смахнула с них крошки и протёрла фартуком. Потом, пожелав Маргарет и Алисе спокойной ночи, ушла.

Они не так долго говорили, оставшись одни. Алиса отметила особенный подход хозяина к клиентам и пошутила о том, что СледопытАрагорн, да. был очень любезен, но если этой ночью на них нападут назгулы, она ему это не простит и придёт свирепой банши. На что Рита лишь слабо хмыкнула и напомнила, они в прошлом, а не в другом мире. Чуть позже они заснули. Алиса, уже привыкшая к подобным условиям, погрузилась в сон быстро. Маргарет же ещё какое-то время всматривалась в тёмный потолок, надеясь, что никакая ползучая тварь оттуда на неё не спуститься. Несколько раз она прокрутила в голове то, что собиралась говорить королю, прежде чем уснула.

Утром у Маргарет разболелась спина. Её осанка, привыкшая уверенно стремиться к идеалам первой или второй степени сколиоза, не одобряла сон на жесткой узкой лавки без подушек. Поэтому проснулась она с первыми лучами солнца, когда таверна была ещё закрыта. Алиса же спала, как ни в чем не бывало. Прижавшись к стене, Рита закрыла глаза, всё ещё надеясь заснуть, если неприятное ощущение пройдёт. Она не чувствовала себя бодрой, наоборот, ещё больше вымотанной. Дверь, ведущая на лестницу, скрипнула. Совсем чуть-чуть приоткрыв глаза, Маргарет увидела Авилу. Она была одета в одну простую рубашку и, кутаясь в цветную и явно не дешевую шаль, босая, медленно закрыла за собой дверь. Оглядевшись, Авила не подумала, что кто-то мог наблюдать, решив, что все ещё спят. Помимо девочек ночью пришел ещё пастух, которого жена из-за ссоры не пустила домой и устроился за столом в другом углу. В зале стояла тишина, которую мог нарушить только скрип двери. Авила сильнее закуталась в шаль и быстро пройдя по полу, так легко, что её шагов даже не было слышно, шмыгнула в дверь напротив. Где находились комнаты Ролло и куда они вместе с дочерью ушли ещё вчера.

Теперь Маргарет открыла глаза и села ровнее. Она не помнила, как девушка вышла из своих комнат и прошла в гостевые. Наверное, это случилось ночью. Мысленно она поняла, зачем Авила бегала туда, но потом отругала себя за предрассудки и, решив не вмешиваться, толкнула Алису. Та даже не пошевелилась. Яркие лучики рассветного солнца только начали подниматься. Маргарет вспомнила слова стражника и решила поторопиться. Вспоминая очереди, которые собирались возле торговых центров, она ужаснулась, представив толпу, которая будет рваться на приём к королю. Совершенно не церемонясь, она начала сильно трясти подругу за плечо. Это дало результат. Алиса, сопя и шипя на живой будильник, проснулась. На прихорашивание времени было немного. Открывалась таверна только к обеду, но опаздывать девушкам нельзя. Авила вышла из своих комнат быстрее, чем Маргарет ожидала, уже одетая в простое красно-коричневое платье, из-под которого торчал рукав белой рубашки, в фартуке и с другой шалью на плечах. Самой обычной, серой. Она улыбнулась девушкам и спросила, не нужно ли им чего. Попросив принести им воды, чтобы умыться, Маргарет и Алиса удивлённо переглянулись, услышав как Авила засмеялась.

— Такого ещё не просили, — объяснила девушка, — но я принесу.

После этого дочь трактирщика направилась будить другого ночного постояльца. Маргарет взглянула на её лёгкую и бодрую походку. Можно им с Алисой такой же талант вставать ни свет, ни заря и пускаться в работу, не чувствуя усталости? Подготовились они быстро. Принесённые Авилой кувшин и глубокая тара были использованы под удивлённо-весёлым взглядом девушки. По замечанию Авилы, они всё делали правильно, но… как-то странно и непривычно. Маргарет пожала плечами и подумала, что ей просто необходима зубная щётка, это не дело. Растрепавшиеся за ночь волосы были быстро расчёсаны и убраны. Мятая одежда, как заметила Алиса, конечно же, не придаст им лоска. Но, увы, парового утюжка у Алисы с собой не было, а сидеть над кипятком не позволит Рита.

Перед уходом Маргарет спросила, сколько стоит шаль, что надета на Авиле. Может быть, если она захочет, то могла бы продать её. Авила улыбнулась и отказалась, сославшись на то, что это её единственная шаль. И покупать новую сейчас неподходящий момент. В чём суть расспросов Алиса не поняла, то есть Маргарет не хочет тратить денег на еду, но была готова потратиться на такую странную вещь?

Казалось город полон золота. От солнечных лучей золотились окна и крыши домов, блестела вода, ручейками стекала между булыжниками на дороге. Даже листья на деревьях сверкали, когда ветер касался их. Люди, суетливые и громкие, вовсе не казались такими опасными как прошлой ночью. Они шли по своим делам, не обращая внимания друг на друга. Все выглядели по-разному и одевались тоже по-разному, кто-то дороже, кто-то проще, кто-то ярче или невзрачнее. На первый взгляд и не скажешь, что все эти люди живут в одном городе. А может и не живут. Может быть тут одни пришлые, в больших городах не редкость. Снова выйдя на центральную улицу, Маргарет только сейчас заметила, что из камня тут улицы только вдоль домов. Это показалось ей странным, обычно именно центральную выкладываю булыжниками, раз уж не хватает на все.

Толпу, стремящуюся к замку, видно сразу. Эти люди расталкивали прохожих, чуть ли не бегом пробираясь вперёд. Правда поторопиться девушки не смогли. Перед ними раскрывалось поистине необычное место. Такого не найти ни на реконструкциях, ни в музеях. Воздух тёплый, на улице даже немного душно, возможно из-за большого количества людей. Но стоит подуть ветру, как тут же становилось прохладно. Дома, в два, а то и три этажа, ни один историк в жизни бы не поверил. И цветы, тут, оказывается, кругом цветы. Они в каждом окне, в глиняных горшках. По заборам и редким деревьям тянется вьюн, и почти на углу каждого дома можно было встретить заросли плюща. Пройдя вверх, всё к той же площади, Маргарет и Алиса поняли, что толпа только кажется огромной. На самом деле это дороги узкие. И полупустая торговая площадь тому была доказательствам. Люди собирались у прилавков, а сама дорога в принципе, оставалась свободной.

— Смотри! — Алиса похлопала подругу по плечу, шагнула в сторону и исчезла среди людей у одной из лавок.

Маргарет ничего не оставалось, как пойти за ней. Низенький мужчина с широкими плечами торговал жемчугом. Самым популярным, судя по количеству, товаром. Правда окинув взглядом прилавок, Маргарет заметила в основном бусы. Были ещё ленты, с нанизанными на них бусинами, какие-то странные, по мнению девушки, клочки ткани, вышитые белым камнем. И только чуть дальше в стороне стояла коробочка с парочкой колец. Маргарет опустила взгляд на своё кольцо и поджала губы. Может быть его продать? Хотя, если оно так впечатлило Мэтта, а стражу впечатлили проколотые уши, может быть товар и не ходовой. А, скорее, экзотический.

— Идём, мы опоздаем. — Она схватила Алису за руку, как непослушного ребёнка и потянула за собой, пока та не стащила с прилавка чего-нибудь.

— Рита! — возмущённо выкрикнула Алиса, освобождая руку. — Ты уводишь меня от всего интересного.

— Нам нужно в замок. Потом сможешь смотреть, что хочешь.

Теперь она и правда напоминала мамочку. Хотя Алиса успокоилась, словно что-то пришло ей в голову. И сделав несколько шагов вслед за подругой, сказала:

— Хотя, ты права. В сокровищнице, где наше колечко, наверняка найдётся что-то получше. Подревнее, побольше.

Алиса довольно улыбнулась, высвободила руку и зашагала вперёд. Маргарет прошибла волна возмущения. Неужели Алиса решила ограбить королевскую сокровищницу? Нет, подобную глупость она точно не допустит! И только девушка собралась рассыпаться в нравоучениях об уважении и такте, как увидела очередь, ведущую к воротам замка. Это было много, очень много и судя по всему очень долго. Напоминало очереди в разгар чёрной пятницы или вроде того. Алису, кажется, это не останавливало. Устроившись в конце толпы, стало понятно, что людей не так уж и много, просто стража обыскивает мешки и сумки всех, кто приходит. Особенно большие поклажи забирали и бросали в стоящую рядом телегу. Обещая всё отдать, когда приёмный день закончится. Разумеется, люди не слишком горели желанием расставаться с вещами. А поэтому либо оставляли кого-то из родственников (с которыми пришли) у входа, либо уходили домой. Маргарет и Алиса переглянулись. Им в голову пришла одна и та же мысль. У них только одна сумка, маленькая, но… со странными вещами. Оставить кого-то из них у ворот? Нет. Они обещали никогда не бросать друг друга. Да и небезопасно это. Пытаться объяснить что-то стражам. Да даже нет смысла пытаться. Не успев толком понять, как поступить, подруги оказались следующими на обыск.

Стояли стражники без шлемов и девушки быстро узнали вчерашних знакомых. Что, здесь с утра не меняют караул? Ну ладно, не идти в чужой замок со своим уставом.

— Заговори его, — шепнула Алиса, пока человек впереди завязывал свой мешок. — Ты тут одна на местном балакаешь.

— Пришли-таки. — Усмешка стражника слева была вполне ожидаема. Девиц, что посреди ночи требовали встречу с королём, он запомнит надолго.

— Нет времени, — фыркнул тот, что справа и потянулся к мешку в руке Маргарет.

— Мы так вам благодарны, — схватив его за руку, проговорила девушка, так, чтобы толпа не слышала, — «Роза и Корона» просто чудесное место, вы были правы. А Авила просто прелесть.

— Она очаровательная, — подхватил парень.

Вслед за Ритой и Алиса бросилась пожимать руку стражнику, не дожидаясь, пока тот «освободиться» от Маргарет. Мужчина опешил. Девушка слишком сильно трясла их руки, широко улыбаясь. Уж слишком дружелюбной, по сравнению со вчерашним вечером, она была.

— Да, мне очень повезло. — Освободившись от рукопожатия, стражник было потянулся к мешку, что был у девушки, но не обнаружил его там. Ему же не могло показаться? Он обернулся на вторую. Та уже стояла у него за спиной, боком ко второму стражу. Мужчина перевёл взгляд на её руки. Алиса всё так же радостно улыбалась, держа по бокам свою юбку. Мешка у неё тоже не наблюдалось. Кажется, бессонная ночь начинает сказываться. Ладно, главное, всё это ради Авилы. Он обещал ей провести ближайшие праздники вместе, и если это требовало несколько дней его бодрости, то это того стоит.

— Проходите.

Второй страж презрительно фыркнул. Девушки кивнули и ступили за ворота. Под ногами больше не было песка, а были ровные твёрдые светлые камни. Всё здесь выложено этими светлыми квадратными кирпичами. И поверхность площади, и первый этаж замка. Хотя больше это напоминало облицовку. Кстати, пространство было немаленьким. Здесь, кажется даже воздух прохладнее, с легким запахом стоялой воды из колодца.

Любой историк, оказавшись здесь, начал бы искать камеры и художников-декораторов, чтобы разбить им нос. Ибо поверить в то, что открылось взгляду, просто так, невозможно. Маргарет засомневалась в своих знаниях, вдруг Римские храмы, виллы Флоренции, готические храмы и замки Генриха Восьмого слились во что-то единое и обобщённое. Как будто не было всех этих столетий, разделяющих стили и прогресс, не было постепенного развития, а всё создалось сразу и вместе. Квадратный по строению замок смыкался на арке, через которую они прошли. От стены не так далеко, наверное. Замок из светлого камня демонстрировал огромное количество застеклённых окон, барельефов, резных балконов и выступающих навесов. Всё великолепие тянулось вверх на пять, может, шесть этажей и венчалось тёмно-синей крышей. С вполне привычными круглыми башенками с зубчатыми краями для наблюдателей и лучников. Люди проходили мимо, обгоняя Маргарет и Алису, замерших на середине дворцовой площади. Если бы Маргарет смогла сфотографировать это место, а потом показать кому-то дом… Да, колыбель у средневековья была специфическая.

— Зачем это? — Алиса указала вперёд, на деревянную постройку, отчётливо напоминающую виселицу. Правда, без верёвки и, слава Богу, без осуждённого. Не то чтобы она не знала, что такое виселица, напротив, могла разложить на несколько видов, припомнив более действенную гильотину. Просто не понимала, почему здесь и сейчас.

Маргарет поджала губы, кажется, только сейчас начиная понимать насколько их дело рискованно.

— Жизнь здесь насыщенная, правда? — Она улыбнулась.

— Не хотелось бы участвовать именно в этой части их жизни, — закидывая мешок на своё плечо, уточнила Алиса.

***

От широких дверей просторного тронного зала открывался вид на барельефы, расположенные на противоположной стене. Очень удивляло наличие таких точных и ровных полускульптур, в замке, который строили за десяток веков до готики. Арочные двери, продолжались изразцами, подобно дворцам Византии, с примитивными цветочными орнаментами. Ими были выложены стены, от пола и до потолка, который сам по себе являлся отдельным предметом искусства. Там, будто вырезанные из камня цветы, рисовали переплетения плюща. Справа было четыре высоких окна, к удивлению Маргарет (да тут всё удивляло, если подумать) тоже застеклённые. Свет проникал через них, освещая не только весь зал, но и стену справа, украшенную шпалерами с золотыми драконами. Всё это бросалось в глаза в первую очередь, поражало размахом и только потом, когда вошедший впечатлится величаю, взгляд опускался на трон, стоящий прямиком под барельефами с изображением прежних королей. Как символ постоянства и преемственности.

Интересно, наслаждался ли король реакцией гостей? Или давно привык? Разумеется, ему не нужно восхищать крестьян, которые сегодня входят в зал один за другим, это было сделано для лордов и советников. Чтобы напоминать им, раз от раза, на чьей голове сейчас корона. Как же у Алисы чесались руки все это потрогать ну или хотя бы сфотографировать. Девушки не знали, но приёмный день сегодня был не совсем стандартный. Обычно, когда король раз в три недели устраивает подобное, то общается с просителями один на один, в присутствии разве что одного стряпчего. А то и вовсе только при охране. Сегодня же был день, когда нужно было в очередной раз продемонстрировать себя и королевство. Так что трон установили здесь, а не в зале поменьше. За троном встали Артур с Морганой, которые должны были излучать достоинство и гордость королевской власти. Чуть левее, на отдельном стуле, строча на коленке краткое изложение происходящего, устроился стряпчий. У стены с золотыми драконами в один ряд выстроились какие-то люди. Мужчины, сплошь бородатые, цветасто одетые и с мечами на поясах. Кто они — девушки даже не пытались предположить.

Стража у двери, подтолкнула девушек вперёд, чтобы не задерживать очередь и захлопнула двери. Пускали по одному, долго не обсуждали. Решение находилось быстро и просителя провожали к выходу. Увидев короля ближе, Маргарет поняла, надежда встретить молодого и мягкого правителя явно была напрасной. А вот Алиса отреагировала иначе. Она замерла, вцепившись в руку подруги и словно ждала момента, что-то сказать. Слишком сильно было удивление в её глазах. Маргарет подошла ближе, остановилась в метрах трёх от трона. Она отпустила руку Алисы и медленно наклонилась вперёд. Ей хотелось, произвести впечатление… воспитанной дамы? Ну, наверное, так можно сказать. Король, подпирая голову рукой, медленно приподнял бровь и мысленно усмехнулся. Выглядело странно и необычно, он привык что крестьяне просто падали на колени или начинали с порога что-то требовать.

— Ваше Величество, мы долго шли и… — Маргарет запнулась, человек на троне не располагал к той речи, которую она подготовила. По одному виду короля и шраму, протянувшемуся ото лба и до щеки, становилось понятно — на жалость давить бесполезно. Цепкие глаза монарха оценивали каждое слово. А лицо, покрытое морщинами, свидетельствовало о большом опыте с долей усталости — Мы приложили много сил, чтобы попасть в замок. И встретиться с вами.

На лице короля проскользнула улыбка, и он выпрямился. Наконец-то речь не о незаконнорождённых телятах на спорных территориях огорода. Кажется, сейчас потребуется настоящая королевская мудрость. Утер взглянул на сына, Артур нисколько не изменился в лице.

— Королевство, из которого мы пришли, — набравшись смелости, продолжила Маргарет куда живее, — располагается дальше, чем вы могли подумать. Нам пришлось пересечь пролив, чтобы добраться до Камелота. Видите ли, мы бежали от войны.

— Какой войны? — поинтересовался Утер, начинало казаться что его очень неумело дурят. Ни о каких войнах, кроме той которую вёл сам, он не припоминал.

— Всё в порядке? — Алиса, напуганная громкой и достаточно резкой, чтобы усомниться в расположенности к ним правителя, речью, дёрнула Маргарет за рукав. Но та не ответила, вообще сделала вид, что не услышала. Зато услышал король и принц. Артур бросил взгляд на Моргану, а Утер только немного нахмурился. Странное наречие, он такого никогда не слышал.

— Вы, я уверена, никогда о такой не слышали. Цинтра дальше, чем пролив, за Нормандией и за пустыми землями. Вы, наверное, знаете, как ужасны в своей жестокости дикие племена. Собрав огромное войско, они напали ночью, разграбили деревни, дошли до столицы. Их было так много, что ни один отряд солдат не справлялся с ними. Эти дикие звери разорвали столицу, как собаки кролика! — Маргарет не знала, с каким выражением лица она это произносит. Однако вымотанность, почти бессонная ночь и желание, чтобы им поверили, придали ей нужный вид. Настолько правдоподобный, что Артур, снова посмотрев в сторону Морганы, заметил интерес в её глазах.

Достопочтенные мужи, подпиравшие собой стену тронного зала, начали наклоняться друг к другу и что-то говорить. Алиса невольно сравнила их с бабками на рынке, которые увидели девушку с красными волосами. Но озвучить она этого не могла, ибо английского не знала, а влезать и портить момент от которого зависят их жизни она не хотела. Король выдохнул, немного наклонился вперёд и оглядел девушек ещё раз. То, что они не местные видно сразу. Платья, неправильное произношение слов, чужой язык. И хоть упоминание Нормандии и служило определённой меткой доверия, ибо не каждый крестьянин Логреса знает о существовании стран за Английским проливом, сама история странной Цинтры больше походила на древний миф.

— Вы можете нам не верить, — Маргарет улыбнулась, словно посмеявшись всему, что сказала ранее, — если бы я пришла к нашей королеве, она бы тоже не поверила в существование Камелота. Когда земли так далеко друг от друга, — быстрым движением, она заправила за уши волосы и голубоватые камушки в простых гвоздиках сверкнули на солнце, — сложно представить что они действительно есть. Мы покинули мёртвое, сгоревшее королевство. И всё это время мы искали место, где могли бы начать жизнь сначала.

Повисла небольшая пауза, а потом король просто рассмеялся. Его смех подхватили и гости у стены. Маргарет и Алиса вместе посмотрели сначала на них, потом на короля и только потом их взгляд остановился на темноволосой девушке слева от трона. Она смотрела прямо на них, немного приоткрыв рот, и, кажется, верила. Хорошо, есть повод продолжить. Терять нечего. Судя по смеху, выставят их по-любому.

— Понимаю, дни пути сделали нас похожими на дочек пивовара. — Она шагнула вперёд, в какой-то момент, встретившись взглядом с королём, что было, разумеется, дерзостью. — Но там, откуда мы пришли, нас знали благородными особами. Приближёнными к королеве, её верными дамами. Оказавшись в Логресе, мы решили, что не видели на своём пути места более подходящего и всем сердцем уверились, вы, при всей вашей королевской чести, не откажете двум леди из Цинтры в помощи.

Она, наконец, замолчала. Это длинное, сложное и скорее всего малопонятное предложение далось ей с трудом. Поэтому, договорив, Маргарет даже немного выдохнула, но не отвела взгляда в сторону. Если бы она не упомянула королевскую честь, Утер, рассмеялся бы снова. И как бы ему не хотелось помогать всем, кто назовётся благородной дамой, он не мог. Блестящие серьги, конечно, были признаком достатка, а вот весь остальной вид нет. Мысленно Утер сделал вывод: «краденные», — и тоже не сводя глаз со странных девиц ответил:

— Вы хоть представляете, насколько Нормандия далеко? И хотите сказать, что прошли этот путь пешком? Пересекли пролив вплавь? Докажите.

Маргарет отступила. В купе со шрамом и суровым, как ей казалось, взглядом это прозвучало особенно неприятно. Как неотвратимая безысходность. Понимая, что всё потеряно, она усмехнулась, сдерживая желание рассмеяться или, скорее, заплакать. А что? Они сами виноваты. Думали, их сходу примут.

— Нас окружало поле боя, считаете, мы тогда подумали о лошадях или кортеже? Мы многим пожертововали чтобы найти способ передвижения. — с нескрываемой, хотя она старалась, обидой произнесла Маргарет, подняла взгляд вверх, поняла, прозвучало это не слишком учтиво, и выдохнула. — Простите, я не должна была это говорить.

Алиса заметно испугалась, услышав, как заговорила подруга и побоялась, не завели ли они себя в безвыходную ситуацию. Всё же уйти хотелось обратно в Элдор, а не на плаху. И вот теперь почему-то как раз эти слова о поле боя подействовали на короля смягчающие. Он видел такие места, много раз, особенно в молодости. Бывает и правда можно забыть, кто ты, кто твой отец и даже собственное имя. Люди просто бегут, прося у небес шанса выжить. Не попасть под меч, не нарваться на ловушку, не угодить под струю подожжённого масла. Тем более женщины. И всё же, он не мог приютить всех и каждого. Лорды у стены снова заговорили только теперь громче. Они обсуждали девушек, смеялись над ними и в то же время, утверждали, что люди и не такие расстояния преодолевают. Король повернулся в их сторону, и все замолчали.

— Они обязательно расскажут Баярду, — чуть наклонившись, шепнул Артур. Утер сам на секунду растерялся. Он собирался прямо отказать, не давать никаких сроков. Тем более сейчас, когда они ждут гостя с огромной свитой. И вдруг снова посмотрел на двух молодых особ. На его лице появилась улыбка, превратившая строгого вояку в довольно добродушного правителя. Утер, подумал, что Баярд, раз всё равно узнает, должен узнать хорошую историю. И может быть более податливый гость захочет забрать их с собой. Дипломатия, кто же знал, что он так умеет.

— Хорошо, — Утер снова выпрямился, повеселел, — замок лучшее место, чтобы начать всё сначала. Можете остаться здесь на три дня, никто не скажет, что Камелот не гостеприимен.

— Позвольте, — Моргану, кажется, порадовало услышанное, — если они и правда леди, им не трудно это доказать. Пусть они будут моими гостями.

Утер вместе с Артуром одновременно посмотрели на Моргану. Первый с настороженно, второй с ухмылкой. В замке редко бывали гости, с которыми Моргана могла спокойно общаться. А иностранки всегда рассказывают очень много интересных историй, тем более интересных для неё, не имеющей возможности путешествовать.

— Леди Моргана очень великодушна. Мне жаль, что ваш дом пал в войне.

— Мы безумно вам благодарны! — вдруг заулыбавшись, проговорила Маргарет и, схватив Алису за руку, настойчиво потянула вниз. Благо та вовремя сообразила, что нужно поклониться. Девушка заулыбалась, в её глазах блеснул азарт, который Маргарет не раз видела, теперь-то начнётся всё самое интересное. — Вы даже не будете замечать нашего присутствия, обещаю, мы никак не помешаем.

Наверное никто прежде не видел, чтобы кто-то был так счастлив в стенах тронного зала. Моргана уводила их, с улыбкой обещая найти свободную комнату, даже если потребуется кого-то выселить. Она тут же начала задавать вопросы, и глаза её горели ничуть не меньше, чем у самих подруг. Алиса в восхищении смотрела на Моргану. Подумать только, настоящая принцесса принимает их в замке своими гостями. Определила она это опять же исходя из действий, а не слов. Кажется, ей всё же придётся напрячь свои мозги и вспомнить все уроки английского языка. Маргарет, казалось, даже задышала. И её даже не смутило то, что Моргана вдруг заверила их, она окажет им любую помощь, какую сможет. А потом добавила:

— Только обещайте рассказать мне всё! В самых мельчайших подробностях.

***

Первое, что сделала Маргарет, оказавшись в предоставленной им комнате, упала на кровать. По телу пробежала приятная дрожь, она закрыла глаза и тут же ощутила небывалое удовольствие. Да, это не перина девятнадцатого века, но и не голая лавка в таверне. Кто бы знал, что можно скучать по мягкой кровати. Алиса, не раздумывая, плюхнулась рядом и потянулась, замурчав как кошка. Здесь было теплее, чем в таверне, хоть и чувствовался сквозняк. Маргарет села на край и огляделась. Комнатка маленькая. Кажется, даже нет шкафов. Одно окно, небольшой камин, над дверью крепление для факела. Кровать, которая занимает больше всего пространства, и прекрасный подоконник. Прекрасный, потому что широкий. Так как все окна в замке были либо решетчатыми, либо застеклённые цветным, мутным стеклом, на таком подоконнике можно сидеть или использовать как стол. Кстати, стол… нет, такого не имелось. Зато в углу расположился большой сундук, в который бы Алиса поместилась в полный рост. Вот и замена шкафу и столу одновременно.

Девушек удивляло всё. То, как замок выглядит, какая резьба имеется на мебели, какие гербы развешаны по коридорам. То, что единственный сундук расписан под цветные изразцы и оббит металлическими пластинами с чеканным узором. А ещё, как подметила Алиса, здесь пахло пылью, мёдом и совсем чуть-чуть дымом. Когда она подошла к окну, дабы оценить вид на площадь и город, то сразу поняла — ей нравится это место! И не важно, что только на три дня.

— Это комната для прислуги, — пояснила Моргана. — Мы ждём очень много гостей, выпросить комнату больше я не смогла.

— У меня дома комната была примерно такой же, — ответила Маргарет, а потом перевела слова Морганы для Алисы.

По дороге сюда они познакомились, Маргарет выдумала себе целую родословную. В принципе, она не врала. Её бабушка и отец были юристами, так что история о династии придворных советниках не на сто процентов обман. Алиса, будучи по образованию художником, удостоилась чести быть потомственным придворным живописцем. Хоть отец Алисы был стоматологом, это не помешало быстренько набросать историю с вкраплениями биографии Диего Веласкеса.

— Как это, женщины служили при дворе? — Для Морганы это было чем-то новым, до этого женщина могла стать разве что прислугой. Или королевой.

— Когда правил король, — на ходу выдумывала Маргарет, — он окружал себя мужчинами, но женщин тоже брали. Например, моя бабушка была советницей у… короля-кролика. Говорят, у него очень много детей. Ну, а когда трон занимала женщина, ей было приятнее проводить время с другими женщинами. Мы помогали королеве надевать платья, сопровождали её во время визитов послов и давали возможность поговорить о сердечных делах.

Услышав это, Алиса отвернулась, чтобы Моргана не заметила, как та пытается не смеяться. Придумывать факты на ходу, Маргарет было сложно. И она сама начала задавать вопросы. Нужно прощупать почву, узнать, что им можно, а что нет. Они знали, сегодня надо встретить последних лордов, а завтра прибудет король. Оказалось, Камелот долго с ним воевал, и, наконец, это может закончиться. К собственному удивлению Маргарет впитывала информацию с трудом. Голова от волнения совсем не работала и, видимо, достигнув цели, разум решил отдохнуть. Но это только утро, день был в самом разгаре, как и интерес Морганы.

— Вам нужны платья! — заявила подопечная короля и началось самое интересное. Моргана позвала служанок, двух.

— Ого, — не удержалась от удивлённого возгласа Алиса, увидев одну из них.

Алиса не была уверена, как её стоило называть, тёмненькая и кудрявая. Откуда в такой древней Англии девушка с мавританскими корнями? Это было неожиданно. Потому что за всю дорогу им встречался исключительно европейский тип людей. Что логично, они же в Европе! Рита говорила, что это прошлое. Как её родственники оказались на Альбионе? Всему должно быть своё объяснение. Эту девушку могли привезти как диковинку, перепродать или пригнать с другими рабами.

Длинноволосая блондинка, что вошла следом, сразу же ахнула, стоило ей увидеть девушек. Разразилась комментариями и причитаниями, словно над рыдающим ребёнком. Кстати, та самая мавританка, отреагировала спокойнее. Алиса подумала, что будет проще обращаться к ней по имени, как только они познакомятся. Сначала они дружно пофыркали, глядя на наряды девушек и на их волосы. Потом начали ходить вокруг, трогать локоны, дёргать за рукав и всячески рассматривать, как заморских зверушек. Каким-то боком в голову Морганы пришла мысль, что гостей надо сейчас же отправить в баню, но только после того, как подберут новую одежду. Ибо эти мешковатые одеяния смешили даже прислугу. Ей нравилось копаться в принесённых тряпках, как их окрестила Алиса, подбирая для девушек хоть что-то сносное. Здесь было то, что давно не использовалось. Запасная одежда для слуг, старые платья и юбки дам, даже самой Морганы. Всё это похоже на сценку, в которой девочка играет со своими куклами. Она решает, во что их одеть, что с ними делать, какие делать причёски. Алиса протянула руку к одному из платьев и, потрогав ткань, поморщилась.

— Не нравится? — По лицу Алисы Моргана уловила недовольства.

Алиса, желая удивить её, подняла с пола их мешок, сунула туда руку и вытащила сарафан. Она разложила его на свободной части кровати и упёрла руки в бока, в предвкушении эффекта. Моргана посмотрела на необычную вещь, потрогала край уж слишком короткого подола. Это было что-то ей незнакомое, очень мягкое и яркое. Она спросила, из чего сделала ткань и почему она так тянется. На что Маргарет ответила, будто не знает, из чего её делали, но при дворе она пользовалась успехом. Объяснить смогла только, что называется это вискозой.

— Что ещё у вас есть? — Она немного нахмурилась и серьёзно посмотрела на Маргарет. — Не такое, как у нас.

— Зачем это обсуждать сейчас? — Испугалась Маргарет и улыбнулась. — Давайте закончим с платьем.

— Вы не понимаете, нужно показать это королю. Когда вы наденете приличное платье и продемонстрируете то, чего нельзя достать в Камелоте, Утер поверит в ваши слова. Я никогда не видела такой ткани и уверена никто другой тоже.

Маргарет немного приоткрыла рот, раздумывая над её словами. Она перевела взгляд на Алису, потом на синий сарафан. Что ещё было в их мешке, что не отправит их на костёр, не изменит ход истории и при этом докажет правдивость их слов?

— Мы не подумали об этом, леди Моргана. — Она улыбнулась снова. — Вы правы. Именно так и следует поступить.

— Приводите себя в порядок. — Она погладила Маргарет по плечу. — Я постараюсь уговорить Утера ещё раз с вами встретиться.

***

Новость о том, что леди Моргана приютила в замке иностранок, да ещё и с разрешения короля, разнеслась очень быстро. Слуги, что некоторое время назад рассматривали девушек как ощипанных гусей, спустились на кухню и рассказали кухаркам. Те, в свою очередь, поведали прачкам, прачки конюхам и так далее. В какой-то момент уже под конец приёмного дня новость дошла и до Мерлина. Сначала он не обратил внимания, в замке сейчас куча людей, в том числе и девушек, подходящих под описание «иностранки». Однако из-за большого количества посредников между новостью и Мерлином, информация слегка смазалась. Во-первых, образы гостей обросли странными деталями. Например, кто-то сказал ему, что там есть светловолосая особа с характером, которая чем-то напоминает покойную королеву. А вторая, высокая и темноволосая, слишком много улыбается и скорее всего, сумасшедшая. На чём основывались выводы, он не знал, но зато, оказавшись в каморке Гаюса, пересказал ему всё услышанное.

Уже бывалый лекарь, который знал истинную правдивость дворцовых слухов, предположил, что гостьи на самом деле приехали с кем-то из лордов. Не зря же с ними общается леди Моргана. Будь девушки простыми служанками, их бы не подпустили к воспитаннице короля. Гаюс никогда не упускал возможности сделать так, чтобы и ему было хорошо, и гостям в замке приятно. Поэтому он отправил Мерлина спросить, не нужно ли этим дамам что-то от лекаря, к примеру, снотворное или настойку от головы. Такие внезапные услуги иногда оплачивают. Артур будет ещё долго занят государственно важными делами, вроде встречи оставшихся лордов и короля. Поэтому Гаюс чувствовал полную вседозволенность в распоряжении племянником.

Поднимаясь на этаж с гостевыми покоями, Мерлин услышал знакомый смех и замер. По его шее скользнул холод и появилось яркое дежавю. Он медленно ступил на последнюю ступеньку, осторожно выглянул в коридор. Моргана вместе с двумя девушками стояла возле открытой двери в комнату и что-то серьёзно объясняла. Она иногда указывала в разные стороны, словно пыталась объяснить дорогу. Темноволосая девушка слушала её очень внимательно, немного закрывая собой лицо второй слушательницы. Мерлину показалось, что он их знает. Ему бы хотелось отрицать схожесть этих девушек и тех, которые снились ему. Ведь образы из сна как правило размыты, а сейчас он стоит далековато. Моргана закончила говорить и шагнула в комнату. В тот же момент обе девушки обернулись, словно чувствуя на себе взгляд. И когда они увидели слугу принца, то вместе улыбнулись, а потом развернулись и последовали за Морганой. Скорее всего, они побоялись что за ними следят, но парень производил впечатление случайного прохожего. Нет, он мог убедить себя, образы из сна расплывчаты, но сейчас Мерлин бы поклялся чем угодно, это те самые улыбки.

— Они здесь, — отталкивая дверь, прокричал маг перепрыгивая порог комнаты придворного лекаря.

— Ты не сделал то, что я просил, — заметил Гаюс, у Мерлина детская концентрация внимания. Стоит произойти чему-то новому, и он уже забывает, зачем и куда его посылали.

— Девы из моего сна, те, с костром. — Он не услышал замечания. — Сейчас они с леди Морганой, на гостевом этаже.

— Уверен? — Гаюс понимал разницу между видениями и вещими снами, первое появлялось само, хаотично и несло определённый смысл. В нём почти не было абстрактных образов. В то время как сны вещь расплывчатая и может использовать символы для иллюстрации грядущих событий. Девушки у огня могли быть просто предвестниками пожара, может быть чего-то ещё. Но вряд ли они бы существовали. Когда Мерлин уверенно кивнул и подтвердил: «Уверен». Гаюс задумался ещё больше. Посылать свой образ в чужие сны способны некоторые маги. И если данные девушки владеют такой силой, то, вероятно они желали предупредить о своём приходе кого-то вроде себя. Мерлин настолько болтлив? Нет, вряд ли бы он стал рассказывать о своём даре. Тогда как они поняли? А если образ послали не они? Кто имеет стой редкую возможность?

— Я с ними познакомлюсь, — произнёс лекарь, возвращаясь к своим делам. — Посмотрим, откуда они взялись в твоих снах.

— Так… а что мне делать сейчас? — Отдышавшись после бега, поинтересовался Мерлин.

— То же что и раньше, опрашивать гостей.

***

Римляне, на фоне расцветающего средневековья, были теми ещё чистюлями. И в каждом городе, где оседали надолго они обязательно строили три вещи: площадь, библиотеку и баню. Все три явления так или иначе становились общественными. И хоть теперь, когда простые горожане разучились читать, на площадях сжигают магов, свою актуальность сохранили разве что термы. И только общественные. В домах богатых горожан или в замке в ходу давно были ванны из дерева или металла. Но на нее надо ещё заработать. Такие вещи изготавливались лично для каждого и на заказ, приравниваясь к вещам личной гигиены, как сказали бы сейчас. Поэтому для всех остальных действовала отдельная баня. Перестроенная, заметно уменьшенная, не такая роскошная во время римских властителей, но всё ещё полезная и впечатляющая.

На первом этаже, при входе, можно было взять полотенце, а если доплатить, то вам принесут и кувшинчик вина с фруктами. Там же стоял специальный человек, отмечающий всех входящих. На первом этаже мылась прислуга, а вот гостей замка, всех, от благородных дам до суровых вояк отправляли на второй этаж. С мраморным полом, паром, горячей водой и бассейном. Каждый этаж делился на женскую и мужскую половину. Маргарет и Алису проводили именно на второй этаж. От плотно закрытой двери из тёмного дерева начинался аподитерий, место для переодеваний, который Алиса тут же окрестила предбанником. А дальше зал с бассейном в центре и отдельными комнатками по периметрами, разделёнными тканевыми ширмами.

— Можете выбрать любую, — сказала одна из девушек, что работала здесь и провожала всех дам до бассейна. А потом протянула две деревянные чарки с куском коричневого мыла и молча ушла.

На втором этаже не только имелась тёплая вода и прохладный бассейн, но даже пол и стены были тёплыми. От чего помещение наполнялось паром, а выходил он наверху через три круглых отверстия на потолке. Ходить по скользкому полу приходилось медленно и осторожно, Маргарет пару раз чуть не упала, пока они добрались до самой ближайшей комнатки. За полупрозрачной шелковой ширмой располагалась такая же мраморная раковина, напоминающая уличную клумбу в форме шестиугольника. К ней вёл небольшой краник с вентилем прямо из стены. А ещё стояли две небольшие деревянные скамьи с закруглёнными подлокотниками. С каждой стороны от раковины.

— Почти Рим, — протянула Маргарет, облокачиваясь на стену и осторожно проводя пальцем по вентилю на кранике. Такой же был на старых самоварах.

Здесь легко потерять счёт времени; пар, вода, тишина. Первый раз за долгое время их окружал покой. Не было ни пыльных дорог, ни селян, ни королей. Только плеск воды, запах мыла и редко пробивающий ветерок из открытых окон в крыше. Время от времени, он врывался и исчезал, также быстро. От тепла клонило в сон, ноги гудели, им вспоминались свои квартиры, комнаты с уютными любимыми местами. Маргарет припомнила, что не выключила ноутбук, остановив Медичей в разгар семейной ссоры. Ей вдруг стало так интересно, чем закончилась бы эта распря, она даже немного расстроилась. Алиса подумала, что дома наверняка кавардак и Гриша окончательно переехал к ней в комнату, чтобы успокоить её впечатлительную маму. Отец поздно приходит домой и целый день мама предоставлена своим размышления, вероятно нерадостным. И тут явно нужна настоящая поддержка, как Гриша умеет. Ещё, наверное, лекарствами от сердца, радио и сериалами не обойтись. Кстати об этом, Алиса вспомнила, так хотела сказать.

— Мне это кое-что напоминает, — расплывчато начала она. — Какой у них тут год?

— Ну… это ещё нужно узнать. — Маргарет прикрыла глаза, пытаясь посчитать. — Пятый век нашей эры.

— Тебе не кажется, что всё вот это, — она обвела руками помещение, — слишком рано появилось?

— У римлян были бани и куда богаче.

— А витражи, цветная мозаика, шпили с горгульями? Помидоры. Они валялись около колодок в городе. Я видела! Не удивлюсь, если тут есть бананы и клубника. — Алиса перешла на сарказм. — Служанки-мавританки тоже римское наследие?

— Мавританки... Наверняка римляне брали пленных, вот и…

— Хорошо, — Алиса не дожидалась ответа целиком, — Ну, а ещё Арту-у-ур… Если я не путаю, он тот самый король.

— Артур, — поправила Маргарет, сделав ударение на первую букву.

Алиса протяжно выдохнула.

— Это не важно. Он же белобрысый диснеевский мальчик. Он был таким в тех мифах и легендах?

— Ты же не хочешь сказать… — здесь Маргарет не выдержала и рассмеялась. — Мы не можем быть в альтернативной фэнтези вселенной!

— Я не это сказала! Оно просто похоже! Почему фэнтези не может быть снято или написано по реальным событиям?

— Может, но... где тогда мы?

— Но я помню как работает этот жанр, Рит. Мы уже видели Мерлина. Мерлина! А новость о короле и примирении? — Алиса фыркнула. — Вот увидишь, закатят пир и там будет ведьма. Обещаю, я найду тут ведьму!

Маргарет отвела взгляд в сторону, вспоминая мальчишку, выглядывающего из-за угла. «И это Мерлин?» — мелькнуло в её голове. Тот же, что и кольцо продавал? Действительно очень сильно похож. Просто моложе. Обиженная Алиса вскочила со своего места и засобиралась обратно, сказав, что волосы высохнуть не успеют. Маргарет хмурилась, глядя, как она торопливо трёт волосы, перед тем как одеться в выданные им ночные рубашки и шали. Хоть эти подарки были временные, позже им обещали найти платья. Алиса не хотела дальше спорить, при всём желании она бы не доказала ничего скептически настроенной подруге.

— Раз уж ты уверена. — Маргарет тоже соизволила встать и начать собираться. Услышанное отчасти пугало. — То давай просто найдём кольцо и вернёмся домой.

***

К полудню очередь начали разгонять, и посетители с ропотом, но мирно разошлись. Дальше в расписании Артура шел обед в компании всё тех же благородных лордов. На деле же он развлекал их, отвечая на вопросы и шутки, пока слуги накрывали на стол, а король встречал последнего из своих вассалов. Странно, что лорд Грегори был призван самым последним, хотя для него путь в столицу один из самых коротких. Артур уже успел услышать от отца что-то вроде: «Ашдаун всегда опаздывает». Вероятно, в этом причина. Рассуждать об этом принц мог сколько угодно, а вот вмешиваться — нет. Сам король, скорее всего, просто высылал приглашения согласно собственным симпатиям, известно, лорд Грегори не входил в список тех, кто слушался Утера бесприкословно. Подобная дерзость, разумеется, будет дорого стоить, но когда-нибудь потом, когда в казне снова будут деньги на новую войну. Сейчас армия предоставленная лордом Грегори, единственная что может удерживать рубежи королевства.

Лорд Грегори проехал сквозь арку, оказавшись на площади, и спешился недалеко от ступенек дворца. К ним тут же подбежали слуги, чтобы разгрузить телегу с багажом, увести лошадей, разместить охрану и слуг. Сам же лорд Грегори передал свою лошадь, окрас которой напоминал тёмное пиво, в заботливые руки конюха и направился к королю. Утер ждал гостя на ступеньках, оба старались обойтись без долгих разговоров, ограничившись любезными улыбками, взаимными приветствиями и приглашением войти. Грегори осторожничал, отвечал на вопросы, но сам темы не заводил. Поднявшись по ступенькам к двери, он обернулся, чтобы взглянуть на Квинта, начальника своей стражи. Тот должен был следить, как разгружают вещи.

— Кого-то ждёте, лорд Грегори? — поинтересовался Утер.

— Ваше Величество, все, для кого моя персона имеет хоть малейшее значение, уже здесь. — Он улыбнулся, сам открыл дверь и учтиво пропустил короля вперёд.

Заметить с третьего этажа знакомый плащ было несложно, Алиса уже обернулась чтобы сообщить Маргарет, но промолчала. Разговор в бане давал о себе знать, да и плащей таких на всё средневековье наверное тысячи. Совпадение казалось ей странным, но говорить сейчас с подругой не было желания. Так что она положила сорванную на улице ромашку и принялась дальше сушить волосы. Маргарет лежала на кровати, разложив волосы на подушке и крутила в руках монеты, которые они решили преподнести Утеру в качестве доказательств. Платья, что Моргана выбрала для них, оказались непривычными. Для Алисы нашли юбку и надели поверх её же сарафана. В принципе получилось похоже. А вот юбка Маргарет оказалась чересчур короткой. Поэтому ей досталось старомодное, по словам Морганы, зелёное платье на шнуровке сзади и длинными рукавами, как на картинах. В таких рукавах можно спокойно прятать тайные послания.

Дверь плавно открылась и в комнату кто-то вошел. Алиса обернулась на дверь, её возмутило, что вошедший даже не постучал. Маргарет сжала в руках монеты и быстро села, хмуро глядя на человека в дверях. Он, судя по виду, был уже лет преклонных, зато держался уверенно. На мгновение Маргарет подумала, что он кто-то из родственников короля. Особенно, когда за спиной гостя замаячил тот же мальчишка, что и тогда на лестнице. Алиса сказала, что это Мерлин. Мерлин?

— Простите, у меня не было цели пугать вас, — довольно уважительно произнёс старик, медленно подходя к камину. — О вас, молодых иностранных леди, говорит весь замок. Мне показалось правильным познакомиться лично.

Он учтиво кивнул и представился:

— Гаюс, придворный лекарь. Дайте угадаю, вы Маргарет?

— Да, рада знакомству.

К удивлению Маргарет, Гаюс не стал продолжать, он протянул ей руку. Она сжала её, почувствовав холодные пальцы и на секунду, ей стало не по себе. По сути, эти люди мертвы уже несколько веков и сейчас её руку сжимает будущий мертвец. Мысль была странная, очень неловкая, и Маргарет быстро её прогнала.

— А вы, — Гаюс спокойно шагнул в сторону. — Алиса, которая так похожа на королеву.

Теперь он протягивал руку ей, глядя прямо в глаза с лёгкой улыбкой. На самом деле, ничего общего с Игрейной у Алисы не было. Да и высматривал Гаюс вовсе не это. Алиса растерянно коснулась его руки, совершенно не понимая, в каком контексте прозвучало её имя и слово «королева».

— Он сравнил тебя с покойной королевой, — перевела Маргарет. Это прозвучало ещё страннее. Маргарет хорошо знала легенды об Артуре и его семье. Игрейна была матерью Артура и отдала свою жизнь дабы произвести сына на свет. После этого характер Пендрагона испортился. Именно после смерти жены Утер обрёл славу кровожадного короля.

— Что мне ему ответить? Сказать «спасибо»?

— Леди Алиса просит передать, что данное сравнение ей определённо льстит, — глядя на дворцового лекаря, передала Маргарет. Гаюс быстро понял, что вести диалог сможет только с одной. Что ж, его устраивало. Кратко пересказав то же самое что и королю, девушки продемонстрировали Гаюсу и Мерлину ключи, в качестве теста, сработает ли. Услышав, что здесь и правда таких не делают, Маргарет даже выдохнула. За время диалога Гаюс успел представить Мерлина, как своего ученика и слугу принца. Алиса напомнила, что он за ними следил, на что Гаюс ответил просто и лаконично: «Неудержимое любопытство». И когда Маргарет в очередной раз отвернулась, чтобы перевести для подруги реплику, он наклонился к Мерлину и шепнул:

— Всё в порядке, они безобидны.

Гаюс перешел на свои привычные вопросы. Ничего ли не нужно из медикаментов. Успокаивающие настойки, травяные или фруктовые. Он владел даже какими-то косметическими рецептами, связанными с волосами и духами. Алисе уже надоело играть роль собачки, так что она решила вернуться к окну. Вспомнила про ромашку, что принесла с улице и уселась на подоконник. Она начала открывать лепестки, гадая, пустят их в королевскую сокровищницу или нет. «Пустят» — «Не пустят» — «Пустят» — «Не…

— Что вы делаете? — поинтересовался Гаюс, немного насторожившись, увидев, как Алиса отдирает лепестки ромашки. Алиса смогла разобрать этот простой вопрос.

— Гадаю, — ответила она и тут же поняла, как это звучит. — Это как с детской считалочкой. Стишки.

Маргарет начала переводить. Придворный лекарь остановил её на полуслове, подняв руку и торопливо произнёс:

— Знаю, знаю. Безобидное занятие, но не надо. Здесь это могут принять за магию.

По взволнованному лицу Маргарет Алиса почувствовала неладное и медленно повернулась к окну, припомнив виселицу на площади. Она незаметно смяла растение в ладони и начала заметать оторванные лепестки в угол подоконника. Мерлин улыбнулся, почувствовав необходимость как-то сгладить сложившуюся ситуацию.

— Обратите внимание на слова престарелого лекаря, — усмехнулся он.

Маргарет встрепенулась, её словно молнией ударило. Она медленно свела брови к переносице, уставившись на паренька. Правда тут же предала своему лицу более спокойный вид. Интонация, построение предложения, один в один. Гаюс обернулся к Мерлину, за «престарелого» он наградил бы его подзатыльником, не будь здесь столь симпатичных особ. Эта небольшая «семейная» сценка отвлекла Алису от мрачных перспектив. Она тихо хихикнула, поглядывая на юношу.

— Идём. — Гаюс дёрнул Мерлина за рукав. — Не стоит быть навязчивыми.

— Так теперь мы можем увидеть короля? — поинтересовалась Маргарет, прежде чем они вышли. Она подумала, что это Утер или Моргана прислали лекаря проверить их. Ответ прозвучал весьма интересный: «Если обещаете не гадать на ромашках».

— Что с тобой? — Алиса дождалась, пока дверь за Гаюсом закроется, а шаги перестанут доноситься.

Маргарет подняла подол юбки, перелезла на другую сторону кровати и села, подогнув колени. Она схватила Алису за руку и притянула к себе, усадив рядом. Хоть никто бы и не понял о чём идёт речь, на всякий случай, она заговорила шепотом.

— Человек, который продал тебе старое кольцо, назвался Мерлином. Помнишь первую фразу, которую он буквально прокричал, хватая меня за руку? «Обратите внимание на зов старого мага».

— Обратите внимание на зов старого мага, — повторила Алиса. — Да. А что такого?

— Он, — Маргарет указала на место, где недавно стоял Гаюс со своим учеником, — точно так же построил предложение. И этот пацан тоже Мерлин? Я кое-что не понимаю. Я читала легенду в разных версиях и разных трактовках. Мерлин изначально служил Утеру. Но этот парень, сколько ему… девятнадцать? Теоретически. — Она помотала головой, словно отгоняя неудачную идею. — Нет, не может быть. Мы не видели, как он колдует, скорее всего это просто имя.

— Нет не просто! — запротестовала Алиса, немного расстроившись от того, что не смогла сложить два и два. Она даже не подумала, что тот старик и этот мальчик один и тот же человек! Её догнал стресс от происходящего. — Алло, у них виселица при входе стоит, в качестве садового гномика. Думаешь, он стал бы колдовать на глазах кого попало? С местными-то законами!

— Верно. — Маргарет задумалась всего на секунду, а потом её лицо словно озарилось светом. Счастливая улыбка проступила на её лице и впервые за всё это время девушку охватил настоящий восторг. — Это он, если отбросить здравый смысл и всё, во что я верю, спустя пятнадцать веков продаст тебе колечко. Этот пацан знает, где именно лежит кольцо! Понимаешь?

— Понимаю. — Кивнула Алиса и её глаза тоже загорелись, но не счастьем, как у Риты. — Надо потребовать с него деньги обратно, как только вернёмся! Этот тур чертовски опасен для туристов.

«Что значит «как?»

— Возможно, мы совсем вас запутали, — учтиво и немного виновато произнесла Маргарет, когда они садились за длинный деревянный стол вслед за королём и принцем. — Нам стоило показать вам всё это сразу. Но уверена, вы простите нам эту растерянность.

По правде сказать, Утеру уже было отчасти всё равно, что она скажет. Моргана, со слов Артура, обещала неоспоримые доказательства существования Цинтры и благородного происхождения девушек. Ради того, чтобы это сказать, воспитанница короля предприняла несколько попыток. Оказалось, найти возможность встретиться с королём, который либо разговаривает с лордами, либо пьёт с лордами, либо договаривается с лордами, либо встречает кого-то из них у ворот, было сложно. В общем, Моргана посчитала задачу невыполнимой, особенно с учетом что женщин не допускали до подобных дипломатических мероприятий. Зато она смогла ухватить немного внимания Артура, это оказалось более простой задачей. Она рассказала ему про вещи, которые видела у новых знакомых, и попросила уговорить Утера встретиться с ними ещё раз. И будет здорово если сегодня.

Артур кивнул ей в ответ, подумав, что уговорить короля потратить свободный вечер на очередных гостей было чем-то вроде компенсации. То есть если отец заставил его участвовать в неловких разговорах лордов, он сделает всё, чтобы Утер участвовал в неловких разговорах со странными девушками. Но, к удивлению Артура, король не только не отказался, а даже с энтузиазмом согласился. После целого дня в окружении строгих бородатых мужчин компания милых малознакомых девушек за ужином казалась бальзамом на душу. Может ещё и чего полезного можно будет узнать.

Встреча проходила, можно сказать, два на два. Моргана отказалась присутствовать, сказав, что устала и ей будет привычнее провести вечер в комнате. На самом деле она хотела дать Маргарет и Алисе больше свободы, ведь в первую очередь это их с королём дело. Встречу с двумя леди из Цинтры совмещали с вполне скромным ужином, собранном разве что по правилам гостеприимства, нежели из желания. Кувшинчик эля, рыба, пара овощей. Всё же по большей части им предстоит разговаривать. Когда Маргарет и Алиса переступили порог уже более скромного и менее освещённого зала, Артур тут же подметил разницу. Нельзя сказать, что король её не заметил, скорее, счёл чем-то само собой разумеющимся.

Ещё бы! Тут любой счёл бы их за благородных дам. Местные служанки «поколдовали» над их причёсками, одежда не казалась мятой, и дело даже дошло до знакомства с косметикой. Правда здесь она была полностью природной. Сурьма, помада из смеси красной глины с маслами, чуть ли не свекольные, как сказала Алиса, румяна. Из всего этого Маргарет по душе пришлось только мятное масло в качестве духов. Алиса же предков современной косметики оценила. Это было интересно. Однако единственное, что её расстроило, так это оттенки. Привыкшая к ярким пигментированным теням, девушка пошутила насчёт угля. Мол, только этот чёрный и подходит для вечернего макияжа. Когда они остались одни, достали косметичку Алисы и уже привычным методом навели красоту, исключительно естественно. Теперь они могли исполнять роль благородных дам, как актрисы на сцене, и ждать возможности выйти из роли. Как только они окажутся дома.

— Нам сказали, вы хотите развеять наши сомнения, — король старался говорить более расплывчато, чтобы не дать девушкам зацепиться за какое-нибудь слово. Он заметил, как Маргарет прячет что-то в длинном зелёном рукаве.

Как только все сели, к столу подлетел слуга. Молодой парнишка, возможно даже моложе Мерлина, суетливо подхватил кувшин и принялся наполнять бокалы. Маргарет и Алиса одновременно взглянули на него, посчитав лишними ушами, и решили выждать пока уйдёт. Артур проследил за взглядом девушек, и, когда паренёк повернулся в сторону принца, он осторожно накрыл бокал ладонью:

— Не надо, Яков. Оставь кувшин и можешь быть свободен.

Немного растерявшись, парнишка выпрямился, а потом повернулся к королю. Принц принцем, но служит он в первую очередь монарху. Только после одобрительного кивка вернул кувшин на стол и так же быстро отошел в тень, куда почти не доходил свет от свечей. Вечером тут и правда темновато, свечи, факела не то же самое, что люстры или фонарики. Алиса даже не хотела смотреть в тёмные углы, ей чудилось, что там кто-то есть. И этот кто-то также прячется в тени, как Яков, ожидая приказа. Думать о засаде, из-за того, что их раскрыли, и всё это ловушка, не хотелось. Рита бы предупредила. С ней было безопаснее в этом холодном замке.

— Мы надеемся, что сомнений ни у кого не останется. — Маргарет положила в центр стола, перед королём несколько монет и связку ключей с которой заранее сняли брелоки.

Когда монетки звякнули по столу, делать больше ничего не требовалось. Не нужно было кого-то убеждать. Физические вещицы делали всё сами. Первым делом Утеру приглянулась монета номиналом в десять рублей. Золотая на вид, с ровным краем, чётким оттиском двуглавого орла и изящной цветочной вязью с другой стороны. Здесь так не чеканили. Это золото конечно было странным, но пробовать на зуб король счёл неуместным. Артур сгрёб в ладонь две пятирублёвки и подбросил одну из них. Она несколько раз перевернулась в воздухе, блеснув на свету и упала обратно в ладонь принца.

— Если это золото, — держа в руках монету, начал Утер, — то всё остальное серебро? Не похоже.

— Алюминий, — учтиво ответила Маргарет и, протянув руку, осторожно забрала одну монетку у Артура. — Его добывали на территории страны. А ключи, не знаю… может быть медь.

Она и правда не знала, из каких металлов делают ключи. И к тому же, не хотела сыпать названиями металлов, которые даже внуки Утера не увидят. В любом случае, теперь внимание короля привлекла связка ключей, и он начал оценивать их. Алиса украдкой посмотрела на короля. Не то чтобы она переживала, что Его Величество может украсть один из ключей, нет. Просто несмотря на свою благосклонность, Утер внушал ей страх. Даже улыбка не спасала. И она уж точно не хотела разделять с ним ужин. Артур тем временем, прищурившись, рассматривал остававшуюся у него пятирублёвку.

— Как же легко дурить королей, — хмыкнула Алиса, стараясь разрядить обстановку. Она уже понимала, что дело идёт как по маслу.

— Не надо, — шепнула Маргарет, она бы рада поддержать шутку, но не в момент когда решается их, можно сказать, судьба. — Не нужно всех считать дураками.

— Что здесь написано? — Артур протянул монету вперёд, указывая на мелкие надписи «Российская Федерация» и «Банк России». Иностранная речь ничуть не смущала ни короля, ни принца. Они будто и не услышали ничего.

— Название страны и имя монарха, — ответила Маргарет, привстав с места и наклонившись вперёд: — А вот здесь цифра, — она указала на пятёрку.

— Невероятная работа, — на лице Артура сверкнула улыбка, полная интереса и восхищения. Маргарет никогда не была особо патриотичной, но когда легендарный принц хвалит что-то из твоей страны, удержаться от ответных эмоций сложно. Так что она тоже улыбнулась, осторожно и довольно мило. Теперь Артур смотрел на улыбку а не на монету. Алиса заметила, как король медленно поднял взгляд. Он отпустил ключи, и они с шумом упали на стол. Одновременно вздрогнув, Маргарет и Артур вернулись на свои места.

— Вы посмотрите, — снова заговорила Алиса, язвительно и удивленно. — Король оберегает сыночку от случайных связей.

— Видать мы нарушили какое-то правило. — Почему-то эта мысль позабавила Маргарет, и она потянулась к бокалу.

Захотелось запить всё происходящее. Обнаружив бокал пустым, Маргарет увидела в этом новую возможность. Она встала, взяла металлический кувшин и начала сама разливать эль. На самом деле Маргарет удивилась, она ожидала вино, воду, пиво, да хоть чай, но только не то же самое, что подают в «Розе и короне». Алиса принялась копаться в своей тарелке каким-то подобием вилки. Остывшая рыба её не радовала, как и овощи (в мыслях она понадеялась, что они их хотя бы сварили нормально). А ещё её не радовало, что вилку, или что это, она взяла одна. Точнее эта штука была в принципе одна. Даже Рита уподобилась королевской чете! Видимо, если всё остальные и планировали что-то есть, то исключительно руками. Живот скрутило от голода. Вздохнув, девушка отложила вилку в сторону. Пришли мысли о жареной картошке со сметаной. Может выпить? Но, чтобы выпить, надо поесть. Это она запомнила навсегда после прошлогодней пьянки на дне рождении подруги. Так плохо ей никогда не было. Пересилив себя, девушка всё же съела пару кусочков и взяла бокал. Пусто…

— Мы бы сказали раньше, но очень устали, были растеряны и напуганы, — начала Маргарет тем же тоном с нотками вины. Сначала подливая эль в бокал короля, потом принцу, а уже после себе и Алисе. Взболтав алкоголь в бокале, Алиса глянула на большую тарелку рядом с местом, где стоял кувшин. О, вот и клубника, кто бы сомневался! Надо попробовать. Это точно какое-то фэнтези.

— Я скоро начну молиться, чтобы вы перестали извиняться, — с приятной улыбкой произнёс Утер. Он немного наклонился в сторону, чтобы лучше рассмотреть Алису. — Мне интересно услышать что-то от вашей подруги. Или она слишком стеснительна?

Девушка большими глотками опустошила бокал с элем. Хоть бы вздохнуть не забыла. Она старалась лишний раз не смотреть в сторону короля. Однако вопрос её привлёк, хоть суть его осталась всё так же неизвестной.

— Это вы пугаете её, отец, — Артур знал, какой эффект произведёт шутка, но ему хотелось увидеть реакцию девушек. Маргарет вжалась в спинку стула, а лицо Алисы неизменно сохраняло вид полного непонимания. Артур кивнул, понимая, что шалость не удалась и, взяв кубок, решил сделать вид, что ничего не говорил.

— Да, принц прав, — вдруг выдала Маргарет, улыбнувшись.

Артур чуть элем не подавился. Он даже на всякий случай поставил бокал. Глядя на принца, Алиса поняла, что разговор свернул не туда. Лишь бы не всё плохо. Снова! Что не так с этим королевством? Она выдохнула и отодвинула от себя тарелку. Нет, рыба её не вдохновляет. Утер приподнял бровь и приготовился с интересом слушать, что Маргарет скажет дальше.

— Ей страшно. — Маргарет протянула руку, намереваясь, как делала это раньше в разговорах, коснуться руки короля. Обычно, это могло быть неформальным жестом, удобным, чтобы перевести неловкую фразу в шутку. Но потом она посчитала это нарушением этикета и отдёрнула руку. — Сначала нас пугала война, потом долгая дорога, ночи в лесу, крики зверей. Здесь, за стенами замка мне стало спокойнее. Но Алисе куда страшнее, чем мне. Она ведь совсем не знает языка… говорит только со мной.

— Эта проблема легко решается, — всё так же просто, как подобает в светской беседе, ответил король. — Я прекрасно понимаю страх, вполне допустимый для женщин в вашей ситуации.

Он на секунду замолчал, переведя взгляд с Алисы на Артура. Маргарет выдохнула, взяла в руки бокал и сделала один большой глоток. Нет, это не то же самое, что в «Розе и Короне». Ей захотелось зажмуриться, иначе пахнущий, другого цвета и… нет, привыкнуть к таким напиткам очень сложно. Медовуха и то бы пошла приятнее. Но вкус вроде нормальный, она отпила ещё.

— Артур, покажи леди Алисе замок. Она познакомится с новым местом и перестанет бояться.

— Что? — Артур оторвал взгляд от Маргарет, услышав голос отца. — Но… как?

— Что значит «как»? — Утер чуть засмеялся, неужели такая расплывчатая просьба. — Пройдите по коридорам, выйдете на площадь, если пожелаешь. Разговаривать при этом не обязательно.

— Кхм… хорошо. — Принц окинул взглядом девушек, а потом встал и обойдя стол, остановился рядом с Алисой.

Чувство, что она умная собака, не пропало. Особенно, когда ты понимаешь только свою кличку и определённые команды со стороны говорящих людей. Ну ничего, в раздражении думала Алиса, с завтрашнего дня она будет доводить всех своим английским. Услышав смех короля, девушка замерла, а когда со своего места поднялся и Артур, так и вовсе оцепенела. Что им всем от неё нужно? Ей необходимо успокоиться, ей нужно в безопасное место, ей нужен её Гриша! Алиса в панике повернулась к Рите.

— Король хочет, чтобы вы с принцем прошлись по замку.

— А звезду в лобик он не хочет? — паниковать при подруге она не могла, потому пришлось спрятать эмоции за сарказмом. Она же сама успокаивал Маргарет в начале. — Что мне делать?

— Иди и прямо сейчас, — строго произнесла Марагрет и снова, выдав учтивую улыбку, отвернулась. Это не оставляло Алисе выбора.

Изображая самую благородную из всех возможных леди, она отодвинула довольно тяжёлый стул и медленно встала. Быстро расправив юбки, она улыбнулась Артуру настолько вежливо, насколько сейчас могла. А потом они вместе вышли из зала. Тяжёлые двери плавно закрылись и они оказались в просторном коридоре первого этажа. Алиса убрала руки за спину и начала покачиваться из стороны в сторону, ожидая каких-то действий и разгоняя свои мрачные мысли. Интересная ситуация, они тут с принцем, а Маргарет там, одна. Ну, по факту с королём, но Алиса ему не доверяла. Белобрысый выглядел довольно безобидно в отличие от папаши.

— С ней всё будет хорошо? — уточнила Алиса, переводя взгляд с дверей на Артура. Беспокойство новой волной нашло на неё. Тот покачал головой.

— Я не понимаю.

— Ну и иди лесом. Я-то тебя понимаю.

— Простите, я…

— Извинения приняты, — Алиса посчитала, что затея в любом случае была тупиковая, поэтому кивнув и сделав некое подобие реверанса, пошла в сторону лестницы.

Артур выдохнул. Что тут вообще происходит? Может быть в их родном королевстве никто не слышал об этике, но ему-то что теперь делать? Если вернуться назад придётся рассказать о выходке девушки. А это неправильно, выставлять женщину в не лучшем свете, даже если она того заслуживает. Тем более, откуда он может знать, может быть она вежливо извинилась, прежде чем уйти, просто он не понял.

— Итак, что ещё вы можете рассказать о Цинтре? — поинтересовался король, когда Алиса с Артуром покинули зал. В голове Утера уже рисовались прекрасные картинки некого королевства, достаточно богатого, чтобы чеканить такие монеты, и достаточно цивилизованного, чтобы женщины знали языки стран, в которых могли никогда не оказаться. Может быть те варвары не уничтожили всё, возможно, есть смысл направить туда пару отрядов. Нужно только как-то разведать. Что они там говорили про английский пролив?

— Наверное, многое. Спрашивайте, а я отвечу. — Маргарет посмотрела на место, где стоял Яков, проверяя здесь ли мальчишка.

— Хорошо. — Он задумался, что интересует его больше. — Где находится ваше королевство?

— Проходя по Северному морю, — Маргарет прикрыла глаза, чтобы вспомнить карту. Она прокручивала в голове варианты на такой случай. Что если названия не совпадуд? — Через Балтийское и так, мимо Финляндии, к беру Ро… — Она открыла глаза. — Сейчас плыть туда бесполезно.

— Вы упоминали Нормандию, — Утер подумал, что поймал её на не состыковке фактов.

Теперь король сам начал разливать эль, не обращая внимания, что в её бокале и так больше половины. «Что это? — мелькнуло в голове Маргарет. — Спаиваете девушку, как студент в общаге?» Она улыбнулась собственному сравнению. Отчасти разница между средневековым королём и студентом в вопросах алкоголя не слишком велика. Только общага у него больше и комендант здесь он, а не странный дед на первом этаже. С другой стороны, учитывая, что Гаюс пришел проверять их, есть вероятность, что он теневой комендант. Звучит почти так же как «серый кардинал». Нет, хватит ей эля. Маргарет медленно отодвинула бокал.

— Путь пешком занимает куда больше времени. Мы искали новый дом, но нигде нас не принимали. — По её лицу скользнула грустная улыбка. — Не верили. В Нормандии мы задержались примерно на месяц, продав почти все свои украшения чтобы выжить.

Из-под столешницы вдруг выполз маленький паучок. Чёрный, с короткими лапками. Маргарет увидела его и замерла, по её ногам прошелся холод. А сколько их может быть под этим столом? Подобные насекомые у местных не вызывали удивления, выползи он где-то в другом месте, даже самая нежная принцесса смахнула бы его без капли отвращения. Всеми силами Маргарет пыталась скрыть испуг, но чёрненькое существо, пробежав мимо тарелки, направилось к бокалу. Паук поднялся вверх и замер на середине, видимо, сбившись с курса.

— Но теперь вы здесь, — продолжал король. — Какие у вас планы?

Утеру показалось, что расспрашивать Маргарет прямо сейчас о тонкостях вооружения, состоянии казны или загубленной военной мощи будет неправильно. Это сразу выдаст его намерения, и девушка может, уловив подвох, перестать говорить. Да, королевство захвачено и скорее всего разграблено. Но вряд ли ей захочется, чтобы другое королевство пришло растаскивать остатки. А вот так называемые варвары Утера не пугали. Как будто он раньше таких не видел. Саксы тоже те ещё варвары, ничего, как-то же договариваются! И там общий язык найдут.

— Ну, наверное, попытаться найти своё место. — Маргарет взяла двузубую вилку, которой Алиса копалась в овощах и постаралась осторожно согнать паука, при этом сохраняя спокойный вид. — Мы не пробудем долго в замке. То есть мы бы не хотели злоупотреблять гостеприимством. О Боже! — Она бросила вилку и прижала руки к себе.

Паук сорвался с места, быстро побежал по столу в сторону девушки. Она прижалась к спинке стула, готовясь вскочить на ноги. Король усмехнулся, протянул руку, и паук, сам не заметив как, заполз на его ладонь. И снова остановился.

— Убить или отпустить?

Маргарет выровнялась, постаравшись быстрее избавиться от страха. Странно, но она боялась паука больше, чем человека перед собой. Первый был маленьким насекомым, второй опытным политиком. По всей логике паук — самая безобидное творение в этом зале. Все жизни важны, даже такие маленькие.

— Отпустите, — выдохнула она. — Только не рядом со мной.

— Прекрасное решение. — Утер бросил паука на место Артура. Чёрная точка пробежала по краю тарелки и скользнула вниз, обратно под стол. Так Маргарет стало куда спокойнее, и она кивнула, что выглядело очень аристократично.

— Оставайтесь сколько пожелаете. И знайте ещё одно, — продолжил король, — Камелот вам поверил.

***

Маргарет вышла из зала первой. Она смотрела в пол, погруженная в мысли и нервно тёрла руки. Подол зелёного платья волочился по полу, заставляя её делать короткие шаги, чтобы не споткнуться. Приучиться приподнимать платье ей только предстоит. В коридоре, казалось, никого не было. Возможно время от времени могли пробегать слуги, но сейчас шаги Маргарет разносились блёклым эхом. А ведь король задал очень хороший вопрос. Что они будут тут делать? Нельзя продержаться на правах гостя так много времени, рано или поздно попросят освободить помещение. И что им делать тогда? Особенно, если они не успеют найти кольцо. Им нужно какое-то дело. Да и если честно, каких бы Мэтт не рассказывал ужасов, какие намёки не придумывал дворцовый лекарь, Маргарет не видела в короле особо жестокой и строгой натуры. И мысленно надеялась, никогда не нарваться на неё.

Пройдя немного вперёд, она услышала шорох и остановилась. Артур стоял между двух окон, лунный свет не освещал его полностью, и, задумавшись, она могла бы пройти мимо.

— Вы ещё здесь, Артур? — Маргарет помотала головой. — Простите, то есть, Ваше Высочество. А где леди Алиса?

— Ушла. — разводя руками, улыбнулся принц. — Мне было интересно, чем всё закончится. Отец уже решил пойти захватывать новые земли?

— Мы об этом не говорили. — Маргарет решила запомнить эти слова принца. Ах, вот к чему были вопросы про местонахождения.

— Тогда о чём говорили? — Артуру и правда было интересно, раньше такого не случалось. Они вместе пошли по коридору.

— Его Величество разрешил мне и леди Алисе остаться в замке ещё на некоторое время. Пока мы не найдём себе занятие и новый дом. Может быть… пока не выйдем замуж. - Она мило хихикнула, пытаясь шуткой развеять его подозрения.

Артур взглянул на Маргарет со свойственной ему ухмылкой. Да уж, пройти полмира, чтобы выйти замуж, тут запросы должны быть высокими. Как минимум лорд с центральных земель, не меньше. Маргарет повеселила реакция принца, и она вдруг, остановившись, наигранно заверила его:

— Не бойтесь, вашей мачехой я не стану.

— Конечно нет, — Артур постарался не засмеяться сразу. — Отец любит блондинок. Только не говорите ему, что мы обсуждали это. — Он поднял вверх указательный палец, как бы предостерегая её. — Мне-то ничего, но вас из замка выставят.

— Ужасная шутка, согласна.

А вот теперь он засмеялся. И Маргарет тоже.

Услышав смех на лестнице, Алиса, которая ждала подругу в коридоре этажом выше, тут же встрепенулась. Ну как ждала. Тихо рыдала на подоконнике, забившись в угол. В темноте её не было видно. Сколько прошло времени с их появления в этой новой реальности? Дней пять, семь? Поначалу она не придавала этому значения. Всё было новым, интересным и изучаемым, как в музее. Проживание у Меттью было более… настоящим? Во всяком случае, привыкшая летом ездить к бабушке в деревню, Алиса не была столь шокированная, как Рита. Тогда её окружали странные, на сегодняшний момент, иллюзии того, что стоит им выйти в город, как всё тут же вернётся на места. Но нет. Воспринимать всё как данность стало труднее ещё с того момента, как они пришли к «Розе и короне». А уж после встречи с королём и подавно. Она видела что Рите нравится в замке куда больше, чем в деревенском доме. Но ведь здесь куда опаснее! И страшнее!

Тут к разговорам на лестнице прибавились шаги. Алиса смахнула слёзы и вжалась в стену, затаив дыхание. Мужчина низкого роста, совершенно не спортивного телосложения, вышел из комнаты. Он поставил на пол кувшин, закинул на плечо мешающий плащ, а потом поднял кувшин и неожиданно бодро пошел в сторону Алисы. Держался он, конечно, гордо и скорее походил на состоятельного лорда, хотя она не была уверена. Алиса даже зажмурилась. К счастью, он прошел мимо, не заметив её, и постучался в дверь дальше по коридору. Его шаркающие шаги растворились за дверью.

— Лорд Грегори? Позволите? — слегка хрипловатым, низким голосом произнёс он, и Алиса услышала, как зскрипнула дверь.

Она боялась открывать глаза, а поэтому дождалась ответного: «Да, проходите», — и только после громкого хлопка наконец выдохнула. Она только сейчас поняла, что это не их этаж. Они остановились на третьем! Ну вот, давайте ещё потеряемся в этом каменном строении! Встречаться заплаканной с Маргарет или Артуром ей не захотелось. Принц, судя по всему, собирался проводить Маргарет до их комнаты. Дрожа всем телом от эмоций и холода, она поднялась с места. Ещё раз как можно суше вытерла лицо и расправила юбку, чтобы ничто не смогло её выдать. Алиса понадеялась на ночь, что могла скрыть детали, которые при дневном свете выдали бы её с головой. Она побежала в комнату, думая, что там ей станет спокойнее. Аналогия с квестом сейчас не казалась ей правильной. Особенно после того, как Рита разбила иллюзию, что девушки могли оказаться в позитивном фэнтези, где им не причинили бы вреда. Слишком много всего и сразу.

***

— Да, проходите. — Грегори не планировал с кем-то ещё общаться, но отказать было бы не вежливо. Тем более это был Роберт Романкоин, глава совета лордов. Они, правда, и так наговорились за день.

— Шел к вам, слышал голос принца на лестнице, — лорд Романкоин поставил кувшин и чуть ли не упал на стул. Человеку его телосложения наверное с трудом доётся ходьба даже не коротком расстоянии. — У вас хоть кружки есть? Вино в Камелоте отвратное, я попросил сына прислать с острова.

— Так что там с принцем? — Грегори обернулся, пить с Робертом себе дороже. Он развёл руками. — Кружек нет. Придётся разбудить прислугу.

— Оставьте, — отмахнулся лорд Романкоин, слегка покачиваясь на стуле, который начал поскрипывать. — Садитесь, поговорим так. На чём я остановился? Ах да, голос принца и какой-то дамы. Неужели кто-то из приезжих? Может дочь какого из лордов, не знаете?

— Не знаю, — кивнул Грегори. Они вроде в одном статусе, но Романкоин богачи и ближе к королю. Придётся любезничать. — Я бы удивился, если бы принц не обращал внимание на женщин. Но вы пришли не за этим.

— Верно, — Романкоин было собрался сказать что-то серьёзно, но тут вдруг взорвался возмущением. — Да неужели у вас и правда не из чего выпить? Не верю! Зовите вашу прислугу, пусть хоть какую-то посуду принесут.

Натянуто улыбнувшись, лорд Грегори встал, открыл один из дорожных сундуков и вынул оттуда две деревянные кружки, аккуратно завёрнутые в тряпку. Романкоин рассмеялся и, наклонившись вперёд, потянулся к кувшину.

— На этой неделе вина будет много. Завтра приедет Баярд, после подписания договора начнётся как обычно пир на весь мир. А послезавтра турнир и праздник в честь победителя. Но не молчите, Грегори! — Романкоин начал наполнять кружки. — Вам же тоже не нравится это мирное соглашение! Я же знаю. Ну, где это видано, чтобы в шаге от победы всё бросить и подписать мир?

Две свечи на столе и одна у кровати, полумрак, запах засушенных ромашек. В кружке крепкое, кажущееся бордовым, почти каштановым вино. На острове Романкоина действительно знают, как делать его мягким, почти без ярко выраженного привкуса кислоты. Пьётся как сок. А ещё это потрескивание дров в камине. Нет, серьёзно, если бы Роберт просто встал сейчас и ушел, Грегори был бы счастлив по самые уши! Но нет, лишь попробовав вино, он поставил кружку на стол. Пока Роберт здесь, лучше сохранить чистый разум. Хотя… было бы что сохранять.

— Конец войны — это всегда хорошо, — ответил Грегори. — Почему я должен быть против?

— Вы же помогали Утеру в войне, посылали туда свои войска, ваши люди гибли! Ради чего? Теперь их жизни отданы в пустую. Будет подписан мир без победы. Разве это вас не возмущает?

— Меня это радует. Другие солдаты не будут умирать. Мне нужно восполнять потерю, тренировать новых солдат, заново собирать отряды. Для этого нужны уже бывалые войны. Так с чего же мне быть против мира?

Свои маленькие армии были у каждого лорда. Им нужно было как-то наводить порядок в провинциях, охранять урожай от разбойников и воров, охранять дома и замки. А на пограничных лордах, вроде Грегори, лежала ещё и ответственность за границы. То и дело бесхозные племена или какие-то обиженные соседи отправляли десяток-второй солдат для набегов. Как правило, с целью грабежа. Так что мира с Баярдом Грегори ждал как никогда. Ведь Ашдаун прилегает именно к его королевству. По крайней мере, не нужно будет отлавливать шпионов и прочую мелочь.

Лорд Романкоин поставил кружку и посмотрел на собеседника своими зелёными глазами из-под густых седых бровей. Он понял, что Грегори не поддержит его просто так. Идея была проста, сорвать церемонию подписания мирного договора, потребовать у короля возобновить войну и избавиться от Баярда окончательно. Если с таким выступят двое из лордов, остальным придётся последовать за ними. Но вот есть две проблемы. Первая — лорд Грегори не член совета, а значит его мнение весит меньше. Вторая, он уже понял, к чему клонится разговор, и явно не разделял идей Романкоина. Поэтому, откинувшись на спинку стула, Грегори расстегнул ворот рубашки и принялся ждать, что ещё скажет Роберт. А ещё лучше, когда он уйдёт.

— Когда-то я обещал вам место в совете лордов, — опомнился Романкоин. — Я считаю время пришло. Ну же! Завтра скажу королю. Займёте место лорда Селси. Его прибрежный городишко не сравниться ни с моим Саунтгемптоном, ни с вашим Ашдауном.

Романкоин протянул свою кружку вперёд, надеясь, что Грегори поддержит его хотя бы теперь. Выходит услуга за услугу. Но война многое меняет, обещание было дано до Баярда с его шпионами. Так что у лорда Грегори было время подумать. В комнате стало душновато, голова начала слегка гудеть. Пора заканчивать этот замечательный вечер. Так что к своей кружке он даже не притронулся.

— Это очень благородно с вашей стороны, однако, позвольте мне освободить вас от обещания. Мне нет прока сейчас становиться лордом совета. В Ашдауне много дел, нет никакого смысла тратить дни впустую, катаясь раз в месяц в столицу, дабы услышать, что король всё решит сам. Раз уж лорд Селси не справляется с обязанностями, отдайте это место Ашеру. Всё же он ваш сын.

— Вы лишаете меня всех возможностей. — Роберт быстро допил вино, поставил кружку и, опираясь на стол, медленно поднялся на ноги. Грегори тоже встал, чтобы проводить гостя.

— Ну что вы, — Грегори снова улыбнулся, теперь куда правдоподобнее. — Мы ведь с вами давно знакомы. К сожалению, у нас разные планы на будущее.

***

Уже у самых дверей, Алиса ускорилась и ловко скользнула в комнату. Оказавшись одна, она ринулась к их сундуку, где лежал запрятанный мешок с вещами из двадцать первого столетия. Она покопалась в нём, понимая, что эмоции не утихают. Не зная, чем занять себя, она начала перебирать крупные бусины своего браслета. Она слышала, как Рита с Артуром подошли к двери, как принц что-то сказал, вроде желал спокойной ночи. Когда из-за двери снова донёсся обоюдный смех, Алиса резко дёрнула резинку и бусы с громким стуком разбежались по всей комнате. В этот момент Маргарет перешагнула порог. Она на секунду остановилась у закрытой двери, выдыхая и приводя мысли в порядок.

— Как всё прошло? — Мило улыбнувшись ей, Алиса начала поспешно собирать бусины.

— О, я считаю, нам безумно повезло! Здесь все очень милые люди: Моргана, Артур, даже король. Он разрешил нам остаться здесь настолько, сколько мы пожелаем.

— Как любезно, — недовольно буркнул себе под нос Алиса. — Милые, — уже для себя проговорила девушка, вспоминая грозный образ Утера. Красная мантия и вовсе делала его похожим на вампира.

— Мне кажется, — снимая с головы платок и складывая его на подоконник, продолжила Маргарет, — это можно счесть за отпуск в тематических декорациях. Когда вернёмся в Москву, никому не сможем рассказать, где были на самом деле. Но, Боже Правый, уверена, это станет лучшим воспоминанием.

— Разумеется, ты же так сдружилась с принцем, — залезая под кровать за последней бусиной, фыркнула Алиса.

— Сдружилась? — Маргарет обернулась. — Он просто был вежливым. Алиса, что ты делаешь? И вообще ты сбежала от него. А теперь ведёшь себя странно.

— Странно? Нет, что ты. Мне просто не особо понравился холодный ужин.

— Ужин и правда отвратительный, — поддержала Маргарет. — Ну хоть эль приятный. И всё же. — Она обошла кровать, дождалась пока Алиса соберёт все бусы и спрячет их в мешок. — Что случилось?

— Да так, мелочи. Мы просто оказались в грёбанном прошлом во времена сжигания ведьм. По любым причинам. - Алиса начинала тараторить, эмоции брали верх.

— Не драматизируй. Тут сжигают врагов королевства за настоящее колдовство, если ты права насчёт…

— Ага, — сарказм уже нельзя остановить. — За красивые глаза, белые зубы, за то, что всё получается, за ромашки!

— Алиса! Ты понимаешь, что перечисляешь стереотипы? Да, история знает время «ведьм», и нам крупно повезло, что мы не попали в тот промежуток. До него ещё пару столетий.

— Повезло. Опять повезло! А может я не хочу, что бы мне так везло, — девушка перешла на крик.

— Да, именно, повезло! И мы всем богам должны быть за это благодарны. — Маргарет теряла терпение. — В ином случае, мы бы остались в Элдоре до старости пасти кур в огороде! А здесь хотя бы есть люди, с которыми можно поговорить о чём-то, кроме урожая морковки!

Нижняя губа Алисы легонько задрожала, а брови взметнулись вверх. Весь напускной образ контроля рухнул. Заливаясь слезами и громко всхлипывая, Алиса кинулась на шею Рите, ища поддержки от единственного человека, с кем она чувствовала себя в безопасности. Алиса что-то говорила и говорила, перебирая всё, что с ними случилось за эту долгую неделю. Всё, что она чувствовала и как мыслила. Иногда она сама себя обрывала на полуслове и начинала говорить про совершенно другие вещи, а иногда и вовсе произносила отдельные слова, что не вязались с происходящим. Всё это шло через поток всхлипываний и слёз. Единственное, что можно было понять из её монолога это то, что она хочет домой и к Грише.

Рассудок Маргарет мог не выдержать такого потока, особенно после приятного вечера с приятным элем. Первое, о чём подумало её не совсем трезвое сознание, так это о соседних комнатах. Было бы нехорошо, если бы на истерические крики сбежались соседи. А учитывая слышимость, прибежать могут и с другого этажа. А вдруг услышит Артур? Или король? Она приложила все усилия, чтобы успокоить подругу и попытаться загнать её в кровать. Успокоительного у девушек не наблюдалось, а спускаться ночью на кухню (Маргарет даже не предполагала, где она находилась) или искать лекаря было поздно. Да и как его искать? Не смотря на горящий камин и достаточно прогретую для средневекового замка комнату, Алиса продолжала повторять, что ей холодно. Маргарет замотала её в единственное одеяло, и та успокоилась. Но только когда сама Маргарет оказалась в кровати и её можно было обнять. Собственно, теперь Алиса даже заснула, всё ещё всхлипывая время от времени во сне.

К Маргарет сон не шел ни под каким предлогом. Она смотрела на догорающий огонь, в её голове прокручивались события. Мерлин, следящий за ними на лестнице, чёрный паук, доброжелательная улыбка Утера и его вопросы о Цинтре, язвительные шутки принца, такие несвойственные средневековью, снова чёрный паук. Истерика Алисы. Завтра всё же нужно будет найти того лекаря, Гаюса, пусть выдаст им успокоительного или жаропонижающего. Она ещё не знала, во что выльется сегодняшний день. А ещё нужно будет сделать что-то приятное для Морганы, поблагодарить за платья и комнату и… расспросить подробнее. Интересно, куда убежал тот паук? Чувствовала, тут что-то происходит и в эти события можно вмешаться. А пауки спят?

***

Проснуться всем пришлось рано. Оказывается, в замке петухи орут ничуть не тише, чем в Элдоре, а лай собак и вовсе разносится эхом, врываясь даже в сновидения. Алисе её сон нравился. Гриша ей, к сожалению, не снился, хотя на новом месте, как гласит поговорка, должен был, но хождение по московским улицам её тоже устроило. Рите снилось что-то более скомканное и непонятное: коридоры, возгласы, обрывистые картинки. Она помнила только образ человека в зелёном капюшоне, того из таверны. Он мелькал то тут, то там, словно его постоянно выкидывало из сна. Подобные иллюзии Маргарет не радовали, и она была счастлива проснуться.

С собой Баярд привёз аж пять чёрных гончих, они бежали за его свитой, словно только что вернулись с охоты. Был ли это какой-то символ или просто так принято у местных королей, девушки не знали. Маргарет и Алиса прилипли к окну сразу, как услышали лай. Любопытство не пропьёшь, что называется. Свита у Баярда была и правда обширная: десять мужчин разного возраста с гербами на одежде и мечами на поясе. А прислуга-то имеется? Маргарет высунула голову на улицу, чтобы рассмотреть всю процессию. В принципе, людей немало. Сам Баярд даже с третьего этажа казался выше и крупнее любого из присутствующих. Отдельно Маргарет отметила шикарный синий плащ короля, за такой она бы даже заплатила, уж больно эпично смотрелось. Можно закутаться целиком и ещё шлейф останется. Алиса, не найдя в приближающейся политике ничего для себя интересного, отошла от окна. Однако её внимание привлекла пара тарелок, вероятно принесённая слугами. Они стояли на их сундуке. Сам факт того, что комнату опять посетили не постучавшись, раздражал её. Нет, завтрак в постель это всегда прекрасно, но не от малознакомых тебе людей, что шныряют из комнаты в комнату. Кто воспитывал прислугу? Везде была, всё видела, всё знает. Прекрасно! Вот только паранойи ей и не хватало. Алиса забрала тарелки.

— Итак. Сегодня на завтрак у нас пара помидоров черри, зелёный лист и сосиски по-камелотски. А-ля натурель. Самое средневековое, что можно ожидать, разумеется. А, и вчерашний эль. — Девушка попробовала напиток. — Точно вчерашний. — Она вернулась к Маргарет, протягивая ей тарелку.

— Нужно посмотреть на этого Баярда поближе. — Маргарет отошла от окна и начала торопливо расправлять волосы. Тарелку с завтраком она игнорировала. Вчера она так и не смыла косметику, так что сейчас нужно было избавиться и от неё, блёклой и местами размазанной. — Кажется, Моргана говорила что-то про приём.

— Ты же не собираешься вмешиваться в эти дружеские обнимашки на ступеньках замка? — поинтересовалась Алиса. Её раздражало, что Рита снова пропускает нормальный приём пищи, с самого утра заменив его разве что половиной кружки вчерашнего эля, но остановить её всё равно бы не смогла. Сама Маргарет уже чувствовала последствия, она знала, если не есть, а пить только эль выработается привычка и впоследствии организм будет требовать только это солодовое чудо. Таковы особенности напитка.

— Нет, не собираюсь.

Решать подобные вопросы нужно будет обязательно, но потом. Сейчас её манил местный сад, свободный ранним утром, пока все заняты королём. Нужно расспросить Моргану о госте, о том, что именно он здесь делает и почему так важно собрать в замке всех. Алиса попыталась впихнуть в подругу хотя бы помидорку, но та отмахнулась от неё расчёской.

— Два завтрака и всё мне, — вздохнула Алиса, усаживаясь на кровать и ставя перед собой тарелки. Вчерашний вечер выдался трудным для неё. Организм, выжатый морально и недокормленный физически требовал компенсацию в виде, как минимум жареной курицы. А раз Риту не заставить есть, то… Не пропадать же добру.

— Постарайся найти комнату Мерлина, — перед уходом попросила Маргарет, — может быть кольцо у него, и мы здесь не задержимся. А я схожу к лекарю, попрошу для тебя успокоительного.

Разумеется, искать Гаюса она планировала только после того как поговорит с Морганой. Ещё вчера она узнала, что воспитанница короля приходит в восторг от букета цветов, особенно если тот был собран специально для неё. Слуги каждое утро приносили свежие цветы в её покои, а вечером убирали их, прежде чем те окончательно завянут. Так что к концу завтрака Маргарет вошла в комнату Морганы с большим букетом ромашек, белого вьюна и листов плюща. Она старалась не портить специально посаженные кусты, пришлось обходиться этим. Букет был простенький, но куда больше Моргане понравился сам факт его существования, факт того, что это ответная реакция за её старания. И когда Маргарет начала благодарить девушку за возможность ещё раз встретиться с королём и всё объяснить, Моргана и вовсе развеселилась. Теперь у неё будет как минимум ещё одна собеседница, а если Алиса освоит хотя бы азы, то целых две. Начиная с рассказа о вчерашнем вечере, разговор как-то сам перешел к Баярду и его десяти лордам или рыцарям, кем они там являлись. В какой-то момент Моргана наклонилась чуть ближе, глаза её сверкнули восторгом, и она предложила то, что даже Маргарет не могла ожидать:

— Мы можем увидеть всё сами. Идём?

***

Быстро проглотив завтрак и приведя себя в порядок, всё же не стоило ложиться спать с размазанным слезами макияжем, Алиса опасливо вышла из комнаты. Замок она совершенно не знала. Большинство людей тоже. Вдобавок её словарный запас ограничивался парой ходовых слов. Но, несмотря на всю плачевную ситуацию, где находится спальня Мерлина, Алиса примерно помнила. В каморке Гаюса. А значит она сможет убить сразу двух зайцев. Найдёт себе успокоительное, ибо Маргарет может забыть, и пороется в вещичках мага. Не то чтобы она хотела рассматривать те самые мерлиновы подштанники (однако их популярность в некоторых книгах шагала впереди самого мага), но… А когда ей ещё выпадет такая возможность найти нечто магическое? Кольцо шло пунктом само собой разумеющимся, а как же сувениры? Нет, Алиса должна была унести что-то с собой. Оглядевшись по сторонам, девушка попыталась вспомнить хоть какие-нибудь детали, что могут привести её в нужную комнату. Где-то внутри ещё теплилась надежда, что они попали в сериал. По крайней мере, если не в него, то в дикое прошлое. Первый вариант нравился ей больше. Алиса решила для начала пройти весь свой этаж.

Заглядывать в двери одну за другой, конечно можно, раз уж прислугу так делает, но попасться под горячую руку живущих там не хотелось. Она вспомнила того грузного мужчину в коридоре, нарвёшься на такого и вмиг лишишься глаза. Еле заметно она приоткрыла одну из дверей, заглядывая вовнутрь. Кровать, шкаф-сундук, окно, ковёр… Ковёр? Ну, разумеется. Нет. Это не та комната. Закрыв дверь, Алиса отошла к лестнице. Давайте думать логически. Где может располагаться комната лекаря? Запирать его в высокой башне не вариант. К тому же он слишком стар, чтобы осилить такие кардионагрузки. Комнаты прислуги расположены по всем этажам, но в основном внизу, тогда как гостевые, как Алиса имела возможность убедиться, находятся выше. Возможно, где-то там есть и спальня короля. Алиса ненадолго задумалась. Интересно, а сколько у Утера корон? Она видела его как минимум в двух. Где они находятся? Как расставлены? Заметит ли он пропажу одной из них? А если то кольцо принадлежит королю? Да не. Оно было на женский пальчик. А если это кольцо королевы и надо найти её «гардероб»? Вот об этом они с Маргарет и не поговорили. А Мерлин точно о нём знает? Так… Сначала проверим, потом будем устраивать мозговой штурм. Понимая, что ей придётся идти в рандомном направлении, Алиса закрыла глаза и начала крутиться на месте.

— Удача приди, мага найди. Удача приди, мага найди, — повторяла она шепотом. Сделав последний оборот, девушка открыла глаза и решительно зашагала в ту сторону, куда повернулась. Это не магия, это интуиция.

Очередной длинный коридор, украшенный шпалерами со всякой возможной и невозможной животинкой, факелами и дверьми. По своим ощущениям, Алиса бродил по замку час, не меньше. За период своих блужданий, девушка кого только не встретила. Прислуга постоянно что-то переносила: большие корзины с фруктами, катала бочки, вероятно с вином, серебряную посуду, лавки. Несколько раз мимо неё прошли стражники в красных плащах. На пересечении коридоров Алиса наткнулась на двух мужчин, вроде тоже слуг, они о чём-то громко спорили. Ей даже показалось, что она услышала явное: «Google it!», — но списала на ассоциации. За время блужданий девушка пару раз натыкалась на симпатичного мальчишку лет пятнадцати, что таскал куда-то вниз дрова. Шёл жар и приятный запах специй. А ещё Алиса прекрасно слышала запах мяса. Неужели тут будет что-то длительного копчения? Может быть тот поросёнок, которого нес крепко сложенный мужчина? О-ох заглянуть бы туда хоть на минутку! Мимо Алисы прошли двое стражников. Снова красные плащи. Громко позвякивая кольчугой и не менее эпично шагая, нога в ногу, они несли свою службу, охраняя подходы к кухне. «Не сейчас», — решила Алиса. Возможно, ей удастся проскользнуть туда вечером? Она прошла дальше, незаметно поглядывая за двери на своём пути. Когда весь праздничный гам стих, оставаясь за спиной, а надежды чуточку поубавилось, она наконец-то нашла то, что искала. С каморкой она поспешила. У местного лекаря были двухэтажные апартаменты. А неплохо тут, видимо, лекари живут.

— Колечко, — напомнила сама себе Алиса и полезла рассматривать все, что можно было найти. — Ты катись, катись, колечко. Да по зимнему ковру… к моему карману.

На самом деле это место напоминало масштабную барахолку, особенно подоконники, которые хоть и вели к узким окошкам, были заставлены всякой всячиной. От пугающих самодельных масок до коробок и пыльных шкатулок. Стеллажи и шкафы, на которых чёрт ногу сломит, такие же пыльные производили впечатление не самых надёжных конструкций. Так что, дабы ничего не сломать, Алиса начала с подоконника. Нужно проверить всё, пока тут пусто. Кстати, она выпрямилась и посмотрела в сторону, ещё одна дверь. Либо это магия, либо Маргарет кругом и полностью не права!

***

Встреча короля Баярда проходила в два этапа. Сначала у ворот, а потом торжественно, со всеми почестями в замке. Церемония была вполне себе интересная. Баярда проводили в тронный зал, куда он вошел со всей своей свитой, ровно выстроенной рядами. Как маленький военный отряд. Уже в зале они с Утером обменялись любезными приветствиями, после чего каждый из лордов Камелота засвидетельствовал Баярду своё почтение. То же самое уже по отношению к принимающей стороне, сделали лорды Мерсии. Дальше все демонстративно сдали оружие. Кроме стражи и самих королей. Через несколько секунд они подошли к столу, лорды выстроились вокруг, а Утер подозвал слугу, всё того же Якова. Парнишка суетливо, но очень бережно развернул на столе широкий свиток. Маргарет прищурилась, чтобы лучше рассмотреть, сверху текста совсем не разобрать. Утер заверил гостя, что, если он не согласен с каким-то из пунктов, они обязательно обсудят всё и найдут компромисс. Баярд, пребывая в хорошем расположении духа даже после долгой дороги, заверил, что никаких претензий пока что не имеет. И всё же чуть наклонился над столом, ещё раз окинуть текст взглядом. Лорды насупились, осанисто стоя вокруг и наблюдая за происходящим. Их можно было бы сравнить с теми вояками из старых сказок.

— О каком договоре речь? — шепотом поинтересовалась Маргарет.

— Логрес и Мерсия должны заключить мир, — Моргана немного наклонилась вперёд и сразу вернулась обратно. — Не знаю, кто начал всё это, но не так давно Утер прекратил войну, предложив королю Баярду мир на каких-то своих условиях.

Тронный зал как-бы по периметру был окружен внутренним балконом. Коридором для слуг, на уровне примерно второго этажа. С него открывался вид на весь тронный зал, легко давая видеть и слушать, что происходит внизу. Но при этом снизу не было видно, кто стоит у самой стены. Только если слушатель подойдёт к перилам. Маргарет и Моргана наблюдали за происходящим тайком, традиционно женщины не допускались до подобных мероприятий, только вечером когда договор будет подписан и совершенное потребуется отметить, как правило, пышно и с излишней роскошью. А пока ведутся переговоры, даже если всё уже решено, никто не пустит Моргану, а уж тем более Маргарет, в зал. Им приходилось вести себя очень тихо, прижимаясь к стене и кратко переговариваясь.

— Если он король, — не унималась Маргарет, — почему Утер приветствует его как лорда?

— Король он в Мерсии, на своей земле, но здесь он вассал Камелота. Говорят, раньше, до того как получил Мерсию, он присягнул на верность Утеру. А потом успешно всё нарушил.

— А, Утер сюзерен Баярда. — Маргарет даже улыбнулась. — В таких вопросах всегда есть сторона с большими потерями. В чью пользу договор?

— А ты подумай, — взглянув на девушку, шепнула Моргана. И прижала палец к губам. Внизу снова начались разговоры.

Неизвестно почему, но Маргарет очень заинтересовалась гостем в синем плаще. Баярд, пусть и король, казался ей очень легким характером, даже проще, чем принц. То, как он говорил с Утером, без какой-либо напускной важности, то, как шутил, указывая на лордов и обсуждая дорогу, он размахивал руками, поворачиваясь то в сторону своей свиты, то в сторону короля. Корона на его голове немного сползла и теперь сидела криво, но самого Баярда это не беспокоило. Маргарет захотелось рассмотреть всё подробнее, перегородки перил мешали, она подалась вперёд, но Моргана схватила её за плечо.

— Осторожнее. Нас увидят, — шепнула она. Если Утер узнает что они были здесь, как минимум поднимет шум.

— Извини, — Маргарет снова прижалась к стене. — А кто все эти люди рядом? Они были в тронном зале, когда мы с Алисой пришли.

Моргана немного прищурилась, рассматривая лордов у стола, видно было не всех, только трёх. Из этих трёх сама Моргана могла узнать только двух и если честно, если бы она могла выбирать, то с удовольствием рассказала о ком-то другом.

— Вот этот, — она осторожно указала на низенького мужчину со странным синим гербом на одежде. Там была изображена серебряная лошадь с хвостом морского конька, — лорд Романкоин, глава совета лордов. Он часто крутится рядом с королём, думает, что Утер его слушает. Но этого я не знаю. А рядом с ним, в зелёном кафтане, сын бывшего лорда Шеппи. Романкоин дружит с его отцом и поэтому водит за собой мальчишку. Вроде как обучает придворным делам.

Ещё раз радостно потыкав в пункты договора, счастливые по уши короли, обмениваясь взаимными комплиментами, начали собираться к выходу. Яков скрутил документ под взглядами лордов и, раскланявшись перед каждым, скрылся. Свита двух королей медленно потянулась вслед за сюзеренами. Задержав дыхание, Маргарет и Моргана ждали хлопка двери, и, как только он прозвучал, девушки выдохнули. Медленно подойдя к краю, Моргана с опаской взглянула вниз, проверяя не остался ли кто. Через секунду её взгляд встретился со взглядом Якова, мальчишка замер у входа для слуг, сжимая документ. Воспитанница короля поднесла палец к губам и нахмурилась. Карие глаза сурово сверкнули. Яков поджал губы, кивнул, спешно поклонился и шмыгнул за дверь.

— Думаю, он никому не скажет, — оборачиваясь, произнесла Моргана.

Маргарет задумчиво смотрела в сторону, сложив руки на животе и еле заметно покачиваясь. Её взгляд уходил куда-то в сторону пустого стола, тонкие чёрные брови хмурились.

— Что случилось?

— Что? — Маргарет, опомнившись, перевела взгляд на Моргану. — Просто задумалась, никогда не видела такого. А когда договор подпишут?

— Сегодня вечером, на пиру, — Моргана начала медленно спускаться вниз по лестнице.

— Не знаю, чем вам так интересен этот договор, но если вы попросите меня провести вас на сам пир, то я не смогу. — Она улыбнулась, чтобы скрасить отказ. — Это не в моей власти. Пиры и большие приёмы оговариваются заранее, как и список гостей. Ну, Маргарет, улыбнитесь, — Моргана взяла её за руку, подходя ближе — Давайте я покажу вам любимое место в саду. Там очень красиво.

— Я не расстроена, — ответила Маргарет, она не планировала сильно влезать в дела королевства, а любопытство уже было удовлетворено. — Спасибо, что привели меня сюда. И да, я с удовольствием вернусь в сад.

***

Стоит ли говорить, что поиск в комнате Мерлина не принёс никаких результатов? Его спальня оказалась настолько маленькой и пустой, что запрятать в ней что-то было невозможно. А простые пожитки великого мага не впечатлили Алису. И даже найденная под кроватью волшебная книга её не радовала. Толку ей от неё. Будь Алиса волшебницей, она бы ещё попыталась найти заклинание поиска, но она человек.

— Пол деревянный, лавка и свечка, — задумчиво пропела девушка, возвращаясь в предыдущую комнату.

Покои лекаря она уже успела осмотреть, но и это не принесло результата. Оказалась просто спальня. Возможно, она плохо посмотрела книжные полки. Да не. Алиса и так старалась минимизировать следы своего пребывания здесь. А чудом убравшая сама себя пыль, за временное отсутствие хозяина, может привести к определённым выводам. Это она помнила, по словам Шерлока. Да, им бы не помешал детектив или хотя бы собака. Алиса ещё раз обернулась, чтобы посмотреть на книжные шкафы. Складывалось ощущение, что их давно никто не трогал. Вздохнув, она подошла к заваленному бумагами столу. Единственное место, где она ничего не трогала. Книги, книги, книги, открытые книги, свеча, чернильница, ещё свеча, гусиные перья и снова книги. На странное зелёное растение Алиса старалась не смотреть. Оно было некой помесью вьюнка и травы-муравы. А ещё оно шевелилось при отсутствии ветра. Одолжив у Гаюса одно из перьев, она быстрым движением ткнула его в усики, убирая руку. Мало ли. Растение зашевелилось и съёжилось, закрывая листы.

— Недотрога? — удивлённо прошептала Алиса. — Он не так выглядит.

Заметив что к стене приставлена простенькая лестница, Алиса задумалась о том обещании что дала Маргарет. Она докажет ей существование ведьм и магии. Покрутившись на месте, она заметила импровезированный второй этаж. Что-то вроде внутренниго балкона за которым виднелись стопки книг. Приставив лестницу к нужному месту, она поднялась на второй этаж и на мгновение растерялась. Её взору открылась странная картина. Книги, сложенные стопками и накрытые книгами. В душе словно загорелся тёплый огонёк, манящий её. Протянув руку, она забралась на деревянный пол и начала заглядывать под ткани, рассматривая корешки книг. Одна из наиболее старых рукописей привлекла особое внимание. Словно в трансе, Алиса отбросила страх и взяла книгу в руки. Её пальцы уверенно листалы старые засалленные страницы, незнакомые буквы стикались в текст, в какой-то момент разбавляя себя картинками. Её взгляд остановился на схематичном рисунке мужчины, подписанным "Алан". Не нужно было знать язык чтобы прочесть имя, его глаза были пропитаны магией. Следующая страница, и ещё, и ещё. Алисе снова остановилась. На сей раз перед портретом женщины. "Нимуэ". Алисе казалось, она знала и её и того мужчину и... эти странные буквы тоже знает.

Размышления прервали быстрые шаги в коридоре. Сердце пропустило удар, а мозг начал предлагать варианты действий, Алиса захлопнула книгу. Во-первых: спуститься вниз. Алиса прижала к себе юбку, не дай бог что-то задеть. Она быстро спустилась на первый этаж. В несколько мягких скачков, благо балетки позволяли передвигаться бесшумно, она оказалась рядом с… Что это? Лекарственный шкаф? Кухонный? Алиса сильно сомневалась, как его правильно назвать. Не важно! Там стоят зельки, а это второй пункт. В-третьих, у неё есть повод. Дверь распахнулась ровно в тот момент, когда девушка, не глядя, взяла с полки флакончик с симпатичного цвета жидкостью. Широко шагая, Гаюс на удивительной для старика скорости, оказался рядом со своим столом. Он начал перебирать свои свитки, что-то искал. Казалось, он чем-то озадачен, раз даже не заметил вторжения на свою территорию. Может он подумает, что Алиса — это Мерлин и уйдёт?

— Хеллоу? Итс ми, — дружелюбно произнесла Алиса с другого конца комнаты. Главное, не перепутать слова. Лекарь резко развернулся, угрожающе посмотрев на девушку. Его лицо странно скривилось: одна бровь резко взлетела вверх, раскрывая широко глаз, а второй он сощурил так, что Алиса успела испугаться, не инсульт ли тронул сердечко Гаюса.

— Я вижу, — слегка оторопело произнёс он. Но быстро взял себя в руки. — Вы пробуете говорить на нашем языке, это похвально, — дав немного времени Алисе, чтобы та смогла понять смысл его слов, Гаюс продолжил. — Чем я могу помочь, леди Алиса?

— Ес! Ю хелп… Ай… — Алиса замолкла, стараясь подобрать слова. — Ай норвис! Ю невер бин зер… Короче, я покопалась тут, и, как тебе это сказать? Ай файнд ит! Во, — девушка указала на шкафы с сосудами. Может если она скажет по-немецки он поймёт быстрее?

Нахмурившись, лекарь плавным шагом подошёл к ней. Примерно ситуацию он понял, надеялся, что понял. Рыться в его препаратах запрещено даже Мерлину. Однако злиться на девушку он не мог, хоть и очень хотел. Гостья короля пришла к нему за помощью и никого не встретила здесь. Не то чтобы он обязан сидеть за столом сутками, и разумеется, это не оправдывает копошения на полках. Но, возможно, она ничего не успела напутать. Мерлин, как и полагается верному слуге, сейчас находится с Артуром, обходить прибывших гостей пришлось самому.

— Что это? — Гаюс забрал из рук Алисы маленькую баночку, — Что вы нашли?

— Ай донт ноу, — честно призналась девушка. Она внимательно следила за реакцией лекаря. Он перевернул баночку, щурясь, читая название.

— Аконит, — кивнул лекарь, — ну, лучше вам и не знать что это.

Гаюс поставил на место бутылочку с ядом. Вечером, после пира, надо сделать ревизию и убрать остальные яды подальше, если вдруг его снова не будет на месте. В отдельную шкатулку. Под замок.

— Вот, — открыв маленький шкафчик, лекарь вручил Алисе другую баночку из тёмного стекла. — Должно помочь. Выпейте на ночь.

— Спасибо, — кивнула в ответ девушка. Ну, хоть какое то слово она может точно произнести. Хотя инструкции уловила смутно.

Задерживаться она не стала. Тут и ежу ясно, что кольца здесь нет. Неужели придётся лезть в спальню к королю? Алиса остановилась посреди пустого коридора. Боже, это прозвучало неправильно! Хорошо, что она не произнесла это рядом с Ритой. Она бы ей устроила скандал. Хотя технически план может иметь смысл. Встрепенувшись, Алиса продолжила идти обратно в свою комнату. Но других вариантов почти не было. Если только королевская сокровищница. И опять! Маргарет ещё тогда успела высказать своё отношение по этому поводу. Можно подумать, она собирается разорить гробницу какого-то Тутанхамона пятого Бледнолицего, Повелителя озёр! Король ещё живой и борется с магией, следовательно, проклинать её не будет. Да он даже не узнает об этом! Кто ему скажет… Мерлин?! Девушка так и замерла на лестнице.

Там, у стены на подоконнике, сидели двое. Девушка, походившая внешностью на Белоснежку, в синем платье и маг. Между ними стояла корзина. Он помогал ей перебирать собранные ягоды, убирая смятые, гнилые или просто грязные. А ещё они говорили, в основном Мерлин, но девушка что-то однозначно отвечала. Алиса не могла их понять, но она слышала! Слышала разговор. Слышала голос. Ведьма — это она. Нимуэ? Да она даже похожа на портрет в книге! В смятении от нахлынувших чувств: радости, страха, растерянности, — Алиса очень медленно шагнула назад. Нет, её не должны увидеть. Она спускалась спиной назад ровно до того момента, когда их и, предположительно, её не стало бы видно. А после, девушка пустилась бежать из-за всех сил обратно вниз. Она должна найти Маргарет и как можно скорее. Она обещала найти ведьму и нашла!

«У нас ведьма в Камелот проникла»

Утром у Маргарет не было возможности насладиться красотой сада или его расположением. Она шагала по дорожке, усыпанной мелкими светлыми камушками, приподняв подол и глядя вниз. Ей нравилось колючие ощущение при касании ноги с камушками, нравился их приятный хруст. А ещё нравилось как все дорожки, сходясь в самом центре, образовывали ровный круг по периметру небольшого пруда. Он был ровный, судя по всему искусственный, с кувшинками или чем-то вроде. Моргана вела её по дорожке, под лучами летнего солнца, рассказывая о том, как принимали королей в прошлый раз. По словам воспитанницы короля, это случилось с год назад, тогда с королём приехали четыре его дочери и Моргана провела с ними три дня. Она жаловалась, что у этих девочек, младшей из которых было семь, совсем не закрывались рты, и она чуть не лишилась слуха. Маргарет слушала плохо, думая о том, каким диким анахронизмом является такой маленький и прелестный прудик. Вот бы показать его историкам, каким-нибудь педантичным реконструкторам, они бы себе языки от возмущения покусали.

— Поэтому, если я выйду замуж, надеюсь, у меня не будет столько дочерей, — пребывая в своих рассуждениях, говорила Моргана. — Я бы могла поставить рядом с ними служанок, но время от времени, и мне придётся с ними разговаривать.

Вдоль дорожек были высажены кусты, хвала Небесам, что их не стригут квадратами, как в шестнадцатом веке. Под кустами трава, такой же неровный газон с ромашками, вьюнами и прочим. Они шли не к пруду, а по квадратному периметру сада. Вдоль стены замка, с большими незастеклёнными окнами, с другой стороны от тронного зала. Они могли видеть слуг и придворных, а те могли видеть их. Маргарет смирилась с мыслью, что ближайшие дни им придётся провести здесь и уже представляла, как будет каждое утро приходить сюда. Возможно, раз у них нет возможности сфотографировать, можно попросить Алису зарисовать всё здесь. Ведь позже им понадобится что-то для воспоминаний. И почему ей так хочется всё это запомнить? Алиса, возможно, была бы рада быстрее забыть. Собственно, поминание художников не проходит зря. Уже через минуту, когда они свернули в сторону, раздался крик.

— Рита! Рита, здесь ведьма! — Алиса перелезла через окно и спрыгнула чуть ли не в самые кусты. Моргана обернулась, глядя на Алису круглыми глазами полными удивления. Она не понимала смысл сказанного, но прыжки через окна ей не нравились.

— Простите, — улыбнулась Маргарет и отошла в сторону навстречу Алисе. — Что ты творишь?

— Я говорила, говорила! Здесь ведьма, она отравит Артура. — Алиса схватила Магарет за руки и начала трясти. — Вот увидишь! На пирушке, она его отравит! Я была права.

— Хорошо, хорошо! — Маргарет отдёрнула руки. — Мы поговорим об этом позже. У нас ещё будет время.

— Не будет, мы должны что-то сделать. Ты должна!

— Не знаю, что у вас произошло, но замолчите. — Моргана шагнула к ним и шикнула. — Баярд здесь.

Маргарет тут же зажала Алисе рот ладошкой. Та невольно хмыкнула и отвернулась. Вот так нагло заткнуть! Алиса осуждающе посмотрела на подругу. Через секунду все трое приняли спокойный степенный вид, и Моргана взяла Маргарет под руку. Все вместе они вновь пошли по дорожке. Алиса странно покосилась на сплетение их рук, но ничего не сказала. Вся ситуация была странной, и девушка бы обиделась, если бы не экстренные новости. Оставалось только тихо бурчать себе под нос, идти вслед за ними. Шёл только второй день их пребывания в Камелоте. И когда это они с Морганой настолько сблизились? Баярд шел не один, в сопровождении седого лорда, который немного напоминал Томаса Болейна. И в компании Якова, слуги Утера. Король находился с другой стороны сада, явно не гулял, скорее что-то обсуждал с лордом. Маргарет обернулась, так как подопечная Утера пыталась увести их подальше от гостя, Баярд оставался у них за спиной. Сейчас он выглядел иначе, не в этих звенящих кольчугах, а в обычной котте. Края её были обшиты зелёной лентой с золотистым краем. За то всё в том же плаще. Алиса тоже обернулась, поймав взгляд подруги. Тот факт, что Баярд с лордом вдруг свернули и ускорили шаг, её не радовал. Теперь они шли прямо к девушкам. Моргана тоже немного ускорилась.

Маргарет приготовилась к самому худшему. Моргана тоже, особенно когда им пришлось всё же остановиться. Она не сомневалась в благоразумии Маргарет, но вот Алиса, после прыжка из окон, утратила лимит доверия. Баярд пересёк сад, обошёл пруд и теперь от девушек короля отделяло всего несколько шагов. Лорд-средневековый-Болейн и Яков послушно следовали за ним.

— Какие чудесные цветы предстали моему взгляду.

Да, в плане приветствий они тут все студенты из общаги. Щас он начнёт расписывать их красоту в самых простых и банальных чертах. Ни Моргану, ни Алису счастливое лицо Баярда не радовало, как и то, что он решил познакомиться с каждой из присутствующих. Лорд-средневековый-Болейн такого энтузиазма не проявлял. Просто стоял и ждал, явно недовольный задержкой. Маргарет приняла это за возможность узнать что-то новое о жизни королевства. Чуть дальше садов и косметики.

— Вас, леди Моргана, я узнал сразу. Самая прекрасная девушка в Камелоте. — Он взял её руку и поцеловал. Моргана из вежливости улыбнулась. Маргарет и Алиса одновременно увели руки за спину. — Все слухи правда. А вы… — он перевёл взгляд на Алису.

— Леди Алиса, гостья короля, — ответила за неё Моргана, — очень стеснительна. Её подруга, леди Маргарет, более общительна.

— Рада знакомству, Ваша… — Маргарет запнулась, как следует к нему обращаться. Как к королю или как к лорду?

— Светлость, — Баярд сам продолжил, титулы часто вызывают путаницу. — Пока мы здесь. Итак, почему Утер прячет от всех таких прелестных гостей?

Странно, если до этого Утер казался Маргарет относительно милым для короля, то Баярд вовсе излучал какую-то странную доброту и расположенность. Он не хмурился, как Утер, не пытался всячески подчёркивать свой статус. А он точно средневековый король с огромным военным опытом за плечами? Почему-то представить Утера, который вонзает окровавленный меч в тело солдата, было довольно просто, то Баярд виделся скорее в каком-то зале с лютней в руках. Хотя, кто их знает, не все короли рисковали выезжать в пекло военных событий.

— Мы сами прятались, — улыбнулась Маргарет, точно так же как улыбалась Утеру или принцу, — не хотим мешать заключать долгожданный мир.

Моргана сделала глубокий вдох, ей становилось слегка неловко. Можно они уже пойдут дальше? Баярд обернулся на своего лорда, потом на Якова, мальчишка опустил взгляд. Он усмехнулся. Алиса устало закатила глаза. Вот только влюблённого королька им для счастья не хватало! «Маргарет, алло-о! У нас ведьма в Камелот проникла», — Алиса, как могла, посылала мысленные сигналы подруге. Но связь была плохая. Прям как интернет в тайге.

— Выходит, поговорим вечером, после подписания договора, — со всей допустимой для средневекового короля почтением, произнёс Баярд.

— О, простите, нет, это не возможно, — Маргарет продолжала всё так же улыбаться. — Его Величество великодушно разрешил нам остаться в замке, но мы не представители здешней знати, чтобы присутствовать на пирах.

— Вот как.. — Баярд выровнился и посмотрел на Моргану. Та кивнула, подтверждая их слова. Тут он немного помедлил, а потом заговорил чуть тише: — Уверен, если я попрошу, Утер найдёт для вас местечко за столом. И для вашей стеснительной подруги.

Маргарет не придумала, что ответить. Поэтому просто уважительно кивнула. Алиса повторила за подругой. Стоило ей вообще что-то делать? Лорд-средневековый-Болейн хлопнул Баярда по плечу, как старого друга, и что-то сказал. Король понял, что свободное время медленно улетучивается, вспомнил, куда они все трое направлялись и, попрощавшись, ушел. Девушки выдохнули, ну, вроде ничего лишнего не сказали. Маргарет смотрела, как Баярд снова обходит пруд и уходит на другую сторону сада. Интересно, что особенного в этом синем плаще? Дело ведь в выкройке, там наверняка есть клинья, поэтому он ложится волнами? Может, если попросить Моргану, швеи сошьют ей и Алисе такие же? Слишком шикарная вещь.

— Леди Маргарет, — Моргана наклонилась к уху девушки, произнеся слегка язвительно, — нельзя так пристально смотреть вслед мужчинам.

— Я смотрю на Якова, — пошутила она, отмахнувшись, — он не мужчина, а мальчик.

— Разумеется, — Моргана засмеялась.

***

Остаток дня после прогулки подруги, приходя в себя и обсуждая произошедшее, провели в комнате. Алиса рассказала, как столкнулась лицом к лицу с Гаюсом. «Да он меня чуть не убил за этот шкафчик! — приукрасила она в свойственной ей манере. — Нет, он этого не показал. Но по глазам видно было». Маргарет улыбалась, представляя, как шокирован был местный лекарь, слыша корявый английский с нотками немецких согласных. Она даже засмеялась, когда Алиса попыталась повторить сказанное. Чуть позже к ним в комнату постучалась Моргана, на что Алиса отреагировала спокойно. Но постоянное присутствие воспитанницы короля рядом начинало её напрягать. Сначала Моргана о чём-то говорила с Маргарет, но Алиса их слушала в пол-уха. Девушка нещадно обрывала лишние листы у сорванных в саду ромашек. Она их высушит и заварит себе чай. Каждый раз пить эль и вино она не хотела. Да и много этих напитков не выпьешь. Чуть позже Моргана вновь вернулась к теме пира:

— Лорд Баярд выполнил своё обещание, и Утер пойдёт ему на уступки. — Она села на кровать, глядя на Маргарет не особо радостно. — Помните, это всё договор, не больше. Возможно, единственное мероприятие, на которое вас пустят. — Она виновато пожала плечами.

— Мы понимаем, — Маргарет коснулась её руки, чтобы привлечь внимание, — но зачем отказываться от возможности?

— И правда, — Моргана окинула девушек взглядом. — Начать подготовку нужно прямо сейчас. Я пришлю Амелию, она уже причёсывала вас раньше. Пусть сделает это ещё раз.

К приходу той самой Амелии Алиса уже успела оборвать все лепестки, выбросить мусор в окно и спрятать следы своего преступления. Если Гаюс или кто-то предъявит ей за чай, она отправит их гулять по итальянскому лесу. Присланная Морганой дама оказалась уже им знакомой блондинкой, что причитала и охала в первый день их пребывания в замке. Это она в прошлый раз сделала Маргарет причёску, сетуя на ещё влажные волосы, которые неудобно было сплетать в косы. Теперь она уже не ахала и не охала, скорее наблюдала за перевоплощением и мысленно хвалила себя.

— Вот видишь, и пиру быть, и нам там быть, и ведьме тоже. — Даже в присутствии Амелии они могли говорить спокойно, та в жизни не разберёт о чём речь. — Что будем делать?

— А ты уверена, что это ведьма? — Хоть убейте, Маргарет в магию не верила, только в магию Аслана. Но больших львов рядом не наблюдалось. — Мы загубим жизнь невинного человека.

— Невинного? — Алиса вскочила с кровати, кажется, ей хотелось засмеяться — Она мать Артура к праотцам отправила. А сегодня туда же отправит и принца. Я же уже рассказла про книги в комнате Гаюса... я сама прочитала записи.

— Как ты могла их прочитать? Ты же не знаешь языка. - Маргарет следила за тем, как чувство неловкости возрастает на лице Амелии. Она совсем не понимала их язык. Что к лучшему.

— Я ещё не поняла... - Алиса на мгновение задумалась.

Маргарет цыкнула, Амелия слишком сильно потянула её волосы. Алиса выдохнула, думая какие ещё привести доводы.

— Может тогда сам король с этим разберётся? Она из свиты гостя, — Рита специально не называла имена, чтобы не дать Амелии шанс стать шпионкой, что не скажешь про раззадорившуюся Алису, — если он привёз сюда ведьму, с которой у короля личные счёты, это не наше дело.

— Но если принца отравят? — Алиса уперла руки в бока. — Ты ведь так тут всех ценишь. Тем более гиперответственный корлик соседних земель не в курсе кого привёз. Для него, скорее всего, тоже сюрприз.

Маргарет задумалась, наблюдая, как изящные пальцы Амелии сплетают тонкие пряди в такие же тонкие косы. Она плела по три штуки с каждой стороны, потом отправляя концы под волосы, закрывая ей уши. Если Алиса права, жизнь принца может быть в опасности. Как и Мерлина. Слуги же пробуют едё? Она всё ещё не ассоциировала мальчишку с тем бородачом на фестивале. Но, если он знает где кольцо, терять такого важного свидетеля не стоит. Амелия всё это время безмолвно занималась своей работой. Симпатичная девушка с курносым носом, тёмно-русыми волосами, слишком нежная для средневекового замка. Она не лезла в дела других людей. И хоть её брало любопытство, Амелия умело его сдерживала.

— Это не фэнтези, Алиса, — в очередной раз, легонько касаясь пальцами косичек, проговорила Маргарет. — Но если всё пойдёт как ты говоришь, я подниму панику. Обещаю.

— Точно? — Она не верила, что Рита так быстро согласится.

— Точно, принц нам нужен живой. Как и его слуга. — Маргарет встала, поблагодарила Амелию и махнула Алисе. — Твоя очередь.

***

Алиса прекрасно понимала, что будет дальше, даже если Маргарет ей не верит. И теперь она позволила себе просто наслаждаться процессом. Глядишь, откуда-нибудь послышится: «Стоп! Снято», — и их отправят домой. Хотелось бы в это верить. Страх отступил, оставшись лишь мелким напоминанием. Зал, в котором накрыли столы, был тем же самым где король принимал просителей. Это место уже было достаточно знакомым чтобы не волноваться ни о чем. Когда зазвучала музыка, Алиса набралась смелости выйти из-за стола. Сначала её пригласил какой-то парнишка, они и слова друг другу не сказали. Потом перед ней оказался седовласый-лорд-Болейн из Баярдской свиты. В какой-то момент Алиса вовсе перестала замечать смену партнёров, увлечённая повторением незамысловатых танцевальных движений. Перебирание ногами и прыжки напоминали задания с детского утренника, которые с каждым разом нужно было повторять всё быстрее. Всех это устраивало. Она полностью отдавалась музыке, никто больше её не смущал.

Когда струнные грянули громче, Алиса шагнула вперёд, оказавшись в самом центре. Ей нужно больше места. Подняв юбку, она изображала что-то околоирландское и улыбалась во весь рот. Танцующие немного отошли в сторону, уступая ей место, некоторые хлопали в ладоши в такт музыке. Дипломатическое мероприятие плавно превращалось в уличное гуляние с выступлением. Вид девушки не оставил равнодушным даже короля. Когда гости расступились, она осталась одна, на кого мог упасть взгляд. Неуклюжесть некоторых движений, некая наглость, чистый восторг в горящих голубых глазах. Волнистые от кос волосы, скачущие на плечах хозяйки и отливающие рыжиной в свете многочисленных свечей. Когда Алиса, расставив руки, закружилась на месте, Утер представил, что такая легкая особа без труда оторвётся от пола и поднимется к потолку. А потом, на фоне цветного витража обернётся золотым драконом, воплощением радости и страсти.

Утер подумал встать и тоже вспомнить то чувство, когда ничего не имеет значение кроме музыки и девушки рядом. Было бы ему сейчас чуть больше, чем Артуру, он бы не думал. И послать бы всех к чёрту, да понятно о чём потом будут болтать достопочтенные лорды со своими жёнами: «Не в его возрасте. Не в его положении!» Как будто теперь он цепью к трону привязан. В любом случае, скрывать удовольствие от созерцания прекрасного танца он не собирался. Через мгновение музыка прекратилась. Алиса встрепенулась, как воробей, её взгляд, полный того же восторга встретился с взглядом короля. Театрально взмахнув рукой, она опустилась в неловком реверансе, чудом не упав. Маргарет, что всё это время наблюдала за ней, даже приподняла бровь. Когда Алиса успела такому научиться? Увидела где-то? Утер не удержался, встал со своего места, наклонился вперёд и протянул Алисе руку, помогая подняться. И не было в зале человека, который бы не заметил, как он улыбался ей.

— Почему они здесь? — поинтересовался Мерлин, стоя рядом с принцем и как все наблюдая за происходящим. Он не мог забыть сон, и неприятные ощущения оттуда отражались на реальности. Может он неправильно толкует увиденное?

— Теперь они гости короля, — Артур пожал плечами, ухмыляясь лёгкой неловкости Алисы. — Будут там, где захотят.

Маргарет чувствовала некий триумф. Словно мачеха, что удачно вывела падчерицу в свет. Она уже могла оценить, что сделала Алиса одним танцем. Как минимум, обеспечила им спокойное существование в замке. Благосклонность короля — это всегда хорошо, главное, не доводить до непоправимого. Сама же она не танцевала, лишь изредка окидывала взглядом многочисленных гостей, время от времени замечая, как лорды Баярда косятся в её сторону. Лорд-средневековый-Болейн им уже наболтал разного? Хотя, дело, наверное, в том, что её посадили за один стол с лордами Камелота из-за нехватки заготовленных мест. Что странно, Баярд, усилиями которого они оказались в зале, пока что не проявил и малейшего интереса. Оказавшись на ногах, Алиса кивнула, как делает Рита и отошла в сторону. Ей нужно перевести дух, отдышаться и обязательно задать подруге вопрос: «А что это в конце было?»

— Мне они не нравятся, — отодвигая от Артура тарелку и заменяя её на чистую, проговорил Мерлин.

— Не припомню, чтобы тебя спрашивали.

Заново музыка так и не зазвучала, всё стихло, гости разошлись по своим местам. В центре зала установили небольшую подставку, где было место для документа и для чернильницы. Её придвинули к столу по левую сторону от трона, где сидела свита Баярда, чтобы сама подставка никуда не упала. Лорды поднялись со своих мест. Баярд встал, окинул зал взглядом, заострив внимание на каждом из гостей. Потом громко произнёс: «Sit verum»Да будет истиной и шагнул к договору. Маргарет латыни не знала, так что смысл сказанного от неё ускользнул.

Утер на фразы раскошеливаться не стал, просто вышел вперёд. Маргарет взяла свой бокал и, не найдя рядом кувшина, начала оглядываться в поисках слуги. В какой-то момент её взгляд упал на девушку, стоявшую в дверях входа для слуг и Мерлина, который что-то у неё спрашивал. Не о ней ли говорила Алиса? Взглянув в зал, служанка схватила паренька за руку и дёрнула на себя, вместе они скрылись за углом. Алиса вдруг похлопала Риту по руке и кивнула в сторону сундучка, который внесли в зал, пока короли ставили росчерки на пергаменте. Седовласый лорд, с которым танцевала Алиса, расстегнул два ремешка и открыл крышку. Он положил сверху руку, дожидаясь команды от господина.

— Вот там отравленная чашка, — Алиса взяла с подноса яблоко и откинулась на спинку стула. — Кто мы такие чтобы вмешиваться в замысел.

— Как ты узнала что там именно чаша?

— Подсматривала за слугами. — Алиса пожала плечами — Идеальный подарок чтобы отравить наследника престола.

Она злорадствовала, доказывая подруге свою правоту. Маргарет тихо встала, пока короли подписывают бумажки, её вряд ли кто-то заметит. Она вошла через другой служебный выход и оказалась как раз за спинами нужной ей парочки. В ведьм Маргарет не верила, так что боялась она только выставить себя дурой. До её ушей донеслась последняя фраза: «Он убьёт принца», — и сердце у Маргарет замерло. Рискнуть жизнью пацана, который может вернуть их домой, нет уж. Кто ещё отдаст им кольцо? Да и жизнь наследника престола, наверное, что-то да значит. Не то чтобы этот престол имел для неё какое-то огромное значение, но переписывать историю в угоду какой-то чужеземной служанки она не даст. Алиса сказала, что Утер знает эту девушку в лицо? Прекрасно.

— Что ты тут делаешь? — Она изобразила возмущение, полностью направляя его на Нимуэ. — У лордов пустые бокалы и ни одного винного кувшина на столе! Им отмечать окончание войны пивом?

— Сейчас я всё исправлю, — затараторил Мерлин, но Маргарет подняла руку, останавливая его.

— Я не с тобой говорила. Твоё дело заниматься принцем, вот к нему и иди. Не лезь в чужие обязанности. Кто воспитывает прислугу в этом замке? И не смотри на меня так, — Маргарет схватила предположительную ведьму за плечо и потянула к выходу. — Давай, иди. Король Баярд уже начал произносить речь. Не успеешь, скажу, чтобы высекли на площади.

Вытолкав Нимуэ за дверь, Маргарет решила дождаться пока та дойдёт до стола. Учитывая, что дамочка тут же скинула вперёд несколько прядей волос, маскируя лицо, Маргарет приняла свою правоту. Заметив обиженный и слегка растерянный взгляд Мерлина, не выходя из роли Маргарет выровнялась и добавила:

— Ну что стоим? Взял шляпку в руки и к принцу, ножками. Давай.

Мерлин только кивнул и тоже вышел в зал. Теперь они не нравились ему ещё больше. И он это обязательно продемонстрирует. Маргарет дождалась, пока девушка пройдёт большую часть стола, разливая напитки. Учитывая, что лорды сидели не одни, а с жёнами и сыновьями, путь был не близкий. Баярд уже заканчивал говорить, когда Маргарет так же тихо прошла к центральному столу. Она знала, что нарушает огромное количество правил и скорее, получит за это как минимум выговор, но понадеялась, что причина оправдает средство. Коснувшись руки принца, она шепотом попросила его опустить кубок. Все замерли, Баярд замолчал, не понимая, что происходит.

— Посмотрите направо, Ваше Величество, — так же тихо произнесла Маргарет, дождалась, пока Утер повернётся. Она заметила, как у него рука дрогнула, когда служанка выпрямилась, и он увидел её лицо. — Мне сказали, она отравила подарочный бокал принца.

Произнеся это, Маргарет тактично отошла, чтобы не словить эффект в простонародье называемый «минус уши». Собственно, эффект последовал не сразу. Сначала король посмотрел на Баярда, словно оценивая по его растерянному лицу, знал тот или нет, а только потом указал на девушку.

— Взять её!

Нимуэ бросила кувшин и кинулась к дверям. Дворцовая стража преградила ей путь. Она попыталась их оттолкнуть. Тут со своего места вскочила Алиса, прокричав что-то вроде: «А я говорила!» — и началась суматоха. Женщины заохали, лорды потянулись за столовыми ножами, заменяя ими сданные мечи. Мерлин бросил в сторону Маргарет взгляд полный ненависти и раздражения. Он думал помочь новой знакомой, но не представлял как, стража уже ухватила её за руки и та отчаянно пиналась. Принц хмуро посмотрел в свой бокал и осторожно отодвинул его подальше.

— Не упустите! — крикнул король, когда той каким-то чудом удалось высвободиться.

Теперь она направилась к входу для слуг. Алиса развернулась и легким движением, наступила на подол её платья. Ткань затрещала, а сама девушка с трудом удержалась на ногах. Зато остановилась. Стража обступила её со всех сторон, как волки загнанную овечку. Правда теперь овечка утратила невинный облик, выпрямилась, стянула с головы платок, расправляя волосы. Алиса поняла, сейчас произойдёт нечто грандиозное, поэтому ринулась вперёд, расталкивая стражу. Ей хотелось увидеть магию своими глазами из первых рядов. Нимуэ взглянула на Баярда, словно хотела что-то ему сказать, но вместо этого её губы растянулись в улыбке. Поднялся легкий ветер, у ног начал клубиться пар, обволакивая её. Кто-то из стражей попытался шагнуть вперёд, но уже через секунду силуэт девушки пропал, оставляя только дым.

Алиса воодушевлённо и восторженно наблюдала, как клубы пара таят на полу, словно снег и полностью пропадают. Да, это куда интереснее спецэффектов. Маргарет замерла, она не могла интерпретировать то, что увидела. Она знала, как такое проворачивают цыганки на французских площадях. Фокус зрелищный, но сложный. Должна быть либо ниша в полу, либо какой-то помощник… В любом случае, это не может быть магией. Неужто маги настолько слабы, что бегут от стражи? Позволяют привязать себя к костру? Нет, эта женщина, кем бы она не была, дурачит публику, а не колдует.

— Теперь всё будет плохо, — проговорил принц и медленно опустился на своё место. Маргарет взглянула на него, думая, что теперь делать, но Артур оказался прав. Шоу ещё не закончилось. Утер нашел нового виноватого, обошел столы и остановился напротив Баярда.

— Вы привели в мой замок ведьму.

— Я знаю законы и никогда бы не решился их нарушить, — парировал Баярд. — Если бы я знал…

— Если бы знали? — усмехнулся король. — Она была одета так же как ваши слуги! И покушалась на жизнь принца. Скажете, не ваш приказ?

— Нет, не мой!

— Ваше Величество, я считаю, — в центр выплыл, иначе его походку нельзя назвать, лорд Романкоин и говорил он максимально спокойным, Маргарет бы даже сказала, дипломатичным тоном, — покушение на члена правящей династии достаточный повод, чтобы забыть о мире и продолжить войну.

— Безусловно. Стража, уведите его. — Утер махнул рукой в сторону гостя.

Красные плащи резко окружили Баярда, а уже вторым кругом выступили его стража, готовясь защищать господина. Сам же Баярд только устало выдохнул, скрещивая руки. Он явно не чувствовал серьёзности происходящего и надеялся, что всё окажется шуткой. У Маргарет холод пробежал по затылку. Она подставила невиновного человека. Разумеется, она не верила, что Утер сотворит с гостем что-то особенно ужасное, но… В смысле возобновить войну? Умрёт куча народу, потому что Маргарет и Алиса пожалели парня в забавной шляпе? Им нужно домой вернуться, а не затапливать кровавые бани. Лорд Грегори чувствовал что должен вмешаться, ещё вчера он знал, Романкоин что-то да выкинет. Но вступать в разговор сейчас было бы самоубийством.

— Ваше Величество, одну секунду, — Маргарет этого правила не знала и, набравшись смелости, вышла вперёд. — Лорд Баярд, как бы вам ни казалось, ничего не знал.

— Думаете, я бы приехал лично, будь у меня подобный план? — продолжил Баярд, ему хотелось побыстрее свернуть дело. — Я бы остался дома собирать войска.

— Я сказал запереть его, а не выслушивать! — свирепел король, теряя терпение.

Началась мелкая суматоха, когда красные плащи расталкивали синие. Разумеется, в Камелоте было больше стражи, чем мог привезти с собой Баярд. Да и сам гость особо не сопротивлялся. Женщины заохали ещё громче прежнего, глядя на происходящее, а на лице Романкоина отразилась торжествующая улыбка. Маргарет представила то, как замок окружает огромная армия, страх оказаться в эпицентре военных действий встал комом в горле. Её пробрала паника.

— Вы не можете воевать! — выкрикнула Маргарет и тут же была одарена самым суровым тоном из возможных.

— Ещё слово и отправитесь за ним, — почти шипя, бросил король.

Ей показалось, под ногами лёд и все окна разом открыты. От пробирающего мороза у неё задрожали пальцы. Не от испуга, не от раздражения, она не знала какое это чувство, девушка не могла сдвинуться с места. Алиса оттянул подругу в сторону. Не понимая, чего та вообще добивается. Билета на виселицу? Отойдя, Маргарет опустила голову, напуганная столь ожидаемой реакцией. Нужно было как-то решать ситуацию, остановить творящееся безумие. Она отошла в сторону, Артур во всём этом не участвовал, лезть с мечом некуда, а говорить… Утер сам всё скажет. Он обернулся, посмотрел на Маргарет. Смелость девушки, хотя скорее глупость, поразила принца, и ему хотелось убедиться, что с обеими дамами всё в порядке.

— Простите, Ваше Величество, но я считаю это ошибкой, — вот теперь лорд Грегори вмешался. — Та девчонка может быть кем угодно, но возобновлять войну после подписания договора просто не разумно! Мы воевали с Баярдом или со служанкой?

— Вы забываетесь, лорд Грегори, — отмахивался Утер, теперь всё внимание было направлено на него. Нужно усмирять всех недовольных, пока стража разгоняет и тех, кто не успел уйти вслед за господином. Он не мог арестовать лордов Баярда, так что пришлось просто выставлять рядом с каждым охрану.

— Вино слишком сладкое, полагаю, — с лёгкой насмешкой тихо протянул Романкоин, так, чтобы услышал только король.

Разговоры велись очень громкие. В голове Маргарет что-то щёлкнуло, идея пришла очень быстро. Оказавшись с левой стороны стола, она воспользовалась ситуацией. Быстро наклонилась вперёд, протянула руку через стол, ухватила за край документа и выпрямилась. Проверив, сухие ли чернила, она быстро свернула его, как делал Яков и спрятала в длинный рукав. Почему-то ей хотелось, чтобы этот документ сохранился. Хоть какой-то шанс. По крайней мере, если кто-то из лордов кинет его в камин, войны точно не избежать.

— У меня больше нет солдат, нет достаточного количества запасов. Кого мне снаряжать? Крестьян? — Грегори не собирался отступать, его провинция пострадала больше любой другой. — Не посчитайте грубостью, но Ашдаун не сможет помочь Камелоту, если война продолжится.

— Измена! — встрял Романкоин. Вчера Грегори отказал ему, теперь он его утопит. Его же руками. Маргарет подняла взгляд, услышав громкий возглас. И почему этот человек такой громогласный? Второй-то явно дело говорит.

— Я отдам свою жизнь, — напоследок добавил лорд Ашдауна, — но не моих людей.

После чего он учтиво поклонился, выпрямился и под тяжёлый взгляд короля вышел из зала. Он знал, его могут в любой момент арестовать. Но в данном случае риск оправдан. Война с Баярдом непосильна, всё остальное просто оттягивает неизбежное. Какая разница кто лишит его головы, Утер или солдат Баярда? Дальше стало только интереснее. Вслед за Грегори вступили Вайтейдж, Чиппенхем и Уоллингфорд. Все три лорда учтиво заверили, они отдадут свои жизни, но не смогут помочь иначе. Лорд Селси и лорд Сморхэм начали корить их за малодушие, называя трусами, а сбежавшего Грегори шутом. Совет поделился на две части, достопочтенные мужи кричали не хуже зазывал. А у Утера в голове разжигалось пламя, он не может простить Баярду привезённую ведьму, да ещё именно эту! Не может проигнорировать пограничных лордов, без них враг будет у ворот чуть ли не сразу. В какой-то момент он оборачивается, чтобы узнать мнение сына, но Артур только молча качает головой и отступает в сторону. Оставляет отца самого принимать решение.

Принца больше интересуют гости, он пытается их успокоить и отправить по комнатам. Лордов никто не трогает, но вот их жён и сыновей, мешающихся под ногами, да. Артур просит Моргану увести Алису и Маргарет из зала. Подопечная короля послушно следует его указаниям, она приобняла Алису за плечи и повела к выходу, надеясь, что Маргарет пойдёт за ней сама. Прижав к себе руки, дабы не выронить документ, Маргарет спросила, можно ли ей остаться. Артур пожал плечами.

— Это надолго, вы не сможете помочь.

— Смогу, — Маргарет вспомнила выдуманную ими легенду. — Я видела, как целое королевство погибло в огне, не хочу, чтобы всё повторилось.

— Решения короля не обсуждаются, — ожидаемо отвечает Артур, подталкивая её к большим дверям.

— Моргана сказала, война разорила казну, новую вы не потянете. Романкоин просто выслуживается. — Она схватила принца за руку, пока он не вывел её за двери и перешла на шепот: — Артур, вмешайтесь, вас послушают. Спасите королевство, ведь однажды оно станет вашим.

— Я сделаю всё, что смогу, — пообещал принц, без особого энтузиазма, и она отпустила его.

Маргарет медленно попятилась, а потом, отвернувшись, ушла. У неё колотилось сердце, она радовалась, что рядом нет ни Алисы, ни Морганы. Поднявшись на второй этаж, она остановилась у окна. Возможно прохладный воздух сможет ей помочь. Не понимая как, она доходит до тёмного угла в самом конце, там закрытое ставнями окно и последняя дверь. Ей кажется, что всё испорчено, что надо было промолчать, подумаешь, пострадал бы какой-то слуга. А теперь целая война из-за неё. В глазах всё начинает расплываться, становится трудно дышать. Она дважды громко всхлипывает, прижимаясь спиной к холодному камню.

Лорд Грегори самолично паковал сундуки, утром он вернётся в «Розу и Корону» забрать то, что оставил там на хранение. Нужно дождаться, пока придёт Квинт, начальник его стражи. Придётся отправиться вперёд без багажа. Телеги пусть тащат слуги, а ему нужно как можно быстрее вернуться. Он пока не знает, что именно будет делать, но что-то будет точно. В рекордные сроки нужно навести порядок, может и правда снарядить крестьян, выставить охрану на границе. Утеру он не может не повиноваться, но дать войскам Баярда вновь пройтись по его деревням с факелами — нет. Грегори захлопнул крышку сундука и до него донёсся чей-то плачь. Он замер, похоже на женский или детский. Первое, что пришло ему на ум, какая-то служанка услышала грубый упрёк от хозяйки и теперь тихо сетует на жизнь. Но, а если не прислуга? А что если детский? Лорд Грегори подходит к двери и берётся за ручку. Всё тут же стихает.

Услышав шорохи, Маргарет закрыла рот ладошкой и задержала дыхание. Она испугалась, кто-то мог её услышать. В коридоре снова послышались шаги, она подняла голову и узнала того мужчину, стоявшего у лестнице в таверне. Того, в странных латах, с которым говорил человек, уступивший им столик. Её прошиб жар. Она смотрела на него через заплаканные глаза; усатый вояка, явно выше неё ростом остановился и нахмурился. Маргарет спешно приложила палец к губам. Мужчина отвёл взгляд в сторону и, открыв дверь, вошел в комнату. Маргарет слышала, как грубый голос произносит:

— Там девушка, милорд, в слезах.

— Девушка? — переспрашивает второй голос, уже более мягкий.

Ей нужно срочно спрятаться. Маргарет выбежала из тёмного угла и направилась вперёд по коридору. Ей бы на лестницу, в свою комнату, но уже поздно. Она увидела небольшую нишу между дверей и запрыгнулат туда, прижимаясь к стене и снова задерживая дыхание. Грегори не стал ждать, пока Квинт ему ответит, он вышел, заметив в полумраке женский силуэт, который сворачивает и прячется. Нет, это точно не прислуга. Что здесь вообще происходит? Он сделал несколько шагов и вдруг услышал за спиной голос Романкоина.

— Опять сбегаете, лорд Грегори? — с тяжёлым придыханием произносит Роберт. Подъёмы по лестницам при его возрасте и его телосложении даются трудно.

— Чего вам? — оборачиваясь, недовольно фыркнул он.

Маргарет немного выглянула. Тот, кого назвали лордом Грегори, стоит к ней спиной, но вот Романкоина в сопровождении двух стражников она видит прекрасно. Свет падает только с лестницы и ещё немного лунного свечения из окна. Фигуры нечёткие, ещё проступающие слёзы не дают рассмотреть их.

— Кто-то забрал договор. Король требует обыскать все комнаты и вернуть его. Видите ли, Его Величество считает, что документ украли лорды Баярда. Дабы потом обвинить Камелот в нарушении условий договора.

— И при чём тут я?

— Вы не расслышали? — Романкоин растекается в улыбке. — Обыскать все комнаты.

У Грегори вырывается смешок, болезненный, похожий на кашель. Он протянул руку, пропуская собеседника вперёд. Деваться-то всё равно некуда.

— Прошу. Можете все сундуки перевернуть.

Маргарет отворачивается и медленно опускается на пол. Она смахивает слёзы, плакать больше не хочется. Через ткань платья она чувствует свёрток. Туз в рукаве, в прямом смысле. Нужно только понять, как разыграть его. Утеру всё же нужен этот документ. Может он уже передумал воевать. Она обернулась, коридор пуст. Пусть обыщут все комнаты, она не спрячет его, будет носить с собой пока может. Касаться женщин они точно не посмеют. Пусть доложат королю, что ничего не нашли, а потом она уже придумает, что с этим делать. Она встала и побежала к лестнице, наверх, а там в комнату. Романкоин, сам того не зная, дал ей то, что было необходимо, задачу которую можно решить.

Алиса выскочила навстречу Маргарет, стоило той показаться на лестнице. Оказывается, Моргана привела её и куда-то ушла. В одиночестве Алиса уже было начала накручивать себе всякого. И теперь её колотил тот же озноб, что и вчера. Маргарет ухватила подругу за руку, завела обратно в комнату и заперла за ними дверь на засов. Как прекрасно, что здесь он имеется. Почему они не пользовались им раньше? Отойдя от двери, Маргарет начала ходить по комнате, мысленно считая шаги и сквозь ткань касаясь свёрнутого документа.

— Что там произошло? Ты что-то узнала? — торопливо спросила Алиса, пересаживаясь с одного края кровати на другой, словно ища место удобнее.

— Узнала? — не оборачиваясь и всё ещё прибывая в раздумьях, повторила Маргарет. Она хрустнула пальцами и сцепила ладони в замок. — Узнала… Человека, который уступил нам столик, зовут лорд Грегори, — она не поняла, почему первое упомянула именно это. — Король обыскивает комнаты, все, потеряли мирный договор.

— Все? — Алиса покосилась на сундук. — Нужно вещи перепрятать.

— Да, да. — Маргарет остановилась. — Он, кстати, у меня.

Она вынула из рукава свёрток и показала Алисе. Та с ужасом посмотрела на него. Но не нашлась, что ответить, и снова вернулась к попыткам перепрятать мешок. Если они вместо договора найдут мобильник, будет хуже. Алиса сначала хотела спрятать вещи за кроватью, но вдруг под её ногой скрипнула половица. Она дёрнула её на себя, ничего не вышло. Тогда девушка подошла к камину, разгребла остывшую золу, хорошо, что они забыли подбросить дров. Закопав мешочек в золе, она торопливо отряхнула руки. В дверь тактично постучали. Маргарет снова спрятала свёрток, она протёрла щёки от уже высохших слёз, осторожно кашлянула и громко ответила:

— Одну секунду! — Она посмотрела на Алису, которая уже разобралась с мешком и тоже, усевшись на край кровати, была готова принять гостей. Испачканные ладони она спрятала в складках платья.

Стоило открыть дверь, как в комнату вошли двое стражей, такие же как те, внизу. Только теперь они пришли с Артуром. Он занимается обысками? Видимо здесь это обязанность принца. Мебели было немного, так что первым делом стража открыла сундук, который оказался пустым, если не считать двух льняных рубашек, купленных ещё в Элдоре. Дальше они заглянули под кровать.

— Я не знала, что мы попадём под подозрение, — произнесла Маргарет, наблюдала, как стража трясёт подушки и простыни.

— Дело не в вас, кто-то мог войти, — сейчас принц был не многословен, Маргарет поняла, что у него не вышло убедить короля передумать.

Обыск не продлился долго. Стража доложила, что ничего найдено не было и все быстро покинули помещение. Алиса выдохнула, на этот раз сама запирая за ними дверь. Маргарет достала свёрток, развернула его. Она могла разобрать не все слова, многое имело другое значение, а некоторые фразы вовсе на латыни. Ладно, пусть будет. Пусть они ищут его, Маргарет выждет время. Пока перевернут весь замок, пока доложат королю, что ничего не нашли, пусть доложат, что лорды Баярда ничего не крали. Она выдохнула, снова, посетовав на то, что документ по факту старше самой Маргарет на несколько веков и сжала его верхний край. Алиса ахнула, прикрыв рот ладошкой. Смятый угол Маргарет легонько разгладила, чтобы заломы были видны, а потом снова начала его скручивать. Но уже не в трубочку, а заламывая края, при этом неровно и торопливо. Когда бумага была сложена, она обернулась к подоконнику. Ветер сутками приносит туда уличную пыль. Собрав немного, Маргарет высыпала её на мятый угол.

— Да что ты творишь? — Не выдержала Алиса. — Нас повесят за такое.

— Не повесят. — Маргарет поднесла документ к свече, рассматривая на свету итог своего хулиганства. — Скажу, что нашла его.

— Никто тебе не поверит!

— Либо так, либо вместо кольца разрушенный замок и ужасы средневековой войны. Выбирай.

— А есть вариант, где нашим жизням ничего не угрожает?

— Наверняка, — Маргарет пожала плечами, снова пряча документ в рукав. — он я его не рассматривала.

С этими словами она вышла из комнаты. Разумеется, если бы был вариант, в котором можно было просто на ровном месте влезть в сокровищницу, найти кольцо и уйти, она бы вцепилась в него как кошка в птицу. Но её тянуло вмешаться в события, выиграть время. Вот бы Алиса внезапно научилась говорить с местными, стало бы совсем здорово. Тогда она могла бы тоже налаживать какие-нибудь полезные знакомства, чтобы найти их заветный билет. Осторожно оглядываясь, Маргарет, почти на цыпочках спустилась на второй этаж. Она вспомнила про лорда Грегори, который чуть было не увидел её плачущую. Не наткнуться бы на него снова. По крайней мере, припомнила Маргарет, спускаясь ниже, он выступил против войны. Интересно, зачем война сдалась толстячку? Оказавшись на первом этаже, Маргарет прошла мимо дверей тронного зала, откуда доносился голос Утера. Она направлялась вперёд и, найдя удобный подоконник, села на него. Нужно дождаться, пока обыск закончится.

В стекле, собранном из мелких ромбов и прикреплённым к чёрным разделкам, отражалась луна. Почти полная, с размытым краем. Боятся ли тут полнолуния? Маргарет прислонила голову к стеклу. Верят ли тут в оборотней? Грифонов? Единорогов? Или их тоже сжигают, как колдунов. Она бы с удовольствием посмотрела, как Утер приказывает поймать и сжечь вампира. Хотя вампиры — это уже нечисть, а не магия. Но, вероятно, Утер не увидит разницы. А чем, интересно, провинились фокусники? Нет, в магию она не верит. Луна прекрасна, но рассматривать её становилось скучновато. Она зевнула, прикрыв рот рукавом, и закрыла глаза. Только сейчас полностью успокоившись, уставшая от беготни и слёз, она почувствовала неуловимый покой. Засыпать на холодном каменном подоконнике она не собиралась. Маргарет заметила, как колотится её сердце, как у кролика, не нужно ей бояться. Назад не свернёшь.

— Чёртовы идиоты!

Маргарет вздрогнула и открыла глаза. Возглас лорда Романкоина пронёсся по коридору эхом. Вокруг не было ни слуг, ни придворных.

— Куда можно было деть эту бумагу? — Он спустился с последней ступени и остановился, дабы отдышаться. — Эти изменники, видать, сожгли его. Придётся так и сказать королю.

— М-м-милорд, так теперь в-войны не избежать. — Следом за ним спустился ещё один человек. Мужчина моложе, намного моложе, точно до тридцати лет. Маргарет постаралась рассмотреть его, вроде Моргана сказала, что это ученик Романкоина. Или как это называется? Помощник?

— Её и так не избежать. Я не допущу мира. — Романкоин взглянул на подопечного, и они вместе, нога в ногу, направились к дверям тронного зала. — Вот только без документа Утер ни одного солдата с места не сдвинет.

— Так д-договора и нет. — Второй улыбнулся и тут же спрятал улыбку. У дверей стояла стража, которая открыла им двери и пропустила вперёд. Маргарет поняла, что не помнит, возвращался ли Артур. Наверное, всё же не стоило закрывать глаза. Она выждала ещё несколько минут, спустилась на пол и выдохнула. Стало страшно, захотелось убежать, но вместо этого девушка выпрямилась и набрала побольше воздуха.

***

— Не верю, — ответил Утер, выслушав предположение Романкоина. Он устал слушать про неудачные поиски. — Им не выгодно его уничтожать.

— Мы смотрим с одной стороны, — продолжал лорд, — откуда нам знать весь план целиком?

— Война им точно не нужна, — как бы тихо, себе под нос, но так чтобы король услышал, добавил Артур. Теперь он видел всю абсурдность происходящего. Они бросают последние силы, обрекая королевство, возможно, на голод и разруху, чтобы что? Отомстить за неудачную попытку отравления, которая даже толком не доказана. Как предполагаемый пострадавший, Артур был готов всё забыть.

Двери зала открылись снова. Маргарет немного стеснительно переступила порог и молча пошла к столу, с которого уже убрали все тарелки и разложили карты. Она шла, слушая свои тихие шаги, надеясь не сказать лишнего. Готовая всё отрицать. Мысленно она решила, что если Утер её и выставит, в чём-то обвинив, то она уйдёт одна. Оставив в замке Алису. Хотя бы у одной должен быть шанс найти кольцо. Король стоял в окружении четырёх человек, помимо Романкоина с подопечным и Артура тут ещё присутствовал стряпчий. Тот же, что и в приёмный день. Маргарет взглянула на него, мужчину не старше годов тридцати, и быстро перевела взгляд на короля.

— Простите, Ваше Величество, я не отниму много времени.

— Кто пустил сюда женщину? — фыркнул Романкоин, припомнив, как она протестовала во время ареста Баярда. — Тем более… — Он запнулся. — Я даже не знаю, кто вы.

— Зато я знаю вас, Ваша Светлость, лорд Романкоин, — спокойно произнесла Маргарет, ей хотелось, чтобы он замолчал. Она немедля извлекла из рукава помятый документ.

Маргарет заметила, как меняются лица присутствующих. Особенно красноречиво было лицо подопечного Романкоина, он не просто был удивлён, скорее шокирован. Сам Романкоин только ещё больше нахмурился, король, судя по всему, пытался понять, как столь ценная вещь оказалась в руках, можно сказать, постороннего человека. Реакция стряпчего порадовала Маргарет больше всего, он просто внёс случившееся в записи. Артур закатил глаза и отвернулся. Неужели догадался? Она понадеялась, что нет.

— Нашла на втором этаже, восточное крыло, окно у лестнице. Кто-то спрятал его между стеклом и ставнями, — пояснила девушка и протянула документ королю со всей положенной сдержанностью. — Мне показалось правильным отдать его вам.

Утер взял свёрток, развернул, убедившись, что это именно то, что все искали. Возможно, захотел убедиться в подлинности. Он опустил взгляд ниже, нет, никто не затёр подписи, не вычеркнул пункты. Его просто смяли, вероятно, когда прятали.

— Ашдаун, — спохватился Романкоин, театрально сжимая кулаки. — Это окно рядом с его покоями. Ваше Величество, это моя вина, я проверял только комнаты.

Король его, кажется, не слышал, даже не отвлёкся от документа. Маргарет мысленно хлопнула себя по лбу. Надо было выбрать любое другое окно. Приелся этот седой к Следопыту, как назвала его Алиса. Это уже возмутительно.

— Лорд Грегори ушел раньше, чем пропал документ, — скрыв внезапное раздражение, выдала Маргарет. — А теперь уйти лучше мне.

— Подождите. — Король поднял руку, останавливая её. Маргарет надеялась, что он так поступит. Потом отдал документ стряпчему и, опираясь руками на стол, спросил: — Почему вы сказали, что Баярд не знал о ведьме?

— Потому что вы знали эту женщину. И, если правда знали, то понимаете, ни один король не заставит её работать на себя. Он может только попасть под её влияние, дабы она получила желаемое.

Все молча смотрели на короля, ждали его реакции. А король не сводил глаз с Маргарет. Она снова стояла прямо, сцепив пальцы рук в замок и с почти незаметной угодливой полуулыбкой. Теперь король снова поднял руку, выпроваживая всех из зала, даже не взглянув в их сторону. Выяснять, что ещё знает гостья, он будет без свидетелей. Дольше всех задержался Артур, он явно был недоволен происходящим. И вновь решил дождаться Маргарет снаружи. А потому, выйдя, остался у дверей. Присутствие множества слуг, снующих по коридору и прочих гостей, не позволило ему подслушивать, но время у него ещё будет.

— Кто рассказал вам? — Мысленно Утер уже начал думать на Гаюса, никто другой просто не знал, но всё же хотел услышать.

— О том, что та девушка — ведьма? Никто, я видела, как она наводила порядок в покоях, метла двигалась…

— Не это. — Король терял терпение. — Кто сказал что я её знаю?

— О, вы сами, Ваше Величество, — губы Маргарет вновь растянулись в отстранённой улыбке. — Гнев и удивление в ваших глазах, стоило вам посмотреть в её сторону. И ведь вы ещё не знали про отравленный кубок.

Король выдохнул и на мгновение опустил взгляд. Насколько глазастая эта девчонка из Цинтры? Может и правда много лет жила при дворе, обучилась. Время от времени, думая об их истории, он всё ещё сомневался. Правда доля истины в этом была. Войну Камелот не потянет, нужно выждать хотя бы месяца три-четыре. Уязвлённая гордость требовала сатисфакции, любой. Может ему стукнуть кулаком по столу? Посмотреть, как она испугается. Вздрогнет. Вскрикнет. Нет, эта девчонка выскочила перед вооружённым стражем, громкий звук её не напугает. Он снова поднял взгляд на Маргарет.

— Хорошо. — Он выпрямился, придавая себе более царственный вид. — Не знаю, чем вас так очаровал Баярд, но… — король сделал мелкую паузу, глядя на реакцию девушки, которая даже бровью не повела при таком внезапном намёке. Мысленно она ответила: «Плащом, разумеется. Как такая вещь может не нравиться». Но промолчала.

— Но, мы должны убедиться, — продолжал Утер, медленно обходя стол. Он напомнил ей зверя, который вот-вот прыгнет чтобы вцепиться когтями. Но через мгновение Маргарет вспомнила, что точно так же ведут себя кошки и чуть не улыбнулась от этих мыслей. — Раз уж лорд Баярд так лоялен к вам, идите и поговорите. Спросите про армию, про отравленный кубок, про ведьму. Вам он расскажет, вы же первая взялись оспаривать арест. Но, если он признается, — снова короткая пауза, — соседняя камера станет вашей.

— Какие ещё вопросы я должна буду ему задать? — холодно, как не каждая женщина сможет, поинтересовалась Маргарет. Она убрала руки за спину, приготовившись внимательно слушать. Король отметил, с какой готовностью она согласилась, хоть вида и не подал.

— Только то, что я сказал.

— Да, Ваше Величество. И последнее, для большего успеха, пусть принесут яблоко.

***

Все ждали у дверей, никто не решился отойти от тронного зала. Романкоин беспокойно тёр большим пальцем рукоять меча, словно за дверью враг и вот-вот потребуется пустить оружие в ход. Его подопечный, сын бывшего лорда Шеппи, устроившись на подоконнике, рассматривал звёзды в ночном небе. Изредка поглядывая на наставника, он ждал возможности скорее вернуться к себе домой. Благо, Роберт обещал отпустить его сразу после банкета. Артур, будучи ближе всех к двери, медленно шагал из стороны в сторону, закутавшись в красный плащ. Он время от времени делал шаг к двери, прислушивался и отходил снова. Принц думал, как договор оказался у Маргарет. Он обыскивал их комнату. Неужели она соврала, не отдала ему бумагу сразу? А может быть она сама и забрала? В версию Романкоина Артур не верил, Грегори не настолько дальновидный.

— Эгрейн, подойди. — Артур махнул рукой стряпчему. Мужчина отстранился от стены, подошел к принцу и тактично поклонился. Все тут же встрепенулись.

— Да, Ваше Высочество.

— Ты записывал то, что происходило на пиру? Ты должен был.

— Да, — Эгрейн кивнул головой и его светлые волосы сверкнули приятным медовым оттенком, пока он рылся в огромной стопке бумаг. Романкоин с интересом подошел ближе, ожидая, что такого может понадобиться принцу в записях. Пока шли поиски, стража снова распахнула двери. Король по виду очень торопился, а Маргарет, отстранённая, следовала за ним. Забыв про стряпчего, Артур бросился к двери. Ему не терпелось задать девушке назревшие вопросы. Развеять подозрения или наоборот, укрепить их.

— Леди Маргарет, нам надо поговорить.

Она остановилась, видимо по привычке. Значит, точно догадался. На её лице мелькнула тень сомнения, придётся всё отрицать. Услышав слова сына, король развернулся, раздражённо бросив:

— Сейчас нет времени для вашего флирта! — Схватив Маргарет за запястье, он потянул её за собой. — Найдите Якова, пусть принесёт яблок тюремщику.

Артур растерянно замер. Каких ещё яблок? Романкоин обернулся, кивнув своему подопечному. Тот подумал, что поиски слуги куда интереснее сидения на подоконнике. От общества Роберта он уже устал. Эгрейн, в лучших традициях своей профессии, попытался записать увиденное. Он быстро нашел чистый лист, но Артур, заметив его, отобрал у стряпчего перо. Запретив Эгрейну что либо записывать, принц направился вслед за отцом. Раньше бы он этого не сделал. Остался бы ждать. Но сейчас ему казалось что он должен спасти отца от влияния Маргарет, под которое они все попали ещё вчера вечером.

«Боятся ли тут полнолуния?»

Между тёмными зашарпанными валунами бежали тонкие струйки воды. Наклонный, неровный пол сгонял их в самый конец коридора, где в углу уже образовалась небольшая лужица. Рядом с ней сидели две мыши, которых Маргарет отчётливо видела, а они видели её. Но не убегали. Даже когда тюремщик спустился вниз, провожая её и Утера в подвалы замка, зверюшки не сдвинулись с места. Вероятно уже многое здесь повидали. Представив сколько здесь может быть пауков, Маргарет поёжилась. В полумраке этих мест их роится видимо не мало. И если крыс она не боялась, то всех прочих… Что со светом? Стоило за ними закрыться двери, как коридор окутал почти непроглядный мрак. Свеча в руках тюремщика стала путеводным огоньком. Хорошо что тут темно, король не видит как её лицо искажается страхом и отвращением. Камни под ногами скользкие, и Маргарет представила, что это не от постоянной ходьбы, а от того, что пол пропитан кровью. А вот определять, чем именно тут пахло, девушке не хотелось вовсе.

Интересно, тут есть пыточные? Наверняка есть. Хорошо, что сейчас никого не пытают, слышать крики в темноте она не захотела бы вовсе. Да и камеры рядом видимо пустые. Дальше виднеется поворот и свет, от этого становилось немного легче. Снова дверь на замке, из металлических прутьев и там уже есть какие-то голоса. Пока тюремщик открывал дверь, Маргарет посмотрела вниз, подол её зелёного платья немного мокрый и довольно пыльный, но крови нет, она тихо выдохнула. Выпрямившись, ей захотелось обернуться, но она побоялась встречаться взглядом с королём. Его присутствия за спиной и так было достаточно. Тюремщик шагнул вперёд первый, на него тут же полились вопли заключенных. Утер остановил Маргарет, когда та собиралась сделать шаг. Он молча указал на шестую камеру слева, которая отсюда казалась пустой. После чего напомнил, что как только успокоят остальных, он будет слышать каждое слово. И подтолкнул её вперёд.

От вида местных заключённых становилось страшно. Тут были взрослые, старики, возможно и дети. В основном мужчины, по крайней мере, слышала Маргарет только мужские голоса. Тюремщик дождался, пока она выйдет на свет и повёл дальше. Утер остался сзади, в тени, его не видели. Местные преступники в выражениях не стеснялись. Покрывая тюремщика отборными непереводимыми ругательствами и предлагая внезапно появившийся девушке все возможные виды сексуальных извращений. Половину слов Маргарет, к своему счастью, не понимала. Они мешали английский с латынью, с непонятными нормандскими наречиями, со звуками животных. А то и вовсе несли отборную чушь, больше похожую на горячечный бред больного. Маргарет затошнило, словно она хлебнула воды из болота. Сжав в руках выданное яблоко, ей захотелось в кого-то его бросить. Когда до нужной камеры осталось пара шагов, тюремщик, мужчина среднего роста, с сутулой спиной обернулся. Он начал затыкать заключённых, стуча кулаком по железной решетке, угрожая всем плетью и виселицей.

Через пару мгновений все и правда затихли. Тюремщик остановился между пятой и шестой камерой, следя, чтобы никто больше не открыл рта. Маргарет немного приподняла подол и прошла дальше. Ей казалось, что она чувствует на себе взгляд короля, и ей вновь не захотелось оборачиваться. Баярд на фоне всех остальных казался максимально спокойным и адекватным. Он смотрел на неё с какой-то легкой, насмешливой улыбкой, облокачиваясь на стену. Маргарет тоже постаралась улыбнуться.

— Так и подумал, что это вы, — он кивнул ей в качестве приветствия. Голос и правда звучал громко, как тихо не пытайся говорить. — Как только раздались крики этих умалишённых. В любом случае, вы зря рискуете.

— Значит, вы разделяете их мнение, раз подумали про меня? — Маргарет не хотела начинать серьёзный разговор сразу.

— Ни в коем случае. — Баярд выпрямился, сделав шаг ближе к решетке. Было бы неправильно с его стороны оскорблять девушку неправильными формулировками. — Вы производите более приятное впечатление.

— Я принесла вам яблоко. — Она просунула руку сквозь широкую решётку и попыталась улыбнуться. — Мне показалось, я могла бы как-то вам помочь.

— Нет, не сможете. — Он покрутил фрукт в руках и перевёл взгляд на маленькое окошко под самым потолком, там тоже были железные прутья, а виднелось разве что тёмное небо. — Моя армия будет тут где-то через неделю. Возможно две.

— Неделю? — переспросила Маргарет. Она обернулась, обеспокоенно посмотрев в тёмный дверной проём и снова отвела взгляд. — Так долго?

— Долго. — Баярд поднял правую бровь и снова усмехнулся. — Вы знаете, сколько нужно времени, чтобы собрать приличную армию? Я бы сказал, что это ужасная спешка. Собрать отпущенных по домам солдат, поднять на ноги раненых, кто ещё может принести пользу. Перейти Ашдаун. И это основная задержка, Ашдаун нельзя пройти за день.

Быстро сменив тему, Баярд посоветовал Маргарет не забивать голову военными тонкостями. Ведь женщинам это не нужно. Ей захотелось сказать, что она слышала лордов, рассказать, что Ашдаун не защищён, там нет ни армии, ни даже самого хозяина земель. Но потом вспомнила коридор, придирки Романкоина и передумала. Она не будет топить лорда Грегори, кем бы он не был, в глазах Утера ещё сильнее. Тюремщик вполглаза следил за заключёнными, вполглаза за Маргарет. Когда она притронулась к замку, того передёрнуло. Он не любил, когда посторонние трогают замки и двери. Поэтому тоже пододвинулся ближе.

— Вы когда-нибудь были в Мерсии, леди Маргарет? — Голос Баярда изменился, стал более спокойным, немного мечтательным. Она отрицательно покачала головой, и он продолжил, снова переведя взгляд на окошко: — Если ехать к замку ранним утром, ещё до рассвета, холмы кажутся почти чёрными, а извилистая дорога пугает всех кто попадает туда впервые. Кажется, в предрассветных сумерках, легко с неё сбиться и свалиться в овраг. На самом деле, безопаснее этой дороги нет во всём королевстве. И если дождаться рассвета, то можно увидеть как рождается солнце, подобно фениксу, поднимаясь между холмами. А на закате, если подняться на восточную смотровую башню, будет видно как небо окрашивается багряно-фиолетовой дымкой. В Мерсии никогда не было магов, нам хватало чудес природы.

Да, ей рассказывали, что Баярд любит говорить много и долго. Но не рассказывали то, как он говорит. Маргарет понимала, что никогда не попадёт в Мерсию, но представить волшебные пейзажи, за которые режиссёры бы душу продали, она могла. Ещё раз, он точно средневековый король? Может быть Алиса права?

Заметив, с каким интересом его слушают, Баярду захотелось сделать что-то ещё, совершенно странное, терять-то было уже нечего.

— Когда придут войска и я выйду отсюда, заберу вас с собой. Покажу вам и солнце, и холмы и вид с восточной башни. Поедете, леди Маргарет? Мы и вашу стеснительную подругу заберём. Выдам её замуж за лорда, с которым она танцевала. Он как раз в прошлом году овдовел.

Маргарет засмеялась. Сказать бы сейчас Алисе, что её сватают лорду-средневековому-Болейну, она бы взорвалась от возмущения. Представив, как красноречиво подруга могла бы послать Баярда, девушка покачала головой. На её лице всё ещё оставалась улыбка. Её собеседник ждал ответа, наблюдая за тем, как меняются эмоции на её лице. Ждал, что она согласится. Но, когда та покачала головой, вдруг задумался, кто вообще пустил её сюда. Не каждый желающий может попасть к заключённым.

— Соглашайтесь, — тем же мягким тоном настаивал Баярд, — в этом замке Утер не даст вам спокойной жизни. Гости вы или нет, вас это не спасёт от королевского гнева. Сегодня я убедился, что эмоциями Утер вовсе не управляет, ему нужна война, а не дипломатия. Другого он не понимает.

— Не правда. — С её лица исчезла улыбка, по затылку пробежал холодок, как от сквозняка. Кажется, она стала серьёзнее. — Его Величество больше многих желает мира. Можете мне поверить.

Баярд рассмеялся.

— И он прислал вас. Умно!

Маргарет обернулась, проверяя, пусто ли за спиной. В тёмный дверной проём она не смотрела. Страх снова начал возвращаться. Если Баярд скажет хоть слово о ведьме, сама Маргарет займёт место где-то среди этих бродяг и воров. Нет, она такой судьбы не хочет. Нужно срочно отвести тему в сторону, подумала было девушка, но не успела. Баярд взялся одной рукой за решетку и так же спокойно спросил:

— Так что вы ему скажете?

— Правду, — ответила она, уведя руки за спину. Она сжала пальцы, чтобы они хрустнули, её это успокаивало. — Войско у вас не готово, про ведьму вы не знали, в Мерсии никогда не было колдунов. И всё случившееся вы готовы забыть, потому что хотите мира.

Она дождалась одобрительного кивка. Это было, в принципе, достаточно. Продолжать Маргарет не хотела. Место вызывало у неё едкое отвращение, словно организм начинал вырабатывать кислоту и травить сам себя. Да и если Баярд вновь скажет что-то двусмысленное, Утер может ему не поверить. Она отстранилась от решетки, учтиво кивнула, как делала со всеми.

— Так вы согласны взглянуть на рассвет? — в последний момент, поинтересовался Баярд.

— Не могу, Алисе здесь нравится.

Утер, всё это время слушая разговор, уловил последнюю фразу отдельно. Алисе здесь нравится, ещё бы. Маргарет спешно прощалась, пообещав, если будет возможность, написать Баярду. Зачем? Она и сама не поняла. Хотелось как-то закончить разговор и вернуться. Назад она шла быстро, хмурясь, не глядя по сторонам. Тюремщик следовал за ней, грозно поглядывая на заключённых, которые теперь вели себя тише. Дверь со скрежетом закрылась, и он начал подбирать к замку нужный ключ. Оказавшись в полумраке, она остановилась напротив короля. Таким же хмурым, как сама Маргарет.

— Вы услышали всё, что хотели? — когда тюремщик снова ввёл их в тёмный коридор, Маргарет решилась спросить. Король хмыкнул.

— Почему именно яблоко? — Король решил не отвечать на её вопрос, тем более, эта процедура была сугубо экспериментальная. Совпадут ли слова Баярда с заверениями его лордов. Пока что совпали.

— Нужно было расположить его к разговору. — Маргарет нервно потёрла руки, вспоминала свой письменный стол, толстую книгу с красными буквами на обложке и розой. Она вспомнила цитаты оттуда, фразу персонажа. — Говорят, цель любого соглашения — само соглашение. Не важно, какие условия, важна добрая воля. Яблоко было доброй волей.

— Могли бы просто сказать это Баярду, — король усмехнулся. Откуда-то со стороны послышался странный звук, и Маргарет поёжилась. — Не вздрагивайте, — продолжил Утер, когда они подходили к выходу, — эти подвалы ещё не самые страшные.

Узнав, что король повел гостью в подвалы, к заключённым, Артур всё равно пошел за ними. Правда остался ждать у выхода, какое-то странное стеснение не дало ему вмешаться в процесс. Может быть король решил сам припугнуть Маргарет? Может он уже всё понял? Артур пытался выяснить причину у стражи, которая следовала за королём, ещё до прихода принца. Но солдаты только кивали, у них приказ, стража всегда молчалива. Говорят, на востоке стражникам отрезают языки, чтобы не разболтали о делах хозяев. Артур знал, никто не стал бы прятать договор между стеклом и ставнями. Это опасно, он мог упасть, ставни мог распахнуть поток ветра. Хотя, может и стал бы. Артур не сомневался в верности своего решения, Маргарет забрала договор, ещё до того, как он вытолкал её из зала. Но зачем? И ответ на этот вопрос тоже пришел в его светлую голову.

Когда Маргарет вышла, понурая, глаза потемневшие, расстроенные, он не решился задавать вопросы. Она выглядела так, словно её саму продержали в подвалах несколько суток. Маргарет подняла на принца пустой взгляд, кивнула ему и ушла. Что она могла бы ему сказать? Ничего вразумительного. Король появился следом, подошел к сыну, сообщил, что Баярда отпустят через несколько минут. Нужно выждать время, чтобы не выдать своего присутствия. Он лично проводит его в замок. Дело замято, никто ничего никогда не вспомнит. Тогда Артур спросил, какова роль Маргарет в случившемся. «Она выдала ведьму и вернула договор», — про темницу ни слова. Артур остановился на мысли, что это было поучительной прогулкой. Король повернулся в сторону, куда ушла Маргарет и добавил:

— Возможно, я всё же её напугал. — Он сомневался, насколько глубокое впечатление на неё произвели камеры с заключенными. — Может мне как-то отблагодарить их за помощь? Сделать подарок. И её подруге тоже. Она сказала, леди Алисе тут понравилось. Ты видел, как она танцевала?

Артур кивнул. Ему не нравилось то, что происходит, не нравилось присутствие этих женщин. Сейчас он бы с Мерлином согласился. Вчера Маргарет произвела на него впечатление приятной особы, но теперь нет, он чувствовал себя обманутым, причём несколько раз.

— Можете попробовать подарить ей учителя, — не без колкости предложил Артур, — а то она не поймёт твоих восторженных отзывов.

Король посмотрел на него с неким осуждением, в то же время понимая его неприязнь. Он бы тоже злился, что какие-то женщины без роду и племени, без титула за спиной или хоть какого-то знатного имени, крутятся рядом с троном. На второй день пребывания в замке. Ещё раз, почему он сам не пытается от них избавиться? Наверное, потому что они выдали ведьму.

***

Время подходило к полуночи, в замке уже почти все спали. Копошились разве что на гостевом этаже, лорды теперь останутся в замке, как и предполагалось. Вроде даже лорда Грегори простили за его высказывания. За окнами раздавался собачий вой, доносившийся со дворов ближайших домов. Постепенно всё больше окон темнели, замок превращался в пугающую тёмную гору. Гаюс зажёг новую свечу, поставил её на стол. Чего-чего, а свеч у лекаря было много. Так даже королевские покои не освящались, как его мастерская. Спокойным этот вечер в принципе назвать было сложно, так ещё и Алиса, пытаясь найти подругу, пришла сюда. Она громко пожаловалась, что Маргарет нигде нет. Несмотря на свою неприязнь к гостям, Мерлин, которого отпустили ещё в начале обыска, принялся сам успокаивать девушку. Во-первых, они быстро научились разъясняться короткими словами, жестами и общими фразами. Во-вторых, чуть позже туда же пришла и Маргарет.

Оказалось, ей тоже нужно было снотворное. Увидев Мерлина, она извинилась, признав, что обычно не так криклива. И вообще, ей нужно было произвести впечатление склочной требовательной женщины, чтобы Нимуэ вышла в зал. Гаюс, конечно, пояснил подопечному что к чему и кем была прекрасная незнакомка, но осадочек остался. Парень просто принял извинения, иного выбора у него всё равно не было и вернулся к Алисе, дальше рассказывать про пыльные книги. По сравнению со своей подругой та была намного открытее и вызывала симпатию. Маргарет же осталась под чутким вниманием лекаря. Сначала он предложил ей ту же баночку, что и Алисе, но потом, передумав, забрал. Он спросил, когда та последний раз ела. Узнав, что этим вечером, он кивнул и поинтересовался, что она пила. Услышал ответ: «Эль». И вот теперь Гаюс тем же тоном спросил, как давно она пила чай. Чай? Маргарет задумалась, в Элдоре они пили воду, здесь и в таверне эль. По её лицу скользнула тень. Чай она пила дома. Такая простая вещь, подумать только, а тоски навевает. Теперь это останется там, дома…

— Понятно. — Гаюс выдохнул, убрал баночку и поставил на стол две кружки. Что-то янтарное, прозрачное, с плавающими мелкими листочками пахло как отвары от простуды, которые продают в аптеках. — Это поможет лучше снотворного.

Алиса засияла от такого подарка, надо было сразу просить нечто подобное, а не лекарство. Маргарет коснулась пальцами тёплой глиняной кружки и улыбнулась. Наверное, это самое приятное, что она видела за сегодня. Гаюс пошел ещё за двумя, для себя и Мерлина.

— Знаешь, Баярд пригласил нас в Мерсию, — наклонившись к подруге, произнесла Рита. — Предложил выдать тебя замуж за того седого лорда.

— Какого из? Половина тех, с кем я танцевала были седыми, — обхватив ладонями посуду, поинтересовалась Алиса.

Пробовать горячий настой девушка побоялась. Ошпарить губы она не хотела, а потому просто прижала кружку к себе на уровне сердца. Исходящее тепло быстро разнеслось по телу. Из-за мысли о том, что Алиса потеряла Маргарет, девушка чуть снова не впала в истерику. Она знатно успела накрутить себя по этому поводу. Её руки дрожали. Спасла лишь мысль, что ей может помочь кто-то из местных. А из местных она могла говорить только с Мерлином и Гаюсом. Точно уж не с Морганой.

— Это всё равно не имело бы смысла. У меня есть Гриша, — на удивление спокойно напомнила она, взглянув в сторону Мерлина. — А где-то в замке есть кольцо. Ты же не согласилась?

— Конечно, нет. — Маргарет подула на напиток и сделала пару глотков. Приятно, тепло, действительно напоминает чай. С каким-нибудь цветочным вкусом. — Но обещала ему написать.

Алиса лишь устало вздохнула. Только бы не пришлось брать с собой кого-то из этого времени. Обстоятельства к такому варианту могут быть разными, но проблемы одни и те же. Вернувшись с кружками, Гаюс спросил, чем закончилась история. Про отпущенного на волю Баярда он уже знал. Ему хотелось подробностей. Если информацию можно получить без риска для жизни, он с превеликим всё выслушает. И Маргарет рассказала, с самого начала, с самого пира. Про танец Алисы, как она кружилась. Прыжок, оборот, снова прыжок. Про то, как пришлось накричать на слуг и про всё что случилось дальше. Она в красках описывала бородатых и беззубых заключённых, что кричали ей в след ужасные вещи. И что ей ни капли их не жаль. И если кто-то упрекнёт её в бессердечности, то она посоветует этому человеку спуститься туда самому. Она рассказывала громко, в красках, с жестами, путая английские слова с русскими. Но даже будучи на пике эмоций, она не выдала себя, не сказала, что украла документ, утверждая, что нашла его за ставнями. Видимо, уже начала верить в собственную ложь.

Когда тирада закончилась, все какое-то время сидели в тишине. А потом Мерлин увёл шокированную Алису рассматривать маски в виде заячьих морд, которые хранились в одном из деревянных ящиков. Он примерял их на девушку по одной, глядя, какая подойдёт лучше. Она почти никак не реагировала, всё ещё прибывая под впечатлением от красочного описания тюрьмы замка. Про обитателей тех глубин она даже думать боялась. Как Рите удалось это вынести? Кажется, по прибытии домой им обеим понадобится психолог. Оглянувшись в сторону Маргарет и видя, как та тихо разговаривает с лекарем, девушка случайно выронила одну из масок, что успокаивающе вертела в руках. Мерлин по-забавному развернулся на месте, пытаясь не снести книжные стопки, что их окружали, и поднял аксессуар. Отшутившись тем, что эта маска ему тоже не нравится, маг сумел вызвать первую улыбку у Алисы за всё то время, что она провела здесь. Двое за столом даже не повернулись в их сторону, старик о чём-то спрашивал Маргарет, картина немного походила на экзамен или дополнительный урок. Мерлин снова обратился к Алисе и заговорщически сообщил, что знает маску, которая может понравиться девушке. Теперь гостья наконец-то почувствовала себя хорошо. Это место напоминало домик Мэтью, здесь многое было можно. Даже когда Мерлин приложил к её лицу очередную маску с нашитым на уши мехом, она умудрилась засмеяться. Мех приятно щекотал ей щеки и лоб. И, когда парнишка попросил никому не рассказывать, ведь за это тоже могут отправить в подвалы, она уже не испугалась. Её вообще мало что пугало здесь, в этой конкретной комнате.

— Это мило, — ответила Алиса, на удивление достаточно хорошо и понятно. И фраза скользнула по комнате невидимым призраком, но была замечена тем, кого меньше всего хотелось беспокоить. Дракон встрепенулся.

***

Утреннее солнце разогрело черепицу на крыше замка так, что птицы не садились на неё. Они рассаживались по окнам и перилам балконов. Алиса кормила прилетевшего к ним дрозда крошками хлеба. Придирчиво посмотрев на угощение, птица игнорировала жест доброй воли и улетела. Алиса обижено выглянула на улицу. Там суета, телеги гружёные вещами вывозят за ворота вместе со слугами и большей части охраны. Потом на время площадь пустеет. Всего на несколько мгновений. Дальше начали выводить лошадей, запряжённых, с синими покрывалами. С высоты третьего этажа ей плохо видно лица, но кто скрывался за синими плащами, она примерно понимала. А ещё Алису радовало, что Маргарет наконец спокойно завтракала. Сидя на кровати, подперев спину подушкой и поставив тарелку себе на колени. Закидывая в рот кусочек нарезанного яблока, она рассказывала про вчерашний вечер.

— Он оказывается лорд, — Маргарет говорила так, словно всё ещё удивляется. — Представь, нам уступил столик человек, у которого есть целый город, а может и несколько.

— Мог бы уступить комнату, — Алиса отбросила благородный образ Следопыта, теперь этот Грегори с ним никак не ассоциируется. Будь это и в правду Арагорн, девушки не остались бы на лавке. Ну, хоть не на улице и то спасибо.

— У того низенького с бровями, — Маргарет потянулась за следующим кусочком, начиная думать, что где-то у Алисы остался помидорчик, — на лорда Грегори какой-то зуб. Он не замолкает, говорит только о нём.

— Ты тоже, — выдохнула Алиса, хитро сощурившись. — Тут запрещено многомужничество, Рит. Тебе придётся выбрать одного. — Она расставила руки, изображая весы. — Либо Баярд, либо Грегори. Даже Моргана заметила, как ты на короля засматривалась.

— Я смотрела на плащ, — не доживав яблоко, возразила Маргарет. — Неужели я одна вижу насколько это шикарная вещь?

— О, так тебе даже не нужно выбирать! Один ноль в пользу Грегори, — рассмеялась Алиса, разворачиваясь к подруге. — Как он хоть выглядит?

Маргарет поняла, что ни разу не увидела лица этого человека, а поэтому замолчала, оставив подругу дальше любоваться своим растерянным видом. Стоило Алисе отодвинуться от окна, к дверям комнаты примчался Яков с целью, видимо, разбить свой кулак в кровь. Иначе объяснить, почему он колотил в дверь, как сумасшедший, было нельзя. Подруги испугались не хлеще, чем при вчерашнем обыске. Маргарет переставила тарелку на сундук и спустила ноги на пол. Красный от бега парень, как только ему открыли дверь, сообщил что обеих девушек ждут во дворе, у ворот. Приказ короля. Баярд отказывается уезжать, не попрощавшись с Маргарет и, видимо комплектом, с Алисой, лично. Алиса, шуточно закатила глаза, прошептав что-то вроде: «Развели гарем». Из соображений дипломатии пришлось спускаться.

После всего, что произошло вчера, раскланиваться перед Утером и Артуром было слегка неловко. Вечером, сидя в каморке Гаюса, у них было время обдумать случившиеся. А лекарь изложил все риски, связанные с поступками Маргарет. Он сказал, она задержала их, сказал, никакой войны и так бы не случилось. Лорды бы не позволили королю пойти на такое. «Один бы точно позволил», — добавила Маргарет и только после этого лекарь согласился: «Да, возможно, и стоило свеч», — но сделал он это крайне неохотно. Теперь же Маргарет боялась, что король станет припоминать ей и Алисе всё случившиеся, выставив дурочками. Но, как оказалось, всё немного иначе.

— Леди Маргарет, — Баярд уверенно шагнул в её сторону, протягивая руки, — пожелайте нам лёгкого пути.

Маргарет снова увела свои руки за спину. Оказалось, Баярд не знал всей ситуации. Не знал про обыски (это ему расскажут чуть позже, по дороге, лорды, чьи вещи разбрасывали по полу в поисках документа), не знал про переговоры и домыслы. Не знал, что Утер стоял в тени, слушая их разговор. Даже то, что мирный договор пропадал. Решив, что это лишь помешает заглаживанию инцидента, Утер предпочёл не говорить ему. Поэтому, обладая душой поэта, король Баярд заполнил все пробелы сам, вообразив, что Маргарет каким-то чудом вытащила его из подвалов Камелота. Он представлял, будто она умудрилась усидеть на двух стульях сразу, успокоив гнев одного короля и освободив второго. Ему свойственно многое преувеличивать. Образ благородной дамы был сложен, хоть пиши поэму. Правда теперь он чувствовал себя обязанным.

Сначала Баярд ещё раз предложил Маргарет уехать, напомнив, что и для Алисы найдётся местечко рядом с лордом-средневековым-Болейном. Алиса, прищурившись, взглянула в сторону этого лорда. Она вспомнила его лицо и как танцевала с ним, но не ожидала, что это окажет такой эффект. Потом Баярд решил сделать подарок и отдать Маргарет одну из своих гончих. Черношерстных, блестящих, любую, какую выберет девушка. Самым благодарным и учтивым тоном она отказалась, пожаловавшись что ей негде будет держать столь замечательное животное. Утер подумал предложить оставить собаку с его охотничьей стаей, у которой в замке было особое место. Но потом вспомнил рассказ Артура об обыске, что у девушек пустуй сундук, и на кой им собака? Разве что сшить из её шкуры зимнюю накидку. Получив тактичный отказ, Баярд вспомнил про обещание Маргарет написать ему. Сказал, что в Камелот привезут целую стаю голубей. Специально для её писем в Мерсию. Алиса устало выдохнула. Утер мысленно прикинул, сколько места эта стая займёт в голубятне. Ладно, этот вопрос он решит как-нибудь потом. Артур представил, как половину этих голубей зажарят. Наконец, Баярд вернулся к своей свите и, ещё раз со всеми чинно попрощавшись, уехал.

— А он точно король? — тихо поинтересовалась Маргарет у Артура. Тот посмотрел на неё, припомнив их разговор о замужестве, и коротко ответил:

— Да, король.

— Даже не думай, — шепнула Алиса на ухо подруги, и та улыбнулась. — Я замуж не выйду, у меня есть Гриша.

Процессию пришлось провожать взглядом, пока не закрылись ворота. На ступеньках замка могли стоять только король и принц, как на постаменте. Всех остальных выстроили впереди. Благо это не продлилось долго. Сегодня по плану было отдохнуть, собраться с мыслями и подумать, где ещё искать кольцо. Благо, на это у девочек нашлось время. Моргана этим утром вовсе не вышла из комнаты, по словам слуг, произошедшее вчера сильно на неё повлияло, и воспитанница короля планировала отдыхать в одиночестве. Алиса думала, что нужно вернуться к Гаюсу, посмотреть нет ли там спусков в какие-нибудь нижние этажи. А ещё на кухню. У кухни должен быть погреб. Стал бы кто-то прятать волшебное кольцо в картошке, она не знала, но любопытство требовало. Ещё она всё же высказала своё предположение проверить комнаты короля, принца и, возможно, Морганы.

— Кольцо же было женское, — по дороге обратно, пояснила Алиса. — Откуда знать?

На последнее Маргарет согласилась, первые два пункта её слегка пугали. Лезть в спальню короля… копаться в сундуках… нет, эта идея ей не нравилась. Может быть они сделают это позже.

У комнаты девушек встретил Мерлин с ещё двумя парнями, которые подругам были не знакомы. Они держали в руках сундук, очевидно, пустой. По словам Мерлина, в их комнате просто необходимо заменить одно место хранения на другое. С разрешения девушек двое парней внесли сундук в комнату. Он более маленький, с такой же плоской крышкой, только по виду старше. Мерлин пояснил, таков приказ принца, в складах не хватает места для хранения каких-то орудий. Каких? Он не знал. На самом деле это первое, что пришло в голову паренька. Артур решил проверить сундук на наличие тайников или второго дна. Для этого необходимо было изъять тот из комнаты девушек. Он всё ещё считал Маргарет виновной в пропаже договора.

— Артур понял, — закрывая за ними дверь, тихо, словно они могут услышать, сказала Маргарет. Она потёрла руки, хрустнув пальцами.

— А как он докажет? — Алиса с вызовом улыбнулась ей, возвращаясь к тарелке с остатками завтрака. Она взобралась на кровать, рядом с местом где сидела Рита. Вместе они решили, что взглянуть на комнату Морганы смогут уже сегодня, только надо найти повод. Цветы, нужно будет вернуться в сад. Сплести несколько венков. Можно будет сказать ей, что это традиция в Цинтре.

Новая весточка от представителей правящей династии не заставила себя ждать. Ворота за Баярдом закрылись, король вернулся в замок, провёл какое-то время со своим стряпчим. Читал, чего тот успел записать за прошедший день. Это было похоже на кратко изложенный пересказ. Наткнулся на описание пира. То, что случилось следом, было не типично для короля. Утер так обычно не поступал. Он отослал стряпчего и приказал позвать к нему Гаюса, нужен был совет человека со стороны.

***

— Королевская милость, — голос Гаюса звучал спокойно и даже довольно, — Его Величество был готов сделать всё, что пожелают гостьи, поймавшие ведьму. А потом приказал отнести вам это. Открывайте, вам понравится. — Он улыбнулся. Кажется, часть этой идее принадлежала ему.

Время шло примерно к одиннадцати часам утра, стоя у окна, Маргарет смотрела, как человек, одетый в форму королевского стража, внёс в комнату небольшой сундук. Уже второй за сегодня. Размером, примерно, с подушку. Тёмное дерево, вещь явно старая, с металлическими стяжками как у бочки, которые чистили от ржавчины. И, видимо, для сохранности, сундук был перетянут ремнём, так как другой застёжки на нём не было. Молча войдя в комнату, страж поставил сундук у ног Алисы, сидящей на кровати. Символично, что сказать. Собственно, стола у них нет, ставить некуда. Раздался глухой звук, половицы скрипнули. Алиса внимательно осмотрела предмет местного быта, трогать она его не стала, и подняла взгляд на стража.

— Что это?

— Подарок от короля, — пояснила Маргарет. Отчасти такая щедрость немного пугала.

Воодушевлённая Алиса тут же спрыгнула с кровати, усевшись на пол и расстегнула пряжку ремня. Оттолкнув крышку сундучка, она замерла всего на мгновение, а после радостно завизжала. Гаюс не смог сдержать смеха, выглядело это и правда забавно. Маргарет подошла ближе, чтобы оценить стоимость помощи королевству. На самом деле, подарков был более, чем достаточно. Золочёные цепочки, какие-то ткани, ленты, пара колец, два небольших мешочка с монетами (в каждом примерно по семьдесят либр) и прочие прелести, которые могут порадовать девушку. Алиса уже начала примерять какую-то симпатичную булавку для волос. Посмотрев на сундук, Маргарет ещё раз прокрутила в голове сказанное лекарем.

— Гаюс, подождите секунду. — Она выпрямилась, видит Бог, ей не легко далось такое решение. — Король сказал, что выполнил бы любое наше желание?

— Сначала, да, — кивнул он, боясь, что ей в голову взбрела какая-та странная мысль. — Но вы посмотрите на подарки, там на двоих хватит.

— Не сомневаюсь в щедрости Его Величества, — Маргарет улыбнулась, кивнула и быстро захлопнула крышку сундука. Алиса вздрогнула от неожиданности, вовремя убрав пальцы. — Унесите его обратно, верните сундук королю.

— Что?! — Алиса возмущенно взглянула на подругу, даже её уровня английского хватила чтобы понять услышанное. — Ты с ума сошла? Не нравится, я себе забираю! Как такое можно отдать?

— Леди Маргарет, отвергать подарки короля, высшая степень оскорбления, — тут же вмешался Гаюс, предчувствуя неладное. Это он ещё не знает, что она отказала брать собаку.

— Я никого не оскорбляю, поверьте. — Она похлопала стража по плечу. — Давай, поднимай. Я пойду с вами и поговорю с королём. Нужно вернуть ему это всё. Мы не нанесём свои присутствием такой урон казне.

— Подарки не возвращают! — Алиса запротестовала, ей в руки впервые попадает такая красота, а она должна лишиться её? У неё щёки покраснели, когда страж снова наклонился к сундуку.

Гаюс только опустил взгляд. Урон, как же. Она нанесёт его себе.

— Это безделушки, я попрошу кое-что гораздо лучше, — Маргарет была полностью уверена в своей правоте и, сказав это на русском, понадеясь, что подруга сможет перенять эту уверенность. Она снова махнула стражнику. — Поднимай и пошли.

— Ты меня без ножа режешь, — складывая брови домиком, почти хнычет Алиса. Вот так подразнить и забрать! Девушка в который раз не понимала, чего хочет добиться Рита.

Королевский страж медлить больше не стал, застегнул крышку ремнём и поднял сундук. Он взглянул на Гаюса и покинул покои. Маргарет уверенно пошла за ним, на ходу поправляя волосы. Её сердце колотилось от нахлынувшего волнения, может быть она ошибается. Но если план сработает, если король выполнит её желание, то через пару дней они получат больше, чем сундук с подарками. И даже Артур, если заговорит про кражу договора, не сможет ничего доказать. Уже точно. Гаюс же не видел никаких благоприятных последствий, он знал характер короля и знал, что Утеру не понравится пренебрежение со стороны чужестранок. Поэтому лекарь вздохнул и направился за Маргарет, надеясь хотя бы смягчить гнев короля. Если у него будет такая возможность. Если нет, он оставит девушку справляться с последствиями самостоятельно.

В тронном зале было тихо, так что шум открывающейся двери прозвучал достаточно громко. Это был другой зал, маленький, тёмный, почти без окон с длинным столом. По идее за ним должны заседать лорды. Но те уедут уже к вечеру. Наличие стола, с троном во главе, просто формальность. Отодвинув оставшиеся отчёты стряпчего, Утер поднял взгляд. Страж внёс сундук, с ещё большим грохотом поставил перед королём. Тот было подумал, что парень что-то напутал или не понял приказа, но, увидев, как в зал входят Маргарет с Гаюсом, осознал, виноват вовсе не этот парень.

— Хочу, чтобы вы знали, — заговорил Гаюс, прежде чем король успел встать со своего места, — я пытался вразумить их.

— Ваше Величество, простите, что пришлось вам помешать. Гаюс в точности передал ваши слова, и мы с леди Алисой решили отказаться от подарка. — Девушка выглядела взволнованной, слегка растерянной, Маргарет и правда волновалась, раньше она такого не делала. — Дело в том, что мы и не думали о подарках, наоборот. Вы разрешили остаться в замке, обеспечили всем необходимым, хотя даже не должны были. Нам было неловко… получать ещё что-то.

Английский Маргарет звучал всё ещё непривычно, тем более с заметным для любого англичанина акцентом. Возможно, если бы она говорила чисто и ровно, её слова не прозвучали столь грубо для короля. На мгновение Утеру показалось, что его очень завуалированно послали. Но сделав скидку на происхождение Маргарет, он решил уточнить, прежде чем начать экстренные уроки этикета.

— Хотите сказать, я не могу делать подарки своим гостям?

— О, нет, простите. Я не это имела в виду. — По началу Маргарет запаниковала, хоть и не показывала это, насколько могла. — Совсем не это…

Ей нужно было несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, подобрать правильную формулировку. Но короли не отличаются терпением, это Маргарет помнила ещё из уроков истории. И вчерашнего вечера.

— Нам передали ваши слова, передали, что вы сказали о… желаниях гостей. Если в ваших глазах мы и правда заслуживаем подарка, то я бы попросила кое-что другое.

— Ваше Величество, думаю, скромность не является добродетелью на родине Маргарет, — Гаюс тут же вмешался, ругая себя, что вообще заикнулся об этих желаниях.

— Всё в порядке, — Утер остановил лекаря. Он обошел стол, остановился на расстоянии трёх стульев от девушки. — Я понимаю. Дайте нам поговорить.

Гаюс не любил, когда проливается чья-та кровь, но его позиция в отношении короля была крепка. Он не вмешивался, если кто-то пытался сам затянуть верёвку на собственной шее. Возможно, он слишком драматизировал. Успокоив совесть мыслью, что он сделал возможное, Гаюс покинул тронный зал. Его никто напрямую не выгонял. Но молча наблюдать не имело смысла, если Маргарет испортить жизнь себе и своей подруги, то пусть сделает это одна. Без свидетелей.

— Итак, что вы хотели попросить? — Король положил руку на сундук, как бы намекая, что ничего лучше попросить уже нельзя.

— Только одну вещь. Позвольте нам быть полезными.

— Ещё раз?

Утер даже слегка наклонился вперёд, подумав, что разница в произношении слов помешала ему уловить смысл. Обычно люди просили больше золота, титулы, привилегий. Для себя он решил, что если девушка попросит увеличить награду, он ей откажет. Повторять сказанное Маргарет не стала, она только изменилась в лице. Пока что она делала лишь то, что приходило ей в голову, комбинируя некоторые наработанные схемы. И надеялась, что они дадут положительный результат.

— Разрешите мне советовать вам во время приёмного дня. — Маргарет выгладила настолько серьёзной, что принять слова за шутку было невозможно. — Мне сказали, вы не доверяете советникам мужчинам и правильно. Мужской точки зрения вам хватает. Что насчёт женской?

— Считаете, у вас больше опыта, чем у меня? — Король даже не знал, обидеться или рассмеяться. Выходит, справиться самостоятельно у него нет шансов?

— Ваше Величество, напротив, мне очень далеко до того опыта управления, что есть у вас. Однако у меня нет личного интереса. — На это моменте Маргарет лишь совсем немного улыбнулась, словно Утер уже принял все доводы и согласился. — Местные лорды или любые другие люди могут иметь какой-то мотив. Как те, что советовали вам начать войну. Не имея материальной выгоды, всё что я скажу вам, будет продиктовано лишь желанием принести пользу королевству, которое стало моим новым домом. Обещаю.

— Новым домом, значит…

Последовала долгая пауза. Утер пытался вспомнить, когда у него просили нечто подобное. То есть да, был парнишка который напросился в оруженосцы, но это логично. Был ещё один нормандский лорд который просил разрешения присоединиться к армии короля. Но это было давно. Утер, честно сказать, и королём тогда не был, так, самопровозглашённый наместник. Сейчас не об этом! Здесь женщина, о которой он почти ничего не знает, которая выдала ведьму (хотя такая ведьма стоит дороже многих других) и которая отказалась от сундука с украшениями ради места советника. На один день. Он опустил взгляд на подол её платья. Видно, она пыталась очистить его от вчерашней тюремной грязи, но следы всё равно остались. И она отказывается от шанса купить новое?

Почему-то Утеру эта идея всё равно нравилась, совсем немного. Не сказать что он был доволен таким положением дел, скорее, рассчитывал риски. Он представил сколько разговоров это вызовет, какие пойдут слухи. Опять слухи, он вспомнил вчерашний вечер. Прыжок, оборот, снова прыжок. Может быть это даже сыграем ему на руку. Тем более, нужно было дать понять лорду Романкоину — заменим даже он. В любом случае Утер сможет заставить Маргарет замолчать или просто игнорировать.

— Скажите, ваша подруга не обидится, что вы лишили её таких драгоценностей ради возможности один день, вероятно молча, стоять по левую сторону от трона?

— Обидится, — кивнула Маргарет и с уверенностью заверила короля. — Но поймёт.

— Согласен! — Король постучал по крышке сундука и жестом подозвал одного из стражей, что дежурили у двери. — Отнесите в покои леди Морганы. Ей точно по душе придётся. А вы, — он перевёл слегка насмешливый взгляд на Маргарет, — через три дня, до полудня, в этом зале. Успейте до того, как соберётся очередь.

Глаза девушки сверкнули, ей показалось, что она вся наполнилась какой-то энергией, что способна была поднять её и понести по воздуху. Подумать только, на неё не накричали, не спустили к крысам в подвал, не выставили вон, назвав выскочкой. Последнее радовало особенно. Столь яркое воодушевление не ускользнуло от внимания Утера. Когда Маргарет вышла из тронного зала, она выглядела взволнованной и полной предвкушения, словно её на свидание пригласили. Потерев слегка покрасневшие от волнения щеки, она сделала глубокий вдох и направилась обратно в комнату. Нужно было рассказать Алисе. Сделав несколько шагов от двери, счастливая Маргарет услышала голос подруги, что доносился из другого конца коридора. Размахивая руками, Алиса что-то пыталась доказать Гаюсу на чисто русском, а тот кивал, делал вид, что понимает и старался быть терпеливым. Видимо, она поймала его, когда он ушел.

— Забрать у меня такую красоту! Она всегда так делала! — Жаловалась девушка, все те разы, когда Рита осаждала её пыл. — И что теперь? Когда мне какой-нибудь царь подкинет такие музейные цацки? Никогда. А если бал, а я не готова?

— Оставь лекаря в покое, он не заслужил твоего гнева, — перебила её Маргарет, широко улыбаясь. После чего обратилась к Гаюсу. — Простите, надеюсь, она не отняла у вас много времени.

— Ни в коему случае, — тактичность этого человека поражала. — А теперь, простите, у меня есть дела.

— Конечно, — кивнула Маргарет и, схватив подругу за руку, снова перешла на русский. — Я буду советником короля.

— Пф, если бы это… стоп, что, в смысле? — запуталась в мыслях Алиса. — Ещё раз, на что ты променяла сундучок с сокровищами и деньгами?

— В приёмный день я буду стоять рядом с троном и давать королю советы. И, если я всё сделаю правильно, — тут её голос стал ещё более счастливым, — у нас будет больше, чем сундук! Мы получим больше свободы, сможем ходить по замку, куда захотим. А, если я заслужу доверие местных, заглянем в сокровищницу за кольцом.

— Оу, — Алиса мгновенно остыла от открывшихся перспектив. Она ведь вытащит не только кольцо. Да, это определённо лучше. — Если всё так, ладно. Ты прощена. К тому же, я уже стянула одну прелесть. — Алиса ловко вплела уже знакомую иголку для волос в свои пряди. — Не думаю, что они ведут учёт каждого камушка, но пока припрячем.

Да, пусть припрячет. Если что-то пойдёт не так, они её продадут. Маргарет даже не стала делать Алисе замечаний. И ещё, нужно будет вечером сходить к Моргане. Может снова принести цветы? Сейчас они вместе их соберут, сплетут несколько красивых венков. Воспитаннице короля понравится, заодно, Алиса посмотрит, куда в комнате можно спрятаться кольцо. Вдруг оно правда её.

***

Ещё вчера, узнав о мирном завершении дел, Грегори кратко переговорил с королём. Он решил извиниться за громкие высказывания во время ареста, обещая с этого дня во всём помогать короне. Не то чтобы он правда передумал. Просто раз войны не будет, нужно налаживать мирное сосуществование. И лучший залог мира, это уверенность Утера, что его лорды всё ещё его. Уставший от происходящего король, великодушно простил Грегори и разрешил уехать со всеми позже. Заверив, что никаких обид между ними нет. И даже несмотря на это, лорду Грегори спокойнее не стало. Все вещи пришлось паковать заново. Наполнить сундуки как раньше и планировать дорогу вместе с обозом. Квинт, взяв телегу отправился в «Розу и Корону» за оставленными там вещами. Пришлось начальнику стражи ехать одному, местные слуги могли разболтать, где останавливался гость по дороге в Камелот. А Квинту в этих вопросах можно доверять.

Сам лорд Грегори контролировал сборы, пересчитывал тарелки с серебряным ободком, которые непонятно зачем вёз с собой. Можно было взять что попроще. Следил за тем, чтобы никто не стянул ремни, рубашки или золочёные застёжки для плащей. Знал, слуги время от времени промышляют подобным. Носить эти вещи они никогда не станут, зато смогут продать. Нужно было удостовериться, что вся его стража осталась при оружие, никто не пропил меч или не был ограблен за время пребывания в городе. Где-то Грегори посеял свой перстень с бирюзой. И да, нужно было подвести финансовые итоги, поездки с дорожными пошлинами (даже лорды были вынуждены их платить) влетали в копеечку. Можно было грузить всё на телеги. Тогда же последовала необходимость проверить лошадей. Вроде как всё с ними должно было быть хорошо. Но Грегори счёл необходимым убедиться лично.

Чуть позже Квинт вернулся с вещами. Сразу заметив, что хозяин ведёт себя обеспокоенно, не так легко как обычно. Раньше ему было всё равно на лошадей. А теперь он даже запретил трогать сёдла, уверяя, что своего коня будет запрягать сам. То же самое он посоветовал сделать и Квинту. Почему-то, лорду Грегори казалось что по его шее всё время скользит какой-то холод, как будто над ним заносится остриё меча. Со временем предчувствие заиграло новыми красками. До отъезда оставалось меньше нескольких часов, король устроил обед для всех лордов, в течение которого не была затронута тема войны. Обсуждалось всё, что угодно, но не дела. Король с улыбкой, в приподнятом настроении, обсуждал с лордами грядущую осень, строил планы на следующее лето, спорил на счёт вкусов в расположении садов и тонкостях римской религии. Длилось мероприятие чуть больше двух часов, со всеми подобающими тонкостями. А в конце Грегори попросили задержаться. Утер очень хотел что-то ему показать.

— Я надеюсь вы не забыли, что замок Ашдаун, со всеми прилагающими землями, был дарован вашей семье не просто так? — Утер необычно легко произнёс это, словно он из вежливости интересовался здоровьем собеседника. На самом деле, вчерашнее великодушное «прощаю» утром было подвергнуто новому рассмотрению. А после разговора с Маргарет, превратилось в «прощаю, если…». Окончание фразы требовалось дополнить.

— Разумеется, Ваше Величество, — Лорд Грегори почтительно улыбнулся, его слегка пугало, когда король вспоминал о существовании Ашдауна вне военных походов или сбора налога. К хорошему это приводило редко. — По заслугам моего отца перед вами, ещё до коронации, можно слагать легенды.

Утер хмыкнул, не такие уж эти заслуги были большие. Уж целой провинции точно не стоили, но разве может только что вошедший на престол, восемнадцатилетний король, отказать одному из самых верных союзников? Нет, вот он и не отказал. Теперь этот союзник мёртв, а его сын собирается слагать легенды. Порой в пользе родового наследования можно было засомневаться. Сейчас лорд Грегори мог доказать свою верность короне. Они продолжали идти медленным шагом, Утер хотел обставить всё как пустую светскую беседу. Вместе они поднялись на третий этаж. Свернули в длинный коридор, по одну сторону которого располагались окна, с широкими подоконниками, а по другую жилые комнаты. Грегори задумался ещё сильнее. Король сейчас прикажет ему убить кого-то? Задушить подушкой в обмен на право остаться лордом Ашдауна? Эта мысль ему совершенно не нравилась. Хотя убивать кого-то прямо в замке не в стиле Утера. Он скорее пошлёт неугодного человека на край земли или в пекло битвы, чтобы снять с себя все подозрения.

— Ашдаун довольно богатая земля, если подумать, — продолжал Утер, — но вы, лорд Грегори, не входите в мой совет, присылаете лишь минимальную часть налога. Мне кажется, пришло время использовать доступные ресурсы.

— Посмею напомнить, Ваше Величество, что Ашдаун, в первую очередь, пограничная земля. У меня лучшая армия, в любой момент готовая пойти за вами хоть на край света. Особенно, если вы дадите время пополнить её ряды новыми войнами. Кстати, с земель Канана налог не приходит вовсе, — здесь Грегори снова улыбнулся, а вообще, зря он это припомнил. — Какова его роль?

Король еле заметно выдохнул. Был бы у него другой лорд «кого не жалко», Грегори уже бы проводил дни на паперти. И да, у него лучшая армия в Логресе… после королевской, разумеется! Хотя уготованная для лорда Ашдауна роль, могла избавить Утера от этого голубокрового недоразумения. Утер взглянул вперёд, на мгновение замер и остановил собеседника. Тон его голоса стал тише, он почти перешел на шепот.

— Вот, видите, девушку?

Грегори поднял взгляд, немного прищурившись. На одном из подоконников, сидела молоденькая особа, спиной к ним, облокотившись на оконную раму. Она перебирала цветы, кажется, что-то плела. Солнце освещало её каштановые волосы, цвет которых казался ещё более тёмным, на фоне зелёного платья. Она легонько взмахнула рукой, убрав с колен мешающий длинный рукав, и он изящно лёг на широкий подоконник, аккуратными волнами. По лицу Грегори скользнула довольная ухмылка. Да как такую можно не увидеть? Хоть не взглянув на лицо, сложно судить о красоте, но фантазия уже нарисовала в его голове облик прекрасной дамы.

— И кто она? — так же тихо, поинтересовался Грегори. Мысленно он понадеялся, что особа никак не связана с упомянутым ранее Кананом.

— Леди Маргарет, вчера она выступала против войны, — пояснил король, кладя руку на плечо Грегори, словно они друзья.

— Откуда? — Он припомнил женский голос среди прочих, но не мог вспомнить лицо. На пиру он даже не обратил внимания. Надо выяснить, из какой она родословной.

— Это вы и должны узнать, — Король взглянул на собеседника, развернулся, и они так же медленно пошли в обратную сторону. — Она с ещё одной девушкой пришли в мой замок позавчера утром, попросили помочь. Я разрешил им остаться на несколько дней и услышал невероятную историю. Якобы они пришли из далёкой страны, название которой Цинтра. И что земля их была завоёвана варварами, от которых они бежали. По пути их много раз грабили, им приходилось останавливаться в деревнях и что Камелот, первый крупный город на их долгом пути. Я сразу подумал о вас.

Грегори слегка свёл брови. Король решил его просватать? В чём смысл? Если они беглянки без титула и древней фамилии, нет смысла сводить его с ними. Проще отдать повару или кузнецу. Через секунду Грегори эти мысли отогнал. Утер сватовством не занимается, в Камелоте таким промышляют в основном королевы и принцессы. Так что он решил уточнить:

— Простите, Ваше Величество, но не понимаю, как могу помочь. Про Цинтру я никогда не слышал.

— Я тоже. И это наводит на мысли. — Утер остановился и обернулся к лорду. — Найдите это королевство. Завоёванное, разрушенное или стёртое с лица земли. Но я хочу знать, что это за место. Они упоминали, что пересекали Английский канал, значит это далеко. Придётся плыть, но какой-нибудь корабль вам обеспечат. В ином случае, — он обернулся, словно побоялся что их услышат, — я казню их за обман и злоупотребление королевской милостью в целях наживы.

Король похлопал лорда Грегори по плечу, уточнив, что у того есть месяц, по крайней мере, до первого отчёта. Так же добавив, что всё совершенно секретно и должно быть проделано тихо. После чего быстро ушел, оставив собеседника один на один с услышанным. Конечно, казнить девушек король не планировал. Он почти им верил, монета с двуглавым орлом всё ещё была у него. Да и вчерашний вечер… Прыжок, оборот, снова прыжок. Странно время от времени вспоминать один и тот же момент, неосознанно концентрируясь ни на Нимуэ, ни на договоре, а на отблески светлых волос. Алиса была слишком живой, слишком яркой. Отзывалась в его мыслях теплом и покоем, который царил вокруг столь непоседливой особы. Как сказали бы в Нормандии, она вводила его в грех. Сочетание странное, редко встречающееся в его окружении и от этого довольно интересное. Прыжок, оборот, снова прыжок.

Но Цинтра интересовала его не меньше. Утеру хотелось знать точно расположение, размер нанесённого войной урона. Если там не столь велико разрушение, возможно, он сможет отправиться туда сам со своим войском. Но путь пусть проложит Грегори, нарисует линию на карте. И возможно, за время его отсутствия, Ашдаун обзаведётся новым хозяин. Более лояльным в вопросах налогообложения.

Лорд Грегори выдохнул, оперся на стену, прекрасно понимая, что это за поисковая организация. Страна страной, но это ссылка. Попытка избавиться от неугодного подданного. Он много раз видел, как король проворачивает такое. Посылает провинившихся командиров в заведомо смертельные походы, снимает слишком большой налог, чтобы разорить какую-нибудь неугодную династию. Хорошо, что у Грегори нет семьи. Своя жизнь, конечно, дорога тоже. Отказаться? Тогда Ашдаун в какой-то момент сожгут под покровом ночи. Поехать? Что если его встретят на выезде из Лоргеса? Что если по возвращению он найдёт себя без прав на землю и титул? Тогда надо брать армию. Вернуться домой, забрать лучших из солдат и уехать. Или немного успокоиться и подумать. Да, надо подумать. Грегори просто не мог позволить королю лишить себя жизни или титула. А ту девушку — головы.

«Уважение вассалов к сюзерену»

Лордов провожали ближе к вечеру, точнее сказать, выпроваживали всем скопом. Предварительно вещи сгрузили на телеги вместе со слугами и вывели за ворота. Вместе с охраной их потянули вперёд, к воротам города. Где вся «свита» дождётся хозяев и только потом отправится в родные земли. На площади выстроили охрану, слуги держали лошадей. Лорды, ещё вчера ругающиеся из-за войны, вальяжно расхаживали по площади, беседуя друг с другом, тепло прощаясь, зовя в гости. По факту, все просто ждали короля, который должен был выйти и отпустить всех в провинции. Этот маленький ритуал подчёркивал уважение вассалов к сюзерену. Как бы они не посмеют покинуть замок без его разрешения, как и посетить его снова. С улицы то и дело доносились голоса и даже пару раз смех. Так что Моргана даже встала, чтобы закрыть окно.

— На чём я остановилась? — спросила она скорее риторически, возвращаясь на место.

— На том, что вы видели утром, — напомнила ей Маргарет.

Моргана заговорила снова. Несмотря на испорченное настроение утром, сейчас она чувствовала себя прекрасно. Казалось, весь замок пытался порадовать её, причём без повода. Сначала сундук с подарками от Утера, теперь вот Алиса с Маргарет, которые ввалились к ней в комнату с тремя пышными венками из плюща и ромашек. Один из них тут же оказался на голове воспитанницы короля. И только Артур приходил к ней мрачнее тучи, высказывая какие-то странные предположения. Маргарет и Моргана сидели на укрытой плотной тканью лавке, установленной вдоль окна, а Алиса, бросив большую подушку, устроилась на полу. Днём там было нехолодно, а ещё можно спокойно вытянуть ноги, не прикидываясь принцесской.

— Я видела вас из моего окна, — сказала воспитанница короля, — и Баярда тоже.

— Мы хорошо справились? — Улыбнулась Маргарет.

— Артур говорил, Баряд позвал вас с собой. А вы спросили, правда ли он король.

— Там, откуда я родом, короли ведут себя иначе, — объяснила Маргарет, но не продолжила. Что ей сказать? В России уже давно нет царей, все они спят в своих могилах. Если бы она могла встретить кого-то из них, познакомиться лично, может и объяснила бы Моргане разницу. А про Елизавету II и вовсе лучше умолчать. Будущее Англии — есть будущее Англии.

Из другого угла послышался тихий смех. Алиса вздрогнула. Она уже и забыла, что кроме них в комнате были другие люди. Амелия отвлеклась от вышивки, услышав слова Морганы. А Гвен, которая рядом складывала чистые простыни в большой сундук, бросила на неё хмурый взгляд. Прислугой Амелия не считалась, но и придворной дамой не слыла тоже. А поэтому на то, чтобы говорить или нарушать разговоры, ей, по идее, требовалось разрешение. Разумеется, Амелия никогда его не спрашивала. Вот и сейчас, оставив пяльцы, девушка внесла свой вклад в обсуждение.

— Говорят, лорд Баярд звереет в пылу битвы, не представляю, каков он дома, если разозлить. Рассказывают, что он убил свою жену.

— Он вдовец? — Маргарет хмуро взглянула на Амелию. Она не могла представить Баярда разозленным, но допускала такие изменения в настроении. Возможно, вспыльчивость вполне банальна, учитывая время и место. Но про жену, скорее всего, слухи. У этого человека душа поэта. По крайней мере, так ей казалось.

— И отец двух взрослых сыновей, — поучительно, как старшая наставница, продолжала девушка, — так что жениться повторно ему пока нет надобности. Разве что, чтобы заключить союз с каким-нибудь королевством. Ну или из чистого удовольствия.

Маргарет слегка поёжилась, ей не нравятся эти разговоры, словно он при всех сделал ей непристойное предложение. Хотя не сложно представить, что согласись уехать, и она, и Алиса уже к вечеру были бы так или иначе несвободны. От этой мысли ей стало немного зябко, но мнение о человеке не испортилось. Он же не стал её заставлять, выпрашивая их у Утера словно крепостных крестьянок.

— Как мне повезло! — вдруг улыбнувшись, заметила Моргана, с долей наигранности. — Я не настоящая принцесса и не стану разменной монетой.

— Так у нас не будет атмосферного чаепития? — по-детски расстроилась Алиса. Почему-то в сознании всплыл советский фильм*, где раскрыли подмену царя. Принцесса, принцесса-то не настоящая! В их случае, конечно же, наоборот, только никто об этом не знает. — Френдли тиа пати? — слегка коряво предложила Алиса, понимая, что тему надо срочно переводить. Она сама не слишком хотела вспоминать вчерашний вечер, когда над ними повисла такая угроза. Девушка всё ещё не понимала Маргарет и была обижена на её неуёмную любовь к исторической движухе, что чуть не столкнула их в самую гущу военных действий. Всё же можно было провернуть тихо, просто обезвредив ведьму в тёмном углу, а потом сдать со всеми потрохами Утеру, не устраивая такой цирк. Хотя их новое положение, после разъяснений Риты, было намного лучше тех птичьих прав, с которыми они и прибыли в Камелот.

— Гвен, — Моргана махнула рукой. Как и подобает послушной прислуге, Гвен тут же оставила работу и захлопнув сундук, вышла вперёд. — Сходи на кухню, пусть нам приготовят чай.

Для Алисы присутствие такой экзотической особы, как Гвен, всё ещё было удивительным. То есть, да, сюжет сюжетом, но теперь-то можно её расспросить. Спросить, как их занесло в будущую Англию и откуда. Может быть наличие помидоров черри и бананов можно объяснить одним рассказов простой служанки. Потом взгляд Алисы упал на столик с зеркалом у самой кровати. Там помимо интересных шкатулок стоял и сундук. Тот самый, что приносили утром им, а теперь он принадлежал королевской воспитаннице. Собственно, большую часть подарка Моргана уже перебрала. Алиса приметила знакомый кулон на её шее. А может быть там кольцо? Это ведь хороший повод попросить разрешения взглянуть на подарок?

— Конечно, — не без осторожности Моргана согласилась. Она понимала, что девушки, вероятно, прожив долгое время при чужом дворе, скучают по роскоши. Но всё же считала просьбу странной. Она решила время от времени поглядывать за действиями Алисы.

— Ай хед, а лот оф бьютифул…аа… — девушка запнулась. — Рит, как будут украшения на их языке? — она приблизилась к сундучку.

— Леди Алиса пытается сказать, что у неё было много прекрасных украшений.

— Йес, йес! Ат хоум. Свит хоум, — плавно раскачиваясь из стороны в сторону, заканчивает свою мысль девушка. У неё глаза сверкнули. Получить не получу, так хоть рассмотрю в малейших деталях. Первой сказанное уточнение разобрала Амелия и тут же заметила, возвращаясь к пяльцам:

— Но вы больше не дома.

Для прислуги она слишком смелая, для гостьи слишком деятельная. Все затихли. Стало как-то неловко. Алиса с интересом рассматривала сундучок, скрывая тот факт, как сильно Амелия задела её такой простой фразой. Маргарет вздохнула, отведя взгляд в сторону. Да, не дома. Но скоро туда попадут. Моргана на секунду вспоминая утренний разговор с принцем. Некоторое время назад Артур поделился с ней своими подозрениями насчёт девушек. Тогда она ответила ему: «Нет, они не могут быть шпионками. Они ничего такого у меня не спрашивали». Но сейчас она думала о любопытстве, с которым Маргарет рассматривала людей в тронном зале, как она интересовалась лордами, документом и войной. Да, они не дома. А их дом это где?

Дверь плавно открылась, и в комнату вошла Гвен с подносом и четырьмя кружками на нём. Она умело прошла вперёд, даже не потревожив напиток, и спросила, куда поставить поднос. Моргана сказала, что ничего не надо ставить, и протянула руку за кружкой. Она посчитала, что никто не обидится, если подержит тёплую кружку в руках. Амелия даже пересела на лавку ради чая. Но выглядело так, словно она пытается спрятаться за спиной Морганы.

Чтобы разбавить беседу, отвлечься от сложных тем и подозрений, Моргана начала рассказывать истории. Оказалось, за время проживания в замке она повидала многое. Маргарет старалась переводить для Алисы всё, что они обсуждают и передавать остальным её ответы. Если что-то было непонятно. Все четверо быстро привыкли к такому общению, закрыв комнату, начали вспоминать интересные моменты из прошлого. Второй историей стал случай из их с Артуром детства. По словам воспитанницы короля, принц свалился с лошади будучи ещё мальчишкой и от всех это скрывал. Запугал даже конюха, пригрозив, что если тот откроет рот, сразу лишится жалования. Артур объяснял разбитое колено и синяк в пол-лба падением с лестницы. Так что все ещё удивлялись, как принц остался жив. Правда так и не вскрылась, знала об этом только Моргана. Ну, до этого дня. Маргарет подумала, эту черту характера можно использовать. Алиса еле сдержала смешок. Артур в миг превратился из пафосного принца в обычного смертного. Да, не стоит забывать, что все мы люди. Интересно, что бы было, не приди в Камелот Мерлин?

— Только Артуру не говорите, — отпивая чай, с улыбкой попросила Моргана. — Он обидится.

Потом, с подсказки Амелии, Моргана вспомнила про неудачную охоту. Давнюю, она тогда была ещё совсем девочкой. В тот день сразу несколько лордов вместе с королём чуть не оказались на дне болота. Они пошли пешком, оставив лошадей, с луками и арбалетами, в какой-то момент оказавшись в болотистой местности. Эта история, в отличие от первой, Моргану не веселила. Но определённо ей нравилась. Маргарет представила короля, медленно погружающегося в болотную грязь. Её передёрнуло, как-то вообще не вдохновляющие выглядит. Интересно, если бы тогда король потонул, кто бы занял трон? Маленький Артур, будучи ещё совсем ребёнком или кто-то из лордов? За окном голоса зазвучали ещё громче, кто-то что-то кричал, и девушки отвлеклись от увлекательных исторических фактов.

— Вон там, мой брат, Томас. — Амелия протиснулась к окну, которое снова открыли и указала куда-то в скопление людей. — Он вернётся в Саунтгемптон с лордом Романкоином. Я должна была ехать с ним.

— Роберт не разрешил? — уточнила Моргана, она знала, Романкоин не любил Амелию и вероятно запрещал Томасу общаться с сестрой. — Надо было сказать, мне бы он не отказал.

— Не стоит, миледи, — отмахнула Амелия. Если бы Моргана выступила в её защиту, Романкоин бы всю дорогу её всячески раздражал и пытался бы сделать поездку максимально неприятной. Так он отплачивал ей за упрямство. А Томас бы молчал, защищать сестру он умел, но Роберту никогда не перечил.

— Вы ещё успеете попрощаться, — встрепенулась Маргарет. Она сняла венок и надела на голову Амелии — Идите, улыбнитесь брату, пусть знает, что с вами всё хорошо, и не уезжает с тяжёлым сердцем.

Мысль о ещё одной встречи с братом, которого она теперь не увидит больше месяца, Амелию порадовала. Юбки длинного платья зашелестели по полу. Она схватила венок, набросив его себе на голову, и побежала вниз, на первый этаж, ко входу. Короля ещё не было, если она обгонит Утера, успеет сказать Тому хотя бы пару слов. Не боясь споткнуться, она бежала по коридорам и лестницам. Ей было так хорошо от этой мысли. И, даже если она не поедет, сможет попросить написать отцу или просто заверит его, что всё хорошо. Она не винит его и прочее, и прочее. Спустившись на первый этаж, она миновала широкий коридор и, расталкивая снующих придворный, выбежала на крыльцо. Не глядя вперёд, она чуть не столкнулась с кем-то на ступеньках. Прежде чем она ударилась о чьё-то плечо, перед глазами девушки мелькнул тёмно-зелёный плащ. Испугавшись, Амелия сжалась и замерла.

— Простите, милорд, я вас не заметила, — виновато протараторила она, разглядывая мужчину перед собой. Вроде это не кто-то важный. То есть, не принц, не король и слава Богу.

— Осторожнее. — Лорд Грегори протянул руку, то ли чтобы она не врезалась в него снова, то ли из вежливости. — Вам помочь?

— Нет, благодарю. Я искала Тома Аберсона. — Амелия выпрямилась, проверила, всё ли в порядке с венком. — Оруженосца лорда Романкоина.

— Так, он… — Грегори обернулся, указывая на ворота, в которые уже выезжала первая процессия. Знамёна с серебряным конём, у которого был рыбий хвост, отдалялись всё дальше. Видимо, лорд Романкоин уехал раньше, не попращавшись с королём при всех. Либо торопился, хотел продемонстрировать своё особенное положение. В голове лорда Грегори что-то щелкнуло, и он обратил внимание на творение в руках незнакомки. Он узнал эти цветы.

В душе Амелии всё потухло. Предвкушение тёплого прощания исчезло. Если бы она сейчас закричала, Томас услышал бы. Но не остановился. Роберт требовал от оруженосца и по совместительству ученика полной отдачи. Семья оставалась дома. Поэтому он не хотел брать Амелию с собой, дабы мальчишка не отвлекался на нужды сестры. А если бы и взял, то всю дорогу намёками унижал бы её, демонстрируя Тому превосходством над его положением, зная, что мальчишка не возразит. Только сожмёт кулаки, вероятно, чтобы не расплакаться от безысходности. Грегори окинул девушку взглядом, он видел её в замке раньше. Да, теперь вспомнил. Дочка бывшего лорда Шеппи, жаль, он не знал её имени.

— Прекрасная вещица, — ему захотелось её подбодрить, — сами плели?

— Нет, — Амелия перевела на него взгляд, потухший и безразличный. Решив, что венок ей больше не нужен, она протянула его Грегори. Лишь бы куда-то деть, с глаз долой. — Леди Маргарет дала его мне. Она его… Простите.

Кивнув, она ушла, скрывшись за дверью. Амелии не хотелось вести беседы ни с кем. Так что даже в комнату Морганы она возвращалась медленно, потирая щёки и глядя в пол. Наверное, надо было пойти раньше. Наверное, надо вовсе не ходить. Грегори рассмотрел венок, перебирая пальцами прохладные листы плюща. Они уже немного обмякли, начали увядать. Он улыбнулся, зачем-то примерив плетёный подарок на голову. Размером в самый раз. Надо спросить Квинта идёт ли ему. Нет, лучше не надо, снял. Оказывается, там ещё и ромашки. Ну, им жить совсем недолго. Значит, её зовут Маргарет. Маргарет, которая была на пиру. Маргарет, которая пряталась от него в коридоре. Маргарет, у которой зелёные рукава. Он снова набросил венок на голову и спустившись по лестнице направился к коню. Ещё раз проверил крепление седла, позвал Квинта, приказал, как только выйдем из города, отправить слуг с вещами по более длинной дороге. Им нужно было заехать в одну деревню. Там есть место, где бы он остановился с большим удовольствием. Квинт знал о каком месте речь и спорить не стал. Приказ лорда. А ещё Грегори попросил снять с его лошади герб. Орёл на красном фоне слишком сильно бросался в глаза.

Алиса выглянула в окно, заметив венок Маргарет у Следопыта. Снова узнав плащ, Алиса прищурилась, ну да, его. Ах да, теперь он именуется лордом Грегори. Она обернулась, чтобы сообщить про увиденное подруге, но в последний момент себя остановила. Моргана рассказывала Рите что-то о сокровищах. Может она и неправильно поняла, но вдруг о кольце. Она снова подсела ближе к окну. Ей нравился лорд Грегори, то есть, он казался безопасным. Возможно, самым безопасным человеком в замке. Уж куда лучше Утера с его любовью к верёвкам и брёвнам.

***

Мерлин… Мерлин…

Голос дракона, кажется, скользил по стенам, огибая людей. На мгновение маг остановился, потряс головой. Когда голос дракона проникал в его разум, всё остальное меркло. На долю секунды он выпадал из жизни. Выпрямившись, Мерлин снова пошел за Артуром. Принц что-то говорил, рассказывал о планах на завтрашний день. Мерлин уже пропустил несколько слов и теперь пытался вновь уловить его ход мыслей. Через минуту, может чуть больше, голос позвал снова.

Мерлин...

— Мерлин? — Артур обернулся, заметив, что слуга остановился и закрыл глаза. — Что не так?

— Просто пытаюсь запомнить всё, что услышал, — спохватился парень, встряхнув головой. — Что-то ещё?

— Нет, идём. — К различным странностям Артур уже начал привыкать. Но из-за Маргарет и её подозрительного поведения, начал во всем видеть подвох и чувствовать фальшь. Даже там, где её нет.

Они пошли дальше к лестнице и начали спускаться на первый этаж. Мерлин всю дорогу незаметно осматривался, ища, не случилось ли чего. Дракон мог позвать его только по двум причинам. Либо он хочет чего попросить. Либо он хочет, чтобы Мерлин что-то сделал в обязательном порядке без права отказаться. Но, как правило, это отражалось на жизни замка и на его жизни конкретно. Спустившись на первый этаж, они оказались в более оживлённом коридоре. За высокими арочными окнами виднелся сад. Уже вечерело, летом темнело поздно, зато чувствовалась вечерняя прохлада. Артур замедлил шаг, и Мерлин сразу понял почему. Алиса стояла ближе к выходу, что-то нашептывала себе под нос и периодически подпрыгивала. Словно, разучивала танец. Иногда она приподнимала юбку, чтобы посмотреть на движения ног. Время от времени она осматривалась, кого-то явно ждала. Артур бросил хмурый взгляд на Мерлина, и они пошли дальше.

— Мерлин! — Вдруг выкрикнула девушка, так, что обернулись чуть ли не все. Она произносила его имя с незнакомым Артуру акцентом. Таким же, как у Маргарет. Так ужасно, по мнению принца, растягивая первый слог. Почему бы им не начать говорить правильно?

Алиса кинулась их догонять. Артуру пришлось остановиться из чистой вежливости. Он всё ещё считал их шпионками. Мерлин почесал затылок, пытаясь представить, зачем он понадобился ей сейчас. Вроде ещё не вечер, разве её не должна развлекать Маргарет? На крайний случай, Гаюс или может кто ещё. При всём желании, он был бы рад променять общество принца на общество странноватой девушки. Тем более за день Артур чего только не пытался сделать, в итоге, многое приводило к неудачному финалу, а значит и в плохое настроение. Алиса же преград не видела. Она уже знала, что будущая коронованная особа подозревает их во всякой всячине. А значит вести себя особо подозрительно не стоит. Вежливо кивнув, поклоны ей всё ещё давались с трудом и выглядели неправильно, она обратилась к принцу. Намереваясь прогуляться с Мерлином по территории Камелота и разузнать, где и что лежит и что откуда, а главное, у кого достать. Изучить локацию, девушке показалось мудрым решением. И пока Рита наводит мосты, она, Алиса, может завести свои связи.

— О-одну секунду, Ваше… Высочество. — Алиса не сразу вспомнила, как там распределяются титулы и обращения — Ай вонт Мерлин…то гиф ми. — Господи, как же сложно соединять слова в правильное предложение. — А тур оф зе кастел. Анд, — девушка особо выделила местное «и», — тич ми зе лэнгвич!

Это было трудно для всех сторон. Алиса даже выдохнула, когда закончила свою речь. А принц со своим слугой ненадолго выпали из мира, пытаясь понять, что именно хотела донести до них девушка. Когда смысл фразы дошёл до наследника, тот расправив плечи, уточнил:

— Почему именно Мерлин? — Ухмыльнулся Артур. Он взглянул на слугу, пытаясь понять, как тот реагирует. На удивление, у паренька блеснули глаза, а потом он опустил голову и смиренно шагнул ближе к Артуру.

— Бекос ю кант би дестрактет! — Гордо подняв нос, Алиса пошла вабанк. Сначала ошарашить, а там он сам согласится, когда поймёт, что он «якобы» был потенциальной жертвой. Алиса была уверена, что он с ней и часу бы не выдержал. — Ит волд би стрэндж. если…если… Да как же там было? Стрендж…иф. Зе. Почему я просто не могу послать тебе мысленный сигнал? Иф зе принс спент хис тайм валкинг инстенд… доинг бизнес, — окончание девушка произнесла вопросительно, глядя на Мерлина. Она тайно надеялась, что он сможет её помочь.

Это ещё труднее, чем в первый раз. Кажется, на этот раз завис даже Мерлин. А уж он-то понимал её лучше всех из местных. Принц медленно кивнул, задумавшись над смыслом слов. Он дипломатично откладывал время для ответа. Акцент и совершенно невыносимое произношение могли поднять и мертвеца.

Поняв общий смысл сказанного, Артур порадовался. Проводить время с потенциальной шпионкой ему не хотелось. Точнее, он бы ходил за ними по пятам, вот только Маргарет почти не отходит от Морганы, а Алиса… Она даже ни на один вопрос не ответит так, чтобы её слова можно было использовать. Какая удобная позиция — незнание языка. Решив, что Мерлин обязательно расскажет, если случится что-то из ряда вон, принц всё же его отпустил.

— Желание леди закон даже для меня, — пошутил он и, подтолкнув Мерлина в сторону девушки, добавил: — только верните мне его живым, хорошо?

— Обязательно! — Алиса ещё раз кивнула, говорить «спасибо» ей не слишком хотелось.

Артур хлопнул Мерлина по плечу. Особой опасности от девушки не исходило и, скорее всего, она правда заскучала. Слегка принца кольнуло то, что после их «милой» беседы и побега, она не попыталась извиниться или как-то загладить случившееся. В любом случае, он потом выудит подробный рассказ о прогулки от Мерлина. Сам же парень, не имея груды свободного времени, передышке радовался всё равно с осторожностью. Но сопротивляться тому, как Алиса ухватила его за руку и потянула за собой, он не смог. Она хотела гулять. Хотела выйти из замка в город. На небе медленно собирались тучки. Прекрасно! Алиса хотела дождь! Эта духота замка её вымотала.

***

— Она просто пришла и попросила. Ты сам всё видел. — Утер, задумавшись, потёр переносицу. — Слышал бы ты, что она говорила потом. Ей нужно было родиться мужчиной.

— Быть может идея не так плоха, — ответил Гаюс, глядя на короля. — Я имею в виду, дать леди Маргарет шанс побыть советником.

Король занял стол лекаря, и хозяин покоев не смел этому противиться. Несмотря на наличие ещё одного стула, он не мог усидеть на месте. Его беспокоило, что король, говоря, не думая трогает книги на его столе, перекладывает мелкие записки, иногда подбирает что-нибудь, крутит в руках и отбрасывает на другой край. Гаюс любил порядок. Свой собственный и мало кому понятный. Сам факт присутствия монаршей персоны здесь — уже событие, если подумать. Такое случалось редко, Утер спускался в его каморку только когда требовалось избежать лишних ушей.

— Леди Маргарет может оказаться полезной Камелоту, — наконец подытожил лекарь.

Он сам удивился, что говорит о ней, как о титулованной особе. Хотя учитывая, что ещё утром Маргарет в одну секунду чуть не превратилась в королеву… может быть и до титула недалеко. Он посмотрел на короля, наблюдая, как он постукивает пальцами по столу. Лекарь знал, когда Утер полон сомнения, и старался не мешать ходу его мыслей. Особенно, если мысли ему нравились.

— Она говорит странные вещи, как и леди Алиса. Их история выглядит странной, но я видел монеты и… — Король на секунду замолчал, проверяя карманы, а потом извлёк золочёную монету с двуглавым орлом и протянул лекарю. — Не похоже на подделку.

«Как и на золото», — подумал Гаюс. С другой стороны, он знает земли, где платят не золотом, а серебром или даже медью. Интересно, как сделали такой тонкий слой цвета? Он поднёс монету к свече и покрутил. В комнате заметно темнело, дождь лил примерно минут тридцать, и с улицы тянуло прохладной влагой вместе с бледным лунным светом. Время было позднее.

— Подделка? — с легкой усмешкой поинтересовался король. Он знал, что в топорных условиях такого не сделать. Да чего там, его монетный двор такого не сделает. Настолько чёткий и ровный оттиск.

— Нет, Ваше Величество, вы абсолютно правы. — Он протёр монету от нагари и вернул королю. — А леди Маргарет сама по себе говорит странно. Дайте время, и она привыкнет.

— Ты уже успел с ней познакомится. — Утер улыбнулся, взмахивая рукой и глядя в сторону окна, под которым стояла коробка со старыми масками. — Какое мнение у тебя сложилось?

— Не слишком цельное, чтобы ответить на все вопросы сразу, — Гаюс старался говорить спокойно, изображая легкую занятость. Ради большей простоты беседы. — Она и леди Алиса провели здесь вчерашний вечер. У меня было достаточно времени, чтобы поговорить с леди Маргарет. И я уверен, что всё сказанное ею, правда.

— Почему? — Король наконец перевёл взгляд на лекаря.

— Она была сильно взволнована, почти шокирована, вчера. — Гаюс, зная о причине, тактично о ней умолчал. — Мне пришлось отпаивать её травами, в таком состоянии женщины не способны врать.

Лекарь вернулся к своим делам, искоса поглядывая, как меняется лицо короля. Собственно, Утер снова отвернулся. Значит, испугать Маргарет у него получилось, даже сильнее, чем рассчитывал. Он удивился, что ей удалось это скрыть. Тогда, выводя Маргарет из подвалов, он бы не подумал. Может не стоило? В любом случае, это показывало привычку или скорее воспитание. Возможно, и правда придворное. Потом король вспомнил про упоминание Алисы и снова посмотрел на Гаюса, только теперь по-другому, немного прищурившись.

— А с леди Алисой ты разговаривал?

— Не так долго, как с Маргарет, Ваше Величество, — отозвался лекарь. — Её больше занимал Мерлин.

Король вздохнул. Он надеялся узнать мнение Алисы о происходящем. Маргарет сказала, что ей нравится в замке… но наверняка у Алисы есть что сказать не только про замок. Утер не сразу припомнил, кто такой Мерлин, но, когда всё же вспомнил, особо не порадовался. Скажем так, лучше бы Мерлин развлекал Маргарет. А что? Испуг можно снять забавной шуткой. Алиса же в шоке не была. Ну, он надеялся что не была. С чего бы? Конкретно ей король ничего не сделал. Хотя мог бы. Интересно, стала бы она танцевать с ним тогда? Надо было попробовать. Ещё секунда и мысли короля ушли бы не в то русло. Его отвлёк резкий хлопок двери. Даже Гаюс вздрогнул. На мгновение комнатка наполнилась громким женским голосом, а по полу скользнул прохладный воздух. Алиса перепрыгнула порог первая, а уже следом за ней вышел Мерлин. Увидев Утера, девушка замолчала и изменилась в лице, оборвав фразу. Широко раскрыв глаза, девушка в удивлении уставилась на короля. Что он здесь делает? Разве предстало королю самому ходить по лекарям? Обычно их вызывают в комнаты Его Величества.

— Добрый вечер, — она легонько присела и сделала шаг назад, чудом произнеся эти слова правильно. Если дверь за ней не закрылась, она, наверное бы ушла.

Взгляд короля скользнул по облику Алисы. У неё щёки раскраснелись, мокрые после дождя волосы, подсохшие на макушке, всё ещё свисали прядями. Дыхание сбито, словно после бега. Помятая юбка, испачканная в уличной грязи и с мокрым подолом. Куда этот пацан её водил? Утер понадеялся, что не в город, по вечерам там может быть опасно. Без охраны, к такой особе тут же бы пристали попрошайки или кто похуже. Он сомневался, что этот слуга смог бы защитить её. Если бы он видел, как они уходили… Нет, он просто скажет Артуру, пусть лучше следит за собственными слугами. По не самому дружелюбному выражению лица, Алиса видела, что их с Мерлином появление не слишком радует короля. Она подумала, влетев в комнату, они помешали чему-то очень важному. И поэтому им лучшее быстрее уйти.

— Где тебя носит? — происходящее возмутило и Гаюса. Просто так сорваться на девушку он не мог и не хотел, но Мерлин — это почти его собственность. — Раз у тебя появилось столько свободного времени, ты должен быть здесь.

— Мы просто… — Алиса почувствовала виноватой и себя, поэтому попыталась объяснить ситуацию.

— Вышли в сад! Дворцовый, — перебил её Мерлин, понимая, что правда приведёт их двоих в немилость. Тем более, частично, он не лгал. Начали они правда с сада. — Леди Алиса попросила её проводить, она боялась… заблудиться.

Алиса кивнула. Для виду она выпрямилась и расправила плечи, как не раз видела в псевдоисторических сериалах. Изобразив благородное спокойствие, она решила, во чтобы то ни стало отстоять Мерлина перед лекарем и королём. Хотя бы потому что он обеспечил ей хороший вечер. И, если с ним что-то случиться, кольцо канет в лету вместе с ним. И пророчеством. Как там сказал Артур? Желание леди закон? Значит ей не попадёт, главное сильно не наглеть.

— Это моя вина, — громко произнесла Алиса, демонстрирую свои продвижки в языке. Сделав паузу, чтобы подобрать нужные слова она продолжила: — Простите меня. Но сад прекрасен в… грозу.

Грозу? Утер выпрямился. Да, он угадал! Если сейчас парень тут же не рассыпится в извинениях, завтра окажется на площади. Нет, она, разумеется, не пленница. Винить её за желание погулять под дождём король не мог. А вот винить Мерлина в том, что не остановил этот волшебный порыв, он мог и очень даже хотел. В любом случае, прогулка вроде никак не навредила гостье и, если завтра она не заболеет, парня можно будет даже помиловать. И да, Утер снова оглядел Алису, даже легонько улыбнулся. До чего же нелепый вид. Совсем не подходящий гостье в замке. Он представил, как вместо помятой и мокрой юбки на её тонкой фигурке разворачивается красивое полотно желтого шелка с золочёной вышивкой. Он видел такое на некоторых благородных дамах, что приезжали в замок. И теперь ему в голову пришла идея, он хотел видеть такое же на Алисе.

— Ты должен предупреждать о долгом отсутствии. — Гаюс, видимо, тоже решил, что раз он не может упрекнуть девушку, отыграется на подопечном. — В следующий раз я запру тебя в чулане на всю ночь.

— Не надо, Гаюс, — Утеру потребовалось всё королевское благородство, чтобы произнести это так мягко. — Он просто исполнил пожелание гостьи. Леди Алиса может ходить, где пожелает и с кем пожелает.

— Простите, Ваше Величество, — кивнул лекарь, смягчаясь. У них словно был один разум на двоих. Король говорит, лекарь подхватывает. Алиса даже подумала, не сговариваются ли они заранее.

— Так чем вы занимались в саду, леди Алиса? — выпрямившись, поинтересовался король. Он уже уловил факт, что девушка начала лучше понимать и говорить, а поэтому радовался возможности. Пусть она расскажет ему сама.

Вот только саму Алису воодушевление короля не порадовало. Он так смотрел на неё, словно в комнате никого нет, словно он выбрал себе зверюшку к ужину. Скомканный лист бумаги, который король всё ещё продолжал крутить в руке, напомнил ей маленький камушек. И, несмотря на всю мягкость королевского тона, Алиса немного сжалась.

— Мерлин привёл, нет, преподал мне… урок языка. Мы понимаем друг друга. — Она зажмурилась даже, от взгляда короля все слова путались. — Он хороший учитель. Я хочу чтобы он, — Алиса бросила взгляд на Мерлина, да не важно как отреагирует, главное сказать, — обучал меня дальше.

Мерлин и Гаюс одновременно посмотрели на девушки глазами удивлёнными и слегка растерянными. Король хмыкнул, опустил голову, о чём-то задумавшись. Он её понимает? Ну разумеется, парень возится с ней не первый вечер. Как же не понимать. Ладно, пусть пока покрутится рядом. Завтра король решит вопрос с обучением. На ум королю тут же пришла подходящая кандидатура. И с Маргарет нужно будет поговорить, ей тоже понадобится платье. Она не может оказаться рядом с троном в зелёном платье. Сразу заговорят о колдовстве, цвет лесных существ, лучше переодеть её в красное.

— Как приятно понимать каждое ваше слово, леди Алиса. — Король оживился снова и девушка с трудом улыбнулась. Ещё чуть-чуть и она задрожит. Она бы вцепилась в руку рядом стоящего Мерлина, но побоялась. Конечно, акцент никуда не ушёл, как и некоторая грубость в произношении. Да, она всё ещё медленно произносила слова. Но то, что Алиса перестала заикаться в таких простых предложениях, уже говорило о многом.

— Я… ещё не понимаю. Всего.

— Конечно, — кивнул Утер. Уставший и малоподобающий вид Алисы свёл его желание к общению на нет. Он вдруг понял, что с его стороны будет просто отвратительным, заставлять девушку стоять тут и мёрзнуть. Ему вообще надо было уйти сразу, как она появилась. Он встретится с ней завтра, как раз подберёт преподавателя. — Спокойной ночи, леди Алиса. Гаюс, зайди ко мне завтра после завтрака. Нам есть что обсудить.

После этих слов, Утер встал, взмахнув красный плащом. Не таким эффектным, как у Баярда, но Алиса подумала, что и о таком Маргарет бы мечтала. Гаюс проводил короля взглядом, даже не пытаясь ответить. И как только дверь захлопнулась, все трое выдохнули. Алиса тут же принялась стирать с лица уже высохшие капли дождя. Гаюс кивнул, и Мерлин без лишних вопросов скрылся с глаз лекаря. Алиса не была против, она и сама хотела вернуться в комнату. Но Гаюс всего на секунду её остановил.

— Леди Алиса, могу я попросить вас впредь быть осторожной в выборе сопровождения. — Он взял в руки скомканную бумагу и выбросил. — Не стоит излишним вниманием портить жизнь слуге. Тем более, когда вы встали на полступени выше, — Гаюс обернулся, глядя на Алису так серьёзно, как вчера на Маргарет. — Надеюсь, вы поняли.

***

Назначенной деревни обоз лорда Грегори достиг уже к ночи, небо почернело, солнце скрылось, листва стала походить на тёмные пятна. Впереди следовала стража в количестве трёх человек, следом за ними слуги. Двое мужиков вели под узды коней, что тащили телегу с сундуками. Кони время от времени фыркали. Они устали не меньше людей. Дальше, за телегой ещё два стража, потом лорд Грегори с Квинтом, а за ними ещё пять человек военных. Он всегда окружал себя стражей в пути, чем больше — тем лучше. Своя жизнь была ему дороже сундуков с тряпками и посудой. Да и набирать новых слуг после каждой поездки не хотелось бы. Через несколько минут дорога вывела их из леса ненадолго. Она пролегала через небольшое поле мимо деревни, а потом снова скрывалась в чаще. Кони зафыркали, видимо, что-то им не понравилось. Грегори узнал этот путь, он безопасный, пока не упрёшься в реку. За переправой будет огромное количество засад. Если он решил сделать по-своему, ему следует сделать сейчас.

— Вот она. — Грегори усмехнулся и толкнул Квинта в плечо. Сейчас он выглядел и вёл себя как обычно. Квинт даже порадовался, что покинув Камелот, хозяин вернулся к привычному состоянию, а поэтому ничуть не удивился.

— Вижу, милорд, — бросил тот, он и так понимал, где находится и представлял, где проведёт эту ночь. Для него не слишком приятную.

За узким полем, вдоль которого шла дорога, горели огни. Название деревни никто не знал, зато знали, что там есть несколько прекрасных мест, на деньги от которых деревушка и процветала. К сожалению для местного населения, это были далеко не церковь или торговые лавки. Хотя торговлей это тоже называли. На поле в этом году ничего не сажали, трава была скошена, можно было свернуть хоть сейчас. А что, верхом меньше минуты пути.

— Стой! — крикнул Грегори, потянув на себя повод. Телега с вещами и все сопровождающие тут же остановились. На мгновение стало очень тихо. — Дальше без меня, — серьёзно, словно речь о чём-то важном, сообщил Грегори. — Я догоню вас утром, ждите у реки. Квинт, отвечаешь за безопасность. Все должны добраться в целости.

— Как скажете, милорд, — начальник гвардии махнул кому-то из стражей, идущих впереди. — Ты поедешь с Его Милостью.

— Нет, — Грегори остановил парня в доспехах, жестом возвращая его на место. — Я буду один. Всё в порядке.

— Вы не можете…

— Могу, — он постарался изобразить суровость, но эффекта произвело мало. Квинт слишком давно его знал, чтобы испугаться. Мог только смириться.

Медлить он не стал. Грегори свернул с дороги, съехал в поле и довольно не торопясь направился к деревне. Перед небольшим заборчиком взял разгон, чтобы лошадь легко перепрыгнула препятствие и скоро оказался на протоптанных улицах, освещались которые разве что светом из окон. В таких местах водится много ушлых личностей, но его пока что не тронут. Знают, куда гости направляются первым делом и, как правило, нападают там. Однако клиентов это не отпугивает. Странное дело, путники рискуют жизнью и кошельком ради пива и девок. Обоз медленно потащился дальше. «Как обычно, — донеслось из ряда слуг. — Ни одного кабака не упустит».

— Хей, кто-то хочет ушей лишиться? — выкрикнул Квинт с неподдельной угрозой. А что, он может. И язык за одно. — Идите быстрее!

У самого входа в известный дом, Грегори свернул и ушел за него. Куда не падал свет. Он остановился, спешился и начал ждать, пока вереница уйдёт. Со второго этажа послышался свист. Лорд отвлёкся и запрокинул голову. Из узкого окошка выглядывали две дамы, одна уже явно перешедшая из юного возраста. Та, что моложе, бесцеремонно задрала юбку и поставила ногу на оконную раму, демонстрируя голую коленку и бедро. Вторая начала расстегивать ворот рубашки. Он кашлянул. В Камелоте шлюхи постеснительней. Схема может рабочая, но он тут ненадолго. Когда последний солдат из гвардии Квинта оказался в тени деревьев, Грегори увёл коня в сторону. Расстроенные потерей клиента дамы закричали ему вслед что-то невразумительное. Он их почти не слушал. Прошел по довольно оживлённой улице, снова взобравшись на коня, он покинул деревню направляясь обратно в город. Вроде он должен успеть до закрытия городских ворот. Замковые перекрывают с наступлением сумерек, но крепость открыта почти до полуночи. Он даже успеет в «Розу и Корону». А завтра нужно со многими встретиться. Отправить гонца к Квинту с указаниями. Поехать за тридевять земель, чтобы найти какую-то Цинтру? Сейчас прям! Уплыл и не вернулся.

***

Обратная дорога в Камелот выдалась отвратительной. Начиная с тех женщин в окне и заканчивая заселением в «Розу и Корону», где в очередной раз ночевала толпа народу, и только за несоизмеримо большую доплату лорду Грегори предоставили отдельную комнату, переселив кого-то оттуда в общую. Честно, лорд отдал бы весь свой кошелёк, лишь бы ему предоставили покой, крышу над головой и любой горящий камин. От самой деревни и до конца лесной дороги лил дождь, косой, под сильный ветер. Пришлось ехать медленно, чтобы конь не поскользнулся на размывшейся грязи. Грегори проклинал всех известных ему богов и ругал себя последними словами. Как можно было пропустить приближающийся ливень? Не увидеть туч в небе? И ничего не взять с собой. Ну конечно, было бы странно, если бы он полез в телегу вытаскивать из неё вещи, при этом обещая вернуться к рассвету. Но чёрт побрал бы всех слуг и стражей! А, когда раскаты грома зазвучали сильнее, пугая коня, ночь спустилась, и он уже не видел дороги дальше пяти-десяти шагов… Грегори понял, что ошибся куда сильнее. Натянув повод, он следил за конём, как бы зверь не испугался особо сильно, не рванул вперёд, сбросив хозяина. Ветер усилился, закачались деревья, шаг коня замедлился почти до пешего. Проводивший не одну ночь в лесах, лорд Грегори панически осознал что, возможно, это будет первая ночь, когда в лесу он один. Прежде его сопровождал хоть кто-то. Нет, он выбрал отвратительный день, боги явно против любых его затей. Ему пришлось спешиться и повести коня за собой. По дорогам уже бежали ручьи, набирались лужи. Если молния ударит прямо перед лордом Грегори, он даже не удивится. Чего-то подобного он и ждал.

Ушла буря так же внезапно, как и налетела, спустя час, а может чуть меньше. Ливень стих, ветер вроде тоже. По крайней мере, деревья перестали устрашающе раскачиваться, периодически теряя ветки. Грегори даже сначала порадовался, выйдя из леса на прямую дорогу, но потом его обдало ночной прохладой. Непомерно промёрзлые ночи, несмотря на разгар лета. Надо было наплевать на всё и взять с собой что-то. Хотя любой мешок или сумка сейчас были бы полны воды. Он посмотрел назад, думая, пока не поздно, вернуться. Убирая со лба мокрые волосы, Грегори прикинул как далеко до реки. Нет, поворачивать обратно, определённо глупость. Он доедет только к рассвету, если повезёт, с размытыми дорогами и огромными лужами. Потом его взгляд упал на венок. Покидая замок, рука не поднялась выбросить, Грегори прикрепил его к кожаной сумке, той, что позади любого седла. Дождь почти ничего от него не оставил. Только несколько листов плюща, которые ремень прижал к сумке, и одна ромашка без лепестков. Понимая что, скорее всего, согреется только в Камелоте, Грегори выдохнул, цепляясь за лошадиную гриву. Уже давно он так не уставал. Пришлось гнать коня как на охоте, не думая, что встречный ветер, не просто высушит волосы, но и нагонит холода. Пересекая городские ворота лорд, Грегори не чувствовал пальцев, ему казалось, он даже повод разжать не сможет.

Ролло сразу узнал, кто переступил порог его таверны, сжимая в руках сумку и какой-то зелёный веник. Хозяин заведения делами посетителей интересовался мало, а поэтому, спрашивать, почему утром гость забрал все вещи, расплатившись, а вечером вернулся промокший насквозь, даже не подумал. Большинство клиентов уже расходились, свободный стол нашелся тут же. А, когда после кратких уговоров, Грегори выложил из сумки несколько монет, Ролло обернулся и позвал дочь. Авила, как всегда улыбчивая и легкая на подъём, ахнула при виде гостя. Правда самого Грегори она не интересовала от слова совсем, даже её любезное: «Я сама подготовлю комнату», — было пропущено мимо ушей. До ужаса хотелось просто заснуть. Где-нибудь, всё равно где. Хоть в общей комнате на одной кровати с рыбаками и пьяницами. На вид Грегори от них сейчас не отличался.

— Мне нужна бумага, перо, свеча и… — Он выдохнул, опустившись на лавку у ближайшего стола. — Вино. Подогретое.

С трудом собирая мысли в единое целое, Грегори дождался пока Ролло предоставит ему письменные принадлежности, видимо, из личных запасов. Унять дрожь в руке он уже не мог, поэтому быстро написал несколько пунктов, адресовав послание Квинту. Надеялся, что начальник гвардии разберёт пляшущие каракули. Нельзя бросать Ашдаун. Пусть наводит порядок от его имени, собирает налог с солдат, снаряжает крестьян… нет, наоборот. Да, нужно исправить. Пару раз Грегори показалось, что буквы расплываются. Но через секунду всё вставало на места. Запечатав послание, он оставил оттиск печати на красном сургуче и отдал Ролло. Пообещав всё оплатить завтра, Грегори устремился за Авилой, даже не притронувшись к вину. Оказавшись в комнате, тёплой, по сравнению с первым этажом, он закрыл дверь и… побоялся запирать. Последние остатки здорового разума твердили, что больше двух или трёх часов дороги не пройдут просто так. Мысли плыли, как неразборчивый поток бредовых цветных оттенков и образов. Ноги не слушались, словно он выпил полпогреба. Где его сумка? Не важно, важно, что там были ромашки. Нет, не ромашки. Тепло обвивает, окутывает, как одеяло. Кажется, он уже спит. А может нет. Квинт будет ждать у реки. Гонец должен догнать. Гонец догонит те зелёные рукава. Нет, Квинта… а было бы здорово, чтобы догнал отца. Ему нужен его совет, первый раз за… столько лет. Сколько лет он мёртв? Где всё же сумка? Там остались листья. Зелёные листья, зелёный плющ. Зелёные листья и… зелёные рукава.

Через сорок минут его охватило полное беспамятство. Авила, заглянувшая в комнату, тут же побежала к отцу. Она даже забыла, что накинула на плечи новую шаль и поправила прическу, прежде чем подняться. Если бы отец заметил, выгнал бы во двор и отхлестал лозиной. Правда, когда дочь сказала: «Там наверху человек умирает» ему было явно не до дочкиных похождений. Скажи она, что постоялец бредит, Ролло списал бы на алкоголь, тут таких каждую ночь по десятку. Но Авила подобрала правильную формулировку. Чтобы отец, не сомневаясь, поднялся в комнату. А потом побежал за городским лекарем. Ни Авила, ни Ролло не знали имени клиента, зато прекрасно видели его плащ и края расшитой рубашки. А ещё помнили, что в прошлый раз его охраняло, по меньшей мере, с десяток гвардейцев. Рыбаки и пьяницы такого себе не позволят даже работая сутками без сна и перерывов на еду всю жизнь. А мёртвый представитель знати, которого, наверняка, уже ищут, самая отвратительная репутация для таверны. Ролло установил правила, никого нельзя калечить и убивать в стенах его заведения. Авила знала что делала.

***

Странно, но чем больше происходило событий, тем меньше Маргарет чувствовала усталость. Днём, перебегая от комнаты в комнату, пересекая коридор за коридором, сталкиваясь то с одним то с другим, она чувствовала некий восторг. Контур крыльев за своей спиной, но как только начинали спускаться сумерки, всё стихало, становилось скучно. А сегодня, конкретно этой ночью, ещё и тревожно. Она ходила по тёмной комнате, освещал которую лишь зажжённый камин, закутавшись в одолженную у Морганы шаль. Ночью в замке становилось холоднее, сквозняки гуляли по полу. Им нужно было вешать платья напротив камина, а ночью вставать и подбрасывать дров. Переодеваясь в купленные ещё в Элдоре рубашки, им приходилось спать под одним одеялом. Маргарет уже подумала отпроситься в город. Если их, конечно, отпустят дабы купить что-то. У них вроде оставались деньги. Алиса перевернулась, не просыпаясь, стянув на себя всё одеяло и снова затихла. Маргарет бросила пару брёвнышек в огонь, пламя окутало их и начало медленно пожирать. Потом она подошла к сундуку, вынул мешок, тихо найдя там оставшиеся либры и телефон. Интересно, работает ли он?

Устроившись на подоконнике, сейчас более холодном, она опасливо выглянула в окно. Девушка не понимала, почему ей так тревожно, так страшно, подмывает встать и куда-то бежать. Только вот куда, она не знает. Медленно покачиваясь, Маргарет пересчитала монетки, из двухсот либр у них осталось только десять. Этого может хватить на пару длинных рубашек. По крайней мере, Маргарет на это надеялась. Ибо простой грубый лён уже вызывал непереносимость. А потом она включила телефон. Зажав динамик пальцем, Маргарет дождалась, пока на экране появится белый замочек. Быстрым движением она разблокировала экран, понизила яркость, ещё раз взглянула на Алису. Та всё ещё спала. Сети не было, пропущенных звонков и сообщений тоже. Неудивительно… Встав на подоконник, Маргарет подняла руку к тёмному небу, надеясь, видимо, на чудо. Но чудо не произошло. Ещё один процент заряда пропал, и она спрыгнула обратно на пол. Тревога временно ушла, на мгновения Маргарет успокоилась, сама не понимая почему, и палец потянулся к галерее. Возможно, сейчас её мучают те же страхи, что приходят к Алисе днём. Может у них есть смены?

Искушение оказалось сильнее, палец сам скользнул к иконке «камера». Она осторожно раскрыла ставни шире, поджав губы, направила телефон вниз. С их этажа площадь отлично попадала в кадр. Она никому не покажет, это только ей, на память. Она коснулась центра экрана, камера сфокусировалась на колодце. Только бы её никто не увидел. Собственно, в такой темноте невозможно что-то рассмотреть. Она нажала на маленький фотоаппарат. Яркая вспышка сверкнула! Маргарет отпрыгнула, спрятавшись за стену, и заблокировала экран. Вспышка настроилась сама, автоматически, когда телефон распознал тёмную картинку. Дура! Надо было посмотреть. Переведя дух, Маргарет прислушалась к тишине. Кажется, никто не заметил. Она закрыла ставни и на всякий случай перебралась на пол, к камину. Ушедшая на мгновение тревога, вернулась с удвоенной силой.

Теперь она открыла галерею. От случайных кадров, радостных лиц родственников и друзей или просто красивых видов города ей не становилось грустно, напротив, тепло и приятно. Воспоминания согревали, как чай с мёдом, и растекались чем-то приятным по рукам и ногам. Время на часах показало два с половиной ночи. Маргарет засомневалась, что её часы правильные, но судя по мраку за окном и белым звёздам… где-то около того. Она снова выключила телефон и спрятала в сундуке. Потом вспомнила про кольцо и серьги, если не хватит денег, можно будет их продать. Или обменять. Скорее второе. Тревога потянула её обратно к окну. Заснуть с необъяснимым страхом и рвущимся куда-то прочь из замка разумом она уже точно не сможет. Сильнее укутавшись, она села на пол у камина, куда доставало тепло и свет от огня. Возвращаться на подоконник может быть опасным. Им стоило поехать с Баярдом. Грешным делом, Маргарет подумала, что могла бы сейчас быть королевой. Звучит как неплохой карьерный рост в данных условиях. А Алиса… была бы замужем за лордом-средневековым-Болейном и гоняла бы его скалкой по всему замку. Ух, как бы гремела посуда! Зато не пришлось сейчас сидеть у камина и пытаться понять, от чего ей так неспокойно. Словно где-то что-то происходит. Словно она должна быть там. Но где? Где-то не здесь. В окне хорошо видно небо, даже если сидеть на полу. Эти звёзды так близко, хоть руку протяни и возьми. Алиса снова перевернулась и заулыбалась во сне. Маргарет поёжилась, ну хоть кому-то этой ночью хорошо.

***

— Если вы идёте в город, то я иду с вами, леди Маргарет, — набрасывая на плечи дорожный плащ, настойчиво произнесла Амелия. — Приказ короля, я должна всюду сопровождать леди Алису.

— Когда я спрашивала разрешение у короля, Его Величество не сообщал мне о сопровождении, — съязвила Маргарет, не сдержавшись. Ей очень не хотелось, чтобы за ней и Алисой по городу тянулся хвост из дворцовых.

— Зачем ей ходить за мной? — поинтересовалась Алиса у подруги, нервно косясь на Амелию. Кем бы она ни была, эта женщина ей не нравилась.

— Зачем Его Величеству повторят сказанное дважды? — с нравоучительным удивлением поинтересовалась девушка. — Он уже сказал это мне, поручил обучить леди Алису языку.

— Мне казалось, леди Алиса и без того преуспевает в изучении. — Маргарет остановилась, ей нужно было найти способ выйти из замка без надзора. Через мгновение идея пришла сама собой и Маргарет доверчиво улыбнулась. — Вы правы, нельзя нарушать приказ короля. Если Его Величество счёл нужным, значит так и будет. Могу я попросить вас сходить к лекарю Гаюсу? Он обучал леди Алису до этого, может сказать, что она уже знает. Мы подождём вас на площади, прямо у ворот замка.

— Зачем мне совет лекаря? — фыркнула Амелия. — Я пойму насколько её познания глубоки и сама.

С этими словами, Амелия застегнула плащ и пошла в сторону больших распахнутых дверей. Втроём они вышли на площадь. Алиса мрачно проводила взглядом своего нового преподавателя. Мысленно обозвав её выдрой и пожелав Утеру здоровья, девушка решила, что чёрта с два, они будут гулять под надзором. Алиса очень тихо предложила затеряться в толпе, но Амелия не отходила от них ни на шаг. Она попросила девушек не разговаривать на родном языке, пока они в городе, так замедляется обучение. Какая-то мало мальская симпатия, что оставалась у Алисы к этой женщине, дала огромную трещину. Нет, так не пойдёт. Никто не может указывать ей, что говорить, как говорить и на каком языке! За малым исключением, конечно, но Амелия туда явно не входит. Идея затеряться в толпе неоновыми огнями засияла в мыслях Алисы. Одарив Амелию хмурым взглядом, Маргарет взяла Алису за руку и повела к оживлённой площади. Сопровождающая их леди поторопилась следом. То ли она слишком серьёзно относилась к поручению, то ли действительно такой была, но держалась она прямо, гордо и куда более представительней, чем многие девушки вокруг. Мысленно Маргарет позавидовала её осанке и подумала, что и ей нужно время от времени вскидывать подбородок так же горделиво. Раз уж она решила записаться в королевские советницы и заимела приставку «леди» рядом с именем.

Народу на площади было не меньше, чем в их первый день. Торговых лавок, телег и просто разложенных на дороге товаров стало намного больше. Со всех сторон доносились голоса, крики, ругань, торги, восхищения. Казалось, если сказать слово не услышишь сам себя. На мгновение подруг охватил восторг, небывалый, как на большом фестивале. Словно всё это только для них и для их развлечения. Причудливые глиняные горшки с греческими узорами. Диковинные растения: странные, словно маленькие шарики, они походили на пупырчатую бумагу; высокие с красными пятнами напоминавшие алое. Подозрительного вида синие кактусы и прочая флора, которую Алиса в жизни не видела и по биологии не изучала. С другой стороны ярмарки виднелись ткани. Льняные, шёлковые, крапивные и конопляные. В общем, по всем категориям цен. Вопрос о наличии таких чудес так и повис в воздухе. Чуть дальше, ближе к середине, виднелось театральное представление. Тряпичные куклы прыгали по деревянной сцене и люди толпились рядом, пропуская вперёд детей. Где-то по толпе шнырял мальчик, снимая с поясов зрителей кошельки. Маргарет, на секунду замерев, тихо и восхищённо прошептала:

— Это не из этого времени.

— Здесь всё не из этого времени! — вскинув руки, подтвердила Алиса. Бросив быстрый взгляд на Амелию, девушка ловко юркнула в толпу людей напротив, утягивая подругу за собой. — Смотри, какая прелесть!

Они оказались у прилавка с многочисленными заколками, бусами и прочим. С одним лишь уточнением, всё это было деревянным. Зато с какой резьбой! Алиса, любящая в основном дорогое и блестящее, разглядела в этих вещицах не просто украшение, а настоящее произведение искусства. В отдельный восторг её привели фигурки с изображением медведя, волка и льва. Она схватила одну из них, самую правдоподобную и, отвернувшись от продавца начала рассматривать. Амелия, к разочарованию девушки (она то думала, что скрыться с первой попытки им удастся), какое-то время смотрела на неё, а потом решила спросить, что Алиса думает. На что она подняла на Амелию взгляд, словно её отвлекли от очень важных дел и сдержанно ответила:

— Хорошая работа. — После чего поставила фигурку обратно на прилавок. Амелия кивнула, еле заметно улыбнувшись. Кажется, ответ, её устроил.

— Идём. — Маргарет снова взяла её за руку и повела к самому краю площади. — Там есть рубашки.

Прилавок почти у самого выхода, кажется, собрал больше всего покупателей. Только с четвёртой попытки они смогли пробраться вперёд, чтобы лучше рассмотреть товары. Амелия осталась позади очереди, видимо, посчитав, что получать локтем в бок ей без надобности. Маргарет придирчиво рассматривала длинные рубашки из белого льна, куда более мягкие, чем те, что уже имелись. А ещё куда аккуратнее сшитые. У них был широкий вырез, длинные рукава с аккуратными манжетами и по подолу, видимо рассчитанному на самую высокую в мире женщину, тянулась изящная вышивка. Скорее всего, она была не украшением, а оберегом. Поинтересовавшись, сколько стоит такая прелесть, Маргарет выдохнула. Им не хватало. Алиса коснулась края рукава и заметно расстроилась. Они бы могли пройти и посмотреть где-то ещё.

— Давай посмотрим. — Маргарет отошла в сторону, и они втроём пошли вдоль прилавков. Тут было несколько лавок с тканями, целая телега с горкой шерсти. Был высокий широкоплечий мужчина, торгующий кожей и мехом. Это напомнило о приближающейся осени, Маргарет даже не хотелось думать об этом времени. Она всем сердцем пожелала к первым холодам быть уже дома. Иначе они рискуют просто умереть от первой же простуды. Как бы не был искусен Гаюс, она ставила местную медицину под сомнение.

— Вы философский камень ищите, леди Маргарет? — пошутила Амелия, останавливаясь перед очередным зазывалой, рассматривая разложенные фрукты.

— Конечно же, нет. Его свистнул Дамблдор, — почти серьёзно ответила Алиса в расчёте на то, что поймёт её только Рита. Ну и позлить своим неповиновением Амелию надо было. — Ищите зеркало.

— Какие красивые яблоки, — улыбнулась Маргарет, не желая отвечать на эту шутку. — Даже во дворец таких не поставляют. Может, купите несколько штук?

— Я… — впервые за всё время уверенность в глазах девушки померкла, но через мгновение снова вспыхнула с новым огнём. — Я не люблю яблоки.

Сжав в руках свой мешочек, она отвернулась от прилавка и ушла в сторону соседнего. К плащам с меховым воротником и богатыми застёжками. Побродив немного, подруги вернулись к тому же прилавку. Людей было уже чуть поменьше, а значит можно было попробовать поторговаться. Мужчина с длинной бородой, как у монаха, хмуро окинул девушек взглядом, не признав в них благородных особ, а поэтому назвал цену прямо и смело. На что Маргарет выровнялась и, прищурившись, поинтересовалась:

— Почему так дорого?

— Дорого? — Мужчина явно не планировал сбрасывать цену. — А ты иди, дешевле поищи. Давай, решай, а то скажу, что воровка. Вмиг солдаты прибегут.

От такой внезапной наглости Маргарет даже отступила назад. Но через секунду полезла в мешок за монетами. Ей пришла в голову другая идея. Алиса не до конца поняла, из-за чего этот мужчина так набросился на подругу, но заочно внесла его в список опасных людей. Оглядывая прилавок на наличие какого-либо оружия, а с этих дикарей станется, девушка незаметно стянула красную ленту.

— Я заплачу за одну. А вторую… — Она вытащила из мешка серьги с маленькими жемчужинами. — Обменяю.

Мужчина задумчиво поморщился и почесал затылок.

— Краденые?

— А есть разница?

Он уставился на Маргарет, словно пытаясь понять, не навлечёт ли на себя беду. Серьги выглядели дороже, чем цена за рубашку, может, ему удача привалила. Решившись, продавец махнул рукой и забрал украшение. Перепродаст потом или ещё чего сделает. На всякий случай, он ещё сунул Маргарет белый льняной платок, говоря, что это вместо сдачи. Девушка пожала плечами и не стала отказываться. Вручив полотно Алисе, она скрутила рубашки и спрятала в мешок. Алиса дёрнула подругу за рукав и увела немного в сторону от толпы. Указав в центр площади, она улыбнулась, наблюдая, как Амелия ходит из стороны в сторону, высматривая их.

— Потеряла нас. Давай сбежим? — Глаза девушки радостно заблестели.

— А если она королю скажет? — засомневалась Маргарет.

— Не скажет! Он приказал везде за нами ходить, а так выходит, она виновата. Недоглядела.

Ухватив Маргарет за руку, Алиса пригнулась и нырнула в толпу. Вдоль невысокой стены они прошли к большим воротам, с которых начиналась площадь. Вырвавшись из потока людей, они остановились, посреди улицы. Высокие каменные заборы с дверками, из-за которых виднелись крыши домов местных представителей мелкой безродной аристократии, надёжно скрывали их от лишних глаз. Тут легче дышалось, никто не толкался, разве что слепой попрошайка протягивал к ним худые грязные руки. В кошельке подруг повесилась мышь, так что, им пришлось его проигнорировать. Пройдя вперёд, Маргарет сразу потянуло прогуляться. Узнать об этом городе что-то ещё, что-то новое. Алиса выставила руку вперёд, указывая на виднеющийся мост.

— Взгляните прямо, — радостно начала свою экскурсию Алиса, — вы видите типичнейший каменный мост и троллем под ним. В ночное время суток не рекомендуется ходить по такому со свеженьким мясцом.

Маргарет закатила глаза, но перебивать не стала. Даже улыбнулась. Узнать о городе ей хотелось, а если это будет комментировать Алиса, то прогулка обещает быть весёлой. Подруга, почувствовав свободу, уверенно продолжала:

— А вот здесь, в домике германского стиля, живут семеро гномов. Белоснежки ещё нет, она на базаре торгуется. Ну, знаете, камушки, бриллианты сами себя не продадут, а кушать хочется. Далее у нас дом Марко плотника пра-пра-пра… И прочие «пра» — дедушка Пиноккио.

— Какой, оказывается, древний род, — рассмеялась Маргарет. Так легко ей ещё не было.

— Именно, — передразнив манеры Амелии, произнесла Алиса. — С левой стороны мы видим дом кузнеца Билла Бонго. Судя по шерстистым ногам, он родственник хоббитов. О, стража. Зра-авствуйте, хел-лоу. — Алиса лихо уперла руку в бок, задирая подбородок. Стражники странно переглянулись, поздоровались и прошли дальше. Иногда оборачиваясь на голос Алисы. Они явно посчитали её, как минимум, блаженной и запомнили на всякий случай. Но, кажется, девушку это вообще не смутило.

Хорошее настроение Алисы оказалось заразным, как липкая лента от мух, и какое-то время они всё ещё бродили по городу, придумывая ему легенды. Смешивали исторических личностей со сказками, Маргарет представляла, как по улочкам ходят красные мантии первых английских кардиналов, как проезжают кортежи королей, которые ещё не родились. Алиса свернула с прямой дороги и указала вперёд.

— А далее перед нами предстаёт вторая половина лошади известного на весь мир Мюнхгаузена.

— Сегодня Мюнхгаузен пьёт в Розе и Короне, — ухмыляясь, добавила Маргарет и посмотрела на подругу. — Составим ему компанию?

Алиса задорно кивнула. Гулять, так гулять! Они уже сбежали из-под королевского надзора, терять было нечего. Обошли привязанную прямо к перилам лошадь, опасаясь, что животинка как-то на них среагирует. Но лошадь даже не посмотрела в их сторону. Хотя Маргарет показалось, что это скорее конь, и она его уже видела. А может и не видела. Толкнув незапертую дверь, они перешагнули порог.

— Закрыто! — рявкнул Ролло, услышав, как хлопнула входная дверь. Подумав, что его громкий выкрик отпугнёт наглых клиентов, мужчина вернулся к разборкам с дочерью. Авила пыталась уговорить отца залезть в чью-то сумку. Девушка почему-то рвалась в город, говоря что-то про прачку и лекаря. Когда Авила замолчала, уставившись на вошедших посетителей, как на чудо небесное, Ролло и вовсе потерял терпение.

— Я вас помню! — фыркнул он, его голос приобрёл хрипоту, а нос брезгливо морщился. — Снова не вовремя. Выметайтесь! До вечера тут закрыто.

— Мы просто подумали… — начала Маргарет, слегка напугано и растеряно. — Там лошадь к перилам привязанная. Без хозяина уведут.

— Пусть уводят! — Махнул рукой Ролло. — Хоть себе забирайте. Она и так скоро без хозяина останется.

— Не говорите так, — подала голос Авила, жалобно взглянув на отца. В руках она держала скрученный грязный плащ зеленоватого оттенка. Словно собиралась куда-то его унести. — Скажете, а потом и правда случится.

Алиса, склонив голову на бок, присмотрелась к плащу. Знакомый. Хотя, это начало средневековья. Может тут плащи, как пальто в СССР, все одинаковые. Авила легонько попятилась, в ожидании ответной реакции отца. Но хозяин «Розы и Короны» видимо уже уставший от происходящего, только тяжело выдохнул и отвернулся к одному из столиков. Маргарет остановилась, глядя на него с некой осторожностью. Хмурясь, она подумала, если уйдёт, пропустит нечто очень важное. Прошла всего одна тихая секунда, прежде чем Алиса решилась высказать своё предположение.

— Знаешь, а может это лошадь и не Мюнхгаузена. Уж больно плащ знакомый. Не твой ли это лорд? Который Грегори.

Маргарет вздрогнула, словно её укололи иголкой и ещё сильнее нахмурилась. Алиса подумала, что, если она будет так постоянно сводить брови, на лбу появятся морщины. Ролло выпрямился, он не понял, что сказала Алиса, зато вспомнил об их присутствии. Отряхнув и без того чистые руки, он уже гораздо тише попросил.

— Возвращайтесь вечером, у нас и так проблемы имеются. А лошадь я на задний двор уведу.

— Чей это плащ? — Маргарет кивнула в сторону Авилы. Она постаралась задать этот вопрос мягко и серьёзно одновременно, чтобы не злить хозяина таверны.

— Гостя, — коротко бросил мужчина, возвращаясь к каким-то своим делам. — Вчера ночью приехал. Как звать не знаю, не спрашивайте.

— И хорошо, что не знаем, — встрепенувшись, заговорила Авила, понимая, что больше ей ничего не угрожает. — Если что-то случится, придут спрашивать, а мы вроде и не видели и не знаем.

— Что случится? Кто придёт спрашивать? — не выдержала Маргарет. Алиса пожалела, что вообще рот открыла, особенно когда Ролло посмотрел на них из-под бровей. Она потянула подругу обратно к двери, но та отдёрнула руку и шагнула к дочке трактирщика. Что заставляло Маргарет выпытывать у бедной девушки все подробности, она сама не знала, но раз начала уже не дело останавливаться.

— Да за ним придут! — выкрикнула девушка. — Не знаю кто, но как вчера приехал, так и слёг в бреду или ещё чем. Жар только к утру спал, а в чувство так и не пришел. Да если он здесь умрёт, нас всех… — Она вздрогнула, глянула на отца. — А лекари городские втридорога дерут за услуги, да ещё за молчание сверху просят.

— В сумку бы залезть, — Подал голос Ролло, ещё мягче, чем раньше, с большей усталостью — Он её вчера на лавке бросил, я еле забрать успел, пока другие не прикарманили. Да только влезь, потом, скажет, ограбили и должен буду по гроб жизни.

— Пошли отсюда, это не он, я ошиблась. — Алиса предприняла очередную и безуспешную попытку уйти. — Он вчера со всей свитой уехал и в твоём венке. Что ему тут делать?

Маргарет и Алиса одновременно перевели взгляд на отцепленную от седла сумку, с засохшим, пожелтевшим и скрюченным листком плюща на застёжке. Обрывки фраз сложились в нечто цельное. Маргарет представила лорда Грегори под дождём, ночью. Под тем самым, что развлекал вчера Алису и Мерлина. Но на лошади нет герба, а плащ и плющ… не доказательство. Возможно, она всё надумала. С чего бы ему возвращаться? Алиса стояла рядом, рассматривая сумку. Желания влезть в неё не было, зато очень сильно хотелось её отметить — крестик нашить или что-нибудь повесить. Так же и на плащ. Чтобы отличить. Если конечно это был лорд Грегори. Интуиция утверждала, а вот голова требовала весомых доказательств.

— Можно его увидеть? — поинтересовалась Маргарет. Если она не права, пусть вселенная ей это докажет.

— Нет, — снова привычно строго бросил Ролло и перевёл взгляд на дочь. — А ты кыш отсюда. До вечера ещё гору посуды перемыть надо.

Авила взглянула сначала на отца, потом на Маргарет и положила плащ на ближайшую лавку. Ей не хотелось уходить, но получить от отца подзатыльник тоже было бы неприятно. Маргарет думала, что могло случиться. Она вспомнила про разбойников, о которых говорил отец Линет, про королевский тракт, в конце которого всегда ждёт засада. Про леса, в которых раз плюнуть заблудиться. Может на них напали? Ограбили? А может и нет! Может это не он и Алиса права. Собственно, а что она теряет? Дождавшись, пока Авила скроется за дверью, Маргарет развернулась и побежала к двери на второй этаж. Алиса даже не успела обернуться.

— Куда! — выкрикнул Ролло, отталкивая с дороги Алису. Взгляд мужчины наполнился ужасным гневом. Испугавшись, что Риту за одну секунду сотрут в порошок, если догонят, Алиса подобрала подол и кинулась за ними.

Первая дверь оказалась запертой. Услышав, как гремят шаги хозяина таверны на лестнице, Маргарет ринулась ко второй, пусто. Третья — тоже. Четвёртая, нет, не… она шагнула вперёд, переступив порог, совсем не думая, что там может оказаться кто-то третий. Может быть, даже неодетая женщина или маленькие дети. Она застыла в дверях, рассматривая спящего мужчину, зачем-то укрытого по плечи шерстяным одеялом. Откуда знать ошиблась она или нет? Маргарет не видела его лица, слышала голос, но не более. Этот человек… не то во сне, не то забытие, смотрелся болезненно. Но… она могла ошибиться. Возможно ли было узнать в сбившихся мокрых каштановых волосах, в дрожащих веках, того лорда что поставил королю ультиматум? Подоспевший Ролло не медля обхватил Маргарет за талию и поднял, намереваясь вытолкать из таверны. Девушка вскрикнула и уцепилась за дверной косяк.

Не то от крика, ни то от того, что Алиса попыталась запрыгнуть мужчине на спину, он выпустил Маргарет. Та захлопнула дверь и задвинула засов, после чего, наконец, выдохнула. Ей уже было всё равно, в чьей она комнате, так сильно выходка хозяина таверны напугала её. Через секунду она вспомнила про Алису и уже собиралась выйти, как бы Ролло не напал на неё. Но услышав быстрые и лёгкие шаги Авилы, поняла, Алиса в безопасности пока дочка трактирщика там.

— Кем бы вы ни были, просто уходите, — не открывая глаз, проговорил мужчина и замолчал.

Маргарет обернулась на слабый сонный голос и прижалась к стене спиной. Ей стало ещё страшнее. Неуверенно девушка собралась с мыслями и решила уточнить.

— Лорд Грегори?

Теперь он медленно открыл глаза, немного приподнимаясь и кивнул. Вряд ли он тут же понял, с кем говорит и кивал, скорее всего по привычке, услышав имя. Лишь бы оставили его в покоях.

— Мы не знакомы, но я… — заговорила она, пытаясь узнать, что случилось. Странно, но она всё ещё отдавала предпочтение идее с разбойниками, намереваясь предложить сообщить во дворце обо всём. Она была так полна этой решимости.

— Маргарет, — с более осознанным взглядом, но таким же сонным голосом, вдруг проговорил мужчина, всё ещё пытаясь хотя бы сесть. Застыв от удивления, она не смогла сдвинуться с места. — Король сказал мне… я должен найти.

— Найти кого? — очнулась Маргарет, подошла ближе и посмотрела на стоящую рядом с кроватью кружку, там было что-то вроде остатков чая. Он медлил, собирая мысли в нечто внятное. На секунду по лицу Маргарет скользнула тень, и она почувствовала некую странную жалость. Настолько непривычную для себя, что стоило ему снова заговорить, как она отогнала это чувство.

— Вас… и карту, — выдохнул Грегори, снова опускаясь на смятую подушку. Вероятно, он ещё не вернулся в сознание полностью. Скорее всего, даже этот разговор забудет.

— Боже Правый. — Маргарет отвернулась и потёрла руки, хрустнув пальцами. Здесь душно, слишком! А ей нужно подумать. Что там взбрело в голову королю? Она подошла к закрытому окну и оттолкнула деревянные ставни, и поток прохладного воздуха ударил ей в лицо. Подумать только, найти… Найти что?

— Если король узнает… — Донеслось до её ушей. Кажется, с каждой минутой лорд Грегори всё больше возвращался в реальность. — Если узнает.

— Не узнает. — Охваченная раздумьями, Маргарет вспомнила про сумку на первом этаже и плащ. — Простите, лорд Грегори, мне нужно идти.

Открывая засов, Маргарет заметила, как он поднял руку, намереваясь то ли остановить её, то ли привлечь внимание. Повинуясь порыву внезапно нахлынувшей паники, боясь, что сделает что-то не так, Маргарет не ответила, а быстро вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Ролло стоял вместе с дочерью напротив, сдерживая своё возмущение. А вот Алиса смотрела с любопытством и легким удивлением. Чем дольше они находятся в городе, тем меньше она понимала, куда делась рассудительная Рита и как появилась Маргарет, творящая глупости на каждом шагу. Взглянув на хозяина таверны, девушка торопливо сняла с пальца кольцо и вложила в руку Ролло.

— Вот, отдайте местному лекарю, найдите хорошего. Авила, — Маргарет торопливо перевела взгляд на девушку, — что было в его кружке?

— Травяной отвар, я сама делала, — с осторожностью ответила та.

— Молодец, сделай ещё. Господин Ролло, я залезу в сумку вашего гостя. Если из неё что-то пропадёт, вините меня. — Она ухватила Алису за руку и потянула за собой. На самом деле, ещё чуть-чуть и она сама впадёт в истерику. Сбежав вниз по лестнице под недоумевающий взгляд подруги, Маргарет схватила сумку с лавки и расстегнула ремень.

— Что ты творишь? — шёпотом поинтересовалась Алиса, просматривая краем глаза на хозяина таверны.

— Он меня узнал. Хотя мы даже не говорили. — Маргарет трясло от возмущения и испуга. — Он сказал, у него приказ короля.

— Утер мог сказать ему наши имена. Погоди, а ты его как узнала?

— Он мне ответил, — вытряхивая всё из сумки на стол, проговорила Маргарет. — Он узнал меня в лицо, Алиса.

— Увидел на пиру, пока ты защищала Баярда, — задумчиво кивнула подруга, закусив губу. Ну вот, теперь и она хмурится. Кажется, это заразно.

— Да ладно! — нервно усмехнулась девушка, перебирая промокшие письма, монеты и прочую мелочь. Да, денег на врача у Грегори точно бы хватило. Ничего, она стрясёт с него стоимость за кольцо, когда придёт в себя. Если они конечно встретятся — Он сказал, у него приказ от короля, Утер что-то ищет. Сказал… Король отправил его найти нас и карту.

— Нас и карту? Какую карту? Подожди. — Алиса раскрыла рот, от пришедшего ей в голову осознания. — Король спрашивал тебя о чём-то конкретном?

Маргарет оперлась на стол руками и выдохнула, припоминая каждый разговор, каждую брошенную реплику. Алиса выжидательно смотрела на подругу, давая ей догадаться. И тихо радовалась, что поняла первая. Хоть и быть правой не всегда приятно.

— Он спросил, как мы шли… Спросил, через какие страны можно добраться до Цинтры. Боже Правый! Алиса, король ищет Цинтру. Он знает, что мы ему врём.

— Именно. — Алиса потрясла указательным пальцем. — И лорд Грегори его навигатор. Который временно вышел из строя, прошу заметить. Может нам лучше не возвращаться во дворец? Ну, знаешь, вдруг мы оттуда больше не выйдем.

Всё происходящее казалось одновременно и логичным, и неожиданным. Конечно, глупо было надеяться, что человек с огромным опытом правления и дипломатическими связями за спиной не распознает лжи. Но как тонко! Выведать детали за кружкой эля, продемонстрировать гостеприимство, припугнуть подвалами с заключёнными, а потом отправить своего человека. Да не просто, а человека, у которого есть армия, деньги и которому хватит наглости, потом прийти и всё рассказать. И всё это время, когда они говорили, король ничем не выдал планов. Он позволил Маргарет стать своей советницей, приставил к Алисе учителя языка. Странно, но теперь персона короля вызывала не чувство опасности, но тайного восхищения, за которое Маргарет было стыдно. Про таких королей она читала в книгах, кто бы мог подумать, что сподобится встретиться глаза в глаза.

Всё встало на свои места, стало понятно, что король непростой человек. Не такой, как пишут в классических романах об этом времени. Не просто вояка с более сильным войском, чем у других, а человек, способный на тонкости. И это сложнее. Значит, он не станет вести себя всегда прямолинейно, его слова могут иметь не одного значение, а разговоры, даже самые простые, будут с намеками и к этому нужно прислушиваться. Каждый его жест может быть спланированным, даже сундук, посланный им, мог быть проверкой или провокацией. Единственное, что по мнению Маргарет, не учитывал Утер, так это человеческий фактор. Он мог рассчитать, как будет действовать тот или иной человек в разных ситуациях, мог изучать возможности новых поверенных. Но вот страх или слабость он тут же записывал в грех. Ему бы и в голову не пришло, что лорд Грегори попадёт под дождь, вернётся в Камелот и встретит здесь их. Поездка отложена, у них есть немного времени.

— Побрал бы чёрт Утера Пендрагона, — ухмыльнулась Маргарет. — Отвратительно! Кажется, он нравится мне всё больше.

— Твой вкус весьма специфический, — выгнула бровь Алиса, скрещивая руки на груди.

«Я счёл это возможным»

— Мне хотелось, чтобы вы кое-что увидели и высказали своё мнение.

Артур подвёл Маргарет к окну и кивнул вниз. Принц уже смирился с их нахождением в замке и просто ждал, пока подвернётся удобный случай что-то узнать. Алиса встала с сундука, который начал служить ей креслом, и пошла за ними. Маргарет вежливо улыбалась в ответ на реплику принца. Утро уже наступило, ночь полная новых страхов прошла, и девушки взяли себя в руки. Теперь они снова могли вести светские беседы, прекрасно понимая, как близко подошли к пропасти. Решив, что будут сохранять спокойствие, они договорились как можно быстрее проверить все доступные комнаты и найти кольцо. Алиса уверяла, что на это, при должном раскладе, хватит и пары дней. Однако с самого утра их окружила настоящая свита. Сначала принесли завтрак, потом пришла Амелия, видимо, решила поселиться в их комнате. Теперь вот Артур, пришел составить компанию в ожидании утреннего шоу.

С улицы послышались удары молотков. Там собирали виселицу. Ту самую, что Маргарет и Алиса имели удовольствие наблюдать из собственного окна. Странно, пока свита Баярда и лордов наполняла двор, такой интересный элемент декора было почти незаметно. Сейчас виселице видимо потребовалась модернизация. Рассчитанная на одного приговорённого, её требовалось укрепить. Подбить ещё гвоздей, заменить прогнившие из-за погоды доски. Принц облокотился плечом на стену, наблюдая не столько за рабочими, сколько за девушками. Его неизменная ухмылка несла некую непосредственность, словно за окном располагался цирк с акробатами. Алису от этого слегка передёрнуло.

— Я не совсем понимаю, что Ваше Высочество хочет от меня услышать, — не отрывая взгляд от рабочих, ровно произнесла Маргарет.

— Очевидно, желает узнать, пожалеете ли вы приговорённых, — вмешалась Амелия, она к окну подходить не хотела, зато возможности высказаться не упускала. Правда, когда принц бросил в её сторону слегка растерянный взгляд, замолчала и отвернулась.

— Нет, что вы скажете обо всей ситуации, — пояснил он.

— Варварство, — прошептала Алиса себе под нос, зная, что принц не поймёт. — Пережиток времени.

После вчерашней встречи с лордом Грегори в таверне, подруги уже успели успокоиться и начать принимать всё ровнее. Вряд ли король сделает с ними что-то до того, как Грегори придёт с отчётом. У них есть время найти кольцо и заодно составить план побега. Наблюдая за тем, как к широкой балке крепят верёвку, Маргарет знала, это точно не для них. По крайней мере, не сейчас. Как и Артуру, ей всюду начали мерещиться намёки, как и в том, что принц пришел сюда.

— Вчера на королевском тракте обнаружили засаду разбойников, — продолжал Артур. — Они признались, что собирались напасть на обоз лорда Романкоина. Но у них не получилось, и они остались ждать более слабую жертву. Кстати, мне показалось, вы знакомы.

— Мне некогда было знакомиться с местными разбойниками, Ваше Высочество, — оборачиваясь, проговорила Маргарет и улыбнулась. Почувствовав подступающую тревогу, девушка предположила, что принц пытается сделать её соучастницей. Артур ещё раз усмехнулся и покачал головой. Скоро её начнёт раздражать его улыбка. Затаив дыхание, Алиса ждала, что будет дальше.

— Я говорил о лорде Романкоине.

— Простите, — Маргарет выдохнула, почувствовав некое облегчение. — Леди Моргана мне рассказала.

— И всё же, что скажете? Там, откуда вы родом, казнили разбойников?

— Не прилюдно. Место, где я жила, оставляла наказание за закрытыми дверями. Зато любой мог поприсутствовать на суде. Услышать свидетелей, присяжных, решение судьи. Это был долгий и трудоёмкий процесс с множеством условностей. У подсудимых были защитники, у жертв — представители. Суды могли тянуться очень долго, но в итоге никто не видел самого наказания. Будь то сопровождение в тюремные… подвалы или эшафот.

Маргарет смотрела на то, как Артур задумывается всё больше, видимо, пытаясь понять, зачем так усложнять процесс. Но при этом сохраняя самый простой и безмятежный взгляд. Сколько ему лет? Шестнадцать? Надо будет уточнить у короля или Гаюса. Маргарет решила впечатлить его ещё сильнее.

— Есть такой нюанс, Ваше Высочество. — Она выпрямилась, чувствуя себя более уверенно. — Там, откуда я родом, боятся не наказания, а суда. Процесс настолько утомительный и отвратительный, что я завидую тому, как быстро судьбы решают здесь.

— Ваш дом — странное место. Жаль, я не видел его своими глазами.

— И не увидите, к сожалению, — пересилив себя, ответила Маргарет, спрятав улыбку. Мысленно радуясь, что руки Утера, как бы он не пытался, никогда не дотянутся до её родного города. Живым уж точно. А значит и сынок не доберётся.

— Их казнят ближе к полудню, обычно собирается толпа, посмотрим, сколько будет в этот раз.

— Так это… — Алиса указала пальцем на виселицу, глядя на принца. — Что-то вроде местного праздника? Развлечение? — Предполагая, что местные нравственные устои куда ниже их с Ритой времени, девушка не удивилась, если это было так. Однако ответ принца удивил:

— Скорее устрашения, — снисходительно поправил он.

— Судя по всему, работает не слишком успешно.

Скрыв язвительный тон за удивлением, Алиса отвернулась от принца и продолжила рассматривать площадь. Попробовать понять местную психологию и использовать это? Если поможет избежать лишних проблем, то да. Ответ заставил принца слегка нахмуриться. По крайней мере, он перестал улыбаться. Амелия тоже взглянула на девушку, понимая, что звучит это довольно неуважительно. Под окнами начали собираться люди. Они располагались как в театре, кто-то ближе, кто-то дальше. Словно заранее продавали билеты. С левой от ворот стороны потянулась вереница неплохо одетых мужчин и женщин, местная городская знать и просто зажиточные горожане. Что поражало особенно: они вели с собой детей разных возрастов. Переговаривались, дружественно пожимали руки, смеялись. Некоторые приносили с собой кувшины и кружки, кто-то пытался продать яблоки и хлеб. Подумать только, через тридцать-сорок минут на их глазах убьют несколько человек, а они делают вид, что вышли на праздник.

Артур вёл себя не менее спокойно, таская с поставленного на подоконник подноса виноград и выжидательно глядя не то на Алису, не то на Маргарет. Зрителей к началу шоу собралось прилично. Даже из окон замка выглядывали служанки и оруженосцы, с верхних этажей наблюдали придворные, чтобы вывести заключенных на площадь, страже пришлось расталкивать народ. Когда появился первый разбойник, предводитель, как показалось Маргарет, толпа оживилась. Закричала, засвистела, в воздухе поднялось целое облако оскорблений и ругани. Лысый мужчина, хромой на левую ногу, отчаянно вырывался, угрожая проклятьями королю, Камелоту и всему роду человеческому. Вслед за ним вели ещё пятерых. Один моложе другого. Последний в этой очереди заключенный вовсе походил на мальчишку тринадцати лет. Главаря затащили на эшафот и ударили по ногам. Не удержав равновесия, мужчина рухнул на колени и, прижатый к полу стражей, больше не пытался встать. Наблюдая за этим, Алиса зябко поёжилась. Одно дело наблюдать со стороны на постановочную казнь, а другое — за реальной. Ни красивых кадров, света, драмы и атмосферы, как показывали в сериалах. Всё выглядит так просто и тихо. Это пугает больше. Вот был человек, а сейчас его уже нет.

На длинном балконе, почти под самым верхним этажом замка, Маргарет заметила короля. Артур открыл окно пошире, кивая в сторону отца. Видимо, предполагалось, что король скажет что-то вдохновляющее, обвинит приговорённых, заявит о том, что они делали. В качестве примера для всех. Так и работают публичные казни, для этого они и нужны. Но чего ни Маргарет, ни Алиса не смогли понять, так это, почему король улыбается. Утер поднял руку и толпа затихла, голосом, полным воодушевления, он начал произносить заранее составленную речь. И говорил так, словно гордился. Здесь, на другом конце замка, его голос звучал как шепот, развеянный по ветру. Толпа слушала молча, как завороженная, грабителей никто не жаловал. Хотя нашлись сочувствующие. Парень, что стоял последним в очереди к виселицы, под голосом короля задрожал как от озноба. Какая-то женщина протянула к нему руку, но стражник в красном плаще тут же её отстранил. Почему она сделала это? Алиса начала игнорировать короля, сконцентрировав внимание на этой женщине. Кто она ему? Или кого-то в нём увидела? Наверное, мать. А парнишка…наверняка ввязался в эту банду по глупости и бахвальства перед ровесниками. Или их заставила нужда. Сердце Алисы заныло, а сама девушка попыталась не расплакаться. Это ужасно. Это не для неё.

Маргарет, стараясь не думать о виселице, смотрела только на короля. Наблюдала, как он говорит, как держится. Он гордился собой, определённо гордился. И, если бы сейчас против него поднялась вся толпа, он бы назвал их преступниками и мятежниками. Но толпа не поднималась, не спорила с ним и с каждым словом, что доносилось до ушей Маргарет, становилось понятно — никто не посмеет спорить. Если бы там к столбу привязывали их соседа, обвиняя в чём-то абстрактном, эти люди уже бы кидали в короля гнилые яблоки. Но Маргарет этого не видела, она, прищурившись, смотрела на балкон, на то, как король вновь поднимает руку, как приговорённого поднимаю на ноги, как набрасывают на его шею петлю. Секунда, и по указу короля из-под ног мужчины выбили пень. Алиса резко дёрнулась и смахнула слезу, что случайно упала против её воли. Она точно расплачется на последнем парнишке. Почему они должны смотреть на это? В краткий миг ей захотелось отойти к Амелии и не видеть ничего больше. Маргарет не отвернулась, уверившись, что это никак не связано с ними, девушка перестала воспринимать это как реальность, скорее, как историческую реконструкцию.

— Вы видели много казней, леди Маргарет, — не сдержался Артур. К виселице подвели следующего.

— С чего вы взяли? — поинтересовалась она, вспомнив о присутствии принца.

— С того, что даже леди Моргана отводит взгляд от окна.

Маргарет взглянула на него и не ответила. Как объяснить, что она ничего не чувствует к этим людям или что они все, вся площадь, для неё давно мертвы. Мертвы за сотни лет до её рождения. Даже Моргана, даже Утер или даже лорд Грегори, которому она отдала кольцо. Сейчас она задумалась, не нарушила ли ход истории, в которую обещала себе не вмешиваться. Решив, что, если тому лорду было суждено умереть в таверне, он всё равно умрёт, она вновь отвлеклась на Артура.

— Это первая казнь, случившаяся на моих глазах. Я же говорила, Ваше Высочество, в моей стране их не проводят посреди городских площадей. Возможно, вы ожидали от меня какой-то конкретной реакции?

— Простое любопытство, леди Маргарет.

— Я хочу уйти, — тихо проговорила Алиса, шмыгнув носом. Девушка упёрла взгляд на свои руки. Если уж Моргана не может на это смотреть, то ничего же не будет, если она сделает так же?

— Вы можете сесть рядом со мной, леди Алиса, — внезапный голос Амелии потонул в радостном гуле толпы. Ещё один человек был повешен. Любезное предложение сопровождалось тем же невозмутимым взглядом с нотками аристократической надменности.

— Не смотри, если не хочешь, — тихо проговорила Маргарет на русском и тут же перевела для принца: — Леди Алиса очень сострадательна к людям. Ко всем.

— Одно из обязательных качеств для женщины, — рассматривая виноградину, просто ответил Артур. — Господь создал вас в противовес мужчинам, иначе некому было бы лечить раненых солдат.

Маргарет привычно улыбнулась. Насколько серьёзно он говорит? Вряд ли Артур считает, что женщины созданы только для сострадания раненым. Не стал бы тогда крутить романы с прислугой. С другой стороны, Гвен добра и сострадательна, вполне такая, какой, по словам принца, должна быть женщина. Так где король? Маргарет не хочется думать о том, как Его будущее Величество подбирает себе жён и любовниц. Алиса отошла от окна. В несколько шагов девушка оказалась рядом с Амелией и упёрла взгляд в каменную кладку замка. Произнесённая фраза Артура проскользнула мимо её ушей. Она слышала лишь что-то про сущность женщин и Бога, но судя по тону это не было оскорблением. Во всяком случае, Алиса не помнила хотя бы одну сцену, где Артур как-либо принижал девушек. А потому решила, что принц процитировал какой-то жутко романтический стих или оду. Они же должны быть здесь высокообразованные. Не сильно же ушли в регресс после Рима? Алиса мысленно отправила плюсик в карму наследнику Камелота. Столь бодрое начало дня ещё больше подстегнуло девушку на поиски кольца. Как жаль, что они почти под тотальным присмотром.

***

— Простите, если мешаю, милорд. — Авила скользнула в комнату, толкнув за собой дверь ногой. Она прошла вперёд, улыбаясь так по-детски и ненавязчиво. Поставив на стол ещё один кувшин, она демонстративно поправила фиолетовую шаль. — Вам лучше?

— Унеси, — не отрывая взгляда от кружки с элем, проговорил Грегори. — Мне хватит первого.

Странно, ему с самого утра хочется спать. Подумать только, стоило на ноги подняться и силы покинули. Грегори не стал жалеть ни себя, ни свой рассудок, а сразу погрузился в обдумывание плана. А думалось ему лучше под эль или что-то подобное. Есть хотелось ужасно, так что, перебравшись наконец-то из кровати за стол, он даже не стал дожидаться вечера. Планируя проспать этот день, как и грядущую ночь. Если придумает что-то стоящее. Сейчас, когда улицы временно опустели, а в таверне осталась только Авила, в сон клонило ещё больше. А может тому виной эль. Да не, быть не может. Грегори отмахнулся от этой мысли. Он цедил кружку за кружкой, пытаясь вспомнить события минувших суток. Лес, дождь и пробирающий холод мужчина помнил просто прекрасно. Настолько прекрасно, что впору это забыть. А вот то, как въехал в город, добрался до «Розы и Короны» и что делал дальше… остались только яркие нечеткие пятна.

Авила спросила разрешения и, получив одобрительный кивок, села на пустующий стул. Она быстрыми движениями поправила волосы, чувствуя некую свободу. Не глазей Ролло на казнь, девушка бы в жизни не посмела подняться в комнату средь бела дня. А тут такая возможность. Гость при деньгах, пьян, тем более они уже знакомы. Шаль медленно сползла с плеч Авилы на её колени. Грегори хмуро проследил, как девушка аккуратно складывает её и оставляет на краю стола.

— Ролло оттаскает тебя за уши, если узнает, что ты ходила сюда, — как-то не весело улыбаясь, произнёс Грегори. — Не боишься?

— А мы ему не расскажем. — Авила, зная, как больно тонкая ветка хлестает ноги, немного растерялась. Но потом, видимо, решила, что плата не так высока. Тут может выпадет что-то особенное. Пирамидка из золотых монет, может что-то подороже. А уши… ей не привыкать.

— Кто лекарю заплатил? — Грегори, кажется, её не услышал, задумчиво глядя на то, как в эле отражается потолок. Авила отвечать не торопилась, ей не на руку других женщин упоминать. Собственно, лорд Грегори не торопился, его мысли и до эля сновали туда сюда улитки. Он даже позволил себе забыть, зачем вернулся в Камелот. Периодически припоминая разве что размытый образ женского лица, фигурку, склонившуюся над его постелью и тут же пропавшей. Посчитав, что ему всё приснилось, он сделал ещё несколько уверенных глотков. Понадеявшись увидеть странный образ вновь.

— Отец вам не сказал… — протянула Авила, понимая, что молчать долго не сможет. — Не важно это.

Ммм… не важно, конечно. Грегори повернулся в сторону лежащей на кровати дорожной сумки. Он забрал её утром из рук Ролло, поблагодарив за сохранность вещей. Даже вышел на улицу проверить коня. Зверюга пребывала в добром здравии, в отличие от хозяина. Ролло увёл её с переднего двора, поставив в импровизированное стойло, и даже накормил, сняв седло и все ремни. За это Грегори с хозяином трактира расплатился, как и за комнату и за отправленное письмо. А вот лекарь… Пытаясь собрать мысли в кучу, Грегори припомнил, что деньги из его сумки не пропадали. Он заметил, что бумаги, так ему нужные, сложены иначе, среди них вообще царил бардак. Но… ничего не пропало. Авила всё ещё сидела на стуле, уже не такая весёлая, видимо, ещё надеясь на каплю внимания к себе.

— Вспомнила! — вдруг вскрикнула Авила, решив пойти, как ей казалось, на крайние меры. Лорда Грегори аж передёрнуло от её голоса. — Тут… вчера днём, может чуть ближе к вечеру, пришли две женщины. Одна в таком платье красивом, что глаз не оторвать! Вы бы видели, милорд. Рукава длинные-длинные, как благородные дамы носят, а цвет… — Она мечтательно улыбнулась, отводя взгляд. — Мне бы такое. А вторая резвая, видела, как она за отцом побежала. Аж испугалась! Думала, задушит. Так вот, та первая кольцо оставила и сказала врачу отдать. Ой, а скажите, о чём вы с ней говорили?

— Я с ней что? — И без того сонный, ещё не полностью здоровый лорд Грегори, запутался сильнее. Он смутно помнил нечёткий женский облик, мелькнувший перед глазами. Но разговор нет. Даже примерно! Даже интуитивно, ни единого слова. Что же он мог наговорить первому встречному человеку? Дай Бог если просто бубнил неразборчивый бред. Закрыв глаза, он медленно опустил начавшую побаливать голову на край стола, пытаясь хотя бы предположить кто это был.

— Ну… — Авила поёрзала на стуле. — Она так хотела вас видеть, даже плащ ваш узнала. Спросила, почему лошадь у входа брошена и похвалила мой отвар. Ой, с вами всё в порядке? — Она протянула руку, коснулась его плеча и осторожно потрясла.

— Да. — Глубоко вздыхая, Грегори выровнялся. Насколько это было возможно, и медленно наполнил свою кружку.

Вот оно что, очень хотела видеть. Кто мог в этом городе знать, что он здесь? С ворот бы не доложили, да и некому. Если бы узнали в замке, послали бы за ним стражу, а не женщину. Он в душе не чаял, какой барышне, ещё и с дорогим кольцом, мог понадобиться. Будь дело в Ашдауне, можно было бы подобрать пару кандидатур. А здесь в Камелоте... Ещё и посреди города в трактире.

— Только она не представилась, — продолжала Авила, уже, видимо, потеряв любой интерес к гостю. — Платье по подолу грязное, косы тёмные да растрёпанные. Так, жёны кого из городских господ. Говорят странно. — О том, что девушки эти приходили сюда раньше, она умолчала. А то ещё больше расспрашивать начнёт. — Вы простите, Ваша Милость, можно я пойду?

— Косы тёмные… городские, — задумчиво повторял Грегори, допивая содержимое своей кружки. — Иди, иди. И кувшин забери. Хотя, нет. Стой.

Авила испуганно опустилась обратно на стул, прижимая к себе кувшин. Грегори помедлил немного, рассматривая девушку, прищурившись. Потом подвинул свой стул ближе, наклонился вперёд. Девушка замерла, не зная, на что рассчитывать и к чему готовиться. Секунду назад ему было всё равно, а сейчас… он словно укусить её собрался. Проведя рукой по русым волосам, лорд Грегори коснулся её уха, потом опустил взгляд на шею, разрез платья, талию. И вдруг откинулся на спинку стула. Деревянные ножки заскрипели под его весом.

— Завтра куплю тебе платье, как у той дамы. Хочешь?

Снова оживившись, Авила кивнула и смущённо опустила глаза.

— Ну что вы, Ваша Милость, не стоит.

— Услуга за услугу. — Он перевернул пустую кружку и толкнул к девушке, медленно отдаваясь усталости. — Завтра утром купим тебе платье или… ещё чего. А ты закроешь ротик и никому об этом не скажешь. Особенно отцу. — Грегори сделал небольшую паузу, поднимаясь на ноги. — Когда придёт время скажу, что должна сделать в ответ. И ещё…

— Да, милорд. — Девушка сильнее прижала к себе кувшин.

— Отведёшь меня к лекарю, которому вы кольцо отдали. Всё, можешь идти.

Он развернулся и поплёлся к кровати. Сегодня в нём не хватало энтузиазма вскакивать на коня и рваться в город. Авила выбежала из комнаты, так же ногой, толкнув дверь. Посчитав, что всё сделала правильно и порадовавшись грядущей обновки, она пробежала через пустой зал и нырнула в свою комнату. Забыв даже вернуть эль на кухню. Задумавшись, что же такое может попросить гость взамен, Авила взглянула в зеркало. Мужчины многое просят в обмен за подарки, не всегда это связано с непристойными действиями. Правда инстинкт самосохранения подсказывал девушке, что она ступила на странную дорожку, ведущую в темноту.

***

Когда любое королевство стоит на гране банкротства или поражения, правители всеми силами пытаются это скрыть. Они устраивают пиры, раздают последнее золото и серебро в качестве милостыни, кичатся величаем городов и армий. Особенно смелые начинают строительство замков, соборов или мостов. Делают всё, чтобы ни один гражданин королевства не потерял веру в себя и свою страну. Удерживают остатки контроля, наблюдая, как их власть медленно утекает сквозь пальцы. Если королевству повезло, король или его советники успевают сжать кулаки и поправить положение дел. Но зачастую случается иначе. Камелоту, как и всему Логресу, подобное не грозило. По крайней мере, сейчас. Пустующие сундуки казны наполнятся с первыми выплатами дани с земель. Склады набьются зерном, а кувшины элем, и все забудут о временных трудностях. На это надеялся король, на это надеялись его советники, но никто другой об этом не знал.

Пока Артур развивал мысли о шпионах, больше не отпуская от себя Мерлина ни на шаг, Маргарет и Алиса занимались поисками кольца. Король занят, Моргана устала от их общества, стража после отъезда гостей перестала обходить коридоры каждые двадцать-тридцать минут. Времени лучше просто не найти. Путь в библиотеку лежал через нижние этажи. Нужно было выйти в малый сад, пересечь его и войти в южное крыло, где располагались многие административные помещения. Библиотека и архив, совмещенные в одно помещение, располагались на предподвальном этаже. Так его называла Маргарет. То есть на том же уровне, что и каморка Гаюса.

В этом крыле заметно прохладнее, пахнет сыростью. Странно, что бумагу, так восприимчивую к влаге и огню, хранят в крыле продуваемом и влажном. По крайней мере, таким был первый этаж. Пол, залитый лужами воды, колонный и потолок с которого капало… Что это за замок такой? От светлого прохода начинался коридор с мелкими окошками и запертыми намертво дверями. Почти на каждой из них висел амбарный замок, а ручки обмотаны цепью. Честно сказать, она не горела желанием знать причину, по которой их заперли. Хотя стоило бы поспрашивать. С писком мимо промчалась мышь, и Маргарет, нахмурившись, проводила её взглядом. Какая смелая животинка. Чуть дальше, ближе к лестнице вниз, слышались голоса. Видимо, с кухни для слуг, сейчас там кто-то обедал и, судя по звукам, что-то отмечал. Решив, что знакомство с местными конюхами и дворовыми следует отложить, Маргарет, пожалела что пошла одна. Даже с Алисой и то чувствовала себя спокойнее. Почему такие восприимчивые к влаге и плесени вещи, как книги и документы, хранят в подобных… местах?

Подобрав подол, она спустилась на несколько ступеней вниз, надеясь не встретить пауков. Нужную дверь можно было увидеть сразу, два стража в уже примелькавшихся красных плащах, с мечами, как подобает воину, стояли у единственной двери. Единственной двери без амбарного замка. После казни, которую они имели честь наблюдать, Маргарет посчитала логичным спуститься в архивы и каким-то образом заглянуть в судебные записи. И, раз она собралась становится советником, ей следует знать законодательство. Раздражённая прохладой и сыростью, она прошла мимо стражи и толкнула тяжёлую потемневшую от времени дверь.

— Женщине тут не место, — произнёс старик с необычно длинной для местных порядков бородой. Он даже не встал из-за стола, когда Маргарет чуть не прошла мимо. Она не придала значение библиотекарю, когда увидела огромное скопление книг, растолканным по полкам и стопками, сложенными на столах. Книги с переплётом, подумать только. В девятом веке Англия таких ещё долго не увидит. А тут вот они… рукой подать.

— Скажите это ещё раз, — обернувшись, мягко попросила девушка, надеясь, что ему не хватит духу произнести это, глядя ей в глаза. На самом деле, ей следовало бы проявить немного больше уважения, и Маргарет поняла это уже слишком поздно.

— Это библиотека, храм науки и истории. — На этот раз старик всё же поднялся и оперся руками на стол. — Женщинам тут не место.

Почувствовав, насколько обидно это звучит, Маргарет сжала губы и выровнялась. Ей хотелось как-то защититься. Осадить собеседника.

— Король просил принести…

— Пусть пошлёт оруженосца, — не сдавался старик.

— Указываете королю что делать? — усмехнулась она.

Старик улыбнулся ей со всей возможной любезностью и медленно опустился на свой стул.

— Указываю, с присущим любому подданному уважением и покорностью. Могу предложить вам сопровождение? — Он посмотрел на дверь, за которой стояла стража.

— Не утруждайтесь, — язвительно улыбнулась Маргарет. — Не в вашем возрасте беспокоиться о мелочах.

Старик свёл брови, но промолчал. Сделал вид, что возвращается к бумагам. Отругав себя за несдержанность, которая раньше не была ей свойственна, Маргарет пришлось уйти. Она понимала, разведение скандалов и ссоры с местными, не помогут ей заглянуть ни в книги, ни в записи, ни за те двери с амбарными замками. А ей очень захотелось туда заглянуть, особенно сейчас. Взглянув на стражей, она развернулась и медленно поднялась по лестнице. Может вернуться? В принципе, можно было бы извиниться, попробовать хотя бы уговорить. Да, человек явно строгих правил, неприступных как крепость. Стоит спросить Мерлина, может ли он провести её в библиотеку или действительно выпросить разрешение у короля. Нет, к королю это не сейчас. Утер примет это за шпионаж или Артур, но кто-то точно примет.

— Хей, леди!

До Маргарет донёсся охрипший голос и она обернулась. Мужчина, высокий и на голову выше, стоял заведя руки за спину. Она нахмурилась, оглядывая внешний вид стоящего перед ней человека. Потрёпанные пыльные волосы, такая же беспорядочная борода и мелкие серые глаза. Всем своим видом он демонстрировал свою уверенность, даже несмотря на то, что был одет хуже деревенщин из Элдора.

— Дорогу подсказать? — так же хрипло поинтересовался мужчина, медленно подходя ближе. Взяв себя в руки, Маргарет даже не думала пятиться. Несмотря на испуг, она нашла в себе силу вежливо улыбнуться.

— Нет, спасибо.

— А то мы проводим.

Уже второй голос, и за спиной мужчины появилось ещё четверо. Они казались моложе. Один из них с трудом держался на ногах. Маргарет вздохнула, собирая последние капли смелости. Обернулась, никого. Пустой тёмный коридор, даже почти без окон. Теперь она отступила, чем вызвала у самого старшего довольную усмешку. Он окинул девушку взглядом, словно оценивая, и медленно, присматриваясь, обошел. Маргарет проследила за ним взглядом и снова посмотрела растерянным взглядом на остальных. Те словно чего-то ждали. Медлили. Мысленно, Маргарет порадовалась, что, если у неё задрожат колени, этого не будет видно под юбкой. С другой стороны, отбиться от одного она бы смогла, от пятерых… там стража! Всего десятью ступеньками ниже у библиотеки, если она закричит, они услышат. Следующая мысль напугала чуть больше: придут ли?

— Ну так вы уходите? — не без насмешки продолжал тот, что помоложе. Маргарет обернулась. Бородатый конюх, по крайней мере, она посчитала его конюхом, глядя на грязный отпечаток лошадиного копыта чуть выше колена, расставил руки. Он явно не собирался пропускать её и перегородил почти весь коридор. Наступив ногой в лужу, Маргарет почувствовала, как промокла тканевая туфля, но холод воды на мгновение привёл её в сознания.

— Вы даже не представляете, кто я, — сдерживая дрожь, наконец проговорила Маргарет, собираясь разразиться угрозами. — И если хоть один из вас сделает хотя бы шаг…

— То что? — демонстративно шагнув вперёд, бросил конюх. — Дай угадаю, всем плевать!

Все пятеро громко загоготали. Иначе этот смех Маргарет назвать не смогла. Обернувшись, она проверила не приближаются ли к ней все остальные. К счастью, они собирались просто наблюдать, либо ждали очереди. Решив, что надо просто сбежать, Маргарет приготовилась отбиваться. Но не успела. Крепкая рука зажала ей рот, а вторая толкнула к ближайшей стене. Ударившись затылком и лопатками, она на мгновение зажмурилась. Что-то загородило свет, и она, открыв глаза, увидела как конюх отгораживает её от других. Поджав ноги, она попыталась пнуть его. Схватив за горло одной рукой, второй мужчина обхватил её ноги. Маргарет вцепилась руками в его ладонь, чувствуя, неосторожное движение и он её просто задушит.

— Брыкается, — громко бросил конюх прямо над её ухом. Волна того же гогота снова прокатилась по коридору. Запах лука и перегара ударил в нос.

В следующую секунду он наклонился ближе. Крутясь и всячески уворачиваясь, Маргарет и не поняла, пытались её поцеловать или просто заткнуть, чтобы не кричала. Да она сама удивилась, что смогла закричать. В любом случае, рука сильнее сжала горло. Она почувствовала, как вторая, такая же хваткая и шершавая уже добралась до её бедра, задрав юбку. Страх и отвращение смешались. Её затошнило. Она попыталась поцарапать ему лицо и снова не получилось. Кто-то из прочих поторопил. Прелюдия затягивалась. Воздуха не хватало, на шее точно останутся синяки. И вдруг, когда крепкие пальцы сжали её бедро, приподнимая выше, она замерла. Почему он медлит? Ждёт, чтобы она сопротивлялась ещё? Так ему интереснее. Снова закрыв глаза, она расслабленно опустила руки. Только чтобы он ослабил хватку, чтобы была возможность вздохнуть. «Задушишь девку», — донеслось из толпы, когда Маргарет уже медленно опустила плечи, по не понятным даже ей причинам, сдаваясь.

— Заткнись или я тебя придушу! — рявкнул конюх, отвлёкшись всего на секунду. Пальцы на мгновение ослабли. Громкий возглас привёл Маргарет в сознание. Вцепившись в волосы мужчины, она дёрнула руку в сторону, надеясь выдрать прядь вместе с кожей. Он зашипел, не ожидая от неё каких-либо действий. А после, отпустив ногу, замахнулся. По животу прокатилась странная волна сначала онемения, а только затем боли. Он назвал её как-то на старом кастильском. Гнев охватил его больше желания, Маргарет вскрикнула и зажмурилась. Секунда пронзительной тишины. Замах.

— Уверен, что сможешь ударить её ещё раз?

Чей-то голос, громкий и достаточно молодой. Очень отдалённо знакомый. Мужчина отступил, ноги Маргарет наконец коснулись пола, и она решилась открыть глаза. Картинка расплывалась, не то от слёз, не то от удара. Человек в чёрном, не по сезону тёплом бархатном одеянии, стоял, глядя на развернувшуюся картину со всей выдержкой, которую придворные тренируют годами. Она узнала в нём стряпчего. Эгрейн вздохнул, спрятал связанную стопку документов за спину и выжидательно посмотрел на конюха. Словно вопрос его был не риторический. Мужчина, уже разозлённый и потерявший от переполняющего его гнева голову, отвечать вежливо не собирался.

— Ты следующий, раз сомневаешься, — продолжая сдавливать горло девушки, бросил конюх. Видимо, рассчитывал на своих друзей. Если они вообще таковыми являлись. Правда всё тот же молодой и говорливый, что ещё минуту назад подначивал, сейчас испугался.

— Эдд, он из королевских…

— Из королевских кого? Очередной выродок какого-то там величества!

— Давайте поступим иначе, — сдержанно продолжал Эгрейн, смахивая с бархатного рукава невидимую пыль. — Вы отпустите девушку, а я сделаю вид, что никого и ничего не видел. Либо завтра вас повесят на ближайшем столбе, даже не представив публике. И, если ты ещё сомневаешься, четверо друзей, которые, разумеется, хотят жить, помогут тебе принять верное решение.

Уловив ход мыслей стряпчего, двое подошли к конюху и оттащили в сторону. Маргарет вздохнула, закашлялась и сползла на пол, обхватив себя руками. На секунду в глазах потемнело, следующий вдох обжег горло сильнее прежнего. Эдд, или как там его на самом деле, выкрикнул что-то на всё том же непонятном для Маргарет языке, в ответ на что Эгрейн сдержанно кивнул. Удостаивать конюха ответа он не стал. Он стоял в той же сдержанной позе, наблюдая, как все они возвращаются обратно на кухню. И только когда они пропали с глаз, быстро шагнул к Маргарет.

— Подумать только, зачем вас сюда принесло? — заговорил он, пока Маргарет пыталась отдышаться и понять насколько сильно ей больно. — Вы показались мне разумной женщиной тогда на совете. А теперь вы здесь. Повезло, что я спустился, а если бы нет? Мы все там, — он взмахнул рукой, указывая на потолок, — этажами двумя выше. Никто бы даже не услышал.

— Стража… — взглянув на стряпчего полными замешательства глазами, проговорила Маргарет.

— Надейтесь, — как-то по доброму улыбнувшись, проговорил Эгрейн. — Если позволите, я вам помогу.

Маргарет закивала. Встать на ноги она бы смогла, как и уйти отсюда самостоятельно тоже. Но она боялась оставаться одной. Поэтому, придя в себя, она вцепилась в бархатный рукав и поднялась на ноги. Страх ударил с полной силой только сейчас, её снова затошнило. Прижав руку ко рту, она вздохнула. Рукав её платья пах остатками мятного масла и это… помогало. Почувствовав твёрдую землю под ногами, она пошла вслед за стряпчим. Рассматривая край документа, который торчал из стопки. Мужчина явно хотел их куда-то сдать или разобрать. И на мгновение к ней даже вернулось любопытство. Правда интересоваться документами сейчас ей показалось неуместным. Из соображений этика, вшитых в его разум намертво, Эгрейн не мог позволить себе приобнять её и увести. А поэтому лишь продолжал придерживать за руку, медленно плетясь в сторону выхода. На воздух.

— Мне нужно было попасть в библиотеку, — неизвестно почему, Маргарет попыталась объяснить своё присутствие в столь странном месте. — Хотела почитать что-то про местные порядки.

— Думали, этот старый пень вас впустит? Глупость какая. — Эгрейн вспомнил про документы, который держал в другой руке и обернулся. На самом деле, не так много у него времени.

— Кажется, я его обидела. — Маргарет виновато улыбнулась, её мысли начали игнорировать ноющую боль в теле, она шла уверенно и теперь держалась за руку Эгрейна просто так, потому что ей нравилось.

— Нестрашно, принесите ему горшочек мёда или пирог, и он вас простит. — Медленно, мужчина подводил к неприятной теме. — Знаете, подобное… то, что произошло, случается редко. Послушайте, вы должны кому-нибудь рассказать. Начальнику стражи, например.

— Они тоже скажут, что я виновата сама. — Ступив на каменную дорожку сада, Маргарет почувствовала себя ещё лучше. Воздух тут был свежий, сухо, немного прохладно. Она даже выпрямилась и наконец, отпустила его руку. — В любом случае, спасибо, что вмешались. Я… не забуду.

Через силу улыбнулась. Ей было плохо, морально плохо и возможность услышать, что виновата в первую очередь она… было ещё ужаснее, чем если бы Эгрейн не появился вовсе. Или бы прошел мимо. Она думала так всего несколько мгновений, а потом ей захотелось расплакаться. Понимая, что дворцовый сад не лучшее для этого место, она приготовилась уйти. Как вдруг Эгрейн неожиданно замотал головой, его медовые волосы заблестели на солнце, и он шагнул следом за ней. Решение определённо далось ему нелегко.

— Да, скажут, вы правы. Я пойду с вами. — Он снова взял её под руку, словно боялся, что она споткнется, и повёл к замку, уже к другому крылу. — И не к начальнику стражи.

— Зачем вам заниматься этим? — Она не понимала порыва. Там, в коридоре, он уже сделал достаточно. К чему ещё и водить её по замку? Нет, она, разумеется, благодарна, что её не бросили на полпути… но всё же. Должна быть причина. Эгрейн взглянул на неё и его тёмно-карие глаза, казалось, потемнели ещё сильнее. Вернув привычный для себя отстранённый тон, он ускорил шаг.

— Я счёл это возможным.

***

В малом тронном зале стало непривычно холодно. Это место и раньше не отличалось уютом, сейчас и вовсе напрягало. Маргарет медленно ходила вокруг длинного стола, приобнимая себя за плечи. Ей казалось, что стены могут двигаться, что они медленно ползут к центру и если они задержаться тут слишком надолго, то эти тёмные камни, достигнут стола и расколют его в щепки. Зал ничуть не лучше тех серых коридоров с пробитыми крышами. Эгрейн сидел на одном из стульев с высокой спинкой так ровно и сосредоточенно, не позволяя себе сутулиться. Наверное, его тренировали так сидеть. И только тот факт, что он не выпускал из рук бумаги, постукивая по ним указательными пальцами, выдавало его беспокойство. Они тут уже больше получаса, вдвоём, ждали пока освободится принц. Беспокоить короля Эгрейну не хватило смелости, а принц, как сказали, вовсе не в замке. Стряпчий настоял, чтобы Артуру передали, он должен сообщить ему нечто важное. Время шло, мысли что-либо обсуждать ни у кого даже не проскочило. Уже порядком успокоившись, Маргарет начала обдумывать, что сказать Артуру. В какой-то момент её охватил страх, нерешимость, захотелось уйти. Сделать вид, что ничего не было. Подумаешь, она переживёт, как всё остальное.

Эгрейн подскочил с места, увидев, как открывается дверь, и поспешно опустил голову. Маргарет обернулась, на секунду понадеявшись, что будет кто угодно, только не принц. Увидев его, она замерла, решив просто ждать, когда её спросят. Она не знала, где он пропадал и чем был занят, но его вид, как всегда расслабленный и не слишком обременённый серьёзностью, не радовал. Маргарет подумала, что лучше бы Эгрейн повёл её к королю. И то было бы полезнее. Она взялась за спинку ближайшего стула, продолжая ждать. Эгрейн явно порадовался, что дело вот-вот закончится. Он дождался, пока Артур сядет, а потом максимально точно и кратко, как умеют секретари, изложил случившееся. Почти без эмоций, лишь раз взглянув в сторону девушки. Сейчас он больше походил на судейского юриста, что излагает суду основные факты проведённого расследования. С каждым словом взгляд Артура всё чаще скользил между Эгрейном и Маргарет и в какой-то момент вовсе на ней остановился. Девушка незаметно сжала губы. Глядя на неё издалека, из-под бровей, скрестив руки… он походил на отца. По крайней мере, внешне.

— Кто это был? — выслушав Эгрейна, спросил Артур. Маргарет даже не решилась ответить. Она всё ещё была уверена, что принц не встанет на её сторону. Только осторожно коснулась шеи. Если Алиса увидит синяки, поднимет истерику. Надо бы попросить у Морганы платок.

— Важно ли это, — безучастно проговорила Маргарет, наконец собравшись с мыслями. Она не хотела говорить об этом с вечно ухмыляющимся мальчишкой. Как бы он не старался, хмурые брови не придают опыта или рассудительности. Лучше бы она была дома. Не здесь.

— Слуги позволяют себе нападать на гостей короля, что недопустимо. Разумеется, важно.

— Они назвали напавшего по имени, — подал голос Эгрейн, понимая, что вытянуть что-то из Маргарет будет сложно. — Эдд. Думаю, его легко найти.

— Прекрасно. — Артур оставил Маргарет в покое на какое-то время. — Искать его не ваша обязанность. Вы сделали больше, чем должны были, и корона вам благодарна. Идите, у вас наверняка много дел.

Эгрейн взглянул на Маргарет, потом на документы в руках. Он не успеет их сегодня доделать, да? А так хотелось. Приняв этот факт, стряпчий выпрямился, поклонился и со всем уважением ответил:

— Как прикажете, Ваше Высочество.

Маргарет обернулась, с грустью глядя, как Эгрейн покидает зал. Рука сильнее сжала спинку стула. Он не был ей особо приятен, но всё же, он её спас. А теперь оставляет один на один с принцем, который желает как можно скорее выставить её и Алису из замка. К удивлению Маргарет, Артур не торопился что-либо говорить. Отодвинул стул напротив, предложил ей сесть. Выглянув в коридор, поймал кого-то из слуг, что-то сказал и вернулся. Он занял место напротив, их разделял стол. Как в день, когда Маргарет показала королю монеты. Что с ней стало с того дня? Куда вдруг делся её рассудок? Спокойствие, сдержанность… когда это место успело её запугать, когда успело превратить её в дёрганную суетливую особу, подходящую на назойливую муху.

— Мне не хотелось бы вас обнадёживать, — начал принц, стараясь не встречаться с девушкой взглядом. — Наказание, конечно, последует. Но не думаю, что серьёзное. Как я понял, он не успел… — Артур кашлянул. — Он же не успел?

— Я не ждала, что его накажут, — вдруг выдала Маргарет, посмотрев прямо на принца. На самом деле она ждала другого, почему-то ей захотелось, чтобы этот конюх извинялся, просил её о прощении, падая на колени. Чтобы ему было также страшно, как ей. Высказать свои желания она побоялась.

— Послушайте, Маргарет, это всё что я могу. Будь на вашем месте какая-нибудь кухарка…

— Ничего бы не изменилось, — перебила его девушка, как-то странно ухмыляясь. — Кухарка даже ценнее. Я же не умею готовить.

Ей захотелось рассмеяться, но она сдержалась. Просто улыбнулась, прикусив нижнюю губу и отвела взгляд. Странно, что её это смешит? Неужели страх так пошатнул её нервы? Артур на секунду замер. Это рассуждение звучало неправильно. Это не сходилось с его концепцией, с его понимаем порядка. Он правда не может приказать вытащить конюха на дыбу. Запереть на несколько дней в подвале или выпороть — вполне. Дверь скрипнула, в зал протиснулся слуга с кувшином и двумя бокалами. А вот и прекрасная возможность. Маргарет взглянула на начищенный металл, хмыкнула, затеребила край ворота на платье. На самом деле ей хотелось чем-то запить случившееся. Но она уже поняла, куда в скором времени склонится разговор.

— Простите, мне лучше вас оставить. — Она встала, и Артур поднял на неё взгляд.

— Составьте мне компанию, леди Маргарет.

— Я очень устала.

— Знаю. — Жестом отослав слугу, Артур пододвинул к ней изящный бокал на тонкой ножке. — И именно поэтому, останьтесь.

Она опустилась обратно. Присмотревшись к вину, Маргарет подумала, что этот оттенок красного просто чудесен. Хотя само вино, скорее всего, будет кислым и не таким, как она ожидает. Стоило ей сесть, и всю серьёзность с Артура сняло как минутное наваждение. Принц довольно улыбнулся, облокачиваясь на спинку стула, и вытянул ноги. Маргарет подпёрла рукой подбородок глядя на него.

— Сколько вам лет? — пробуя вино, поинтересовалась она. Ей было интересно, насколько у них большая разница в возрасте.

— Двадцать. Какое это имеет значение?

Маргарет пожала плечами, улыбаясь каким-то собственным мыслям.

— Мне двадцать два. — Она сделала ещё один глоток, нет, не такое кислое, как она ожидала. — Я старше вас.

Последняя фраза скользнула как-то особенно легко. Подобно шутки и принц заметил. Он чувствовал, что почти разговорил её, по крайней мере, так ему казалось. И оставалось только дождаться момента, задать вопрос вовремя, застать врасплох. Маргарет поставила свой бокал, ей немного становилось проще, легче. Спокойнее?

— Всего на два года, — так же шутливо хмыкнул Артур, — ерунда.

«Всего на пятнадцать веков», — подумала Маргарет, и ей снова стало смешно. Пятнадцать веков, она и не задумывалась насколько они далеко от дома. Эти люди не просто мертвы, они давно мертвы. Праха не осталось, не то что могил. Можно считать, что она говорит с зомби? Можно считать, что Артур говорит с духом? Кем в контексте пространства и времени они могут приходиться друг другу? Она сделала её один глоток, зажмурилась и решила больше не наполнять бокал.

— Точно, ерунда.

— И всё же мне интересно, леди Маргарет, — выравниваясь и подливая себе ещё, начал принц, — чем вас так привлекает Камелот?

— Разве непонятно? — Она пододвинулась ближе. — Нам просто некуда идти. А это место в разы лучше любой деревенской избы. Послушайте, Ваше Высочество. — Ей показалось, что терять нечего и раз уж выпала возможность, надо говорить. — Я знаю, что вы думаете о нас с Алисой. Я вас понимаю, две девушки появляются в замке и тут же оказываются под опекой всей королевской семьи. Их приглашают на ужин, они вмешиваются в критический момент. Всё так ровно и складно. Вы не могли не проявить бдительность. Это черта свойственна принцам.

Артур слушал молча, водя пальцем по ножке бокала. Мысленно он уже отвешивал Мерлину подзатыльник и отправлял на площадь в наказание за болтовню. Кто ещё, если не он, разболтал всё. Наверняка тогда развлекая Алису. Когда Маргарет сделала небольшую паузу, ему захотелось возразить. Засмеяться, сказать, что всё это неправда и вообще, какое бурное у вас воображение. И не смог. Нет, пусть говорит дальше.

— Но вы ничего не сказали, не пришли к королю, не выдвинули обвинений. И всё же мне интересно, Ваше Высочество. — Она повторила его интонацию. — Что вам помешало?

— Баярд, — коротко ответил он. — Вы с ним не поехали.

Маргарет не сразу уловила ход его мыслей. Она поняла, что, вероятно, Артур сопоставил её с Мерсией. Это, в принципе, ожидаемо. Заметив легкую растерянность в глазах собеседницы, Артур решил пояснить.

— Мы вели с Мерсией войну, если их не устраивал мир, они могли прислать шпионок. Логично было бы в конце изобразить влюблённых, позвать с собой и увести вас и леди Алису. Как бы иначе вытащить вас из Камелота, не вызвав подозрений?

— Есть вариант не забирать вовсе, — отдаваясь размышлениям, задумчиво проговорила Маргарет.

— Нет, было бы глупо! — Артура охватывал некий азарт, он терял серьёзный настрой и сейчас ему просто хотелось слышать все возможные объяснения. — Если бросить шпиона, он может разозлиться и во всём сознаться. Да, его бы наказали, но тут не угадаешь, что человеку дороже. Своя голова или месть. Баярд внимательный к таким вещам. Но… — Артур обреченно вздохнул и развёл руки. — Вы не поехали. От собаки отказались, даже от голубей. На пиру вы украли документ, не спорьте, это были вы. Но не отнесли его лордам Баярда, принесли королю. И упрашивали меня остановить войну, зная, что Логрес может не победить.

— И это наводит вас на мысль о том… — Маргарет уже приготовилась услышать, как он признает свою неправоту и хотя бы с подозрениями в шпионаже будет покончено.

— О том, что вы действительно понравились Баярду и упустили возможность стать королевой.

С крайней укоризненным тоном произнёс Артур и вернулся к своему бокалу, не давая Маргарет возможность возразить. Он думал, засмеётся ли она, но девушка упорно сдерживалась, хоть губы у неё подрагивали от пробивающейся улыбки. Через секунду она сдалась, стукнула ладонью по столу, что было крайней эмоционально для Маргарет и засмеялась. Больше она не чувствовала себя как на иголках, неприятное событие временно забылось.

— Артур, я и стать королевой? Неужели можете себе такое представить? — Вот теперь смеялся и Артур, стараясь попутно не подавиться вином. — Я не могу! На моей маленькой голове железная корона. Боже Правый! Что мне с ней делать? Носить на шее как ожерелье разве что. — Она откинулась на спинку стула, продолжая смеяться.

Артур представил, как корона, слишком широкая, скользнула бы с головы на её плечи, и тоже засмеялся. Правда, куда сдержаннее. Правда, в таком случае корона смотрелась бы не ожерельем, а ошейником. С другой стороны, вы видели, как носит корону Баярд? Артур припомнил, как она всё время скатывалась у него на бок, сидела криво, а иногда он вовсе забывал про её существование. Может подданным Мерсии плевать, как монархи носят корону, хоть на шее, хоть на руке, как браслет. Мысль о том, что с символом абсолютной власти можно обойтись так бесцеремонно, заставила принца оторваться от размышлений. И правда, это уже слишком.

— Уверен, леди Алиса бы с удовольствием её у вас перехватила! — в тон голоса Маргарет, продолжал принц. — Она заставила моего отца встать с трона и протянуть ей руку, и слова не сказав. А теперь он вечерами бредит её волосами и танцами. Какая прыть! Может взять её на охоту, она станцует перед кабаном, и он сам пойдёт под стрелы.

— Леди Алиса любит природу. — Маргарет сделала вид, что не услышала ни единого намёка, у неё заболели щёки от постоянных улыбок. — А я, наоборот, отдаю предпочтенье замкам.

— Как хорошо, что у королевского советника нет короны. — Принц вспомнил про договорённость, которая возникла между Маргарет и королём. Конечно, секретом это уже не являлось. — А то пришлось бы принять сундук с подарками.

— Уверена, вы не расстроили леди Моргану, сообщив, что сундук изначально не принадлежал ей.

— Нет. Я не знаю, зачем вам это, но пообещайте, что когда пройдёт приёмный день, вы перестанете. Живите, наслаждайтесь замком, будьте нашими гостями. На крайний случай, ищите мужей, как и планировали. Только перестаньте рваться в центр событий.

Секунда и улыбка померкла. Пообещать? Она не может пообещать того, что не выполнит. И она, и Алиса теперь будут искать способ сунуть нос за каждую закрытую дверь, за каждый замок, в каждый сундук и под каждую кровать. Она не может пообещать что будет примерной девочкой сидеть в покоях, подобно Амелии и вышивать. Пообещать стать очередной бездельной нахлебницей, без родословной за спиной и без будущего. В контексте этого времени, ещё и без прошлого. Им нужно время, больше времени, чтобы найти кольцо. И если она пообещает больше никуда не лезть, будет ли у неё возможность попасть в библиотеку или за те запертые двери? Попасть в сокровищницу или другие потайные комнаты… нет. Артур ждал. К нему вернулась серьёзность, с неким удовольствием он наблюдал, как замер её взгляд, словно у ледяной фигуры. Она всеми силами скрывала свою растерянность и, если честно, удавалось ей неплохо.

— Королю я уже говорила и вам скажу, — спокойно начала она, в голосе больше не было шутливых ноток, — всё, что я делала с момента нашего появления в замке, то, что делаю сейчас и буду делать в будущем, продиктовано лишь желанием быть полезной новому дому. Здесь я стала леди Маргарет и буду действовать только на благо Логреса. Не просите меня перестать, я не сделаю этого, пока мне не прикажет король. И, если вы сомневаетесь в моей верности, пусть принесут библию и текст присяги.

Мысленно Артур принял всё сказанное к сведению и решил обдумать. Действовать на благо Логреса… Звучит как заранее подготовленный текст. Он слышал, как точно так же говорил лорд Романкоин на одном из тех самых бесполезных советов. Маргарет выглядела уверенной, считая, что убедила его. Артур окинул её взглядом, оценивая, может ли что-то ещё узнать и мысленно отмахнулся. Нет, бесполезно, пусть идёт. Он и так продержал её слишком долго. В какой-то степени, она права, у них за спиной пепел вместо родного города.

— Завтра я отправлю с вами двух солдат, — поднимаясь на ноги, спокойно сообщил Артур. — Пройдёте с ними по замку, найдёте человека, который на вас напал. Пусть люди видят вас с солдатами, так они поймут, что вам покровительствует корона.

— Как скажете, Ваше Высочество, — согласилась она, вспомнив о произошедшем и снова почувствовав волну отвращения. Переживать всё это заново сегодня ей не хотелось. Хотелось пойти к кое-кому ещё, пока не стемнело.

— Отправлю с вами Мерлина, — напоследок добавил принц. — Он бестолковый, в случае чего, его не жалко.

Маргарет улыбнулась и выдохнула. Артур оставил её одну. Немного тишины, немного настоящего покоя. Тишины… здесь необычайно тихо, если не разговаривать. Взгляд как-то сам перешел с начищенных бокалов на трон. Тёмный, деревянный, с готической резьбой. Он тоже не из этого века, здесь всё не из этого века, знать бы почему. Интересно, удобный? Благо, пробовать присесть Маргарет не решилась. Эта мысль вовсе не пришла ей в голову.

***

Мерлин… Мерлин!

Недочищенный меч выпал из рук слуги с громким звоном, ударившись о каменный пол. Эхо разнеслось по оружейной. Голос дракона звучал громче, чем обычно, он не просто звал, он настаивал. И зная, что он попросит, Мерлин решил временно его игнорировать. Он боялся, что спустись он туда без причины, Дракон потребует его освободить, а, если парнишка этого не сделает или хотя бы не попытается, он сожжёт его на месте. По крайней мере, так Мерлину казалось. Он поднял меч и прислонил его к стене. Послышались шаги, торопливые и лёгкие. В оружейную вбежала Алиса, захлопнув за собой дверь. Хлопок совпал с очередным: «Мерлин!» — в голове слуги, и он вздрогнул.

— Что? — раздражённо поинтересовался он, скорее у голоса в голове, нежели у Алисы.

Девушка замерла на секунду, подумав, что её появление спровоцировало столь яркую реакцию. Но потом тихо прошла вперёд к волшебнику.

— Прости. Ты занят? — Вероятно подходить к магу со спины было плохой идеей.

Мерлин заметно вздрогнул и резко обернулся на голос Алисы. Сделал он это подозрительно похоже на Гаюса. Разве что бровь в полёт не отправил.

— Леди Алиса, что вы тут делаете?

— Просто Алиса. Тут Утера нет, — отшутилась девушка, спрятав руки за спину и начав раскачиваться с пятки на носок. — Ну-у, а ещё я хотела поговорить с тобой о ма-а-аленьком волшебном колечке, что перенесло нас в эти…мохнатые времена, — последнее предложение она произнесла тихо и для себя на русском, представляя, как сложно ей будет это перевести. Ей хотелось бы, чтобы Мерлин понял её как-то ментально. Упростили бы процесс.

— Прости, что ты сказала? — в какой-то момент Мерлину показалось, что она зачитывает заклинание. Он не один раз подмечал это за время их прогулки по саду. Однако магии никогда после этого не происходило. Или он её не видел, не чувствовал, не воспринимал… что совершенно невозможно.

— Ничего важного. Составляю предложения. — Она просто улыбнулась в ответ. Что ж, телепатией никто из них не обладает и это хорошо. Иначе их повесили бы как и тех разбойников. Девушка слегка нахмурилась, отгоняя воспоминания об этом утре.

— Не торопись. Я могу подождать, — в ответ улыбнулся Мерлин, присаживаясь на скамейку. Его работа здесь была ещё не закончена, можно сделать небольшой перерыв. Пока на то есть возможность. Принц сам его здесь оставил, а выходит знает где искать. Как и всегда.

Алиса глубоко вздохнула и закрыла глаза для фокусирования на переводе. Начищенные мечи, в своё время повидавшие немало сражений или тренировочных боёв, щиты с зарубками от ударов, впитавшимися в дерево и перекрытыми новой краской брызгами крови. Всё это мешало и настораживало. В любом другом месте она бы сразу вывалила всю информацию, но… Но точно не здесь. Холодное оружие девушку никогда не привлекло и уж тем более его наглядное демонстрирование. Мерлин скосил глаза на Алису, наблюдая, как та сосредоточенно хмуриться. Она покрутил в руках тряпку, теперь когда Алиса знала чуть больше, понимать её стало проще. В том была и его заслуга, чем Мерлин в тайне гордился. В тайне лишь потому, что король не оценил его инициативы. Собственно, даже будь наоборот, кричать о талантах учителя он бы не стал. Может быть, изредка припоминал в присутствии Гаюса. Чует он, ждали бы его колодки на площади от короля, если бы Алиса не вмешалась. Хотя от лекаря она его не спасла. Тот всё равно загрузил его. И целое утро маг был занят перебиранием сгнивших ингредиентов для лекарств, сортированием свитков, оттирания воска от пола и его мытьё. И ведь это ещё не всё. Вечером его ждали новые задания. Может стоит продолжить, пока она думает?

Мерлин… Почему в этот раз так настороженно?

— Что ты знаешь о… магии? — обречённо вздохнув, спросила напрямую Алиса. Сегодня был не её день очевидно. Даже слова не хотели подчиняться и принимать нейтральные формулировки.

— За неё казнят, — не растерявшись ответил парень, возвращаясь к работе. — Ну, в большинстве случаев.

— Я слышала. А как насчёт магических украшений? Утер в курсе, что он носит одно из них?

Мерлин снова замер, перевёл удивлённый взгляд на Алису. Благо в этот раз он крепко держит меч в руках и тот не оглушит никого ударом об пол снова. Носит что? На самом деле, Мерлин никогда не присматривался. Но готов поспорить на собственную жизнь, что если Утер наденет на себя что-то магическое, то на в Камелоте засвистят все раки и совершенно точно вымрут все медведи. Последних магу даже стало жалко. В местных лесах они редкие гости, тут скорее кабаны да зайцы… Он поймал на себе выжидательный взгляд Алисы. Она ждала ответа, глядя на него уверенно и даже с лёгкой насмешкой. Ну что? Удивился? А вот так! Сразу вспомнился сон и её усмешка в свете костра. Нет, при всём желании, он ещё хочет жить. Мерлин пожал плечами и отрицательно помотал головой.

— Ну типо… язычество и всё такое. — Алиса попыталась нарисовать увиденный орнамент в воздухе, чтобы было понятнее. — Кельты, друиды, узлы, дерево, дуб.

— Не понимаю.

— Амулет. Украшение, что носит король. Это нехристианский символ.

Христианский? Мерлин выдохнул. У них в Цинтре всё было так просто и понятно? Лучше бы мать отправила его туда. Жил бы, носил деревянный крестик или что там они носят… и горя не знал. Тихо бы выращивал цветы на окошке, купил бы чёрного кота. Иногда околдовывал местных крестьянских детей, чтобы те пололи ему огород. На самом деле Мерлин знал этот символ, просто не обращал раньше внимания. Магический? Может когда-то. Но точно не сейчас.

— О, вы про символ древних королей Тары. — Мерлин мысленно выдыхает, теперь он решил намеренно умолчать что этот узел носили до прихода римлян. — Насколько я могу судить и знать, это подарок от ирландских королей преподнесённый отцу Утера. Символ переходящей власти. Король Константин был христианином, пока его не… не важно. Он не связан с магией.

— А магию можно почувствовать? — Алиса вновь сократила расстояние между ними. То, что волшебник расслабился, было хорошим знаком. Правда стоило ей шагнуть, в его глаза снова забегали из стороны в сторону, словно он не хотел смотреть прямо на неё.

— Я не знаю. Откуда мне такое знать? — пришла очередь хмуриться Мерлина. Благо он успел отвернуться от девушки, бросил на пол тряпку и взял другу, чище. Откуда Алисе известен такой тонкий момент?

— Практика, — слишком легко и словно напевом, ответила Алиса. Для мага же это прозвучало как потенциальный приговор. Она не могла… Он хорошо это скрывает. Он ни разу не колдовал рядом с Алисой. А если рядом была леди Маргарет? Это она уличила ту ведьму на пиру. Может Маргарет ведьма, выдаёт своих, чтобы на неё не подумали. А что, он такое уже видел. Гаюс как-то рассказывал. Если она его видела… Когда? Нет, он не мог вот так просто попасться. Он сам себя накручивает. Да.

Мерлин!

— Я говорю о Камелоте, — уточнила Алиса, её голос слился с голосом дракона в голове парня. Видя, как напряглась спина волшебника, она немного отступила назад. Возможно, поспешила с ответом. — Король борется с магией. Практика.

— О-о-об этом. — Сердце бешено стучало казалось прямо в ушах, а по телу бежала странная энергия, заставляющая его действовать. В какой то момент Мерлину подумалось стереть воспоминание девушкам об этом. Кажется, он видел такое в своей книге. А ещё этот неугомонный дракон. — Никогда не присутствовал на таком роде занятий. — Он развернулся к девушке лицом, откладывая меч и готовясь применить то заклинание, если появится необходимость. — Я слуга, а значит должен заниматься работой во благо своего хозяина.

«Добби хороший. Домовой эльф Мерлин не подведёт своего хозяина мистера Артура Пендрагона», — странным образом эта фраза сформировалась сама собой в голове девушке, заставляя её повеселеть. Мерлин это заметил, Алиса сразу же погасила улыбку. Наверное, это было неправильно. Улыбаться на произнесённую им фразу.

— Понимаю, — Алиса соединила пальцы в молитвенном жесте, повторяя за персонажами в католический церквях. Делая свой образ более невинным. Она же ничего плохого не имела в виду. А лишние подозрения им не нужны. Интересно, здесь также нужно молиться? Надо спросить позже у Риты. — Но я хотела знать что это? И как его отличить. Для безопасности.

— Для безопасности вам стоит перестать говорить о магии с кем попало, леди Алиса. — Обычно присутствие девушки его радовало, он даже пытался развеять подозрения Артура на их счёт. Но теперь Мерлину было неуютно рядом с ней. Особенно когда она так улыбнулась, снова мягко и немного виновато.

— Я ни с кем попало говорю, а с тобой, — девушка сделала ещё один шаг вперёд, заговорив чуть тише. Её губы двигались медленно, как будто она делилась сокровенной тайной. — Я чувствую, что ты очень хороший и правильно меня поймёшь.

— Очень постараюсь понять правильно.

Мерлин придвинулся ближе к стене, изображая полное спокойствие и понадеялся, что Алиса больше ничего не спросит. Общение с ней становится всё более опасным. А может она и правда боится? В коридоре раздались приближающиеся шаги, и дверь распахнулась. На пороге стоял принц. Как же не вовремя их прервали. Артур наверняка потребует объяснения.

— Леди Алиса, какой сюрприз, — всё прозвучало в особенно-беззаботной манере принца. — Не ожидал Вас встретить в оружейной. Зашли выбрать себе меч?

— А надо? — Алиса удивлённо вскинула брови, а потом спохватилась и опустила голову. — Ваше Высочество, я заблудилась, когда играла с Амелией в прятки. У вас такой огромный и замечательный замок, что я до сих пор не могу его обойти. И мне скучно просто ходить. Вы не встречали Амелию? Она уже должна была перестать считать.

— Нет, леди Амелии я не видел. — Артур отступил от открытой двери, чтобы не перегораживать дорогу. Алиса уловила намёк.

— Хорошо, тогда у меня будет шанс выиграть! До вечера. — Ещё один поклон, и девушка исчезает в коридоре.

«Скажи, пусть готовят лошадей»

Она круг за кругом обходила пустой тронный зал, король ещё не пришел, толпу у ворот даже не начали обыскивать. Подол нового красного платья, ещё более длинный, неприятно путался под ногами. А медный обруч давил на виски, прижимая к ещё немного влажным волосам белый платок. Шаг, ещё один. Она намеренно решила не смотреть в окно. Ей не хотелось смотреть в сторону ворот, за которыми гудит толпа, она ещё помнила, как они с Алисой стояли там, в надежде уже к следующему утру быть дома. Звук исчезновения этой надежды похож на шарканье от шагов в тишине. Такой же тихий, но раздражающий. Она упрямо хмурилась, пытаясь припомнить всё, чему её учили. Выдержка, сдержанность, поиск подхода к каждому. Она пыталась вспомнить лекции по истории, краткие статьи из интернета. Хоть какие-то своды законов и правил, которыми можно будет апеллировать. По идее, здесь во всю должны процветать законы церкви, но икону она видела только у Гаюса, и то, скорее, как декоративное украшение. Она чувствовала себя уставшей и разбитой, хотелось сбежать, слиться с той толпой. Пережитое вчера наложило неприятный отпечаток, вселило страх перед каждым поворотом, перед тёмными углами. Каждый мужчина, что не был ей знаком, тут же вызывал испуг. Идеальная идея приёмного дня сыпалась по кусочкам. Нет, она не успела. Прогуляла, потеряла время, ничего не узнала и не подготовилась. Надо было просто принять сундук!

Вчера они с Алисой спускались к Гаюсу, попросить того успокоительного и чая. На кухню их больше не пускают, после того как Алиса попыталась стащить курицу, старшие кухарки смотрят на подруг с подозрением. В их комнату продолжают исправно носить завтраки, но про ужины так же исправно забывают. С каждым днём в замке становилось всё более пусто, а придворные всё более занятыми. Понадеявшись, что Гаюс сможет посвятить её в курс дела, Маргарет начала было задавать вопросы, и хоть лекарь без сомнения знал очень много, ему хватало мудрости ограничиться тремя советами. Молчите, кивайте, не спорьте с королём. Последнее он повторил дважды. Ещё утром она столкнулась с Артуром, кажется, он проснулся раньше собственных слуг и тоже всем своим видом изображал занятость, но она, набравшись наглости, попросила отправить с ней не Мерлина, а Эгрейна. На случай если конюх снова попытается совершить какую-то мерзость.

— Но с вами будет трое моих стражей, — напомнил принц, он даже остановился, словно ждал пояснений.

— Да, но с Эгрейном мне будет спокойнее, — Маргарет не придумала ничего лучше. На самом деле, присутствие местного юриста, если его можно так назвать, успокаивало её больше, чем мальчишка-колдун.

— Тогда отложим арест на вечер.

После завтрака в их комнату пришла Амелия вместе с Гвен. Они с присущим аристократизмом преподнесли девушкам два платья: «Подарок от короля». Алиса невольно нахмурилась, провожая дочку бывшего лорда Шеппи взглядом от двери и до окна. Про подарки она и забыла. Маргарет куда больше интересовали платья, которые Амелия принесла. Красное и желтое, с белыми платками и медными обручами на голову, больше походивших на простенькую корону. «Говорите, у королевского советника нет короны?» — думала Маргарет, глядя как Алиса крутит новую вещицу в руках, словно оценивая её стоимость. Амелия пояснила, что платья сшиты по желанию короля, что он лично отдал приказ. И тут же напомнила:

— Швеи сказали, их шили из остатков, что должна была пойти на знамёна. Так что ткань не слишком приятная.

— Для вас красное, леди Маргарет, — мягко произнесла Гвен, когда девушка наклонилась, чтобы потрогать аккуратно прошитый край жёлтого рукава. Она просто наблюдала за всеми, видимо из любопытства или посланная Морганой. Стояла, приветливо улыбаясь, и водила взглядом от одной девушки к другой. Маргарет вдруг поняла, что Гвен выглядит очень мило и дружелюбно, кажется, даже Алиса это мысленно признаёт. Особенно на фоне строгой Амелии.

Сейчас, после отъезда всех гостей, замок потускнел, здесь стало скучнее. Придворные не бегают, как тараканы из угла в угол, многие осели в нежилых залах, как офисные работники, или толпятся у дверей королевских комнат. Слуги, больше не обязанные носить цвета хозяев, демонстрируя принадлежность к тому или другому лорду, переоделись в повседневную коричнево-серую одежду. А женщины, от самых чёрных работниц и до тех, что вполне могут претендовать на звания придворных дам, покрыли головы платками с медными обручами. Даже Амелия; ей, кстати, очень шло. Теперь это необходимая деталь местного дресс-кода. «Для всех, кроме благородных дам и Гвен», — промелькнула в голове Алисы, когда девушка спросила, не нужна ли им помощь. Интересно, Амелию не считаю благородной?

— Нет, спасибо.

— Тогда мы вернёмся позже, — придирчиво оглянувшись, сообщила Амелия. — Леди Моргана хочет пообедать с вами в саду. Она считает, нужно воспользоваться последними тёплыми днями.

Алиса и Маргарет переглянулись. Последними? Неужели август будет таким уж холодным? Теперь, наконец, их оставили в одиночестве. Дали время переодеться и прийти в себя. Алиса расслабилась и занялась платьями. Да, ткань здесь не из приятных. Может, если она подденет вниз свои вещи, то всё будет хорошо. Головной платок выглядит куда мягче. А ещё Алиса не совсем понимала почему жёлтое? Разве ей не идёт голубой? На нём волосы переливаются словно золото. Наконец-то она приложила платье к себе, обхватывая его за пояс, и покружилась, примеряя. Со стороны может показаться, что ей нравится, по крайней мере, Маргарет хотелось в это верить. Она прикусила нижнюю губу, глядя на руку. Там должно быть кольцо и его нет. Интересно, не прикарманила ли его Авила? Скорее всего такая изящная вещь не ускользнула от глаз молодой дочери трактирщика. Хотя Ролло не похож на человека, который смог бы поддаться уговорам забыть про врача и отдать вещицу дочке.

— Я не хочу это надевать, — раскручивая медное кольцо, словно обруч на руке, заявила Алиса. — Железка симпатичная, но в платке я похожа на монашку.

Маргарет расправила волосы, собираясь заплести их в две косы. Хорошо, что они успели высохнуть со вчерашней ночи, чистые, они приятные и послушные. Сегодня она сама расчёсывалась, заплетала тонкие косы на висках. Теперь ей неприятны чужие прикосновения, даже если это руки женщины, даже если это руки Алисы.

— Это для твоего же блага. — Она на секунду замерла, касаясь пальцами белого шарфика на шее. — Мужчины здесь не слишком сдержаны, не такие как в… дома. А волосы — это символ женской красоты.

— Ну и зачем их скрывать? — Казалось, что Алиса действительно не понимает. Не понимает того, как здесь, в замке, может быть опасно. — Я понимаю про закрытые платья, длинные юбки и прочие аристократские заморочки с обнажёнными лодыжками, но при чём тут волосы? В наш приезд… приход, — поправила она сама себя, — ни одна служанка такого не носила. Даже Гвен!

— Здесь не наш монастырь. — Маргарет вспомнила разговор с Артуром, но подумала, что если Алиса узнает сейчас, то впадёт в истерику. Умалчивание не убережёт её от неподобающего отношения, но, может быть, убережёт от необдуманных поступков. — Прими уже. Это традиция.

Алиса обречённо вздохнула, закатывая глаза. Традиция, так традиция. Интересно, если она в этом платке начнёт петь в коридорах замка «Аве Мария», как громко её будет слышно? А если ещё встанет перед окном… Как скоро на её начнут молиться или сразу же отправят монастырь?

И вот Маргарет, наконец, в тронном зале, ходит из стороны в сторону и думает. Накопившийся страх дал о себе знать, когда пришел король. Он собственноручно распахнул дверь, зная, что она там. И мысленно радовался, когда в глазах Маргарет проскользнул испуг. Маленькая трещина в её идеальном образе. Эгрейн пришел следом, он бросил доброжелательный взгляд на Маргарет, бегло улыбнувшись. Его присутствие её успокаивает, такой молодой на фоне короля и такой сообразительный на фоне принца. Она бы перестала сравнивать каждого с каждым, но надо было занять чем-то разум, пока король размахивая плащом раздавал страже указания. Наконец один из красных плащей спешно покинул зал, а король, взглянув на Маргарет, устроился на троне.

Эгрейн тут же занял своё место на стуле, чуть поодаль и открыл баночку с чернилами. Маргарет всегда видела его серьёзным, когда рядом король. Несмотря на молодые годы, в нём почти не было вольности или мягкости. Во многом им двигал только долг. Когда Маргарет встала рядом с королём, на место Морганы, у неё появляется желание положить руку на спинку трона. В фильмах это всегда казалось визуально красивым. Но передумала, так делают только королевы или принцессы, она, хвала Небесам, ни та и ни другая.

— Не волнуйтесь, — голос короля прозвучал как-то неожиданно мягко, он даже махнул рукой Эгрейну, чтобы тот пока ничего не записывал. — Мы все будем волноваться, когда пойдут слухи.

Кажется, его это веселило. Или король просто пытался пошутить.

— Никто не осмелится судачить о вас, Ваше Величество, — заверила его Маргарет. — Пострадает только моя несуществующая репутация.

— Несуществующая? — Он вдруг посмотрел на неё, с ноткой удивления. — Провели в замке больше недели и не обзавелись статусом в глазах слуг?

— Разве что статусом воровки яблок, по мнению старшей кухарки. — Она улыбнулась, и вдруг ей стало не так волнительно. А, когда король одобрительно кивнул, видимо припомнив о какой конкретно кухарке речь, вовсе расслабилась. Что бы он не делал, Утер не мог заставить себя относиться к гостьям с должной отстранённостью. Сделав небольшую паузу, король вспомнил, что оставлял их в замке всего на три дня. И они закончились. Нужно было придумать повод задержать их до возвращения лорда Грегори. Может быть рассказы Маргарет и рисунки Алисы будут ему полезны во время освоения новых земель.

— Эгрейн, хватит греть уши. Бери перо, не слышишь шагов?

Король оказался прав, через мгновение дверь распахнулась, стража пропустила первого просителя. Мужчина одетый не слишком богато, прошел мимо шести выстроенных в ряд красных плащей, пугливо озираясь по сторонам и теребя в руках шапку. Кстати, кажется, она стоила дороже его костюма в целом. Или просто была новой. Помявшись, он склонил голову и стоило королю позволить ему заговорить, зал наполнился торопливым взволнованным голосом. Напоминающий всем своим видом бочонок с огурцами, мужчина тараторил какую-то несуразицу, при этом ещё и на незнакомом Маргарет диалекте. Она понимала лишь половину сказанного, но, глядя как Эгрейн сосредоточенно фиксирует происходящее, поняла, что не понятно тут только ей.

И вслед за этим человеком потянулась вереница людей всех мастей и сословий. Стража впускала просителя за просителем, тех, что побогаче, пропускали вперёд, потому что каждый кичился делом государственной важности. Тряс кипами бумаг и кулаками. Но большинство из них на деле оказывались лишь теми бабушками, которым «только спросить». При этом их вопросы зачастую не тянули даже на малейшую важность для государства. Разве что грозили внутренними ссорами городской неродовой знати. И, видимо, чтобы не сталкивать подчернённых нос к носу, король уделял им время. К концу дня Маргарет поняла, что король здесь решает всё. Такова роль абсолютной монархии, она в прямом смысле абсолютна. Если кто-то потерял кошелёк, он идёт к королю. Если у кого-то украли мешок муки — то тоже к королю. Если потерялась овца и никто не может её найти, да, вы угадали, надо идти к королю.

— Волки… Ваше Величество. Во-о-о-т такие. — Вусмерть пьяный селянин развёл руками, пытаясь изобразить размер зверя и, не удержав равновесие, плюхнулся на колени. — Так ведь… это там! Ночь и дети пуф! Хоть бы кур, да… Дети же.

Он снова развёл руками, а потом обессилено вздохнул и, опустив голову, заплакал. Маргарет поджала губы. Волки воруют детей? Здесь это ещё актуально? Ах да… колыбель средневековья. Пьяница был шестнадцатый в очереди, неизвестно, что он сказал или сделал, что стража пропустила оборванца в замок, уйти самостоятельно у него уже не вышло. Страже пришлось выволакивать на ходу засыпающего и скорбно бормочущего мужчину. Маргарет побоялась, что Утер взорвётся возмущением, она бы взорвалась. Но вместо этого он просто повернулся к Эгрейну и назвал имя, попросив напомнить отправить этого человека в деревню и проверить информацию. От пьяных не приходится ждать достоверности, с другой стороны, проситель может сам лишился детей и всё ещё не смог принять утрату.

— Куда проще и быстрее обратиться к их наместнику, — заметила Маргарет, пока следующий проситель переступал порог.

— Вопрос, слушал ли их наместник, — король сказал это тихо, постукивая пальцем по подлокотнику, словно даже не ей отвечал. — Для меня это повод задуматься.

Голоса просителей журчали бесконечным ручьём под аккомпанемент скрипа пера. На юге взбунтовались маги, нужно послать армию. На Севере, говорят, завелись разбойники, что грабят только богатых. Маргарет шепчет, что их надо проверить. Просто северяне не хотят платить пошлины. Проситель, словно услышав, тут же подхватил. Такая напасть, Ваше Величество. За что мы платим пошлину, Ваше величество? Утер коротко усмехнулся. Дороги размыло, река из берегов чуть не вышла. Ещё секунду, Ваше Величество! Слышали про волков? Ах, уже сообщили. Кто-то убил богатого купца, а на востоке благородная дама вышла замуж за двух лордов сразу. Чья она будет, Ваше Величество? «Господня», — подумала Маргарет. Такую даму только в монастырь. Король не согласен, он отдал её тому, кто выше титулом. Чего не хватало! Из-за женщины ссорить вассалов. Проблем на целую очередь. Война разорила склады, Ваше Величество. Деревни сожжены, мосты порушены, скот перебит, поля потоптаны. Что делать, Ваше Величество? Надо заново строить! Нужно дерево, нужно серебро! Нужны рабочие руки. Скажите, Ваше Величество. Сделайте, Ваше Величество!

Откуда должно взяться столько дерева и серебра? Маргарет сбилась со счёта, какой это гость… Шестьдесят седьмой? Восьмидесятый? Сотый? У неё ноги заболели, спина ноет и в висках стучит. В дверях мелькнул знакомый силуэт. Линет? Она оживилась, без стеснения схватилась за спинку трона и присмотрелась. Мэттью пригладил волосы, шагнул в зал, оглянулся. Лицо Маргарет озарилось счастливой улыбки, она и не знала, что появление сельского старосты может вызвать у неё такой восторг. Захотелось шагнуть вперёд, спросить, как жизнь, как Элдор. Эх, видела бы Алиса! Для Утера этот селянин чуть более смелый, чем остальные, ничуть не был примечателен. Усталость брала над ним верх, ещё пять, может шесть, и толпу разгонят. Ему хотелось успеть вырваться из замка куда-нибудь в сады или даже в лес, только бы больше не слышать про размытые дороги и сломанные телеги. Мэтт начал говорить и даже не заикнулся, когда заметил улыбающуюся Маргарет. Он, кажется, почти не удивился. Как обычно просил защиты. Услышав знакомое название деревни, король наклонился вперёд, легко взмахивая рукой. Не может он вмешиваться, не может и не станет. Проучить Канона пора бы, стрясти с него долг, припугнуть, но не сейчас. Пол-армии мертво, казна пуста, волки в деревне. Пошел вон! А теперь Утер скажет всё то же самое, только вслух и не без восклицательных интонаций.

— Может нам стоит… — подала голос Маргарет и, напоровшись на резкий небрежный взгляд короля, замолкла. Руку отпустила спинку трона. С сочувствием глядя на Мэтта, она пообещала себе поговорить об этом с Утером чуть позже. Надо же, у неё уже появился список дел.

Мэттью разочарованно посмотрел на короля, кивнул, поклонился и быстро ушел, брезгливо фыркая. Вполне в его духе. Светлое лицо Линет снова мелькнуло в проёме двери, и они пропали за резным деревом. Теперь Маргарет их больше не увидит, и Алиса, возможно, тоже. Побелевшие костяшки на руках Эгрейна продолжали сжимать тонкую ножку пера, уже не первого, прошлые испортились и валялись рядом на полу. Чернил в банке на самом донышке, и Маргарет, пожалев его и свою спину, снова немного наклонилась вперёд.

— Сколько человек мы успеем принять до заката?

— Заката? — хрипло уточнил король. Это слово встало у него в горле комом, колючим, как рыбья кость. — Ещё одного и ворота закроют.

Маргарет выпрямилась и заметила, как с отстранённого лица Эгрейна сходит какая-то странная тень. Слово короля — закон. Стража пропустила следующего, двери захлопнулись и из коридора начали доноситься недовольные возгласы, возмущённые крики и даже топот. Проситель не обращал на это внимание, тихо радуясь своему счастью. Потом начинал говорить. Король подошел к его вопросу со всей внимательностью, выровнялся и даже задал пару вопросов. Маргарет говорить больше не разрешили, и, как только последний посетитель благодарно кивнул, стража проводила его из зала. Коридор уже опустел, голоса слышны с улицы, а Маргарет, облегчённо выдохнув, потёрла лицо руками.

— Наконец-то! — Король, предвкушая свободную половину дня как что-то более приятное, встал с трона и заглянул в записи Эгрейна. Парень уже бросил перо и растирал ладони, словно они замёрзли. Ещё мокрые чернила блестели, а мысли Утера уже уходили далеко от дворца, от просителей от вопросов про коз и соседские заборы. С трудом удерживая внимание, он просмотрел отчёт, думая, какие оставить указания.

— Чем ещё я могу помочь, Ваше Величество? — с полуулыбкой спросила Маргарет.

— Ничего. Вы прекрасно справились с ролью, ваше желание выполнено, теперь, думаю, вы свободны.

И несмотря на то, что сказано это с какой-то доброй, приятной интонацией, словно похвала, Маргарет всё равно почувствовала некий укол. Не на это она рассчитывала. Через секунду король, словно вспомнив что-то, махнул ей рукой. Они вместе направились к выходу. Девушка молча последовала за Утером, сумбурно пытаясь понять, что пришло ему в голову. У дверей ждал Яков, готовый выслушать и выполнить любой приказ. Даже самый опасный и сложный. Утер задержался всего на секунду.

— Скажи, пусть готовят лошадей. Пусть все соберутся и принц тоже. И собаки, пусть возьмут собак. И да, Яков, — уже отойдя на несколько шагов, король обернулся, — пусть вечером ко мне явится счетовод и смотритель королевской казны. Вы слышали их, леди Маргарет? Все жалуются на разруху от войск Баярда, а строить обязан я. Может тогда Баярд оплатит расходы?

— Разве тот мирный договор не предусматривал возмещение ущерба?

— Предусматривал, — как-то не слишком весело ответил Утер. — Только он придёт, когда соберут все налоги в Мерсии. Только к середине осени или раньше, а строить нужно уже сейчас.

— Имеет смысл поторопить Его Величество. Я могу ему написать, — напомнила Маргарет, глядя на то, как внимательно слушает их Яков.

— Вы только и ждёте повод, — язвительно усмехнулся король. Он махнул слуге рукой.

Яков кивнул с серьёзным лицом и убежал. Вероятно, Яков ровесник Мерлина. Может старше на года два или три, не больше. Правда выглядит куда более покладистым и послушным, манеры королевского слуги и оруженосца впитались в него, как солнечный свет. Маргарет шла за королём, боясь не успеть, запутаться в подоле и старалась при этом сохранять спокойный, отчасти серьёзный вид. У него явно было что ещё обсудить.

— Мы с леди Алисой так и не успели поблагодарить вас за подарок. — Маргарет на ходу вытянула руки вперёд, глядя на красные рукава. — Платья чудесные.

— Хочу, чтобы вы знали, я думал, всё пройдёт хуже. — Короля платья не интересовали, пока что он даже не улыбнулся, чтобы сгладить углы этой фразы, зато интонация стала бодрее. — Никогда ещё место советника не доставалось женщине, даже королевы предпочитали заниматься организацией двора и слуг, а не государством.

— Я рада, что ничего не испортила, Ваше Величество. — А вот Маргарет улыбнулась и даже не скрывала, что её радует успех. Похвала, тем более в таком деле, какой бы она ни была, будет тешить гордость.

— Скажите, — они вместе остановились у лестницы, — если бы мне хотелось, чисто теоретически, порадовать леди Алису. Привлечь её внимание к… — Он замолк всего на секунду, обернулся, проверяя слышит их кто-то ещё или нет, — к себе. Что я мог бы сделать?

Маргарет растянула губы в холодной улыбке, уже не такой весёлой как прежде. Её глаза смотрели на короля уверенно, словно пытаясь пробраться в его мысли, оценивая. Утер ждал, он рассчитывает на честный ответ. Маргарет приоткрыла рот, набирает побольше воздуха и гордо вскинула подбородок. В глазах девушки мелькнула малозаметная насмешка.

— Дома леди Алиса занимала должность придворного художника. — Выдуманная биография сама возникает в её голове со всеми деталями. — В основном писала портреты представителей династии. Но если она и любит что-то больше, чем живопись, так это готовить. Если ей разрешат приходить на кухню и время от времени что-то печь, как это было во дворце Цинтры, она будет счастлива.

— И всё? — Король немного склонил голову на бок. — Ни украшения, ни платья, ни личный конь, ни музыканты, ни что-либо ещё? Я мог бы выписать для неё породистых щенков из Рочестера, лучшую шерсть из Каринбурга… Просто кухня.

Маргарет специально говорила расплывчато, так, чтобы ответить на вопрос, никак не задев честь Алисы. Ничего не обещать, ничего не разрешать, ничего не отрицать. Да и что ещё она могла сказать? Маргарет понадеялась, что Утер поймёт намёк и не станет уточнять. Но он станет.

— Мне кажется, одной выпечки не достаточно.

— Если Ваше Величество желает назвать конкретную сумму… — Чуть строже начала Маргарет, надеясь пресечь его рвение, раз разговор не прекратился. Но король тут же её перебивает.

— Ни в коем случае! — Он принял её слова за недовольство. И даже частично оскорбился сам. Сумма, ха! Думает, он купит благородную леди как девку в порту? Если он производит такое впечатление, в пору всё опровергнуть или отрекаться к чертям от трона и закрываться в какой-нибудь каморке. Будет жить как духовники в Мерсии.

— Простите, я понимаю, о чём Вы говорите, — смерив страх за подругу, более мягко начала Маргарет, дабы не разжигать конфликт. — Там, откуда мы родом, за девушками ухаживают очень долго. Таковы традиции. И, если хотите порадовать леди Алису, прошу, уважайте их как свои. Начните с кухни и выпечки. До личных лошадей ещё успеем дойти.

— Теперь понятно. — Он кивнул, хмуря брови, задумался, сколько длится это самое «долго». И что если он он спросит у самой Алисы? Как-нибудь ненавязчиво.

— Ваше Величество, вас ждёт свора охотничьих собак и несколько всё ещё живых кроликов. — Маргарет улыбнулась, посмотрела в сторону лестницы, слегка прищурилась. — Начните с малого и увидите, счастливая леди Алиса оглушит своим смехом весь замок.

На этом их разговор был окончен, она одарила короля уже заученным за последние дни поклоном и торопливо ушла, теребя шарфик на шее. Возмущение и испуг всколыхнулись, словно кто-то открыто её оскорбил, снова прижал к стене и зажал рот. Взгляд Маргарет бегал из стороны в сторону, пока она шла к другой лестнице, девушка сосредоточенно пыталась придумать, что ей делать. Нужно найти Алису, всё ей рассказать, предупредить. В следующий раз король не станет спрашивать, он пойдёт сразу к ней, в обход подруги. И тут, когда она перепрыгнула первую ступеньку, нога запуталась в длинном подоле, Маргарет пришлось остановиться и схватиться за стену, чтобы не упасть. Ей понадобилась секунда, чтобы выдохнуть и наконец услышать всё сказанное королём ещё раз. Замерев, она слегка задумалась. Мысль пришла ей в голову сама, даже не потребовалось обдумывать детали. Она уже это видела, столько раз видела. Собрав в памяти все моменты из фильмов и книг исторического жанра, она ухмыльнулась. Вспомнила, как преподаватель истории рассказывал о подобном случае, произошедшем ещё в Бургундии. Осталось изложить план Алисе.

***

Стоит королю отбыть из дворца, как всё стихает. Наступает такая тишь да гладь, что кажется один только Утер создавал всю эту суету. Слуги, освободившись от работы рассаживаются по углам, чтобы посплетничать и отдохнуть, те, кому не надо готовиться к обедам и ужинам, вовсе расходятся по комнатам и тавернам. Последние как раз только-только начали открываться. Псарь, выпуская собак, жаловался, что глупость это, ехать на охоту в разгар дня, надо утром. Но король здесь не ради подстреленной утки или копчёного кабана, для этого он держит целый штат охотников, а если ему захочется почувствовать себя героем, то время суток не станет помехой. Сейчас Утеру хочется просто бросить всё, на пару-тройку часов оказаться в поле или лесу, оставив придворных самих разбираться с проблемами. Под лай своры охотничьих собак он чувствует себя свободнее, чем когда был пятнадцатилетним принцем. Хотя когда Утер был принцем, свободным его бы никто не назвал.

Артуру повезло больше, при родном дворе, среди людей которые его слушаются, а, если звёзды встанут, ещё и уважать будут. Прежде чем уехать вместе с отцом, он оставил слугам необходимые распоряжения и своим стражам тоже. А потом Артур словно пьянеет. Вот кому точно плевать и на утро, и на полдень, и на глубокую ночь. Охоту, даже постановочную, он любил с того самого дня, как ему впервые разрешили поучаствовать. Так что он погнал коня вперёд отцовского, вперёд самого ветра, если захочет. Свита покинула пределы замка, Маргарет проводила их взглядом из окон коридора. Сейчас их с Алисой никто не потревожит. Ей захотелось ворваться в комнату, распахнув дверь и прокричать: «Король положил на тебя глаз! Теперь ты тут главная. Вставай, нужно переделать причёску и прописать новые правила». А правил придётся соблюдать много, чтобы вернуться домой в целости и сохранности, без бастардов и средневековых болезней. Но Маргарет даже не успела войти в комнату, как за ними пришла Гвен, перехватив девушку прямо на пороге. Алиса отвлеклась от рисунка карандашом в своём альбоме и с недоверчивым интересом посмотрела на служанку. Что-то случилось?

— Леди Маргарет, — Гвен торопливо приседает, — Леди Алиса.

Она единственная из слуг, кто опускается перед ними в простеньком поклоне. И это очень льстит. Такое почтительное поведение к персонам без имени и титула определенно сильнее располагает, чем когда Амелия поучительно кивает в окно и заявляет, что это место легко обошлось бы без двух лишних ртов. Выждав несколько секунд, пока обе девушки обратят внимание, Гвен продолжила:

— Леди Моргана приглашает вас пообедать с ней в саду. Пока есть возможность насладиться последними тёплыми днями.

Алиса радостно вскочила с места, прижимая к себе альбом. Вторая половина дня обещает быть не такой нудной. Девушка не хотела испортить дебют Риты, как королевского советника, потому и отсиживалась в их комнате. Ну, может не только из-за Риты. Последний разговор с Мерлином вышел, мягко говоря, неудачным. И Алиса, интуитивно почуяв что-то странное, не хотела пересекаться с волшебником в ближайшее время. Может быть даже денька два-три, если получится.

— Это так приятно! Я как раз закончила кое-что для Её Высочества.

Маргарет бросила на подругу обеспокоенный взгляд, она не успела ей сказать, но тут же изменила хмурость на улыбку. Ещё никто не звал их обедать. Сегодня день, который явно изменит восприятие дворцовых обитателей. Обед на улице, под открытым небом и никакой Гаюс не придёт их за это ругать. Прекрасно! Надо бы только переодеться, не хотелось бы запачкать новое платье зелёными пятнами от травы.

***

От уже хорошо знакомых дорожек между стриженными кустами, дальше устремляется тропинка, глубже, к деревьям которые растут беспорядочно. Они обошли злосчастное крыло с библиотекой и оказались с другой стороны замка, третьей стороны, где ни Маргарет, ни Алиса ещё никогда не были. И эта часть сада впечатляла своей небрежностью и душевностью. Раньше тут были беседки из разного камня, арки и дороги из валунов. Сейчас это развалины, увитые плющом и молодыми клёнами. Так тепло и приятно, солнце проникало ровными лучами. Гвен улыбнулась, заметив, как на лицах подруг мелькнул восторг. Здесь пахло свежестью и мёдом. Моргана и Амелия ждали их чуть глубже в заросли, там, судя по всему, раньше был фонтан или скульптура, теперь это просто ровное, заросшее травой место. Укрытое плотным красным покрывалом, оно казалось невероятно милым, с большим блюдом, на котором были пирамидкой сложены яблоки. Потом девушки заметили сладости, накрытые тканевыми салфетками блюда, кувшин и бокалы. Начиненный металл блестел на солнце, а Моргана казалась настоящей лесной феей в окружении собственных владений. Амелия же, сидя ровно, напоминала строгую блюстительницу порядка. Вы можете гулять в этом лесу, но стоит вам нацелить стрелу в зверя, как Амелия распахнёт свои крылья, взлетит и с укоряющим взглядом вцепится зубами вам в шею.

— Не знаю, порадует ли вас это. — Моргана встала, завидев гостей и Амелия последовала её примеру. Оказывается, личные владения короля довольно обширны, на этом «заднем дворе» можно отстроить ещё один Элдор и даже не потеснить соседей.

— Порадует, — с улыбкой отзывалась Маргарет. — Вы даже не представляете, как мы вам благодарны, леди Моргана.

Воспитанница короля кажется в невероятно хорошем настроении. Она, улыбаясь, схватила Маргарет и Алису за руки и потянула к покрывалу. Ей хотелось знать всё про сегодняшний день, про их вчерашний день, поделиться своими мыслями. Услышать, как Алиса говорит на их языке. Поиграть во что-то, что можно будет назвать тайной. Гвен уверенно села рядом с госпожой, для неё тоже подготовлен бокал и тарелка.

— Не благодарите. — Моргана отмахнулась, без капли смущения, легко, как от мухи. Но это не выглядело грубо, при её мягком взгляде, лишь ещё больше стирает между ними дистанцию выстроенную положением при дворе. — Садитесь быстрее, иначе я съем всё одна.

Алиса, охваченная восторгом, с удовольствием присоединилась к пикнику принцессы. Но заботили её не блюда, фрукты, да даже на Амелию она мало обращала внимание, сейчас центр вселенной находился на Моргане. Принцесса сказочно красива. Невольно Алиса сравнивала её с Йеннифер. Тёмные блестящие локоны, красивые синие, отливающие фиолетовым, глаза и белоснежная кожа. Сейчас девушка особенно сияет. В замке за ней такого не наблюдалось. Кажется, Алиса несколько дней только и будет писать её портреты. Есть особо не пришлось, так, хватать мелкие кусочки и быстро их жевать, чтобы не отвечать Моргане с набитым ртом. Сегодня, что ей обычно не свойственно, у воспитанницы короля язык за зубами не держался, она рассказывала про новые ленты для платьев, что купили служанки во время ярмарки, рассказывала про слухи, которыми обмениваются придворные и доносят ей вместе с завтраками и свежими цветами. Амелия жаловалась, что к сентябрю ей придётся уехать домой, отец требует, чтобы осень и зиму дочь провела дома. Алиса мысленно порадовалась, что сентябрь у них будет спокойный, а потом удивилась сама себе, они не собираются оставаться тут до сентября!

— Но король ему не позволил, — обвивая розовый цветок вокруг ножки плюща, спокойно продолжила Амелия. — Сказал, что я могу съездить к нему на пару недель, но вернуться в столицу должна до первого снега. И что он пошлёт со мной двенадцать солдат и трёх служанок для сопровождения.

— Почему вам нельзя провести зиму с отцом? — невзначай интересуется Маргарет, пробуя разлитый по бокалам напиток. Она радовалась, что это разбавленный сок, не эль и не вино, хвала Небесам. Есть ей не шибко хотелось, поэтому она могла спокойно развлекать Моргану и Амелию разговорами, пока Алиса делала быстрые наброски в своём альбоме. Моргана ещё не заметила, наверное, увлечена рассказами.

— Я это не решаю, — коротко ответила Амелия и опустила сосредоточенный взгляд на плющ в руках.

— А знаете, где я хотела бы провести зиму? — Моргана игриво вскинула подбородок. Она хотела, чтобы девушки начали угадывать, но вместо этого она увидела только заинтересованный взгляд Маргарет и продолжила: — Во Франкии. Говорят, там каждую зиму из леса выходят всё ещё живые единороги. Они катают на своих спинах детей и чистых душой дев. — Она взмахнула длинным рукавом. — К первому снегу я вышью одного на платье.

— Уверена, в вас любой единорог бы признали самую непорочную деву из всех, — заметила Амелия, не отрываясь от зелени в руках.

— Боже мой, это было бы прекрасно! Если бы мне позволили поехать с Вами, я точно запечатлела Вас в… красках! Это… — в приступе вдохновения, Алиса почти забылась и чуть не произнесла запрещённое в Камелоте слово. — Прекрасно!

Моргана приоткрыла рот. Вот это да, она её понимает! Точнее, они вместе понимают друг друга. Невероятно. Теперь Алиса не будет следовать за Маргарет тенью. Ей тут же захотелось спросить у неё что-то ещё. Секунду Моргана ёрзала на месте, усаживаясь удобнее и спросила.

— А как по вашему прошло утро у вашей подруги?

— Ну, — Алиса мнётся, подбирая слова. — Кажется, они с королём сошлись во… взглядах. Вот.

— Нет. — Амелия оторвалась от плюща и с трудом сдерживая смех, посмотрела на Алису. — Ни одна достойная девушка не сойдётся во взглядах с Его Величеством.

Повисает некая тишина, даже Гвен в легком шоке. Слова Амелии граничат между язвительным замечанием и оскорблением правящего короля. Мысленно Моргана подметила истину в её словах, хоть по всем правилам, должна была отвесить её подзатыльник или пощечину. Рука не поднялась на наивно-правдивые слова. Воспитанница короля ещё не встречала женщину, которая могла бы сказать: «Я полностью и во всём согласна с Его Величеством». Они могли сказать: «Никогда не буду спорить» или «Он — король, никто не вправе с ним спорить». Но соглашаться… Она бы сама не поверила. Подумав, что Алиса просто неправильно подобрала слово, Моргана решила всех отвлечь. Они потом это обсудят.

— Всё может быть. — Она схватила яблоко, на самой вершине пирамидки и показала Алисе. — Давайте сыграем. Будем кидать друг другу это яблоко, тот, в чьих руках оно окажется, должен будет ответить на один вопрос с полной честностью. — Моргана протянула яблоко Маргарет. — Вы кинете первой.

— Хорошо. — Она взяла фрукт в руки и, осторожно подбросив, с коварной улыбкой, вернула его королевской воспитаннице. Моргана вскинула руки от такой наглости. Она думала, яблоко полетит в Амелию или в Гвен.

— Леди Моргана, давно хотела спросить, — продолжает Маргарет, — как ведут себя местные достойные девушки? По словам леди Амелии мне трудно составить точный портрет.

— Об этом можно было спросить без яблока! — улыбаясь, ответила Моргана и задумалась. — В первую очередь, они всегда при деле. Любая девушка должна уметь вышивать, ткать, шить, распоряжаться прислугой, вести дела своего дома. Если она выйдет замуж, то получит дом или даже замок, в котором нужно будет грамотно распоряжаться припасами, нагружать слуг работой, раздавать жалование, пока супруг занимается войной и переговорами с вассалами. Ещё она должна быть послушной и уважать тех, кто стоит выше неё по статусу. А обязательно нужно уметь вести беседы и желательно петь. Женщина, которая не может развлечь беседой, скучная женщина.

Алиса нахмурилась. Вопрос сам сформировался в её голове, к удивлению, даже сразу на английском.

— А если она умеет рисовать?

— Это уже другой вопрос! — вмешалась Амелия, венок у неё не получился, и она отложила зелёную копну плюща. — Я скажу, рисование хорошее качество, но женихи на него не смотрят.

— Раз уж речь о женихах. — Моргана вновь оживилась и кинула яблоко Алисе, раз уж теперь есть такая возможность. — У вас дома был тайны поклонник? Он писал вам стихи?

Алиса ловко поймала фрукт и какое-то время интригующе молчала, складывая предложения. Сначала она хотела выдумать что-то ненастоящее, вспомнила турецкие сериалы, что-то про балконы, скрипки, тайные записки. Это бы связалось с их историей. Но потом решила, что правда интереснее вымысла. Её взгляд менялся, когда она погружалась в воспоминания о Грише. Улыбка озаряла её лицо, выделяя ямочки на щеках.

— У меня есть жених, — наконец-то произнесла Алиса, чем вызывала бурю эмоций со стороны всех присутствующих. Кажется, это одна из любимых местных тем. — Он невероятно добрый, заботливый, терпеливый и обходительный человек. Мы познакомились… — Алиса глупо хихикает, заливаясь краской. Вот как объяснить средневековой принцессе, что такое метро? И что там бывает ужасный час пик, когда тебя, словно огурчик, утрамбовывают в банку для засола? Алиса заливается хохотом, и Рита поддерживает её улыбкой. Да, она-то знает их историю и понимает, как сейчас сложно её адаптировать.

— На вечернем балу, устроенном в саду Её Высочества, королевы Цинтры, — подала идею Маргарет, как бы поправляя Алису. Дальше девушка подхватила и продолжила сама.

— В честь дня рождения её дочери, — она говорила медленнее, улыбка превратилась в грустную. — Праздник был масштабный и было много гостей. Танцы, музыка, вино, представления, фокусы, даже… огни в небе. Было невероятно красиво, и, несмотря на то, что мы находились в саду, душно. В толпе дышать сложно. К тому же мода на корсеты не помогала. И я во время представления с зеркалами потеряла сознание. Упала там, где стояла. А, когда очнулась, рядом уже был он. Григорий, — Алиса решила, что имя принцесса точно слышала и не запутается в буквах. Это же начало христианства. Так сказать, римское наследие.

— Сын главнокомандующего армией, — быстро добавила Маргарет, чтобы у местных не возникло вопросов. Алиса убедительно кивнула головой, подтверждая слова подруги.

— Он привёл меня в чувство, усадил за стол и весь оставшийся вечер провёл со мной в беседе о высоком искусстве. Позже он появился в королевском дворце по делам, и мы стали видеться чаще, — Алиса вновь засмеялась. Гриша точно бы пожурил её за это. И отправил в актёрский институт.

Пусть всё это было и не до конца правдой, сознания Алиса не теряла, но это была их история. Гриша уступил место в метро, к тому же помог выбраться из толкучки, защищая её от локтей людей, и даже проводил до автобусной остановки. Потому что «нечего такой красивой девушке одной через лесопарк идти». А вот дальнейшее было чистейшей правдой.

— Всё лето при наших встречах, я плела ему венки из ромашек на его тёмные кудри. А он пел для меня. У него такой голос! Такой… ласковый и бархатистый. — В носу странно защекотало, а сердце заныло от воспоминаний. Алисе резко захотелось вернуться назад. К своему Грише, вот взять и сейчас же с этого самого места. На глазах появились слёзы. — Мы танцевали на закате, провожая день и согревались чаем, что он приносил с собой каждый раз, когда возвращались домой. Так длилось несколько дней, а потом он заявился на порог дома моего отца с просьбой выдать меня за него замуж. Это была сама судьба! — Алиса шмыгнула носом. Она плачет. Слёзы искривляют девушек перед ней, и Алисе кажется, что она снова в Москве, снова с подругами и в сотый раз рассказывает о своём любимом Грише. Проморгавшись, она смахивает слёзы и поднимает глаза на слушателей.

— Мы не знаем, что случилось с Григорием, когда захватили замок, — это добавила Маргарет, чтобы наконец оборвать рассказ и дать Алисе выдохнуть.

Все затихли снова. Переваривали услышанную историю, Моргана с Гвен открыто восхищались и жалели девушку, воспитанница короля даже погладила Алису по плечу. Амелия, потирая пальцы, видимо позавидовала. Ну или просто решила воздержаться от комментариев. Маргарет мотала историю на ус, чтобы потом не потеряться. А ещё удивлялась, как это подруга не запуталась в словах, со всеми этими слезами и даже ни разу не ошиблась.

— Гвен, это может прозвучат грубо, но я этого не хотела, — успокоившись, Алиса подбросила яблоко служанке. — Как ты с семьёй оказалась в Камелоте?

— Нет ничего грубого, леди Алиса. — Гвен с улыбкой склонила голову на бок. — Мой дед приехал сюда на римских галерах, он прислуживал кому-то из военных, возможно, сидел на вёслах. Мне никогда не говорили детали. А потом его бросили здесь, когда римляне покидали Логрес. Здесь у многих слуг такая история. — Она обвила присутствующих взглядом. — Итак. — Гвен, предвкушая возможность задать любой вопрос, бросила яблоко Маргарет. — Почему вы отказали королю Баярду?

— Отказала? — удивилась Маргарет. — Я просто сказала, что не люблю собак.

Моргана оценила манёвр, но всё же хотела вогнать девушку в краску. Для развлечения. Ладно, ещё будет повод. Маргарет немедля кинула яблоко Амелии, и та вздрогнула. Она смахнула его с платья как насекомое и только потом подняла взгляд на Маргарет, ожидая вопроса. В её глазах читалось легкое отвращение.

— Почему вы не любите яблоки?

— Они… — Амелия запнулась, первый раз за всё время она запинается. Она перевела взгляд на Алису, вспоминая её откровенность в вопросе про жениха. — Мой отец, когда покидал замок в Шеппи… мне было не больше одиннадцати, когда его лишили фамильных земель. Всю дорогу до Дувера мы ели одни только яблоки, ничего другого нам не разрешили взять с собой. — Теперь она решила, что большего откровения Маргарет просто недостойна. — Больше не хочу.

— Простите. — Маргарет неуверенно поджала губы, на самом деле её интерес только ещё больше подогрет. Но она ещё успеет выяснить детали.

— А петь вы умеете? — вдруг спросила Алиса, сама не понимая почему. Возможно, ей просто хочется забыться в мелодии чьего-то голоса.

— Правда, Амелия, — подхватила Моргана. — Спой, а мы потанцуем.

Моргана поднялась на ноги, её кажется вовсе ничего не расстраивало. Ни откровения Алисы, ни слова Амелии. Она прожила слишком долго в замке, чтобы научиться слушать, но не акцентировать внимание. В основном её этому научил Утер. Если бы она показывала ему все свои эмоции, давно бы лишилась крыши над головой. Хотя время от времени терпение её заканчивалось, и она позволяла себе замечания и упрёки в сторону короля. Амелия оценила идею. Она начала хлопать в ладоши, отбивая чёткий ритм. «Моя любовь моей подобна тени, лежащей под открытым солнцем». Ритм простой, раз-два-три-четыре. Рука Морганы утаскивает Маргарет и Алису за собой, Гвен вливается в это действо как-то сама. Они плавно ступают хороводом, потом делятся на пары, потом снова хоровод. «Что следует за мной все время, и от меня же ускользает прочь». Движения ускоряются, ритм живеет, Моргана начинает изредка хихикать. Всё это напоминает что-то ирландское. Алиса окончательно выбрасывает печальные мысли из своей головы и кружится вместе с Гвиневрой, краем сознания подмечая, что у неё красивый профиль. Быстрые девичьи ножки в танце мнут траву, а старый камень прекрасно заменяет пол. Всех охватывает какой-то детский восторг, они похожи на подружек в школе, которым скоро на урок, но сейчас они счастливы и представляют себя принцессами на балу. Моргана подпрыгивает, Маргарет повторяет за ней. «И я то замерзаю, то горю, и чувствую себя я не собою». Нет никакого Камелота, нет никакой Москвы, есть только тайный сад, оплетённый плющом. Есть только мелодичный голос.

— Простите, леди Моргана. — Никто не заметил как здесь появился Эгрейн. Он почтительно опустился в поклоне. — Позвольте, я заберу у вас леди Маргарет. Всего на несколько минут.

— Куда ты? — Алиса задала этот вопрос первой, пока никто не успел.

— Это из-за приёмного дня, — пояснил он, осторожно беря Маргарет за локоть и утягивая в сторону. — Надо кое-что доделать.

— С каких пор женщин забирают государственные дела, подобно мужчинам? — Моргана обменялась с Гвен непонимающими взглядами. Как давно этот парень там стоит? Он имел наглость наблюдать за ними тихо, не обозначив своего присутствия?

— Это приказ Его Высочества, леди Моргана, — спокойно, с обязательным почтением, ответил Эгрейн. Они с Маргарет быстро скрылись за заросшими полуарками, вместе с тремя стражниками. Моргана усмехнулась. Она спросит с неё за это пришествие. Это неправильно!

— Раз так вышло. — Алиса подняла с земли свой скетчбук с вложенным туда карандашом. — Можно я вас нарисую?

***

Покинув цветущий жизнью сад, Маргарет тут же вернулась в привычную жизнь замка. Жизнь, которую она предпочитала не замечать. Вся лёгкость вместе с ритмом танца улетучилась, словно её и не было. Девушка, привычно нахмурившись, сложила руки на животе и следовала за королевским стряпчим. Сзади неё тяжело ступали стражи, гремя кольчугой. Отбивали привычный шаг, которому их учат на тренировке. Шаг, шаг, ещё один. Ровно, под тяжелыми сапогами хрустел песок, которым засыпан двор. Люди расступались перед ними, оставляли работу, поднимали взгляд и тут же отводили в сторону. Эгрейн шел впереди, привычно держа в руках какие-то бумаги, связанные красной верёвкой и если кто-то мешался под ногами, он даже не замедлялся. Ибо никто не должен был думать, что могут помешать королевскому правосудию. Маргарет почувствовала, как в ней вскипает уверенность, она сдёрнула с шеи платок и накинула на плечи. Пусть видит, за что его арестуют. Длинные зелёные рукава старого платья, которое она надела специально к пикнику, красиво развивались при каждом шаге. Эгрейн вёл её через рабочие дворы, мимо слуг, что кормят свиней, мимо загонов, где блеют бараны, мимо второго колодца, и лавок, на которых отдыхают печники с пастухами и даже мимо грядок с зеленью, на которых работают жёны тех же печников и пастухов. Эгрейн не оборачивался всю дорогу, словно прислушиваясь к мыслям Маргарет и прекрасно понимал, зачем это всё. Он вёл её, в сопровождении стражи, окольным путём. Показывал всем, что жизнь этой женщины, так же как и её подруги, охраняет корона. А кто не увидит, тем расскажут.

Оказавшись у конюшни, они обошли её сзади, у дверей двое мужчин, не шибко молодых лет. Хотя, возможно, так казалось из-за бород. Маргарет заметила у одного из них очки, на правой линзе — тонкая трещина. Она лишь немного нахмурилась, их взгляды на секунду встретились. Мужчина хмурился, так же как и она, а через секунду опустил голову. «Здесь всё не из этого времени». Эгрейн остановился, один из стражников уверенно толкнул дверь, и все четверо мужчин, включая стряпчего, шагнули внутрь. Маргарет приподняла подол и перешагнула мелкую копну затоптанного сена. Искать не пришлось, Эдд сидел в окружении тех же подельников, вальяжно развалившись на сене. Более пушистом, чем то, что рассыпали у входа. Он даже не удивился страже, Эгрейну или уж тем более Маргарет. Красные плащи как волки окружили компанию, после чего все друзья Эдда повыскакивали на ноги. В отличие от младшего конюха им было страшно.

— Вернулась? — подтолкнув ближайшего знакомого в бок, Эдд усмехнулся. — Жениться не буду, даже не просите.

— Поднимите его. — Эгрейн как всегда немногословен.

Один из стражей, тот что крупнее, шагнул вперёд, схватил конюха за руку и дёрнул вверх. Эдд недовольно фыркнул, кажется, матерился на латыни. Он мотнул головой, убирая закрывающие обзор пряди и посмотрел прямо на Маргарет. Глаза его сверкнули чем-то недобрым. Вероятно, он думал напугать девушку тем же вспыхнувшим гневом и отвращением, но вышло плохо. Она не дёрнулась, не отшатнулась. Она уже всё это видела и запомнила. Эгрейн сообщил со всем необходимым терпением, за что арестовывают младшего конюха и приготовился начать разговор с его друзьями. Маргарет вдруг поняла, что судьба, как и вид арестованного обидчика, ей больше не интересны. И даже если Эдд рассыплется в извинениях или, наоборот, разразится проклятиями, её сердце не дрогнет. Ей просто будет всё равно. Оставив Эгрейна разбираться, она немного попятилась. Дышать в полумраке конюшни было сложно, хотелось на воздух.

Эгрейн во всю переманивал свидетелей, он обещал, что если другие конюхи будут свидетельствовать против Эдда, их совершенно точно помилуют и ни в чём не обвинят. Эдд, пытаясь вырваться из рук стражи, тут же напомнил ему, что и в прошлый раз стряпчий обещал ничего королю не говорить. А тут собралась стража ещё и эта баба. Молодые люди явно постеснялись напрямую отказываться от предложения, но, так же побоялись быть обманутыми. Никому не хотелось получить плетью по спине. Эгрейн, чтобы развеять их сомнения, решил пояснить. На самом деле он и правда ни слова не сказал королю, только страже. И, разумеется, принцу. Парни сдались под тяжёлыми взглядами и закивали головами. Не решились произнести «да» вслух.

— Ты паранойю развёл! Мы тут год, видел хоть раз что-то подобное?

До ушей Маргарет донёсся уж больно современный английский, которого она здесь ещё не разу не слышала. Она немного повернулась в сторону тех двоих, у двери и, не подавая вида, прислушалась.

— Типа я вспышку камеры не узнаю? — Очкастый презрительно ухмыльнулся. — Да у меня так же мерцало!

Маргарет замерла, услышав слова о камере и вспышке. Она обернулась, не удержавшись, и начала внимательно рассматривать мужчин у двери. Первым это заметил тот, что в очках, он аккуратно толкнул собеседника в плечо, чтобы тот не успел ему возразить, после чего подскочил на ноги. Маргарет испугалась, что они её узнали.

— Леди, мы можем как-то помочь? — опуская глаза, поинтересовался мужчина. Да, английский у него чисто британский. Как в школьных учебниках.

— Нет, не сейчас. — Маргарет отмерла, растянула губы в наигранной улыбке. Они просто приняли её за местную. Хорошо.

Мужчина кивнул, снял очки и сел обратно на лавку. Серыми пальцами он потёр трещину на стекле, после чего принялся аккуратно вытирать линзы краем рубашки. Оправа была металлическая.

— Откуда у вас эта вещь? — набравшись смелости, поинтересовалась Маргарет. Судя по всему, они не знали, что вспышка была от её телефона и, скорее всего, даже не видели лица. Да и откуда слугам знать, что такое телефон! Оба подняли на неё растерянный взгляд, словно не поняли, о чём она спрашивает.

Но ответ услышать она так и не успела. Стража вывела под руки Эдда, грозящего бедами и засухой всему королевству. Попутно он вставлял жесткие обзывательства, ругая не то стражу, ни то Эгрейна, а может и всех живых вообще. Его друзья, теперь уже бывшие, плелись следом, за развивающимися красными плащами опустив голову. Наверное, жалели, что согласились стать свидетелями. Эгрейн вышел следом, сильнее прижав к себе стопку бумаг, и посмотрел на Маргарет. Он явно был доволен.

— Не знал, что будет так приятно. — Он протянул Маргарет руку. — Я обещал вернуть вас леди Моргане, но провожу туда, куда скажете.

— Обратно в мою комнату. — Маргарет улыбнулась, теперь действительно тепло и мило, а потом посмотрела на своё платье. — К возвращению короля нужно переодеться. Ему не понравится вновь увидеть меня в этом. — Она растянула юбку в стороны, демонстрируя стряпчему запылённый и довольно грязный подол. — Отдам платье прачкам.

Эгрейн усмехнулся и повёл её обратно в замок. Теперь более коротким путём, демонстрации не требовались. Младшего конюха Эдда арестовали. Эта весть разлетится по всем двора, от грядки к грядке, от лавки к лавке. Она птицей промчится по улицам, проникнет в открытые окна, мимо печей, где стоит свежий хлеб, к погребам, где хранится пиво и рыба, поднимется вверх, в комнату слуг и гостей, особенно радушно весть встретят на этаже, где сидит Эгрейн. Учёных мужей всегда интересуют дела о нарушении закона.

Говорят, Маргарет шагала как королева, говорят, она приказала выволакивать конюха за волосы и тянуть так до самой темницы. «За что?» — всплеснув руками, спросит прачка. «Девку трогал, а она из этих», — многозначительно указав пальцем в потолок, шепотом пояснит швея. «Пытался её ударить. Он якобы хотел её ограбить», — скажут служанки заправляя постели. «Шутку неприличную отпустил, вот и всё!» — донесётся с общественной кухни. «Она горделива, а король её обижать не хочет». Так и будет, Эгрейн это знает, Артур тоже. Никто не оставит без внимания такую щекотливую подробность, как не пытайся скрыть. Но это и к лучшему. Маргарет никто не станет ругать, просто не решатся теперь, зато с удовольствием начнут предлагать свои подробности. «Так может она того… — задумается младшая кухарка, строгая овощи, — королевская». «А то! Утром рядом с троном стояла, ага, муж как раз ходил про налоги спрашивать», — пояснит жена мельника, зашедшая как раз к перерыву. Другая кухарка, менее расторопная, вогнав пальцы в сырое тесто, изумлённо округлит глаза: «Что, прям рядом? Одна? Быть не может». Стянув из корзины яблоко, жена мельника возмутиться: «А ты мне не веришь?» Через секунду прибежит девчонка, только что накормившая кур, плюхнется на лавку и вскинет руки: «Ой, да ясно всё! Подумайте! Конюха лишиться из-за девки пришлой». Все замолчат, та, что с тестом, снова выпучит глаза. «Думаешь, она с королём…» Старшая кухарка тут же подхватит половник и замахнётся то ли на одну, а может, сразу на всех. «А ну разошлись! Работы нет, так я найду!»

Всё это будет с этого момента и до бесконечности. Неизбежность. Оказавшись под сводами замка, Эгрейн замедлил шаг. Теперь они с Маргарет могли временно выдохнуть. Маленький перерыв между новыми обязательствами. Сначала они ничего не говорили, потом Маргарет завела разговор о слугах, мол, странно они у вас говорят. Что значит «камера» и «вспышка»? Мысленно она надеялась, что Эгрейн развеет её страхи и подозрения. Как истинный предок английских юристов, он справился с этим лучше, чем хотелось.

— С латинского «камера» это комната, скорее всего тёмная. А второе слово означает ярко вспыхнувший свет. — Рассуждать о значении слов для него как вести светскую беседу. Легко и приятно. — У кого-то ночью вспыхнул пожар, вот всё. Свечу, наверное, не потушили.

— Спасибо. — Маргарет стало заметнее легче, она даже забыла про разбитые очки. Значит, ей показалось, она просто не поняла чего-то и всё. И их диалект ей показался. — Простите, если спрашиваю про что не должна, но мне ужасно любопытно. Почему вы не расстаётесь с этими бумагами?

— Ах, это, — Эгрейн опустил взгляд на стопку и немного поправил листочки. — Жду возвращения короля. Это из казначейства. Смотритель королевской казны посчитал все расходы, король планирует отправить письма лордам из совета, чтобы те придумали способ пополнить казну. — Он явно не верил в успех королевской идеи. — Король потребует налог с некоторых из них больше, чем обычно. Сундуки пустеют. С другой стороны, эта выручка разовая, нужен способ постоянного притока средств.

Эгрейн вздыхает, видимо, пока их не видят, он позволил себе сомневаться в затее Утера. Скоро он эти мысли прогонит. А ещё он не говорил, что девушке это неинтересно, не говорил, что забивать прекрасную головку мыслями ей не стоит. Маргарет приятно осознавать, что хоть кто-то не смотрит на неё, как на необразованную кухарку. Король тоже на неё так не смотрит, но лишь пока ему это выгодно. Маргарет вспомнила слова Амелии про платья, пошитые из ткани на знамёна. Всё настолько плохо? Или это в порядке вещей?

— А есть способ помимо налогов?

— Надо думать и долго. Упущенное время может пагубно сказаться на королевстве. — Эгрейн протянул Маргарет пустую ладошку. — Скоро осень, а там и снег. Пустая казна. — Он сжал кулак. — Смерть королевства.

Девушка заинтересовалась, существует столько способов пополнять казну регулярно помимо налогов. По крайней мере, она бы не торопилась с требованиями. Сомневаться в сознательности Утера ей не приходилось, так что она решила тоже подумать над вопросами финансов. Просто так, чтобы не застаивался разум.

— Королевство не погибнет. — Маргарет остановилась и осторожно коснулась бархатного рукава Эгрейна. Хотелось бы ей платье из такого. — Я благодарю вас за помощь. Сама бы я не решилась никогда.

— Вы не правильно о себе думаете, — Эгрейн явно не пытался сделать ей комплимент, он говорит это с тем же лицом, что и про значения слов. — Не решились? Нет, вы бы, посчитали ненужным. Я вижу, как вы говорите с королём, вижу, что решимости вам хватает. На мой взгляд, если позволите сделать вывод, вы бы посчитали затею невыгодной.

***

На поверхности эля, в кружке, плясало воображение. Мысли отражались на глади дурманящего напитка. Нет, в этот день лорд Грегори не планировал уходить особенно далеко в омут, ему нужна была трезвая голова, чтобы всё распланировать. Утер не должен узнать о его возвращении, так что он особо не высовывался на улицу. Даже при условии, что в Камелоте у лорда нет знакомых, не значило, что его не узнает какой-нибудь проходивший мимо королевский паж или рыцарь. Больше всего Грегори боялся, что всё пойдёт не по плану в самом конце, кто-то скажет слово, да хоть сама леди Маргарет не поверит ему и по глупости выдаст королю. Нужно скорее с ней встретиться и всё обговорить. Только бы во дворец пройти незаметно. Вчера он рискнул, побывал на ярмарке, купил девчонке трактирщика платье, как обещал, и заглянул к лекарю, который его лечил. Попутно обзавёлся собственными перьями и чернилами. Ему нужно многое записать.

Перо бегало по бумаге, похрустывая, словно от счастья. Небрежной рукой мужчина выписывал пункты, рассчитывал время, затраты, непредвиденные обстоятельства. «С рассветом вышли из порта, заплатив пошлину лорду Канону…» Дальше идёт подробное описание отплытия, сбор команды, слуг, обязательно упоминается начальник гвардии Квинт. «…сопровождавший меня в этом опасном путешествии» — Грегори быстро зачеркнул «опасном» и написал сверху мелкими буквами «почётном». На секунду он отвлёкся, снизу, через открытую дверь доносились голоса, видимо, собираются гости. Шум будет ему мешать, так что Грегори решил закрыть дверь и ускориться. Первый вариант плана должен быть описан уже сейчас. Утром он прочтёт его незамыленным взглядом, подкорректирует. «Матрос Олаф, Утрет и…» выдуманные имена сами всплывали в голове, сейчас мозг Грегори работал на полную. Мысленно он даже представил их внешность и решил сделать неместными, чтобы в случае чего королю не пришло в голову искать их. Грегори перевёл взгляд на стакан, эль — море, там умозрительный корабль, что может произойти? Он наклонил стакан, осторожно тронул пальцем гладкую поверхность, и по ней тут же побежали мелкие волнушки. «…ночью нас накрыло штормом, двух смыло в море волной, но в остальном команда справилась со стихией. Иных потерь не понесли».

— Милорд. — Авила открыла дверь локтём и плавно вошла в комнату, в руках у неё был поднос с тарелкой и пивной кружкой. Кажется, она решила окружить его каким-то несвойственным хозяевам таверн вниманием.

Мужчина попытался абстрагироваться от её присутствия. Старался смотреть на исписанные листы бумаги. Грегори скучал по своему замку. Там никто не вламывался в его спальню или куда-то ещё без стука, не говорил так громко и, в принципе, достаточно было взгляда, чтобы любой слуга тут же развернулся и исчез как призрак в рассветной дымке. Как только всё будет готово, он уедет в Ашдаун, инкогнито, выжидать до назначенного часа. Авила была не из понятливых, или наоборот, слишком понятливой, чтобы просто развернуться и уйти. Она поставила поднос, незаметно заглядывая в рукописи. Уж неизвестно, кто научил дочку трактирщика читать, ибо не все лорды обладают таким умением, но первые несколько строчек она разобрать смогла. Воодушевленно вздохнув, она изобразила интерес и уселась на край стола, за неимением по близости второго стула.

Позже она попыталась снова разговорить гостя. Предположила, что он пишет пьесу для короля, за что была одарена хмурым взглядом. Знала бы она, насколько близка к истине. Тут же подхватив эту тему, она начала вспоминать кукольные театры на площадях, пока Грегори заканчивал описание пятой недели пути. На полях у него были набросаны расчёты несуществующих припасов, пресной воды и человеческих жизней. Когда мужчина ответил ей что-то отстранённое, чисто из вежливости, Авила улыбнулась и выпрямилась. Она решила найти, как ещё можно подступиться, пока отец не заметил её отсутствия. Заглянув в полную кружку, девушка недовольно нахмурилась. Со вчерашнего вечера, после покупки платья, Грегори перестал пить. По крайней мере, в необходимых ей количествах. Из пьяного лорда тянуть подарки было куда проще. Да и к разговорам трезвый Грегори внезапно охладел. Авила тешила себя тем, что время от времени он всё же поглядывает на неё, словно задумал что-то особенное, и надеялась, что награда за «особенное» будет такая же впечатляющая. В самую первую ночь, ещё до дождя и болезни, он отдал ей перстень с бирюзой, в придачу к новой шали, так до сих пор о том и не вспомнил. Вчера прикупил платье и теперь, почуяв возможность, девушка планировала выпросить золотой медальон или серьги как у леди. Когда она выйдет замуж, молодой семье понадобится много денег и всё это можно будет продать.

Грегори поднял на девушку взгляд, полный скрытой насмешки. Он решил, что если посвятит её в свой план, она от него, наконец, отстанет. Поэтому, откинувшись на спинку стула, он кратко пересказал ей историю о том, как король победил дракона. Авила слушала с интересом, хотя определить когда девушка действительно заинтересована, а когда просто притворяется, было не возможно. Впрочем, вряд ли она поверила. Ну, кто верит в этот кошмар? Нет, Грегори не сомневался в военных успехах Утера, но поверить что один человек победил огромного зверя… чем? Мечом? Силой веры в свою правоту? На лице лорда скользнула язвительная улыбка. А потом он окинул девушку взглядом. Как много друзей у дочери трактирщика при королевском дворе? Грегори поджал губы, тёмно-карие глаза сверкнули, его озарила удивительная идея. Он вспомнил свой сон, вспомнил выдуманное морское путешествие, отодвинул листы. Крутя в руках уже потёртое перо, он мечтательно заговорил.

— А хочешь в замок? — Он постарался произнести это мягко, напевно, словно делился личным секретом. — Хочешь в услужение к леди Моргане? Или другой благородной даме?

— В замок? — Авила неуверенно поёрзала, она не была готова обсуждать такое сейчас. — Ваша милость, вы только скажите яснее. Для меня слишком много чести. — Она, кажется, засмущалась. — Вы скажите, что сделать надо, а там просто вознаграждением обойдёмся.

— О, нет, не обойдёмся. Что делать, я, конечно, скажу, вот только пьесу допишу, — он взмахнул листком с чернилами. — Завтра всё узнаешь.

Авила приподняла бровь. Она не понимала этого человека! Других понимала, а этого нет. Пусть уже явится какая-нибудь нимфа и успокоит этого переменчивого постояльца. Будет особенно здорово, если он определится чего хочет. Сегодня, завтра… Она что, должна бегать за ним как собачка, когда хозяин свистнет? У неё и внизу полно работы. Спрыгнув со стола, Авила бросила на лорда Грегори настороженный взгляд и выпорхнула из комнаты. Ей в голову часто приходили различные непристойности, но ещё никто не растягивал удовольствие так долго. Что он вообще забыл в таверне? Грегори же считал дочь трактирщика недостающей его плану деталью. Свидетельница, которая может подтвердить его слова. Нужно вписать нового персонажа. И нужно доверить ей самую важную роль. Пусть выучит что-то на языке призрачной Цинтры. Для этого потребуется подключить таинственных гостей короля, но это и к лучшему. Всё же, он не только свою шкуру спасает. А вообще, он снова вернулся к записям и разложил листы по хронологии: «На обратном пути мы встретили выжившую…»

***

Слуги только что разожгли камин, и дерево приятно похрустывало. До первых сумерек ещё далеко, но комната должна хоть немного прогреться. На самом деле Маргарет скучала по русским печкам и по плотным оконным рамам без щелей. А ведь это ещё не зима. Они вернулись в комнату не так давно, точнее, не так давно вернулась Алиса. Маргарет же ждала её тут уже некоторое время, думая, как рассказать о случившемся. Эдд, арест, слова короля, появление Мэтта в тронном зале. Она снова намотала платок на шею, чтобы не пугать подругу с порога. Алиса же, вернувшаяся с грязными от карандаша руками, начала с порога листать скетчбук, расписывая какой выразительный у Гвен профиль.

— Смотри. — Она развернула книжку к подруге, демонстрируя наброски мягким карандашом. Гвен была изображена с трёх ракурсов, а с другой стороны листа Моргана. Интересно, что скажут про эти рисунки дома? Настоящие портреты настоящих людей из прошлого. — Девушки были в восторге, кроме Амелии, разумеется.

— Может ты зарисуешь что-то ещё? — предложила Маргарет, рассматривая наброски. — Будет приятным сувениром.

— Для этого нужно вдохновение, а меня пока тянет только на рисование Морганы. Жаль, что пришлось уйти так рано, — заявила девушка, захлопнув альбом. Она запрыгнула на кровать и легла на спину, раскинув руки. Ненадолго девушка замолчала, рассматривая потолок. Рита так же не спешила начать разговор. — Итак, краткий отчёт, — собравшись с мыслями, Алиса вновь заговорила. — Кажется, наши отношения с Мерлином понизились. Просто спросить о кольце не получилось. Стоило мне только заговорить о магии, — на этом слове девушка понизила голос, имитируя зловещий тон из мультиков, — как он напрягся и ни в какую не хотел развивать эту тему. В какой-то момент мне показалось, что он готов сдать меня Утеру. За распространение злостных слухов о амулете Его Величества. Мы лишь ухудшили своё положение. Да и навряд ли я что-то могла найти в оружейной, а вот в библиотеке больше шансов. Ну, знаешь, типичное клише про тайные комнаты. Как у тебя?

— Ещё хуже! — Маргарет развела руками и села на подоконник. — В библиотеку не пускают женщин, Гаюс говорить со мной не хочет, Артур… наконец показал себя чуть более приятным человеком чем раньше. Так что, мой единственный успех, это неиспорченный приёмный день и расположение стряпчего. О, сегодня приходил Мэттью, деревенский староста, помнишь? Линет тоже с ним. Жаль, у меня не получилось с ними поговорить.

— Оу, — Алиса приподнялась на руках, чтобы посмотреть на подругу. — Они всё-таки вместе! Я безумно рада за них. Жаль мы уехали раньше и не смогли поприсутствовать на свадьбе. Думаю, было бы интересно. — Алиса действительно была рада за их пару. Они казались уготовленными друг другу судьбой. Это бросилось в глаза сразу же. — А вот с библиотекой нехорошо выходит. Они определённо там что-то прячут.

— Кстати, Алиса, ты же любишь готовить? — невзначай спросила девушка, словно что-то припомнив.

— Конечно, — недоумённо нахмурилась Алиса. Этот вопрос было странно слышать от Риты. Ей точно об этом известно.

— Сегодня кое-что произошло после приёмного дня, — серьёзный тон Маргарет заставил замолчать Алису. Хотя Рита всегда была достаточно серьёзна, сейчас интонации сменились, и это заставило девушку замереть. Ощущения того, что что-то случилось, которое преследовало её до этого, вновь вернулось. Молча Алиса села на кровати и прижала альбом к себе, закрываясь. Она напряжённо уставилась на подругу.

— Так вот, когда король покинул зал и мы шли с ним по коридору, он спросил, может ли как-то тебя порадовать. Если честно, его вопрос застал меня врасплох. Я сказала, что если тебе позволят готовить на королевской кухне, ты окажешься на седьмом небе.

Алиса выдохнула и расслабила плечи. Боже! А она то успела подумать, что их выставляют из замка. Что Мерлин мог… Что он оказался более верным Артуру, а не тем магом, что всегда на стороне слабых, напуганных или просто хороших. Каким она помнила его по сериалу.

— На седьмом небе? — Алиса звонко рассмеялась. — Если только не буквально. Доступ на кухню это действительно то, что нам не хватало! Я смогу готовить нормальную еду, и мы уж точно, — девушка выделила последнее слово, — не останемся без ужина. Мне иногда кажется, что слуги отлынивают от обязанностей. А можно я иногда буду им указывать?

— О, указывать ты им сможешь уже совсем скоро! Причём всем без исключения. — Слова Маргарет больше походили на смесь сарказма и возмущения. — Вчера Артур рассказал мне что король, если я правильно их поняла, заглядывается на тебя. Очарован твоими волосами. Мне пришлось убедить Его Величество, что за девушками в Цинтре ухаживают очень долго и начинают издалека. Именно поэтому тебе можно готовить на кухне. Потому что король собирался выписывать тебе породистых щенков из Рочестера!

Сказав это, Маргарет замолчала, давая Алисе переварить услышанное и сформулировать ответ. Девушка чуть приоткрыла рот, нахмурившись. В её голове забегали различные значения слова «заглядывается». В каком конкретно смысле? Это что, очередная традиция? Может она не так трактует услышанное, но… что здесь можно трактовать не так?

— Что?.. В смы… Гриша. У меня есть Гриша! Зачем мне кто-то ещё и я кому-то кроме, разумеется, тебя? — Алиса вскочила с кровати и приблизилась к Рите на несколько шагов. — Что значит засматривается? Нет, я красивая и не отрицаю этого, но… В смысле? Он же король! — Маргарет стало интересно, закричит ли она. — Да и на вид ему лет пятьдесят. Между нами разница в несколько тысячелетий, если уж по факту! Я не буду встречаться с мумией.

Для него она тоже тот ещё призрак будущего, просто король об этом не знает. Все для них просто духи, а они мумии, ещё без бинтов и с живыми глазами.

— Подожди, подожди. — Маргарет вытянула руки вперёд, пытаясь не то успокоить подругу, не то защититься на случай вспышки гнева. — Послушай меня внимательно. Никто не просит тебя с ним встречаться. Нам просто надо воспользоваться положением. Это определённо хорошо. Очень хорошо!

— Что значит хорошо? Он же… Боже, Рита! — Алиса бросила альбом на кровать. Вырванные рисунки разлетелись по комнате. Но девушка их не замечала. — Я не хочу! Нет, это неправильно. — Сама мысль о том, что король что-то там от неё хочет, вызывала мерзкие мурашки. Девушку мелко затрясло. Ушедшая истерика постучалась в дверь. Она выдохнула и вновь повернулась к подруге.

Маргарет была спокойна, на её лице красовалась загадочная улыбка флорентийской Мадонны. Склонив голову на бок, она смотрела на подругу так, словно ждала, пока буря закончится, чтобы иметь возможность вставить слово. Спустившись с подоконника на пол, она взяла Алису за плечи и посадила обратно на кровать. А сама села перед ней, словно перед ребёнком которому нужно объяснить простые истины.

— Мы здесь гости, такие же, как Амелия или те лорды, что уехали два дня назад. Вот только у нас нет ничего, кроме бесполезного телефона, брюк, за которые меня сожгут на костре и, — она обвела пальцем вокруг своего лица, — наших прекрасных мордашек. Если Мерлин не знает про кольцо, если мы до сих пор не нашли его на видном месте, придётся заглядывать за закрытые двери. Сколько времени это займёт? Послушай, мы сделаем так, чтобы Утер, вместе с его благородным сыном и ещё более благородной воспитанницей, доверяли нам. — Маргарет погладила Алису по руке и выпрямилась, теперь она говорила стоя, держась за деревянное изголовье. — Окружим их. Пендрагоны откроют нам все замки на каждой двери.

— Я не понимаю, что ты именно от меня хочешь. — Помотала головой Алиса. — Крутить романы с королём последнее дело, если мы хотим выбраться отсюда в целости.

— У этого королевства огромные проблемы, которые будут расти снежным комом. Казна пустеет, наши платья сшиты из ткани для знамён, не потому что это нормально. А потому что они не могут тратиться на гостей. Утер скрывает это от всех, от Артура и от Морганы. Потому что уверен, что исправит ситуацию. Кичится мехами из Каринсбурга, но… их нет. Пойми правильно, я прошу тебя не встречаться с королём, не крутить с ним роман и прочее-прочее. Побудь рядом, поговори на кухне с прислугой, и пусть Утер думает, что может до тебя дотянуться, но никогда не дотягивается. Мы обезопасим тебя, потому что я знаю, что мужчины здесь… опасны, мягко говоря.

Сняв с шеи платок, она показала ей синяки. Алиса округлила глаза, стоило только заметить тёмные отметины на шее Риты. Дрожь усилилась, как и нежелание общаться с королём. Неужели это он сотворил?

— Не смотри так. — Маргарет усмехнулась, её прошедшее уже не беспокоило. — Эгрейн спас меня, тот стряпчий, который забрал меня из сада. Артур, к его чести, приказал взять под стражу напавшего человека и мы с Эгрейном как раз ходили наблюдать за арестом. Так что, — Маргарет наклонилась вперёд, — попробуй разговорить короля. Но я клянусь, если Утер тронет тебя хотя бы пальцем, Артур унаследует трон раньше чем должен был. Обещаю.

Последние слова она произнесла с явной угрозой и немного тише. Русского языка тут может никто не разбирал, но у стен есть уши и эти уши легко улавливают интонации. Алиса сидела, пребывая в некотором оцепенении, и смотрела на подругу круглыми глазами. Она пыталась уложить в голове, как так произошло, что она ничего не заметила. Если так подумать, если держать всех на расстоянии вытянутой руки… По крайней мере, когда Утер в следующий раз спросит о подарке, Алиса попросит открыть сокровищницу чтобы выбрать. И если им повезёт, а Маргарет почему-то в этом не сомневалась, кольцо будет именно там. Ведь Мерлин… торговец? Короче, тот человек на фестивале, сказал, что кольцо блуждающих огней было спрятано в подвалах. А значит, так оно и есть.

— Ты не можешь этого обещать, — тихо произносит и Алиса и отворачивается.

— Могу, я знаю больше чем они, у нас преимущество. Я не хочу влезать в порядки этого мира, нам просто нужно обзавестись удобным местом в нём. Чтобы не голодать вечерами и не мёрзнуть зимами.

Прежде чем Алиса успела собраться с мыслями и сформулировала ответ, за окном раздался громкий собачий лай. Маргарет выглянула, и её лицо озарилось улыбкой. Говор людей, топот коней, свора собак. Алиса насторожилась, она почувствовала, что подруга собралась выкинуть какой-то ещё фокус.

— Король вернулся! — Маргарет схватила Алису за руку и потянула к двери. — Идём, попадёмся ему на глаза, совершенно случайно.

Эти слова прозвучали для Алисы как приговор. Кажется, у неё попросту нет выбора. На секунду она засомневалась, что они всё ещё те же подруги, как и раньше. Тут бы ей вновь возмутиться. Глаза Маргариты сверкали азартными огоньками. Прежде девушка ещё никогда не видела подругу такой окрылённой и увлечённой чем-либо. Она была готова бежать вниз, приступать к новой роли прямо сейчас и только она, Алиса, с трудом пыталась перенять её уверенность. Её душу всё ещё обуревали сомнения. Что бы на это всё сказал Гриша? Алиса упёрлась ногами в пол и ни в какую не хотела сходить с места. Одно дело, когда у тебя есть обговорённый в деталях план, да она иногда импровизировала, но те ситуации не были настолько ответственными, другое, когда всё только на стадии формирования и ты не знаешь что делать. Алисе казалось, что не стоит вот так сразу спешить на встречу «судьбе» после минуты с рассказа новости. Особенно если ваша судьба — это Утер Пендрагон.

— Давай. — Маргарет не отпускала. — Сейчас точно ничего не случится, я буду всё время рядом.

— Я сомневаюсь, что это хорошая идея выходить сейчас. — Алиса упорно тянула руку обратно. — Ты даже не дала мне времени свыкнуться с новой реальностью! Я не знаю, что мне делать!

— Ничего! — Маргарет уже уверенно вытолкнула подругу из комнаты и взяла под руку, как барышня кавалера. — Сейчас просто стой и улыбайся. Говорить и делать буду я.

«Не стойте, раз пришли»

Первыми в распахнутые двери замка ворвались собаки, словно малые дети. Стражники отступили в сторону, пропуская короля со свитой, что шли с громким смехом и резкими шутками. Серо-чёрная стая ринулась навстречу страже и к спустившимся девушкам с громким лаем. С горящими глазами и виляющими хвостами они как единый организм, тёмная речка, окружали всех, кто попадался на пути. Увидев столько животных, и без того напуганная Алиса сильнее сжала руку подруги, отступая немного назад. Король сбросил с плеч длинный дорожный плащ, передал кому-то из стражи арбалет. Маргарет немного нахмурилась, арбалет? Хорошо, пусть будет. Из всех людей, гогочущих о чём-то на весь холл и окружающих короля с принцем, знаком подругам был только Яков. Мальчишка тащил за уши трёх убитых кроликов, с одного ещё покапывала кровь. Он старался держать тушки повыше, чтобы собаки не кинулись. Алису от всего этого шума, лая и вида убитого зверья немного мутило. Маргарет же улыбнулась, протягивая руку одному из псов.

— Леди Алиса, — голос короля прозвучал как набат. Утер, радостный по самые уши, расставил руки и уверенно шагнул к девушкам. — Вы украшаете этот замок. Я не видел вас сегодня, не заскучали в комнате?

Алиса помотала головой и лишь немного попятилась, старалась не выдать глазами испуг. Он же не собирается её обнимать?

— Она рисовала, Ваше Величество, — за неё ответила Маргарет.

— Обязательно покажите мне, леди Алиса. — Король улыбнулся Алисе и снова перевёл взгляд на бегающих вокруг собак. — Посмотрите, какие красавцы. Самые лучшие в королевстве!

Утер вдруг опустился на колени, теребя собак за уши, чуть ли не обнимая каждую псину, подбегающую к нему. Они как дети, встречающие отца, по-другому не скажешь. Закружились вокруг, расталкивая друг друга. Они словно ревновали хозяина к другим. Маргарет замерла, ни то от удивления, ни то от умиления. Она ещё никогда не видела короля таким, и, судя по ухмылке Артура, что стоял в стороне и наблюдал, это в принципе зрелище только для избранных. В голове девушки сразу созрел вопрос, что ещё может радовать Утера так же сильно, как собаки? Боже, это делает его таким простым, таким незамысловатым. Это осознание грело разум Маргарет. Кажется, у неё порозовели щёки.

После того, как собаки обнюхали руки короля и дождались чтобы их почесали за ушком, они обратили внимание и на девушек. Алиса слегка побледнела, обычно она не боялась собак, но её сейчас пугал Утер, счастливый и стоящий прямо рядом с ней. Слава Богу, он смотрел не на неё, а на своих охотничьих. Сначала некоторые из собак боязливо, что странно, нюхали подолы их платья, изучая новых для замка людей. А потом одна протиснулась вперёд, в мгновение поставила передние лапы на живот Маргарет и завиляла хвостом, опираясь на девушку всем весом. Маргарет громко вскрикнула, схватилась за собаку, чтобы не упасть. А потом громко рассмеялась. На новом красном платье остались чёткие грязные отпечатки собачьих лап. Зря она переодевалась.

— Нельзя! — рявкнул псарь, схватился за ошейник собаку и оттянул в сторону. Маргарет опустила взгляд на платье и попыталась смахнуть грязь. Псарь виновато отвёл взгляд. — Простите, миледи.

— Что? — Маргарет подняла голову, ещё никто к ней так не обращался, и сразу же улыбнулась. — О, ничего страшного. Всё в порядке.

— Это всего лишь платье! — отозвался король, он вдруг приобнял Алису за плечи, и она поёжилась. — Смотрите, видите у некоторых железный месяц на ошейниках? Это самые чистокровные и самые быстрые. Что не так, леди Алиса?

На мгновение у неё из головы вылетают все английские слова. Она встретилась взглядом с королём и лишь только потому, что Маргарет всё ещё стоит рядом, умудрилась улыбнуться. Утер её испуга, словно не замечал, наоборот, просто подумал, что она хочет что-то сказать и никак не подберёт момент.

— Просто… мне больше… нравятся кошки, — произносит она, с трудом подбирая чужие ей слова.

— Кошки? — услышав, как Алиса говорит на его родном английском, Утер словно наполняется ещё большим восторгом. Да и в принципе новый облик Алисы его радовал, в этом белом платке, она кажется совсем воздушной и хрупкой. Жаль, она не в новом платье. Он снял перчатку с правой руки и осторожно коснулся пальцами её подбородка, словно хотел получше рассмотреть её лицо, подрагивающие от волнения ресницы. — Будет вам кошка.

— Отец! Вас ждёт смотритель королевской казны. — Голос Артура стал для Алисы настоящим спасением. — Сказать, что вы задержитесь?

Последнюю фразу Артур произносит с какой-то странной надменностью, хоть почти и не заметной. Маргарет посмотрела в его сторону, и правда, стряпчий уже рядом с Его Высочеством. Наверное, Эгрейн специально спустился, чтобы король не забывал о делах. Интересно было бы посмотреть на этого смотрителя королевской казны. А, если она спросит, король позволит ей пойти и послушать? Скорее всего, нет. Странно, но она не заметила, куда подевалась вся свита короля, все эти галдящие и шумящие мужчины с густыми бородами и луками в руках. Арбалет только у Утера? Интересно…

Выдохнув, Утер на секунду опустил голову. Вот так одним рывком родной сын вернул его в реальность. Мог же подождать ещё немного. Он, наконец, отвернулся от девушек и ушел в противоположную сторону. Алиса сделала пару глубоких вдохов, пока король отходил от них и отвернулась к Рите, цепляясь за её руку. Алису снова пробирала дрожь. Нет, нет, нет. Так не хорошо. Если они хотят остаться без подозрений, то надо успокоиться. И наконец-то обсудить их дальнейшие планы. Маргарет кивнула принцу и, взяв Алису под руку, увела. Она довольна, на самом деле довольна. Хоть с этим и не согласится Алиса.

— Уведите собак из замка, — на ходу, не оборачиваясь, приказал король, а потом протянул руку Эгрейну. Стряпчий без лишних вопросов отдал ему бумаги, что весь день носил с собой. — Скажите, пусть ждёт. Я приду через несколько минут.

***

Дверь комнаты захлопнулась за подругами, одновременно с дверью малого тронного зала, хлопнувшей за королём и его советниками. И пока Его Величество в окружении мелких юристов и городской знати решал насущные вопросы королевства, Маргарет и Алиса начали решать их дальнейшую судьбу. Первым делом Алиса успокоила дрожь в руках и, сев на кровать, завернулась в одеяло. Кажется, ей было холодно, но это не прохлада второй половины дня, а последствия испуга. Маргарет тоже не торопилась начинать, ей нужно было обдумать увиденное и услышанное сегодня. Поэтому она набросала в камин дров, которые небольшой кучкой лежали в дальнем углу комнаты, а потом села на подоконник. Шарфик, за которым она прятала синяки, превратился в пояс на платье и теперь прятал отпечатки собачьих лап.

Когда Алиса уговорила саму себя в полезности «влияния на короля» и смогла выдать более осмысленное предложения, она начала задавать вопросы. «Что нам теперь делать?» — был первым, и Маргарет ответила, что цель их не изменилась. Вот только теперь обыскивать комнаты не придётся. Изложив подруге свой замысел, простой на слух, но сложный на выполнение, они перешли к правилам. Теперь они обе должны будут придерживаться образа, чтобы ничего не напутать. Алисе пришлось пожертвовать несколькими листами из скетчбука. Каждая из девушек строго на русском языке (чтобы никто никогда не смог прочитать) начала выписывать список дел и ограничений. Теперь они окружали друг друга поддержкой и должны были сделаться незаменимыми в замке любыми путями. Маргарет как советница короля, Алиса как предмет его воздыхания. И та, и другая «должность» должна была держать девушек на безопасном расстоянии от трона и дворцовых интриг. Хоть избежать их полностью, увы, не выйдет. И если советник короля выглядит туманной перспективой, то вот слово «предмет воздыхания» звучит очень конкретно. Так что пора было перейти на план по защите Алисы.

— Ты не знаешь языка, — проговорила Маргарет, глядя как карандаш царапает буквы на листке желтоватой бумаги. — Для всех, кроме короля, принца и Морганы. Если к тебе подходит незнакомый человек, ссылайся на то, что ты иностранка. Из немого шпиона ничего не вытянуть.

— Шпиона? — Алиса обеспокоенно поднимает на подругу взгляд.

— Ну, думаю, местные придворные многое нам припишут. Итак. — Девушка выровнялась. — Ты ничего не знаешь. Если тебе кажется, что где-то здесь затесался сюжет, плевать, пусть случится. Главное, ни во что не вмешиваться. А если очень захочется, сначала скажи мне.

Дальше пошел более приземлённый список. Нужно было составить памятку, чтобы Алиса случайно не повесила на себя какие-то обязательства. На самом деле правила просты: ничего не обещай и ни на что не соглашайся. Не проси помощи, не проси взять за руку и сама не трогай, не иди с ним под руку, пока сам не предложит, и не смущайся лишний раз. Из параноидального беспокойства Маргарет посоветовала ничего при короле с себя не снимать, даже плаща, если он у Алисы когда-то будет. И уж тем более, не появляться перед ним с распущенными волосами. Ах, и самое главное, не принимать дорогих подарков. Хотя, драгоценности можно, деньги никогда. Маргарет даже умудряется процитировать Томаса Мора: «Быть весёлым с королём, всё равно, что играть с прирученным львом. Тянешь за гриву, дёргаешь за уши, но постоянно думаешь: клыки, клыки, клыки». На самом деле она не уверена, что настоящий Томас Мор говорил подобное, но она помнит, как он говорил это в книге. В любом случае Алису введенные правила более чем устраивали. Хотя вопрос о помощи она не поняла до конца. Но возможно это было связано с веком. Местный этик требовал от девушки быть слабой и хрупкой? Пока что она этого не приметила. Смущение так же было странным пунктом. А если Утер перепутает его со ступором?

— Нам нужно опередить лорда Грегори, — напомнила Маргарет. — У нас будет два варианта. Идеальный: найти кольцо и оказаться дома, прежде чем он вернётся ко двору и сообщит, что Цинтра — это пустырь с лесом без признака даже кочевых племён. Плохой — не отправиться на виселицу, когда лорд Грегори вернётся. Нам нужно сделать так, чтобы он нас не выдал, даже если окажется, что Цинтра просто выдумка.

— Мне больше нравиться первый вариант, — без эмоционально сообщила Алиса.

По началу у Алисы кругом шла голова, но потом, снова перечитав план и заметки, что она делала по ходу объяснения Риты, она систематизировала услышанное. Теперь это придало уверенности и надежды.

— И ещё, ваше общение с королём должно по возможности, проходить при свидетелях. — Она словно не слышала ответа подруги, Маргарет вспомнила вид лорда Грегори, там, в таверне. Она вдруг подумала, здоров ли он сейчас или всё ещё в беспамятстве? Может лучше если всю поездку он проболеет. — Постарайся никогда не оставаться с Утером в одной закрытой комнате. Не знаю, сразу уводи его куда-нибудь, где есть люди.

— Тронный зал считается? А если он не захочет? — Алиса и сама не горела желанием оставаться с королём один на один.

— Ну… — Маргарет вздохнула, её время от времени накрывала истерика. — Предлагай ему разные варианты, пусть думает, что делает тебе одолжение.

— Ладно, — спокойно ответила Алиса.

Всё это скомканное и сумбурное шоу, в виде подсчётов выгоды и риска в голове Маргарет было похоже на семейное древо многовековой династии, а в голове Алисы на… сумбур. Слишком много информации, она за сегодня не запомнит. Но если они обговорят это ещё раз, завтра, она усвоит всё лучше. Сейчас весь план выглядит как большая табличка: «Тигра мясом не кормить и не дразнить». Вечерело, становилось прохладнее, видимо они провозились дольше, чем планировали. Прежде чем отодвинуть сундук от двери и выдохнуть, Маргарет и Алиса порепетировали поклоны, движения, сами выдумали для себя этикет, которому нужно будет следовать. Свой список правил Маргарет скрутила тонкой трубочкой и спрятала в рукаве. Алиса сложила свои заметки в альбом и ещё раз решила перечитать их на ночь.

В дверь постучали. Всполошившись, девушки судорожно попрятали листы и после быстрого «одну секунду», побежали отодвигать сундук от двери. Оказывается, в этот вечер им всё же принесли ужин, видимо, после ареста Эдда слуги перестали воспринимать девушек как кого попало. Или про них банально вспомнил распорядитель. Если он тут есть, конечно… Пока одна девушка в сером платье и платке расставляла тарелки на крышке сундука, другая разжигала камин. Точнее, наводила порядок в уже разожжённом. Подметала золу вокруг, местным аналогом кочерги, поправляла поленца. Время от времени они поглядывали на хозяек комнаты. Видимо составляли впечатление. Уходя, обе поинтересовались, не нужно ли что-то ещё. А потом, прежде чем они ушли, в комнату явился Мерлин. Алиса от такого сюрприза разволновалась снова, но, судя по виду, парень был уставший, но не обиженный на всех и вся.

— Если позволите, я бы хотел. — Мерлин, кажется, не знал, как подобрать слова. — Леди Алиса, вы могли бы пройтись со мной по замку? Я должен кое-что вам показать. Иначе мне не дадут покоя.

— Это приказ Его Высочества? — настороженно поинтересовалась Маргарет.

— Нет, Артур, ничего об этом не знает. — Мерлин как-то через чур спокоен в их присутствии, хотя, наверное, он считает их за равных. — И, надеюсь, пока не узнает.

— Тогда… ты от Гаюса? — высказала своё предположение Алиса. Она припомнила, как королю не понравилось видеть их вместе, и вспомнила про только что записанные правила.

— Нет, я от меня. Не совсем, но Гаюс в курсе дел, — замечая неуверенность Алисы, Мерлин осторожно улыбается, расслабляя обстановку. — Чем быстрее уйдём, тем быстрее вернёмся.

— А это безопасно? Такие прогулки по ночному замку? — Алиса оборачивается на Риту, интересуясь её реакцией. Маргарет хмурится, смотрит на мага из-под бровей, а потом неожиданно кивает. Парень радостно принял этот кивок за согласие и потянулся к руке Алисы. Сегодня никто не оставит ей выбора? Теперь она всегда будет чей-то провожатой?

— Даю Вам слово, что Вы вернётесь в комнату в целости и сохранности, — заверяет Мерлин. Алиса ещё раз оглянулась на подругу и вышла вслед за ним. — Никто Вас не тронет.

***

Тёмные коридоры замка были полностью пусты. Ни слуги, ни стража не шныряли из одного крыла в другое, с нижних этажей на верхние, к спальням. Возможно, так только казалось из-за отсутствия многочисленных придворных. И от того, что час был уже поздний. Факела на стенах горели неярко, освещая лишь небольшую часть коридоров, где они находились. Короткая полоска света, длинная тень, снова ровный огонь и за ним снова тьма. При быстром шаге они не казались такими драматичными, как если бы Алиса с Мерлином крались по коридорам. Как обычно стараются показать в фильмах. Маг настоятельно просил поспешить, сказал, что это важно. А Алиса пожалела, что не накинула на себя хоть что-то поверх. Ночь была холодной. Собственно, не холоднее всех прочих. Когда они прошли мимо коридора, что вёл к залам и спуску в каморку Гаюса, девушка занервничала. Позднее осознание того, что она просто согласилась пойти куда-то, не зная куда, прибавило страху. Она успокаивала себя тем фактом, что Мерлин в этой истории положительный персонаж и ему незачем ей вредить. Он обещал. Но когда парень вывел её на внутреннюю площадь, Алиса остановилась в тени арки. По ногам пробежал холод от камней.

— Леди Алиса, идёмте. — Заметив рядом с собой пропажу, Мерлин обернулся. — Почему Вы остановились?

— Куда ты меня ведёшь? В тюрьму? — дрожащим голосом спросила девушка, вспоминая рассказы Риты об обитателях подвалов. Но… почему Мерлин? — Это всё из-за того, что я не правильно отозвалась о кулоне Утера?

— Почему? — Мерлин непонимающе взглянул на Алису. Но непонимание длилось недолго. В мыслях всплыл их последний разговор. Кажется, она боится его с тех пор. — Нет, конечно же, нет! Но это дело не требует огласки. Поймите меня правильно, я дал обещание, что с вами ничего не случиться.

Ладно. Может какая-то адекватная часть сознания Алисы и говорила бежать обратно в комнату, но вторая, та, что так верит в магию, сказки и счастливый финал, упорно твердила, что всё будет хорошо и… «Эй! Взгляни-ка лучше перед собой. У тебя под носом зарождается приключение! Ты же хотела однажды поучаствовать подобном. Так что ты медлишь? Вот, за тобой даже маг пришёл, как и полагается. По старым канонам». Алиса сделала шаг вперёд, выходя из тени. По крайней мере, Рита знает, с кем она ушла, а значит, если что-то случиться, весь замок на уши поставит. Мерлин устало вздохнул, наблюдая, как девушка медлит. Неуверенно топчется на месте, потирая замерзающие ладони. У него сегодня и так был насыщенный день. Оказаться в своей кровати он мечтает с тех самых пор, как уложил Артура. Но ещё этот… Мерлин мысленно запинается, чтобы случайно не позвать его. В несколько шагов дойдя до Алисы, он взял её за руку, как малого ребёнка и повёл за собой.

— Я не должен показывать этот проход, но исходя из обстоятельств, у меня не было выбора. Леди Алиса, не пугайтесь и поверьте мне ещё раз. Ещё один раз. — Он сложил руки, словно собирается упрашивать её. Меньше всего ему бы хотелось напугать девушку ещё больше. — Закройте глаза и, как бы Вам не было любопытно и чтобы Вы не услышали, не открывайте их, пока я не скажу. Хорошо?

— Ладно, — тихо прошептала Алиса, внимательно вглядываясь в глаза собеседника. Алиса сразу же вспомнила Гришу, как он почти так же убедительно говорил. Или будет говорить, исходя из временной зоны. И эта схожесть придаёт ей почти неуловимой уверенности в ситуации. Она сцепляет руки в замок и зажмуривается.

— Только не шумите, — предупредил Мерлин, заходя в небольшой арочный проход в стороне от площади. Алиса кивнула, не отпуская его руку. Собственно, она и не могла. — Здесь ступени, идите осторожней.

Тихими шагами они спустились по лестнице и вскоре до них донеслись голоса. Стражников, как и в прошлый раз, было двое. Они что-то обсуждали, но Алиса не поняла, гулкое эхо и говор искажает слова. Мерлин остановился и отпустил её. Подождав несколько секунд и убедившись, что девушка не собирается подглядывать, маг спустился ниже. Алиса осталась одна в темноте. Мысленно она старалась не поддаваться никаким волнениям и страхам.

Доблестная стража занимала себя бросками ножей в самодельную мишень у противоположной стены. Мерлин не подходил близко, оставаясь вне их поля зрения. Он находился на достаточном расстоянии, чтобы его шёпота не слышали ни они, ни Алиса. Приготовленная для броска рука одного из мужчин слабеет, его глаза закрылись, а на тело навалилась слабость. Второй дозорный медленно наклонился вперёд. Ножи у обоих выпали, глухо ударяясь об пол, а стража попадала на лавки. Простое заклинание сна. Часика два у них точно есть в запасе. Мерлин надеялся, что разговор не затянется. Алиса понимала, что сейчас происходит и думала, что просто обязана видеть это своими глазами! Магия прямо перед её носом. Но с усилием, переборов любопытство, она отвернулась, не открывая глаз. Когда на лестнице послышались шаги, справа вспыхнула красная пелена. Звук живого огня становился отчётливее.

— Я вернулся, — голос Мерлина звучал слишком весело для мрачного подвала. В руках маг держал неизвестно откуда взявшийся факел. В туннеле не было ни одного. — Нет, открывать глаза пока рано. — Остановил он Алису, когда та обернувшись, попыталась взглянуть на него. — Идёмте, осталось не так много.

Помещение в которое они спустились было тёплым в отличие от лестницы, на которой стояла Алиса. А так же небольшим, как поняла она по своим ощущениям. Они с Мерлином сделали всего несколько шагов вперед, прежде чем по их ногам пробежал лёгкий сквозняк. Ещё один спуск?

— Как долго мне идти не видя? — Силы Алисы подходили к концу. Ей не терпелось осмотреться. Да и, в конце концов, такие прогулки вслепую опасны!

— Просто идите! — открывая решётчатую дверь, Мерлин снова взял её за руку. Парень выдыхает. Ему следует отдохнуть на днях. Измотанный двумя главными головными болями своей жизни, он надеялся, что в ближайшее время ничего выходящего за рамки не случится.

Ступени, что вели дальше, в глубокие пещеры Камелота, постепенно сходили на нет, превращая в покрытые чем-то сырым и скользким камни. И тут Алиса действительно не сможет идти с закрытыми глазами. Освещая факелом дорогу, они спустились ниже. Алиса еле слышно сопела, возмущённая своим положением и небольшой обидой на Мерлина. Можно подумать, она лестниц не видела! Судя по всему, она не сможет наткнуться днём на это помещение. Раз, как сказал Мерлин: «Выбора у них не осталось». Наверняка тут и стража где-то поблизости. Но раз уж этот спуск такой тайный, не значит ли, это что он должен быть как минимум устрашающим? Кости, черепа, жуткие тени и фигуры, как в подземельях? Алиса резко сгорбилась и передумала открывать глаза, придя к выводу, что во всём есть свои плюсы.

— Дальше идти опасно, — опуская факел вниз, нарушил тишину Мерлин. — Открывайте глаза.

— А может не надо? — неуверенно поинтересовалась Алиса, припоминая страшные картины, что она успела навоображать в пути. Мерлин так и не понял, возмущаться ему или растеряться. Он же ясно дал понять, что пора. И это он жаловался на Артура? Что ж, кажется, у него образовался конкурент. Набрав в лёгкие побольше воздуха, он медленно выдохнул. И уже после продолжил:

— Леди Алиса, это необходимо. Если Вы не будете смотреть под ноги, то наверняка поскользнётесь, упадёте и прибудете к месту назначения первой, но не совсем целой. Нам этого не надо, верно?

Алиса молча приоткрыла один глаз, быстро оглядывая помещение. И разочарованно выдохнула, смотря на всё уже обоими глазами. Здесь не было ни резных колонн, ни полузабытых горгулий и даже страшных теней. Реальность проиграла воображению. Вокруг лишь камень с испариной. Да и тот не был так же красив, как в пещерах, которых Алисе удалось побывать. Лишь туннель ведущий вниз.

— И это всё? — Вопрос разлетается небольшим эхом в тишине.

— А что Вы ожидали? — Мерлин перехватил поудобнее факел и шагнул вперёд, протягивая руку девушке.

— Не важно, идём. Нас же ждут? — Поднимая подол платья, Алиса слишком смело для того, кто буквально минуту назад трясся от страха, спустилась по скатанным ступеням.

— Должен предупредить, что… — Парень склонил голову вправо, чуть щурясь, подбирая слова. — Тот, с кем Вы будете говорить, немного не вписывается в рамки и правила Камелота. И, возможно, вашего понимания мироздания.

— Не сказал заранее, чтобы точно не сбежала? — догадалась Алиса, не отрывая взгляда от пола. Тот становился почти гладким и темнота начинала отступать. А может это она привыкает.

— Разумеется, — довольно сообщил Мерлин. — Если захотите покричать, знайте, что эхо может спровоцировать обвалы.

Когда они дошли до конца, парень кивнул в сторону, показывая единственный выход. А там ни намёка на свет. Кажется, что темнота лишь усиливалась, не давая рассмотреть дальше того пяточка, что освещает факел. Но и его достаточно чтобы прекрасно видеть резкий обрыв вниз, железные кольца под цепи в стене и вырванную, местами оплавленную, решётку. Всё это Алиса уже видела! Она с замиранием ждёт появления того, кто назначил ей встречу. Её дыхание замирает. Вот это честь! И он не медлит. Стоит только Мерлину поздороваться с тьмой и объявить об их прибытии, как воздух разрезает шум хлопающих крыльев и перезвон цепи. Порыв ветра, чуть не потушил факел в руках мага, Мерлин успел отвернуться и закрыть его. Огромный золотисто-жёлтый дракон приземляется на толстый сталагмит напротив гостей. Воцаряется тишина.

***

— Не стойте там, раз уж пришли. — Король кивнул на один из свободных стульев. Здесь, в малом тронном зале, пусто. Никого кроме стражи и Якова, в тени внутреннего балкона.

Маргарет не знала, что застанет Утера здесь. Она шла к Эгрейну, ей хотелось узнать, к каким король пришел решениям, но, увидев, как Яков запрыгнул за эту дверь, решила проверить. Может быть стряпчий тоже здесь. Интересно, а может она спросить о состоянии казны у самого Утера? Стол перед королём был занят бумагами. А вот этот кувшин с пока что неизвестно чем, видимо, замена ужина. Либо догадка Алисы верна, и король ест непослушных детей. Маргарет улыбнулась собственным мыслям, осторожно, чтобы не мешать, садясь на указанное место. Странно, но она не чувствовала опасности от короля. Мурашки по шее бегут от того, что мальчишка-слуга Яков где-то в тени этого зала следит за ними, но вовсе не от того, что по левую руку от неё, человек, отдавший приказ о казни нескольких разбойников, вчитывается в документ. Страха нет, он ушел и больше никогда не вернётся.

— Простите, Ваше Величество, я не хо…

Не отрывая взгляда от бумаги, Утер поднял руку, и Маргарет замолкла. Яков появился и впрямь словно из воздуха. Девушка чуть не вздрогнула, когда худощавая рука паренька потянулась за пустым бокалом. Яков налил ей всё из того же кувшина; разбавленный эль, так вот что там было. Ожидаемо. Интересно, ей когда-нибудь подадут пиво? Или квас. Они должны быть в ходу. И всегда ли король просит принести два бокала, на случай если явятся гости? Или может он надеялся, что придёт Алиса? Про их отлучку с Мерлином лучше не упоминать. Яков отступил обратно в неосвещённый угол. Маргарет водила пальцем по краю бокала, смотрела как свечи, стоящие на столе, отражаются в напитке. Она осторожно коснулась ровной глади пальцем и на ней появляются мелкие волнушки. Потом Маргарет снова вспомнила то утро с казнью и разбойниками. Она вспомнила речь короля и то, как люди его слушали, молча и с замиранием. Странно, но почему-то, душа девушки наполнилась приятным осознанием: она читала о таких королях в книгах, слушала истории от экскурсоводов и следила за ними в сюжете красивейших сериалов. А теперь она смотрит на одного из таких, вживую. Если считать Баярда, то она видела уже двух, а если заглянуть в будущее и посчитать Артура, трёх. Это… лучшее что могло произойти с ней за двадцать два года.

— Нет, не верю. — Утер вдруг повернулся к Якову и протянул ему листок. — Отнеси Эгрейну, пусть сделает копию и сдаст в архив. И остальное тоже. А это. — Он поднял один из листов, исписанный корявой рукой человека, который явно редко держит в руках перо. — Я оставлю у себя.

Пареньку пришлось поставить кувшин, чтобы выполнить приказ. Он быстро собрал все разложенные на столе листы, свитки и остатки разломленных сургучных печатей. Потом забрал документ из рук короля и выскользнул со всей охапкой из зала. Снова воцарилась тишина. Стража у дверей, это самое безопасное место в королевстве. Для Алисы эта секунда была бы нарушением правил и страшным риском. Для Маргарет это просто случайность, которая ничем критичным не обернётся. Утер сложил оставшийся у него листок в несколько раз, поднёс к свече и чья-то тайна, просьба, может быть, особое послание или чей-то смертный приговор навсегда исчез со страниц истории. Когда огонь охватил половину листа, Утер бросил бумагу в свой бокал, там, оказывается, пусто. Маргарет с лёгкой улыбкой смотрела, как робкие языки этого маленького костра танцуют в металлической посудине. Ей очень интересно, что это было, но то, как король обошелся с запиской, даёт понять, спрашивать не стоит.

— Мелочи, — словно читая мысли, ответил король. — Они пишут мне, что понесли убытки из-за войны. А ведь войска Баярда даже не тронули границы города. Так что вы там не хотели, леди Маргарет? — Его голос зазвучал бодрее, и, девушка, на секунду потеряла нить происходящего.

— Не хотела вам мешать.

— Но вы же пришли сюда. — Утер явно ждал развёрнутого ответа.

— Да. — Маргарет повернулась к королю и увидела, что огонь в его бокале уже догорел. — Причины нет, я просто увидела Якова и… На самом деле, я хотела спросить. Если, конечно, можно.

— Можно. — Утер вытряхнул пепел из бокала на пол, больше эти остатки не несли никакой угрозы, потом краем рукава стёр с ободка сажу и потянулся за кувшином. Привкус гари его явно смущать не будет.

— Сколько нам ещё позволено оставаться в замке? — Маргарет решила разыгрывать полное незнание происходящего, но король бросил на неё взгляд поверх бокала, понимая, что его просто разводят на какие-то поблажки. Впрочем, сегодня он добрый.

— Вы не леди Алиса, так что не стройте из себя боязливую даму, запертую в башне. — Он сделал глоток и ждал, как она отреагирует. К его удивлению, Маргарет улыбнулась так же, как ему улыбается Эгрейн.

— Значит, я могу говорить прямо? — Она уточнила скорее для подстраховки. Утер видел то, как выравнивается осанка у девушки, она не боится, не пытается сжаться в комочек, как многие, в его присутствии.

— Да. — Самое утвердительное и уверенное «да», которое он произнёс за сегодня.

— Сегодня, когда вы вернулись, у меня было желание попросить разрешения послушать ваш разговор со смотрителем казны. Но мне уже дали понять, что Камелот — не Цинтра, и такие привилегии здесь могут иметь только мужчины. Так что, раз уж леди Алиса будет занята дворцовой кухней, мне бы тоже хотелось найти себе место. Вы говорили, это возможно.

В эту секунду Маргарет мысленно стукнула себя ладонью по лбу. Моргана же показывала ей потайное место, она могла бы сделать так же, как в день приезда Баярда. С другой стороны, они с Алисой составили план действий. Это важнее.

— Я говорил, что выполню одно ваше желание, позволю вам побыть королевским советником. Услуга за услугу, помните? — Странно, но этот разговор королю нравился. Ему было попросту интересно, куда эту женщину заведут амбиции. — День прошел, желание выполнено. Ваше пребывание в замке этим не ограничивалось, так что, можете не волноваться за крышу над головой.

— Ваше Величество, если вам будет угодно, позвольте мне оказать королевству ещё одну услугу, тогда я смогу вновь что-то попросить.

Утер ухмыльнулся. Занятная интерпретация его слов. Ему стало интересно, что ещё Маргарет может истолковать в свою пользу. Утер помнил, что, когда он вошел в тронный зал утром, она вздрогнула. А теперь снова каменная статуя, спокойнее и сдержаннее многих его придворных. В дверях появился Яков. Он поклонился королю и отступил в тень. Пусть прячется там и дальше.

— Давайте вы просто попросите сразу.

— Так будет неправильно, — заметила Маргарет, и её губы тронула какая-то несвойственная ей печальная улыбка. Она наклонилась вперёд, совсем чуть-чуть. — Я могу вам помочь, быть полезной королевству. С теми документами, с вопросами тех крестьян из Элдора или с дипломатическими письмами. Гаюс сказал…

— Всё-таки Гаюс! — усмехнувшись, произнёс король. Маргарет тут же прикусывает язык, а разве он не догадывался раньше? Он так порадовался её словам, словно до этого Утера терзали догадки, и он всё не мог прийти к конечному выводу.

— Мне не нужно было это говорить. — Маргарет опустила взгляд и потерла лоб. — И приходить тоже. Простите, Ваше Величество. Спокойной ночи.

— Нет, сидите. — А вот это было сказано с легким нажимом, она даже не успела попытаться встать. — Леди Алиса меня боится, Моргана злится, а Артур… предположу, что спит. С кем ещё мне ужинать? — Король опускает взгляд на полный бокал в руках девушки. — Вы очень странная женщина. Сегодня я весь день провёл в окружении людей, которым от меня было что-то нужно. Деньги, решения, ответы на вопросы. А вы с Алисой всё пытаетесь мне что-то дать. — Он на секунду задумался. — И я даже не представляю, что мог бы у вас попросить.

Маргарет промолчала, хотела, чтобы король сам пришел к желаемому решению. Она всё же лезла в чужой монастырь, пусть «настоятель» ознакомится с её уставом, свыкнется с ним, решится его одобрить. Но вместо того, чтобы продолжить, пелена легкой благодарственной тоски спала с глаз Утера и он перевёл тему. Эту он обсудит потом, не с ней.

— Кстати, тот конюх, Артур рассказал мне. Думаю, я должен извиниться, за всеми слугами не уследить. — В этой фразе нет и грамма тех извинений, о которых говорит король. Он не чувствует своей ответственности, да, по сути, её и нет. Эдд себе на уме, достаточно резвый и наглый. Возможно, не Маргарет, но кто-то другой, попался бы ему на пути в качестве кары небесной.

— Всё закончилось, как и должно было, у меня не осталось претензий. — Она, наконец, отпивает. А этот эль не такой вкусный. Скоро она научится в нём разбираться.

— Готовьтесь, слуги вас за это осудят.

— Я не боюсь осуждения, — легко заявила Маргарет. — Вы сами сказали, мне пора обзавестись хоть какой-то репутацией.

— Вы решили начать с этого? — Утер приподнимает бровь. — Тогда за ваше здоровье, леди Маргарет.

— Боже, храни короля. — Девушка не удержалась и подняла свой бокал. Её вдруг охватил какой-то странный восторг. — У нас так говорили, и в качестве тоста, в том числе.

— Про меня Бог забыл. Но мне нравится, скажу, чтобы внесли в дворцовый этикет. Яков! — Король протянул в сторону слугу руку с опустевшим бокалом. И хоть кувшин стоял на столе, прямо здесь, он хотел напомнить слуге, что раз тот пришел греть уши, пусть хоть не зря стоит.

Маргарет поджала губы, вот, она вмешалась в историю. Пока Яков разливал эль, она провела рукой по шее и вытянула из-под платья нательный крестик, посмотрела на него. Подарок матери на семь лет. Она вспомнила, что в том же году её родители развелись, и, отдавая подарок, мама сказала, что серебро должно забирать всё плохое. Маргарет захотелось, чтобы им принесли что-то крепче, захотелось напиться, первый раз за всё время здесь. Алиса бы не одобрила такое решение, тем более в присутствии короля. Но будь возможность… Утер следил за её глазами, за её действиями. А ведь он думал, украшений у гостей не осталось.

— Символ новой римской религии… — Кажется, взгляд короля прикован к маленькому серебряному крестику. Работа ещё более тонкая, чем на монетах. Как? Он лёгкий, плоский, с гладким контуром человеческого тела. Даже в самом Риме таких не делали. Если Лорд Грегори не притащит ему карту или таких же литейщиков, он казнит его прямо у ворот.

— Мне казалось, они принесли веру и в эти земли.

— Можно и так сказать. — Утер вздохнул, вероятно, припомнив римские войска на улицах городов. Маргарет спрятала цепочку. — Но с кем, а с вами о религии я говорить не стану.

— Я бы с вами тоже не стала.

— Не дерзите королю. — Он снова взял бокал и улыбнулся как-то с издёвкой.

— И в мыслях не было! — Маргарет развела руками, она, кажется, теряла бдительность. А это плохо. Она вспомнила слова лорда Грегори в таверне, её мысли о том, что каждое слово или действие короля может быть не тем, чем кажется.

Они говорили недолго, Утер вспомнил, что обещал сделать Алисе подарок в виде доступа на кухню. Это он уже, можно сказать, уладил. Даже тут же повернулся к слуге и сказал тому спуститься вниз, пока кухарки не разошлись спать. Передать им приказ. Если леди Алиса придёт что-то приготовить, ей не должны ни в чём отказывать, а ещё обязаны помочь как действием, так и советом, если она того потребует или будет в том нуждаться. Яков поклонился и вышел из зала. Он быстро спустился на кухню, маршрут он знал очень хорошо, и, передав всё приказ, уже собрался уйти. Как вдруг, чисто случайно, а может быть специально, обронил фразу: «…его уговорила леди Маргарет». И все кухарки, служанки и прочие, кто был, окружили паренька. «Так он сейчас с ней? Наверху?» Всё стихает, Яков на мгновение замер, а потом опустился на ближайшую лавку. Он знал, что никто ближайшие пары минут не будет в нём нуждаться. Слуга наигранно усмехнулся, окидывая взглядом публику, и развёл руками.

— А где ж ещё? Король сам сказал, больше ему ужинать не с кем! — По толпе собравшихся женщин прокатывается удивлённо-одобрительный вздох.

***

Спать ночами всё больше и больше становилось для Маргарет каким-то недосягаемым благом. В сутки она спала всего несколько часов, засиживаясь допоздна, погруженная в мысли, волнения и страхи. Сегодня прибавился ещё один. Алиса всё никак не возвращалась, и, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о подруге и мальчишке-слуге, она наблюдала за пламенем в камине. От него шло тепло, жаль, не прогревалась вся комната целиком. Маргарет скучала по деревенским печкам, как на даче, и обогревателям на колёсиках. Их можно было бы подвинуть ближе к кровати. Когда дверь в спальню снова открылась, прошло чуть менее двух часов. Маргарет вскочила на ноги, завидев в дверях подругу. Вернувшаяся Алиса молча застыла у закрытой двери, уперевшись в неё лбом и прислушиваясь. На тихий оклик подруги, она лишь махнула рукой, давая понять, что сейчас лучше помолчать. Убедившись в чём-то, известном только ей, девушка, сохраняя молчание, прошла на середину комнаты. Но то, как блестели её глаза, и какая шкодная улыбка сверкала у Алисы на лице, Маргарет поняла, что её ждёт увлекательная история.

— Ты даже не представляешь, — восхищённым шёпотом начала Алиса, — что случилось!

— Удиви меня, — кутая плечи в шаль, произнесла Маргарет. Мысленно она готовилась услышать что-то особенно страшное, нечто такое, что в один миг изменит их и без того шаткое положение.

— Мерлин, он. — Девушка взволнованно облизнула губы и замерла. Её взгляд устремился куда-то вдаль, она коротко хохотнула и вновь перевела взгляд на подругу. — Ты мне не поверишь, но я обязана рассказать. — Алиса сделала несколько шагов к подруге и взяла ту за руки. — Мерлин показал мне дракона!

Маргарет задумчиво нахмурилась, медленно отдёрнув руки, отступила назад. У неё по спине скользнул холод. И Алиса думает, что она в это поверит?

— Настоящего! Рит, настоящего дракона, что живёт в пещерах под Камелотом. Он такой, тако-о-ой. — Взгляд Алисы загорелся с новой силой, или то была игра огня в камине, пока девушка пыталась подобрать слова, что могли в полных красках описать буянившие в ней чувства. — Такой золотой! По размеру больше слона, но на четырёх лапах и с крыльями, понимаешь? Как будто Смауг в глубокой старости. Но только более гладкий и с большими глазами, а также менее громадный. — Она расставила руки, пытаясь изобразить размер зверя, а взгляд её растерянно бегал от стены к потолку. — Ты же помнишь Смауга? Мы тогда устроили двойное свидание в кинотеатре, и ты была с… тем твоим соседом. Во-о-от, дракон хотел меня видеть! Он сказал, что у всего есть своя роль! — Алиса радостно попрыгала на месте, как маленький ребёнок, но тут же сменила интонацию на недовольную. — Конечно, назвав при этом не учтённым элементом, камнем, что упал со скалы и перекрыл прямую дорогу ручью. — Поймав скептический взгляд подруги, Алиса решила уточнить: — Передаю дословно.

— Ммм… — Маргарет подняла брови, изображая самый неправдоподобный интерес. — Что-то ещё?

— Да-а-а. Пусть наша роль и не такая большая, «как мнят амбиции», понятия не имею, о чём он говорил, но на этом моменте он забавно фыркнул и выпустил пар из ноздрей, но, — Алиса с нравоучительным видом подняла указательный палец, имитируя голос дракона, — «И одна мышь может испортить урожай». Вот тут непонятно, угроза или он просто сравнил меня с грызуном. — На секунду это заставило Алису похмурнеть и задуматься. — Потому что, если честно, то он меня сильно напугал появлением. Вынырнул прямиком из тьмы! Вот я и скрылась в туннеле, слушая его оттуда, ну мало ли. И вообще первой фразой, что он встретил меня, было: «Не обольщайся, на королеву Игрэйну ты не похожа».

— Подожди секунду, предположим, — Маргарет потёрла кончик носа и начала плавно водить правой рукой в воздухе, рассуждая. — Этот мальчишка мог что-то дать тебе съесть, выпить или понюхать. Ты уснула, тебе приснился сон… — Сбитый пересказ событий сложно укладывался в голове Маргарет. Алиса сегодня была на редкость непоследовательна. Но девушка словно и не слышала её слов, продолжая захватывающую историю уже в полный голос.

— Узнаю вредных драконов! Но он злой был из-за того, что мои мысли его путали. Оказывается, он меня слышал. Не сказал, как и почему, от него было невозможно добиться этой информации. Но пожаловался, что «непонятно, что за язык, непонятно, чей голос, и такая громкая». Если б я знала, что мешаю спать дракону… Нет, я бы ничего не сделала! Это же невозможно, не думать. Человек постоянно о чём-то думает. Но хорошо, что он не понимает наш язык, лишь эмоции может различить, — всего на секунду она замолчала, перейдя к выводу. — Ну может имена выучит.

— Надеюсь, никто ничего не выучит, — хмыкнула Маргарет. — Ты уверена, что он вообще настоящий?

— Ну конечно! Я же видела его и… — Алиса оступилась, но удержалась на ногах. — Ой, так вот. Самое главное! Он мне странное предсказание выдал. Сказал: «Древо тебе венок отдало». Откуда ему известно про то, что случилось с нами в начале, даже не предполагаю. Но что он сказал после этого! Только послушай. — Алиса смахнула волосы с плеча и выровняла спину. — «Айне деву приведёт в Камелот. Королей чистокровных должен продолжится род».

— Это всё прекрасно, но… — она сделала паузу, — драконов не существует. Фокусники, уличные маги и гадалки тоже рассыпаются различными предсказаниями. Они даже в печенках есть!

— Этот реален, как мы с тобой! Рит, это же магия, — развела руками девушка. — И нашла с чем сравнить — с печеньями! Предсказания дракона намного весомей. Они всегда сбываются и их невозможно забыть. Это как песня или стих, раз выучил и от зубов отскакивает в любое время суток!

— Хорошо. — Маргарет погладила Алису по плечам, словно успокаивая. — Знаешь что, мы разберёмся с твоим драконом. И с Мерлином тоже. А пока что ложись спать, хорошо?

— Я не хочу, не в таком… Куда ты? — обеспокоено спросила Алиса, когда Маргарет отпустила её и пошла к двери. К диалогу она больше не была расположена.

— Думать.

Разозленная Маргарет вышла из комнаты в коридор и тут же шагнула к ближайшему окну. В груди кололо, воздуха не хватало. Она не верила и не могла поверить. Слова Алисы звучали как бред, настолько невообразимый, что больше походили на придурковатый сон. Вымысел. А может она и выдумала это, лишь бы продолжать настаивать на существовании магии. Но… Это не похоже на Алису. Она бы не стала врать о таком. Маргарет схватилась за решетчатое окно, толкнула вперёд и выглянула на улицу. Прохлада летних ночей ударила ей в нос запахом травянистой свежести. Теперь заныла гордость. Если Алиса не солгала и ей действительно показали дракона, что, разумеется, невозможно, то почему Маргарет не пускают в библиотеку? Неужели она так плоха, опасна и не достойна доверия в глазах местных, что нельзя взглянуть на книги? Зато Алисе можно показать магического зверя! Захлопнув окно обратно, Маргарет повернулась к лестнице. Она прямо сейчас спустится к Гаюсу, схватит мальчишку-мага за волосы и потребует объяснений. А если бы их кто-то видел? А если узнает король? Да он хоть представляет, какой опасности подверг Алису? А что на это всё скажет Гаюс, у-у-у!

— Я уж думала, ты не придёшь.

С нижнего этажа донёсся женский голос. Маргарет остановилась на первой ступени лестницы и медленно шагнула на пару вперёд, в тень. Внизу, прямо у лестницы маячила какая-то женщина или, скорее, девушка. Одетая больше как горожанка, нежели как местные слуги, она суетливо пыталась вручить кому-то корзину. Немного присмотревшись, Маргарет разглядела рядом с ней Эгрейна. Поставив корзину на пол, он погладил её волосы, слушая все, что она ему нашёптывает рыжеватыми губками. Маргарет никогда не видела в глазах стряпчего столько тепла и такой улыбки, почти что блаженной. От вида этих двоих становилось как-то уютнее в стенах холодного замка. Замолчав, девушка без стеснения обняла Эгрейна, словно это их замок, словно никто не увидит. И вот уже привстала на носочки. Маргарет отвернулась из чистой солидарности. Она не должна выдать своё присутствие и не должна мешать. Тихо она поднялась обратно на свой этаж и вернулась к окну. Там спокойно, видно город. Теперь она обратила внимание на огни в окнах, неустойчивых на первый взгляд, домиков. Факела вдоль стены, как маленькие фонарики. Из окна её комнаты было видно улицу и также стоящие в ряд фонари. Машины проносились мимо десятками… увидеть бы эти фонари снова.

Сейчас ей стало спокойнее и от чего-то немного тоскливо. Неужели от воспоминаний? Маргарет захотелось вернуться в комнату и снова достать телефон с фотографиями. Интересно, насколько ещё хватит зарядки? Сутки или протянет больше? До первых желтых листов, до первых снегов, до её первого дня рождения здесь. Сейчас Маргарет кажется, что они не найдут кольцо никогда, а ещё иногда она замечает, что такие же мысли посещают и Алису. Они вселяют страх, а поэтому обе девушки ни за что не признают этого факта. По крайней мере, не в ближайшее время. На лестнице вновь раздались шаги, и, обернувшись, Маргарет увидела Якова. Покрасневший и запыхавшийся мальчишка опустил голову и протянул ей сложенный лист бумаги.

— Леди Маргарет. — Он выпрямился и попытался отдышаться. Ему сейчас сложно говорить. — Меня просили передать. От кого не знаю.

— А кто просил?

— Женщина какая-то, из города. — Яков пожимает плечами.

— Спасибо, — кивнула ему Маргарет. — Можешь идти.

Якову ждать больше ничего. Так что он просто исчез так же быстро, как и появился. Возможно, он рассчитывал, что ему заплатят… или нет? «Можешь идти», ха. Маргарет улыбается, смеясь про себя. Насколько приятно это произносить, никогда бы не подумала. Она опустила взгляд на послание и поняла, что это не само письмо, а объемный самодельный конверт, ещё и залитый на месте стыка углов сургучом. Да так, что не сразу сломается. Оттиска гербовой печати нет, только большая красная капля.

— О, сам король пишет тебе записки посреди ночи. — Алиса медленно вышла к подруге, разумеется, утеровского слугу она узнала. Вероятно уже придя в себя, Алиса выглядела чуть более спокойной. — Уверена, что в любовь с Его Величеством тут должна играть я?

— Это не король. — Наконец у Маргарет получилось вскрыть конверт и вместе со свернутой запиской на ладонь выпало кольцо. Холодное, такое же блестящее, с камушком. Кольцо, подаренное ей родителями. Кольцо, оставленное в руках Авилы. У Маргарет замерло сердце, на мгновение она перестала дышать, зато глаза Алисы заблестели от восторга.

— Ммм… Лорд Грегори, значит, — мурлыкая протянула она и, не дав подруге подумать, поторопила: — Ну, давай, читай!

— Может и не Грегори. — Маргарет бросила на неё слегка хмурый взгляд. — Яков сказал, что горожанка, может лорд Грегори умер в горячке, и Авила вернула кольцо за ненадобностью?

— Не говори так! — возмущенно оборвала Алиса. — Наверняка ему стало лучше. Он не может умереть. Так в чём проблема? Ты же на крыльях летала несколько дней, пока он в замке был.

Маргарет не удостоила подругу ответом или возражением, знает, подобные разговоры с Алисой лучше не поддерживать. Не подбрасывать дров в пылающий костёр её фантазии. На крыльях, конечно. Она и забыла, что такое крылья с первого появления в том Богом покинутом поле. Маргарет надела кольцо на палец, понимая, как приятно снова ощущать его на месте. Ей не хватает памятных вещей. Теперь любая безделушка станет дороже золота. И всё же она разворачивает записку. Слов немного, ни имён, ни мест, предусмотрительно. «Нам нужно встретиться там, где мы виделись раньше, дважды. Это спасёт наши жизни. Кольцо послужит подписью и гарантией добрых намерений. Прошу ничего не сообщать королю».

— Ну что там? — взволнованно поинтересовалась Алиса.

Она нетерпеливо заглянула в записку и тут же поняла, что не понимает больше половины. На слух она ещё может уловить, но написать или прочесть… Что же, это новый уровень.

— Скомкано, коротко, но понятно. Ты права, он назначает мне встречу. Просит не говорить королю.

— Свидание? — Алиса расплывается в хитрой улыбке. — Слушай, а может ему рассказали чьё кольцо, вот он и… не знаю, отблагодарить решил.

— Очень сомневаюсь, он пишет, что эта встреча спасёт жизни. — На мгновение Маргарет задумалась, а потом, строго бросила: — Нет, я не пойду.

— Что? Но почему?

Возмущенная Алиса последовала вслед за подругой. Маргарет захлопнула за ними дверь комнаты, подошла к камину, куда тут же отправились и записка и конверт. Дождавшись, пока она избавится от улик, Алиса уже собралась продолжить, но не успела.

— Это может быть опасно. — Маргарет обхватила себя за плечи, теперь видно, в какой она растерянности. — Что если это очередная проверка от короля? Лорд Грегори всё же следует его приказу. Если я приду, король поймёт, что мы соврали. Вдруг там ждёт стража. Не зря же записку принёс Яков.

— А если это не так? Утер, конечно, параноик, по моим воспоминаниям, но я же не всегда бываю права, верно? Да и зачем ему устраивать проверку тебе? — расставив руки, настаивала Алиса. — Ну, на всякий случай можно продумать пути отхода. Наверняка там есть чёрный выход. Или… не знаю. Можешь сказать, что ничего не знаешь и всё отрицать! Если что, говори что пошла прогуляться и…

— И случайно набрела на лорда Грегори, который посылал мне записку. — Маргарет фыркнула, но потом, взглянув на Алису, как-то подобрела. — Что если я переоденусь в платье попроще? Издалека они меня не узнают, а я, если замечу что-то странное, тут же уйду.

Алиса пожала плечами. Да это был вариант, но Рита как всегда всё усложняет.

— Послушай, чем больше ты будешь переживать, тем больше глаз на тебя будут направлены. Излишняя «игра в прядки» лишь привлечёт внимание. Помнишь про наши правила?

— Помню… — Маргарет поджала губы — Если что я скажу, что получила записку Грегори, но всё остальное буду отрицать. В чём нас можно обвинить? — До нее, наконец, дошла простая истина, которая, скорее всего, уже дошла и до Алисы. — Мы с ним даже не говорили! Я видела его в замке, а потом случайно узнала, что он в таверне. Мы зашли выпить в ярмарочный день. Даже если всё это план короля.

— Иногда мне кажется, что ты переоцениваешь способности Утера, — кивнув на выводы, к которым пришла подруга, спокойно проговорила Алиса. Ну вот. Хватило одного упоминания, чтобы притупить радость сегодняшнего вечера и позабыть дракона. Хотя… — Значит, уже просто Грегори?

***

Странно сказать, но на утро начал жаловаться уже даже Гаюс, мысленно обещая кинуть в кричащих петухов чем-то острым и саморучно отнести на кухню. За последнее время он словно оказался в царстве, где никто не спит. То король посреди ночи захочет излить душу и спросить мнения со стороны. То Мерлин протаскается где-то до полуночи и, вернувшись, собьёт все, что попадётся ему в темноте под ноги. Как, например, вчера. Спрашивать куда его носило, оказалось малополезным, ибо тот упрямо отшучивался, а после вообще ушел от ответа. В прямом смысле, сослался на дела и сбежал. Однако карма Мерлина всё же настигла в лице леди Маргарет.

После завтрака, в который Алиса не упустила возможности ещё раз убедить подругу в существовании фантастической твари, Маргарет отправилась на поиски мальчишки. Алиса настаивала, чтобы она не вмешивалась и убеждала что Мерлин не виноват, и вообще, ей нужно к Грегори. Но Маргарет не могла оставить подругу одну в замке, зная, что ей могут причинить вред, чем-то одурманить, обмануть или вовсе отравить. Так что нужно было убедиться, что больше никаких драконов Алиса не увидит. Самым простым оказалось дождаться Мерлина на лестнице, ведущей вниз к апартаментам Гаюса. Слуг там бегает мало, место неприметное, да и сам лекарь редко покидает свою комфортабельную камеру. И пока она ждала, прошло немало времени, по крайней мере, так казалось в тихих и тёмных сводах низких дворцовых потолков. Здесь они и правда, значительнее ниже, чем на верхних этажах.

— Леди Маргарет? — Мерлин сам подал голос, как только увидел уже знакомую фигуру. Напуганным он не выглядел и держался в принципе уверенно. Маргарет улыбнулась ему приветливо и легким жестом подозвала ближе. Рядом никого не было, но она всё равно заговорила тише обычного.

— Скажи мне, Мерлин, куда ты вчера водил леди Алису, что она вернулась такая счастливая и весёлая?

— А что она вам сказала? — чуть громче уточнил Мерлин. Хорошая попытка, Маргарет оценила манёвр.

— Я от тебя узнать хочу.

С ответом он нашелся быстро, почти без колебаний. Видимо, подготовился. Для неё или для Гаюса? Может для короля или Артура?

— Куда можно отвести девушку вечером, леди Маргарет? — Мерлин развёл руками и изобразил что-то похожее на смущение. — На стену замка, смотреть на звёзды.

— Звучит прекрасно. — Маргарет протянула к нему руку и осторожно провела пальцами по коротким волосам. — А что вы такого ели или пили, что леди Алиса увидела дракона? — Она быстро схватила Мерлина за воротник, чтобы он не сбежал и парень заметно осел. Как пирог, вынутый из духовки. Плечи сгодились, и куда-то тут же улетучилась уверенность.

— Леди Маргарет… Я не знал, что она расскажет. То есть нет, не так. Не знал, что так поймёт, тут скорее…

— Тихо-тихо. — Маргарет подавляет желание выписать ему подзатыльник. Её взгляд становится мягким, сочувствующим. — Ты просто скажи, что это было.

— Вы не понимаете, леди Маргарет. — Секунда и Мерлин подумал, что терять ему уже нечего. — Это был дракон. Только вы не докажете.

Его лицо озаряется улыбкой такой же, как и всегда, только с примесью насмешки. Повисает внезапная пауза. Маргарет отпускает Мерлина и, уведя руки за спину, задумывается. В какой-то момент в её глазах вновь мелькает осознанность, и Мерлин настораживается. Он понял, этот секрет Алиса не утаила, а значит, ему придётся объяснять, а может быть, наоборот, опровергать всё, что Маргарет скажет или сделает дальше. Кто ещё знает?

— То есть вы оба в него верите? — просто на всякий случай уточнила Маргарет.

— Скажем так, — переминаясь с ноги на ногу проговорил парень, — он не оставил нам выбора. Словно не верить в то, что видишь. Послушайте, леди Маргарет, я же могу рассчитывать, что об этом больше никто не узнает?

— Как интересно ты говоришь. Совсем не так, как деревенский крестьянин, — Маргарет усмехнулась. — Жизнь при дворе хорошо тебя обучила. Втянул невинную девушку в противозаконные дела, а теперь просишь молчать? Странная просьба, учитывая, что ты тоже не оставил мне выбора. Прям как дракон.

— Леди Маргарет, я не знаю, чего вы хотите. Но если леди Алиса не будет никому рассказывать… ничего не произойдёт. — Мерлин поднял руки, словно пытаясь убедить Маргарет в чистоте намерений. — Жизни вашей подруги ничего не угрожает.

— И твоей тоже. — Она снова смягчается, пытаясь заставить собеседника то пугаться, то расслабляться вновь, ждет, что он ошибётся. — Мы все трое теперь в одной лодке, верно? Четверо, если считать Гаюса. Никто не станет её раскачивать.

— Я очень рад, что мы договорились, — почесав затылок, согласился Мерлин. — Теперь я могу идти?

И он даже не отрицает. Поражённая тем, насколько глубокий омут кроется за молодыми голубыми глазками, она даже не хотела считать чертей в нём живущих. Идти? Так просто? Нет!

— Давай прогуляемся. — Маргарет улыбнулись ему, и пошла к лестнице. — Проводи меня к Гвен, я хочу одолжить плащ.

«Дорогу вы знаете»

Алиса осторожно нарезала кусочек мяса в своей тарелке. Удивительно, у неё даже руки не дрожали. На столе сегодня появились приборы. Нож и… двузубчатая вилка. Это определенно прогресс по сравнению с их первым совместным ужином. Правда нож был только у Алисы, видимо, она забрала что-то общее. Яков тенью встал справа от девушки, наполняя бокал. Мелодичное журчание напитка заполнило тишину за столом. Всë так неловко. Она сидит здесь, в зале, за большим столом в окружении самых близких королю людей. Как это вообще вышло?

С раннего утра день обещал быть солнечным, не было ни одного облака, ни одного предвестника дурного знамения. Алиса даже выспалась. Но у Риты появился план, и она не стала медлить. Стоило Алисе открыть глаза, как её тут же посвятили в грядущие события. Раз встреча с лордом Грегори неизбежна, Алиса должна была стать подстраховкой для подруги. И всë бы ничего, она была готова защищать Риту в любой беседе и отводить любые вопросы на еë счëт, да даже драться при необходимости скалкой. Однако этого оказалось мало. Нужно было отвлечь Утера. И, конечно же, принять удар на себя. Кто как не «теневая фаворитка» может лучше всего отвести взгляд короля. «Фаворитка» не была в восторге, ещё чуть не обиделась на такое сравнение из уст подруги.

— Ты серьёзно думаешь, что я пойду к королю? Я? — Алиса возмущённо распахнула глаза и указала на себя пальцем. — Ты бросаешь меня один на один с этим космическим жуком. Это нечестно! Потому что ты будешь говорить с человеком, который не сжигает красивых девочек под завтрак из-за плохого настроения!

— Откуда ты знаешь? — Маргарет развела руками. — Мы знаем короля в разы лучше лорда Грегори, может быть в своём замке у него пыточные страшнее подвалов Лубянки. Да и ты не будешь одна. — Она протянула к Алисе руку. — Помнишь правила? Посоветуй Утеру собрать обед в кругу семьи. Король будет счастлив, а ты в полной безопасности.

Алиса на мгновение задумалась и набрала в легкие побольше воздуха. Во всех красках изложив подруге свои опасения и возражения, она наградила Его Величество парочкой новых прозвищ, о которых тому не стоит знать, и только после этого согласилась. Маргарет была не особо рада оставлять подругу одну с королевским семейством, хотя бы потому что у Алисы могут сдать нервы, и она наговорит лишнего, но иные перспективы представлялись ещё менее красочными. Обсудив возможные варианты развития событий и составив быстрый план действий на сегодня, Алиса отправилась на поиски Морганы. Воспитанница короля вроде как с ними… дружит. Это может помочь осуществить задуманное. Семейный обед послужит прекрасным мостом для построения и укрепления отношений. Он мог разрядить обстановку между родителями и детьми, заставить на какое-то время забыть про политику с дипломатией и прочие рабочие моменты. Если так подумать, то он был выгоден всем. Артур и Моргана, насколько помнила Алиса, не всегда были согласны с решениями короля. Чем не прекрасная возможность взять такую крепость тихим штурмом, пока охрана спит? Хотя последнее, чего Алиса хотела бы, так это столкновения лбами двух противоборствующих сторон. Как бы это не выросло в те семейные споры за политику. А ведь эти люди действительно в ней разбираются.

В душе девушка надеялась, что Утер чуть смягчится и не повесит их с Ритой при первом же проступке. По крайней мере, таковыми были больше половины её ночных кошмаров. Если не перебивались более приятными снами. Она уже точно не помнила, что и как наговорила Моргане, но убедить девушку оказалось очень просто. А та в свою очередь, окрылённая предвкушением, выловила Артура в коридорах. И вот Алиса здесь, за столом, нарезает мясо на тарелке и ждёт, пока Яков отойдёт хоть на пару шагов. Начинать разговор первой не слишком хотелось, какие-то все напряжённые, даже запал Морганы поутих. Только король был абсолютно спокоен. Заглядывал в свой бокал с разбавленным вином и, видимо, пытался распробовать специи. Его Величество во главе стола, Моргана по правую руку от короля, а Алиса по левую. Артур же был посажен по правую руку от воспитанницы короля. Видимо, по собственному желанию, а не по этикету. Странно, Алисе хотелось, чтобы Яков перестал маячить рядом, но стоило слуге отойти, как она почувствовала себя незащищённой от одного лишь присутствия короля рядом. Вдруг она случайно заденет его рукой? Утер даже не смотрит на неё откровенно, не принуждает к беседе, нет, он ведëт себя достаточно культурно. И этим пугает ещё больше.

***

Пойти в разгар дня было неплохой идеей, хотя бы потому что на улицах было много женщин, которые почти не отличались от Маргарет. Одетые попроще, в платья коричнево-серых тонов, но непременно в цветной шали или чем-то вроде косынки на голове, они создавали толпу, с которой легко было слиться. А ещё в «Розе и короне» сейчас, скорее всего, нет посетителей. Рабочий день таверн начинается после полудня, ближе к ужину, чтобы собралось побольше горожан. Работа в таких заведениях отличалась особым доходом и свободой. Ролло, как и другие его коллеги, работал на себя, раз в три месяца отстёгивая в казну небольшое количество средств. Сейчас бы это назвали подоходным налогом. Подобный уклад позволял ему задавать любые правила и самому решать, когда открываться, а когда выпроваживать посетителей. Если Ролло пожелает запретить в стенах таверны драки, значит, их не будет. Если запретит ломать мебель, значит, никто не будет её ломать. Конечно, больший доход получали те, кто позволял селянам развлекаться на полную катушку, но Ролло нравился его уклад и то, что не надо каждый вечер бегать за городской стражей, чтобы указать на очередной найденный труп или украденного коня.

Рабочие будни Авилы мало чем отличались от отцовских. Утром она стирала, мыла столы, полы и посуду. Раньше она ещё и готовила, но потом Ролло нанял знакомую кухарку, переманив из другого, более шумного заведения. Так что девушке стало полегче. А вечером, когда приходили гости, она вальсировала между столами, без устали повторяя: «Одну секунду, милорд» и «Сейчас принесу, милорд». Иногда Ролло думал запретить дочери так обращаться к работягам, чтобы не навлечь беду, но клиентам нравилось. Когда у неё появлялась свободная минутка, она бегала к воротам замка, чтобы повидать жениха, а если у того был выходной, то она селила его в одной из свободных комнат. Ещё реже парень бывал дома, но Авила умудрялась сбегать и туда.

Погода сегодня стояла жаркая, так что в плаще Маргарет привлекала даже больше внимания, чем без него. И всё же безразмерный капюшон прекрасно скрывал лицо так, что, если требовалось взглянуть вперёд, приходилось его немного приподнимать. Стража никак не отреагировала на Маргарет, когда та выходила. Тем более, оказалось, люди массово покидают территорию замка и возвращаются не только в дни ярмарки. Кстати, качество плаща никак не отличалось от тех, что носят все прочие, так что единственный показатель статуса владельца — это дорогой аграф, брошь или цвет. Хотя припомнив цвет плаща у лорда Грегори, она и этот довод отбросила. Перейдя мост, под которым, со слов Алисы, живёт тролль, Маргарет замедлила шаг. Тут нужно быть осторожнее. Немного надвинув капюшон, ещё издали она посмотрела вперёд. Не подавая вида и не останавливаясь, Маргарет свернула в сторону двух женщин торгующих рыбой и громко о ней кричащих. Дабы не попортить новое красное платье, она заранее переоделась в зелёное, и хоть прачки в замке знали своё дело, сейчас оно снова начало грязнеть и покрываться пылью. Особенно длинный подол, что собирал за собой всё. Проходя мимо галдящих женщин, Маргарет на всякий случай приподняла подол и платья и плаща, не хватало пропахнуть рыбой. Обходя таверну сзади, Маргарет заметила за хлипким забором уже знакомую лошадь и невольно улыбнулась. Стало спокойнее. По крайней мере, других лошадей не наблюдалось. Чтобы вернуться обратно ко входу, ей пришлось свернуть на узенькую тропинку между домами. По болотистому запаху, девушка поняла, что ходить тут можно, но быстро и осторожно.

Наконец поднявшись по ступенькам, она протянула руку к двери. В ту же секунду по шее Маргарет скользнул холод. Так что, когда дверь оказалась заперта, она даже выдохнула. За дверью послышалась тяжёлая поступь, девушка немного опустила голову, руками сжала ткань платья, приготовившись развернуться и убежать. Ей открыл Ролло, он хмыкнул и отступил в сторону. Вероятно, хозяина таверны о гостье предупредили. Внутри было тихо и непривычно светло, в открытые окна легко пробивался дневной свет. Маргарет сняла капюшон и осмотрелась, не только тихо, но и пусто. Даже Авилы не видно.

— Добрый день. — Маргарет повернулась к хозяину таверны, мужчина стоял, уперев руки в бока и явно чего-то ждал. — Мне назначали встречу здесь. Больше никто не приходил?

— И не уходил, — усмехнулся Ролло, кивая в сторону лестницы. — Идите, дорогу вы знаете.

Обменявшись с мужчиной не самыми дружелюбными взглядами, Маргарет пошла вдоль пустых столов. Потрёпанных, но тщательно отмытых перед новым потоком посетителей. Ролло громко захлопнул дверь, снова запирая её изнутри. Не сказать, чтобы Маргарет испугалась хлопка, скорее, её повеселило то, как показательно мужчина это сделал. Поднявшись по лестнице, она на всякий случай осмотрелась, двери в комнаты закрыты, кажется, что тишина гробовая. Только девичий голос доносился из комнаты лорда Грегори. Не тратя лишнего времени, Маргарет шагнула к двери.

Лорд Грегори обернулся, и теперь у них была возможность рассмотреть друг друга в лучшем виде. Маргарет, к своему удивлению, ощутила, как отступает тревога. На несколько мгновений душу её охватило тепло и тут же ушло, как будто и не было. Грегори сделал шаг навстречу, готовясь поприветствовать леди. И Маргарет уверенно перешагнула порог. Почему-то ей вдруг захотелось протянуть руку и коснуться его. Убедиться, что это точно он. Спросить, всё ли тут в порядке, правда ли он действует по приказу короля? Теперь, стоя в этой комнате, она уверилась, что лорд не сдаст её страже просто так, даже если она тут есть. Разве кольцо в конверте не является «гарантией добрых намерений»? Маргарет сдержалась и только улыбнулась.

Грегори заговорил не сразу. Немного, совсем немного, насколько позволяли приличия, он рассматривал её. Сейчас Грегори видел очень молодую девушку, с плавными чертами лица, в которой не было и капли той прыти, о которой говорил Ролло. Сложно представить её бегущую по лестнице и грозно требующую впустить. Только вот такую как сейчас, плавно ступающую. Лорд Грегори подметил глаза, они выдавали характер. Цепкие, тёмно-карие, почти чёрные, они словно взяли свой цвет у волос, вьющихся из-за кос. Маргарет сначала посмотрела оценивающе, словно взвешивая лорда Грегори на весах и думая, за сколько можно продать. Но потом вдруг взмахнула ресницами и всё, она уже готова отдать ему всё своё внимание. Фантазия рисовала лорду Грегори совсем иные образы, однако разочарование его не постигло.

— Должна сказать, ваше письмо напугало меня, Ваша Милость, — Маргарет произнесла это мягко и с улыбкой, чтобы не звучало как упрёк. — Но я рада видеть вас здоровым.

Голос тут же отзывается в памяти лорда, перед глазами всплывает бредовое видение. Виновато улыбнувшись, он вежливо кивнул и ответил:

— Можете мне поверить, леди Маргарет, я не ставил себе задачи напугать вас. — Его поросшие мхом воспитание потребовало соблюсти все рыцарские формальности. Но кого он обманывает, представления и приветствия тут никому уже не сдались. — Потребовалось разве что сделать послание безопасным для обеих сторон.

— И я благодарна за это. — Она сложила руки так, чтобы кольцо на пальце стало виднее. Грегори не упустил его из виду. — Подарок матери, я думала, оно ко мне не вернётся.

— От того ваш поступок ещё более благороднее. — Грегори, повернувшись к Авиле, что-то ей шепнул, и та выпорхнула из комнаты. — Леди Маргарет, подарки от родителей особенно ценны. Осторожнее с ними в замке, у меня за короткий срок успели украсть перстень с бирюзой, отцовский.

— Мне жаль. — Маргарет сочувственно пожала плечами. Но по лицу собеседника поняла, сочувствие ему не нужно.

Чтобы не портить момент окончательно, она увела взгляд с Грегори и оглядела комнату. Сейчас помещение кажется таким маленьким, тёмным, с одним окном. Мебель, топорно сделанная и пропахшая жировыми свечами, не вызывала доверия. Даже их с Алисой комната могла бы быть покоями короля на фоне этого места. Обстановка явно не слишком подходящая представителю дворянства.

— В начале хочу сказать, у меня есть причина встретиться с вами при таких… неприятных обстоятельствах. Я бы всем сердцем желал, чтобы наше знакомство прошло в украшенных залах замка. — Грегори словно отмер, засуетился. — Хотя, по сути, оно там и произошло.

Ни она, ни он не должны были растрачивать время на долгие поэтичные фразы с двойным-тройным подтекстом и при этом думать, что обидели собеседника. Сейчас будет достаточно, если он подвинет стул и подаст ей руку в случае необходимости. Собственно, это он и сделал. Отодвинул один из стульев. Маргарет сняла плащ и заняла предложенное ей место. Сложив руки как за школьной партой, она обратила внимание на ворох бумаги.

— Раз мы знакомы и знаем, как опасно наше положение, думаю, можем начать. — Грегори принялся раскладывать свертки и бумаги, ища что-то конкретное.

***

— Сложно представить, что мы собрались пообедать в таком составе, — рассматривая наколотый на вилку кусок, хмыкнул Артур. — Но вы дали нам прекрасный повод, леди Алиса.

Немного насторожившись, Алиса опустила нож на тарелку и взглянула на Моргану, ища поддержки. Она волновалась, а помощи никакой не последовало. Король одобрительно кивнул в сторону сына, радуясь, что идея гостьи пришлась ему по душе. Потому что описать то, насколько самому Утеру было приятно видеть Алису за общим столом, он попросту не мог. В первую очередь, потому что сам не понимал до конца.

— Меня радует Ваше согласие, Ваше Высочество, — улыбаясь лишь уголками губ, произнесла Алиса, тщательно подбирая слова. — Семья одна из главных… — она запнулась, подбирая нужное слово на английском, — сфер жизни человека. Так говорил мой отец.

Всё снова стихает. Моргана вовсе не отвлекается от еды, а король… Он ждёт подходящего момента. Поставив бокал, Утер подпирает голову рукой, быстро окидывает взглядом стол, и в его голове рождается прекрасный повод завести разговор. А заодно порадовать самого себя. Выпрямившись, король немного наклонился к Алисе, заставляя её снова положить приборы и поднять на него взгляд.

— Честно сказать, я надеялся, что на стол подадут блюда, приготовленными вашими очаровательными ручками.

Моргана и Артур одновременно замерли и быстро переглянулись. Для них сказанное королём — неожиданность. Поначалу Алиса просто хлопает глазами, судорожно пытаясь понять, какая часть еë жизни была упущена и почему от неё хотят блюд. Это мгновение осознания показалось девушке слишком длинным. А ещё непозволительно долгий взгляд в глаза короля. Хотя Утер ничуть не поменялся в лице.

— Вы… — Алиса осеклась и перевела взгляд на корону Его Величества. Чтобы не смотреть ему в глаза, она раскладывала образ на детали. Начищенная металлическая корона, седые волосы с тёмными корнями. Ей вдруг стало интересно, насколько тёмными были волосы короля лет тридцать назад. — Разве мне дозволено быть на кухне?

— Леди Маргарет не сообщила Вам?

Утер чуть разворачивается в сторону собеседницы. Вера в то, что леди Маргарет специально оставила эту новость для него, на сладкое, ничтожно мала. Наоборот, король лишь убеждается в том, что образ леди Маргарет, как все контролирующей фигуры, снова даёт трещину. Моменты подобного несовершенства он готов собирать по кусочкам. Вскрик, забытая фраза, упущенная возможность. Это всё для него как инструмент. Правда не сейчас, не в такой прекрасный момент. Отрицать радость от личной беседы Утер не собирался. Хотя б, потому что растерянность на лице леди Алисы была так мила. И он может полностью насладиться реакцией девушки на данную новость.

— Мне любезно рассказали, что Вы, леди Алиса, обожаете готовить, — король говорил не спеша, растягивая слова со всей присущей галантностью. — И я уже отдал приказ о Вашем свободном посещении кухни, когда Вам это вздумается.

— Невероятно, — слово вырывается из Алисы само собой, и она так и замирает с приоткрытым ртом и глазами полными трепета.

Она вновь посмотрела в глаза короля, пытаясь найти ответ. Шутка? Розыгрыш? Зачем это Утеру? Увы, но свет из окон мешает. Погода словно смеется над ней. Специально освещая короля, как в каких-то сетевых играх. «Эй, смотри, твоя цель здесь, иди к ней!». У Алисы даже начинают слезиться глаза от таких ярких лучей. Она быстро заморгала, пытаясь спрятать слёзы.

— Действительно невероятно, — голос Артура отразился холодным эхом в помещении и разрушил хрупкую стену, установившуюся между парами людей. Он удивлён не столько приказу, сколько реакции. Какая ещё девушка расплачется от восторга, если её поставят у печки? Моргана бы сочла за наказание.

***

Маргарет поймала эту минутную паузу и ещё раз окинула лорда Грегори взглядом, не оценивающим, а любопытным. Ей хотелось подробнее его рассмотреть. Резкие, продуманные движения, слишком простые для аристократа, слишком непривычные для крестьянина. Грегори сел напротив и поднял на неё выжидательный взгляд. Маргарет показалось, она ещё никогда не видела таких чистых зелёных глаз, с осознанностью, свойственной взрослым людям и в то же время необременённостью. А потом она заметила, как мутный свет оседает на его тёмных зачёсанных волосах, с почти незаметной сединой на висках. Маргарет задумалась, что надо делать, чтобы выглядеть молодо, но иметь седину в волосах? А ещё она уловила странную деталь, раньше Маргарет не видела, чтобы котты и рубашки здесь по краям подшивали тесьмой или лентой. Хотя нет, видела, у Баярда. Выходит, приграничный лорд следует зарубежной моде. Какая странная формулировка в контексте начала средневековья.

Однако когда Грегори наклонился вперёд и одарил девушку улыбкой, она всего на пару секунд почувствовала как вопросы и мысли померкли. Словно её напоили чем-то крепким, и она вот-вот уснёт.

— И так, вот что меня интересует, — Грегори развернул карту и пододвинул её к Маргарет. Девушка посмотрела на то, чему место в музее.

Карта местного мира была квадратной, от угла к углу были проведены линии, судя по всему, для поиска центра. На месте пересечения двух линий изображался неизвестный Маргарет материк или остров, по размеру и не скажешь что это. Хотя возможно она знала это место, просто никогда не видела в центре мира. Также на пожелтевшей бумаге была очерчена окружность с обозначением сторон света. Хоть что-то понятное! Лорд Грегори указал пальцем на маленький клочок земли, расположенный не так далеко от центра.

— Это Логрес. — Он подвинул палец чуть-чуть левее, на пару миллиметров. — Уэссекс. Сюда Мерсия, — палец поднялся выше. — Узнаёте?

— Да, более чем. — Маргарет старалась сохранять серьёзный вид и хмурилась, пытаясь разобраться в латинских буквах и незнакомых обозначениях. — Это Ла-Манш? То есть, Английский пролив. — Она указала на небольшой промежуток между островком и большим куском земли.

— Приятно встретить женщину, умеющую обращаться с картами, — не без иронии в голосе заметил Грегори.

Теперь зная, где находится Англия, Маргарет начала мысленно раскладывать вокруг неё клочки земли. Вот это, скорее всего, будущая Германия, это земли Франции, а вот тут даже подписано.

— Рим! — Маргарет уверенно развернула карту и провела линию от Рима, через современную Польшу и будущую Беларусь к пустующему клочку земли почти у самого края. — Цинтра здесь. Когда наши картографы составляли карту, они помещали Рим в центр мира.

— Политически разумно. — Лорд Грегори пожал плечами, а потом подпёр голову рукой. Он проследил за тем, как тонкий женский пальчик пересёк несколько стран и, если честно, не сильно верил, что они могли пройти этот путь пешком. — Могу я уточнить, сколько вы шли?

***

Король вспомнил о том, что они не одни, откинулся на спинку стула и спокойно повернул голову в сторону сына. Артур выпрямился и чуть задрал подбородок, расправляя плечи. Поймав момент, Алиса быстрыми движениями убирала слëзы, задев свой платок на голове и случайно выпустив завиток волос. Времени убрать его, не привлекая лишнего внимания, уже не было. Принц явно немного против такого внимания своего отца к чужестранке. Моргана молча перевела на неë вопросительный взгляд.

— Что тебя так удивляет в приказе короля? — взяв бокал в руку и делая глоток, не принуждено спросил Утер.

— Ничего, кроме твоего желания, отец. — Артур, так же как и отец отпил из бокала, но не поставил его обратно, а принялся очерчивать круг в воздухе его ножкой.

— Ты хорошо знаешь, какие у меня желания, Артур. — Король положил руку на подлокотник и, кажется, Алиса перестала его интересовать на пару мгновений. — Это всего лишь кухня. Маленькая услуга для гостьи, у тебя есть что сказать против?

— Нет, — Артур пожал плечами, словно не замечая тона отца, и снова приложился к бокалу.

Утер ещё пару мгновений смотрел на сына, потом, вздохнув, отвернулся. Моргана, находясь, словно меж двух огней, осторожно повернулась в сторону короля. А потом, взглянув на Алису, кивнула ей. Намекая, что тут может разгореться скандал, если она не вставит слово и не отвлечёт внимание короля на себя. Алису пробрала мелкая дрожь, и она, схватившись за выпавшую прядь волос, начала накручивать её на палец. Английские слова вылетели из головы, и она судорожно пыталась подобрать хоть что-то уважительное.

***

— Так вот что король поручил вам, найти мою страну. — Маргарет облокотилась на спинку стула, снова, и отвела взгляд. — Когда вы что-то бормотали в бреду, я и не поняла.

— Вы поняли, Маргарет, — Грегори согласно покачал головой, он выглядел как взрослый, говорящий с ребёнком, — и в сумку мою поэтому влезли.

Ответить Маргарет не успела. Дверь скрипнула, вернулась Авила с подносом, кувшином и двумя бокалами. Точнее сказать, кружками. На самом деле она задержалась, Ролло открыл таверну чуть раньше обычного, так что пришлось заняться пришедшими гостями. Расставив всё, она посмотрела на лорда Грегори, словно дожидаясь разрешения, потом разлила напиток по кружкам. Маргарет наклонилась и принюхалась. Пиво, подумать только, слава Богу не эль. Хоть и не велика разница. Зато теперь полный комплект, не хватает медовухи. Однако пробовать она не торопилась, отклонилась назад и решила подождать, пока Грегори пригубит первым. Всё же было у неё к этому месту легкое недоверие.

— Что-то ещё, милорд? — поинтересовалась Авила, словно специально игнорируя присутствие Маргарет.

Грегори махнул ей рукой, отодвинул кружку подальше от бумаг, снова вернулся к карте. Авила кивнула, поставила кувшин и исчезла так же быстро, как появилась.

— Леди Маргарет, если вы соврали королю, это нестрашно. — Если бы можно было услышать голос, которым змей искушал Еву, он бы звучал именно так. — Иногда, чтобы получить место под солнцем, приходится врать. А вы отхватили прекрасное место! — О, что это, не нотки восхищения ли? — Уезжая, я увидел лишь сидящую на подоконнике гостью замка, а вернувшись, нашел королевскую советницу.

— Ваша наблюдательность меня поражает, милорд. Не скажу, что вы правы, но мне нравится ход ваших мыслей. — Маргарет усмехнулась, поставив локоть на стол, подпёрла голову кулаком. — Видимо, у вас есть какой-то план.

— Даже два! — Грегори, с восторгом творца, начал излагать собеседнице свои мысли. — Позвольте ознакомить вас с текущей ситуацией, леди Маргарет. Меня, вас и вашу подругу по истечении месяца могут повесить, если я не привезу Утеру доказательства существования Цинтры. Вас за наглую ложь королю, а меня за измену, свидетельницей которой вы стали на пиру. Ведь начал этот бунт я, и, если новости в таверны доходят верно, другие лорды принесли Утеру новую присягу перед отъездом. — Он помахал ей рукой. — Угадайте, кто этого не сделал. Но я знаю, как всё исправить!

Маргарет молча посмотрела на собеседника. Выходит, они теперь кто-то вроде подельников? Чёрт их дёрнул выдумать эту историю с Цинтрой. Да и куда его послать? Алиса бы, наверное, сейчас посоветовала ему идти в Польшу. Точнее туда, где располагаются земли будущей Польши. Может направить его на Русь? Хотя какая Русь, так, пара раздробленных селений. Она только в шестом веке наметится. Лорд Грегори немного наклонил голову на бок, терпеливо наблюдая, как волнительно забегали глаза Маргарет.

— Если я правильно понимаю происходящее, ваша ложь ещё более наглая, Ваша Милость. — Маргарет собралась с мыслями, и её глаза сверкнули. Нужно было затащить Грегори на их сторону, как можно ближе. — Вы сейчас должны бороздить моря в поисках моей страны.

— Да, и если верить теории о том, что мысли материальны, я уже трижды вымок в солёной воде. — Он с предвкушением и даже какой-то напускной торжественностью, протянул ей несколько исписанных листов, скрученных в один толстый свиток. — Итак, план первый. Я скажу Его Величеству, что там и правда, остались руины, привезу ему пару обугленных палок. Но перед этим, вы и леди Алиса сбежите. Просто уйдёте однажды из замка и не вернётесь, никто не станет вас искать, слишком много мороки. А я предоставлю вам кров в своих землях. Маленький домик, крыша из соломы, куры, пара коз. Никто не узнает. Наши жизни спасены.

— Лорд Грегори, со всем уважением, мы не можем покинуть замок. — Маргарет пожала плечами, приготовившись к спору. Но Грегори только понимающе кивнул и с таким же довольным лицом, продолжил дальше.

— Вот для такого случая у меня есть второй план. Мы все вместе разыграем для всей столицы великолепный спектакль. Сейчас мы разойдёмся, я вернусь в Ашдаун, а в нужный момент прибуду в столицу в рваном плаще, измученный морской болезнью и даже с иностранной пленницей в придачу. Конечно, подходящую девочку я уже нашел. Мы её подготовим, переоденем, пусть рассказывает Его Величеству о морских путешествиях и страшных варварах.

Маргарет немного нахмурилась, уведя взгляд в сторону. Она должна будет изобразить, будто всё, сказанное им, правда. Утер потребует доказательств, надо дать ему то, что он ещё не видел. Из вещей Алисы, например. Зеркальце из косметички подойдёт? Его даже можно разбить для правдоподобности.

— Вы уверены, что это сработает? — Она схватилась за свою кружку, невольно постукивая по ней пальцем. — Утер не поверит, король будет задавать вопросы. Им нужно всё продумать. И… подождите. — Как вы собираетесь имитировать последствия болезни?

— Я не буду обсуждать это с дамой, — фыркнул Грегори и сделал пару глотков из своего бокала. По виду, он уже праздновал. — Но мне будет нужна ваша помощь в подготовке пленной и составлении рассказа. Я не просто так сижу в этой таверне, леди Маргарет, я скучаю по своему замку! Скучаю по слугам и даже по начальнику стражи. И боги свидетели, я бы бросил всё и с удовольствием уехал. Но это не та проблема, которая решится сама собой. Утер не забудет, он не проснётся утром и не скажет: «Плевать мне на лорда Грегори». Так что решайте, леди Маргарет.

***

— Меня это, правда очень радует! — Алиса даже умудрилась вполне искренне улыбнуться. Король, не двигаясь, бросил на неё взгляд в котором мелькнуло что-то тёплое и приятное. — Я бы могла столько всего приготовить… То есть того, что делали у нас дома. Благодарю вас, Ваше Величество.

— Позовём сюда леди Маргарет! — воодушевлённо встрепенувшись, громко предложил Артур. Настолько резко, что Моргана легонько вздрогнула. Король опустил голову, возвращаясь к своему полупустому бокалу. «Так сам за ней и сходишь!» — Всё, что пришло в голову Утера в ответ на возглас сына. Кто бы мог подумать, что он захочет найти предлог, чтобы выпроводить Артура хоть на несколько минут. Алиса прижалась к спинке стула.

— Тебе недостаточно собеседников?

— Знаете, отец, леди Маргарет рассказала мне интересную концепцию. Оказывается, на её родине, людей не вешали без долгого суда. — Артур начал плавно размахивать в воздухе вилкой. — Она могла бы рассказать подробнее. Представляете, даже вору не пустят кровь или не отрубят руку пока не…

— Не за столом, Артур, — остановил его король.

— Вам ли это испортит аппетит, — ядовито усмехнулся принц.

— Здесь дамы, будь хоть немного тактичней!

— Говоря о леди Маргарет, — чувствуя, как разгорается пожар, в разговор живо влилась Моргана, — я тоже полагала, что она будет на обеде.

— К большому сожалению, нет. — Алиса ловко поддержала воспитанницу короля. Скандала ей хотелось меньше всего. — Она очень устала и просила передать, что не сможет провести с нами это время. Боже… Надеюсь, Вы простите мне это. — Девушка обвела присутствующих взглядом полным извинений. — Что не сообщила заранее. Мне так неловко, я… волновалась.

***

Чувство, что её втягивают во что-то нехорошее, вернулось. Девушке потребовалось некоторое время на раздумье, король относился к ней и уж тем более Алисе, очень хорошо. Согласиться на предложение Грегори, значит признать себя лгуньей и заключить договор за спиной короля. Мысленно Маргарет было сложно на это решиться. Кто стал бы лучшим покровителем: Утер или опальный лорд? И в то же время она помнила виселицу, вереница осуждённых тянулась к ней, а Артур внимательно следил за реакцией гостей. Будет ли он так же отстранённо следить за их казнью? Есть ли шанс, что Утер, при всей очарованности, узнав правду не отправит их в подвалы? Им нужно время. Им очень нужно время!

— Боже Правый, лорд Грегори. — Маргарет потёрла глаза и выдохнула. — Просто скажите всё, что я должна знать. Мне нужны подробности, чёткий план действий.

— Не волнуйтесь, всё здесь. — Он кивнул в сторону свитка, что всё ещё лежал у её рук. — Там и план, и мои разъезды, и всё что вам нужно знать и, если что, подыгрывать. Почитайте, если, конечно, мои рукописи не вгонят вас в сон.

— О, если я усну, то буду благодарна вам вдвойне. — Маргарет покрутила в руках выданные ей бумаги. — Я не сплю ночами, а если и сплю, то неспокойно.

— И что гнетёт столь прекрасную леди? — поинтересовался Грегори, скорее у кружки с пивом, чем у Маргарет.

— Что может угнетать девушку в замке? — Она усмехнулась. — Если вы отправили письмо с помощью Авилы через самого быстрого слугу, без имён и мест… я думаю, вы знаете, что заснуть, бывает трудно.

Грегори помолчал. Водя пальцем по подбородку, он наблюдал за тем, как Маргарет крутит в руках бумаги, но смотрит, словно сквозь них. Её тонкие пальцы нервно теребили конец ленты. С виду спокойная, Маргарет уже привыкла волноваться. Она, наверное, и сама не замечала этого. Грегори решил нарушить тишину первым, ему захотелось как-то её успокоить. Поэтому он поставил кружку и осторожно сжал её пальцы в ладони, они были холодные, как зимой. Маргарет вздрогнула, глаза её возмущённо вспыхнули, но потом она словно смирилась и осела.

— Неужели я так вас пугаю? — рассмеявшись, поинтересовался Грегори.

— Вы не настолько страшный, — Маргарет постаралась улыбнуться. Теперь, когда он держал её за руку, она, впервые подумав, что надо рискнуть и довериться хоть кому-то, помимо Алисы.

— Да? Вспоминая, как вы прятались от меня в тёмных коридорах замка, я бы счёл себя похожим на льва или медведя.

Вспомнив тот вечер, едва ли Маргарет могла повеселеть. Она чуть не втянула чужое королевство в войну. Но взглянув со стороны, на то, каким недоразумением она выставила себя, тут же рассмеялась. Ненадолго, но искренне. Посчитав, что ему удалось вывести разговор на нужный лад, Грегори позволил себе наклониться вперед и перейти на шепот.

— Если позволите, есть средство, которое я бы не предложил никому из других женщин. Любая другая сочла бы это наглостью, но вы, думаю, взглянете на него иначе.

Маргарет подняла взгляд, взмах тёмных ресниц, и лорд уже полон решимости. Грегори пододвигает к ней её стакан с нетронутым пивом.

— Пейте, леди Маргарет.

Не удержавшись, девушка засмеялась снова. Интересное время, все пытаются её напоить. Король, чтобы узнать подробности, Артур, чтобы вытянуть признание в шпионаже, теперь и Грегори чтобы… что? И раз теперь Грегори тоже весело и он явно настроен к ней доброжелательно, она, кашлянув, тоже перешла на шепот. И говорила с той же интонацией, что и он.

— Хорошо, я попробую. Если позволите, Ваша Милость, у меня есть просьба, которую я бы не высказала никому из других мужчин. Любой другой счёл бы это наглостью, но вы, думаю, взглянете на неё иначе.

Она говорила его словами намеренно, и Грегори это даже нравилось. Они игрались друг с другом, прощупывая грани дозволенного. И чем дальше он заходил, тем более свободный нрав обнаруживал. Маргарет, кем бы она ни являлась, походила на аристократку, забывшую манеры, но точно знающую что можно, а что нет. И границы её «нельзя» были такими же подвижными, как и у самого лорда Грегори. То есть, зависели от ситуации.

— Одолжите мне несколько либр. — Она заговорила чуть серьёзнее. — Я верну их, как только вы официально вернётесь в столицу.

— Несколько это сколько? — уточнил Грегори, потянувшись за сумкой.

— Не знаю, — Маргарет на секунду задумалась, чтобы прикинуть, какая сумма была бы полезна им с Алисой и при этом не была чересчур большой. — Моё отсутствие в замке уже наверняка заметили, будет странно если я вернусь с рынка и без покупок и без денег. А последних у меня в принципе нет.

Других вопросов Грегори не задал. Он молча выставил перед Маргарет башенку из семи золотых монеток, таких же, как те, что она купила на фестивале. Девушка не видела, какого они номинала, толком не понимала много здесь или мало, а взять и пересчитать показалось ей неуместным.

— Я бы мог поверить, что у королевской советницы, как говорят, нет жалования. — Грегори наигранно вздохнул. — Но, думаю, это предлог, а деньги залог моего возвращения. Умно, леди Маргарет.

Она спорить не стала, пусть считает так, если хочет. Тем более это действительно звучит лучше, чем просто «у меня нет денег». Собирая монетки со стола, Маргарет задумалась, так значит, в замке её уже считают королевской советнице? Какие ещё ходят слухи и знает ли о них король? Ей понравилась идея заиметь столь почитаемый титул при дворе. Должность более чем прекрасная, но недоступная. Советниками становятся образованные и благородные дворяне, те, кто знает королевство вдоль и поперёк.

Дальше лорд Грегори решил, что раз таверна уже открыта, ему следует проводить Маргарет хотя бы до выхода. Сегодня ночью он покинет столицу и тайно вернётся в Ашдаун. Необходимые инструкции для Квинта он уже выслал, письма должны добраться до места назначения раньше самого Грегори. И всё должно быть гладко. Остаётся только дождаться конца августа. Они вместе вышли из комнаты. Когда подходили к лестнице, Маргарет не упустила момента спросить:

— Тот человек, лорд Романкоин, он опасен?

— Мы, владетельные лорда, все опасны. — Грегори подал ей руку, спустившись на одну ступеньку ниже. — Особенно для короля и государства.

***

— Вас не за что винить, — король одарил Алису самой мягкой из улыбок, осторожно, словно специально, быстро касаясь золочёной прядки её волос.

Артур раздраженно закатил глаза, снова ища способ занять себе рот вином или едой, лишь бы не заговорить снова. Эти странные игры в нежную леди его не брали. Он прекрасно помнил всю прямолинейность леди Алисы. Моргана кивнула, но по выражению лица было видно, что данный ответ еë не устраивает. И скорее всего в ближайшее время их с Ритой ждут разборки. Утер… Тут всë сложнее. Король анализу Алисы поддавался плохо. Неудивительно, столько лет в политике. Но, кажется, ему даже нравится, и он ни чуточку не расстроен.

— Передайте ей моë желание встретиться ближе к вечеру.

— Непременно, леди Моргана, — медленно кивнула Алиса, пряча взгляд в тарелке с салатом.

***

— Во-о-от, а принц тут же развернулся и как начал возмущаться. Говорит, мол, отец, слишком много внимания к молодой леди. Ну, сразу видно, ревнует. — Яков откусил кусок от выданного ему яблока и, ещё не дожевав, продолжил: — А король поворачивается к нему и говорит: «Ты знаешь, какие у меня желания». Ну, чтобы под ногами не мешался.

По небольшой толпе слушателей прокатился воодушевлённый вздох. Яков сидел на бочке, как уличный глашатай, посреди замковой кухни. А вокруг него собрались почти все служанки, кухарки и даже горожанки, что пришли к подругам и остались послушать. Кому не хватило места на потёртых лавках, устроились прямо на полу, а старшая кухарка, как блюститель порядка, стояла позади всех и смотрела на Якова не слишком одобрительно. Хотя парня это явно не смущало. Он довольно хрустел яблоком, понимая, что за любые новости, которые он принесёт, ему, и пирога бесплатно отрежут, и выслушают с большим интересом.

— Так это, она, ну, леди Алиса, даже расплакалась, стоило королю с ней заговорить, — продолжил он всё с тем же воодушевлением. — Ага, сам видел, как она слёзы вытирала, чтобы никто не заметил.

— Влюбилась… — донёсся шепот откуда-то из собравшейся толпы.

— Ага, влюбилась, а принцу что теперь делать? Он даже сказал леди Маргарет позвать, чтобы отцу отомстить. А король сразу встрепенулся, разозлился. — Яков бросил огрызок на пол и потянулся к корзине за новым яблоком. — Ну, кто хочет двух любовниц за один стол сажать. Маргарет же она, вон, уже как королева, со стражей ходит и со стряпчим под ручку. О, Гвен! — Парнишка помахал вошедшей девушке рукой. — Иди сюда.

— Да, Гвен, иди, послушай! — Одна из кухарок встала и, взяв девушку за руку, утянула в толпу. Усадив на пол в самом первом ряду, она плюхнулась рядом. Любые возражения не принимались, так что Гвен оставалось только сидеть и слушать.

— Ну, так вот, а король запретил Маргарет звать. Тут леди Алиса, видимо, почувствовала опасность и начала говорить, мол, Маргарет больна, уже два дня из комнаты не выходит. Я уж подумал, не поругались ли они. Ну… на любовной почве.

— Но леди Маргарет не больна, — вдруг возразила Гвен. — Я вчера её видела у Гаюса. И сегодня утром.

— Ну так, а Гаюс кто? — Яков наклонился вперёд, широко распахнув глаза. — Гаюс — лекарь, а значит и правда больна. Хотя, нет. Не больна… а что если не только лекарь. — Он изобразил задумчивое лицо. Девушки как заворожённые уставились на парня, в нетерпении теребя концы кос и юбки платьев. — Он же, говорят, колдуном раньше был!

— Приворожит короля… — испуганно вздохнула та же кухарка, что затащила Гвен в слушатели и всплеснула руками. — Бедная леди Алиса! Вот посмотрите, будет у нас королева ведьма!

Яков утвердительно кивнул, состроив серьёзное лицо.

— А ну рот закрой! — рыкнула на неё старшая кухарка и замахнулась. — Магия нашего короля не берёт, все знают. Будь леди Маргарет ведьмой, давно бы на костре сгорела. А ты слезай с бочки, только яблоки переводишь.

Гвен закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Подумать только, какая это всё чепуха. И почему она должна это выслушивать? Нет, должна. Гвен вдруг поняла, что должна это слушать, а потом, пересказывать Моргане. Слухи слухами, а публичные выступления до добра не доводят. Нужно защитить гостей от этих бредней, а то после Эдда их и так не любят. Хотя, было бы здорово рассказать самой Маргарет, а то слово за слово, а Яков уже побежит её в колдовстве обвинять. Гвен встала со своего места, несмотря на возражения других, и быстро вышла из кухни. Знать бы только, где сейчас восточный ветер носит леди Маргарет. Она же может быть в любом уголке замка.

***

Деньги, что оставил лорд Грегори вместе с рукописью, послужили прекрасным поводом пройтись через рынок. Маргарет хорошо помнила слова Эгрейна и сейчас, увидев возможность, рискнула, обзаведясь чуть ли не единственной местной сладостью. Разговор с лордом так воодушевил её, что теперь она была готова идти напролом. По крайней мере, сегодня. И пока не видит король. Маргарет не терпелось поделиться с Алисой итогами этой тайной встречи, но она понимала, подруга будет задавать очень много вопросов и ей определённо нужно уложить всё в своей голове. Дать эмоциям отхлынуть, а разуму проанализировать информацию. Нужно потратить энергию на что-то более полезное.

Прежде чем её выгонят, Маргарет осторожно поставила на стол библиотекаря небольшой горшочек мёда и тарелку с куском ягодного пирога, который Эгрейн посоветовал прихватить с кухни и даже сам за ним сходил. Стряпчий любезно согласился поучаствовать в примирение сторон и посодействовать в случае трудностей. По крайней мере, у него с библиотекарем были более долгие и доброжелательные отношения. Уже немолодой человек мало кого любил, и ничто не грело ему душу так, как книги, которыми тот был окружён сутки напролёт. В ожидании реакции, Маргарет отошла на шаг назад, изобразив на лице самое искреннее смирение.

— Если это не отнимет у вас много времени, я бы хотела извиниться.

Библиотекарь оторвал пристальный взгляд от бумаг и посмотрел сначала на Эгрейна, что стоял рядом, а потом на Маргарет. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы припомнить обстоятельства их прошлой встречи. А потом он всё же позволил себе заметить мёд и пирог. До этого он тщательно делал вид, что не видел. Эгрейн улыбнулся ему, как бы намекая, что конфликт может быть урегулирован.

— С последней встречи я услышал о вас очень многое. — Библиотекарь поднялся на ноги. — Было бы грубостью не принять столь изящные извинения от такой предприимчивой леди.

— Леди Маргарет хотела бы посещать библиотеку, — мелодично заговорил Эгрейн, но его голос перешёл в привычно-деловой. — И мне кажется правильным, если она получит от вас разрешение, в знак примирения.

Библиотекарь посмотрел на стряпчего, прищурившись. То, как ладно этот молодой человек умеет складывать слова, ему давно известно. Сама Маргарет тут же пообещала, что будет обходиться с книгами очень осторожно и покидать стены библиотеки фолианты будут только с разрешения смотрителя. А в конце добавила: «И с разрешения Его Величества». Последнее, конечно, было не совсем правдой. Утер пока что не отдавал подобного распоряжения, но Эгрейн убедил Маргарет, что никто не пойдёт к королю спрашивать, правда ли это. Библиотекарь думал недолго, он одарил Маргарет строгим взглядом, а запах вишни от пирога стал последним веским аргументом.

— Ну, хорошо, хорошо. — Он поднял руки и после, подвинув какие-то бумаги на столе, добавил: — Можете приходить и читать всё, что пожелаете. Я бы попросил не трогать свитки, некоторые старше стен замка.

— Благодарю. — Она улыбнулась и почтительно кивнула. Всем сторонам этого вполне хватило.

— Поистине историческое событие, — подытожил Эгрейн и указал в сторону дальних стеллажей, что были почти не видны, из-за отсутствия нормального освящение. — Леди Маргарет, позвольте мне порекомендовать вам начать оттуда.

Они вместе оставили библиотекаря в более привычном ему покое и направились к тем дальним полкам. Эгрейн решил, что раз уж у них получилось добиться разрешения, нужно представить Маргарет библиотеку, указать, какие книги будут особенно ей полезны для знакомства с местными традициями и уставом. А ещё по дороге стряпчий указал на стол, придвинутый к стене, и сказал, что там есть информация по финансовому положению страны. Чуть позже, когда они оказались у нужных полок, Эгрейн начал водить пальцами по корешкам, словно тоже что-то искал. И Маргарет, волнительно осматривая древние рукописи, даже заинтересовалась.

Стряпчий бегло знакомил её с содержанием некоторых книг, показывал какие стоит читать здесь, а какие можно взять с собой. Также пояснил, что если Маргарет захочет что-то записать, можно выбрать один из столов и переписать необходимую информацию. Все книги здесь старые и в единственном экземпляре. Некоторые проехали несколько городов и королевств, чтобы попасть сюда. Наиболее ценные были либо заперты в деревянных ящиках, либо вовсе прикованы цепью.

— И большинство Джеффри перевозил сам. — Эгрейн кивнул в сторону библиотекаря. — Поэтому так чутко оберегает каждую страницу.

— Так выходит, его зовут Джеффри? — переспросила Маргарет, понимая, что имя стоит запомнить. А потом её взгляд остановился на толстом травнике с перешитым корешком.

— Да, говорят, он из Монмута. Но я бы это оспорил. — Эгрейн помог Маргарет снять увесистую книгу с полки и любезно придержал, пока она листала страницы. — Известно, что из Уэльса, а в остальном только верить на слово.

Маргарет улыбнулась стряпчему и продолжила листать пожелтевшие страницы. Ровные, но с потёртыми краями, они явно побывали в огромном количестве рук. Куда больше её привлекали иллюстрации, каждое растение не только описано, но и изображено достаточно узнаваемо, чтобы не перепутать ромашку с полынью. Для Маргарет этот миг настолько сокровенный, что она даже боялась касаться листа. Подумать только, ей бы ни один музей не дал прикоснуться к такой редкости. А поэтому Эгрейн, заметив трепет и восторг, с которым девушка рассматривает фолиант, замолчал. Ему не хотелось мешать такому интересному процессу. Единственное, что явно расстроило Маргарет, так это латынь. Здесь все названия на латыни и текст и описание. Правда три названия она разобрать смогла. Болиголов, паслён и мандрагору.

— Подождите. — Маргарет, остановившись на половине книги, подняла взгляд на Эгрейна. — Вы сказали… Джеффри из Монмута*? Монах?

— Монах — это спорно. — Стряпчий задумывается. — Возможно, на родине, но не здесь. А что? Вы были в Монмуте?

— Нет. Просто… я уже слышала это имя. — Маргарет подавляет желание указать на библиотекаря и закричать: «Это первый человек, который всерьёз заговорит об Артуре!» Ей даётся это очень непросто. Подумать только, в библиотеке Камелота сидит человек, написавший «Жизнь Мерлина»… а она принесла ему пирог.

— Вы хорошо справились, — сказал Эгрейн, закрыв книгу и бережно вернув её на место. — Надеюсь, вы найдёте здесь всё что ищите. И пустите эти знания в дело.

— Если научусь понимать латынь. — Маргарет прищурилась, пытаясь разобрать надписи на корешках.

— Здесь много книг, леди Маргарет. На уэльском, английском. А если что, я могу помочь перевести пару слов. — Он улыбнулся ей так, одними губами, без этих привычных складок у глаз и Маргарет поняла, что для него это лишние хлопоты. Стало неловко.

— Я устроила вам столько проблем, Эгрейн, — она старается говорить мягко. — Я правда очень благодарна вам за помощь.

— Благодарны? — он ухмыльнулся и его сдержанный образ на секунду сломался. Потрескался по швам и вновь вернулся в следующее мгновение. — Леди, я действую в исключительно корыстных целях.

— В чём они заключаются? — поинтересовалась Маргарет, лишившись чувства неловкости. Ей так даже больше нравилось.

Эгрейн снова указал на стол с книгами и свитками по финансам королевства. Они вместе смотрели в ту сторону пару мгновений, а потом, стряпчий учтиво попрощался.

— Простите, меня ещё ждут дела.

— Удачи вам, Эгрейн.

— Вам она нужнее, леди Маргарет.

И он ушел, оставив девушку одну в окружении книг и пыли. Стало тихо, очень тихо. И какое-то время она думала над услышанным. Корыстные цели, удача, её вдруг, словно что-то подтолкнуло, Маргарет чувствовала легкий восторг, за который ей тут же стало стыдно. Она наслаждается процессом, но ведь, по идее, не должна. Может ей разрешат досидеть здесь до самой ночи?

***

Сохранять спокойствие и ровный шаг, выйдя из зала, было достаточно сложно. И не сорваться на бег по каменным лестницам, эхо от которых, было бы слышно в ближайших коридорах. Алиса как могла, останавливала свой порыв броситься вперёд и кричать от переполняющих эмоций. К тому же, она не была уверена, что ушла на достаточное расстояние, чтобы еë не было слышно. А попасть в нелепую ситуацию не с руки. Алиса даже боялась думать о том, что наговорила во время обеда и кому.

Чуть успокоившись, король и принц не особо разговаривали. Утеру понравилось слушать рассказы Алисы о доме, где женщины, как оказалось, могут так много. Например, писать портреты, свободно читать книги, гулять без сопровождения, будучи при этом знатной дамой. Где свидания не тайные, а ухаживания длятся месяцами, а то и годами. А ещё они могу водить в бой войска и быть частью королевского совета. В конце, чуть поразмыслив, Утер вдруг понял, что тронному залу не хватает большого портрета. Такого, чтобы внуки и правнуки могли знать, как выглядел их предок. И Алиса, не смея перечить, согласилась такой написать. Когда она у двери раскланивалась с принцем и королём, благодаря всех за приятно проведённое время, Моргана бросила в сторону девушки одобрительный и полный гордости взгляд. Воспитанница короля была довольна тем, как меняется гостья, всё больше и больше походя на воспитанную девушку, следующую местному этикету.

Когда последняя ступенька осталась позади, Алиса позволила себе слабость — ускорить шаг. И у самой двери в один прыжок оказалась в комнате. Закрыться на щеколду, прижаться спиной к двери и вслушиваться в шаги, это всё что она могла сейчас делать. Пусть даже если в коридоре никого нет. Это становилось новой привычкой. Постояв так некоторое время, Алиса пробежалась взглядом по комнате. Всё так же, как до её ухода. Никаких признаков обыска, непрошеных гостей, пустота… Но лучше бы здесь оказалась Рита. Буря смешанных чувств требовала выхода. Ей нужен слушатель! Наконец-то отстранившись от двери, девушка начала ходить по комнате прокручивая в голове события обеда. Нервно потирая ладони и кусая губы, она пыталась проанализировать случившееся. Не так всё страшно, как она себе представляла. Они определённо прошлись по краю лезвия, но это ничего не усугубило. Алиса надеялась на это.

Артур точно был не доволен. О-о-о… принц сегодня превзошёл сам себя. В голове мелькнуло воспоминание о первом ужине в Камелоте. Король был против общения Риты и Артура, правда, не так открыто демонстрировал. Девушка тихо хихикнула в кулак, осознав, что на этом обеде отец и сын поменялись местами. Это определённо было забавно! Подойдя к окну, у которого она безжалостно обрывала листья ромашек, Алиса остановилась и выглянула на улицу. Окинула уже более спокойным взглядом площадь. На смену веселью пришло волнение и табун мурашек, стоило вспомнить красовавшуюся недавно там висельницу. А ведь её туда ещё не раз вернут. Что ж… Возможно играть в любовь не такая уж и плохая идея, как могло показаться с самого начала. Хоть и опасная. Алиса согнулась, поставив локти на подоконник, и зарылась пальцами в свои волосы под платком. А если бы вместо Риты здесь с ней оказался Гриша? Как бы всë обернулось для них? Хотелось верить, что они смогли бы чудом, не иначе, достать кольцо. Но… С Ритой на это было больше шансов. Гриша мог бы стать рыцарем? Да и если бы сложилась точно такая же ситуация как сейчас… Его бы не стали слушать. Думать о реакции Гриши на симпатии короля совершенно не хотелось. Он не одобрил бы. Скорее, сам попытался пробраться в сокровищницу. А там… Арест, подвалы, крысы, мысли сами, как заговорённые, вертелись у висельницы. И всë. И выбора у неë не осталось бы. Либо с крыши, либо к королю.

Сдёрнув с себя платок и отбросив его в сторону, Алиса обреченно рухнула на кровать. Уткнувшись лицом в подушку, девушка громко закричала в неë, пытаясь освободиться от отягощающих мыслей. Раньше она всегда так делала. Накричавшись, Алиса села, прижав к себе вторую подушку. Иногда она просто ненавидела думать! Девушка вытянула руку вперёд, подставляя еë лучам. Тонкие пальцы перебирали воздух, словно пианист клавиши. Мысли вновь вернулись к Утеру Пендрагону, так же залитому светом. И как бы Алиса не открещивалась, это было пугающе красиво. То, как падал свет, как блестела седина его волос, почти в тон серебряным украшениям на шее. Какой был выразительный взгляд. В харизме ему не откажешь. Художник в душе ликовал и требовал портрета. Но, когда с тобой флиртует многовековой труп, это немного меняет положение дел. Почему только Утер ассоциировался с мертвецами из прошлого, если все люди, что их окружают, уже давным-давно мертвы, Алиса не понимала, но и разбираться сейчас не хотела. Скорее бы вернулась Рита.

В дверь постучали. Дёрнувшись, Алиса не сразу поняла, что случилось. Если это Рита и еë желания так быстро начали сбываться, то можно им домой? Вот только Рита не стала бы стучать. Стук повторился, настойчивее, и на этот раз за дверью раздался голос:

— Леди Алиса? Леди Маргарет? Это Мерлин. Я могу войти?

Вскочив с места, Алиса быстро запихнула подушки под их одеяло, имитируя наличие чего-то большого в кровати. Издалека должно сойти за человека.

— Секунду! — запоздало прокричала Алиса, поправляя пыльный балдахин. Почему они раньше не пользовались этими шторками, удобно же. Лишняя скрытность не помешает. Жаль, что она была так занята, что не додумалась сотворить этот трюк до похода на обед. Запустив руки в волосы, дабы уложить их, девушка резко вспомнила о платке. Выходить без него нельзя.

— Леди Алиса, что-то случилось? Я могу Вам помочь? — ещё раз позвал Мерлин из-за двери. Последняя еле заметно дёрнулась, видимо маг решил войти, но закрытая щеколда исправно выполняла свою работу.

— Нет, подожди. — Наспех закручивая платок, Алиса пыталась понять, что привело Мерлина к ним. — Что случилось?

Одновременно открыв щеколду и дверь, она чуть не сбила с ног парня. Впускать его Алиса не собиралась, а потому, образовавшийся небольшое проход, заслонила собой, выглянув головой в коридор.

— Привет. Что случилось?

— Король сказал, что леди Маргарет больна и меня отправили проверить. Я могу войти?

— Нет, — Алиса шагнула вперёд, закрыв за собой дверь. — Она спит. Проснётся, будет в порядке. — Девушка на секунду задумалась, а после поменялась в лице. Глаза еë радостно заблестели. — Подожди, а король сейчас у Гаюса?

— Да… — Мерлин почувствовал неладное. — Его Величество пришел сразу после обеда.

— Что? — Алиса широко раскрыла глаза. Интерес возрос с новой силой. — Идём. Я хочу послушать, что говорит Утер!

— Нет, нет, нет! Мы не можем! Да и зачем? Меня сюда отправили, чтобы под ногами не мешался, а вы хотите обратно?

— Но ведь это интересно. Знаешь, сегодняшний обед прошёл не совсем гладко… — Алиса замолкла, когда Мерлин в беспокойстве посмотрел на нее, словно ожидая ужасную новость.

— Вы же не говорили королю ничего такого, что ему может не понравиться? — Волшебник намекал на дракона. Парень очень надеялся, что эта девушка не разболтала их секрет всему замку. Хватит ему претензий Маргарет. С Артуром он ещё не успел повидаться, а значит принц не успел ему пожаловаться.

— Но ничего страшно не произошло. Мне разрешили посещать и готовить на кухне, ты представляешь?! — Алиса радостно вцепилась в предплечья парня, заглядывая ему в глаза. Она словно тут же забыла и про Гаюса и про Утера. — Я смогу готовить!

— Замечательная новость! — Почувствовав хороший повод уйти от разговора о короле, Мерлин подхватил девушку под руку и полушепотом, словно делясь тайной произнёс: — Показать короткий путь до королевской кухни? Им пользуются слуги.

Столько счастья он не видел ни у одной служанки, что устраивалась в замок на работу. Сюда каждый день приходят различные соискатели, и только Алиса так радовалась возможности испачкаться в муке, саже и песке. Под приглушенный писк девушки, они вместе спустились вниз. Поговорить серьёзно они ещё успеют.

Шаги Алисы оставались сначала вовсе незаметными, но стоило её желтому платью появиться в дверях, как всё стихло. Она окинула кухню придирчивым взглядом, а кухарки и повара, замерев, уставились на неё. Это длилось недолго, пока Алиса тёрлась на ступеньке, девушки в тугих платках и коричневых платьях, хлопали глазами, удивлённо приоткрывая рты. Яков был тут меньше двадцати минут назад, они слушали про леди Алису, которой так очарован король, и вот она сама здесь. Их даже постигло некое разочарование. Когда столько говорят о женщине, она представляется прекрасной эльфийкой. Но на деле всё ещё просто симпатичная девушка. Ни царственной походки, ни благородного блеска в глазах. И всё же, подумали кухарки, новая любовь короля! Старшая кухарка, отряхнув руки от муки, отошла от стола и шагнула навстречу девушке. Заметив, как за спиной гостьи маячит Мерлин, она почувствовала неладное.

— Чего-то желаете, леди Алиса? — Улыбнулась женщина, не так дружелюбно, как рассчитывала.

— Желаю… — Алиса на секунду запнулась от такого уважительного обращения. — То есть, я хотела… приготовить кое-что.

По комнате прокатилась волна шепота, пока старшая кухарка не цыкнула на всех. Алиса увела руки за спину и начала осматривать помещение. Ну, сейчас она может и потерпеть, а потом… А потом обязательно найдётся повод заглянуть сюда повторно. Все стены, столы, подоконники были подвергнуты тщательному осмотру. Сначала ничего выдающегося она там не нашла. Над окошками, что выходили во двор висели разные сухие травы. Какие было сложно определить на вид, не потрогав. Пару скамеек, под которыми прятались пустые корзины, да и метла в углу. Всё. Алиса двигалась то в одну, то в другую сторону, в зависимости от того, что привлекало её внимание больше. Кухня была разделена на несколько секций яркими шторками с узором. Они были достаточно плотными и длинными, рассмотреть, что было за ними, не предоставлялось возможности. Скорее всего, там что-то наподобие складов. У левой стены, стоял самый большой из имеющихся столов. И он же был самым чистым. На нём стояла большая миска с орехами и кувшин, закрытый крышкой. Алиса смело предположила, что там была вода или же молоко. У задней стены, где и стояла крупная печь, был ещё один стол. На нём расположилась вся посуда и несколько блюд в процессе готовки. Особо крупные тары, да и бочки в том числе, находились под ним. Другие бочки были расставлены вдоль стен. От печи пахло какими-то травами и дымком от горящих брёвен. Над печью висело мясо разного вида, в том числе ещё и неразделанного. Парочка крупных зайцев висели ещё в шкурке, но уже без голов. Было там и достаточно много птицы. А в самом дальнем углу виднелись мешки. Алису прямо разбирало любопытство, и она стала в нетерпение раскачиваться вперёд-назад, плавно переходя с носка на пятку и наоборот. Вот бы пробраться туда.

— Может она что-то ищет? — шепнула самая молодая из кухарок другой, постарше. Та только пожала плечами, недоверчиво наблюдая, как Алиса перемещается по кухне.

— Молчите! — рыкнула старшая кухарка.

Разогнав большинство зрителей, она освободила один из столов и тихо поинтересовалась у Мерлина, не говорила ли Алиса, что собирается готовить. Парень поджал губы и покачал головой, и они вместе начали наблюдать, как Алиса стаскивает на свободный стол, все, что считала необходимым. Выгрузив специи, счастливая Алиса улыбнулась во весь рот, постукивая пальцами по столу. И уловив хмурый взгляд старшей кухарки, она еле сдерживалась, чтобы не начать радостно скакать.

— Разжигайте печь! — Протянув руку Мерлину, хитро улыбнулась она. — А ты иди сюда, будешь нарезать помидоры. И мне нужна мука.

— Если хотите, я девок позову обратно, — вмешалась старшая, слабо представляя, как Алиса будет мешать тесто. — Они сделают, как скажете.

— Так неинтересно, — отмахнулась Алиса. Ей хотелось всё сделать самостоятельно. Ей хотелось прочувствовать это самой.

***

В темноте полумраке коридоров, Маргарет шла со свечой в руках и в обнимку с записями лорда Грегори. Ей казалось, что ещё никогда не было ночи спокойнее и счастливее, чем сегодня. От её распущенных волос пахло бумажной пылью, а на губах ещё чувствовался эль, которым любезно угостил Маргарет библиотекарь Джеффри в ответ на мёд и пирог. И в голове раз за разом она прокручивала день, таверну, лорда, книги и Эгрейна. Маргарет чувствовала тепло, коим наполнялся её рассудок, стоило припомнить деталь разговора или внезапный жест. Сегодня она узнала, наверное, больше, чем за целую жизнь, а главное, она стала чуть ближе к этому миру, к этому времени. Каменный пол и раздражающая длинная юбка уже не казались чем-то чужим, рукописи, что она прижимала к себе как сокровище, ощущались подарком от целой вселенной. Да она горы теперь свернёт! Выучит латынь и все непонятные наречия, изучит право от корки до корки, от свитка к свитку. Разберётся в финансах, во внешней и внутренней политике. Она впитает как губка каждый факт о своём новом доме. Но сначала, она выспится.

Добравшись до комнаты, она шагнула за дверь и выдохнула. В темноте ночной, единственным источником света оставалась свеча и догорающий камин. Маргарет поставила свечу на пол и, открыв сундук, сложила туда записи. Она решила, что перепрячет их утром. Дунув на свечку, Маргарет дождалась, пока та потухнет, и взглянула на кровать, надеялась застать там спящую Алису. Но вместо подруги обнаружила там разве что копну подушек, имитирующих чьё-то присутствие. В другой раз Маргарет бы заволновалась, но сегодня ей было слишком хорошо, чтобы думать о плохом. И хоть отсутствие Алисы легонько кольнуло её, словно плохое предчувствие, но она решила просто ждать. Может и у Алисы сегодня хороший день. Если бы случилось что-то страшное, Эгрейн бы сказал или слуги, да весь замок гудел бы.

Маргарет подбросила в камин дров, поворошив уже горящие брёвна. Дождалась, пока огонь возьмётся за свежие поленья и только потом влезла в холодную постель. Укутавшись в легкое одеяло, она перевернулась на бок и закрыла глаза. Ей хотелось спать. Какое прекрасное чувство! Может быть, лорд Грегори был прав. Она ещё некоторое время прокручивала в голове прочитанное в библиотеке, книги она просмотрела мельком, зато может потом вызубрить местное законодательство. Она думала об этом, в надежде дождаться Алису, но усталость всё больше брала верх. Завтра она снова вернётся в библиотеку, возьмётся за мифологию и религию. И послезавтра, и послепослезавтра…

* Га́льфрид Мо́нмутский (Джефри Монмутский, лат. Galfridus Monemutensis, также Monmutensis) автор "Истории бриттов" и "Жизнь Мерлина" 1100 — 1154/1155 - священник и писатель, заложивший основы артуровского цикла.

«Строчки какого-то стиха»

Неспокойный сон заставил Алису проснуться раньше всех в замке, как ей показалось. Ни голосов, ни шагов. Единственным звуком, что разносился по каменным коридорам, был гул от ветра. Уперевшись взглядом в потолок, Алиса вздохнула, вспоминая вчерашний вечер. Готовка несомненно увлекла девушку, заставив на некоторое время забыть о проблемах. Её забавляла реакция молодых кухарок на её персону и их настойчивые попытки отобрать у неё скалку. А так же их бдительность к продуктам, до которых дотягивались руки Мерлина, если это не было «приказом» леди Алисы. Кажется, парень не был на хорошем счету на кухне. Это заставляло Алису порадоваться. Почти всё, что было связано с ним, поднимало девушке настроение. Он казался домашним и уютным. Робкая улыбка сползла с губ девушки, стоило ей вернуться к мысли о Грише. Впрочем, как и вчера. Пора было возобновлять поиски кольца. Теперь, когда она имела полное право на посещение кухни (за что была искренне благодарна королю) и прилегающего к ней крыла, Алиса не собиралась просто так упускать такую возможность. Мысленно вспомнив все места, где её юркий нос успел побывать, девушка начала собираться. К тому времени со двора стали доноситься первые голоса и какой-то шум. Когда Алиса была почти готова к выходу, в их дверь постучали. Маргарет что-то сонно пробурчала в ответ и перевернулась на другой бок. А Алиса подошла ближе. Стук повторился и на этот раз сильнее.

— Кто там? — признаться, встречаться с кем ни то ни было с самого утра, у Алисы не было никакого желания.

— Леди Алиса? — звонкий голос Якова не оставлял ни какой надежды на то, что Рита может выспаться. — Откройте дверь, у меня важное сообщение для леди Маргарет!

Алиса удивлённо вскинула брови. Что понадобилось королю от Риты ни свет ни заря? Она лишь мысленно понадеялась, что никто не видел подругу вчера. Видимо, услышав сквозь дрёму своё имя, Маргарет открыла глаза, приподнявшись на локтях.

— Говори так, мы тебя слышим, — доплетая косу, заупрямилась Алиса. Пускать Якова на порог она не хотела. Судя по сопению за дверью, мальчишка не рассчитывал на отказ. Приказ короля — это не визитная карточка, как оказалось. По крайней мере, не в эти двери.

— Его Величество желает видеть леди Маргарет, немедленно. Привезли голубей из Мерсии.

Этого хватило, чтобы Маргарет окончательно проснулась. Поднявшись с кровати, она быстро оглядела себя. Вчера она уснула в платье и отчасти её это порадовало. То, что юбка была мятая, никого в эпоху отсутствия утюгов не смущало. Нужно было только успеть расчесаться и привести себя в подобающий вид. И да, где её платок? Судя по быстрому топоту, Яков решил более не стоять под их дверью. Своё поручение он выполнил. Да и отказ Алисы, скорее всего, задел гордость верного королевского слуги.

— Полагаю, меня там не ждут, — поправляя платок, Алиса отошла к двери. — Я по делам, удачи.

Маргарет взглянула как за подругой закрылась дверь и удивилась, насколько та стала смелой. Раньше она боялась ходить по замку одна. Покинув их спальню, Алиса сразу же пошла в сторону кухни. Вчера девушка видела там пару дополнительных дверей. Конечно же глупо было полагать, что за одной из них спряталась сокровищница, но… Кто ищет, тот всегда найдёт. А ещё больше её подбадривал факт, что в Хогвартсе вообще-то так целый факультет спрятан. В кладовой. Чем Камелот хуже?

Пройдя пару таких дверей, Алиса пришла к выводу, что это просто кладовые. На полу не было подозрительных щелей, что сошли бы за подпол или тайный проход. Двери никто не запирал, их просто подпирали досками. Стены тоже были без подозрительных кирпичей и выемок. Полки оставались полками. Даже простукивание бочек ни к чему не привело. Это средневековье начинало расстраивать девушку. Оказавшись в самой дальней кладовой, Алиса увидела глиняные кувшины. Около десятка, они стояли у стен в кромешной темноте. Настороженно хмыкнув, девушка вспомнила сказку о сорока разбойниках. Вряд ли здесь такие водились, но на рыцарей в масле она бы посмотрела. Чисто из любопытства. Подгоняемая им же, девушка решила заглянуть во внутрь. Запах скисшего молока тут же ударил в нос. Отсутствие молока как отдельного продукта, Алиса заметила ещё вчера. И это приводило девушку в недоумение. Стоило исправить.

— Что Вы здесь делаете, леди? — громкий голос старшей кухарки можно было различить из тысячи. Сегодня она была смелее, чем вчера. Алиса тотчас же развернулась к ней. В руках она всё ещё держала крышку.

— Осматриваю запасы и делаю выводы. — Она мгновенно нашлась с ответом. Кухарка посмотрела на неё, чуть прищурившись. — Вдруг здесь нет тех ингредиентов, что нужны мне.

— Вы могли спросить у меня, леди Алиса. Я слежу за всем на кухне.

— Хотела убедиться сама. — Приподняв подбородок и выровнявшись, Алиса аккуратно опустила крышку. — У вас молоко испортилось. — Деловито сложив руки на животе, она уверенной походкой вышла из кладовой.

***

Этим утром было прохладно и даже яркие солнечные лучи не согревали. Внизу весь двор замка полон людьми, рыцарями в голубых плащах. Слуги таскали накрытые тряпками клетки, которыми была загружёна телега. В каждой клетке, если верить отчёту стражника, что возглавлял поход, по две птицы. На самом деле, клеток всего десять. Куда больше суеты создавали слуги. Они переминались с ноги на ногу, ругались, кто, куда и что понесёт, жаловались и громко переговаривались с местными. Тянули время, как могли, надеясь, видимо, задержаться здесь на ночь. Утер не стал особо церемониться, приказал, как только разгрузят и отнесут клетки на голубятню, слуг и стражу накормить, напоить лошадей и отправить домой до обеда. А сейчас, все наблюдали за этим шумным занятием с высоты замковых стен. Прохладный утренний ветер трепал волосы Маргарет, и она снова задумалась о том, что осенью будет холоднее. Утер выглядел хмурым, скрестив руки, он с прищуром наблюдал за снующими внизу людьми. И девушка чувствовала себя виноватой. Нужно было соглашаться на собаку. За их спинами смиренно стояли Гаюс и Яков, Маргарет даже не хотелось знать, о чём те сейчас думают. Она даже толком не понимала, с чего пожилого лекаря потянуло на башню, смотреть, как перетаскивают голубей. Куда проще было бы выйти на площадь.

На самом деле, Утер ещё не определился, как относится к происходящему. Словно шутка, которая облетела весь замок, вдруг вышла из-под контроля и теперь стала правдой. Король Баярд подарил леди Маргарет почтовых голубей. Двадцать голубей! Что с ними делать? Он планирует наладить долгую дружескую переписку? Мог бы спросить, мерсийские голуби уже были в Камелоте, достаточно послать ещё пару-тройку. Маргарет время от времени поглядывала на короля, стараясь сохранять хладнокровный вид, и думала, стоит ли спрашивать, какие у этого будут последствия. Она понимала, что ввязалась в обязательства. А когда всё тот же страж, возглавляющий процессию, передал ей конверт, она окончательно уверилась, что снежный ком уже пустили с горы и он растёт. Теперь она теребила письмо в руках, боясь даже посмотреть на этот светлый кусочек бумажки.

— Почему так много? —наконец проговорил Утер, и его голос почти слился с очередным дуновением ветра. Маргарет повернулась в его сторону, открыла рот, думая что-то сказать, но тут же передумала и опустила взгляд. — Говорите, не бойтесь.

— Я не знаю, Ваше Величество, — она говорила ровно, растеряно хмурясь. — Мне казалось, милорд Баяр уже забыл о… случившимся. — Она хотела сказать «обо мне», но сочла слишком неправильным ввиду способов трактовки. — Ваше Величество, я не хочу, чтобы вы или принц думали, что проявив ко мне и леди Алисе сострадание, пустили за стены замка шпионов. Его Высочество высказал свои подозрения крайне прямо, и мне хотелось бы их развеять. — Маргарет протянула ему конверт. — Вскройте, если сочтёте нужным.

Утер, лишь немного повернув голову, посмотрел на протянутый конверт и странно усмехнулся. У Маргарет подрагивала от прохлады рука, и всё же она смотрела на него, уверенная в правильности своих действий. Короля это позабавило. Он вспомнил их разговор в тронном зале, вспомнил ужин и её заверения.

— Леди Маргарет, когда вы были дома, кто-то читал ваши письма?

Девушка легонько покачала головой. Теперь король обернулся и его улыбка стала такой мягкой и доброй, что Алиса, будь она здесь, не поверила бы своим глазам. Он взял сжимающие письмо ладонь Маргарет в свои руки, и она почувствовала приятное тепло. Им с Алисой и правда стоит задуматься о более тёплой одежде.

— Значит и здесь будет так. Вы много раз повторяете, что обрели здесь новый дом, так будьте как дома. — Король чуть наклонился вперёд. — И, если напишите ответ, я не поинтересуюсь содержанием.

Маргарет подумала поблагодарить короля за доверие. Вот только его улыбка превратилась в довольную ухмылку, а глаза сверкнули, теперь она снова видела того самого Утера и это её, на удивление, радовало. С этим королём, полным чего-то пугающего, ей было проще разговаривать. Руки короля уже не грели ладонь Маргарет, они сжимали её, достаточно сильно, чтобы она это заметила.

— Я ведь знаю Баярда, леди Маргарет, — он произнес это шепотом. — А вы — нет.

Сказав это, Утер ушел быстро, а Маргарет обменялась сдержанными кивками с Гаюсом, и тот медленно пошел за королём. Она ещё пару секунд наблюдала, как красный плащ короля развевался и скользил по каменным ступеням. Им с Алисой нужны похожие. А ещё она понимала, что король ей не угрожал, он знает больше, чем говорит, и видимо хочет, чтобы Маргарет догадывалась сама. Все твердят, что Баярд… не самый прекрасный человек. Учитывая время и место, вполне возможно так и есть. И странно, что Маргарет не может расстаться с тем образом безвинно обвинённого. Жалость, проявленная к совершенно незнакомому человеку, словно заставляет принять всё как данность. Должен же быть в этом мире хоть один человек, не умеющий выносить другим людям мозг и нервы! Хотя, она же говорит про Мерсию, там все такие… Особенно в части «выноса мозгов». Яков громко кашлянул, и Маргарет взглянула в его сторону, приподнимая бровь. Он ещё здесь? Королю слуги больше не нужны?

— Тебе что-то нужно? — не без легкой насмешки в голосе, поинтересовалась Маргарет. Она чувствовала, что Яков не слишком её любит, и потому не горела желанием сейчас с ним разговаривать. Парень улыбнулся, кивнул ей и, уведя руки за спину, ушел. Маргарет закатила глаза и снова повернулась к краю.

Постучав конвертом по каменному краю стены, она решила прочитать письмо здесь, без свидетелей. Судя по латинским словам, что вставлены прямо в английские предложения и неровному почерку, король Баярд писал это своей рукой. Какая честь, если подумать! И это при условии что большинство королей и лордов, уже через век-другой смогут разве что ставить крестики. Приветствие, перечисление добродетелей, которыми Маргарет вряд ли обладала, и даже несколько строчек стиха, всё это она просмотрела очень быстро. Некоторые слова она пропустила мимо, не уловив сути. Но вот приписку в конце вполне смогла разобрать. От этого у неё всё внутри сжалось. Снежный ком нарастал, стремясь достичь подножья горы. Она же может отказаться или эта приписка сродни приказа? Кто она вообще такая, чтобы отказывать королю, и кто она такая, чтобы быть гостьей одного из таких? Ветер, который теперь пытался вырвать листок из её рук, явно усиливаясь. Сложив письмо, как оно и было, Маргарет спрятала его в рукав и, обхватив плечи, поспешила обратно в замок. Их с Алисой ждала на завтрак леди Моргана, надо сделать вид, что ничего не случилось. Извиниться, если потребуется, и убедить воспитанницу короля, что их доброжелательная дружба никуда не делась.

***

— Сачала вы сбегаете из сада, потом тайно ходите в город и библиотеку, — разглядывая помидорки в тарелке, говорит Моргана. Она играет в лёгкую обиду, разумеется, ей неприятно, но она не может упрекать девушку за личные дела. — Потом эти странные слухи. Леди Маргарет, вы стали очень заметной! — Она поднимает на неё взгляд. — Артур рассказал мне, что вы попросили у короля должность.

В этот момент Маргарет чувствует легкую неловкость, особенно когда замечает удивлённый и одновременно возмущённый взгляд Амелии. Она смотрит на Маргарет, словно та кого-то убила. А потом, видимо, взяв себя в руки, фыркает и опускает голову. Подобное отношение Маргарет определённо запомнит. Алиса реагирует достаточно спокойно, она ожидала чего-то подобного от подруги. Её амбициозность в социальных сферах была огромна. И только Гвен довольно улыбнувшись, кивнула. Правда, этого никто не заметил.

— Будь на моём месте другая, она бы обиделась, посчитав, что дружба для вас ничего не значит.

Это был не просто завтрак в компании воспитанницы короля. Моргану распирало от любопытства. Большинство новостей ей удалось узнать от Артура: про приёмный день, про разговоры с королём, — но ещё больше она узнавала от Гвен, которая приносила все, что обсуждают на кухнях и в комнатах для слуг прямиком Моргане. Не всему они верили, понимая, что некоторые подробности просто не могли случиться. Моргана прожила в замке достаточно, чтобы заметить как любят приукрашивать факты. Но всё же ей хотелось знать, как всё было на самом деле. Она так долго жила в отстранении от многих событий, что теперь хваталась за каждую возможность узнать что-то или вмешаться.

— Простите, не нужно было что-то от вас скрывать. — Маргарет тепло улыбнулась, стараясь сгладить обстановку. — В своё оправдание скажу, умалчивали мы что-либо неспециально. Обещаю, больше ни я, ни леди Алиса не проявим неуважения.

— Леди Маргарет, мне приятно слышать заверения, но вы говорите не с королём и не с Эгрейном. — Она немного наклонилась вперёд, словно хотела вытянуть из неё сокровенный секрет. — К леди Алисе у меня нет претензий, вчера у нас был прекрасный семейный обед. — В этой фразе прозвучала нотка несвойственной Моргане иронии .— Расскажите, с кем обедали вы?

— Прекрасный? — Неуверенно переспросила Алиса, в удивлении поднимая брови.

— С книгами! — рассмеялась Маргарет, перебив вопрос подруги. — Книгами, которые мастер Джеффри любезно разрешил мне изучить в библиотеке. Это большая удача.

— Какое совпадение, — Амелия отвлеклась от завтрака, почувствовав хорошую возможность .— Наверное, лорд Баярд будет рад, что дама его сердца столь образована. — Разумеется, все уже знали про голубей и растаскивали весть от человека к человеку.

— Дама сердца? — Моргана обернулась и посмотрела на Амелию с лёгким укором. — Нельзя так говорить без оснований. Пойдут слухи.

Алиса невольно хмыкнула, покосившись на подругу. Что ещё случилось за это утро?

— Не волнуйтесь, леди Моргана, — вмешалась Гвен, и тон её голоса стал прекрасным контрастом к тону Амелии. — Я не расскажу. А больше здесь некому распускать сплетни.

— Хорошо, не хочу, чтобы о моих друзьях думали плохо.

— Разве это неправда? — Амелия не успокаивалась, ровный высокомерный тон, которым она говорила всё и всегда, начал выдавать её обиду. — Сегодня утром прислали голубей из Мерсии, а ещё письмо. Для леди Маргарет.

— Разве Утер не помирился с тем… другим королевством? — Алиса попыталась спасти ситуацию, но кажется сделала всё только хуже. Амелия резко повернулась в её сторону и одарила грозно-оскорблённым взглядом. Испугавшись, девушка поспешила обосновать сказанное. — Он разве не будет писать лорду Баярду каких-нибудь… важных писем?

— Его Величество король Утер, — громко и отчётливо произнесла Амелия, указывая на наглую ошибку, что посмела допустить Алиса, — имеет в королевской голубятне достаточно птиц для переписок с Мерсией.

Алиса захотела провалиться. Надо же было назвать короля по имени да ещё и при Моргане. Слава местным богам, или кто тут у них в Камелоте, принцесса не обратила внимания на её реплику. Или сделала вид. Опустив глаза в тарелку, Алиса начала ломать сыр на мелкие части.

— Многие птицы погибли за прошлую зиму. Возможно, Его Величеству понадобились новые, — довольно серьёзно произнесла Гвен, и её мнение тут же перевесило мнение Амелии. Моргана согласилась с ней, и Амелия, не стерпев такого, снова уткнулась в свою тарелку, как обиженный ребёнок. На какое-то время воцарилась тишина. Маргарет собралась с мыслями, подливая себе разбавленного эля.

— Для меня это такой же сюрприз, как и для вас. — Она вернула кувшин на место. Моргана заметила, как девушка озадачена случившимся. — Я не знаю, чем вызвала такой интерес. Ведь я — никто. От меня ничего не зависит.

— Это и хорошо, — тем же тоном ответила Моргана, она не улыбалась, как задорная девочка, а говорила серьёзно, действительно желая помочь. — Возможно, звёзды сошлись так, что человеку понравились именно вы, а не ваши земли, титулы, учитывая, что ничего подобного у вас нет.

— Возможно. — Маргарет делает несколько больших глотков. Подобное пугало её ещё больше. Как и письмо, которое всё ещё при ней, свёрнуто и спрятано в рукаве.

— Позволите? — Моргана протянула руку. — Мы сможем разобраться в этом подробнее.

Маргарет, улыбнувшись, отдала письмо ей. Воспитанница короля поднялась на ноги, начала читать громко, где-то с середины. Она пропустила формальные приветствия и приступила к самому интересному. Все слушали очень внимательно, особенно Алиса, которую так же не посвятили в содержание послания.

— …и я на весь свой недолгий век запомню ваш облик, такой чужой для этого грубого мира. Ваш вздох может погрузить в тоску, а взгляд побудить радость. Ваши слова могут дышать свободой! И один ваш шаг способен осчастливить самого презренного из рабов и низложить самого величественного из господинов.

Гвен и Моргана залились смехом, словно усмотрели в этих словах какой-то особый смысл, и Маргарет тоже смеялась, не так громко и не так весело, но смеялась. Всё это звучит так нелепо и театрально, несмотря на возможную искренность. Письмо перешло в руки Амелии, и та, замолчав, строго его просмотрела. Алиса улыбнулась, поглядывая то на письмо, то на подругу. На лице Амелии не пробежало и тени умиления или задора, она как юрист, ищущий подвох в документе, серьёзна и придирчива.

— Его Величество свойственно преувеличивать, — произнесла Маргарет, чтобы как-то заполнить образовавшуюся паузу. — И он очень любит литературность.

— Тут ниже четыре строчки какого-то стиха. И приглашение. — Амелия подняла взгляд на Моргану, дожидаясь разрешения.

— Да, я тоже заметила. — Моргана вернулась на своё место, потянувшись к фруктам. — Читай.

Но она не успела даже разобрать первой строчки, как дверь в комнату внезапно открылась. Маргарет и Алиса первые подскочили на ноги, заметив короля. Не столько из уважения, сколько от испуга. Он не постучал, видимо, желая произвести именно такое впечатление. Моргана и Амелия встали после, более спокойно, и только Гвен из всех присутствующих вспомнила, что надо бы поклониться. Утер отступил чуть в сторону от двери и попросил всех выйти. Всех, кроме Маргарет. На мгновение девушки замерли, словно не слышали приказа.

— Но это моя комната, — заметила Моргана, явно не слишком одобряя затею.

— Не волнуйся, никто её не забирает. — Король чуть шире открыл дверь, и Маргарет увидела, что в коридоре пусто, ни слуг ни стражи. — Прогуляйтесь по саду, лето быстротечно.

Девушки переглянулись. Со стороны Утер выглядел, как человек, сгоняющий голубей, чтобы они не мешали засеивать поле. Всё в том же молчании, Моргана первая направилась к двери, и только теперь, когда девушки начали выходить, Маргарет почувствовала как грядёт что-то нехорошее. Словно сейчас будет решаться её судьба и нужно не сплоховать. Последней выходила Алиса, предварительно посмотрев на подругу, словно желая удачи, и опустила голову. Она не хотела встречаться взглядом с королём, но Маргарет заметила, как Утер повернулся в сторону Алисы, когда она проходит мимо. Он, видимо, попытался заглянуть в её лицо, но платок и опущенная голова спрятали девушку от его глаз, оставив разве что губки и кончик носа. Алиса проскользнула в коридор довольно быстро и тут же наткнулась на Моргану. Воспитанница короля приставила к губам указательный палец и кивнула в сторону. Алиса последовала на указанное место и встала между Гвен и Амелией. Моргана протянула руку и одним пальцем уцепилась за кольцо, что служило ручкой. Дверь остановилась, оставляя маленькую незаметную щель.

В любой другой ситуации, она бы не стала подслушивать. Но сейчас она боялась, что Маргарет может угрожать опасность. Плюс, после слов Артура о должности, воспитанница короля думала, что возможно, Маргарет начнёт уговаривать Утера. А это стоит услышать. Амелия отвернулась к одному из окон, демонстрируя, что это неподобающее для леди действие, вовсе ей неинтересно. А Алиса начала нервно крутить край своего рукава пальцами. В коридоре и комнате воцарилась тишина. Слышно, как Утер прошелся по комнате, обходя импровизированный стол на полу, словно они были не в замке, а на пикнике в саду. Маргарет повернулась в его сторону, спокойно кивнула и была готова слушать.

— Обычно, я не ограничиваю своих гостей в свободе действий, — начал король, рассматривая разложенные на полу покрывала и подушки. — Но всё же, мне интересно знать, почему вас не было на обеде вчера.

— Леди Алиса, вероятно, вам уже сказала, Ваше Величество. — Маргарет решила не рисковать.

— Не думайте, что я ставлю под сомнения слова леди Алисы, ей я верю. — Он чуть понизил тон голоса, делая вид, что ведёт светскую беседу. — Мой слуга Яков сказал, что вы получили письмо. И после ушли из замка, тайно, следующим днём.

— Простите Ваше Величество, я не знаю, где Яков услышал эти странные новости. — Она немного улыбнулась, приподняла брови, кажется, действительно была удивлена. — Леди Моргана как раз говорила нам, что замок полнится разными слухами, которым не стоит верить.

Король забавно усмехнулся, точно так же как Артур, и тут Маргарет поняла, откуда у принца эта ухмылка. Она у них семейная, просто Утер пользуется ею намного реже. И слава Богу!

— По словам Якова, он доставил письмо сам. — Утер смотрел в глаза Маргарет, но она казалась совершенно спокойной и не отворачивалась, не начинала часто моргать, как при волнении. — У меня нет причин не верить преданному слуге.

— Вероятно, у вас есть причины не верить мне, — вдруг произнесла Маргарет, что прозвучало бы чистейшей дерзостью, скажи она это чуть грубее.

Утер приподнял брови. Алиса, стоящая за дверью переглянулась с Морганой, понимая, что она так же насторожена, как и сама девушка. Гвен прикусила верхнюю губу, чуть хмурясь. Маргарет не сводила взгляда с короля, они стоят друг напротив друга, с прямыми спинами, уверенно поднятыми головами.

— Ваше Величество, я никого здесь не знаю. Кто станет мне писать? — она даже засмеялась, сказав это. А потом подняла хорошо расправленное письмо Баярда, которое Амелия бросила на полу. — Вот, единственное послание, которое я получила здесь. И если Яков утверждает, что я получала что-то ещё, пусть придёт и найдёт это послание в нашей с леди Алисой комнате.

Король выдохнул и, отвернувшись, медленно отошел к окну. Он окинул взглядом крыши замка, вид на сад, который так любит Моргана, и напомнил Маргарет Петра Первого, с тех парадных портретов. Только ниже… и седее. Она встряхнула головой, чтобы отогнать это нелепое сравнение. А потом услышала, как король очень тихо произнёс:

— Если что-то и получали, вы это сожгли. — Он вдруг обернулся, улыбаясь ей так мягко, что Маргарет на секунду испугалась. — Леди Маргарет, будем считать, что мальчишка ошибся. Бывает разное! Сколько писем он разнесёт за день по замку, мог перепутать. Вы не расстроены?

— Что вы, Ваше Величество. — Она ответила ему такой же улыбкой, живой и радостной. — В одном вы правы, я покидала замок днём. Чтобы купить мёд для мастера Джеффри, библиотекаря. — Она виновато пожала плечами. — Мне нужно было извиниться за проявленную грубость. Доступ в библиотеку мне необходим.

Предчувствуя вопрос о деньгах, Маргарет откинула назад свисающие края белого платка, чтобы шею стало виднее. Утер заметил там отсутствие серебряной цепочки и одобрительно покачал головой. Время от времени он забывает, что у девушек нет при себе никаких средств, хоть замок и обеспечивает их необходимым. Теперь он чувствовал себя сбитым с толку. Нужно возвращаться к основной теме разговора. Алиса и Гвен одновременно выдохнули, услышав, что всё разрешилось. Они не видели улыбки короля, не видели его глаз, и только Моргана продолжила слушать.

— Давайте забудем о том, что мы обсуждали. — Утер шагнул на встречу собеседнице. — Как раз у меня есть прекрасная новость для вас.

Он вдруг взял её за руку и усадил на один из пустующих стульев. Пока король искал стул для себя и подбирал слова, Маргарет подметила, что научилась ждать подвоха и при этом не пребывать в постоянном ужасе. Она могла бы насторожиться, вздрогнуть от выкрика или громкого звука, но само присутствие короля не вгоняло её в волнение, как, например, Алису.

— Вряд ли вы знаете, кто это, но сегодня мне сообщили, что Грегори, лорд Ашдаун, заплатил пошлину в порту лорда Канана. — Король сел прямо напротив, дабы видеть её лицо целиком. — Чтобы вы лучше понимали, в чём заключается важность этого события, я отдал лорду Грегори приказ, отправиться по вашим следам. Он возьмёт с собой картографов, переплывёт Английский пролив и дальше, как вы говорили, дойдёт до Цинтры.

Маргарет не смогла сдержать своего искреннего восхищения. У неё глаза заблестели от мысли, насколько Грегори всё продумал. То есть, он, отбывая в родную провинцию, послал человека в порт, чтобы оплатить пошлину? То есть для него действительно подготовят корабль? Невероятно, насколько целеустремлённый человек. Король принял восторг Маргарет за радость от упоминания дома. На самом деле он рассчитывал поймать её на какой-то другой эмоции, ждал, что она испугается, но, видимо, только порадовал. Королю вдруг стало интересно, как порадовалась бы Алиса, и он пожалел, что не сообщил новость при ней.

— Боже Правый, Ваше Величество. — Маргарет даже наклонилась к нему ещё ближе. — Это и правда хорошая новость. Я не знаю, что вам даст это путешествие, но если лорд Грегори привезёт хорошие вести… — Она замолчала на несколько мгновений. — Хоть для нас это ничего и не изменит.

— Почему же? Если с вашей страной всё хорошо, если война не сровняла её с землёй целиком, вы сможете вернуться. Может быть, за время вашего путешествия, селения уже вернулись к жизни.

— Но я не хочу возвращаться, Ваше Величество. То, что я оставила в Цинтре, погребено вместе с павшими солдатами. — Улыбка пропала, Маргарет стала серьёзнее. — Мы похоронили всё, что было, я и леди Алиса. Но если вы позволите, я не стану говорить об этом без её присутствия.

Моргана решила, что король провёл достаточно времени в компании Маргарет, и придумала, как ненавязчиво нарушить идиллию. Она жестом подозвала Алису, взяла под руку. Наклонившись к её уху, Моргана шепнула:

— Смейтесь. И громче.

В следующую секунду воспитанница короля сама рассмеялась, достаточно, чтобы Амелия вздрогнула от неожиданности. Не стучась, Моргана толкнула дверь и вместе с Алисой шагнула в комнату. Алиса так и не засмеялась, растерянно глядя на короля круглыми глазами, а Моргана, замолчав, изобразила удивление. Даже с ноткой вины.

— Простите, в саду ветрено, мы вернулись за шалью. — Она сделала маленькую паузу. — Мне казалось тут уже никого не будет. Ничего, мы сейчас же уйдём.

— Не нужно. — Утер покачал головой, он уже услышал всё, что хотел, и поверил в то, во что хотел.

Маргарет встала одновременно с королём, следя за каждым его действием, всё ещё ожидая подвоха. А когда он покинул комнату, она проводила его простым смиренным поклоном. Алиса тоже опустила голову, но в этот раз Утер не одарил её взглядом. Он уверенно прошел мимо, что, разумеется, всех радует. Стоило королю уйти, как в комнату вбежали и Амелия с Гвен. Зная большую часть разговора, все тут же окружили Маргарет, осыпая её вопросами и удивлёнными вздохами. Рассказывать им больше, чем они слышали, Маргарет не собиралась. Даже заверение Гвен о том, что болтать тут некому, не подействовало. Она только посмотрела на Алису, представив, как они обсудят это у себя в покоях на исключительно русском языке.

Думая о словах Маргарет, король прошел дальше по коридору, в сторону лестницы и спустился на этаж ниже. Там его уже ждал Артур, который и подговорил отца пойти и рассказать Маргарет о Грегори. Он был уверен, что Маргарет не сможет ответить на вопросы про письмо или прогулку. Разумеется, она придумала бы что-то бездоказательное. Принц вообще чувствовал себя так, словно вот-вот раскроет великий заговор. Слава Богу, что Мерлин, в отличие от Гвен, не пересказывал хозяину всего, о чём болтают слуги. В основном, потому что никогда не слушал выступлений Якова и почти не имел друзей среди прочих слуг. Ещё только услышав шаги, Артур нетерпеливо пошел отцу навстречу, и они встретились на середине лестницы. Утер взглянул на сына и прошел мимо, развернувшись, Артур направился следом.

— Что она сказала?

— Ничего, что вызвало бы подозрения. — Ответ прозвучал достаточно лаконично.

— Разумеется, — Артур развёл руками, — они хорошо подготовились.

— Артур, ты должен кое-что понять. — Утер остановился и обернувшись, снова посмотрел на сына из-под седых бровей. — Никогда, ни в какой момент времени, я не хочу слышать о твоих подозрениях. Пока они не имеют никаких доказательств, до возвращения лорда Грегори больше никогда.

***

Слова Морганы и Утера дали понять, что положение подруг куда сложнее и опаснее, чем они думали. Маргарет вернулась с небес на землю, она думала, что их ложь обеспечила им безопасность хоть на каком-то уровне. Что король и принц поверили в их невинные образы жертв войны, сразу после отъезда Баярда и парочки разговоров. Какая наивность! В комнату они возвращались с чётким понимаем необходимости усилить бдительность и осторожность.

— Сутки почти прошли, — закрывая за ними дверь, сказала Алиса. — Мы так и не поговорили.

— Поговорили о чём?

Разговоры им вести можно, носителей русского языка в замке пока не наблюдалось. Маргарет остановилась на скрипнувшей дощечке и начала осторожно покачиваться на ней, пытаясь определить, насколько сильно та отстала от пола. Ей нужен был тайник. Им нужен был тайник! Может даже несколько. Нужно было попрятать остатки роскоши из двадцать первого века и рукописи Грегори. Если с обыском придёт король, он не будет действовать так лояльно, как принц. Нет, скрипнувшая дощечка выдаст их сразу, нужно что-то другое. Маргарет попыталась сунуть руку в каминную трубу, надеясь найти там нишу или что-то вроде того. Но потом тоже передумала, жар огня всё уничтожит, даже если сам огонь не дотянется.

— О лорде Грегори и обеде с королём. — Алиса села на кровать, наблюдая за тем, как Маргарет ходит по комнате, что-то высматривая. — Ты не заметила, как Моргана говорит про обед? Она назвала его семейным. Я подумала, это успех.

— Кто-то распускает слухи, нас подозревают в неизвестно каких грехах, там снова начали сколачивать виселицу, а тебя интересует лорд Грегори?

— Нет, не он. В смысле снова сколачивают виселицу? — Алиса выглянула в окно, двор уже освободили от телег, и на площадь стаскивали брёвна с досками.

— Он предложил мне сделку, и я согласилась, — сказала Маргарет, с прищуром оглядывая комнату. — Он будет лгать королю, чтобы спасти свою шею от топора и наши прицепом.

— Топора? — вскрикнула Алиса с неким возмущением. — То есть ты заключила сделку и ничего мне не сказала? Я надеюсь, что у нас не прибавится от него проблем!

— От слуг и сплетников проблем куда больше. Нам нужен тайник который не найдут при обыске. Поможешь?

Их простая пустая комната, такая маленькая и пыльная совсем не оставляла шанса сохранить анонимность. Да что здесь можно обыскивать? Вместе девушки постарались проверить всё, каждый угол, каждый камушек в стене. Боже, у них нет даже мебели. Алиса обернулась, зацепившись рукой за выцветшую занавеску такого же старого и скрипящего балдахина. Она отбросила её в сторону и заглянула под кровать. Клубы пыли послужили бы хорошей маскировкой, но недостаточно подходящей, учитывая, какой объём вещей нужно прятать.

— Какая роскошь, если подумать, — фыркнула Маргарет, она начинала злиться на «средневековый фен-шуй», не дающий людям нормально меблировать комнаты. Да, она знала, что в замке у всех так. Ну, почти так. У остальных есть ещё столы, стулья, лавки… Кто бы мог подумать, что она будет скучать по стульям! Своим личным.

— Где? — вылезая из-под кровати, спросила Алиса. Она отряхивала волосы от пыли.

— Вот это нечто, — Маргарет махнула рукой на балдахин. — Он, конечно, своё уже отработал и ремонтировать его никто не будет, но… Эх. Такие штуки здесь не у всех кроватей.

— Ммм… штуки. — Алиса подняла голову и уставилась на самый верх, разглядывая, как крепятся занавески. — Звучит так исторично. А там стража догадалась бы искать? — Девушка вытянула руку вверх и указала пальцем в крышку балдахина.

Приняв, что небольшое расстояние между потолком и крышкой балдахина — единственное укромное место, они принялись заматывать бумагу во все имеющиеся тряпки. Больше всего пострадала одежда Маргарет, если платье Алисы ещё могло быть полезным, то блузка с декольте, синтетический шарф и джинсы… вряд ли. Блузу и шарф пришлось порвать на полотна и завернуть в них все имеющиеся мелочи и бумаги. В отдельный узел были упакованы рукописи лорда Грегори, их Маргарет планировала оставить ближе к краю.

— Сначала мы просто говорили. — Алиса встала ногами на край кровати и уцепившись руками за балдахин, заглянула в щель. Там было много песка, пыли и пахло деревом. Про чёрного паука с небольшой паутинкой она решила не говорить, чтобы не пугать подругу. — Значит так… давай узлы по одному. — Она протянула руку. — А потом король сказал, что мне можно готовить на кухне. Я туда даже ходила! Только не спрашивай, что я готовила, это сюрприз.

— А сумка туда влезет? — Маргарет показала Алисе свою маленькую сумочку. Заметив, что подруга кивнула, она поспешно вытащила оттуда телефон и только потом отдала её Алисе. — Интересно, батарейка ещё не села?

— Ой… А я свой даже не проверяла. Надо будет сфотографировать кухню. Так во-о-от. — Алиса затолкнула сумку подальше и зажмурилась, от вылетевшего на неё потока пыли. — Потом принцу не понравилось, что Утер со мной разговаривает. Ты знаешь, кажется, я ему правда нравлюсь… Утеру, в смысле.

— Да, нравишься. — Маргарет вынула ремень из джинс и сложила их плотнее. Вот они бы точно туда не поместились. Она посмотрела наверх, потом на оставшиеся свёртки и бросила одежду на пол. — Главное будь осторожнее.

— Осторожнее, пф! — Алиса фыркнула. — Принц — верный страж отцовского целомудрия! Он даже предложил позвать тебя.

Странность состояла в том, что ни Маргарет, ни Алиса не рассматривали прежде увлечённость Утера как что-то действительно серьёзное. И сейчас, когда Маргарет смотрела, как Алиса запихивает рукописи Грегори в их новый тайник, а холодный экран телефона греется от её руки, она вдруг задумалась снова. Весёлая Алиса, говорящая о кухне, о короле, о том, как красиво ложился свет на его седые волосы, о их перепалках с Артуром… она напомнила ей всех тех девушек, что в конце истории всё же поддавались соблазну. История знает таких очень много. Елизавета Йоркская, Джейн Сеймур и это только первые, кто приходит на ум в контексте Англии. Что если королю станет мало кухни и переглядок? Что если они задержатся тут до зимы? До весны? До следующего лета? Маргарет почувствовала, как пробежал холод по её рукам, взгляд застыл. Что если Утер захочет сделать Алису своей официальной любовницей и дать место при дворе? Что если он захочет… сделать её королевой.

— Всё! — Алиса спрыгнула на пол и начала отряхивать руки и волосы. На самом деле ей захотелось умыться.

Глядя на пушистые волосы подруги, она почувствовала некий укол в груди. Она сама толкнула её в эти отношения, подумав, что это будет им выгодно, но что если нет? Кольца может тут не быть… Это может быть другой Мерлин (если такое возможно) и что если Утер договорился с Баярдом. Два короля, что только что стали друзьями, обзаведутся любовницами-подругами. Звучит как полнейший бред, если подумать, но и пугает. Это не может быть правдой.

— Прости, я забыла, мне нужно спуститься в библиотеку.

— Снова? — Алиса возмущённо расставила руки. — Мы не договорили!

— Обещаю, мы поговорим чуть-чуть позже. — Опустив взгляд на джинсы в руках, она поняла, что это последняя вещь, которую не закинули на балдахин и если честно, они просто мешались. — Можешь, пожалуйста, поджечь камин? — Маргарет бросила их на кучу золы и прикрыла сверху брёвнами. — Мне это больше не нужно. Я вернусь очень скоро.

— Ты всегда уходишь, — почти на выдохе проговорила Алиса. — Ладно. Я его разожгу.

Маргарет улыбнулась подруге и вышла в коридор. Она сунула телефон за широкий пояс сделанный из шарфа Морганы и спустилась вниз. На самом деле, она шла далеко не в библиотеку, ей нужен был человек, знающий короля и способный повлиять на его мнение. Способный перевербовать его взгляды, изменить ход его мысли. Ей нужен тот, чьё мнение имеет вес. Вот Гаюс удивится, когда услышит, с каким вопросом к нему пожалует гостья.

Заперев за подругой дверь, Алиса достала свой альбом. Нужно будет приловчиться прятать и доставать вещи с такой высоты. Перевернув страницу с записями, девушка взяла карандаш. Может ей стоит начать вести дневник, чтобы выливать туда эмоции и ничего не забывать? Лучше всего сделать несколько пометок себе на будущее. Например, зарисовать план замка и пометить комнаты, где она уже побывала. Чтобы не держать это всё в голове, а чётко разложить на бумаге. Заодно составит список необходимых вещей. И начнёт она, пожалуй, с лягушек.

***

Запах пыли окружал тут каждую полку и каждого человека, немного спёртый воздух сухих подвальных помещений и звон цепей, которыми книги прикованы к столам. Такой стала жизнь леди Маргарет на ближайшие несколько дней, которые медленно сложились в неделю и прихватили начало второй. Было странно приходить в библиотеку, где нельзя просто так взять книги с полки и, устроившись в кресле, читать. Маргарет с ностальгией вспоминала настольные лампы, стоило облакам скрыть солнце, и мысленно выла навзрыд из-за отсутствия интернета. Любое непонятное слово, предложение, абзац приходилось переписывать на отдельную бумажку, выпавший откуда-то лист с чужими заметками или на чём получится, и идти к Джеффри или к Эгрейну, чтобы они пояснили и перевели. Это очень сильно осложняло и задерживало процесс обучения. Радовало, что большинство документов настоящего времени, например долговые расписки (существование которых сильно удивило Маргарет), налоговые акты, описание судебных процессов и заметки придворных о тех или иных событиях, были всё же на приемлемо-понятном английском. Карты, описание местной флоры и фауны, перебивались различными диалектами, например уэльским, саксонским и прочими, которые Джеффри любезно расшифровывал по просьбе Маргарет. Ему было достаточно взглянуть на листок и, посмотрев на девушку поверх очков, ответить: «Это дуб, леди». А Маргарет было достаточно приносить ему сладости с кухни, за которые её больше не били по рукам, а если их готовила Алиса, то выдавали двойными порциями. Однажды за кружкой сладкого сидра Маргарет поинтересовалась у библиотекаря, не может ли он пересказать ей события доутеровских эпох. Чтобы она имела большее представление о стране, в которой теперь живёт. Джеффри покосился на небольшой сундучок у ножек стола и вздохнул, без особого сожаления:

— Спросите у Эгрейна, леди. Он рассказывает лучше меня.

— Просто все книги и свитки с летописями, даже те, — она указала на стол к котором цепью был примотан фолиант, весом, наверное, в несколько килограмм, — на латыни. Я не понимаю латинского языка и не могу просить вас или Эгрейна переводить для меня такой объём текста. Меня бы устроил краткий рассказ.

Джеффри выслушал жалобу Маргарет с вниманием настоящего чуткого дедушки и покачал головой.

— Возможно, когда-нибудь потом я научу вас латинскому.

И если дни Маргарет ничем друг от друга не отличались и проходили либо в библиотеке, либо в комнате Морганы за вышивкой и разговорами, либо в кратких забегах в кабинет Эгрейна (а ещё их учили верховой езде по распоряжению принца), то ночи окутывались особым шармом таинственности. Несмотря на то, что за день разум Маргарет усваивал огромное количество информации и к вечеру голова болела, она всё же зажигала свечи, садилась у камина и погружалась в чтение рукописей, что оставил ей Грегори. Гаюс любезно выдал ей настойку, которая помогала заглушать боль, предупредив, что разводить в стакане можно не больше одной-двух капель и принимать не чаще, чем раз в день.

Поначалу ей казалось, что она читает древние религиозные тексты, слог, ритм, пунктуация… ко всему этому надо было привыкнуть. И воспринимать такой текст, ещё и при свете огня, оказалось достаточно сложно. Порой приходилось перечитывать предложения и отрывки по нескольку раз, чтобы понять смысл. Так, пробираясь сквозь тернии торопливого почерка, Маргарет приноровилась и умудрилась многое узнать о самом лорде Грегори. На то, что он язычник, вдруг указали строчки, где упоминалось, как он якобы в море, утопил какой-то бронзовый котёл в качестве подношения богам, просил их милости вместе с экипажемМиф о котле «кельтских водоёмов». Многочисленные котлы были найдены в Ирландии, Шотландии и Уэльсе. Их погружали в озеро или даже в болото, видимо, считая, что между котлами и водой есть связь. Грегори на удивление много знал о местном мореходстве, если можно было так сказать. Он в деталях описывал корабли, вёл расчёты и чуть ли не ежедневную летопись происходящего. Описывал ориентиры, которые помогали команде, земли, мимо которых они якобы прошли и в одну из ночей, дочитав до места прибытия, Маргарет ощутила как мурашки пробежали по её спине и шее. Грегори выбрал в качестве конечной точки место, почти идеально совпадающее с тем, куда она сама указала на карте. Ещё до их встречи Грегори точно знал, что Маргарет и Алиса солгали королю и даже предположил, куда она может его направить. Он описывал это всё, понимая, что Маргарет согласится на авантюру, у неё, по факту, не было выбора.

— Алиса. — Обнаружив это пугающие и достаточно впечатляющее обстоятельство, Маргарет поторопилась поделиться этим с подругой. — Посмотри. Лорд Грегори всё знал. Он, как Дон Корлеоне, сделал предложение, от которого я не смогла отказаться.

— Если он Дон Корлеоне, то я Елизавета Первая. — Хмыкнула Алиса, а потом, всё же обратив более пристальное внимание, добавила: — Только не говори, что тебе и это нравится.

— Смотря с какой стороны, — Маргарет задумалась. — Мы окружены, это плохо.

Странно, но после того завтрака в компании Морганы, их отношения достаточно изменились. Девушки уже не проводили так много времени друг с другом, а виделись только вечером в комнате, где охотно делились информацией и успехами. Алиса, чьи волосы пропахли выпечкой, а руки время от времени пачкались углём, стала куда больше времени проводить с Морганой, она исследовала с Мерлином кладовки, чуланы и погреба под различными предлогами, в поисках спрятанного кольца. Вечерами Алиса занималась кухней и просвещением местных кухарок. Отсутствие белого сахара и кипячёного молока ставило её в ступор. Так что первым делом она научила местных кипятить молоко и класть в кувшины с сырым лягушек. Как делала бабушка в деревне. Некоторые смотрели на неё как не ведьму, но перечить боялись, приказ короля. Да и когда молоко и правда стало медленнее скисать, им даже понравилось. Чуть позже она попыталась сделать пиццу с мясом и местной зеленью, хотя получился скорее пирог на пышном тесте. Что, в принципе, Алису вполне устроило.

А ещё больше времени она проводила с королём, рисуя наброски к его портрету на желтоватых листках местной грубой бумаги, на которую так хорошо ложился уголь и простой карандаш. Она боялась показывать Утеру краски, отчасти постоянно ожидая от него подвоха, но при этом точно отдавая себе отчёт, что рано или поздно, придётся работать цветом. А пока что Алиса рисовала короля, делая быстрые наброски и выбирая наиболее удачные ракурсы. И Утер даже гордился тем, что Алиса приставлена к делу, которое требует её постоянного ненавязчивого присутствия рядом. Рисовала она молча, разве что пересаживаясь с места на место, меняя точку зрения, пока король вёл дела. Утер подписывал документы, принесенные Эгрейном, Алиса рисовала. К нему приходил казначей, а она рисовала. Слуги приносили послания, передавали просьбы от хозяев, к нему приходили и начальник стражи, и библиотекарь Джеффри. И даже Гаюс несколько раз со списком того, что было бы необходимо приобрести. Алиса ходила туда-сюда, простым грифелем набрасывая портреты. Пока Яков смиренно передвигал за ней табурет с материалами.

Однажды, когда толпа людей поубавилась и дела временно закончились, король изъявил желание увидеть результат её трудов. Любопытство ест и королевские умы, особенно в таких непривычных аспектах. Алисе было лень вырисовывать все тонкости, мимические морщины и мелкие порезы. Она оставила только большой шрам, который, разумеется, выглядел куда эстетичнее на бумаге. Так что она скинула Утеру лет пять-десять. Король смотрел на графитные штрихи, думая, так ли он выглядит? Всё ещё выглядит. Обычно в зеркалах он видит немного другое. Хоть и не заглядывает в них каждое утро.

— Я могу в красках, — прорекламировала свои умения Алиса. — Большой, над камином повесить, как вы говорили. Хотите, с Артуром. — Она надеялась, что ей заплатят за семейный портрет. При всём уважении, было бы обидно работать за бесплатно. Где-то в ней крепко засел тот самый курортный художник: «Шарж за двести, портрет за пятьсот. Налетай, завтра подорожает!»

— Да-да, разумеется. — Утер ткнул пальцем в рисунки, стараясь не смазать линии. — Только не льстите мне, леди Алиса.

— Что вы, художники никогда не приукрашивают реальность. — Она немного опустила голову, глядя на короля, как смущённый ребёнок. — Так вы выглядите в моих глазах.

Король сжимает губы, сдерживая желание засмеяться. Всё, что говорит эта девушка, слаще мёда. Он проникся каким-то непонятным восторгом, и ведомый им, коснулся Алисиного белого платка. Она в нём похожа на совершенно бесхитростное существо с детским разумом, но если снять эту тонкую ткань, она вмиг превратится в звенящий праздник и глаза заблестят вовсе по-другому. В них появится чертинка, меняющая живые черты её лица и придавая ей вид куда более взрослой, но такой же непринуждённой и резвой особы. И он любил подобное перевоплощение Алисы и именного его ждал.

— Как прекрасно, когда вы смотрите на меня, — произносит король, достаточно мягким тоном. — Ваш взгляд всегда такой неспокойный. Всё время что-то ищет. Сделайте меня самым счастливым человеком, леди Алиса, смотрите на меня почаще.

Пока Алиса хлопала длинными ресницами, король медленно снял с пальца перстень. У него появилась навязчивая мысль положить его Алисе на голову как крошечную корону. С чего бы это? Алиса заразила его непосредственностью? Но вместо этого он надел перстень на большой палец её левой руки. Алиса опустила взгляд, немного хмурясь. Слишком большой, камушек не блестит. Но прикольно, надо показать Рите. И это не заставило себя ждать. В последний вечер июня по местному календарю, Алиса вбежала в комнату, на ходу протягивая руку с перстнем.

— Смотри!

— О, Боже Правый, — поднявшись на ноги, Маргарет схватила Алису за руку, чтобы лучше рассмотреть перстень. — Откуда такое чудо?

— Подарок короля, — гордо проговорила Алиса, а потом медленно осела. — А, ой…

Маргарет поджала губы и покачала головой, глядя на перстень. Отпустив руку Алисы, она чуть задумчиво произнесла:

— Никакая копейка лишней не будет. Если что, продадим или обменяем.

— Не продадим, — ответила Алиса. — Просто, это была такая ситуация! Я не знаю как могла бы отказаться. И он такой красивый.

— Природное обаяние короля не должно мешать нашим планам.

— Я про перстень, — язвительно уточнила Алиса.

— А, ну ладно. — Взмахнув подолом, Маргарет влезла обратно на подоконник, заваленный рукописями Грегори. Она не планировала слишком сильно укорять подругу за промах, надеясь разве что на её дальнейшее благоразумие. — Совсем поздно. Нужно найти слуг, пусть принесут ещё свечей.

— Природное обаяние лорда Грегори тоже не должно нам мешать, — плюхнувшись на кровать, сказала Алиса, играясь с подаренным перстнем. — Ты вызубрила эти почеркушки наизусть. Их становится только больше.

— Тут и мои записи, — копаясь в бумаге, ответила Маргарет. Осторожно она спрятала под листами мобильный. — Я конспектирую то, что читаю, на английском и на русском, в двух экземплярах. Когда я вернусь в Москву, всё произошедшее станет достоянием мировой истории. Тем более, чем больше я читаю, тем лучше узнаю автора. — Она взглянула на Алису, словно ожидая, что ей передастся заинтересованность. — Мне хочется знать о лорде Грегори как можно больше. Чем он занимается, в каких делах сведущ, а в каких профан, его привычки, хобби, если есть. Куда ходит, с кем дружит…

— С какими девушками делит постель, — усмехнулась Алиса, приподнимая бровь.

— Именно, молодец. Желательно с их именами и титулами. — Маргарет чуть наклонила голову и её взгляд стал угрожающе-язвительным. — Ничто не раскрывает человека так, как его творчество.

Алиса пожала плечами, её больше не хватало на юмор. Видимо, это была её последняя попытка игнорировать очевидную правду.

— Но что-то я не заметила, чтобы это приближало нас к двадцать первому веку. Послушай, ты сидишь за книгами и совсем забыла про кольцо. Я не могу всё делать одна. Задабривать короля, обшаривать подвалы, втираться в доверие к Мерлину и, прости господи… дракону.

— Я обеспечиваю нам мирное существование внутри законодательного устройства королевства. — Маргарет задула свечу, что уже растеклась по подоконнику, и взглянула в сторону Алисы. В темной комнате, в свете разве что камина, её лица почти не было видно. — Кольцо мы можем не найти ещё ближайший месяц, два или больше, а жить как-то придётся. Утер не станет слишком долго растрачивать на нас ресурсы замка. — Она погрустнела, думая, что в полумраке этого не будет заметно. — Возможно, скоро из леди Алисы и леди Маргарет мы превратимся в старшую кухарку Алису и… прачку Мэг. Не хочу быть прачкой.

— А кухаркой я уже стала!

— Свечи просто необходимы, видимо, придётся идти самой. — Маргарет встала на ноги, сгребла некоторые листы в охапку и направилась к двери. — Спокойно ночи, Алиса.

Откинувшись на подушку, Алиса продолжила крутить пальцем перстень, потирая камень подушечками пальцев. Простое на вид украшение казалось теперь очень интересным. Она надела его на мизинец и попыталась покрутить как обруч. Камушек перевесил, и перстень метнулся в сторону так быстро, что Алиса даже не успела понять в какую. Спрыгнув с кровати, она первым же делом заглянула под неё. Но вместо королевского подарка она нашла розовую бусину от своего браслета. Подобрав её, она заметила, что перстень лежит чуть поодаль, у ножки кровати в небольшом клубке пыли. Отряхнув его, Алиса сунула руку под свою подушку. Это место стало локальным тайником для всего неопасного. Временно оставив там перстень, она рассмотрела тонкую верёвочку, когда-то стянутую с кухни. Примерила к отверстию бусины. Видимо сегодня ночью она будет развлекаться именно так. Собирать бусы на грубую верёвку при свете камина.

Оставшись одна в коридоре, Маргарет остановилась. Это место становится уже традиционным для раздумий. Достаточно далеко от комнаты, достаточно далеко от слуг и видно лестницу. Несколько раз оглянувшись, она вытащила из листов бумаги телефон и покрутила его в руках. Проводя дни в бурлящей жизни замка, вечерами Маргарет погружалась в тоску, от которой спасали только рукописи. И вместе с покоем от лекарств, Маргарет тратила проценты заряда батареи телефона. Её палец привычно потянулся к галерее, но приложение перекрыла табличка «телефон отключится через 30 секунд». Маргарет сначала замерла, потом закрыла все приложения и стала ждать. По экрану пробежала сверкающая эмблема фирмы, и он погас. Лицо Маргарет, до пугающего спокойное, отражалось в чёрном экране, а потом она отвернулась и позволила себе заплакать. Единственный мостик, державший «на связи» с её временем, только что рухнул. В последний вечер июня по местному календарю она осталась в прошлом.

***

Лорду Грегори совершенно не нравилось то, что он видел перед собой, а именно всего лишь пару десятков молодых парней, которых сумел собрать Квинт, пока лорда не было в городе. Ему не нравилось, как они двигались, как отражали атаку, как замахивались и как наносили удар. Даже несмотря на то, что это их первая тренировка под открытым небом и с настоящим оружием. Грегори не нравилось всё, что они делали, его не устраивал их слишком молодой возраст, неуверенность и полное отсутствие боевого духа, по крайней мере, во внешнем проявлении. Скрестив руки на груди, лорд просто наблюдал, хмурясь и думая, что будь он дома, смог за эту неделю сделать из новобранцев хоть немного приемлемых бойцов. И хоть всё это было лишь для того, чтобы потешить собственное эго, он не мог противиться этим мыслям. Грегори уже устал объяснять, останавливать, говорить, что надо стараться, нужно действительно хоть немножечко ненавидеть человека перед собой. Следить за его движениями, за его ногами, за тем, как он замахивается, за тем, как наносят удар. Что это надо уметь анализировать, всё это должно приводить к идеальному бою, к тому виду, который можно сравнить с танцем.

Он помнил свои войска, они были лучшими. Они были… и это ужаснее всего, потому что остатки армии не способны даже толком преподать ту науку, которую постигли сами, и будучи вояками, которые уже прошли через десятки битв, они устали. Их глаза не горели, им не хотелось учить этому новобранцев, им не хотелось чтобы эти молодые парни, вряд ли уж тут найдутся кто старше пятнадцати, попадали в передряги, в которые попали они. Видели те же ужасы. Но лорду нужна его армия, его идеальная армия, способная сражаться и днём, и ночью, способная в любой момент выхватить меч, щит и кинуться на врага. Даже если за секунду до этого они видели седьмой сон на киселе. Даже если за секунду до этого они миловались с девушкой в каком-нибудь сарае или даже если парили в облаках пьяного бреда.

— Ваша Милость, — Квинт решил, что стоит попытаться вмешаться. Всё же он начальник стражи, возглавляет армию. И ему позже командовать этими новобранцами. — Со всем уважением, вы поставили им непосильную задачу. Прошла неделя, их ещё не успели обучить.

— Я вижу, Квинт. — Звучало не как согласие, а как упрёк. — Раньше ты справлялся с ними лучше.

Квинт сделал вдох и перевёл взгляд на площадку. «Раньше справлялся лучше», — он свёл густые седые брови. Квинт знал эту площадку от и до. Она находилась в пределах замка, прямо под его окнами с западной стороны. Квинт прекрасно знал расстояния между каменными стенами и даже закрытыми глазами мог бы сказать, в скольких шагах от входа находится песчаная зона, чуть левее от неё земляная, вправо от песка деревянная постройка, больше напоминающая сарай, где запирали всё тренировочное оружие. А также мётлы для уборки крови с песка. Там же хранилось защитное обмундирование, не используемое в реальных боях. Как правило, для тренировок брали что-то побитое или не совсем качественное. На первых порах выдавать хулиганистым мальчишкам идеальный боевой меч никто бы не стал. И всю систему тренировок Квинт разрабатывал сам для нескольких предыдущих поколений. И оборудовал это место тоже сам. А вдруг теперь спустя несколько лет Грегори в нём засомневался. Кольнуло непривычной обидой.

— Я выполнял указания, изложенные Вашей Милостью в письме, — ответил начальник стражи. Ему хотелось бы добавить: «Пока вас по кабакам носило», — но привычно промолчал. Квинт никогда не обсуждал приказы лорда, даже если сомневался в их разумности. — Может стоит дать парням отдохнуть?

— Знаешь, что происходило в Камелоте, Квинт? — Грегори вдруг взглянул на него, проигнорировав вопрос. — Ты знаешь, почему я свернул тогда с дороги?

Начальник стражи немного приосанился и покачал головой. Ему вдруг стало неловко, словно Грегори услышал его мысли и теперь собирался их опровергнуть.

— Потому что король вспомнил старые грехи моего отца и прибавил их к моему отказу. Потому что король хочет захвата несуществующих земель, — каждое слово Грегори произносил ровно, но в интонации улавливалось раздражение. — И мои земли, титул, жизнь, теперь зависят от женщины, которую было бы проще повесить. Я совершил ошибку, огромную ошибку и осознал это только сегодня утром. Они, — Грегори указал пальцем в новобранцев, — нужны мне!

Дорога от столицы до провинции дала Грегори возможность окончательно протрезветь и обдумать ситуацию с новых углов. Последствия болезни отступили, как и подавленная паника, разум просиял осознанием лёгкой нелогичности и начал есть своего хозяина укоряя за спешку. Если подумать, как он мог довериться почти неизвестной женщине? Как он мог оставить её рядом с королём! Что если Маргарет решит обменять свою жизнь на правду о Грегори? «Но она помогла мне», — успокаивал он сам себя и всё же злился. Она снилась ему в дороге, когда он останавливался ночью в лесу. Женщина в зелёном платье, убегающая в чащу, и его окровавленные руки, ломающие крепкие ветки зарослей. И по мнению лорда Грегори, эти сны не сулили ничего хорошего. А гордость ныла хлеще страха.

— От какой женщины, Милорд? — Квинт подумал, что если проблема в одной девчонки, избавиться от неё будет несложно. — Можно отправить пару парней. Они её найдут, если желаете.

Грегори хмыкнул, его взгляд зацепился за одного из пареньков, что только что безвольно привалился к стене. Меч почти выскользнул из его уставшей руки. Окинув взглядом площадку, лорд заметил воткнутый в землю меч. В его голове что-то щёлкнуло, раздражение и общая усталость неприятно зачесались, он шагнул вперёд, на ходу подхватывая оружие.

— А я не желаю, Квинт!

Парень раскрыл глаза, увидев приближающуюся фигуру лорда, и поднял меч для защиты. Он и не подумал, кто перед ним, испугавшись за свою жизнь и громкого голоса. Грегори замахнулся, мечи звонко лязгнули при столкновении. Оказавшись в невыгодном положении, парень отступил от стены, улучив секунду, и тут же подпрыгнул в воздух. Грегори попытался ударить его по ногам, но страх и желание жить сделали своё дело. Квинт видел азарт, которым засияли глаза лорда, видел напор, Грегори словно действительно оказался в пылу битвы. Замах, удар, ещё один. И ещё. Мальчишка успешно отбивался, отходя назад. Грегори нападал, продвигаясь вперед, не давая противнику вздохнуть. Квинт сжал рукоять своего меча. Как бы не пришлось спасать новобранца. Лишней крови ему вовсе не хотелось.

Отчаянно рыкнув, парень сделал выпад. Кончик меча скользнул в нескольких сантиметрах от руки лорда. Грегори отклонился, замахнулся. Меч парня вылетел из рук. Растерявшись, он тут же получил коленом в живот и, вскрикнув, рухнул на землю. Грегори выдохнул, показательно крутанув меч над головой, резко махнул вниз. Голова новобранца слетела бы как бутон цветка, но лезвие замерло в самый последний момент. Грегори остановился, глядя на перепуганного мальчишку, вдруг осознав, в какое загнал его положение. Обнимая руками живот, покрасневший, вспотевший и запыхавшийся парень, смотрел на лорда глазами полными растерянности и болезненных слёз. Проведя остриём по его подбородку, он воткнул меч обратно в землю и повернулся к остальным.

Усталость накатила, нужно было отдышаться, собрать мысли. Честно сказать, стало намного легче! Он окинул взглядом толпу других новобранцев, а потом повернулся к Квинту. В лице старого вояки сияло неодобрение или даже осуждение. Но он стоял, положа руки на пояс и ждал, не смея перечить. Хоть ему и очень хотелось схватить покровителя за шкирку и встряхнуть.

— Враг не будет смотреть, устали вы или нет, — наконец заговорил Грегори, наблюдая, как заблестели глаза новобранцев. — Не будет думать, обучены вы драться или нет. Не будет ждать рассвета, если захочет напасть ночью. — Выдержав паузу, он махнул рукой — Расходитесь.

Подозвав к себе Квинта, он обернулся и протянул руку пареньку. Тот, раскрыв рот, посмотрел на неё, видимо, ожидая подвоха, а потом всё же ухватился. Грегори помог ему подняться на ноги, обнял за плечи, от чего парень сжался ещё больше, теперь от чувства неловкости и опустил голову. Он чувствовал себя проигравшим, которого просто жалеют. И уже представлял, сколько насмешек посыплется на него от других солдат.

— Ты неплохо справился, — усмехнулся Грегори, когда они поднимались по лестнице в замок. — Ты осмелился даже открыто напасть.

— Безуспешно, Милорд, — буркнул тот.

— Разумеется! Тебя же никто не учил. Ты пробовал мерсийскую медовуху?

Парень непонимающе посмотрел на улыбающегося Грегори и отрицательно покачал головой.

— Тогда идём. А, Квинт. — Грегори обернулся. — Скажи, надо привести лекаря из города к завтрашним тренировкам. И пусть кто-нибудь напишет брату Туку. Он мне нужен. А ещё лучше пошли за ним кого-нибудь. Иначе он будет идти сюда месяц.

***

— Красавица. — Конюх погладил бурого цвета лошадь по гриве и чуть отступил в сторону. Утро нового дня окрасило гриву золотым оттенком. — Прошу, леди Маргарет.

— Спасибо. — Она взглянула на конюха, это был тот же человек в очках с трещинной на стекле — Напомните, как вас зовут? — Маргарет хотелось быть вежливой. А ещё хотелось знать откуда у него очки.

— Джон, леди.

Мужчина опустил голову, придерживая повод, пока Маргарет взбиралась на запряжённого зверя. Приложив руку к широкому поясу, она проверила, не выпал ли телефон. Почему она носила с собой устройство, Маргарет так не могла объяснить. Видимо, привычка. Большой риск, но расстаться с этой вещью окончательно ей что-то мешало. У Алисы в этот раз был другой конь, белый, правда не слишком ухоженный. Все кони, которых выдавали девушкам для обучения верховой езде были обделены заботой. По крайней мере, когда они видели коней лордов или короля, эти животные равнялись в их глазах с созданиями Рая. И всё же, каждое утро, вот уже как неделю (какая это по счёту неделя, Маргарет давно не считала и всё забывала спросить Алису, считает ли она), они спускались в конюшню в сопровождении леди Амелии. По приказу принца их учили верховой езде. На самом деле, Артур очень удивился, когда услышал, что навыки езды верхом у девушек, мягко говоря, поверхностные.

— Но вас должны были обучать. — Растеряно поморщился принц. — В детстве.

— Стоит ли говорить ему, что колесо уже изобрели? — чуть наклонившись к подруге, шепнула тогда Алиса.

Уроки Мэттью, конечно, оставили отпечаток, но самостоятельно выезжать за пределы замка… Эта мысль пугала. Маргарет собиралась после института получить права. Но тут не машина — зверь! Где педали? Где руль? Где ревущий мотор? Нужно было привыкать.

У Алисы выходило на удивление лучше, с животными она ладила на уровне какой-то интуиции. Потянув повод, она легонько улыбнулась конюху, тоже поблагодарив. Второго звали Джейк и он был куда смелее. Маргарет помнила, они сидели рядом со входом, когда арестовывали Эдда, и обсуждали какую-то «вспышку». Мужчина, что всё ещё держал её повод, Джон, начал что-то нашептывать лошади, успокаивая. Маргарет не могла смотреть на его очки без подозрений. А конюхи смотрели с подозрением на девушек. И может даже немного побаивались.

Алиса принялась с удовольствием рассматривать животное, поглаживая гриву. Их явно редко расчёсывали, грубые волосы успели нахвататься песка и местами начали формироваться колтуны. Не слишком этим довольная, осмелевшая Алиса выпрямилась и посмотрела на конюха.

— Может поедем в поле? — поинтересовалась она. Амелия стояла достаточно далеко, чтобы не вслушиваться в разговоры. — Ну… земля. Песок. Лошади будет удобнее.

— Простите, леди Алиса, приказ не выводить вас в город.

— Рита, ты слышала? — Алиса подняла взгляд на подругу, заговорив на русском с явными нотками возмущения.

— Слышала. — Маргарет обернулась, с чётким желанием успокоить её, но почувствовала, как лошадь под ней нетерпеливо затопталась на месте. Отвернувшись, она переключила всё своё внимание на животное.

— Не бойтесь, леди. — Джон торопливо пригладил отросшую бороду. — Эта лошадь спокойная.

Больше не желая испытывать терпение, Маргарет и Алиса заставили коней шагнуть вперёд. Сначала лошадь Маргарет двигалась чуть впереди, но потом Алиса догнала подругу, и они пошли рядом. Копыта постукивали по каменной кладки. Сейчас людей тут было немного. Все хотели посмотреть на королевских гостей, но не все решались. Так что их обдувал легкий ветерок, теплее, чем вчера, и доносились обрывки разговора их конюхов-наставников. Методичное покачивание при медленной ходьбе успокаивало, Маргарет крепко держала повод, не давая лошади остановиться у пробивающейся сквозь камни травинки, а Алиса, запрокинув голову, наслаждалась процессом. Сейчас она была без платка, ветер вытаскивал волосы из косы, и всем своим видом Алиса выражала удовольствие. Никто и ничто не угрожало ей здесь.

— Гляди, как смотрит. — Алиса улыбнулась, кивнув в сторону Амелии. — Хозяйка медной горы.

На лице Маргарет сверкнула ответная ухмылка. Приосанившись, Алиса изобразила такое же выражение лица, как у неё, и ускорилась. Проезжая мимо, она бросила в её сторону взгляд, полный самолюбования. Сейчас Алиса — принцесса на белом коне, а Амелия лишь её страж, шпион посланный королём. Эта мысль так потешило самолюбие девушки, что она даже сама себя испугалась. Маргарет не торопилась за ней, наблюдая, как подруга проехала мимо Амелии, она только улыбнулась. Её радовало, что Алиса перестала бояться каждой тени, и теперь может, если что, себя защитить. Главное, чтобы эта смелость не переросла в глупость. А может это глупость и есть, толь… «На каком языке она говорила?» — голос Джона донёсся до ушей Маргарет, и та прислушалась. Чуть потянув повод, она заставила лошадь идти медленнее.

— Не знаю, похоже на… — это был уже Джейк. Маргарет, не переставая слушать, посмотрела на Алису, уехала достаточно далеко чтобы ничего не слышать. — Польский? Русский?

Всё похолодело, пальцы дрогнули и ослабили хватку. Маргарет лишь немного приоткрыла рот, чувствуя, как мурашки побежали по спине, и в то же время, этот момент был особенный. Нет, она бы узнала русский акцент. Тут совсем другое. Выдавив из себя улыбку, Маргарет махнула рукой Алисе, и та, развернувшись, медленно поехала к ней.

— Может немецкий?

— Я учил немецкий перед поступлением в колледж, — парировал Джейк — Это не он.

«Русский», «колледж», очки, чтоб им провалиться, с трещиной! Маргарет показалось, что внутри неё что-то вскипело, она почувствовала дикую решительность и как только Алиса оказалась рядом, развернула свою лошадь. Она бросила взгляд на подругу, словно искала поддержки.

— Они говорят не как местные. — И спрыгнула с лошади. — Скажите мне, Джон, что это? — Она покрутила пальцем у глаз. — Всё смотрю и не могу понять.

— Это очки, леди. — Мужчина учтиво улыбнулся, теперь она видела в этой улыбке типичную маску консультанта магазина. Сколько им лет? Двадцать пять? Тридцать? Взрослые люди а разводят такой балаган.

— Ммм… очки. — Она растянула это слово, шагнула вперёд, оказавшись ближе и заговорила тише. — Без них сложно сдать вступительные экзамены в колледж, особенно когда нужен проходной балл по немецкому. — Теперь она перевела взгляд на Джейка.

Воцаряется тишина. «Заче-е-ем?» — взмахивая руками, вздохнула Алиса и отвернулась. Ну вот, всё. Теперь их повесят. Сожгут как ведьм. Прощай дракон! Прощай Гриша… Амелия нахмурилась, внимательно наблюдая за происходящим, но вмешиваться не торопилась. Конюхи помедлили, потом переглянулись и выпрямились. Учтивость почти сразу улетучилась. Было понятно, что Маргарет прекрасно понимает, что такое вступительные экзамены и зачем нужен проходной балл.

— Это была ваша вспышка фотоаппарата. — Джон поправил очки и сложил руки на груди.

Маргарет молча вытащила телефон и нажала на кнопку. Включиться он уже не включится, но на то чтобы по экрану скользнуло блестящее название фирмы, его ещё хватит. Их лица изменились, брови поползли вверх. Сначала мужчины смотрели на это, как на чудо. А потом Джон протянул к устройству руку и провёл по экрану.

— Это… Вы не из 1989-го.

— Нет, двухтысячные. — Маргарет улыбнулась, чувствуя, как странное тепло окутывает разум. Они встретили здесь других бедолаг! Собратьев по несчастью. Алиса посмотрела на конюхов и выдохнула. Но рано. Как бы она не была удивлена, то, что сделал Джейк, её шокировало ещё больше. Мужчина, что до этого молчавший, выступил чуть вперёд.

— Ведьма, — тихо, но уверенно произнёс он. — Ведьма с чёрным зеркалом.

«В семье благородных кровей»

— Эй, ты чего? — Джон схватил друга за руку, пытаясь удержать.

Но даже не успел договорить. Взгляд Алисы полный паники скользнул по заднему двору замка, поверх загонов с животными, дорожек, лавочек, пока не остановился на великолепной, как ей казалось, возможности. Она выхватила телефон из рук Маргарет и бросилась к колодцу. Маргарет шагнула за ней. Под ногами Алисы зашаркал потёртый камень. Заподозрив неладное, Амелия строго нахмурилась, собираясь принять участие в происходящем. Однако Маргарет, даже не взглянув в её сторону, резко выставила руку вперёд. Амелия узнала жест короля, остановилась. В душе полыхнуло пламя возмущения. Как она смеет? Кто она такая чтобы вести себя по-хозяйски? Тонкий экран треснул от удара о крепкую кладку колодца, а после, телефон с глухим звуком провалился в тёмную воду. Маргарет раскрыла рот и слабо ахнула. Ей показалось, что её лишили чего-то очень ценного. Алиса обернулась, щёки горели, дыхание сбилось. Но она нашла в себе силы выпрямиться и вернуться обратно.

— Он стоил как три моих стипендии! — Маргарет не удержалась.

— Зато больше никакого чёрного зеркала.

Джейк смотрел на Алису, как бык на красную тряпку, гнев горел в его глазах даже сквозь спутанную свисающую чёлку. Джон всё ещё держал друга за руку, боясь, что тот кинется на девушек с кулаками. Но он, на удивление, отступил назад, хоть и не свёл с девушек взгляда. Алиса напряжённо выпрямилась, придавая своему образу бесстрашие, а Маргарет, наконец, собралась с мыслями.

— Мы вам не угроза, — мягко произнесла она, даже с лёгкой ноткой мольбы в голосе. — Напротив, мы с вами в одном положении и можем друг другу помочь. Давайте где-то поговорим?

— Да, просто… — Джон выдохнул, он явно не знал что сказать. Ему хотелось расспросить Маргарет, ухватить за плечи и начать трясти, чтобы слова сами полились из неё. И в то же время он боялся к ним прикоснуться, боялся, что они растают как видение и окажется, что всё это ему послышалось. И только Джейк уверенно настаивал на своём. Молча. Маргарет заметила, как у него дрожали пальцы, не от гнева.

— Они нас выдадут, Джон. Неужели ты не понимаешь? — он тыкнул пальцем в Алису, как в бешеную собаку. — Она якшается с королём. Нас казнят!

— Мы в его замке! — развела руки Алиса, указывая на очевидный факт. — Сложно не общаться с королëм на его территории.

— Замолчи, — бросил ей Джон и толкнул друга в плечо.

— Что? — почти прошипела Алиса, почувствовав резкое возмущение. Она уставилась на конюха, готовясь в подробностях рассказать кому, когда и при каких обстоятельствах они будут затыкать рот. Однако информацию не удалось донести до ушей конюхов. За спинами Маргарет и Алисы возникла фигура Амелии. На этот раз она подошла медленно и прекрасно услышала последнюю парочку фраз.

— Что здесь происходит? — Она протянула руки вперёд, деликатно расталкивая Маргарет с Алисой, вышла вперёд. Её осанка по-королевски ровная, взгляд полон призрения. — Кто позволил вам так говорить с гостями Его Величества?

Вопрос риторический. Конюхи притихли и по инерции опустили головы. На мгновение даже Маргарет почувствовала себя в чём-то виноватой, настолько давящей была интонация. Амелия стояла, не двигаясь, и ждала ответа. Джейк что-то бормотал себе под нос, какое-то крепкое ругательство, судя по всему, и Амелия немного наклонилась, чтобы расслышать.

— Надеюсь, это извинения, — произнесла она, и мужчина поднял взгляд. Он думал, что терять уже нечего и поэтому, кипящая кровь, позволила бы ему уйти во все тяжкие.

— Леди Амелия. — Маргарет взяла девушку под руку, понимая, что нужно сглаживать ситуацию. — Оставьте, это не важно. Идём, становится прохладнее.

Раньше она никогда так не делала, но в этот раз случай был особенный. Маргарет посмотрела на Алису и кивнула ей, уже предчувствуя бурю, что хлынет на неё в комнате. Ей и самой нужно отвлечься и привести мысли в порядок. Нужно представить себя на месте этих конюхов и придумать, как с ними договориться. Нужно, чтобы они поделились своим опытом, и присутствие Амелии, как и её угрозы, тут не помогут. Они развернулись, словно и правда ничего не было, медленно пошли в сторону выхода. Алиса пропустила их вперёд, чтобы не создавать толпу и уже было спешно шагнула следом, как Джон крепко сжал её руку.

— Мы сможем поговорить вечером. Здесь.

Алиса мгновенно обернулась и вздыбилась как кошка, набирая в лёгкие побольше воздуха. Ей захотелось очень громко закричать. Но Джон успел отпустить её до того, как над замком грянул бы набат.

***

К обеду жизнь вернулась в привычное русло. Замок вздохнул с новой силой, а король, наоборот, раздав указания, сделал перерыв. Однако Утер почти никогда не оставался один, может звал Алису, чтобы она продолжила работу над портретом, или они с Яковом садились разбирать бумаги, большую часть которых парень сожжёт. Иногда Яков приносил королю новости, которые могут того заинтересовать. Какой лорд решил съездить в гости к соседу, о чём шептались на кухне для слуг, куда Джеффри уносил сегодня книги из библиотеки и не утаил кто в замке яйцо дракона. Реже король собирал свою свиту, городскую знать и чиновников, с которыми знаком смолоду. Только в дни, когда собирается на охоту или дальние поездки. В стенах замка у него слишком много дел, чтобы поддерживать видимость дружеских отношений. Сейчас Маргарет, войдя в малый тронный зал, часто служивший парадной столовой, увидела короля в компании Эгрейна. Они стояли рядом у большого окна и что-то живо обсуждали.

— Эгрейн сказал, что вы интересуетесь историей, политикой, законодательством, современный фольклором, но не понимаете латынь. — Взглянув на Маргарет, Утер похлопал стряпчего по плечу и сделал несколько шагов ей навстречу.

— А я принесла вам пирог. — С подносом в руках, Маргарет легонько приседает и добавляет. — Его испекла леди Алиса специально для Вашего Величества.

Утер сдержанно улыбнулся, но взгляд от подноса не отвёл. Король подумал: «Почему Алиса не пришла сама? Постеснялась?» Ему нравится думать, что Алиса способна на робость и девичью стеснительность. Так ведь и должна вести себя девушка, тем более стоящая на пороге влюблённости. Маргарет кивает Эгрейну в знак приветствия и говорит, что он тоже может попробовать. Он отказался. Только подошел ближе, наклонился и чуть виновато прошептал:

— Не думайте, что я сказал Его Величеству про латынь, надеясь как-то навредить вам.

— Я так не думаю, — Маргарет старалась говорить спокойно, — это ведь было случайно.

Они встречаются взглядами, Эгрейн выдыхает.

— Нет.

Утер снял перчатку и отломил кусок от пирога. По начищенному подносу растекся багровый вишнёвый сок. Маргарет понимала, что сказанное Эгрейном скорее всего веселит короля. Разумеется, она лезет в воду, не зная брода. Однако никто не предупреждал маленькую Риту, что когда в школе с углублённым изучением английского начнут спрашивать, какой ещё язык она хочет знать, нужно ответить «латынь», а не «турецкий». Кстати, турецкий она так и не освоила, при всей любви к востоку.

— Пусть леди Алиса придёт. Я должен сказать ей лично, это, — Король указывает на пирог — прекрасно. Нужно чтобы попробовали все. Дайте кухарок в помощь, пусть испекут ещё.

— Если позволите, Ваше Величество, я сам сообщу леди Алисе, что вы её ждёте.

Утер согласился и после того, как Эгрейн учтиво поклонился, кивнул в сторону стола. За стряпчим с грохотом закрылась дверь, последнее время он слишком много времени проводит с королём. Достаточно много, чтобы даже Яков занервничал. Маргарет, оглядевшись, села за стол на указанное место. Хорошо, что сейчас Якова здесь нет, так намного проще говорить. Король, видимо вспомнив о существовании ножа, что всё это время лежал на том же подносе, любезно спросил, какой Маргарет хочет кусочек. Он даже был готов сам его отрезать. Тем более, если Алиса вот-вот придёт. К лёгкому удивлению короля, Маргарет отказалась.

— На счёт библиотеки… — начала она, водя пальцем по краю стола.

— Если честно. — Утер поднял голову и несколько секунд смотрел в потолок. — Я ещё не решил, как к этому относиться.

— В этом вопросе я не могу помочь, Ваше Величество. Как относиться к моему желанию узнать новый дом поближе, решать только вам. — Маргарет делает вдох, нужно выучить латынь. — Мне Эгрейн рассказал, что вы поручили своим лордам решить вопрос с пополнением казны, и я подумала, что могу тоже поискать варианты.

— Похвальное рвение, но вы опоздали. Я уже принял вариант предложенный лордом Романкоином. Он прислал целую стратегию. — Король снова сосредоточился на каких-то своих мыслях. — Внесу туда некоторые правки, мы быстро восполним потери. А потом, если не забуду, оповещу его.

— Разумеется, Вашему Величеству виднее, и этот способ точно окажется действенным. А я могла бы пока подумать над ещё одним планом. Который будет поддерживать королевскую казну, чтобы больше не случалось таких потерь.

Утер коротко усмехнулся, глядя с каким спокойствием Маргарет об этом говорит. Они так привыкли к присутствию друг друга за это время, и король уже слабо представляет себе коридоры замка без гостей. Ему даже нравилось, переходя из зала в зал, сталкиваться случайно с девушками, которые то сопровождают Моргану, то куда-то спешат вслед за Амелией. Ещё больше ему нравилось встречаться в коридорах с леди Алисой, которая недавно научилась красиво опускаться в поклоне. Утеру нравилось думать, что только он видит и знает, какие черти скрываются за покорным взглядом. Ну а сейчас он смотрит на Маргарет, эта женщина своих чертей не прячет, она ведёт их впереди себя на кожаном поводке, как собак.

— Скажите, если появятся идеи. — Раньше Утер думал что Маргарет наиграется и устанет, но она не была похожа на человека, который может устать. Она никогда не сможет закрыться в башне и вышивать фамильные гербы мужа. — Так о чём ещё вы хотели поговорить?

— У меня было время подумать над приглашением лорда Баярда.

— Только подумать? — Удивился король, глядя, как его бокал наполняется элем. Раз отпустил слуг, надо управляться самостоятельно. — Я думал, вы уже отправили голубя в небо.

— Ещё нет. Ваше Величество, вот что пришло мне на ум. Самайн праздник осенний, к окончанию пиров дожди размоют дороги, и я не смогу покинуть Мерсию, без риска упасть в грязь или промокнуть. Дальше грянут холода, выпадет снег и по дорогам снова станет опасно передвигаться. Мне скажут, что я замёрзну в такой дальней дороге насмерть. А потом весна, талая вода, весенние грозы…

Маргарет замолчала, немного поджав губы. Она была уверена, что Утер понимает о чём идёт речь. Король посмотрел на неё из-под бровей, не поднимая головы. На его лице расцвела язвительная и по-кошачьи довольная улыбка. Их взгляды на секунду встретились, и Маргарет подумала, смог бы Утер по ней скучать? То есть, вспоминать в принципе, или он забудет о ней после первого приёмного дня? Скорее всего, так и будет. Но ей хотелось, чтобы её вспоминали. Нет, не так, чтобы её помнили. Таков был её горделивый дух. Утер выпрямился, кашлянул и немного наклонился к бокалу.

— Ну вот, леди Маргарет, и вы научились понимать лорда Баярда. — Он сделал несколько больших глотков и посмотрел куда-то в сторону, а потом добавил: — пока не пишите ничего, потяните время до августа.

— Ваше Величество, я не хочу принимать приглашение.

— Скорее всего, вам придётся.

***

Ашдаун расцветал под крылом своего неизменного покровителя. Война была окончена, солдаты отдыхали и тренировали молодняк, а крестьяне усердно поливали и пололи засаженные грядки. Лорд Грегори радовался возможности вести размеренную тихую жизнь вдали от двора и почти никак не изменил свой распорядок. Он просыпался рано, просил принести ему хлеб с элем или вином, прохаживался с бокалом по коридорам замка, потом спускался вниз, чтобы проверить новобранцев, а после того, как вдоволь налюбуется их попытками стать успешными войнами, поднимался наверх и принимался за дела земель.

Сложностью во всём этом было то, что делать всё приходилось очень тихо и не привлекая внимания. Квинта словно в должности повысили, точнее, добавили ещё одну. Теперь он сидел с лордом рядом, пока крестьяне и мелкие вассалы вереницей струились к дверям кабинета. Грегори занимал резной деревянный стул, с высокой спинкой как у трона, а Квинт примерно такой же, но явно менее искусный в плане украшений. За их спинами камин, перед глазами распахнутые двери и очередь. В отличие от столичных селяне Ашдауна приходят на поклон к лорду тихо, зная, что через всегда открытые двери он услышит любую колкость. Грегори выслушивал каждого по одному, но если к нему являлся кто-то с бумагами, тут же вставал со стула и отходил к маленькому узкому окну, предоставляя Квинту выслушать всё. Позже он оборачивался и отвечал на жалобу или просьбу. Но всё также стоя у окна. Потом Квинт сам подписывал все бумаги, как доверенное лицо. Грегори дал ему такое право сразу по приезде в замок. Квинт выводил кривоватую неуверенную «К» и если нужно, ставил печать с летящей птицей. Хоть и не понимал, почему это так необходимо. Официально Грегори нет в стране, и если кто-то начнёт болтать, что видели лорда прямо в его замке, тот сможет ткнуть пальцем в бумаги и сказать: «Это не моя подпись. — А потом добавить: — они говорили с начальником стражи, что выступал от моего имени».

Нельзя считать мелкую знать и крестьян совсем уж дураками, но учитывая, что все они получают исключительно тёплый приём, внимание и всегда безотлагательный ответ, Грегори надеялся, что эту вольность ему простят. Должен же быть прок от всей этой благотворительности. Его отец думал, что богатство земли в ней самой, поэтому транжирил доступные ресурсы и чуть не лишил Ашдаун лесов. Но его сыну жизнь преподнесла достаточно понятный урок. Когда Грегори было десять, он впервые столкнулся с таким явлением, как бунт. Небольшая группа крестьян подошла к стенам замка, настойчиво требуя лорда выйти к ним. Отец решил, что они пришли убить его, и вместо того, чтобы выйти к толпе, приказал обстрелять их со стен. О том, что они пришли с намерением скорее поговорить, чем проливать кровь, стало известно только, когда стрелы уже вылетели и забрали своих первых жертв. Остальных разогнала стража. Через несколько часов, оказавшись на улице, Грегори понял, что не желает украшать ворота трупами. И почти с самого первого дня, стоило ему получить титул, учредил приёмные дни. Не как король, раз в неделю, а три. В первый день недели, третий и шестой.

— Я уже подумал, что ты осел в каком-нибудь поле и остался разводить там пчёл, дорогой друг. — Ему пришлось оставить последних четырёх просителей с Квинтом один на один, чтобы встретить гостя. Всё же, он его ждал.

В словах лорда Грегори проскочила добрая насмешка, он расставил руки, приветствуя гостя. Но брат ТукДа-да, вы не ошиблись. Тот самый Брат Тук из историй о Робине Гуде. Лучше не спрашивайте хех в объятья не торопился. Он добирался до замка Ашдаун два дня, и хоть знал здесь каждую улочку, всё же не был доволен спешкой. Монах сложил руки на животе и склонил голову на бок. Приземистый, упитанный и всё равно держится уверенно. Спокойствие и христианское смирение он репетировал годами, успешно применяя на практике. Грегори опустил руки и выдохнул.

— За делами светскими ты забываешь о созерцании красот, что подарил нам Господь.

— Мои боги подарили мне кровь и войны. — Грегори делает мягкий шаг навстречу гостю. — Прошу, избавь меня от их созерцания.

— Неисправимый язычник. — Брат Тук поморщился от наигранного отвращения.

— «Неисправимый язычник», — так же поморщившись, передразнил его Грегори. — Ты не заставишь меня окунуться головой в реку. Сколько не пытайся.

Брат Тук увёл руки за спину, тоже выпрямился и его взгляд стал хитреньким, как у лисицы.

— А в мерсийскую медовуху? Думаю, дорогой друг, — Тук копирует его интонацию, — ты бы в ней утопился.

В зале становится совсем тихо, слышно, как на улице проводят очередную тренировку новобранцев. Сквозь окна доносятся размытые приказы и выкрики. Одновременно прищурившись, мужчины обмениваются ухмылками и подходят ещё ближе. Грегори сдаётся первым, не в силах подавить смешок. Гордый собой монах приглаживает короткие волосы.

— Именно! Для того тебя и позвал. Есть одно дело… — Грегори с энтузиазмом согласился со всем сказанным и, положив руку на плечо Тука, повёл к лестнице. — Выпьешь со мной?

— Ты меня недооцениваешь, — протянул Тук. — Я намеревался ещё и поесть. Опустошить все твои запасы, пока ты будешь изливать мне душу. — Лицо монаха становится чуть спокойнее и добрее. — Не волнуйся, тайна исповеди распространяется и на язычников.

— Мне нужна душевная беседа за столом и хмельными песнями, — возражает Грегори.

— Называй, как хочешь, всё сказанное за тем столом уйдёт со мной в могилу. — Тук остановился, выставив вперёд указательный. — Но только пока ты покупаешь мою медовуху.

***

— Мы прошли от дороги через лес, потом свернули направо. На заброшках всегда хорошие фотографии получались. Знаете, если навести объектив немного на солнце, чтобы попал блик…

— Джон, закройся, — выдохнув, Джейк остановил друга. Его раздражал трепет в голосе Джона и не нравилось, что он делится воспоминаниями с их новыми знакомыми. — Они здесь не за этим.

— Всё в порядке, продолжайте. — Маргарет махнула рукой и снова посмотрела на Джона, изобразив интерес. — Вы свернули направо и пришли к замку?

Сено кололось даже сквозь плотную ткань зелёного платья, но больше сесть было некуда. Ей доставляло огромное удовольствие слышать «родной» английский, который она учила одиннадцать лет и действительно понимать каждое слово, а упоминание фотографий и вовсе придавало чувство, что они снова дома. Алиса сидела рядом, обхватив руками колени, всматривалась в тёмные углы конюшни и всё сильнее вжималась спиной в стог сена. Оно шуршало при каждом мелком движении и голоса заставляли животных фыркать, время от времени толкать двери стойла копытом. Она знала, лошади не смогут вырваться, и всё же вздрагивала при особенно громких ударах. А ещё её напрягал Джейк. Продемонстрировав своё отношение к ним ещё утром, он не внушал доверия и здесь. Ему ничего не стоило поднять панику прямо сейчас.

— Да. Ну, мы туда и шли. Правда, он действительно походил на развалины, я даже подумал, что будет небезопасно туда лезть. Ещё и эти кусты… — Джон чуть поморщился. — Знаете, они такие странные, как будто плющ, но на ветках и колючий, как розы. Мы все руки ободрали, пока пытались пройти. — Он показал ладони, пытаясь доказать Маргарет свою правоту, но тут же понял, что под хилой дымкой лунного света заросших шрамов не рассмотреть. — Вот. Тогда наплевали и решили идти обратно к дороге, ловить машину. А там смотрю, лежит что-то. Ну, я ногой чуть пнул, а это кольцо какое-то вроде. Сначала показалось, что крышка от пива, ну знаете, с открывалкой. Я и подобрал.

Сказав это, Джон пожал плечами, а потом посмотрел в сторону Джейка. Тот легонько покачивался, перебирая в руках засохшую травинку, и делал вид, что не слушал. На самом деле, он ловил каждое слово и даже время от времени показательно фыркал себе под нос. Алиса внимательно наблюдала за ситуацией, держа в поле зрения всех. Если вдруг Джейку снова взбредёт что-то в голову, то она сможет применить на нём парочку приёмов самообороны. Что, просто так, что ли училась и летом на даче по лесам одна ходила? От земли потянуло ночной прохладой, Алиса поёжилась, упираясь в стог сена ещё сильнее. Маргарет поправила мешающийся рукав и продолжила слушать.

— А ещё, знаете, ну, раньше когда студентом был, я ходил по всяким паркам, фотографировал. И натыкался на потерянные украшения. Сдавал в ломбард. Это же не воровство, их бы всё равно кто-то нашел. Так и в этот раз, я уже подумал, как загоню его какому-нибудь коллекционеру, и прибавка к зарплате обеспечена.

— И больше вы зарплату не получали, — произнесла Алиса. Ей захотелось пошутить, чтобы как-то влиться в разговор. — Простите. Мне просто интересно, как вы его нагрели?

— На костре. — Теперь и Джейк оторвал взгляд от земли. — Джону не терпелось очистить его от грязи. Полбутылки потратил на то, чтобы землю смыть, а потом заставил костёр развести.

— Вечерело, а мне хотелось знать, насколько оно ценное, — Джон попытался защититься. — И ты сам за руку меня схватил.

— Да ты бы куртку спалил, дебил!

— Тише-тише, — Маргарет вытянула руки вперёд. — Нас услышат. Давайте вернёмся к кольцу. Как вообще это произошло?

— Забота, — довольно хмыкнула Алиса и тут же загорелась энтузиазмом. — У вас тоже был огонёк? Он танцевал?

— Танцевал? — Джон бросил на растерянный неё взгляд. — А, ну, да. Я как к костру поднёс, он светиться начал, потом металл нагрелся, и камень красный как сверкнёт. И всё… мы здесь. И без кольца.

— Да, у нас так же! — подтвердила Алиса. — Сверкнёт и… подождите. Вы сказали красный? У нас был синий.

— Что значит синий? — Джейк заметно напрягся. — Камень синий? Чёрт, их два?

— Боже Правый… — Маргарет выдохнула, закрывая лицо ладонями.

— А с чего вы вообще взяли, что оно здесь? — Джейк пододвинулся ближе.

— Человек, который нам его продал, сказал, что оно в подвалах Камелота хранилось. Мы подумали, что это реклама такая. — Маргарет на секунду задумалась. — А почему вы здесь? То есть, вы же образованы по местным меркам просто великолепно. Могли назваться кем угодно. Зачем быть конюхами?

— У нас лица не такие симпатичные, — усмехнулся Джейк, Маргарет прекрасно понимала, на что он намекает и мысленно, даже отчасти с ним согласилась. Алиса лишь вздёрнула бровь. Теперь девушка не отводила от него взгляда.

— Нужно вас отсюда вытаскивать, — довольно решительно произнесла Маргарет. — Теперь будем искать кольца вместе, если их два, то так даже лучше. Найдём не одно, так другое. Но я не хочу, чтобы единственные люди, с которыми я могу поговорить, работали на конюшни. Вы должны жить в замке.

— Я не уверен… — протянул Джон, но Джейк его перебил.

— Ну уж нет, кто б вы ни были! Мы тут дольше вашего и знаем, где трава зеленей. Скажите мне, как часто вы просыпались, вздрагивая от страха, в своих комнатах? Как часто вы слушали шаги стражи и думали, что это за вами, а? Мы здесь в конюшне, у нас лавка и общая кухня, но самое страшное, что нам светит, это смерть от болезней, которые не умеют лечить. У вас есть кровать, камин, платья, и вечная угроза в лице короля и его сынка. Я лучше буду сколачивать виселицу, чем думать, что её ставят для меня.

Алиса и Маргарет замерли. Они смотрели на Джейка и осознавали весомость его аргументов. Для Маргарет это стало своего родом открытием. Она и не думала, что может быть иная точка зрения. Но он был прав, отчасти. «Повезло. Опять повезло! А может, я не хочу, что бы мне так везло», — фраза Алисы прозвучала в её голове эхом. Маргарет вспомнила Утера, его речь перед народом, стук молотков по дереву, вереницу разбойников, что вели к виселице. Вспомнила настойки от головной боли, Эдда с компанией, слова Морганы и Амелии о том, как им следует себя вести. Может они правы, Алиса и Джейк, может им и правда не повезло. Она думала, что в лучах королевского трона им будет теплее, и даже зная, что солнце может обжечь, она тянула к нему руки. Чем больше о тебе знает Утер или Артур, тем больше у них материала для интерпретации. Вероятно, быть прачкой Мэг действительно не так плохо.

Алиса же для себя ничего нового не услышала в выводах Джейка. Лишь больше убедилась в том, что замок не самое лучшее для неё… для них место. Пусть страх и отступил, но единственное, что всё ещё держит Алису в стенах замка, это кольцо. Надежда найти его в ближайшие дни. Хотя бы до первого снега. Она не представляла, как они с Ритой проведут эту зиму в Камелоте. И даже несмотря на все колкости, что вложил в свои слова Джейк, они определённо срезонировали с ней. А раз так, то им определённо стоит всё выяснить сегодня вечером. Чем больше обе стороны расскажут, тем больше шансов у всех вернуться в своё время. Алиса перевела взгляд на Риту, в тайне надеясь, что услышав ещё одно, точно такое же, как и у Алисы, мнение, она обратит на это внимание. И судя по растерянному взгляду подруги, поняла, что слова подействовали правильно.

— Что насчёт Мерлина? — неожиданно даже для себя спросила Алиса.

— Мерлина, — повторила Маргарет. — Парень-слуга принца Артура. Всегда с ним.

— Нет, мы не знаем такого, — чуть наклонил голову Джон. — Эй, ты куда?

Джейк что-то фыркнул, закатывая глаза, и вышел из их тёмного уголка. Разговор о коронованных личностях ему совсем не нравится. Алиса, испугавшись упустить возможность, встала и вышла следом.

— Куда все уходят? Мы ещё не закончили, — Джон недоумённо смотрит на Маргарет. Растерявшись, она только пожимает плечами.

Далеко от Риты с Джоном они не ушли. Пройдя пару стойл, Джейк зашёл к тому коню, на котором Алиса сегодня ездила. Мужчина аккуратно выбирал растения из спутавшейся гривы. Кажется, его это успокаивало. Алиса не стала выжидать момента и сразу перешла к сути.

— Ты прав, — облокачиваясь на столб загона, произнесла она. Джейк кинул на неё быстрый взгляд, но промолчал. — Замок не лучшее место, где можно спрятаться. Нам было страшно. Страшно и сейчас. Красивые лица не спасут! Думаешь, нам это нравится? Мне точно нет. Скажешь, мы ничего не делаем? — Джейк открывает рот, но Алиса перебивает его, продолжая подбирать слова. Ей просто очень хочется сказать это всё на родном русском, выговориться кому-то ещё, но если она это сделает, её не поймут. — Я… я осмотрела почти весь Камелот. Кухни, комнаты прислуги, кабинет врача и оружейную!

— Там нет колец, — всё же вставил своё слово Джейк. — Твоя подруга чётко сказала, что они в подвалах. Зачем было тратить время? — вопрос не предполагал ответа, но не для Алисы.

— Потому что я должна проверить. Если есть возможность… — Она замолкла, отстраняясь от опоры. — Мы стали свидетелями ареста лорда Баярда и его людей. Возможно, вы слышали.

— Конечно, — ухмыльнулся конюх, отбрасывая в сторону вытащенные из гривы растения. — Его лорды устроили скандал, когда им запретили выдавать лошадей.

— Рита участвовала в этом. — Джейк замер и хмуро обернулся на Алису. — Это был план короля. Проверка. И для Баярда, и для неё. Она рассказала потом. Про эти подвалы, тюрьмы, про заключённых… — Девушка передёрнула плечами. — Я боюсь спускаться в подвалы одна.

— И правильно делаете, если хотите вернуться.

— У тебя кто-то есть? Дома.

Джейк поменялся в лице, не сводя взгляда с Алисы. Что за резкий переход?

— Мои родители переживают, я знаю. Особенно мама. — Алиса встала рядом с ним и зарылась пальцами в белую гриву коня, осторожно разделяя её на пряди.

— Мои родители знают, что я работал на другом конце страны, и мы списывались в лучшем случае раз в месяц. Ещё реже я звонил. Они могут не заметить.

— Тогда. — Алиса ненадолго задумалась, но задала мучавший её вопрос: — Ты уже смирился? Что нет возможности вернуться и жизнь здесь теперь твоё настоящее?

— Я… — мужчина осекся. Вопросы задевают его за живое. Чего она вообще лезет? Смирился, как же. До появления этих девушек так и было. Они смирились. Не видели никакой возможности и даже проблеска, а сейчас. Раздираемый чувствами и желанием высказаться, конюх отошёл к противоположной стене, закрывая лицо руками. Он себе такой роскоши не позволит. Представлял ли он своё будущее здесь? Нет. Разве что в виде могильной плиты, да и то вряд ли. В лучшем случае поставят над ним крест или просто насыпят камней.

— В подвалах есть библиотека, — нарушила тишину Алиса, продолжая распутывать гриву. — Рита рассказала. В них всегда есть тайные ходы, это классика.

— Камелот так не обустроен. Тайные комнаты появятся намного позже, — возражает Джейк, но огонёк надежды в нём всё же загорается. Да и откуда ему знать, когда здесь что появится?

— Кто знает, — пожимает плечами Алиса. — Гвозди в камни тоже не забивают, однако… Я спущусь туда. Если мне удастся найти чертежи замка, то мы вычислим нужные нам подвалы и сокровищницы.

— Звучит, как план ограбления банка. — Впервые за день он улыбнулся. Всего на секунду.

— Это того стоит. Но я должна быть уверена. Ты с нами?

— Там парнишка есть, Яков. — Джейк кивает, возвращаясь к работе. — Он хоть единственный из слуг никогда не ворует, но язык за зубами держать не умеет.

— Не вините себя. — Маргарет решила отвлечь Джона, пока Алиса будет говорить с Джейком. Может, отдельно от друга он будет вести себя спокойнее. — Ни мы, ни вы не выбирали оказываться здесь.

— Я мог оставить кольцо там и не поднимать его. Это алчность, леди Маргарет.

— Называйте меня Ритой, пока никто не видит. — Она всё ещё выглядит очень дружелюбно. — Не алчность, Джон. Марти мог не общаться с Доком. Это любопытство.

— Резонно… — Джон пожал плечами и снял очки. — Кстати, как вам второй фильм? Я видел его за несколько дней до похода. Последнее, что я посмотрел, — он улыбнулся, — какая ирония.

— О-о-о… у нас это уже классика. Подождите, вот вернётесь, увидите третью часть, м-м-м.

— Будет третья часть? — Джон заметно ожил. Даже пододвинулся ближе, забыв про Джейка и Алису.

— Ага, про дикий запад. Вопреки всеобщему мнению, она мне нравится больше. Там будет такая девушка, Клара, она… — Маргарет посмотрела на Джона, внезапно поджав губы. — Нет, не буду говорить. Доживёте, сами увидите.

— Если доживу. — Он на секунду задумался, представляя, сколько ещё сможет протянуть. Они никогда не считали, но, учитывая обстоятельства, лет до сорока пяти… пятидесяти. — Я не уверен, может вы ещё и общество мертвых поэтов смотрели?

— Боже Правый, конечно.

— Это у вас… тоже классика? — Джон водил пальцем по разбитой линзе, оставляя на стекле отпечатки пальца. — Странно осознавать. Я помню, как летом повёл на этот фильм девушку, которая мне нравилась, помню, как все обсуждали его и до сих пор обсуждают. А потом ты встречаешь человека в гребаном средневековье, который говорит, что фильм с прошлого лета уже классика. Кто тогда я? Все мы.

Маргарет пожимает плечами, тоже уводит взгляд. Это сложно принять и ещё сложнее оценить. Какое-то время они молчат, пытаясь сформулировать хоть какую-то точку зрения, которую будет не стыдно принять за правду. И она нашла ответ. А после её шепот смешался с лунным светом:

— Подданные Его Величества.

***

Любовь в разные годы принимает разные обличия. То, как мы любим в молодости, отличается от чувств, что испытываем в более зрелом возрасте. Утер не пылает страстью, не витает в мечтах о даме. Алиса для него не богиня, что прекраснее всех, но сокровище, что привлекает глаз. Она не муза, которой заняты все его мысли с утра и до ночи, он не сочиняет стихов и не караулит её у дверей с розой в зубах. Ему это попросту не нужно. Королю достаточно приятного тепла, что разливается по его рассудку, когда Алиса оказывается рядом или вкуса пирога который испечён её руками. Достаточно осознания, что он всё равно получит желаемое и из уважения к леди выждал этот долгий июнь. Он не бард, не романтик и уж точно не мальчик, которого можно дразнить улыбками. Утер считал, что дал Алисе и всему окружению достаточно намёков. И что теперь, после некоторых вольностей, подарков и просто хорошего отношения он может рассчитывать на большее, нежели просто взирать на прекрасный цветок.

Он пригласил Гаюса в тронный зал именно сейчас, когда уже начало темнеть, чтобы разговор могли подслушать как можно меньше ушей. Сейчас это могут знать только двое, он и лекарь. Утер отпустил всех, стражу и слуг, лично закрыв за лекарем дверь. Гаюс медлил, на самом деле он устал и очень растерян. Мерлин нашел ему «подработку» притащив раненого из леса, а теперь он здесь. Будет еще, как минимум час, беседовать с королём. Утер проводит руками по металлическим кольцам, что служат ручками на дверях и глубоко вздыхает. Он пытается решиться на интересный шаг, который дался ему легко, но может быть плохо принят остальными.

— О чём вы хотели поговорить, Ваше Величество? — Гаюс говорил с привычным спокойствием. — Вам понадобилось снотворное?

— Нет. Речь о леди Алисе. — Король обернулся и отчётливо видел в глазах лекаря возглас: «Опять». После чего Гаюс снова смирился, и взгляд потерял эмоциональную окраску.

Ход, который когда-то нашла Моргана, давно был известен всем слугам. Для них он и был выстроен. С этого балкончика в тронный зал должны были спускаться стряпчие, писари и прочие деятели, чтобы не создавать толпу внизу. Яков не раз пересчитывал эти ступеньки, так что, скользнуть в проход ему не составляет никакого труда. Он сел на пол, прижимаясь к пыльной шпалере и замер. Иногда Утер сам удивлялся, откуда Яков знал про те или иные разговоры, напоминая Его Величеству: «Вы обещали сэру…» или «Вас просил…». Однако Яков всегда улыбался, склонял голову и говорил, что это сам Утер, или сам проситель, или ещё кто, поделился с ним этой информацией. На самом деле, всё было вот так, внутренний балкон тронного зала, шпалера и угол, где не зажигают свечи.

— Давай присядем.

Гаюс чувствовал, что это будет не просто разговор, то как Утер смотрит на него, заставляет волноваться. Король нетерпелив, его жесты непривычно резкие. Отодвинув стул, он сел во главе стола и кивнул на место рядом. Деревянные ножки прогремели по полу, и эта секунда показалась лекарю вечностью под выжидательным взглядом короля. Наконец, лекарь занял своё место, и Утер наклонился к нему.

— Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к леди Алисе. Беря во внимание тот факт, что она была рождена в семье благородных кровей, а её родственники служили при дворе их короля… или королевы, я принял решение. — Он делает секундную паузу, но этого хватает, чтобы Гаюс наконец с интересом приподнял брови, а Яков предусмотрительно зажал себе рот ладонью. — Я женюсь.

Сказав это, довольный король с облегчённым сердцем облокотился на спинку стула. Гаюс замер, пытаясь понять, насколько он ожидал услышать подобное, а Яков уткнулся лбом в шпалеру. По спине парня пробежал холод, он съёжился. Если Алиса станет королевой, а Маргарет её верной подругой, ему наступит конец. Как и его придворной карьере. Об этом нельзя никому рассказывать, иначе король вздёрнет его следующим же утром. Но с этим точно нужно что-то делать.

***

Ночью Яков спустился в тёмную опустевшую кухню. Хотя ему казалось, что он туда не пришел, а приполз, из последних сил хватаясь за воздух. Ну почему именно сейчас? У него же всё было так хорошо! Он не так давно обзавёлся совершенным доверием короля, несмотря на то, что служит ему с малых лет. Было налажено всё. Он мог бы попросить у него должность выше, или нет, но остаться незаменимым человеком. Если Утер женится, он станет советоваться с молодой женой, что готовит ему вкусные пироги и встречает нежными объятьями. Алиса, будь она трижды леди, станет советницей Утеру, а что делать ему? Ограничиться «принеси — подай»?

Отодвинув от наспех сколоченного шкафчика неполную бочку, Яков вытащил бочонок поменьше, как для мёда и пошарив по столам, нашел чистую кружку. Парниша считал себя полноправным изобретателям этого слабоалкогольного, но вкусного напитка. Он пытался запасти яблоки на зиму, они забродили, и получилось… это. Яков ещё не придумал названия. Но от этого напитка было вкусно, сладко и приятнее на душе. Облокотившись на бочку, он отпил из кружки и устремил взгляд в пустоту. Ну ладно, может леди Алиса и не окажется такой уж умной, чтобы полностью заменить его. Собирать вести из города и перехватывать письма она не умеет точно. Дай Бог родит двоих-троих детей и вовсе времени на дела государственные не останется. Но… ему точно не простят сплетни. Кухарки всегда были ушлыми бабами! Захотят выслужиться перед новой госпожой и побегут рассказывать: «Яков так говорил, Яков эдак рассказывал».

— Дуры, — вырвалось как-то неосознанно, и он снова заглянул в кружку. В темноте казалось, словно там пусто. Нет, если король узнает, ему не жить. А ещё Маргарет? Она сама повяжет на его шее петлю за оскорблённую честь подруги. Да и ему давно понятно, Маргарет его не любит.

Послышались шаги, Яков встрепенулся, спрятав кружку за спину. Это за ним? Нет, местные. Мерлина Яков узнал бы и закрытыми глазами, на жилых этажах замка он стал слишком заметным. Ещё и жизнь принцу спас, ага, куда же без этого. Сначала он не хотел выдавать своего присутствия, и Мерлин легкой торопливой походкой действительно прошел бы мимо. В его голове сейчас творился такой кошмар, что даже при свете дня Мерлин бы не заметил сидящего на полу Якова. Однако свет от лестницы упал на слугу, и Яков заметил в руках Мерлина книгу.

— Что это? — Он выпрямился. Мерлин вздрогнул и обернулся.

— Ну, эм… — Развернув к себе обложку, он прочитал: — Наставления Талиесина. Не знаю, зачем она понадобилась лекарю.

Увидев, как взгляд Мерлина скользнул по обложке, Яков приподнял бровь и разочаровано фыркнул, возвращаясь к кружке и бочонку. Ещё один ход против него, кто бы мог подумать, какой-то слуга не старше его, окажется лучше. Ну конечно, теперь все будет лучше него и нужнее него. Видимо придётся смириться. Не дождавшись ответа, Мерлин нахмурился, окинув Якова взглядом, пожал плечами. Времени было не так много, на самом деле книга была нужна ему самому, так что до рассвета нужно прочесть хоть сколько-нибудь. А завтра день будет особенный.

***

Для Мерлина жизнь забила ключом раньше, чем для многих слуг этим утром, он даже не успел сомкнуть глаз, сползая с фолианта, как его тряхнули и заставили подняться на верх. Ещё только начинало светать, а Артур уже расхаживал по комнате с мечом и взъерошенными волосами. Пришли новости, что кто-то или что-то сжигает деревни, одна пострадала особенно сильно, и Утер вознамерился сесть на лошадь, взять сына в охапку и ехать оценивать ситуацию. На фоне всё ещё страдающей казны, в которой только-только начали появляться свободные деньги, потеря деревень стала ударом.

А теперь, по возвращении принца он здесь, смотрит как Артур экстренно собирает новых рыцарей чтобы пополнить ряды. Мерлин не слишком знал, что решил делать Утер и о чём они с сыном разговаривали в пути. Слуг они не взяли. Сейчас его больше волновало, подойдёт ли бумага, которую он создал вчера для Ланселота и справится ли его новый друг с поставленной задачей. Радовало одно, рядом стояла Гвен, лучезарно улыбаясь и уверяя будущего рыцаря в его же собственном успехе. Что Мерлина не радовало, так это гудящая голова и вернувшиеся сны, костёр, руки, смех Алисы и голос дракона. Он не понимал, было ли это частью сна, но он его слышал и сказанное пугало.

Раньше Маргарет и Алиса здесь не были, тренировочная площадка замка — это, в принципе, не то место, куда пускают гостей, и уж тем более женщин. По мнению Маргарет, походило на мини-турнир. Реконструкцию. Шатры для переодевания, знамёна, щиты с гербами, слуги, песочное поле, огороженное яркими лентами. К отбору рыцарей Артур подходил серьёзно, на самом деле серьёзно. Возможно, это единственное дело, в котором он выкладывался на все сто двадцать процентов, уделяя внимание мелочам. Обычно в рыцари Камелота шли те потомки знати, кто не мог рассчитывать на наследство или содержание. Как правило, это были третьи-пятые сыновья лордов или городской знати, внуки таких же третьих-пятых сыновей или дети дворцовых служащих, что держатся на хорошем счету. Например, если бы у Эгрейна был сын, он мог бы отправить его на такие соревнования. Моргана и Амелия спустились к тренировочной площадке посмотреть издали. Подходить слишком близко им не разрешили, Артур говорил, что присутствие красивых дам отвлекает будущих рыцарей от боя. Алисе и Маргарет тоже пришлось выйти на свет из-под тени замка, проводить время с королевской воспитанницей стало скорее необходимостью, чем доброй волей. За месяц они уже притёрлись друг другу и даже умудрялись немного надоедать Моргане. Но Амелия всё ещё следила за ними. Алиса была уверена, что делает она это уже не для короля, а в своих собственных интересах.

По началу было весело, девушки обсуждали претендентов, пытаясь по гербам угадать происхождение. Черные птицы на зелёных полях, рыбы в морской пене, красные кресты на желтых полосках, для Алисы это было цветастым ребусом, для Амелии — открытым атласом. Тут попадались даже отпрыски заграничных графов. Моргана рассказывала, что почти все лорды в королевском совете когда-то были рыцарями и их пример вдохновляет молодых парней. Не имея возможность унаследовать землю, титул или хотя бы содержание, они идут туда, где есть шанс разбогатеть. Рыцари очень много привозят из военных походов, а если выигрывать на турнирах, то будут деньги и в мирное время. Если рыцарь окажется действительно толковым и Господь будет ему покровительствовать, объяснила Амелия, то сможет прикупить небольшой замок с деревенькой, и вот его детям уже не придётся искать удачи в ратном деле, он заложит династию вассалов короля, потомки приумножат его владения. Вся знать начиналась с рыцарей, воинов и хороших земледельцев.

— Вот он. — Моргана чуть кивнула в сторону площадки, у края которой стоял очередной претендент на красный плащ.

Принц сегодня выглядит безумно уверенно, каждым словом он оправдывает своё положение. Первый среди равных.

— Гвен не преувеличила, действительно симпатичный, — продолжила Моргана, рассматривая будущего рыцаря. — Сейчас будет последний этап, если он победит Артура, его примут.

— А если нет? — щурясь, поинтересовалась Алиса.

— Не примут, очевидно. — Воспитанница короля легонько пожала плечами. — Будет жаль, при дворе мало молодых благородных господ.

Маргарет окинула взглядом тренировочное поле. Одетые в кольчугу третьи-пятые сыны, большинство из которых выглядят как женихи у алтаря, действительно производили некое впечатление. Да и в принципе было приятно наблюдать со стороны, то, как они замахиваются, как наносят удары и уворачиваются от них. Кто-то вдавался в такие подробности, что бой превращался в постановочный танцевальный номер, и девушки смотрели заворожённо. Попадались, конечно, и такие соискатели, что мало чем отличались от палок, «деревянные» и с плохой реакцией. То ли в силу возраста, то ли из-за недостатка обучения. Артур с ними особенно не церемонился, помогал встать, хлопал по плечу и отправлял обратно, откуда пришли. Глядя на то, как мечи со свистом рассекают воздух, Маргарет поняла, насколько ей не хватает сериалов местными тёмными вечерами. После разговора с Джоном ей до зуда в пальцах хотелось пересмотреть несколько любимых фильмов, особенно исторических, они могли бы помочь.

Алиса стояла, перекатываясь с носка на пятку и потирая руки. Глаза её время от времени тоже вспыхивали интересом, может ей это напоминало спортивный матч? Маргарет не знала. Зато прекрасно видела, как Амелия смотрит на всех присутствующих соискателей… Оценивающе, она не даёт себе повода фантазировать или определять фаворита, как Моргана. Та даже умудрилась выглядеть царственно, со снисходительной и восхищённой улыбкой посматривая в сторону очередного третьего-пятого сына. Каждый её взгляд — одолжение, каждый жест — пример изящества, каждое слово — тепло для юношеского сердца.

— Гвен сказала, его зовут Ланселот, и он приехал издалека… — Моргана немного поджала губы и посмотрела на Амелию, та сдержанно улыбнулась и кивнула. Алиса, услышав имя, перевела взгляд на подругу.

— Ланселот не может быть здесь, ещё рано. — Маргарет попыталась припомнить, когда это произойдёт, если по хроникам, то после коронации Артура.

— Если мне не изменяет память, — уведя руки за спину, заговорила Алиса, — самое время. Вот только тебе не понравится то, что он с собой принесёт.

— Почему? — Маргарет окинула взглядом тренировочное поле. По другую его сторону стоял Яков. — Что он тут забыл?

Ланселот не заставил себя ждать. Во всех смыслах. Маргарет заметила, что с ним Гвен и Мерлин, видимо, принц заранее знал и благоволил этому парню. Возможно, даже даст себя победить. Мерлин, разумеется, договорился. Так думала Маргарет, а Моргана, похлопав Амелию по плечу, увела всех за собой, подальше от шатров. Нашла откуда лучше видно. Перед Ланселотом вышел ещё один участник. Кто-то ударил в небольшой железный щит, по полю разлетелся шум. Артур первым занёс меч. Маргарет осталась с Алисой, нужно было подумать.

— Рит, мне надо попасть в библиотеку. — не став раздумывать, сразу перешла к делу Алиса.

Маргарет спокойно повернула голову к подруге, хотя само желание заставило её напрячься. В памяти всплыли неприятные воспоминания о своём первом походе. Джеффри был так недоволен её присутствием, что пришлось покупать мёд и просить Эгрейна о помощи. Что, всё начинать ещё раз? Да и коридоры там опасные, то, что Эдд, выйдя из темницы, перестал трогать Маргарет, не значит, что он не посмеет напасть на другую гостью. Мало ли что может прийти в голову тем конюхам.

— Зачем? Ты можешь сказать мне, что тебе там понадобилось. Я могу найти информацию и пересказать тебе, если она, конечно, не на латинице. — На всякий случай Маргарет добавила: — Если латынь, сходим к Эгрейну за переводом.

— То, что мне необходимо, ты не сможешь пересказать. Мне нужны планы замка, всех его частей. А это в памяти не удержишь. Поэтому надо попасть в библиотеку и скопировать их. Это нам может помочь в поисках кольца.

— Не уверена, что получится сделать это тайно. Во всяком случае, мне надо будет спросить об этом Джеффри. Библиотекарь не переносит шума и варваров, что даже читать не умеют. А ещё женщин.

— Окей, Рита, переведи, — шутливо отзывается Алиса, пародируя подругу и еë совершенно нормальное, для обычного человека, не знание художественной терминологии.

— Считается что женщинам в библиотеку нельзя, а ещё там кухня для слуг рядом. — Маргарет показательно проводит рукой по своей шее, на секунду обхватывая горло рукой и тут же отпускает. Что ещё она должна сказать. — Джеффри вообще монах, лишняя юбка для него грех и искушение. Пришлось соврать, что мне приказал король, — последнюю фразу она произнесла почти шепотом.

— Ну, а если только один раз? Мы пойдём вместе. И о-о-очень тихо. — Алиса пододвинулась ближе, а потом заметила, как Моргана им машет. Воспитанница короля очень хотела, чтобы хоть одна из них сию же секунду подошла к ним.

— Я спрошу. — Маргарет выдохнула и, нахмурившись, перевела взгляд на поле. Алиса кивнула, понимая, что Моргана с Амелией не успокоятся, побежала к ним. Всё стихло. Но подумать о том, как договориться с Джеффри, Маргарет не удалось. Стоило Алисе исчезнуть, она услышала шорох шагов.

— Для вас, из города. — Яков дождался, пока Маргарет останется одна, и только тогда подошел, протянул ей записку. — От хозяина «Розы и короны».

Бледный со вчерашнего вечера, Яков не задержался, кивнул и ушел, без колкостей и особого энтузиазма. Маргарет отметила его помятый вид, но не придала особенного значения. Она несколько раз покрутила сложенный в несколько раз листочек в руках. Не запечатано. Интересно, Яков прочитал содержимое? Да и с чего Ролло ей будет писать? Она вспомнила письмо от Грегори, такое тяжёлое из-за сургуча и вздутое из-за кольца внутри. Ей хотелось бы, чтобы и эта записка была от него. Может он уже вернулся, и их запланированный спектакль вступит в полную силу уже сейчас. Нет, было бы глупо, Утер в жизни не поверит, что Грегори перемахнул такое расстояние туда и обратно всего за месяц. Да и расчёты в его рукописях она помнила очень хорошо, там август. Но всё же, ей было бы спокойнее. Может она возлагает на него слишком большие надежды, поддаваясь рвению найти союзников.

В записке несколько слов, кривые и с ошибками. Ролло явно пишет не часто. «Авила хочеться вас ведеть», — ничего. Даже если Яков прочитал, у него не будет повода как-то истолковать столь простые слова. Разве что укорить Ролло в неуважении к даме. Из-за их визита его безмятежная жизнь была нарушена, и теперь он не только выталкивает из своего заведения перепивших рабочих, но и вынужден участвовать в том, чего даже не понимает.

— Кто вам пишет? — Моргана шла к ней сияя прекрасной улыбкой, даже при учёте того, что Ланселот не справился, зрелище всё равно доставило ей удовольствие. Короткое, но эффектное. Она всегда любила смотреть на то, как сражаются рыцари. Когда-то и её учили владеть оружием, Утер хотел, чтобы все его дети, даже удочерённые, могли защитить себя. Правда теперь ей никто не даёт оружие в руки, она же больше не девчонка, а девушка, которой следует найти мужа, чтобы он стал ей щитом.

— Джеффри, потерял какой-то свиток, спрашивает, не брала ли я и просит принести в библиотеку, если найду. — Маргарет спрятала записку в рукав. — Не знаю, зачем на это переводить бумагу. Чем закончился бой?

— Ланселот проиграл! — громко крикнула Алиса, спеша присоединиться к их компании. Оставаться один на один с Амелией она не горела желанием.

Маргарет и Моргана одновременно сжали губы, стараясь побороть улыбку, но потом не удержались и засмеялись. Алиса сказала это так громко, что без сомнения, её услышали все, включая беднягу, только что поднявшегося на ноги. Артур с усмешкой посмотрел в их сторону, а потом сделал вид, что его это никак не касается. Люди начали расходиться, Артур объявил, что остальных желающих попытать удачу он обязывает явиться через час, и, если кто опоздает, никогда не сможет попробовать снова.

***

Утро заканчивалось, и солнце поднималось всё выше, становилось теплее, ещё минут двадцать и станет совсем жарко. По коридорам замка гуляли остатки утреннего ветерка, от камней ещё поднимался легкий холод. Маргарет ушла с площадки пораньше, её шагов даже не было слышно. Множество слуг и придворных сновали туда-сюда, полные собственных забот и активных разговоров. Если Алиса хочет попасть в библиотеку, Маргарет нужно подготовить почву. Найти что-то вкусное для Джеффри, спросить у Эгрейна, не знает ли он что-то про секретные ходы. И если не знает, то сказать, что она просто так поинтересовалась, из любопытства к… местной архитектуре. Он не поверит, но использовать это никак не сможет.

Погружённая в планирование разговора с библиотекарем, что так не любит шум в своём обители, Маргарет не замечала тех, кто проходил мимо и не прислушивалась к разговорам. В её голове Джеффри стучал кулаком по столу, выставляя и её и Алису не то что из библиотеки, но из Камелота заодно. Так что она даже не заметила Гаюса, что торопливо оглядывался по сторонам, явно ища кого-то. Когда его цепкие маленькие глазки остановились на Маргарет, он выдохнул, ещё сильнее нахмурившись, и поторопился к ней. Он что, пятнадцатилетний посыльный, искать её по всему замку? Накопившееся возмущение, ему тут же захотелось излить на плавно ступающую девушку, но дипломатичность лекаря не знала границ. Так что он просто подошел к ней и бесцеремонно ухватил под руку. Маргарет вздрогнула, но, вынырнув из своих мыслей, переключила внимание на лекаря.

— У нас есть очень важная проблема, леди Маргарет, — заговорил Гаюс, ей пришлось ускориться, чтобы поспевать за ним. — Король отдыхал после поездки, а теперь сможет нас принять.

— После поездки? Куда? — Маргарет не припоминала, чтобы им сообщали о отъезде короля.

— Его Величество вместе с принцем на рассвете ездили смотреть сожжённую деревню, оценивали ущерб. — Гаюс чуть замедлился и бросил на неё короткий взгляд. — Без лишних глаз. Так что не говорите никому.

— Даже без охраны? — Маргарет чуть встрепенулась.

— Леди Маргарет, королю не нужны няньки. — Гаюс уже начал жалеть, что заикнулся об этом. — Возвращаясь к…

— А если засада? — словно не слыша лекаря, продолжила Маргарет, с растущим возмущением. — А если таким был план? А если селяне специально подожгли деревню чтобы…

— Ш-ш! — Гаюс развернулся к ней. Даже будучи ниже ростом, он умудрялся смотреть сверху вниз. — Есть вопросы важнее ваших личных неправдоподобных опасений. Например, престолонаследие и отсутствие гражданской войны в будущем. Слушайте внимательно, король решил жениться и не на принцессе, а на вашей дорогой леди Алисе. Как вам новость?

Маргарет замолчала, её лицо потеряло всяческую эмоциональную окраску, но в глазах лекарь заметил скользнувший испуг. Гаюс сложил руки, остановился и начал терпеливо ждать, пока Маргарет определится, что она об этом думает. Ждать пришлось недолго, она прищурилась, задумчиво глядя куда-то и произнесла:

— Не знала, что он решится так скоро. — Она увела левую руку за спину, хрустнула пальцами. — Думаю, стоит поговорить с Его Величеством, сказать, что у этого брака нет перспектив, привести аргументы.

— Какой замечательный ход мыслей, — Гаюс плохо скрывал сарказм. — Я уже подумал об этом и поэтому вас сюда и привёл. — Он кивнул на двери малого тронного зала.

Маргарет мысленно согласилась с ним, но прежде чем она успела сделать шаг, лекарь схватил девушку за руку и ткнул указательным пальцем в кончик её носа. Она отпрянула, чуть округлив глаза, но ничего не сказала.

— Вы останетесь здесь. Будете стоять и внимательно слушать, поняли, леди Маргарет?

— Я бы могла…

— Нет. Говорить с Его Величеством буду я и только я. Ваше дело слушать и запоминать.

Маргарет кивнула. Гаюс смерил её оценивающим взглядом, думая, не ожидать ли подвоха, но всё же последовал собственному плану. Он вошел в раскрытые тяжёлые двери, а Маргарет, стала ждать, пока разговор начнётся. Шагнула к двери, осторожно коснувшись руками дерева, и покосилась на стражу. Они делали вид, что ничего не происходит. Какие молодцы! Голос Утера звучал хорошо, озадачено, но не более. Поздоровавшись, Гаюс не стал сразу переходить к делу, начал издалека и король даже посоветовал ему быть кратким. Время Утеру не хватало, видимо, сегодня какой-то особенный день. Но в следующую секунду изменилось всё. «Прости, что?» — из уст Утера прозвучало не как извинение, а как приказ встать и уйти. Маргарет приготовилась. Гаюс спокойно раскладывал по полочкам причины, почему жениться сейчас и тем более на девушке без рода и приданного, плохая идея для всего Логреса. Его голос лился мелодично, пока Утер не оборвал его одной интересной фразой.

— В дочери годится? — Король фыркнул. — Не я первый, не я последний.

— Ваше Величество, вы обрекаете бедную девушку на муки. Знать коршунами соберётся. Она из тех смиренных душ, что не ведают выгоды, не умеют отбиваться от врагов. Леди Алиса погибнет под натиском двора.

— Гаюс. — Король медленно ходил по залу, Маргарет слышала его приглушённые шаги. Она надеялась, что в зале нет Якова. — Так не это ли лучшая королева, что не ведает коварства? И пусть она неопытна в делах мирских, я смогу защитить её. Или ты сомневаешься в моей силе и власти?

Гаюс смотрел на Утера и думал: «Вы собирались защитить Игрейну, и вот мы здесь, вы женитесь снова». Он не может просто сказать Утеру что ему нет смысла жениться, что дети Алисы вырастут и будут сражаться с Артуром за трон, что он покинет этот мир раньше, чем увидит детей сидящих в седле. О, так запрещено даже думать. Не может сказать, что Алиса бывает взбалмошным ребёнком и, доверив ей роль королевы, всё превратиться в большую королевскую кухню, где она рассыпает муку и разбивает яйца. Поэтому лекарь склонил голову и предложил:

— Коль вам так хочется молодую жену, какая разница кто? Найдите принцессу с приданным в полкоролевства или хоть леди Маргарет. Она стала бы вам прекрасным советником. — Разумеется, он предлагал это несерьёзно, но ему хотелось развернуть угол зрения, чтобы король увидел ситуацию иначе.

— Гаюс, ты себя слышишь? — Утер говорил это, явно теряя терпение. Ему претит мысль, что, будучи королём на шестом десятке лет, он не может решить какую женщину брать в жёны. Маргарет становилось страшно, даже стоя за дверью. — Я хочу жену, а не советчика! И возвращаясь в спальню, я не хочу слышать о делах государства! Казна пустеет, Баярд задерживает долг, крестьяне лишились деревень, а ты пришел учить меня выбирать жён.

— Я лишь прошу вас прислушаться и подумать, Ваше Величество, — выдержке Гаюса следовало поставить памятник. Утер действительно его слушал, но вряд ли готов соглашаться. — Леди Алиса чужестранка. Любая жена должна подчиняться мужу, это её обязанность, даже королева. Но не ждёт ли Камелот судьба Мёрсии, где король был вынужден подавлять всяческие восстания недовольной его выбором знати, пока Её Величество не свели в могилу? Прошу вас, не обрекайте Логрес на внутренние войны, а леди Алису на опасность. — Он сделал маленькую паузу, подошел ближе. — Вы подтвердили, что она нуждается в вашей защите и, если вы действительно хотите таким образом её оградить, жениться совсем не обязательно. Возьмите леди под свою опеку, как леди Моргану. Единственное живое существо на свете, которому мужчина может доверять — его незамужняя дочь. У неё нет воли, кроме отцовской, нет мыслей, кроме тех, что ему по нраву. Взамен отец защищает дочь и делает её жизнь лучше. Леди Алиса скучает по погибшим родственникам, уверен, она будет рада обрести в вашем лице новую семью. Но не мужа.

Последняя фраза была лишней. Гаюс использовал всё терпение короля, и Маргарет услышала глухой звук. Она понадеялась, что это не голова лекаря ударилась о столешницу и даже немного отступила от дверей. Утер говорил достаточно громко, чтобы слушать его на расстоянии.

— Взять под опеку, замечательно звучит.

Сначала на лице Утера расцвела ухмылка, но стоило ему обернуться, как лекарю стало понятно, будет хорошо, если он выйдет отсюда на своих двоих. Однако его не пугало, он сделал, что должно и считал себя победителем.

— За многие годы верной службы, я сделаю тебе одолжение и забуду об этом разговоре, — чувствовалось, Утеру стоило усилий, чтобы не рявкнуть на лекаря прямо сейчас. — Это моё королевство, мой замок и моя леди Алиса. Ты не можешь говорить мне, что делать. Особенно в вопросе выбора королевы. Казна наполняется медленно, зимой не останется золота! У меня есть проблемы важнее свадьбы. — Он распахнул двери, Маргарет отпрыгнула в сторону, ощутив огромное желание спрятаться за спину стражника. — Лучше найди тварь, что сжигает деревни! Иначе какого чёрта ты мне сдался?

Король сам захлопнул двери, коридор моментально опустел, Гаюс остался в тронном зале. Видимо, звёзды сложились очень удачно, потому что Утер не заметил Маргарет и тут же отвернулся в другую сторону. На несколько мгновений воцаряется тишина. Утер остановился чуть поодаль, выдохнул, поднял взгляд в потолок. Он не мог так ошибиться. Маргарет собралась с мыслями, ей хотелось прощупать почву, может, переключить внимание короля, пока он под порывом эмоций не пошел обещать Алисе руку, сердце и корону. На всякий случай, шепнув под нос: «Ну, с Богом», она шагнула вперёд.

— Ваше Величество, как хорошо, что вы здесь. — Удивительно, насколько легко звучал её голос. — Как раз шла, чтобы поделиться одной идеей. Помните, вы сказали мне подумать над вопросом казны.

Утер медленно обернулся, вот и «прекрасная советница», как вовремя. Маргарет на секунду засомневалась в правильности своего решения. Лучше было бы заговорить о чём-то другом. Обсудить погоду, солнышко ясное… теперь обратного пути нет.

— Я нашла один способ, если вы одобрите.

— Не много ли вы на себя взяли, леди Маргарет? Кем вы себя возомнили? — Утер прищуривается, чуть наклоняется вперёд. Понимая, что она уже нарвалась, Маргарет выпрямилась и мысленно сжалась. Если нужно переждать бурю, она сделает это не отводя глаз. — Оставьте правление королевством мне! Я всё ещё король.

— Ваше Ве…

— Замолчите! — Король сделал шаг, и она отпрыгнула назад, как от зверя. Ей казалось, что перед ней не человек, а лев, рычащий, скалящий зубы. — Исчезните с глаз моих, пока я не выставил вас из столицы!

Не слишком задумываясь, Маргарет медленно опустилась в поклоне и замерла на несколько мгновений. Красный плащ короля мелькнул перед её глазами, и коридор наполнился звуком тяжёлых шагов. Она попятилась назад, приподнимая подол платья, а потом спряталась за угол. Там тихо, пусто, есть время подумать. Сжав кулаки, Маргарет осознала, по какому острому лезвию только что прошлась. Камни замка казались раскалёнными. Колотил озноб, отстранившись от стены, она постаралась собраться с мыслями. Скрестив руки, она обняла себя, делая глубокие вдохи. Пугать своим видом Алису нельзя, Гаюсу и без того сложно, хорошо что он не пытался вмешаться их разговор.

Боже Правый, она же просто шла в библиотеку.

***

— Это не страшно. — Джеффри поставил перед ней кружечку с сидром, может, не успокоит, так отвлечет. — Всё бывает в первый раз. Amat victoria curam.

— Что это значит? — принюхиваясь к напитку, спросила она.

— Победа любит терпение.

Маргарет кивнула и опустила взгляд на кружку. Всё ещё немного бледная, она добралась до библиотеки, ей хотелось где-то отсидеться, где её не найдёт ни Алиса, ни Моргана, ни Амелия. Разумеется, она не рассказала Джеффри, что послужило причиной вызванного гнева, не упомянула про Гаюса. Только теперь ей стало интересно, как он там, не остался ли сидеть в тронном зале один. Она думала, спрашивать про допуск Алисы в библиотеку сейчас или стоит пока отложить? Потом, всё же, будет спокойнее. С другой стороны, её состояние располагает Джеффри к более лояльному отношению. Боже Правый, о чём она? Несколько раз повторив фразу произнесённую библиотекарем, Маргарет бросила на него неуверенный взгляд. Правильно? Он молча кивнул. Можно порадоваться, она выучила целых три слова на латыни.

Сзади послышались шаги, Джеффри посмотрел на дверь и нахмурился, ему не нравилось, что сегодня к нему все ходят. Сначала Мерлин пришел за книгами, хотя вчерашнюю ещё не вернул, Маргарет нарушила покой, но она хотя бы ничего не уносила, а тут ещё кому-то понадобилось обрести знания. Он выдохнул, допил сидр и убрал кружку в сторону. Маргарет обернулась, чтобы взглянуть на пришедшего, и, увидев Эгрейна, даже слегка расслабилась.

— Мастер Джеффри, как выше утро? — Опустив перевязанные нитками бумаги на стол, из вежливости поинтересовался он. — Леди Маргарет, какими судьбами вы здесь?

— Мастер Джеффри учит меня латинскому языку.

Обменявшись с Маргарет не самыми дружелюбными, язвительными улыбками, Эгрейн переключился на бумаги. Оказалось, что он их рассортировал и начал подавать Джеффри по отдельным стопкам, листов по пять-десять в каждой.

— Это нужно положить ad actaархив. — Он отложил первую стопку. — Это должен забрать смотритель казны, но пусть тоже полежит, кто знает, когда он придёт. А это я bene placitoпо доброй воле взял на себя и восстановил подсчёты расходов на армию до войны с Баярдом.

Эгрейн замолчал, а Джеффри смотрел на него с укором. Маргарет хмыкнула, подавляя приступ смеха. Она понимала, что, вставляя в речь латинские слова, стряпчий пытался её позлить. Однако скорее развеселил.

— Мне следует начать разговаривать с вами на своём родном языке. — Маргарет повернулась к нему: — Чудовище тайной счетоводной комнаты Эгрейн. Согласны?

— Леди Маргарет, — он благосклонно кивнул, — если это звучит из ваших уст, то я полностью с этим согласен, даже если не понимаю и слова. Вы уже слышали про сожжённые деревни? Спокойные дни закончились. — Эгрейн заговорил куда серьёзнее. — Его Величество сказал, чтобы всех пострадавших, кто лишился домой, вели в замок. Большие статьи расходов.

— Вот почему король так боялся за ресурсы, нужно не просто восстановить дома, но и содержать людей. — Она поднялась на ноги, к ней возвращалась её дипломатичность. — Посевы тоже погибли в огне?

Эгрейн недовольно скривился и кивнул. Он знал, чем грозит голод, сам не раз переживал тяжёлые годы, но был уверен, что во взрослом возрасте его это не коснётся. Он посмотрел на Маргарет, которая, сохраняя спокойствие, уже что-то обдумывала. При этом ожидая, что он скажет дальше.

— Милостью Его Величества, я приношу пользу королевству, находясь на том посту, какой занимаю сейчас. Советую и вам позаботиться о месте при дворе. Более надёжном. Если поджоги продолжатся, нас ждут очень непростые времена.

Судя по интонации голоса, его и правда не радовала такая возможность. Маргарет помнила слова Эгрейна сказанные здесь ранее, у него есть какой-то корыстный интерес к её персоне. И всё же он ей помогал, пока что не прося ничего взамен. Тем более в его словах была истина, если грянет голод при пустых сундуках, Камелот станет оплотом преступности, бедности и разрухи. Завоевать его будет очень просто, и они с Алисой могут запросто лишиться королевского покровительства как лишние статьи расхода. Им нужно было обзавестись официальным доходом. Она заволновалась о том, как переживут эту зиму конюхи, их собратья по несчастью. А города? Они же ничего не сажают.

— Я хочу, — вмешался Джеффри, говоря достаточно раздражённо, — чтобы вы оба выучили ещё одну фразу на латинском. Beata solitudo — блаженное одиночество. Это то чего я добиваюсь в своём обители, — он обвёл взглядом рабочее место, — а вести светские беседы вы сможете и в коридорах. Давайте, обсуждайте политику в другом месте.

***

Плотный шарф, повязанный на глаза Моргане, погрузил воспитанницу короля в кромешную тьму. Руки Амелии и Алисы раскручивали её на месте, словно куклу. Она с трудом успевала перебирать ногами по каменной кладке, пока её не отпустили. Мгновение ей казалось, что она падает, но потом, расставив руки, Моргана замерла как в невесомости. Теперь её задача состояла в простом: поймать либо Алису, либо Амелию, либо Маргарет, ориентируясь на их голос. Погода стала приятнее, площадь перед дворцом, где не так давно ставили виселицу, опустела. Стала прекрасным местом игры. Главное, не упасть. Если Моргана споткнётся, падать на гладкие камни будет больно.

— Леди Моргана.

Она обернулась, это точно голос Амелии, но она далеко. Алиса может быть ближе. Прислушавшись, воспитанница короля уловила шаги, потом ещё одни, чьи-то приглушённые голоса. Она опустила руки.

— Вы должны меня звать, так нечестно.

Спрятавшись за постамент, на котором возвышалась статуя рыцаря, Маргарет и Алиса притихли. Им нужно было поговорить. Всадник, как подобает рыцарю, закрыл леди в тени своей благородной фигуры. Маргарет подняла на него взгляд, статный, сильный, ровно держащий копьё. Он страж, всякий входящий в замок, сталкивается с ним взглядом. Конь, как и хозяин, стоит смирно, не позволяя себе расслабится.

— Я не смогла поговорить с Джеффри, — рассматривая подтёки оставшиеся от воды, прошептала Маргарет. С Алисой она привыкла говорить тихо и на русском. — У меня… выдался не самый приятный разговор с королём. Не подходи к Утеру ближайшие сутки, ладно?

— Ладно, — не совсем понимая, ответила Алиса. — Но в ближайшее время это возможно сделать? Тебя никуда не припашут?

— Я и зову вас, — снова Амелия, Моргана сделала несколько шагов и схватила руками воздух. Нет, ей показалось. Она слышала голос и не представляла, куда идти.

— Не знаю. — Маргарет пожала плечами, отковыривая пальцем мох от статуи. — Авила написала, у неё есть новости от Грегори. Ну, я так думаю. — Она прижалась спиной к холодному камню. — Так что буду рада, если ты отвлечёшь Моргану. Мне нужно сбежать в город.

— Надеюсь, там какие-то полезные новости, и он не просто пригласил тебя на свиданку. — Алиса прислушалась, вроде Моргана была далеко. — Развлечь королевскую воспитанницу? Да не вопрос. У нас будет веселое времяпрепровождение, и я гарантирую. — Алиса закрыла глаза ладошками. — Она ничего не увидит! — А потом выпрыгнула из-за статуи. — Леди Моргана, я здесь!

Алиса остановилась как заворожённая. Воспитанница короля оживлённо шагнула на голос, но потом передумала. Ей показалось, она слышала шарканье за спиной. Шагов было больше, чем надо и говор… По спине пробежал холод.

— Леди Моргана, снимите шарф и идите к нам. — Алиса, совсем близко, но не со стороны шорохов. В сердце у Морганы что-то ойкнуло, она быстро стянула с глаз повязку и ахнула от неожиданности.

На неё смотрел селянин, половина лица которого обгорела и всё ещё кровоточила. Оставшаяся часть лица отражала непомерную боль и страдание. Что-то кряхтя, он стоял, держась за руку мальчика не старше шестнадцати лет и, кажется, не понимал, где находится. Попятившись, Моргана поняла, что вся площадь, некогда пустая, полна людей. И почти все они были ранены. Её сердце забилось сильнее, она обернулась, взглянула на Амелию. Та протягивала ей руку, явно настаивая вернуться во дворец. Алиса же даже шагу в их сторону не сделала. Придерживая рукава, она не сводила взгляда с израненной кожи человека. Это было не приятно, но не страшно. Воздух резко накалился, словно пришедшие люди принесли с собой множество факелов с зажжённым огнём. А также приобрел солоновато-металлический привкус. Им всем срочно нужна помощь. Но ноги, словно приросли к земле. Не так Алиса представляла окончание сегодняшнего дня.

Из дворца тоже хлынул народ, придворные, стряпчие, писари. Даже слуги. Все хотели посмотреть на пострадавших, не видно было только короля и принца. Маргарет, стоило Алисе отойти от статуи, медленно поднялась на ноги, всё ещё скрываясь за постаментом. Сколько людей… Это всё из деревень? Эгрейн говорил, что их пришлют сюда, но здесь их десятки! Она посмотрела на Алису, что с любопытством рассматривала новых «гостей». Моргана стояла поодаль, а Амелия обнимала её. Откуда-то рядом с ней появилась и Гвен, наверное, вышла из замка с другими слугами. Сейчас тут начнётся настоящая суматоха! Момента лучше уже не будет. Опустив голову и прикрыв лицо платком, она пошла вдоль стены. Утер говорил, что сжигает деревни какая-то тварь, — пробираясь сквозь толпу, она пыталась понять, что в действительности произошло, — но это не может быть живое существо. Только человек или природа. Что могло загореться? Торфяник? Надо узнать, есть ли они здесь. Может сухая трава вспыхнула на солнце? Нужно было явления, способное появится в нескольких местах сразу. Наконец оказавшись за воротами, Маргарет с трудом преодолела оставшуюся толпу и вышла в город.

— Как мы справимся с таким количеством больных? — Мерлин сновал между людьми, словно уж, следуя за Гаюсом.

— Не знаю, спроси Его Величество. — Лекарь остановился напротив очередной пострадавшей. Женщина, на вид лет тридцать, у неё обгорела рука и та измученно смотрела, как Гаюс водит пальцем вокруг ран. — Дай мне красную настойку.

— Кстати, как прошел разговор с королём? — Мерлин покопался в выданной ему ранее корзине с баночками. Выудив сразу два красных пузырька, он протянул лекарю только одну, наугад. — Что ты ему сказал?

— Постарался убедить, что он ошибается, пришлось сказать, что ему нужно стать опекуном, а не мужем. — Гаюс намочил настойкой кусочек ткани и обратился к пациентке: — Будет не больно, обещаю.

— Как вижу, это не помогло, — неловко улыбнулся Мерлин. Женщина вскрикнула, как только ткань коснулась ожога, и лекарь отдёрнул руку. Улыбка исчезла с лица мага.

— Что ты мне дал? — Гаюс понюхал открытый пузырёк и перевёл взгляд на Мерлина. — С ума сошел? Это сожжёт ей остатки плоти! Дай сюда. — Он забрал у него корзину и сам погрузился в поиски лекарства.

— Ты сказал красный…

— Слушай, — выдохнул Гаюс, капая на новую ткань другой настой, — хочешь быть полезным, так расшифруй пророчество дракона, пока не стало поздно. Может быть, я зря рискую головой.

— Не думаю, что «мышь, способная испортить урожай», это намёк на королеву.

— Думать ты будешь, когда Утер привяжет тебя к костру, а королевы, к твоему сведению, бывают разные!

«Молиться за здоровье леди Маргарет»

Если задуматься, в стенах замка десятки людей, которых Утер волне мог созвать в один зал и спросить их совета. Он мог быть уверен на все сто процентов, что каждый из них будет иметь свою точку зрения, жесткую и радикальную, дипломатическую и мягкую, компетентную и дилетантскую. Каждый, обладающий хоть мало мальским рассудком, был бы рад протянуть руки и вложить свои мысли (не важно, насколько полезные) в голову короля. Ведь они точно видели ситуацию с другой стороны, ведь они точно правы, ведь решение что пришло им за пятым бокалом вина вчера вечером абсолютно точно верное. Но Утер, не желая нанимать одному ребёнку семьдесят нянек, обратился только к тем, чей ход мыслей ему понятен и которым он, как кажется, доверял. Послал в город за смотрителем казны, мастером Норманом. На дворе вечер, он уже точно успел сбежать домой. Так же Утер послал за Эгрейном, ему нужны все документы, конспекты проходивших ранее встреч и просто человек способный вести записи под боком. Яков побежал в библиотеку, просить мастера Джеффри подняться в малый тронный зал, а потом устремился на поиски леди Маргарет. Утер захотел, чтобы она тоже присутствовала. Ему надо, чтобы кто-то временно заменил Гаюса, занятого множеством пострадавших крестьян. Тем более её мнение может отличаться от остальных. Артура не будет тоже, он усиленно тренировал рыцарей, и король не хотел мешать сыну развивать оборону.

Оставшись на какое-то время в одиночестве, Утер вышел в коридор, оставляя двери зала распахнутыми. Он медленно прошел к окнам, наблюдая за людьми, что заполонили площадь. Теперь им придётся их кормить, одевать при надобности и ещё найти новое место для жилья и работы. Ему хотелось очистить разум, дать маленькую передышку, прежде чем все соберутся и начнут обсуждать сложившуюся ситуацию. Сейчас, даже с огромным стажем правления за плечами, Утер чувствовал разве что усталость. Он верил, что решение лежит на поверхности, ощущал, что прав, но боялся ошибиться в своей уверенности. Опустив взгляд, он заметил Алису. Такую светлую на фоне крестьян. Она сидела почти в самом центре площади, на каком-то мешке, а вокруг неё хороводом собрались дети. Протягивая руки, она что-то им раздавала, что-то из большой корзины, и делала это нежно, с осторожностью, Утер не сдержал улыбки. Сейчас ему казалось, что он лицезреет деяние ангела небесного, что снизошёл до мира смертных, дабы скрасить ужасный день этих детей. В какой-то момент Алиса поднялась на ноги и начала осматривать каждого ребёнка отдельно, не строгой очередью, она подходила к ним сама. Рядом с ней появились двое мальчиков, они тянулись за ней хвостиком, как утята за уткой. Когда один из них, самый младший, случайно наступил на подол её платья, Алиса подхватила его на руки. Мальчик задорно замахал руками, вдруг начал стягивать с её головы платок. Утер подумал, что хочет видеть, как она держит на руках принца или принцессу, а не крестьянского сына. И когда они поженятся, он запретит Алисе носить платок. Все должны видеть, какую королеву он выбрал. Он не король из сказки, свою драконью королеву он в башне не спрячет. За спиной раздалось лёгкое покашливание, и, обернувшись, король увидел склонившегося Эгрейна. Стряпчий своим присутствием выдернул его из приятных мечтаний.

— Вы уже здесь, — выдохнул Утер и протянул руку вперёд. — Проходите.

***

Внизу всю было не так спокойно, как казалось Утеру внутри замка. Когда Алисе наконец-то удалось прийти в себя, заставить ноги сдвинуться, она, не раздумывая, ринулась к Гаюсу. Его голос был направляющим в том потоке шёпота, всхлипов и завываний, обрушивших на замок в момент. Лекарь оставался одним из немногих во дворе замка, кто не поддался чувствам, а сразу же приступил к оказанию помощи. К тому моменту, как Алиса добралась до лекаря сквозь толпу, тот остался один. Мерлин поставил корзину и ушел, словно его внезапно позвали. Подгоняемая жгучими эмоциями, что змеями клубились в груди, Алиса не сразу поняла, что сказанная ею пламенная речь о первой помощи, составленная по народным методам и личному опыту, была полностью на русском. И что Гаюс ни слова не понял, а она лишь отвлекала его. И что нужные, понятые для них, слова никак не хотели складываться, упрямо ускользая из памяти. А большинство названий она и вовсе не знала. Единственное, что она смогла сказать: «Помоги».

— Успокойтесь, леди Алиса. — Гаюсу пришлось отвлечься от раны мужчины, следующего пациента, помятуя, что беда не приходит одна. — Я уже это делаю. А Вам здесь делать нечего. Возвращайтесь в замок.

— Нет, — упрямо вцепившись в рукава одежды лекаря, девушка помотала головой. — Я могу помочь, — раздельно и с жутким акцентом Алиса всë же смогла донести до него свою мысль.

Гаюс тяжело вздохнул, отцепив от себя её руки и вернувшись к своему пациенту. Мало ему Мерлина. Мальчишка хоть и бывает невнимателен, но хотя бы знает язык, и они давно занимаются врачеванием. Лекарь быстро глянул на девушку, стараясь не отвлекаться от работы. Ожидая ответа, она перебирала рукав своего платья, внимательно следя за его действиями. Может помощник ему и не помешает. Естественно, тяжёлые ранения он ей не поручил, но помочь с мелкими порезами и небольшими ожогами она может.

— Смотри. — Поднял оставленный им отвар. — Это от ожога. Ты видела, как я обрабатывал раны? — Алиса активно закивала головой и перестала мяться с ноги на ногу. — Хорошо. — Так же кивнул он, скорее успокаивая себя, надеясь, что гостья ничего не напутает. Быстро порывшись в принесённой с собою корзиной, он вручил девушке приплюснутую стеклянную баночку с широким горлом и пару тряпок. — Это для открытых ран. Нанесёшь мазь и перевяжешь. Умеешь?

— Да, — решив, что между тряпками и бинтами почти нет никакой разницы, поудобнее перехватила вещи Алиса.

— Осмотри детей и если будет что-то серьезное, сразу ко мне, — взяв еë за плечи и внимательно вглядываясь в лицо произнес лекарь, прежде чем отпустить.

Осмотр детей не занял много времени. Их было чуть больше десятка и, на счастье, они не были сильно ранены. Лишь пару подростков имели парочку ожогов и ссадин, которые Алиса обработала. Хотя они и фыркали, больше интересуясь её фигурой и глазами. Тем, кто помладше, она напевала одну из детских песен с плавным мотивом, когда осматривала и улыбалась, пытаясь утихомирить их, внушить чувство безопасности. Что пережитое осталось позади, что здесь, за крепкими стенами замка, им ничто не могло угрожать и что здесь им помогут. Мысль о том, что дети вероятно голодны, после длинной дороги, посетила Алису не сразу, лишь потом, когда все дети были осмотрены, а медикаменты вернулись в корзинку к Гаюсу. Тот почти закончил и сейчас аккуратно обрабатывал раны сильно пострадавшего старика. Одного из тех, кого принесли на самодельных носилках. По взгляду лекаря родственники уже поняли, что у больного мало шансов и заведомо начали его оплакивать. Только перешагнув порог коридора, что вёл к лестницам на этажи, Алиса чуть не налетела на одну из служанок, что несла глубокую посуду с чем-то на улицу. Коротко извинившись и отступив, пропуская девушку, она поняла, что вереница кухарок вышла во двор.

— Что вы делаете? — поймав одну из девушек за локоть, поинтересовалась Алиса, уже видя, что те начали раздавать пришедшим хлеб, сыр и яйца.

— Помогаем людям, — испугавшись хватки, пискнула темноволосая девушка лет семнадцати. Лицо еë смутно было знакомым, возможно Алиса видела еë на кухне во время своих готовок. — Леди Моргана приказала.

— Я помогу, — обдумав информацию за пару секунд, отозвалась Алиса, забирая у молодой кухарочки ношу. Девушка и слова в ответ сказать не смогла. Полученные в распоряжение булочки Алиса тут же понесла в ту часть площади, где скопились дети. Желая проследить, чтобы досталось каждому.

Когда стало смеркаться, а окружившие Алису дети начали устало зевать и облокачиваться на неё в поиске тепла, девушка оглянулась на Гаюса. Лекарь все ещё занимался одним тяжёлым случаем. Кажется, на сегодня это был последний его пациент. Теперь оставалось только наблюдать и следить, чтобы никто никому не навредил. Он так же устало начал облокачиваться на носилки и протирал глаза. Вечер оказался слишком насыщенным для всех.

— Я вернусь, — аккуратно вставая со ступенек, что они все вместе облюбовали и, ссаживая со своих рук малыша возвращая его брату, тихо пообещала Алиса. Дети нехотя отодвинулись, некоторые сжались комочками.

Обходя и осматривая пришедших людей, Алиса ещё раз убедилась в правильности своей мысли. Вряд ли кто-то из горожан добровольно возьмёт к себе под крышу этих людей. Если, конечно, они не приходятся родственниками. Ей не нравилось то, что они всë ещё были на улице. За всë это время никто из слуг не пришёл с приказом о размещении этих бедных людей, под какой-либо исхудавшей крышей. Видимо, все были слишком заняты. Другого объяснения просто не могло быть. Уже подходя к лекарю, девушка припомнила приближение августа. А вместе с ним дождей и холодных ночей. Не раз она встречала их в своей деревушке и прекрасно знала, какая сырость могла ждать их в скором времени. А у этих людей даже дома, где они могли укрыться, нет.

— Гаюс, — она тихо присела рядом с ним. Тот лишь вопросительно угукнул, не отвлекаясь от собственных мыслей, — им… Нужен дом.

— Нужен, — после долгого молчания кивнул лекарь. — Нужен ночлег. У Вас есть идеи, леди?

— Я спрошу Утера, — от усталости не разобрав толком слов Гаюса, осторожно продолжила свою цепочку размышлений Алиса.

Гаюс обернулся на фамильярность и одарил девушку хмурым взглядом. Она что… не знает? Или ей уже можно?

— Короля Утера, — быстро исправилась она, перебирая края рукавов. — Он… Его Величество поможет.

— Может, если попросите Вы, то да. — Его настораживала такая открытая наивность девушки, и Гаюс лишний раз убедился в своей позиции. Однако это может сыграть на руку. — Попросите Его Величество открыть малый зал. Он пустует, так пусть послужит делу. На ночь разместим там всех. А позже… — Он устало вздохнул. Позже надо будет вынести вопрос о размещении людей в городе. Сколько же работы им всем предстоит. — Но это позже. Идите.

Уловив то, что Гаюс не против еë идеи, Алиса быстро засобиралась и пересекла площадь. Вроде король оставался в тронном зале, и она надеялась, что он далеко не сбежал. Слабо улыбнувшись этой мысли, девушка ускорила шаг. Всë же еë ждали дети. Она вспомнила, как Маргарет посоветовала не разговаривать с Утером хотя бы сегодня, что бы там не случилось, она посчитала риск оправданным. Подходя к дверям зала, Алиса услышала голоса. Нервозность усилилась, а предательские мысли о том, что еë не послушают, ведь там наверняка обсуждают важные для королевства дела, холодными червями вгрызались в сознание. Голос Утера звучал раздраженно, и девушка, постучав, уже чуть приоткрывшая дверь, замерла, не решаясь войти в зал. Утер обернулся, она увидела сверкнувшие гневом глаза, и Алиса на быстро сделала шаг назад. Решительность тут же куда-то пропала.

***

Джеффри и Норман пришли вместе следом, прошло достаточно много времени, так что библиотекарь видимо, ждал, пока смотритель казны вернётся в замок. Утер сидел во главе стола, облокачиваясь на высокую спинку стула и постукивал пальцами по столу. Все собирались вокруг, молча стоя в ожидании разрешения хотя бы сесть, не то что начать. Но только король пристально смотрел на дверь, нет Якова и Маргарет. Где их носит? Наконец, фигура паренька возникла в дверном проёме. Он чуть ссутулен, смотрит растеряно.

— Ваше Величество, леди Маргарет нигде нет. — Раньше бы ему доставило удовольствие принести такую новость, но не теперь, он чувствовал, что может отхватить даже не будучи виноватым.

— Как это? — Утер выпрямился. — Иди посмотри на площади. Здесь она, никуда не денется.

— Да… Ваше Величество, я был на площади и у стен, и в их комнате, и на кухне, и…

— Я понял. — Утер на секунду замер. В его памяти всплыло громкое: «Исчезните с глаз моих, пока я не выставил вас из столицы!» Она что, поняла буквально? Что б её… Если леди Алиса узнает, ему придётся ещё месяц ждать свадьбы. — Стража! Идите в город, найдите эту женщину и приведите сюда. Как можно быстрее.

— Роза и Корона, — поспешно бросил Яков, пытаясь хоть как-то реабилитироваться. — Таверна.

— Если позволите, — попытался вмешаться Эгрейн, — я бы мог…

— Нет! — Утер взмахнул рукой. — Садитесь, все. Мы начнем, как только её приведут. Пока подумайте, как будем восстанавливать деревни.

Неужели эта женщина не могла понять обстоятельств? Она сама влезла под руку! Куда черти её понесли? Пусть только явится, он поставит её на колени на каменный пол и… нет. Если он так сделает, Алиса его проклянёт, как Моргана что в тайне осуждает каждое принятое им решение. Что вообще он, король, может сделать, не получив ушат осуждения? Где те дни, когда его не волновало мнение окружающих и он правил, ведя королевство к процветанию и силе? За дверью послышалось неуверенное копошение.

— Кого там ещё принесло? Я занят! — Он резко обернулся, встретившись с испуганным взглядом Алисы. Она ойкнула, выпрыгнула из зала и пропала. Сбежала, испугавшись громкого звука. Утер медленно выдохнул. Всё? Терять ему больше нечего?

Не смея вмешиваться, все присутствующие заняли свои места за столом. Ни Джеффри, ни Норман, ни даже Яков не понимали, зачем Утеру понадобилось дожидаться Маргарет. Они не видели особой практической пользы в её присутствии, только Эгрейн тут же опустил взгляд в бумаги, и, кажется, он один понимал что происходит. По крайней мере, так показалось Якову, и он ощутил прилив профессиональной ревности. Король отошел от стола, самолично закрыв двери, и только потом вернулся на своё место. Потекли мучительные минуты молчаливого ожидания.

Когда Алиса снова появилась на площади, Гаюс насторожился. Девушка напряжена и явно спешила. Мысленно лекарь подумал, что Утер не откажет своей новой возлюбленной в любом капризе, но может он переоценил силу королевских чувств? Завидев лекаря, Алиса сорвалась на бег. В голову лекарю сами по себе закрались мрачные мысли. Неужели отказал?

— Леди Алиса, что-то случилось? — Гаюс был готов услышать что-то страшное.

— Нет, — немного нервно махнула она рукой, набирая побольше воздуха. — Идëм.

— Его Величество дал разрешение на размещение людей в малом зале?

— Нет. То есть… не в зале, — неуверенно протянула Алиса, не оборачиваясь и сразу же направляясь к оставленным ею детям. Раз ей не хватило смелости попросить короля лично, она должна рискнуть снова. — В коридоре первого этажа. Он всë понял. Всë в порядке!

Последнее было сказано скорее детям, и их родителям, которые уже успели добраться до своих чад и теперь сидели с ними вместе. К сожалению, не все из них пережили пожар. Если сказанное и было ложью, то Гаюс готов был закрыть глаза. Вся эта ситуация была столь неожиданная, что у них почти не было выбора. Оставлять людей на улице без самого паршивого одеяла нельзя. И если леди Алисе действительно не удалось уговорить короля, то он возьмёт ответственность за последствия на себя.

***

Путешествовать от села к селу или от города к городу людям приходилось редко. Этим занимались в основном торговцы, проповедники и авантюристы, не нашедшие себе места в родных краях. «Где родился там и пригодился», — в реалиях пятого века актуально как никогда. Здесь тебе нужно круглый год следить за полем, скотом, припасами, запасаться на зиму, помогать с тяжёлой работой родителям. А если осмелишься выйти на дорогу или в лес без компании или необходимости, тебя тут же возьмут в оборот разбойники, стоит спуститься первым сумеркам. И на кой тебе уходить? Утром надо рубить дрова, греть воду, кормить скотину, пока корову успели подоить. От сезона в сезон времени всё меньше. А чем платить налоги? Да и если селяне деревню покидали, то только ради того чтобы сходить к местному лорду, с жалобами.

В городе не лучше, тут детей отдают в работу или обучение с пяти лет. Научился ходить и считать до семи, иди и работай. Сначала в подмастерьях, потом лет с четырнадцати-шестнадцати на полную ставку. И только попробуй не принеси в дом копейку. Или будешь пахать на семейный бизнес, как это было у Авилы. Не теряя времени, Ролло приставил её к работе, стоило девочке стукнуть шесть. Вместе с матерью, тогда ещё живой, она мыла за посетителями посуду, таскала вёдра с тряпками и после закрытия мыла столы и лавки. Когда стала старше, перешла в кухарки, потом вернулась к посуде. А когда её глазки и поступь стало не стыдно представить публике, пошла разносить кружки эля и закуску. Между гостями она всегда порхала, но не сегодня. В «Розу и Корону» набилось огромное количество жителей сгоревших деревень. Как и во все таверны. Те, кто не поместился за воротами замка или те, кто, не нуждались в помощи физической, решили уйти лечить душу алкоголем. В шуме, запахе земли и перегара, Ролло напоминал Аида, что не может заставить мёртвых угомониться. И от греха, спрятал дочь в её комнате.

— Это вам надо прочитать. — Авила протянула Маргарет уже довольно потёртую бумажку. — Было с письмом лорда Грегори.

— Кто научил тебя читать? — поинтересовалась Маргарет, разворачивая послание. — Какой-то заезжий лорд или торговец?

Авила пожала плечами, кажется, она не хотела делиться информацией, и Маргарет направила всё своё внимание на письмо. Довольно сдержанное по содержанию послание. Он почти ничего не говорил, лишь отдавал указания, надеясь, что Маргарет и Авила их выполнят. Грегори попросил, чтобы она напомнила дочке хозяина таверны о платье и о том, за что оно было ей куплено. Мысленно Маргарет уловила некий дискомфорт от мысли, что он дарил Авиле подарки, а потом увидела окончание письма: «Леди Маргарет, обучите эту девчонку под вашу землячку. Подарок для короля должен быть с характером.» От письма разило некой отстранённостью и неуверенностью, что вовсе не радовало Маргарет. Записку, что она получила вместе с кольцом, и то была более душевной. Однако уже через секунду Маргарет сложила письмо, мысленно отругав себя за необоснованную сентиментальность. Они ведут с лордом Грегори незаконные, балансирующие на грани измены дела, а она ждет, что письма с распоряжениями будут душевными. Она бы ещё потребовала романтичности от сводок о расходах. Привычно поднеся записку к свече, она подожгла край и бросила горящую бумагу в стоящую недалеко тарелку.

— Сжигай всё, что он тебе пишет, — спокойно произнесла Маргарет, глядя на удивлённую Авилу. — Если что-то случится, ты всегда сможешь всё отрицать. Покажи платье, которое купил лорд Грегори.

Авила кивнула и полезла в единственный сундук, где прятала все свои вещи. Её руки умело перебирали всё, попутно выкладывая что-то на стоящую рядом кровать. Там были рубашки, которые вполне можно будет использовать, создавая образ пленницы. Маргарет больше волновала речь, придётся заставить девушку выучить несколько фраз на русском. А акцент? Самое важное это акцент. Нужно уложиться в этот месяц пока не наступил август. На кровать вместе с другими вещами легла и аккуратно сложенная шаль, Маргарет узнала её почти сразу. Следующим из сундука Авила вынула то самое платье, зелёное, в пол, с расклешёнными рукавами. Маргарет приподняла брови, Авила стояла довольная, словно сама его сшила.

— Такая красота! Вот увидите, я в нём ещё под венец пойду! Здесь особо не поносить, сразу затрут или порвут, и отец разозлиться, если узнает. — Она быстро, но бережно скрутила вещь и спрятала обратно. — Только вы отцу пока не говорите, он думает, что всё это мне жених дарит.

— Хорошо, не скажу. А шаль тебе как? — Маргарет кивнула в сторону кровати. Выходит, Грегори заранее купил именно женскую вещицу. — Я помню тебя в этой шали, тогда мы были здесь первую ночь. Наша с Алисой первая ночь в Камелоте. Ты спустилась с лестницы, оглянулась, так тихо пробежала мимо спящих нас. Я не спала… — Она протянула руку, потрогала пальцами мягкую ткань, почувствовав желание примерить шаль на себя. — Скажи, он сам надел её тебе на плечи? Ты покрутилась перед зеркалом? Сказала ли, как тебе нравится? — Сейчас Маргарет скучала по хорошим вещам из качественных тканей. Ей уже даже не нужны были удобные джинсы или туфли на каблучке. Ей хотелось платьев из мерцающих на солнце тканей, как у Морганы, вышитых поясов как у Амелии, меховых накидок, вот таких приятных шалей. И почему-то ей стало страшно обидно, что ничего подобного не подарили ей.

Авила не отвечала, ей хотелось рассказать, в красках описать тот вечер, но видимо, были обстоятельства, этому мешающие. Так что, сжав губы, она просто наблюдала, как Маргарет трёт пальцами ткань. Потом, всё же решив, что из этого не будет вреда, Маргарет потянула ткань на себя, желая развернуть. Авила в ту же секунду подпрыгнула, а из шали вывалился кошель полный монет и перстень. Упав на светлое покрывало, он развернулся прямо к гостье. Маргарет тут же словно протрезвела, Авила замерла в ожидании, что будет дальше.

— Перстень мужской. — Маргарет отпустила шаль и выпрямилась.

— Да, лорд Грегори мне его отдал. — Авила кивнула. — Тогда же ночью, в первую вашу с ним… то есть, в нашу с ним, ну и для вас тоже первую но… ай, вы поняли!

— Правда? Я слышала, лорд Грегори на пропажу жаловался. Думает, украли.

— Украли, бросьте! — Отмахнулась Авила. — Сам он мне его отдал, ночью. На столе лежал, с деньгами рядом. Деньги стопкой на столе, а перстень с другого края ну я и… А Его Милость выпил лишнего, вот и не помнил. Знали бы вы, сколько он пьёт, у-у-у… — Поймав взгляд собеседницы, она выдохнула и фыркнула: — Не обеднеет.

— И зачем тебе всё это? Разве иначе не заработаешь? — Маргарет села на край кровати, пытаясь понять мотивы.

— О-о-о, куда там. Приданное хочется не абы какое, а чтобы с вышивкой и новое, и чтобы дочери оставить можно было. А такое на просто так не купишь. Так что пусть будет всё. Вот после свадьбы брошу, там уже не я думать должна, где деньги брать, на это муж есть. А я всё что могла — сделала.

Звучало как повод быстрее разносить стаканы и подрабатывать прачкой, а уж точно не изменять любимому. Авила так ни разу и не назвала его по имени, но Маргарет уже догадалась, что речь о стражнике, что посоветовал им это место и смутился, когда на утро они упоминали Авилу. Перстень всё ещё лежал на кровати, Маргарет помнила, что эта вещь была дорога Грегори как память. Теперь у неё был шанс вернуть Грегори его прошлое, как он вернул её.

— Если я дам тебе двадцать либр, отдашь мне перстень?

— Леди Маргарет, ему цена все триста! — уперев руки в бока, возмутила Авила. Маргарет замерла, таких денег у неё не было, будь сумма меньше, она её заняла, у того же Эгрейна, надо торговаться.

— Хорошо, чего ты хочешь кроме денег?

— Как придём в замок, возьмите меня к себе. — Это звучало как более здравая сделка. — Служанкой, как свою землячку. Скажите королю, что не хотите меня отпускать. А я буду хорошо служить! Вы же видели, я даже целебные отвары варить умею.

— Служанкой? — Маргарет казалось, она попросит что-то более весомое.

— Да! При дворе хорошо служить, там слуги и спят мягко, и едят сладко. И к жениху поближе. Смогу следить, какие девки ему глазки строят! А если дети будут, тогда и уйду. А на приданное мне уже хватит.

— Хорошо, возьму. Уговорю короля, — Маргарет протянула руку.

— Пообещайте, леди Маргарет. Пообещайте, чтобы я точно знала!

— Обещаю, Авила, обещаю. Как только всё сделаем, сразу попрошу короля. При тебе.

Какое-то время Авила ещё сомневалась, потом покрутила перстень в руках, несколько раз глянула на девушку. Но, решив рискнуть, протянула ей перстень. Стать придворной служанкой, куда лучше, чем бесплатно работать в городе, пусть и на родного отца. По крайней мере, так считала Авила. И возможно была права. Вряд ли бы Гвен или Яков согласились променять свои места на другие. Спрятав перстень в кулак, Маргарет с Авилой договорились, что приступят к обучению, когда станет потише. И в таверне, и в городе. Как только селяне покинут пределы Камелота, она будет наведываться к ней время от времени. А пока пусть найдёт длинную рубашку, какую не жалко, для образа.

Уходя, Маргарет была уверена, что вернётся в замок с хорошими новостями. Как минимум их план в силе и даже если придётся задержаться, лорд Грегори им всё ещё… тут она запнулась. Кто? Друг? Слишком громкое слово. Соратник? Нет, ей нужно подобрать другое слово. Выйдя на улицу, она ощутила прилив прохладного воздуха, ночь обещала быть тёплой. Однако уже через секунду Маргарет встрепенулась, красные плащи, двое стражников замка уверенно вышагивали, расталкивая людей и заглядывая в переулки. Первая мысль: «Беги!», вторая: «Нет, стой». Стой, пока они не пройдут мимо, если они за тобой, веди себя как невиновная. Дорога после моста почти сразу сворачивала к «Розе и Короне», не заметить девушку, стоящую на ступенях таверны было очень сложно. Подойдя, один из стражников тут же схватил Маргарет под руку. Она возмущённо нахмурилась и попыталась отдёрнуть руку.

— Его Величество хочет вас видеть немедленно, — проговорил второй, и Маргарет его узнала. Тот самый жених Авилы. Куда делась стеснительность?

— Я уже шла в замок, — сказала Маргарет, глядя на него. — Раз уж вы меня провожаете, подайте руку, а не хватайте. Вы же не арестовали меня, я не побегу. — Мужчина ещё крепче сжал руку, она замолкла. — Не арестовали же?

***

Уже начало темнеть, когда стража привела Маргарет к воротам. За всю дорогу они даже взглядами не обменялись. Тот, что жених Авилы, вовсе шёл не оборачиваясь. Второй упорно тащил Маргарет за собой, не отвечая на вопросы или просьбы не сжимать руку так сильно. Казалось, он может вывихнуть ей плечо, если она споткнётся или замедлиться. У ворот они передали её дворцовой страже, что отнеслась к Маргарет ещё менее лояльно. Когда красные плащи тянули её через толпу людей, она слышала обрывки фраз и плач ребёнка, её взяла злость. Мысленно она пообещала, что найдёт способ сделать так, чтобы больше никто не смел таскать её за руки. Кто бы ни приказал, её больше не потянут за собой как преступницу. Оказавшись под сводами замка, Маргарет постаралась понять, в чём провинилась, она вспомнила и утреннюю ссору с Утером, и письмо, которое, Яков, наверняка прочитал, и подумала, что ошиблась. Нужно было идти к Авиле позже. Желание скорее взять в руки присланную Грегори записку видимо пересилило здравый смысл. Дура! Что она скажет королю? Нужно придумать, что сказать Утеру. Ответ сгенерировался на удивление быстро. Один из стражей распахнул двери малого тронного зала, Маргарет с силой втолкнули вовнутрь, рассчитывая, что она упадёт перед королём на колени. Расставив руки, она удержалась на ногах, поймав равновесие в долю секунды. Король поднял голову.

— Где вы были? — Утер окинул её взглядом, потом, вспомнив что здесь слишком много свидетелей, махнул рукой. — Не важно. Садитесь, мы должны начать.

Все выдохнули, мучительная тишина в тронном зале уже раздражала, Эгрейн встал со своего места и учтиво отодвинул свободный стул рядом собой. Он помог Маргарет сесть, она сложила руки, как за школьной партой не слишком понимая, что от неё требуется. Всё ещё чувствовала, как колотится сердце, секунду назад она готовилась к аресту или ссылке. Она уже представила, как её осудят за что-то особенно страшное. Однако то, что Утер не сделал этого сейчас, не значит, что он не припомнит потом. Яков внимательно следил за каждым её движением на этом заседании, Утер сделал её звездой. Женщина, иностранка, за столом вместе с теми, кто должен помочь королю принять решение. Да ещё и начать без неё было нельзя. Это слишком! Смотритель казны даже брезгливо что-то пробурчал под нос, пока она усаживалась. Утер выпрямился, всё стихло. Яков задумчиво опустил глаза.

Сначала Утер спросил, как идут дела с пополнением казны. Эгрейн достал лист с пометками о нужном сообщить, он сказал, что план Романкоина «испортить» некоторую часть монет (что, разумеется, будет заметно) движется удачно. Как и дополнение к этому плану, которое написал сам король. Но то, что дело идёт удачно, не значит быстро. Утер категорически не хотел переходить полностью на серебро. Так что, старые монеты переплавляли, разводя с другим металлом, словно по волшебству превращая десяток либр, в два десятка и прятали в сундуках. Их пустят в оборот только в самый крайний случай. Эти монеты тоньше, на вес будет недобор. Но поштучно в руки использовать можно, никто не заметит. А пока королевская сокровищница подвергалась тщательной ревизии под надзором смотрителя Нормана и Эгрейна. Утер говорил:

— Логрес — единственное королевство с золотой монетой. Мой брат, король Аврелий, ввёл ее, и я не могу оскорбить его память, вернув серебро. Не хватает золота? Переплавьте.

В налогообложение в этом полугодии был вписан новый пункт. Помимо зерна, мяса, шерсти и прочего, каждый из владетельных лордов должен был предоставить золото на монеты. По весу. Установленный вес, собранный из любых золотых изделий. Эгрейн внёс в свой отчёт и это. «Лорды недовольны, — сказал он, продолжая, — но спорить, пока не посмели. Каринсбург, Саунтгемптон и Рединг уже прислали свою часть. Остальные лорды прислали заверения, что им нужно время на сборы. Маргит и Ашдаун молчат.» На последнем Утер только вздохнул. С этих двоих будет сложно получить налог, особенно с Грегори, которого нет. Дальше, смотритель королевской казны Норман заверил короля, что в ход идёт церемониальная золотая посуда, конфискованное у когда-то казнённых магов и преступников имущество. Золочёные ложки, рукоятки ритуальных кинжалов, прочие предметы культа. А также пряжки, аграфы, цепочки… Список можно продолжать бесконечно. Всё, что содержит золото, будет переплавлено. Воодушевлённый, Утер тут же отдал приказ пересмотреть и его сундуки, где-то наверняка найдётся брошь для плаща или лишняя застёжка.

— Но ни слова Артуру. — Король обвёл всех присевающих строгим взглядом. — Леди Моргане тоже.

Он тщательно скрывал от сына свои неудачи, всё старался превратить в плюс, остаться хорошим примером для подражания. Все молча кивнули, соглашаясь. Маргарет, потому что понимала его, Эгрейн тоже, Яков следовал приказу, а Джеффри и Норман всегда держали нейтралитет. На секунду все снова замолчали, дабы сделать логическую паузу и перешли к решению проблемы ещё более насущной.

— Оно, что бы это ни было, движется в Камелот. Осознанно, существо планирует напасть на город.

«Как громко сказано, Ваше Величество», — подумала Маргарет. Планирует, м-м-м… Если это зверь, даже очень большой, вряд ли он осознанно выбирает свои цели. Как и всякий зверь, он просто ищет, чем поживиться. И если так, другие города ничуть не хуже. Оно в любой момент может свернуть в сторону Саунтгемптон. Почему-то ей этого хотелось. Эгрейну явно было что сказать, но он молчал, разве что время от времени поглядывая на Маргарет и Джеффри. Ну же, давайте, это ваш шанс. И библиотекарь его не упустил.

— Ваше Величество, я уже начал перебирать имеющуюся в моём распоряжении литературу, однако большинство книг я отдал лекарю. Если можно было бы их вернуть…

— Яков, — король остановил Джеффри и махнул парнишке, — спустись к Гаюсу, забери книги и принеси их сюда. Они ему явно не нужны, он занят другим.

В голосе Утера отголоском проскользнуло недовольство от утреннего разговора. Маргарет задумалась, злится ли он на неё. Яков кивнул, пытаясь изобразить поклон, и исчез за дверью. Не теряя времени, Маргарет решила поделиться своими мыслями. Раз уж её позвали, пусть слушают.

— Даже если мы не знаем, кто или что поджигает деревни, — она решила говорить их словами, хоть до сих пор не исключила человеческих фактор, — мы должны подумать об обороне города. Как его защищать? Тем более от пожара. Это… существо стоит встретить с армией.

— Артур этим занимается, — подперев голову рукой, ответил король. — У него есть рыцари.

— Сколько, Ваше Величество?

Он повернулся и пару мгновений смотрел ей в глаза. Видимо, припоминая, говорил ли ему Артур о количестве рыцарей. Эгрейн чуть наклонился вперёд, кашлянув, и снова полез в записи. Через секунду он уже выудил очередную статью расходов.

— Десять рыцарей, Ваше Величество. Двенадцать с новым посвящённым.

— Десять? — Маргарет нахмурилась. — Ими даже сельский бунт подавить нельзя. У Вашего Величества есть собственная армия. Сколько в ней солдат? Они смогут помочь? — Ей вдруг стало очень страшно. Если судьба столицы покоится на плечах двенадцати рыцарей, то дела очень плохи. Даже не из-за огненной твари. И то, какое у них положение при дворе не играет никакой роли.

— Леди Маргарет, рыцари принца лучшие из лучших, — с явным нажимом ответил король. — Хватит и трех, чтобы отбить замок.

— Замок, но не город. Ваше Величество, нам нужна оборона. Вы же знаете это лучше меня. Оно может явиться с любой стороны. — Маргарет не понимает, почему он не рассматривать вариант нападения или диверсии. Из-за слов Мерлина?

— Хорошо, ладно, — Утер поднял ладонь, — я могу поставить свои войска вокруг замка, оставить рыцарей для внутренней защиты. Но на патруль города и окрестностей людей не хватит. — Он на секунду задумался. — Ашдаун. Напишите туда, кого бы лорд не оставил вместо себя на время отбытия, с ним нужно договориться. А лучше нет, Эгрейн, поезжайте в Ашдаун и сами соберите тех, кто покажется вам готовым к бою, и привезите сюда.

— Поеду сегодня же, к утру буду на полпути. — Эгрейн тут же засобирался, шелестя бумагами. Выглядел он не слишком довольным, ему по душе кабинет, а не дорога. Провести ближайшие три-четыре дня в седле, под открытым небом, звучало вообще не прекрасно. Бросить в городе жену…

Маргарет замерла, по кончикам пальцев скользнул холодок, если Эгрейн поедет в Ашдаун, то столкнётся с лордом Грегори. Она представила, как стряпчий вернётся со словами, что всё это время хозяин провинции прятался в замке, игнорируя приказ короля. Утер не сможет стерпеть ещё одной лжи. У него и так нервы как струны, только тронь и, оборвавшись, они лишат тебя глаза, а то и жизни. Вид болтающегося в петле тела лорда Грегори Маргарет вообще не радовал. Как и его предсмертное признание во всех согрешениях перед королём. Чем бы она рисковала, рискнуть их с Алисой благополучием она не могла. Протянув руки, Маргарет накрыла бумаги Эгрейна ладонями.

— Нет. Ваше Величество, Ашдаун далеко, надо искать кого-то ближе и… надёжнее. Мне сказали, вы лорду Грегори не доверяете. А со слов Его Милости, солдат и вовсе не осталось. Мы только потратим время.

Утер снова поднял на неё взгляд. Эгрейн заметно осел, надеясь, что ехать всё же не понадобится. Если не придётся, он будет молиться за её здоровье ещё неделю. Джеффри скучающе выдохнул. Король и не подумал, привык, что у него в запасе всегда есть неделя-полторы.

— И кого же вы предлагаете? — Утеру стало интересно, насколько глубоко эта женщина успела копнуть и навести справки. Если скажет что-то действительно стоящее, он даже не станет спорить.

— Обратитесь к самому достойному из ваших вассалов. — Маргарет убрала руки с чужих документов. — Лорд Романкоин ближе всего к столице и уверена, не упустит возможность оказать поддержку Вашему Величеству. Тем более, будучи лордом вашего совета, он наверняка является одним из самых сильных и влиятельных. Сможет собрать куда больше солдат.

Где носит Гаюса? Утеру захотелось щелкнуть его по лбу: «Это ты ей всё рассказал!» Ладно. Звучало это прилично. Он привык обращаться к Грегори за солдатами, так как те и правда, отличались лучшей подготовкой к бою. Но здесь задача проще. Надо напасть на чудище и задавить его скорее количеством, чем хитростью или тактикой. Это не осада крепости. Утер почувствовал себя куда беспомощнее, чем раньше. В юности он водил войска с численностью в тысячу, а то и больше человек. А теперь собирает солдат по стране как хлебные крошки со стола. А если на них внезапно нападут? Зачем-то же Баярд задерживает выплату… Признавать было сложно, но армию стоило пополнить. Довольный Эгрейн легонько улыбнувшись, бросил взгляд на Маргарет. Теперь ему нравилось, как она себя ведёт, и он видел, что ставка его не проигрышная. Надо ещё чуть-чуть шлифануть.

Двери распахнулась с изящным скрипом, Яков вошел в зал с книгами. Он нёс их стопкой, стараясь не уронить и не слишком скрывая то, насколько ему тяжело. Водрузив всё это на стол, он выдохнул и, сложив руку за спину, шагнул назад. Глубоко вздохнув, парнишка посмотрел на Маргарет и тут же отвернулся, побоявшись столкнуться с ней взглядом. Джеффри начал осторожно раскладывать фолианты, рассматривая их.

— Ты взял всё, что нашел? — поинтересовался библиотекарь. — Прихватил даже «Наставления Талиесина». На что ты надеялся, мальчик? Что древние предсказали эту птичку?

— Я не посмотрел, простите. — Яков пожал плечами и отошел ещё на несколько шагов. Снова проследил за тем, что делает Маргарет, словно выжидая момент.

Она провела рукой по одной из книг и выдохнула. Тут сводки за много-много лет. Пока они это всё перечитают, уйдут года. Интересно, король им поможет? Маргарет взглянула на Утера, он смотрел куда-то поверх стола, не обращая внимания ни на людей, ни на фолианты. Погруженный в свои тяжёлые мысли, с потухшим взглядом, он замер подобно статуе. Словно он не видел выхода из сложившейся ситуации и уже стоял на пути смирения с неизбежным. С чего бы вдруг королю не верить в успех?

— Ваше Величество? — она произнесла это почти шепотом, чтобы услышал только Утер, даже Джеффри не отвлёкся от книг. — Есть что-то ещё, что мы должны обсудить? Прежде чем приступим к разбору книг.

Утер, не двигаясь, перевёл на неё хмурый безрадостный взгляд, что на секунду кольнул её неприятным предчувствием. Секунду он смотрел на Маргарет, а потом, видимо передумав, отодвинул стул. Громкий звук ползущего по камню дереву заставил всех поднять головы. Маргарет немного попятилась. Что-то шло не так, именно в мыслях Утера, у него не складывалась полная картина. Плохо.

— У нас мало времени, Эгрейн. — Он вышел из-за стола. — Составьте письмо для лорда Романкоина и отправляйте голубя прямо сейчас. Норман, возвращайтесь к своим обязанностям. Леди Маргарет, — Утер подошел к ней и обнял за плечо, уводя в сторону.

Выглядело это так, словно они — старые друзья а Маргарет вовсе не девушка, а матёрый рыцарь. Она почувствовала, как под весом руки короля ей хочется сгорбиться и стать мышью, ладони от волнения вспотели, и ей пришлось сжать их в кулаки, чтобы пальцы не дрогнули. Вдруг сейчас он исполнит угрозу. Но вместо этого, он довольно мягко поинтересовался:

— Расскажите, где вы были?

— Ваше Величество, я не знала, что могу понадобиться вам, простите. — Она собиралась с мыслями, отгоняя ползущий по шее холодок при взгляде на короля.

— Перестаньте извиняться, вы не можете настолько меня бояться. — Утер абсолютно серьёзен. Маргарет кивнула, даже это звучит как приказ. — Просто расскажите. Леди Алиса знала?

— Нет, леди Алиса ничего не знала. — Она решила, что всю правду сказать не сможет всё равно. Когда-нибудь Маргарет перестанет лгать королю и тогда её жизнь станет спокойнее. — Я увидела, как много людей привели в замок, и решила выйти в город, посмотреть, как дела за стеной. Заодно к знакомой зашла, её отец таверной владеет, говорит, погорельцы все комнаты заняли, и платить отказались. Ваше Величество, могу я пойти в библиотеку и поискать другие книги, которые могут помочь?

— Хорошо, я рад, что вы обзавелись друзьями, — он кивнул, заметно успокоившись, отпустил её. — Я хочу, чтобы вы знали, я ценю то, что вы вносите свой вклад в защиту города. Просто не забывайте, вы и леди Алиса гости замка. Не утруждайте себя слишком сильно.

— Ваше Величество, чем больше я делаю, тем приятнее нам находиться в замке.

— Вот как, — Утер немного улыбнулся. — Яков, спустись вместе с леди Маргарет в библиотеку. Мы разберёмся с этим сегодня.

***

Вечером замок заметно пустеет, особенно сейчас, когда на небе начали появляться звезды, а на улице зажгли факела, должна была воцариться тишина. Гул стоял разве что на первом этаже, куда Алиса с Гаюсом завели всех детей и тяжелораненых. Они рассадили их на полу, ближе к факелам. Раздать всем одеяла и пледы невозможно, во всём замке столько не найдётся. Согреться может особо и не согреются, но темноты не испугаются. Особенно сложно Алисе и кухаркам, которые тоже вызвались помочь с детьми, что боялись огня. Они тыкали пальцем в факела, плакали, если их подносили слишком близко. Каждого приходилось успокаивать отдельно и с индивидуальным подходом. Алисе стало на удивление плевать, что скажет король в ответ на такую вольность. Пусть накричит на неё, если захочет, пусть обвинит в колдовстве, она не даст детям спать под открытым небом. Проходя через первый этаж, Маргарет и Эгрейн даже замерли на пару секунд. Казалось, замок превратился в больничный госпиталь. Алиса, которая завязала свой платок как косынку, даже не заметила, как Маргарет прошла мимо. Гаюс, на вид уставший, проводил всех троих, включая Якова, довольно озадаченным взглядом.

Без Джеффри в библиотеке было спокойнее, передвигаясь между шкафами, ты не чувствовал скованности. Предчувствие не давило на голову, словно над тобой нависает та самая кошмарная учительница русского языка из школы. Видимо, сидя в одиночестве здесь, за столом, он погружался в тишину до звона в ушах. Но сейчас, пока библиотекарь в тронном зале, Маргарет и Яков ходили совершенно уверенно, не боясь что-то уронить или задеть. Эгрейн оставил их у лестницы, где они и разошлись, отправившись на голубятню. Отправлять письмо Романкоину. Так что Маргарет была предоставлена, можно сказать, сама себе. Яков петлял вслед за Маргарет, поглядывая по сторонам, с любопытством рассматривая книги, свитки, записки. Словно искал, что есть полезного для него. Она подумала, что сейчас было бы отлично позвать сюда Алису, чтобы та нашла планы замка. Даже можно было бы послать за ней Якова, хотя не надо. Если дать Якову в руки такую информацию, он тут же найдёт ей применение.

— Вам помочь, леди Маргарет?

Сама галантность. С чего бы вдруг? Она покачала головой, сказала, что пока что справится сама. Ей было интересно заглянуть туда, куда до этого не было времени. Помимо книг с описанием животных в разных странах и временах, она засматривалась на более светскую литературу. Остановившись у полки, где книги стояли скорее по цвету переплёта, нежели по содержанию, она протянула руку, чтобы снять с верхней полки тёмно-зеленый талмуд. На корешке, серебром, сияло довольно интригующие название: «руководство к жизни и воспитанию». Если уже в пятом веке люди поняли что им нужно руководство по воспитанию, почему в двадцать первом веке это до сих пор не ввели как школьный предмет? Яков тут же оказался рядом, быть вовремя там, где нужно он умел.

— Теперь мне нужна помощь. — Маргарет решила, что пока она листает книгу, он вполне может потаскать остальные. Она всё же девушка. Оказавшись на странице с правилами для молодых леди, Маргарет мысленно удивилась, как много «нельзя» уже успела нарушить. — Возьми вон те синие книги, это два тома одного сборника. О, и ядовитый травник найди. Тоже где-то здесь должен стоять.

— Да, леди Маргарет.

Яков поднял голову, протянул руки и вытащил два синих тома. Они были не слишком толстые и, собственно, не слишком тяжёлым. Маргарет перелистнула страницу, заметив, легкое замешательство в глазах сжимающего книги Якова. Она помедлила, наблюдая, как паренёк переводит взгляд с книг на полки и обратно. Словно сомневаясь, что должен сделать дальше. Сейчас он был очень похож на уменьшенную копию Эгрейна. Правда пока не сутулился. Заметив, что на него смотрят, Яков повернулся к Маргарет и показал книги, которые держал в руках.

— Это то, что вы просили?

— Да, — настороженно ответила Маргарет. Что взбрело ему в голову? — И ещё травник.

— Да, конечно… — Он снова посмотрел на книжные полки, скользя по ним взглядом. Нервно прикусив губу, он всматривался в корешки. Маргарет нахмурилась и захлопнула книгу. Быть не может!

— Яков, ты не умеешь читать?

Маргарет поймала себя на мысли, что такой растерянности как сейчас, она не видела никогда. Он умел держать лицо, так что выглядел скорее так, будто это не правда. Словно не понял. Но стучащие по обложкам книг пальцы его выдавали. Быстро с этим справившись, Яков крепче прижал к себе книги и улыбнулся. Так вот оно что? Так она зря боялась всё это время! Поэтому он докладывал королю о записках, но не знал их содержание. Боже Правый!

— Только по латыни.

— Здесь не латынь. — Она сняла с полки травник, который, оказывается, стоял прямо на уровне его глаз, и развернула обложкой к парню. Но потом отложила в сторону, ей вдруг показалось, что она сильно его разозлила и обидела одновременно. — Это не страшно, ты же слуга короля, а слугам не положено образование и умение читать.

— Мерлин умеет. — Яков пожал плечами, было видно, насколько это вызывало у него зависть. Читающий и пишущий слуга куда полезнее. — Думаю, я должен отнести эти книги мастеру Джеффри.

Дождавшись одобрительного кивка, он со всей воспитанностью покинул библиотеку и только когда Яков ушел, Маргарет позволила себе расплыться в довольной улыбке. Ну, хоть где-то им стало полегче. Теперь, пока она сжигает все, что Яков отдаёт ей в руки, им с Алисой ничего не грозит. Маргарет снова взяла травник, прежде чем вернутся, надо будет занести его в комнату. И по пути рассказать Алисе про Якова, поделиться приятными новостями. А потом обратно в тронный зал, плевать сколько это займёт, она хочет доказать всем, что никакой магии в этом инциденте нет. А нужно позвать Мерлина! Точно. Он же вроде как может опознать эту таинственную сущность.

***

Солнце почти слепит, затопляя своим жёлто-оранжевым светом всё пространство вокруг. Оно медленно поднимается из-за леса, прошивая тьму сосен лучами, словно иглами. Золотой восход — хороший знак. Ещё не успевший прогреться после ночной прохлады воздух заставляет поёжиться и найти приют в лучах. Алиса молча подставляет им лицо, тихо думая про себя об их тепле и ласке. Она осторожно переступает с ноги на ногу, стараясь не задеть кристальную росу. Что почти невозможно. Ледяные капельки, словно маленькие алмазы, быстро скатываются вниз, оставляя за собой дорожки на босых ногах. Маленькая шалость перед… Алиса открывает глаза. Множество цветущих и благоухающих растений разношёрстным ковром простирает вокруг. Васильки, розовый клевер, маленькие незабудки и большие ромашки. Они сплетаются меж собой, словно узор, бережно вышитый умелыми руками, и ведут её дальше, по тропке. Туда, где её уже ждут, туда, где готов алтарь. Где накрыты столы, расставлены подарки и по дорожкам рассыпано золото. Туда где эхом слышится смех и поздравления. Музыка простовата, конечно же, это не свадебный марш Мендельсона. До него ещё слишком много веков.

— Подумать только. — Алиса склоняет голову и обхватывает себя руками. Длинные рукава, словно белые крылья, ложатся тихо, почти незаметно, они и есть её продолжение. Их можно раскинуть, если захочешь взлететь, и они не шуршат как у золотого платья.

Девушка разворачивается в сторону песен. У них есть несколько дней на эту свадьбу, и она попросила не торопить её. Конечно же, знать жениху о её душевных метаниях не нужно. Как и другим. Хочется ли ей сбежать? На удивление, нет. Попросту некуда. Да и если бы Алиса могла, то не решилась. Она пообещала быть вовремя. Девушка приподнимает подол белого платья и, подтанцовывая музыке, движется к священному месту. Её платье другое. Не то, о котором она когда-то мечтала. Длинное, намного длиннее, чем ей подходит по росту, но с блестящим морозным узором, что словно живой расползается по ткани, меняясь в формах и оттенках. Оно сейчас так идёт ей.

Глаза снова слепит солнце, когда Алиса подходит к краю леса. Зажмурившись и прячась от него за рукой, девушка сама не понимает, как так быстро оказывается в тенистой местности. Удивительно, как Утер, борец с магией, согласился на венчание в священном месте кельтов. Дух традиций ещё силён в умах принявших новую религию. Мягкий и влажный мох на камнях немного щекочет ступни, а прохлада заставляет тело покрыться мурашками. Вырезанные на земле руны надёжно скрыты слоем трав. Алиса точно знает. Она нашла это место, когда охотилась на лягушек. Оно показалось ей таким особенным, здесь легче дышалось. Девушка специально обходит гостей, словно дикий зверь держится у края, чтобы сбежать. Они все там внизу, на поляне. Алиса даже не знает, что за развлечения уготовлены для них.

— Какая плохая хозяйка, — тихо смеётся она своим мыслям и идёт дальше, поднимаясь на пригорок. Точно не хочет, чтобы король разрушил это место.

Под массивным деревом, крона которого скрывает свет, Алису охватывает безудержное ощущение счастья. Ей кажется, что вот именно сейчас, именно здесь она на своём месте. И причина проста. Она чувствует его! Не видит, но ощущает. Её жених рядом. Алиса радостно оборачивается, ища его взглядом. От вопроса отвлекают руки, что опускаются на её плечи. Алиса дрожит от набежавших на неё ощущений. Взволнована, напугана, счастлива, возбуждена и в нетерпении. Чёрт с ними, с гостями. Готовая обернуться, девушка облокачивается спиной на грудь жениха. Так близко вместе они ещё не стояли. Высокий. Алиса смеётся. А мужчина крепко прижимает её к себе. А потом тихий шёпот. Слов почти не разобрать, лишь смутные очертания. Есть только убеждённость Алисы в том, что её суженый просит не оборачиваться. «Ещё рано. Нам нужен восход новой луны». И она согласно кивает, ни чуточку не расстроившись. Они ждали этого дня так долго. Что мешает подождать ещё несколько часов, лет, столетий.

Алиса открыла глаза. Она проснулась от чьей-то тяжёлой руки на своём плече. Кто-то попытался её аккуратно встряхнуть, но вышло это не так приятно. Встрепенувшись, она взглянула в сторону нарушившего покой и увидела Маргарет. Подруга прислонилась к стене и медленно сползла по ней на лавку, запрокинув голову. Алиса сонно протёрла глаза, на секунду ей показалось, что они у неё дома. Пришли после затянувшейся прогулки, ужасно уставшие.

— Рит, — имя вырвалось само собой, как констатация. Девушка потянулась, задевая половники рукой. Они с гулким звоном прогремели, сгоняя остатки сна. — Даже не помню, как сюда пришла и уснула. — Алиса потёрла рукой затылок, стянула с головы платок, который из косынки превратился в белую мочалку, запутанную в волосах. — Мне снилась свадьба, представляешь?

Маргарет повернула к ней голову, не отрываясь от стены. Она смотрела несколько долгих тягучих мгновений. Алиса неосознанно оценила её вид: помятый, потрёпанный. До Алисы донеслись звуки копошения, она заметила, что на самой кухни жизнь уже начала бурлить. Неужели она настолько крепко спала, что не услышала? На самом большом столе уже кто-то замесил тесто на хлеб, старшая кухарка придирчиво рассматривала получивший комок, тыкала в него пальцем. Разве она не должна его попробовать? Ну, на соль… Другие кухарки плавно сновали от печи к печи, переставляя нечто похожее на казанки. Наверное, они тоже не выспались.

— Свадьба с кем? — Голос Маргарет заставил Алису вздрогнуть ещё раз. Она пожала плечами. До них добрался запах жареной картошки, ей жутко захотелось чипсов.

— Не знаю. — Сон, как на зло, улетучился из головы, оставив после себя чувство разочарования и ощущение легкости от общей сказочной атмосферы. — Не уверена точно с кем. Имя… Вертится на языке, но не могу вспомнить. — Алисе хотелось надеяться, что это был Гриша.

— Боже Правый, чувство, что я не спала вовсе. Ещё и поясница болит. — Маргарет решила не продолжать, если повезёт, Алиса никогда не узнает о планах Утера, и сон окажется просто сном. — Мы всю ночь перебирали книги. Утром меня разбудил король.

— В нашей комнате? — Алиса нахмурилась, пытаясь осознать, что произошло и как все слова связанны между собой. Нет, так не пойдёт. Прислонив руку ко лбу, она почувствовала лёгкий жар. Кажется, она переспала. Только бы голова не разболелась.

— Нет, в тронном зале. — Маргарет хмыкнула, представила, как было бы неловко, если бы Утер заявился в комнату и начал стаскивать одеяло. — Я спала, опустив голову на стол, Яков на лавке. Ах да, мы нашли зверя. — Она слегка брезгливо поморщилась. — Ну как нашли… Мерлин утверждает, что это грифон. Ткнул пальцем в одну из картинок.

— Ну да, грифон, — не сразу ответила Алиса, тон был совершенно серьёзен. — Он и сюда прилетит. Блин… — Внезапная секунда осознания заставила девушку заволноваться. — Он сюда прилетит!

Маргарет выдохнула. Она полночи слушала от Мерлина, Джеффри и Якова о магических существах и списывала всё на неграмотность. Отсутствие таких наук как физика и биология, но Алиса, при всём уважении, должна же быть хоть одна рациональная голова. Маргарет выпрямилась, сложила руки на коленях и осторожно спросила:

— Ты правда в это веришь?

— Более того, я это видела!

Алиса загадочно улыбнулась. Кухарки забегали активнее и начали недовольно поглядывать в их сторону. Видимо девушки начинали им мешать. Маргарет снова облокотилась на стену. Ладно, пусть так. Тесто для хлеба поделили на маленькие кусочки и стали подготавливать к запеканию, им не хватало рук, старшая кухарка всё чаще подгоняла остальных. Алиса решила не оставаться в стороне, пока в замке есть люди, она будет помогать. Да и самой хотелось есть.

— Как думаешь, мне дадут булочку, если я им помогу? — Алиса расправила помятый платок и снова завязала его косынкой. — Ты завтракала?

— Нет. — Маргарет окинула кухню взглядом, ни вид теста, не запах каши с овощами, — ничего не пробуждал в ней аппетит. Была бы тут пицца или хотя бы кофе… Как давно она ела? Вчера утром. Эта умозаключительная цепочка оборвалась в голове Маргарет на полпути. — Не хочу. Пойду к Эгрейну, выпрошу у него эль. И ключ от библиотеки, он хвастался, что хранит запасной. Джеффри вчера в приказном порядке попросил не будить его до полудня. У нас будет время.

Алиса кивнула. Мысленно поставив первый пункт на сегодня: обедать с Ритой они будут вместе. Кто же знал, что не сбудется?

— После библиотеки, надо будет сходить в конюшню. — Она поправила светлые пряди, заправляя их под платок. — А тебе нужно расчесаться.

***

После завтрака на площади стало совсем мало людей, приказом короля для их размещения отдали крыло замка, где сидела местная канцелярия. Первый и второй этаж, не тронули только комнаты, где работали писари, за что Эгрейн был очень благодарен. Большой коридор расчистили, проход по парадной части замка снова был полностью свободен. Это хорошо, потому что помимо всего Артур устроил праздник, целый пир в честь новопосвящённых рыцарей, хотя со стороны казалось, что исключительно в честь одного. Не зная о проблемах в казне, принц созвал всю городскую знать и к вечеру, к первым сумеркам, замок обещал быть полон гостей. Снова. Нет, Маргарет, конечно, слышала, что замок — это маленький город, но чтобы настолько! И хорошо, что люди будут подальше от праздника, им было бы больно видеть пьяных господ, пирующих в разгар их горя. К сумеркам должен был приехать лорд Романкоин.

— Людей нужно просмотреть и самых здоровых отправить обратно в деревни. Отстраивать дома, до первых заморозков они успеют. Пусть старшие дети идут с ними.

— Да, я собирался предложить королю то же самое. — Эгрейн протянул Маргарет кружку. — Теперь скажу, что идея была ваша.

— Можете не говорить. — Она сделала несколько маленьких глоточков. Эль легко заменяет завтрак и обед. — Заберите авторство себе.

— Нет. Мысль крайне простая, — Эгрейн улыбнулся, — если королю это уже пришло в голову, то бесполезным он сочтёт не меня.

Сегодня утром он виделся с женой, на рассвете, ещё до завтрака. Как и обещал, он попросил Энн молиться за здоровье леди Маргарет неделю, и не чувствовал, что должен был ей как-то ещё.

Моргана проснулась раньше, чем на опустевшей площади начались ремонтные работы. Но вот Амелия не упустила возможности пожаловаться, что шум прервал её сон и заставил встать раньше. Сделано это было в свойственной Амелии сдержанной манере. Но, скорее, её не устраивало, что последнее время в замке так много происходит. Их день от дня будит стук молотков и это при условии, что публичных казней не проводили уже две с половиной недели. Кому надо рубили голову тихо и быстро прямо в подвалах. Без публичных речей и эффектных выступлений. Король так же отказался принимать крестьян с прошениями, говорит, что выслушает каждого, как только будет решен вопрос с грифоном.

— Что они делают? — Моргана подняла голову от пялец, они с Амелией уже начали готовиться к вечеру и обшивали подолы платьев тонким шнуром, выкладывая из него листы.

— Разбирают виселицу, вероятно, — Амелия не отвлекалась, внимательно относясь к каждой сделанной закрепке. — Сегодня дольше, чем обычно.

— Они её переделывают, миледи. — Гвен собирала на поднос посуду, оставшуюся после завтрака. — Ещё один приказ короля, виселицу разберут, доски отчистят и сколотят качели для детей. — Она улыбнулась, глядя на Моргану. — Не знаю, кто подкинул Его Величеству идею, но, думаю, это мило с его стороны.

— Качели? — Моргана хмыкнула и тоже улыбнулась. Она действительно не ожидала от Утера подобных решений. Возможно, оно и было целесообразным.

Подлеченные, накормленные и отошедшие от шока дети становились активнее, они начали бегать, дёргать висящие на стенах шпалеры, хвостами ходить за служанками и устраивать драки. Нужно было куда-то девать их детский пыл. Качели может и мелочь, но на какое-то время займут малышню. Стук ударов молотков с улицы раздражал уже меньше. Гвен взяла поднос и унесла его из комнаты, Амелия дождалась, пока её шаги не будут слышны, и вдруг заговорила:

— Известно, кто подаёт Его Величеству идеи. — Она затянула узел, взяла новую нитку. — Леди Алиса и леди Маргарет особенно теперь.

— Амелия, они просто помогают Гаюсу заботиться о людях. — Моргана выпрямилась, наивно взглянув на девушку. — Если бы меня пустили, я бы тоже помогла.

— Леди Маргарет вчера была в тронном зале вместе с королём, смотрителем казны, библиотекарем и стряпчем. Яков сказал, они ждали, пока она придет, и не начинали без неё. А ещё он сказал, леди Маргарет упросила короля призвать в столицу лорда Романкоина с армией для защиты замка.

— Значит и Томас приедет. — Моргана дёрнула нитку, услышанное начало её настораживать. — Тебе же лучше, что плохого?

Амелия казалась невозмутимой, она говорила так ровно, даже не отвлекаясь. Слово — иголка вниз, слово — иголка вверх.

— Я благодарна за возможность увидится с братом. Ничего плохого, это хорошо, когда дама находит себе дело, теперь её мысли будут заняты. Хотя когда они были пусты? — Амелия по-детски хихикнула. — Кто бы мог подумать, что Его Величество послушает женщину.

Больше она ничего не говорила, в комнате воцарилась тишина, только стук молотков разбавлял её. Моргана задумчиво провела рукой по вышивке, её уже слабо интересовало, насколько ровными получатся листочки. Вернувшись к монотонной работе, она начала думать. Когда руки заняты повторяющимся действием, в голове сразу появляется огромная куча мыслей, думать под вышивку самое то, если нужно сосредоточиться. «Утер никогда не станет слушать женщину», — ответила она сама про себя. У Морганы давно сформировалась данная установка. Она узнала на собственном опыте. По большей части, ей ничего не запрещалось, Утер мог вести с ней беседы во время общих ужинов, если Моргана приходила просить отпустить её в город на ярмарку или разрешить позвать в замок музыкантов, — все подобные капризы выполнялись. Если Моргана осмеливалась поднять голову и высказаться против решений короля, тучи моментально сгущались. Утер обрубал все попытки перечить ему. Сначала убеждал в ошибочности её суждений, потом запрещал об этом говорить, мог запереть в комнате или где-то ещё в качестве урока на будущее. Но Моргана не думала останавливаться. Потухший пыл вспыхивал снова, двери тронного зала распахивались, и слова наполняли пространство вокруг трона густым дымом.

Мысли воспитанницы короля наматывались на ткань её платья вместе с нитками и золочёным шнуром. Она вспомнила разговор с Артуром, вспомнила, как ответила ему: «Нет, они не могут быть шпионками. Они ничего такого у меня не спрашивали». Хотя любопытство, проявленное Маргарет настораживало ещё тогда. Ощутив странное чувство, будто она уже обдумывала это, Моргана погрузилась ещё глубже. Утер не любит критики, если захочет, он может сам себя распять и воскресить, но другим не позволит. А Маргарет очень изворотливая. Легко в памяти всплыл разговор Утера и Маргарет, который Моргана вместе с остальными подслушала, девушка довольно изящно уходила от ответа. Выходит, как сказала однажды Алиса: «…они с королём сошлись во взглядах». В качестве заключения эхом отозвался ответ Амелии: «Ни одна достойная девушка не сойдётся во взглядах с Его Величеством». Вот, нашлась одна. Зачем ей? Моргана в жизни бы не поверила в россказни, когда-то распускаемые Яковом, Маргарет может хотеть чего угодно только не брака. И чего хочет Алиса? Артур был прав, им нужно присматривать за гостями.

***

Ключ, выданный Эгрейном был копией с ключа Джеффри, которую стряпчий когда-то давно снял без ведома библиотекаря. Это стоило ему неких трудов. На лучах солнца, что падали сквозь квадратные оконца, витала пыль. Тут стояла такая тишина, словно каждая стена изначально была изолирована от проникновения шумов. Маргарет и Алиса переступили порог очень медленно и осторожно, словно входили в заброшенный храм. Замок тихо лёг на пол, дверь прикрылась, ключ спрятали в рукаве платья. Нехорошее предчувствие обдало их с ног до головы и быстро отхлынуло. Они в очередной раз делали что-то незаконное, что может навлечь проблемы. За всё время нужно было привыкнуть. Алиса стояла, прижимая к себе скетчбук и карандаш, опасливо оглядываясь по сторонам. Маргарет вздохнула, у них мало времени.

— Я видела какие-то чертежи вон там, — она указала в самый конец помещения, к стене с полками. — Иди, ищи, зови, если будет что-то непонятно. Я постою тут, вдруг Джеффри вернётся.

— Хорошо, надеюсь, мы успеем.

Алиса скользнула между стеллажей, следуя к указанному месту. Здесь пахло историей, пылью, ощущалось присутствие накопленных за годы событий. Будучи здесь в одиночестве, Маргарет не раз ощущала некое подобие взгляда на своей спине, словно персонажи книг, летописей, лорды и короли прошлого всматривались в неё, чувствуя чужака. Словно наблюдая, как бы не случилось чего. Маргарет не собиралась вредить ходу истории, она думала, что сможет отнестись к нему с должным уважением. От двери она плавно шагнула к столу библиотекаря, единственному предмету мебели, который не был покрыт пылью, зато знатно запачкан чернилами. Проведя рукой по затёртому краю, она упустила из виду стопки книг, бумаг и опустила взгляд вниз, к ножке стола. Там стоял небольшой сундучок, ларец, запертый на навесной замок. Джеффри всегда бережно к нему относился, никогда не открывал при ней. Любопытство заставило Маргарет присесть рядом, деревянный, квадратный… может там какое-то редкое издание Священного Писания? Первая Библия на территории Англии? Она подняла несколько исписанных листов лежащих на крышке, рассмотрела сундучок и вернула бумаги обратно.

Почерк у библиотекаря был каллиграфический, как у любого монаха, что занимался копированием книг и текстов. А вот пометки на полях, зачёркнутые слова, залитые чернилами края, в её руках видимо побывали какие-то черновики. Взгляд зацепился за третью строчку: «…мои деды и прадеды, отдаю тебе брата моего Константина и две тысячи воинов, дабы…» Маргарет чуть отстранилась и нахмурилась. Она приподняла лист и прочитала случайную строчку на следующем. «…где на народном собрании провозгласили Константина своим королём»«История бриттов. Жизнь Мерлина» Гальфрид Монмунтский Отпустив лист, Маргарет поднялась на ноги. Она уже это читала, не здесь, не в виде рукописи. На неё словно надавили стены, духи из книг начали всматриваться пристальнее. Откуда у неё этот страх перед историей? Откуда туман в голове? Отступив от стола, она повернулась к первому же из стеллажей, гербовые книги, что же, теперь она будет знать, где их искать. Хотя зачем ей. Она медленно опустилась на пол, села прижавшись спиной к фолиантам, и закрыла глаза. Очень хотелось спать. Откуда у Алисы столько сил? Почему их не хватает Маргарет?

Ожидания Алисы подтвердились. Библиотека, упрятанная в подвалы, имела колоссальные размеры. Кажется, она располагалась под всем замком и по размерам могла сравниться с Российской государственной библиотекой. Возможно, Алиса и польстила зданию, но именно так всё и выглядело. Однако она была полностью опутана узорами паутины и облаками пыли. В носу нестерпимо защекотало, и девушка звонко чихнула. Несмотря на буквально живущего здесь Джеффри, с которым Рита успела познакомить Алису, вниманием библиотека была обделена. Идя в указанное ей крыло, Алиса поняла, как ошиблась. Крупные стеллажи, почти под потолок, как вагоны поезда, сменялись, и конца им не было. Алиса обреченно вздохнула. Уж лучше бы эта библиотека оказалась стандартных средних размеров. Она же не сможет осмотреть еë всю за такое короткое время! А здесь должны быть потайные ходы. Нет, просто обязаны!

Наконец, найдя нужный ряд, Алиса зашла за угол, подальше от невидимых глаз. Медленно переводя взгляд с почти полностью заставленных книжных полок, девушка ещё раз поздравила себя с дополнительной работой и, вздохнув, принялась перебирать свитки. Одни лежали на полках с книгами, другие стояли в крупных вазах с широким горлом и корзинках. Многие из них были вполне себе приличными, даже несмотря на пожелтевший вид, а другие, особо редкие, находились в плачевном состоянии. Они были настолько ветхими, что почти рассыпались в руках. Взяв один такой за обгорелый край (интересно, почему он такой?) Алиса провела внезапную для себя ассоциацию с лавашем и чуть не рассмеялась в голос. Благо, закрыла себе рот ладошкой. Но смешинки подавить не удалось. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, она заново принялась за поиски.

Двигая книги и дёргая подсвечники в разные стороны, девушка таила надежду на свою удачу. На то, что она сработает. Ноги сами приведут еë к нужному месту, а руки правильно откроют хитроумный замок. Она ведь даже подготовилась. Взяла с собой длинную заколку, если вдруг обнаружит отверстие для ключа. Но чем дальше она продвигалась в поисках свитка и тайных дверей, тем быстрее таяла надежда. Всë пространство ей не охватить. Сюда надо либо переезжать, либо брать штурмом из нескольких человек, при этом заранее обезвредив библиотекаря. И так, строя планы, как они все вчетвером, Ритой, Джоном и Джейком, будут простукивать каждую стеночку, Алиса потихоньку возвращала себе расположение духа.

Нужный свиток был найден на одной из полок. Слегка потрёпанный, желтовато-коричневый, он лежал у самой стены за такими же старыми бумагами. Алиса с удивлением отметила, что замок несколько раз перестраивался, судя по схожим на бумагах чертежам, где были вписаны дополнения и правки. Она так же отметила разницу почерков, что сопровождали самый старый вариант замка. Кажется, он сменил не одного архитектора, прежде чем появился конечный результат. Ради интереса, она вытащила все найденные бумаги и разложила их на полу, пытаясь сравнить и найти подсказки. Однако последний, утверждённый кем-то, кто имел размашистый и остроконечный подчерк, на удивление прописной, не имел ничего схожего с записями. Он был другим. На чертежах различалось расположение комнат, их делили и совмещали, закладывали и открывали вновь. Она даже нашла чертёж, где отсутствовала их с Ритой комната. Алиса нахмурилась и закусила нижнюю губу. Видимо, кто-то уничтожил или спрятал промежуточные этапы. Девушка открыла свой скетчбук и начала сравнивать залы, что сама успела зарисовать. Сошлось. Немного расстроенная тем, что никакой новой информации она не получила, девушка поднялась с коленей и шагнула ближе к свету. Всё же перечертить план замка стоило, некоторых частей, куда Алиса не могла добраться, ей не хватало.

— Милая леди, — неожиданно раздался чей-то голос откуда-то из-за стеллажа, у которого Алиса заканчивала план.

Девушка подпрыгнула на месте и, подавив желание закричать, резко обернулась в сторону звука. Каково же было удивление Алисы, когда она, вглядываясь вперёд, через книги на полке, никого не обнаружила. Осторожно положив свиток со скетчбуком на пол, она вышла вперёд. Это оказался конец восточного крыла. Она всë так же была здесь одна. Показалось? Да, такое возможно. Слышит же она перед сном голоса. Это не болезнь, она проверялась, просто отголоски дня. А тут она оказалась среди старых книг и историй, не удивительно, что она сама начала выдумывать. Алиса ещё раз внимательно осмотрелась и лишь убедилась, что никого здесь не было. Стоило ей вновь поднять свиток, как голос вернулся.

— Нет, не показалось, — на этот раз он звучал веселее и исходил точно из-за последнего книжного шкафа. Выпрямившись, и не произнеся ни слова, Алиса вернулась к области, откуда, по еë мнению исходил звук. И…ничего. Ни звука, ни голоса, ни знака. Всë было на своих местах. Алиса нахмурилась. Два раза ей не могло показаться. — Уже ближе, — снова некто подал голос. Кажется, его забавляла реакция девушки.

Удивительно, но она не боялась. Это начало походить на игру «горячо-холодно». Крадясь так же бесшумно, как это делают кошки, Алиса осматривала все места, где мог спрятаться этот человек. Здесь не было столов или скамеек, где он мог быть. Только несколько больших стопок книг и всë на открытой местности. Если бы он перебегал, она бы услышала. Эхо помогло бы ей.

Когда Алиса прошла мимо серединного стеллажа, Этот кто-то резко разразился громким смехом. В испуге девушка отпрыгнула в сторону, хватая и замахиваясь на «невидимого» противника тем, что первое попалось под руку. Этим чем-то оказалась увесистая книга в чëрной обложке.

— Правильно смотришь, — довольно отозвался некто.

— С говорящими книгами я ещё не сталкивалась, — почти шёпотом произнесла она, осматривая полки. Шевеления на них, разумеется, кроме паутины от сквозняка, не было.

Трогать руками возможно проклятые или одушевлённые книги Алиса желала меньше всего. Мало ли какую заразу можно от них подхватить. Покрепче перехватив чёрный и весьма толстый манускрипт, девушка дотронулась им до первой подозреваемой в оживлении книги. Красный корешок промялся, но ничего большего не случилось. Осмелев, она провела точно такую же процедуру с ещё несколькими. Возможно, дело далеко не в книгах, — мысленно заключила Алиса, сделав шаг назад и окинув взглядом весь стеллаж. В большинстве фильмов секретные ходы можно было открыть при помощи рычага. И незажжённый факел в креплении, совсем рядом со шкафом, как раз подходил на эту роль. Попытка дёрнуть его вниз не увенчалась успехом. Крепление надёжно было прибито к каменной стене. Ещё раз подивившись особым навыкам строительства в Камелоте, Алиса попыталась повернуть его сначала в одну сторону, потом в другую. Никакого результата это не принесло. Понадеявшись, что древний механизм открывания дверей как-то связан с весом, девушка вытащила факел. Однако и от этого ничего не изменилось. Разве что у неё появился свой личный «фонарик».

— Да чтоб тебя, — тихо ругнулась девушка, возвращаясь к осматриванию книг. — Где ты?

— Что Вы там бормочите, милая леди?

— Ты кто? И где?

— Я — это я, и я здесь.

— Что ты хочешь? — Девушка немного опешила от такого ответа, но после поняла, что звук идёт из-за шкафа. Несмотря на свою проходимость, он всё же заглушался.

— Вот так сразу? А Вы не теряете времени, леди. Я много чего хочу, но это сейчас не главное. Главное то, что Вы хотите от меня, — голос хрипловато рассмеялся, явно довольный собой и своими загадочными изъяснениями. Алисе нравились такие разговоры, но сейчас, всё ещё пребывая в растерянности, девушка не совсем понимала, как ей быть. С одной стороны голос представлялся ей как нечто грандиозно-волшебное, готовое разом решить их с Ритой проблему, с другой — где гарантия, что всё пройдёт гладко и этот голос просто не воспользуется ими, как наивными дурочками.

— Вижу, мои глубокие изречения поставили вас в тупик, милая леди. Не стоит этого стыдиться. Спрашивайте, если хотите.

«Одно яблоко никому не повредит»

— Ты меня видишь? — удивлённо озиралась по сторонам Алиса. Нет, ну если она сейчас наткнётся взглядом на камеру, это будет последней каплей! Стоп, снято, актёры в бешенстве!

— Не совсем, — растягивая слова, неохотно признался голос. — Это было такое выражение.

— Значит, ты меня не видишь, — уже уверенно кивнула своим мыслям девушка, делая шаг вперёд к стеллажу и вновь принимаясь за поиски рычага или того, что поможет её понять, как открыть эту потайную дверь.

— Но хотел бы! — Алиса замерла, намереваясь дослушать голос, не перебивая его своим шебуршанием. — Понимаете, милая леди, я заперт здесь по совершенно нелепой случайности та-а-ак давно, что уже забыл, каково это чувствовать свет на своей коже.

— Вы в ловушке?

— Увы. — Если бы у голоса были руки, то он наверняка их развёл. По крайней мере, именно так представляла Алиса.

— И Вы хотите, что бы я помогла Вам выбраться?

— Ах, если бы Вы могли это сделать, я был бы безмерно благодарен Вам! И исполнил любое Ваше пожелание, милая леди.

Прижав к себе манускрипт, Алиса ещё раз осмотрела книжный шкаф. В своей попытке найти тайные комнаты, она даже не задумалась, что они, вероятнее всего, и есть ловушки. Любопытство приутихло.

— Но Вам не стоит беспокоиться за свою жизнь. Вы не окажитесь в том же положении, что и я. Поймите, это комната одна из многих таких же комнат, ничем не примечательна кроме как своего входа. Он скрыт и спрятан от лишних глаз. И это просто чудо, что я услышал ваши лёгкие шаги! Вы вероятно были посланы мне небесами во спасение!

— И… Вы знаете, как попасть в эту комнату?

— Это мне неизвестно. Мои глаза были погружены во тьму, когда меня привели сюда.

— А Вы точно не преступник? — Алиса ненадолго задумалась, пытаясь вспомнить перевод слова «мошенник», но так и не смогла.

— Нет, нет! Что Вы! Меня обвинили по ошибке! И сослали сюда. Но как я мог! Моя вина лишь в моём любопытстве и жажды веселья. Не будь я столь безрассуден, не сидел сейчас… — голос резко замолк, явно сболтнув лишнего.

— Где? — не удержалась от уточнения девушка. Ответа не последовало.

Ведомая любопытством, девушка прислонилась телом к книгам, взобравшись одной ногой на нижнюю полку. Стараясь почти не дышать, дабы расслышать любой звук, Алиса зацепилась для удобства рукой с манускриптом за одну из верхних дощечек. И чуть не взвизгнула, когда она под тяжестью опустилась, а стеллаж начал оборот на сто восемьдесят градусов. Оказавшись в менее освещённом помещении, девушка почувствовала, как нажатая ею полка-рычаг встала на место. В ужасе от быстроты произошедшего, Алиса осмотрелась, не слезая с полок. Комната действительно была обычной. Даже чем-то походила на их с Ритой спальню, если бы подруге разрешили забирать все понравившиеся книги и свитки с документами из библиотеки. Небольшая, с серым камнем, множеством старых, местами порванных, шпалер и сумок. Здесь так же были поставлены два стола, что оказались, завалены исписанной бумагой, книгами, вазами и алхимическими скляночками. В воздухе летали песчинки пыли, что неприятно кололи в носу, а главным атрибутом данного помещения была всё та же паутина. И судя по степени её загрязнения и непрезентабельного вида, пауки здесь не обитали давным-давно. Старым и серым полотном она покрывала все вещи вокруг.

— Милая леди? — удивлённо разнёсся голос посередине комнаты, там, где стоял один из книжных стеллажей. Он один оказался развёрнутым горизонтально к входу.

— Не-а. — Надавила на рычаг Алиса, приводя механизм в движение и вновь оказываясь в восточном крыле библиотеки.

— Постойте! Вам удалось? Я слышал, как открылась дверь. Леди, прошу Вас, не бросайте меня! Я ведь сказал Вам правду, Вам ничего не угрожает в этой комнате.

Алиса растерянно съёжилась, когда голос эхом разнёсся по коридорам библиотеки. Их тайная вылазка грозилась стать достоянием всего Камелота. Убедившись, что механизм работает в обе стороны, и она не окажется запертой, девушка вздохнула и ещё раз нажала на рычаг.

— И не зачем так кричать. — Она слезла со шкафа и недовольно поморщилась. Комнатка не изменилась, зато у Алисы прибавилось смелости. Она сразу же двинулась к заваленным столам.

— Что? Не знаю, что Вы сказали, леди, но я рад, что Вы не оставили меня, а вер…

— Хватит говорить, — резко перебила голос Алиса. — Слишком громко, мы же в библиотеке. Где Вы?

Крепче перехватив чёрную книжку, Алиса быстро перебирала свитки. Если до этого она хоть как-то могла разобрать отдельные слова и предположить, что за документ лежит перед ней, то эти свитки были совершенно непонятны. Чернила не расплылись от времени, бумага не превратилась в труху, как в доступных секциях данной библиотеки, но слова не складывались, а отдельные буквы больше походили на этнические символы. Она знала парочку таких «магических завитушек», но это никак не приближало к смыслу написанного.

— Наверху. — Алиса вздрогнула от неожиданности. Тон говорящего изменился, стал серьёзней. Девушка перевела взгляд на стеллаж. На нём, на самом верху лежал странного вида ларец. Тёмный шестигранный и тяжёлый на вид. Как он оказался на самом верху, Алиса догадывалась, а вот как его спустить, не подняв при этом шум, она не предполагала.

— Видишь? Это моя тюрьма, — печально заявил собеседник, как-то поняв, что смотрят туда, куда нужно. — Если бы не то, чем прижали меня сверху, я бы мог сам хотя бы упасть на пол.

Алиса было уже открыла рот, чтобы задать кучу очевидных вопросов о том, кто её собеседник, почему его тюрьма такая маленькая и как ей спустить её, но вовремя одёрнула себя. Ей вспомнилось начало их диалога.

— Вы обещали исполнить моё желание.

— А я уже подумал, что Вы поможете мне по доброте душевной, — усмехнулся голос. — Разве женщина не должна быть сострадательной к тем, кто ищет помощи?

— Значит, отказываетесь от своих слов? — Алиса нарочито громко шагнула в сторону железного канделябра с мутной чашей для свечей.

— Нет! Конечно же, нет. Но посудите сами, леди, как я могу выполнить ваше желание, находясь взаперти?

— Мы можем обговорить это. Понимаете. — Девушка жалостливо посмотрела на ловушку, будто находящийся в ней человек (и человек ли) мог увидеть её, и с грустью продолжила: — Мужчины так часто пользовались моей добротой, что я боюсь кому-либо верить. Даже если это хорошо знакомый мне мужчина.

— Понимаю. Но мне вы можете доверять, я…

— Как? — Алиса медленно осматривала помещение вокруг. — Что вы можете сделать, чтобы доказать?

— Я могу дать вам слово!

— Этого мало. — Слову рыцаря она может ещё и поверила бы, но не запертого в ящике существа. — Я хочу знать ваше имя и на что вы способны, раз обещаете выполнить моё желание.

Долгая тишина в ответ, собеседник явно не решался называться, а Алиса тихо приблизилась к боковой стороне стеллажа, к сумкам. Они были выделаны из кожи, расшиты геометрическими узорами, в них с лёгкостью можно было узнать римские и греческие мотивы, и обильно украшены ракушками разного размера и формы. Не прерывая тишину, Алиса сняла одну и заглянула вовнутрь. Та оказалась пуста.

— Я не помню своего имени, милая леди. Кажется, это было так давно. А Вы? Назовётесь?

— Мередит. Мери, если хотите. — Алиса сделала паузу. — Я прислуга с кухни.

— Какое красивое имя. Мери, помогите мне выбраться, и я сделаю всё, что вашей душе будет угодно.

— А что вы можете?

— Всё! — Поняв по тишине, что ответ «Мери» не убедил, собеседник прокашлялся. — Что ты хочешь? Золота? Красивых платьев? Или может богатого мужа? Я могу устроить всё. Только скажи. Скажи, милая Мери, что ты хочешь.

— А ты можешь?.. — Алиса запнулась на полуслове. А если это их шанс найти кольцо? Но можно ли говорить с невесть кем о магии? Девушка предполагала, кто заключён в ларце, и страшилась выпустить его. Это точно могло обернуться бедой для всех них.

Алиса бесшумно зашла за стеллаж, рассматривая то, чем придавили ловушку. Это оказалась, обитая золотом книга, на которой чётко виднелась верхняя часть креста и несколько крупных драгоценных камней. Если… Если она скинет этот ларец, ничего же плохого не случится? А ей будет удобнее говорить, не задирая голову. К тому же, если он не врёт, то ей всё равно придётся открыть его. Закинув сумку на плечо и поставив чёрный манускрипт на соседнюю стеллажную стенку, девушка полезла наверх.

— Мери?

— А что насчёт магии? Ты можешь найти мне одно волшебное кольцо?

— Да хоть сотню, моя милая Мери! — весело рассмеялся голос. А Алиса замерла, положа руку на книгу. Она настороженно посмотрела на дно ларца. Внутренний голос завопил, что что-то не так. Что если она послушает его, то они с Ритой точно не выберутся отсюда. — Нет ничего проще. Какое твоё колечко? То, что придаёт неземную красоту? Талант? Что ещё хотят девушки от таких побрякушек? Думай побыстрее, Мери. А лучше помоги мне выбраться! Живее!

Алиса нахмурилась. Это было бы слишком просто. К тому же, им это кольцо вручил Мерлин.

— Конечно. — Она с силой толкнула ларец вперёд, заставляя съехать его большей частью. Собеседник внутри закричал, ругнувшись на древнем бритонском. А после, с громким стуком ударился крышкой об пол, подскочил, накренился вперёд и рухнул боковой стороной на пол. Книга же слетела с него и гулко приземлилась у стола.

— Можно было и поаккуратней! А теперь выпусти меня.

Довольная свой выходкой и с чувством отмщения, Алиса слезла с полок. Громко ступая, она прошла мимо заключённого к потайной двери. Больше разговаривать она с этим существом не хотела. Как и оставаться здесь. И вообще, надо было сразу уйти и не питать слабые надежды на коварных джинов.

— Ты меня вообще слышишь? Мери. Мери?! — Шум механизма стал ему ответом. «Мери» ушла. — Дрянная девчонка, ты могла получить всё! — оставленный снова, кричал он вперемешку со странными проклятьями. Один в своей ловушке. — Никогда больше не буду звать на помощь девушек, — обиженно отозвалось эхо позади Алисы. Та фыркнула, крепче сжимая в руках бумаги, и ускорила шаг.

— Ри-и-ит! — Она выскочила в проём между рядами. — Ри-ита-а-а!

Маргарет вздрогнула от голоса Алисы. Открыв глаза, она не поняла, успела ли заснуть и сколько прошло времени. Сейчас её больше волновал встревоженный голос подруги. Когда она оказалась рядом с Алисой, та стояла, указывая пальцем в стену.

— Там в сундуке Джин! Не ходи к нему и не слушай! Эти твари опасны и коварны.

— Там это… где? — Маргарет быстро окинула взглядом стену, книги на местах, полки тоже, никаких сундуков даже рядом не наблюдалось.

— В стене. Вернее, за ней есть потайная комната, где лежит что-то вроде тубуса на замке и он разговаривает! Я предполагала, что тут есть такое, но что бы тако́е.

— Джин в тубусе?

— Да, он заперт! Его туда посадили за какое-то злодеяние.

Маргарет снова посмотрела на стеллаж, собралась с мыслями. В это можно было поверить. Наверное… Может взгляды и чужое присутствие ей никогда не мерещилось? От подобных мыслей по шее скользнул холодок, кажется, на них уставились сотни глаз. Ей захотелось скорее успокоить себя и Алису.

— Слушай, мастер Джеффри в жизни бы не позволил…

— Войти в библиотеку без его ведома, — голос за их спинами закончил предложение вместо Маргарет. Она медленно выдохнула и обернулась.

Джеффри, каким-то чудом оказавшийся за их спинами, сделал шаг в сторону. Сложив руки, он окинул взглядом полки, проверяя, не пострадало ли что-то особенно сильно. Убедившись, что книги не пострадали, он перевёл хмурый, слегка разочарованный взгляд на девушек. Мысленно Маргарет сжалась, ключ, спрятанный в рукаве начал обжигать кожу. Алиса медленно повернулась к полкам и осторожно положила на место свиток, который держала в руках. И снова повернувшись к библиотекарю, замерла на месте.

— Я сделал для вас исключение, леди Маргарет, — звучало достаточно тихо и пугающе спокойно. — Мне показалось, раз Эгрейн пришел с вами, то вы достойны доверия. Знаете, сколько женщин было тут прежде? Одна. Покойная королева. А вы привели сюда невесть кого.

Алиса резко подняла взгляд. Маргарет свела брови, внезапно перестав чувствовать себя виноватой.

— Та, кого вы назвали «Невесть кто» леди Алиса, и она…

— Я знаю, кто она, — отмахнулся Джеффри. — Яков поведал всему замку. Abire! Я больше не хочу вас здесь видеть. Так и скажите Его Величеству.

— Знаете, что случилось, когда вы выгнали меня в прошлый раз? — Неприятные воспоминания заныли горечью в горле. Она поспешила отвлечься, взглянула на Алису и, увидев, как та сморщила нос, схватила её за руку. Прежде чем Алиса успеет ответить достаточно едко, чтобы монах запомнил. — Не сомневайтесь, король узнает.

— Мы правда пойдём к королю? — поинтересовалась Алиса, когда они переступили порог и оказались в пустом коридоре. Дверь за ними закрылась сама, словно духи замка захлопнули её силой ветра.

— Нет, — Маргарет отпустила её руку и прижалась к стене, — я солгала, мы с Эгрейном солгали, сказали, что мне разрешил король. На самом деле Утер никогда не знал ни о библиотеке, ни о книгах. Думал, Гаюс мне всё рассказывает. — Она усмехнулась. — Ничего, Джеффри ещё придёт целовать подол твоего платья.

— Хотела бы я на это посмотреть. — Алиса слабо представляла, что должно произойти, чтобы библиотекарь, переборов гордость, мог хотя бы представить подобное, не то, что сделать. — Мы с Эгрейном? — вопросительно процитировала подругу она, ожидая услышать историю.

— Да, мы хорошо… — Маргарет хотела сказать «общаемся», но только посмотрела на подругу и отмахнулась. Нет, есть кое-что важнее.

Вот как значит, «Яков поведал всему замку». О-о-о… Яков. Маргарет сосредоточилась, выходит читать не умеет, а сплетни собирает, чтобы выведать информацию. Хорошая альтернатива. А потом ещё и рассказывает всем, что сумел подслушать или подсмотреть. И как Утер до сих пор его держит? Наверное, рассказывает не всё, выборочно. Интересно, рассказал ли он про свадьбу? Не дождавшись ответа, Алиса просмотрела скетчбук, то, что успела перерисовать и выудила кусок карты, спрятанный между листами. Видимо она случайно прихватила с собой часть одного из планов.

Чёрт появляется, стоит помянуть, Маргарет даже не удивилась, когда Яков выбежал из-за угла. Она только отстранилась от стены, решила выждать момент и поймать мальчишку «за руку». Отдышавшись, Яков любезно поклонился Алисе, словно та уже была ровней Морганы. Алиса насторожилась и решила дождаться, что он скажет.

— Леди Алиса, Его Величество хочет вас видеть. Срочно. — Утер явно не удержался, сказал, чтобы Яков относился к Алисе как можно любезнее. И мальчишка это запомнил.

— Зачем? — Алиса сильнее сжала перерисованные чертежи.

— Простите, мне неизвестно. — Он взглянул на Маргарет, ожидая от неё какую-нибудь колкость. — Прошу, это срочно.

***

— Моргана со мной согласна, — проговорил Артур, сползая по спинке стула и вытягивая ноги под столом. — Наконец-то кто-то ещё увидел… очевидное.

Мерлин хмыкнул. Он знал, что Артура радует, когда признают его правоту, даже если это делает слуга из далёкой деревни. Мага даже немного пугало, какой энтузиазм породил разговор с королевской воспитанницей, принц воспрянул духом, начал снова думать, как убедить Утера. Теперь, когда Моргана тоже стала косо посматривать на гостей, правда они об этом ещё не знали. Их счастье хранится разве что в руках Утера. Никто кроме короля не станет их защищать. По крайней мере, пока не убедится в благонамеренности их мотивов. В глубине души Артур надеялся, что они окажутся вовсе не добрыми и не благородные дамами, но не признавался даже себе. Воспитание не позволяло ему в открытую обвинять женщин в непотребствах, но… что-то заставляло Артура оставаться подозрительным и осторожным.

— Надеюсь, леди Моргана не ошиблась, — вздохнул Мерлин, продолжая раскладывать вещи принца на кровати. Несмотря на военное положение, лорда Романкоина было решено встречать в соответствии с его титулом, а посвящение новых рыцарей отметить пышно. Чтобы никто не смел сказать, что король испугался и вызвал армию из страха.

Артур принялся объяснять, что за последний месяц у него появилось очень много новых теорий и предположений. Сам Мерлин слушал в пол-уха, он буквально минут тридцать назад изложил Гаюсу свою теорию насчёт слов дракона. Лекарь к предложенной расшифровке отнёсся очень прохладно, пообещал сам подумать и отпустил молодого подопечного к рабочим обязанностям. Почему выводы не понравились Гаюсу, Мерлин не понимал, всё же просто и логично! «Айне деву приведёт в Камелот. Королей чистокровных должен продолжиться род», — ну разве это не про Алису? Род королей должен продолжиться от пришлой девы. Именно это наверное лекаря злило. «…роль, как мнят амбиции», — тут, вроде тоже всё просто. Россказни Якова до него доходили тоже, Маргарет и Алиса что борются за внимание короля. Может быть это про Маргарет и ей светит участь, которая той не понравится. А вот на Алисе Утер даже задумал жениться. Мерлин взглянул на закрытую входную дверь, а Артур знает? Может стоит ему сказать? Он бросил подушку и накрыв её одеялом, начал разглядывать складки. «Камень, что упал со скалы и перекрыл прямую дорогу ручью», — звучало, очевидно, появление в замке гостей нарушило мирное течение дел. Довольный собой Мерлин, не понимал, почему не догадался до этого раньше. Всё ведь так просто!

— Ты меня слушаешь? — Артур замер, он немного хмурился.

— Да… — Мерлин мысленно прокрутил в голове то, что успел услышать последним и нашел только одно… — Леди Моргана согласна с… тобой.

***

— Думаю, ваша леди Алиса постаралась. — Гаюс вышел на ступени замка. Полдень, уставший за вчерашний день, лекарь всё никак не мог найти себе место. В каморке ему становилось тоскливо и в голову сразу лезли мысли о том, сколько всего он не успевает сделать. На воздухе куда лучше, вид более здоровых людей и смех детей успокаивали.

— Уверены? — Маргарет повернулась к лекарю. Она сидела на ступеньках, крепко прижимая к себе чертежи Алисы. Гаюс вряд ли станет задавать лишние вопросы, да она и не рассчитывала на компанию. И он, правда, не стал спрашивать, просто опустился рядом, и они вместе стали наблюдать, как дети раскачиваются на новых качелях. — Хорошо, что хоть виселицу убрали. Её вид напрягал селян.

— Это она и есть, — усмехнулся Гаюс.

— Рационально. — Маргарет покачала головой, оценив ход. Сейчас каждая доска на счету, а это… В двадцать первом это бы назвали переработкой или вторичным использованием. — Мне нравится.

Гаюс немного повернул голову, приподнимая бровь. Словно ожидал более эмоциональной реакции. Но потом просто пожал плечами. Пусть так, раз нравится.

— Смотрите сюда, леди Алиса. — Утер подвёл девушку к окну, с трудом скрывая довольную улыбку. Он видел, как заботливо она отнеслась к пострадавшим, и был уверен, качели станут гарантом его счастливой семейной жизни. Он всё подготовил! Точнее, подготовился сам. Сейчас она оценит подарок, придёт в восторг, а он предложит ей руку, сердце и трон. На эмоциях Алиса точно не сможет отказать!

Осторожно выглянув в окно, Алиса и правда улыбнулась. На освящённой площади царит мир. Взрослых уже приставили к работе, большинство засобирались домой, как и предполагал Эгрейн. Дети же выстроились в очередь, поделившись на группы по трое. Рядом стоял мальчик, громко считал вслух. Когда он два раза подряд доходил до одиннадцати, дети слезали с качели и на длинную доску забирались следующие. Так, подобно ручейку, очередь двигалась. Дети перешёптывались, смеялись, играли в местный аналог ладушек и выглядели счастливыми. От столь прекрасного вида Алиса и правда начала таять. А Утер, решив сильно не растягивать момент, заговорил:

— Сегодня на рассвете, я подумал, как можно порадовать наших гостей. — Он специально использовал это слово, дабы случайно не оскорбить крестьян, обидев этим Алису. — И тогда вспомнил своё детство. Это было так давно. — Король облокотился на стену, как делает обычно Артур, и говорил глядя прямо в распахнутые глаза девушки. — Детство принца в изгнании при чужом дворе, кругом враги. И тут я вспомнил то единственное, что дарило мне чувство свободы и полёта. Принц, не имеющий прав на престол, изгнанный из собственного дома, безумно любил самое простое развлечение. Качели.

Алиса посмотрела на Утера, пытаясь представить его ребёнком, и не смогла. Для неё было невообразимым увидеть его, к примеру, подростком. Так же невообразимо, как увидеть Артура королём. Словно они появились на свет уже такими, как сейчас, и навсегда останутся. Однако слова короля хоть и не заставили её сердце воспылать любовью или ярким сочувствием, но точно заставили слушать.

— …тогда утром, я приказал разобрать виселицу и из досок сколотить качели. Видите, дети счастливы.

— Да, Ваше Величество, они… — Пауза, слова скалываются в её разуме, и спокойствие быстро сменяется подавленной паникой. — Простите, вы сказали, из виселицы? А… Но это же… ужасно.

Энтузиазм Утера тут же исчезает. Он выпрямился и, набрав воздуха, спросил:

— Дорогая, какая разница из чего качели?

— Это виселица! На ней умирали люди! Как… Как вы не понимаете! Это неправильно. Дети не должны играть на пропитанном кровью дереве! — Она широко раскрыла глаза, словно не веря в услышанное, указав в окно. Не зная, что делать, она громко выдохнула и уперла руки в бока. Даже здесь Утер сделал всё по-своему!

— Вот именно. Это дерево, — серьёзно произнёс король. Через секунду уязвлённая гордость подбросила ему новую идею. — Завтра всё разломают и сожгут.

Алиса ахнула, сначала от возмущения, а потом и от обиды. Сначала дать детям игрушку, а потом сломать у них же на глазах! Слова снова потерялись, если бы она открыла рот, то оттуда полился бы поток русских сравнений, ругательств и возмущения. Не придумав ничего лучше, чем короткое «Простите», она развернувшись, гордо вскинула голову и чуть ли не сбежала. Она поднялась по лестнице, придерживая подол и перепрыгивая ступеньки. Переступив порог комнаты, Алиса захлопнула дверь и плюхнулась на пол у потухшего камина. Её распирало от возмущения! Если бы она могла высказать всё королю… вдруг, она осела. «Дорогая»? Алиса вскочила с места. До-ро-га-я?! Да как он… Да как… Слов не хватало, воздуха тоже. Она вскинула вверх руки, словно некто невидимый сверху виноват в случившимся и мог ответить за это, и принялась ходить по комнате, в ожидании возвращения Маргарет. Ей хотелось кому-то пожаловаться, рассказать насколько неуважительно отнёсся к ней король. Да как у него язык повернулся? И после этого она должна продолжать изображать дурочку? Ха!

***

Свято место пусто не бывает, особенно если ты холостой лорд, владелец лучшей армии в королевстве, а также огромных земель с несколькими деревнями. Так что оставаться затворником в таких условиях просто невозможно. Соблазн будет на каждом твоём шагу, да и вассалы будут косо смотреть, если ты не заведёшь себе хотя бы любовницу. И хоть лорд Грегори дружил с монахом, поддерживая христианские общины Ашдауна, сам в монастырь не торопился. Как и в само христианство. Так что женщин он, так или иначе, повидал немало. Но в любом саду есть роза, которая цветёт ярче и пахнет слаще. Разводить гарем, хоть ему и было можно, Грегори не собирался, как и жениться, но не проводить же столько лет одному.

Так что он совмещал приятное с полезным. Позвав брата Тука, он устроил в своей спальне небольшой пир, окна выходили на рабочий двор, там копошились слуги, они выгружали мешки с собранными налогами. Овощи, что успели вырасти к августу, мука на хлеб и, в основном, золото. Оно перенаправлено в специально отведённое место в замке. Со всех налогов процент причитается самому лорду, а остальное отправят в столицу уже завтра, от имени Квинта, разумеется. Как управляющего замком в «отсутствие» хозяина. Сегодня до лорда Грегори дошли вести, что дочь одного из конюхов, что работает на кухне, беременна. Все говорят, что от жениха, свадьба назначена на осень, но на всякий случай Грегори попросил подвести девушку к окнам, он хочет удостовериться, что ребёнок не его. Девушку привёл Квинт, её и ещё повара, указывая ему на телегу с тыквами. Несколько надо отобрать для замка, остальное поедет в столицу. Грегори наклонился чуть ближе к окну, опираясь на стол. Брат Тук, разливающий медовуху по стаканам, поднял на него не слишком довольный взгляд.

— Я никогда не осуждал мужчин вроде тебя…

— Нет, не она. — Грегори отстранился от окна, в голосе проскочило легкое разочарование. — Что ты говорил?

— Говорил, что не в моих правилах осуждать, ибо Господь говорит: «Не суди…», но всё же хочу дать совет. Будет проще, если ты женишься.

— А ещё лучше, если покрестишься, — с издёвкой добавил Грегори. Он подвинул к себе тарелку, принюхался к пряностям, потом потянулся за стаканом. — Я не так стар, в реку не полезу. И ты не прав, у меня уже есть любовь всей жизни.

— Аверн? — Брат Тук приподнял бровь, рука с мягким кусочком рыбы замерла в воздухе, он какое-то время наблюдал за тем, как Грегори взглядом изучал лицо друга, ища подвох. — Она тебе не сказала?

— Не сказала что? — Грегори насторожился, он опустил рыбу на лист салата и тоже замер, глядя на собеседника. В полумраке комнаты образовалась тишина. Телегу с тыквами, судя по звукам, увезли со двора в сарай. Голоса слуг тоже смолкли.

— Я крестил её два дня назад. Она собирается покинуть замок, отправиться с паломниками в Мерсию к женскому монастырю.

Брат Тук замолчал, понимая, что Грегори ни о чём даже не догадывался. Решив, что ему понадобится некоторое время, монах возвратился к трапезе. Грегори медленно облокотился на высокую деревянную спинку, стул поскрипывал под весом мужчины. Подперев голову левой рукой, Грегори сжал темную прядь кудрявых волос, глядя куда-то вдаль комнаты. Он не заметил, когда успел взять стакан, медовуха мягкая сладковатая шла как сок, а он представлял Аверн. Фантазия больше его не радовала. Он видел эту картину отчётливо, вечер или раннее утро, Квинт с ним на тренировке солдат, а девушка с монахом тайно встречаются у реки или озера. Брат Тук кладёт на её голову руку, и она погружается в темную воду, белокурые волосы чернеют, серые глаза навсегда исчезают во тьме глубин.

— Каким именем теперь её называть?

— Агата.

— Значит, в Мерсию… — Грегори хмыкнул. Он не представляет, чем мог так прогневать женщину, которая приносила богам кровавые жертвы, выпрашивая возможности родить ему наследника. Она перевела на это восемь зайцев и две овцы, умоляя о милости. А теперь она просто ушла. Даже не так, она приняла христианство, выбрала имя и собиралась ускользнуть под крыло врага. В монастырь королевства, солдаты которого, только недавно вырезали большую часть мужского населения Ашдауна.

— Не верю, что тебя это так расстроило. — Монах пожал плечами и приложился к кружке, взглядом он искал свечи, если они засидятся, им нужно будет что-то зажечь и разогнать сумерки. — У тебя было столько женщин, что я удивлен, сколько девочка вытерпела.

— Не тебе мне говорить. — Грегори поставил кружку и бросил на друга хмурый взгляд. — Тебе они вообще не полагаются, как и медовуха которую ты настаиваешь. Так что помолчи. Когда уходят паломники?

— Грегори, такова воля Го…

— Не важно, я вспомнил. Это те, что пришли несколько дней назад и заняли все дома вокруг моего замка? Мне сообщали, что они уйдут. — Грегори на секунду задумался, проводя пальцем по усам. — Завтра утром. Что же, твой Бог забрал у меня прекрасную женщину, теперь по всем правилам должен подарить новую. Надеюсь, она не сказала брату, Квинт искалечит её раньше, чем паломники успеют покинуть деревню.

— Думаю, она умнее, чем кажется. — Брат Тук не слишком беспокоился о сохранности своей новой духовной дочери. В первую очередь, потому что провёл в Ашдауне много времени и знал, что Аверн отличалась хитростью и умом, она не была горделива или амбициозна сверх меры, но глупить точно бы не стала. — Так ты позвал меня просто поесть?

— Нет, на самом деле, хотел узнать одну вещь, — продолжая копаться в пряной рыбе под медовый запах, заговорил Грегори. Сейчас чуть тише. — Мне уже давно снится один сон. Я сейчас расскажу, а ты скажи, как твоя религия его растолкует.

Лорд Грегори, будучи выращенным в традициях старой религии, с детства придавал значение многому. Его учили владеть мечом, ездить на лошади, управлять землями и… подмечать знаки. Сны, шорохи; для него не существовало слова «показалось». И он не раз думал, что может значит преследующий его сон. Лицо хоть и расплывалось, голос изменялся от шума, но зелёное платье он ни с чем не спутает. Леди Маргарет оставила о себе довольно приятные впечатление, но Грегори не отпускала мысль, что она готовит ему ловушку. О чём ещё может говорить лес, колючие ветви и вязкая земля? И он прекрасно знал, сон не сулит ничего приятного. Но хотелось подарить себе надежду.

Она бежала по мокрым городским улочкам в рассветной дымке, придерживая длинную развевающуюся юбку. Шлейфом за ней стелился изумрудный туман из запаха мяты и вереска. Тёмные, почти чёрные волосы растрепались, закрывая лицо, оставляя только эхо звонкого смеха. Она обернулась всего на секунду, позвала за собой и побежала дальше. Город растворился, начался лес, подол зелёного платья гладил высокую траву, длинные рукава цеплялись за ветки, но это не мешало ей бежать, словно паря в воздухе. Её ноги оплетал плющ, деревья уступили дорогу и смыкались, словно охраняя от чужих глаз. Она остановилась, обернулась снова, позвала. Лицо размыто среди зелени леса, но он слышал голос и идёт на него. Из ночи в ночь Грегори пытался протиснуться сквозь ширму ветвей деревьев, топтал дикую крапиву и колючий репейник. Он чувствовал как на ладонях появлялись порезы, ноги вязли в траве, как в болоте, и он просыпался. Видение возвращалось к нему, сколько бы он не выпил, сколько бы не спал. А утром сон отзывался зудом в руках, словно он и правда ломал ветки.

— Я бы сказал, — вновь наполнив стаканы, начал брат Тук, — что по людским поверьям это к беде. Ты сбился с пути, друг мой. — Монах заглянул в кувшин, сверяя сколько осталось, в комнате становилось заметно темнее. — Но как христианин я отказываюсь участвовать в подобной ереси. Всё из-за женщины. Я, правда, не знаю какой, у тебя их… как у меня пчёл. Но тут каждому своё. Кстати о пчёлах. Напомни, какую роль я играю в твоей государственной измене?

Грегори подтолкнул пустой стакан к кувшину, наблюдал, как тот снова наполняется сладковатой жидкостью. Сейчас ему казалось, что эту медовуху сделали из утренних лучей солнца. Но Тук вовсе не колдун, простой человек с пчёлами.

— Ты ждёшь моей смерти, не иначе. — Грегори потянулся к общей тарелке, его рыба уже закончилась. — Ты мой корабельный священник, делаешь вид, что молишься за наше плавание два раза в день. Пока я задабриваю своих богов.

— То есть, — монах поднял взгляд в потолок, изображая будто рассуждает, — по твоей просьбе я совершу грех, дав ложные сведения Его Величеству, а ты взамен этого выделишь поле, на котором я смогу разбить пасеку.

— И поставлю там дом… Знаешь, та женщина из сна. — Сжав кружку, Грегори вальяжно вытянул ноги, немного сползая по спинке стула. — Я знаю, кто она. И, если честно, я думаю, она способна меня предать. Мы почти не знакомы. Если король на неё хотя бы рыкнет, она расскажет ему всё и меня казнят.

— И как давно она владеет такой опасной информацией?

— Уже месяц, — опустив взгляд на кружку, Грегори слегка прищурился. Он знал, на что брат Тук намекает. Они дружат слишком давно, чтобы понимать. Мол, если она так давно знает и в твои ворота ещё не стучатся красные плащи, значит, страхи напрасны. Значит ей можно верить. Но Грегори не мог не ожидать подвоха. Сначала война, потом Романкоин с его подначиванием, пропажа мирного договора, эта ссылка в неизвестные дали, а теперь вот Аверн… нет, Агата. Он должен привыкнуть думать о ней по-другому. И эти сны. Его размеренной жизни больше нет, она висит на волоске. Его судьба покоится на кончике языка леди Маргарет. И если боги будут к нему благосклонны, то не дадут этой женщине раскрыть рот.

— Утром подготовлю святую воду и пойду освящать поле для благого дела. — Довольный монах уже представлял, как новые ульи будут красоваться среди высокой травы и цветов. Не в этом году, так в следующем точно. — Ты только скажи какое, друг мой.

Повернувшись к монаху, Грегори смерил его соловеющим взглядом. Нет, пусть ещё подождёт. Сейчас ему хотелось выгнать всех христиан из Ашдауна, даже Тука. Мысли в голове меркли так же, как полумрак в комнате. А там даже не зажжёшь свечи. Ухмыльнувшись, Грегори снова поднял взгляд куда-то вверх.

— Пой, моя лира. Пусть ветром ворвётся во тьму…

— Грегори, ты обещал.

— К той, чьей любовью моё сердце дышит…«Пой, моя лира» Рок-опера Орфей.

— Гре… эх. Ты совсем не похож на отца. — Тук выдохнул и опустил голову на стол. Теперь он не добьётся ничего, осталось ждать завтрашнего утра и поднимать эту тему снова. А он поднимет! Он припомнит обязательно! Он хорошо знает Грегори, если не сделал сразу, его надо заклевать. Монаху не оставалось больше ничего, чем самому зажечь свечи и вернуться к остывшему ужину под протяжное пение.

***

С кухни тянуло жаром, можно было вставать у дверей и греться, наслаждаясь парами готовящегося в пряностях мяса. Яков говорил, охотникам удалось загнать и убить огромного дикого кабана. Они специально искали подходящую для праздника дичь. Сейчас, перемазанные в крови кухарки, разделали его тушу сразу для нескольких блюд. А если бы кто-то оказался у дверей чуть раньше, могли бы услышать, как топором разрубали грудину. Маргарет и Алиса оказались там именно в нужный момент. Маргарет подумала, неужели кости человека переломать так же трудно, что нужно аж три человека? После чего ушла, боясь испачкать новое платье и пропахнуть кровью.

Алиса, увлечённая разделыванием туши, почти сразу же оказалась в самом эпицентре. На охоте она никогда не бывала и уж тем более не видела в близи такого размера кабанов. Рассматривая действия кухарок, что не один год разделывают мясо, Алиса пыталась запомнить каждый этап. Если и не пригодиться в жизни, то будет ярким воспоминанием. Считай, историческая реконструкция. Под строгим взглядом старшей кухарки, что не понимала, для чего гостья находиться на кухне в самый разгар готовки, Алиса, задирая юбку платья, заглядывала в каждую тару. Новость о ссоре Алисы и короля ещё не успела достигнуть кухни, так что старшая кухарка, хоть и не радовалась самовольству, но уже воспринимала её как избранницу Его Величества, а значит, даму благородную и высокопоставленную. Разве дамы её статуса не должны заканчивать свои приготовления к празднику? Однако выгнать она Алису не могла. Радовало кухарку лишь то, что сейчас леди не лезла под руку со своими советами, местами с неясными комментариями по готовке. Пропахнуть сырым и варёным мясом она не стремилась, потому, удовлетворив своё любопытство, девушка собиралась уйти с намерением заскочить к конюхам с новостями и, конечно же, обновить духи. На праздник Алиса не торопилась.

Собрав в корзинку несколько кусочков ещё горячего пирога, варёной картошки и яблок, Алиса улыбнулась недовольным кухаркам. Они смотрели, как Яков хмурится, провожая взглядом самые спелые красные яблоки. А потом его взгляд просиял, Алиса выпорхнула с кухни на задний двор и вальяжной походкой проследовала по рабочим дорожкам. Будто вальсируя между слугами и загонами для животных. Яков хмыкнул и шагнул за ней. Алиса шла, придерживая корзинку обеими руками, на дне, под яблоками и пирогами, лежали перерисованные планы замка. Услышав легкие шорохи за спиной, Алиса сразу поняла, кто сегодня служит её хвостом и мысленно запаниковала. Необходимо было срочно что-то придумать, так что она остановилась и начала рассматривать животных за низенькой оградкой. Вы знали, какие гуси красивые!

— Здесь живут лесные тролли, неприкаянные души. — Алиса облокотилась на оградку, гуси удивлённо смотрели на странную поющую гостью. — Порождения Самайна, обитатели трясин. Кровь стекает незаметно, руки стали непослушныСны Саламандры — У хозяина болота…

— Леди Алиса, моё почтение. — Яков демонстративно поклонился, растягивая губы в улыбке. Гуси переключили на него своё внимание, кто-то выдал угрожающее «га!». — Решили прогуляться? Не самое подобающее место для леди.

Алиса молчала, вспоминая, что когда-то Маргарет советовала поступать именно так. Однако повернула голову к слуге. Яков тоже облокотился на оградку, но после ещё нескольких громких «га» отстранился, бросив на собравшихся рядом птиц недовольный взгляд. Алиса немного прищурилась, она не собирается говорить ему хоть чего-то, ибо это сразу станет достоянием всего замка.

— Его Величество, как я видел, радует будущую королеву подарками.

В этот момент один гусь вытянул шею, пытаясь схватить Якова за ногу, но умудрился только ущипнуть за башмак. Парень фыркнул и дернул ногой, гусь увернулся от пинка, и вся толпа взорвалась негодованием. Алиса хмыкнула, вот оно. Изобразив удивление, она смотрит на парня, медленно ведя рукой по оградке к калитке. Яков замер, проговорился. Лицо его спокойно, но в мыслях он уже трижды проклял сам себя. Его вздёрнут, если Алиса расскажет. Она наклонилась чуть ближе, одной рукой крепче сжала корзинку, другую опустила на засов. Парень чуть попятился, снова улыбнулся, собирался с мыслями, но вдруг девушка сделала к нему уверенный шаг.

— Хочешь знать, что будет дальше? Не боишься — так спроси!Сны Саламандры — У хозяина болота

Калитка распахнулась, оскорблённые гуси с диким криком вывалились на дорогу белым облаком. Яков успел только отпрыгнуть в сторону и броситься обратно в кухню. Алиса выпрямилась, глядя вслед убегающему королевскому слуге. Утер довольно усмехнулся, вчерашняя обида уже не кажется ему такой серьёзной, женщины впечатлительны, ранимы и, разумеется, слабы перед любым волнением. Он должен был это помнить. Надо попытаться снова. Чуть позже, когда будет время. В окне замка его почти не разглядеть, зато двор как на ладони.

— …сможете провести смотр солдат в любой момент, я приказал им стоять у главной площади и ждать. — Романкоин посмотрел в окно, туда же куда и Утер. Ему любопытно, до Саунтгемптона долетали слухи о «двух леди из Цинтры» и было интересно, что эти женщины успели натворить. — Ваше Величество, если пожелаете, может пройти прямо сейчас.

— Нет, сейчас не пожелаю. — Утер отвел взгляд от окна сразу, как Алиса пропала из виду и по-дружески улыбнувшись Романкоину, положил руку ему на плечо. — Сейчас у нас нет времени, идём Роберт, ты приехал к празднику.

— Не сочтите за наглость, Ваше Величество, но я восхищён! Устроить пир прямо на пороге опасности. Великая смелость.

— Позвольте мне не согласится с вашим восхищением. — Маргарет возникла перед ними как призрак, как каменная статуя, словно она всегда здесь была. Но как только король обратил своё внимание, она опустилась в приветственном поклоне. — Ваше Величество. Лорд Романкоин, добро пожаловать. Дорога была легкой?

— Подождите, — Утер жестом остановил Роберта, чтобы тот не продолжил этот странный обмен любезностями, — с чем вы хотели, не согласиться, леди Маргарет? — Он заинтересован, правда. Они давно не разговаривали, нет, он не начал скучать.

— Со словами Его Милости о празднике в честь рыцарей. Я согласна лишь с тем, что это великая смелость, в остальном, огромный риск. Напоить большую часть горожан, рыцарей и новобранцев, при условии, что в любую минуту на замок может напасть… грифон.

— Грифон? — Романкоин удивлённо поднимает брови, ах… ему не сказали. — Ваше Величество, детские сказки ожили?

— Они и не умирали, — в глазах Утер сверкает легкое отвращение, — магическая выходка сумасшедшего колдуна, не более. Идите к залу, друг мой. — Король похлопал лорда по плечу и убрал руку. — Я присоединюсь позже.

Раскланявшись, Романкоин уходит топая сапогами. Маргарет удивилась, как с таким грузным телосложением он умудрился дожить до своих лет в средневековье. Ну ладно, в самом его истоке, но всё же. Свои шестьдесят он, скорее всего, точно не увидит. Король смотрел на Маргарет с неким осуждением, он не особо хотел распространяться о том, какая опасность нависла над замком. Его также задевала критика принятых решений, но это хотя бы было обоснованно.

— Вы пришли только чтобы указать мне на ошибку?

— Нет, на самом деле я искала вас из-за леди Алисы. — Маргарет заметила, как имя подруги тут же смягчает черты его лица. — Она боится, что… обидела вас. Ей не хватает смелости, поэтому я пришла, чтобы передать её извинения.

— Что-то мне подсказывает, что леди Алиса не в курсе нашего разговора и вовсе не отправляла вас извиняться. — Утер усмехнулся, Маргарет улыбается и её взгляд становится мягким, чуть стыдливым. — Знайте, я понимаю, почему Баярд так жаждет вашей компании. Точно так же, как я жажду компании леди Алисы. Идёмте, скоро соберутся гости, я должен их встретить.

— Ваше Величество, — Маргарет остановилась у лестнице, начала говорить чуть тише, — этот праздник не ошибка, я понимаю, что вы хотите защитить принца от…

— Спасибо, а теперь замолчите. — Утер берёт её под руку, и они начинают спускаться, он отпустит сразу, как лестница выведет их на первый этаж. — Можете передать леди Алисе, что я не могу держать на неё обид. Она прекрасная девушка, слишком прекрасная для этого места.

***

Пройдя несколько рабочих строений, Алиса остановилась у конюшен. Честно сказать, она не знала, где сейчас могли быть Джон с Джейком. Может, ушли к кузням за новыми сбруями и подковами. А может у местных кобылок спа-день и они резвятся где-нибудь в реке. Алиса взволнованно осматривает стойла. Конюшня полна жизни, большая часть которой происходила наверху. Несколько мужчин складывали сено, от чего в воздухе летало множество сухих стеблей. Запах травы и пыли заполонил всё пространство. Зажав нос, чтобы подавить чих, Алиса прошла вперёд. Заметив краем глаза движение недалеко от себя. Кто-то чистит дальнее стойло. Подойдя ближе, она различила знакомую мальчишескую фигуру. Высокий, худощавый и длинноволосый. Его Алиса видела каждый раз, когда на кухне подходили к концу запасы дров. Он приносил их для печи и смешно смущался, когда она благодарила его за работу. Молодые кухарки бросали на них косые блестящие взгляды, находя данные действия темой для обсуждения. Как, интересно, Яков пережил конкуренцию? Однако из всей толпы кухонных пташек, только одна недовольно корчилась в её сторону. Кэтрин, дочь плотника, явно испытывала чувства к пареньку настолько сильные, что не боялась гнева высокородной особы. Алису это смешило и подбивало на разговор с мальчишкой ещё больше. Так ей удалось его разговорить и узнать не только его имя, но и часть биографии.

— Привет, Карл, — звонкий голос Алисы заставил парня резко развернуться и почти сразу же поклониться. — Как дела?

— Леди Алиса. Всё хорошо. — Он перехватил лопату, отставляя её в сторону. Присутствие благородной особы хоть и напрягало его, но кажется совсем не удивляло. — Вам нужна помощь?

— Да, но это подождёт. Как мама?

— Ей намного лучше, спасибо, что просили за нас Гаюса. Не знаю, когда бы я смог подойти к нему сам. Он весь в делах. — Хотя, скорее всего Карл боялся высокой цены, которую не смог бы выплатить.

— Пожалуйста. — Довольная своими действиями, распрямила плечи девушка. — А Кэтрин?

То, как заблестели глаза у Карла, могло сказать о многом. Довольно склонив голову, парень вежливо улыбнулся. А Алиса лишь радостно рассмеялась, понимая, что у них всё хорошо. И её вмешательство в их бег по кругу вышло положительно.

— Понятно. — Значит, в неё не полетит ни один половник. Кэтрин могла бы осмелиться на такое, Алиса повидала не одну ревнивую даму и была готова к подобному повороту. Тем более, что дочь плотника — смелая девушка, как выяснилось.

— Леди Алиса? — откуда-то сверху раздался голос Джейка.

— Ты! — Девушка задрала голову и увидела как на неё, с сеновала под самой крышей, смотрит конюх. — Нужно поговорить.

— О вашем белом коне? Разумеется. — Тонко намекнул о не подходящем времени мужчина. Поняв, что он не хочет обсуждать что-либо при других, особенно, если это касается их маленького заговора, Алиса утвердительно кивнула в ответ. Попрощавшись с Карлом, девушка отошла к лестнице, откуда должен был спуститься Джейк. Ждать он себя не заставил, в два резких прыжка он спустился вниз и они сразу же свернули к белому коню.

— Принесли угощений с королевской кухни? Разбалуете, леди, и простой овёс есть перестанет, — хмыкнул мужчина, пропуская Алису вперёд к белой лошади и оглядываясь по сторонам в поиске лишних ушей.

— Одно яблоко никому не повредит. — Лошадь заинтересованно водила ушами, внимательно следя за своими гостями. И тихо фырчала, когда Алиса гладила её по носу.

Удивительно, но воспоминание об учёбе верховой езде кажутся такими далёкими. Как ныли все мышцы и как сильно были истёрты икры и бёдра от длительной езды. Но это принесло свои результаты. Пусть в скачках они не поучаствуют, но точно смогут чинно и благородно проехать по городу. Поставив корзинку в дальний угол и схватив одно из яблок, Алиса улыбнулась Джейку: «Знак благодарности за обучение». Хоть никто и не говорил что столь ценное животное теперь подарено ей, но Алисе хотелось ухаживать за новым белобрысым другом. И нет, речь не о Джейке.

— Ну, конечно, — тихо фыркнул он, в нетерпении оглядываясь. Если она действительно отвлекла его ради лошади… Джейк переступил с ноги на ногу, заглядывая в корзинку и насуплено скрещивая рука на груди. — Ведь именно эта лошадь подсказывала Вам, как держаться в седле.

— Что?

— Со склонениями у вас беда, леди Алиса. Как и с построением предложений. — Он снова оглядывается.

— У тебя есть нож? — Джейк нахмурился ещё больше. Место для обсуждения плана по побегу в свой век, конечно, не лучшее, но если им удалось что-то нарыть, то не лучше ли сказать об этом прямо. Если нет, то не отвлекать его от работы. Ему не платят за красивые глазки. Девушка показывает ему всё то же яблоко.

— Точно избалуете. — Схватился он за пояс немного нервно, но всё же вручил небольшой ножичек ручкой вперёд. Интересно, в прошлый раз он был готов наброситься на них, вероятно с этим же ножом.

— Возьми пирог и помоги с… седлом. — Алиса мило улыбнулась в ответ и притворно сахарно похлопала ресницами. — Я нарисовала новое. Оно внизу.

Джейк отстранился от деревянной перегородки и присел к корзине. Там, под кусками пирога и картошки, он нашел пару сложенных листов. Ещё раз обернувшись и проверив, что никто из рабочих не слез с сеновала, мужчина развернул их. Им удалось! Они достали чертежи. Сердце ускорило свой ритм, а руки слегка задрожали. Он осторожно провёл пальцами по отмеченным галочкой местам, визуализируя в памяти части замка, пока Алиса, на весу, разрезает фрукт на несколько кусков и осторожно кормит свою лошадку с руки.

— Это все места, где вы были? — Джейк поднимает голову на девушку, когда она присаживается рядом. — Двор почти не тронут, да и верхние этажи тоже.

— Времени не было, — пожала плечами Алиса.

— Это точно, — задумчиво кивнул мужчина, а потом резко поднялся и скложил листы. — Вот что, обсудим это позже, когда всё утихнет, гости разъедутся и…

— Джейк! — громкий голос Джона разрушил их уединение. — Карл и Мартин! Вы мне срочно нужны у армии лорда Романкоина. Мы с ребятами не успеваем осмотреть коней. Я должен их сам кормить?

— … замок вернётся в своё обычное русло. Сейчас у всех дел по горло, — Договорил мужчина, прежде чем окликнуть друга и жестом подозвать к себе.

— Томас, Роберт, займитесь стойлами в соседней конюшне, возможно, нам понадобится временный навес. Коней много, места не хватает. Быстрее! — продолжал отдавать указания Джон. — Что у тебя?

— Я, — весело махнула рукой девушка.

— Леди Алиса. — Взмыленный и раскрасневшийся от работы мужчина коротко кивнул головой. После чего быстро поправил очки, на другой линзе тоже появилась трещина. — Есть новости?

— Да, я рассказала Джейку. План ваш, у меня есть копия, — ответила Алиса и кивнула в сторону корзины со съестным. — И это тоже ваше.

Джон хлопнул друга по спине, когда тот, запрятав листы за пазуху, вышел из стойла. Выходя на улицу, он подталкивал других конюхов, переманивая на себя их внимание. Алиса здесь так же задерживаться не собиралась и, разгладив платье, последовала за конюхами. Джон сделал шаг и немного преградил ей дорогу.

— Вы пришли одни. Леди Маргарет в порядке? — тихо поинтересовался он, когда девушка поравнялась с ним.

— Не уверена, — Алиса ответила честно и сама удивилась, что правда именно такая. — Всё сложно. Что-то происходит, но я не понимаю что.

***

В зале пахло цветами, которые слуги разносили по углам в больших вазах, расставляли по столам и между колоннами. Сквозняк гулял по полу, играясь со свисающими углами скатертей. Маргарет казалось, что её мышцы становятся ватными, а мысли туманными, словно она может растаять в последних лучах вечернего солнца. Ноги сами несли её вперед, и она замерла у трона, рассматривая стол предназначенный королевской семье. У них с Алисой место в другой части зала… Постояв немного, она собирала мысли в нечто единое и отходит. Гости ждут начала банкета, ходят, переговариваются. Она останавливается, оглядывается, Алисы нигде не видно. Поправив платок, Маргарет закинула голову и рассмотрела верхушки колонн. Эти каменные цветы, вязь серого плюща и валюты, потрёпанные временем. Их создали ещё при Аврелии. Теперь ей проще ориентироваться, подсмотрев рукописи Джеффри, она может точнее представить себе историю. Трон придвинут к столам, король не может сидеть на обычном стуле даже в праздники. В этот раз гостей посадят иначе, король с семьёй и свитой напротив входа, у той самой парадной стены с барельефами, для остальных четыре стола расставленных в зале, специально отведённая зона для танцев. Алиса всё ещё задерживается, Маргарет постукивает пальцами по пустому бокалу.

Эгрейн тоже здесь, стоит в стороне, облюбовав себе место подальше от гостей, музыкантов, но поближе к королю. Он подготовил чернильницы и перья, король захочет, чтобы он записывал, потом в любой момент может спросить. На Маргарет снова красное платье, но на этот раз новое, очередной подарок от короля. Он заказал их, чтобы впечатлить Алису, кто же знал, что она ему откажет. Когда-то Маргарет сама установила правила, одним из которых было: не принимать подарков короля. И вот они уже какой раз одеваются за счёт казны. Эти ткани не такие уж дорогие, возможно, сам Утер считает эти траты копеечными, однако если Его Величество захочет взыскать долг, у них не будет даже таких денег. Чувство безысходности подобного положение охватывает Маргарет каждый раз, когда она думает о истинных мотивах короля. Сегодня Яков вовсе превратил их в театральных актрис, созвав всех желающих посмотреть, как они будут делить подаренные королём платья. Служанки столпились в дверях, пока парень прятался за их спинами, но Маргарет заметила его светлую макушку. Алиса тогда спрыгнула с кровати, громко крикнув: «Синее моё!» Толпа замерла, Маргарет, не отворачиваясь от зеркала, ответила, что красный теперь будет её любимым цветом. Спектакль закончился.

Секунда и всё стихает. Яков вбежал в зал с криком, что король, принц и лорд идут сюда. У гостей осталось несколько драгоценных секунд, чтобы разойтись, поклониться и встретить Его Величество. Он шел не один, положив руку на плечо Романкоина, Утер вёл его рядом улыбаясь, как старому другу. Когда-то они точно ими были. Романкоин оглядывал ближайшие ряды гостей, словно все кланяются ему. Артур, серьёзный как никогда, шел следом за отцом. Его красный плащ плавно скользил по полу, простенькая корона поблескивала, отражая дрожащее пламя свечей. Он сохранял спокойствие, вёл себя исключительно по-королевски, но мысленно Маргарет стало неприятно. Утер должен был вести сына вперёд гостя, по её мнению. В дверях мелькнула фигура Алисы. Она скользнула в зал и протиснулась за склонившимися гостями, к стене.

— Что я пропустила? — поинтересовалась она шепотом.

— Ничего важного, — Маргарет пожала плечами. Гости подняли головы, и громкий голос короля пронёсся по залу. В его короткой речи звучал настоящий боевой дух, словно это не пир, а рота солдат перед боем. — Наслаждайся праздником.

— Это сложно, мне неуютно находиться здесь. Ты же знаешь, мы с королём повздорили, и теперь быть один на один с ним. — Алиса специально отвернулась чуть в сторону, её волосы затянуты в тугую косу, маленькая прядка свисала на лоб, но девушка пока не заметила. — Рит, я не смогу. Он заставил детей играть на окровавленных качелях, а потом такой: «Тогда утром я приказал разобрать виселицу и из досок сколотить качели». Как! Скажи мне, как можно было из этого сделать качели? Я не смогу с этим смириться! И не смогу снова быть с ним один на один. Пожалуйста. Мало ли, что ещё он захочет поменять.

— Ты не будешь один на один, обещаю. Посмотри сколько здесь людей. — Маргарет пододвинула к подруге свою тарелку, на которую слуги уже нарезали мясо, хотя она не просила. — Ты просто посмотри на него. — Маргарет осторожно толкнула подругу. — Не так страшен чёрт как его малюют. Однажды ты уже с ним обедала и всё прошло хорошо. Может подаришь ему танец?

— Танец?! — Она почти подпрыгнула, разворачиваясь к подруге. Стоящая рядом со столом дама недовольно фыркнула в их сторону, но взгляд Маргарет заставляет её отвернуться обратно. — Я не умею танцевать!

— В прошлый раз у тебя хорошо получалось. — Маргарет пододвинула к подруге её бокал. — Думай, сделаем, как ты скажешь. А я пойду, поговорю с Эгрейном. И помни, Утер не стал бы долго злиться на такую прекрасную даму.

Алиса обернулась, глядя как Маргарет протискивается между гостями. «Ты же сказала, что я не буду одна», — пробегает у неё в голове и тут же исчезает. Вздохнув, она повернулась в сторону короля. Вежливая улыбка, уверенные жесты и непринуждённая беседа, судя по довольному лицу… Романкоина? Алиса замерла, вспоминая имя лорда, но оно никак не приходило. Да и это не так важно. Девушка до боли в костях заламывала пальцы в замке, хаотично двигая ими, пока наблюдала за королём. Его совершенно ничего не тревожило, кажется, что он доволен происходящим. «Сидит почти не заметно», — как-то уж слишком по-детски обиженно проносится в мыслях у Алисы. Когда боль стала ощутимой, она отпустила замок и наконец-то нашла взглядом тарелку и полный бокал. Хорошо. Никакого угрюмого настроения на этом празднике жизни. Алиса принялась за приготовленное блюдо, продолжая посматривать на гостей.

Городская знать, парочка богатых торговцев и держателей конных дворов. Все они в лучших своих нарядах и при дамах. Большинство из них в среднем возрасте, кто-то моложе своего супруга, но есть и исключения. Девушка, младше их с Ритой, сейчас медленно идёт под руку с мужчиной, что годится ей в отцы. По крайней мере, визуально всё так и есть. Однодырышниклюбовник, муж со своей наперсницей, как бы сказали о-о-очень мудрые старушки в их веке. Если подумать, то они с Ритой, или вернее сказать, что только Алиса, подходит под эту самую «наперсницу». Встряхнув головой, отгоняя от себя эти мысли, девушка поняла, что тарелка пуста, а она слишком долго находится у стола. Взяв свой бокал и чуть пригубив, она двинулась в зал. Так она точно не будет одна, а может, удастся найти приятного собеседника из знакомых и слегка посплетничать. Этим же занимаются дамы на балах? Обсуждают платья и кавалеров.

— Утер здесь надолго? — Моргана чуть наклонилась к Артуру. — Мне кажется, он не слишком хочет здесь находиться.

— Ненадолго, это мой приём, и он не посчитает его слишком важным. — Не понятно, радует это принца или печалит. Мерлин, стоящий за его спиной, тоже чуть наклонился вперёд.

— Говорят замок в большой опасности, почему мы устроили пир?

— Чтобы ты спрашивал, вероятно. — Артур бросил на Мерлина странный взгляд, словно осуждая его за несообразительность. — Все в городе должны видеть, что король бесстрашен. Кстати, что ты тут делаешь? Разве ты не должен ходить и следить за тем, чтобы бокалы гостей не пустели?

— Тогда Утеру лучше не сбегать посреди вечера, — проговорила Моргана, разглаживая платье, но Артур её не услышал. Он переключил своё внимание на Мерлина, ему хотелось докопаться до слуги, поправив своё настроение. Музыка позволяла ему говорить почти в полный голос, не боясь, что услышат посторонние.

— Я видел тебя утром, Мерлин, — Артур немного поворнулся в его сторону. — Ты переживал за Ланцелота, я видел, как расстроился моей победе.

— Кажется, я говорил, что он — мой друг, и я не мог не переживать за его успех, милорд.

— Вот именно, — довольно усмехнулся Артур, — милорд. Наконец-то ты выучил подобающее обращение.

Парень растянул губы в улыбке и тут же отступил назад. При всей своей царственности, Артур всё ещё может воткнуть вилку ему в руку или пнуть. Моргана вздохнула и медленно встала из-за стола. В отличии от короля и принца, ей страшно по-настоящему. Рассказы о грифонах её пугают, но она должна улыбаться. Это лучше получается в окружении людей. Взглянув в сторону Гвен, Моргана мысленно сетует, что Амелии рядом нет, её посадили за другие столики, и она вряд ли согласится пойти сплетничать с гостями.

— Лорд Романкоин опасен и вам нужно быть осторожнее. — Эгрейн поставил свой бокал на стол, он почти не смотрел на Маргарет, а наблюдал за кем-то в зале.

— Вы привели сюда невесту? — Она поинтересовалась просто из любопытства, та женщина на лестнице с морковными губами выглядела настоящей красавицей. Грех было бы не показать её публике.

— Нет, ей не нужно тут бывать. — Эгрейн кажется слишком категоричным. — Возвращаясь к Романкоину, что вы конкретно хотели знать?

— Кто он? — Маргарет задала очень простой и одновременно сложный вопрос. Эгрейн поймёт, другие нет. Она прекрасно знает, кто он, в библиотеке есть записи о его участиях в военных походах, о завоёванных землях. Она слышала, как Романкоин сказал: «Я не допущу мира», — и подтолкнул Утера к аресту Баярда. А ещё они что-то не поделили с Грегори. Этого ей было мало.

— Всё что вам нужно знать, он уже показал. Лучше посмотрите вон туда, — Эгрейн кивнул. — Том со своей сестрёнкой Амелией. Знаете, почему они здесь?

— Что-то с её отцом, до меня доходила неполная информация. — Маргарет сделала глоток, и эль на секунду застревает в горле, как рыбья кость, когда она слышит слова «пленница короля». Подавив желание закашляться, она переспросила. Эгрейн начал говорить тише.

— Отец Амелии и Томаса, лорд Аберсон, лишился своего титула. Никому не говорите, что я назвал его лордом, — он улыбнулся. — Все даже удивились, что это случилось. Его Величество в молодости был очень воинствующим королём, ни одно лето не провёл в замке. Аберсон водил за ним свои войска, лорда Грегори тогда ещё не было и место лучшего «заводчика» солдат принадлежало другому. Но ненадолго, Аберсон решил, что, так как его жена, мать Амелии и Томаса, приходилась дальней родственницей королю Утеру, то он имеет право стать наследником престола. Он требовал, чтобы король объявил его таковым, но его просьбу проигнорировали. Королева была беременна, но ходили слухи, что будет девочка, это вроде послужило поводом. Тогда Аберсон взял своё войско и под предлогом, которого никто не помнит, выдвинулся против короля. Всё произошло очень быстро, войско разбили, его сослали домой. А потом Его Величество приказал отобрать у бывшего друга все владения, а детей забрал в замок. Он сказал, что они не в ответе за действия отца и должны жить в хороших условиях. Вот они здесь. Служанка леди Морганы и оруженосец лорда Романкоина.

— Как это связано с яблоками? — В голове Маргарет сложилась цепочка. — И ещё, Амелия очень пуглива, хоть и ходит, задрав нос. Вы сказали она пленница короля.

— Да, детей забрали на рассвете и везли на телеге через весь Логрес, говорят, их кормили только яблоками угрожая, что по приезде сразу казнят. Томас плакал несколько дней и с тех пор начал заикаться. Бедный парень, ему обещали, что он станет лордом. А Амелия до сих пор ждет, что отец выкинет глупость, и её убьют ему в назидание. — Эгрейн показательно вздохнул. — Хотя что может выкинуть наместник бедной деревни пропивший последние налоги.

Алиса крутилась, растянув подол синего платья. Юбка волнами плывёт по воздуху, под восхищённый взгляд Гвен и милую улыбку Морганы. Она почти попадает в такт музыки. Воспитанница короля выглядела чуть более довольной, она даже решилась на двусмысленный разговор. Её глаза поблёскивали, когда она наклонилась к Алисе и спросила:

— Так это и есть платье, которое подарил Утер?

— Мне так нравится его цвет, прекрасный синий. — Алиса сделала ещё один оборот, красуясь.

— Ещё бы снять платок. — Моргана протянула руки к голове девушки, но та быстро увернулась.

— Это же общий этикет, — протестовала Алиса, расправляя белые волны платка. — Посмотрите, все девушки в платках… почти. — Она решила задать так давно мучавший её вопрос: — Почему Гвен не носит его?

Про причёски Морганы и так всё было ясно, она официально «самая красивая женщина Камелота» и должна каждым появлением на публике покорять всех присутствующих молодостью и изяществом. Но откуда такая привилегия досталась Гвен? Моргана бросила на Алису лукавый взгляд и пожимает плечами.

— Этикет, да, но мне нравится смотреть на её волосы.

— Ваш отец тоже любит смотреть на мои волосы, — фыркнула Алиса, еле сдерживая накопившиеся эмоции. — Но я же не распускаю косы.

— Мой отец? — Моргана повернулась. Алиса почувствовала холод скользнувший по шее. Она же ещё не знает! Ах да… никто не знает. Гвен и Моргана смотрели на неё как на чумнобольную, кого она назвала отцом? Короля?

— Конечно. Его Величество отец для всех нас. Отец всего королевства. — Она сжала губы в улыбке и не понимающе посмотрела на королевскую воспитанницу, словно именно она не поняла весь глубокий смысл сказанного. — Король Утер столько для нас делает, что мы с Маргарет видим в нём настоящего отца для нас и всех жителей Камелота. Знаете, как у нас говорили… Царь-батюшка.

Моргана хмуро свела брови, ладно, она никогда не слышала подобных формулировок. Наверное, это имеет смысл, она привыкла думать о родной стране Алисы и Маргарет как о довольно развитой державе. И если там было приемлемо, может, приживётся и в Камелоте. Свечи сверкают, музыка становится громче. Король поднял кубок, радостно поздравив рыцарей. Романкоин встал из-за стола, начал плыть по залу от гостя к гостю, любезничая с большей частью приглашенных. Эгрейн, извинившись, оставил Маргарет одну.

— Великолепный бирюзовый. — Артур подошел к Моргане, но смотрел на Алису. Теперь, когда они оба увидели подвох в поведении подруг, принцу хотелось быстрее их на чём-то подловить.

— Синий, — любезно исправила Алиса, склоняя голову в приветствии.

— Да? — Артур наигранно хмыкнул. — Я вижу бирюзовый.

Вздохнув и закатив глаза, Моргана ушла. Ей хотелось отвлечься, но Артур словно специально за ней ходил. Оставшись один на один с принцем, Алиса мысленно молилась чтобы её кто-то спас, Артур может заговорить о чём угодно, и она ляпнет лишнего. Однако через секунду она пожалела что просила себя спасти. Вселенная подослала к ней самого доблестного из рыцарей, первого среди равных.

— В чём заключается спор? — Голос Утера звучал за спиной Алисы, и она почувствовала как мурашки бегут по коже. — Может я смогу помочь.

— Ничего серьёзного, отец. — Артур ждал, пока Алиса обернётся и уважительно поклонится королю. — Я лишь восхищался бирюзовым платьем леди.

Он смотрел на затылок Алисы, представляя, как она сейчас старается держать лицо. Гордость девушки заставила её полностью овладеть эмоциями и улыбнуться Его Величеству. Сейчас ей больше хотелось доказать, что это чёртов синий. Даже путём утирания носа принцу.

— А я поправляла Его Высочество, говоря, что платье синее.

— Синий, который очень вам идёт, леди Алиса. — Утер протянул ей руку, но сама Алиса не спешила отвечать. — Артур, не усложняй ситуацию. Ты всё же говоришь с придворным портретистом, кто может лучше разбираться в цвете платья. Леди Алиса, подарите мне один танец?

Чувство триумфа в Алисе тут же затухло, Артур кашлянув, отошел в сторону. И этот мини-бой он не выиграл. Куда ему, против девичьих глаз. Ему не нравилось, что Утер снова и снова выходит с Алисой на мировую. Он либо действительно очарован, либо… принц оглядывает зал, мельком заметив Маргарет, он знает, чьих рук дело. Фыркнув что-то себе под нос, Артур ушел в сторону окруженного новыми сослуживцами Ланцелота. Сегодня праздник! Все должны радоваться. Алиса ещё несколько секунд смотрела на протянутую руку короля в чёрной перчатке, припоминая их последний разговор, а после подняла взгляд. Король смотрел на неё так по-доброму открыто, с затаённой надеждой. Что будет, если она не согласится?

«Новое украшение старинного замка»

— Конечно.

Алиса закрыла глаза. Да, так легче. Так проще не видеть перед собой короля, которого приходилось обманывать. Несмотря на её отношение к Утеру, сейчас он казался таким счастливым, что она просто не могла отказать ему. Не могла улыбаться, глядя в глаза, зная, что всё это вынужденная мера. Это можно почувствовать, особенно теперь, когда Алиса позволила себе нахамить королю вчера. Музыка всё так же громко звучала, набирая темп, но это не было особой проблемой. Все движения были так просты. Шаг вперёд, ещё один, хлопок, оборот вправо, оборот влево. Шаг в середину. Соприкосновение ладоней. Алиса смущенно смеялась, когда чувствовала ладонь Его Величества. Попала. А может это он уловил её движение? Всё же она закрыла глаза. Приоткрыв один глаз, она убедилась, что всё в порядке и никто из танцующих не сбился. Наверное, это глупо.

Медленный круг пар, шаг в середину. Ещё ближе. Соприкосновение рук от кисти до локтя. Почему король всегда в перчатках? Ладонь была бы теплее. Шаг назад. Обратно и снова назад. Хлопок. Нет, они не одни чтобы слепо танцевать. Алиса открыла глаза и сделала два шага в другую сторону, идя за парами. А если представить, что всё это репетиция к её сну? Танец с отцом на свадьбе. Оборот в одну сторону, оборот в другую. Да, на той, что ей приснилась вчера. Кто тогда жених? Шаг в середину. Алиса по-доброму улыбнулась, когда подняла взгляд на короля. И снова соприкосновение ладоней. Роль отца ему подходит.

— Вы боитесь? — Утер надеялся, что танец расположит Алису к разговору, но она всё ещё смущённо отводила глаза, прятала за белым платком. Король только и смотрел, что на выпавшую золотистую прядку.

— Вспоминаю движения, не то собьюсь. — Алиса удивилась тому, что нашла подходящие слова. Утер чуть-чуть замедлился, любезно с его стороны не спешить, главное поспевать за остальными.

Чтобы не волноваться так уж сильно, она действительно вспоминала выучены когда-то давно движения. Тогда ещё в школьном возрасте. Алиса улыбнулась, припомнила видеокассеты, на которых хранился её слегка неуклюжий танец первоклашки. Тот мальчик, тоже был ведущим в их танце, но делал он это ужасно, постоянно отвлекаясь на соседнюю пару. Маленькая, но упрямая Алиса каждый раз возвращала его в ритм. Утер танцевал не так. Уверенно ведя, он достаточно крепко сжимал её ладонь. И уже не отпускал. Вперёд, назад, вперёд, оборот, назад. Шаг, прыжок, и замедлится снова. Глаза в глаза. У Алисы замирало дыхание, как у короля могут быть такие глаза? Как могут быть такие крепкие руки? Как он может вдруг вызвать доверие? Человек, который пугал её до дрожи в коленях. Она делает оборот, невероятно, она совсем уже не боится. Всё выглядит по-сказочному.

— Вы хорошо танцуете, Ваше Величество, — видимо, совсем осмелев, проговорила Алиса. Утер тепло улыбнулся и кивнул, сделать ответный комплимент он не успел. Оборот, прыжок.

— О, леди Маргарет. Очаровательное создание, новое украшение старинного замка. — Романкоин расставил руки словно хотел её обнять, будто они давно знакомы и считались друзьями, пока обстоятельства не развели их на жизненном пути. И всё же он говорит о ней как о вазе или новом военном трофее.

— Ваша Милость, — улыбнувшись, произнесла Маргарет. Она посмотрела на мужчину, не желая продолжать разговор и просто надеялась, что он уйдёт.

— Хотел заметить, ваше появление сегодня стало сюрпризом. Мне казалось, вы уже покинули двор. — Он встал рядом с ней, и разница в росте стала заметнее. Теперь, ему приходилось поднимать взгляд, а ей немного опускать. Но слава Богу, они смотрели прямо, на танцующие пары.

— Его Величество не желает, чтобы мы покидали замок. — Ответ звучал кратко и уверенно. Маргарет начала осторожно искать взглядом Алису, чтобы был повод закончить беседу. Извиниться и уйти. Наконец она увидела синее платье подруги и сердце девушки ёкнуло. Утер протягивал Алисе руку, явно приглашая на танец.

Роберт проследил за взглядом Маргарет, и они вместе наблюдали, как король увёл Алису в ряд танцующих людей. Они остановились почти в самом конце длинной вереницы, чтобы иметь возможность поговорить. Пухлое лицо Романкоина растянулось в язвительной улыбке. Он повернулся к собеседнице и тоже протянул ей руку. Большую и крепкую, в которой ладошка Маргарет казалась бы крохотной и хрупкой. Ей ничего не оставалось кроме как согласиться. Спрятав улыбку, она взяла его за руку, и мужчина увёл её на противоположный край. Теперь её и Алису разделял целый зал и два ряда танцующих гостей.

Единственное, чему Маргарет так и не обучилась, да и не собиралась учиться, так это танцам. Ей казалось странным то, как взрослые мужчины и женщины повторяют простые движения, подпрыгивая и водя хороводы, как дети в саду. Ей не нравилось то, какие правила и смыслы дворцовый этикет вкладывает в эти простецкие движения и не нравилось, что нужно подходить так близко к человеку, которого ты совсем не знаешь и не хочешь знать. Но Романкоин вывел её сюда не ради эстетического наслаждения танцем. Сам того не ведая, он создал себе прекрасную почву, поставив Маргарет в такую неприятную для неё ситуацию. Шаг, ещё один, ещё. Они оказываются очень близко друг к другу, и он касается её плечом.

— Когда мы виделись в прошлый раз, — Роберт поднимает руки и хлопает, вместе с остальными, — вы произвели впечатление на всех нас.

— Вы тоже, — оборачиваясь вправо, ответила Маргарет и, шагнув в сторону, ещё раз обернулась. Она подумала припомнить ему мирный договор и то, как он ратовал за арест Баярда. Ещё один шаг вперёд и их ладони снова соприкоснулись. Им придётся сделать так два круга, глядя друг другу в глаза. И теперь Роберт в миг приобрел строгий и угрожающий вид. Маргарет не удостоила его какой-либо эмоцией: не улыбалась, не хмурилась, просто смотрела, словно ей всё равно.

— Советую вам принять приглашение, леди Маргарет, — шепотом, похожим на шипение, произнёс Роберт, до него уже дошли слухи. — Покиньте замок пока вас не вынудили это сделать.

— Я не понимаю о каком приглашении вы говорите.

Нос Роберта морщился от медленно вскипающего раздражения, и мужчина переложил тяжелую руку ей на плечо, оказавшись ещё ближе. Маргарет бросила взгляд на соседнюю пару и поняла, что это тоже танцевальное движение, но Роберт умудрился превратить его в угрозу. Он не просто кладёт руку на плечо, а чуть поднялся выше и обхватил толстыми пальцами её шею. Маргарет пришлось сжать в руке кафтан Романкоина, чтобы иметь возможность его оттолкнуть.

— Станьте гостьей другого замка, вам не привыкать. — Не сводя глаз с Маргарет, он кивнул в сторону танцующих. — Ваша подруга оказалась более хваткой, чем вы. И если Утер пожелал её, то вас тут никто не держит. Ему не нужна… — Он сделал паузу и чуть придвинулся ближе, Маргарет чувствовала едкий запах ягодного эля. — Придворная ведьма.

Тут ей следовало бы испугаться, но вместо этого Маргарет не удержалась и у неё вырвался смешок. Она поджала губы, чтобы не засмеяться громче, но улыбка никуда не уходила. Ведьма? Он не придумал ничего лучше? Да, это самый действенный метод, но всё же уже такой заезженный. Есть столько способов избавиться от человека, а он выбрал самый банальный. Утер поверил бы во многое: укрывательство, шпионаж, сговор, измена… но магия! Боже Правый. Романкоина ещё больше злил снисходительно-насмешливый взгляд, которым Маргарет на него посмотрела. Отступив на шаг и обернувшись, они меняли правые руки на левые. Она снова ощутила вес его руки, но теперь на другом плече.

— Не знал, что вы столь неразумны, чтобы не услышать дружеского совета. — Он даже не удосужился скрыть раздражение. — Утер уже говорил, что вы благоприятно повлияете на дружбу двух королевств. Он подарит вас Баярду.

Маргарет немного задумалась, а потом снова улыбнулась. Утер не стал бы обсуждать с советниками планы, Гаюс говорил, он им не доверяет. Но даже если король так сказал, значит сделает в точности наоборот. Значит Утер хочет, чтобы лорды думали так, как ему выгодно. Планы короля всегда были и останутся его личными планами. Глупо надеяться, что он поделится с кем-то ими в полном объёме.

— Я не знаю, какие слухи доходят до вас, Ваша Светлость. — Они медленно расходятся, повторяя за остальными. — Не знала, что вас может так напугать женщина, не ищущая выгоды.

— Вы… — Он замолк, замечая, что уже не танцует, а просто стоит на месте. Музыка стихла, пары раскланивались. Роберт что-то фыркнул и, развернувшись, ушел. Его тяжёлые шаги могли бы отдаваться эхом, будь тут тише, а Маргарет быстро свернула в другую сторону. Она шла в противоположную часть замка. К Эгрейну, Алисе и королю. Просто чтобы быть у них на глазах, чтобы Романкоин больше не мог к ней подойти, чтобы он больше не мог смотреть на неё как сова на мышь. Сердце стучало, и прежде чем она успевает выдохнуть и успокоиться, ей на встречу шагнула Алиса.

— Ты видела? — Она схватила подругу за руку, и вся сияла, Маргарет заметила её покрасневшие щеки. — Это было так… так! Подожди, — она выдохнула. — Я танцевала с королём.

— Я видела. — Маргарет кивнула и сжала руку Алисы покрепче. Она перевела взгляд чуть в сторону и увидела, что Утер ещё здесь. Он стоял в паре метрах от них, а Эгрейн рядом. Кто-то подал Утеру кубок, пока стряпчий что-то пытался сказать королю. Это точно не по делу, Эгрейн не стал бы обсуждать дела сейчас. Счастливая и в тоже время напуганная Алиса не выдержала и обняла подругу, ей нужно было выплеснуть эмоции, но Маргарет, сжимая плечи Алисы, утешения не нашла. Она видела, как Роберт уверенно шагает в их сторону. Видимо, что-то обдумав, он решил навязать королю свою точку зрения. У Маргарет похолодело сердце, отпустив Алису, она решила, что Роберта надо опередить. Не важно, что они скажут, важно, кто скажет первым.

— Ваше Величество, прошу прощения что прерываю ваш разговор, но это важно.

Король с Эгрейном обменялись взглядами и стряпчий, опустив голову в легком поклоне, отступил в сторону. Утер повернулся к Маргарет, его хорошего настроения сейчас хватит на что угодно, он даже не обратил внимания на не слишком уважительное поведение Маргарет. Всего секунду она молчала, просто чтобы увидеть, как Роберт остановился за спиной короля и прищурился.

— Вы говорили, чтобы я подумала о письме, и я приняла решение. Я хочу остаться. Ваше Величество, я не поеду в Мерсию или куда-то ещё, пока вы сами не прикажете мне.

— А если я прикажу вам принять приглашение Баярда, вы послушаетесь? — Он сделал шаг в её сторону.

— Если это будет выгодно вам и королевству — да, — выдохнула Маргарет, и Алиса испуганно выпрямилась, закусывая губу, но Маргарет абсолютно спокойна, Утера это удивляло и радовало одновременно. — И всё же, это невыгодно. У меня нет семьи, армии или титула, моё присутствие в Мерсии не принесёт пользу Логресу. Ваше Величество, прошу вас, назовите причину, которую я смогу указать в письме, когда буду писать отказ. Или отошлите нас с леди Алисой из замка вместе.

— Причина не имеет значения. — Утеру нравилось то, что она говорит, но ему не хотелось, чтобы Маргарет это чувствовала, поэтому он сделал голос построже. — Я бы даже сказал, вы не имеете права отказаться. Вас называют «леди» просто из моего к вам уважения. Думаете, ваш отказ может навредить политики двух сильнейших стран? — Он язвительно усмехнулся, глядя как Маргарет уверенно смотрит ему в глаза, отпил что-то из бокала. — Видимо вы считаете себя солнцем всего королевства.

— Единственное солнце Логреса — это вы. — Она даже не запнулась.

Все, кто стоял рядом и слышал разговор, замерли. Алиса, Эгрейн, Роберт, даже слуги. Все смотрели на Маргарет и короля, они ждали, что Утер разразится чистейшим гневом, просто потому что от него всегда этого ждут. От него ждут драконьего огня, но вместо этого Утер выпрямился и в его взгляде скользнула гордость. Странная, не похожая на обычное зазнайство. Это совсем другое. Слова не столько тронули его самолюбие, сколько разум, он ждал чего-то подобного и особенно оценил то, как это было сказано. Без страха или сомнения.

— Значит, вам нужна причина отказа? — Этот вопрос скорее риторический.

— Чтобы принести пользу королевству, которое считаю своим домом, — вместо ответа, она будто продолжила фразу.

Король, отведя Маргарет чуть в сторону, начал говорить громче, как бы только ей, но, чтобы услышали стоящие рядом. Некоторые голоса стихли. Музыка прекратилась, гости непонимающе всматривались в происходящее.

— Клянетесь ли вы принять меня своим королём и признаете права наследования моего сына, принца Артура?

— Клянусь, — ответила Маргарет, бросая взгляд на Алису. Она не знала, зачем он это говорит, разве у неё могут быть другие короли? Но Утер, лишь приосанившись, продолжил:

— Клянетесь ли быть верной подданной, следовать интересам короны, королевства, соблюдать его законы, порядки и действовать исключительно из соображений совести и веры во благо королевства?

— Ваше Величество! — Выкрикнул Романкоин, понимая, к чему всё идёт. Он сделал вперёд, но Утер, не оборачиваясь, взмахнул рукой. Роберт, растерянный, удивлённый, только замер.

— Клянетесь, леди Маргарет?

— Да, Ваше Величество, клянусь.

Теперь и она поняла, что произошло, и испугалась на мгновение. Она не знала всех церемоний, и когда король протянул ей руку, она не торопилась. Только что взвинченная гордость Маргарет фыркнула при мысли, что ей придется поцеловать его руку. Здравый смысл отвечал, радуйся, что не сапог или плащ, и тут она видит Алису. Она стояла за спиной короля с огромными глазами полными восторга и ожидания чего-то действительно интересного. Она такая волшебная в этом синем платье, в этом белом платке с выпавшими на лицо прядями. Маргарет поцеловала руку короля и подняла на него взгляд, до того как ей это позволили. Утер улыбнулся, как-то странно, как будто теперь у него будет туз в рукаве. Она вспомнила слова Эгрейна в библиотеке и поняла, что и у короля есть свой «корыстный интерес», и всё же, она собой гордилась. Ими двумя, подругами, что оказались в шаговой близости к трону. Настоятель принял чужой устав к рассмотрению.

Когда они получат кольцо, когда вернутся домой, она будет смотреть на себя в зеркало и думать: «Я — советница короля Камелота». Каждый раз изо дня в день. Эгрейн, каким-то чудесным образом оказавшись за её спиной, довольно улыбнулся. Король, забирав кубок у стоящего рядом слуги, приказал наполнить его до края и потом, протянул Маргарет.

— Wasseil*

Маргарет осторожно приняла наполненный кубок, думая в первую очередь о том, как ни пролить всё его содержимое. И вдруг услышала шепот Эгрейна, который, наклонившись, тихо сказал:

— Вы должны ответить, скажите: «drincheil» Пью за здоровье короля/вставьте нужное имя.. Можно по слогам.

— Dri…ncheil, — она всё же умудрилась произнести это слово почти без запинок, но очень тихо, так, что услышал только король и Эгрейн. А потом, чуть наклонившись, отпила. Стоит ей сделать один глоток, как король, ведомый просто сказочным нетерпением, выхватил у неё кубок передавая кому-то рядом. А потом, схватив за руку вывел в самый центр, ближе к трону. Все развернулись вслед за ними, следя внимательно за столь редким событием. У Маргарет замерло сердце, она выровнялась, гордо подняла подбородок и улыбнулась всей толпе. Сдержанно, холодно, как она всегда любила.

— С этого момента леди Маргарет станет одним из моих советников. Она принесла клятву верности при свидетелях, и я её принял.

Зал наполнился аплодисментами и одобрительным возгласами, а Маргарет и Алиса не могли сдержать радости и чувства облегчения. В следующую секунду, король крепко обхватил её плечи и обнял. Для всех это выглядело как прекрасный момент принятия и многие, с особенно одарённой фантазией, отводили взгляд. И всё чтобы король очень тихо сказал ей на ухо:

— Не отвечайте Баярду. Теперь вы действительно леди Маргарет.

Не все в зале рады, можно сказать, никто не выкрикивал одобрения искренне, кроме Эгрейна. У этого парня всегда есть план. Стряпчий, как только король оставил Маргарет и Алису, подошел к ним.

— Поздравляю, — проговорил он тихо, почти на ухо. — Вы стали второй женщиной-советником в истории Камелота.

— А кто была первая? — также тихо уточнила Маргарет, хватая Алису под руку. Эгрейн хитренько улыбнулся

— Мать Его Величества.

— Поздравляю. — Рядом с ними словно из воздуха возник Гаюс. — Правда, я впечатлён. Но должен сказать вам грозит большая опасность. Даже две.

Маргарет посмотрела на лекаря, им всегда что-то угрожало, неужели новая проблема. Эгрейн быстро затерялся в толпе, своё дело он сделал, зерно посажено, урожай он соберёт потом.

— Я тут единственный лекарь и вижу больше остальных. Вот. — Гаюс протянул ей тарелку с мясом, несколькими помидорами и какой-то зеленью. — Ешьте, иначе мне придётся приводить вас в чувство после обморока.

Музыка загрохотала громче, духовые и ударные сочетались в отрепетированной мелодии. Запах цветов и пряного мяса в любимых специях короля испарился, осталось только чувство чужих разговоров и взглядов. Маргарет, держа подругу под руку, чувствовала, как шлейф из шепота растёт у неё за спиной, чувствовала, как взгляд Романкоина нависает над ней дымкой. Алиса какое-то время молчала, медленно покачиваясь на месте, а потом вдруг кивнула в сторону Артура и Ланселота. Конечно, случившееся безумно важный шаг, но побледневшие щёки Маргарет вылечит не должность с ответственностью, а возможность расслабиться.

— Этот чёрненький любит ту кудрявенькую. — Алиса лукаво улыбнулась. — Давай сведём влюблённых? Посмотри, Ланцелот с Гвен глаз не сводит.

— Конечно, — Маргарет усмехнулась, поправляя юбку и всё ещё разглядывая тарелку. — Ланцелот, первый рыцарь круглого стола и королева. Эта история древнее Камелота.

— Может ну эту политику? — Алиса перешла на шепот и задумчиво прикусила губу. — Ланц любит Гвен, пусть будет с Гвен. — Она посмотрела на подругу, отпустила её руку и отступила на один шаг. — Ты же ничего не имеешь против… такой шалости? — Маргарет устало махнула рукой. — Стой и смотри, как я спасу историю. Или разрушу её!

Уведя руки за спину, Алиса с улыбкой исчезла в рядах танцующих гостей. Маргарет довольно пожала плечами, хотя бы потому что Артуру и вправду нужна другая королева. Принцесса, равная по рангу. Да, может быть им и не стоит лезть в историю, но Маргарет хорошо помнила, жена Артура — принцесса от рождения. Может они сделают только лучше. Романкоин схватил Томаса под руку и оттащил в сторону от сестры. Амелия испуганно проследила за братом, но с места не сдвинулась. Лорд имел полное право прервать их разговор, потребовав к себе оруженосца. Оттащив Томаса к столам, Роберт принялся искать кувшин. Чаша его терпения переполнилась, в отличии от бокала.

— Какая же хитрая дрянь, сама Блодейвет** в своём новом обличии! — Романкоин ухватился за кувшин, Томас напугано вздрогнул.

— Ваша м-милость, не п-п-поминайте с-старых богов.

— Ага-ага, как будто тут кто-то посмеет меня сжечь. — Усмехнулся Романкоин, отхлёбывая из своего бокала. — Ни у одного человека в зале смелости не хватит. Вот туда смотри, ходит, как хозяйка, чтоб её…

— Ваша м-милость, я видел ч-что с-с-случилось, но такова воля… — Томас замолчал, как только Роберт снова схватил его за руку, глаза лорда горела такая злость и обида, что Томас тут же поджал губы. Ресницы парня задрожали, он поистине боялся своего наставника.

— Это твоя сестрёнка тебе напела! Все женщины одинаковые, помяни моё слово. Не сближайся с ними, забыл, что сделала Ева? — Он чуть оттолкнул парня. — Вот посмотришь, ты хапнешь горя из-за своей дорогой Амелии. А знаешь из-за кого хапнет горя весь Камелот? Из-за леди Маргарет. Нам нужно от неё избавиться. Подобрать момент, Том, подобрать момент.

Ожидаемо, но время от времени все поглядывали на Маргарет. Танцующие, конечно, увлечены друг другом, король уже успел покинуть зал, интересно, как он сделал это незамеченным? Но всё же, здесь слишком многолюдно. Маргарет показалось, что нужно уйти, найти тёмный уголок и закопаться в нём, как мышь. Ей нужно отдохнуть, переварить, обдумать… Вместо этого она стянула со стола один из кувшинов, после чего спокойным шагом покинула праздник через большие двери. Моргана облокотилась на спинку своего стула, бросив в рот кусочек яблока, политого мёдом. Алиса торопливо сновала между людьми, Моргана внимательно следила за ней, размышляя над новой информацией. Артур прав, эти девушки тут не просто так, и Утер ими очарован. «Его Величество — отец для всех нас».

— Тебе не скучно здесь? — Артур сел рядом, Моргана видела, как он подходил. — Посмотри, Утер уже ушел. Прям как я и говорил. — Принц растянул губы в улыбке, но особо счастливым не выглядел.

— Я не заметила, как он пропал. Задумалась… — Моргана вздохнула и потянулась за новым кусочком яблока. — Леди Алиса захотела познакомиться с твоим новым другом поближе, и ты решил не мешать им?

— Мне не нравится, что Алиса так часто трётся рядом с Мерлином. Сказал ей: «Интересно, что можно найти в слуге, чтобы проводить вместе столько времени?», а она мне: «Он интересный». Что может быть интересного в Мерлине? Думал, если задам провокационный вопрос, она поймёт намёк. Говорю: «Может вы уже определитесь, что вам нравится больше, корона или метла».

— Артур! — Моргана легонько хлопнула принца по руке, он улыбнулся ей, посмотрев соловеющим взглядом. — Это же просто слухи.

— Ну и что? Представь, что она ответила. Ткнула куда-то пальцем и говорит: «Ну вы-то, я вижу, уже выбрали метлу». Что ей в голову пришло?!

Моргана рассмеялась, сжав руку принца. Тот смотрел на неё, явно не разделяя веселья. Перестав смеяться, Моргана поторопилась успокоить Артура и добавила уже от себя.

— Не волнуйся, леди Алиса говорит много странного. Мне она сказала, что Утер для неё как отец и что она думает о нём, как об отце. И ещё назвала как-то странно, царь-батюшка. — Она выдохнула. — Не знаю, почему наш король-отец так поступает. Это неправильно.

— Как бы он не поступал, трудно спорить. Помнишь, он пришел на урок, когда я был маленький? Я размахивал деревянным мечом, отец взял такой-же и попытался на меня напасть. Он сказал, что, если я выиграю, в тот же день стану королём. Я умудрился выбить деревянный меч из его руки через несколько секунд. Тогда он подхватил меня, закинул на плечо и понёс в замок со словами, что я проиграл. Я кричал, бил его по спине, говоря, что это неправда, что он обманывает. Ты была там, помнишь, что Утер мне ответил?

Моргана посмотрела в глаза принца.

— Отцы всегда честны, отцы всегда правы.

***

— Привет. Сэр Ланселот? — Словно из неоткуда появилась Алиса рядом с рыцарем, что был предоставлен самому себе на этом празднестве. Точнее, остался один меньше минуты назад и был готов немного выдохнуть.

— Леди. — соскочив со стола, на котором он сидел, кивнул парень. Нужно было держать марку.

— Алиса. — Она дружелюбно улыбнулась. — Поздравляю. Теперь вы рыцарь Камелота! — радостно отозвалась девушка, приглашая Ланцелота сесть обратно, и сама взбираясь на место Артура. — Что чувствуете?

— Я… Я счастлив служить верой и правдой. Это моя главная мечта. — Сбитый с толку таким открытым поведением, рыцарь остался стоять на месте. Он осторожно оглядел зал. Чувство тревоги от их с Мерлином авантюры снова вернулось к нему. За время разговора с Артуром, он позволил себе расслабиться и поверить в то, что им всё удалось и теперь он в полной безопасности. Конечно, Ланцелот видел, кого пригласил на танец король. Однако ничего о девушке не знал, впрочем, как и о всей приглашенной знати Камелота. Должно быть в ней есть что-то особенное и почему-то ему очень любопытно узнать её поближе.

— Короля здесь нет., — заметив, как напрягся её собеседник, доверительным тоном произнесла девушка, чуть наклоняясь вперёд. — Уже присмотрел себе даму сердца при дворе, чей платок повяжешь на копьё?

Ланцелот коротко посмеялся, кидая быстрый взгляд на собравшихся гостей, осматривая дам. Его взгляд задержался чуть дольше лишь на одной. Потеплел и наполнился робкой, пока ещё не дозволенной, нежностью. Он смотрел на тот лучик горячего солнца, что выбрало его сердце. Алиса сдержанно улыбнулась, наблюдая за новоиспечённым рыцарем. Парень, что сейчас стоял перед ней и смотрел на любовь всей своей жизни, и тот, кто сражался с Артуром, словно были два разных человека. Пусть он и уступал принцу в уверенности на тренировках, но уж точно не был застенчивым мальчиком. Эти искорки во взгляде, робкая надежда и почти ощутимое желание Ланселота оказаться на другой стороне зала рядом с Гвен, подстёгивали Алису на дальнейшие действия с утроенной силой. Стоит только вспомнить их притяжение к друг другу, полное доверие и блестящие глаза, когда влюблённые находятся рядом. Их такое чуткое сплетение рук через решётку, желание сбежать вместе. Перед Алисой как сейчас стоят те кадры из сериала. Такая невероятная химия между персонажами не могла не запасть в память и сердце девушке. Алиса и сама не заметила, что, как Ланцелот, тоже наблюдает за Гвен. Пары секунд хватило рыцарю на осознание, что ответ так и не был им озвучен. Он обернулся к собеседнице, заметив, что взгляд его выдал.

— Нет, леди Алиса. — Он подносит к губам бокал, скрывая лицо и блуждающую улыбку за ним. — Сердце рыцаря так просто не заполучить.

— А я вижу иначе, сэр Ланцелот. — Она всё ещё улыбалась. — Вам нравится Гвен, это заметно. Хороший выбор, я полностью вас понимаю.

Удивление яркой вспышкой озарило лицо мужчины. Как? Они даже не рядом, чтобы точно определить, на кого он смотрел. Сердце учащает пульс, а лицо начинает гореть от прилива эмоций. «Испугался, как малый ребёнок», — укорял себя рыцарь, возвращая мыслям порядок. Ему потребовалась бесконечно долгая минута, чтобы осознать случившееся и под напором хитрых, но явно счастливых глаз, снова заговорить. На этот раз честно.

— Она — сокровище. Самое прекрасное, что я видел на свете, — тихо согласился Ланцелот.

— И-и-и я могу вам помочь.

***

— …так что быть леди Алисе королевой, а леди Маргарет первой дамой при дворе. Помяните моё… — Яков подавился глотком эля, прокашлялся и завалился на стену. — Видели, с кем она танцевала? Ммм… быть лорду Романкоину снова замуж-ж…кхм, женатым. — На кухне тепло, после стольких приготовленных блюд от печей ещё валил пар с теплом. Тут любого может разморить и язык сразу развяжется.

— Раз леди Маргарет хочет замуж, чего на принца не смотрит? — Совершенно серьёзно спрашивала одна из кухарочек, совсем молодая девчонка. На её плече уже несколько минут дремал захмелевший бард, которого Яков притащил с собой. — Она же, говорят, ведьма…

— А принц захочет? — Брезгливо фыркнул Яков. — Он шарахается от Маргарет как от огня. Может она и правда… Как ты сказала? Ведьма. — Он неосторожно взмахнул рукой, и со стены, грохоча, слетели все только что отмытые половники вместе с ковшами. Бард дернулся, напугано озираясь не до конца раскрытыми глазами, а курочки повскакивали со своих мест. В тишине кухни раздался грозный голос:

— Я выгоню вас двоих! — Старшая кухарка поднялась со своего места. Девушки обернулись и, завидев её строгий взгляд, тихо захихикали, расступаясь. — Что встали? Будете смотреть, сплетницы? — Она подошла к ним, оттолкнув одну, подхватила напуганного барда за руку и дёрнула. Он совсем мальчишка, даже сопротивляться не мог. — Пошел вон! Иначе пущу на пирог. — Яков подобрал разбросанные яблоки и под шумок спрятался за дверью. Пока и его не выставили насильно.

***

Она думала, что выбранная цель — верная. Она думала, что сможет вальсировать между подданными короля, научится пользоваться ими. Она же умнее, она родилась через несколько веков, она училась лучше, чем король, она знает больше, чем Гаюс, она видит и слышит больше, чем Яков. Так она думала, сидя на подоконнике и запивая горечь во рту вином, стянутым со стола. Но Утер её переиграл, Эгрейн, Романкоин, Грегори… Все они, сильные мужчины королевства, переиграли её. Годы обучения, семь лет образования и опыт практик, наблюдений и прочитанных книг, оказался бесполезен. Маргарет думала, что, когда получит должность, сможет выдохнуть. Льдинка между рёбер растает, жжение в горле пройдёт и слёзы перестанут накатывать каждый вечер беспричинно. Кувшин заканчивался, вечерний холод пропитывал камень, Маргарет облокотилась на стену и медленно по ней сползла, ноги упёрлись в оконную раму, столь удобный подоконник стал ей маловат. Они застревают в этом средневековом болоте всё больше и больше.

— Папа не любит пьяных женщин, — шептала она сама себе заглядывая в кружку, вылила в неё остатки и всхлипнула. Она не плачет, потому что легче не становится, потому что ночь вечна, солнце не встанет, проще не будет. Раньше ей говорили, чтобы получить желаемое, надо своё отмучиться. Но цели и мечты меняются ежесекундно. Она помнила, как отец не хотел отпускать её на фестиваль, как она рвалась туда с криком, что сойдёт с ума, если не отдохнёт перед защитой диплома. Столько сил, бессонных ночей, всё в пустую! На улицу вытолкнули одного из бардов, такого же пьяного как большинство гостей. Он сполз по лестнице, горланя что-то несвязное и незнакомое. Маргарет пыталась прислушалась. «…моя лира. Пусть ветром ворвётся во тьму-у… той, чьей любовью моё сердце дыши-и-т».

Раньше вечера ей помогал скрашивать телефон, на последнем заряде он позволял Маргарет взглянуть на лица родных, подумать. И даже если она нырнёт в колодец с головой и вытащит «ведьмино чёрное зеркало», то потратит время зря. Маргарет прикрыла глаза, холод полз по её ногам и рукам, обволакивал шею, и она представляла, как погружается в тёмную воду. Как вокруг вырастают каменные стены колодца, как её голос тонет где-то в ночи.

— Я почти свела их! — Алиса хлопнула дверью, и Маргарет лениво открыла глаза. Зачем ей мешают? Она уже и забыла, что кто-то может радоваться в стенах Камелота. Любая улыбка ей казалась ненастоящей. Но Алиса… Она ребёнок, способный видеть магию, верить в грифона и радоваться танцу с королём. — Это стоило мне… Нам пару бокалов вина и кое-чего ещё. — Она игриво подняла брови, падая на кровать. — Какой удачный день! Утер даже не злится!

— Конечно. — Маргарет хмыкнула. — Он же очарован.

— Мне кажется, — голос Алисы чуть затух, она словно боялась произнести это вслух, но лежала, улыбаясь, как ребенок что готовится загадать желание. А потом отмерла, перевернулась на живот. — И правда очарован. Даже после того, как я нагрубила ему вчера… Он подошел и пригласил меня. Мне должно быть страшно, но это так по-сказочному!

— Конечно он подошел. — Маргарет усмехнулась и развела руками. — Я выловила его в проходе, когда он говорил с этим, ну как… Робертом. Гаюс меня возненавидит, когда узнает. Он делал всё, чтобы король не женился на тебе. Ты могла отказать ему помягче? — Маргарет склонила голову на бок. — Мы с Эгрейном столько сил приложили. Яков, гадёныш, всё разболтал.

— Что? — До девушки не сразу дошел смысл сказанных Ритой слов. — Гаюс, Эгрейн, Яков? А он был там? Вроде да. Подожди. — Память услужливо подбрасывала вечернее воспоминание с участием королевского слуги. Его слова о свадебном подарке. Алиса резко подобралась, садясь на край кровати и ошарашено хмурилась в сторону Маргарет. — Это не было шуткой? Утер собрался жениться? Почему… Почему я не знаю об этом?! Кто?! Кто ещё в курсе того, что будет? — Под конец она сорвалась на крик. Сказать «женится на мне», у неё просто язык не повернулся.

— Да все! Даже кухня. — Маргарет чувствовала, как голос Алисы начал действовать ей на и без того потрёпанные нервы. Они должны были радоваться сегодня. — Даже Джефри, помнишь, как он тебя назвал?

— Так почему я ничего не знаю?! Почему ты… Ты! Ты всё знала, планировала и-и молчала! Рита! Ты должна была сказать мне, что происходит, а не плести свои сети, словно паук, у меня за спиной. — Она чуть замолкает. — Всё ради должности.

— Ты не видишь очевидных вещей! Всё делаешь наоборот. — Маргарет взмахнула стаканом. — Я сказала не принимай подарки, ты притащила перстень. Я сказала не оставаться наедине, ты начала писать портрет. Мы спасали тебя как могли. Не наша вина что ты ведешь себя к-как… как слепая курица!

Алиса возмущённо глотала воздух. Это она-то! Там были такие обстоятельства, что она не могла отказать. Да и потом, стража. Стража была чуть ли не на каждом шагу рядом с королём. Они не были одни. Девушка соскочила с кровати, демонстративно разгладила складки и, набрав в грудь побольше воздуха, принялась обходить комнату, ища что-то. Маргарет только отвернулась к окну, упираясь лбом в решетку. Показательно молча, Алиса осмотрела комнату ещё раз, задержала грозный взгляд на подруге, а потом подняла его на полог кровати. Фыркнув, она полезла наверх за своей сумкой. Сбив пыль и паутину, что успела лечь на неё, Алиса громко спрыгнула и направилась к двери. Услышав вслед лишь громкое хмыканье Маргарет. Задетое чувство собственного достоинства кричало о том, что последнее слово должно остаться за ней.

— Эта слепая курица уходит. — Она хлопнула дверью. Маргарет не отреагировала, но слабая рука дрогнула, стакан упал, по полу растеклись последние остатки вина.

— Истеричка, — пробубнила Маргарет, глядя, как дерево впитывает в себя багровое месиво. — Мой косяк.

***

Утро Алисы началось со слепящих в глаза лучей, головной боли и лёгкого подташнивания. Возможно, ей не стоило так налегать на вино, но коварная мысль: «А когда ты ещё попробуешь такой раритет пятого века?» — решила всё. Скинув с себя подозрительно лёгкое одеяло и привыкнув к такому отвратительному свету, Алиса поняла, что это не её комната. Прилив адреналина заставил девушку вскочить с кровати и почти прочертить дорожку носом по каменному полу из-за запутавшихся в подоле ног. Спасительная стена оказалась как нельзя кстати, а её ночной холод, как глоток свежей воды. Голова от резких движений загудела ещё больше, а перед глазами заплясали круги. Прислонившись лбом к каменной кладке, Алиса постояла некоторое время, приводя в порядок мысли и пытаясь мотивировать организм к возвращению в нормальное состояние.

Вчерашний вечер она почти не помнила. Лишь яркими обрывками эмоций. Она точно поссорилась с Ритой и сбежала, куда глаза глядят. Оказавшись на этаже с покоями, чьих именно память настойчиво скрывала, у неё появился кувшин вина и поднос с фруктами. Виноград. Там точно был виноград. Проморгавшись, девушка понадеялась, что отобрала поднос тактично. И ей не предъявят никаких претензий по утру. А потом… Алиса безнадёжно закряхтела вздыхая, почти скуля. Камень нагрелся и уже не охлаждал. Пришлось переместиться к соседнему. Прислонившись к нему левым виском, в голове ярко вспыхнуло воспоминание о групповой посиделки за столом. Там точно был Мерлин и новый рыцарь. Напрягшись, ей всё же удалось вспомнить имя — Ланселот. Да… Они о чём-то радостно говорили, спорили и рисовали. Что-то совсем бредовое и закорючистое.

«— Я всё же сомневаюсь, — уверенно произнёс Мерлин из воспоминания. — Почему вы решили, что это взаимно?

— В этом и смысл, — громко ставя кружку на стол заверила его Алиса, помедлив в начале. Воспринимать чужой язык на не совсем трезвую голову сложнее, но однозначно веселее. — Откуда нам знать, если мы не знаем и не спросим? Сделать.

— Прямо сразу? Это сли-и-ишком быстро, меня только посвятили в рыцари. Я… Пока я не могу обеспечить её домом, и-и-и… У меня есть только моя любовь.

— Я не говорю сразу жениться. Я говорю о, — Алиса неопределённо взмахнула руками, не зная, как перевести следующую фразу. Потому просто произнесла её на русском. — Конфетно-букетном периоде. — Парни задумчиво кивнули, представляя что-то своё. — Романтика. Ухаживания. И-и-и-и! Начнём с писем. Не волнуйся, я помогу тебе, Ланц. Если это не будет взаимно, Мерлин, я тебя уверяю, она сама об этом сошлёт, а не так, с-скажет. Я всё устрою»

Оу… Так вот чем они всю ночь занимались. Пили вино и писали романтические письма Гвен. Что ж, по крайней мере, не воровали коней для ночной прогулки, уже хорошо. Алиса наконец отошла от стены и медленно обернулась. На полу по разные стороны от кровати лежали Ланселот и Мерлин. И если первый спал солдатиком, крепко держа в руках перо и меч (о надобности которого на их посиделках девушка решила не думать), то второй мило свернулся комочком, прижимаясь к подушке. Безмятежность и спокойствие отражались на его лице. В нём было что-то иное и незнакомое. Не тот парнишка-слуга, что вечно бежит за своим хозяином принцем, не тот шкодливый ученик мага, что из-за доброты душевной наколдовал дождь в особо засушливую неделю. К своему изумлению, Алиса увидела мудрого волшебника, того, кто внимательно следил за ними на ярмарке. Скорее даже просто почувствовала на мгновенье, прежде чем тот, причмокнув, перевернулся на спину. Подойдя ближе к парню, она присела на корточки, вглядываясь в черты его лица.

— И почему ты не можешь просто сказать: «пиф-паф-пуф», — и перенести нас обратно?

***

Всё доброе, что могло быть в это утро, закончилось для Утера Пендрагона во время разговора с Морганой. Окрылённый танцем прошлого вечера, король всё же решил поведать Алисе самую романтичную из известных ему историй. Несмотря на печальный конец, сказ о драконьей королеве был самым любимым у Игрейны. А значит, женщины должны подобные истории любить. Но мешкал, помня, как просчитался с качелями. Зайдя к Моргане, он решил уточнить, что она думает об Алисе. Они же подруги, и, если Моргана не скажет чего-то особенно важного, Утер вечером снова попытает своё счастье. Однако в ответ на свой вопрос, Его Величество услышал расплывчатый, но крайне неприятный ответ:

— Мы говорили с леди Алисой до вашего танца. Кстати, я не знала, что Вы ещё танцуете. — Моргана перелистнула страницу огромной книги. Она специально попросила принести ей фолиант, хотела посмотреть на нарисованных грифонов. Язвительное замечание король уловил, ухмыльнулся. — Мы обсуждали её новое платье и волосы… Причёски у приглашённых дам. А потом она так странно сказала: «Царь-батюшка».

— Тса-рь? Что это значит? — Моргана улыбнулась в ответ на непонимание короля, как-то чересчур по-доброму и объяснила:

— Леди Алиса так впечатлена своей новой жизнью. Она считает вас отцом.

Выдуманный мир внутри разума Утера рухнул. На несколько коротких секунд, но ему понадобилось время, чтобы осознать услышанное. Выходит, всё это время, пока он оказывал Алисе знаки внимания, она принимала заботу с дочерним смирением. Гаюс был прав. И от этого становилось обиднее. Она, потерявшая всех родных, желала обрести новую семью, но вовсе не через брак. Сказка о драконьей королеве будет теперь совершенно неподходящей… Эти мысли роились в голове короля и под крышей тронного зала.

— Вы должны были узнать это раньше меня. — Утер протянул Маргарет документ, который только что принёс Джеффри. Библиотекарь смиренно стоял рядом с девушкой, слегка в пол-оборота и следил за тем, как она щурится, рассматривая рукописные надписи. Благодаря лорду Грегори и его умению «расписывать ручку», она научилась лучше разбираться в местных почерках и манере прописных букв.

Утром в тронном зале всегда прохладно, солнце не греет и, кажется, вовсе сюда не попадает. Хотя солнечный свет тянулся от узких окон прямыми лучами, между ними словно скопилось что-то темное и недоброе.

— Подделка, — бросил Утер, и Маргарет чуть не вздрогнула. Джеффри казался довольным. — Стража, приведите Ланселота!

Дверь хлопнула и отдалась гулом в голове Маргарет. Сегодня её разбудил Яков, непонятно почему ночью ноги принесли почти беспамятного мальчишку к двери их комнаты. Завалившись под ней, чуть ближе к темному углу, он проспал там до утра. А стоило заорать петухам, которые и мёртвого поднимут, Яков закопошился, ругаясь на валлийском и своими непродолжительными выкриками, ворвался в сон Маргарет. Сначала она подумала, что это Алиса вернулась, чтобы отомстить за ссору и сделать больно, на сей раз физически. Но после того, как неровные шаги удалились куда-то в глубь коридора, Маргарет, вспомнив, что теперь не просто гостья Камелота, заставила себя сесть. Голова болела, но кроме желания лечь и заснуть, больше ничего не проявлялось. Либо вино в Камелоте легче вина из «Пятёрочки», либо возраст ещё позволял ей кутить без слишком серьёзных последствий.

— Джеффри рассказал, что вы провели в библиотеке немало времени. — Король взмахнул плащом и сел на трон. Почему он такой здоровый? Ах да, он же ушел почти сразу. — Так что должны уже разбираться в устройстве знати Логреса. Вы говорили с ним? Сочли мальчишку за сына лорда?

Маргарет повернулась и посмотрела на короля, сначала ей захотелось ответить: «Вы все похожи скорее на конюхов, чем на знать», — но даже при её тающем рассудке, вслух подобное лучше не произносить. Джеффри всё ещё стоял рядом и ждал, ответит ли она. Конечно, ответит, надо только подумать. Король тоже ждал и от этого думать было сложнее. Ей вспомнились шипучие таблеточки, что бросались в стакан, и к первой паре Маргарет уже приезжала бодрая и готовая отвечать на все вопросы преподавателя. Таблеточек нет… а преподаватель остался.

— Он достаточно хорошо воспитан, знает этикет. Что насчёт библиотеки, да, я читала о Логресе достаточно много. Ваше Величество, мастер Джеффри может также подтвердить, что особенно я интересовалась крупными фамилиями, — она запнулась, — то есть, я хотела сказать, отдельными личностями. Вроде лорда Романкоина и…

— Ашдауна, — встрял Джеффри. — Леди Маргарет действительно изучала биографии лордов, но основательно только двух.

Король заинтересованно приподнял брови.

— И почему же именно эти двое заинтересовали вас?

Ответить Маргарет не успела, да и сейчас вряд ли бы подобрала внятный ответ. Она хотела знать всё про своего соучастника, про его землю, про его жизнь, ведь им буквально приходится на пару лгать королю и подставлять голову под петлю. Сейчас она уже с легкостью могла бы водить экскурсии по Ашдауну, но королю знать про это необязательно. Двери снова гулко распахнулись, стража ввела под руки Ланселота, и Маргарет немного опустила взгляд. Непонятно почему, ей казалось неправильным всё, что происходит. Король поднялся на ноги, а вот Ланселот, наоборот, рухнул на колени под давлением стражников. А дальше последовала любопытная сцена. Потому что из тени зала вышел Артур, он стоял примерно там же, где обычно ютился Яков. Слушал. Маргарет думала, что столкнётся с принцем взглядом, но его внимание было полностью направлено на Ланселота.

Утер выглядит внушительнее. Маргарет чуть отошла к окну, откуда сочилась приятная утренняя свежесть, но таяла в стенах зала словно её и не было. Ланселот не сразу осмелился поднять взгляд, но когда решился, то увидел Артура. Хмурого, но скорее обиженного, чем разозлённого.

— Скажи ему то, что сказал мне. — Голос Утера заставил Маргарет снова взглянуть на короля и больше не отворачиваться.

— Это верительная грамота поддельная. — Джефри сделал шаг вперёд, Маргарет держала документ в своих руках, от чего ей стало неуютнее. — Фальшивка великолепного качества, но всё же фальшивка. О пятом сыне лорда Элдреда нет никаких записей. Выходит, он солгал. — Ланселот в ответ чуть ниже опустил голову, а Маргарет сжала лист в руках. Она тоже должна быть там, рядом с Ланселотом, признаваться Утеру, что они с Алисой солгали о своём происхождении.

— Ты отрицаешь это? — уточнил король, Маргарет посмотрела на него не двигаясь, а Ланселот только немного покачал головой. — Ты нарушил первое правило кодекса Камелота, ты опозорил себя и нас, ты не достоин рыцарства, в которое был посвящён. Ты никогда не был рыцарем и никогда им не будешь.

Ланселот продолжал кивать, ему не пришло в голову спорить с королём или сопротивляться его воли. Маргарет понимала, что присутствует при наглядной иллюстрации того, что может случится ближайшее время с ней, с Алисой и с лордом Грегори. Мысль о последнем заставляет её почувствовать обиду. У Ланселота и Грегори был выбор, а им выбора не оставили. Их бросили в этот мир, содрав за кольцо целую тысячу, и всё из-за Мерлина. Того деда на фестивале, что возможно, вообще колдуном не был. Нет, их вина не так велика, как вина Ланселота! Сам король вручил ей право… Мысленно она спотыкается. И в рыцари Ланселота посвящал тоже он. Слово закона выше слова Утера? Выходит, король не сможет сказать: «Таково моё желание», — и оставить всё как есть, если обман вскроется? Из раздумий Маргарет выдёрнул ещё один громкий хлопок двери, Ланселота увели. Артур резко шагнул к отцу.

— Его обман непростителен, но у него не было злого умысла. — Артур замер, сохраняя спокойствие на лице и ровный тон голоса. — Он всего лишь хотел служить.

«Где ты был, когда я говорила так же?» — про себя фыркает Маргарет. Она понимает, насколько их с Ланселотом ситуации похожи и понимает, что Утер тоже может провести параллель. Но король выглядит спокойным и это пугает. Он сам посвятил Ланселота в рыцари, сам лишил чина. Насколько законна должность Маргарет? Она ведь женщина.

— Первое правило, это священное обязательство, доверие, это то, что связывает рыцарей. Как ты можешь доверять человеку, который тебе солгал? — В зале тишина, кажется, замерло само время. Утер смотрел на сына, он ждал, что тот опустит голову и уйдёт. И сначала Артур думал поступить именно так, но через секунду он повернулся в сторону стоящей у окон Маргарет.

— Я следовал вашему примеру, отец, — Артур произнес это слишком уверенно. Утером овладело немое возмущение. Он переводил взгляд с сына на Маргарет и обратно. Джеффри чуть отступил назад, за спинку трона, предчувствуя событие, что будет достойно упоминания в его летописях.

— Я сказал прекратить любые подозрения. Вина Ланселота доказана, а ты веришь слухам! Не я привёл в замок самозванца.

— Верно, — Артур всё ещё спокоен, — вы привели женщину.

— Леди Алиса не… — В порыве Утер пытался схватить сына за руку, но тот просто сделал шаг вперёд, король промахнулся и сжал пустой кулак. Выглядит как жалкая попытка поймать ужа в воде. Артур не остановится, даже если Утер прикажет страже его схватить. Но он этого не сделает.

Пользуясь случаем, Джеффри поклонился и поспешно ушел. Утер выдохнул, опуская голову, на какое-то время замер на месте. Он разоблачил обман, но его самого ткнули носом в ту же ошибку. Нет, сейчас король не допускал мысли о том, что ему солгали, весь его разум противился даже представить такую возможность. Гордость твердила что он, не тот человек, которого можно просто заговорить, одурачить, как молодого Артура.

— Ваше Величество…

— Замолчите и выметайтесь. — Утер даже не поднял взгляд.

— Ваше Величество, там… — Маргарет предприняла вторую попытку, и на этот раз король обратил внимание. Она смотрела в окно, где что-то тёмное кружило, время от времени скрываясь за облаками. — Боже Правый.

Сама Маргарет могла бы сказать, что это было похоже на большого орла, но при этом она готова была ткнуть пальцем в небо и выкрикнуть: «У птиц не бывает львиных хвостов». Утер медленно подошел и встал рядом. Возраст давал о себе знать, зрение давно начало его подводить. Как заворожённые, они некоторое время наблюдали за кружащей в небе фигурой, что становилась всё больше и больше. Когда черты грифона перестали казаться размытыми, Утер словно отмер.

— Собрать рыцарей, пусть зазвонят колокола! — обернувшись к страже, скомандовал король. — И приведите сюда Романкоина, быстро.

***

В замке было слишком тихо. Ни шума кухни, ни торопящихся по рутинным делам слуг, ни музыки, что вчера сопровождала праздник до глубокой ночи. Всё словно остановилось в ожидании чего-то. И судя по раздраконенному с самого утра Гаюсу, что ворвался в покои своего ученика и выставил Алису за двери с каким-то пузырьком, готовиться стоит к самому худшему.

Возвращаться в комнату не особо хотелось, но только там Алиса могла быть уверена в том, что её не потревожат. В конце концов, что может случиться, если она вернётся? Рита выставит её за дверь? Нет. Заявится кто-то из вчерашних гостей? Так она может запереться. И всё равно, какое-то чувство обеспокоенности не отпускало. То ли вино было слишком сильным для неё, раз уж волшебные снадобья Гаюса не справились, хотя она уверенно выпила содержимое бутылька ещё на лестницах, то ли это гадкое чувство из-за ссоры. Перекидывая поудобнее свою сумку, что она всё же успела найти, прежде чем её выставили, Алиса тихими шажками добралась до комнаты. Дверь, на удивление, была приоткрыта, а внутри пусто. Лишь смятая, с одной стороны, кровать. Что ж. Это даже к лучшему. Закрывшись внутри, Алиса устало упала на кровать. Поверхность приятно отпружинила, а плотное одеяло не казалось теперь таким деревянным, как раньше. Девушка начала уже клевать носом, когда на улице раздались странные звуки.

Громкое хлопанье крыльев и рык. Сон как рукой сняло. Алиса распахнула глаза. Грифон! Как она могла забыть?! Вскочив с кровати, Алиса бросилась к окну, припадая к нему лбом и руками, пытаясь охватить как можно больше пространства. Отбрасывая тень от огромных крыльев, чудовище кружило над площадью и извергало пламя. Взгляд метнулся вниз. Застанные врасплох люди метались по площади, стараясь укрыться от грифона под каменными сводами и даже нишами. Замешкавшихся монстр хватал передними лапами, поднимал и разжимал когти. У Алисы внутри всë похолодело. Грифон даже не пытался есть тех людей, что уже сгубило падение и они, словно безвольные тряпичные куклы лежали на каменной кладке. Он просто продолжал свои беспричинные налëты, стараясь умертвить как можно больше. Так не должно быть. Алиса отпрянула от стекла, когда его тень промелькнула на нëм. Пролететь столько миль, чтобы просто выжечь весь город? Это не похоже на поведение нормального животного. Даже с учётом того, что она смотрела на грифона, это не меняло почти ничего. Разве только то, что его заставляли это делать.

Не совсем осознавая, что она хочет, Алиса выбежала из спальни и, подхватив полы платья, побежала вниз по лестнице. Каменные стены точно укроют людей от когтей и пламени монстра, но… Не все в городе имеют такую защиту, о подвалах или хотя бы подполе и речи не шло. Девушка была почти уверена, что данных построек нет у большинства домов. По крайней мере, у Меттью она такого не видела. Запах дыма начинал набирать силу, и Алиса испытала сильное чувство дежавю. Пробегая мимо окон, она заметила, как на площадь вышли рыцари Камелота в тяжёлых доспехах. Что ж, может теперь грифону будет не так легко подбрасывать кого-то в воздух. На встречу ей бежали слуги, придерживая и помогая раненым, тем, кого удалось вытащить из-под когтей твари. Некоторые несли перепуганных животных: кур, гусей и поросят. Неужели грифон подпалил скотный двор или это люди пытались спасти хоть что-то? Кто-то из мужчин толкнул еë плечом, припечатав к стене. В ушах запищало и слегка помутился взгляд. Дыма становилось больше. Вдали послышалось паникующее ржание лошадей. Джон! Удивительно быстро придя в себя, Алиса кинулась по знакомому коридору к конюшням, на этот раз ловчее избегая людей.

Конюшня горела. Несмотря на холодные ночи, дни оставались всë такими же солнечными без намëка на дожди, а потому недавно разложенное под крышей сухое сено вспыхнуло почти мгновенно, стоило той крылатой твари лишь чуть дыханием задеть двор. Кони бесновались. Вставая на дыбы и лягая конюхов, старались вырваться, сбежать прочь от опасности. Часть слуг уже пыталась тушить пожар, бегая от колодца к колодцу, но пламя упрямо поднималось, распространяя свои языки в желании перекинуться на соседние постройки. Тогда главный конюх решил обойтись малой кровью. Прокричав о том, что бы они поливали соседние здания, он вцепился в локоть пробегающему мимо него мальчишки с полным ведром и приказал помогать выводить коней из огня. Там уже было пару сильных мужчин, но едкий дым заставлял их медлить, нужна была подмога. Образовавшийся табун удерживали в спешке натянутыми верёвками, не давая перепрыгнуть их и как могли успокаивали животных.

Джон и Джейк решили не разделяться. Потерять друг друга в такой суматохе было невероятно легко, а оставаться по одному, как минимум, опасно. Вместе тушили пламя, каждый раз выражая поддержку взглядом, когда сталкивались на пути к колодцу и конюшне. Вместе бросились в огонь, сменяя знакомых, выводить лошадей, лихорадочно держа друг друга в поле зрения, несмотря на дым. Боялись упустить момент, не успеть помочь. Всë же в это странном мире они были одни и могли рассчитывать на помощь лишь друг друга. Болезненный страх одиночества, что отошёл на задний план, когда они встретили девушек, быстро проедал в их душах дорогу заново. Но на этот раз он был куда сильнее. Оказаться убитым, когда второй останется жить в одиночестве и без понимания, что мог разделить со своим современником, острой болью отдавался в груди и трясущихся руках.

Когда они сумели пробраться к дальним стойбищам, железные петли успели раскалиться, а языки пламени уже вовсю поедали крепкие несущие столбы. Последние лошади изо всех сил пытались выбить доски. Но дым уже сделал свое дело и их вело. Джейк сорвал одну из перекладин и только успел отскочить в сторону, как тут же испуганная лошадь перепрыгнула остатки стойла, бросилась к выходу и на повороте упала, заскользив задними ногами. Истошно ржа, она силилась подняться и лишь со второй попытки смогла это сделать. Видевшие это мужики, почти сразу же бросились за ней, не давая покалечить себя ещё больше. Главный конюх смачно выругался. Когда они усмирят пожар, придётся осматривать коней на травмы ног. Не хотелось терять таких породистых кобыл, но, если они не смогут прийти в себя или обнаружатся проблемы, их отведут на скотобойню.

Меж тем Джон открыл следующее стойло, лошадь в ней выглядела хуже. Рассудок еë помутился, она бездумно лягала воздух, припадая то к одной стене, то ко второй. Поймав кобылу за голову и перебросившись с Джейком парой красноречивых взглядов, Джон закрыл ей глаза и двинулся вперед на выход из конюшни. Воздуха начинало не хватать, а горло саднило. Пепел, летавший вокруг, лишь усугублял положение. Собравшись с силами, Джейк бросился к двум оставшимся стойлам. Дерево затрещало. Мужчина дёрнул задвижку, но силы словно покинули его. А зрение садилось из-за дыма, слёзы мешали ясно видеть всë вокруг. Деревяшка поддалась лишь наполовину. И тогда он услышал громкий треск. Прямо над вторым стойлом, где ещё оставалась лошадь, рассыпаясь яркими искрами треснула балка. Словно в замедленной съёмке и смотря как будто из-под воды, он видел, как прожженный насквозь навес рухнул вниз, погребая животное под раскалёнными углями. В попытке спастись от огня, он прикрылся рукой и отвернулся. К дыму примешался запах палëной шерсти, гривы и плоти. Его накрыла глухота. Лишь белый шум в ушах да стук собственного сердца, непривычно медленный. Где-то сбоку метнулась тень, а потом деревянная створка упала к его ногам.

Мужчина не сразу понял, что случилось. А, когда повернулся к стойлу, обнаружил, что лошадь смутным теневым силуэтом падает где-то слева от него. Барахтается ногами силясь подняться, а рядом лежит кто-то похожий на человека. Ноги сами понесли Джейка к нему. В голове не было ни единой мысли, пространство плыло, но ему удалось дойти до того, кто лежал в опасной близости к огню. Тень лошади странно взметнулась, качнулась и исчезла в свете. Нащупав руку, глаза безбожно жгло, а от слëз можно было свариться, Джейк почувствовал, что в спину ударило какой-то новой волной. Мелькнула тень и снова свет. Не желая терять больше времени, он закинул на спину чьё-то худощавое тело и сделал пару шагов к предполагаемому выходу, когда почувствовал, что его ноша стала легче, а его самого сильно схватили за руку. В закрытые веки ударил белый свет, слух потихонечку начал возвращаться. Крики и лошадиное ржание доносились словно из-под глубокой толщи воды, а совсем рядом знакомый голос покрывал матом студенческую жизнь. Сбоку ругался главный конюх, крича что-то про девок с малой ответственностью и это последнее, что он помнил отчётливо. Только сейчас Алиса смогла оказаться рядом с Джейком и Джоном, что вынесли на себе Карла.

— Раз так было не втерпëж, то вот вам задание, леди, — помогите парнишке.

***

Они стояли и смотрели на грифона, на самого настоящего живого грифона. Маргарет могла бы привести много доводов, что глаза её обманывают, но ведь галлюцинации не могут быть коллективными. Странно, но сцена сражения с огромным чудищем вызвала в Маргарет вовсе не те чувства, какие должна была. Рыцари, как цветные фигурки, высыпались на площадь. Отсюда было очень хорошо видно происходящее. Король замер в ожидании финала. Они все двигались ровно, как в отрепетированном спектакле. Грифон шипел, раскрывал клюв, бил львиным хвостом. «Он настоящий», — самое невероятное что могло мелькнуть в голове Маргарет. И вдруг ей стало очень обидно. Они застряли здесь. В средневековом замке с грифоном и драконом и Бог знает с чем ещё! Девять классов без единой тройки, семь лет обучения и прямой курс на красный диплом, идеально сданные практики, бессонные ночи, подработка по выходным, статьи и лекции, прочитанные в свободное время, всё это было зря. Всё это! Потому что им не оставили выбора. Грифон настоящий, Мерлин настоящий, магия настоящая, а Маргарет нет. Она не родилась здесь, она не часть мира, в котором её заставили жить. И она не простит этого. Не простит всей английской магии своих загубленных перспектив и планов. Взглянув на короля, Маргарет крепче сжала ладони, ей показалось, она впервые действительно поняла его. Поняла горечь безвозвратно уничтоженных надежд.

— Вы испугались? — Утер казался уверенным и спокойным. Как обычно в таких ситуациях. Маргарет хотела бы увидеть испуг на его лице или ужас, для разнообразия… Рыцари бегали по полю как тараканы при включённом свете, особенно не сопротивляясь зверю.

— Задумалась. — Маргарет правда задумалась, не совсем над тем, что собиралась сказать. — Такое существо, оно же должно было родиться. От кого? Кто-то скрестил кошку с петухом? Ваше Величество, здешние учёные когда-то описывали подобных существ?

— Однажды наш замок посещала принцессаОтсылка к фф «Политика Камелота», она рассказывала что её отец собирает разных магических тварей. Её Высочество сказала, что он выставляет их в клетках на площадях. Судя по всему, у них даже живые феи были. Может быть, эта тварь была в тех землях, а потом пересекла большие воды и оказалась в Логресе.

— Живая фея? — Маргарет обернулась. — Ваше Величество, там пернатое чудовище с хвостом, а не милая девушка с крыльями. Это не магия, это… смесь разных тварей. Чей-то богохульный эксперимент.

— Я знаю, леди Маргарет. — Утеру нравился подобный подход. — Зверь из плоти и крови, и мы его убьём. Где черти носят Романкоина?

— Артур… — Маргарет мигом шагнула вперёд и Утер тоже.

Грифон повалил принца на каменную площадь, он нависал над ним, угрожая когтистыми лапами. Другие рыцари замерли. Это странно, что никто не пытался спасти господина. Маргарет пробрала новая волна раздражения, вот как значит! Он называет их элитным войском, а они даже не попытаются вытащить наследника престола. Король сжимал кулаки, постукивал по каменной стене. Пока не увидел своими глазами, как брошенное Артуром копьё, раскололось, не нанеся урона зверю. Королю показалось, что по его телу прошел мертвенный холод. Грифон вновь поднялся на дыбы и ошарашенный принц, отклонился в сторону, закрывая руками голову.

— Нам нужны ваши солдаты, — в спешке проговорила Маргарет, она и не думала, что может по-настоящему испугаться за жизнь принца. С чего он стал ей так дорог?

— Если такова будет воля Его Величества, — голос Романкоина тянулся мёдом.

— Это она и есть! — рыкнул Утер, не оборачиваясь, и лицо Роберта словно окаменело. Его громоздкая фигура качнулась в подобии поклона и исчезла за дверями. Однако всё уже закончилось. Грифон, как по сигналу, поднялся в воздух, вдруг охладев к перепуганным рыцарям. Взлетев, он стал походить на птицу и продолжил кружить над городом. Маргарет выдохнула. Но Утер воевал достаточно, чтобы отличить передышку от триумфа.

— Догоните Романкоина, скажите, что я приказываю ему вести солдат на окраины и брать эту тварь вдали от замка. — Утер боялся наносить ущерб городу, он чудом успел собрать налоги и распределить средства на восстановление деревень, всё равно нужно было возвращать крестьян к работе, а значит и на прежнее место жительства. А тут ещё и столица. Нет, такого нельзя допустить.

— Лорд Романкоин, подождите. — Маргарет выбежала из тронного зала вслед за мужчиной. Он успел только добраться до своего оруженосца. Томас инстинктивно отошел в сторону, не мешая господину и как-то неловко склонил голову. На мгновение Маргарет отвлеклась от того, что хотела сказать, поклон Томаса был первым поклоном от представителя знати в её сторону. Это грело душу. — Всё изменилось, вам нужно идти к окраинам Камелота и схватить грифона там.

Романкоин обернулся, поднимая брови.

— Ваше назначение было громким, но я всё ещё подчиняюсь только приказам короля.

— Это и есть приказ корол, — развела руками Маргарет. Да, жест не слишком уважительный, но у них мало времени чтобы размениваться на любезности.

Странно, но Роберт медлил всего секунду. После чего он вдруг подобрел, точнее, перестал явно выражать своё недовольство. На его лице растянулась улыбка, такая же любезная, как и всегда. Лорд стал походить на пухлого добряка. Он заверил Маргарет, что выполнит приказ, а после, взяв с собой оруженосца, отправился дальше по коридору. Свернув за лестницу, он тихо скомандовал:

— Иди и скажи командующим, мы возвращаемся в Саутгемптон. И мою лошадь пусть тоже подготовят.

— Н-но, Ваша С-светлость, — Том нахмурился, — король приказ-з-зал…

— Это не приказ короля, дурак. Мною пыталась командовать женщина, а в зале Утер ей поддакивал. Я не позволю, чтобы женщина отдавала мне приказы и ты, — он ткнул парню в грудь пальцем, — никогда не позволял. Через день-два король очнётся и снова попросит о помощи. И я поставлю ему условие, отказать мне он уже не сможет.

— Н-но… люди по-с-с-страдают.

— Именно. Иди, не тяни время.

***

Испытания не закончились, грифон кружил где-то в окрестностях, а через ворота переступили очередные гости. О том, что посыльные лорда Баярда перешли границу, Утеру сообщили ещё вчера, но он надеялся, что они протащатся в местных лесах хотя бы три дня, останавливаясь на привалы, отвлекаясь на таверны и не мучая лошадей тяжёлой работой. Как оказалось, они управились за сутки… Этого не хватало! «Приказ короля Мерсии — доставить как можно быстрее», — объяснил уже знакомый Маргарет лорд-средневековый-Болейн. С которым Алиса успела потанцевать на том злосчастном пиру. Теперь же послов следовало принять в спешном порядке. Привезённое золото, откуп, прописанный в мирном договоре, нужно было пересчитать и внести в казну, чем немедленно занялись Эгрейн с подчинёнными счетоводами.

Алиса же, вместе с Морганой, которых пригласили просто посмотреть на гостей для большей респектабельности, стояли чуть в отдалении. Хоть им было в равной степени некомфортно. На удивление их обеих выдернули из зала, где расположился Гаюс. Когда Алиса вместе с Джоном ввалились через приоткрытые двери, неся на себе парней в бессознательном состоянии, Моргана уже была там. Порхая, иначе сказать было нельзя, над ранеными рыцарями и людьми, она активно занималась их ранами. Ей доверили лишь пару зелий и промывку, но и этого воспитаннице хватило с головой. Ей было приятно просто быть полезной, по крайней мере, Моргану не заперли в комнате как в прошлый раз.

Когда всë случилось, она не могла остаться в стороне. Чувство вины, что поселилось в ней ещё с того дня, как раненные люди стекались под стены Камелота, ища там защиты от неведомой твари, отходило назад, но окончательно не успокаивалось. Стыдно признать, но воспитанница короля посчитала свою реакцию на раненых людей трусостью и сбежала под направляющими уговорами Гвен и Амелии. А сейчас… Сейчас она должна исправиться. И она принесла бы больше пользы будь там, в окружении тех, кто нуждался в помощи, а не здесь, разыгрывая красивое украшение для взора гостей.

— Надеюсь, вас не обидела задержка, — по-деловому произнесла Маргарет, послов пришлось подержать у закрытых ворот. — Нам не хотелось рисковать, пока пожар не потушат.

— Мы понимаем, — кивает посланник, — лето жаркое, сено часто вспыхивает. — По интонации не создавалось ощущение, будто он поверил.

Лорд-средневековый-Болейн стоял прямо, презентабельно, в наглую глядя прямо на Маргарет. Он так и не представился, используя только свой статус королевского посыльного и друга Мерсийской короны. В нём не было и капли той изящной подачи, что была у Баярда, а потому впечатление он производил довольно «деревянное». Протянув Маргарет отполированную шкатулку с вырезанной на крышке арфой, он даже не поклонился, только продекламировал: «Его Величество, король Баярд ждёт от леди Маргарет немедленного ответа. Вы должны написать его здесь, в моём присутствии и передать лично в руки». Услышав последнее, Утер поднял бровь и усмехнулся. Подумать только, какое рвение. Хотя больше короля беспокоило то, чтобы гости не нарвались на зверя и не рассказали Баярду, как их пытались убить. Маргарет нахмурилась и кивнула, водя пальцем по крышке. Ей было страшно открывать, вырезанная арфа была чуть немного окрашена в жёлтый. Интересно, это что-то значит? Она помнила, что золотая арфа — символ Ирландии. У Мерсии золотой крест. Выходит, значение тут не геральдическое. Алиса, стоя рядом с Морганой, заметно поёжилась. Выполнив поручение, лорд-средневековый-Болейн оценивающе посмотрел на неё. Он несколько раз прошелся по фигуре Алисы взглядом сверху вниз, пытаясь прикинуть, стоила ли игра свеч. И учитывая, что лицо его почти не изменилось, кроме того, что он растянул губы в подобии улыбки, Алиса ему понравилась. Заметив это, Утер выпрямился и начал ждать, скажет ли он что-то ещё. Видимо за услуги гонца Баярд пообещал его женить на второй леди. Утешительный приз, ага, как же.

Открыв шкатулку, Маргарет хмыкнула. Ей бы хотелось выразить эмоции ярче, но, если честно, побоялась. Это было ожерелье из трёх серебряных или металлических (так, сходу, она и не поняла) цепочек, на которых держался продолговатый кристалл. Из аметиста, грубой огранки. Цепочки провисали под его тяжестью и когда Маргарет приподняла украшение чтобы лучше рассмотреть, была удивлена что даже при небрежной обработке, он смотрится так приятно. К украшению прилагалась записка, где в нежной манере Баярд, уже знакомым Маргарет подчерком, требовал ответа. Даже не так, он требовал согласия. Утверждая, что, если кто-то из окружения не позволяет ей покинуть Камелот, она может обраться к его посланному другу и он увезёт её в этот же день. Почувствовав, как восторг от подарка спадает, она вернула записку в шкатулку и повернулась к королю.

— Его Милость просит меня дать ответ. — Она смотрела на Утера довольно спокойно, но не отстранённо. Маргарет прекрасно понимала, что он слышал слова лорда-средневекового-Болейна, просто тянула время. Мысленно она надеялась, что Утер даст ей повод не уезжать, но король пока молчал. Тогда она повернулась к Якову. — Могу я попросить принести перо и бумагу? Пожалуйста.

Яков кивнул, он даже не стал спрашивать разрешение короля, уверенный, что Утер будет не против. Маргарет снова обратила всё своё внимание на шкатулку. Страх за собственное будущее заставил её нахмуриться ещё сильнее, в пальцах покалывало, словно мелкими иголками. Она бы не позволила кому-либо из присутствующих узнать, что творится в мыслях. Из всех сил Маргарет пыталась составить наиболее абстрактный текст, чтобы как можно дольше задержаться в Камелоте. Вспомнила, как Утер сказал: «Вам придётся согласится». Да, она даст согласие, но расплывчатое, какое можно будет оспорить. Когда Яков дошел до дверей, Утер показательно отодвинулся от стола, громкий звук нарушил тишину.

— Стой, я не разрешал тебе уходить.

Яков замер на месте. Утер встал, забрал из рук Маргарет шкатулку, даже не глядя на подарок, небрежно поставил её на стол. Понимая, что король хочет взять ситуацию в свои руки, Маргарет выпрямилась и чуть отступила в сторону. Да будет во благо, как говорится.

— Передадите лорду Баярду ответ устно. Слушайте. С недавнего времени леди Маргарет получила государственный пост при дворе и не может покинуть Логрес, тем более в дни сбора урожая. Она нужна мне здесь и будет здесь. Если лорд Баярд захочет продолжить переписку с леди, я, как король, не стану препятствовать. Он даже может в любой момент посетить Камелот с визитом. Наша с Баярдом дружба никак не пострадает, особенно если обе стороны продолжат выполнять условия договора.

— Это ваш ответ? — уточняет лорд-средневековые-Болен, глядя на Утера.

— Это мой ответ, — произнесла Маргарет, — и Его Величества.

— Я передам сказанное своему господину в точности, — ответил посол, не в силах спорить и поклонился. Утер радушно попросил проводить гостей и даже приказал выдать дополнительную охрану. А после отпустил всех присутствующих. Выходя из зала, Маргарет передала шкатулку Алисе. Всё ещё молча, у них не было времени помириться, но оставлять эту вещь при себе ей пока не хотелось. Баярд может и был престарелым королём, но умел производить впечатление. И он может не остановиться на первом сказанном Утером «нет».

***

«…и витая средь цветов, твой вспоминаю образ.» День уже клонился к закату, на улице темнело, а в городе росло волнение. Во тьме зверь, как и угроза, казались куда страшнее. Гвен свернула записку, скручивая плотнее и спрятала под корсет. Она прочитала её уже несколько раз за утро и перечитала теперь в ночи. Не зная, как в точности реагировать, Гвен чувствовала лишь приятные успокаивающие нотки, каждый раз, как взгляд её падал на неровные буквы.

У двери послышались шаги, в ночной дымке она не сразу разобрала, кто копошится у дома. Вскочив из-за стола, она потянулась за жестяной тарелкой. Другого оружия под рукой не было. Правда тут же поставила тарелку обратно. В дверном проёме появился Ланселот. Рука секунду назад сжимающая импровизированное оружие, задрожала от волнения, Гвен на секунду растерялась и испугалась. Скрученная записка начала словно жечь кожу сквозь рубашку. Зачем опальный рыцарь оказался здесь? Неужели он сбежал из-под ареста или его отпустили? Ради неё? Мысли проносились вихрем в голове девушки, прежде чем голос Ланселота вернул её к реальности.

— Прошу прощения, миледи.

— Я не… Что ты здесь делаешь?

— У меня очень мало времени, мне нужны доспехи и оружие, — тараторил он, оглядываясь на дверь. — Артур в опасности, я должен сделать всё возможное, чтобы защитить его. Рыцарь я или нет.

— Ты правда веришь в это? Тебе не стоит рисковать, король нанял армию. — Гвен уже не волновалась о записке, ей куда важнее было убедится, что Ланс не станет мишенью в разгар битвы.

— Армия покинула город, — проговорил он. — Я видел, как они уходят. Не знаю, что задумал король, но Артуру не обойтись без помощи.

— Ланселот, никогда прежде я не встречала человека, похожего на тебя, — чтобы произнести это, ей пришлось немного нахмуриться, иначе бы на лице отразилось куда больше эмоций. — Не уходи, пожалуйста.

— Я должен идти. И если я не вернусь…

— Нет! — Она остановила его, не желая слышать продолжение. Тогда Ланселот сделал шаг и оказался ближе, чем Гвен могла бы представить. Ей вдруг показалось, что за ними следят, чувствуя жар, заставляющий щёки и кончик носа краснеть. Опустив взгляд, она сложила руки так, чтобы записка не выпала. Ланселот потянулся к её руке и тут же отдёрнул, после чего поднял взгляд. Он называл её «миледи», потому что уважал. И это сильно льстило. К ней никто не обращался так прежде, даже в шутку. Она не сдержалась и кивнула, обещая сделать всё от неё зависящие.

***

— Ваше Величество, подсчёты провели, среди горожан незначительное количество пострадавших, больше слуги. Конюшня сгорела наполовину, в пожаре погибла одна лошадь, остальных успели спасти. — Слышно, как Утер медленно выдохнул, было бы сложно искать где-то хороших жеребцов, Яков мысленно сверился с составленным в голове списком увиденного. — Так же, приглашенные войска ушли за стены города.

— Только сейчас? — Утер заметно удивился, он отдавал приказ ещё утром, неужели солдаты Романкоина так неповоротливы? Яков пожал плечами, он сам только увидел.

— Яков, ты рассмотрел, как лорд Романкоин рассредоточил солдат? — поинтересовалась Маргарет. Она почти весь день не отходила от короля, боялась пропустить что-то действительно важное и, если честно, они знатно вымотали друг друга своим присутствием.

— Рассред… нет, он просто вывел отряд. — Яков даже не сразу понял, о чём его спрашивают. — Я видел, как они уезжали по королевскому тракту.

Маргарет и Утер переглянулись, казалось, никто никого не понимает. Королевский тракт — это слишком далеко. Утер приказал вести к окрестностям, но не в лес. Ему важно охранять Камелот и жителей, на деревья зверь не нападал. Маргарет отвела взгляд чуть в сторону.

— Хочешь сказать, они ушли совсем? Все? И лорд Романкоин тоже?

Парнишка уверенно кивнул, и они увидели, как напряглись плечи Утера, он словно на секунду захотел кинуться вдогонку. Все стихли, Яков смиренно отступил ближе к привычному темному углу. После подобного ожидалась буря, но вместо того голова короля медленно опустилась.

— Когда этот день закончится? — он проговорил тихо, стараясь сделать так, чтобы никто не услышал. То, что за окном уже темнело, не означало что проблемы решились. Наоборот. Маргарет вдруг захотелось его обнять, хотя бы потому что сама хотела того же. Уткнуться лбом кому-то в плечо и отпустить этот день, словно его никогда не существовало.

— Если позволите, кажется, я знаю, почему лорд Романкоин так поступил. — Король выпрямился, услышав голос Маргарет и даже выказал готовность слушать. Его правда интересовали хоть какие-то причины ослушаться прямого приказа. — В день, когда пропал мирный договор с Мерсией, я… нашла документ и села в том широком коридоре, мне нужно было набраться смелости. Меня не было видно с лестницы, и, когда лорд Романкоин спускался, он сказал странную фразу: «Я не допущу мира». Мне кажется, каким-то образом, Его Милость получает выгоду от несчастий столицы. К сожалению, у меня нет свидетелей, чтобы подтвердить слова.

— Я тоже слышал, — Яков подал голос и Утер обернулся. — Простите, леди Маргарет, увидев вас, я решил проследить, что вы будете делать. Прячась в нише под лестницей, я тоже слышал слова Его Милости. И то, как доволен был его оруженосец.

— У меня будет время решить эту проблему. — Мысленно Утер уже вешал обоих на городской площади, но послать за ним сейчас же, означало создать суматоху. Пусть отойдут подальше, тогда он точно сможет выдвинуть обвинение. Маргарет, легонько улыбнувшись, благодарно кивнула Якову. Он мог бы промолчать, но предпочёл высказаться. Потому что это пойдёт на пользу Его Величеству, а значит парнишка и правда хороший слуга, как Мерлин для Артура.

Иногда Утер выражает эмоции ярко, их почти невозможно спутать с чем-то и почти всегда они ясны для окружающих. А теперь Маргарет учится считывать их куда быстрее, даже сейчас, она пыталась понять короля. Он говорил спокойно, будничным голосом, но она заметила, как изменился темп его дыхания, как сжались кулаки, которые он тут же расслабил, чтобы не выдать себя. Яков странно покосился на Маргарет, словно подталкивая сделать что-то ещё и, решив, что момент подходящий, она вдруг добавила:

— Лорд Грегори выступал за мир, и потому они с лордом Саутгемптона поругались на глазах Вашего Величества. Просто… — Она сделала шаг ближе. — У вас есть друзья среди лордов. Но, к сожалению, не всех лордов можно назвать друзьями.

Взглянув Маргарет в лицо, Утер словно пытался подобрать слова, у него на языке роились разные версии ответа. Саркастичные, поучительные, гневные. Но в итоге ни один не показался ему уместным. Возможно, Гаюс прав, он стареет, суетливые дни его выматывают. Медленно поднявшись, король нахмурился и, приосанившись, вышел из тронного зала в коридор. Переглянувшись, Маргарет и Яков тихо последовали за ним, держась на некотором отдалении. Оказавшись в коридоре, Утер сделал глубокий вдох. Нужно дождаться вестей от Артура, все остальные вопросы он решит потом. Мысленно он искал плюсы и находил. Выплаты от Баярда стали прекрасным своевременным подарком судьбы, их казна наконец пополнилась, при чём не только деньгами, но и продовольствием. Баярд докинул в счёт уплаты меховые шкуры, немного драгоценностей и несколько неровных слитков железа. Чудо, что такой обоз не разграбили по дороге. Не зря Утер арестовал и повесил столько разбойников. Вот, ещё один плюс. Чуть успокоив разум, король обернулся в сторону легких шагов и взгляд его просветлел.

Алиса в сопровождении Гвиневры быстрым шагом пересекали коридор. Заметив вдали фигуры, девушки неосознанно переглянулись и на пару мгновений, замедлились, прекращая шептаться. Однако распознав короля в сопровождении Маргарет и слуги, девушки приободрились. Пересекаться с гостями в их планы не входило, как и объяснять тем, откуда столько кровавых тряпок в корзинах из-за одной сгоревшей конюшни. Однако теперь, зная о намерении короля жениться на ней, Алиса не знала, как же ей вести себя. Яков не постеснялся поприветствовать её поклоном, иногда он размышлял, почему Утер ещё не отчитал его за болтливость и шпионаж. Алиса по его мнению уже должна была проболтаться. Сама Алиса думала о другом… Если даже незначительное еë движение так привлекает Его Величество. А ведь они танцевали вместе. Неизвестно, что он мог себе надумать. В зале днём было проще. Они с Морганой просто молча стояли в уголке и их не трогали. На удивление, Гвен тоже опустила взгляд и притихла. Вероятно, дело было в Ланселоте, о котором они и шептались до. Почти невесомо коснувшись руки Гвен, Алиса вернула их темп шага.

— Ваше Величество, — свой голос показался ей охрипшим, когда Алиса присела в поклоне, чуть оттягивая подол платья. Ей вторила Гвен, перехватывая корзину, и поклонившись ниже, не поднимала головы. Маргарет немного улыбнулась, мысленно ей не было всё равно, и она радовалась думая что Алиса не скучала. Утер окинул девушек взглядом. Они обе казались слегка уставшими.

— Леди Алиса, — кивнул король, подмечая кровавые пятна по краю платья. Да, с такими «украшениями» на одежде она не казалась хрупкой и наивной. — Вы помогали Гаюсу? — Несложно догадаться, Яков говорил, что и Маргарет и Алиса проводят у лекаря достаточно много времени.

— Да, Ваша Милость. Ваша воспитанница тоже, — отчуждëнно произнесла девушка, смещая внимание с себя, но Гвен, заметив её скованность, перебила.

— Леди Моргана помогает в лечении раненых. У неë доброе сердце. Леди Амелия сопровождает еë. — Последнее Гвен добавила скорее для успокоения Утера. На случай если ему не понравится.

— Ваши сердца тоже полны доброты. Мне передали о вашем, — Утер сделал небольшую паузу, — рвении помогать. Но, поберегите себя, леди Алиса.

— Как скажете, Ваше…

— Отец!

В коридоре послышались тяжёлые шаги и звон металла от кольчуги. Из-за поворота к ним выходит Артур. Припылëнный, с взмыленными светлыми волосами он уверенным шагом направляется к королю. Гвен улыбнулась, но заметно заволновалась и снова повернулась к королю.

— Простите нас, но мы должны идти.

Поравнявшись с наследным принцем, они присели в приветствии и Алиса коротко поздравила Артура с победой. Принц удивлëнно свёл брови, он же ещё ничего не сказал, но принял поздравления вежливым кивком. За спиной Артура на некотором отдалении шагал Ланселот вместе с Мерлином. Маргарет нутром почувствовала, что назревает конфликт. И судя по взгляду Алисы, она испытала то же предчувствие. Переместив корзинку на другую руку, она уцепилась за рукав Гвен и потащила за собой, подозревая как бы та не полезла защищать свой объект восхищения. Им удалось скрыться раньше, чем Утер заговорил.

— Это плохо, — внезапно для всех пробормотал Ланселот, — я стал причинной раздора между отцом и сыном.

— Никто и ни что не может встать между отцом и сыном, — улыбнулась Маргарет. — Только между королём и принцем, и, поверьте, они и без вас находили поводы для разногласий. В правлении без них никуда.

— Мне всё равно неприятно. — Он опустил голову, перебирая пальцами край рубахи, торчащий из-под кольчуги, словно молодая девица перед свиданием.

— Я знаю, вас ждёт интересная, полная подвигов жизнь. Уверена, вы ещё вспомните мои слова.

— Да, я говорил ему так же! — воодушевлённо поддержал Мерлин. Ланселот улыбнулся, словно на секунду поверил, а после голоса за дверью стихли. Стражи завели опального рыцаря в зал, на сей раз куда вежливее. Воспользовавшись моментом, Маргарет тихо поинтересовалась:

— Как у тебя дела, Мерлин?

— У меня? — Он слегка растерялся, она почти не говорила с ним. — Ну-у… мы все живы. Считаю это хорошим знаком.

— Да, даже странно что мы можем пережить эти сутки. — Она немного улыбнулась. — Мерлин, ты когда-нибудь думал о своём будущем? Что будет, когда ты перестанешь служить Артуру?

— Меня похоронят, — на удивление легко, в шутливой манере проговорил парень. — Иначе я не знаю, как перестану служить Его Высочеству. Это моё предназначение. Гаюс говорит, надо найти место в жизни, и мы с вами его нашли, верно, леди Маргарет? — Мерлин посмотрел на неё как-то по-детски, но в этом взгляде была скрыта нотка язвительности. Может быть так оно и есть. Может быть это и есть их место.

***

Дожидаться кромешной ночи Алиса не стала, а потому, расставшись с Гвиневрой у поворота, она направилась обратно к конюшням. Там тлевшие остатки заливали водой. Не задерживая на них взгляда и стараясь не вдыхать запаха палëной плоти и древесины, девушка двинулась дальше. Джон оставил друга почти сразу, ему необходимо было вернуться и продолжить дело. Прошёл слух, что в город прибыли важные гости. Как раз в самый пик пожара, как же кстати. Насколько достоверна была эта информация никто на конюшне не знал, но чем быстрее они закончат тем будет лучше. Джейк очнулся примерно через полчаса. Сильный кашель буквально подбрасывал его со скамьи, и Алиса побаивалась, что тот выплюнет свои лëгкие. У него был жар и сильно кружилась голова. Но с этим местная медицина была бессильна. Единственное, что могла сделать для него Алиса, это менять компресс и подливать воды.

Карл пострадал сильнее. Вплоть до ухода Алисы он спал. Гаюс провёл над ним некоторое время, проверяя его на реакции. Но даже так Алиса могла сказать, что парнишка получил сотрясение. На душе стало гадко, словно весь пепел и дым, что витал в воздухе осёл где-то глубоко внутри и мерзкой липкой субстанцией покачивался, как море в бутылке. Тяжело вздохнув, Алиса открыла дверку забора, где воинственно гоготали гуси. Джон наливал им в корыта воды. Во время тушения, в этой неразберихе, все хватали всë, что могли. Белой грозовой тучей птицы двинулись на девушку, широко расставляя крылья и хлопая ими. Алиса вымученно улыбнулась, когда Джон махнул ей рукой.

— Как дела?

— Нормально, — глухо отозвался мужчина. — Порадуешь меня новостями о ходах?

Алиса тихо хмыкнула, опуская голову. Ничего нового она найти не успела. Да и когда? Джон понимающе покивал головой и устало опустился на выкорчеванный пень, смотря куда-то по верх башен замка. Обделëнные вниманием гуси перестали гоготать и зашипели вытягивая шеи.

— Кыш, — замахнулся на них ведром мужчина, разгоняя птиц. — У нас тоже ничего. Потратили несколько ночей на проверку внешних стен замка и хоть бы что. Только спуски в подвалы с охраной.

— Я теряю надежду, — честно призналась Алиса отдëргивая подол платья, в который вцепился особо яростный гусак. Стая вновь загоготала, важно проходя мимо и встречая собрата пощипыванием в знак одобрения.

— Ничего. Ничего, — тихо проговорил Джон, кладя руку ей на плечо в приободряющем жесте. — Мы ещё выберемся отсюда. Просто, — он устало вздохнул, прикрывая глаза и опуская руку, — день сегодня тяжёлый. Такое бывает.

— Спасибо.

От слов легче не стало. Но не оценить поддержку она не могла, пусть это и была ложь, смешанная с остатками надежды. Вероятно, Джон сам в это не верил. Но им это нужно. Стоя здесь на скотном двору среди гусей и в компании конюха, Алиса почувствовала, что вот-вот разревëтся. Этого ей ещё не хватало. Только не сейчас. Шмыгнув носом и запрокинув назад голову, чтобы не проронить слëзы, Алиса проморгалась, доставая из рукава записку.

— Поможешь мне ещё с одним делом?

— Что-то случилось? — Джон вглядывался в лицо девушки. — Что-то с Маргарет?

Алиса устало хмыкнула в смешке. Их ссору на обсуждение она выносить не хотела. Это слишком личное.

— Нет, ничего. Это не касается Маргарет. — Она замолчала с открытым ртом, а потом резко начала смеяться, закрываясь от мужчины ладонью. Джон в удивлении вскинул брови, но не торопил. Проходящая мимо пара служанок с курами в руках тихо перешептывались, не отрывая взгляда до самого поворота. А Алиса, предчувствуя масштаб грозящего балагана, лишь сильнее залилась смехом, уже не сдерживая слëзы. На душе оставалось всë так же гадко.

— Мама, я в кухонных сплетнях, — безэмоционально произнёс Джон, упираясь подбородком в кулак и наблюдая, как его собеседница пытается отдышаться. Встревоженные такими резкими перепадами настроений гуси вновь начали гоготать и хлопать крыльями. Кажется, сейчас на них смотрит весь двор.

— Чëрт, прости. Я не хотела, — шмыгнула носом Алиса.

Джон провёл по воздуху рукой, мол «продолжай». Тяжёлый вздох с его стороны слышался как смирение с ситуацией.

— Это письмо нужно отдать Ланселоту. У него любовный роман с… — Алиса опять не удержала язык за зубами. И поняла слишком поздно. Когда лицо Джона в удивлении вытянулось. Мужчина подобрался мгновенно. Ланселот! Легендарный рыцарь. Самый благородный и самый честный.

— В общем у него роман с Гвен.

— Той, что служанка? — Джон помнил, что в будущем у прекрасного рыцаря должен быть роман с королевой, так почему сейчас он… С другой стороны, времени у него достаточно.

— Да, но ты бы видел ка-а-ак они смотрели друг на друга! Это точно любовь. Та самая, легендарная.

— И о чëм ты хочешь меня попросить?

— Передать Лансу ответ от Гвен. Он уезжает, но обещает писать и, к сожалению, у Гвен нет личной почты, поэтому он будет слать письма на моё имя. Но мне нужен кто-то, кто сможет…

— Быть совой, — тихо посмеялся Джон, понимая, что берёт на себя роль почтальона.

***

— Вы увидели просто день, леди Маргарет. — Эгрейн улыбнулся ей, хотя сам наверное страшно устал. — Сегодня могло погибнуть гораздо больше, чем вы думаете. Идите. — Он сложил бумаги. — Налейте себе эля, вернитесь в комнату, дайте себе уснуть.

— Вы не подскажете мне, как давно Джеффри следит за тем, что я читаю? — Она медленно шагнула в сторону двери. — Помнится, бумагу и перо я просила у вас. Как и ключ от библиотеки.

— Кстати, вы его не вернули. — Эгрейн снова улыбнулся, уже чуть менее светлой улыбкой. — Оставьте потом на моём столе, когда будет минутка.

Прямого ответа он не дал. Но Маргарет кажется и не интересно. Она вышла в пустой коридор, смотря на горящий в конце факел и представляя, как горит замок. Как горит Камелот. Через несколько мгновений она оказалась у стены и этот день начал тонуть в пламени факела. Она мысленно видела, как грифон опускается в яркие языки и корчится от боли, как вместе с ним воют от боли лорд Романкоин посланники Баярда. Медленно протянув руку, она замерла в нескольких сантиметрах от неизбежного ожога.

Осознание случившегося пришло только позднее, когда Маргарет вернулась в комнату. Алиса сидела над лоханкой и пыталась отстирать руками края платья. Кто-то запачкал подол кровью, и она, усевшись на пол, не теряла надежды его отчистить. Затея бесполезная, но, видимо, позволяющая ей выплеснуть эмоции. Маргарет смотрела, как Алиса сжимает мокрую ткань покрасневшими руками, следила за каждым движением и не знала, с чего начать разговор. И начинать ли вообще. Ей хотелось спросить, был ли дракон так же реален как грифон. Испытала ли Алиса те же чувства что и сама… Рита. Имя внезапно показалось ей чужим. Она давно не думала о себе в такой простой формулировке. С момента прибытия в Камелот она думала, поступала, говорила как Маргарет. Маргарет, леди из Цинтры, а не как Рита. Если бы грифон прилетел на её улицу, Рита бы сразу позвонила маме, чтобы в красках описать случившееся. Но телефона больше нет, как и возможности позвонить, как, возможно, и самой Риты. Ей представился образ прежней себя, лежащей на дне колодца вместе с разбитым телефоном.

Обойдя вокруг Алисы, Маргарет остановилась, чтобы расплести волосы. Ей хотелось рассказать про Романкоина, про короля, про то, как доверительно Утер к ней отнёсся. Упомянуть байку про живую фею. Но она не могла дать себе высказаться. Нужно будет начать с извинений, а гордость не позволяла ей извиняться за то, в чём не считала себя виноватой. В коридоре мелькнуло что-то. Алиса бросила юбку в воду и брызги разлетелись по полу. Маргарет вздрогнула, она понадеялась, что у Алисы первой сдадут нервы, и она громко выскажет всё, что думала или думает сейчас. Но та лишь бросила на подругу недовольный взгляд, подхватила сумку и вышла. Яков крутился у входа и даже не сразу отскочил в сторону, когда Алиса распахивала дверь шире. Маргарет увидела его в дверном проёме, уставшего, но довольного по уши. Он стоял, тихо шепча себе под нос что-то. Но уже было понятно, сейчас он побежит на кухню за халявным элем и яблоками, рассказывая всем, что королевские фаворитки наконец-то поругались. И да-да, он собственными глазами видел, как они дёргали друг другу волосы и дрались, раз Алисино платье в крови.

Маргарет пнула лохань, та покачнулась, выплеснув на пол ещё воды. Оставаться в комнате казалось невозможным. Стянув с кровати покрывало, которое слуги предусмотрительно расстелили, видимо чувствуя приближение холодных ночей. Закутавшись в него как в плащ, Маргарет прошла мимо довольно улыбающегося Якова, пусть выдумывает, что пожелает. Ей хотелось на улицу, из замка, в город, в таверну к Авилле, туда, где она встретила Грегори. Ей ведь нужно ещё обучить дочь трактирщика хотя бы парочке русских слов и научить молчать в тряпочку. Вот этим она и займётся. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- * - Древнеанглийский: будь здоров. Может использоваться как «Господин король, будь здоров/долгих лет жизни.

** - Кельтская мифология: Аморальная женщина, созданная из цветов

«Дышать тяжело»

Тушёные овощи казались такими же отвратительными, что и обычно. Сейчас, после проведённого в Камелоте времени, эта коричневатая каша, которую можно разве что подсолить, стала казаться ещё более ужасной, чем та тарелка тушёных овощей, которые мама заставляла есть Маргарет перед школой. Сейчас она была бы жутко рада самой дешёвой лапше для заваривания в кипятке или замороженным блинчикам с мясом странного происхождения. А ещё лучше пиццу! Маргарет хотелось вкуса, специй, подсластителей и усилителей. Хотелось есть чипсы запивая черничным чаем, в ожидании доставки роллов. Посмотрев, как Алиса с тем же кислым выражением лица копается в своей тарелке, она поняла, что мысли в этот момент у них сходятся. Утер окинул взглядом всех сидящих за столом, пока Яков наполнял кубок короля. А потом парнишка привычно отступил в сторону.

— Какая ужасная обстановка, чувствуешь? Дышать тяжело, — шепнул Яков, чуть наклонившись к стоящему рядом Мерлину. Опытный слуга легко чувствовал настроение, Мерлин служивший исключительно Артуру, чуть прищурился, но язвительные нотки в голосе собеседника уловил. — С правой стороны стола леди Амелия и леди Маргарет, первая считает вторую невоспитанной выскочкой, второй же дела нет до первой, как крысе до брошенного камня. С левой, — Яков склонил голову в другую сторону, — Его Высочество принц, воспитанница короля и леди Любовь-всей-жизни. Король в вечном напряжении… Эх, ему бы сжечь пару колдунов для успокоения.

— Тише. Нас услышат, — бросил Мерлин, в ответ на что Яков улыбнулся. Услышат, как же. Если опасность была бы действительно реальной, он и рта не раскрыл. Парень продолжал словно его не прерывали, водя пальцами по ободку кувшина.

— Брат с названной сестрой объединились против гостей, как ты сам знаешь, но скорее против Маргарет. А с леди Алисой они не воюют. Самая выигрышная позиция. Принцу дела до неё нет, король сходит с ума, а леди Моргана считает подругой. Храни Бог женскую скромность, она и правда спасает. Кстати, расскажи, что твой хозяин говорит о леди Маргарет? А я расскажу, что о ней думает король.

Мерлин бросил на Якова недовольный взгляд. Он знал, что любое слово тут же разлетится по королевской кухни, а значит ему лучше сыграть дурочка. Строгость во взгляде пришлось потушить, заменить на смятение и растерянность. Пожав плечами, Мерлин посмотрел на свой кувшин, что ничем не отличался от кувшина в руках Якова и, выйдя из тени, шагнул к столу, решив сделать вид, что очень активно работает. Король вдруг повернулся и посмотрел на своего слугу, вряд ли у него так быстро закончилось вино, которое Утер благоразумно просил разбавлять водой, скорее, не был доволен, что слуга сына расторопнее Якова. Однако через несколько мгновений король повернулся ко всем собравшимся, ему не терпелось заговорить.

— Ночь была хорошей, ничего не случилось. — Он заглянул в свой кубок, а потом довольно облокотился на спинку стула. — Удалось выспаться. Кстати, о ночи, леди Алиса.

Внутренне вздрогнув от своего имени, девушка подняла взгляд от тарелки. Ей совершенно не льстило, что разговор начался с неё, однако показывать это не стоило. Пару раз моргнув, Алиса скромно улыбнулась, поворачиваясь к королю. Почему он вспомнил о ней именно сейчас?

— Вчера леди Моргана поведала мне содержание одного из ваших разговоров. Расскажите подробнее о прозвище «царь-батюшка», — Утер улыбался, словно действительно не знал. — Мне стало интересно.

— Это сложно… понять, — рассеяно подбирала слова Алиса. Она по привычке кинула быстрый взгляд на Маргарет в поиске поддержки. Ожидая от неë первой основы, от которой они и будут возводить новую «легенду», но вовремя одёрнула себя. — Царь-батюшка, — эхом повторила за королëм. Слабая улыбка померкла, а в голосе не было энтузиазма, да и выглядела Алиса как никогда поникшей. — Это… доброе, родное выражение.

Маргарет опустила ложку на стол, незаметно отодвигая от себя тарелку. Она позавтракает позже и чем-то другим. Её настораживала растерянность Алисы, раньше, даже с незнанием языка, она находила, что ответить. Моргана медленно повернулась к королю, наверное, чувствуя себя виноватой, что разболтала всё Утеру, и на её лице расцвела мягкая улыбка.

— Вы говорили про спокойные ночи, и я вспомнила, — мелодично произнесла воспитанница короля, — мне сегодня снилось нечто удивительное! Я скакала по лесу на белом единороге. Таком красивом… у него грива на солнце сверкала. А потом выехала на площадь у самого замка. Ваше Величество, вы тоже были там, на чёрном коне, и мы вместе продолжили прогулку. Жаль, единорогов больше нет… Может быть Артур найдёт для меня одного? — Она пожала плечами и продолжила улыбаться, надеясь, что Утер подхватит, но вместо этого вмешался упомянутый Артур.

— Рад, что тебе снится что-то приятное, Моргана. — Принц задумчиво посмотрел на кусочек какого-то овоща и хмыкнул. — Мне вот снилась леди Маргарет.

Король пододвинулся ближе, поставив кубок. В его голове мелькнула крамольная мысль, что сыну гостья наконец понравилась, и он сейчас опишет какое-то окололюбовное видение. Не зря же он так пристально смотрел на неё на том самом первом ужине. Может и вся вражда была вызвана непризнанным чувством? Артур махнул Мерлину, и тот снова оказался рядом, в этот раз Яков не сплоховал и тоже подбежал к хозяину. А что? Так он даже больше услышит. Маргрет следовало бы обидеться, но судя по жестам, за неё это сделала Алиса. Или просто заволновалась. В какой-то момент Маргарет показалось, что она наклонится ближе к подруге в желании что-то быстро сказать, но Алиса только разгладила юбку и вернулась в прежнее положение. Единственной незаинтересованной осталась Амелия, спокойно пережёвывающая овощи.

— Только послушайте, — принц чуть подался вперёд. — Была ночь, без луны, без звёзд и большой костёр. Вы, леди Маргарет, тянули к нему ру… Мерлин! — Принц вздрогнул, упавший из рук слуги кувшин столкнул уже наполненный кубок, и вино залило еду, пропитало тканевую салфетку и уже струйкой бежало на пол. — Откуда у тебя руки растут?

— П-простите, я сейчас. — Очнувшись, Мерлин начал быстро исправлять всё что испортил. Артур привстал, проверяя, не попало ли вино на одежду.

— Я помогу. — Выудив откуда-то некое подобие полотенца, Яков уже принялся промакивать разлитое. Артур сидел ближе к королю, да и до платья леди Морганы наведённый бардак легко мог добраться. Буркнув что-то похожее на «спасибо», Мерлин выбежал из зала за новым кувшином и тарелкой. Артур медленно выдохнул и сделал вид, что ничего не случилось.

— Вероятно вы надеялись, что я прокомментирую ваш сон, Ваше Высочество. — Маргарет постукивала пальцами по столу, ей не понравилась реакция Мерлина на сказанное принцем. — Но я чужие сны не толкую. Говорят, Джеффри, библиотекарь, хорошо это делает.

— Конечно, Маргарет провела в библиотеке много времени, — бросила Алиса, как бы для всех. Ей жуть как хотелось высказать скопившееся раздражение.

— Да, мне пришлось быстро адаптироваться. Вы даже не представляете, сколько интересного образованная леди может найти среди книг и свитков.

— Разумеется. — Алиса снова подхватила и снова глядя в другую сторону. — Наверняка там есть книги и по этикету, о воспитании. Амелия, просветите меня, пожалуйста, есть ли такие книги?

— Моё воспитание не…

— Хватит! — Утер быстро опустил ладонь на стол, словно прокладывая между девушками барьер. Яков отступил, поджав губы. — Что происходит? Я вижу вас такими уже несколько дней. Весь замок обсуждает, что вы не уживаетесь.

— Слухами мир полнится, — пассивно пропела Алиса на русском. И еле заметно нахмурилась.

— Ваше Величество, мы…

— Именно, я всё ещё король! И пока вы в моём замке и в моём королевстве, я не хочу слышать о ссорах. Хотя бы потому что вы служите этому королевству, особенно вы, леди Маргарет. И если ваша голова будет занята руганью и обидами, вы перестанете быть мне полезной. — Утер окидывает взглядам присутствующих, остановившись на сыне. — Это всех касается.

На мгновение всё стихло, плечи Маргарет немного поднялись, она словно хотела сжаться в комочек, и тут она почувствовала уверенный пинок под столом. Алиса смотрела прямо на неё в ожидании хоть каких-то слов. Моргана кажется требует того же. Не важно, что стояло за их ссорой, нельзя злить короля. Если Утер хочет, она сделает. Выпрямившись, Маргарет начала подбирать слова.

— Вы правы, мы действительно поссорились. Но повод был несерьёзный, я… — Нет, она не сможет выдавить из себя извинения. Не сейчас, ни при Артуре. — Я думаю, нам и правда пришло время забыть обиды, тем более, когда есть такие хорошие новости.

Они с Алисой обменялись прохладными взглядами, что совсем не сулят ничего хорошего. Это пугает настолько, что лицо Маргарет на мгновение теряет окрас. Под заинтересованным взглядом короля она протянула руку через стол, чтобы коснуться пальцев Алисы. Они холодные, как зимой. Это всего секунда, Алиса сжала её ладонь в ответ, не отрывая руки от столешницы и отпустила. Время замирает перед неизбежным. Губы Маргарет снова укладываются в заученную улыбку.

— Утром прилетел голубь, я проверила, хотела сообщить вам после завтрака. Лорд Грегори возвращается.

— Наконец-то! — Утер заметно просиял, разве что не рассмеялся. — Это прекрасная новость. Он быстро справился, но, думаю, это и к лучшему. Нечего плавать в осенние шторма.

Артур радовался вместе с отцом, иначе чем обычно, его лучезарная улыбка была полна едкого сарказма. Их с отцом договор подходил к концу. Они условились, никаких обвинений без доказательств, и Артур был уверен, доказательства буквально стучатся в дверь. Он довольно посмотрел на Маргарет и, показательно развернувшись, громко произнёс:

— Ну же, леди Алиса, улыбнитесь. Новости с вашей родины! — Собственно, ей действительно пришлось улыбнуться.

***

— Что делаешь, властитель земель малых и малополезных? — Брат Тук вошел в комнату без стука, как только услышал от местных, что Грегори велел никого не пускать. Такое было в двух случаях: когда лорду требовалось женское внимание конкретной особы, либо когда ему в голову взбрело что-то опасное. Он не ошибся.

Грегори стоял над столом, на котором размещалась железная тарелка. По всей комнате пахло сушеной мятой и дымом, что поднимался с той самой тарелки тонкой струйкой, исходя от странных тлеющих щепок. Под ногами брата Тука половицы поскрипывали, не сводя со стола взгляд, он прошелся по устеленному соломой полу и бухнулся на край кровати. Перина заметно просела под весом монаха, но тот просто продолжал хмуриться. Сам Грегори, закрыв все ставни, оставил в них лишь щёлки и теперь брата Тука беспокоило, не начнёт ли он задыхаться от поднимающихся паров. Нашептывая что-то, лорд, не отрываясь смотрел, как шляпка гриба поджаривается, надетая на ветку хвойного дерева. Эту самую веточку Грегори держал над огоньком сам, непрерывно произнося слова, не имеющие для Тука никакого смысла. Того малого количества света хватало, чтобы можно было рассмотреть не слишком выраженные черты лица и следы проведённых пальцем полос из ягодного сока на носу и щеках.

— Прошу, отвлекись на секунду. — Монах предпринял ещё одну попытку и был так же проигнорирован. — Мне сказали, ты ходил в лес.

Ему пришлось замолчать, чтобы не выглядеть глупо и продолжить ждать. Происходящее возмущало Тука, но оторвать друга от столь идиотического занятия не получалось. Прошло ещё несколько долгих минут, прежде чем губы лорда Грегори замерли, он приподнял нанизанную на ветку шляпку от огня и быстрым движением сунул в рот. Через мгновение он зажмурился из-за слишком горячего гриба, а ещё через секунду заел его каким-то растением что внешне походило на полынь. Теперь он упёрся руками в стол, пытаясь побороть горечь полыни на фоне обожжённого языка, и хоть это приносило ужасную боль, он всё же заставил себя проглотить отвратительную смесь. Выдохнув, он уже опирался не ладонями, а локтями и попытался восстановить трезвое восприятие мира. Тук немного привстал, подумав, что придётся оказывать другу первую помощь, но потом сел обратно. Грегори поднял на него взгляд, на глазах лорда поблёскивали проступившие слёзы, щёки горели как у стеснительной девицы, а в полумраке это делало его ещё более пугающим, чем могло показаться.

— Ради Бога, которого ты уважаешь, что происходит? — У брата Тука кончалось терпение.

— Мухоморы… ужасны на вкус, — с придыханием проговорил Грегори и с усилием выпрямился, ритуал следовало закончить. — Ты не видел, голубей отпускали с башни на рассвете?

— Вроде да, подожди, — Тук машет головой, — не переводи тему.

— Не перевожу. Эти голуби полетят в Камелот, я решил, что должен обезопасить себя. Ты был прав, призывая меня довериться той леди, но… думаю, у меня это получится только после прибытия. А это. — Он провёл ладонью над всё ещё тлеющими щепками. — Моя безопасность. Вдруг она испугается и решит проболтаться. Смотри. — Грегори бросил в тарелку скукоженный желтоватый лист и в щепках начал зарождаться огонь. После чего быстрыми движениями лорд раскрутил лежащий неподалёку тканевый свёрток и извлёк оттуда то, что на расстоянии Тук не мог разглядеть.

— Да простит тебя Господь…

— Не пугайся, этот волос я снял с плеча леди Маргарет, когда она спускалась со мной по лестнице. Тогда я не знал, буду ли как-то его использовать, но видимо время настало. — Чёрный волос плавно опустился в зародившееся пламя, извернулся, воспламенился и исчез. Грегори накрыл костёрчик большим железным стаканом и позже выпустил легкий дымок, похожий на последний вздох потухшего костра. — Всё!

Полностью довольный собой, он развернулся на каблуках сапог, быстро раскрыл ставни и глубоко вздохнул. Часть комнаты озарилась светом, Тук зажмурился. Блаженно улыбаясь, лорд проследовал к следующему окну и только после рухнул на кровать позади Тука, широко раскидывая руки.

— Хочешь сказать, ты прошастал по лесу всё утро, чтобы ободрать гнилой пенёк, найти мухомор, полынь и ради чего? Чтобы рискнуть быть отравленным?

— Чтобы спасти себе жизнь. — Грегори всё ещё улыбался, словно захмелевший. — Сейчас леди Маргарет начнёт терять врождённый дар речи. А голосок у неё, я тебе скажу, внушительный и приятный. К моменту моего приезда она не сможет и слова сказать. А, следовательно, не проболтается королю.

— Сделаем вид, что я не осуждаю тебя, о благородный, — Тук развернулся чтобы видеть собеседника чуть лучше. — Но позволь узнать, почему сейчас? Почему не раньше? Ты же боялся так, что просил расшифровывать сны.

— Потому что… — Грегори развернулся на бок, подперев голову рукой. — Прекрасной даме пришлось бы слишком долго страдать. Но не волнуйся, по приезде я верну ей голос.

— Если ты собрался колдовать прямо под носом короля, то я с тобой не поеду! — Выпалил Тук. — Ты здесь с трудом скрываешь свою любовь к Старой религии.

— Все колдуют под носом короля, просто не все попадаются. Тем более, — улыбка на его лице стала какой-то не слишком доброжелательной, скорее угрожающе-блаженной. Высохший на коже ягодный сок напомнил остатки не смытой крови, — кто обвинит в колдовстве того, кто возит с собой монаха и священника в одном лице. Я тебе церковь построю… — Пробубнил лорд уже в довершение. — В какой-нибудь деревне. Хочешь?

— Для начала я бы хотел получить обещанные луга под пасеку.

Грегори сморщился, будто снова жевал полынь и, отвернувшись, уткнулся в подушку головой. Он не любил, когда в него тыкали невыполненными обещаниями, а Тук мог по капельке дробить череп до тех пор, пока не увидит сквозь трещины мозги и не вложит туда свои мысли. Грегори и сам не понимал, почему тянул с исполнением своей части договора, хотя нужная бумага была подготовлена, ему нужно только отдать… Брат Тук опустил голову, день предстоял длинный.

***

— Ты ещё не слышал, Мерлин? — Довольный Артур плавно шагал из стороны в сторону по комнате. — Скоро мы с Морганой сможем высказать всё, что думаем. Побыстрее, день хороший, нужно много успеть. — Он развернулся на каблуках сапог, уперев руки в бока. — Не верю, что сон ничего не значит.

— Толкование снов приравнивается к магии, — напомнил Мерлин, ищущий любую возможно затянуть время выполнения приказа, он ещё никогда не складывал ничего с таким старанием. Мысленно он пытался понять, что сделал не так, расшифровывая сон ранее, раз образ начал приходить снова. — Что я не услышал?

— Игра леди Маргарет закончилась, лорд Грегори возвращается. — Артур подошел ближе, наблюдая за движением рук слуги. — Приедет, скажет, что никакой Цинтры нет, обман раскроется и… леди Маргарет арестуют. — Он склоняет голову на бок. — Как минимум. С каких пор ты так аккуратен?

— С недавних. — Мерлин затолкнул стопку в сундук. — А… А что с леди Алисой?

— Не знаю, вероятно их ждёт одинаковая участь. Отец может быть милосердным, но обман короля не мелкая провинность. И этот сон… — Каждый раз вспоминая, Артур словно немного проваливался в него обратно, а Мерлин чувствовал холодок на кончиках пальцев. — Она выглядела зловеще. Словно знала… Слышишь, Мерлин, знала, что это мой сон и пришла специально. Мало мне еë днем возле отца видеть, так теперь и ночь с ней проводить!

— Просто хочу посоветовать. — Мерлин выпрямился, пытаясь отвлечь мысли Артура и свои. — Может тебе правда стоит попробовать, ну не знаю, провести с ней ночь?

— Мерлин! — гаркает Артур. Сдерживая смех, парень уклонился от возможного подзатыльника и отпрыгнул от принца, ближе к выходу. Дверь вдруг приоткрылась с едким скрипом. — Ты точно поймал всех мышей? Мне кажется, они продолжают ходить сюда как к себе домой.

Алиса прижалась к стене, прячась за дверью и задерживая дыхания. Чёрт её дёрнул подслушивать. Только бы бумаги в руках не захрустели. Мерлин выглянул в коридор, но смотрел исключительно в пол, видимо в поисках упомянутых мышей, а потом юркнул обратно. Не услышал… А что делать с тем, что услышала она?

— Никаких лазутчиков, — раздалось за дверью. Артур красноречиво хмыкнул и ушел вглубь комнаты. — Если позволишь поговорить о твоём сне с Гаюсом, то мы сможем правильно его понять.

— Там нечего понимать, всё показано прямо. И нет, Мерлин, мне хватило того, что об этом услышал Яков.

Мерлин неловко вздохнул, понимая правоту принца. Алиса почти представила, как он во время этого разводит руками. Терзаемый опасениями и смутным, пока не сформировавшимся предчувствием, он всё же решил для себя посетить библиотеку. Там должно быть нечто, что поможет ему. Совпадением этот сон назвать никак нельзя, но и понять, какого он рода, тоже не казалось возможным. Может это наваждение и девушки всё же колдуньи? Хотя бы одна из них… Мерлин болезненно сощурился, его миролюбивая душа отказывалась в такое верить. Не после всего, что случилось.

Путь до комнаты оказался непривычно коротким. Прикрыв дверь как можно тише, Алиса навалилась на неё и неосознанно стала теребить края листов. Всё стремительно летело в тартарары и как это исправить, она не представляла. Тело непроизвольно сотрясалось от нервного холодка. «Что делать, что делать, что делать?» — билось в висках. Живот больно скрутило, а в горле собралась горечь. Слёзы крупным градом начали скатываться вниз, послышался треск бумаги и только сейчас Алиса очнулась.

— Чёрт, чёрт! — Пару листов были смяты, а крайний почти разорван. — Да где же это чëртово кольцо?! — В сердцах ругается Алиса, бросая на каменную плитку бумаги.

Перерисованные карты, записи и рисунки, словно перья разлетелись в разные стороны и от удара взмыли вверх, переворачиваясь и прячась по углам комнаты, забираясь в сами дальние и недоступные места. Нет, это слишком. Алиса резко села на пол, хватаясь за свои волосы на голове. Она не понимала, отказывалась понимать. Сука! Она осмотрела все доступные места. Куда можно было убрать кольцо?

— Куда?

Девушка не сводила глаз с кровати. Прошло несколько минут, прежде чем она пришла в себя, выбираясь из пустоты, что поглотила еë разум. Ни мыслей, ни идей, ни голосов. Просто белый шум. Алиса кидает взгляд на окно. Погода начинает плавно перетекать в осеннее состояние: на небе появляются сероватые облака, ветер становится сильнее и холоднее, несмотря на жару. Всё напоминало о том, что скоро прибудет зима. А вместе с ней у них понижаются шансы на счастливый исход. Тепло и расположение в замке не может длиться вечно. Ей в голову пришла странная мысль. Можно сказать даже пугающая. Единственное место, что осталось и к которому у неё нет доступа — это королевская сокровищница. Очевидно. И всегда так было. Но сейчас всë немного по-другому. Сейчас… Кровь приливала к еë лицу и девушку бросало в жар от таких мыслей. Ногти впились в ладони. Кажется, она подошла к грани. Алиса криво улыбнулась, почти готовая озвучит своë решение. Было бы кому.

Гриша не одобрит, но его тут нет. И не было никогда. Родители? Не будут согласны, но смогут понять. Она надеется на это. Рита? У них уже нет выбора. Боже, она действительно готова пойти на такой шаг, лишь бы добраться до королевской сокровищницы, лишь бы найти кольцо. Она согласна выйти за короля.

***

С недавних пор, как только Маргарет получила пост, она стала знакома всем дворцовым стряпчим, а также совету лордов, в который неожиданно входил и Гаюс. Она пока не понимала на каком основании… Алиса обзавелась тихим авторитетом у слуг, конюхов и особенно у приходящих девушек. Молва о том, что она может свести их с любым парнем из дворцовых, как она поступила с Карлом и Кэтрин шла впереди россказней Якова. А ещё Алиса вкусно готовила и при хорошем настроении раздавала советы кухаркам. Маргарет же начала обрастать репутацией женщины, что хочет командовать мужчинами, однако никто не знал откуда это пошло… Правда пока что сама Маргарет не отдала ни одного полноценного приказа, как ей казалось. Утер и не требовал, вероятно придерживая её как бы про запас. Тем более она была полезна во время приёмных дней, как сейчас. И таких дней королю предстояло ещё много.

После послов Баярда, дыры в бюджете были залатаны и теперь Утер мог распределить средства и на ремонт моста, и выдать символические ссуды без гарантии на возврат индивидуально, теперь он снова мог пообещать что-то отстроить, где-то помочь и тому подобное. Иначе говоря, Утер снова чувствовал себя всесильным королём. Властелином собственного мира, что живёт на его ладони. Маргарет же, наслаждаясь новой должностью, включалась в работу. Людям всегда было на что пожаловаться и, если их не хотел слушать Утер, они обращаясь к ней. Прямо на глазах короля. За такими мелочами раньше ходили к Эгрейну, но он быстро научился отсеивать просителей, у Маргарет такого навыка пока не было.

Сейчас она стояла за спинкой трона, справа от короля и молча выслушивала просителя за просителем. Это был четвёртый из отведённых дней, принимали всех жителей королевства. В начале Утера не слишком интересовало её мнение, но вот под конец он уже начинал уставать. И ему хотелось разнообразия. Ожидать чего-то интересного от Эгрейна, что строчил конспекты происходящего, не приходилось. Поэтому он мог начать задавать Маргарет вопросы или давать ей вставить слово. В дверях мелькнуло знакомое лицо, Маргарет почувствовала себя неуютно. Мэттью… ещё более потрёпанный, чем в прошлый раз. Не поднимая головы, он просил Его Величество вмешаться, ведь раньше деревня была частью его королевства. Он возвращался с этой просьбой уже не в первый раз.

— Мы не можем больше справиться… Наш лорд пытается заморить всех голодом и работой.

— Кажется, я уже отвечал на этот вопрос. — Утер и правда припомнил, что чудесно, учитывая, какой поток людей проходит перед его глазами. Где-то глубоко в душе его злило поведение Канона, но политика есть политика. Он обещал ему земли, он их дал.

— Мы подумаем, что можно сделать, — выступив чуть вперёд, произнесла Маргарет. — Я ничего не могу обещать, но… — Она закашлялась, почувствовав лёгкое першение в горле, а потом замолчала, как только в её сторону посмотрел Утер, но Мэттью тоже поднял голову и на секунду замер. Слухи не врали, странные оборванки, которых он приютил, стали служить самому Утеру Пендрагону.

— Вы можете сказать за себя, — кивнул король и как-то язвительно ухмыльнулся. — Леди Маргарет подумает, может ли корона вам помочь. Или она сама. — В глубине души Утер понимал, что это невозможно. Но пусть попытается.

На лице Мэттью отразилась легкая надежда, он низко поклонился, словно не ожидал даже такого туманного обещания и ушел. Маргарет вдруг стало интересно, как сейчас выглядит его жена, самая красивая девушка, как про неё говорили. Следующими стали два стражника, что бесцеремонно растолкали очередь и шагнули в зал. Они тащили за собой паренька, на вид лет двадцати, на деле гораздо старше. Разодетого в цветастое глуповатое одеяние, словно сшитое из лоскутов. Стражи бросили его вперёд, как тряпичную игрушку, и по залу прокатился болезненный возглас, сразу после глухого звука удара. Король поднял на стражу выжидательный взгляд. Маргарет хмурилась, глядя как разодетый мужчина пытался подняться на ноги. Кто это, шут? Нет, не так… Бард? Точно.

— Он пел на площади, Ваше Величество, — пояснил один из стражей, выравниваясь как на параде и кладя руку на рукоять меча. Маргарет узнала голос, жених Авилы. Да сегодня день всех возможных встреч! — На латыни.

— Ту самую? — фыркнул король. Его взгляд, хмурый, уставший и раздражённый опустился на сидящего и потирающего ушибленный локоть барда. И как такому щуплому олуху смелости хватило? Поймав на себе взгляд короля, он испуганно отвернулся. Рохля. К таким личностям король может испытывать… ничего. Они не стоят даже гнева.

Другой стражник ногой толкнул преступника. Недовольно мыча, тот всё же повернулся к королю. От него ждали объяснений. Это самая интересная часть. Иногда обвиняемые несут такую пронзительную чушь, что сердце замирает, а разум жаждет подробностей. Таких даже жалко бросать в тюрьму, поэтому им выделяют камеры посуше, чтобы последние дни прошли не так плохо, как могли бы. А этот-то ещё и поэт. Лицо арестованного наполнилось сожалением, он виновато смотрел в сторону трона, руки дрожали. Да он даже боится встать с колен. Шикни и расплачется.

— Я не знал, — неразборчиво пролепетал он, потом громко кашлянул и продолжил уже чётче, — ни слова не понимал, Ваше Величество. Красиво звучит, люди платят, а я… да если бы знал, что пою, сам бы себе язык отрезал!

— Не знал, а пел. — Король облокотился на спинку трона. В этот раз не так интересно. — Увести.

— Нет, нет. Ваше Величество! Прошу вас, послушайте. Вы… — срывая от волнения голос, он тараторил, — мне пересказал этот текст старик на переправе, я подумал, мотив приятный. Только музыку наложить. Я не знаю латынь! В жизни ни слова… До моего рождения уже все её забыли. А этот старый, седой, говорит, спой. Я и спел. — Он, вдруг вырывавшись из рук стражи снова упал на колени. Голос его смягчился, стал чётким, преисполненным надежды и благодати. — Неужели вы, огонёк благочестия и рассудительности в тёмном море колдовского невежества, не найдёте в своём исполненном добротой сердце…

— Хватит, — рыкнул Утер. — Я бы поверил, но последнее уже лишнее. Леди Маргарет, когда назначена казнь на площади?

— Завтра в первой половине дня, Ваше Величество, — спокойно ответила она. — Но позвольте сказать, не стоит торопиться с арестом. Кхм —кхм, простите. Если он говорит, что не знал, стоит поверить. Скажи мне, если мы дадим тебе текст, ты станешь петь, кхм, только на понятном языке?

— Леди души моей, — бард обернулся, глядя на Маргарет большими, почти детскими глазами. — Я буду нести людям каждое ваше слово! Каждое слово Его Величества, только прикажите.

— Iterum dico*, — проговорила Маргарет, король выжидательно приподнял бровь. — Iterum dico aut te esse suspendit**. — Бард терялся. Его глаза бегали из стороны в сторону, но ни звука не вылетело из его рта. То ли он умнее, чем кажется, то ли правда не знает.

— Маргарет, вы не видите, он скажет всё, что угодно. — Скучающе поинтересовался Утер, и она согласно кивнула, добавляя:

— А также сделает. Ваше Величество, — её голос звучал глухо, она пыталась не перейти на шепот. — Мы всегда приглашаем бардов на праздники, что, если у нас будет один, на постоянной основе. Зато мы будем уверены, что он не скажет ничего лишнего.

Парень метался между Маргарет и королём, он знал, что одинаково близок и к свободе, и к казни. Утер потёр подбородок, бросил на советницу взгляд и неожиданно согласился. Бард чуть ли не распластался по полу, изливаясь благодарностью и похвалами. Приторность его слов и хрустящее в ушах неправдоподобие, заставило Утера поторопиться, он жестом подозвал стражу и попросил отвести к Якову, пусть поможет барду освоиться в замке. Разодетый и говорливый… Они не поладят. Но приказ короля выполнили тут же. Маргарет отступила назад, проведя рукой по горлу.

— Следующий! — громко скомандовал Утер и двери открылись снова. — Вы знаете латынь?

— Эгрейн и Джеффри научили. — Стряпчий прячет довольную улыбку, услышав ответ. — Но я знаю лишь парочку угрожающих фраз.

***

На каменном полу замковой кухни уже собралась толпа. Печи остывали после приготовленного завтрака, нужно было дать им передышку, прежде чем разжечь снова. Старшая кухарка разглаживала руками полотенца, принесённые с улицы. За ночь они высохли и теперь были готовы к работе. На всё тех же бочках в дальнем углу красовалась самая популярная последний месяц фигура — Яков. А все свободные полы и сундуки были забиты служанками, кухарками, помощницами, а также жёнами местных работяг. Да и несколько мужских лиц в толпе проглядывалось. В кухне ещё витал приятный запах хлеба и мяса, хоть уже и начал выветриваться, заменяясь запахом песка и земли, что тянулся с улицы.

— …я только к двери, думаю, узнаю, как у них дела. А там! Несколько часов споров и истерик! — Яков поджал ноги, чтобы не свалиться с бочки, активно жестикулируя руками. Он видел, что публика его растёт, теперь не только дворцовые начали слушать его рассказы, девушки привели женихов, они друзей. — Клянусь Старой и Новой религией, шуму было на весь этаж. Я уж думал леди Алиса это, ну, — он изобразил какую-ту слишком яркую ухмылку, — согласилась скрасить вечер Его Величеству. А нет, они с леди Маргарет чуть волосы друг другу не выдернули. Сам кровь видел! Леди Алиса всё ревнует.

По залу прокатился общий вздох, следом шепот. Довольный Яков уселся поудобнее, оглядываясь в поисках своей кружки. Кухня превратилась в мешок, по которому ударили палкой. Гулко и пыльно. Яков следил за публикой, как начали стихать голоса, одна из слушательниц, чернобровая Энн, подскочила на ноги. В лучах солнца её глаза блестели по-особенному, она упирала руки в бока, вскидывая голову. Яков прищурился.

— Врёшь, — выдала она гордо и с какой-то радостью, потом оглядела всех присутствующих. — Врёшь, мы вчера сами видели. Леди Алиса предпочла конюха королю!

Все замерли на несколько мгновений, воцарилась полная тишина, слышно, как где-то у входа копошилась мышь. Тишину прервал громкий смех Якова, парень расхохотался, завалившись назад и чуть не рухнув вниз. Все уставились на него, а потом снова зашушукались. Предпочла конюха королю! Эта новость ещё интереснее, чем если бы Алиса уже была бы королевой. Да кто не мечтает о внимании короля! Или принца. Любая кухарка, сидящая тут, в миг забыла бы обо всём и порхала от счастья. А тут… И это при условии, что леди Алиса сама благородных кровей. Какой кошмар.

— Сама врёшь! — выпрямился Яков. — Разве стала бы леди Алиса потом при встрече с королём так краснеть, если бы в конюха влюбилась? Ничего вы в благородных не понимаете, таких барышень даже короли годами завоёвывают.

— Ты поди много понимаешь, — фыркнула чернобровая Энн. — Сам с бочки не слазишь, а о дамах благородных знаешь. Говорю тебе — видела! С конюхом Джоном! Тем молчаливым.

— Это потому, — послышался мужской голос с конца толпы, — потому что леди Алиса помогала Джейка лечить и меня. Нет у неё ничего ни с кем.

— Милый Карл, рад тебя видеть! — протянул Яков, выгибая шею, пытаясь рассмотреть его темноволосую голову. — Расскажи подробнее, кого леди Алиса лечила? Тебя? И как, понравилось?

Со стороны мужской половины слушателей послышался сдавленный смех. Девушки, кто поскромнее, чуть-чуть улыбнулись, кто посмелее, смеялись, прикрыв рот ладошками. Чернобровая Энн временно потеряла позиции и села на своё место, Яков ловил минуты своего триумфа, глядя на корзину рядом с бочкой. Приятный улов. Карл повернулся в сторону Кэтрин, она смотрела на Якова из-под бровей, сжимая юбку в кулаках. А потом подскочила на ноги и вышла на улицу.

— Леди Алиса добрая и всем помогает, а ты говоришь о ней… — Карл скривился, подбирая слова. — За такое вешают. — Наконец проговорил тот, а потом вышел вслед за невестой.

— Вы, как хотите, — снова подала голос Энн, уже не вставая, — а я видела, как леди Маргарет с лордом Романкоином танцевала. А он вдовец.

— Не-е-т, — Яков отмахнулся, подтягивая корзинку с сегодняшним лутом, ему нравилось, что тему перевёл кто-то другой. — Они просто танцевали, Маргарет не могла стоять одна, а лорд Романкоин он уже… — парень мысленно споткнулся, нельзя, — далеко. Уехал уже, а к Маргарет послы из Мерсии приезжали и тоже уехали. Вот помяните моё слово, обе королевами станут. Приворожили двух королей. Джон! Карл! Вы вернулись. — Яков помахал вошедшим рукой. Джон вздохнул, поправил очки и направился к бочке.

Все замерли, а Яков тут же подскочил на ноги, прижав к себе корзину. Понимая, что Джон явно не собирается быть вольным слушателем, Яков пятился к лестнице, прижимался спиной к стене. Джон протянул руку, чтобы ухватить парня за ворот и вытащить отсюда, как котёнка что влез на обеденный стол. Но тот, дождавшись, когда глаза Джона окажутся достаточно близко, после чего присел и юркнул под его рукой. Джон развернулся, но парень уже бежал к выходу, перепрыгнув подставленную Карлом подножку, чем крайне обидел последнего. Восхищённая публика с улыбкой проследила за тем, как светленькая макушка скрылась за углом какой-то постройки. Джон выбежал за ним, явно проигрывая в скорости из-за более грузной комплекции. Кэтрин вцепилась в руку Карла и увела за собой куда-то в сторону курятника. Все снова затихли, только старшая кухарка, заглянув в одну из печей, недовольно пробормотала.

— Короли, конюхи, а всё одно. Зиму переживут, за лордов замуж выскочат и поминай, кто такие. Девки они и есть девки! — бросив хмурый взгляд на своих подчинённых, заключила она. — Хоть леди, хоть кухарки.

***

Из горла прорывался хриплый сухой кашель, но не более того. Выдавливать из себя слова стало в принципе невозможно, а язык словно обожгли горячим чаем. Разгар дня, полуденное солнце било в глаза выходящим на улицу слугам, все поголовно жмурились и старались делать всё необходимое, не поднимая головы. Восстановиться после пережитого стресса пришлось очень быстро и до окон комнат уже доносился и смех, и чей-то свист, дети бегали без родителей по улице, наверное, замучив всех местных животных и мысленно большинство людей, вероятно, хотели чтобы прошел хороший дождь. Прибил пыль к земле и сгладил жар последнего летнего месяца. Мысль о том, что это и правда последний месяц лета пугал Маргарет больше, чем внезапно пропавший голос. Она сидела на подоконнике, медленно цедя тёплую воду с мёдом. Оказалось, здесь никто не кипятит молоко. Понять, как так получилось, что варить на молоке каши кухарки могут, а вскипятить его отдельно нет, Маргарет даже не пыталась. А объяснять на пальцах тем более. Разведя ложку мёда в воде, она надеялась, что это хоть немного сработает. Нужно было вылечиться быстрее, чем стукнет второй приёмный день, нельзя перестать крутить у Утера перед глазами.

Ей нужно придумать что-то для поддержания казны в любое время года, чтобы не зависеть от снегов, ветров и прочих природных условий. И нужно это в первую очередь им с Алисой, свой собственный побочный доход. Странно рассуждать о таком сейчас. Вода приятно грела руки, склонив голову, Маргарет увидела трёх женщин в платьях с задранными по колено юбками. Они так резво вешались на шеи стражи, пока те пытались оттолкнуть их от ворот, что стали походить на юрких рыбок в аквариуме. Со стороны кровати послышались шорохи, странно, ей казалось Алиса спит.

— Пришла? Что ж. Тогда слушай. — Алиса встала с кровати и Маргарет, опустив кружку, посмотрела в её сторону. — Я не знаю, что нам несёт приезд лорда Грегори. Может он решит нас выдать, а может нет, я не уверена.

Маргарет кивнула, принимая версию подруги. Она и сама временами сомневалась в том, что Грегори не струсит в последний момент. Всё же план их сложный и ненадёжный, будет проще сознаться или выдать более простую ложь. Маргарет приготовилась слушать, медленно проглотив ещё немного сладкой воды.

— Кольца нет. Гарантий нет. Наше положение шаткое, как ни посмотри. — Голос предательски задрожал, и Алиса подняла подбородок, судорожно вздохнув, прогоняя тремор. Маргарет заметила колебания и подумала, не пропадает ли голос Алисы так же, как её. Может это заразно? — Мне не нравится то, как ты быстро влилась в новую жизнь. И не надо мне говорить о смирении с ситуацией, что у нас нет выхода. Ты… Ты изменилась, переступив порог королевского дворца, и словно бросила всё, что было до. Тебе здесь нравится и это пугает меня.

Алиса шмыгнула носом. Это звучало безумно правдиво. Маргарет даже казалось, что её это тоже должно пугать. Но лишь на мгновение. Если бы она могла, то объяснила бы, что в стенах замка есть… столько прекрасного. Да, ни один их день здесь нельзя было назвать счастливым, Маргарет помнила, как из ночи в ночь в ней умирала частичка Риты, поглощённая новой личностью, леди Маргарет. Но после того, как телефон с треснувшим экраном оказался на дне колодца, она словно обрела новый свет. Уверенность, что в чужом мире тоже можно выгрызть место для хорошей жизни. Ей хотелось высказать всё это. Понимая по лицу подруги её эмоции, она мысленно понадеялась, что Алиса так же сможет прочесть ответ в её глазах. Вода в стакане закончилась.

— И раз так, нам обеим не выгодно играть в молчанку меж собой. — Алиса сделала паузу, видимо, давая Маргарет вставить слово, но та только быстро кивнула несколько раз подряд. — Чтобы в дальнейшим у нас не возникало таких ситуаций, как случилось с желанием короля жениться на мне, о котором знала последняя собака на восточном холме, но только не… — Алису передёрнуло. Кривая ухмылка появилась на лице, но также быстро ушла. Блять. Если б она знала, что будет думать так о себе, то… Алиса не в силах вообразить это самое «то». — Невеста. Это даже несмотря на наши разговоры по вечерам.

Пока Алиса делала новый короткий вдох, Маргарет пронзила догадка, она открыла рот, из которого должно прозвучать «Боже Правый!» но сейчас это скорее звук рыбки в аквариуме. Алиса, кажется, не замечала, но Маргарет успела поставить стакан и встать на ноги. За окном и дверью подозрительно тихо.

— К чему я. Последние дни были, — Алиса замолкла, подбирая слова уже для Риты. — Насыщенными. В плохом смысле. Играть в леди было занимательно, но я не хочу больше это делать. Поэтому, говорю тебе прямо: я решила согласиться на предложение короля.

Ожидая чего-то подобного, Маргарет всё же удивилась. Решительность Алисы, той самой, что в начале советовала ей «относится к этому как к квесту». Теперь она рассуждает холодно, насколько может, приносит в жертву собственные интересы, но… для чего? Удивление сменилось вопросом на лице, но слова так и не звучат. Наверное, она выглядит ужасно в глазах подруги. Едкое мгновение абсолютной тишины. Алиса сцепила пальцы за спиной до боли в костяшках и, несмотря на Маргарет, прошла в другую часть комнатки.

— Это выгодно. Нам откроются двери сокровищницы, куда мы и стремились. Найду кольцо, попрошу его в качестве подарка на свадьбу, и мы покинем этот замок. Звучит быстро, но я понимаю, что сразу всё не будет. Во всяком случае, после всего произошедшего, я обращусь в больницу. Нам обеим это будет необходимо. Если, конечно же, лорд Грегори действительно окажется тем, кто держит обещания. В ином случае, мы станем развлечением народу.

Может это она её научила? Научила идти против своих принципов ради более значимых интересов? Кольца может не быть в сокровищнице, кольцо может быть замуровано в стены, закопано в фундаменте, храниться где-то в вещах служанки как память о матери или бабке-ведьме. А король есть, и если Алиса согласится выйти за него, то станет королевой. Во всех смыслах. Она разделит с Утером все годы его оставшейся жизни, и вряд ли они покажутся им с Маргарет сказкой. Алиса, её весёлая, резкая, яркая Алиса, затухнет в браке с королём ради цели, которая может и не оправдаться… Нет, не так, здесь Маргарет должна быть старшей сестрой. Обойдя кровать, она оказалась на расстоянии несколько шагов, ещё немного беззвучно похлопав губами, она решилась. Может Алиса её не поймёт, она пойдёт к Гаюсу и вытрясет из того душу ради лекарства, а сейчас… Маргарет осторожно коснулась руками Алисиной талии, обнимая подругу со спины и утыкаясь той в плечо. В глаза полезли золотистые волосы. Сжав её чуть сильнее, она опустила ресницы, начав легонько покачиваться. Это должно успокаивать. Алиса аккуратно сжала руки Риты, закрывая глаза. Им нужно продолжать играть, расплачиваясь всем, что им когда-то принадлежало, начиная со здоровья и заканчивая душой. «Лучше б тебе сдержать слово, Грегори, — мысленно проговорила Алиса, переплетая их с Маргарет пальцы, — иначе ты обзаведёшься личным мстительным духом, что и после смерти станет роком для тебя и всех твоих потомков».

***

Край деревянной ложки коснулся языка Маргарет, и она зажмурилась, чтобы солнечные лучи не прожигали глаза. Гаюс вертел её голову так, словно она не была прикреплена к шее, а являлась податливым мячиком. Стоя у окна, ей пришлось пригнуться и вверить себя в руки лекаря, хорошо, что принципы первичного осмотра не изменились за эти годы. Стоило Гаюсу отпустить голову Маргарет, как она тут же выравнилась в полный рост, кажется, ей нужно будет ещё и суставы лечить.

— Ничего, что могло быть смертельным, — заключил лекарь, возвращаясь к своему столу. Он сдвинул в сторону наспех сколоченный ящик, набитый какими-то старыми бумагами и только после начал разбирать всё остальное, в поисках чего-то маленького. — Вы либо слишком много разговаривали, либо слишком замёрзли. Вот. — Наконец отыскав мешочек размером с полевую мышь, он пододвинул его Маргарет. — Заварите, скоро начнёт помогать.

Взяв мешочек, Маргарет с любопытством покосилась на ящик с бумагами, ей искренне верилось, что там нечто очень важное. Сегодня вся комната Гаюса была уставлена сундуками и подобными ящиками, видимо, лекарь решил провести ревизию. В воздухе пахло затёртой бумагой, как в старой школьной библиотеке, куда почти невозможно протиснутся из-за размеров комнаты и количества забитых шкафов. Не встретив сопротивления, Маргарет вытянула один из листов и прочитала заголовок. «Указ о казни, LXIV64». Пробежав взглядом по кривому почерку, она уловила только основные положения, мужчину обвиняли в колдовстве, а также заговоре против короны. Ниже шло описание приговора, казнь через сожжение с конфискацией ценного имущества, а ещё ниже, уже другим почерком приписка о том, что приказ был выполнен. В нижнем левом углу красовалась сургучная, припыленная печать Утера.

Гаюс не стал мешать, он лишь изредка бросал взгляд в сторону Маргарет, наблюдая, как она всё сильнее хмурит брови. «Указ о казни, CXXIII123» и «Указ о казни, CCXI221» были особенно жестоки. Там сожгли сразу четырнадцать человек, членов одной коммуны и, по описанию, это было две семьи. Гаюс знал их, не лично, но говорили о этих семьях много. Помилованными оказались только трое детей, не достигших десяти лет. Чем больше документов вынимала Маргарет из ящиков, тем цельнее видела ситуацию. Та самая Великая Чистка, как её называл Эгрейн. Наконец она вытащила «Указ о помиловании, I1», где была приведена перепись помилованных за одну неделю, восемнадцать человек, из них только один взрослый. Дальше она выудила ещё несколько листов с помилованными, очень мелкое количество, учитывая сколько бумаг и указов было собрано в комнате лекаря. Утер миловал в основном детей и в основном мальчиков. Мысленно она пыталась подсчитать сколько сургуча ушло на все эти заверительные печати и каждую ли из них король ставил лично. Пока что Маргарет воспринимала увиденное как данность, потом обернулась на ящики, стоящие у двери, и вздрогнула от голоса Гаюса.

— Вы когда-то спрашивали про сказку. — Гаюс сел обратно на своё место. — Стоит сказать, что это не сказка, а легенда, история того, как на землях Англии появился род Пендрагон. Это было очень давно и вам стоит послушать.

Драконья королева имела не только золотые глаза, но и такие же золочёные волосы. Она была худощавой и некрасивой, в привычном понимании, женщиной. Курносая, со впалыми скулами, на шее и щеках её оставалась драконья чешуя. Тонкие бледные губы сливались в ниточку, а тихий молчаливый нрав делал её незаметной и серой персоной, но только на первый взгляд. По ночам она обращалась золотым драконом, маленьким и коварным. Но её ранил король, потомок великанов. Он охотился и, заметив её, поразил первой же стрелой. Когда она упала с небес и обратилась женщиной, он влюбился. Раны её залечили и короновали. И хоть внешность её была непривлекательной, все женщины боялись за мужей; глядя на королеву, те сразу теряли голову от любви. Муж-король, ревнуя её к придворным, запер в покоях, запретил обращаться драконом и стал единственным мужчиной, который видел её. Вскоре златоглазая королева начала рожать ему детей, смешавшись, отцовская кровь великана и материнская, произвели на свет принцев. Трёх больших драконов, которым не было равных.

Братья короля завидовали ему и решили убить, чтобы пленить златоглазую королеву. На охоте они натравили на него своих собак и те разодрали короля в лесу. Узнав об этом, королева призвала сыновей из провинций, приказала обратиться драконами, такими же золотыми и сильными как она, и сжечь замки оставшихся братьев. Так она отомстила за мужа. Она стала править всеми пятью королевствами, а сыновья её стали лордами. Золотой дракон стал считаться символом воинственности и величия. А самыми красивыми женщинами стали те, у кого волосы светлые, золочёные, как у королевы.

Утер — потомок драконов, забавно. Маргарет не то, чтобы впечатлилась историей, скорее, порадовалась ещё одному факту о местных жителях. И начала понимать, откуда дует ветер предпочтений Утера. Интересно, Баярд бы рассказал ей легенду о черноволосой королеве Мерсии? Она встряхнула головой. Гаюс, словно прочитав мелькнувшую мысль в её глазах, ответил:

— Вам стоит быть осторожной с драконьей кровью. Раз уж решили служить золотому дракону, стоит следить, чтобы столб огня, выпущенный из пасти, не был направлен на вас. Утер может отрицать магию, он может проклинать колдунов и ведьм, может собирать их в огромные клетки и запирать без еды и воды. Он может приказать допрашивать заключённых часами, но я хочу, чтобы вы поняли, леди Маргарет, — Гаюс наклонился вперёд, — в подобных делах король непобедим. Он может помилует ребёнка, но ещё ни разу не помиловал женщину, если ту называли ведьмой. Я не утверждаю, что в сердце короля нет милосердия, он может пойти на многое, только если вы не колдовали.

От Алисы, ещё в первые дни пребывания здесь, Маргарет узнала причину ненависти Утера ко всему, во что люди испуганно тыкают пальцами. И хоть она отрицала магию, она не могла не отрицать своё появление здесь. Мысленно она уже давно объяснила это себе терминами научной фантастики, о трещинах в пространстве и времени, о неровной ткани реальности, что может изменяться по эффекту бабочки или вроде того. Но всё же заикнись она о чём-то и будет обвинена. Черкнув на небольшом куске бумаги вопрос, она протянула его Гаюсу. Лекарь не понял, зачем Маргарет просит отдать ей несколько документов для изучения при этом, указывая, что вернёт уже этой же ночью. Ему не хотелось бы, чтобы столь ценные документы попали не в те руки, тем более он обещал Джеффри, что уложит их по датам и попросит унести в библиотечный архив. Библиотекарь требовал этого годами. Маргарет увидела возможность, она вернётся и сама всё рассортирует. Гаюсь чувствовал подвох, Маргарет никогда не делала что-то без своей выгоды, но ему уж очень хотелось, чтобы она поняла, в каком мире теперь живёт и с кем имеет дело. Кивнув, она схватила бумаги, что рассматривала ранее, и выбежала в коридор.

***

Готовка для Алисы была не только любимым занятием, но и своей личной терапией. В моменты переживаний она предпочитала что-либо делать руками, начиная от перебора бус на браслете и заканчивая абстрактным рисованием. Это настолько стало привычным, что в один из вечеров проводимым в гостях у подруги детства за просмотром захватывающего кино, девушка даже не заметила, как в её руках появилась глубокая миска с яблоками и нож. Увлечённая эмоциональными переживаниями героев, Алиса очистила и порезала на дольки фрукты, очнувшись лишь когда Милана поставила на паузу фильм и залилась звонким хохотом. Тогда шутка переросла в шарлотку с чаем. А сейчас недавний срыв грозился вылиться в прадедушку-желе с соком натурального отжима. Молча отвоевав несколько костей и сухожилий из запасов Старшей кухарки, Алиса с самого утра обосновалась на кухне, следя за своим варевом. Она медитативно давила маленькие ягодки винограда, наслаждаясь приятным звуком треска кожурки и бегущим по пальцам соком. Молодые кухарки по началу косились, наблюдая за странными действиями леди, но после нравоучений Старшей о том, что «завтрак сам себя не приготовит или вы захотели плетей?», — принялись следили за своими котелками и ножами.

Сегодня варили нечто кашеобразное и сырное. Кэтрин нарезала лук рядом с котелком Алисы и иногда косилась на бурлящие нечто под крышкой. По девушке было видно, что овощ не причиняет ей никакого дискомфорта, что не скажешь о соседствующих с ней кухарок. Курносая, лет четырнадцати, ежеминутно вытирала слёзы, но продолжала помогать Кэтрин, а её большеглазая и краснолицая подруга очищала луковые головки и сбрасывала их в ведро. Энн, расположившаяся в другой стороне кухни, иногда протирала лицо мокрой тряпкой и разгоняла над собой и котелком пар. Острый запах уксуса заполонил пространство, смешиваясь с другими запахами. Чернобровая готовила маринад для рыбы, которую потрошили трое других перед ней на столе, и следила за обстановкой в комнате. Нельзя было упускать момент, если случится что-то особенное, то она должна быть первой, кто это увидит. Ей так понравилось составлять конкуренцию Якову, что из виду не упускались даже выпушенные кем-то гуси.

Шагов с лестницы никто даже не успел расслышать, вошедший на кухню Мерлин был остановлен густыми парами, что устремились вон из кухни в холодный коридор. Закашлявшись и проморгавшись, он быстро юркнул в самое сердце помещения. Жизнь научила парня быть быстрым и изворотливым, а местных работниц она научила ловить таких как он.

— Куда собрался, крысёныш? — выловив за шкирку, встряхнула Мерлина Старшая кухарка. — Думаешь, я считать не умею? Кто вчера вечером кусок мяса вынес?

— Мой господин пожелал поздний ужин под вино, — опешив от такого приёма, проговорил он. Честно и испуганно округляя глаза.

— Сырой? — настораживаются все, кто стоял рядом.

— Желание господина, — вжав голову в плечи, развёл руками Мерлин. Он уже было хотел сказать, что принц, как настоящий охотник, при желании может сам пожарить мясо над камином. Но решил, что в это кухарка точно не поверит.

Не найдя, что ответить на «желание господина», что вполне могла таковым быть, Старшая кухарка ещё раз осмотрела несостоявшегося вора. Встряхнув парня и бросив предупреждающий взгляд, она отпустила Мерлина. Вежливо улыбнувшись в ответ и поправив края куртки, слуга быстро скрылся в другой стороне кухни, благоразумно уйдя на приличное расстояние. Стол, разделявший их теперь, стал гарантом сохранности жизни Мерлина. Подарив парочку неловких улыбок молодым кухаркам, что с неподдельным интересом наблюдали за произошедшим, не отрываясь от работ, парень прислонился к стене рядом с деревянной скамейкой. Освободившаяся от резки лука и умывшись холодной водой курносая кокетливо махнула юбкой в сторону слуги принца. Среди королевских слуг Мерлин был не только симпатичным и свободным, но и весьма перспективным женихом. Однако застать его за разговором с какой-либо девушкой было почти невозможно. Исключение составляла Гвен, но служанка леди Морганы опровергла начавшие ходить про них слухи. Теперь те немногие, что имели возможность разносить еду во время посвящения рыцарей, шептались о Гвен и изгнаннике. Хотя эта версия ещё не приобрела популярности. Котёл громко затрясся при кипении, отвлекая внимания на себя. Завтрак был почти готов. Окинув кухню взглядом, Мерлин заметил тихую Алису. Понаблюдав за тем, как виноград превращается в пюре около полторы минуты, парень тихо покашлял, обозначая своё присутствие. Вздрогнув, Алиса вынырнула из своих мыслей.

— Выглядит угрожающе, — кивнул в сторону кипящей массы Мерлин.

— Привет, — отозвалась леди. — Как ты?

— А… — Мерлин обернулся, находя взглядом Старшую кухарку. Та руководила распределением завтрака по тарелкам и подносам. — Всё в порядке. Не считая ходящих слухов.

— Он поел? — склонившись к Мерлину, шепнула Алиса, стряхивая с рук сок и мякоть.

— Устроил истерику, но да. Мне удалось его уговорить. — Девушка выдохнула, расслабляя плечи. А Мерлин чуть смущённо добавил: — Он смешной.

Мерлин расплылся в улыбке, а глаза радостно сверкнули при воспоминании. Парень играючи подкатил зелёную виноградинку, что сбежала к самой стенке ближе к глубокой тарелке. Алиса пыталась сохранить серьёзный вид, но быстро сдалась и так же улыбнулась в ответ, наблюдая за реакцией Мерлина.

— Кажется, я начинаю ему нравиться. — Он слегка толкает девушку плечом, и смешинки в уголках его глаз загораются ярче и приобретают золотистый цвет.

— Я приду к обеду, может позже. — Алиса потянулась за деревянным ситом. Сегодня оно без надобности кухаркам. Вчера они испекли много хлеба и булочек, пару пирогов с сухофруктами, мёдом, салом и парочкой привезённых специй. На удивление Алисы, всё это было одной начинкой.

— Хорошо. — Мерлин отстранился от стены, собираясь провернуть такой же изящный манёвр и выскользнуть с кухни, по пути прихватив поднос. — Тогда увидимся вечером.

Он быстро обошел следящую за ним взглядом курносую, любезно улыбнувшись чернобровой Энн, он снова вздрогнул, теперь от удара полотенцем по затылку.

— Хватит ворковать! — Старшая кухарка сунула поднос прямо ему в руки. — Иначе Его Высочество получит холодный завтрак из-за нерасторопного слуги.

— Этого точно не произойдёт, — радостно крикнул парень через всю кухню, подбираясь к лестнице. Мерлину определённо нравится слегка подразнивать грозу кухни и всех девчушек в замке. Яков бы его возненавидел ещё больше. Каждая время от времени одаривает его красноречивым взглядом, красуясь. Алиса безрадостно хмыкнула, наблюдая. Как она только могла не заметить такое скопище любовных многоугольников? Ей стоит расспросить кого-то о последних надуманных новостях, может удастся вывернуть ситуацию для себя и… Девушка бросила небольшой комочек мякоти винограда на сетку, начиная протирать его. Нет, возглавить его она точно не сможет, но знать всё, о чём шепчутся, определённо полезно.

***

— Доброго дня, леди Моргана, — радостно пропела Алиса, постучав в покои воспитанницы короля и дождавшись разрешения войти, запорхнула вовнутрь.

Леди Моргана сидела за своим туалетным столиком и перебирала украшения. Позади девушки над её слегка влажными волосами работала Гвиневра. Служанка коротко кивнула Алисе, не отрываясь от своей работы. Она тщательно заматывала локон волос хозяйки в колечко и держала наготове золотую шпильку, украшенную большим красным камнем и несколькими полупрозрачными зеленными. Леди Моргана сегодня была в красном.

— Что-то ты сегодня поздно, — прикладывая серьги и оценивая образ, подметила Моргана.

— Простите. Для того, что я готовила, требовалось больше времени. — Алиса прошла в глубь комнаты и поставила поднос на стол. — Как прошло утро?

— Неплохо. Мы были на конной прогулке. — Удовлетворившись создаваемым образом, Моргана отложила серьги к ранее выбранным кольцам. Оставшиеся украшения воспитанница короля аккуратно вернула в маленький сундучок. — Она очень хорошо на меня влияет, сразу столько сил.

Леди украдкой взглянула на Алису через зеркало. Та повернулась спиной к воспитаннице и что-то внимательно разглядывала. Моргана перевела взгляд на свою служанку. Гвен уже заканчивала причёску. Она легко приподняла длинные вьющиеся волосы, собрала с белоснежной шеи новые волоски и аккуратно закрепила их простыми заколками, напоминающие невидимки. Гвен скромно улыбнулась Моргане в зеркало, приглаживая у виска чёрный локон.

— Сегодня без ожерелий? — еле слышно спросила Гвен, чуть склонившись.

— Сегодня нет. Надень их. — Воспитанница короля положила выбранные серьги в тёплую ладонь служанки.

— У меня есть сюрприз, — развернувшись, громко и бодро объявила Алиса. — Рисунок.

Леди Моргана обернулась. Ей было известно, что Алиса недавно закончила семейный портрет Пендрагонов, включив туда Моргану. Конечно, она его видела. Утер почти светился, когда рассматривал рисунок, и велел повесить в большом тронном зале, над троном. Чтобы каждый входящий видел и удивлялся. Признаться честно, Моргане тоже хотелось иметь у себя картину. Но просить она не могла по тайному соглашению с Артуром. Она помнила, что Алиса могла таким образом лишь втираться в доверие. Недоверие Артура настолько пересилило его, что принца Алиса писала по наброскам, а Моргана смогла позировать лишь раз. И всё же воспитаннице короля было приятно от мысли, что её и правда прировняли к семье.

Алиса аккуратно открыла свой альбом, что принесла под подносом, и в пару шагов оказалась перед вставшей леди. Гвен тихо отошла назад.

— Мне понравился ваш сон о единороге, — вручая рисунок, призналась Алиса. С листа на девушек взирал белый, бархатистый конь с красивыми формами и длинным резным рогом, на котором восседала брюнетка с выдающимся профилем. Фокус был на морде лошади и девушке, края рисунка уходили в дымку.

Глаза Морганы засияли. Она невесомо провела подушечками пальцев над рогом лошади и погладила гриву. Почти как из сна.

— Но это ещё не всё! — радостная, что её рисунок произвёл такое впечатление на Моргану, Алиса воодушевлённо вернулась к столу и подняла блюдо.

— Мне нужно ваше мнение, леди. Я приготовила это сегодня и хотела бы услышать ваше слово.

Гвен тут же оказалась у стола, отодвигая стул для Госпожи. Случайно переглянулась с Алисой и отвела взгляд. Моргана не заставила себя ждать. Преодолев расстояние комнаты, она с ровной осанкой села на отодвинутый стул.

— Что это? — С неподдельным любопытством Моргана осматривала плоский и мутно зелёный овал высотой около сантиметра. Странное блюдо было украшено листочками мяты и пару ягодами винограда.

— Желе. — Забыв английское название, Алиса изобразила ладонями волнение и, увидев ещё большее непонимание обеих девушек, решила не усложнять жизнь. — Десерт. Попробуйте его.

Взяв приготовленные приборы, Моргана погрузила маленькую ложку в десерт. Тот поддался сразу же, поблёскивая зеркальной стороной на свете. Первая ложка заставила призадуматься девушку. Природный кисловатый вкус винограда перебивала сладость мёда, а лёгкая прохлада мяты обволакивала в конце, оставляя послевкусие. Такого она ещё не пробовала. Проморгавши, Моргана вежливо улыбнулась, кладя ложку на место.

***

— О-о-о… Леди Маргарет, вы принесли мне самый впечатляющий момент из истории Его Величества. — Эгрейн любовно провел пальцами по развёрнутым свиткам, он чуть щурился, всматриваясь в буквы и кажется, чуть ли не смаковал этот момент. — В детстве меня страшно пугала мысль, что и за моими родными могут прийти стражи. Сколько мне было… Где-то пять или семь лет. Но сейчас я бы хотел видеть их все. — Он сжал руку в кулак, не давая себе искусится и начать требовать отдать ему документы. — О вашем вопросе. Определить, что из этого было заверено королём, а что нет, очень просто. Вот. — Эгрейн положил рядом два обвинительных указа. — Здесь сургуч равномерно красный, цвет насыщенный, значит киновари не пожалели. А это наш, для стряпчих, более тусклый и скорее коричневый. На нас жалеют красителя. — Он улыбнулся, взглянув на молчаливую Маргарет. — Из тех бумаг что вы принесли, только две заверил сам король. Вот эти два приговора. А остальные восемь поставлены моими предшественниками или нанятым бейлифом. Хотя они не пользуются популярностью в Камелоте.

Маргарет улыбнулась, пытаясь проговорить что-то вроде спасибо. Горло неприятно обожгло, словно она глотнула залпом виски. Однако Эгрейн всё понял по движению губ. Аккуратно сложив всё в стопку, Маргарет снова взяла перо со стола стряпчего и черкнула на принесённой с собой записке.

— Бумаги будут в архиве Джеффри завтра… — прочитал Эгрейн, а через секунду благодарно кивнул. Тут же ощутив желание отблагодарить её за информацию чисто на его, профессиональном уровне. — Утер планирует отправить угрозы Канону, чтобы тот выплатил налоги, которые задолжал уже за два года. Думаю, вы хотели бы знать.

Уже стоя в дверях, Маргарет взглянула на Эгрейна, она чувствовала, на что он намекает. Она знает, какими землями владеет лорд Канон и что разыгравшаяся самоуверенность Утера вполне может быть направлена в конкретное русло. У неё зачесались руки от желания пойти и сразу высказать королю посетившую её мысль. Возвращаясь к Гаюсу, она мысленно вновь и вновь прикусывала край языка, злясь, что стала такой беспомощной лишь на день, потеряв голос. Если речь к ней не вернётся, она может упустить все эти возможности, Эгрейн не дурак, он думает о том же, о чём и она. Он видит ту же выгоду, что и она. И стряпчий не постесняется в случае промедления выдать эту идею королю первым. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- * - Скажи ещё раз ** - Скажи ещё раз или тебя повесят

«Боги услышали мою мольбу. Часть 1»

Глубокий вечер подкрался незаметно. Дни начали сокращаться, клонясь к осени, в отсутствии электрических лампочек, это было куда заметнее. Алиса оторвалась от рисования и выглянула в окно. Расстроенная из-за реакции Морганы на желе (ей не понравилось!) девушка нашла малое утешение в компании своей сумки. Вернувшись в комнату, Алиса вытащила всё её содержимое и аккуратно разложила вокруг себя. Глаз сразу же зацепился за бусины разорванного браслета. Розовые крупные шарики теплом отозвались в сердце, напоминая о доме. Платье неприятно зашуршало, когда она потянулась за ними, и вдруг стало таким чужеродным. Словно Алиса надела на себя чужую кожу. Возникшие ассоциации неприятно пробежали мурашками по всему телу, зазудев. Решив посвятить остаток дня себе и только себе, Алиса, скинув платье и оставшись в одной рубашке, принялась приводить себя в порядок. Если подумать, еë косметичка не так уж сильно отличалась от акварели, за исключением текстуры, потому девушка спокойно открыла тени и развернулась к свету. Наверное это глупо, но хотелось порадовать себя хоть чем-то современным, пусть даже это будет простой макияж.

Никто не приходил к ним в комнату, даже слуги, а может она просто не заметила их. Камин горел ярко, а на сундуке стоял поднос с остывшим ужином. Что-то внутри больно кольнуло, и Алиса снова отвернулась к окну. Редкие слуги заканчивали свои обязанности на сегодня, а зеленоватое небо красиво освещало статуи. Воодушевлённая такими цветами, Алиса подхватила краски с альбомом и быстро покинула комнату, не удосужившись накинуть на себя хоть что-то.

Тёмная фигура быстро пересекла двор. Мерлин, а Алиса могла покляться, что это был он, куда-то торопился. Осмотревшись, Алиса поняла, откуда он шёл. Она и думать забыла… Но он есть. Улучив момент, когда в замке не шныряли взад-вперёд слуги, девушка ринулась ко входу в подземелье. У неё есть пара вопросов, и дракон должен на них ответить! Пробегая мимо одной из статуй, девушка обернулась, услышав странный шорох, но побоявшись, что упустит момент, не задержалась на месте и пары секунд, продолжила бег.

Когда подол её нижнего платья скрылся за углом из густой тени, что отбрасывало странного вида чудовища, вышел Яков. Любопытство и внутренний голос кричали парню, что необходимо выяснить, куда это леди собралась в столь неподобающем виде. Всё же не всегда возлюбленные короля бегают по замку в одной нижней рубашке. Да он и не заметил бы, если не белый подол. Держась на расстоянии, Яков покрался за ней. Какого же было его удивление, когда девушка нырнула в неприметную дверцу, мимо которой он ходил чуть ли не каждый день. Ходил, но не заглядывал. У Якова в голове что-то щёлкнуло, он должен знать. Подождав пару секунд, чтобы не выдать себя тенью от вышедшей луны, слуга как можно тише посеменил вниз по лестнице. Выглянув из-за угла, Яков настороженно замер. Двое охранников, откинувшись на стену, глубоко спали, иногда похрапывая, а решётка, ведущая дальше вниз, приоткрыта. Запахов вина в спёртом воздухе не чувствовалось, от чего такой крепкий сон? В голове сам собой образовался новый слух о том, что не на ту повесили «коварство». И невинная внешность леди Алисы оказалась лишь маской. Подумать только, она опоила охрану! С вина так быстро не засыпают, это может быть только колдовство. Сонное зелье. Но для чего? Яков быстро перевёл взгляд на тоннель. Он обязан узнать ради сохранения мира и справедливости всего Камелота. Да, именно…ради всего Камелота.

— Пришла? — Дракон вовсе не выглядел удивлённым. Он даже не потрудился повернуться в сторону девушки. Сидя на каменном выступе, он увлечённо что-то вырезал когтем.

— Здравствуй, — переходя на родной язык, начала разговор Алиса, пытаясь понять, какое настроение у дракона. — У меня возникло пару вопросов, и я была бы рада…

— Всего лишь пару? — хищно улыбнулся Килгарра, перебивая девушку.

— Может быть больше, — немного растерявшись, кивнула она. — Что означало то предсказание? Как мне его исполнить?

— Всё что я знал, сказал, а как и когда вы его поймёте, только от вас и зависит. — Дракон покосился на пришедшую, продолжая выводить узоры. — Но тебя не это беспокоит, верно?

— Легче ответить, что меня не беспокоит, — тихо проговорила Алиса, пиная камушек.

— Ты как назойливая мошка. — Дракон устало вздохнул, поднимая морду к потолку и закатывая глаза. — Что пищит у самого уха, однако отмахнуться от неё нет возможности. Она слишком маленькая и быстрая. И почему-то решила, что я тот, кто ей нужен.

— Может по сравнению с драконьем ощущением времени я и навязчива, но с нашей встречи прошла не одна неделя, — высказалась в свою защиту Алиса. У неё просто на просто нет столько времени.

— И ты всё ещё не можешь успокоиться. Носишься со всеми этими навязчивыми мыслями и идеями. Скоро головные боли начнут преследовать меня круглосуточно.

— Тогда просто скажи, где спрятано кольцо, — развела руками Алиса.

— Возьми в пример свою подругу, сделай милость древнему зверю, — неожиданно бодро продолжил Килгарра. — Её голос затих и слился с местными, она стала частью нашего мира. Это неизбежно.

— И что же мне, выйти замуж за… не знаю, какого-нибудь лорда? — сдерживая возмущение, поинтересовалась Алиса. Неожиданное сравнение с подругой заставило её разозлиться.

— А ты хочешь лорда? Все твои мысли крутятся вокруг короля, — разворачиваясь и складывая по-кошачьи передние лапы, рыкнул Килгарра.

— Всё мои мысли заняты возвращением домой. Я просто хочу назад, к своей семье, разве это плохо. — это не было вопросом, но на удивление девушки, взгляд дракона просветлел.

— Нет, не плохо. Но ты увидишь семью лишь когда седогривый конь наденет кольцо.

Алиса замерла. Ещё одно пророчество? Или дракон просто играется с её чувствами. Это было бы слишком жестоко.

— Погоди. - Алиса судорожно забегала глазами по полу пещеры, пытаясь подобрать нужные слова, сложить образы и воспоминания. Вдруг это уже произошло, а она опять всё пропустила?

— Я и так сказал больше, чем тебе нужно знать. — Дракон поморщился, вновь угодив в бурю мыслей девушки. Иногда ему хотелось, чтобы люди не были столь плодовиты и наследники не шныряли по всюду отвлекая его. — Остальное от меня не зависит.

На Алисину попытку возразить он оскалился и выпустил небольшой столб пламени вверх. Девушка присела, прикрыв голову руками. А позади что-то громыхнуло и покатилось.

— Прекращай меня запугивать! — отчаянно прокричала Алиса, когда пламя угасло. — Я в грёбанном средневековье, это не мой мир. Я. Хочу. Вернуться.

Дракон оскорблённо фыркнул, покачав вытянутой головой, словно лошадь, и захлопав крыльями, взлетел под своды пещеры.

— Вот значит как?! — распалившись, продолжила кричать девушка. — Убегаешь от проблем? Ах, ну да, это же не твои проблемы. И помочь ты не в силах. А казалось бы, великое и благородное существо — дракон! А я-то понадеялась на чудо, на то, что такое древнее и мудрое существо может знать о разных магических артефактах. Например, о коль… — оборвавшись на полуслове, Алиса в страхе кинулась прочь к выходу.

Разъярённый дракон камнем спикировал вниз, обнажая свои огромные клыки, а нарастающее в глубине пламя подбиралось всё ближе к пасти. В спину ударила тёплая волна и впилась в кожу множеством игл. Алиса приложила все усилия, чтобы не закричать, лишь тонкий скулёж вырвался из неё, когда, следом за золотистым дыханием (боги, ей же не кажется?) в туннель ринулись тоненькие языки пламени.

— Во-о-о-он! Наслаждайся своим чудом, — ревело в след эхо.

***

Зачем он торопится? Неужели не знает, что услышит в ответ? Неужели ему так не терпелось? Сутки пролетели очень быстро, слуги уже унесли ужин, оставив только полупустой кувшин вина и пару свечей. Полумрак, но света хватало от камина, а остальное — страшное расточительство в летнее время.

— Ты втянул в это Моргану? — Утер перевел на сына взгляд, полный раздражения. — Она сама заступилась за них. Моргана сама просила приюта для гостей, считала их подругами, ты из-за прихоти лишаешь её общества других леди.

— Моргана уже жалеет о том, что обманулась. Она тоже считает поведение леди Маргарет странным, они давно перестали общаться. Я не хочу обвинять кого-либо, просто послушай…

— Артур. — Руки Утера упираются в стол, он чувствует, как на краю вздрагивает бокал с вином. — Я слушал тебя всё это время. За те месяцы, что леди провели в Камелоте, они не сделали ничего подозрительного. Думаешь, я не наблюдал? Думаешь, только ты можешь видеть правду или выдавать за неё слухи, что Яков разносит по замку? Ты принц, а не слуга, чтобы собирать небылицы и высказывать их мне. Веди себя подобающе!

Последний раз Артур был в спальне отца несколько лет назад, когда просил закрыть глаза на какую-то резко высказанную Морганой фразу. Он уже не помнил, в чём именно заключался конфликт, но хорошо помнил, как выглядела комната. Сейчас тут ничего не изменилось и на дюйм. Разве что, кажется, холоднее под покровом спустившихся сумерек. Темнеть уже начало раньше. Артур замер, ему требовалась секунда, не более того. Просто чтобы проглотить услышанное замечание, но оно упрямо вставало комом, перекрывало кислород. Утер схватился за бокал и отвернулся. Не обращая внимания ни на открытую дверь, ни на шуршание в коридоре, Артур вдруг сделал шаг навстречу к королю и заговорил куда более серьёзно.

— Хорошо, отец, я собираю сплетни. Да. А как ещё мне узнать, что у меня вот-вот появится мачеха? — Он выдерживает ещё одну паузу, рука короля замирает в воздухе. — Только прежде, чем сделать леди Алису королевой, подними забрало и убедись, что она не околдовала тебя.

— Замолчи и выметайся. — Утер обернулся медленно, внутри принца всё оцепенело на несколько секунд от его вида, он чуть поджал губы. Не надо было ему этого говорить. Поставив пустой бокал на стол, король чуть наклонился вперёд. Артур сделал шаг назад, сжал и разжал кулаки, в нём бились обида и чувство беспомощности. Он знал, что следует за этим тоном, он не верил, что отец может говорить с ним… так. Он ни на что не может повлиять. Собрав последнюю волю, он развернулся и ушел, стараясь сделать это более нагло, попутно отпихнув стоящего в коридоре Якова. От резкого толчка и без того шокированный парень сжался, словно желая свернутся калачиком как ёж. Он бросил осторожный взгляд на всё ещё открытую дверь королевской спальни, на рыцаря в красном плаще прямо напротив, потом ещё на двух в конце коридора. Они тоже слышали. Ему нужно переступить этот порог, ему нужно попытаться себя оправдать, ему нужно рассказать об Алисе и драконе. Это куда важнее, чем его страхи.

— Ваше Величество. — Яков постучался в открытую дверь и зашел, как делал это всегда. Он и ни граммом не демонстрировал беспокойства, что съедало его секунду назад. Убрав руки за спину, он сцепил пальцы. — Мне нужно сказать вам.

— Ты. — Отойдя от стола, Утер подошел ближе к слуге, и Якову начало казаться, что под ногами угли а в руках расплавленный воск. — Столько лет крутился змеем у меня под ногами. Слушал, а потом растрёпывал каждому, кому придётся. — Пустой бокал, брошенный королём куда-то в сторону, громко ударился об пол, а потом укатился под кровать. Яков старался не поднимать плечи, но ему это явно удавалось плохо. — Я закрывал глаза, разрешал болтать, пока ты не потерял разум окончательно.

— Ваше… — Воздух перехватило. Резкий удар затылка о что-то деревянное спровоцировал яркую вспышку, которую Яков видел, даже зажмурив глаза. Под ногами пропал пол, он не знал, как Утер его держит, но прекрасно чувствовал его дыхание над своим ухом.

— Кто дал тебе право порочить меня и Алису, — в процеженной сквозь зубы фразе не было и намёка на вопрос. Чувствуя, как хватка немного слабеет, Яков попытался безуспешно нащупать каменную кладку пола.

— Я видел, — прочти шепча, проговорил парень, встретившись с глазами короля. Он видел собственное отражение в его зрачках, хватаясь за руку Утера в надежде вздохнуть глубже — Я спускался… дракон. Я ви… — Воздуха не хватало.

Обратно в чувство Якова привел ещё более жесткий удар об пол. Боль стрелой пронеслась от висков и локтя к коленям. Закашлявшись, он уперся лбом в холодный камень. В ушах звенело, казалось, он был где-то в воде, без дна и края. Стражник у двери рывком поставил Якова на ноги и тот завалился на него, как обморочная дева, а потом, всё же устояв, обернулся на двери спальни.

— Сукин сын. — Утер перевел взгляд на стражу, уже подоспевшую от конца коридора сюда, в гущу событий. — Закройте его где-нибудь, за интерес, проявленный к магии и оскорбление короны.

Выслушав короля, Яков сжал губы, это чистая… неправда. Он не проявлял интерес, он не оскорблял короля. Ни одним словом, как считал сам. Дверь захлопнулась с грохотом, вслед за стаканом полетел пустой кувшин, раздался глухой звук удара кулаков о столешницу. Что он сделал не так? В какой момент его слово, его авторитет перестали значить хоть что-то для сына и слуг? Разве он может быть королём, если каждый второй будет открывать рот и спорить с ним. Утер боялся, страшно боялся, что Артур окажется прав. Он помнил случаи, когда сын тыкал его носом в ошибки, которые потом оказывались действительно критичны. Если Грегори вернётся и скажет, что всё это наглая ложь, он разочаруется не в окружении, а в себе.

На нетвёрдых ногах Утер вышел, мысленно радуясь, что в темноте ночи его никто не увидит. Ноги сами понесли его к выходу, ему хотелось на улицу, оказаться под порывами прохладных ветров уходящего лета. Ему нужно будет пережить залитую водами осень и ледяную зиму. Может быть, эти снега заберут его уже? Сколько он может тешить себя надеждой на весну? Тогда стоило оставить плащ в комнатах. Перед глазами мелькнул тусклый свет единственного факела и возвышающийся силуэт каменного грифона. И её. Утер думал, что ему кажется, и лишь подойдя ближе, он убедился, что не сошел с ума. Алиса сидела на шее у каменной статуи, держать руками за выступающие крылья и, закрыв глаза, подставляла лицо льющемуся с неба серебру. У её колен, на хребте птицы, лежала книжечка, которую Утер даже не думал замечать, как и лёгкой дрожи во всём её теле. Его взгляд прикован к дорожке лунного света на блестящих волосах, на изогнутом крае её белоснежной ночной рубашки.

Обернувшись на плавные шаги, Алиса сначала вздрогнула, даже в темноте было видно, как блестели её глаза, но потом расслабилась. Видимо, обстоятельства нашли её сами. Развернувшись и смахнув волосы на одну сторону, она начала медленно спускаться, надеясь скатиться по спине птицы на пол, но тут же почувствовала, как её талию обхватили руки Утера. Ткань ночной рубашки скомкалась под его пальцами. Вздохнув, он осторожно поставил её на пол. Босые ноги смотрелись так забавно на каменной кладке. Король держал Алису на руках всего несколько мгновений, которые запомнит навсегда. Она не стеснялась его, не боялась, как не боятся близкого родственника. Может Алиса и вправду могла быть его дочерью. Цвет её глаз как у Игрейны, волосы как у Артура, манеры как у Морганы. Она — ребёнок! Во многом, душой и помыслом. В голове скользнула шальная мысль, они здесь одни, Алиса буквально в его руках. Никто не увидит и не придёт, однако через мгновение Алиса улыбнулась. В полутьме, в холодном лунном свете, щёки и губы словно заблестели легким светом, и Утер лишился хлынувшей на него похоти. Выдохнув ещё раз, теперь тяжелее, он опустил голову и отпустил Алису. Он чувствовал себя старым и уставшим рядом с цветущим прекрасным цветком. И чувство это не давало ему спать и здраво мыслить уже несколько дней. Алиса, вспомнив о принятом ею решении, увидела в простом жесте короля возможность. Сглотнув, она положила свой скетчбук у лап грифона и взяла Утера за руку.

— Позвольте пройтись с вами, Ваше Величество, — шептала она и сама не понимала, откуда в ней эта хитрость, а вот взгляд короля светлел, и они одновременно свернули обратно в коридор. Алиса шла робко, но не медля и не сбиваясь, поглядывая на своего спутника молча. Утер даже не сразу уловил, куда она его ведёт, пока сам не толкнул дверь. Тогда он отпустил её прохладную руку, подмечая, что впервые видит Алису в стенах своей спальни. Она смело отошла вглубь комнаты, тут почти не было горящих свечей, она как тень, как ангел, который был послан ему с Небес ради успокоения души. Он так желал этого мгновения и так стыдился собственных фантазий, недостойных его седин.

Утер уже не верил в то, что когда-то желал её физически, что мог представлять её рядом с собой за дверями королевской спальни. Она — создание небесное, нежнее Морганы или Игрейны, чище и светлее любой женщины в королевстве. Теперь он никогда не сможет посмотреть на неё прежним взглядом. Допустить подобную мысль. Теперь он укроет её своей заботой, как делал раньше. Как крыло золотого дракона накрывает весь Камелот.

Пальцы Алисы давно заледенели от волнения, а всё нутро содрогнулось от перемен эмоций, мест и ощущений. Она не может, чувствовала, что вот-вот заплачет или закричит. Но всё же заставила себя сесть в изголовье крови, поджав ноги. Она лишь хотела поговорить, сказать, что готова ответить взаимностью, и уйти. Позволять королю слишком много она не будет и сейчас, и даже после свадьбы, если она состоится. Перед смертью не надышишься, но она постарается надышаться. Постарается сделать всё быстро. Ради спокойствия и имитации безопасности, она взяла большую подушку и опустила себе на колени, закрывая большую часть своего тела. Помедлив мгновение, Утер сел на самый край и морально Алисе стало легче, между ними достаточно большое расстояние. Она закусила нижнюю губу и почти истерично улыбнулась. С чего начать разговор? С погоды? Не правда ли, сегодня красивая ночь? Честно признаться, рада, что она наступила, потому что день да и вечер были дерьмовыми. Чёрт. Как же хорошо, что они сидят в полумраке.

— Ты дрожишь, — голос короля показался ломким и глухим. Как нельзя подходящим для места и ситуации. — Вероятно, босиком ходить не очень удобно.

Утер поднялся. Алиса инстинктивно выпрямилась, набирая воздуха в лёгкие и готовясь последовать за мужчиной. Она мелко затряслась, когда король откинул покрывало. Однако подобрав края одеяла, он накинул его на плечи девушке. Укутав её как можно плотнее, он всего на пару секунд задержал свои ладони на её плечах. Сердце громко стучало в груди и казалось, что оба его слышат. Утер сглотнул накопившуюся слюну и, почти невесомо погладив предплечья Алисы, опустил свои руки. Поддавшись порыву, девушка вдруг накрыла кисти короля своими, не обнаружив на них перчаток. Когда он успел их снять?

— День был не очень хорошим, — совсем не впопад прошептала Алиса, во все глаза рассматривая лицо короля. В этот самый момент она пожалела, что света в покоях было преступно мало. Возможно, будь лучше разожжён камин, она так не тянула с неизбежным. А во тьме можно многое позволить, что не видит день.

— Хорошо, что он прошёл, — так же тихо продолжил Утер, подбирая вторую руку и аккуратно растирая их. Тёплые шершавые руки короля полностью скрыли её, уделяя внимание каждому пальцу.

— Да.

Молчание полностью заполнило комнату своей густотой, не давая возможности даже попытаться шевельнутся, чтобы прервать единение. Свечи тихо догорали, плача воском на стол и камень.

— Расскажите, что Ваше Ве… Тебя беспокоит?

Утер почти замер с того, как Алиса сблизилась с ним. Это так… Боже, дай ему сил не пасть, когда он принял решение. Не искушай так трепетно и больно. Не вселяй ложных надежд. Утер склонился к их сплетённым пальцам и согрел своим дыханием, мысленно борясь с самим собой. Тепло разлилось по его телу. Неуловимо пахло виноградом.

— Не хочу сейчас это вспоминать.

Нет, только не сейчас. Слишком ему хорошо, чтобы портить эту ночь воспоминаниями дня. Пусть он подастся очарованию, хоть каплей. Когда никто не видит, когда он сможет отпустить себя. Не быть всегда королём и лишь на эту ночь, на это самое мгновенье просто быть собой. Расслабить плечи. Он не Титан, но держит это мирное небо над всем Камелотом.

— Ты напряжен.

Утер прикрывает глаза и глупо расплывается в улыбке. Почти смеётся. Ему кажется, что он вернулся назад, в свой рассвет, а рядом Игрейна. Старается поддержать. Молодой глупец отмахнётся и продолжит нести своё пламя. Он силён, устремлён, ему некогда было размениваться на эмоции. Лишь действия, что ведут вперёд, к будущему без чудовищ. А сейчас… Изнывающее сердце почти кричит о согласии. Не тогда, так сейчас, поспеши!

Когда Алиса расплела их пальцы и коснулась его плеч, он напрягся и поднял голову, встречаясь с ней взглядом. Вопрошающий и осторожный.

— Не стоит бояться. Я просто помогу.

Утер тихо посмеялся. Ему давно никто не говорил «не бойся». Очень давно. Подумать только, по прибытии в Камелот эта девушка боялась его, словно он самое страшное в мире чудовище, а сейчас просит не бояться себя.

Глубоко вдохнув и почти беззвучно выдохнув, Алиса потянулась к замку плаща. Тихий щелчок едва можно было расслышать. Утер следил за движением рук и позволил снять с себя одежду. Красная ткань отправилась к покрывалу. Слегка надавливая на плечи, Алиса намекнула королю, чтобы он развернулся к ней спиной. Он повиновался. Только сегодня, только сейчас, пока новости не пришли с первыми лучами. Невольно вспомнились слова сына: «Поднять забрало». Но Алиса ничего не делала, в своей привязанности виноват он сам.

Он чувствовал движение за спиной. Прикосновение к шее, аккуратные круговые движения большими пальцами и голос совсем рядом. Заверяющий, что это часть лечения в их стране. Что это помогает снять боль и улучшить сон.

— Расслабь плечи и спину. — Рука Алисы переместились на лопатки короля.

Это неправильно. Он должен прекратить это, но под размеренными и повторяющими движениями, Утер расслабился. Плечи опали, он почти убаюкан.

— Голова не болит? — Тёплое дыхание в шею заставило покрыться кожу мурашками и открыть глаза.

— Не-е… — Утер колеблется. Ничего же плохого не случилось? Они могут продолжить. — Не сильно.

— Ты можешь снять корону и лечь на подушку? — Боги, она действительно это спросила? Почему король ещё не выставил её за дверь со скандалом или не вжал в кровать? Оба варианта равноценно страшны. Алиса быстро добавила: — Боюсь, что мне будет немного неудобно, ты высокий.

Утер обернулся и продолжительно посмотрел на девушку. Ничего не изменилось. Она всё так же закутана в его одеяло, всё так же вопрошающе смотрит. Ни намёка на хитрость или коварство. Утер медленно встал, стараясь не испугать Алису резким движением. Широкими шагами оказался возле своего шкафа и почувствовал спиной направленный на него взгляд. Раскрывая дверки и заслоняя собой содержимое, король снял корону, оставляя её внутри. Закрывая дверцы, он ненадолго замер, переводя дух. Как далеко он зашёл? Это всё ещё приемлемо? Она попросила снять корону, а он как неопытный влюблённый мальчишка повиновался.

Вопреки своим мыслям и переживаниям, ноги понесли его обратно. На кровать в нежные руки Алисы. Осторожное похлопывание ладони по подушке, что лежала на её коленях, заставило его остановиться. В горле образовался комок.

— Всё хорошо, — доверительно прошептала Алиса, по-доброму смотрела и протягивала руку.

Отказать было бы кощунством. Король сел чуть дальше и, опираясь на локти, лег на спину. Его голова оказалась на подушке. Уже второй раз за эту ночь он смотрел на Алису снизу вверх. И признаться, он готов любоваться этой девушкой рядом с собой даже так. Холод давно покинул комнату.

— Я учу кухарок кипятить молоко, — неловко произносит Алиса, стараясь развеять напряжение. Она поймала себя на мысли, что король не такой уж и страшный зверь. По крайней мере, в эту ночь он ласков.

— Зачем? — Утер рад поддержать разговор. Это отвлекает от любования её чертами.

— Кипячёное молоко с мёдом полезно при простуде. — Девушка осторожно прикоснулась подушечками пальцев к вискам короля, массируя. — Оно прогревает и даёт сил.

Тихий голос Алисы успокаивал, а руки действительно творили чудеса. Утер и не заметил, как её пальцы переместились в его короткие волосы, осторожно почёсывая, лишь иногда задевая виски. Умиротворение, сошедшее на короля, отогнало последние сомнения.

***

Травы, что заваривались по совету Гаюса, помогали, горло перестало обжигать и к Маргарет даже возвращался голос. Правда ещё сиплый и слабый. Но вместе с тем уходила надежда. Чем ближе лорд Грегори к столице, тем меньше Маргарет верилось в благоприятный исход. Облокотившись на гладкую стену общественной бани, Маргарет, не обращая внимание на посторонние взгляды, пыталась представить варианты развития событий. Фантазия рисовала пугающие картинки, давившие на душу резким грузом обиды и разочарования. Она представляла, как Грегори вытянет руку или нагло ткнёт в неё пальцем, как громко объявит Утеру, что всё сказанное неправда и правдой быть не может. Представляла плачущую Алису и горящие драконьим огнём глаза короля. Опустив плечи, она посмотрела в сторону скамьи, где были сложены вещи, а между тканями платья спрятана найденная книжечка. Скетчбук, который она подобрала в коридоре рано утром. Почему Алиса бросила его там?

Вода стекала на пол, обдавая камень теплом и делая его скользким. Впереди в общем бассейне плавали люди, разбрызгивая воду, окутанные парами. Маргарет не нравилась перспектива оказаться в воде, в которой уже побывала большая часть дворцовых служащих. Там, совершенно не стесняясь, окунались и мужчины, и женщины, бросая друг на друга пренебрежительные взгляды. Маргарет попросила принести ей чан с тёплой водой и железное блюдце, напоминающее пиалу. Здесь в отдалении ей было спокойнее придаваться удручающим мыслям. Прочитанные ночью обвинительные приговоры, рассказы Гаюса о Великой Чистке и собственная вина перед королём заставляли её всё больше и больше желать растворится в парах, пропитанных такими же тягучими человеческими мыслями. Проведя всю ночь за пыльными бумагами, Маргарет не могла пойти куда-то кроме терм. Хотя она и не знала, что пытается с себя смыть: пыль и усталость бессонной ночи или страхи.

— Кольца у космического друга нет. — Словно призрак появилась из тумана Алиса, загораживая обзор на бассейн. Маргарет проморгалась, чтобы сфокусироваться на подруге и даже слегка удивилась её появлению. Алиса уже была одета, а спутанные и собранные в пучок волосы почти высохли.

— Что ты сказала? — проговорила Маргарет, чувствуя, как ей нравится собственный голос.

— Король. Я была у него сегодня ночью. Убаюкала и осмотрелась. Ничего для нас важного. — Алиса небрежно повела плечом. — Если не считать коллекции корон в шкафу. — В памяти всплыла целая полка, где было около десятка железных и не только обручей, разной степени помпезности и богатства.

Маргарет словно очнулась. Где она была? Резко выпрямившись, прищурилась, чтобы лучше рассмотреть подругу. Её пальцы начали постукивать по железной пиале.

— Тебе не стоит волноваться за меня. Король был максимально осторожен и галантен, — с легкой улыбкой добавила Алиса, в ответ на что Маргарет залилась кашлем и расплескала воду. — Эти приступы кашля становятся всё страшнее. Давай я вскипячу тебе молока. Знаю, ты не особо его любишь, но это лучшее из народной медицины, на что ты можешь согласиться.

— Давай. — Смерив Алису взглядом, Маргарет немного отклонилась назад. Их общие с Гаюсом (и не только) старания пошли прахом. После проведённой совместной ночи король снова захочет жениться, а Артур задушит их подушкой. Нужно было что-то предпринимать. — Боже Правый, ты спала с королём Камелота.

— Что? Нет, — фыркнула Алиса на предположение подруги. На всякий случай обернувшись, добавила: — я делала ему массаж.

О том, что она рассматривала упомянутый вариант, говорит не стоило. Чего Маргарет не знает, то ей не повредит. Краем сознания Алиса всё же надеялась, что Утер, узнав правду… Нет. Она прикрыла глаза. Необоснованное спокойствие полностью окутало еë ещё утром, стоило покинуть спальню короля. Только было ли это затишье перед бурей или сулило удачу, Алиса не могла разобрать. Во всяком случае, всë сейчас было в руках лорда Грегори. И они никак не могли на него повлиять. Ответ подруги Маргарет не успокоил, неизвестно, какие выводы из этого поступка сделает мужчина из пятого века. Она впервые поняла, что боится Артура даже больше, чем Утера, молодой принц может и не пойдёт против отца открыто, но уверенная в себе и своей правоте Моргана, которую принц уже успел накрутить, вполне может начать действовать весьма радикально.

— В общем, хотела тебя предупредить, что раз уж замок пуст, то может… — Алиса слегка прищурилась, поднимая взгляд наверх. Ей становилось жарко и неуютно в одежде. — Может кольца в нём ещё нет? Может оно должно прибыть с каким-нибудь торговцем?

— Нет, Мерлин точно сказал… — Маргарет вылила на себя остаток уже остывшей воды. Алиса проследила, как прозрачные струйки побежали от чёрных волос вниз, к худощавым бледным плечам, а потом ещё ниже, к груди, завёрнутой в ткань на манер банного полотенца. — Может это был не Мерлин. Может быть ты права. Я постараюсь получить доступ в сокровищницу, нужно только чтобы Утер начал больше мне доверять. Или дал соответствующие поручение.

Алиса сглотнула образовавшийся в горле тягучий ком и, очнувшись от мыслей, ещё раз взглянула на Риту. Ей так хотелось, чтобы этот разговор проходил в другом месте. Кто-то из посетителей с возгласом упал в общий бассейн, видимо поскользнувшись. Другие тут же сбежались к месту происшествия, а некоторые просто удивлённо уставились на толпу. Воспользовавшись моментом, Маргарет кивнула на стопку своих вещей.

— Я нашла кое-что твоё в коридоре. О чём ты думала? Если бы принц или, ещё хуже, Яков увидели бы?

— О! Мой скетчбук. А я и забыла о нём. — Алиса спокойной подошла к скамейке и выудила его из складок платья. Влажность терм никак не повлияла на него. Не успела. — Думаю, нет в нём ничего страшного.

— Ты нарисовала Артура, который целует Мерлина, это опасно! — Маргарет снова закашлялась.

— Человечки нарисованы абстрактно, никто ничего не докажет. — улыбнулась Алиса. — К тому же, кухонные слухи активно сватают принцу тебя.

После чего девушка сообщила, что идёт с Мерлином на рынок (захватив пару монет из их бюджета) и попрощавшись вышла, оставив Риту одну. Идея о том, что кольца нет в замке, подтолкнула на мысль, что его надо найти в городе, купить, принести и оставить в подвалах Камелота. Хотя очень хотелось бы никогда больше его не видеть… Маргарет снова облокотилось на тёплую стену, пар помогал дышать и сглаживал приступы кашля. Не зная, правда ли сказанное Алисой о слухах, она только улыбнулась, окуная пальцы в тёплую воду. Только романа с принцем ей и не хватало, с принцем, который её ненавидит. Какой устаревший штамп.

***

Когда лорд Грегори должен был предстать перед королём, в зале собралось очень много людей. Утер организовал целую процессию для такого события. Стража у дверей, внутри и снаружи, придворные министры и старшие слуги толпились у левой стены, перешёптываясь. Чуть ближе к центру — Гвен и леди Амелия, они держались спокойно, изредка обмениваясь короткими фразами. С правой стороны от трона Артур и Моргана, как подобает царственным особам, выглядели гордо и спокойно. Всем своим видом старались не проявить волнения. Эгрейн как обычно в обнимку с бумагой и пером сидел в стороне, готовясь записывать. И только король не мог спокойно усидеть на троне. Кажется, он из последних сил сдерживался от того, чтобы не вскочить и не крикнуть: «Да где его черти носят?». Пальцы короля стучали по подлокотнику и от каждой минуты ожидания всё громче.

Наконец двери распахнулись, Утер чуть ли не подскочил от восторга. На самом деле, он выпрямился и свел брови в ожидании. Всё стихло. В зал уверенной походкой вошло несколько человек, большую часть из которых никто раньше не видел. Все они выглядели очень помятыми и замученными, с отросшими бородами и в потёртых плащах. Утер с трудом узнал Грегори, бородатого, с взъерошенными волосами и в окружении такого же вида мужчин. Единственный, кого не коснулось путешествие, это Квинт, он совсем не изменился, занимаясь землями лорда в его отсутствии. Начальник стражи вёл под руку женщину, голову которой покрывало плотное белое покрывало, как праздничный подарок. Грегори вышел вперёд, но остановился на довольно большом расстоянии от короля. Все откинули назад плащи и опустились в поклоне, а лорд ниже всех, на одно колено. Утер взмахнул рукой, чтобы они не затягивали и… представление началось!

— Вы вернулись быстро, лорд Грегори. — Утер нетерпеливо подался вперёд. — Я не получил ни единого письма, кроме известия о приезде, и жду развёрнутого рассказа.

— Простите, что не отправил новостей, Ваше Величество. — Голос лорда звучал смиренно и ровно. — Мне казалось правильным сообщить всё лично. Но прежде, Ваше Величество, позвольте мне кое-что сделать.

— Если это не займёт много времени.

Моргана вздрогнула, когда Грегори вынул меч из ножен, его взгляд полон решимости. Стража выступила вперёд, готовясь защищать короля, но Утер даже не моргнул. Грегори медленно опустил меч на раскрытую ладонь, потом так же медленно положил его на пол. Остриём в сторону. Смиренно опустил голову. Король приподнял правую бровь. Артур медленно выдохнул, когда Грегори начал просить короля о прощении, за высказанное на пиру и продолжил на латыни. Текст вассальной присяги, как потом записал на полях Эгрейн, её ещё называют «вечной». Дождавшись, пока Грегори замолчит, Утер выдержал паузу. Он смотрел на него из-под бровей, словно сомневаясь, прощать или нет. Он хотел произвести впечатление, дать всем понервничать. А потом встал на ноги и, подойдя к лорду, поднял его меч. Он крутил оружие в руках, смотрел, как натёртый металл отражает свет. Наконец король усмехнулся и, хлопнув Грегори по плечу, разрешил ему подняться, вручая меч. Лица Грегори и Утера озарились улыбками, и они, как старые друзья, обнялись.

— Позвольте представить, Ваше Величество. — Грегори протянул руку и из толпы моряков вышел грузный священник в простой рясе, подпоясанный обычной верёвкой. — Брат Тук, я взял его с собой, чтобы он молился за нас богам новой религии.

«Богу,» — мысленно поправляет его Тук. По залу прокатывается волна шепота, все знали, что Грегори язычник, но тихий. Не кричит, не протестует и не мешает делам короля. А теперь оказывается, что и на помощь новой религии тоже уповает. Сидеть на двух стульях неправильно, но Утера это не слишком смущало, он жаждал подробного отчёта. Поэтому, вернувшись на трон, он потребовал выложить всё, иногда посматривая в сторону женщины под покрывалом. Наверное, её оставят на «сладкое».

И начал Грегори издалека. Сначала поведал, как договаривался с лордом Каноном о праве воспользоваться портом, ведь давно известно, что тамошний наместник не жалует других лордов. Потом в подробностях рассказал, как подбирал команду, расписав достоинства и заслуги каждого, кто стоял у него за спиной. От одноглазого бывалого мореплавателя до мальчишки, что первый раз вышел в море и тут же обнаружил у себя морскую болезнь. Дальше пошли более увлекательные рассказы, про острова на которых и в водах вокруг можно было встретить невиданных существ.

— Ужасный чудовищный зверь, Ваше Величество, — проговорил хмурый моряк, что по рассказам лорда направлял судно. — У него было голов… пять раз по двадцать.

— Я пал на колени, — подхватил брат Тук, говоря куда менее эмоционально, — принялся смиренно молиться. И тогда буря утихла, и зверь пропал в глубинах.

— И я молился, Ваше Величество, — добавил Грегори. — Но просил иных богов, дабы они даровали покой великому владельцу морей.

Утер увлечённо кивал, а Грегори пошел дальше. История о том, как одиннадцать суток ветер гнал судно, и они не могли повлиять на его ход, а потому рисковали сбиться с курса, произвела особенное впечатление. С трудом вернувшись «на путь истинный» не без молитв Тука, экспедиция обнаружила, что заканчивается провизия и началась страшная экономия. Со слов Грегори, он сам брал себе в три раза меньше чем обычно, брат Тук объявил о том, что это удачное время для поста и все, кто придерживался Римской религии последовали его примеру, ограничиваясь малым. Остальное же делилось между теми, кто поститься не пожелал или не мог. Так прошли ещё несколько недель, позже наступил голод. Кривясь от «болезненных воспоминаний», молодой мальчик рассказывал, как его обуревали страшные мысли прибегнуть к убийству и добыть пропитание столь ужасным путём. Однако доблестный пример лорда Грегори помог всем удержать лицо и, как сказал брат Тук: «Не пасть во грехе».

И вот теперь, когда публика было достаточно «разогрета», Грегори с загадочным видом приступил к самому главному. Цинтра. Загадочная, непонятная и такая интригующая.

— Нас встретили радушно. Если это слово применимо к варварам, что ныне владеют землями. — Грегори развёл руками, усмехнувшись. — По крайней мере, нас не убили. Даже позволили пополнить припасы за привезённое золото. Мне пришлось заранее снять знамёна и представиться свободным путешественником. Однако задерживаться там не хотелось.

— Вы узнали что-то ещё? — уточнил Утер, ему хотелось подробностей.

И Грегори рассыпался красочными описаниями сожжённых и разрушенных городов. Прекрасных затоптанных садов, в которых всё ещё висят яблоки, дичающие с каждым годом. Он описал, как ходил по руинам сгоревших домов, как видел беднеющих и просящих на улице милостыню людей, в потрёпанной и рваной одежде, что раньше явно была признаком достатка. Брат Тук добавил, что молился с этими бедняками и провёл для желающих исповедь, чтобы укрепить их дух во время жизни под гнётом завоевателей. Самих завоевателей они описали ещё ужаснее. Это люди, что ходят наполовину раздетые, тела мужчин покрывают шрамы от битв, и они устраивают прилюдные драки прямо в бывших резиденциях королей, чтобы определить самого сильного. Они держат благородных женщин в рабстве, заставляя прислуживать своим жёнам и сестрам, которые каждый день унижают их.

— Бывало некоторых скармливали собакам. — Грегори видел, как бледнело лицо леди Морганы и потому поторопился сказать, взмахнув рукой в сторону дамы под покрывалом. — Мне пришлось спасти одну из таких несчастных. Главарь тех дикарей подарил мне её ради состязания: она против его пленницы. Но я отказался, отдал почти целый сундук серебра и выкупил красавицу. Посмотрите. — Лорд быстро сдёрнул ткань с Авиллы, и та, робко взглянув на Утера, тут же опустила глаза. — Я мог спасти одну жизнь и сделал так, чтобы мне это удалось.

— И, если Ваше Величество, позволит. — Брат Тук забрал из рук одного из членов экипажа небольшой деревянный сундук, по виду переживший многое и поставил перед троном. Под крышкой пряталось несколько вещей. Специфические монеты вроде тех, что показывала леди Маргарет, такие же ровные и тонко сделанные, закрывающееся разбитое зеркальце, чтобы впечатляло своим размером и чистотой изображения. И прочие мелочи, что казались королю и всем приближённым крайне странными. По словам Тука, эти вещи отдали ему люди, с которыми он молился, и монах счёл их чудесами, достойными внимания короля.

Молчаливая девушка с потрёпанными волосами и зеркальце с монетками, конечно, удивляли, но Утер хотел большего. Его интересовало самое главное. Остались ли там мастера способные создавать подобную красоту и возможно ли взять эти земли силой. Он уже понял, что нужно больше провизии и солдат, понял, что путь занимает много времени, но даже если нельзя завоевать, можно ли поехать туда и забрать всех этих умельцев? Камелоту тоже нужны монеты такой идеальной формы. Услышав вопрос, Грегори на мгновение растерялся. Он забыл о военных планах Утера, слишком сильно ударился в экспозицию. Однако нашелся он почти сразу.

— Ваше Величество, у меня было не так много времени, но я понял, что эти люди сильны и многочисленны, они подавили великое королевство, судя по тому, что я видел… Я думаю, нам нужна серьёзная подготовка. Мои люди устали, они хотят отдохнуть, выпить и провести время на родной земле с удовольствием.

— Понимаю. — Утер слегка прокашлялся. — Мы обсудим с вами военный вопрос позже. Комнаты для вас подготовили и нужно достойно встретить героев… — Он улыбнулся как-то неправдоподобно. — Пышным застольем. Як… Амелия, дорогая.

Грегори обернулся и увидел девушку, шагнувшую из ряда прислуг. В его голове всплыло воспоминание о венке из плюща. Да, именно она принесла его, венок сплетёнными леди Маргарет. Значит, Амелия. Странно, она выглядит не как служанка, почему же стоит со слугами?

— Проводи нашу новую гостью в комнату леди Алисы и леди Маргарет, они быстрее помогут ей освоиться.

— Да, Ваше Величество, — проговорила Амелия, выпрямилась и прошла мимо Грегори с гордо поднятой головой. От неё пахло цветами, очень сильно, словно она искупалась в маслах. Грегори ухмыльнулся и, заметив эту ухмылку, Амелия поторопилась отвести от мужчины взгляд. Честно сказать, он пугал её своим видом: неаккуратная борода, грязные волосы, синяки под глазами… Будь она одна, закричала бы.

Осторожно взяв подрагивающую в смущении девушку под руки, она потянула её в сторону двери. Грегори одобрительно кивнул, и Авилла, послушавшись, поплелась следом. Они договорились, что за свою роль дочь хозяина таверны получит денежное вознаграждение и работу при дворе. Так что противиться было явно не в её интересах.

— Могу я сказать о дальновидности Вашего Величества? — Грегори улыбнулся. — Леди Алисе и леди Маргарет было бы сложно слушать о родных землях. И всё же, что я могу им сообщить, если они спросят?

— Всё, — Утер не стеснялся. — Леди Маргарет была больна вчера, а леди Алиса… я решил не беспокоить их. Теперь, Грегори Ашдаун, я хочу выразить вам свою благодарность. Рад, что вы вернулись в добром здравии.

— Я буду молиться за Ваше Величество, — голос брата Тука пролился мёдом.

***

Рынок давно кипел жизнью и работой. Обычные лавочники, что собирались каждый раз в установленные дни недели, теперь делили место на площади с прибывшими. Множество тележек пестрили своим товаром, а громогласные зазывалы перечисляли лучшие качества своего товара и почему лучше брать именно у них, а не у кого-то другого. Меж толпы ходили люди с деревянными подносами на крепких верёвках. Они предлагали свежевыпеченный сладкий хлеб в качестве перекуса. Звонкие голоса женщин, споривших о цене, скрип повозок и звериный запах заполнили площадь за стенами замка. Всё было похоже на далёкое воспоминание из детства, когда маленькая Алиса ходила с бабушкой в Центр. Утренний жар, оранжевые лучи окрашивающие всё вокруг, волны дорожной пыли и машины с продуктами. Алиса оглянулась на Мерлина. Парень остановился у каменного забора и что-то искал в сумке. Мимо прошли два зажиточных городских жителя в синих рубахах, подпоясанных кожаными ремнями узорной выделки. Окинув их компанию оценивающим взглядом, мужчины, тихо перешёптываясь, удалились. Неприятный осадок от такого простого действия заставил Алису шагнуть ближе к Мерлину и ниже натянуть платок. Если кухонные сплетни она не замечала, то такое внимание быстро всколыхнули воспоминания о синяках на шее Риты. Перебрав всё содержимое сумки и выудив свёрнутый пергамент, Мерлин облегчённо улыбнулся. Список ингредиентов на месте.

— Итак, начнём твоё знакомство с травами.

Задорно поправив растрепавшуюся чёлку, парень указал на деревянные лавочки. Людей было напорядок больше, чем в любой другой день. Мерлин объяснил это тем, что на главный рынок приходят не только местные жители и слуги замка. Последних обычно посылают свои хозяева к проверенным торговцам за необходимыми товарами. Редко кто из титулованных особ снисходит до личного появления. Если только не пойдёт слух о каком-то новом и уважаемом торговце, однако и тут им сложно угодить.

Люди с соседних деревень и селений собирались сюда за несколько дней. Причины у всех могли быть разными: начиная с продажи и заканчивая удачей в поиске работы. А приезд торговцев с других городов лишь расширял их возможности, ведь там их никто не знал, а значит больше шансов заработать себе нужную репутацию. Если, конечно, в прошлый раз ты не стал объектом слухов и громких ссор. Иногда, чтобы вход на городской рынок для тебя закрыли, достаточно лишь продать громкой женщине подпорченный товар. И прощай крупная выручка.

Пробираясь сквозь образовавшуюся толпу людей, Мерлин высматривал кого-то. Алиса следовала за ним, вцепившись в сумку. Такой контакт морально успокаивал её, не давал потеряться и был вполне приличен. По крайней мере, Алиса на это надеялась. Мимо них, держа впереди плетёную корзину, прошла беременная женщина, чей срок уже подходил. Так грузно и медленно она передвигалась. За её юбку цеплялось трое погодок в одних рубахах. Все вымазанные в дорожной пыли, они обсасывали свои пальцы, рассматривая корзины с овощами, орехами и кореньями.

— Смотри, куда идёшь! — взревел кто-то прямо над ухом у Алисы. Обернувшись, она увидела, как один из приезжих торговцев толкнул исхудавшего старика. Тот явно пришёл с нижнего города. Одежда его давно потеряла цвет и местами имела бурые пятна вперемешку с дырами. Старик рухнул на дорогу спиной назад. Громко охнув и залившись кашлем, он не спешил вставать. Толпа быстро отошла от него, образуя круг.

Алиса лишь успела набрать побольше воздуха в лёгкие, когда её дёрнули назад. Мерлин завёл девушку к себе за спину, не давая влезть в конфликт и вручая свою сумку.

— Это очень грубо, — голос Мерлина не перекрыл гомон толпы, но был достаточно громок, чтобы стоящие рядом его слышали.

— Не будет лезть под руку, — вновь пробасил крупный мужчина, смотря на вступившегося парня сверху вниз. Крупный, широкоплечий, он производил впечатление человека, что не боится путешествовать в одиночку и это всем разбойникам стоит опасаться. Мощный, ассоциирующийся с породистым быком, он внушал уважение. А ровно подстриженная медная борода с усами придавали ему воинственный вид. Он явно чувствовал себя правым. Несколько человек стоявших рядом обернулись. Склоки на ярмарках были отдельным видом развлечений, и никто не хотел упустить такую возможность посмотреть на неё из первого ряда.

— Здесь такая давка, это могло выйти случайно.

— Мне всё равно как это вышло. Товар должен быть целым, а этот … — Торговец скривил верхнюю губу в отвращении и произнёс что-то, что Алиса совсем не могла понять. Вероятно какое-то иностранное слово. — Мне его чуть не испортил.

— Давайте помогу. — Мерлин присел рядом со стариком, ухватывая того под локоть. Лезть в спор парню не хотелось, делу бы не помогло.

— Но не испортил ведь! — Не выдержав, вставила своё слово Алиса, делая шаг вперёд. Толпа сразу же перевела на неё всё внимание. Торговец вновь скривился и закатил глаза, бранясь.

— Лишь потому что я бдительно его охранял! — Покупатели одобрительно загудели и не упустили возможности упрекнуть невесть что возомнившую девицу. Мол, она ничего не понимает, молодая, глупая, куда бабе разбираться в таких вещах.

— Лис, не надо. — Мерлин отрицательно покачал головой, прекрасно видя, как та начинает злиться сильней. Алиса недовольно засопела, прожигая взглядом торговца и окружающих. Базар он и в Африке базар.

Не подогревая скандал, Мерлин довёл старика до менее кишащего людьми уголка и убедился, что тот в порядке. Когда они отошли на приличное расстояние, парень вновь покосился в сторону торговца. Конечно, никому сообщать из присутствующих он не стал, но пока «бык» хвастался своими талантами в защите, какой-то ловкий мальчишка стащил у того пару бокалов. Посчитав это мгновенной расплатой, Мерлин бросил коротенькое заклинание в спину торговцу. Ничего страшного, но какое-то время у того будут ныть кисти словно у пойманного воришки. Подумав о безопасности, прикрылся списком ингредиентов, делая вид, что о чём-то задумался. Короткое мгновение, которое никто не увидел.

— Эти жёлтые цветы, Арника. — Мерлин указал на вещевой мешочек за спиной одного лавочника, мимо которого они проходили, отвлекая Алису от мрачных мыслей. — Настой из этого цветка обезболивающий. Останавливает кровь и снимает воспаление, а также хорошо помогает заживлять раны.

— Это им Гаюс обрабатывал раны пострадавшим в пожаре? — Алиса была рада отвлечься, а затронутая Мерлином тема к тому же была полезной.

— Не совсем. Ромашка более востребована, как и настойка на коре дуба. — Складывая руки на животе, как это делает Гаюс, парень со знающим видом косился на выставленный товар. — Сейчас уже не сезон её собирать. Она недавно отцвела, и все разбирающие в лечебных настоях, подготовили запас. Потому её так мало. В зиму она неожиданно появится и стоить будет втридорога.

Алиса деловито кивнула, сдерживая улыбку. Наблюдать за Мерлином и сохранять невозмутимый вид было сложно. Казалось, этот парень мог расположить к себе кого угодно.

— А это чертополох. — Элегантно махнув рукой, имитируя повадки кого-то со двора, Мерлин оглянулся, всматриваясь.

— Его я знаю. Вредная колючка, хоть и красивая.

— Защищающая от дурманящего зелья. — Парень быстро обернулся и, идя спиной вперёд, дразняще покачал головой, словно игрушка-головотряс на торпеде машины.

— Это ты так эль и вино назвал?

Они вдвоём рассмеялись. Алиса пообещала запомнить эти уроки и возможно даже написать конспект. На что Мерлин с мудростью учителя попросил принести его в последний день лета.

— Это Эррол! — воскликнул маг, бросаясь вперёд. — Гаюс настаивал, чтобы я заглянул к нему самым первым.

— Что? Где? — Не представляя, о ком он говорит, девушка метнулась следом, вновь уцепившись за сумку.

— Он блуждающий торговец, лишь раз приходящий в Камелот.

Ловко обходя толпу и протискиваясь между вставшими посередине телегами, объяснял Мерлин свою стремительность. Алисе пришлось отпустить сумку, чтобы подхватить подол, цепляющийся за плетёные корзины. К своему несчастью, она за магом не поспевала, постоянно натыкаясь на людей.

— Дорога с гор трудная, но соцветия, что он продаёт, того стоят. Гаюс как-то посылал меня на встречу за ними. Специально выпросив у Артура несколько дней. Это был не самый лучший мой поход. Я весь вымок под дождём и замёрз там!

— Мерлин, подожди! — уперевшись в вереницу ослов (Да вы шутите!) с грузами, окрикнула девушка, пытаясь не упустить его куртку в толпе.

Темная макушка мелькнула где-то слева и исчезла в толпе. Голос поглотил шум людей. Алиса попыталась протиснутся меж упрямыми животными, но те ни в какую не пропускали, мотая головами и громко крича. Хозяин вереницы, богато разодетый мавр (разумеется, кто ещё мог вести столько животных?), лишь грозно смотрел на пятерых своих слуг, что уговаривали и подталкивали животных к движению вперёд. Мимо пробежала группа мальчишек с палками, звонко улюлюкая, заставляя разойтись людей. Они гнали мальчика помладше. Справа громко воскликнула женщина, посылая неразборчивые из-за отсутствия пары передних зубов, ругательства в их сторону. Алиса отпрянула от них, заламывая пальцы и вновь всматриваясь в толпу впереди.

— Лис. — Вынырнувший словно из ниоткуда Мерлин заставил девушку подпрыгнуть на месте и схватиться за сердце. — Извини, но это правда очень важно. Постой тут и не теряйся, я сейчас, всего пару минут.

— Пару минут, — отдышавшись, кивнула Алиса. — Я буду… — Быстро осмотревшись и заметив в окошке из очереди лавку с свежевыпеченным хлебом. — Вот там.

— Леди Алиса, хоть иногда покидайте кухню. — получив болезненный тычок в бок, рассмеялся Мерлин. — Туда и обратно.

Пробраться к лавке у белокаменного дома было затруднительно хотя бы из-за кишащих возле неë людей. Как только пекарь выходил на улицу, толпа с жадностью рассматривала его подносы. А там было на что посмотреть. Это Алиса поняла, когда ей наконец-то удалось протиснуться между двух крупных мужчин с засаленными рукавами рубашек. Они косо посмотрели на неë, но ни слова не сказали. Впервые в Камелоте она увидела булочки с шапкой из крема или помадки, украшенными сверху дроблёным орехом. Девушка не поверила своим глазам. Разве сахар уже изобрели? А если нет, то, из чего это сделано? Дверь перед прилавком распахнулась, и на улицу вышел подросток с подносом горячей выпечки.

Из дома крикнул, судя по голосу, молодой парень, что «это последний из заказа и на сегодня всё», но толпа расходиться не собиралась, продолжая рассматривать сладкое угощение. Поставив поднос на скамейку у стены, подросток, засучив рукава, стал складывать принесённое в большую корзину, разделяя слои тканью. Мужчины с двух сторон засуетились, обходя всех, пробираясь за прилавок. Когда более плотное полотенце было накрыто плетёной крышкой, они, ухватившись за ручки, понесли в сторону замка. Решив для себя, что если она не увидит их сегодня хотя бы на кухне, то местная знать присвоила булочки себе. Интересно, а король в курсе такого произвола со стороны дворцовых? Осмотрев прилавок, Алиса не могла не признать мастерство пекарей. В сложных формах теста угадывались птички, рыбки, лошадки, козы и даже пару человечков. Были и обычные калачи, плетёнки, булки да косички с травами. Нет ничего удивительного, что такой товар пользовался спросом. Впрочем, и цена так же имела зубы. За пару таких птичек один из зажиточных граждан города отдал две серебряные монеты жилистому продавцу.

Алиса потянулась к краю, что был к ней ближе всего в желании рассмотреть объёмного журавлика, как вдруг из-под стола появилась маленькая ручка, схватила птичку и юркнула обратно. Девушка тут же присела и оказалась лицом к лицу с светловолосым ребёнком. Малыш в испуге уставился на неё голубыми глазёнками, но не издал ни звука. Он не был похож на обычного сельского мальчика, хоть и одет так же. Он казался чище и светлее и дело было вовсе не в отсутствии грязи на нём. Отчего-то Алиса почувствовала доверие к малышу, что теплом разлилось по всему телу. Мальчик смешно проморгался, понимая, что ему ничего не грозит от незнакомки. Алиса тихо посмеялась.

— Эй! — сильная рука схватила малыша и вытащила из-под стола. Алиса последовала за ним. Внутри всё перевернулось, сменяя тепло на клокочущий жар. Кто вообще посмел так ребёнка хватать?!

— Осторожней!

— Лучше за детьми следи, мать, — поднимая за шиворот мальчика, пробасил продавец забирая птицу. Из дома вышел парень, чьи черты лица схожи с поймавшим их мужчиной, упирая руки в бока. Вероятно, он приходится ему сыном.

Продавец грозно уставился на Алису своими бесцветными глазами. Густые серые брови были сведены, а морщины под глазами глубокими бороздами рассекали кожу. Весь вид не располагал к любезному разрешению проблемы. Видимо это не первый воришка за сегодня. Мальчик тихо захныкал, пытаясь вывернуться и ослабить натяжение рубашки на шею. Количество зевак, как и в прошлый раз, возросло на десяток. Можно подумать, скандалы — это единственное развлечение в тёмном средневековье!

— Это не мой ребёнок, — сразу прояснила Алиса, сжимая кулаки. Вид барахтающегося в воздухе ребёнка распалял ещё больше. Вот только, что она может противопоставить мужчине. Ещё слухов в городе ей не хватало!

— Тогда за воровство он получит пару хороших розг! — Мальчик испуганно сжался, его глаза заслезились.

— Не смей! — на грани рыка выкрикнула Алиса, не вытерпев, высвобождая мальчика из рук продавца и заводя за себя. Шмыгая носом, он уткнулся ей в бедро, пряча лицо в складках юбки.

— Ты ж ему никто, а я просто так товар раздавать не стану! — крикнул в ответ мужчина. И как неприятно признавать, но он был абсолютно прав. Толпа одобрительно загудела.

— Значит, я заплачу. Цена?

— Либра. Серебряная. — Протянул раскрытую ладонь вперёд продавец, выручка его интересовала больше. Сжав зубы и не сводя взгляда с мужчины, Алиса вытащила из мешочка серебряную монетку. Заполучив деньги, он вручил ей птичку. Покинули они эту лавку в спешке. Алиса просто молча вручила булочку ребёнку и, беря его за руку, растолкала собравшихся, освобождая им путь.

Энн, прикрываясь платком, проводила взглядом леди Алису. Реакция её удивляла. Прикидывать, кем приходится ей этот ребёнок, уже не имело никакого смысла. Ах, какие слухи могли бы пойти, происходи леди родом из Камелота. Огорчённо вздохнув, кухарка обратила своё внимание на сына продавца. В ответ он приподнял брови, осматривая девушку. Энн горделиво улыбнулась, приподнимая подбородок, и сделала вид, что придирчиво рассматривает товар. Оба знали, что выпечка здесь лучшая, но парень принял условия игры. Отряхивая руки, он подошел ближе к прилавку.

«Боги услышали мою мольбу. Часть 2»

В сторону выхода из города толкучки куда меньше, а воздух не пестрит оттенками приправ, запахом рыбы, людей и животных. Зашедшим сюда открывалась другая часть рынка. Здесь велись торги за домашний скот, породистых щенков и лошадей. Последние привлекали больше всего внимания.

Крепко держа за руку семенящего рядом мальчика, Алиса приводила чувства в порядок. То, как здесь относились к детям, она наблюдала не в первый раз. За свою не большую часть жизни они уже выполняли взрослую работу. И любая ошибка несла за собой такое же «взрослое» соответствующее наказание. Многие работали наравне с мужчинами. Всё это не могло уложиться в голове девушки. Да, это совершенно другое время, другие приоритеты, но… Как можно было так поднять ребёнка, он почти задыхался! Мальчик запнулся и повис на её руке. Только сейчас Алиса очнулась и остановилась. Всё же, она не знала даже имени малыша и где он живёт. За весь их короткий путь он не произнёс ни слова, но оглядывался. Кипевший внутри Алисы гнев отступил.

— Прости. — Ласково обратилась она, помогая ровно встать ребёнку на ноги. — Я не хотела напугать тебя или навредить.

Мальчик потупил взгляд, поджимая губы и пиная дорожную пыль. Он не боялся, вовсе нет. Алисе показалось, что он просто стесняется. Новый прилив тепла заставил её улыбнуться и протянуть для знакомства вторую руку.

— Меня зовут Алиса. А твоё имя?

Не поднимая головы и пряча улыбку за своей длинной кудрявой чёлкой, мальчик ухватился за пару пальцев и деловито сжал их, не отпуская своего журавлика.

— Анантзначение: поток. — тихо представился он и вновь оглянулся в сторону главного рынка.

— Очень приятно с тобой познакомиться, Анант. Ты здесь один? — мальчик отрицательно замотал головой. Его кудри лёгкими колечками взлетели в воздух, переливаясь золотом на свету. — Хорошо. Ты с родителями? — получив подтверждение, Алиса продолжила. — Давай я отведу тебя к ним. Где вы были в последний раз вместе?

Анант вытянул руку с журавликом, указывая на толпу у самых ворот. Там шли активные торги за серого в яблоко коня. Алиса обречённо вздохнула, но тут же подарила улыбку малышу. Бросать она его не собиралась, а если жизнь так активно хочет, чтобы она сталкивалась с громогласной и малообразованной толпой, то придётся отращивать зубы на опыте. Внезапно для себя, Алиса поняла, что замок, в целом, не так уж и плох. По крайней мере там у неё было заметное преимущество. И возможно, она была не права в своих ранних суждениях.

Проходя мимо людей, собирающихся небольшими группами у временных загонов для животных, Алиса почувствовала, как кто-то схватил её за вторую руку. Обернувшись, она в изумлении остановилась. На неё голубыми глазами смотрела точная копия Ананта. Перекинутый через плечо посеревший мешок был чем-то заполнен, а малыш спокойно грыз розоватое яблоко. Этот ребёнок не только не боится её, но и полностью доверяет, словно родителю. Не поверив своим глазам, девушка обернулась на Ананта. Он с детским непониманием смотрел на неё в ответ. Алиса почти уловила этот вопросительный укор: «Неужели ты забыла, что нас двое?»

Близнецы. Пробежавшие по коже мурашки острыми иглами вонзились в кончики пальцев, сердце сделало кульбит, а в глазах резко потемнело. Теперь уже мальчикам пришлось поддерживать резко осевшую на месте Алису. Отгоняя мрак перед глазами, девушка поставила перед собой детей, желая убедиться, что зрение её не подводит. Рост, волосы, глаза… Алиса погладила их по головам, пропуская сквозь пальцы светлые локоны. Глаза наполнились влагой, а в груди что-то защемило, завыло так тоскливо и протяжно, что в пору падать и рыдать. И чёрт возьми, она почти готова была это сделать, если бы дети вдруг не сговариваясь обняли её. Слёзы неконтролируемым потоком полились из широко открытых глаз. Близнецы пахли солнцем, травами и сладостью.

— Айлийс, не плач. — голос Ананта полностью обволок всех троих, заглушая шум людей, оставляя свист ветра, далёкое пение птиц и звон воды.

Еле слышный шёпот на неизвестном языке гулким эхом отозвался в голове. Пространство поплыло сильнее, прогибаясь и меняясь, словно волны переливаемого вязкого мёда. Алиса зажмурилась и проморгалась, стараясь прогнать видение. Она сильнее прижала к себе детей. Певучий шёпот приближался.

— Не бойся, я не причиню вреда. — низко произнёс неизвестный где-то перед ними.

Словно почувствовав кого-то в пустоте, дети обернулись. Неизвестный вновь запел, прогоняя из тела тяжесть и съедающую тоску, словно ветер пух.

— Боги услышали мою мольбу и послали знаменье. — рябь пропала и перед девушкой возник мужчина с длинными золотистыми кудрями. Синие глаза наполнены надеждой и восхищением, а руки распростёрты. Близнецы радостно бросились к опустившемуся на колено мужчине, повисая. Отец обнял сыновей, не сводя благодарного взгляда с Алисы. Их разделяло всего пару шагов.

— Сколько раз я говорил вам не делать ничего одним, Таранисзначение: гром? — осмотрев с ног до головы близнецов, обратился мужчина ко второму ребёнку. Таранис склонил голову и повёл плечом, не желая отвечать. — Больше так не делайте.

Мальчики молча кивнули, поджимая губы. Таранис снял с себя сумку и передал отцу, а Анант начал говорить тем самым детским тихим шёпотом, когда ребёнку кажется, что его никто больше не слышит. Впрочем, о чём шла речь, Алиса могла лишь догадываться. Он перешёл на «певучий язык». Вскоре к брату присоединился и близнец. Увлекшись, они уже говорили в полный голос иногда произнося древние слова синхронно. Выслушав их, мужчина кивнул и поднялся. Близнецы отошли в сторону, исчезая в тени дома. Алиса огляделась. Они были всё на том же месте, за исключением того, что вокруг них не было никого. Ни животного, ни человека, а солнце стояло ровно в том же положении, что и минутами ранее, когда в городе кипела жизнь.

— Я Алан** — Сокращая между собой и Алисой расстояние, протянул руку мужчина. Представившись и ответив на рукопожатие, девушка вопросительно обвела взглядом дорогу. — Я спрятал нас. Лишние глаза нам ни к чему.

— Знаешь… — мужчина смотрел тепло и открыто, словно знал её. — Я не был уверен, что принял верное решение, но теперь, — Алан закусил нижнюю губу и расплываясь в улыбке. Его глаза заблестели от влаги. — Спасибо.

В любой другой ситуации, Алиса могла бы посмеяться с того, что сейчас происходило. Перед ней маг-колдун, что открыто использует своё мастерство. Совершенно не боясь последствий. Откуда он может знать, что она не выдаст, что не закричит и не укажет на него как на прокажённого страже? А может и донесёт самому ярому ненавистнику магии? Да даже если и не она, то толпа могла видеть девушку с детьми, что растворились в воздухе. Не мог же он отвлечь всех. Или мог? К тому же, кому в голову могло прийти такое сравнение её со знаменьем. Смех, да и только. Но сейчас, находясь здесь с, очевидно, бесстрашным колдуном, она разделяла его радость. Его надежду на будущее, что оно есть, что все принятые решения не были пусты. Откуда она могла это знать, Алиса не представляла, просто почувствовала, что всё что сейчас происходит, идёт правильно. Нет никакого камня, нет мыши. Нет. Всё идёт так как нужно. Все зёрна посеяны.

— Старого дракона больше не слушай. — прерывает уютное единение Алан, пряча руки Алисы в своих ладонях. Тёплые и сухие, они кажутся родными.

— Если это опять какие-то загадки. — качает головой Алиса, вздыхая. Она надеялась продлить это счастливое мгновенье. Словно она дома.

— Никаких загадок. — твёрдо произносит мужчина, заставляя собеседницу внимательно слушать. — Не время и не место для них. Всё что мне известно, я расскажу. Но знай, дитя, на многое ответа и у меня нет.

Алиса кивнула.

— Дракон тебе не помощник. Он слишком долго просидел на цепи под проклятым замком. А подземелья — это последнее место, где нужно находиться любому живому существу. И дело даже не в болезнях или наказаниях. Ты ведь видела и сама. Замок сшит из лоскутов. Его строили не только люди, но и один могущественный колдун.

— Только не говори, что в подземелье похоронен он. — жалобно подняв брови, вздыхает Алиса. Кажется, был один такой персонаж, что захоронен вместе со сокровищами. Мрачное предчувствие пронзает не хуже клинка. Алан сочувственно гладит её по плечу, грустно улыбаясь.

— Где его могила мне не известно. Но о чём я точно знаю, так это о его проклятии, жадности и желании стать одним из Богов Старой Религии.

Алиса цепляется за последнее, и Алан поясняет. В своё время колдун мог не только общаться с Богами Старой Религии на равных, но и перечить им не боясь последствий. Он жаждал стать единственным среди них, забывая, что Боги так же смертны. Нужно лишь знать, в чём их погибель. Колдун настолько был силён, что оборачивал ночь в день и день в ночь. Подчинял время себе во благо, забирая знания будущего. Поговаривали, что и его жена, властная, мрачная колдунья невиданной мощи и красоты, так же прибыла из будущего. А когда их сыну исполнилось семь, они оба пропали в огненном водовороте. Было ли то расплатой или они вернулись в своё время это даже Богам было неизвестно. Колдун так же слыл первым среди алхимиков и мастеров артефактов. Что уж говорить о силе его заклинаний. Не было ему равных, однако, нашлась и на него управа. Казнил его король Камелота. Много слухов ходило в то время, да и сейчас тоже. Как удалось справиться с ним, известно лишь стенам замка. Но те молчаливы и своего хозяина, настоящего хозяина, не выдадут.

— А если мне необходимо попасть в подземелье. — опережая Алана в отговорах, она расплывчато поясняет — Жизненно необходимо.

Алиса никак не намекает ему, да и Алан не спрашивает. Как и с той неясной связью, что образовалась между ними, они оба понимают, что речь идёт о важном. Об их будущем. Плечи колдуна опускаются. Алиса чувствует, что он против всей душой, но поделать ничего не может. Алан мечется какое-то время, но настойчивый взгляд не выдерживает.

— Тогда бери только то, что уже принадлежит тебе, дитя. — наконец отвечает мужчина и притягивает её к себе в отчаянном жесте. Сжимает так сильно, словно прощаясь навсегда. — Только то, за чем пришли. Не более.

Алиса кивает куда-то в шею мужчины и почти плачет, стоит пересечься взглядом с Анантом. Мальчик стоит рядом, протягивая ей игрушку — маленького серого коня с посеребрённой гривой.

***

В комнате темно и мало места, Маргарет уже успела завалить книгами и свитками подоконник, а попросить стол ей не позволяла совесть. Он занял бы всё оставшееся пространство и по комнате им с Алисой пришлось бы перемещаться боком. Наверное, им уже полагаются нормальные апартаменты, а не та спальня для слуг, что им выдали по приезде. С другой стороны, ей не хотелось разъезжаться по разным комнатам, вид спящей рядом Алисы успокаивал Маргарет, заставляя помнить, что не всё потеряно и у них ещё есть шансы взглянуть на огни ночной Москвы. И так как комната не была приспособлена к бумажной работе, пришлось вытащить письма в сад и устроится на каменной простенькой лавочке. Во всём саду таких было три, и только эта была окружена плотными кустами, дорожкой с розами и деревьями.

Тут не многим тише чем в замке, за королевским садом всегда присматривают, тут постоянно что-то копают, чистят, можно встретить слуг, отлынивающих от работы и много кого ещё. Вот только никому из них нет дела до Маргарет и слава Богу. Она закутала плечи в шаль и начала перебирать стопку бумаг. На самом деле Маргарет так и не привыкла что в прошениях люди обращаются к ней по имени. В основном здесь записки от горожан, тех, чьи огороженные дома стоят близ замковых стен. Или прошения от владельцев крупных таверн и борделей. К последним Маргарет особенно присматривалась. Не так давно она узнала, что бордели здесь не запрещены, а куртизанка такая же профессия, как и любая другая. Женщина может стирать бельё, а может встречать мужчин и к ним будут относиться одинаково. С одной лишь разницей, если у неё есть хозяин. Среди бумаг в библиотеке Маргарет как-то нашла регламент, что пороком является работа в одиночку, а также, если за услуги женщина не берёт оплаты. Что наталкивало на мысль о легальном и прибыльном бизнесе.

В основном содержание всех прошений, написанных мелкими стряпчими со слов просителей, было одинаково. Между соседями, друзьями и партнёрами происходили ссоры, они обращались за помощью в замок. Будучи женщиной, Маргарет не могла быть судьёй, зато как советница короля могла повлиять на решение Утера. Многие просто приводили свои доводы, говоря, что именно их сторона должна выйти победителем, те, кто побогаче, предлагали Маргарет подарки. Подобные письма она сразу откладывала, искушение взять себе зимний плащ или золотую тарелку велико, но, если король узнает, её придворная карьера закончится на самом старте.

За спиной всё подозрительно стихло, когда Маргарет попыталась распечатать последнее прошение. Она обернулась, присмотревшись в даль между деревьями и вздрогнула. Всего на секунду, между ветками мелькнуло лицо лорда Грегори. Спокойное и уверенное. Маргарет подхватила письма и зашагала вглубь сада, надеясь, что ошиблась. С бородой, с потрёпанными волосами, может это не он? Грегори не мог приехать вот так, идти сразу к ней. Они должны были встретиться в тронном зале, на официальном приёме. Сердце забилось, Маргарет юркнула за большое дерево, закрыла глаза и отдышалась.

Выйдя к скамейке, Грегори успел заметить подол красного платья. Улыбнувшись про себя, он припомнил ночь, когда Маргарет пряталась от него в коридоре замка. И теперь ему нужно её догнать? Он зашагал вперёд, Маргарет, сделав вид, что читает, так же решила идти вглубь. Грегори чувствовал, как запах мятного масла путается в ветках деревьев, слышал, как по траве ползёт подол её платья и замедлил шаг, рассматривая эту фигуру. Обернувшись, Маргарет спрятала письма в шаль, кутаясь в неё и позвала, достаточно тихо и сдержанно.

— Лорд Грегори, не ожидала встретить вас здесь сегодня.

Крайне заученная фраза заставила лорда очнуться от созерцания. Ему не нравилась эта шаль, не нравился тон сказанных слов. Обычно женщины говорят с ним по-другому. Но почему почти шепотом? Не смущаясь, Грегори перешагнул через увядающие розы, из последних сил пытающиеся выпустить новые бутоны и оказался на той же тропинке, что и Маргарет. Его плащ прошелся по шипам, цепляясь за них и подтягивая за собой слабые стебли. Маргарет стояла у дерева и не собиралась делать шаг на встречу, не зная с какой целью мужчина пришел сюда.

— Могу просить прекрасную леди составить компанию уставшему путнику? — Подойдя ближе, Грегори взглянул так, словно они виделись вчера. Маргарет мысленно подметила что он и правда выглядит уставшим. Неровный свет, пробивающийся сквозь ветки, подчёркивал и не ухоженность отросшей бороды и потемневшие синяки под глазами, как и общую бледность. Грегори походил на человека, который либо действительно был потрёпан долгой морской дорогой, либо кутил несколько дней подряд. Однако он не растерял своей характерной весёлости.

— Почему вы здесь? Вы должны сначала говорить с королём. — Так же тихо проговорила Маргарет и Грегори скривился, как ей показалось, от того, что не ожидал вопроса. На самом же деле он только что понял свою ошибку, ощутив внезапный укол совести. Надо было проводить обратный ритуал в дороге, а не по приезде в Камелот. Теперь ему придётся слушать как его собеседница выдавливает из себя слова. Что ж… наверное это ему в назидание.

— Я уже говорил с Его Величеством и сожалею что вас там не было. Мне было сложно, по плану, ваша реакция была важна. Но мне удалось убедить короля. — Он улыбнулся, словно стараясь сгладить сказанное — В начале я принёс ему новую присягу, и он её принял. Слава богам, всё могло кончиться на этом.

— Боже Правый… — Заметив шевеления в уголке глаза, Маргарет отшатнулась, задев плечом лорда. Маленький чёрный паук повис прямо рядом с её лицом, в глазах девушки мелькнул страх, по спине побежали мурашки.

— Позвольте, — Грегори протянул руку, поймал маленький символ бессмертия в ладонь и смахнул куда-то в сторону другого дерева. Если бы лорда не занимала беседа, он бы сделал это бережнее, отец говорил, пауки сплетают между собой хрупкое мгновение с незыблемым вечным.

— Спасибо. — Набрав побольше воздуха, Маргарет кивнула. Услышанная новость спустилась к ней так же, как паук, повисла прямо перед лицом. Их не позвали, король захотел скрыть этот разговор, видимо, есть что-то о чём Утер не хочет с ней говорить.

Грегори вывел леди Маргарет обратно на тропинку с розами, ничего не говоря, давая ей время. Они медленно прошлись вдоль кустов, с которых лорд успел сорвать один из оставшихся бутонов. Маргарет, раздумывая как отреагировать на сложившуюся ситуацию, вытащила из волос мужчины застрявший там листок, зацепив пальцем одну из кудрей. Они шли рядом, не зная какими показаться друг другу и не уверенные что их никто не подслушает. Их разделяла огромная противоречивая пропасть из желания высказать всё что хотелось и недоверия, грызущего изнутри.

— Раз мы с вами здесь, — свернув с тропинки на каменную кладку, Грегори решил заговорить первым — думаю ближайшее время нам ничего не угрожает. Я слышал вы плотно осели при дворе.

— И я помню про долг. Я верну вам деньги, которые вы мне занимали.

— Как и когда пожелаете, — походка лорда стала плавне и свободнее, он покрутил в руке сорванную розу, пропуская Маргарет вперёд. Они снова оказались под сводами замка — Я потратил, намного больше нанимая людей и корабль, а также оплачивая их молчание.

Потоптавшись на гладких камнях, Маргарет подумала, что уловила ход мыслей собеседника. Она кивнула ему, как купец кивает торговому партнёру.

— Назовите сумму, со временем я выплачу вам половину. — Мысль о том, что придётся отдавать такие большие деньги совершенно не радовала, однако ей показалось правильным рассчитаться с мужчиной сразу, чтобы у него не было претензий в будущем. — Вы ведь наверняка захотите сказать, что это было выгодно нам двоим и будете правы.

— Я вёл совершенно не к этому, леди Маргарет. — Мысленно Грегори мог бы даже обидится, был близок к этому — Напротив, хотел простить вам долг сказав, что эта сумма не сделает мне погоды, но раз вы так хотите, чтобы всё было честно… — Он развёл руками. — Завтра я проведу подсчёты и скажу сколько вы мне должны.

— Тогда до завтра, Ваша Милость. — Маргарет изобразила поклон, которым обычно приветствовала Романкоина и шагнула в сторону лестницы. Нужно было найти Алису и сообщить о внезапных тратах.

От её волос пахло мятой и Грегори выдохнул. На что он злится? Тем более он шёл совсем не за этим. Маргарет не раскрыла его королю, пострадала из-за его страхов, а теперь они ещё и пытаются задеть друг друга, боясь предательства с обеих сторон. Гордость лорда не позволяла отступать от сказанного, но рыцарская честь требовала добиться благосклонности.

— Леди Маргарет, — он догнал её на лестнице, сдержав порыв схватить за руку. — Вы должны знать, о чём мы говорили с королём. Его Величество планирует завоевать Цинтру.

Время остановилось, Маргарет замерла, ощутив крайне неприятное чувство вновь накатившей тревоги. Она думала, что возвращение Грегори успокоит короля, но Утер наоборот, счёл это поводом расправить плечи. Медленно обернувшись, она взглянула в глаза лорда, уловив в них понимание. Его тоже не устраивали подобные планы, это раскрыло бы их обман. Всегда так, придумаешь одну ложь, она потянет за собой следующую. Вместе они продолжили подниматься выше по лестнице, а Грегори так же говорил:

— Мы говорили один на один, когда приветствие закончилось. Сначала Его Величество поинтересовался сколько человек меня встретили и встретили ли вообще. Я ответил, что мы причалили к берегу, даже не к порту, ибо тот был закрыт. Сослался на то, что завоеватели не пользуются судами и не выходят в море. Солгал что был принят радушно, правда завоеватели были грубы даже в гостеприимстве. Якобы выкупив бывшую подданную, я приказал собрать провизию и быстрее покинуть эту землю. Почти всё так, как я написал.

— Король решил, что завоеватели дикари и их будет легко подавить. — Маргарет продолжила за него, не отрывая задумчивого взгляда от ступенек. Грегори согласился.

— Он даже думает, что сможет взять бывшую Цинтру за следующие лето. Конечно, я убедил короля что плыть туда придётся большим флотом, собрать такую армию… за зиму времени не хватить. Да и столько провизии. Но Утер настроен решительно. И если отложит, то максимум на парочку лет. Здесь ваша комната? — Грегори нахмурился и с недоверием огляделся — Это этаж для слуг.

— Я ещё не выбрала себе новые покои, — съязвила Маргарет, переступая через ступеньку. Какая ему разница, где их комната? Есть вещи важнее! Грегори снова подал ей руку, на сей раз она согласилась.

Пришлось немного наклониться, чтобы поправить подол, но дёрнув за юбку, Маргарет поскользнулась и Грегори резко обхватил её талию. Что-то блеснуло, и лорд заметил приколотый к внутренней стороне выреза серебряный крест. «Христианка» — отметил в голове Грегори, а ещё через мгновение Маргарет попыталась его оттолкнуть. «Твой Бог забрал у меня одну женщину» — Грегори улыбнулся своим мыслям и воспользовался ситуацией, подхватив Маргарет на руки — «Теперь должен подарить другую».

— Поставьте меня обратно! — Испуганно хватаясь за шею лорда, вскрикнула Маргарет. На пол посыпались присланные ей письма.

— Нет уж, вы и так чуть не упали, я хочу убедиться, что до комнаты вы доберётесь без происшествий. Где проводит вечера столь прекрасная леди?

— В самом конце коридора. — Маргарет произнесла это достаточно отстранённо, глядя прямо в глаза Грегори. Но как только он сделал шаг, решила не отворачиваться. Она видела этого человека другим, более весёлым, здоровым, который выглядел как самый счастливый человек с какими-то мелкими трудностями. Как ему удалось сделать с внешностью такой… кошмар. Из вредности он пальцем дёрнула одну из свисающих кудрей, её раздражало что прядь выбилась из общего строя, хотело отрезать или оторвать.

Дверь скрипнула, войдя в комнату без стеснения, Грегори усадил Маргарет на кровать и довольно улыбаясь, поклонился. Миссия была выполнена. Кашлянув, Маргарет поправила волосы и бросила взгляд за спину лорда, в коридор. Нужно собрать письма. Прикрыв дверь, Грегори обернулся и бесцеремонно сел рядом. Что, разумеется, считалось бы нарушением правил приличия, это спальня леди, пусть и на этаже для слуг… Пригладив не аккуратную бороду, Грегори задумчиво посмотрел на потолок. Ему хотелось успокоить девушку после всего что он ей сказал, однако Маргарет заговорила первая.

— Если Утер хочет войну, мы дадим ему побыть воином. — Звучало это вполне трезво, Грегори даже удивился, обычно женщины млели, стоило подхватить их на руки и ещё несколько часов не могли думать ни о чём другом. — Даже больше, он будет воевать осенью. Мне поручено решить вопрос с деревней Элдор, что так же принадлежит Канону. — Маргарет всё ещё кривилась от болезненных ощущений в горле — Вы же водили войска, лорд Грегори?

Его имя вырывается у неё совсем не так как раньше, с какой-то лисьей хитринкой, словно она хочет подловить мужчину. Грегори ухмыльнулся, чуть отстранившись и даже как-то приосанился. Вид у него был такой, словно он сейчас расскажет, как взял Константинополь. Но вместо этого лишь с гордым видом ответил.

— И не один раз, леди Маргарет.

— Боже Правый, замечательно, скажите мне, с точки зрения опыта… Осенью можно воевать успешно?

— Да… Если не планировать долгие стояния у крепостей, войны мёрзнут, заболевают, быстро портится провизия. А зачем леди об этом знать?

— Вы не поняли, да? — Маргарет выдохнула и в этом выдохе была нотка разочарования, которая резко проехалась по самолюбию Грегори.

— Понял, вы хотите взять Элдор с близлежащими угодьями и оборонять всю зиму от Канона. Но был уверен, что вы оставите планирование мне.

— Нет, Ваша Милость. — Маргарет вновь улыбнулась, ещё сильнее притягивая Грегори с небес на землю. — Я предложу это королю и вам придётся поучаствовать, разумеется. У вас же… как там писали… самая лучшая армия. Но я никуда не денусь и буду заниматься этим тоже. Я советница короля и буду советовать. Даже в этом, смиритесь.

Грегори хмыкнул и отвернулся. Смиритесь, как же. «Советница короля и будет советовать». Он не слышал раньше подобного, в этих словах было что-то похожее на речи Романкоина. Если подумать, Грегори мог бы взять бывалых солдат, разбавить их ряды новобранцами и расставить в лесу, поселить в некоторых домах. Или в одном большом доме. Зимой будет сложно, нужно постоянное жильё, в деревне с этим сложно. У Канона два замка, деревянный в Элдоре и каменный в Маргите. Если они хотят перезимовать успешно, нужно взять деревянный замок и осесть там. Утер наиграется за это время и переключится на Маргит, его потянет на взятие крепости, уже для этого ресурсов Грегори может не хватить. Придётся брать наёмников.

— Мы предложим это королю. Утром. — Акцент на слове «мы» порадовал, значит лорд принял правила игры. Вынув из рукава недавно сорванный бутон Грегори осторожно оставил его у Маргарет за ухом. Малиновые лепестки стали ещё более яркими на фоне её тёмных волос. Подавив желание улыбнуться, Маргарет опустила голову. В коридоре что-то зашуршало, потом послышались уверенные быстрые шаги. Грегори успел подняться на ноги прежде, чем дверь распахнулась. Алиса опасливо нахмурилась, не ожидав увидеть в комнате мужчину.

— Леди Алиса, не бойтесь, это лорд Грегори — Произнесла Маргарет, отметив, что подруга собрала письма, разбросанные на лестнице и то, что голос зазвучал громче — И он уже уходит.

— Рад снова встретить вас, леди. — Мужчина изобразил крайне изящный поклон и вышел, не оборачиваясь и не раскидываясь иными любезностями.

Тишина продлилась недолго. Стоило Грегори скрыться из виду, как Маргарет вытащила цветок и упала на мягкое одеяло. Резко бросив на сундук письма, Алиса присела на край возле головы подруги. Кровать скрипнула под их весом. Зацепившись за новую тему: Лорд Грегори в их покоях! — девушка решила повременить со своими новостями. А возможно и вообще не поднимать этой темы.

— Раньше, когда меня не было в нашей комнате, — особо выделив «нашей», Алиса хитро посмотрела на подругу. — Ты не приводила мальчиков. Я не буду спать в прихожей на коврике.

— Ну… тебе и не придётся. Утер поверил. — Маргарет повернулась, и Алиса увидела сияющую улыбку на её лице. — Лорд Грегори был убедительным. А потом он пришел в сад, чтобы рассказать всё, мы поговорили и, — она провела розой по руке подруги. — он проводил меня в комнату.

Алиса облегченно выдохнула, прикрыв глаза. Утер поверил. Их жизни ничего не угрожает, а произведённое ночью впечатление ещё долго не отпустит короля. Расслабившись, девушка легонько толкнула Маргарет, призывая еë подвинуться и устроилась у той под боком, ожидая дальнейших подробностей. Однако предавшись воспоминанием, Рита продолжила молча водить бутоном по её рукам. И добравшись до носа, впервые с их попадания в Камелот, звонко рассмеялась. Так чисто и от сердца, что Алиса не смогла не присоединиться к ней.

— Итак. Лорд Грегори произвëл неизгладимое впечатление, что аж письма полетели во все стороны. — Алиса игриво сощурилась.

— Я поскользнулась, и он подхватил меня на руки. Конечно, я их выронила.

— О-о-о… Дама спотыкается, прекрасный богатый лорд подхватывает её на руки, а она, находясь под впечатлением от быстроты его реакции, только и хлопает глазами позволяя нести себя в свою комнату. Уложить на кровать, оставить розу и как Такседо Маск исчезнуть! Или я вам помешала?

— Как кто? — продолжая умиляться тону подруги, Маргарет глупо улыбалась розе.

— Токседо Маск. Из Сейлор Мун. Ухажёр главной героини и, спойлер, еë будущий му-уж. — протягивая «у» Алиса ткнулась лоб в лоб в Риту.

— Му-у-уж. — Всё ещё смеясь, Маргарет упёрлась в лоб подруги. А потом, выдохнув, откинулась на подушку — Нет… я не выйду замуж в Камелоте.

Теперь у них остался целый свободный летний вечер, чтобы обдумать всё произошедшее, переварить существующее и спланировать будущее. Маргарет снова закопалась в бумагах, на сей раз думая, как преподнести Утеру идею мини-военного похода и какие ресурсы королевства она может использовать. Маргарет даже немного порадовалась, когда Алиса, помедитировав некоторое время на кровати, сообщила что хочет проверить как там Джон и Джейк. Прозвучало это скорее как повод, нежели как истинная причина. Всё такая же задумчивая, Алиса просто поправила платье и вышла из комнаты, в прохладный вечерний воздух. Подарив подруге возможность разложить на кровати копию карты Логреса.

***

— Доброе утро, Ваше Величество. — Почтительно поклонившись, Маргарет сжала в руках свитки. Вместе с ней в покои короля вошли лорд Грегори и Эгрейн как обычно с пером и чернилами. А ещё рослый мужчина, которого она не знала. Он прошёл между ранними гостями, поклонился королю и, забрав со стола железный поднос, так же молча вышел.

Ей пришлось встать раньше обычного, чтобы разбудить Грегори и сформировать первый план захвата Элдора. Дать Утеру одну войну, чтобы не рвался на другую. Она думала об этом весь прошлый вечер, слушая сонный кашель Алисы и теперь, убедившись, что подруга не подцепила что-то тяжёлое, Маргарет не терпелось представить своё творение королю. Она чувствовала себя ребёнком, что несёт родителям свой первый школьный проект. Грегори внёс коррективы, рассказав, как и какой лорд повёл себя при войне с Баярдом и чего от них можно ожидать. А ещё поведал про владельца острова Каринсбург. Сына лорда Романкоина, который, по словам Грегори, сильно отличался от отца.

— Хах, — Утер мог бы не пускать никого, у него были планы на сегодняшнее утро. Но услышав, что лорд Грегори вместе с леди Маргарет привели стряпчего, понял, что дело как минимум необычное. Смерив их взглядом, король встал из-за стола, опираясь на него руками для большей внушительности. — Приятно слышать ваш голос. Лорд Грегори, во что вас втягивает эта женщина?

— В небольшую военную авантюру, для успокоения души и пользы Вашего Величества. — Грегори улыбнулся, кладя руку на сердце. А Утер заинтересованно поднял бровь.

— Вы поручили мне решить вопрос с деревней Элдор и прилежащим к ней угодиям. — Маргарет не стала тянуть, она вышла вперёд, осторожно разложив на столе Утера карту. Грегори с Эгрейном тут же подошли ближе. — Спросив совета у Его Милости, как у более опытного война нежели я, хочу предложить вам кое-что. Вот, — она обвела пальцем небольшую часть нарисованной земли — Элдор, деревянный замок, поля на которых работают жители. Часть владений лорда Канона.

— И как вы предлагаете мне вторгнуться на чужую землю? — Король не раз объяснял, что не может просто отдать приказ и выдвинуть войска.

— Если позволите, — заговорил Эгрейн, так же выуживая из рукавов свёрнутый листок бумаги — я напомню Вашему Величеству, что дарованные лорду Канону земли, были залогом его верной службы вам и Камелоту, залогом его усилий по поддержанию портового города и развитию морской торговли. Однако по сводкам от смотрителя казны мастера Нормана, лорд Канон должен вам налог за два с половиной сезона, а также уже более трёх лет берёт повышенную пошлину за аренду кораблей, изредка выпуская их в море.

— Подтверждаю, Ваше Величество, мне стоило усилий договориться с ним. — Добавил лорд Грегори — Разве это не повод забрать дарованные земли в назидание и в сумму уплаты долга?

Утер окинул всех взглядом и сел, решив, что в ногах правды нет. Маргарет, почувствовав поддержку, незамедлительно продолжила. Хорошо, что Якова нет в покоях, где бы его не носило, её звёздный час ему лучше не портить.

— Мне кажется разумным взять новобранцев из Ашдауна и попросить отряд у Чиппенхема. Мы окружим деревню, займём деревянный замок, дождёмся пока лорд Канон узнает о случившемся и отобьём атаку, если она будет. — Маргарет чуть ли не улыбалась, говоря это.

— Чтобы прислать войска, ему потребуется протащить их через Саунтгемтон где лорд Романкоин окажет ему сопротивление и загонит обратно в Маргит, тем более Канону придётся пересекать реку. Разбитый, он будет вынужден вернутся в Маргит до весны. — Неожиданно быстро подхватил король, задумываясь всё больше.

— А лорды Селси и Каринбург…

— Хватит, я понял. — Утер поднял руку, чтобы остановить её. — Ещё немного и мне придётся сделать вас командующей своей армией. — Он улыбнулся, слегка не верилось, что Маргарет спланировала это сама. А ещё он не хотел войны внутри своего государства, стравливать собственных вассалов перед зимними холодами крайне плохая идея. — Грегори, раз вы здесь, значит имеете виды на эту деревню. Хотите повести армию?

— С разрешения Вашего Величества, — лорд театрально склонил голову, кудри красиво легли по его лицу, чуть прикрыв глаза. — Тем более, вы знаете, мои войны лучшие в королевстве.

Такому рассказчику, конечно… Но поспорить Утер не мог. Он сам всегда использовал солдат Ашдауна. Вызывая непонимание у многих. Ребята воспитанные и тренированные в личных владениях Грегори успешно брали крепости, разбивали врага в пешем бою и умудрялись умирать реже всех остальных. И всё же, у него были сомнения. Ссора внутри королевства может перерасти в скопление согласных и несогласных, посеять смуту и развернуться прямо на него самого. Тем более Канон и так ни во что не ставил авторитет короны. И это, разумеется, хороший повод его наказать. Как положено и как было всегда. Ещё немного и он вообще перестанет считать Утера королём. Однако конфликт интересов… Эгрейн тихо кашлянул, снова зашелестел бумагами.

— Если на то будет воля Его Величества, напишу в Чиппенхем. — Собрал мысли в кучу стряпчий — И всем названым здесь, полагаю.

— Мне не кажется этот план идеальным, — Утер медленно откинулся назад, глядя на Грегори, который изучал карту, будто видел впервые. Сегодня он явно выглядит лучше, чем вчера, здоровее и представительнее — Если Канон соберёт всех своих людей, а вы не должны забывать, что они вышли из викингов, то может прорвать оборону Саунтгемптона и мы получим внутреннюю смуту прямо под первый снег.

— Рединг может помочь, солдаты с его земель очень хорошо показали себя в войне с Баярдом. — Отмер Грегори. Утер хмыкнул, руки у него чесались, но они только-только оправились. — Нужно забрать только Элдор, а также потребовать возмещение долга.

— И спасти жителей деревни от тирании, как они не раз просили Ваше Величество.

— Я обдумаю то, что вы сказали, — король посмотрел в сторону входной двери, там было пусто. Тени Якова, которого можно было отправить с поручениями там не наблюдалось, а новый слуга хоть и был гораздо старше мальчишки не отличался сообразительностью. — Сначала мы должны провести обещанный праздник.

***

Уже с полудня следующего дня в большой тронный зал стали вносить столы, застеленные белыми узкими дорожками. Было приказано бросить все дела и готовить зал к пиршеству. Блюда могут быть несложные, главное много. Утер собрал всю городскую знать, пригласил лордов, которым было недалеко ехать. И уже через пару-тройку часов праздник напоминал настоящее гульбище. Куда более яркое, чем раньше. В первую очередь из-за присутствия моряков, которые совсем не стеснялись горланить песни, перебивая музыку и запрыгивать на столы, отплясывая что-то под хлопки друзей. Утер посматривал в их сторону с недоверием, наблюдал, как они пьянеют, а Маргарет следила за лордом Грегори. Король усадил его за один стол с собой, как важного гостя, и леди боялась, что тот скажет лишнего.

Алиса отругала бы её, если бы была здесь. Сказала бы не пялится и не привлекать внимание. Но Алиса с утра жаловалась на простуду и грелась в комнате, а Грегори сам справлялся с привлечением внимания. Он беседовал с каждым, кто к нему подходил, и время от времени перебирался за стол к морякам, с которыми ему явно было веселее. Звучавшее с того края зала «Drunken sailor»* уже во второй доказывало сплочённость коллектива. Если так можно сказать… Маргарет не знала, действительно ли Грегори знает всех этих людей так хорошо, словно они рисковали жизнями вместе, или просто хорошо отыгрывает роль. Она надеялась на первое, ведь ей было сложно полагаться на его пьяную голову. Как, собственно, и на свою.

— Я думал места спокойные, как старый лорд умер, так в лесах стало хорошо. — Брат Тук бросил взгляд в сторону бродящего по залу Грегори. — Нового-то я ещё не знал. Жизнь в лесу трудная, решил рыбой торговать. Раз послал нам Господь такую благодать в водоёмах, вот она, только поймай.

Маргарет в очередной раз кивнула, компания брата Тука казалась ей особенно душевной, куда более приятной, чем любая другая. А этот человек, так сильно походящий на зажиточного лорда, без зазрения совести делился всем, что мог вспомнить. Истории лились из его уст, как домашняя медовуха в их с Маргарет кружки, приятно смешиваясь с тягучей струнной музыкой.

— …и вот я удочку подтягиваю, а там, не поверите, ничего. — Брат Тук развёл руками, после чего тут же продолжил, — Я расстроен, возношу смиренную молитву ко Господу и слышу голос. Стоит перед мной мужчина, ваше сердце, леди, точно было бы отдано ему. А моя душа отправилась бы на суд Божий, будь я монахиней, а не монахом. — Он усмехнулся и Маргарет поддержала его такой же улыбкой, — Стоит и говорит: «Много рыбы поймали, святой отец?» А я что отвечу? Говорю, что немного. И знаете, что делает этот прекрасный юноша? Спрашивает сколько смирения в моём тучном теле.

— Как грубо! — Маргарет наигранно хмурится, отпивая из кружки, мёд приятно окутывает горло лучше любых настоек Гаюса.

— Да что уж там, мне положено прощать. — Сложив руки на груди, вздохнул Тук. — Но если бы этим всё кончилось. Так этот разбойник с довольным лицом заявляет…

— М-м! Подождите, я угадаю. — Маргарет допивает содержимое бокала. — Попросил вас перенести его на другой берег?

Брат Тук с грохотом опустил кружку на стол, в глазах потух всякий азарт и радость. Маргарет даже на секунду пожалела, что не удержала язык за зубами. Над ухом что-то резво звякнуло и рядом с Маргарет рухнул разодетый бард. Общая скамья неприятно хрустнула. Выглядел он порядком захмелевшим, но то ему было позволено. Любезно улыбнувшись, парень развёл руками.

— Своей возлю-ю-бленной по-о-забыт… — начал бард, но был тут же сдёрнут с небес на землю.

— Сочувствую, — Маргарет повернулась к Туку. Конкуренция в виде стареющего монаха-барда не порадовала. — Продолжайте, я слушаю. Это очень интересно!

— Что я могу сказать, если вам уже всё растрепал Его Милость, — Монах печально заглянул в свою кружку — Скажите лучше вы…

— Прекрасная леди, — Бард заглянул ей за плечо, пытаясь рассмотреть лицо, — я мог бы исполнить любую из песен, какую пожелаете, за спасение моей жизни.

Над его головой нависла лёгкая тень. Проследив за взглядом Маргарет, парень заметил склонившегося к нему лорда Грегори. С кружкой в руках и румянцем, он всё равно умудрялся улыбаться как-то недобро. Сообщив, что леди не желает слушать песен, Грегори подцепил барда за шкирку, поднял на ноги и достаточно осторожно оттолкнул в сторону. После чего занял его место на лавке.

— Ничего я не растрёпывал, — уверенно заявил лорд, — просто твои сказки о разбойниках, которые сбежали из моего леса в какой-то другой, уже дошли до столицы.

— Кстати, а как познакомились вы? — Маргарет взглянула сначала на Грегори, потом на брата Тука. Те быстро обменялись обеспокоенными взглядами. Выдохнув, монах тут же потянулся за принесённым с собой кувшином.

— Эта история для другого вечера, леди. А сейчас, — не без усилия поднявшись на ноги, Тук отвесил в сторону Маргарет учтивый поклон. — Мне кажется Его Величеству просто необходима духовная беседа.

— О-о-о, не уверена, Его Величество считает, что Господь оставил его в наказание за былое.

— Правда? — Брат Тук тут же приосанивается, словно поймал лучшую из возможностей. — Значит, мне точно стоит составить ему компанию. Ведь и я могу показаться отступником, но не покинут Им.

— Иди уже, — Глядя на друга поверх кружки, бросает Грегори. — Король имеет привычку сбегать с пиров, не дождавшись конца.

Не замечая едкости в словах лорда, Тук с блаженной улыбкой перешагнул через вытянутые ноги Грегори и уверенно направился за стол короля. Старая потрёпанная ряса позволяла ему делать всё что угодно и открывала любые двери. Если ты не пришел в обитель язычников, то будь уверен, никто не прогонит монаха. Король или лорд, если не пустит за свой стол, посадит за соседний. Проводив собеседника взглядом, Маргарет сосредоточилась на Грегори. Он, кажется, хотел ей что-то сказать, и время оказалось явно подходящим.

— Вы не самые лучшие друзья, верно?

— Это самый близкий мне человек. — Тут же опроверг лорд. — Поэтому мы и собачимся время от времени. Я слышал, вы занимаетесь не только судьбой деревень, но рвётесь спасти королевскую казну от дальнейших раз… граблений.

— Да, — Маргарет вытянула ноги, уперевшись спиной в край стола. — Мне пришла мысль очень прибыльного дела, но Его Величество не согласится. Дело в том, что я вижу прекрасную возможность в открытии одного заведения, — она опустила взгляд в кружку, — мне подумалось, можно построить двухэтажное здание… с комнатами и классами, внизу будет зона встречи гостей, там они смогут выбрать сопровождающую, поговорить, выпить и поесть. А на втором этаже прекрасные комнаты с кроватями, где пахнет фруктами.

Грегори подпёр голову рукой, мечтательно глядя на то, как лучи закатного солнца отбрасывают слабые блики на чёрные волосы леди. Захмелевший ум рисовал красивые картинки под звук её голоса, но ещё больше Грегори неожиданно быстро догадался, о чём идёт речь, и с необычной лояльностью принял сию мысль. Допив залпом оставшуюся медовуху, Маргарет развернулась к лорду, забыв о приличиях. У неё глаза горели, и она заговорила чуть смелее.

— Представьте, вы проходите в большой зал, а там разложены ткани, укрывающие пол и большие подушки, на которых сидят самые прекрасные дамы в вашей жизни. Вы можете сесть рядом с любой из них, на чеканном подносе вам подносят вино и орехи в меду, там пахнет травами, играет музыка и девы разговаривают с вами уважительно, улыбаясь, способные говорить с вами часами и не только говорить. Понимаете?

— Да-а… — На лице лорда расцвела блаженная улыбка — Идёмте.

— Куда?

Грегори встал, протянув Маргарет руку, и повёл за собой. Они покинули зал, где продолжалось пиршество, и вышли в прохладный коридор. Отбросив свисающие на лицо кудри, он встряхнул головой и, уведя руки за спину, немного наклонился к Маргарет. Улыбаясь подобно чеширскому коту, лорд совершенно отказывался отвечать на вопросы. И через несколько минут неудачных попыток, Маргарет уже была готова пойти хоть к троллю под мост, лишь бы узнать, что этому человеку пришло на ум. В тишине покинутых ночных коридоров, Маргарет почувствовала странный нарастающий азарт, и ей так нравилось это чувство, что ноги сами понесли её на улицу, вслед за Грегори, который уже не походил на лорда.

Они вышли к конюшням, пройдя мимо злосчастного колодца. Конюхи дремали у входа, но услышав шорох, проснулись. Грегори попросил привести для леди лошадь.

— Вы хотите проехаться по городу? — Интересовалась Маргарет, прислонясь к двери стойла. — Навестить кого-то?

— Ваших будущих конкурентов, — зелёные глаза Грегори сверкнули под растрёпанными кудрями. — Вы хотите создать прекрасной красоты бордель. Странное желание для благородной дамы, но я не Пендрагон, мне такое нравится.

Предложение совершить экскурсию прямо сейчас звучало не слишком удачной идей. Во-первых, стемнело. Маргарет боялась выезжать в город ночью. Во-вторых, не слишком трезвый сопровождающий мог навлечь на неё некоторые проблемы. Да и её уже начинало слегка вести, медовуха брата Тука расслабляла лучше сонных трав. В-третьих, Алиса. Если она не обнаружит подругу в замке, может поднять истерику. А ещё и лошадь ей попалась строптивая и пугала девушку. Такие животинки чувствуют страх и начинают ещё больше нервировать наездника. Стоило Маргарет шагнуть к ней, чтобы сесть, как лошадь тут же пятилась или отворачивалась. Когда девушка взяла повод и потянула на себя, чтобы развернуть предполагаемый транспорт, лошадь даже на миллиметр не сдвинулась. Бурчащий сонный конюх безрезультатно пытался повлиять на ситуацию. Маргарет хмуро бросила что-то на русском и дёрнула сильнее. Лошадь только зафырчала.

— Может возьмёте моего? — Опираясь на деревянный столб, Грегори мог бы долго наблюдать за попытками Маргарет подружиться с животным. Но ему не слишком нравилась перспектива провозиться здесь всю ночь, тем более, его начало клонить в сон.

— Хорошо, — Маргарет нехотя приняла это предложение. Тёмный конь лорда Грегори был воспитан куда лучше и вёл себя спокойнее. Маргарет его не боялась, почему-то, наверное, посчитав, что он дрессированный. Грегори шагнул к лошади, взял повод и дёрнул на себя. Лошадь почувствовала, что этот человек церемоний разводить не станет и поддалась, обречённо фыркнув. Маргарет удивилась, что лорд ещё в состоянии самостоятельно сесть в седло и даже ровно в нём держаться. Конюх помог ей подняться, и лорд внимательно следил за тем, как леди поправляет платье, перебирает в руках повод, беря его поудобнее. Ему нравилось наблюдать за движением изящных пальчиков, прелесть которых он раньше не замечал.

Город менялся по мере продвижения от центра к его окраинам. И изменения столь разительны, будто человек путешествует, а не находится в пределах одной столици. Сначала, у самых стен замка, город слегка походил на средневековую Италию. Узкие улицы, выложенные из камней, окна домов из которых можно было заглянуть к соседу напротив. Вот только устраивать посиделки никто не торопился, ибо все дома были призваны скрыть хозяина от внешнего мира. Копыта лошади плавно постукивали по каменистой дороге, пока Маргарет рассматривала каждую деталь. Вверх тянулись каменные сооружения, высотой в три или четыре этажа. Первый этаж всегда был занят какими-то лавками. То с одной стороны, то с другой, виднелись вывески мастеров, купцов, ростовщиков и трактирщиков. А вот выше начиналась жизнь. Узкие окна — наглухо закрытые ставнями — служили для местных единственным способом защиты от шума. Освещение вечерних улиц тоже страдало, тут, разумеется, было что-то вроде уличных факелов, но по большей части потухшие. На удивление здесь были чистые улицы. Кое-где могло валяться гнилое яблоко или кучка мусора. Но таких страшных нечистот, как в позднем средневековье, не наблюдалось. «Магия» — подумала Маргарет, улыбнувшись этой мысли, и продолжила ехать дальше.

— Этот город настоящий лабиринт, — начал лорд Грегори. На улице, под прохладным ветерком его потянуло на разговоры. — Тут, если не знать, куда едешь, можно сгинуть в подворотне и даже не понять, как там оказался. Поэтому вам лучше ехать чётко за мной. Понимаете, леди Маргарет, — он слегка дёрнул поводья, чтобы лошадь ускорила шаг, — я знаю это место как родное.

— Прекрасно! — Маргарет улыбнулась, общение с людьми обычно давалось ей легко, даже с такими, как Грегори. А о том, что они с Алисой уже не раз гуляли по улицам города и не потерялись, ему знать было не обязательно.

***

Убаюкивающий треск огня прерывался быстрым топотом и шелестом платья. А мелькающая то там, то тут тень заставляла проснуться. Алиса, ещё не открывшая глаз, прислушалась, представляя, как Рита мерит их комнату шагами, полностью погружённая в чтение. Делая ритмичные шаги, словно вальсируя и кружась, подруга тихо напевает залихватский мотив какой-то песни. Вероятно той, что играла на устроенном празднестве. Скорее всего, она великолепно провела время в окружении лордов и прочих гостей. Сама же Алиса после принесённого Гаюсом зелья, а иначе его не назвать, проспала целых… А кстати, какой сейчас час? Ещё вечер? Девушка зашевелилась и попыталась раскрыть глаза. Однако сонная пелена не сходила, оставляя мир в мутно-оранжевом свете. Тихий смех и звон украшений заставляют Алису быстро прийти в себя. На фоне горящего камина формируется тёмный низкий силуэт с поднятой рукой. Она тихо зовёт подругу по имени, но та даже не оборачивается. Усевшись в кровати, Алиса протирает глаза и понимает, что перед ней совершенно не знакомая ей девушка. Она мгновенно просыпается и громко прочищает горло. Нарушительница спокойствия медленно оборачивается и опускает ожерелье, когда-то подаренное Баярдом. Алиса не верит своим глазам, а возмущения тонут в кашле. Как же не вовремя она решила заболеть.

— Еда там. — указала пальцем на подоконник Авила.

Тарелка с давно остывшим ужином мало интересовала Алису. То, что это Авила, до неё доходит не сразу. Воспоминания о таверне уже успели исчезнуть из памяти. Кажется, вчера Амелия представила её как их личную служанку. Так сказала Рита, когда сама Алиса вернулась от Гаюса. После долгих уговоров тот согласился курировать её в местной медицине, и теперь она могла проходить обучение вместе с Мерлином. Ну или вместо Мерлина, потому что тот был полностью поглощён работой на своего принца. Алиса опускает взгляд вниз за подарком и хмурится, но кажется их служанку это совершенно не смущает. Та с любопытством рассматривает девушку.

— Положи туда, откуда взяла. — глухо произносит Алиса, сглатывая сгусток в горле.

Авила в удивлении вскидывает брови и медленным шагом, не спуская взгляда с Алисы, открывает и́х сундук. Ей хватило наглости не только лазить по чужим вещам, но и использовать! Небрежно бросив во внутрь ожерелье, Авила гордо приподнимает нос. Расставаться с шалью леди Маргарет она, однако, не спешит. Алиса чувствует, как у неё начинает гореть лицо. Когда же она делает замечание и по поводу шали, Авила цыкает, но снимает её, бурча под нос:

— Одолжить на вечер нельзя. А казалась такой невинной. — Поднимая отполированное блюдо и смотрясь в него, как в зеркало, сжала губы дочка трактирщика. Видел бы Ролло… хотя может он её так и воспитывал.

— Лучше не лазить по чужим сундукам и не болтать. Не забывай, что у тебя есть роль, за которую тебе заплатили. — Вглядевшись, Алиса заметила, что та накрасилась. Сурьма на глазах и бровях, красные губы и щёки… Чёрт, да девчонка не постеснялась залезть в их косметичку, любезно когда-то предоставленную Морганой. Не дав и слова ей вставить в ответ, Алиса продолжила свой натиск — Куда ты собралась?

— Это тебя точно не касается.

— Не тебя, а Вас. — На автомате переходя на родной язык, поправила Алиса девушку. Но быстро поправилась, прокашлявшись. — И нас касается всё. Ты не должна попасться кому-то на глаза в своём обычном облике. Ты должна молчать или говорить заученные с леди Маргарет фразы. Ты не можешь просто так уйти, не поставив в известность ни меня, ни Маргарет.

— Когда только говорить научилась? — на грани слышимости бросила Авила, хмурясь. Такие ограничения ей пришлись не по вкусу. Она соглашалась выполнять обязательства днём, но не ночью. — Это всего лишь прогулка с моим женихом. Если я не приду, он что-то заподозрит и пойдёт к моему отцу.

— Не думай пугать… — горло начало резать, а слова даются всё сложнее.

— И в мыслях не было, леди Алиса, — с ухмылкой произносит девушка, откладывая «зеркало». — Выпейте лекарство и ложитесь спать, а обо мне беспокоиться не стоит. — Присев в выученном, но всё ещё неловком поклоне, Авила развернулась и быстро выскочила за дверь, оставляя Алису хватать ртом воздух.

***

Тёмный зал с низкими потолками и завешанными окнами, казалось, намертво пропитался перегаром и смолой, страшно вздохнуть. Маргарет пришлось схватиться за стены, чтобы не упасть, споткнувшись обо что-то в темноте или не поскользнуться на капли жира, что стекали с редких свечей, пачкая затоптанный пол. Но больше всего Маргарет поражала не грязь, царящая вокруг, ни полумрак, ни даже то, что клиентов обслуживали прямо здесь, на лежаках что просто разбрасывались вдоль стен… От охов, стонов и крепких ругательств Маргарет абстрагировалась тут же. Куда больше её удивляла женщина в самом углу всего этого ужаса. Только она выглядела ухоженной, но это лишь на первый взгляд. Женщина что сидела за столом, перебирая горсть деревянных рун. В тусклом свете жировых свечей, заметно выделялась. Полная, грузная, с чёрными волосами, она улыбнулась гостям и тут же стало заметно что ей недостаёт пары зубов. Уложенные в причёску волосы явно грязные, кучковались в кривом пучке и вызывали страшное желание сбежать.

Выбор не просто так пал именно на это место. Лорду Грегори пришло в голову показать Маргарет самое злачное из всех. Ради того, чтобы понаблюдать как лицо девушки исказит отвращение и презрение, он был готов уехать на значительное расстояние от замка. Проверить как быстро с неё спадёт оболочка воспитанной леди. А место тут всегда было ужасным, сказать по правде, даже самого Грегори мутило от перспективы провести тут хотя бы час. Поэтому он остановился у самой двери, чтобы быстро сбежать отсюда, как только Маргарет получит достаточно эмоций и принялся наблюдать. Назвать это борделем не поворачивался язык, скорее походило на притон. И этот притон, под предводительством мадам Констанции, как называла себя та женщина за столом, славился своей доступностью. Об этом свидетельствовало даже платье хозяйки, синее, с непозволительно глубоким вырезом и торчащими оттуда пожелтевшими рюшами ночной рубашки. Получить услугу тут можно было почти бесплатно, в обмен на алкоголь, побрякушки, любую полезную в быту мелочь. А работали тут в основном девушки без прошлого и без будущего, больные неизлечимыми болезнями, сумасшедшие, старые или уродливые. Ни одна здесь не могла похвастаться здоровьем, красотой или хоть каким-то внутренним миром. И клиенты были такие же, даже бездомные попадались. Главное найти что отдать взамен.

Поэтому, когда одна из таких работниц возникла перед гостями, бледная, с синяками под глазами, Маргарет вздрогнула и пошатнулась. Она ахнула, но не смотря на подкатывающий к горлу ком, немного приблизилась к ней. Эта странная особа в порванном явно не для красоты платье, с потрёпанными волосами, кажется, была не в себе. Может быть пьяна или под действием чего-то наркотического. Сложно было разобрать в полумраке… Но, когда мадам Констанция лишь привстала, девушка тут же оживилась. Потянула дрожащие холодные руки и Маргарет, стиснув зубы отступила назад. Грегори ухмыльнулся, добившись желаемого результата. Толкнув дверь, он любезно пропустил спутницу вперёд.

— Боже… — Оказавшись на улице, Маргарет сделала глубокий вдох свежего воздуха, обхватила руками голову и замерла. Она думала, что её стошнит от одного запаха в том помещении.

Наблюдавший за ней лорд Грегори залился смехом. Ему нравилось проворачивать подобное с гостями королевства или просто новыми знакомыми. Затаскивать их в самые отвратительные места и наблюдать как дворцовые пташки пачкают крылья. Однажды Грегори привёл своего двоюродного племянника в один из кабаков, так бедного парнишку вырвало от одного вида кружки, в которую ему предлагали налить эль. Обычно, после таких прогулок люди начинали кричать, утверждая, что в жизни не простят лорду такой выходки и именно это и веселило его. А на счёт криков… люди быстро забывали свои обиды стоило их после угостить хорошим вином. Но вот Маргарет кричать не стала. Она выпрямилась, услышав смех и обернулась. Лицо её не выражало никаких эмоций, кроме задумчивости. Грегори замолчал и спросил:

— Всё в порядке?

— Это было самым отвратительным место в Логресе? — Маргарет немного склонила голову на бок. Ей не хотелось, но она запомнила всё увиденное в деталях.

Будто протрезвев окончательно, мужчина отстранился от стены и взглянув на засаленную дверь, задумался. Можно было бы увести её за жилые районы, ближе к стенам крепости, где орудуют девочки-одиночки. Но это не совсем по теме, верно?

— Да, самое страшное и ужасное место в Логресе.

— Тогда покажите мне самое достойное. — Потребовала Маргарет — И… могу поинтересоваться, лорд Грегори? Откуда вы это всё знаете?

Смерив девушку взглядом, мужчина вернулся к столбику, у которого они оставили лошадей. Отвязал свою, что-то обдумывая. Пауза, задержавшая его ответ, насторожила девушку. Сначала он скрывает знакомство с Туком, на этот вопрос тоже видать не ответит.

— Нет, леди Маргарет, — немного тише, ответил Грегори — вы не можете поинтересоваться.

Самым лучшим из имеющихся в столице борделей оказалось двухэтажное здание, на первом располагались столы, в свете многочисленных свечей, гости рассаживались по местам и заведение на первый взгляд ничем не отличалось от обычной таверны. Такой же как была у Ролло. Вид искусно спрятанного от чужих глаз удовольствия проявлялся только в виде молодых девиц с розовыми щеками. За каждым столом, то одна, то две… может больше. Маргарет остановилась у дверей, глянувший в её сторону мужчина, судя по фартуку работник заведения, чем-то походил на умелого мясника. В голове мелькнула забавная мысль: «сюда со своим нельзя». Обидно, может она тоже хочет светлой женской любви? Улыбнувшись своим мыслям, Маргарет сошла со ступенек на начищенный пол и заметила, как Грегори уже идёт к ней с двумя кружками в руках.

— Леди Маргарет, прошу простить, но выше нас не пропустят. Это эль, — он протянул ей кривенькую глиняную кружку — здесь подают очень вкусный.

— Эль? Слабовато. — Она принюхалась, сделала глоток, растирая сладость языком по губам. Если так Грегори пытался извиниться, то пусть, её устраивает.

— Гость должен быть пьян, но в состоянии оплатить оказанное гостеприимство. — кивнул Грегори, присматриваясь к барышням за столами. Две из них, обе белокурые и видно, не старше шестнадцати, оставили гостей и поднялись на ноги. Очень похожие друг на друга, они различались лишь наличием веснушек у одной, той, что повыше. Их платья были разрезаны от подола и до бёдер, в прорезях виднелись ноги, такие изящные. А руки с тонкими пальчиками… Маргарет почувствовала лёгкий укол гордости, она никогда не чувствовала себя такой красивой.

— Идите с ними. — Маргарет отхлебнула ещё, Грегори бросил в её сторону взгляд, он не ждал разрешения, но было бы неловко уйти, оставив леди одну — Идите, а завтра во дворце расскажете, как там, на втором этаже.

— Вы помните дорогу? — Спросил Грегори, ставя стакан. Свободной рукой он уже поймай пальчики одной из красавиц, вторая, обойдя лорда, без смущения упёрлась курносым носиком ему в волосы.

— Помню, — Маргарет повернулась и вышла на улицу. Увиденное не было приятным, но никак её не касалось. Отойдя на несколько шагов, она прижалась спиной к какому-то столбу, запрокинула голову и увидела россыпь звёзд на тёмном небе. Их было так много, что Маргарет подумала, так могли бы выглядеть веснушки на лице у высокой курносой девушки. Ей так мало лет… Для Маргарет она могла бы быть младшей сестрой. Но на деле… пра-пра-очень много прабабушкой. А лорд Грегори? Он настолько же далеко от неё? Или за этой дверью? За этой дверью с двумя красивейшими женщинами.

Вернувшись за лошадью, она оставила коня Грегори ждать хозяина и с раздражением вытянула на дорогу свою. Уже присмиревшую. Если она вернётся на чужом коне, подумаю невесть что. А так, она уехала, потом вернулась, всё хорошо. Взобравшись в седло, Маргарет выехала на дорогу, взглянула на виднеющуюся крышу замка и поняла, что город не такой уж страшный. Все дороги ведут в Камелот. Стало холоднее, тёмные тени на дорогах казались лужами, а Маргарет мысленно снова и снова возвращалась к моменту, когда ладонь Грегори сжала пальчики белокурой незнакомки. Ей казалось странным, то, как он взглянул на них, стоило девушкам встать на ноги. На секунду он восхитился их видом. Последний раз на неё так смотрел парень в кинотеатре, тот самый, с которым она целовалась. Её время от времени называли симпатичной, но здесь, где в культ возведены белокурые локоны, вздёрнутые носы, тонкие губы и мертвенный цвет лица… Нет, последнего она почти достигла, но всё остальное.

Маргарет встряхнула головой. Зачем ей понадобилось быть идеалом местной красоты? Достаточно того что есть, люди не шарахаются, разговаривают с уважением, уже хорошо. Утер взял её в советницы не любоваться глазками и волосами, для этого у него есть Алиса и любая другая женщина в королевстве. Нужно и правда открыть бордель. Сначала они откроют бордель, потом заработают много денег и постоят корабли. Как было в том сериале? «Шлюхи реже тонут», да? А когда будут корабли они смогут уплыть. Маргарет потянула повод, лошадь пошла медленнее. Для чего они здесь? Надолго ли? И что, если Грегори действительно нравятся блондинки? Когда кольцо будет у них, Маргарет без сомнений сможет вернутся домой, но разве можно оставить всё это… взять хотя бы эти звёзды над головой. --------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- * - Drunken sailor (с англ. — «Пьяный моряк») Первая версия песни была найдена в 1839 году на китобойном судне, но она так хорошо вписалась в образ команды Грегори, что мы решили использовать её здесь. ** - А’лан (Ален) — «скала» или «красивый».

«Быть полезной»

Солнце почти слепит, затопляя своим жёлто-оранжевым светом всё пространство вокруг. Оно медленно поднимается из-за леса, прошивая тьму сосен лучами, словно иглами. Золотой восход — хороший знак. Ещё не успевший прогреться после ночной прохлады воздух заставляет поёжиться и найти приют в лучах. Алиса молча подставляет им лицо, тихо думая про себя об их тепле и ласке. Она осторожно переступает с ноги на ногу, стараясь не задеть кристальную росу. Что почти невозможно. Ледяные капельки, словно маленькие алмазы, быстро скатываются вниз, оставляя за собой дорожки на босых ногах. Маленькая шалость перед… Алиса открывает глаза. Множество цветущих и благоухающих растений разношёрстным ковром простирает вокруг. Васильки, розовый клевер, маленькие незабудки и большие ромашки. Они сплетаются меж собой, словно узор, бережно вышитый умелыми руками, и ведут её дальше, по тропке. Туда, где её уже ждут, туда, где готов алтарь… Алиса замирает на середине пути. Её ждут там. Где там? Где накрыты столы, расставлены подарки и по дорожкам рассыпано золото? Голова начинается слегка кружится. Где-то эхом слышится смех и поздравления.

— Подумать только. — Алиса склоняет голову и обхватывает себя руками. Длинные рукава, словно белые крылья, ложатся тихо, почти незаметно, они и есть её продолжение. Их можно раскинуть, если захочешь взлететь, и они не шуршат как у золотого платья. Сердце заходится в бешеном ритме. Всё это она уже видела. Переживала. Это день её свадьбы! Алиса в ужасе оглядывается, силясь рассмотреть местность и людей. Как нарочно зрение подводит, а голова, наливаясь свинцом, тянет вниз не давая и шанса. Девушка разворачивается в сторону песен и сглатывает огромный ком в горле. Ноги сами несут её по пути. Хочется ли ей сбежать? Да! Но она не может, некуда. Длинное платье с блестящим морозным узором, что словно живой расползается по ткани, меняясь в формах и оттенках, путается в ногах. Оно сейчас на её стороне, не пускает идти дальше.

Глаза снова слепит солнце, когда Алиса подходит к краю леса. Зажмурившись и прячась от него за рукой, девушка сама не понимает, как так быстро оказывается в тенистой местности. Удивительно, как Утер… Чёрт возьми! Она вышла замуж за короля! Мягкий и влажный мох на камнях немного щекочет ступни, но уже не прохлада заставляет тело покрыться мурашками. Вырезанные на земле руны огнём горят на священных камнях. Алиса прекрасно это видит, становиться тяжелее дышать. Словно что-то навалилось на грудь и душит. Но ноги продолжают идти, уводя хозяйку дальше. Она обходит гостей, словно дикий зверь держится у края, чтобы сбежать. Они все там внизу, на поляне. Они вызывают холод. Алиса не хочет встречается с ними, не хочет видеть их и даже не знает, что за развлечения уготовлены для гостей.

— Плохая хозяйка, — тихо, на грани истерики, смеётся она и идёт дальше, поднимаясь на пригорок. Она хочет сравнять это место с землёй.

Под массивным деревом, крона которого скрывает свет, на Алису «падает» безудержное ощущение счастья. Ей словно внушают его, в ложной попытке задобрить. Смотри, здесь всё, как всегда. Ничего не менялось, иди. Иди к нам. Не желая поддаваться этому чувству, но и не выдать себя, о том, что вспомнила, о том, что поняла, что всё поменялось, Алиса улыбается. А они ,успокоившись, отступают. Она чувствует его. Не видит, но ощущает. Её жених рядом. Алиса набирается смелости обернуться, ища его взглядом. Но на плечи вновь опускаются руки. В чёрных перчатках. Алиса дрожит от набежавших на неё ощущений. Взволнована, напугана, счастлива, возбуждена, зла и в нетерпении узнать. Чёрт с ними, с гостями, они далеко и не имеют здесь власти. Её страшит другое. Готовая обернуться, девушка облокачивается спиной на грудь жениха. От него исходит могильный холод и сырость. Всё так же высок, но худ. Алиса смеётся и плачет. А мужчина крепко прижимает её к себе. Дальше лишь тихий шёпот. Слов почти не разобрать, но огнём горят очертания знаков на камнях. Алиса различает лишь последнее, что говорит её суженый: «Вот и новая луна, моя милая. Я обещал».

С громким криком Алиса просыпается, сбрасывает одеяло и с залитыми пеленой глазами, бросается куда-то вперёд. Что-то не даёт ей подняться, крепко вцепившись в обессиленные ноги. Она падает с кровати, больно ударяясь локтями. Голова разрывается, а липкий ком в горле не даёт вздохнуть. Паника ударяет с новой силой. Заливаясь кашлем и вязкой слюной, Алиса высвобождается и отползает дальше, упирается спиной в еле тёплую кладку камина. Холод раннего утра заставляет всё тело дрожать, отзываясь болью в ушах. Сон смыли выступившие слезы и теперь Алиса ясно видит, что в комнате она одна. Рита не возвращалась, ровно так же, как и Авила. Во всём замке стоит тишина. Она бросает взгляд в окно, подтверждая свою догадку. Сейчас ещё слишком рано. Возможно, часа три, может четвёртый, судя по синему цвету неба, что только начинает светлеть. Озноб вновь возвращается, стоит только коснуться руками пола. Закрученное одеяло лежит в метре от ног Алисы. Укутавшись в него и шмыгая носом, девушка разворошила почти погасшие угли. Отодрав от дров кору и подобрав тонкие щепы, ей удалось вновь развести огонь. Когда оставленный на ночь котелок с водой начал закипать, небо уже приобретало голубые оттенки. Засушенные когда-то ромашки теперь плавали в кружке Алисы, завариваясь, пока девушка приводила себя в порядок. Вчера у неё не было сил бросаться вслед за наглой девчонкой. Но сейчас она должна будет её найти и хоть за ухо, но вернуть Авилу в их комнату.

Когда Алиса покинула замок, небо приобретало бело-жёлтый оттенок. Солнце вот-вот готово было показаться из-за горизонта, а светлые стены замка светились словно луна. Тьма полностью отступила. Кутаясь в шаль и сожалея о том, что нельзя взять с собой нагретое одеяло, Алиса продолжила поиск. Шансов встретить сбежавшую служанку было не много. Возможно, она сейчас где-то в городе, что может только ухудшить их положение, а может им повезёт и Авила встречалась со своим женихом на территории замка. Знать бы расписание стражи, если оно конечно есть. Это заметно упростит им жизнь. Всё же иметь парочку друзей среди стражников им не помешает. За такими размышлениями Алиса вошла в сад. Высаженные небольшой оградой кусты повядших роз были полностью покрыты росой. Осматривая закоулки, где могли уединиться парочки, Алиса вышла к открытой беседке. Отгороженная деревьями и частично поросшая плющом, она стояла на возвышенности. Идеальное место для свиданий. Когда-то белые колонны ротонды посерели, а пьедестал, из-за мха и обильно растущей травы вокруг, позеленел. Пройдя за неё, Алиса вгляделась в листву. Из-за веток проглядывалась поляна. Встряхнув ветку и дождавшись, пока вся влага спадёт, девушка опустила ещё парочку и выглянула вперёд. Перед ней расположилась та самая поляна, где они с Морганой проводили игры и пикник. Алиса ухмыльнулась. Сколько ещё таких потаённых местечек хранит этот замок и земли?

— Леди Алиса? — голос Утера заставил девушку подпрыгнуть на месте и обернутся.

Король стоял внутри беседки лишь наполовину освещённый солнцем. Застанный врасплох, он инстинктивно потянулся к мечу, да так и замер. А она-то думала, что тут никого нет. Заглядывала же в ротонду! Быстро отойдя от изумления, Алиса присела в поклоне приветствуя короля.

— Простите, что нарушила Ваше уединение. Но могу ли поинтересоваться: что в столь ранний час заставило Вас покинуть замок?

— Ваше произношение улучшилось, леди Алиса. — выдержав паузу, заметил король, по-новому взглянув на девушку. Исчез акцент и появилось умение складывать сложные предложения. Ему нравилось. Настоящее чудо.

— Спасибо. — кивнула Алиса, ища обоснование своему внезапному таланту. — Обучение у леди Амелии пошло на пользу. Так же я слушала и повторяла слова за людьми вне уроков.

— Это похвально. Что до вопроса, то это не тайна. Мне нужно было подумать. — наконец опуская руку с фантомного меча, оружия при короле не оказалось, Утер наклонился вперёд, облокачиваясь кулаками о широкие перила беседки. — А что заставило подняться Вас, леди Алиса?

«Искала сбежавшую служанку». Подходя ближе к беседке, Алиса почти в точности повторила слова короля. Утер усмехнулся. Теперь она всё больше начинает напоминать леди Маргарет. Пока только любезностями. Голос в подсознании тихо понадеялся, что ничего больше леди Алиса не перенимает у своей подруги.

— Я раньше не видела этого места. — оглядываясь, улыбнулась Алиса. — Оно какое-то особенное?

— Королева Игрейна любила здесь находиться. — твёрдым голосом, не лишенного железа, сообщил Утер. Пугать он не хотел, но почему-то побоялся осуждения за свою слабость и любовь. Небольшой червяк, что таился в его душе все эти годы и вновь поднявший свою беззубую пасть после разговора с монахом, прогрызал его броню. К своему спокойствию Утер обнаружил, что Алиса не изменилась в лице. Только взгляд поменялся, словно она смогла понять его. Выпрямившись, Утер украдкой взглянул на каменную скамейку справа от себя. Как давно это было. Шёлковые ткани на подушках, блюда с фруктами и они вместе. Воспоминания заставили голос Утера смягчится. Он и сам не заметил, как начал повторять слова умершей жены. — Здесь тихо и мирно, а с раннего утра можно услышать пение соловья. У него здесь было гнездо, насколько я помню.

— Какая она была? — кутаясь в шаль, Алиса сокращала расстояние между ними.

— Красивая… Благородная, преданная и нежная. Такую нельзя было не заметить. — Утер отступил в тень и только теперь Алиса поняла, почему не смогла его увидеть. Укрытый со всех сторон плющом, он находился словно в убежище от мира. Алиса испытала жалость к этому человеку. Один, во мраке, терзаемый своими мыслями и никого не подпускающий к себе. Лишь строго выполняющий свой долг перед королевством. Кто вообще знает настоящего Утера Пендрагона?

— Все говорят, Артур её точная копия. — Утер утвердительно кивнул в ответ. — Если позволите и простите, то я сделаю так.

Не дожидаясь разрешения, Алиса запрыгнула на перила, перебросила ноги во внутрь беседки и соскользнула вниз, хихикнув. Король удивлённо поднял брови и улыбнувшись хмыкнул. Молодость, огонь в крови. Это так не было похоже на поведение местных леди. В ней чувствовался юношеский задор, будь у Артура сестра, то это точно могла быть Алиса. Сердце наполнилось теплом, однако поощрять такое поведение не стоило.

— Прощаю. Но впредь больше так не делайте. — Утер жестом пригласил её присесть напротив.

— Обещаю, больше никто такого не увидит. — расправив платье, Алиса скользнула взглядом по красному плащу короля. Ну, нет. Поднимать тему той ночи с Утером она не будет. Во-первых: стыдно за своё необдуманное поведение. Во-вторых: а что она скажет? Ой, простите за то, что соблазняла вас, я не нарочно. Ну и в-третьих: это было слишком смущающее.

— Как провели день на рынке, леди Алиса? Гаюс, передал мне что Вы плохо чувствовали себя после. — заметив скованное поведение девушки и посчитав, что достаточно пристыдил её, Утер сменил тему разговора.

— Очень хорошо. Если я хочу быть полезной Камелоту, то знание лекарственных трав, это меньшее, что могу сделать.

«Быть полезной». Утер почти привык к их с леди Маргарет фразе. Но она начала утомлять. Они его гости и… Король неожиданно для себя вспомнил, что леди Алиса не имеет содержания. От сундука с драгоценностями они отказались из-за прихоти леди Маргарет. Кстати, новая советница ещё не получила своё первое жалование. Нужно будет поднять данный вопрос, но чуть позже. После того, как они вернут Элдор.

— Не считая того торговца хлебом, что чуть не выпорол малыша пяти лет!

Король рассеяно нахмурился, возвращаясь из своих размышлений. Заметив интерес, Алиса рассказала про Ананта, про то, как отвела его к отцу и про то, что ребёнок подарил ей лошадку в благодарность за защиту и хлеб. Конечно, она не стала упоминать про магию и про разговоры. Это знать Утеру ни к чему. Король слушал её внимательно, отмечая для себя изменения в городе. Так реагировать на чужого ребёнка. Чуткая жена и мать, полная добродетели. Чья-то жена и мать. Перед глазами резко предстал образ того старого советника, присланного Баярдом для передачи письма. Внутри поднялось раздражение и пламя ревности. Куда ему женится? Он стар, как самый древний боров, вон, бородой дороги подметает, а всё туда же. И хвала Господу Богу, что леди Маргарет тогда не согласилась поехать с ним.

К тому моменту, как Алиса в красках начала расписывать подаренную игрушку, солнце наконец-то поднялось над лесом и его лучи прошили сад своими золотыми лучами. Часть из них залила почти всю беседку, не считая того тёмного угла, где находился король. Серый камень вдруг заблестел, а травы налились яркостью. Последние капли росы, переливаясь радугой, скатывались вниз, исчезая в земле. Сырость отступила и королю так захотелось насладиться этим светом. Сесть рядом с такой же солнечной Алисой и просто подставить лицо лучам. Утер медленно наклонился вперёд, протягивая руку на свет. Чёрная кожа перчатки загорелась рыжими бликами, словно пламя. Король отдёрнул руку, сжав кулак. Алиса вопросительно взглянула на него. Немного размяв кисть, Утер серьёзно кивнул, пообещав подумать над благоустройством рынка и приставить на это время к леди стражу, дабы впредь таких ситуаций не происходило. А Мерлину он прикажет отвесит пару плетей, раз колодки не справляются, за такое безрассудное поведение, ставящее под сомнение четь леди.

— Не будьте так строги. Он выполнял поручение Гаюса. — понимая, как подставила Мерлина Алиса попыталась смягчить короля.

— Строгость часть воспитания и раз юнцу не привили этого знания в семье, то я вправе доходчиво объяснить это через наказание. — Утер не понимал, почему леди Алиса так цепляется за этого слугу. Червь внутри снова разинул свою пасть и Утер уязвлённо подумал, лишь на секунду сравнив себя и его, о том, что быть может он ей приглянулся. Король сжал челюсти. — Скажите честно, леди Алиса, этот слуга Вам нравится?

— Как хороший друг. — уловив настроение Утера, поспешила оправдаться Алиса — Он помогал влиться в жизнь Камелота, и я ему за это благодарна. Он многое мне объяснил из того, что, к сожалению, леди Амелии не известно. Друг, но не более.

— Говоришь, точно леди Моргана о своей служанке. — тихо фыркнул король, отворачиваясь, — Надеюсь, что слугу у Артура ты себе не заберёшь.

Ей же сейчас не показалось? Утер пошутил?

— Ой, нет. — не скрывая своего удивления, рассмеялась Алиса. — Полагаю Артур без него не справиться.

— От чего же? — сохраняя невозмутимый вид, продолжает король, — Мой сын воспитывался в самых лучших римских и христианских традициях. У лучших учителей. Ему известно даже такое тонкое учение, как пение.

— Это несомненно лучшее воспитание для принца. Наверняка у него ещё и врождённый талант.

— Вовсе нет, поёт он сносно, но таланта не имеет. Да и не интересно ему было это ученье. Извёл мне всех учителей. Его больше интересовало военное дело.

— А ты поёшь? — Алисе жуть, как сильно захотелось услышать голос короля в песне. От чего-то эта новость так взбудоражила её и приковала взгляд к Утеру не хуже стальных цепей.

— Это было давно…

— Прошу. — не вытерпев, Алиса сорвалась с места, присев на колени возле ног короля и обхватив руки Утера своими. Пытаясь спародировать кота из Шрека, девушка умоляюще заглядывала в глаза короля. Радужка которых неожиданно оказалась серо-зелёной.

Растерянный от такой детской наивности, Утер ответил не сразу. Такие порывы эмоций были не сравнимы с реакциями Морганы. Ещё с детства, как только та осиротела и перешла под его покровительство, уже тогда она показывала своё благородство лишь иногда открываясь. Честно признаться, он не проводил с ней столько времени, как с Артуром, но и не обделял вниманием. С Алисой же всё было странно. Многие привычки и действия король не мог объяснить. Вероятно, таково воспитание девочек в Цинтре. Ему обязательно стоит поговорить об этом с лордом Грегори, как с доверенным лицом. И аккуратно расспросить леди Маргарет. Однако скрыть от себя факта того, что ему нравится прикосновения Алисы, Утер не мог. Ей будет позволено это.

— Простите, леди Алиса, я вынужден отказать. — прокашлявшись, всё же ответил Утер, перехватывая её руки и поднимаясь. — Встаньте. Ни к чему стоять коленями на холодном камне.

Алиса потянулась следом, шмыгнув носом. Вот ещё расчихаться прямо сейчас ей и не хватало. Стараясь игнорировать болезненный зуд, она теплее укуталась в шаль.

— Да ты замёрзла. Нет, так не пойдёт. — накрывая девушку своим плащом, словно крылом, король подтянул Алису к себе и вышел из беседки. — Идёмте, пора возвращаться в замок. Уверен, леди Маргарет Вас уже потеряла.

Улыбнувшись и сильнее прижавшись к тёплому боку, боги, да она действительно замёрзла, пальцы словно лёд, Алиса склонила голову. Слабость с новой силой накатила на неё, загудев в позвоночнике и пояснице. Сейчас Утер не походил на (как она его там называла?) ссохшуюся мумию. Вовсе нет. И ничего общего с тем кто пришёл в её сон у него не было. Не бестелесный призрак прошлого, а существующий здесь и сейчас такой же человек. Эта мысль неоновой вывеской выделялась на фоне всего остального, не укладывалось в голове. Стало стыдно за свои слова. Шмыгнув носом и проморгавшись, чтобы согнать влагу с глаз, Алиса тихо позвала короля.

— Ваше Величество, я хочу извиниться перед Вами. По прибытии в Камелот, я была напугана и измождена дорогой, холодными ночами на земле и опасностью, что поджидает каждую девушку в лесу, на дороге и даже в городах.

Утер остановил их, внимательно рассматривая платок, скрывающий от него Алису. Мысли вернулись в тронный зал, в день прибытия лорда Грегори. В его рассказы о разрушенном королевстве и страданиях, что наполнены его земли. В адскую бездну такое место. Эти девушки смогли сбежать, спастись от неминуемой судьбы и им точно не следует за это извинятся перед ним. А Алиса всё продолжала свой монолог.

— Простите за то, что могла обидеть или сделать что-то не так. Я… Простите за… — громко шмыгнув, Алиса смахнула собравшиеся слёзы. Резко заболела голова.

— Это ни к чему. — обнимая девушку, Утер успокаивающе погладил её по спине. — Всё в порядке. — Алиса отрицательно покачала головой, силясь сказать ещё что-то. Утер положил руку ей на затылок, переходя на шепот. — Если тебе станет от этого легче, то я принимаю извинения и прощаю.

— Скажите, — выждав пару минут, чтобы прийти в себя, Алиса так же тихо начала разговор. Голос не слушался, гнусавил и булькал. Пришлось прочистить горло. — Это плохо бросить королевство, что было когда-то частью твоей жизни? Неожиданно исчезнуть, словно и не было, оставив всех и вся позади. Желать, чтобы все, кто знал тебя, забыли о твоём существовании? Живых ли или мёртвых. Чтобы не терзаться ни сомненьями, ни слезами, ни надеждами. И что бы никто в прошлом не плакал о тебе?

— Нет. Нет, это не плохо. — Утер живо представил свою юность. Как он когда-то оставил всех в своём прошлом. Его город не горел, но семья спасалась бегством. Тогда, в день свержения его отца. Он сам покинул родные берега. — Нет. Это просто жизнь.

— Ваше Величество, могу я спросить ещё об одном? — дождалась утвердительного ответа Алиса — На прошедшем рынке, я услышала странную песню. О деве… Анун? Или может быть Айне.

— Айне. Богиня любви и плодородия, — хрипло произнёс король, взгляд его разом стал безэмоциональным и устремлённым в даль. — Это божество Старой Религии. И Вам, леди Алиса, не стоит прислушиваться к таким песням. А лучше сообщать о певцах. — отогнав воспоминание, Утер мягко продолжил, не желая давить. — Всё это магия, а она обладает способностью развращать даже самых благородных людей. Что уж говорить о чувственной леди.

***

— Леди Моргана, — приоткрыв дверь, Гвен быстро обводит помещение взглядом. Кровать пуста и смята, а на столе разбросаны платья. Сама Моргана сидела за своим туалетным столиком в шёлковом халате поверх ночной рубашки и раскладывала украшения.

— Доброе утро Гвен, — улыбнувшись отражению служанки, двушка отложила своё занятие. — Сегодня без цветов?

— Они все почти отцвели, моя госпожа, — оставив поднос на свободном от платьев островке, служанка тенью встала за Морганой. — Вы уже выбрали образ, которым покорите своих воздыхателей?

— Так скоро? — пропустив мимо ушей вопрос, Моргана расстроено заглянула в глаза Гвен. Служанка тепло улыбнулась в ответ.

— Вы сегодня рано встали. Как себя чувствуете?

— Немного побаливает голова, но это не так важно. Сегодня я видела прекрасный сон. Знаешь, Гвен, там было столько цветов! Самых разных. Я гуляла среди равнин и вдыхала этот пьянящий запах мёда. Мне было так хорошо.

Моргана прикрыла глаза, откинувшись на спинку стула, погружаясь глубже в воспоминания и предоставляя служанке возможность заняться её волосами. Иногда от сна не хочется просыпаться. Особенно когда он позволяет сбежать от надоевшей реальности.

— Эти мальчишки, — заметив на подносе письма, Моргана закатила глаза самодовольно улыбаясь. — Порой меня поражает их безвкусное стихоплетение. К тому же, всё это блеяние похоже на оду королю, а не мне.

— Но разве выражение чувств имеет мерки? — тщательно расчёсывая локоны, Гвен опустила глаза на свой живот. Там, за тряпичным поясом, подаренным Морганой, лежало новое любовное письмо от Ланселота.

— Конечно имеет. Нужно уметь выражать чувства через образы. И чем он возвышенней, тем лучше, — леди подняла серёжку с крупной жемчужиной и прокрутила её на солнце, раздумывая. Ей бы хотелось окунуться в любовный омут с человеком, что будет нашептывать ей на ухо сокровенные тайны их сердец. Но чем больше она смотрела на мужчин и возможных женихов, тем меньше верила, что может встретить своего принца

— Но иногда простые слова звучат намного искренней, — Гвен, кажется, почувствовала лёгкий укол обиды. Моргана улыбнулась, обнажая зубы, и отложила не понравившееся украшение.

— Именно этим ты мне и нравишься, Гвен. Ты настоящая, — леди коснулась её руки.

— Вы не верите написанным словам любови, леди Моргана? — Гвен замерла, всматриваясь в их отражения. Освещённые солнцем они выглядели иначе. Словно рамки и статус, разделявшие их каждые дни ранее, исчезли. В этот миг они казались намного ближе друг другу, если бы были равными подругами. Гвен осмелилась сплести их пальцы.

— Эти слова им не принадлежат, — мягко объяснила Моргана, не переставая смотреть в отражение Гвен. — Они продиктованы их отцами. Ни о какой любви и речи не идёт. Единственное, что интересует благородных наследников, — это земли и влияние.

— Уверена, Вы ещё найдёте свою любовь, моя госпожа, — высвободив руку и продолжив заплетать волосы, широко улыбнулась Гвен, поглядывая в зеркало.

— Любовь… — леди Моргана вновь бросила взгляд на письма. — Принеси мне их.

Без лишних слов Гвен выполнила просьбу и вернулась к своему делу. Иногда Моргана зачитывала ей строчки, делясь своими мыслями. А некоторые письма она даже не раскрывала, лишь прочитывала имя и сразу же откладывала в сторону. Но в один момент леди так сильно рассмеялась, что несколько прядок выбились из сложной причёски, и Гвен пришлось призвать свою госпожу к спокойствию. Когда с работой было покончено и последняя шпилька встала на своё место, Моргана уже дочитывала предпоследнее письмо. Немного поколебавшись, Гвен вытащила и своё. Прокрутив в руках бумагу, она протянула его леди.

— А это моё. От Ланселота.

Моргана остановилась, глаза девушки заблестели, и она раскрыла протянутое письмо. Пробежавшись по первым строкам взглядом, Моргана хитро посмотрела на свою служанку из-под бровей.

— И как давно вы ведёте такую переписку? Ты мне не рассказывала.

— С момента, когда он покинул стены Камелота. Но я не была уверена, что всё это продлится и дальше.

— Он так странно пишет, — Моргана вновь перечитала строчку. — «И глубина души твоей в глазах меня пленила, увлекая в бездну чувств». Почему ты сомневаешься в этом?

— Он ведь так далеко. А если мне понадобится помощь здесь? Он ведь даже не узнает.

— Тебя что-то беспокоит, Гвен? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё. Я помогу.

Служанка отрицательно помотала головой, уверяя Моргану, что в её жизни всё хорошо и жаловаться ей не положено. Письмо Ланселота было отложено. Моргана пристально смотрела на Гвен. Девушка неловко повела плечами, улыбнулась и преподнесла леди фиолетовое платье с золотой вышивкой на длинных рукавах. Верхушки деревьев за окном зашептали листвой, а сквозь стык камня и рамы пронёсся свист. Благодарно кивнув, Моргана скрылась за ширмой.

***

Артуру и Маргарет пришлось церемонно примириться. Каждый остался при своём мнении, но принц, как и обещал отцу, принёс гостьям извинения. А Маргарет, в свою очередь, благосклонно ответила, что понимает мотивы принца, и ему не стоило извиняться. Король был доволен, принц и леди — нет. Теперь их вражда сошла с публичной арены на совсем иной, личный уровень, и Артур мог предпринять всё, что угодно. Ей нужно было скорее выехать из замка вместе с Грегори и армией. Своими глазами взглянуть на оккупацию деревни и дать ситуации утихнуть. Интересно, после вчерашней ночи Грегори согласится с ней разговаривать? Тем более, у неё было к нему дело, давний должок…

— Леди Маргарет! — Голос брата Тука встретил её на лестнице раньше, чем она успела разглядеть монаха. — Господь даровал нам сегодня прекрасное утро.

— И правда прекрасное, брат, — поравнявшись с монахом, проговорила Маргарет, немного улыбаясь. Она не знала, как точно здесь обращались к монахам, тем более женщины. Однако его ничего не смутило, излучая ту же жизнерадостность, он посеменил рядом. — Вам нравится при дворе?

— Жаловаться на ум не приходило. Я успел посетить местную библиотеку и познакомится с хранителем священных текстов. Прекрасный Джеффри когда-то тоже видал стены монастырей. А теперь занимается составлением собственных текстов.

— Вы найдёте подход к любому, — Маргарет улыбнулась более искренне. Тук так охотно делился впечатлениями, хотелось услышать ещё. — И к королю видимо тоже. Я пропустила окончание пира.

— О-о-о… Храни Бог Его Величество, он прекрасный собеседник с великолепными знаниями, — Монах немного сбавил громкость голоса. — Правда, его тяготит груз былых ошибок, и он был бы рад загладить их. Взывайте почаще к милосердию, возможно, он найдёт отдушину в помощи окружающим.

— Благодарю за совет, — когда Тук заговорил тише, Маргарет уменьшила длину шагов. Теперь они скорее прогуливались по коридору. — Что же, рада, что вам здесь хорошо. Камелот принял вас, как и многих, с теплом и радушием! Здесь помогают каждому, — она слышала, как эту фразу произносил Артур, и смело повторила её.

— Особенно теперь, с помощью вас и леди Алисы.

Остановившись, Маргарет взглянула на монаха. Будучи ей по плечи, он умудрялся смотреть на неё лисьим взглядом и с христианской благодатью одновременно. Дождавшись пока людей станет поменьше, он придвинулся чуть ближе, перейдя почти на шепот. Со стороны они походили на беседующую пару, он словно давал леди напутствие. Маргарет приготовилась серьёзно выслушать всё, что скажет монах, и, если что, развеять его угрозы. Если таковые поступят.

— Мы четверо прекрасно знаем, то, что лорд Грегори всё ещё носит голову на плечах, заслуга не только Господа и короля, но и ваша. Хочу, чтобы вы помнили, — взгляд брата Тука на мгновение скользнул по пряди чёрных волос, — вы можете доверять мне и лорду Грегори, — он отстранился, сделал пол шага назад, — Ибо мы уже доверили вам свои помыслы. Ох, взгляните! Тимьян зацвёл.

Маргарет вздрогнула от внезапной смены интонации и обернулась. В окне виднелся утренний сад, не такой яркий, как она привыкла видеть, но всё ещё залитый солнцем. На небольших кустиках вдоль дорожек действительно виднелись слабые крапинки светло-лиловых цветков. Удивительно, абсолютно одинокий сад, однако брат Тук снова заулыбался, уверенно направившись к выходу на улицу. Маргарет проводила его взглядом. «Вы можете доверять мне и лорду Грегори». Она не помнила, говорили ли ей подобное раньше, разумеется говорили, она просто всегда пропускала мимо ушей. Грегори не дурак, не стал бы рассказывать всё монаху, если бы не был уверен точно. Качнув головой, Маргарет напомнила себе, куда шла, и решила рассмотреть поступившее предложение, когда у неё будут на это силы.

— Кстати, брат Тук, Его Милость не… — она уже ступила на дорожку в сад, однако замерла на месте. В конце коридора Авила с улыбкой трепалась с каким-то стражником.

— Его Милость что? — Монах обернулся, но Маргарет улыбнулась и покачала головой. У неё появилась проблема серьёзнее.

Как только Тук наклонился к цветам, девушка развернулась и быстрым шагом направилась к Авиле. В страже Маргарет узнала жениха трактирной дочки и чуть не вскипела. Ей же говорили! Мужчина быстро выровнялся, завидев леди, и даже отступил на пол шага. Разговоры нарушали устав, если Маргарет кому-то расскажет, его в лучшем случае отстранят от службы. Но Авила таких тонкостей не знала и потому даже не слишком изменилась в лице.

— Разве у тебя нет обязанностей? — Маргарет проговорила это с таким раздражением в голосе, что любая бы поняла, но Авила словно и не слышала. Раскрыла глаза и удивлённо спросила, в чём дело. Она же не с прислугой, а с женихом. Ухватив Авилу за руку, Маргарет дёрнула её на себя и повела обратно в сторону комнат.

— Да что такое! — Вырываясь, простонала девушка, обхватывая пухлой ладонью пальцы Маргарет.

— Молчи! Тебе сказали рта не раскрывать, — Маргарет затащила девушку обратно на лестницу. — Вернись в комнату и сиди тихо.

— Или что, леди Маргарет? — Шепотом, но с наглой язвинкой, проговорила Авила. Она наклонилась ближе к лицу собеседницы, стискивая в руке край шали, подаренной лордом. — Пойдёте к Его Милости? Вы сказали не говорить с Яковом, а его и нет, в темнице. А с женихом я говорить буду.

— А может, расскажешь ему, откуда у тебя шали и платья, м? — Маргарет отпустила руку Авилы, попутно толкнув. — Будешь дерзить, никакой свадьбы не увидишь. Поняла?

— Не будет свадьбы, так я к Его Величеству пойду, попрошу выдать меня за любимого… — глаза дочери трактирщика оказались ещё более тёмными, чем казались раньше, — на его родном языке, — Она отстранилась, рассматривая, как гнев на лице Маргарет сменяется на растерянность, а позже, так же тихо, добавила: — Не знаю, какую игру вы затеяли с Его Милостью, но если что, я и про него Эддрику расскажу. Про то, как благородный лорд взял меня силой и заставлял молчать.

Ещё секунду они смотрели друг на друга, Маргарет сжала кулаки, на секунду в её уме скользнула мысль ухватить Авилу за волосы и толкнуть вниз. Ступенек мало…и не надёжно. И за убийство, пусть и служанки, её по головке не погладят. От девчонки нужно было избавиться, но медленно и без лишних домыслов. Нужно сказать Грегори, и тогда они вместе придумают, как с этим справиться.

— Будет тебе свадьба, до зимы будет.

— Благодарю, леди Маргарет, — Авила покорно сложила руки и поклонилась, как делали другие служанки при благородных дамах.

***

— Болтливая дрянь, — Грегори отпил из бокала. — Это моя вина, нужно было выбрать кого-то другого. Mo chreach! Не нужно было вообще никого искать, — вдруг опомнившись, Грегори поднял взгляд на всё ещё стоящую около стола Маргарет. — Простите, я не должен был произносить это в слух. Вам лучше сесть.

Он отодвинул стул, но Маргарет положила руку на деревянную спинку и задвинула обратно. Её не волновал этикет, если мужчине придёт в голову материться, пусть, она сама в паре шагов от того, чтобы пополнить лексикон Грегори русскими ругательствами. А садиться она даже не подумает. В его комнатах пахло дымком и мёдом, а широкое просторное помещение, чуть прохладнее, чем их с Алисой комната, совсем не давило на мысли. Так что, стоя, ей думалось лучше.

— Я буду с вами честен, как положено с благородной дамой, — Грегори постучал пальцем по столу, — всё случившееся — моя задумка, которая не оказалась надёжной. И пока я буду решать возникшую проблему, я попрошу вас только об одном…

— Нет, — Маргарет заглянула лорду прямо в глаза и свела брови. Он не будет говорить с ней, как с ребёнком. — Нет, я не стану сидеть в комнате и ждать. Если вы это хотели сказать. Вы знаете, что я воспитана иначе, вы привыкли общаться с податливыми робкими барышнями, но я не они. Мне всё равно, как вы говорите, и если потребуется, я буду действовать, — странно, но Грегори слушал. Утер бы уже начал раздражаться, но лорд выглядел крайне сосредоточенным, несмотря на гудящую с утра голову. Поэтому, чуть сгладив тон, Маргарет продолжила: — Не запирайте меня в комнате, не просите вздыхать у окна.

— Боги, женщина… Что с вами со всеми сегодня не так? — Понять, радует услышанное Грегори или нет, было сложно, скорее всего, и то и другое разом. Он боялся, что Маргарет выкинет глупость в порыве, и в то же время чувствовал, что этого не случится. Его разрывало между желанием запереть её в башне Ашдауна и тем, чтобы вновь усадить за стол переговоров. Какой же он дурак! Нужно было сразу отказываться от этой авантюры. Уезжать и не очаровываться образом прекрасной дамы, которая оказалась и не такой уж… Нет. Он потёр лицо руками. — Король казнит нас всем скопом. Вас, меня, вашу подругу, ораву моряков, Тука… даже Авилу. Надо что-то сделать. Пошлите её за травами, час-два, и её печень найдут в лесной реке.

— Лорд Грегори, смерть единственного свидетеля… — Маргарет поджала губы. Потерялась в лесу и была сожрана мифическим существом? Вот так сразу после приезда? Лучше уж было спустить её с лестницы. Но Маргарет не хотелось, Авила не такая уж значимая фигура, чтобы, в случае чего, понести за неё наказание.

— Вы сами сказали, что готовы действовать!

— Да. Но…

— В нашем деле «но» не может существовать, леди Маргарет, — Грегори расплылся в улыбке, которая вовсе не выглядела дружелюбно. — Когда я скажу, вы отправите свою служанку в лес за крапивой. А пока пусть сидит разжигает камин и перебирает сундуки, не выходя из комнаты.

— И всё же, я поговорю с Его Величеством о свадьбе. Скажу, сама подобрала жениха. Вы дадите мне такую возможность, лорд Грегори?

Вот оно, то чего Грегори боялся. Что же, пусть пробует, может обойдётся без лишней крови. Получив согласие, Маргарет немного расслабилась. На какое-то время комната погрузилась в тишину, где было слышно только поднимающийся за окном ветер. Постояв так несколько мгновений, Грегори снова посмотрел на девушку. Хмурую, уже небось думающую, как подойти к Утеру со столь странной просьбой. Как судьба свела его с такой особой? Лучше бы Маргарет оказалась изнеженной дурочкой, пугливой, как весенняя птичка. Но ему досталось оказаться в одном гнезде с пока ещё не достаточно решительной, но настойчивой и своевольной дамой. Он даже мог представить, какая воинственная из неё могла бы выйти особа годика через три-четыре, и мысленно восхитился этим предположением.

— Не принимайте мои слова так близко, леди, мы близки к тому, чтобы выбраться из кошмара.

Маргарет вынырнула из раздумий и приподняла уголки губ, одаривая лорда легкой улыбкой. Ей слишком сильно хотелось поверить. Момента лучше не будет, она решила доказать лорду, что бояться её уж точно не стоит. Просунув пальцы под рукав платья, она вынула массивный перстень с камнем. Рисунок на железной основе уже порядком потёрся и потемнел, на камне виднелся небольшой скол. Однако то, как быстро Грегори изменился в лице, впечатляло. Мужчина словно увидел призрака.

— Вы говорили, что потеряли в замке перстень, принадлежавший вашему отцу, — Маргарет могла бы и здесь рассказать про Авилу, но жуть как не хотелось вспоминать ни девчонку, ни ночи, что она и лорд проводили вместе. — Его нашли. Вы вернули мне кольцо, теперь моя очередь вернуть вам памятную вещь.

— Это не просто память, — похолодевшими пальцами Грегори забрал у неё перстень, покрутил в руках и медленно надел. Всё это время он справлялся с чувством вины за утерянную реликвию. Почувствовав вес перстня на пальце, Грегори ощутил, как сила прежних поколений снова окутывает его. Как он снова становится частью чего-то большого, словно корни дерева пробираются в землю.

Отбросив назад упавшие на лоб волосы, Грегори выпрямился, готовясь сказать что-то, но вместо того учтиво поклонился, как делают рыцари. А после, взяв Маргарет за руку, осторожно поцеловал тыльную сторону её ладони. Что-то сверкнуло в глазах девушки в этот момент, она легонько поджала губы, чувствуя проступающий на щеках румянец. Маргарет понадеялась, что Грегори, смотрящий ей прямо в глаза, этого не заметит. На фоне всего произошедшего, это было самое приятное за много-много дней.

***

Переступив порог комнат Гаюса и закрыв за собой дверь, Мерлин облегчённо вздохнул, опуская плечи. Его утренняя рутина была внезапно разбавлена колодками и летящей в него гнилой капустой. Конечно, его оповестили, за что он понесёт наказание, а развлечение толпа никогда не пропустит. Мерлина раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, он мог понять, почему на него легла вина, и отчасти согласился, ведь Алиса, несмотря на предупреждения судьбы, была искренна и стала хорошей подругой, а для друзей маг на многое мог пойти, но с другой стороны, было обидно. Как будто ему проблем и дел мало. Руки ужасно саднили и горели. Глубоко вздохнув и запрокинув назад голову, маг стряхнул с уха пожелтевший кусочек листа капусты. Пройдя в свою комнату и сбросив грязную рубашку, Мерлин первым делом осмотрел свои царапины. Некоторые вновь засочились и раскраснелись из-за колодок. Конечно, всегда можно применить магию, но Гаюс посчитал это хорошим поводом для практики изготовления «заживляющей мази».

Маг медленно обвёл комнату взглядом. Повседневные дела и обучение настолько его поглотили, что он совершенно забыл про себя. Личное пространство было сплошь усеяно исписанными листами с составами и рецептами, коим Гаюс обучал его, и немногочисленными вещами парня. «Будучи слугой будущего короля, ты обязан знать всё, а не просто многое, Мерлин. Тем более, если хочешь стать моим преемником» — строгий ответ его учителя на попытку выклянчить себе выходной среди прошлых насыщенных работой дней был более чем правдивым. Принц давно стал ему другом, и маг обязан быть для него лучшим. За своей заносчивостью Артур прячет несомненно большое и доброе сердце. Честность, благородство и гибкий ум делают его наилучшим человеком в Камелоте. Намного лучше своего отца. Мерлин хитро улыбнулся, вспоминая Ланселота. Хотя… Дружеская конкуренция не повредит. Из мыслей о светлом будущем Мерлина вывело грозное рычание из-под кровати.

— Эй, — тихо проговорил парень, опускаясь на четвереньки и заглядывая под сползшую простынь, — не бойся, это же я.

Пошарив по карманам и не найдя свёрток, Мерлин поднялся. Не мог же он выронить его на площади? Обшарив кофту, он обнаружил искомое в куртке. Облегчённо выдохнув, парень развернул ткань.

— Я тебе поесть принёс, — просовывая кусочек мяса в тень своей кровати и слыша в ответ громче рычание переходящее в шипение, маг старается не делать резких движений. Ему и так досталось, когда он ловил этот маленький комочек шерсти. Мерлин и не предполагал, что так сильно напугает его. — Выходи, всё хорошо.

Из тени, где-то в районе спинки кровати, вновь послышалось злобное рычание, призванное внушить страх и обратить в бегство надоедливого человека. Вглядевшись, Мерлин заметил в самом дальнем от себя углу два жёлтых глаза. Зверь сглотнул и продолжил угрожать.

— Хорошо, — расставив руки в примирительном жесте, маг медленно отодвинулся от убежища. — Я оставлю это здесь, а ты съешь его, когда сам захочешь.

— Ты здесь, Мерлин? — послышался хлопок двери и голос Гаюса из дальних комнат. Лекарь вернулся после утреннего обхода. Парень утвердительно откликнулся, подхватывая первую попавшуюся рубашку, и вышел из своей комнатушки.

— Что ты опять сделал? — внимательно оглядев ученика с головы до ног, страдальчески вздохнул Гаюс.

— Ничего. Просто мои выступления так хороши, что меня часто зовут их повторить. Я поднимаю людям настроение. Но не волнуйся, я не предам своего учителя ради славы.

— Не злоупотребляй своими выступлениями, иначе окажешься в таком же положении, что и бард, — лекарь быстрыми шагами направился к шкафам, перебирая бумаги. Раскрыв дверки и почти скрывшись в них, Гаюс черкнул пером по бумаге, выставив на столик пару бутылочек. — А мои запасы готовых снадобий на исходе.

Мерлин прикрыл глаза, слегка приподнимая уголки губ, прекрасно понимая, кто их будет готовить.

— И пока я занят проверкой, ты смоешь с себя этот кислый запах. Гнилая капуста не входит ни в один из рецептов.

Мерлин послушно подхватил ведро с водой и, выбрав место, где он ничего не испортит и не будет мешать, нырнул туда головой. Гул в ушах да плеск воды, пару секунд без мыслей и лёгкий ветер по спине, переходящий в холодное прикосновение. Парень мгновенно вынырнул обратно, протирая лицо и осматриваясь. В дверях он заметил замершую Гвен, что не сводила с него взгляда.

— Привет, — неловко прикрываясь рубашкой, пробормотал парень, поглядывая на своего учителя. Какой интересный день у него намечался. В скольких ещё неловких ситуациях ему предстоит сегодня побывать? Мерлин нарочито громко прокашлялся. Гаюс, поглядывая на них из-за створок, улыбнулся, продолжая сверяться со своим списком. Кажется, ситуация его забавляла.

— Привет, — вздрогнув, Гвен опустила взгляд, поправляя волосы. Её лицо залил румянец, а на губах появилась улыбка.

— Ты что-то хотела? Что привело тебя сюда?

— Да, конечно. Я же не могла прийти сюда просто так. Не по делу. И уж тем более я не знала, что помешаю. Простите. В общем, леди Моргана пожаловалась на головную боль, и поэтому я здесь. — Старательно игнорируя одевавшегося впопыхах парня, говорила в пространство Гвен.

— Рад видеть тебя, Гвен, — вышел из своего укрытия Гаюс. Девушка радостно поприветствовала его. — Ночные кошмары не мучают леди? Вы давно не заходили за лекарством.

Мерлин настороженно прислушался. Мысль абсурдна, но вдруг Моргана видела тот же сон, что и они с Артуром? Но тогда она не была столь любезна с гостьями в начале. Да даже если и так, ему она вряд ли расскажет.

— Нет, нет. Последние несколько недель она крепко спит, чему я очень рада. Такое облегченье видеть её здоровой, — принимая из рук Гаюса лекарство, благодарно приседает Гвен, бросая тёплый взгляд на Мерлина.

***

Когда леди Маргарет вернулась в свою комнату, Алиса ещё находилась в постели. Несмотря на глубокое дыхание, её сон был беспокойным: она то и дело дёргала рукой, а глаза под веками быстро перемещались. Заметив под сундуком край листа, Маргарет уже было шагнула к нему в желании узнать, какой документ успел потеряться, как чёрное нечто быстро пронеслось у её ног, заставляя отпрыгнуть назад, и скрылось под пологом кровати. Первой мыслью был огромный паук, но страхи быстро развеялись, когда из убежища названного гостя донеслись угрожающие кошачьи завывания. Кажется, у них появился недружелюбный сосед. Подумав, что кот может легко попортить упавшую бумагу, она подняла лист и нахмурилась. Написано было не её рукой.

Она не видела этих писем ранее, но видела чернильные пятна на пальцах подруги. Маргарет никогда бы не придала этому значения раньше, ведь и сама была обладательницей таких же клякс. Как у половины стряпчих. Вот только, кому Алисе писать письма? Найденные черновики были полны нежных фраз влюблённого сердца, иногда они составляли трогательный диалог, и можно было бы поверить, что Алиса пишет книгу, но… свёрток в руках говорил об обратном. Развернув полученное письмо, она быстро его прочитала. Кто-то клялся кому-то в вечной любви и обещал приехать, вопреки запрету. Всё это, написанное Алисиной рукой, выглядело странно. Пока Маргарет не опустила взгляд на подпись.

Картинка прояснилась. Алиса писала письма от имени влюблённого юноши, бывшего рыцаря, изгнанного ранее Ланселота. Маргарет поднесла страницы с кляксами и зачёркнутыми словами к камину и уверенно бросила в огонь, Авила их найти точно не должна. Да и никто другой тоже. Оставив лишь оригинал письма, Маргарет скрутила его обратно и села на подоконник, ей нужно было понять, зачем Алиса делает это, прежде чем идти и спрашивать. Ланселот мог неровно дышать к служанке, но для чего Алисе подобное? Гвен… Маргарет вспомнила рисунок в скетчбуке Алисы, где Артур и Мерлин нагло целуются, а рядом, наброском на фоне, возмущённое лицо кудрявой девицы. Маргарет встала с подоконника и полезла в тайник за рисунком, сверив память с реальностью, она убедилась в своей догадке. Гвен нравится Артуру или наоборот. И в ту же секунду её осенило. Гвен, та сама легендарная королева, что в летописях значится принцессой. Та самая, что должна была изменить мужу с рыцарем. Запрятав письмо и скетчбук обратно, Маргарет довольно улыбнулась. Алиса молодец, если решила опередить историю.

Стук в дверь застал Маргарет врасплох. За всё время, проведённое в замке, никто из слуг не проявлял такой чуткости. Они заходили молча или спрашивали разрешения, ожидая в коридоре.

— Леди Маргарет, леди Алиса, вы у себя? — голос Джона подтвердил мысли Маргарет.

— Подожди секунду, — бросая взгляд на дотлевающие страницы, она открыла дверь. — Привет, Джон. Рада тебя видеть. Заходи. — Она чуть загородила собой Алису, говорить на удивление проще, когда не нужно подбирать витиеватые обращения.

— Да я не надолго, — радостно улыбнулся мужчина, переступая порог с мешком за спиной. — Милая комнатка.

— Не самая милая, у тебя что-то срочное? Алиса ещё спит.

— Это для Алисы. Меня попросили передать, — Джон спустил с плеча свой груз, прислоняя его к стенке. Тут же машинально поправляя подбитые очки. — Благодарность от матушки Карла. Женщина надеется, что вязанье скрасит осенние и зимние вечера леди.

— Да уж… скрасит, — Маргарет покосилась на мешок. Ей только этого добра в комнате и не хватало.

— О, и ещё. У вас появилась своя личная служанка? Я встретил её сегодня у голубятни. Вероятно, леди Алиса больше не нуждается в моих услугах почтальона, поэтому я мог бы передать письма ей, — Джон говорил как бы растерянно, но было заметно, что он будет рад сложить с себя эти обязательства. Маргарет не сомневалась, он сильно устаёт на конюшне, да и понимает, что делает не самые правильные вещи, передавая письма. Но доверить что либо Авиле… разве что посадить её вязать. — К тому же, мне не всегда удаётся выбраться и вовремя принести ответ. С ней вам намного удобнее.

— Выходит, ты отправлял письма… — Маргарет заметила его растерянный взгляд и тут же исправилась. — Ну конечно, я забыла, прости. Знаешь, Авила не такая понятливая, да и мне будет спокойнее, если письмами будет заниматься свой человек.

Джон какое-то время ещё смотрел на неё, потом снова поправил очки, кашлянул. Он понимал, что скрывалось за словом «свой». Но мог ли как-то избавится от этой ответственности? В отличии от Джейка, который теперь верил в поиски кольца, он уже не ждал возвращения домой и старался просто выжить здесь. Через несколько секунд он кивнул, соглашаясь со словами Маргарет, и вышел. Кот уже не волновал Маргарет, а вот Авила, что таскается где попало… они же договорились. Второй раз. Ей нужно было действительно обзавестись верным слугой, хорошим шпионом и посыльным. Дрова потрескивали, бумага уже догорела послужив прекрасным розжигом. Был ещё кое-кто, умеющий носить письма… и не умеющий их читать.

***

Артур был молодым принцем и рыцарем, а ещё красивым — по всем меркам современного для Его Высочества мира. И хоть собственная внешность его не слишком заботила, он всегда знал о своей привлекательности. Рано или поздно Артур получит свою парочку шрамов, как у отца над бровью, боевую отметину как символ мужества и доблести. И даже тогда останется симпатичным. Зная это, принц не слишком ограничивал себя во влюблённостях. Если девушка приглянулась, значит нужно за ней поухаживать, попросить отнести ей цветы и фрукты. Тогда приятно пахнущий розовой водой платочек на турнире обеспечен! А потом и награда победителю. Однако сейчас Артур почти не засматривался на дам, для него начала существовать только одна женщина, достойная внимания, и далеко не из любовного влечения. Леди Маргарет, что «шепчет на ухо королю», теперь посоветовала Утеру начать отбирать подаренные земли.

— Приятного аппетита, Ваше Высочество, — Гвен поставила тарелки, стол был уже накрыт. — Леди Моргана…

— Спасибо, Гвен, — Моргана отбросила назад волосы, занимая свое место за столом. Ей хотелось послушать, какие новости ходят в той части дворца, куда её не допускают.

На сей раз обед в покоях Морганы накрыли на двоих, Артур проводил взглядом Гвен, одарив её заученной улыбкой. Девушка смущённо отвела взгляд, отходя к стене. Принц опустил взгляд в тарелку, задумчиво перекатывая горошек, оформляя им мясо.

— Хочу знать, слухи — правда? — Моргана начала разговор первая. — Слышала, что король уже отправил письма в города лордов, чтобы оповестить их. Назревает новая война?

— Не совсем, — Артур отвлёкся от гороха и начал тыкать вилкой в кусочек мяса, есть ему не особо хотелось. — Если лорды сделают всё правильно, Канон никогда не выйдет из Маргита, до весны точно. А Элдор присоединят обратно к Логресу. Лорд Грегори выступит тоже, его порекомендовала Маргарет. У неё уже везде друзья есть.

— Это отчасти хорошо, — Моргана отпила из металлического бокала, сок сильно кислил, и девушка чуть поморщилась. — Ты говорил, что беспокоишься о жителях деревни. Теперь сможешь поехать и лично всё проконтролировать. Узнать её «друзей» поближе.

— Может, принести вина, Ваше Высочество? — Гвен немного подалась вперёд. Артур поднял взгляд и слегка улыбнулся, как будто она пошутила. Моргана обернулась, утром они говорили о Ланселоте, а теперь ей строит глазки наследный принц. И Моргана могла порадоваться за подругу, всё же, она звала Артура не для этого.

— Можешь идти, если нам что-то понадобится, я позову тебя, — дождавшись, когда за Гвен плотно закроется дверь, Моргана отломила кусочек хлеба. — Мне начинать волноваться?

Артур озадачено поднял взгляд на Моргану. О чём? Его вряд ли убьют в этой маленькой стычке. Даже не факт, что ранят или…

— Ты так задумчив в последнее время. Что тебя так беспокоит, что ты даже отказываешься от еды и перестаёшь уделять должное внимание благородным дамам?

— Кто будет разливать нам вино? — Артур приподнялся на стуле, осматривая комнату. Сейчас такие мелочи вызывали раздражение.

— Это могу сделать я, на правах леди замка.

— Тогда тебе стоит лучше над этим работать.

— Предлагаешь участвовать в жизни кухни или возглавлять шествие белья к реке?

— Не знаю, леди Алиса иногда это делает. — Артур развёл руками, говоря это.

— Она не настоящая леди, — Моргана фыркнула, возвращаясь к своему бокалу.

— Я не это имел в виду. Прости. Просто у меня складывается такое ощущение, что наши гостьи много на себя взваливают. Когда ты последний раз отправлялась с ними вместе на прогулку?

— Давно. Зачем? — Она посмотрела на принца, сделав голос чуть мягче. — Маргарет не горит желанием видеть меня, а Алисе интереснее со служанками. Но если ты считаешь это необходимым, я подберу момент.

***

«Ниже солнце, ближе темень, к поднебесному костру…». Слабый голос пробирался сквозь звуки шагов, похабные крики стихали, теперь стража, что дежурит у входа, громко требовала тишины. Они угрожали выпороть каждого, кто откроет рот в присутствии благородной леди, и Маргарет мысленно скривилась от вида окружающей обстановки. Теперь она советница короля, её не могут просто облить словесными помоями. «…Выше месяц, легче стремя, ходит конь по серебру…». Голосок Якова становился более уловимым, и, оказавшись рядом, Маргарет прислушалась. Парень сидел в самом дальнем углу один, поджав колени и запрокинув голову. Он не выглядел напуганным, скорее уставшим, не знающим, что будет дальше. Его взгляд изучал каменную кладку потолка, пока сухие губы напевали незнакомую мелодию, похожую на колыбельную. «…Глубже думы, крепче силы. Конь возьмёт тебя в седло. Закрывай глаза, мой милый, спи, пока не рассвело»*

— Красиво, — Маргарет сделала шаг, выходя на свет факела, и по подолу платья начала подниматься серая дождевая вода. Маргарет всегда надеялась, что это вода, и думать об ином происхождении луж и капель не бралась.

— Вас послали допросить меня? — Яков выровнялся, но не встал. Он оглядел Маргарет и остановил взгляд на желто-зелёном яблоке. — Зачем?

— Я подумала, оно тебя порадует, — Маргарет протянула руку сквозь решетку. — С лордом Баярдом сработало.

Помолчав, Яков отрицательно качнул головой, высказав предположение, что оно может быть отравленным. Маргарет закатила глаза, Яков казался страшно осторожным, что совсем не было ему присуще в обычной жизни. Демонстративно откусив кусок, Маргарет села на сухой пятачок пола, чтобы заглянуть мальчишке в глаза. Платье и так придётся отдать прачкам.

— Почему ты поддержал меня? Ты мог промолчать. Тебя не было под лестницей.

— Откуда вам знать? — он лишь немного приподнял уголки губ. — Где я вообще был всё это время? — Выждав пару мгновений Яков пододвинулся ближе, радужки его глаз показались Маргарет чёрными. — Мне достаточно знать, что мирный договор украли именно вы, и я ждал, как вы им распорядитесь.

Отведя задумчивый взгляд, Маргарет почувствовала холод. Мышь, пробегающая мимо, унюхала запах фрукта, повела носом. Яков хмыкнул, забрав из рук Маргарет яблоко, и вернулся в свой угол. С хрустом откусив кусок, он наблюдал за мышью, что просто нюхала воздух вокруг.

— Утер не знает что я здесь, — наконец, более серьёзно произнесла она. Уже во второй раз, только теперь это правда. — Если я и прикажу тебя освободить, то только по моей воле. Ты вернёшься на службу к королю. Хочешь?

— Считаете, король захочет меня обратно? Он никогда не будет мне верить. Вкусное, кстати, — Яков всмотрелся в извилистые следы укуса, — из моих запасов на кухне?

— Захочет, — Маргарет облокотилась на железные прутья, — Утер многое теряет сейчас, хоть всем кажется, что наоборот. Он будет рад знакомому лицу рядом. Я ему скажу…

— То же, что сказали про Баярда. Второй раз не сработает. Я много лет служил его величеству, крутился рядом с момента, как мне исполнилось одиннадцать. Думаете, я не видел короля в его лучшие годы? Я могу сравнить то, что было шесть лет назад, и то, что я вижу сейчас. Я делал всё, чтобы быть полезным, и продолжу делать даже здесь. Когда-нибудь я вновь понадоблюсь Его Величеству.

— Ты правда веришь, что протянешь здесь несколько недель, или месяцев? Говорят, зимой иней и снег нарастают на стенах, а вода мёрзнет в кружке, — Маргарет уловила лёгкую тень, скользнувшую по лицу парня, он знает, что может не пережить зиму, но в его голове есть нечто, что необходимо унести в могилу, нежели разболтать. — Я верну тебя на службу к королю до завтрашнего вечера, — Маргарет протянула руку в камеру, рассчитывая на рукопожатие. — С одним условием. Согласен?

— Каким? — Яков даже не дёрнулся.

— Болтая на кухне или где-то ещё, ты будешь говорить то, что может быть мне полезным. Никогда не станешь говорить или слушать мою служанку. Станешь проповедником воли короля и моей.

— И шпионом, полагаю, — усмехнулся Яков, доедая яблоко. — Но только вашим.

— Ты умнее Мерлина, если сравнивать, — она улыбнулась, на сей раз искреннее. — Можешь докладывать и Утеру, я буду приставлять тебя к приезжим лордам. Ты просто не должен говорить Его Величеству про меня и принца Артура.

В голове Якова ёкнуло нечто мелкое, но очень приятное. Отбросив огрызок яблока, он вытер руку о рубашку и стукнул ладонью о ладонь Маргарет. Быстро, резко и даже немного грубо. После чего снова осел в дальнем углу.

— Миледи, что конкретно о вас с принцем мне не сообщать Его Величеству? — В голосе скользнула язвительная нотка. Маргарет вздохнула, закатывая глаза. Выбрал формулировку, как будто не знает, с кем разговаривает. — Я пошутил. И клянусь не выдумывать ничего на потеху публике.

— Стража! — Она встала, сделала шаг назад. Из коридора появился хмурый мужчина с грязной, неаккуратной бородой, пугающий одним видом. — Откройте. Король Утер помиловал слугу в память о верной службе.

Какое-то время мужчина сомневался, перебирая в грязных руках ключи. Но позже сдался под выжидающим взглядом. Когда тяжёлый замок со скрежетом открылся и упал на пол, из соседних камер появились удивлённые и озлобленные лица пленников. Они смотрели на мальчишку с чёрной завистью, но за то все, от городских воришек до преступников со стажем, запомнят, что женщина в красном платье может вытащить из подвалов Камелота, если захочет. И расскажут об этом в городе, когда выйдут отсюда. Маргарет не думала о том, что эти уродливые рожи, на которые она боялась смотреть, могут составить о ней мнение и понести в народ. Она думала о том, как придёт к Утеру, приведёт свидетеля и оправдает Якова. Брат Тук так быстро получил расположение короля, пора это использовать.

— Спрячься в городе, а завтра к обеду приходи в мои покои, — Яков только кивал на услышанные слова, Маргарет шла быстро, ровно, глядя вперёд в темноту, что раньше её пугала. А мальчишка не отставал даже на шаг. — Я уверена, ты знаешь, как пройти незамеченным.

— Я справлюсь, леди Маргарет, — он произнёс это с лёгкой игривостью в голосе, которой не было слышно за решеткой. И хоть в этом тоне не было и грамма благодарности, Маргарет знала, «спасибо» он ей ещё скажет. Яков тенью юркнул в узкий коридор к другим заключённым, видимо, он и правда знал другой выход. Стражник шагнул за ним и столкнулся с протянутой рукой Маргарет, что преграждала ему путь.

— Оставь, пусть идёт. Лучше дверь открой, тут дышать нечем.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* - Песня из квеста «Ошейник»

«Разжигая костёр»

Камень леденеет ночью. Маргарет шла по замку, сухая трава, разложенная по полу, кололась, а сердце трепетало так, что было готово выскочить из груди. В темноте, где лучики холодного лунного света пробивались в щели ставней, Маргарет судорожно искала хоть кого-то. Очнувшись в своей комнате, она не обнаружила рядом Алису, в коридорах не было слуг, не горели факелы, гробовая тишина пронзала слух. Открытые настежь двери комнат, словно специально демонстрировали отсутствие своих хозяев. Белая пышная ночная рубашка тянулась по полу и мешала идти. Волосы лезли в глаза, лютый холод с каждым шагом всё выше и выше поднимался по ногам. Обхватив руками плечи, Маргарет испугалась собственной мысли и побежала вниз. На первый этаж, к тронному залу.

Сердце заколотилось, она одна, совершенно одна, и, если там не будет короля… замершие пальцы ног коснулись чего-то вязкого. Маргарет замерла, медленно опуская взгляд. Тонкая струйка крови ручьём бежала между камнями от тронного зала. Единственных закрытых дверей. Задержав дыхание, Маргарет почувствовала дрожь, пробирающую всё тело. В саду бушевал ураган, темные деревья бились о колонны и арки, ломая ветки. Наконец, ветер ворвался в коридоры первого этажа, Маргарет услышала его вой и в страхе бросилась к дверям. Пачкая подол рубашки бурой кровью. Двери поддались на удивление быстро, и, сделав шаг, Маргарет вскрикнула. Окончательно потерявшись.

Плотная паутина свисала со всех углов тронного зала, она оплетала колонны праздничной тканью, словно скатерть покрывала столы, от угла к углу, от пола до потолка, от дверей к трону… Трону, рядом с которым что-то шевельнулось. Застывшая Маргарет осмелилась лишь на одно движение взгляда. И тут же пожалела об этом. Затянутая паутиной, словно плотными верёвками, Алиса безжизненно смотрела на подругу стеклянными, полумёртвыми глазами. Паутина крепко стягивала её побледневшие руки, колени и рот. Моргнув, Алиса вдруг повалилась на пол, как лишённая опоры кукла, а под потолком раздалось шипение. Паук, новый хозяин этого зала, спустил мохнатые лапы к трону. Теперь он казался маленьким детским стульчиком, по сравнению с размерами восьмиглазого монстра. Он опустился ниже, зависая в воздухе, демонстрируя спину с нарисованными скрещенными мечами. В каждом глазу Маргарет смогла разглядеть своё отражение. Оцепенение, ведущее к смерти.

Требовательное мяуканье резко вырвало Маргарет из дремоты. Подскочив с подушки, она закрыла лицо руками, пытаясь отдышаться. Страх быстро отступал, оставляя лишь неприятное покалывание на затылке. Потерев глаза, Маргарет вновь проигнорировала странные звуки и посмотрела на вторую половину кровати. Алиса тихо сопела заложенным носом, завернувшись в одеяло, словно в кокон. Лекарства облегчили лихорадку, однако выздоровление ожидалось не из лёгких. Их аптечки не были подготовлены к внезапному средневековью, не нашлось даже аспирина, не говоря об антибиотиках. Обезболивающие, пара пластырей и остальное по мелочи - ничего, что могло бы сбить температуру или ослабить аллергию. Хлюпнув носом, Алиса перевернулась набок, а из-под кровати вновь раздался рычащий мяфк.

Откинув одело, Маргарет села на краю по-турецки, не спеша спускать ноги. Создания семейства кошачьих не вызывали у Маргарет ни особой любви, ни особой неприязни. Однако получить пару царапин от бродячего животного… такая себе идея. Чуть наклонишь вперёд, она посмотрела на пол, пытаясь поманить животное привычным «кис-кис-кис». Нечто чёрное, похожее на маленькую головку, появилось из-под кровати всего на секунду и снова спряталось. В памяти Маргарет всплыла чёрная маленькая фигурка, которую она уже видела в комнате ранее. Но Яков и его спасение из темниц вытеснили мысли о новом соседе.

— Да кто ты… Иди сюда. — Маргарет всё же спустилась на пол, пряча босые ноги в подоле, и заглянула под кровать. Пара желтых глаз сверкнула в темноте, и котёнок всё же вышел на свет. Протянув руку, Маргарет представила, сколько его чёрной шерсти будет оставаться на одежде и кровати, если Алиса захочет его оставить. А она захочет.

— На Мерлина похож. — Усмехнулась Маргарет своей внезапной ассоциации. — Хотя слуга принца не так потрёпан, как ты.

Чёрная сожжённая шерсть грязными оплавленными комками свисала по бокам, а короткие чёрные усы дугой тянулись вниз. Судя по взгляду, леди Маргарет коту не понравилась, он угрожающе зафырчал на протянутую руку, прижимая маленькие уши. Алиса вновь зашевелилась, её дыхание участилось, а спустя пару секунд она уже протирала глаза.

Алиса проснулась от сильной боли в висках. Зажмурившись и зашипев, девушка сильнее уткнулась в подушку, желая уйти от болезни. Глупо. Единственное, что ей могло помочь, - это правильное лечение известными и не раз выручавшими препаратами, которых в пятом веке и не существовало. Терафлю было бы кстати. Пропить пару деньков, и она как новенькая. А от этих травяных настоев неизвестного происхождения начинало мутить, хоть сомневаться в Гаюсе не приходилось, однако понимать, чем конкретно тебя лечат, надо. Далеко не сразу ей удалось открыть скованные корочкой разгоряченные глаза. Было невыносимо жарко и влажно, словно в тропиках. Поменять бы простыни. Да и всё постельное бельё вместе с одеялом. Найдя в себе силы, она отбросила край одеяла и, громко хрустя залежавшийся костями, повернулась на спину. Перед глазами забегали чёрные точки, появился шум в ушах. Эта потерянность в пространстве продлилась несколько секунд и вскоре затихла. Сбоку от Алисы прогнулась кровать, а на лоб легла холодная рука. Боль притупилась, и девушка облегченно выдохнула.

— Как ты себя чувствуешь? — стараясь говорить как можно тише, Маргарет осмотрела подругу.

— Погано, — глухо отозвалась Алиса, не узнавая свой собственный голос. — Мутит и пространство кружится.

— И где ты только успела заболеть?

Бегала босиком по каменному замку, спускалась в мрачные подвалы в одной ночнушке и сидела на ледяной горгулье с зарёванными глазами на ветрах. Это всё? Больше она ничего не упустила? Глупо. Всё это очень глупо и не по-взрослому. А ещё глупо было не слушать маму и прятать шапку в карман. Чëрт, носки бы сейчас точно пригодились, да и шарф она была бы не против иметь при себе. Алиса шмыгнула носом, в попытке улыбнутся. Сейчас бы обезболивающее выпить да с удовольствием завернуться в мягкий тёплый акриловый плед. Господи, как же она всего этого не ценила.

— У нас подселенец. — Маргарет выпрямилась и подошла к сундуку, намереваясь найти там своё платье. Правда вещи лежали не так, как она складывала прежде — Ты что-то искала тут?

Алиса недоумённо остановила взгляд на подруге. Мысли плыли медленно, а смысл слов ускользал, словно рыба из рук. Ничего, ей нужно просто немного сконцентрироваться.

— Кто? — Алиса, зевая, осмотрелась, замечая чёрный хвост. — А, кот. Мы нашли его у конюшен после пожара.

— Погорелец? — Наконец выудив зеленое платье, уточнила Маргарет. Ей не нравился бардак в единственном доступном месте для хранения вещей. Душа требовала нормальный шкаф.

Словно в ответ, кот жалобно мяукнул и в один прыжок оказался на одеяле Алисы. Потрясывая плешивым хвостом, он осторожно прокрался в изголовье кровати, не прекращая жаловаться.

— Его нужно покормить. И тебя кстати тоже. — Алиса шутливо потрясла пальцем в сторону подруги. Кот опасливо присел, внимательно следя за рукой. — Возможно, на кухне что-то да осталось после вчерашнего. А ещё тебе не мешало бы поспать. Выглядишь не очень.

— Кто бы говорил. — Маргарет улыбнулась, удобнее устраиваясь на кровати. Она и правда вымоталась, синяки под глазами никуда не уйдут сами по себе. — Приходил Джон и принёс письма с ответом. Ты пишешь Гвен за Ланселота?

Вопрос был задан так спокойно и буднично, что Алисе даже не пришло в голову подробно объяснять.

— Ага, но не совсем. Скорее использую черновики, что написал Мерлин, — кот вновь жалобно мяукнул, привлекая к себе внимание. — Пару минуток, Черныш, и тётя Рита сходит нам за молоком.

— Почему я? У нас теперь есть служанка. — Маргарет завела руки за спину, чтобы застегнуть пуговицу на вороте платья. — Где её опять носит? Я больше не должна одеваться сама.

Они с Алисой обменялись улыбками, к статусу леди и, правда, быстро привыкаешь. Однако это звучало скорее как шутка. Алиса гладила кота по спинке, пока тот продолжал опасливо поглядывать по сторонам.

— Как тебе пришло в голову свести Гвен с этим легендарным пареньком?

— Это не я, это сериал, — она вновь зевнула, прикрываясь рукой. Боль в висках ослабла. — Кто-бы мог подумать, что принц влюбится в служанку. Как избито. Что ты так смотришь? Ты в любовь не веришь? — Алиса снова улыбнулась, желая подразнить подругу, припомнив ей розочку от лорда Грегори.

— Любовь… — Выдохнув, протянула Маргарет, расчёсывая волосы пальцами. — Я верю в то, что для служанки это хороший повод стать королевой. А после изменить мужу с его верным рыцарем. Как и было написано. И, может быть, эта Гвен будет лучше, чем её теска из легенд, но перестраховаться стоит. — Она взглянула Алисе в глаза и увидела там довольный блеск. — Я одобряю. Когда вернём Элдор, сыграем две свадьбы!

Алиса резко подскочила в кровати. В глазах потемнело, и начало мутить. Кот отшатнулся в сторону, но на пол не спрыгнул. Картинки, о которых она совсем забыла рассказать, начали всплывать в затуманенном болезнью разуме. Алиса вкратце описала события прошедших вечеров с Авилой, не забыв упомянуть о том, как служанка забралась в их вещи и хотела улизнуть с ними. Кто знает, что ещё она могла найти? Девушка тяжело вздохнула, вяло следя за движением рук подруги. Она поняла, что разочаровалась в Авиле. Тогда в таверне она казалась намного сообразительнее. Могла бы и догадаться, что пойдёт за соучастие, а тут ещё не изобрели статью за сотрудничество и помощь следствию.

Выслушав подругу, Маргарет покосилась на сундук, теперь понятно откуда там такой бардак. Алиса попыталась снова сесть, но голова, словно налившаяся железом, всё время клонилась вниз.

— Если так, ей не жить. — Прошептала Маргарет, сжимая в кулаке юбку платья.

— Что? — Алиса замолчала, мало ли что могло послышаться.

Перед глазами ярко вспыхнула казнь на площади в начале их жизни в замке. Интересно, Утер хоть раз кого-нибудь миловал? Или головы летели из-под топоров, как на самосуде Красной королевы? Алиса криво улыбнулась, представляя, как король в карикатурной манере злится и, брызжа пенистой слюной, кричит на весь замок, нет, королевство:

— Голову с плеч!

От чего-то в этом бреду голова Мерлина парит отдельно, как у Чеширского Кота, и так же улыбается. Однако видение исчезает, когда Рита громко закрывает сундук.

— Что? Утер не пожалеет ни нас, ни Авилу. — В голове всплыл образ паука, зависшего над троном, Маргарет поёжилась. — Боже Правый, пусть она уже потеряется где-нибудь. Пойду, скажу, чтобы вам принесли молока.

— Рит, подожди, — громко окрикивает уже стоящую в дверях подругу Алиса. — Я тут кое-что вспомнила. Это важно для нас. Скоро осень, значит мы здесь уже почти три месяца, а пролетели, словно пару дней. И… — Алиса почувствовала, как у него огнём запылали уши. От чего-то говорить о таком было стеснительно, — У меня не было месячных. А если я беременна?

— Вы были вместе с Гришей?

— Не знаю, не помню, — девушка судорожно ковыряла засаленный край одеяла. Как же хочется вымыться. — В последнее время мы ссорились из-за экзаменов. Ты знаешь. И лишь на прошлой неделе, — Алиса осеклась, — на неделе перед фестивалем мы помирились. А если это вправду так? Рит, что делать-то теперь?

— Ты заметила бы раньше… А от кого ещё, святого Духа?

— Мы попали сюда из-за магического кольца. Да, я всерьёз думаю, что от неизвестного духа, что ты в глаза не видела и не знала, что можно залететь. — Глаза обожгло влагой. От этого времени, этого мира можно было ожидать чего угодно!

— Просто нервы, это случается. Мы столько пережили, организм не справляется и он, — Маргарет пыталась подобрать правильные слова. Она сама удивлялась, что стоит на ногах, не теряя сознание, — просто отключил их. Сейчас организму важнее выжить, а не дать потомство. Такое бывает во время тяжёлого стресса.

— Не святой дух?

— О, об этом лучше спросить брата Тука. Я не разбираюсь в признаках непорочного зачатия. — Маргарет наигранно хмыкнула, изображая серьёзность. — Если только ты не соврала мне про Утера и массаж.

***

Покои Утера смотрелись светлее и просторнее, утром он сказал открыть все окна и убрать то, что может препятствовать свету. Холодок, обычно бегающий по каменному полу, теперь чувствовался во всей комнате, а в воздухе порхали маленькие пылинки. Артур бывал в покоях отца реже обычного и любые изменения тут же улавливал. Заметил он и то, что король перестал смотреть на него как на бунтаря.

— Я столько раз просил тебя помочь Элдору, но ты отказывался. А теперь ещё и не пускаешь моих солдат? — Артур не понимал. Он вообще перестал понимать отца последние месяцы, любые решения, которые принимал Утер, казались принцу странными и необдуманными. Ещё обиднее, что они звучали несправедливо по отношению лично к нему.

— Ты просил помочь, а я иду выбивать долг, — Утер обошел стол, скрепя сапогами. Он говорил спокойно, сглаживая гнев от неповиновения. Брат Тук говорит, что сдерживание эмоций - лучший способ вернуть спокойствие духа и Его прощение. — Я понимаю, откуда растут ноги у твоего недовольства, — отодвинув стул рядом с сыном, король сел и заглянул Артуру в глаза. — Но ты нужен мне здесь. И могу тебя порадовать, леди Маргарет тоже останется в замке.

— Дело не в ней.

— Нет, в ней. В вашей вражде. — Он кладёт руку сыну на плечо, наклоняется ближе. — Лорд Грегори справится с одной деревней, для тебя у меня есть особая просьба.

— Слушаю, отец. — Смиренно произносит Артур, заглядывая Утеру в глаза.

— Я слышал, ты хочешь на днях отправиться на охоту. Похвальное рвение. Знаешь, я хочу, чтобы ты нашел и привёл в замок единорога.

— Единорога. — Артур удивлённо поднял брови. — При всём желании, отец, зачем единорог в королевской конюшне? Потому что Моргане приснился сон?

Стук в дверь прерывает их разговор. Но Утер всё равно успевает шепнуть, что объяснит всё позже. Ему, правда, важно, чтобы столь значимый волшебный зверь остался жив. Принц не подал вида, но допустил мысль, что, возможно, отец так проявляет благосклонность к магии? Он же оставил при себе лорда-язычника, с которым раньше почти не знался. То, как быстро лорд Грегори и его странный друг монах вошли в близкий круг Утера, конечно, смущало принца. Но лучше они, чем неизвестная никому леди Маргарет.

— Речь о волке — он за дверью… — выдыхает Артур, когда на пороге покоев короля появляются все упомянутые, за исключением лорда. Вместо Грегори Маргарет и Тук привели с собой Эгрейна и старшую кухарку. Грузная женщина, обычно строгая, сейчас стояла у самой двери, стеснительно озираясь по сторонам. Раньше в покоях Его Величества ей бывать не приходилось, а посему это настоящая честь.

Вся делегация почтительно кланяется, что заставляет Утера встать на ноги и принять серьёзный царственный вид. Взгляды Артура и Маргарет сталкиваются всего на секунду, и принц растягивает на лице улыбку. Какая прелесть, они же теперь официально друзья, верно. Однако это не все гости, в коридоре явно есть кто-то ещё, кого попросили подождать снаружи. Принц надеется, что это не очередной сюрприз, а просто слуга, ожидающий приказаний.

— Вы снова не даёте мне спокойно позавтракать. — Произносит король, вальяжно протягивая руку и подхватывая со стола бокал. Сколько грации, он что, выспался?

— Простите, Ваше Величество. Мы пришли, чтобы спасти невинную душу. — Брат Тук влезает прежде всех, и глаза Утера тут же немного добреют. Артур оценил эффект мгновенно.

— Ваше Высочество, хорошо, что вы тоже здесь. — Кажется, Маргарет говорила это действительно искренне. Вставать Артур не стал, но благосклонно кивнул. — Мне бы хотелось знать ваше мнение.

— Слишком много церемоний, ближе к делу.

Маргарет бросает взгляд в сторону двери, и все немного теснятся в сторону. Яков перешагивает порог спальни, опустив голову и нервно потирая пальцы. Брови Утера сводятся, глаза на мгновение вспыхивают ежесекундным гневом. Этот мальчишка, не только порочащий честь монаршей семьи, но и свидетель его, короля, слабости. Он должен был умереть где-то в подвалах, но снова стоит здесь.

— Кто посмел? — Утер окидывает взглядом всех собравшихся. Маргарет чувствует, как по спине пробегают мурашки, она слишком рискует. Но всё же поднимает голову. Короткий жест, дающий королю понять, на ком нужно сконцентрировать своё недовольство.

— Ваше Величество, когда я услышала об аресте Якова, не поверила сразу. — Маргарет осмелилась говорить, глядя Утеру в лицо, что весьма впечатляло и слугу, и старшую кухарку. — Он ведь никогда не был замечен за занятием чем-то незаконным.

У неё язык не повернулся произнести слово «магия» вслух. Разве дело в суеверии?

— И вы решились нарушить мой приказ. — Сказанное королём заставило всех чуть отступить назад. Кроме самого Якова и Маргарет, которым просто нельзя было показывать страха. — Вы хоть представляете, чем это вам грозит?

Как по сценарию, Яков, словно заговорённый, робко выступает вперёд и опускается на колени. Его светло-русые волосы, взъерошенные и пыльные, глаза закрыты, веки дрожат. Раньше парень не слишком часто упрашивал о чём-то так трепетно и виновато. Казалось, он не прерывался даже чтобы вздохнуть. Пересказывая то, как пришел, дабы доложить об увиденном, о стражах у подземелья, которые спали в окружении пустых кувшинов, вместо того чтобы нести свою службу. О том, как он попал туда случайно, завидев, как один из стражей, шатаясь на ватных ногах, вышел на улицу и удалился в неизвестном направлении. Да если бы не заснувшие слуги, он в жизни бы не узнал про магического зверя. И всё, чего хотел Яков, - это сообщить о нарушении. И лишь в одном винил себя, что не смог сделать это правильно, введя короля в заблуждение. Ибо парниша - сам виновник своих бед, и собственный язык - его злейший враг.

Артуру захотелось похлопать в ладоши, как грациозно Яков снял всю вину с Утера, выставив себя при этом жертвой. Кто написал ему этот текст? Или он придумал сам? Паренёк замолчал, не двигаясь и не вставая. Закатив глаза, король сделал глубокий вдох, после выдохнул, заглядывая в бокал, который всё ещё держал в руке. Какая разница, что делала стража? Он избавился от него не из-за этого. Но разве можно при всех озвучит гнусность его преступления? Разве можно дать людям ещё один повод для сплетен?

— Зачем здесь все остальные? — Он сдерживал желание вцепится в кое-чьи белёсые волосы и лично вернуть в темницу. Все остальные выглядели так, что, если Утер не согласится, они будут просить, стоя на коленях, как сам Яков.

— Свидетели, Ваше Величество. Я бы не посмела просить Вас о милости, не имея доказательств.

— Леди Маргарет, о милости сначала просят, а потом выпускают пленника. — Артур не удержался и подлил масла в огонь. Его попытку тут же осадил брат Тук, напомнив королю о возможности проявить милосердие.

Всё было не так просто, старшая кухарка, как только ей позволили, сказала, что не наблюдала за Яковом дурных поступков, кроме неуёмной болтовни с другими молодыми служанками. Когда король спросил о содержании разговоров, женщина собралась с мыслями не сразу. Уверенная в том, что и арест Якова, и его освобождение - дело рук Маргарет, женщина не осмелилась перечить её указаниям, но и врать королю было опасно и греховно. Поэтому она лишь пожала плечами, сказав, что парнишка не плохо отзывался о всех жителях замка, попеременно подцепляя слухи от всех подряд. Что, в какой-то степени, было правдой.

Позже Эгрейн предоставил королю краткое изложение сразу нескольких случаев, которые были пересказаны ему начальником стражи, где говорилось, что указанные стражники нередко нарушают устав, балуя себя вином или элем. Где они его достают в обход приказу - пока не ясно, но, вероятно, им носят кувшины из города. Последний аккорд внёс брат Тук. Чьи слова пока что действовали на короля лучше всего.

— Второй шанс заслуживает каждый, — тихо отозвался Артур, рассмотрев в глазах Якова неуверенность и трепет. Утер не жалел слуг, сам принц много раз становился свидетелем того, как уроненный кувшин или медлительность в неподходящий момент карались телесными наказаниями. Маргарет взглянула на принца с искренней благодарностью.

— Я начинаю ненавидеть вас всех, — бросил король, когда речи закончились. — Выметайтесь.

Помедлив, вереница людей начала покидать покои короля. Маргарет подумала, что просчиталась. Если так, ей лучше не попадаться на глаза королю какое-то время. Артур, идущий у неё за спиной, давил ей на плечи одним только взглядом. Яков тоже попытался встать, но тут же упёрся в ладонь короля. Утер толкнул паренька в макушку, заставляя остаться в исходном положении и слушать, не поднимая глаз. После чего вернулся к столу, чтобы наполнить бокал.

— Я не верю, что несколько ночей в подвалах изменили тебя. Так же, как не верю твоим оправданиям. Но сколько же достойных людей пришли попросить за тебя. — Он бросил взгляд в сторону слуги, плечи парня слегка подрагивали. Спектакль или нет, выглядел он и правда плохо. — Тебе придётся работать в разы больше, чтобы заслужить моё доверие снова. Хотя я сомневаюсь, что этот день настанет.

За закрытой дверью ничего не было слышно, Маргарет не могла прислонится ухом к замочной скважине или расслышать что-то стоя в коридоре. Неизвестность её пугала, как и мысль, что Яков может не выйти из покоев короля на своих двоих. Однако по Артуру, не слишком радостному, можно было сказать, что их план удался хотя бы наполовину. Дождавшись, пока все прочие скроются с горизонта, принц под благовидным предлогом решил пройтись вместе с Маргарет до лестниц.

— Можете передать лорду Грегори, что у него пять дней, чтобы собрать солдат и выступить в Элдор. Если я правильно понял Его Величество, времени мало. Следуя приказу, я остаюсь в замке. Вы, кстати, тоже.

Увидев, как Маргарет резко взглянула на него, Артур решил, что сообщить новость лично, было хорошей идеей. Видела бы она сама сейчас выражение своего лица.

— Не расстраивайтесь, можете составить мне компанию, будем вместе искать единорога.

— Обязательно поеду, Ваше Высочество. — Выдавив из себя улыбку, кивнула Маргарет. Принц хмыкнул.

— Мне тоже многое не нравится, леди Маргарет. Но я смирился с вашим существованием, смиритесь и вы с существованием правил.

— Я искренне постараюсь, спасибо.

— И выпейте водички, — Перепрыгнув первую ступеньку, язвительно бросил принц. — Выглядите ужасно напуганной.

***

Сколько бы леди Маргарет не просила потерпеть, шеей Грегори чувствовал подвох, он действительно был готов подождать, но хотел быть уверенным, что девчонка не натворит глупостей. Накинув кофту попроще, он вышел на улицу один, обошел замок и оказался в его рабочей зоне. Здесь его мало кто помнил, с большинством слуг Грегори не знался вообще, привозя в замок своих или нанимая кого-то одного. Занятые своим делом работники взглянули на лорда с прищуром и вернулись к обязанностям, молодцы, иногда лучше не знать чего-то. Грегори заходил почти в каждый домик, заглядывал в сараи и мастерские, пока не добрался до дровника. Там заглянул в уже приоткрытую дверь и молча, сделал шаг в сторону, прячась за выступ стены. Зазор между дверью и стеной, к которой та крепилась железными петлями, был достаточный, чтобы наблюдать за перебирающей дрова Авилой.

Позже скрипнула дверь с другой стороны дровника и туда вошла ещё одна девушка. С тёмными кудрявыми волосами, Грегори видел её ранее с леди Морганой. Вероятно, личная служанка. Мужчине не понравилось, какой живой интерес вошедшая девушка проявила к Авиле, начиная спрашивать, как у той дела и всячески провоцировать на разговор. Справедливости ради, Авила некоторое время молчала, и Грегори даже подумал, что мог всё же понадеется на её благоразумие. Однако уже через минуту Авила повернулась к служанке и спросила:

— К кому ходят слуги, когда у них что-то случается?

— К свои лордам и леди. — Пожала плечами служанка, Грегори захотелось зайти и вытянуть Авилу на улицу за волосы.

— А если Леди Маргарет не может мне помочь?

Разговор продолжался, Авила не стеснялась, но вот Грегори их уже не слушал. Он отошел в сторону от дровника, встав рядом с одним из загонов с гусями. Птицы загоготали, он опустился на колени рядом с ними, дразня пальцами. Если Авила выйдет через эти двери, то должна направится в замок через вход для слуг, и тогда у него будет возможность объяснить дочке трактирщика, куда её могут привести беседы с кем попало. Уйдя в мысли о будущем разговоре, Грегори не заметил, как один из гусей уверенно вышел вперёд. И только почувствовав сильный укус на своих пальцах, Грегори подскочил на ноги. Гуси загоготали, словно смеясь, размахивая крыльями. Их крики подхватила стайка из соседнего загона. Признав свой проигрыш, лорд потёр укушенный палец. Дверь дровника широко распахнулась.

Авила прошла через скотный двор под гоготание гусей, уверенно ступая по протоптанным дорогам и сияя улыбкой. Здесь, в окружении занятых своим делом людей, она чувствовала себя очень даже к месту. Обогнув загон со свиньями, она уже представляла, что скажет стряпчим, в голове её жалостливый рассказ выставлял её жертвой. Нырнув в низенький проход для слуг, Авила быстро прошла его, направляясь к одному из коридоров замка. Она толкнула деревянную дверь и вскрикнула. Кто-то крепко обхватил её за талию и потащил в просторный коридор.

— Тише, красавица.

Узнав голос лорда Грегори, Авила податливо повернулась, прижавшись спиной к стене. Свёрток с дровами шумно упал на пол. Однако Авила не увидела когда-то вспыхивающей страсти, напротив, заглянув в глаза лорда, она испугалась. Крепче прижав девушку к стене, Грегори наклонился и зашептал.

— Тебе было велено ни с кем не разговаривать, а ты со служанками болтаешь. Неужели твой изворотливый ум не может понять, что в случае чего король и тебя повесит, а?

— Отпустите её.

Голос за спиной заставил Грегори чуть отстранится и обернуться. Авила тут же заверещала, утверждая, что не понимает что происходит. Стражник, стоявший в коридоре, смотрел на лорда неподобающе дерзко. И так раздражённый, Грегори не хотел разбираться ещё и с ним.

— Вернись на пост и не вмешивайся.

— Отпустите девушку, милорд. — Тон голоса возмущал, Грегори ослабил хватку, но лишь, чтобы повернуться к мужчине и выпрямиться в полный рост. Авила затрепыхалась, как птица в клетке, жалобно глядя на жениха.

— Страж, покинувший пост, лишается места и пальцев руки, — прошипел Грегори, в последний раз давая ему уйти. Послышались шаги, на место событий стекалась стража, что-то было не так.

— Я сказал, отпустите девушку или я…

— Или что? Я не стану слушать угроз стража, нарушившего устав!

Грегори видел, как на его пухлом лице проступает румянец от гнева, как мужчина дышит, словно бык перед нападением, и точно знал, он ничего ему не сделает. Он — лорд. И если этот нахальный деревенщина сделает хотя бы шаг, прибежавшим стражам придётся уводить своего же. Последовал резкий удар, отдавшийся в голове Грегори громким звоном, а после, темнотой. Авила вскрикнула и кинулась бежать. Удержав равновесие, Грегори с большим трудом выпрямился, размазывая кровь по губам тыльной стороной ладони. В глазах плыло, пол уходил из-под ног, но устоять было нужно. Он смог сфокусировать взгляд на несколько мгновений, чтобы увидеть, как другие стражи скручивают вырывающегося мужчину.

***

Проводив Маргарет до второго этажа, Артур, ничего не говоря, ускорил шаг и ушёл. Он явно не видел особого смысла любезничать, чему собеседница была несказанно рада. Вероятно, он и не считал её за настоящую благородную даму. Отделаться от общества принца ей жуть как хотелось, а ещё очень тянуло быстрее поделится с Грегори новостью о том, что у них на всё есть примерно неделя. Она и правда может прийти к лорду в комнату, попросить налить стакан медовухи и просто поговорить — блаженное чувство. Отдаться этому ощущению полностью Маргарет не могла, но приподнять подол, чтобы не мешал идти и ускорить шаг, - вполне. На втором этаже было тихо и пусто, несмотря на то, что время двигалось к разгару дня. Который уже начинал пугать своей непредсказуемостью.

Сделав несколько шагов, Маргарет всего в метре от нужной двери немного замедлилась. Ей показалось, что она наступила во что-то мокрое. Дабы не поскользнуться, она опустила взгляд, недовольно цокнув, и тут же замерла. На полу были отчётливо видны капли крови. Ночной кошмар пронзил сознание уже забытым страхом. Неужели с Грегори что-то случилось? Поэтому на этаже так тихо? Дверь в комнату закрыта, солнце бьёт яркими лучами в распахнутые окна. Это должно быть просто совпадением, но, кровь… В любом случае плохой знак. Собравшись с мыслями, Маргарет постучала и, не дожидаясь ответа, толкнула дверь. Если с лордом действительно случилось что-то плохое, он может и не ответить.

— Вы… — Тут Грегори закашлялся и не стал продолжать. Просто вытянул руку, указав на дверь. Он стоял к ней спиной, опустив голову, что-то рассматривая в тёмном зеркале.

В отражение он увидел Маргарет, как-нибудь потом он извиниться за грубость. Зачем она здесь? Если увидит его с окровавленным носом и потеряет сознание, он даже поймать её не сможет. Свои бы ноги удержали. Пусть она просто уйдёт.

Но мужчина просчитался. Пытаясь выгнать непрошеную гостью, он ярко продемонстрировал алые пятна на рукаве и размазанные кровавые следы на пальцах. Осознав, что не ошиблась в своих страхах, Маргарет схватилась за протянутую руку, вынуждая Грегори обернутся. Лишь из необходимости тот бросил на девушку взгляд и, отдёрнув руку, снова повернулся спиной. Действовать нужно было быстро, Маргрет захлопнула дверь, заперев изнутри. Случайных свидетелей, вроде неё, быть не должно. Грегори очень хотел возмутиться подобной наглости, но не успел, его повело в сторону, и ему пришлось развернутся, чтобы упереться руками в край стола.

Теперь Маргарет поняла, почему он вообще не смотрел в её сторону. По носу и щекам лорда Грегори были размазаны остатки крови, и та всё ещё проступала. Чуть ниже переносицы наливался синяк. Маргарет на мгновенье поджала губы, нахмурившись. Увиденное неприятно кольнуло острой иглой где-то в районе солнечного сплетения. В другой момент она, может, и испугалась бы, но сейчас наоборот, похолодела. Не выпрямляясь полностью, Грегори смотрел на девушку из-под бровей, создавая видимость суровости. Пусть смотрит, раз так хочет. Он злился. Вкус собственной крови не давал сосредоточиться ни на одной мысли. Если бы каждое слово не причиняло дичайшую боль, он, скорее всего, разразился бы гневной тирадой.

— Как это случилось? — Маргарет положила руки на его плечи и осторожно подтолкнула в сторону света, чтобы лучше рассмотреть итоги произошедшего. Она стянула со стола что-то среднее между салфеткой и полотенцем в поисках, во что можно было окунуть эту ткань. Не желая принимать какой-либо помощи, Грегори выхватил полотенце из рук Маргарет, в ответ на что, девушка вцепилась в его запястье, попутно пробубнив себе под нос что-то на родном языке. Небось, посылает его ко всем чертям. Подумать только, он здесь из-за её длинного языка, не имея возможности даже вздохнуть. Ему пришлось отступить, голова снова закружилась.

— Вы сделаете хуже! Не разговаривать, не чихать, не кивать и не запрокидывать, — Она тараторила, чтобы Грегори не мог даже попытаться ответить, чтобы его мысли были заняты её голосом, пока Маргарет пытается понять, что делать дальше. Паника пробиралась в самые отдалённые уголки сознания, она пыталась вспомнить, как оказывать первую помощь, но ничего не могла сделать. — Во что вам ума хватило влезть?

«Ума хватило»?! Грегори попытался свести брови, возмущение отозвалось новой болью, даже нельзя ответить! Неизвестно, что его раздражало больше. И зачем она его злит? Неужели хочет сделать ещё больнее? Его взгляд забегал из стороны в сторону, словно не мог найти одну единственную точку. В голове поднимались волны, всё бурлило, каждое слово с пренебрежительным окрасом отдавало режущей пыткой в переносицу и лоб. Да того стражника не только закроют, но ещё и казнят. О, да, Грегори обязательно придёт на это посмотреть! Да, леди Маргарет, за нападение на представителей знати вешают. Грегори сделает для этого всё! Не ожидали? Что же, раз Авила так хотела открыть правду, все должны знать цену. Если, конечно, Грегори не промолчит. А он не… Нос резануло так, как будто его ударили ещё раз. Мысли пропали. Он только смог сжать зубы, подавляя желание вскрикнуть, и опустил голову. Услышав болезненное мычание, Маргарет отдёрнула руку.

— Простите, я должна была проверить… — Ведомая странным порывом чувства вины, она вдруг немного подступила вперёд и тут же отступила обратно, поборов внезапное желание обнять Грегори. Он бы явно не оценил столь фамильярного действия. У неё и так пальцы дрожали, когда она коснулась образовавшейся на носу Грегори горбинки. — Я позову Гаюса, он справится лучше.

Для лорда её попытки помочь казались какой-то странной божественной насмешкой. Опуская его гордость всё ниже и ниже. Теперь Грегори чувствовал, будто из него делают ребёнка, ни на что не способного. Когда она успела усадить его на стул? Нет, нельзя звать врачей! Новость в миг разлетится по замку, об этом будут судачить все слуги ещё до того, как стражника выведут к виселице. Он, было, попытался вскочить на ноги, остановить Маргарет. Но той уже не было в комнате. Как же медленно в его голову стали приходить мысли.

Выйдя в коридор, Маргарет прижалась к двери, зажмурившись и почти заплакав. Она медленно опустилась на пол, упираясь лбом в колени. Прежде чем она сделает хотя бы несколько шагов, нужно найти на это силы. Что вообще произошло? На этаже всё так же тихо и пусто, снизу доносятся какие-то голоса, а после - громкие шаги. Маргарет подняла голову и, потерев лицо ладонями, встала на ноги. Сейчас не отдохнёшь. Никто не должен знать о её состоянии. Уведя руки за спину, она сжала ладони, чтобы пальцы не дрожали. А после всё же ушла за лекарем. Это важнее.

***

Артур вернулся в свои покои в задумчивости. Не то чтобы разговоры с отцом всегда заканчивались хмурой складкой меж бровей принца, но в большинстве случаев Артур был молчалив и совершенно не спешил делиться с кем-либо своими размышлениями. Бросив короткий взгляд на Мерлина и на поднос с едой, церемонно разложенный на столе перед его креслом (как и подобает), Артур тяжело вздохнул и отошёл к окну, даже не удостоив слугу шпилькой о том, что тот опоздал с подачей. Мерлин озадаченно почесал затылок и на всякий случай переложил местами ложку с двузубчатой вилкой. Молчание затянулось. Мерлин уже начал покусывать губы в нерешительности спросить, что же случилось, когда Артур подал голос.

— Мне нужно, чтобы ты подготовил лошадей и собрал мои вещи. Наша охота может затянуться на неопределённое время.

— Хорошо, милорд. — Мерлин вгляделся в напряжённую спину принца. Тот что-то утаивал. Конечно, друзьями они официально не считались, однако слуга сильно переживал за Артура. И все, что как-либо касалось принца, в конечном счёте касалось и самого Мерлина. А вся эта напускная таинственность с напряжением не очень-то походит на обычную охоту на дикого вепря. — Мы идём на какого-то определённого зверя? — всё же уточнил парень.

Ответа не последовало. Артур наконец-то оторвал свой взгляд от площади, на которой глава стражи отдавал приказы вверенным ему людям. «Удвоить стражу. Заточить оружие. Подковать коней. Срок на сборы день». Коротко вздохнул. И вот они снова втянулись в войну, хотя совсем недавно праздновали мирный договор. Люди наверняка будут напуганы. Сейчас поползут слухи, словно болезнь, от одного дома к другому, ввергая жителей в отчаянье. Стоит им только увидеть свет от костра. Мало им было грифона. «Лучшие воины» принц хмыкнул, отходя от окна и располагаясь на другой стороне стола, помянув лорда-язычника. Называть имена и тем более произносить вслух отчего-то не хотелось. Они оставляли на языке маслянисто-горький привкус, точно проклятье. Утро сегодняшнего дня было лишь подтверждением. Утер выбрал наказание вместо освобождения. Принц вздохнул, переводя взгляд и цепляясь за оставленные здесь записи. Свой собственный почерк теперь уже бессмысленными волнами чернил растекался по бумагам, где он, Артур, планировал военные учения для новых рыцарей. «Лучшие воины» — пронеслось в голове принца, задевая самолюбие и беспристрастно рубя все заслуги по повышению мастерства его людей. Как бы Артур не старался, казалось, этого всегда было мало. И отец скорее довериться слепцу, что разделяет его мнение, чем родному сыну. А эти записи - принц бросил раздражённый взгляд на планы - красноречиво говорили о том, что он, Артур, никогда не сможет стать лучше в глазах отца. Принц уловил слабое движение справа от себя. Мерлин. Что ж, а ещё эти бумаги говорят о том, что его слуга не потрудился их убрать. Если он вообще появлялся здесь с утра.

— Могу я что-то ещё сделать для вас, милорд? — заметив на себе взгляд, Мерлин в мгновенье оживился. Видеть поникшего принца было от чего-то невыносимо, и мириться с этим парень не собирался. Если есть хоть что-то, что улучшит настроение его господина, то он это выполнит.

— Да, — Артур поднял взгляд. Рвущиеся наружу раздражение и досада не давали покоя ему, кажется, с того самого дня, как леди Маргарет осмелилась напроситься в советницы к королю. — Заняться своими обязанностями. Где мой кожаный доспех?

— В шкафу. Я его вычистил и смазал. Он полностью готов к носке. — Мерлина всё больше захлёстывало волнение. Артур нервно стучал пальцами по столу, а это могло означать проблемы, если не для него самого, так для всего королевства. И как всегда ему, Мерлину, придётся всё решать и спасать принца от его же неведения.

Слуга приблизился к Артуру, ожидая дальнейших указаний, уверенный, что большинство из них он уже сделал. Не первый день работает на принца, успел приловчиться. Наблюдая за тем, как на лице Его Высочества проявляется удивление, сменяемое на секунду растерянностью, а после довольным фырканьем, кажется, такая прыть позабавила Артура, Мерлин довольно улыбнулся. Он не просто угодил своему господину, но и если не вернул ему расположение духа, так точно вытащил из мрачных мыслей.

— Сегодня вечером разожгут костёр. Будь расторопным слугой и сделай всё до захода солнца. — Голос принца смягчился. Он глупец, раз ищет союзника в Мерлине? Однако парень уже не раз доказывал ему свою преданность и, даже, несмотря на то, что он водил дружбу с леди Алисой, с леди Маргарет тот не пересекался. Артур слабо улыбнулся. По крайней мере, здесь эта женщина не успела пустить свои корни. Нет. Мерлина ему нельзя потерять. Он не отдаст этой Гарпии своего слугу.

— Костёр? — Мерлин растеряно моргнул. По шее пробежали мурашки. Ему показалось это не правильным. Сейчас совершенно не время для разжигания войны. Земля готовится ко сну, а небеса в любой момент могут разразиться дождём, и болота начнут свою жатву, не говоря уже о том, что к их порогу уже спешила зима.

— Мой отец решил ввести войска в Элдор, — осторожно перекатывая перо по столу, объяснил принц.

— Это прекрасно! — Мерлин ослепительно улыбнулся. Ему удалось! Удалось уговорить Утера прийти на помощь деревне, где остались дорогие сердцу Мерлина люди. Мама и Уилл, они скоро будут освобождены. Улыбка на лице парня померкла. Это было сказано так ровно, без тени самодовольства. Что-то не так. — Это не прекрасно?

— Я был против. Это выбивание долгов, Мерлин, — виновато бросая взгляд из-под бровей, тихо проговорил принц.

— Но ты же там будешь? А значит и я. Я правда пригожусь, что угодно прикажи — исполню.

— Я не еду, — горько усмехнулся принц, подмечая горячность своего слуги. Где было это рвение, когда наставало время чистить конюшни? — Приказ короля. Наше дело охота. — Ну вот, теперь он и Мерлину испортил день. Обещание сделать всё, что было в его силах выполнено, однако радости и облегчения от этого принц не почувствовал. — Скажи конюхам подготовить большое стойло для нашего трофея.

— Мы собираемся привести животное живьём? — выныривая из размышлений, Мерлин недоуменно посмотрел на принца, словно видел впервые. — Это будет трудно.

— Для слуги, может быть, и трудно, но не для прирождённых охотников, — вкладывая как можно больше небрежности в свои слова, Артур откинулся на спинку.

Что-что, а хорошая охота поднимает дух не хуже пира. И Мерлину сейчас стоит встряхнуться. Принцу не хотелось видеть слугу поникшим. За всё время их вынужденного знакомства, этот парнишка всегда излучал радость, даже когда натирал его сапоги. И то, что сейчас видел перед собой Артур, было попросту неправильно. Принц приосанился в кресле, приподнимая подбородок. В голосе появился задор, каким обычно он подтрунивал над Мерлином. И слуга не мог не поддержать его.

Да, охотник из принца выходил замечательный. С ним точно не пропадёшь в лесу. Мерлин слегка натянуто улыбнулся. Нет. Пусть не всё сложилось так, как он надеялся, но всё же был рад, что король обратил свой взор на деревеньку. На этот раз улыбка вышла естественней, а голос приобрёл бодрость.

— Так кого мы ловим? Благородного оленя?

— Лучше. Единорога.

***

Ближе к полудню большая часть работы была выполнена, и Мерлину оставались дела на конюшне и дворе, парень с чистой совестью принялся за свои обязанности помощника лекаря, когда в их комнаты буквально ворвалась леди Маргарет, широко распахнув дверь, видимо, переволновавшись. Но, взяв себя в руки, та попросила Гаюса пройти с ней, убедив, что это срочно, и понадобятся все его таланты и лекарства. Уклончиво отвечая на вопросы, она пояснила, к огромному облегчению, то что случилось никак не коснулось ни её, ни леди Алису. А потому, все остальные нуждающиеся в замке (утренний обход в королевстве они с Гаюсом провели быстро. Сезон болезней только начинался, а потому пациентов было немного) легли на Мерлиновы плечи. Благородные леди и лорды, кто ещё оставались в замке, приняли свои лекарства от постоянных и семейных болезней через слуг. Эти зелья Мелину были ещё не доступы для создания, да и парень не спешил постигать их. А вот отвар из рetroselinum* у него получался великолепно, и всё благодаря Хунит.

Такие простые лекарства маг с лёгкостью готовил ещё в детстве. Мерлин мысленно вернулся в свой дом, не переставая считать ступени, спускаясь. Тёплый запах трав и супа, заполнявший их небольшую избушку. Маленький огарок медовой свечи и добрые глаза матери напротив. Грудь заполнило тягучее тепло. Как же он скучает. Мерлину захотелось вернуться обратно. Всего лишь на пару дней, повидаться, рассказать ей о своих приключениях, выслушать и помочь по дому. Передать пусть и небольшие, но накопления. Им с Уиллом они важнее. Сколько всего у них произошло? Последние новости ему удалось получить, как бы парадоксально это не было, из сплетен служанок. Они парочками сновали по всему замку и в день приёма конечно же оказались рядом с залом, где проводились слушанья. Конечно, фокус был лишь на том, какие отношения связывают леди Маргарет и старосту отдалённой деревни, но главное Мерлину удалось выудить из всей этой шелухи. Им требовалась помощь.

Ноги наконец коснулись пола, и парень вышел в коридор, привычно направляясь к кухонным дверям. Те были раскрыты, и пары клубами летели вверх, а парочка кухарок, уже поджидали его. Одна была заметно бледнее и стояла привалившись плечом к стене. Гаюс прописал ей какой-то особенный сбор трав от отравления. Обычные не имели результата, а девушке уже как вторую неделю не становилось лучше. Расспрос ничего не приносил, а лекарь словно и не волновался. Лишь пронзительно посмотрел на служанку поверх очков, словно что-то знал, когда девушка пришла во второй раз. Мерлин удивлялся такой проницательности своего наставника. Казалось, не было такой болезни, от которой он не мог вылечить.

Увидев Мерлина, вторая, честно говоря, её имени парень не знал, не было времени на «посидеть у бочки с яблоками», нетерпеливо шагнула вперёд покачивая юбкой и ведя плечиком. Мерлин не сдержал улыбки. Не смотря на полный заботами день, девушки вокруг умудрялись строить глазки тем, кто, по их мнению, был пригоден для благополучной женитьбы. Как он попал в данный круг избранных, парень честно не понимал, учитывая его везучесть и балласт в виде принца. Другую же часть его жизни знать этим девушкам не стоит. К тому же, Мерлин считал эти знаки внимания наградой за служение Артуру и не спешил отказываться от неё. Это было приятно. Обменявшись приветствиями и ничем не обязывающими комплиментами, Мерлин передал лекарства. Устало кивнув, худощавая кухарка нырнула обратно в кухонные комнаты. Глаза её подруги победно блеснули.

— Так ты не знаешь, кто это был на рынке? — пряча руки за спиной, поинтересовалась она.

— Откуда мне знать, чей это был ребёнок? — Мерлин прекрасно понимал, что речь шла не о нём. Кухонные сплетни, в отсутствие Якова, преобразовались в абсолютно абсурдные предположения. Из недавнего, все кухонные пташки жалели короля, потому что леди Алиса бегает на ночные свидания с каким-то крестьянином. А отсутствие этой самой леди на кухне лишь служило подтверждением. И виной тому была Чернобровая Энн. Гвен долго жаловалась Мерлину на эту девицу. Энн проходу никому не давала, часто расспрашивая слуг о происходящем, и сильнее всех налегала именно на Гвиневру. Чем та ей приглянулась, девушка не знала, но избегать её не получалось.

— Тебя совсем не видно за стенами замка. Ты когда-нибудь бывал в таверне у Горького Томаса?

— Был, — кивнул парень, подмечая, как его собеседница оживилась. — В прошлый раз там случилась такая драка, что городские знахарки и лекари не смогли помочь пострадавшему - настолько всё было плохо. Тогда послали за…

— Я не об этом! — девушка перебила его и разве что ножкой не притопнула. Кажется, он сбил её романтический настрой. — На праздниках мы все продолжаем гулянья именно у Горького Томаса. Там подают крепкий эль, и никогда не бывает скучно.

— Да, я видел последствия, — скорее сам себе прошептал Мерлин. Девушка никак не отреагировала на это.

— Не хочешь присоединиться?

Посчитав это хорошим поводом, чтобы быстрее сбежать от кухарки, Мерлин с глубочайшим сожалением сообщил о своей занятости и обязанностях, которые жизненно необходимо завершить именно сейчас и именно в эту минуту, но когда-нибудь в будущем… Именно в этот момент в дверях и появилась владычица кухни и госпожа поварской ложки, как иногда беззлобно шутила Алиса. Старшая кухарка строго прикрикнула на девушку, и они с Мерлином разбежались по разным сторонам.

Ободрённый своей свободой, Мерлин тихо посмеялся, пропуская по ступени для быстрого подъёма уже в другой стороне замка. Всё это было так легкомысленно, как не забыл бы сказать Гаюс, покачав головой. Учитель, когда на него находила особая стариковская ворчливость, видел в нём если не сито для его ценнейших знаний, то точно старое ведро. Ибо Мерлин не так часто появлялся на занятиях. И лекарь, несомненно, переживал за него, пусть проявляя это через лёгкие подзатыльники и укоры, но Мерлин знал, тот желает ему лишь лучшее и старается, как может, оградить племянника от проблем. Однако, вопреки переживаниям лекаря, знания не выскальзывали у парня из ушей, как слизняки. Он внимательно вчитывался вечерами в книги при слабом огне свечи, когда Гаюс уходил спать, и упорно заучивал слова, как на латыни, так и на древнем языке. К тому же, было очень интересно наблюдать за лицом Артура, когда его «самый худший слуга на свете» вдруг переходил на латынь и со знающим видом собирал одуванчики для левой пятки своего господина.

Ещё один пролёт, и показался знакомый коридор. Здесь его ждал ещё один пациент. Когда он очутился перед дверью в комнаты леди Маргарет и Алисы, то мысли его неожиданно потухли, возвращаясь вниз к пышущим печам кухни и потным лицам молоденьких кухарок. Они упоминали, как одна из служанок, что должна была принести обед двум леди, застала Алису на полу среди странного вида вещей, заморских не иначе, и красок для лица. Стоит ли говорить, с каким жаром те принялись это обсуждать и приписывать те или иные свойства предметам. Кто-то заикнулся и про магию. Парень перевёл взгляд на свои руки. Ему необходимо предупредить Алису, чтобы она больше не давала поводов для сплетен и была осторожней даже в своих собственных комнатах. Слухам много не надо.

Мерлин замер у двери, прислушиваясь. Тишину разрезал хриплый кашель. Парень позвал сначала леди Маргарет, потом и леди Алису, обозначая своё присутствие, и лишь потом, не спеша, отворил дверцу. В комнате царила болезненная духота, камин слабо горел, а окна уныло поскрипывали от ветра. Кровать была заправлена с одной стороны и примята старой подушкой, а с другой спала Алиса. Мерлин осмотрел комнатку ещё раз, проходя вовнутрь, но никого не заметил. Разве им не назначили свою служанку? Стараясь не разбудить спящую, парень приблизился к кровати, открывая свою корзинку. Настой ромашки и мятно-медовые шарики для рассасывания. Мерлин довольно улыбнулся. Всё же такие большие рынки хорошо влияют на развитие науки выздоровления. Лекарственные травы с далёких земель почти не имели похожих свойств, как растения, росшие на землях Камелота. Хотя Гаюс упорно искал варианты смешиваний и рецептов. Как-то летом, ещё до появления здесь Мерлина, Гаюс застал грандиозную по масштабам ярмарку. Целый караван торговцев прибыл с Востока, и лекарь сам посетил их всех, не стесняясь задавать вопросы об их странах, обычаях, религии и учениях. А так же хорошо сдружился с одним из них. Для обучения было преступно мало времени, но всё же некоторые знания Гаюс смог унести с собой, как и товары. Сколько всего там было! Мерлин тайно надеялся, что и ему удастся застать такое чудо.

Маг оглядел комнату в поисках баночки, что приносил ранее. Сухие почки ивы стояли на камине и были практически не тронуты. Оно и понятно, при болезни есть совсем не хочется, а отвар из почек нужно принимать непосредственно перед едой. Забрав лекарство, Мерлин встретился взглядом с чернотой, которую поначалу принял за подушку. Жёлтые глаза, не мигая, уставились на волшебника, а шерсть распушилась.

— Как ты?.. — недоумённо нахмурился парень, силясь понять, когда это чудище успело сбежать из его комнаты. Кот тихо зарычал, отводя уши. Надо же было нарваться на такое злопамятное животное. Мерлин медленно выставил руки вперёд. — Всё хорошо. Я здесь, чтобы помочь.

Кот прищурился, но взгляд не отвёл. Алиса закашлялась во сне, крепче укутываясь в одеяло.

— Слушай, — Мерлин почти не верил, что вёл переговоры со спасённым котом, что, видимо, возомнил себя сторожевым псом. — Хочешь, я принесу тебе мяса? Готовили специально для принца, но ради нашей дружбы я готов угостить тебя таким лакомством. В качестве извинения, хорошо?

Мерлин был готов поклясться, что видел, как кот раздумывал над его предложением пару секунд, прежде чем затихнуть и довольно моргнуть глазами. Ободрённый таким решением, волшебник вернулся за своей корзинкой, когда Алиса вновь разразилась кашлем. Мерлин обеспокоено постучал по плетёной крышке пальцами. Ему совершенно не нравились хрипы. Они пробуждали забытые воспоминания о первой зиме с Уиллом. Разбитый новостью о смерти отца и оставшийся круглым сиротой он часто слонялся без дела, словно ища смерти. И наверняка преуспел бы в этом, если бы не Хунит. Она буквально дотащила его, замёрзшего и без сознанья, до их дома и долго отпаивала травами. Его, Мерлина, тогда так тронула забота матери о несчастном ребёнке, что, будучи того же возраста, что и Уилл, Мерлин наравне, а позже и больше, старался помочь их расширившейся семье. Маг закусил губу, ища поддержки у кота в своей задумке. Гаюс не одобрит. Точно нет, но… чем же это не повод, чтобы испытать свою силу? Тем более ничего плохого он точно не сделает, просто усилит действие отвара, только и всего. Мерлин оглянулся, словно кто-то мог неожиданно появиться у него за спиной и застать за творящимся здесь колдовством, но, не обнаружив никого, тихо прошептал древние слова. Глаза лишь на секунду вспыхнули золотом, а стеклянная колбочка начала переливаться, но так же быстро вернула свой травянистый цвет. Парень улыбнулся, рассматривая проделанную им работу, а душа устремилась в родной дом. Можно сказать, на данном заклинании Мерлин и начал свою головокружительную карьеру лекаря далеко в прошлом. Кот одобрительно мяукнул и вытянул переднюю лапу, расслабляясь. А волшебнику оставалось лишь удивляться его пониманию, совсем как живой человек.

***

За время своей жизни Гаюс насмотрелся на огромное количество битых носов, разорванных мышц, ножевых и прочих ранений. Он лечил ожоги, травмы, переломы и даже тайно избавлял дам от нежелательных беременностей на пике своей карьеры. О чём, правда, никогда не говорил и быстро бросил, так как считал подобное занятие слишком наглым вмешательством в замысел природы. Вид напуганной леди Маргарет удивил лекаря гораздо больше, чем то, что она рассказала. Хотя бы потому, что кровь он видел, чуть ли не каждый день, а вот живую эмоцию на лице каменной леди нет.

Проводив Гаюса до покоев лорда Грегори, сама Маргарет не решилась заходить туда снова. Хоть лекарь и успокаивал её, твердя, что крови так много быть не могло, что он уже взял с собой хорошее обезболивающее и снотворное и конечно же не забыл добавить: «Всего месяц, и Его Милость вернётся к привычной жизни». Месяц. Ему нужно быть на ногах и в полном здравии к концу недели. Оставив Гаюса делать свою работу, Маргарет спустилась на кухню, выудив там бокал с вином. Кухарки с удивлением наблюдали, как леди, зажмурившись, выпила его залпом, а потом по-мужски занюхала краем рукава. Якова на привычном месте не было, к добру ли - Маргарет не знала, но его быстрые ноги ей бы сейчас пригодились. Убедившись, что о произошедшем ещё никто не судачит, она так же отправилась на поиски начальника стражи. Он-то уже точно должен был быть в курсе. Однако и того не оказалось на месте. Прождав какое-то время, она поняла, что пришла зря. Брат Тук находился в библиотеке и тоже ничего не знал. Правда, они вместе прошлись по замку, намотав несколько кругов в поисках хоть каких-то намёков на причину произошедшего. Теперь узнать, что случилось с лордом, она могла только от самого Грегори, который, черти его раздери, ни слова сказать не мог. Переведя дух, Маргарет вернулась обратно в комнаты Грегори, надеясь узнать хоть сколько-нибудь приятные новости.

— Хорошо, что вы пришли, — Гаюс складывал все принесённые с собой медикаменты обратно в большую корзину. — Мне понадобится ваша помощь. Побудьте здесь, я смешаю ещё обезболивающего и вернусь. Думаю, Его Милости понадобится запас.

— Из чего вы будете его смешивать?

— Как обычно, — Слегка удивился лекарь. — Мак, мандрагора, может, дурман. Вы сами их пили.

— Я? — Маргарет вздохнула, да, она лечила головные боли какое-то время, пока не перешла на эль. Но месяц… Ей не хотелось в итоге получить не только травмированного, но ещё и зависимого от настоек лорда, в здравом уме которого она так отчаянно нуждалась сейчас. — Вы же вернётесь? Я не смогу остаться тут на всю ночь.

— Успокойтесь, это и не нужно. — Гаюс улыбнулся, подхватывая корзинку. — Знаете, я смешаю что-нибудь успокоительного и вам.

— Когда-нибудь я перестану заставать вас больным и потерянным. — Когда за Гаюсом закрылась дверь, Маргарет вынудила себя улыбнуться. Грегори не выглядел трезвым, он словно вообще был не здесь. С повязками, закрывающими пол лица, одурманенный большим количеством настоек. Ей захотелось схватить его за ворот и встряхнуть, заставить выйти из полусна и рассказать что произошло. — Артур запляшет от радости, когда узнает, что поедет вместо вас. Как ловко жизнь отодвинула нас от успеха. Что я должна сказать королю?

Маргарет потёрла руки, увела их за спину и хрустнула пальцами. Её успокаивал этот звук раньше, однако сейчас вызвал ещё больший дискомфорт. Наверное, так же хрустнули кости во время удара… Воспользовавшись тем, что Грегори не сможет ей возразить, она осторожно села у изголовья кровати и облокотилась на свободную часть подушки. Глядя в потолок, она надеялась, что Грегори не обидится, а может, и вообще не вспомнит, что она позволила себе такую слабость. Наблюдая, как Грегори всё глубже погружается в сон, Маргарет и сама теряла связь с обозримой реальностью. В голове она рисовала картинки того, как и в каких обстоятельствах, лорд мог обзавестись подобной травмой. Потом начала обдумывать возможные последствия. Она перебирала в голове варианты, которые могла бы использовать.

Когда Гаюс вернулся, Маргарет уже перебралась на один из стульев с высокой спинкой. Она несколько раз спросила, как можно было бы ускорить процесс выздоровления. Лекарь на всё качал головой, в красках расписывая, как долго может срастаться подобная кость, а потом ещё и оставлять различные напоминания о былой травме.

— У Его Милости останется заметная горбинка, думаю, ему подойдёт. — Присаживаясь на соседний стул, подытожил лекарь. — Темнеть стало раньше. Мне жаль уходящего лета.

— Меня пугает зима. — Водя пальцем по губам, шепнула Маргарет. Её пугает даже сегодняшняя ночь. — Почему мне так страшно? Почему я не могу заставить себя встать и вернуться в комнату?

— Раньше не случалось такого, верно? — Лекарь выглядел уставшим, почему он сидит здесь и слушает её разговоры, Маргарет тоже не понимала. Видимо, за его вопросом скрывался какой-то сложный намёк, но девушка решила его не искать.

— Никогда.

— Всё однажды бывает впервые. Посидите ещё некоторое время, пусть стемнеет окончательно. Вернётесь, и никто не узнает. — Голос лекаря звучал успокаивающе, словно она говорила с родственником, которого ей не хватало. — Завтра решите, что сказать королю и самой себе.

— Второе сложнее…

Казалось, Маргарет уже стала засыпать, опираясь на собственную руку, когда Гаюс всё же выпроводил её. Обещал, что задержится здесь ещё на некоторое время для верности и вернётся потом утром. Однако пустота в голове никуда не делась, туман перед глазами тоже. Наверное, так люди и сходят с ума. Грегори не успеет вылечиться до назначенного срока, Утер отправит в Элдор кого-то другого? Или отложит всё, и тогда они снова проиграют? Осень размоет дороги проливными дождями, и никто не сможет спокойно выдвинуть армию. Да и выйти к солдатам с повязкой на пол лица, не имея возможности говорить, было бы ещё большим провалом. Маргарет сжала кулаки. Хотелось зарычать. Боже Правый, что за день! Они в грёбаном тёмном глухом пропитом средневековье, где никто не знает, как правильно лечить людей. Алиса почти неделю борется с сезонной простудой, Грегори будет ждать, пока кости срастутся сами по себе. Где эта чёртова магия, когда так нужна?

За окном что-то вспыхнуло, от яркого блика в уголке глаза Маргарет вздрогнула. На площади что-то полыхало, заливая стены замка желтоватым светом - маленькое солнце в темнеющем вечере. Скопившаяся злость выплеснулась громким, неестественным смешком, стоило девушке увидеть языки пламени. Глаза защипало. И это яркое пятно поманило к себе. Костёр полыхал так, словно его разожгли, дабы видели все, даже звёзды на небе. Такой большой, такой дикий, порождение драконьей силы, как на гербе. На ватных ногах Маргарет устремилась вниз, сердце требовало оказаться как можно ближе к источнику этой невероятной мощи. И судя по всему, обжигающий свет манил не только её. До неё донеслись тихие слова.

— А разве его не должны были развести в башне или на холме? — Алиса недоумённо рассматривала огонь. Мерлин лишь пожал плечами, кажется, что и он не понимал, почему всё так вышло. — Как глупо, — намного тише произнесла она на родном, — Во Властелине Колец всё не было не так.

— Этот костёр развёл Утер? — Спустившись по ступеням, громко спросила Маргарет. Злость трансформировалась в нерациональное бесстрашие.

— По его приказу, — поправил Мерлин.

Маргарет подошла ближе, в холодеющих ночах Камелота она была рада видеть и беззаботного слугу, и Алису, которой видимо, стало намного лучше. Она стояла, накрыв плечи тёплой шалью, рядом с парнем и тихо продолжала расспрос. Они вместе вышли погулять? Не важно. Вытянув руки, Маргарет ощутила тепло на кончиках пальцев. Завораживает. Ветер заигрался с языками пламени, заставляя их танцевать.

— Осторожнее. — Проговорила Алиса, улыбаясь. Ночная прогулка под ещё не заволочённым тучами небом поднимала настроение. Впервые за несколько дней ей было действительно радостно, судя по блеску в глазах. Или это отражение огня? — Так ты не видел его? — В ответ Мерлин лишь отрицательно помотал головой.

— Я не ведьма, — Маргарет улыбнулась, приближаясь к костру, тепло слишком манящее, ещё чуть-чуть и она сможет обжечься. Как же ей хочется обжечься. Как же ей хочется взять хоть малую часть силы этого пламени. — Мне не сгореть в огне дракона.

— Ага, принцесса Таргариен! — фыркнула от смеха Алиса, косясь на Мерлина. Если подумать, единственный кандидат в семейство Таргариен тут скорее он. Хриплый смех Алисы на секунду заполнил пустую площадь, звонко ударяясь о стены и закрытые оконные ставни.

Парень вздрогнул, сотни иголок вонзились в его ладони и шею, холодный воздух окутал тело и разум. Маргарет тянулась к костру, а Алиса смеялась, глядя прямо на него. Знакомый, в тысячу раз, прокрученный в голове, сюжет предстал у него перед глазами. Ничего не следовало толковать. Он не справился с реальностью и упустил время. Что бы не значил сон, Мерлин опоздал. Всё уже случилось. Чтобы не выдать волнения, Мерлин отвернулся, желая встретиться взглядом со звездами на темном небе. Но вместо того увидел силуэт Артура. Принц стоял у окна покоев леди Морганы, глядя на площадь. Если принцу снился тот же сон, что и его слуге, то они оба только что стали свидетелями своих кошмаров.

— Мерлин, я отчаянно нуждаюсь в чуде. — Голос Маргарет звучит странно, отдаваясь легким эхом в голове парня. — Здесь только мы, так что скажи. Ты правда маг?

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* - петрушка

«Шрамы украшают мужчину»

— Леди Маргарет, я никогда… — Парень запнулся, мысли ещё не успели собраться в кучку, пережив только что пронзившее разум осознание. По привычке Мерлин начал отнекиваться, мол, никогда к магии причастен не был, и в этот момент Маргарет припомнила ему дракона.

— Сегодня я слышала о нём от нескольких людей. Ты носишь стражникам эль, чтобы они пускали тебя к дракону?

— Почти… — Нервно пожимает плечами парень. — Вы… вы хотите его увидеть?

— Нет, я желаю увидеть другое чудо, — убрав руки от огня, Маргарет подошла ближе, почти вплотную к слуге, и крепко схватило того за локоть. — Вопреки правилам.

Мерлин не стал сопротивляться, когда она потащила его в сторону замка. Алиса окликнула их и уже побежала следом, как из-за костра ей наперерез выпрыгнул Черныш, громко мяукая. Рита в ответ лишь отмахнулась, а Мерлин умоляюще покачал головой. Втягивать Алису в неизвестное не хотелось. Ему было страшно, но ещё страшнее было вырваться и бежать. Хотя бы потому, что тогда это могут счесть подтверждением вины. Если она притащит его к королю, не имея доказательств, он хотя бы сможет всё отрицать. И Артур! Конечно, он же видел их в окне! Однако, вопреки ожиданиям, они прошли мимо малого и большого залов, Маргарет вела его по лестнице, всё сильнее сжимая пальцы. Когда они оказались на втором этаже, парень заволновался уже о другом. Что она задумала? Толкнув дверь комнаты лорда Грегори, Маргарет отпустила руку Мерлина и кивнула. Пусть заходит первым.

Удивлённый Гаюс, который уже почти ушел, замер в нескольких шагах от двери, увидев Мерлина и Маргарет рядом. Свечи почти догорели. В комнате пахло травяными настойками и сквозило легким холодком. Грегори крепко спал, видимо лекарь успел опробовать на нём своё только что приготовленное снотворное. Мерлин протиснулся вперёд, растерянно глядя на Гаюса, ощутив желание забиться в угол. Маргарет закрыла за собой дверь, снова запирая их изнутри.

— Потушите все свечи, оставьте одну, самую маленькую. — Быстро протараторила Маргарет. Её колотило от волнения, но нужно было сдерживаться. Она принялась задувать догорающие свечи, пока лекарь и Мерлин с осторожностью наблюдали за её резкими движениями.

— Что происходит? — Гаюс первым озвучил логичный вопрос.

— Сейчас мы с вами вместе сделаем одну ужасную вещь, и у этого не должно быть свидетелей. — Она взяла последнюю свечу в руки, в темноте свет, который та отбрасывала на лицо девушки, искривлял миловидные черты. — Сейчас мы втроем пойдём против наших принципов ради блага короля и Камелота.

Гаюс и Мерлин переглянулись. Взгляды их были одинаково хмурые, они поняли что от них попытаются потребовать. Что ж, они будут всё отрицать и сопротивляться. Маргарет — советница Утера, при всём желании ни один, ни другой не хотели заигрывать со смертью. Ровно до того, как Маргарет заговорила снова.

— Вы, — она ткнула пальцем в сторону лекаря, — в прошлом активный язычник, участвовали в массовых обрядах, танцевали у больших костров в масках животных, видели, как приносят жертвы, и изучали травничество. Сведения о вашей молодости всё ещё хранятся у Джеффри в самых дальних уголках библиотеки, а у меня было много времени для чтения. Вместе с актом о вашем помиловании в годы Великой Чистки, кстати. — Вздохнув, Маргарет переключила внимание на Мерлина. — Ты, я знаю, что ты спас жизнь Гаюсу в первый день, передвинул кровать, используя магию. Знаю, что ты водил леди Алису к дракону, чтобы узнать пророчества на наш счёт, я знаю, что ты используешь магию даже во время уборки комнат. И Бог знает, когда ещё. А теперь сосредоточьтесь, это важно. Мне нужно, чтобы завтра лорд Грегори проснулся полностью здоровым. И всё, мною сказанное, умрёт в огне. Кроме акта о помиловании, думаю, он будет ещё полезен.

— Мы на это не пойдём. — Чётко произнёс Гаюс. В нём совсем догорело какое-либо хорошее отношение к этой женщине. Она посмела угрожать его племяннику, а это особенно опасно. Для Маргарет.

— Я не запугиваю вас, лишь пытаюсь показать, что всё это время знала, как дела обстоят на самом деле. — Она взглянула на Мерлина, куда более добрым взглядом. — И прошу о помощи.

— Как лекарь я сделал всё возможное. — Заключил Гаюс и замолчал.

— Мерлин, от этого зависит возможная судьба королевства. И жизнь твоей матери.

Глаза парня потускнели при упоминании мамы. Он сцепил ладони вместе, чувствуя, как холодеют пальцы. Грегори должен был повести солдат, чтобы освободить Элдор. Место, где он рос, и которое теперь регулярно страдает от набегов. Он может рискнуть своей безопасностью ради блага семьи. Нерешительно кивнув, Мерлин тихо проговорил:

— Я знаю кое-что…

— Даже не думай! — Гаюс дёрнул парня за руку. — Ты сгоришь на том же костре, что полыхает сейчас.

— Обещаю, ничего из увиденного здесь никогда не покинет стен комнаты. — Маргарет взглянула на перебинтованное лицо лорда Грегори. Боже Правый, какого лешего она уговаривает пацана возраста старшей школы сотворить чудо? Сердце сжалось, она даже не верит, что это поможет. Но вдруг? Она видела грифона, Яков говорил о драконе… Им нужны более веские гарантии. Ресницы Грегори подрагивали, он спал, но снилось ему явно что-то отвратительное. Травы не давали ему проснуться. Чуть погодя, Маргарет серьёзно посмотрела на собеседников. — В ином случае вы сможете сказать королю, что я была соучастницей. В этой комнате нет иных свидетелей, у меня нет доказательств. Если боитесь костра, мы поднимемся на него вместе. Либо закроем рты и спасём невинных людей.

— Х-хорошо. Мне нужно… — Мерлин обошел кровать и опустился на один уровень с головой спящего лорда, — пару минут.

— Мерлин, не надо. Твоя мама сильная женщина, она справится. А Утер отправит кого-то другого.

— Король отказывался несколько раз, — Мерлин поднял взгляд на лекаря, не столько прося о согласии, сколько начиная спор, — вдруг он снова передумает? Вдруг это единственный шанс.

Гаюс глубоко вздохнул и отвернулся. За окном темнота, на небе сияют звёзды. Замок медленно засыпает. Но здесь всё только начинается. В комнате темно, единственную свечу Маргарет поставила у изголовья кровати, тут только силуэты с чёткими линиями теней. Маргарет медленно села рядом с Мерлином, который в свете свечи пытался рассмотреть что-то на лице лорда.

— Что ты планируешь делать? — Тихо спросила она, до сих пор не веря, что магия случится. Что, если он просто поводит ручкой в воздухе, выйдет из комнаты и тут же доложит Утеру, что Маргарет принуждала их к использованию магии? Ещё меньше Маргарет осознавала свои мотивы. И хоть Грегори не мог оценить её риска, он хотя бы будет полностью здоров. И это уже радовало до глубины души.

— Сращивать кости. — Не задумываясь, ответил Мерлин, а потом отодвинул свечу подальше. Легла ровная тень, визуально деля лицо лорда на две стороны. Светлую и тёмную.

Мерлин протянул вперёд раскрытую ладонь, как Маргарет и ожидала. Сначала ничего не происходило, они с Гаюсом просто наблюдали, как парень беззвучно шевелит губами в полной тишине. Маргарет уже была готова разочароваться, но Мерлин вдруг открыл глаза, которые ярко сверкнули рыже-золотистым свечением. Сердце девушки замерло. Свет вспыхнул ярче свечи во тьме. Гаюс поджал губы, обратного пути не было. Мерлин снова зашептал что-то, и Маргарет услышала звук, как если бы она загибала пальцы, такой же хруст. Раньше этот звук её успокаивал, но сейчас хотелось заткнуть уши. Сжаться в комок и исчезнуть. Она отчётливо слышала, как треснутые кости и осколки встают на свои места. Видела, своими глазами. И это никак не укладывалось в голове. Когда Мерлин убрал руку, и звуки исчезли, Маргарет осторожно повернулась в сторону мага. Ей было страшно увидеть его горящие глаза, но осознание требовало вкусить всё и сразу. Разум потянулся к новому, к настоящему.

— Это… — Слова застряли в горле.

— Всё. Завтра всё будет хорошо. — Проговорил Мерлин, успокаивая скорее себя, чем Маргарет. И тут она осторожно взяла его за руку. Возможно, этого не было видно, но её мягкое прикосновение оказалось крайне приятным.

— Пожалуйста, скажи мне, — чувствуя, как наворачиваются слезы от пережитого шока или от блеснувшей надежды, заговорила Маргарет. Голос заметно подрагивал. — Ты когда-нибудь видел в замке кольцо? Серебряное, с гладким овальным синим или красным камнем… С косичкой по ободку.

— Нет, никогда. — Растерянно ответил Мерлин, высвобождая руку. Он не понимал, как этот вопрос относится ко всему произошедшему. Надежда в глазах Маргарет угасла. Она потёрла щёки руками, собираясь с мыслями. Силы начали возвращаться. Вместе с Мерлином она поднялась на ноги, и теперь оба смотрели на хмурого Гаюса, чьё лицо почти полностью сливалось с ночной темнотой.

— Вы довольны? — Не было понятно, к кому из двоих был адресован этот риторический вопрос. — А теперь, Мерлин, сделай ещё кое-что. Ты знаешь, о чём я.

— А я не знаю. — Воскликнула Маргарет, почувствовав, как парень обхватывает её талию. Действие выполненное без промедление и резко. Словно Гаюс отдал приказ.

— Простите. — Вновь вспыхнули золотые глаза, словно у кота, и тьма окутала помещение полностью. Свеча погасла, света больше нет.

Подхватив обмякшее тело Маргарет, Мерлин торопливо уложил её на свободную часть кровати. Если он ничего не напутал, и нервы не подвели его, то завтра она проснётся и не вспомнит, чем занималась добрую половину дня. Теперь, без горящей свечи, силуэты были видны лучше. Лунный свет спускался в окна, в абсолютном молчании Мерлин вместе с Гаюсом ушли. Ничего не трогая и не шумя. Их никто не должен был заметить.

Оказавшись в коридоре, Гаюс не удержался и отвесил парню весьма ощутимый подзатыльник. Он бы сделал что-то грубее, если бы обстановка позволяла. Спрашивать «за что?» Мерлин даже не попытался, всё прекрасно понимая. Хотя обиженный взгляд на дядю всё же бросил. Он же старался ради благой цели.

— Откуда она знала про уборку? — Строго спросил Гаюс, пока они спускались по лестнице. Мерлин не ответил, пожал плечами и продолжил плестись следом. В глубине души он не понимал, про какое кольцо с синим или красным камнем Маргарет спрашивала. Но чувствовал, что тут есть очень важное звено.

— Откуда она знала про мой первый день? — Вопрос был более веский, и теперь пришла очередь Гаюса пожимать плечами. Спустившись на первый этаж, где было всё так же пусто, Мерлин тихо продолжил. — Артур считает, что Маргарет обманывает короля. Что она и лорд Грегори что-то сделали или собираются сделать. Но я не уверен что это так.

— Пока что она вела себя нагло, но не опасно. Однако, — Гаюс обернулся, взглянув Мерлину в глаза, — если это правда, им этого не простят. Как и я не забуду того, что сегодня произошло. Надеюсь, ты сделал всё правильно.

Мерлин тоже надеялся, но произносить этого вслух не стал. А ещё он дал самому себе обещание не сообщать об этом Артуру. Волнуясь скорее за благополучие Алисы, которая не была ни в чём виновата. Даже если Маргарет оказалась в клубке заговора, то Алиса, как считал парень, вовсе не такая. И раз дракон отметил её своим вниманием, это значит, ему нужно лучше за ней приглядывать. И за своими действиями тоже.

***

— Сколько у тебя платьев? Из всей этой ткани можно сшить паруса на целый флот.

Артур подцепил мизинцем белый шёлк, что водопадом спадал на кресло со стола. Порой принцу казалось, что Утер излишне балует леди Моргану. И несмотря на все трудности королевства, она получает то, что пожелает, даже в не самое спокойное время, когда казна полна лишь наполовину. И вот теперь к платьям, маслам и украшениям прибавится ещё и единорог.

— Если ты хочешь обновить свои рубашки, я могу попросить об услуге Гвен, — весело отозвалась Моргана из-за ширмы.

Гвен лишь смущённо покачала головой, подавая миледи полупрозрачную накидку. Мерки для нового готовящегося к дате осеннего праздника платья давно были сняты, оставалось лишь расшить его. Моргана не была бы собой, если бы не попыталась затмить всех на празднике, даже если этот день посвящён Артуру.

— К тому же тебе прекрасно известно, что это моя обязанность.

— Что бы Камелот без тебя делал, — беззлобно ухмыльнулся принц, замечая раскрытые письма. Пробежавшись по ним глазами и отмечая имена наследников благородных домов, Артур к своему неудовольствию припомнил крайний турнир, где наградой стал танец с леди. Охотников на него набралось намного больше.

— Все эти праздники лишь повод показать себя и свою силу. — Важно кивнула Моргана, грациозно покидая ширму и останавливаясь у стола. — Ради поддержания статуса Камелота и его денежного положения. И я никак не могу подвести короля.

Невольно принц задержался взглядом на её фигуре, движениях. Отказать ей в очаровании было нельзя. Артур прекрасно понимал и принимал разумность её слов, ровно так же, как и красоту, которую леди использовала без всякого сомнения. Ему стоило больших усилий поднять глаза на лицо леди. Если бы не нрав Морганы, то Артуру было бы скучно в замке. Принц подумал, что поспешил с выводами о единороге. Если отец так жаждет привести животное живьём, то не является ли это ещё одним подтверждением власти, но уже над магией в землях Камелота?

— Конечно. — немного погодя ответил Артур, переводя взгляд на мнущуюся в нерешительности Гвен. Служанка явно хотела что-то сказать, но этикет не позволял прерывать разговор господ. — Но не это стало причиной моего прихода.

— А что же?

— Не сегодня так завтра я выезжаю на длительную охоту. Надеюсь, ты найдешь утешение в компании леди за делами дам, а не попытаешься сбежать со мной в лес, как в прошлый раз.

— Мне было четырнадцать! И я искренне не понимала, почему король взял только тебя. Меня же тоже обучали езде верхом.

Артур улыбнулся. А Моргана отложила ответные письма в сторону. К паре из них прилагались засушенные цветы из королевского сада.

— Что ты хочешь сказать, Гвен? — выдержав паузу для ответа леди, если тот последует, поинтересовался принц. Служанка вскинула голову, делая шаг.

— Ваша милость, сегодня мне удалось поговорить со служанкой леди Маргарет и леди Алисы. — Артур отошел от стола, внимательно вслушиваясь в ее слова. Лорд Грегори упоминал, что девушка была подарена ему в Цинтре, но ни разу не упомянул её статус в замке. Обучалась ли она при дворе, раз смогла поддержать разговор со служанкой, или это результат помощи соотечественниц? — И говорила она без запинки, словно наш язык ей ближе родного.

— И о чём же вы говорили? — Моргана напряженно переглянулась с Артуром. Он так же разделял её сомнения. Гвен и сама понимала, что всё выглядело очень странно, если не сказать подозрительно.

— О том, к кому обратиться, если у слуг случаются проблемы. — Гвен нервно заправила прядь за ухо. Теперь, пересказывая разговор с девушкой, слово в слово, она всё сильнее убеждалась в сомнениях принца и леди. Закончив, Гвен опустила взгляд на свои трясущиеся от волнения руки.

— О каких проблемах шла речь? — Уточнил принц.

— Не знаю, она не сказала. Я посоветовала сходить к стряпчим.

Артур хмыкнул, он думал, что поймал змею за хвост, но та оказалась ящерицей. Однако ещё можно будет что-то узнать, как только вернётся, пойдёт к Эгрейну и узнает, к кому приходила служанка.

— Её нужно допросить. — Тут же произнесла Моргана.

— Не сейчас. — Артур развернулся и, найдя свободный стул, пододвинул его к Моргане поближе. Нужно было подумать. — Сначала пусть она действительно сходит к стряпчим, тогда у нас будут свидетели. А позже, когда лорд Грегори уедет, и леди Маргарет останется без защиты, мы поговорим с девчонкой.

— Её защищает не Грегори, а Утер. — Со едва заметным отвращением напомнила ему Моргана. — Никто не должен знать о наших планах.

Принц посмотрел на Гвен, и та серьёзно кивнула. Болтать она не станет. Ситуация становилась серьезнее, и самой Гвен не очень хотелось участвовать в заговорах. Но если она могла быть полезна своей леди, то так и будет. Скорее бы ей передали новое письмо, на несколько минут душе стало бы так легко и тепло. Легкий стук в дверь заставил всех вынырнуть из раздумий.

— Леди Моргана, Вы в своих покоях? — голос Амелии донёсся из-за двери и прервал их разговор. Моргана отбросила назад волосы, сцепляя руки, а Артур вытянулся, как струна, напуская на себя царственный вид, словно не он только что шептался о тайных планах, не достойных наследника.

— Никому не говори о нашем разговоре, Гвен. — Служанка коротко кивнула своей леди, подбирая соскользнувшую со стула ткань. — Можешь войти, Амелия.

Раскланявшись перед принцем и Морганой, девушка неодобрительно покосилась на ткани. Гвен даже не потрудилась всё быстро убрать. Да что же здесь со слугами? Нет твёрдой руки, что могла бы показать им своё место и наказание за неисполнение обязанностей. Амелия бы не позволила себе такого бардака.

— Я принесла Вам новости, леди Моргана. Его Величество намеревается сделать леди Алису Леди замка к осенним праздникам.

Артур не удержал нервный смешок. Тут даже не нужно было произносить «А я тебе говорил!», Моргана сама об этом подумала. Было видно по её взгляду. Какими же сильными верёвками эти девчонки обвязали Утера. По большей части Артуру было всё равно, с кем в случае победы на турнире будут танцевать рыцари, с Морганой или с Алисой. Всё равно первая будет иметь больший вес, она воспитанница короля, очаровать Моргану почти равно породниться с Утером и вписать свою фамилию в историю. А Алиса хороша в делах кухни, прачек и скотного двора. Однако для самой Морганы это было личным оскорблением. Малоизвестную девушку, пусть и милую, теперь будут чествовать наравне с ней. Если бы Алису приставили к ней как Амелию, было бы лучше. Она с радостью покровительствовала той, но вот так… неприятно.

— Его Величество сам тебе это сказал? — Моргана посмотрела на Амелию из-под бровей.

— Не совсем… Эгрейн и стряпчий подошли ко мне вместе со слугой короля. Они спросили, смогу ли я рассказать леди Алисе о её новых обязанностях.

— Вот как… — Моргана отвела взгляд в сторону, о чём-то задумавшись. — Пока можешь делать так, как тебе говорит Его Величество. Я разберусь с этим чуть позже.

— Как король может так поступить? Вы столько лет были самой важной леди Камелота. — Гвен не удержалась.

— И буду. — Ровно проговорила Моргана. Даже при всех разногласиях, время от времени она чувствовала, что Утер её любит. Он может быть жесток с другими, но к ней зачастую добр, если они не в ссоре. Странная тихая ревность кольнула в сердце леди, словно кто-то из родных перестал обращать на неё внимание.

— Слугам не пристало обсуждать решение Его Величества. — Амелия упустила реплику Морганы, но вот за слова Гвен зацепилась сразу. — И да, я заметила, что ты часто ходишь в голубятню за письмами. Несомненно, поклонников у леди Морганы хватает на каждый благородный род, однако мне известно, что одно письмо ты забираешь себе.

— Если Вы, леди Амелия, намекаете на кражу, то это не так. Леди Моргана осведомлена о моих письмах.

— Всё сказанное Гвен правда. — Моргана не понимала, почему она должна оправдываться перед Амелией. Девушка была слишком привязана к обычаям, и это отталкивало Моргану. Привыкшая мыслить самостоятельно, и не боясь высказывать своё мнение даже королю, она отвергала ту покладистость и ярую приверженность христианским традициям, что в самом цвете выразилась в Амелии.

— Если это происходит под Вашим взором, леди, то Вы простите мою подозрительность. Боюсь, что большинство слуг ведут себя слишком независимо от своих господ. Замужняя девушка делается намного послушней и исполнительней. Надеюсь, леди Моргана, Вы непосредственно приняли участие в подборе пары своей личной служанки.

— Вне сомнений. Жених Гвен — лучший мужчина с храбрым и светлым сердцем. И какое-то время был рыцарем.

Артур скрестил руки, отходя к окну. Он сразу понял, о ком речь. Как щедро Моргана отозвалась о Ланселоте. Столько добрых слов он от неё ни разу не слышал. Но она была права. В его глазах Ланселот уже был рыцарем Камелота, осталось лишь подождать, когда мужчина сдержит слово и вернётся. Таких людей сложно найти даже в благородных семьях. Принц всмотрелся в город, сегодня он неестественно тихий, словно враз опустел. Ранним утром он вместе со стражниками патрулировал улицы. Делать этого он не был обязан, но Артуру необходимо было увидеть самому, как отреагировали подданные. Кое-где люди всё же заполняли улицы, да и дороги не были пусты. Телеги рабочих со скрипом и тихим постукиванием грузов медленно ползли по ним. Камелот впал в оцепенение. Всех окружало какое-то мрачное молчание. Тихие шепотки, звон металла кузниц да мехов отзывался трауром, не попадая в такт. Иногда воздух прорезали звуки животных со скотных дворов, но не было песен за работой и смеха, притихли даже дети. Костёр заставил всех облечься в страх.

***

Утро выдалось свежим и солнечным, лучи так и норовили нагло пролезть под сомкнутые веки. Блики отдавались яркой болью в голове и, казалось, во всём теле. Грегори поморщился сквозь сон и попытался увернуться от настойчивого света, уткнувшись лицом во что-то мягкое и приятно пахнущее мятой. Инстинктивно мужчина попытался зарыться сильнее, ткнувшись носом, как ему казалось, в подушку. Но уже через секунду боль усилилась и Грегори пришлось заставить себя открыть глаза. Он сел на кровати, осторожно стягивая с лица вчерашние бинты. Ещё не проснувшись от отваров до конца, мужчина и не подумал, что может навредить себе подобным решением. Как только бинты оказались на полу, он тут же коснулся ноющего носа и… ничего не понял. Потреся головой, чтобы прогнать остатки сна, Грегори быстро поднялся на ноги и шагнул к стене, где висело маленькое, мутное зеркало. Сломанный прошлым вечером нос хоть и ныл, но ощущался полностью здоровым.

Всё ещё слегка шокированный, он обернулся, чтобы посмотреть на снятые бинты. Но тут же замер. Он никогда бы не подумал, что увидит что-то подобное, мирно спящая леди Маргарет, в том самом зеленом платье. Безмятежное лицо, не выражающее никаких эмоций, в обрамлении чёрных волос на подушке. Вот откуда ему повеяло мятой. Грегори немного улыбнулся, облокачиваясь на стол. Видение было настолько невозможным и странным, будто наваждение. Как она тут оказалась? Пришла вчера и осталась у его кровати? Ему бы не хватило смелости высказать все пришедшие в голову колкости даме в лицо, но мысль о том, что Маргарет волновалась, казалась пугающе приятной. Немного потешав своё самолюбие, Грегори всё же решил разбудить Маргарет. Будет лучше, если слуги её не застанут в таком благоприятном для сплетен виде.

К моменту, когда слуги принесли завтрак, Маргарет уже сидела за столом с расчёсанными волосами и сошедшей ночной дымкой. Она подпирала голову рукой, с легкой улыбкой наблюдая, как Грегори всматривается в своё отражение. Они оба понимали, что случилось нечто, выходящее за рамки понимания, и оба не хотели говорить об этом вслух. Как бы Мерлин не старался, шокированная психика Маргарет сохранила огонь, вспыхнувший в глазах паренька, а также отрицательный ответ о кольце. Наверное, её рассудок так держался за эту информацию, что не захотел отпускать. Всё остальное было стёрто, но проведя цепочку, от костра, к которому она тянула руки, к горящим глазам, она примерно поняла, что произошло.

Грегори не понял, он видел сросшийся нос, чувствовал легкую ноющую боль, осознавал, что кости не срастаются за ночь, но… пока не брался искать объяснение. Что-то подсказывало, что ответ лорду не слишком понравится. Какой-то прихрамывающий слуга принёс большой поднос, видимо, кухарки решили уважить очередного королевского гостя. А следом прибежал ещё один паренёк, уже намного младше, с кувшином тёплой питьевой воды и вторым, с элем. Маргарет окинула взглядом поднос и подумала, что Алиса возможно страшно волнуется. Но точно будет много шутить, если узнает, как советница короля провела ночь.

— Я буду долго привыкать. — Проведя мизинцем по горбинке на носу, проговорил Грегори, наконец отойдя от зеркала. Лорд устроился напротив Маргарет, подумав, что и к виду мирно спящей каменной леди он тоже привыкнуть не сможет.

— Расскажете, что случилось вчера? — Стягивая ближе к себе кусок мясного пирога, Маргарет понадеялась, что мужчина в красках распишет события, но он просто потянулся за элем, улыбнувшись.

— А вы расскажете?

— Ну… Я обошла весь замок, надеясь что-то узнать, однако все молчали в тряпочку, а начальник стражи вообще куда-то пропал.

Изобразив, что не понимает, о чём идёт речь, Маргарет откусила пирог. Приятный вкус томлёного в печи мяса казался ей невероятным. Так что уже через секунду её внимание полностью переключилось на еду. Грегори со спокойствием кота разлил эль по кружкам.

— Хотя бы я чувствую себя полным сил. — Он потёр нос, немного зажмурившись. Всё ещё было неприятно, но и ощущение чего-то чужого, инородного, что теперь часть лица лорда, не давало покоя.

— Да ладно вам, а как же «шрамы украшают мужчину» и всё остальное?

— Шрамы украшают мужчин вроде Утера Пендрагона, а меня украшает кувшин хорошего вина.

— И всё же, ради нашего общего блага, — Маргарет перевела взгляд на фрукты, решив, что пирога ей уже хватит. На удивление себе, она ела даже не запивая. Прошлые голодные сутки сказались на ней именно так. Хорошо, что хотя бы не обмороком. — Вам лучше рассказать, что случилось.

— На самом деле вы сами можете догадаться, — Грегори заметил пару кусков варёной рыбы и принялся вытаскивать из неё крупные кости. — Застал Авилу, говорящую с какой-то служанкой, дождавшись пока она останется одна, я решил немного припугнуть, но какой-то страж решил, что имеет право кинутся с кулаками на представителя древней фамилии.

Маргарет видела, что Грегори совершенно не нравится вспоминать и уж тем более описывать события. Либо потому что он не смог ему ответить, либо не желая оказаться в глазах дамы проигравшим. Владельцу лучшего войска в королевстве было бы сложно признать поражение в рукопашном бою с человеком, не имеющего военного опыта в принципе. Покрутив в голове претендентов, Маргарет задумчиво произнесла:

— Наверное, это тот жених, о котором она всегда говорит.

— Тогда проблема решилась сама собой, — Грегори хмыкнул, — нет жениха, нет свадьбы.

— Что вы хотели с ней сделать?

— Далее вы не сможете защищать Авилу или её жениха. — Грегори кинул кусочек рыбы в рот. — У меня нет желания оттягивать неизбежное.

Продолжая молча есть, Маргарет и Грегори немного отпускали только что услышанное. Было странно, но в словах лорда действительно была правда. Больше всего на свете хотелось, чтобы дочка трактирщика потерялась в глухом лесу и никогда не вернулась в город. Это они втянули её в эту историю, наделили ролью, пообещали вознаграждение. Однако нужно было следовать правилам, а не пытаться установить свои. Кем она себя посчитала? Маргарет раскусила виноградину, ногтем подцепила косточку и осторожно положила её на край тканевой салфетки.

— Кстати о женихе, — Грегори кашлянул, поставил бокал. Вопрос, который он хотел задать, дама могла счесть неуместным, но Маргарет не просто какая-то дама, можно рискнуть. — Вы оставили в своей стране кого-то важного?

— Вся моя семья важна.

— Да, но вы не маленькая девочка, разве ваш отец не позаботился подобрать вам мужа?

— А-а… Кхм, тут слегка сложнее. — Маргарет тоже поставила стакан, подбирая нужную формулировку в голове. — Были парни, которые мне нравились. Отношения с одним точно можно было назвать серьёзными. Но я не хотела замуж. В моей стране это сложнее.

— Насколько? — Грегори подпер голову кулаком.

— Сначала парень и девушка долго встречаются, они гуляют, ходят в… таверны. Смотрят уличные выступления, проводят время вместе. Потом они начинают встречаться у кого-нибудь дома, знакомят избранника с родителями, присутствуют на семейных торжествах вместе, много танцуют, разговаривают. И только потом парень делает предложение. Это… очень кратко. Если честно. Между знакомством и свадьбой могут пройти месяцы или года.

— Вы сказали, «знакомить избранника с родителями». Разве не наоборот? Родители должны представить выбранного парня своей дочери?

— Такое редко случается, обычно девушки выбирают парней там, где учатся, работают или на городских праздниках. Может быть, по переписке или это знакомые подруг.

— Ужасно! — Грегори возмущённо хмурится. В его голове не укладывается такая вопиющая халатность. — Они же могут оказаться кем угодно.

— К сожалению да… У меня так и было. — Маргарет пожимает плечами, видя, как на лице Грегори возмущение сменяется непониманием, а после остаётся осадком из растерянности.

— На месте вашего отца я бы запер вас в покоях матери.

Маргарет рассмеялась.

— Мои родители не жили вместе.

— Вы… — Брови лорда удивлённо поднимаются, а после он даёт себе паузу, чтобы отхлебнуть большой глоток эля. — Простите, если я не правильно понял, ваши родители не были в браке?

— Почему же… были. Они разошлись, когда мне было 11, и мама переехала в Пит… в другой крупный город. Я осталась с отцом. У нас было можно, мужчины и женщины заключали несколько браков. Просто по желанию.

— Это зачем? — Грегори отвёл взгляд, теперь Маргарет отчётливо видела, как в его голове роились какие-то мысли, вызывающие у лорда явное отторжение. — Выйти замуж, потом уйти к другому, потом ещё раз… Просто так. Брат Тук назвал бы это развратом, и я впервые с ним бы согласился!

— Почему вы можете взять вторую жену, а женщина не может найти второго мужа?

Какое-то время Маргарет и Грегори смотрели друг другу в глаза, пытаясь понять, говорят они на одном языке или на разных. В мыслях лорда не было мечты обзавестись гаремом из официально признанных наложниц, любовниц он одаривал хорошо, бастардов вроде не разводил, но вопрос звучал неожиданно точно. Он было хотел сказать «просто нельзя», но Маргарет будет этого недостаточно. Она сидела и ждала ёмкого ответа. Осушив стакан, мужчина ладонью закинул назад вьющиеся пряди и заговорил.

— Нельзя, ребёнок, который родится в браке, обязательно должен принадлежать роду. Если женщина рожает от разных мужчин, она становится проводником сразу нескольких семей. Это слишком сложно, кровь портится, это допустимо только в случае смерти первого мужа. Тем более, каждый мужчина хочет быть уверен, что ребёнок точно его.

— Выдохните, — улыбнулась Маргарет, подумав, что с местной точки зрения это может и имеет смысл. — Я вас поняла. Знаете, в Цинтре так не думали. Но в каждом царстве свои законы.

— Пусть так и будет. Должен сказать, у вас приятные масла. — Улыбнулся Грегори, бросив на Маргарет короткий взгляд, и продолжил отделять кости от рыбы. Теперь, когда он понял, что его не будут учить странным привычкам иных земель, лорду захотелось обсудить что-то более интересное. — Меня разбудил шепот мятного бриза.

Маргарет на секунду поёжилась, но потом расслабилась. По интонации не было похоже, что Грегори пытался её поддеть или пошутить, ему правда нравилось. О чём думал Мерлин, укладывающий её рядом с лордом, — не очень понятно. Скорее всего, мальчик запаниковал. А может специально сделал именно так, чтобы Маргарет чувствовала себя потерянной и уязвлённой. Чтобы отвлеклась на неудобный разговор с Грегори, а не бегала по замку, пытаясь вспомнить, что случилось ночью. Но вот беда, она помнила…

— Думаю, — Маргарет протянула руку к стоящей на краю стола корзинке. Там лежали остатки снотворного-обезболивающего, которым Гаюсь лечил лорда прошлым вечером.

— Вам это больше не нужно. — Она быстрым движением сжала флакончик в кулаке. — Верну его Гаюсу при возможности.

— Сильная штука. — Заметил Грегори, наблюдая за пальцами, сжимающими флакончик.

— Спасибо за завтрак. Думаю, мне лучше идти. — Поймав слегка задумчивый взгляд лорда, Маргарет сделала несколько шагов в сторону двери. Мягких, изящных, созданных специально, чтобы мужчина обратил внимание. — Хотела ещё найти вашего друга-монаха.

— Зачем?

Маргарет подцепила мизинцем ворот платья, демонстрируя Грегори изящную ключицу и пристёгнутый к ткани крест.

— Давно не была на исповеди. Очень надо.

***

Сказать, что Гаюс был разочарован, — ничего не сказать. Маргарет спустилась к нему сразу после того, как вышла из покоев Грегори. И с плохо скрываемым удовольствием проследила за тем, как брови старого лекаря нахмурились, стоило ей сказать: «Спасибо, что помогли мне вчера». Она, разумеется, не помнила всё. Только яркую вспышку в глазах мальчика-слуги, хруст костей заставляющий сжаться всё внутри и слова о том, что нужно сжечь какие-то документы. Подробности и детали тонули в тумане, плотно обволакиваемые магией. И хоть Маргарет не признавала её существования, она прекрасно видела эффект. Оставив Гаюса рассуждать, что она знает, а что нет, Маргарет разыскала брата Тука, упросив его поговорить с Джеффри и принести в комнату некоторые бумаги. А после уже направилась в комнате.

Утро затянулось, замок уже был поглощён жизнью, слуги бегали туда-сюда, выполняя многочисленные приказания. Шмыгнувший в проходе Яков, остановился всего на секунду, чтобы кивнуть леди, после чего тут же побежал дальше. Утер загонял парня уже за первый день, а чего он ещё ждал? Пройдя коридоры, Маргарет уверенно перешагнула порог комнаты и тут же почувствовала прилив сил. Питаемые раздражением эмоции. Авила немного вздрогнула, когда дверь хлопнула. Стоило их взглядам встретиться, как дочь трактирщика приосанилась. Она встала с подоконника, набирая воздуха, чтобы произнести свой новый ультиматум. Но Маргарет её опередила.

— Сядь обратно. — Ровным тоном проговорила она, холодное лицо, не выражающие никаких эмоций. Алиса подняла взгляд на подругу, прекращая напевать себе под нос. Намечающееся шоу обещает быть интересным.

— Вы не можете мне указывать. — Авила вздёрнула подбородок. — Мой Эддрик…

— Посмел поднять руку на представителя знати. — Перебила её Маргарет. — Его Милость, лорд Грегори, приближенный человек Его Величества, наследный землевладелец. Никто не смеет нападать на него!

Алиса приподняла бровь. Какая рьяная защита чести лорда. Девушка иронично хмыкнула, наблюдая за комнатной баталией. Чем ближе осень, тем ярче обострения. Она потянулась за лекарством, стараясь не переключать внимание леди Маргарет, и понадеялась, что их планы на «Четыре свадьбы» (А в том, что Маргарет признает родственную душу в Грегори, она не сомневалась) не выльются в «Следствие вели», а то всё к этому ведёт. Делая глоток травяного настоя, Алиса решила не делиться данной шуткой, уж больно сильно Маргарет метала молнии.

У Авилы задрожали пальцы от раздражения. Она фыркнула, стянув с плеч подаренную шаль и отбросила в сторону, выплёскивая злость. Перед её взглядом пронеслась картина, как стража утаскивает жениха. А теперь ей говорят, что он ещё и виноват. Грегори прижал её к стене и угрожал, разве защищать свою невесту не правильно? Но правды не существовало, в глазах Маргарет Авила её не видела. Даже больше, глаза этой женщины казались стеклянными, не настоящими.

— Я поступлю, как обещала. — Прошептала Авила и сделала уверенный шаг к двери.

— Не сможешь. — Маргарет ухватила девушку за руку, крепко сжав запястье. Дёрнув Авилу к себе, она тут же толкнула её обратно. Снова оказавшись на подоконнике, та зашипела, как напуганная змея. Маргарет не знала, откуда в ней столько силы и злости, оправдав всё самозащитой, она наклонилась ближе. Намотав на левую руку прядь волос Авилы, она высматривала в её глазах переливы ненависти и обиды. — Ты будешь сидеть здесь, и заниматься вязанием. Столько, сколько потребуется. И если позволишь себе лишнее, твой драгоценный жених лишится не просто руки, а головы.

Немного осев, Авила всё же замолчала. Её трясло от злости, от творящейся несправедливости, и всё же, мысль о том, что Эддрик ещё может отделаться слабым наказанием, казался лучшим из вариантов. Она слышала, иногда стражей просто выгоняют из дворца и они уезжают в изгнание. Значит, так и будет. А сейчас ей нужно придумать, как себя спасти. Пару раз кивнув, Авила потянулась холодными пальцами к уже початому мешку с шерстью. Когда Маргарет потеряет бдительность, она сделает, как всё это время и хотела.

— Не мил мне дальний Авалон, пленительный витражХелависа — Под луной. — Тихо продолжила напевать Алиса, возвращаясь к своему занятию, когда разыгравшаяся сцена закончилась. Кот высунул мордашку из-под кровати, осматриваясь (не начнутся крики снова?) и пытаясь подцепить когтями маленький комочек шерсти.

Девушка сидела на краю кровати, закутанная в покрывало и с энтузиазмом перебирала шерсть в мешке, оставленном у ног. Маргарет недовольно сжала челюсти. Стоило отдать его в тот же день швеям и прядильщицам, а не оставлять здесь. Теперь помимо кошачьей шерсти на их платьях будет и овечья. Нужно успокоиться и переодеться. Найти новый платок, вчера она оставила свой где-то, пока бегала по замку в поисках начальника стражи. В сундуке снова был порядок, видимо его навела Алиса или заставила Авилу, не важно. Вынув из рукава склянку со снотворным, Маргарет решила спрятать его среди их вещей. Мешочек с остатками былой роскоши родного столетия… он даже не вызывает грусти. Флакончик удобно устраивается между маленькой косметичкой и скетчбуком. Что-то сверкает, привлекая внимания. Маргарет быстро захлопывает сундук, побоявшись, что служанка увидит лишнее. Алиса вздрагивает, поднимая голову.

— Откуда это у тебя? — тихо произносит Маргарет, пряча жемчужные серёжки. Алиса сначала хмурится, недовольно следя, как её трофей пропадает в рукавах подруги, а потом, прикрыв глаза, встаёт и забирает расшитую ракушками сумку из сундука. Мерлин предупредил, нельзя быть настолько рассеянной. Маргарет перехватывает её руку и ещё тише требует показать содержимое.

— Это важно? Больше ничего такого там нет, — специально не называя ни имён, ни слов, что хоть как–то могут указать на кого-то и чём идёт речь, Алиса не моргая смотрит в глаза подруги. Самый пик гнева уже прошёл, и она может всё объяснить. Но не сейчас. Всё же Авила знает несколько слов их родного языка. Рисковать не стоит.

— Если у нас обнаружат чужие вещи из-за твоей клептомании, нам не сдобровать. Что у тебя в сумке?

— Красная лента, — абсолютно спокойно начала перечислять содержимое Алиса. Привлекать ещё большее внимания им не с руки. Кто знает, как этим может воспользоваться служанка, — заколка из несостоявшегося подарка космического жука, его же кольцо, отданное добровольно, лошадка, альбом и краски. Может быть, пару сухоцветов и зелий своего изготовления на «женские будни». Звучит криминально? Если спросят, то сумка с рынка. Я всё же была там, и слуга мне свидетель.

— Не называй их зельями. — Маргарет выдыхает, садясь на край кровати. Нужно рассказать ей про вчерашний вечер, про то что случилось, но позже.

Чем сбор трав не зелье? Алиса хмыкнула, но спорить не стала, укладывая сумку рядом с собой. Её стоит снова перепрятать. Утром, когда принесли сменное постельное бельё, она вспомнила про свой тайник, и решила, что пора сменить его местоположение. Их одежда из будущего всё так же хранилась над головами, а те вещицы, что Алисе удалось умыкнуть здесь, лежали под подушкой до того момента. Она улыбнулась. Спала на своих сокровищах точно дракон.

— Кажется, Мерлин не знает, где кольцо. — Вдруг выдала Маргарет, не понимая, где исток этой мысли в её голове. — Не знаю откуда, просто знаю.

— Ладно, может, оно и к лучшему. Но могу тебя приободрить. Мне стало понятно, где искать кольцо. — Алиса смотрела на неё абсолютно спокойно, словно они обсуждали что-то будничное по рамкам леди. Маргарет повела бровью, готовясь услышать очередную теорию. — Глубоко под подвалами замка, над говорящей ящеркой есть скрытая сокровищница. Там похоронен сильнейший колдун Камелота. Кто, как не он, смог бы создать наши кольца?

— Ты знаешь, где конкретно находится этот склеп? — мысль о разорении могилы отозвалась мурашками по телу. Вспомнились «проклятия фараонов», что градом сыпались на вскрывших могилы археологов и рабочих. Сколько болезней и микробов может быть там закрыто? С другой стороны, сколько сокровищ пополнит казну.

— Этого мне не известно. Нам остаётся только ждать, когда сокровищницу обнаружат. — Сказав это, она как не бывало вернулась к своей работе, продолжая напевать следующую, более весёлую песню. Что-то про хоббита и носкиХелависа — Как хоббит носки искал.

Такое смирение неестественной маской легло на Алису. Маргарет стало жутко, захотелось встряхнуть ту за плечи и заставить рассказать подробней. Но она прекрасно понимала, что это может подождать. Не при свидетелях. К тому же, эта новость ровным счётом ничего не поменяла. Она продолжит делать то, что делала, всё равно Маргарет бы не кинулась домой, бросив в Камелоте все начинания.

Несколько долгих минут тишины тянулись мёдом. Маргарет осторожно положила серьги рядом с Алисой, укутав их в складки одеяла. Это её дело, разбираться ещё и с ними она не могла. В голове снова всплыл образ улыбнувшегося лорда Грегори, говорящего о мяте. Поднеся рукав к носу, Маргарет лишь отдалённо услышала запах мятного масла. И это так сильно понравилось лорду? Авила спокойно перебирала пальцами пряжу, неизвестно, сколько бы Маргарет пронаблюдала бы за движением её пальцев, если бы не стук в дверь. Брат Тук, оказавшийся в дверях, вручил Маргарет небольшую стопку бумаг, заметив, что Гаюс пришел в библиотеку почти сразу после Тука. Сам монах не слышал разговора, но видел, как лекарь прошел мимо и свернул прямо к Джеффри.

— Это проблемы для будущей меня. — Маргарет быстро просмотрела бумаги, выудила оттуда один потёртый лист, а остальное, к удивлению всех присутствующих, бросила в камин. Остатки утреннего пламени, казалось, сначала потухли, но потом начали подъедать бумаги с краёв, а уже через секунду вспыхнуло пламя. Информация была поглощена полностью и превратилась в струящийся дым.

— Не смею вмешиваться в ваш замысел, — слегка растерянно проговорил Тук, уведя руки за спину, — но что мне сказать милому Джеффри, когда он потребует их назад?

— Скажите, что их забрала я и не верну, пока не найду время изучить полностью. — Маргарет посмотрела на монаха. — Не завалялось ли у вас кувшина-другого того прекрасного мёда?

Тук обвёл взглядом присутствующих леди, а позже пообещал вернуться через несколько минут. Ведь такое утро, уже перерастающее в день, нужно смазать. А компания прекрасных дам идеально ему подходит. Выходя, он также сказал, что приведёт с собой барда. Спокойная музыка скрасит любой день. Маргарет посмотрела на Алису, они обе будут заниматься монотонными делами, Алиса прясть, а она перебирать письма и прошения. Так почему бы не под музыку.

***

Нельзя сказать, что вид целого и здорового лорда Грегори не порадовал Утера. Напротив, король, узнав о случившемся, с трудом дождался утра, боясь, что придётся перекраивать планы. Но всё обошлось, Грегори стоял перед Его Величеством с ровной осанкой, с аккуратно зачёсанными кудрями и почтительно улыбался, как хороший придворный. Утер предложил лорду присесть, в малом тронном зале было достаточно тихо и покойно. Самое то для разговора. А обсудить им и правда было что.

Шмыгнув мышью из тени, Яков поставил на стол большую тарелку с фруктами и поинтересовался у короля, какое вино было бы угодно принести. Бросив, что ничего не нужно, Утер переключил всё своё внимание на Грегори. В первую очередь поинтересовавшись его самочувствием. На это лорд ответил, что страж не причинил ему каких-то особых увечий, а потому не нуждается в серьёзном наказании. Однако кое-чего мужчина всё же хотел, чтобы этого стража отправили с ним в Элдор подальше от замка и передали полностью под его руководство. Король быстро согласился, судьба арестованного волновала его меньше всего. Куда большей занозой был Канон.

— Мне донесли, — заговорил король, подцепляя кусок яблока, — что Канон успел превратиться в вассала сразу двух королей. Он получил от меня Элдор и Маргит, а позже поехал на земли Сенреда и присягнул ему, подарив Элдор. Мы не просто забираем своё, но и вторгаемся в чужие земли.

— Он не может быть вассалом вашего противника. Если Сенред вступится в битву, я проведу с ним переговоры. Если вы позволите.

— Попробуйте, Сенред очень молод, может даже младше вас. — Утер чуть задумался, — На самом деле не думаю, что он захочет рисковать миром на своей земле из-за одной деревни.

Грегори согласился. Он слышал про Сенреда, что тот очень осторожен и бережет жизни солдат. Ему проще уйти с поля боя, прослыть трусом, чем проиграть и похоронить всех своих людей. Каким бы он ни был, для своих людей он слыл спасителем, а не проигравшим. Сражаться за короля, который ценит воинов превыше чести в землях Логреса, никто бы не пошел, но Эссетир — другое дело. И люди тоже другие. Если Канон не справится с обороной своих земель, Сенред может и не пойти на крупный конфликт. Тем более Камелот поддержит Мерсия, две сильнейшие державы против одной — осторожной и не амбициозной.

— И всё же, Ваше Величество, — предположил Грегори, — если Сенред пойдёт в наступление?

— Поступите как он, — выдохнул Утер, — Я тоже не готов развязывать войну из-за Элдора.

— Поэтому Его Высочество не едет. — Грегори озвучил очевидное, осознав, почему Утер так быстро согласился на его кандидатуру.

— Наследник престола не может запятнать свою репутацию побегом. В случае чего, лорд, эта горькая доля ваша. — Немного помолчав, король добавил. — Но я воздам вам за это позже.

Спорить с королём Грегори было не выгодно, в своей голове лорд уже начал продумывать, как договорится с Сенредом, может быть, даже напишет ему заранее. Как вариант, можно изложить неправомерное поведение Канона на землях столь великодушного к подданным короля. Отправить дары. Или ничего не делать, пока не появятся первые звоночки. Утер чуть отодвинулся от стола, расслабленно облокотившись на спинку стула. По всей видимости, король что-то обдумывал. Яков снова появился рядом с королём, разливая по бокалам хлебный квас. Грегори нем немного удивился, при дворе такой напиток редкость. И всё же ему хотелось вина, а ещё воздать по заслугам женишку трактирной девчонки. Принюхавшись к напитку, Грегори отодвинул бокал.

— Мне тоже не нравится. — Утер хмыкнул, глядя на мелькнувшее в глазах лорда непонимание. Стоявший рядом Яков никак не отреагировал, только немного поджал губы. Всё что делал король последние сутки, так это замечал, как ему всё не нравится. Всё, что делает недавно помилованный слуга. И хоть к вспыльчивости короля Яков мог привыкнуть, но вот плохим слугой он не был никогда.

— Слышал, девочка, которую вы привезли из Цинтры, видела драку. — Утер поднял взгляд на лорда, тот пожал плечами.

— Да, она была там. — Понимая, что король хочет знать, почему иностранная гостья стала свидетелем такой скверной ситуации, Грегори постарался говорить более уверенно и отстранённо. — Слышал, стражу приглянулась девушка, я хотел спросить о его намерениях. Вышло, что вышло.

— Ерунда. — Утер хмыкнул. — Из-за женщины лишится руки.

— Отдадите его мне, Ваше Величество? Пусть едет со мной в Элдор, разгружать телеги и чистить сапоги.

Король посмотрел на лорда из-под бровей, немного подумал и кивнул.

— Что вы хотите за победу? Мне будет необходимо как-то наградить вас.

— За победу я ничего не попрошу, кроме вашей ко мне милости. — Грегори покрутил между пальцами виноградинку. — А вот в случае отступления, если позволите, я бы хотел кое-что пожелать.

Заинтригованный король ждал продолжения. Дело было щепетильным, Утер просил владельца лучших солдат покрыть себя и войско позором. А это стоит больше, чем деревня. Репутация всех подопечных Грегори будет запятнана. Однако и раскошеливаться на титулы Утер не хотел, он знал, что лорд попустительствует в своих землях, позволяя крестьянам прибегать к Старой религии, пусть и сам дружит с монахом и даёт ночлег паломникам. Так что осыпать почестями лорда, что нагло балансирует на двух стульях, не скрывая своего удовольствия от процесса, он не хотел.

— Чего именно?

— Дом жилой, два этажа, с балконом, напротив рыночной площади.

— Вы не можете позволить себе столь мелкое сооружение? — Насмешливо улыбнулся король, заглядывая в бокал с квасом. — Не верю.

— Простите, Ваше Величество, вы не дослушали. — Грегори тоже взял бокал в руки. — И позволите учредить там заведение для увеселения знатных и просто обеспеченных господ. Больше половины прибыли будет поступать в казну на личные нужды Вашего Величества. И я могу обещать, к лету эта прибыль будет равняться налогу с крупной деревни. А через пару лет, с целой провинции.

Утер бросил взгляд на Якова, в его глазах читалось: «Скажи, что мне послышалось». Но столь же растерянный взгляд слуги подсказал королю, что нет, он всё услышал правильно. В окружении домов уважаемых людей, высокопоставленных придворных, лорд с границ собирался открыть бордель. В красивом доме… Да ещё и торгуется, говоря о прибыли. Он не нуждается в таких предложениях, при желании Утер, как и подобает королю, возьмёт своё.

— У вас будут деньги на Вашу мечту, — Голос лорда продолжал литься мёдом. — Великую и прекрасную. Это будет той недостающей крупицей, которую вы искали так долго.

— Мы обсудим это, — король махнул рукой и Яков, поклонившись, исчез за дверью — Только если вы проиграете.

Перед глазами короля возник образ, тот, что он действительно долго хранил у себя в голове. Ему хотелось, чтобы Камелот мог не только плавать куда-то в случае необходимости, но и вести слаженную морскую торговлю, отправлять, продавать и обменивать товары в любом уголке мира. И уже много лет столице не хватало средств. Они либо находились в состоянии войны, либо в изнуряющем восстановлении после битв. Рисковать не хотелось, да и порт находился под властью Канона, который отказывался платить налог в нужном размере и давать что-либо перестраивать. Утер уже думал о том, чтобы избавиться от Канона, но в планы вмешался Баярд. Развязывать бойню внутри государства, когда она идёт на границах, — самоубийство. Утер был готов подождать удобного момента, и этот момент наконец настал. Но предложение Грегори… это звучало как бред. Разве с одного борделя можно получить столько же, сколько с налога одной деревни? Слишком сказочно.

***

Дни потекли в томительном ожидании, в нервом затишье. Несмотря на то, что Амелия продолжая послушно сидеть в покоях, высовывая нос только под присмотром, Маргарет было неспокойно. Она не знала, сколько ей придётся держать девушку под надзором всех и вся. Припомнив должок барду, ведь если бы не Маргарет, он бы сидел закованный, она заставила приходить того к ним в покои несколько раз в день. Чтобы у Алисы была возможность уходить и всё равно оставлять Авилу под присмотром. Бард нескончаемо что-то играл, а Авила, на удивление, сидела тихо и не пыталась возникать. Ей сообщили о том, что Грегори заберёт её дорого жениха в свой поход и теперь, как могло показаться, у той не было причин возмущаться. Разговоров о свадьбе стало больше, Маргарет озадачилась вопросом, как расписать Гвен и Ланцелота так, чтобы у церкви и закона не возникло вопросов. И тот факт, что Артур выехал на многодневную охоту в поисках единорога, позволял ей без лишних ушей изучать местные требования к бракосочетанию.

Ближе к полудню в комнату леди Маргарет и леди Алисы, вновь заявился бард. Ободрённый вниманием и комплиментами своему пению и мастерству игры, мужчина находил в живших здесь дамах прекрасную публику. К тому же, мысль о том, что тут проводила ночи его муза, придавала голосу барда бархата и глубины. О чём под тихий смешок леди Алисы ему и сообщила служанка, грубо перевирая слова. Отыграв пару весёлых песен для поднятия настроения и здоровья второй леди, бард медленно перебирал струны, сидя на подоконнике, о чём-то глубоко задумавшись.

Отмечая краем глаза, как мужчина тяжело вздохнул, Алиса одёрнула готовую нитку. Черныш с готовностью прыгнул за ней, повисая на юбке. Авила тут же махнула в его сторону тряпкой, сгоняя. Кот оскорблённо зашипел и бросился на сундук, скидывая блюда с поздними фруктами и лекарствами. Служанка, тихо бранясь себе под нос, поднялась, возвращая на место пузырёк. Лишняя работа от когтей любимца леди Алисы часто находила её. Выпотрошенный край перьевой подушки, куда это чёрное несчастье забрался и не хотел выходить, заставил девушку прибраться во всей комнате, собирая содержимое. Простыни, испачканные золой, с красноречивыми кошачьими следами, и, конечно, трупы птиц и мышей, что чёрный поганец тащил в постель к хозяйке. Алиса улыбнулась, поправляя шаль, кто бы мог подумать, что именно кот станет блюстителем чистоты в их покоях. С его появлением Алисе стало морально легче и больше не снились кошмары. Комната приобрела уют, а мурчание кота стало лучшим успокоительным. Черныш редко отходил от неё днём, уходя лишь ночью на охоту, но с утра всегда оказывался рядом, требуя свой заслуженный завтрак с кухни.

Бард вздрогнул, прекращая монотонное бряканье на инструменте. Проводив движения рук служанки взглядом, он тяжело вздохнул, видимо понимая, что его муза появляется здесь нечасто и он попросту тратит время, надеясь на появление леди Маргарет, мужчина соскользнул с окна. Раскланявшись и поэтично разъяснив о своих муках вдохновения, покинул дам.

— Леди Алиса, — Авила в неуверенности мялась у сундука. Кажется, слова даются ей сложно. Пересилив себя, девушка подняла взгляд на леди и, пыхтя, всё же задала так волнующий её вопрос: — Разрешите мне навестить отца? Завтра.

— Что-то случилось? — отрываясь от нитей, Алиса внимательно осмотрела девушку. Уши у той красные, словно за ними светят лампочки.

— Я была прилежна. Выполняла все поручения и сохраняла наш секрет, строго следуя правилам. Но я так давно не видела отца. Я даже не могу навестить его в дни рынка. Прошу Вас леди, отпустите к родителю.

Короткая, но эмоциональная речь служанки не тронула Алису. Головой она понимала, что срок их разлуки небольшой, но для девушки, оставшейся одной впервые на такой длинный период, он мог быть тяжелым. Алиса мысленно оглянулась на образ леди Маргарет в своём сознании, наблюдая, что та могла ответить на такое. Растягивая время на ответ, она отложила спицы и ещё раз взглянула на Авилу. Если бы она не знала девчонку, то подумала, что та сейчас упадёт на колени и станет слëзно вымаливать себе выходной. Но этого не случилось. Авила крепко стояла на ногах, лишь сжимая в кулаках юбку. И в этой хватке было столько всего: обида, надежда, раздражение, готовность отстаивать своё желание. И Алиса не обладала столь каменным сердцем, чтобы отказать ей в просьбе. Девушка отмахнулась от образа в сознании.

— Выйдешь ближе к вечеру. Тебя не должны видеть. Ни с кем не говори. Принесешь нам ужин, дрова на ночь и можешь быть свободна. И постарайся не попадаться леди Маргарет на глаза.

Кажется служанка настолько была обрадована разрешением, что даже не задумалась возмутиться на выученные инструкции, что повторялись каждый раз, как девушке необходимо было покинуть комнаты своих леди. Еë взгляд просиял, а плечи расправились. На губах появилась улыбка, и девушка готова была уже сорваться с места, если бы не приличия. Вместо этого, Авила низко присела в поклоне, возвращаясь к прядению с большим рвением. Алиса аккуратно улыбнулась, прикрывая глаза. Ощущение правильности в решении заполнило еë целиком, разливаясь теплом. Пусть Авила и принесла хаоса в их планы, но было бы несправедливо запрещать ей видеться с семьёй.

***

Комнаты брата Тука действительно походили на комнату монаха. Кровать застелена весьма простой серой тканью, без подушек. На стенах нет шпалер или знамён. У окна стол, уже заляпанный чернилами. У восточной стены, как самое важное место, был сооружён небольшой алтарь. Накрытый дорогой фиолетовой тканью, с вышивкой по краям. На самом алтаре стояло деревянное распятие. Вырезанное искусным мастером, но потёртое. Уже много где побывавшее. В воздухе пахло чем-то напоминающем ладан. Маргарет прошла в пустую комнату, оглядывая простенькое прохладное пространство. Брат Тук, каким бы ни был человеком, не подставлялся. По его комнате нельзя было выявить ничего, кроме глубокой жертвенной религиозности.

— У меня давно не было гостей. — Голос Тука заставил Маргарет обернуться. — Прошло несколько дней с нашего последнего разговора, решили пополнить запасы мёда?

— Нет, мне нужно обсудить с вами одно дело.

— Тогда не торопитесь, рассказывайте. — Тук подошел к своему столу, налил себе в стакан травяного отвара, напоминающего чай. Предложил Маргарет, та покачала головой.

— В случае необходимости и спешки вы можете обвенчать двух влюблённых?

— В исключительном случае венчание может провести благочестивый мирянин. — Так же тихо проговорил Тук. — Вам нужно срочно обвенчать двух наречённых?

— Именно. Вы сможете повенчать одну девушку с доблестным мужчиной, как только лорд Грегори вернётся?

Брат Тук поджал губы, о чём-то раздумывая. Выглядело так, словно она просит о себе. Но если бы Грегори надумал жениться, Тук бы об этом узнал первым. Ну монах точно уверен, что прибегать к таинству венчания Грегори бы не стал. Даже ради жены-христианки. Так что речь шла о чём-то более интересном. Нужно было воспользоваться шансом, стрясти с друга обещанные земли. Брат Тук посмотрел на Маргарет и тихо сообщил.

— Я согласен венчать, кого попросит ваше благородное сердце, однако лучше, чтобы это делал священник, а не монах. — Он вздохнул. — Его Милость никак не отдаст мне обещанные земли.

— Я поняла вас, — Маргарет видела к чему клонится разговор. — Выберите место. Остальное за мной.

— Как чудесно. — Тук произнёс это без особой радости. Пусть сначала сделает. — Я рад иметь дело с такой прекрасной дамой. А теперь, кое-что важное. — Он взял небольшую подушечку, оставленную на широком подоконнике, поднёс к алтарю и бросил на пол. — Помолимся за успех нашего дела.

Немедля, Тук опустился на колени рядом с оставленной подушкой. Человеку его комплекции было бы сложно быстро подняться на ноги, тем более не имея опоры. Он перекрестился, глядя на распятие и шепча что-то на латыни. Потом обернулся, взглянул на растерянную Маргарет. У той замерло сердце. Она провела рукой по вороту платья, последний раз она была в храме больше полугода назад. Только потому, что мама водила её в соборы Петербурга. Тук просил её открыть сердце чему-то возвышенному и пугающему. Ей действительно было страшно, как тогда, с грифоном перед замком.

— Я не католичка.

— Но христианка. — Мягко произнёс Тук. — Вы можете просто послушать.

— Не думаю… — Голос девушки дрогнул.

— Вы говорите, как король, хотя сделали намного меньше. Подумайте.

Тук снова отвернулся. Его губы зашевелились, латынь звучала очень успокаивающе, он держал ритм, действуя не просто на слух и разум. Неприятно, но всё же правильно дёргая за ниточки души. Маргарет спрятала в рукава похолодевшие пальцы, оставшись стоять позади. Монах молился, громче, чем положено, зная что она слышит. Что ей не хватает сил сделать шаг вперёд, ровно так же, как не хватает сил уйти. Маргарет снова ощутила себя лишней и потерянной. Заблудившейся между мирами.

«Не обожгите крылья»

Неделя пролетела быстро и относительно спокойно, настолько, что обитатели замка даже не успели толком выдохнуть. Утер держал марку, уверенно расхаживал по коридорам, собирая военные советы, уверяя, что дело пройдёт быстро и гладко, ведь войска Ашдауна имеют лучшую подготовку. И что самое важное, они всего лишь идут взять своё, восполнить невыплаченные долги. Горожан успокаивали глашатаи, утверждая, что из этой авантюры большой разорительной войны не разгорится. Наоборот, казна пополнится, и столица заживёт лучше. Маргарет ощутила весь груз ответственности. Изо дня в день она отвечала на многочисленные письма, носила Утеру готовые отчёты и наблюдала за тем, чтобы Авила не пропадала из поля зрения. Алиса не могла не присоединиться к дворцовой подготовке праздника, намеченного на время после возвращения солдат. Что за надвигающийся праздник, Маргарет не запомнила, пропустила мимо ушей, это не являлось для неё чем-то важным. А подруга всерьёз взялась за улучшение своего золотого платья, которое когда-то им подарил король. Используя недавно полученные навыки, она нашивала на ворот бусины и украшала подол тонкой вязью таких же желтых листочков. А сейчас солнце заливало площадь, неожиданно ярко для конца лета. Словно благословляя будущий поход.

— Вышли проводить нас? — Одетый в походный плащ из тонкой шерсти зелёного цвета Грегори всё равно умудрялся выглядеть как лорд. И Маргарет это радовало. Даже если он волновался, то не показывал, как и она сама. — Посмотрите, сейчас эти солдаты бродят тут, но скоро рядами пойдут восстанавливать справедливость.

Грегори стянул с рук перчатки и быстро смахнул с лица кудрявые пряди. После чего скользнул взглядом по красному платью Маргарет, задержав внимание на декольте. Улыбка Грегори померкла, когда массивный кристалл, вырезанный из минерала сверкнул одной из граней. Тяжёлое украшение, мерсийское, он видел похожие на благородных дамах, что после сражений приезжали забирать тела своих мужей. Денег на такую покупку у леди, только что получившей первое жалование, бы не хватило… Откуда? Маргарет обречённо вздохнула.

— Лорд Грегори, там откуда я родом, говорили: «мои глаза выше». — Она любезно улыбнулась.

— У вас прекрасные глаза… — Отмер Грегори, не совсем понимая смысл цитируемой фразы. — Откуда у вас столь прекрасная вещь?

— Это? — Она провела рукой по ожерелью — Подарок.

— Его Величество произнесёт речь через несколько минут. — Неожиданного громко объявил брат Тук, выходя на ступеньки замка. Он протиснулся между леди и лордом, чтобы встретиться со вторым взглядом. — Приказано выстроить солдат.

— Конечно, — Грегори бросил взгляд на монаха и кашлянул, но Тук намёка не понял и никуда уходить не собирался. — А кто так щедр к советнице Его Величества?

— Король Баярд прислал мне его и ещё дюжину голубей, чтобы я могла писать в Мёрсию. — Уведя руки за спину, довольно произнесла Маргарет. Она видела, что её слова производят на лорда какой-то эффект, но не слишком понимала насколько значимый. — Правда, по слухам, нескольких голубей зажарили. Баярд так же приглашал меня на Самайн, но Его Величество был против. А ожерелье я решила носить, а то украдут и… Обидно будет.

— И правда. Такую вещь нужно показать всему миру. — Грегори учтиво склонил голову. Выходит, Мерсийский Баярд шлёт ей дорогие подарки. Вот как… А он ещё удивлялся, чего принц так волнуется. — Прошу меня простить, мне нужно собрать солдат. До встречи, леди Маргарет.

— Хорошей дороги, лорд Грегори!

Сияющий, как медный таз брат Тук, смотрел на Маргарет. Он мог бы походить на лису, что заметила сбежавшую из сарая курицу. Проводив Грегори взглядом, девушка быстро убрала с лица заученную улыбку, что-то неприятно кольнуло в груди. Грегори уходил всё дальше от ступеней замка, размахивая руками, давая указания войнам. Даже не обернулся. А ей не хотелось, чтобы он уехал вот так. Оставив её здесь, с Артуром и Авилой.

— Брат Тук, перестаньте так смотреть. Лучше вернитесь в тронный зал, Его Величество видно заскучал без вашего голоса.

— Что вы, леди Маргарет, — он вернул ей ту же саркастичную интонацию, — здесь куда интереснее.

Люди стали плотнее набиваться, король решил выступить перед солдатами со ступеней парадного входа замка, а не с балкона как обычно. Солдат было не так много, но вдохновить на подвиг хотелось каждого. Да и если он будет внизу, церемония немного потеряет в помпезности, а значит меньше напугает и без того ожидающих новой войны людей. Выстроив войска в шеренги, сам Грегори в сопровождении Квинта, оказался позади всех. Это было сделано для того, чтобы не тратить время на разворот, солдаты просто обернутся и пойдут вслед за лидером, который уже будет не в конце, а в самом начале. Маргарет подметила, что у лорда совсем другой конь, чёрный, словно ночь. Но спокойный и достаточно безучастный. Грегори смотрел прямо, правда, на таком расстоянии было сложно понять, лорд смотрел на Маргарет или на вышедшего короля.

Картина собралась славная: справа от короля Моргана, слева - Маргарет и брат Тук. Позади вся остальная свита. Включая Якова и Эгрейна, с самого края у стены. Бросив короткий взгляд в сторону, Маргарет мысленно порадовалась здоровому виду Якова. Значит, он жив, и риск был не напрасен. Король заговорил, громко, голос эхом разносился по светлой площади. Слышать из уст Утера о чести, героизме и благом деле всегда удовольствие. Когда он говорит, сердце замирает, и хочется выкрикнуть «мой меч ваш, господин». И король прекрасно знает о выработанном годами таланте. Он хорошо знает, на что давить, чтобы воины не жалели жизни ради блага королевства. Маргарет вновь устремила взгляд вперёд, образ лорда Грегори на чёрном коне, в плаще, с серьёзным лицом, нахмуренными бровями… Очень впечатляет. Она давно не видела его таким. Меч в ножнах, прикреплённый специальными ремнями, подчёркивает его происхождение родовым клеймом на рукояти. Разглядеть его с такого расстояния Маргарет конечно не могла, но точно знала, там герб - летящий к солнцу орёл. «Не обожгите крылья», — подумала про себя Маргарет, когда Утер перешёл заключительной части своей речи. А потом, решив, что расстраивать себя размышлениями об опасностях нет смысла, леди решила наблюдать за солдатами.

Послышалась барабанная дробь, как заведённые игрушки, воины развернулись на месте. Квинт что-то громко скомандовал, и ровный строй шагнул вслед за удаляющимся силуэтом лорда. Король и вся сопровождающая свита молча и неподвижно наблюдали, как небольшое войско покидает площадь перед замком. Вслед за знамёнами с крыш вылетели несколько ворон, обогнав строй, скрылись среди городских домиков. Король вздохнул, словно речь далась ему тяжело, и поспешил вернуться в замок. Обогнав всех, Яков выбился вперёд, слегка толкнув Маргарет, расчищая дорогу. Он поравнялся с королём и что-то прошептал. Утер остановился, Маргарет и брат Тук - тоже. Все остальные уже расходились, а король почему-то смотрел на леди и монаха, странно улыбаясь.

— Не страшно, мальчик. — Отвернувшись, ответил Утер. После чего хлопнул Якова по плечу и направился дальше, в сторону малого тронного зала. Уже не нужный плащ упал на пол, звякнув застёжками об пол. Яков подобрал ворох красной ткани и поплёлся вслед за королём.

***

Эгрейн часто задерживался до темна, надеясь что сделает больше дел сегодня, и завтра их станет меньше. Однако уже через несколько месяцев мужчина понял, свято место пусто не бывает, и на освободившиеся от забот время, тут же появлялись новые, вырастая незаметно, как мох на дереве. Поэтому со временем Эгрейн начал уходить сразу, как на улицу спускался закат. Зимой раньше, летом позже… Сегодня он тоже засобирался. Сидя в комнате с несколькими коллегами, он строил планы на вечер. Темнело быстрее, чем летом, но ещё не слишком заметно. Эгрейн мог бы успеть зайти в «Розу и корону», а уже потом вернуться домой к своей прекрасной даме. Кто-то из других стряпчих пошутил, что после свадьбы Эгрейн и шагу в сторону не ступит. На что мужчина спокойно хмыкал и отвечал, что так оно и будет. А сегодня он уйдёт многими часами раньше.

— Не сбыться твоим чаяньям. — Приоткрыв дверь, сказал белобрысый мальчишка. Он только недавно пришел в замок учиться и уже осел с бумагами.

— Что там? — Эгрейн отвлёкся от сборов и увидел в дверях укутанную в простенький плащ девушку. Ему пришлось немного порыться в памяти, чтобы вспомнить, почему её лицо кажется мужчине смутно знакомым. Недавно приведённая в замок Авила, стояла, переминаясь с ноги на ногу, и поджимала губы. Вот-вот расплачется.

Попрощавшись с другими служителями бумаги и чернил, он отодвинул стул и предложил девушке присесть. Авила послушно села, теребя повязки на плаще и принялась причитать, что ей нужна помощь, ибо знает она что-то очень важное, и поэтому не чувствует себя в безопасности. Эгрейн дождался, пока она немного успокоилась, пододвинул ей стакан с оставшимся элем и спросил, чем собственно он может помочь дочери трактирщика.

— Так вы меня помните! — Авила хлопнула ладошкой по столу, так, что лежащие в стопке листы чуть не рассыпались. Эгрейн торопливо кинулся придерживать их, чтобы не собирать потом по всему залу. Рукавом задел чернильницу, но и ту успел поймать, прежде чем она залила дерево потёртой столешницы. А вот Авила совсем ничего не заметила, её не беспокоил беспорядок, к которому мог привести импульсивный жест. — Тогда я точно правильно пришла. Я знаю о сговоре! Об очень страшном, и знаю, что королю врут, глядя в глаза.

— Опрометчиво говорить такое. — Эгрейн убедился, что больше ничего не пострадает, и вернулся к разговору.

— Сначала послушайте. Его Милость, лорд Грегори, сказал, что привёз меня с далёких земель, сказал, что я и леди Маргарет из одного королевства. Но это не так. Я никогда там не была, мне заплатили, чтобы я пришла в замок. Знала бы я, что от меня потребуют обманывать короля, никогда бы не согласилась!

Эгрейн немного нахмурился, он помнил день, когда лорда Грегори встречали при дворе, вот только большую часть времени подаренная дама стояла с покрытой головой, а когда Грегори продемонстрировал подарок королю, Эрейн повернулся к монарху, чтобы уловить и записать его реакцию и приказы. Так что облик будущей служанки леди Маргарет и леди Алисы помнил смутно и при всё желании не разглядел бы в ней дочь трактирщика. Он и саму Авилу видел пару раз за жизнь, так что быстро снял с души груз ответственности и принялся слушать дальше. Он сразу сообщил, что у Авилы не так много времени, взял чистый лист, в уголке написал дату и принялся кратко записывать услышанное. Авила говорила без умолку, даже не запиналась.

— …а Его Милость, как приехал, начал руки распускать и сувать мне монетки разные в руки, мол, молчи и делай, что скажу. А я помолвлена! Да разве откажешь лорду, сразу по лицу или по голове получишь. Вот я… и делала, что говорят. Да только он мне предложил в замок поехать, работу пообещал, сказал, что к благородной леди приставит. Я обрадовалась. Поближе к мужу будущему буду. А тут… Да я только в том зале узнала, для чего на самом деле приехала! А леди Маргарет, как глазки Его Милости строить начала, сразу на меня взъелась. Ревнивая страх. Говорит, молчи, на моём языке только разговаривай. К слугам не ходи, ни с кем не общайся, даже к Эддрику не пускала. Да рука у неё тяжёлая! А тут, пошла я за дровами, — Авила вздохнула, набрала побольше воздуха, порадовавшись, как бегло руки стряпчего выводят слова на бумаге, — а Его Милость как из-за угла выйдет, к стене меня прижал, под юбку полез, я и закричала. Свадьба близко и совесть гложет. Тут мой Эддрик на крик прибежал, помешать попытался. — Тут девушка опустила глаза, изобразила волнение. — Вот за то теперь в темницах сидит.

— Значит… — Эгрейн пробежал взглядом краткое изложение на бумаге, — жестоки к тебе леди, которым служишь. Это дело распространённое. Ты про заговор рассказать хотела.

— И расскажу. — Авила подняла глаза, понимая, что её причитания не слишком впечатлили стряпчего, она перешла на более спокойный тон голоса. — Заговор их в том, что Его Милость никуда не плавал, земель не видывал, а прятался в комнатах у отца моего. В тех, где гости приезжие ночуют. Я лично ему обеды и ужины приносила, а потом уехал к себе в замок и вернулся через месяц. И леди Маргарет о том знает. Она сама к нему приходила и письма через меня передавала.

— И где они? — Эгрейн записал последнее слово, взглянул на Авилу, приподняв бровь.

— Кто?

— Письма эти. — Мужчина потянулся за сургучом.

— Так… Сгорели. Леди Маргарет читала при мне и тут же к свече подносила.

Эгрейн тяжело вздохнул. Тишина вновь окутала помещение, за окном скоро темнеть начнёт. Авила потёрла пальцы, наблюдая, как мужчина посыпает написанное мелким песочком. Песчинки быстро впитывали влагу, потом нужно было немного совсем подождать, подуть на лист и можно сворачивать. В полной тишине Эгрейн дождался высыхания, сдул потемневший песок, тряхнул лист в воздухе, начал сворачивать. А после запечатал сургучом. Всё это время Авила молчала.

— Без доказательств тяжело будет. — Стряпчий поднял печать, глядя на простенький рисунок, оставленный в красноватой застывшей массе. — На словах одних далеко дело не протолкнуть. Хочу сказать, ты правильно сделала, что не пошла к Его Величеству. — Он улыбнулся, как это делают все опытные служители замка, и заверил — Я помогу. Пока никому не говори, по возможности, я сообщу всё сам.

Авила довольно кивнула, подобрала подол платье и выпорхнула в коридор, по пути пообещав «в долгу не остаться». Пора было воспользоваться полученным от леди Алисы разрешением и навестить отца. Довольная собой, она укуталась в шаль и подумала, что если дело выгорит, она попросит отца передать стряпчему бочку чего-то вкусного и алкогольного. Представляя, что уже завтра окажется на свободе от столь странных обязательств, Авила направилась в город. Она быстро миновала придворцовую площадь, бросив взгляд на монумент. Вышла через ворота в город, притихший, но живой. Она уверенно поздоровалась со знакомым на рынке, потерев руки, представила, как дойдёт до «Розы и короны», где отец угостит её подогретым вином. Перейдя мост, Авила обернулась, убедившись что за ней не следят и свернула в переулок между домами, в сторону трактира.

***

Когда солнце склонилось к горизонту, за стенами города разнёсся радостный перелив охотничьих рогов. Артур вернулся со своей охоты. Звук рога - сопровождение редкое, обычно королевская охота не проходила так громко. Слуги, что находились в замке, с интересом прильнули к окнам, ожидая и завидуя тем, кто встретил свиту принца на улочках. Такое скорое возвращение наследника престола лишь укрепляло уверенность людей в его искусстве и вызывало гордость. Задержавшиеся во дворе слуги неровным строем остановились у ворот, нетерпеливо выглядывая. Пару молодых парней, претендовавших на службу посла, побежали на встречу свите, им не терпелось узнать всё первыми. И вскоре на площади появились всадники. Фигуру Артура среди них различить было довольно просто. Даже в кожаных доспехах, прилегавших ближе к телу, и среди своих столь же могучих рыцарей. Широкие плечи, прямая осанка, вскинутый подбородок и светлые, отросшие волосы. Свой облегчённый шлем принц держал в руке у седла и что-то говорил. Звук его голоса бесформенным эхом отражался от стен и не проникал сквозь стёкла в их с Маргарет спальню.

Алиса, перебравшаяся на подоконник и желавшая закончить работу не при огне свечей и камина, внимательно следила за происходящем внизу. В ворота въехали ещё пару стражей, а затем, словно сошедший с неба месяц, во двор вошёл единорог. Алиса тихо ахнула, роняя недовязанные носки. Настоящий. Он шёл плавно и мягко. Не было слышно цокота его копыт, словно существо и вовсе не касалось каменной кладки, а медленно плыло по собиравшемуся внизу туману. В тени, что к тому времени уже поглотила замок, белая шерсть единорога испускала холодное сияние, переливаясь то фиолетовым, то голубым, а то и вовсе уходя в розовый. Мифическое существо замерло на месте, лениво потрясая шеей. Его шёлковая грива мягким потоком легла на одну сторону, огибая длинный сверкающий рог и потёртую верёвку. Алиса нахмурилась, вглядываясь. Безобразный жгут тянулся к другой, грязно-серой лошади. Сравнивать этих животных меж собой было бы оскорблением волшебного животного. Тонкий грациозный единорог никак не сочетался с угловатой, приземистой и тяжёлой лошадью, словно их ничего не связывало. Да и кто вообще придумал, будто бы они одного вида?!

Парень, одетый в какую-то грязную и совершенно потерявшую форму одежду, на лошади аккуратно потянул импровизированные поводья, и единорог нехотя поплёлся следом. Девушка громко засопела от возмущения и перевела взгляд на мучителя. Как так можно? Держать такое существо на столь оскорбительной верёвке. Что за бессердечие. Из-под коричневой одежды выпал уголок знакомого красного шарфа, и Алиса осеклась на своих нелестных мыслях. Понуро опустив плечи и не отрывая глаз от земли, перед единорогом ехал Мерлин.

Когда главные ворота замка остались позади, и их процессия завернула на королевский двор, конюхи уже были на месте. Мерлин обернулся на единорога, слабо тому улыбаясь, успокаивая. Как же ему хотелось отпустить его обратно в лес. Не позволить губительному взгляду Утера упасть на столь благородное магическое создание. Возможно, он был единственным в своём роде. Последний. По коже пробежали мурашки. Слово это могильным холодом отозвалось внутри мага, окружая словно горное эхо, и от этого становилось ещё хуже. Существо доверчиво приблизилось, едва заметно принюхиваясь к новым запахам.

— Не могу поверить. Это правда единорог? — восхищённый голос леди Морганы разрезал приказы принца и ответы слуг.

Спешившийся Артур медленно кивнул, приветствуя Моргану и ставшую, как вкопанная, за её спиной Амелию. Последняя шепнула короткую молитву, быстро перекрестились, прося воспитанницу короля вернуться в свои покои. Принц удивлённо фыркнул. Что это с ней?

— Правда, — коротко ответил Артур, неосознанно прикрывая живот. В момент поимки этот конь лягнул его. Не будь принц столь ловок, а его реакция выточена на тренировках, так бы и остался в лесу со сломанными рёбрами. — Только не подходи к нему близко. Он всё же дикий.

Моргана заворожённо не сводила глаз с создания. Её словно обдало свежим ветром, что может гулять лишь в горных равнинах, среди вечно благоухающий цветов, принося с собой их сладкий мёд. Перед глазами сам собой появился чудный сон, что навещал девушку несколько дней назад. Множество цветущих трав разношёрстным полотном простирается вокруг. Насыщенно синие, нежно розовые, маленькие голубые и большие белые. Они сплетаются меж собой, словно узор, бережно вышитый умелыми руками, блестят, как драгоценные камни, и ведут всё дальше и дальше. По тропинке в высь, куда-то в горы, и она следует за ними.

Единорог громко всхрапнул и нетерпеливо пошагал на месте, косясь на подходящих к нему королевских конюхов. Видение рассыпалось, и Моргана наконец увидела происходящее. Единорога оставили на небольшой площадке для выгула перед конюшнями. Пятеро мужчин пытались загнать его под крышу подготовленного стойла и закрыть. Но существо упрямо не хотело заходить туда, опасно лягаясь и вставая на дыбы. Холод окутал Моргану, заставляя сотрясаться всё её тело. Или быть может это был гнев. То, как вели себя эти люди с таким благородным существом, её глубоко оскорбило. Они просто не могли, нет, не имели права так с ним обращаться! Они лишь люди, а не… Моргана возмущённо задышала, подбирая слова. Ей казалось, что нет в их языке такого глубокого и сильного слова, что могло выразить обуревавшие ею чувства. Лишь на десятом выдохе, когда конюхи оставили упрямые попытки поймать единорога, разум её прояснился.

Девушка шагнула назад, часто моргая. За такие мысли Утер мог отправить любого на костёр. Амелия тут же подхватила её под руку и, умоляюще смотря, вновь попросила вернуться. Моргана, словно в первый раз, осмотрела её целиком. Дрожащая, со страхом в глазах, она нервно сжимала в левой руке крестик. Словно он мог защитить её от магического существа. Моргана равнодушно хмыкнула, оставаясь внешне непоколебимой. Маска непроницаемости была с ней с самого детства, и не было людей лучше, кто так же умело надевал её в важные моменты, как не сама воспитанница короля. А вид богобоязненной леди Амелии лишь убедил Моргану в правильности своих ощущений. Она не была такой же, как леди Амелия. Она не боялась, не хваталась за религию, как за спасительную соломинку, не перекладывала свои проблемы на плечи мужчин, видя в них решение всех вопросов. Мужчины были удобными для исполнения её прихотей. И лишь сейчас она чётко увидела эту грань. Моргана снисходительно улыбнулась, чуть склоняясь к девушке и позволяя своему теплу коснутся её кожи.

— Нет ничего страшного, если ты уйдёшь, дорогая Амелия. Ты испугана. Зайди к брату Туку, уверена, он поможет облегчить твоё состояние.

Амелия лишь молча приоткрыла рот, хватая воздух словно рыба. Девушка не находила, что ответить, и лишь умоляюще продолжала смотреть. Моргана подумала, что в её представлении всё это было дьявольскими проделками, искушением. Моргане стало даже любопытно, что мог сказать про единорога Тук или любой другой служитель церкви. Громкое паническое ржание отвлекло её, заставив обернуться к конюшням. На шее существа красовалась ещё одна верёвка, а конюхи взяли кнуты, окружая взбесившееся животное.

— Прекратите, вы его пугаете! — выкрикнула Моргана, чувствуя, как в ней вновь разжигается гнев.

— Не поможет. Этим вы ничего не добьётесь, — вышедший на крики с другой стороны конюшни Артур хмуро свёл брови. То, что происходило во дворе, ему не нравилось. Принц рассчитывал, что утомлённый дорогой, а перед тем и сражением за свою свободу, единорог будет менее бодр. Но из них двоих, отдыха жаждал только принц. — Мерлин! — как и в прошлый раз, Артур решил, что слуга справится лучше. Всё же ему, не без чуда не иначе, удалось усыпить бдительность трофея. — Отвлеки его, пока не набросят ещё пару верёвок. Только осторожней.

Моргана резко обернулась на принца. Её ещё больше возмутило отношение Артура. Забрасывать на него верёвки. Может ещё предложит седло закинуть или, быть может, отправить его в конные войска? У них же как раз война. А тут конь с оружием во лбу, ведь так все его видят. Сжав руки в кулаки, Моргана широким шагом направилась к единорогу, не обращая внимание ни на причитания Амелии, ни на предупреждение от рыцарей. Уже у самого забора её поймал за руку Мерлин.

— Леди Моргана, прошу. — вкрадчиво начал слуга, смотря на неё своими большими и блестящими в свете первых звёзд глазами. Солнца уже не было видно.

— Я не позволю мучить единорога, потому что они не в силах обуздать его. — На самом деле ей хотелось сказать другое. Моргана прекрасно видела, как слуги смотрят на магическое существо. Видела всё это ещё со своих окон. Одни, как и Амелия, пребывали в страхе, крестились, и всхлипывали. Другие шептались, оценивающе осматривая создание, словно решая, какую часть они заберут себе, когда его разделают на части. Ценную шкуру, копыта, переливающуюся гриву, чудные кости или волшебный рог. Редкие слуги сумели сдержать себя, не показать эмоций. А те единственные, что смотрели на магическое существо в восхищении, были задавлены общим осуждением.

— Леди Моргана, даю вам слово, никто из этих людей не причинит ему вреда.

Воспитанница короля бросила холодный взгляд на конюхов. Мужчины без резких движений отходили к оградам, убирая хлысты. Они нервно оглядывались на всё ещё кричащего и бьющего копытом единорога. Один из старших конюхов посмотрел на существо раздражённо, Моргана даже заметила ненависть в его взгляде. Всё это не вязалось со сказанными Мерлином словами.

— Я сам заведу его. — Заметив колебания леди, тихо ответил Мерлин, откладывая выданные ему верёвки.

Не дожидаясь ответа, слуга занырнул под верхнюю палку изгороди, перебираясь в загон. Единорог недовольно фыркнул в его сторону, взмахнул хвостом и рысцой отбежал в противоположную сторону.

— Обиделся. — грустно улыбнулся Мерлин, давая знаками понять конюхам, что он справится сам. На их предсказания о скорой смерти от копыт животного, парень не обратил никакого внимания. Магией они не обладали, значит и будущего не могли видеть. Подошедший к Моргане Артур ещё больше нахмурился, но не стал ничего говорить.

Держась в поле зрения единорога, Мерлин тихо заговорил с ним, сближаясь. Слова не были предназначены для людских ушей, но и не являлись магией. Лишь обещания, что он мог исполнить. Не подпускать к магическому существу других людей, обещание заботиться о нём лично и относиться с должным уважением. Единорог уже не бил копытом и не стремился сбежать от мага. Он внимательно слушал и позволял человеку сблизиться с ним. Вкладывая в звуки своего голоса как можно больше спокойствия и дружелюбия, парень аккуратно провёл ладонью по его шее, потрепав загривок. Вырвавшееся фырчание поменяло тональность, и Мерлин почувствовал себя намного увереннее и аккуратно запустил пальцы в гриву магического существа, расчёсывая, и подталкивая к проходу в стойло. Единорог обернулся. Заглядывая в глубокие чёрные глаза существа, Мерлин даже растерялся сначала, такими глубокими и осознанными они были. Мерлин ждал. Ждал того, что единорог заговорит с ним, как дракон. Поблагодарит или грустно пожалуется на своё нынешнее положение, прося отпустить его. И маг не был уверен, что сможет отказать ему. Но время шло, а голос не звучал в его голове. Единорог медленно моргнул и таким же тихим и плавным шагом двинулся в отведённое ему стойло. Мерлин так и остался стоять на месте, не веря в произошедшее.

Перекинувшие ноги через забор и готовые вмешаться в любой момент конюхи так же застыли на месте, в подозрении оглядывая слугу принца. Мерлин осмотрелся, а в его голове замельтешили слова, которые он мог использовать, чтобы переубедить людей в их опасениях. Гаюс отобьёт себе руку о его затылок за такое.

— Я слышал, что люди у которых проблемы с головой умеют находить подход к животным, — отвлекая внимание собравшихся на свои слова, Артур расслабленно пожал плечами. — Что ж, Мерлин тому подтверждение. — Переглянувшись, слуги приняли слова принца и немного рассеяно стали расходиться, завершая свои дела. — Только не забудь дорогу до моих комнат. Тебе предстоит заняться стиркой, Мерлин, — уже уходя, выкрикнул принц, не оборачиваясь. Мерлин улыбнулся, подавляя смешок. Грандиозный вечер, ставший опасным для него, обернулся обыкновенным. И маг был благодарен за это Артуру.

***

Маргарет даже не пыталась останавливать подругу, когда Алиса, бросив своё занятие, почти бегом покинула их комнату. Перспектива увидеть вблизи настоящего единорога завораживала и одновременно пугала. В легендах говорилось, что к ним могут подходить лишь девственницы. А так опозориться на весь Камелот, если существо вдруг взбесится, Алиса не хотела, а потому подходить ближе двух метров не планировала. Быстро пробежав пролёты лестницы, девушка мысленно вернулась к образу наследника короля. Интересно, как ему удалось это сделать, поймать существо? До позднего ужина, что привычно проводился около полуночи, оставалось пару часов, и Артур прибыл как раз вовремя, чтобы успеть к нему. Да, появляться принц умел прекрасно. Чего стоит его недавнее возвращение с «золотой девицей» из леса.

Эти пару дней оказались весьма полны на впечатления. Вся кухня так и гудела в перерывы между работой о том, какая они гармоничная пара. Она такая нежная, светлая, с круглым лицом, мягкими чертами, большими светлыми глазами и мягкими губами. Само очарование. Чем не идеал девушки раннего средневековья? А положение леди давало Софии все шансы на более пристальное внимание Артура. Это даже забавно, столько магии кругом. Утер уверяет, что победил её, что всё держит под контролем, но каждый раз она возвращается. И почему-то тянется именно в Камелот. Вот даже Артур тому пример. Последняя ступень оказалась пройдена, и Алиса оказалась в безлюдном коридоре. Иногда здесь бывает так пусто. Словно снится кошмар. Когда ночь темна, тени от огней удлиняются, поглощая коридор, превращая дорогу к комнатам в настоящее испытание. Представления кошмара разом вызвали образ Морганы. В последние дни её сны потеряли яркость. И началось всё с ночи перед приходом в замок Софии. Моргана подозревала, что та станет смертельной опасностью для Артура. К сожалению, она никак не могла внятно объяснить свои подозрения, но в итоге оказалась права.

Позже, на уроках у Гаюса, Мерлин тихо поделился с Алисой некоторыми деталями произошедшего. А когда она спросила про шиШи — бессмертная раса Авалона. Они выглядят как голубые маленькие человечки с крыльями, длинными ушами и когтями., то он с подозрением покосился на неё, переспрашивая, что она имеет в виду. Стараясь не слишком подробно рассказывать, Алиса запутано пересказала «ходящие по городу слухи», которые сама и придумала. Стоит ли говорить, какую обеспокоенную лекцию с лёгкой угрозой она получила от юного мага за «подглядывание» и «поздние прогулки за стенами Камелота»? Всё это напоминало их с Маргарет наставления Авиле, только мягче. Пришлось пристыжено молчать, пределов замка она не покидала, и Мерлин прекрасно знал, какие трудности у Алисы со чтением, а отмазка вроде: «Да нашла я тут одну книгу, открыла, и там это» не прокатила бы. А после, Мерлин странно дёрнулся, словно он что-то понял, но колебался сказать прямо. Лишь спрашивал наводящие вопросы. Большинство касалось каких-то бытовых мелочей, которых девушка не знала и даже не могла предположить, но они все были прочно связаны с жизнью самого мага. Мерлин очень старался не выдать себя, держался расслаблено, словно это самый обычных их разговор. Однако Алиса прекрасно видела, что происходило, всё же разница в пятнадцать веков давала о себе знать, как и умение распознавать невербальные сигналы. Тогда их разговор закончился недосказанностью и тяжестью, словно к шее привязали мешок с песком. Вопросов стало ещё больше с обеих сторон. И Алиса бы с радостью сказала магу всё, что она знает, и что он единственный, кто может им помочь, но… Это самое «но» пока не могло сформироваться в точное предложение. Ближе всего к нему стояло подозрение, что Мерлин не до конца готов сейчас раскрыться, а значит, и принять их тайну. Магия сложная штука и, несмотря на расположение и некое подобие доверия (Алиса надеялась на дружбу) между ними, она всё ещё была запретной для обсуждения темой. Но, может, сегодня всё поменяется? Они с Артуром привели единорога, и Алиса была уверена, что Мерлину необходимо было что-то рассказать.

Завернув за угол, девушка оказалась в так хорошо знакомом коридоре. Воодушевлённое жужжание с кухни заставило её остановиться и прислушаться. За суетой звуков тарелок, кипящих котлов и ударов ножей по доскам, было сложно разобрать чёткие слова. Лишь по обрывкам, девушка поняла, что и тут обсуждают мифическое существо и доблесть Артура. Алиса одобрительно хмыкнула, отступая от дверей. После того, как Амелия осчастливила её новостью о смене статуса в замке и прояснила все её обязанности, вероятно, считая, что разница менталитетов слишком глубока, и Леди Замка жизненно необходимо указать на это, они вместе со стражей пошли на кухню. И вопреки всем своим колкостям и занудству «выдры», Алиса была ей безмерно благодарна за такую поддержку. Ведь одним из первых заданий для леди Алисы стало наказание Энн. После возвращения Якова, девушка словно с цепи сорвалась. Она никак не хотела уступать «место на бочке яблок» и теперь всеми правдами и неправдами пыталась выжить парня. Особой любви к Якову Алиса не испытывала, а учитывая, какой угрозой он был для них с Маргарет, не предвещалась она и в будущем, невзирая на действия подруги. Однако, спасать требовалось не только его, все остальные слуги также жаловаться на Энн. Иногда это были незначительные мелочи, но их было слишком много, и девушка прекрасно знала, как быстро может вырасти этот ком, а иногда и откровенное вмешательство в работу. Эгрэйн предоставил пару заявлений, среди которых было прошение и от Гвен.

Рассматривая просмолённые доски, девушка сжала платье в кулаках. Разговор тогда дался трудно. Но Алисе нужно было дать понять, что это необходимо, и теперь слуги могли приходить с вопросами к ней. Прежде чем отпустить Энн в подвалы на неделю профилактики достойного поведения в сопровождении стражи, Алиса тщательно объяснила слугам, почему она поступает именно так, а не следует совету леди Амелии — прилюдной порки. Девушка отступила назад от двери, возвращаясь к своему пути во двор. Запугивание - хороший метод, но не такой действенный, как шанс на милосердие и исправление ошибок. Пример в лице Якова теперь был у них перед глазами, и слуги вдоволь могут представить последствия, если они не будут следовать новым правилам.

Уже у самого выхода, Алиса замерла, обернувшись. С кухни донёсся болезненный вскрик, и размеренная суета сменилась топотом ног и обеспокоенными голосами. Алиса бросилась назад, распахивая дверь. Несколько кухарок склонились над бледной Кэт.

— Что с ней? — приказывая расступиться, Алиса быстро осмотрела девушку на наличие физических травм, проверяя дыхание и пульс. Возможно, это и походило на гиперопеку, но теперь эти люди под её ответственностью. Тёмные круги под глазами, холодный пот на лбу, загнанное дыхание. А ещё она заметно потеряла вес. Всё это совсем не нравилось Алисе. Если это лихорадка, то Кэт необходимо изолировать от других слуг и тем более увести ее с кухни.

— Ничего серьёзного, — оторвавшись от нарезки овощей, ответила одна из девушек. Старшей кухарки в помещении не наблюдалось. Вероятно, она была занята в кладовой. — Только бульон разлила, больше убытка от неё.

Алиса пропустила это замечание мимо ушей и повторила свой вопрос, но на этот раз сменив интонацию на более властную. То, что сейчас у неё не было ни стражи, ни Старшей Кухарки за спиной, не давало слугам повода перестать проявлять внимательность к словам Леди Замка.

— Болеет она, — обмахивая Кэт влажным полотенцем, отозвалась девушка, бросив на отвечавшую укоризненный взгляд. — Уже несколько недель. И лекарства Гаюса помогают лишь на время.

— Это может быть заразно, почему не сказали?

— Это заразно только в том случае, если валяться на сеновале с конюхами, — тихо проговорил кто-то из-за её спины. Большинство служанок уже вернулись к своим обязанностям, не обращая более внимания на Кэт. Лишь пару остались рядом, прибирая разлитый бульон.

На пару секунд Алиса замирает, осознавая. А после выпрямляется, когда девушка, что обмахивала Кэт полотенцем, привычно подставила ей ведро для отходов. Теперь всё встало на места, но не упростилось. Что входит в задачи леди Алисы теперь? Обеспечение здоровья своим слугам. А в вопросах беременности в пятом веке, как рождении и воспитании, она была полным нулём. Ей необходима консультация. Амелия наверняка не пустит её к себе в такой поздний час, а Эгрейн уже покинул своё рабочее место. Да и приходить, пусть и к опытному служащему по части решения вопросов слуг, но мужчине, с чисто женскими вопросами, которые считаются запретом, она не могла. Оставался только один вариант. Что ж, сегодня она осталась без единорога. К своему удивлению, девушка не испытала грусти.

— Легче? — дождавшись, когда Кэт придёт в себя, Алиса взяла девушку под руку и направилась к выходу, игнорируя её слабую попытку вернутся к работе. — Я забираю Кэт к Гаюсу и не верну, пока не буду уверена в её состоянии. Это не обсуждается.

***

Влюбляться в ближайшее время лорд Грегори не планировал. Любовь, с его точки зрения, делает мужчину слепым и доверчивым. Крещенная некогда любимая (как думал сам Грегори), воспользовалась моментом, притупив его бдительность, а потом сбежала в другую страну к другому Богу. А ведь Грегори думал жениться на ней, как только та принесёт счастливую новость о беременности. Маргарет ничем не была похожа на Аверн, ни внешне, ни внутренне, и это давало ему надежду, что общество этой женщины никак не скажется на его душевном равновесие, он может любоваться ей, но не влюбляться. Однако общая черта с Аверн всё же была, готовность приносить кровавые жертвы, ради достижения цели. Грегори помнил, как его когда-то возлюбленная резала козлят ради зачатия собственного ребёнка, как мазала лицо их кровью, а Маргарет с легкой руки короля может в скорей начать украшать свой штандарт кровью тех, кто косо на неё смотрел. Нужно лишь дать ей пример.

— Квинт, — Грегори обернулся к начальнику своей армии, — нужно оставить пару верных парней на подъезде к Элдору. Пусть встретят кое-кого.

— Новобранца? — Квинт хмыкнул, долгая езда в седле давалась ему проще, чем многим. — Ваша Милость, терять даже пару солдат ради юнца…

— Не терять, а придержать. Парня надо встретить, он не знает дорогу, а в Камелоте у него осталось одно важное дело. Одна девушка. — Лорд довольно улыбнулся.

Квинт шумно вздохнул. Новый оруженосец весь в своего хозяина. И когда успел! Всего пара дней, первая выездная миссия, и тут же обзавёлся дамой сердца. Хорошего воина из него не выйдет. Видать, Грегори его не за ратные заслуги держать рядом собрался. Дорога шла не быстрая, тащить по лесу солдат, телеги с провизией и оружием, да ещё и думать о том, чтобы никто не разбредался. Квинт иногда уставал оборачиваться и следить, чтобы знамёна не цеплялись за ветки. Они конечно опустили вышитые полотна ниже, но убрать совсем не могли. А так хотелось. Грегори же был более чем уверен в своей победе. Им нужно было всего-то взять деревню в отцепление. А потом выслать добрую весть королю. Вместе с деньгами. Говорят, у Канона здесь есть деревянный замок, вероятно, всю казну хранят там, прежде чем отправить в Маргит. Значит, этот замок они тоже приберут. Возможно, просто сожгут.

— Знаешь, Квинт, это хороший день.

— Да будет так, Ваша Милость. — Угрюмо бросил мужчина, приглаживая густые усы.

Лорд хмыкнул. Когда они вернут Элдор, леди Маргарет будет светиться от восторга, как ангелы из рассказов брата Тука. Король Баярд может слать ей письма и украшения, но Грегори для себя решил стать чем-то большим, чем уездным лордом, и леди Маргарет проведёт его за руку, а он поддержит её.

***

Смотреть на единорога Маргарет не пошла. Она помнила замешательство, которое испытала при виде грифона, и повторять опыт самокопания не желала. А вот Утер был счастлив, пророча Камелоту золотые горы. Теперь он мог говорить, что вновь одержал верх над магией, ведь столь редкий зверь теперь живёт в его владениях по королевским правилам. Весь прошлый вечер Маргарет с Джеффри слушали, какой этот зверь чудесный. Утер расхваливал всё, от гривы до копыт,довольно называя Артура непревзойдённым принцем и самым лучшем сыном. Джеффри выпросил у Его Величества разрешение сходить и посмотреть на зверя. Припомнив какое-то зелье, которое готовили из крови единорогов. Король тут же пресёк эту идею на корню, такая прелесть должна жить и здравствовать, демонстрировать покорность хозяину и впечатлять народ. Вернувшись в покои под полночь, Маргарет даже не сразу заметила отсутствие Авилы и Алисы. Подумав, что девушки ушли куда-то вместе, Маргарет рухнула на кровать. Она засыпала под тревожные мысли о том, что король будет делать с мифической животинкой, и что теперь есть миф, если его можно потрогать руками.

— И ты её отпустила? — Вскрикнула Маргарет, как только утром выспросила у Алисы, куда делась их служанка. Её не было всю ночь, и утром Авила возвращаться не думала. Нужно было наводить справки.

— Прости, — уже в сотый раз попыталась оправдать своё решение Алиса. — Я не думала, что она могла вот так сбежать. Ты же всё устроила, занялась её свадьбой.

Сложно найти себе место, когда не знаешь, где оно есть. И когда тот уголок, что избрал себе сам, вот-вот выбьют из-под ног. Алиса сидела на кровати, закутав ноги в одеяло, и смотрела, как подруга ходит из стороны в сторону, перебирая складки на рукавах платья. Маргарет не могла успокоится, Авила ушла и не вернулась, её не видели слуги, Яков вообще отказался вспоминать, кто вчера приходил к королю, и приходил ли. По его словам, Утер больше не подпускает пацана к делам, ограничив все его возможности функцией «Принеси-подай». Что Якова раздражало. Однако делу это не помогало, Алиса, конечно, сказала, что Авила всего-то хотела повидаться с отцом, но Маргарет спокойнее не стало. Уходя, она могла зайти в тронный зал и потребовать аудиенции с королём, выложить всё кому-то из слуг или наябедничать отцу, и уже Ролло пойдёт к Утеру защищать дочь от участия в заговоре.

— Если Грегори вернёт её жениха живым… — Тихо проговорила Маргарет, продолжая нервно ходить по комнате из стороны в сторону. Нужно срочно что-то придумать. Но пока из идей был только побег.

Дверь распахнулась, ударившись о стену. Алиса немного вздрогнула, оборачиваясь. Маргарет замерла, почувствовав, как холодная безнадёжность окутывает сознание при виде вооруженного Артура в сопровождении стражи. Все они стояли в дверях, принц бегло оглядел комнату, словно искал, за что зацепиться. Пока не встретился взглядом с Маргарет. Он тут же уловил обеспокоенность, которую леди пыталась скрыть за спокойным выражением лица. Слова застряли в горле, это конец. Глядя в ясные глаза Артура, девушка уже чувствовала, как её руки стянут верёвкой и привяжут к столбу. На секунду комната наполнилась мёртвой тишиной. Только кот шелестел чем-то в углу.

— Осмотрите покои. — Скомандовал Артур, убирая руку с рукояти меча. Тот был в ножнах. Маргарет немного попятилась, но вовремя себя остановила. Испуг оказался таким внезапным, что она в красках представила, как вещи, привезённые ими из другого столетия, послужат топливом для костра.

— Что-то случилось, Ваше Высочество? — Маргарет смогла проговорить это относительно спокойно, — Вы так… врываетесь.

Алиса выше натянула одеяло, подгибая под себя ноги и стараясь не смотреть на полог кровати. Сколько раз она видела в фильмах, что именно так виновные и выдавали себя. Заламывая пальцы, она нервозно наблюдала, как один из стражей поднял крышку сундука и тут же захлопнул, другой заглянул под кровать и тоже сразу подскочил на ноги, уверенно отчитавшись:

— Здесь никого нет.

Алиса рассеяно моргнула. Кого они искали? Неужели Авилу. Но… Алиса подавила нарастающую панику. Господи, это она виновата, нужно было послушаться голоса леди Маргарет. Она оказалась права. Какие ещё слухи могли дойти до принца, что он лично заявился к ним в спальню?

— Простите, — Артур улыбнулся поочередно каждой из леди, — мы ищем мальчика-друида. Он спрятался где-то в замке. Не хотел вас напугать.

И хоть вид взволнованной Маргарет действительно делал принцу приятно, он должен был следовать правилам такта. Если бы мальчик был здесь (а Артур в это почти поверил, ведь кто ещё, если не… не важно), то после вежливого стука в дверь, у него было бы время спрятаться надёжнее. Благо, удрать в окно не получилось бы. Этаж не тот. Плечи Маргарет расслабились, когда она услышала про мальчика, Боже Правый, они пришли не за ними. Выдохнув, она потёрла лицо и тоже немного улыбнулась.

— Уходим. — Артур махнул рукой, и стражники быстро покинули комнату. — Хорошего дня.

После этой фразы, звучавшей скорее как издёвка, Артур вышел следом за своими солдатами. Маргарет сделала ещё несколько вдохов. Мальчик друид… Она перевела взгляд на Алису, и та, не сразу, но утвердительно кивнула, считывая догадку подруги. Сердце всё ещё колотилось, но это их шанс. Шанс поучаствовать в обыске и, возможно, найти кольцо. Хотя бы попытаться, в очередной раз.

— Ваше Высочество! — Заправив волосы под платок, Маргарет вышла за принцем, догнав его в коридоре, — Позвольте присоединиться к вам?

— Зачем вам это? — Артур не сбавил шаг, но леди прекрасно подстроилась под его темп.

— Я никогда не видела раньше друидов, тем более детей. — Она даже не соврала.

— Увидите, когда его найдут.

— Найдут и убьют? — Уточнила Маргарет, заглядывая в лицо принца, которое тут же стало более серьёзным и отстранённым. Вот оно, ему не нравилась такая идея, хотя он прекрасно знал, что закончится дело именно этим.

— Это решит король. — Ответ звучал немного тише, после чего Артур добавил. — Можете пойти с нами. Вы советница короля, может быть, он вас послушает.

— Быть может. — Маргарет перешла на тон голоса потише. — Но и вас Его Величество тоже всегда слушал. Даже если казалось, что это не так. Особенно теперь, когда вы привели ему такой трофей.

Она заметила, как уголки губ принца дрогнули, он хмурился, не смотрел на неё, но что-то в услышанном задело его душу. Наверное, тот факт, что король всегда считался с мнением сына. Последнее время Артур думал, что это не так, ведь Маргарет всё ещё занимает свой пост. Но сейчас она сама говорит…

— Вот в эту дверь. — Артур прервал собственные мысли, вернулся к делу. Стража ворвалась в указанную дверь. Людей там не было, только сундуки с подушками и одеялами, которые слуги уносили в комнаты, когда в замок наведывались гости. Стража обследовала сундуки, точно так же, как в комнате леди.

Маргарет не удалось проскользнуть внутрь, но она с любопытством заглянула за дверь, наблюдая за обыском. Стража также бегло вскрывала сундуки и проверяла ниши, где мог спрятаться мальчик. А пошла, следуя приказам, они шли дальше. В какой-то момент Артур даже стал забывать, что Маргарет находится рядом, а сама советница короля старалась следить за каждым действием стражей. Если откуда-то выскользнет синий камень, она это сразу заметит.

— Осталось ещё одно место, и пойдём на первый этаж. — Артур кивнул, и Маргарет узнала двери в комнату Морганы.

***

Появления мальчика выбило Алису из колеи. Всё развивалось так быстро, что просто не верилось в происходящее. Вот Маргарет коротко предупреждает о своих дальнейших действиях, и её юбки скрываются за дверью, а вот сама Алиса, выждав определённое время, чтобы это не было подозрительно, покинула комнаты направляясь в то единственное место, где мог… нет, где точно был мальчик-друид. Стоя перед самыми дверьми спален леди Морганы девушка слабо представляла достойный повод для встречи прямо сейчас. Воспитанница короля могла просто не пустить её, и что тогда? А если пустит? То, что чёрт возьми она хотела сделать? Тут будет Мерлин. И он тоже не знал. Не давая себе времени на раздумья, Алиса толкнула дверь и оказалась в хорошо знакомых комнатах леди Морганы. Здесь было тихо и безлюдно. По крайней мере так показалось на первый взгляд. Никаких книг и ваз с фруктами на столах, у кровати больше не стояли цветы и вся комната выглядела, словно её только что вычистили до блеска. Слева что-то шевельнулась и из-за ширмы, чеканя шаг, вышла хозяйка помещения.

— Леди Моргана, я…

— Что ты тут делаешь?

Заговорили девушки одновременно, а после на пару секунд повисла давящая тишина. Алиса нервно вдохнула, рассматривая фигуру леди Морганы. Та словно мраморная статуя возвышалась над ней. Вопрос был справедлив. Хотела ли она спасти мальчика или сдать его Артуру? Могла ли она вообще рассматривать данный вопрос. Ведь это их будущее, а не её.

— Сегодня с утра принц Артур ворвался в наши с леди Маргарет комнаты. Он искал мальчика-друида. — Моргана приосанилась ещё больше, приподнимая подбородок, выслушивая свалившуюся, как снег на голову, Алису. — Простите, я не должна была так врываться, но меня охватило беспокойство. Я столько всего слышала в стенах Камелота и за ними, что не могла… — Алиса глубоко вдохнула, замирая. Слова не шли. Что ж, тогда нужно брать эмоциями. Специально взглянув в окно на вышедшее из-за кучевых облаков солнце и часто заморгав, Алиса вызвала слёзы. — Я беспокоюсь и боюсь. Не только за себя.

— Мы ничего не можем с этим сделать. — Моргана сделала шаг в сторону, загораживая собой открытую часть комнаты. — Если этим делом занят Артур, то всё разрешится в ближайшее время. А теперь я попрошу Вас, леди Алиса, вернутся в свои комнаты или заняться своими обязанностями. Такое происшествие не должно повлиять на работоспособность слуг.

Как хорошо она держалась. И если бы Алиса не знала, кто на самом деле прячет за своей юбкой Мордреда, то поверила бы. Если, конечно, она всё правильно помнила и ничего не поменялось. В последнее время приходилось сомневаться не только в своих решениях, но и в памяти. Слишком много было различий между происходящим и тем, что она видела.

Из-за занавесок раздался болезненный стон. Тонкий, очень похожий на детский. Моргана разом побледнела, но больше ничем себя не выдала. Алиса скосила глаза за спину воспитанницы короля, а когда вновь посмотрела на Моргану, то обе всё прекрасно поняли. Алиса отступила назад, в то время, когда Моргана в пару шагов оказалась рядом, хватая ту за запястья. А взгляд. Алиса никогда не видела такого. Балансирующий на грани надежды, понимания и готовности избавиться от нежеланных свидетелей, взгляд леди Морганы был поистине пугающим. Маленький зрачок на потерявшей цвет радужке выглядел острее фантомного ножа, приставленного к горлу, обещавший все кары небесные и, если понадобится, адские, если Алиса хоть пикнет. Рвано вздохнув, Алиса приоткрыла было рот в обещании молчать, но Моргана не дала ей и слова вставить.

— Не вздумай звать стражу. — Алиса резко и часто закивать, принимая позицию Морганы. Сейчас, в девушке чётче выступили черты её отца. Такие же острые скулы, сильная линяя челюсти и глаза. Господи, да как такое сразу же можно было не увидеть? Алиса замерла, как заяц в силках. — Послушай меня, я не желаю тебе зла, но и мальчику тоже. — говорила Моргана спокойно, не отрывая взгляда от девушки и даже не моргая. — Но если Артур найдёт его, Утер не будет разбираться в том, что это всего лишь ребёнок, не сотворивший ничего плохого. Королю достаточно услышать лишь «друид», и знаешь, что будет с ним? — Алиса отрицательно покачала головой. Конечно, она знала, но не верила. Утер сам отец, он не мог. — Он прикажет казнить его.

— Утер не может, он…

— Ты плохо его знаешь. Отец мальчика сейчас сидит в подвалах среди ужаснейших преступников нашего королевства, до которых ещё не дошёл топор палача. А знаешь, за что? — не дожидаясь ответа, Моргана сделала ещё один шаг, уводя девушку с собой, и Алиса упёрлась спиной в стену. — За то, что пришёл на рынок пополнить припасы.

Девушка притихла. Убедившись, что Алиса не собирается в ужасе бежать, Моргана осторожно разжала запястья девушки. Это было очень рискованно, вот так подставляться, но выбора у неё уже не было. И если Гвен она могла приказать молчать, а Мерлин полностью разделял её позицию, то с Алисой можно было попробовать надавить на жалость. Хорошо, что Амелия сегодня проводит день в молитвах с братом Туком, как она ей и советовала. Эту девушку ничто не смогло бы взять. Всё ещё не до конца веря стоящей перед ней Алисе, леди Моргана потянулась вперёд, закрывая дверь на задвижку.

Стоило сделать это сразу же, но мальчик был так плох, что все мысли разом покинули голову девушки, оставив лишь необъяснимое желание помочь. А когда мальчик впервые назвал её имя, не пошевелив губами, Моргана чуть не расплакалась. Она впервые видела такого же, как и она сама, необычного ребёнка. Сколько всего хранила эта комната, знала только её хозяйка. И сбывавшиеся ночные кошмары, и спонтанные возгорания при переизбытке чувств, а так же, редко, но чужих голосов в своей голове. Многие вечера Моргана была уверена, что постепенно сходит с сума, и не хотела этого. Не хотела уйти в безумие так рано, а потому часто не отказывала себе даже в малой прихоти. А днём, как и всегда умело пряталась за маской. Но появления этого мальчика… Моргана обернулась на ткани, что отделяли нишу от всей комнаты, где и лежал раненный ребёнок, и сердце защемило, отзываясь волнами дремлющей силы в крови. Она всегда знала, что другая, и была одинока в этом. А теперь этот мальчик, что вселил в неё надежду на понимание, медленно умирал на её глазах, а она не в силах была что-либо сделать.

Раздался стук в дверь, заставивший обеих девушек обернутся, а секундой позже с облегчением услышать голос Мерлина. Моргана отперла дверь.

— Я кое-что принёс, это должно помочь, — несмотря по сторонам, Мерлин быстро прошёл вперёд прямо к ребёнку. А Моргана вновь схватила Алису за запястье, закрывая дверь. Намёк более чем понятный. Они обе двинулись к занавешенной нише.

— Это точно поможет? — наблюдая, как парень густо наносит какую-то зелёную массу на открытую рану, Моргана справедливо беспокоилась. Её роль в качестве помощницы лекаря заканчивалась лишь на смене повязок и промывании ран.

— Я тщательно изучил вопрос, насколько позволяло время. Да, это должно сработать. Я надеюсь. — Мерлин наконец обернулся и дёрнулся от неожиданности. Стоявшая позади него потерянная Алиса грозилась стать проблемой. В очередной раз. — Что ты?..

Договорить парень не успел, да и девушкам не нашлось бы, что ответить. В дверь в очередной раз постучали. Моргана задёрнула занавески, оставляя Мерлина с мальчиком. Алиса же встала рядом, загораживая спиной щель между двумя кусками ткани. Если с молодым друидом всё было не ясно, то подставлять Мерлина она не могла. Он и так каждый раз получает из-за неё наказания. Встряхнув головой, Моргана открыла дверь, пропуская незваного гостя.

— Артур, чем я обязана твоему визиту? — Она вроде улыбнулась, но потом сразу стала серьёзнее, — леди Маргарет… вы тоже.

— Это не светский визит, мы ищем мальчика-друида, и нам нужно обыскать покои. — Артур ухмыльнулся. — Леди Алиса! Я вышел из одной комнаты, вошел в другую, а вы уже тут.

Алису хватило лишь на скромную улыбку. Пусть шутит, если принцу так угодно. Она перевела взгляд на подругу, та, как и всегда, держалась уверенно, словно это именно она и начала поиски. Что сказать, Маргарет должна была догадаться, что Алиса побежит сюда, лишь бы оказаться в центре событий. И что им теперь делать? Если мальчика найдут, Алиса попадёт под удар, если нет… случится что-то ещё. Моргана держалась хорошо, грациозно перешагивая с ноги на ногу, она уверенно сказала:

— Вы не будете проводить тут обыск.

— Я должен проверить все помещения. — Артур обошел вокруг стола и шагнул к двери, чтобы позвать стражу.

— Ваше Высочество, леди Моргана… — Маргарет попыталась взять верх в разговоре, но воспитанница короля тут же её осадила.

— А вам лучше молчать, я не разрешала вам входить в мои покои. — Моргана выглядела так, словно теряла самообладание. И именно из-за присутствия леди, того недоверия и раздражения, что она вырастила по отношению к Маргарет. — Или у советницы короля нет других дел, кроме как таскаться по замку и копаться в чужих вещах? Уверена, это не в ходит в обязанности. Вернитесь к бумагам.

— Поиски ребёнка — приказ короля, значит, ко мне тоже относится. И к вам. Я уйду, если желаете, но хотела бы забрать с собой леди Алису.

— Она не хочет уходить. — Моргана была готова к перепалке, лишь бы увести внимание принца от мальчика. — Вы оставили напуганную подругу одну, и она пришла сюда просить у меня поддержки. Не слишком ли?

— Леди Алиса достаточно взрослая, чтобы позаботиться о своих страхах, а вам лучше высказать претензии ко мне открыто, а не прикрываться помощью.

— Прикрываться? Стоя рядом с троном Утера вы начали забывать, что такое сострадание.

— Хватит! — Артур встал между ними, чуть расставляя руки, чтобы не дать девушкам приблизится друг к другу. Ему казалось, что конфликт может перерасти в драку. — Мы уходим. Я вижу, тут вряд ли кто-то прячется. Леди Маргарет…

Бросив взгляд на побледневшую Алису, она послушно ушла. Даже напуганная, Алиса всё ещё стояла у ширмы, готовая защищать малоизвестного ей ребёнка. Маргарет бы поставила на то, что друид именно там. Иначе её подруга не прибежала бы сюда. Она явно пришла не за успокоением души. Оказавшись в коридоре, Маргарет дождалась, пока выйдет принц. Моргана сказала ему что-то ещё, и настроение и без того уставшего Артура, упало.

— Надеюсь, вы его найдёте. — Проговорила Маргарет. — Утер не сможет казнить ребёнка, я видела документы, он всегда миловал детей. Ваш отец — не такой уж плохой человек, Ваше Высочество.

— Вы видели недостаточно. — Тон голоса Артура пугал количеством безысходности.

«Леди Золотого Дракона»

Тьма была непроглядная. Стоило им только покинуть стены замка, потушив факел в потайном коридоре, как они вынуждены были остановиться. На глаза, ещё не привыкшие к ночи, плотной тканью легла слепота. Мерлин глубоко задышал, успокаивая сердце и стараясь выгнать назойливые слова дракона о мальчике-друиде. «Если мальчик будет жить, ты не исполнишь своё предназначение. Ты должен позволить мальчику умереть.» Маг болезненно поморщился. Он не может дать Артуру погибнуть. И почему от руки ребёнка? Да, он друид, маг, такой же, как и сам Мерлин. Так почему холодеют руки, а живот сводит от боли, стоит Мерлину лишь на секунду усомниться в правильности своего решения? Холодный ветер лизнул его затылок, вороша тёмные пряди. И снова эти мурашки, расползающиеся по всему телу. Маг обернулся, высматривая силуэты его спутниц. Тьма начала отступать, и он видел леди почти так же чётко, как при свете факела пару минут назад. Мальчик рвано сопел, уткнувшись носом в шею леди Морганы. Ему стало лучше после того, как Мерлин уверился в мысли Алисы, что необходимо изготовленное Гаюсом лекарство, а не имп…импвез… парень мысленно споткнулся о незнакомое слово, что выдала девушка. Но это не было важно, главное, что всё подействовало.

Крупный пот прекратился сутки назад, и Моргане даже удалось покормить мальчика. Немного, он всё же был слаб. Сейчас леди по-матерински его баюкала, не позволяя прикасаться к ребёнку даже Мерлину. Леди Моргана переменилась с появлением мальчика в её спальне, и не слуге принца её судить, но было в этом что-то неправильное. Что маг не мог понять. Однако был уверен, что это что-то фундаментальное, даже титаническое. В затылке неприятно загудело, и Мерлин поморщился, готовясь услышать громкий старческий голос дракона, но этого не произошло. Вместо этого, маг вдруг понял, что говорит он сам, его внутренний голос настойчиво шептал о грядущих бедах и несчастьях. Встряхнув головой, словно этим движением он смог бы выбросить ужасные предзнаменования, Мерлин перевёл взгляд на леди Алису. Она тоже колебалась. Что заставило её вызваться идти с ними, парень не мог предположить. Разве что любопытство и сострадание. Алиса неуверенно косилась на свисающую ножку мальчика, но не предпринимала попыток помочь леди Моргане.

— Так холодно, — сильнее укутывая мальчика в свой плащ, леди Моргана всмотрелась в улицу перед ними. Редкие окна светились от огней ещё не спящих слуг, но и их света не хватало, чтобы рассеять мрак, опустившийся на Камелот в эту ночь. Девушка подняла взгляд на небо. Оно было черно, как разлившиеся чернила, и так же вязко. — Ещё немного, и пойдёт дождь. Нам нужно поторопиться.

— Я быстро разведаю, что впереди. — кивнул Мерлин, ускользая за дома.

Какое-то время Моргана послушно стояла на месте, вслушиваясь, а потом Алисе пришлось бежать вслед за ней. На удивление девушки, Моргана двигалась очень быстро и ловко, словно не несла на руках мальчика одиннадцати лет. Истерично хмыкнув своим мыслям о силе ведьм, Алиса догнала её у самых конюшен. Их план был до банального прост — найти крепких лошадей, оседлать их и тайными путями покинуть территории замка. Вопрос о том, как связаться с друидами, был озвучен, но чёткого ответа не нашлось. Моргана выдвинула предположение о том, что они придут сами, только и надо добраться до чащи на юго-востоке леса. А это несколько миль от города, и если их компания хотела уложиться в одну ночь, то лошади были просто необходимы.

Мерлин появился секунду спустя, стоило леди остановится. Страшно бледный, движения резкие и дыхание вновь сбито. Кажется, поступок Морганы не слишком обрадовал его, но парень прошел мимо девушек, бросив короткую фразу о том, что отряд Артура патрулирует главные ворота.

— Нам необходимо отвлечь их. — отчаяние просочилось сквозь слова Морганы. — Что-то придумать.

— Я пытаюсь. — Конечно, Мерлин знал, что стража будет. И приготовил одно заклинание сна, однако людей на улицах было слишком много. Если пара людей вдруг резко уснут на посту, то патрули, что осматривали город с частой периодичностью, это заметят. Возможно не сразу, но вернуться девушки незаметно уже не смогут. Так рисковать им нельзя. Мерлин покосился на закрытые двери конюшни, закусывая губу. Как же прилежно Артур выполняет распоряжения отца. Если бы только принц смог выслушать их. Он ведь лучше Утера во всех смыслах, он бы понял. Но времени у них не было.

— Гроза нам не помешала бы. — тихий голос Алисы разрезал нагнетающую тишину. Обе пары глаз обратились на неё, и девушка почувствовала себя неуютно. Ну и компания. Настоящий шабаш, и она как-то вписалась в это мероприятие. Спасибо, что без чёрных козлов и в одежде. Облизнув губы, она продолжила, — Завывания сильного ветра скрыли бы наш шум за скрипом дерева и листвой. А стена дождя смела следы и помешала рассмотреть кого-либо дальше… протянутой руки.

Мерлин склонил голову на бок, по-новому смотря на подругу. Он прекрасно понял, на что намекает Алиса. Идея была хорошая, но трудно исполнима. До этого ему никогда не приходилось управлять погодой. Придания формы облакам и лёгкий ветерок не в счёт. Мерлин задумался, стараясь облечь мысли в древние слова.

— Вот только погода не меняется по желанию. — горько отрезала Моргана, отворачиваясь. Мальчик шмыгнул носом, и леди в очередной раз поправила на нём плащ. — Никакого дождя. Он только всё усложнит. Как пойдут лошади? Лишь увязнут в грязи, а мальчик? О нём ты не подумала. Ему и без этого тяжело.

— Туман? — на этот раз голос Алисы звучал почти тихо, она как-то не подумала о Мордреде в своих предложениях. Но это же Альбион! Туман одна из его визитных карточек. Призвать его на помощь было бы логично. Вон, даже когда привели единорога, тот клубился у его ног. Алиса часто заморгала. Единорог. А может он насылать этот самый туман, или она начала приписывать невозможное мифическим существам? Если это не так, то останется разочарование. Как с драконом.

— Нам нужно поторопиться, открой ворота. — не оборачиваясь, Моргана кивком указала на двери конюшни.

Мерлин встрепенулся и быстро оказался рядом. Деревянная задвижка поддалась легко, и вот они уже внутри. Мордред тихо заскулил, повертев головой, но глаз не открыл. Лошади пофыркивали, переступая копытами по сену, и внимательно следили за ночными гостями.

— Возьмём этих. — Мерлин двинулся дальше по конюшне, указывая на двери, что никак не отличались от прочих. — Они покладистые и быстрые. К тому же их хозяева сегодня на дежурстве и завтра никуда не выйдут.

Маг засуетился, собирая принадлежности для езды. Всё нашлось почти сразу: уздечки со сбруей снял с сучковатого столба, седла оказались рядом на столе. Мерлин распутывал поводья, когда Алиса оказалась сбоку от него.

— Ты же поедешь с ней?

— Я? — Мерлин растерянно заморгал, опуская удила. Перспектива встречи с загадочными друидами его и интриговала, и в тоже время отталкивала. Все остальные маги всегда пытались убить либо Артура, либо его самого. И нет никакой гарантии, что в этот раз ситуация не повторится. Но вдруг друиды другие? Он мог бы найти среди них понимающих друзей и научиться их магии! Почему нет? Однако Гаюс был предельно чёток в своей позиции. Мерлину никак нельзя выдавать себя никому. Больше уже никому. Ночь, когда леди Маргарет привела его в спальню к лорду Грегори, была показательной. — На самом деле я надеялся, что ты составишь Моргане компанию. — где-то сбоку что-то зашуршало и громко фыркнула гнедая лошадь. — Ты же для этого пошла с нами.

Алиса открыла было рот для ответа, но слова потерялись. Она просто хотела убедиться, что мальчик покинет стены замка в ближайшее время. И уж точно не собиралась скакать в лес посреди ночи.

— Я прикрою вас здесь. Артур, конечно, не вломится ночью в комнаты леди, но и глаз не отведёт с выходов. Однако если рядом с ним будет настолько несносный и преданный слуга, что будет стараться сделать всё для блага своего господина, то сам господин захочет удалиться в самые дальние коридоры замка на пару часов, лишь бы никого не видеть.

— Или отправит слугу куда подальше. — Парировала Алиса. Тихо зашуршало сено, но никто не обратил на это внимание.

— Именно! — лучезарно улыбнулся Мерлин, — Например в конюшню, проследить за сном ценного единорога.

— Что вы здесь делаете?

Грубый голос мужчины прозвучал колокольным набатом. Алиса с Мерлином обернулись, замирая. На них странно, на грани удивления и злости, смотрел Джейк. Испуг отступил от вида знакомого лица, сменяясь беспокойством обо всей ситуации. Ночь, конюшня, сеновал. Картина маслом. Алиса понадеялась, что сможет объяснить всю ситуацию и увести разговор в другую тему. Что он здесь делает? Разве конюхи ночуют на месте своей работы? Девушка сделала полшага вперёд и замерла, глядя на мага. Мерлину происходящее не показалось ободряющим. Он вдруг весь подобрался, развернул плечи, стараясь загородить собой как можно больше пространства, а на лицо его легла тень. Или это тучи на улице сгустились?

— Джейк. — из рта вырвалось облако пара, а в кончики пальцев впились иголки холода. Что происходит с погодой? — Послушай, всё в порядке. Ты ничего такого не подумай, мы просто…

Мужчина пошатнулся и часто заморгал, тщетно протирая глаза в желании рассмотреть стоящих перед ним людей. Мерлин недоумённо нахмурился, передавая поводья с удилами Алисе, и шагнул ближе к Джейку. Тот тяжело засопел, кряхтя опираясь на столб и пытаясь сложить звуки в осмысленные слова. Однако это мало походило на речь. И эта резкая перемена не понравилась ни магу, ни самой Алисе. Мерлин в один шаг оказался рядом, ловя мужчину под руку, пока тот слепо и испуганно осматривал пространство вокруг, беспорядочно крутя головой. Алиса кинулась к ним.

— Ты его знаешь, у него какая-то болезнь? — Мерлин аккуратно опустил Джейка на пол, фиксируя голову в своих руках.

— Нет. Да. Я… я не знаю.

Джейк смазано махнул рукой, задевая Алису, и тотчас же попытался повернуть голову в её сторону. Он всё так же старался что-то сказать.

— Амелия права. — голос тихо подошедшей Морганы заставил друзей резко вскинуть головы. Леди стояла в пяти шагах от них, крутя в руках брошенные поводья. — Слуги действительно распустились. Напиваться на рабочем месте ночью недостойно служителей замка.

Моргана небрежно отбросила поводья в сторону и, не задерживаясь, прошла прямо к стойлу, где находился единорог. Там же находился и мальчик. Теперь он не спал, а спокойно сидел у открытой двери и, не моргая, осматривал сопровождающих его взрослых. Алиса покрылась холодными мурашками. Взгляд Мордреда был не погодам взрослым, усталым и до жути холодным. Впечатление усугубляла голубая, почти бесцветная радужка. Девушка неосознанно отодвинулась назад. Кажется, она впервые видит мальчика в осознанном состоянии.

— Ты же не собираешься ехать на единороге? — Мерлина на столько поразила очевидность происходящего, отчего парень совершенно забыл о манерах. И ему бы радоваться скорой свободе такого редкого волшебного существа, но этот вредный голос сознания в голове назойливо утверждал, что всё идёт не так. Маг отпустил голову притихшего мужчины и уверенным шагом двинулся к стойлу. — Это всё равно, что начать трубить в рог.

— Нас не заметят, посмотри на площадь.

Мерлин обернулся, вглядываясь в маленькое окошко. Медленно переползая от одного здания к другому большими клубами туман развеял тьму. Однако видимости это не прибавляло. Мерлин нахмурился. Что происходит? Пытаясь сложить все части головоломки, парень перевёл взгляд на единорога, что грациозно выходил из своего стойла, дозволяя гладить себя Моргане. Леди не отводила от него взгляда. Либо это невероятное совпадение, либо… Мерлин осторожно скосил взгляд на мальчика-друида. Нет, этого просто не может быть.

— Кажется, ты приносишь удачу. — обращаясь уже к Алисе, Моргана помогала Мордреду забраться на спину единорогу. План, сформировавшийся в день, когда Алиса ворвалась в её покои, был рискованным, но стоил исполнения. — Поедешь с нами.

Выбора у Алисы не было. Даже с поддержкой Мерлина, Моргана отказалась выслушивать любые аргументы и опасения. Пришлось в спешке запрягать лошадь и надеяться, что беды да разбойники обойдут их стороной. Камелот они покинули без проблем, ни встретив стражи и ни задев случайно выставленных на улице ящиков. Удивительно, но туман следовал за ними попятам. Перетекая с улицы за дома, обтекая заборы и заполняя своей густотой воздух вокруг, он стал невидимой стеной между их компанией и остальным миром. Это не могло не восхищать и не задавать тон их приключению. Теперь Алиса почувствовала себя намного уверенней и загорелась ожиданием встречи с друидами. Мерлин вывел их к обходному пути и прежде, чем отпустить, пообещал позаботиться о Джейке и о безопасном возвращении девушек в город.

Дорога казалась долгой. Но Моргану это мало волновало, казалось, она знала все эти места и могла ориентироваться в них, несмотря на погоду. Леди уверенно держалась впереди, возглавляя их поездку. Единорог так же разделял эмоции Морганы, иногда радостно пофыркивая и срываясь на рысцу. Наконец вырвавшись от смердящего людьми города, мифическое существо уверенно скакало вперёд, совсем не обращая внимания на мельтешившую за ним гнедую лошадку. Стоило им пересечь границу леса, как туман, сопровождавший их всю дорогу, остановился. Мордред обернулся, не задерживаясь взглядом на Алисе, и устало улыбнулся куда-то в даль. Лошадь под девушкой жалобно взвизгнула, пытаясь что-то донести до своей наездницы. А спустя пару минут они выехали на небольшую поляну. Единорог остановился в возбуждении пофыркивая и втягивая воздух, словно пытаясь что-то учуять.

Друиды показались не сразу. Вышли из-за деревьев, словно это были двери через пространство, и замерли не то в ожидании, не то в удивлении. Их взгляды приковало магическое существо, что сейчас, находясь в своей привычной среде, сияло ярче и теперь сильнее походило на сошедший с неба месяц. Моргана тихо соскользнула вниз и помогла Мордреду спуститься. Никто из них не проронил ни слова, но Алиса почувствовала, что разговор происходил на каком-то другом, глубинном уровне. Уж больно чёткими и смелыми были движения мальчика и леди Морганы. А когда глава отряда друидов в зелёной мантии и пышными седыми кудрями вышел вперёд, он всё так же молча присел на колено перед мальчиком, гладя того по щеке, Алиса лишь убедилась в своей версии о «магической телепатии». А после тот поднял взгляд на воспитанницу короля. Стоящие по обе стороны от своего главы мужчины в голубой и красной мантиях походили, как бы пошло это не звучало в её голове, на ангела и демона. Они внимательно осматривали их, мужчина в голубом — строго, а в красном сдержанно, даже как-то равнодушно. Молчание затянулось, и Алиса в волнении натянула поводья, заставляя свою лошадку сделать несколько шагов назад. Только тогда мужчина с седыми кудрями обратил на неё внимание, а Моргана в напряжении замерла.

— Тебе нечего бояться, Айлийс. Никто из нас не мыслит зла. — обращаясь к ней, мужчина поднялся в полный рост, притягивая к себе мальчика. Знакомая форма имени заставляет сбиться дыхание, а мысли со скоростью разворошённого улья, закружиться. Что он знает? Почему выбрал это обращение? Он может читать мысли, как дракон? Как вообще от этого скрыться? Она срочно должна подумать о чём-то другом. Нельзя выдавать своих. Бабочки-слоны! С розовыми хоботками и крокодильим хвостом.

Мужчина недоумённо прищурился, а Мордред слабо улыбнулся, пряча свою маленькую ладонь в широкой ладони мужчины. И Алиса задерживает на нём взгляд. Сейчас он не кажется тенью смерти Артура. Лишь мальчик, что недавно потерял отца, и, только вернувшись к своим, его лёд растаял. Кажется, она в это верит. Верит в то, что перед ней не злые колдуны, которых видит Утер. Они, как и все, всего лишь люди со своими целями и эмоциями.

— Мы на веки обязаны тебе, леди Моргана, — девушка обернулась, и Алиса увидела на её лице непонимание. — За твоё мужество и храбрость. За справедливость и веру. Если тебе когда-нибудь понадобиться наша помощь, не важно какое расстояние будет между нами, наши братья и сёстры придут тебе на помощь. До встречи, леди Золотого Дракона.

***

Атмосфера общего напряжения за обеденным столом так сильно ощущалась, что её можно резать вместо запечённых овощей. Утер стремился окружить себя всеми, кого был бы рад видеть в течение дня. От родни до приятных глазу гостей. Маргарет была потеснена на месте рядом с королём, и теперь ближе к монарху сидел брат Тук. Моргана, оказавшись напротив Маргарет, неустанно посматривала то на неё, то на Алису. Словно сравнивая их между собой. Алиса, чуть вялая, вела себя спокойно. Выспаться ей очень хотелось. Утром она позволила себе пару часов, но потом шумная жизнь замка не дала ей погрузиться в сон. Несмотря на общий сбор за столом, Утер счастливым не выглядел, разговор не начинал и спокойно ел под лёгкий звон посуды.

Обойдя стол в очередной раз, Мерлин наполнил кубок Артуру и снова принялся оглядывать пустеющие сосуды. Вдруг ещё кому-то нужна помощь слуги. Якова пока что не было, и парень должен был справляться один со всеми семью людьми. Убедившись, что всё идеально, он остановился недалеко от принца. Проткнув двузубой вилкой кусок отрезанного мяса, Артур нахмурился и вздохнул. Прекрасно понимая причину недоброго настроения своего отца.

— Исчезновение единорога не конец света, отец. — Вдруг прервал тишину принц, и все прислушались к его голосу. — Если пожелаете, я найду его снова. — Конечно, провести ещё несколько суток в лесу или на поисках зверя по городу принцу не очень хотелось, но помня в каком восторге был король, Артур был готов сделать над собой усилие.

— Исчезновение? — Амелия подняла голову от тарелки, немного подумала и опустила снова, тихо пробормотав. — Господь услышал мои молитвы.

В тишине зала её шепот прозвучал громче, чем она ожидала, и все тут же повернули головы в сторону Амелии. Артур прекратил жевать, прищуриваясь на слова леди. Моргана покосилась на Алису, поймав такой же недоумённый взгляд. Что ж, вмешиваться им было не с руки, и, если Амелия решила подставить свою шею, так тому и быть. Моргана скрыла лицо за бокалом, делая глоток, и внимательно осмотрела реакцию собравшихся. Король, приподняв бровь, какое-то время просто смотрел на подопечную, наблюдая, как она замирает и строит самое невинное из возможных выражение лица.

— Выходит, вы молитесь за мои неудачи. — Утер немного растягивает губы, в подобии лёгкой улыбки, — Как и подобает члену семьи Аберсон.

У Алисы по спине пробежали мурашки, и она медленно отвела взгляд, уткнувшись в свою тарелку. Какая активно-пассивная агрессия, адреналин так и пляшет в крови. Мерлин старался сохранить беспристрастный вид, но толика сожаления всё же мелькнула на его лице. Девушка, конечно, ни в чём не виновата, но выбрала не лучшее время для откровений.

— Если позволите, я вернусь к себе. — Почувствовав себе неуютно под сразу несколькими осуждающими взглядами, та осторожно поднялась на ноги. Утер продолжал наблюдать. Коротко поклонившись, Амелия вышла из зала, в дверях столкнувшись с Яковом. Парниша опустил голову и пропустил даму вперёд. Оказавшись в коридоре, она словно сжалась изнутри. Объяснять королю, что она беспокоилась о происках Дьявола, было бы бесполезно, в его глазах она сама бес, мозолящий глаза.

— И всё же, думаю, это дело рук воров, а не Господа. — Собралась с мыслями Маргарет, — слух о единороге прошел очень быстро, думаю много кто хотел заполучить зверя себе.

— Воровство — тоже промысел Господа, не так ли, брат Тук? — Утер покосился на своего нового духовного наставника. Попутно задумавшись, что пора бы выдать Амелию замуж, чтобы она перестала попадаться на глаза. Её отец потерял всякую возможность бунтовать, а следовательно, и угроза жизни его детей королю уже без надобности.

Ответив что-то по-богословски неопределённое, брат Тук вернулся к трапезе. Артур принялся ему отвечать, интересуясь, зачем Господу так поступать и насылать на человека всяческие испытания. Моргана с удовольствием поддержала принца и добавила пару вопросов от себя. Джеффри редко можно было увидеть вне стен библиотеки, а церковные служители ещё реже посещали их замок, и пока была такая возможность, поговорить о вечном, сменив при этом тему, девушка решила не упускать её. Возникший рядом с королём Яков смиренно протянул ему несколько маленьких свёртков. Их принесли голуби, сжатая информация со всех краёв королевства. Когда Утер занялся разбором внезапной корреспонденции, парень обошел стол и протянул один из свёртков Маргарет. Она сразу узнала нарисованного в углу летящего орла, маленького, чернильного.

— Наконец-то хорошие новости. — Король приосанился. — Элдор окружён, замер в ожидании войск противника. Лорд Грегори пишет, что ему нужно всего несколько дней.

— Деревня в безопасности. — Маргарет подняла глаза на стоящего недалеко от стола Мерлина. Не заметив, что на него смотрят, он улыбнулся услышанным новостям и опустил взгляд в кувшин у себя в руках. Артур тоже довольно кивнул, жаль его там нет.

Развернув своё послание, Маргарет нахмурилась. Чуть наклонившись к Алисе, она показала ей единственную строчку: «Интересно, как поживает ваша служанка?». Они переглянулись, уловив из этого только одну истину: Грегори знает о том, что они ещё никому не сообщили.

— Что там, записка от поклонника? — Моргана весело улыбнулась, делая вид, что не заметила, как у Маргарет и Алисы нахмурились брови.

— От лорда Грегори. — Маргарет выдохнула, скрутила письмо и спрятала в рукаве. — Несколько дней назад наша служанка отпросилась в город, сказала, что хочет поискать на рынке какие-то травы и, возможно, сходить за ними в лес. Она обещала не ходить далеко… Но так и не вернулась, всё ещё.

Артур снова перестал жевать. Моргана приподняла брови, понимая, что их план допросить девчонку пошел прахом. Маргарет словно их опередила и избавилась от лишнего языка. Почему нет? Они не обязаны верить в историю с лесом! Почувствовав себя обыгранным в очередной раз, Артур крепче сжал в руке вилку. Как у них это получается? Может, их слышали? Кто-то точно донёс.

— В лесу полно дикого зверья и ещё кого похуже. — С нажимом произнёс Утер. На слуг ему обычно было плевать, он ценил парочку, и то пока те выполняли свои обязанности. Но эта девчонка была его личным трофеем, потерянным, как единорог. — Ходить туда в одиночку глупо. Не следовало её отпускать.

Алиса чуть закусила щеку изнутри, вина за пропажу девушки всё ещё ела изнутри. Она облажалась с возложенными на неё обязанностями, и этого не изменить. Но откуда ей было знать? Неужели нужно было просить стражу о сопровождении одной служанки?

— Я помолюсь за упокой её души. — Подытожил брат Тук.

— Если бы сказали раньше, мы бы организовали поиски. — Наконец отмер Артур. — Хотя… Мы всё ещё можем. Если она ушла не далеко, мы найдём её тело и похороним.

По спине Маргарет пробежали мурашки. Она не знала в каком виде и состоянии духа принц может найти Авилу. Она может лежать в лесу с перерезанным горлом, может быть заперта в таверне отца, а может, Артур наткнётся на неё живую-здоровую прямо на улице. Почему Тук сказал про душу? Он знает больше, чем должен? То, как потемнел взгляд Маргарет, не ускользнуло от внимания Морганы. Она посчитала это за доказательство своих мыслей. Выходит, теперь у них с леди Маргарет настоящая война, тихая, подковёрная, но уже получившая своих первых жертв. Моргана посчитала, что они завершили битву с равными потерями. Леди избавилась от служанки, а Моргана перетянула на свою сторону Алису. Ночное приключение принесло свои плоды и вопросы. Главное сейчас - делать всё без спешки и чётко обдумать случившееся. К сожалению, они прибыли к рассвету, и времени на размышления у Морганы не было. Утер остановил сына. Принцу заниматься поисками служанки не подобает. Если по городу пойдёт слух, что эта девочка так важна, что сам Артур занялся поисками, то надумают невесть что. Брат Тук поддержал Его Величество. Заметив, что иных вестей из Элдора пока нет, и всем рыцарям следует заниматься тренировками, а не блужданием по лесу. Ведь никто не знает, каким будет исход похода лорда Грегори. Артур вздохнул, не понимая в какой момент монах начал разбираться в военных делах. Теперь ему казалось странным всё, что происходило под сводами Камелота.

— Это очень печально, — Моргана положила вилку и повернулась к королю, — Но скоро осень. Я хотела попросить разрешения навестить могилу отца до Самайна. Если Ваше Величество позволит.

***

Прошло несколько суток с момента прибытия лорда в Элдор. Первый день Грегори окружал деревню в кольцо, расставляя караульных. Он въехал в деревню на чёрном коне, но без солдат, вызвав у местных жителей не страх, но интерес. В сопровождении Квинта лорд чувствовал себя в безопасности, а следовательно, мог действовать свободно. Он указал на золотого дракона, вышитого на штандарте в руках Квинта и сообщил, что король Утер желает освободить жителей Элдора от поборов и несправедливости. Новость была встречена с восторгом. Местный староста, представившийся Мэтью, одним из первых вышел встретить будущих освободителей.

Разместив солдат в домах и конюшнях, лорд тут же принялся за налаживание дипломатических отношений. Он знал, что рано или поздно солдаты Канона придут в деревню с очередным грабежом, и для них будет неожиданностью появление войск в красных плащах. А пока они ждали, Грегори отправил письмо королю Сенреду. В письме он подробно изложил все факты, приведшие его на чужие земли. Он также отметил, что сейчас просто «гостил» в деревне и никаких действий не предпринимал. Однако всё это подкреплялось сведениями о том, что Канон наживается на милости сразу двух королей, и Сенред по логике вещей также должен осознавать степень наглости и бесчестия Канона. В подтверждение слов, Грегори приказал отправить вместе с письмом сундук с драгоценностями и мехами, за которые в общей сумме можно было бы купить всю деревню вместе с жителями. Теперь оставалось только ждать.

Остановившись в самом богатом доме, в семье хваткой женщины, назвавшейся Джиннетт, и её робкого мужа, Грегори с удивлением обнаружил единомышленников. Если бы не эта женщина, с прищуром рассматривающая его вышитую котту, он бы умер от ожидания и нервного напряжения. Ещё тогда, когда лорд переступил через порог дома, он понял, что эта женщина непростая. Хотя бы потому что она обратила внимание на вышивку, где среди узоров были надёжно спрятаны символы старой религии. Её муж, словно тень, бродил по дому, не смея открыть рта. Сам же Грегори не чувствовал давления, сразу проникаясь каким-то странным уважением к даме в летах. Спустя два дня она отвела его к дубу, который вновь украшали лентами. Грегори с благоговением наблюдал за тем, как ветер играется с листьями и лентами. Одна из девушек, что повязывала ленты, назвала приютившую лорда женщину мамой, и Грегори не мог не отметить, что в слове том было много обиды. В отличии от пышущей жизнью матери, дочь выглядела уставшей, хоть и очень красивой.

— Она вышла замуж за Мэтта, старосту. Я этого не хотела. — Пояснила Джиннетт, когда они остались у дуба вдвоём. — Не так давно она узнала о беременности, а потом подобрала ещё одного, сироту. Я растила её гордой и сильной, а она развернула это оружие против семьи. Знаешь, для чего я тебе это говорю?

Грегори отмер, завораживающее колыхание листвы заставило его отвлечься от слов сопровождающей его женщины. Она говорила с лордом как с подопечным, со снисходительностью, и почему-то Грегори не обижался. Статус не позволял ему спускать с рук неуважение, но разве эта женщина может склонить голову? И только сейчас он задумался над тем, что услышал. Выходит, такой уставшей прекрасная девушка выглядела именно из-за немилости собственной матери.

— Кто вы? — Тихо поинтересовался лорд, понимая, что даже не знает имени своей проводницы.

— Моё имя нынче не произносят. Не гневи тех, кто породил тебя. — Джиннетт хмуро взглянула на украшенное дерево, и Грегори не удержался. Протянул руку, коснулся ствола. Ему показалось что по руке прошла мелкая дрожь. Словно несколько иголок одновременно кольнули ладонь, сердце замерло на мгновение. Ножны, пристигнутые к поясу, показались Грегори очень тяжёлыми и потянули к земле. Откуда-то издалека послышался топот копыт. Моментально Грегори понял, что дело неладно. Он повернулся в сторону леса ровно в тот момент, когда оттуда выехало сразу несколько всадников. Одетые в потрёпанные шкуры животных, при свете дня они скакали по дорожкам с факелами в руках. Не тронув никого, вихрем понеслись мимо сараев и хлевов, поджигая крыши. Элемент неожиданности войска Грегори потеряли. Эти звери в человечьем обличии знали, что делали — поджигали строения, где могли размещаться солдаты. Выхватив меч, Грегори быстро оценил ситуацию. Его воины выскакивали из горящих построек на улицу при полном обмундировании и с оружием наготове. Как он их и учил.

Обычно в битву лорд не лез, предпочитая наблюдать за боем с безопасного холма. Но сейчас было выгоднее вступить в бой. Солдаты должны увидеть, что промах, каким-то образом допущенный, не смутил их лидера. Выискав в развернувшейся битве Квинта, лорд не раздумывая кинулся к нему. Прижавшись к спине своего наставника, Грегори отразил первый удар. Метал заскрежетал. Противник выронил оружие, и меч Грегори вошел ему в бок. Дальше было хуже. Началась настоящая бойня, где никто не знал по какому плану двигаться и просто резали друг друга. С противоположной стороны, где по заверениям располагался деревянный замок, подоспела ещё подмога. И силы двух лордов сравнялись.

Пришлось хитрить. Зная своих солдат, Грегори быстро прикинул, насколько хватит сил, и отдал Квинту приказ. Скооперировав солдат, они сумели немного оттеснить напавших варваров с жилых улиц, всё больше и больше склоняя к бою на полях. Вынуждая врага отступать, солдаты лорда брали верх над ситуацией. В какой-то момент Грегори понял, что вражеские ряды значительно мельчают, а значит, можно осмелеть ещё больше. Совершить последний рывок. И это сработало. Длившаяся уже приличное количество времени битва явно не входила в планы вражеских командиров. Если таковые были… Они рассчитывали перепугать чужаков, думали, что большинство выскочит на улицу из горящих домов напуганными и безоружными. Но что-то пошло не так. Привыкшие к быстрым набегам и не получавшие ранее должного отпора, они быстро выматывались. И солдатам лорда не приходилось прикладывать слишком много усилий, чтобы избавляться от Каноновских мужиков. Когда людей осталось слишком мало, они начали дезертировать. В какой-то момент все участники набега получили приказ отступать, однако Грегори только довольно улыбнулся, стирая чью-то кровь.

Разворачивался финальный акт всего действия, который в глазах Грегори выглядел действительно изумительно. Уставшие и раненые заперлись в деревянном замке, планируя держать оборону из-за стен. Забор из частокола должен был стать дополнительной преградой, а лучников у Грегори не было. Однако по первому плану Грегори захотел пробить высокие ворота и просто поджечь замок, предварительно заложив выходы снаружи. Такая большая, но всё же деревянная конструкция вспыхнет очень быстро. Но потом передумал. Со слов местных, в деревянный замок свозили собранные налоги. Поджечь его — значило лишить Элдор провизии перед зимой. Ведь остатки урожая сгорели вместе с постройками при нападении. По той же причине врага нельзя было взять измором. Не выходя из замка, они бы долго смогли там жить, лечиться и ждать подкрепления. Квинт предложил сделать хитро. Имитировать попытку взять замок штурмом с главных ворот. А большую часть войск провести, с другой стороны, тихо и незаметно. Чтобы они возникли у противников за спинами, как призраки.

К вечеру план был приведён в исполнение. В этот раз Грегори в битву не полез, но и остатки засохшей крови с прядей волос смывать не торопился. Он наблюдал за тем, как начался показательный штурм. Лорд Канон не обновлял стены и укрепления, он не тратился на Элдор, ведь лично тут никогда не бывал. Поэтому выбить ворота труда не составило. Солдаты ворвались на холм, что затрудняло подъём. Благо, и в уцелевших рядах противника лучников не наблюдалось. Они начали баррикадировать главный вход изнутри и закладывать редкие оконца на первом этаже. С верхних этажей солдат лорда попытались закидывать всеми подручными материалами, которые складировались здесь с незапамятных времён именно на случай обороны. Однако это мало помогло, когда забаррикадированные в замке заметили, как падает часть оборонительной стены совсем с другой стороны. Бросив все силы на первое нападение, они оказались совсем не готовы ко второму.

— Ваша Милость, — Квинт тяжело дышал, сжимая в руках защитный шлем. Он поклонился, набрал побольше воздуха. — Деревянный замок взят. Выжившие вражеские пехотинцы заперты внутри под стражей.

Светало. Грегори довольно улыбнулся. Они справились за одни сутки. Его всё ещё интересовало, кто доложил лорду Канону об их приезде? Есть ли шпион в деревне или король Сенред решил усидеть на двух стульях? Но сейчас нужно было решать другие проблемы.

— Всю провизию погрузите и верните в деревню, эта зима не должна быть голодной. — Голос лорда звучал живее, он уже представлял, как въедет в деревню с хорошей новостью и собранным когда-то налогом. Как Робин Гуд, о котором иногда вспоминает брат Тук. — Пусть охраняют замок и пленных. Их в случае чего мы сможем использовать в переговорах. Поставь людей по периметру всей деревни, раненых и убитых нужно будет пересчитать. А сейчас, — Грегори подошел к наставнику, заглядывая ему в глаза, и крепко хлопнул того по плечу, — отдохни и порадуйся. Мы победили!

— Всего одна деревня, Ваша Милость. — Хмыкнул Квинт, ему и раньше эта миссия не казалась особо сложной.

— Ты даже не представляешь сколько эта деревня значит! — Довольный Грегори повернулся в сторону мерцающих вдалеке окон, отсюда Элдор был маленькой тонкой вереницей слабых огоньков. Но для Камелота это был огромный шаг, выпад в сторону разрушенных договорённостей. — Я напишу королю прямо сейчас. И пусть найдут моего оруженосца. Он пропустил всё веселье.

***

Допросить Авилу принц не успел, но Моргана через день после застолья припомнила, что Гвен советовала пропавшей служанке сходить к стряпчим. Ведь Авила спрашивала, у кого попросить помощи. Звучало это весьма подозрительно, а значит, могло стать последней зацепкой. Артур возлагал очень много надежд на Эгрейна, надеясь, что Авила успела посетить канцелярию. Однако вызванный в кабинет стряпчий не выглядел как человек, обладающий важной информацией. Он сдержанно улыбнулся, низко поклонился Артуру и поинтересовался, чем может быть полезен Его Высочеству.

Принц сидел за столом в своих покоях. Расслабленный и внешне совершенно спокойный. Он выставил всех, даже Мерлина, чтобы информация не вышла за пределы этой комнаты. Окинув стряпчего взглядом, Артур набрал побольше воздуха. Он чувствовал, что удача от него отворачивается, и не хотел в очередной раз разочаровываться. Моргана собиралась уезжать в ближайшие дни на могилу отца. И до поездки было бы здорово раздобыть хоть что-нибудь.

— Скажи, ты видел служанку леди Маргарет?

— Ту, что пропала? — Эгрейн чуть нахмурил брови. — Нет, простите, я не могу помочь с её поисками. Важной информацией я не располагаю.

— Я спрашивал не об этом. — Артур наклонился вперёд, опираясь локтями на стол, как иногда делал Утер. — Я знаю, что она хотела прийти к вам с каким-то вопросом, у девушки были жалобы. На что она жаловалась?

Эгрейн снова похмурился, уведя взгляд в сторону. О чём-то подумал и пожал плечами. Картинка того дня чётко отпечаталась у него в памяти. Теперь он удостоверился в важности услышанного сумбура из уст Авилы.

— Простите, Ваше Высочество, но я не припомню записанных жалоб от служанки двух леди. До пропажи она не посещала канцелярию.

— Уверен? — Артур поднялся на ноги, подавляя раздражение. — Может, ты не заметил? Может, стоит опросить всех подопечных тебе писарей?

— Не имеет смысла, Ваше Высочество. Я читаю все документы прежде, чем поставить печать или сдать в архив. Если увижу что-то, обязательно сообщу Вам. — Понимая, что Артур может начать догадываться, Эгрейн решил, что лучше уйти. Он снова поклонился и медленно шагнул назад. — С вашего позволения.

Оказавшись в коридоре, Эгрейн поправил бархатный воротник и немного постоял на месте, чтобы убедиться, что принц не потребует его вернуться. После чего медленно пошел по пустому коридору. Он понимал, что Артур думает о том, что сообщила Авила. Что он догадывается, но не имеет ничего, кроме собственных мыслей. Выходит, туз в рукаве Эгрейна действительно очень важен. На встречу стряпчему вышла уже упомянутая Маргарет в сопровождении слуги принца. Парень без стеснения улыбался, словно это был лучший день в жизни Мерлина. Эгрейн и леди обменялись вежливыми поклонами, а потом они скрылись за дверью покоев принца. Эгрейн остановился у лестничного пролёта, глядя на каменные ступени. Он мог разыграть туз прямо сейчас. Либо приберечь на потом. Маргарет избавилась от Авилы, в этом Эгрейн не сомневался, как только на кухне заговорили об отсутствии новенькой. Если он сообщит леди Маргарет о том, что владеет некой информацией… избавится ли она от него? Развернувшись, Эгрейн осторожно подошел к двери и прислушался. Какое-то время было тихо, ни шороха, но уже через несколько мгновений послышался голос принца.

— Почему вы принесли это письмо мне, а не королю?

— Посчитала, будет лучше, если новость о взятии Элдора сообщите вы. — Довольно спокойно ответила Маргарет.

Выходит, поход увенчался успехом. Подслушивать дальше Эгрейн не посчитал нужным. Он быстро развернулся к лестнице и поспешил вернуться на своё рабочее место. Показания Авилы нужно будет перепрятать, возможно даже унести домой и спрятать там. Его беспокоило спокойствие Маргарет. Не просчитается ли он если умолчит такую информацию? Маргарет сама была семечком из которого вот-вот должно было вырасти очень нужное Эгрейну дерево.

***

Запланированная на конец недели поездка не была официальным заявлением народу или праздничной процессией, поэтому собирать людей никто и не подумал. Заранее намеченное событие вызвало ажиотаж только у слуг, которым нужно было паковать вещи не только господ, но и свои. Ведь леди без прислуги не путешествуют. Моргана хотела побывать на могиле отца перед Самайном, она редко бывала там, и Утер не всегда соглашался отпускать воспитанницу от себя. Поэтому и в этот раз он согласился только при условии, что Моргану будет сопровождать стража, служанка и конечно же… подружки. Амелия с Алисой. Моргана решила, что это удачный повод сблизиться с Алисой, в очередной раз оставив Маргарет одну. Однако сама Маргарет летала на крыльях. Увидев очерк Грегори, Утер тоже воспрянул духом. Он представлял, как лорд Канон будет зол, когда всё узнает. И конечно же, Утер пошлёт ему письмо. Извещение, с печатью и гонцом. Нужно выбрать, кого не жалко, ему точно снимут голову с плеч.

Маргарет попросила разрешения поехать в Элдор и лично убедиться, что всё в порядке. Сделать полный письменный отчёт о состоянии деревни, жителей и заодно провести опись ресурсов, которые можно будет уже со следующего лета поставлять в столицу. И Утер разрешил, приставив к ней двух стражей и слугу, что будет заниматься её вещами. Вышло необычное совпадение, которое немного беспокоило подруг. Они уезжали из Камелота в один день, но в первый раз по отдельности.

— Всё будет хорошо, да? — Алиса боялась выпускать подругу из поля зрения, не имея возможности связаться. Можно, пожалуйста, провести хотя бы мобильную сеть в это древнее поселение?

— Уверена, лорд Грегори всё держит под контролем. — Девушки стояли на площади отдельно ото всех, ожидая слуг с лошадьми. Маргарет и правда верила, что, раз лорд считает дорогу безопасной, — так оно и есть. Моргана иногда поглядывала в их сторону, отвлекаясь от разговора с Амелией. Последняя строила трёх ехавших с ними служанок, среди которых была и Гвен. По одной на каждую леди - весьма предусмотрительно. Инструктаж от Амелии был очень важен, она считала, что слуг нужно «воспитывать». Стража с десяток человек безмолвными статуями стояла неподалёку. Сопровождающие Маргарет должны были появиться с минуту на минуту. Она бы выехала после Морганы, так что свита не торопилась.

— Да. Конечно. — Алиса перебирала рукава рубашки, что они вместе с Ритой получили тогда в Элдоре. Не ехать же в красивых платьях. Поверх был наброшен лёгкий летний плащ с капюшоном, скрывающий простенькое одеяние от любопытных глаз. А ещё Алиса сомневалась. Они всё ещё не говорили о том дне, когда в замок попал Мордред. Что уж говорить о ночи пропажи единорога. И честно, Алиса не хотела подставлять себя перед Морганой. Тем более, что это уже не первая тайна, о которой Маргарет не знает.

— Будь осторожней. — Маргарет решила, что прощание не должно быть тяжёлым, и заговорила с небольшой язвинкой в голосе. — Кажется, наша леди намерена выпытать у тебя все тайны.

— О, наверняка. — Алиса хмыкнула, улыбаясь. — Интересно, если я тебя прилюдно обниму на прощание, это сочтут за какой-то акт против правил?

— Хорошо, что меня не сопровождает Артур, он бы устроил допрос. — Маргарет улыбнулась, переводя в шутку весьма серьёзную ситуацию. Вместо объятий, она просто погладила подругу по плечу и перевела тему, чтобы не нагнетать. Они же скоро вернутся и снова будут вместе. — Я говорила с Туком, и он дал своё согласие на женитьбу Гвен. На сколько я могу судить, исходя из писем, Ланселот, — девушка выделила имя голосом, — уже может быть готов сделать предложение служанке. Я попрошу короля дать ему день, чтобы приехать в город ради этого и не нарушать запрет. — Алиса серьёзно кивнула. Нужно было закончить начатое дело.

Цокот копыт заставил девушек обернуться. Ну вот. Теперь они все вместе выйдут из замка, проедут по улочкам города, всё так же вместе выйдут на широкую дорогу и разъедутся в противоположные стороны. И Алису беспокоило то, что они с Ритой также неумолимо расходились в своём отношении к этому времени. Она не могла как-то обосновать это предчувствие. Просто видела, как Маргарет в желании обустроить им будущее здесь неумолимо врастала в прошлое. Взбираясь на свою белую лошадь, Алиса болезненно поморщилась. О Джейке новостей она тоже не знала. Мерлин с Гаюсом оказались слишком заняты, они даже не пересеклись вчера. Рядом пристроилась служанка на серой в яблоках лошади, увешанной с двух сторон корзинками. Алиса оглянулась на замок. Окна ярко отражали утренние лучи, и, что происходило за ними, не было видно. Девушка вздохнула и направила лошадь вперёд к возглавляющей процессию Моргане.

Утер отошёл от окна, лишь когда леди Камелота пропали из вида. Провожать взглядом Маргарет он не стал. Ему и так не стоило при Якове проявлять подобную тягу к созерцанию. Парнишка понимающе отошел в сторону, пропуская короля вперёд, а потом поплёлся следом. Шаги звонко отражались в пустых коридорах замка. Якову не хотелось путаться под ногами у понурого короля. Утер спустился по лестнице к тронному залу и вдруг поймал себя на мысли, что сейчас всё «как раньше». И это самое «раньше» неожиданно показалось ему пустоватым. Снова только он и Артур, который, не имея поручений, тоже сорвётся с места выплёскивать недовольства на диких лесных зверей. Отпустив слугу, король дождался, пока Яков исчезнет, и свернул в сторону каморки Гаюса.

***

Когда голубь принёс послание, Грегори очень удивился, что в Камелоте ещё остался голубь именно сюда, в деревню. Король позволил Маргарет выехать из столицы, чтобы лично удостовериться в успехе. Составлено письмо было неуверенной рукой, либо Утер чиркнул его сам, либо кто-то из грамотных слуг, точно не стряпчие. О том, что леди нужно встретить хорошо, Грегори объявил всем, и селение тут же воспрянуло духом, а больше всех - сельский староста Мэтт. Он по сей день гордился, что когда-то приютил советницу короля и её подругу, возможно, будущую королеву. Всё это смахивало на слухи, чем и являлось, но чему верить, если не сплетням? Сам Грегори с предвкушением представлял, как поведает Маргарет историю их весьма скорого успеха за кружкой эля, вечером, прямо под закатным небом.

Для леди освободили дом, в котором жил одинокий старик. Маргарет бы возмутилась, узнав, что милого дедка переселили в дом дочкиного мужа, но Грегори решил, раз не на улицу, - уже хорошо! А принять благородную леди тут были бы рады многие. Солдаты лорда принесли много историй о леди в красных одеждах, что сама упросила короля о изгнании Канона с этих земель. А ещё они помогали местным отстраивать сгоревшие амбары. Женщины из селения прибрались в доме, принесли туда множество расшитых чёрными с красным нитями полотенец, скатерть, даже где-то откопали подушку набитую перьями, а не соломой. Дымок, с приятной примесью запаха трав, разносился по большой комнате, наполняя её странным вязким воздухом. Грегори следил, как хорошо одетая женщина окуривала комнату, и всё больше чувствовал, как голова тяжелеет, будто от вина. Наматывая сорванную с дуба ленту на палец, он тихо повторял слова незнакомого заклинания. От печи потянуло запахом простенькой каши, а танцующий в солнечных лучах дым извивался узорами. Дверь хлопнула.

— Ваша Милость!

Грегори вздрогнул, чуть не подпрыгнув на лавке, которая прекрасно заменяла кровать. Женщины тут же обернулись на вошедшего мужчину, глядя с укором. Они ещё не всё приготовили, негоже мешать! Но Квинт выглядел очень серьёзным, втягивая воздух глубокими вдохами, он быстро сообщил:

— Часть караула убита, кто-то из пленных бежал.

Все замерли. Сбежал, не страшно, а если наоборот пришел? Женщины, что крутились у печки охнули, взглянули на лорда и, побросав всё выбежали на улицу. Вероятно, решили проверить, всё ли хорошо в их домах. И только самая старшая из женщин, вновь закрыла глаза, зашептав, и продолжила окуривать помещение. Абсолютно спокойная. Грегори встряхнул головой, разум прояснился.

— Уверен? Квинт, я приказывал…

— Я помню, Ваша Милость, — перебил начальник стражи, — Возможно, у Канона был ещё один отряд здесь или дезертиры, которые не пожелали сражаться.

Что-то «ойкнуло» в голове у лорда, холод скользнул по шее, и он вновь поднял взгляд на Квинта.

— Какой дорогой должна была ехать леди Маргарет?

— Нам не сообщали, — Квинт сглотнул, у него не было лишних солдат, чтобы хватило и на караул, и на поиски леди, тем более сразу на двух дорогах. Женщина заговорила громче и быстрее, травы в её руках догорели, и она бросила остатки сухих стебельков в растопленную печь. — Ваша Милость, с ней должна быть стража. Я смогу поставить новый патруль, но не более.

— Я знаю, — Тон Грегори стал неожиданно тяжелее, он нахмурился, что-то обдумал и взмахнул рукой. — Пусть приведут коня. Я поеду на дорогу в лесу, а ты на главную.

— Ваша Милость! — Квинт гаркнул, как делал много лет назад, когда ещё маленький Грегори умудрялся сотворить поистине детскую глупость. — Леди всегда сопровождает стража, а вас…

— А меня Его Величество вздёрнет на площади, если с этой женщиной что-то случится. — Лорд взъерошил кудри, после чего быстро стянул их лентой в хвост — Она нужна мне живой. Где новобранец? Он поедет со мной. — Грегори толкнул дверь. — Не стой! Я сказал, что делать.

Мужчины быстро вышли. Дверь дома захлопнулась, и бормотавшая женщина осталась там одна. И хоть посторонние не смели туда зайти, но хорошо видели в окнах, как она продолжила наводить красоту, словно совсем не волнуясь об услышанных новостях.

***

Большую часть дороги делегация леди проделала в тишине, наслаждаясь звуками уходящего лета и первыми нотами осени. Созерцание занимающихся сменой красок деревьев и опадающих листьев благоприятно влияло на атмосферу среди «подружек» и настраивало на размышления. Моргана не подъезжала к Алисе, ровно так же держась на приличном расстоянии от Амелии. Последняя тоже не выказывала инициативы, прекрасно понимая, какие мысли заняли голову леди Морганы. Амелия лишь изредка кидала взгляды назад, на сопровождающих их слуг и на Алису. Контроль ситуации приносил ей частичку спокойствия. Стражники внимательно осматривались по сторонам. Пусть Элдор и находился от Камелота в нескольких милях, и добраться даже при сильном желании до замка, а тем более до данной тропы, по которой они и ехали, за пару часов невозможно, но это ни разу не разрешало отпускать ситуацию на самотёк. Один из рыцарей поравнялся с леди Морганой, тихо предупредил о потенциально опасном повороте дороги и умчался вперёд на разведку. Его место во главе процессии занял другой страж. Леди Моргана задумчиво проводила всадника на медно-коричневой лошади взглядом, зацепившись за герб. Золотой дракон блеснул в холодном свете дня, безмолвно колыхнулся на красном плаще, словно в реке из крови, и соскользнул в волны плаща, скрываясь. Золотой дракон. Моргана чуть склонила голову, возвращаясь в ночь, когда она смогла спасти две неповинные жизни. Образ седовласого друида чётко предстал перед ней. Не старик, но и не средних лет мужчина. Паутина глубоких морщин у его глаз давно застыла на лице, но живость взгляда и бодрость голоса не выдавали возраста предводителя друидов. Он обратился к ней, как и мальчик, мысленно. И то, что было сказано, укрепило веру девушки в невиновность этих людей. Не они выбирали магию, а она нашла их. И, видя противоположный пример тому кровожадному и греховному образу, что Утер тщательно выстраивал им с Артуром, леди не могла не зажечься надеждой. Ей не хотелось оставлять Мордреда одного, но, убедившись, что она передала мальчика в надёжные руки, Моргана ощутила лёгкость. Там он будет в безопасности. Леди Камелота улыбнулась, вспоминая очаровательные ямочки на его щеках, когда они прощались.

« — До встречи, леди Золотого Дракона. — чётко прозвучал голос седовласого друида.»

Осторожная улыбка исчезла с лица Морганы. Возвращаясь к невозмутимому виду, воспитанница короля повторила обращение. Леди Золотого Дракона. Это было странно. Имя её отца не являлось секретом, как и история появления в замке короля Утера. Если бы друид захотел обратиться к ней со всем почтением, а он так и сделал, то непременно упомянул её отца и статус, как Леди Камелота, но не как Леди Золотого Дракона. Сердце громко билось в груди, заставляя содрогнуться. Алиса назвала Утера её отцом. Это давнее воспоминание огнём разлилось внутри леди Морганы, и она еле удержалась, чтобы не обернуться и не потребовать объяснений сейчас же. Какое дикое предположение. Ничем не подтверждённое. Тогда от чего так трясутся руки? Отчего сердце забилось, словно у маленькой птички? Пендрагон. Перед глазами вновь блеснул герб рода короля. Это не правда. Она всё выдумала. Теперь эта фамилия звучала громом. Моргана мысленно закрылась от той силы, что сочилась сквозь буквы, не совладав с первой волной эмоций, захватившей девушку. Рядом зашумели от ветра деревья. Пожелтевшая трава взметнулась вверх, словно попыталась вырвать свои корни из земли, но тотчас же замерла, тихо опадая назад. Моргана сжала губы, выравнивая дыхание. К ней медленно подбирался страх. Тот самый, глубокий и тёмный, что приходил в долгие ночи кошмаров. В те часы, когда Моргана могла увидеть предстоящее. Но сейчас она не спала, нет. Она едет навестить могилу отца. Высоко в небе стоит стремительно теряющее тепло солнце, а рядом люди, стража, слуги. Леди зажмурила глаза. Ей необходимо успокоиться. Этого не должно случиться здесь и сейчас. Ничего не должно случиться.

— Вы сегодня так молчаливы, миледи. Что-то случилось? — голос Гвен разбил тишину, и Моргана открыла глаза. Громкий и судорожный выдох сорвался с её губ. Поравнявшись с лошадью своей госпожи, Гвен обратилась полушёпотом, но, заметив состояние леди, заставила свой голос звучать ещё тише. — Дышите глубже, госпожа. Вместе со мной.

Моргана ощутила огромное разочарование от невозможности прикоснуться к руке подруги. Той, что всегда поддерживала её в ранние часы ужаса и всегда находила нужные слова поддержки. Единственной, помимо Гаюса, знавшей её секрет. А этот простой жест придал бы леди уверенности, сил. Осознания, что кошмар ушёл вместе с ночью. Но всё же, леди Моргана, не упустила слова Гвен, и дышала вместе со своей верной служанкой. Через пару минут всё прекратилось. Она вновь могла мыслить ясно. Поправив слетевший от усилившегося ветра капюшон и разумно отложив вопрос о Леди на другое время, Моргана подняла взгляд на возвращающего стража. Дорога впереди была безопасна.

Когда лес сменился широкими холмами, покрытыми густой и не тронутой ещё желтизной травой, в окружении редких деревьев, их процессия остановилась. Спешившись, служанки помогли своим леди, рыцари повели лошадей по узкой каменной тропе вверх. Алиса жадно оглядывалась по сторонам, смутно припоминая пейзаж. Шедшая за ней служанка обеспокоено спросила о случившемся. Улыбнувшись и отрицательно покачав головой, Алиса ускорила шаг, почти уткнувшись в спину Амелии. Глубоко из подсознания медленно, словно разворачивающий свои щупальца осьминог, проявлялся сон. Холмы, ветер, трава, солнце. Алиса судорожно перебирала все знаки кошмара, что могла вспомнить, и в ужасе искала их в происходящем.

— Оставьте нас. — голос Морганы разносится по долине с необычайной силой, заставляя стражников замереть. — Дальше мы пойдём одни. Здесь безопасно.

— Леди Моргана, я настаиваю на присутствии слуг, раз своим распоряжением Вы оставили стражу у подножия.

Моргана бросает короткий взгляд на Гвен и кивает в согласии. Амелия, приготовившаяся к спору, резко выдыхает в удивлении. Но тотчас же благородно улыбается в ответ и, складывая ладони на животе, предлагая свой локоть Алисе. В ответ слегка натянутая улыбка, и девушка уже идёт рука об руку с ней. Ещё не поднявшись на вершину холма, Алиса чувствует, как к её затылку бегут холодные мурашки. Отца Морганы похоронили под деревом. В этом не должно быть ничего страшного. Многих оставляют в местах, что легко будет найти. Возводят курганы или сажают растения на могилах. Но отчего же её бросает в ледяной пот? Ответ приходит через пару минут, когда леди оказываются на вершине холма. Мертвец под деревом и руны на камнях. Алиса тихо пискнула, сильнее прижимаясь к Амелии.

Моргана опускается на одно колено возле каменой кладки могильного постамента. Протягивает руку к вертикально стоящему монолиту, гладит длинное туловище дракона, вырезанного в камне линиями и окрашенного красным.

«Если бы ты только мог быть рядом, отец»

— Уверена, он гордится вами, леди Моргана. — не отходившая ни на шаг от своей госпожи Гвен тихо проговорила. Присев рядом, она возложила только что собранные цветы на могилу. Моргана рассеянно улыбнулась своей служанке и подруге. Сколько тепла в этой девушке. И она, не стесняясь отдаёт его тем, кто нуждается в нём. Ветер вновь подул, и её чёрные кудри ринулись за ним в ту же сторону, спадая на глаза. Гвен быстро пригладила их обратно, а Моргана ещё раз убедилась в правильности своего решения на запрет ношения платка для своей служанки. В солнечных лучах её локоны отливали глубоким коричневым цветом. А в сочетании с нежно сиреневым платьем и тёмной кожей самой девушки они так и вовсе кажутся золотистыми.

— Ты надела подаренное мною платье в качестве приданного. — хитрый блеск в глазах Морганы сиял ярче солнца, и Гвен в смущении опустила голову. Её щёки приобрели нежно-розовый оттенок. — Порадуй меня новостью о том, что Ланселот где-то поблизости, и я с удовольствием отпущу тебя к нему.

— Миледи, это было бы счастьем для нас обоих. Но это платье я надела для Вас. Я знаю, как тяжелы были первые дни Вашей жизни в Камелоте, и такие раны долго не могут зажить. И я готова радовать Вас чем угодно. — с этими словами девушка протянула Моргане стебель, усеянный синими колокольчиками. — Нашла его в тени деревьев. Вы позволите? — Моргана улыбнулась шире, позволяя Гвен откинуть её капюшон и вплести в свои волосы цветок. Колокольчик Колокольчик в кельтской культуре приносит защиту и удачу, а также ассоциируется с царством фей, стал завершением образа, придавая больше жизни и нежности чертам девушки.

Амелия молча отвернулась, возвращаясь к руководству служанками, что успели расстелить дорожное покрывало и разложить маленькие подушечки для леди. Это путешествие отняло их силы и время, они устали, так что о скором возвращении речи не шло. Моргане необходимо было провести некоторое время у могилы отца, это было что-то вроде ритуала прощания на зиму. Потом, весной, когда сойдёт снег и земля достаточно окрепнет, она вновь посетит его, но уже с приветствием. Сейчас же они могли остаться здесь на пару часов, набраться сил и только после вернуться к лошадям, начиная свой путь обратно. Всё это Амелия объяснила Алисе в самом начале их путешествия. И теперь, прислушиваясь к словам и иногда поглядывая на девушек, обе леди отдавали приказы. И если для Амелии это было рутиной в те дни, когда Моргана соглашалась с королём взять её с собой, то Алиса пыталась заглушить всё нарастающую панику. Она раз десять сама поменяла расположение дорожных подушек, каждый раз обосновывая это «не сочетанием цветов» и «тонкой художественной натурой». Но вот подушки заняли свои места, и девушке ничего не оставалось, как перебирать рукава рубахи, в ожидании.

Идиллию разрушил крик, доносящийся с подножия. А после звон метала об метал оповестил леди о том, что на них напали. Моргана быстро поднялась с места, подбежала ближе к краю и увидела происходящее. Гвен тенью оказалась рядом. Около десятка мужчин напали на их стражу и успешно теснили их к деревьям.

— Уходим, быстро. — не собираясь дожидаться, когда нападающие поднимутся на холм, воспитанница короля двинулась в противоположный край.

Алиса судорожно вдохнула. Ну всё, приплыли. Вот и те самые они. И теперь уже она, подхватив за локоть Амелию, поспешила за Морганой. Она же знает дорогу, верно? Служанки, перепуганные происходящим, побросали корзины с вещами и бросились вслед за своими леди, то и дело оглядываясь назад. Однако беда не осталась позади. Навстречу им поднимались двое. Приставленная к Алисе служанка завизжала, и мужчины подняли вверх головы. Лица их озарила улыбка, не сулящая ничего хорошего. Моргана схватила Гвен за руку и потянула в сторону. Зажатые со всех сторон, девушки не представляли, как смогут отбиться, не имея защитников рядом или хотя бы оружия. О последнем больше сожалела Моргана, тихо проклиная воспитание леди и отсутствие меча на поясе, и Алиса, что не отказалась бы сейчас от хорошей сучковатой ветки. Девушки бросились вниз с холма, увеличивая расстояние между поднимающимися к ним разбойниками, что неумолимо шли на сближение. Холм здесь оказался крутым на столько, что им приходилось прикладывать немало усилий, для того чтобы не упасть.

Алиса бросила взгляд в сторону и заметила, как поредели ряды их стражи. На подошве холма бездвижно лежало несколько тел в красных плащах, когда нападавшие потеряли лишь двоих. Рядом вновь взвизгнула служанка, немного оглушая Амелию, и бросилась вперёд, совершенно не смотря под ноги. Алиса оглянулась. Всего в нескольких десятках шагах от них появились мужчины. Чёрт. Девушки бросились вниз ещё быстрее, рискуя сорваться. Моргана вела их в лес, запоздало отметила она, когда они вместе вышли на каменистый склон. Бежавшая впереди служанка споткнулась, зависла в воздухе на пару секунд и кубарем покатилась вниз. Алиса на секунду зажмурилась, когда девушка с громким треском ударилась головой о камень, а после безжизненной куклой продолжила падение. Только не так, только не так, только не здесь, не сейчас. Сморгнув слёзы, она заставила себя смотреть под ноги. Когда Моргана с Гвен скрылись в первых деревьях, Алису что-то дёрнуло назад, выкручивая руку. Отчаянный вопль Амелии громко ударил по ушам, заставляя пошатнуться и оглушённо посмотреть на девушку. В миг кровь заледенела. Леди Амелия плача поднялась в воздухе, удерживаемая короткостриженым мужчиной с чёрными глазами. Настолько чёрными и глубокими, что Алисе почудилось, словно свет вокруг померк, а сердце остановилось. На неё накатил животный страх, страх расстаться с жизнью. Повинуясь инстинкту, она со всей силы выдернула свою руку из пальцев Амелии, и бросилась на утёк, скрываясь в лесу. Где-то впереди раздался ещё один крик. Кажется, это была Гвен.

***

Вздрогнув, Алиса чуть выглянула из-за дерева. Даже находясь на большом расстоянии от поляны, она боялась лишний раз шевельнуться. Сколько она ещё пробежала, девушка не знала. Зелень так и кружила у неё перед глазами, а потом она остановилась, вслушиваясь и стараясь отдышаться. Кровь громко гудела в ушах, наверное, поэтому она не сразу услышала шаги.

— Куда собралась? — он всё же еë настиг. Черноглазый крепко схватил Алису за запястье, разворачивая к себе и впиваясь пальцами в плечо. — Красивая. Стоила той пробежки. — рассматривая лицо и волосы, хищно улыбнулся он, игнорируя сопротивление девушки.

Сердце Алисы ушло вниз, а сама она словно смотрела на всё происходящее со стороны. Окружение двигалось медленно и плавно, будто в каком-то неторопливом фильме. И еë тело двигалось отдельно, как будто ей не принадлежало. Выученные в юности движения самообороны, над которыми пришлось попотеть и не раз оказаться в проигрышном положении, легко дались сейчас. Нога стремительно поднялась, сразу же ударяя в самое уязвимое место мужчины. Тот издал кашляющий вздох, согнулся, но рук не разжал. Следующим на очереди оказался нос разбойника, что так удобно оказался напротив. Алиса поднырнула вниз, ударяя мужчину головой. Громкий хруст прокатился по всему еë телу, и девушка понадеялась, что это не еë кости, но даже если так, то отступать она не намерена. Он издал громкий вой, смешенный с яростью, и наконец отпустил Алису. От неожиданности или не опытности на такого рода сопротивление еë соперник не был готов ответить. Всего лишь секундная фора и девушка использовала её, бросаясь в сторону. Однако мужчина оказался не один. Привлечённый борьбой его напарник заметил еë и, громко ругаясь, пришёл ему на помощь. Немедля, Алиса бросилась дальше в глубь. Поднимая подол платья, перепрыгивая корни и пни, подгоняемая вошедшими в азарт мужчинами, она судорожно петляла меж деревьев, словно заяц-русак. Легкие уже начинали гореть, а погоня всё продолжалась, несмотря на окрики их вожака, доходящие словно из-под воды. Или ей это уже кажется? Погоня только распаляла преследователей, и с каждым поворотом голоса мужчин становились всё громче и ближе. Один из них начал смеяться, и этот смех больше походил на лай крупной собаки, а еë спасение - на организованную охоту. Сдерживая себя мыслями, что если она будет бесшумной, то сможет оторваться, Алиса находила в себе силы не скулить от страха и отчаяния.

— Беги, беги, зайчик! Так даже ещё интересней.

Впереди стеной выросли кусты и не имея другой возможности обойти их, девушка бросилась вперёд, что стало ошибкой. Юбка, даже собранная, цеплялась за всё, а оголённые корни были плотно увиты колючими стеблями ежевики, что сковывала ноги. Алиса замедлилась.

— Дразнишь, плутовка, сама хочешь!

— Поймаем - по кругу пойдёшь, всех обслужишь.

Мужчины вновь разразились хохотом, а Алиса, замельтешив, споткнулась. Тело разом похолодело, ярко представив озвученную разбойниками картину. Только не это. Молнией пронеслось в голове, стоило ей упасть на колени. Замëршая земля больно впилась в ладони, раздирая кожу. Игнорируя боль, девушка отпружинила от земли и, вырывая колючий кустарник с корнем, бросилась дальше в плотный еловый лес. Юбку пришлось отпустить, чтобы раздвигать мохнатые ветви. Качаясь, они плотно смыкались у Алисы за спиной. Голоса затихли, но тяжёлый топот сапог да хруст хвои, говорили о продолжающейся погони. Алиса почти расплакалась. Да что вам от меня надо? Исчезните, провалитесь, потеряйтесь! Сердце бешено билось у самого горла, отдавая горечью. Несколько веток ударили еë своими смолистыми лапами, и только сейчас Алиса заметила пропажу платка. Может, он остался где-то в кустах, а может в начале ельника. Натянутый плащ стелился по веткам, тормозя, но отцеплять и его, не имея при себе какой-либо ещё верхней одежды, было нельзя. Неизвестно, сколько ещё ей нужно будет пробегать в этом лесу, может, до самой темноты. И только он сможет хоть как-то укрыть еë ночью. Заведя руки за спину и подтянув плащ ближе к телу, Алиса услышала загнанное дыхание.

— Зайчик. — хриплый рык заставил девушку взвизгнуть и броситься влево, подальше от голоса. Но и оттуда послышалось сопение да хруст веток под сапогами.

Нет, нет, нет, нет. На глаза навернулись слëзы и Алиса вновь бросилась петлять среди ëлок, беря всё больше и больше правое направление. Сколько продлился этот бег, она не запомнила, Алисе показалась, что она сразу же выскочила из ельника на поляну. Казалось ветер проходил сквозь лëгкие, расползаясь по всему телу самостоятельно, а заледенелые пальцы и ставшие ватными ноги перестали слушаться. В глазах появились тёмные пятна. Боги, да спасите меня кто-нибудь! Хоть кто-нибудь… Даже чудовище. Алиса продолжала бег, не различая дороги, лишь стараясь издавать как можно меньше звуков: шуршания одежды и своего почти закончившегося дыхания. Она бежала назад, надеясь, что собьëт преследователей со следа, постоянно оглядываясь. Не поняли они ещё, куда она подевалась? Они же не выскочат следом именно сейчас, да? Пробежав так ещё несколько метров, Алиса снова оглянулась, оступилась, нога влетела под какой-то корень, и вывернув лодыжку соскользнула вниз. Из груди вырвался булькающий хрип вместо крика. Глиняный утёс казался огромной горой в то растянувшиеся мгновенье. Все внутренности в миг заледенели и сжались, когда Алиса поняла, что никак не касается земли. А после был первый удар, выбивающий весь воздух из еë тела. Девушка покатилась вниз, не сразу сообразив, что нужно сгруппироваться. Вновь зависнув в воздухе, Алиса закрылась руками и подтянула ноги от усыпанного корнями да камнями утёса. В лицо больше ничего не летело, но спиной она собрала наверное дюжину острых камней. Один врезался в ребро, оставляя горящую метку, второй отбил колено. Только бы уцелеть. Попискивая при каждом повороте, как какая-то резиновая игрушка, Алису пронзила острая боль прошедшая от локтя к плечу. Ещё один переворот и хруст. Девушка лишь успела вдохнуть, прежде чем провалилась куда-то в темень. Кусочек неба мелькнул где-то далеко, а потом она почувствовала сильный удар, наконец останавливая полёт. Глаза закрывались сами собой, а тело слишком устало, чтобы продолжить борьбу. Горячей волной Алису накрыла усталость.

***

— Эту не трогать! — прижимая брыкающуюся Гвен к себе, остановил наëмника, собравшегося схватить девушку за волосы, слепой на один глаз старик. — Велено привести живой и целëхонькой.

Нападавшие собрались на подошве холма, совсем недалеко от места сражения со стражей Камелота, и теперь внимательно осматривали свой улов. Несколько мешочков золота, оружие, пару корзинок с провизией и разбавленным вином. Что ж, будет чем закусить в дороге. И конечно же, цель их нападения — леди. Планы они им конечно попортили, сбежали, но почти всех удалось поймать. Служанок они вычислили сразу, по одежде и головным платкам. Но парочка заставила их сомневаться и попытаться захватить всех.

— Не похожа она на леди Моргану, — хватая служанку за лицо и осматривая со всех сторон, перебил того рыжебородый, — Совсем зрение потерял, старый. Черна как ночь, не отмоешь.

— Я слыхал, таких на юго-восточных берегах продают. Мавританок. — поддержал второй разбойник, привязывая лошадей к длинной, лишившейся коры ветви.

Ещё двое обирали мёртвых стражников, снимая с них последнее. А самый высокий, с шрамом у виска взвалил на лошадь лишившуюся чувств леди Амелию. Выжившая служанка молитвой повторяла это имя и тянулась к девушке, дрожа, как молодое деревце на ветру. Оставалось поймать лишь новую любимицу короля.

— Чёрный волос. Богато расшитое платье, красный плащ. С описанием сходится.

— Да ты взгляни на неë по ближе. Неужто лорд решил поразвлечься с прислугой в обход жены? Никто не без греха, конечно, и когда рядом красавица, отчего бы не взять своë? Но признавать «бастарда»? Был бы парень, ещё куда ни шло, но это девка!

— Леди Моргана, неотëсанный ты му… — звонкая пощёчина разрезала воздух, а голова Гвен так сильно отлетела в сторону, что могло показаться, словно еë свернули. Выжившая служанка громко взвизгнула, закрывая лицо ладонями, и зашлась в рыданиях.

Багровый след мужской ладони уже явственно проступал на лице Гвиневры. Перехватив девушку другой рукой, старик с размаху ударил кулаком в челюсть рыжебородому. Тот зашатался, поднял налитые кровью глаза, но устоял на ногах. Заведя руку для ответного удара, мужчина не сдвинулся с места. Вовремя заметившие потасовку другие мужчины в миг оказались рядом, удерживая его с обеих сторон.

— Ещё раз ты тронешь еë без разрешения, и я велю скормить тебя собакам. А если уж так не втерпëж вставить, то вон, — старик криво усмехнулся, указывая ладонью в сторону задавленной светловолосой служанки. — Можешь спустить в неë, пока ещё тëпленькая. — Мужчины разразились хохотом.

— Всё! — басисто пророкотал старик, перекрывая смех. — Повеселились и хватит. Собирайте, то, что осталось, и возвращаемся. Лорд Канон больше не станет ждать.

«Какая удача, парни»

Лес казался тихим и приветливым. Проезжая по протоптанной тропинке, Маргарет чувствовала некую тоску. Даже приятную. С этой тропы началось их путешествие, их новая с Алисой жизнь. Листья шелестели под лёгким ветерком, сухие травинки и ветки хрустели под копытами лошадей. Впереди ехал один из стражей, второй позади. Чудо, насколько сейчас эта дорога выглядела безопасно. Въехать в Элдор на коне, в красивом платье, в сопровождении стражи Маргарет жуть как хотелось! И побыстрее. Она помнила, как их восприняли в прошлый раз, если бы не Мэтт и Линет, они бы точно не продержались и суток. Чтобы не тащиться со скоростью гружёной телеги, Маргарет приняла решение разделиться. Отправив слугу с телегой по широкой дороге в обход, а сама со стражей свернула в лес. Так быстрее. Со слов Утера, на дорогах сейчас не должно было быть разбойников. Всё лето, помимо прочих дел, Камелот занимался истреблением организованных грабителей, и Маргарет не боялась за сохранность вещей.

К началу второго часа пути становилось скучновато. Девушка развлекала себе медитативным созерцанием переливов солнечного света, пробивающегося лучами через листву. Наблюдением за птицами, шмыгающими от дерева к дереву, разглядывала резные листья и высокие крапивные кустики вдоль дороги. Начинало клонить в сон, стража попалась неразговорчивая, и на вопросы мужчины отвечали чётко и односложно. Скучая по наушникам и музыке, Маргарет вздохнула, прислушавшись к тишине. Но птицы не пели, они вдруг затихли и затаились. Понимая, что это плохой знак, Маргарет открыла глаза и обратилась к страже, уточняя, всё ли хорошо. Со слов сопровождающих причин для беспокойства не было. Впереди что-то зашуршало, словно кто-то шел им на встречу. Только не по тропе, а как бы сбоку. Маскируя следы в траве. Испугавшись, Маргарет оставила лошадь. Шум становился отчётливее и ближе. Стража выступила вперёд, приготовившись хвататься за меч. Будь там человек или зверь, это всё же опасно для советницы короля. Однако лучше бы это был дикий кабан или иной голодный зверь. На встречу леди вышли трое мужчин, они знали, что встретили не простую селянку и попытались окружить внезапных попутчиков.

— Какая удача, парни. — Проговорил один из них, немного сгорбленный, бородатый и с перебинтованным предплечьем. Стража обнажила мечи, сообщая, что лучше не приближаться и идти своей дорогой. Но трое нападавших только мерзко засмеялись. Они выглядели потрёпанными, имели наспех перебинтованные раны. Маргарет чуть не вскрикнула, когда увидела у них на одеждах вышитые перекрещенные мечи. Точь-в-точь как на пауке во сне.

Ничего не стесняясь, нападавшие начали приближаться, стражники отчаянно выставили вперёд мечи, но запал этих бывалых мужиков пугал даже тренированных служителей замка. Маргарет сглотнула ком и предприняла попытку защититься себя сама. Места для манёвра на лошади не было, нужно было бежать на своих двоих.

— Вы не знаете с кем связываетесь! Я — леди Маргарет, советница короля Утера Пендрагона. — Не уловив и малейшего изменения в глазах нападавших, она запнулась и продолжила. Правда уже не так уверенно. — Если со мной что-то случится, он найдёт каждого из вас и повесит.

Снова смех. Теперь уже более угрожающий. Имя короля ничего для них не значило. Стражники наконец собрались с духом и, спрыгнув на землю, кинулись на двух противников, стоящих поблизости. Началась заварушка, и Маргарет посчитала, что лучшего момента не будет. Она попыталась спрыгнуть, но подол платья запутался в стремени, и девушка с возгласом рухнула на землю, сжавшись. Тот самый бородатый с раненой рукой тут же кинулся к ней, намереваясь схватить. Но лошадь, испуганная, поднялась на дыбы и опустила копыта на землю, задев нападавшего. После чего скрылась в зарослях леса. Мужчина взвыл от пронзившей его боли, и Маргарет, поднявшись на ноги, смогла вырваться вперёд.

Она бежала, подобрав подол платья, стараясь не задевать кусты и не спотыкаться о торчащие корни деревьев. Пейзаж перед глазами смешался в единое зелёное полотно, она слышала шаги за спиной, понимала, что кто-то вырвался и гонится за ней, но не рискнула оборачиваться. Дорога была прямая и нужно было предпринять что-то. Воздух кончался, делать вдохи становилось всё сложнее, а паника и страх не давали мыслить рационально. В какой-то момент Маргарет показалось, что она может свернуть с тропы и спрятаться среди деревьев. Возможно, если догоняющий потеряет её из виду, то она сможет добраться до деревни и попросить помощи у Грегори. Маргарет не знала, насколько деревня далеко и услышит ли кто-то, если она позовёт. Глубоко вздохнув, словно в последний раз, она нырнула в заросли кустарника.

— Куда? — Послышался хриплый голос за спиной, и Маргарет поняла, что удивила своего преследователя. Он тоже устал и запыхался, а значит, всё ещё может сработать. Платье цеплялось за ветки и сухие стебли, платок слетел с головы оставшись где-то далеко в ветвях, волосы предательски лезли в глаза. Через несколько мгновений шорох за спиной усилился. Маргарет чувствовала, что устала и замедляется, но ничего не могла поделать.

Ей было страшно, больно от хлестающих тело ветвей и не понятно. Дороги не было, заросли казались абсолютно одинаковыми. Свернув куда-то в очередной раз, Маргарет прыгнула за широкое дерево и прижавшись к нему спиной, попыталась отдышаться. Ноги дрожали, всё тело била мелкая судорога. В уголке глаза мелькнуло что-то чёрное. Она повернулась в надежде увидеть кого-то, кто может помочь, но не смогла разобрать силуэты. Там люди, это главное. Маргарет уже хотела кинуться им на встречу, не важно кто, главное, что они могут помочь. Но тут её сильно схватили и оттолкнули. Не удержавшись на ногах, Маргарет упала на землю, уткнувшись носом в траву. Всё тот же мужик с бородой развернул её одним быстрым движением и навис сверху, зажав рот ладонью. Маргарет принялась размахивать руками и ногами, пытаясь скинуть его с себя. В какой-то момент она успела укусить мужчину за руку и тот фыркнул, на мгновение отпустив девушку, чтобы оценить степень урона. Это позволило сделать ей ещё один вдох.

— Грегори! — Выкрикнула она, в отчаянной надежде, что её услышат. Нападавший расценил это за высшую степень наглости и замахнулся, чтобы нанести удар. Маргарет зажмурилась, испугавшись горящей в его глазах ярости, и, кажется, закричала. А в следующую секунду тяжёлое тело рухнуло на неё. Мужчина захрипел, не шевелясь, и в нос ударил отчётливый запах свежей крови. Маргарет замерла, не смея даже открыть глаза. Как вдруг тело словно толкнули, и умирающий разбойник перевалился на бок, упав на землю.

— Вы в порядке?

Голос показался Маргарет знакомым, и она широко распахнула глаза. Если бы она верила в чудеса, то решила бы, что случилось именно такое редкое чудо. Лорд Грегори воткнул в землю окровавленный меч и протянул девушке руку. Он выглядел сильно обеспокоенным, и Маргарет подумала, что в столь простом жесте как протянутая рука крылось желание быстрее убедиться в том, что он не опоздал и с ней действительно всё в порядке. Маргарет схватила протянутую ладонь и поднялась на ноги. Колени всё ещё дрожали, и она не слишком уверенно стояла на земле. Грегори крепче сжал руку, хотелось подхватить Маргарет на руки и увести как можно скорее. Но он не знал, не напугает ли это её ещё больше. Немного постояв и отдышавшись, они наконец решились посмотреть друг другу в глаза. Отпустив руку Маргарет, лорд сделал шаг на встречу и потянулся к её волосам, чтобы убрать запутавшиеся в них травинки. Этот потрёпанный вид ему даже чуть-чуть нравился. Маргарет казалась неидеальной, но такой искренней и эмоциональной. Глядя на подрагивающие губы и ресницы, Грегори с трудом мог удержать себя от смелых фантазий, неожиданно возникших у него в голове.

Вместе они вернулись к поляне, где случилось нападение. Стражники поняли, что не уйдут из переделки без выговора, когда заметили взгляд, которым Грегори их одарил. Вложив все пережитые эмоции, лорд высказал стражникам всё, что думает о их неудаче в одном единственном деле. После чего приказал развернуться и возвращаться в замок, чтобы самостоятельно доложить о неудаче. Он знал, стоит тем пересечь ворота, как все почувствуют неладное. Понимая, что наказание последует тяжёлое, Маргарет остановила их. Она напомнила лорду, что стража выдана ей и распоряжаться ими может только она. Не питая особой симпатии к неудачным защитникам, она боялась нервировать короля. Утер мог не так расценить случившееся и поднять всех на уши. Пусть лучше идут и помогают слуге с вещами.

— Я не понимаю вашей благосклонности к ним. — Покачал головой Грегори, ему было слегка обидно, что его приказ прервали и нарушили.

— Простите, мне не хочется, чтобы в Камелоте поднялась суета. — Маргарет наконец нашла в себе силы пригладить волосы и отряхнуть платье, насколько это было возможно. — Зачем Утеру беспокоиться ещё и обо мне? Особенно теперь, когда я с вами. — Она улыбнулась, легонько, словно не знала, как Грегори отреагирует. Но тому очень даже понравилось. Оруженосец лорда подвёл к нему чёрного коня, и Маргарет поняла, что именно этого зверя видела среди листвы. Парнишка оказался очень смелым, держался ровно и нисколько не стеснялся ни лорда, ни леди. Учтиво кивнув, он посмотрел на Маргарет и поинтересовался, как выглядела лошадь, на которой ехала леди.

— Ты собираешься её найти?

— А… — Оруженосец чуть растерялся. — Конечно, как только будет возможность. А сейчас, если пожелаете, можете взять мою лошадь.

Возвращение в Элдор выдалось совершенно не таким, как ожидалось. Почти все жители деревни вышли на улицу, стоило коню лорда Грегори появиться. Все уже знали, что он поехал встречать леди Маргарет, и хотели посмотреть на заплутавшую иностранку, что так близко подобралась к королю. Деревенские выстроились вдоль дороги, каждый у своей калитки. Они присматривались к сидящей на светлой лошади женщине и надеялись, что им ничего не будет за излишнее любопытство. Мэттью вышел вперёд, единственный, кто выглядел действительно дружелюбно. Линет вышла следом за мужем, но остановилась в нескольких шагах позади. Она приложила руку к животу, глядя на девушку, что когда-то помогла устроить ей собственное счастье. Прогнав с дороги мешающихся кур, Мэтт остановился, глядя на лорда и леди так, словно видел перед собой все семь чудес света одновременно. Он поклонился, протянул руку Маргарет, и та, приняв помощь, спустилась с лошади на землю.

Трава зашуршала под ногами, отзываясь каким-то родным шепотом. Воспоминания первого дня, хоть и были окрашены паникой, сейчас вызвали нежный трепет. Забыв о правилах, Маргарет взглянула на сельского старосту, оценивая, как он изменился. А потом не удержалась и потянула к нему руки. Когда мужчина замялся, не зная, как себя вести, она шагнула и обняла его на глазах всех присутствующих. Грегори нахмурился, не понимая такого внезапного прилива чувств. Заглянув за спину Мэтта, она увидела Линет и улыбнулась ей. Захотелось сесть и посплетничать, узнать, как сложилась жизнь. Однако, Грегори возник рядом и тоже подал Маргарет руку, этот жест был выученный и строгий, как делают все лорды.

— Вам стоит отдохнуть после дороги, я провожу. — Маргарет осторожно вложила свою ладонь в его и почувствовала, как он сжал её пальцы. Осторожно шагнув вслед за Грегори, Маргарет бросила взгляд на Линет. Та вдруг изменилась в лице, довольная чем-то, она скрестила руки на груди, провожая леди взглядом.

Оказавшись в прибранном просторном доме, Маргарет порадовалась наличию стола и широкой лавки. В её положении это была не просто «рабочая командировка», но и отпуск. Возможность отдохнуть от Морганы и Артура, от мельтешащего Якова и даже от короля, при всём уважении. Оглядевшись, довольная Маргарет обернулась. Здесь, в украшенном полотнами и травами доме, ей легко дышалось. После пережитого испуга, хотелось именно такого — закрыться в добротном доме и никуда не ходить. Оставаться здесь, под защитой Грегори и Мэтта. Вздохнув своим мыслям об отдыхе, Маргарет наконец решила заговорить с лордом, что всё ещё стоял у входа, облокачиваясь на дверной косяк.

— Интересно, когда доставят мои вещи? — Маргарет бросила взгляд на окно, пытаясь что-то рассмотреть в маленьком мутном оконце. — Его Величество поручил многое сделать здесь. Могу я рассчитывать на вашу помощь?

— Конечно. Всё что пожелает король. — Грегори улыбнулся. — Но, думаю, вы пережили нападение и не хотите сегодня приступать к работе. Леди Марагрет, Утер хочет много, а чего на самом деле хотите вы?

Видя, как радостно Маргарет обняла сельского старосту, как улыбалась, заходя в дом, он подумал, что это не плохой шанс. Ведь впервые она так искренне радовалась всему вокруг, не контролировала лицо, не прятала улыбку от чужих. Да и сам Грегори после битвы, после похорон солдат, после гонки по лесу хотел провести день спокойно. Маргарет немного задумалась, заглядывая в своё сознание, в тот его уголок, который уже много дней требовал чебупели и чипсы, жуть как хотелось открыть запачканную в масле картонную коробку и насладиться запахом пиццы с грибами. Забраться под одеяло, откусить кусочек острого куриного крылышка и услышать заветное «В предыдущих сериях». Всё это было спасением для Маргарет после тяжёлого дня на учёбе или на подработке. Мечтательно взглянув в потолок, она честно призналась:

— Хочу пиво в пластиковом стакане и картошку.

— Пиво в чём? — Грегори почти засмеялся. Он был уверен, что девушка его дурит, кидаясь словами на родном языке. Понимая, что сказала больше чем хотела, Маргарет, постаралась перевести тему. Она подошла ближе к мужчине, заглянула в его глаза, искра в которых восхищала своей живучестью. Она стояла напротив, пока Грегори улыбался и ждал ответа. И Маргарет поняла, чего ещё хочет. Протянуть руку и дотронуться до его кудрей. Почувствовать тёмные волосы между пальцами, и в ту же секунду мотнула головой. Наверное, пережитый шок сказывается на её рассудке. Решив, что нужно приводить мысли в порядок, она оставила вопрос без ответа.

***

Вечер наступил быстрее, чем обычно, в деревне не жгли факела, как в коридорах замка, а длинные летние дни пошли на убыль. Селяне с наступлением темноты разошлись по домам, зато успели перенести все вещи новой гостьи в дом, накормить лошадей и ошарашенного слугу, который был уверен, что ему очень повезло. Ведь он не попал в засаду вместе с леди. Днём Мэтт отправился делать опись населения, в его обязанность входило записать дом, количество проживающих и сколько из них не работоспособные дети. Правда с критерием не способных к работе детей возникла проблема. В сёлах ребёнок мог работать с момента, как научился ходить. Сначала он мог помогать полоть огород и кормить кур, потом пасти животных, собирать урожай, позже мог выйти в поле и далее. У Маргарет глаза на лоб лезли от того факта, что детства здесь, в привычном понимании, нет от слова совсем. Она знала об этом из исторических сводок, но видеть своими глазами — это совсем другое.

— И так… — Маргарет оторвала от бумаги перо, которое всё ещё не очень хорошо ей поддавалось, и пробежала глазами по тексту. Писать при свете всего двух свечей было тяжело, хотелось больше света, хотя бы большого окна с лунными бликами. — Вы остановились в доме Дженнетт, разместили солдат, перевели переговоры с Сендредом. Послали ему двенадцать шкур животных, одиннадцать золочёных кувшинов, восемь… лорд Грегори, я что-то упустила?

Маргарет заметила, как лорд расплывается в довольной улыбке. Они сидели напротив друг друга за столом. Свет от свечей оставлял резкие тени на их лицах, превращая рабочий процесс в сонный и медлительный. Грегори подпирал голову рукой и наблюдал за тем, как чернила оставляют очередное пятно на пальцах леди. Он никогда не видел женщин с пером в руках, если та не колдовала. А ещё он никогда не видел, чтобы женщина так упорно выполняла работу, которую обычно поручают стряпчим. То, что Маргарет виделось банальной бумажной рутиной, воспринималось мужчиной как нечто необычное, за чем хочется понаблюдать. Он исполнил пожелания своей дамы в беде. На столе, помимо бумаг, стояла большая тарелка варёной картошки и кувшин с пивом. В деревне с таким проблем не бывает. Кружки, правда, деревянные. Но что такое «пластиковый» лорд сам себе пообещал обязательно выяснить.

— Нет. Вы записали всё, что я говорил. — Грегори был рад поучаствовать в сборе информации и, довольный собой, делился подробностями. Он уже представил, как будет в красках описывать сражение, сначала даме, потом королю, а потом ещё брату Туку.

— Ладно. Это оставим на завтра, я хотела ещё привести в порядок списки. — Маргарет устало потёрла глаза, а потом протянула руку к стопке криво исписанных листов, покрытых пятнами от чернил. — Боже Правый… Так, по предварительным данным, в деревне много матерей-одиночек. Мужчин прилично, но неженатых тоже немного. В основном, это люди до семнадцати лет. Нужно будет как-то пополнить население… придумать что-то.

— Почему вы обнимали сельского старосту? — Лениво покачав кружку в руках, Грегори задал вопрос, перебив ход мыслей Маргарет. Потом дал ей немного времени, чтобы сформулировать ответ. На самом деле он думал об этом весь день.

— Когда мы только пришли, Мэтт приютил нас с Алисой. Мы помогли ему жениться, а рубашки, одну из которых я надела под платье, сшила мать Линет. Та женщина, у которой остановились вы. Можно сказать, Мэтт спас нас, а мы его.

— Ммм… так вот о чём говорила Джиннетт. Она сказала, что дочь вышла замуж без её разрешения. — Грегори немного задумался, отставив кружку и начал бережно собирать со стола бумаги. Маргарет попыталась ему помешать, но листы были быстро собраны в стопку и отложены в сторону. Мужчина выдвинул чашку с картошкой на середину под хмурый взгляд Маргарет и вернулся на своё место. — Выходит одного спасителя вы наградили объятьями, а меня не удостоите даже совместным ужином?

Маргарет тихо засмеялась, понимая, как наверное странно это всё выглядит в глазах Грегори. И правда, он нашел её посреди леса, спас от бежавших солдат. Да и Грегори не Утер, а значит проблем быть не может, верно? Приняв вопрос мужчины за намёк, она встала со своего места и обошла стол. Остановившись прямо на против лорда, она с такой же лёгкой улыбкой протянула к нему руки.

— Простите… — Местное пиво крепким не было, но на секунду Грегори усомнился в своём рассудке. Ему же кажется? Нервно взъерошив тёмные кудри, он чуть нахмурившись, не сводил взгляд с силуэта Маргарет. Подмечая, как длинные зелёные рукава спадают с изящных рук.

— Без вас в замке было скучновато. — Наверное это сойдёт за «я скучала». Маргарет действительно настолько свыклась с мыслью, что Грегори обитал на этаж выше, к нему можно было зайти в конце дня, разделив кружечку эля. После того, как он уехал, Маргарет ощутила легкий ветерок одиночества. Алиса была рядом, но она уже успела обрасти своими делами и питомцами. Маргарет разбирала письма, отвечала на прошения и очень, очень много волновалась. Она бы не сказала, что успела хорошо узнать лорда. Но ей хотелось.

Помедлив, Грегори поднялся на ноги, и в его карих глазах блеснуло отражение свечи. Подрастеряв смелость, что с ним случалось редко, он осторожно протянул руку вперёд и замер. Его пальцы почти коснулись шва на платье, он слышал легкий мятный аромат и не мог понять, что не так. В этом мире нет девушки, которую он бы побоялся обнять. Тем более в глухой деревне, в тёмном доме, без свидетелей и с задёрнутыми шторами. Вздохнув, он шагнул вперёд и почувствовал, как Маргарет сама медленно обнимает его. Она чуть приподнялась на носочках, смыкая руки за его спиной и при этом не сильно прижимаясь. Для неё это было чем-то лёгким, что Грегори решил не стеснять себя. Осторожно проведя ладонью выше, он остановился на уровне её лопаток, решив, что так объятья будут достаточно безопасными. Если это играло какую-то роль. Уже через секунду, довольная Маргарет отступила назад, оставив мужчину в полной растерянности. Он ведь… не успел даже… С чувством выполненного долга, она сообщила, что теперь и сегодняшний герой награждён объятьями и они могут вернутся к ужину. Обойдя стол, она запричитала, что ничего не успеет. Что ей нужно работать усерднее.

— Вы очень красивая. — Возвращаясь в рассудок, выдохнул Грегори, садясь на своё место.

Маргарет замолчала. Грегори вновь сидел подпирая голову и допивая своё пиво. Он сказал это, словно это что-то простое. Увидев, как Маргарет замерла, словно статуя, он выпрямился, наполнил их кружки и пододвинулся чуть ближе. Маргарет хлопала глазами, которые в темноте казались очень выразительными, и пыталась понять, не послышалось ли ей. И улыбка лорда вместе с осоловелым расслабленным взглядом говорили, что нет. В тишине было слышно, как в печи похрустывали дрова, а на улице тихо свистели странные ночные насекомые. Но интересовал Маргарет только человек напротив, которому удалось в миг выкинуть все мысли из её головы. Почему? Она слышала это раньше, так почему не может собраться?

— Спасибо. — Наконец проговорила она, на этот раз не позволяя себе улыбку.

— В Цинтре все девушки такие смелые?

Маргарет покачала головой. Грегори был первым человеком во всём королевстве, комплемент от которого прозвучал искренне. Не любезно, не из необходимости, и это грело душу. Прогнав туман из головы, Маргарет вернулась к ужину, беседа поплыла простая и незамысловатая. Сначала лорд рассказывал про сражения, про то, как вывез из деревянного замка награбленные припасы, там речь плавно перетекла к брату Туку. К тому, как блуждающий монах попросил ночлега в доме лорда в обмен на отпущение грехов. Узнав, что хозяин Ашдауна — язычник, он попытался толкнуть речи о истинном Боге, но получил в ответ шутку и кружку эля. На что монах пожал плечами, пошутил в ответ и потребовал к элю закуску. А позже лорд-язычник понял, что иметь друга-монаха очень удобно, никто не ткнёт в тебя пальцем с криком «колдун», если рядом семенит некто в мантии и с крестом. Ведь будь брат Тук фанатично верующим, он бы побрезговал даже сидеть с лордом за одним столом.

Мысль быстро увивалась одна за другой, а пиво кончалось. В какой-то момент, Маргарет сняла с головы металлический обруч, придерживающий причёску и спросила, как Грегори познакомился с Квинтом. Ей хотелось спросить про семью, но что-то подсказывало, Грегори не готов делиться столь ценными воспоминаниями даже с самим собой. Зайдя с другой стороны, она надеялась на искренность и получила её. Грегори не растерялся, в красках описывая тренировки с деревянным мечом, которые начались где-то лет с шести. Рассказал, как Квинт смеялся, когда будущий лорд поскальзывался на песке и падал или как громко рыкал, если мальчик замирал на месте, отвлекаясь от урока. Тогда рык наставника пугал Грегори, и он думал, что Квинт может превратиться в волка, если будет не доволен учеником. Позже Грегори научился шутить, орудовать железным мечом, сражаться с щитом и без. В конце он признался, что так и не освоил лук. Зрение у него хорошее, но целиться толком не научился, из-за отсутствия желания и свалившихся на его плечи обязанностей. Говорить о том, как умер отец Грегори не хотел, поэтому, пригладив усы, поинтересовался, остались ли у леди вопросы.

— Не-а. — Маргарет думала, что этот вечер никогда не закончится. И ей казалось, ночь бесконечна. — Всё, что я могу сказать, так это… Я рада, что дорога привела меня в Камелот.

Грегори вспомнил, как не хотел принимать приглашение Утера и как всю дорогу мысленно жаловался на обязанности.

— Теперь я тоже этому рад.

***

Стража подхватила гонца под руки, несмотря на попытки сопротивляться, посланника, что принёс дурную весть, выволокли из малого тронного зала. Древняя и весьма распространённая традиция. Его протащат волоком через коридоры замка, выпихнут на задний двор и обезглавят. Быстро и без лишних свидетелей. Стоило дверям закрыться, как кубок полетел в сторону, громко напевая своим железным голосом при каждом ударе о каменный пол. Разбавленное вино длинной дугой пересекло расстояние от стола до стены и больше походило на выплеск крови из артерии, чем на напиток. Яков инстинктивно сжался, удерживая свои ноги на месте. В этот раз ужасную новость принёс не он, но гнев короля было сложно недооценивать. Припомнив, как его чуть не удушили в королевских покоях, Яков решил не отсвечивать. Утер упёрся кулаками в стол, тяжело дыша. Его дыхание напоминало вырывающийся рык загнанного в тупик зверя. В этот раз лорд Канон превзошёл сам себя, как казалось королю. Выстроенная вокруг Маргита оборона оказалась бесполезна, лорд и не подумал выдвигать войска. Он, как сидел в своём порту, так и сидит. Получив известие о том, что Утер распорядился захватить Элдор, а Сэндред не планирует вмешиваться, Канон даже не попытался поддаться гневу.

Он выслал отряд, в который вошли разбойники с большим стажем. Лорд щедро заплатил за то, чтобы они скрытно подобрались к Камелоту и нанесли Утеру точечный ощутимый удар. Слухи о привязанности монарха к леди Моргане и гостье из дальней страны дошли и до Маргита. Выбор жертвы был очевиден. Большую ставку Канон сделал именно на воспитанницу короля, все остальные попались разбойникам в довесок. И никто их не заметил! Они следили за замком, следили за маршрутом Морганы, пока та не остановилась у холма. И Утер понимал, что они не могли работать без сообщника. В его замке водилась мерзкая крыса. Но ещё больше его волновало, что разбойники могут сделать со взятыми в плен леди. Если их увезут в Маргит, весны ждать будет нельзя. Война неизбежна.

— Он посмел сообщить мне! — Не выдержал король, громко возмущаясь наглостью бывшего вассала. — Прислал гонца, без требований. Глаз за глаз. Пусть будет! Я вырежу его глаза собственными руками, если хоть кто-то…

— Ваше Величество, — Гаюс не повёл даже бровью, сохраняя вид человека, что уже нашёл решение данной проблемы. — У нас также нет вестей от леди Маргарет. — Лекарь не боялся подливать масло в огонь.

Король поднял на Гаюса взгляд, полный ненависти. Зная, что Маргарет и Алиса поехали разными дорогами, он даже не подумал о советнице. Но теперь казалось, что ему не просто нанесли оскорбление, не просто забрали самое дорогое, а публично продемонстрировали беспомощность короны. В груди словно что-то вспыхнуло, он мог бы начать извергать огонь, как дракон. В тронный зал ворвался Артур, с обеспокоенным лицом, он тут же сообщил, что готов отправиться на поиски. Принцу сообщили новость сразу, как гонец оказался в коридоре. И он уже был готов бросить клич всем своим рыцарям.

— Отправите в Маргит голубя. Скажите Канону, что я приду за его головой. — Прошипел король, выслушав сына. — Артур, начинай поиски. Забери стражу, если нужно. И пусть проверят дорогу в Элдор тоже.

— Да, отец. — Принц, получив необходимое разрешение, уже готовился повернуться и уйти. Как вдруг его догнал голос короля, уже не такой воинственный, как секунду назад.

— Найди их живыми.

Всего на пару мгновений в глазах короля скользнул страх, окрасив короткую реплику трепетом и беспокойством. Артур кивнул, слова были не нужны, он полностью понимал отца и сам боялся за жизнь Морганы и других леди. В первую очередь он будет искать её, но даже несмотря на недоверие и вражду, он не хотел бы увидеть трупы Алисы и Маргарет. Когда он вышел из тронного зала, в его мыслях возник образ Гвен, которая поехала следом за госпожой. На секунду он представил её напуганные глаза и сам не понял, почему так много внимания уделил образу служанки. В планировании и стратегии он был хорош, так что найти людей, которые выполнят определённые функции, принц сможет быстро. Осталось не опоздать и не дать увезти девушек за стены чужого замка.

Под предлогом передачи приказа, Яков выскользнул из тронного зала, мальчишка и правда собирался пойти к стряпчим и передать приказ отправить в Маргит голубя. Он испугался, что замок лишится сразу всех леди разом, что небывалый удар по репутации самого короля. Люди запаникуют, если король не может защитить своих женщин, как он собирается защищать народ? Это понимал и Утер, и лекарь, оставшиеся в зале одни. Они стояли молча, Гаюс ждал, пока Утер усмирит свои эмоции хотя бы немного.

— Это полноценный предлог, — старый лекарь рассуждал сдержанно, как опытный политик, который не шибко любит свою работу. — лорд Канон объявил Вашему Величеству войну. Если рыцари найдут всех леди быстро, это нарушит его планы, возможно, он не захочет ждать до весны. Нужно предупредить о возможном смотре войск.

— Я не хочу ждать до весны, Гаюс. — Король опустился на один из стульев, приближаться к трону ему не хотелось. Чувствуя, как возраст давит на плечи, никакая злость не даст ему провести ночь в седле, исследуя лес и окрестности. Мчаться несколько часов на бешеной скорости в погоне за похитителями. Хорошо, что есть Артур, полный жизни и энергии. Бессилие добавило к обиде горечи, и мысленно Утер начал ругать уже себя, нельзя было позволять себе стареть. Он расслабился, подумал, что, раз сын вырос, можно отдать себя переговорам и бумажным отчётам. — Этот варвар тронул мою семью.

Свой отряд Артур собрал меньше, чем за час. Несмотря на ночь, коней также подготовили быстро. Слухи неясными перешёптываниями начали ходить ещё с вечера, когда на глаза рабочим попался неубранный труп казнённого гонца. Артуру пришлось приложить не мало усилий, делая вид, что всё в порядке. Что прогулка леди Морганы запланированно длинна и она не должна была вернуться к закату. В этом в немалой степени ему помог Мерлин. Принц не мог точно сказать, что сделал его слуга, но шепот прекратился, и замок вошёл в своё обычное русло. Последняя новость не успела разнестись по замку среди оставшихся на ночь слуг, и принц рассчитывал использовать данное преимущество. Ещё с вечера Эгрейну было дано срочное распоряжение отобрать проверенных слуг, что молча выполняли поручения и не имели тяги поболтать за кружкой эля.

Стряпчий покорно кивнул и растворился в темени коридоров, приступая к распоряжениям. Артур намеревался продлить неведение всех жителей до тех пор, пока не вернёт леди в замок. Мерлин и тут оказался как нельзя кстати. Сегодня он был расторопным, даже не пытался шутить. Лишь спросил о вещах, которые необходимо было взять с собой. Стражу Камелота Артур не созвал. Они не могли сравниться с его рыцарями. Может, позже он сможет выделить пару часов на тренировку для караульных. Нельзя дать повториться случившемуся.

Город они покинули стремительно и тихо. Один из рыцарей с парой солдат под покровом темноты свернули на дорогу к Элдору, а часть, возглавляемая самим Артуром, поспешила в противоположную сторону. Все приказы были озвучены за сборами, как и рекомендации к действиям. Щадить похитителей и брать их живыми Артур не был намерен. Они преодолели уже половину пути, когда наткнулись на первые слабые следы. Схваченные ночным морозом, они покрывали друг друга, указывая о маршруте. Конница Морганы шла вперёд, а те отпечатки копыт, что перекрывали и смазывали предыдущие, вели назад и исчезали в лесу. Отправив половину своего отряда по следам, Артур поехал дальше. Ему необходимо увидеть место похищения своими глазами, забрать мёртвых и раненных, если они есть, и надеяться, что среди них нет женщин.

На холмистой равнине было тихо и темно. Старый месяц не показывался с заката, прячась за облаками, и ничто не могло осветить им долину. Лёгкий стук копыт лошадей не мешал вслушиваться в окружение. Артур не ожидал засады, но готовился к ней, если Канон совсем потерял страх и оставил ещё один отряд. Бледные тела они обнаружили среди камней. Их просто свалили в одном месте избавив от бремени сапог, плащей и металла. Артур не приближался к мертвецам, внимательно осматривая местность с холма. Всё указывало на то, что основное сражение случилось внизу, не затрагивая могилу. Значит, есть шанс, что леди могли сбежать. Здесь, на холме, наёмники тоже успели порезвиться, и судя по отсутствию принадлежностей для пикника, похитители не оставили без внимания и вещи леди. Забрали даже подушки, вероятно для продажи. Артур презрительно фыркнул. Один из стражей громко окликнул принца. Спустившись, Артур сильнее сжал челюсти. Под трупами мужчин лежала белокурая девушка, платок и платье которой было изорвано. Принц прикрыл глаза глубоко вдыхая морозный воздух. Это не Моргана. Не Алиса и даже не леди Амелия. Но застывший ужас в уже помутневших глазах девушки и неестественно вывернутая шея, заставили кровь Артура вскипеть с новой силой. Если Канон хотел нанести ещё больший урон Камелоту и Утеру… Нет. Думать об участи захваченных девушек он не хотел. Просто знал, что загонит лошадь до пены у рта, но догонит негодяев и не позволит белой пелене накрыть его глаза и разум, когда кара падёт на их головы.

Нашедшего служанку солдата он подозвал к себе, отправляя в Камелот с приказом привести сюда телеги. Всё же стража замка ему понадобится. Солдат кивнул, влезая в седло, пока принц подзывал остальных. Артур увидел всё, что хотел, и не намерен был терять больше времени. Он ещё раз взглянул на девушку, заставляя запомнить всё в деталях. Запомнить, и не дать повториться этому в своём королевстве. Они покинули поляну под глухое уханье совы.

Передвигаться по лесу пришлось медленней. Кони могли споткнуться о корни и кочки, вырытые зверьём. Усложняли путь и молодые деревья с кустарниками. Та тропка, по которой ушли наёмники, была еле заметной в ночи, однако отряд упрямо продвигался вперёд. Лошади обеспокоенно фыркали, чуяли ночных хищников, всадники, уже привыкшие к тьме леса, внимательно всматривались в окружение. До владений лорда Канона пару дней пути, если давать лошадям отдых. К сожалению, этого времени у них не было, и отряд старался в краткие сроки догнать похитителей, не загнав коней. Через некоторое время тропа расширилась, превращаясь в заброшенный тракт. Пришлось покружить на нём, вновь находя след. Сэр Герайнт, что возглавлял рыцарей, ушедших в лес, ловко вёл своих людей, не оставляя следов. На пару мгновений, Артур разрешил себе порадоваться за качество проделанной работы.

Проезжая гордо стоявший тис, чьи ягоды даже в ночи горели красным цветом, лошадка Мерлина тихо заржала, чем-то обеспокоенная сильнее прежнего. Слуга быстро успокоил её, не прекращая крутить по сторонам головой. В этом спасательном марше он тенью следовал за принцем, никак не выдавая своего присутствия. Становится похожим на Якова. Артур отразил данную мысль воображаемым щитом, словно меч противника. Нет, со слугой отца Мерлин точно не имел ничего общего. Такого же мальчишку он не потерпел бы рядом с собой. Впереди раздался звон вытаскиваемого оружия и ржание. Артур пришпорил своего коня, бросаясь вперёд. Рыцари последовали за ним. Нагнали? Так скоро? Однако металл стих, послышались взволнованные голоса. Когда принц приблизился на достаточное расстояние, чтобы увидеть всадников, он смог различить их. Они догнали отряд сэра Герайнта. Рыцари, в таких же красных плащах, как и ягоды тиса, кружили вокруг ещё одной фигуры стоявшей на земле. Словно призрак, вся в светлом, без плаща и со спутанными чёрными локонами, перед ним предстала леди Моргана.

***

Она лежала на чём-то мягком, через веки бил движущийся свет, а пространство заполнял тëплый воздух. Ни голова, ни тело не болело от падения. Она чувствовала себя вполне здоровой, что не могло не радовать. Всё обошлось. Лёгкое потрескивание дров добавляло уюта, и Алиса подумала, что ничего плохого не случится, если она полежит вот так ещё пять минуток. Здесь так хорошо. Хоть плед и был слегка жестковат да и пах совсем иначе, не как дома, но манил таким желанным теплом. Поленья громко щëлкнули, потянуло смолой. Бабушка наверняка готовит на кухне что-то из семейной кулинарной книги, а она, Алиса ухмыльнулась, вспоминая дурачливые прозвища, которыми еë награждала любимая родственница, до сих пор валяется на диване. Глубоко вздохнув, девушка сладко потянулась.

Приятное напряжение вибрациями расползлось по всему телу заставляя с наслаждением издать стон. Диван неожиданно надулся горкой и Алиса соскользнула вниз, наконец-то открывая глаза. Сонная пелена спала не сразу, но когда девушке удалось сфокусироваться, она озадаченно заозиралась. Земляные стены, исперщлëнные корнями растений, куполом окружали еë, а свет затмевал поистине гигантских размеров шерстистый зверь. Осознание происходящего отставало на пару секунд, и она пропустила тот, момент, когда зверь развернулся. Судорожно вдохнув, Алиса поползла назад и очень быстро наткнулась на стену. Бежать было некуда. Почуяв страх, зверь медленно поднял крупную голову, шумно принюхиваясь. Свет исходивший из-за его силуэта очерчивал чёткий профиль медведя. Алиса в ужасе застыла, осознавая, что происходит. Спасаясь, она провалилась в медвежью берлогу. Зверь коротко рыкнул, поднимаясь на всё четыре лапы, и повернулся в еë сторону.

— Не бойся, — откуда-то позади проговорил мужской голос, — Хозяин тебя не тронет.

Медведь приоткрыл пасть, поднимая верхнюю губу и заводил головой, приближаясь и продолжая обнюхивать воздух вокруг свалившейся гостьи. Когда между ним и девушкой осталось меньше метра, медведь протяжно взревел, но как и заверил голос — не тронул. Полностью заслоняя собой свет, хозяин берлоги стоял на месте, выжидая. Чего, Алиса не могла понять, но это дало ей время, чтобы привыкнуть к тëмному силуэту и различить его черты. Сначала это показалось игрой теней. Алиса мало представляла такую картину, но потом, всмотревшись получше, девушка поняла, что ей не показалось. На месте глаз грозного зверя зияли чëрные дыры. Затягивающим, вечно голодным, вечно пустым взглядом медведь смотрел сквозь Алису, тщетно пытаясь найти. Вдруг, весь напускной образ грозного и опасного хищника сдулся, предоставляя взору другую сторону. Одинокий, потерянный, полный отчаяния и страданий зверь в страхе метался по своему дому ставшему тюрьмой. Оставленный всеми во тьме, не способный найти покоя.

Слëзы сами навернулись на глаза и тоска пронзила еë насквозь, подбираясь к горлу. Алиса быстро проморгалась, стараясь отвлечься, она подняла голову. Сверху не было провала. Словно почуяв это изменение, зверь жалобно зарычал, будто на последнем дыхании, и отошёл, открывая взгляду Алисы сидящего у костра мужчину. Разведённый по полу берлоги, среди старой листвы и пожелтевших веток елей, огонь радостно плясал, выбрасывая в воздух маленькие искорки и рыжим блеском играл в волосах дружелюбно улыбающегося Алана. Он протягивал ей руку. Алиса мгновенно просияла и приняла его приглашение. Устроившись под боком у мужчины, она устало прикрыла глаза. Ей вновь стало хорошо. Тепло лавой разбежалось по венам.

— Счастливица. — тихо проговорил Алан ей в затылок, поглаживая по спине. — Айне действительно на твоей стороне. Кому, как не ей знать, как это тяжело — спастись. Поэтому и помогает. — маг аккуратно отвёл ворот еë рубашки, рассматривая ткань. — И кажется, не только она одна. От кого ты получила рубашку?

Сонно проморгавшись, Алиса перевела взгляд на руку мужчины. Мысли ускользали, а воспоминания роем кружились где-то вдали. Но всё же она попыталась вспомнить. В костре ярко вспыхнул образ танцующей девушки, на голове которой лежал венок. Линет! Сразу же огонь поменял свою форму, преображаясь в раскидистый дуб среди пшеничного поля. Да, это было в Элдоре. А потом огонь чуть померк. Ни чем не выделяющаяся женщина в длинной, как и у всех, юбке стояла перед котлами. Казалось она с кем-то говорила, нет, шептала. Но собеседника не было. Лишь бурлящие котелки да травы пучками развешанные над головой. Силуэт резко выпрямился, словно что-то заметив и огонь мощным потоком устремился вверх, обдавая жаром сидящих. Алан даже не шевельнулся, а Алиса не вымолвила ни слова. Лишь когда огненный водоворот успокоился, он разгладил ворот рубашки, что держал всё это время. Сон словно рукой сняло.

— Вот что мы сделаем, — задумчиво кивнув, Алан плотнее укутал в плащ Алису. От чего-то ей стало лишь холоднее. — Сейчас ты выберешься из берлоги вслед за Хозяином, а как только выйдешь под небо, найди взглядом тис. Красные ягоды его не пропустишь. От него иди в направлении солнца. В это время оно за холмом опускается. Пересечёшь его да на дорогу выйдешь, не потеряешься.

Алиса потеряно оглянулась. Разве от сюда есть выход? Стены плотно сжались кольцом, дыша морозом в еë направлении. Костëр же уменьшался на глазах. Превратившись из добротного пламени в еле тлеющие угли. Панически билась мысль о том, что она не вспомнит дорогу, точно потеряется. Алан надавил Алисе на затылок.

— Тебе нужно проснутся.

Пульсирующая боль огромными волнами, словно бушующий океан, билась внутри еë черепушки, заставляя тело и сознание проснуться. Как и во сне всё казалось медленным и тяжёлым. Зашипев и сморщившись, Алиса попыталась поднять руки, но те саднили снаружи и обрывались нитями изнутри при малейшей попытке напрячь мышцы. Девушка быстро задышала, не способный справиться со своим телом разум в срочном порядке пытался подчинить себе хоть что-то. Ей нужно подняться, продолжить идти. Она не собирается становиться Хозяйкой берлоги. Позвоночник гудел, а рëбра сковывали железные кольца. Господи, просто дайте ей сил подняться. Она обязана вернуться назад, в Камелот. Алисе удалось приоткрыть глаза. Сверху над ней, слегка прикрытая старыми ветками елей зияла дыра в заледенелой земле.

Небо всё так же было бледно-голубым. Маленькое облачко пара быстро выскользнуло из её приоткрытого рта, забирая с собой часть тепла. Сколько прошло времени с еë падения? Алиса с усилием повернула голову ища ещё один выход. Резкая боль в шее помогла взбодриться и прояснить сознание. Алиса начала размышлять. Взбираться по земле вверх она не в состоянии. Легче будет выползти через главный и когда-то единственный вход. Громко сопя, Алиса вновь попыталась подняться. Новая вспышка боли прошла через всë еë тело, отзываясь в каждой кости. Слëзы выступили на глазах. Надо же, в ней ещё осталась вода, не замëрзла. И всë же, с третьей попытки ей удалось сесть.

Делать глубокие вздохи было почти невозможно, а потому, сосредоточившись лишь на одной цели, Алиса подтянула к себе ноги, сгребая листву и ветки. Под ними, в земле чернели корни, что причудливо складывались в линии. Внимательно осмотревшись, Алиса заметила лаз всё в тех же корнях, что сводом держали землю. Не желая терять больше ни секунды, девушка со стоном перевернулась на живот, стараясь сильно не тревожить раны. Ползти было недалеко, но света Алиса не видела. Когда она уткнулась в тупик, со временем земля обвалилась перекрыв выход, девушка готова была разрыдаться от обиды. Ползти назад и взбираться ей не хотелось. В поисках судорожного решения своей проблемы, Алиса шарила взглядом по туннелю, интуитивно зацепившись взглядом за ростом корней. Что-то подозрительно знакомое в них было. А потом мысли застыли. Она ещё раз проследила за движением линий. Где-то они обрывались и продолжались чуть дальше, меняли направление и спиралью обводили проход. Алиса подтянула к себе руку, раскапывая землю возле своей головы. Видимо здесь, глубже, она не успела промëрзнуть и крупными комьями выпадала от движений Алисы. Наткнувшись ногтями на что-то, она расчистила его от земли и встретилась взглядом с пустыми глазницами. То что она приняла за корни являлись старыми костями. Желание выбраться вернулось к ней с новой силой, и, уже копая вперëд, Алиса судорожно призывала себе на помощь Айне и Алана.

***

Второго вечера в Элдоре Маргарет ждала как офисный работник субботу. И чтобы ожидание не было навязчивым, она плотнее погружалась в работу, делая всё гораздо быстрее, чем планировала. Пятилетку в три года, или какой там был план у советских рабочих? Мэтью сдал в руки леди последние рукописи и сослался на дела. Приближалась осень, за урожаем действительно следовало следить. Теперь он был ставленником не лорда-узурпатора, а самого короля Утера, и люди лучше шли с ним на контакт. Преисполненный собственной значимостью, он даже спросил Маргарет, нельзя выписать в Элдор священника. Правда, тёща быстро дала ему понять, что слухи о Великой Чистке ещё живы и никто не хочет, чтобы деревня погрязла в доносах и ложных казнях. Расстроенный староста пожал плечами, но против селян не пошел. Линет, на удивление, этому тоже порадовалась, прямо в присутствии леди похвалив мужа за сообразительность. Подсчёт селян закончился очень быстро и Маргарет переключилась на сбор жалоб. Принимались только весомые, например, отсутствие переправы через близлежащие реки, ремонт жилища или раздолье преступников. Ни один из жителей деревни не упоминал про магию, и Маргарет мысленно выдохнула, радуясь, что Утеру не придётся иметь дела с язычниками на только что приобретённой земле.

— У меня есть план. — Грегори начал разговор первым. Как только на деревню спустились сумерки, он постучался в дом Маргарет и занял уже привычное место за столом. — Я говорил с королём перед отъездом, он почти согласился. Хоть и будет это отрицать ближайшее время.

Весь день лорд был занят. В первую очередь тем, что не попадался Маргарет на глаза. Вчерашний разговор он закончил на интригующей ноте, пообещав леди исполнить мечту, и хотел, чтобы эта мысль достаточно промариновалась в голове собеседницы. Он осмотрел деревянный замок, отдал несколько распоряжений о том, как можно укрепить стены, ворота и изгородь. Они с Квинтом пытались продумать оборону деревни в их отсутствие, нужен был кто-то из бывалых солдат, кто сможет остаться здесь на какое-то время.

— Когда пыталась заговорить об этом, Утер счёл, что я выпила слишком много вина. — Маргарет недовольно поморщилась. Где-то в Камелоте её ждало первое жалование, а она уже планирует такой крупный бизнес. — Ваш статус помешает вам заниматься подобным. — Она начала разливать эль, сегодня напиток был полегче, чтобы их не клонило в сон так быстро. Весь ужин лежал на плечах Марагрет, но она по привычке попросила Линет приготовить что-то и оставить до вечера. Девушка даже показала, как можно хранить еду так, чтобы она не остывала.

— Статус придворного прелюбодея? Нисколько! — Грегори широко улыбнулся, заглядывая в свой стакан. — Или что там обо мне говорят теперь, после того, как я напал на служанку?

— Прям придворного? — Маргарет передразнила его, коверкая слово а потом немного засмеялась. — Видимо, вы решили задержаться в столице.

— Очень-очень надолго. — Грегори немного облокотился на спинку стула, не сводя с девушки глаз. — Перейдём к делу. Вы хотите открыть свой собственный… дом увеселений. Король может поддержать эту идею и дать вам разрешение заниматься подобной деятельностью, не теряя статуса при дворе только в одном случае. Если у него будет благоразумный предлог. Я предлагаю себя в качестве вашего соратника. Поделим поровну.

— Ни один мужчина в Камелоте не захотел бы делить что-то с женщиной поровну. — Сладкое варенье из лесных ягод немного отдало кислинкой на языке. Маргарет не хотела, но всё же ожидала подвоха.

Грегори демонстративно вздохнул, немного закатывая глаза. Сравнила муху со шмелём. Романкоин может и не захочет, а вот он, совсем другое дело. Да и выгода не только материальная! Если подумать, деньги для Грегори вообще не играли роли, у него их было достаточно для достойной жизни, а вот обзавестись роскошным борделем на зависть всех гостей, это было интересно. Будет что внукам рассказывать! Нельзя их только военными историями баловать. А потом, это же столько информации. Видела Маргарет данную перспективу или нет, но лорд точно знал, если к ним начнут захаживать богатые придворные — он будет самым осведомлённым человеком во всём королевстве.

— Маргарет, то, что я скажу, важно. Пододвинетесь ближе. — Он поставил локти на стол и опираясь на них, потянулся вперёд. Маргарет последовала его примеру, заинтригованно ожидая. Сегодня они снова встретились в свете свечей и Грегори видит маленькое отражение пламени в её тёмных глазах. Он опускает взгляд на малиновые губы, стараясь не задерживать взгляд слишком долго. — У Его Величества есть мечта. Давняя, проедающая душу. Мы можем пообещать ему эту мечту.

— Как вы пообещали мне мою? — Полушёпотом произносит Маргарет, задорно приподнимая брови. Кажется, будто она поймала его, освоила правила игры. Перейдя на тот же шёпот, Грегори добавил, что власть не только на земле, но и на море, вот чего действительно желал Утер. Пронаблюдав за движением губ лорда, Маргарет незаметно прикусила кончик своего языка, чтобы не перебить собеседника. Шепот, в котором вязнет смысл слов, смешанный с запахам лесных ягод, дурманил лучше мёда. И Маргарет почувствовала, как в душе разлилось что-то убаюкивающее и доброе. Светлое и очень давно забытое. Грегори замер, видя что Маргарет явно его не слушала и легонько улыбнулся. Тёмные кудри закрыли половину его лица плотной тенью. Нет, они оба оказались в ловушке друг друга. И так далеко от чужих глаз.

— Ваша Милость! — Деревянная дверь ударяется о стену, отдаваясь глухим стуком. Маргарет вздрогнула и поднялась на ноги. Так можно и умереть от испуга.

— В закрытые двери принято стучать. — Недовольно проговорил Грегори, глядя на своего оруженосца. — Что случилось?

— Магия… — Парень, смущённый своим внезапным вторжением, немного попятился к открытой двери, за которой виднелась совершенно пустая, покрытая ночным мраком, улица. — Кто-то колдует.

Холод вернулся. Маргарет чувствовала его почти всегда. Взяв себя в руки, она немного нахмурилась, мысленно возвращаясь к статусу королевской советницы.

— Проводи нас.

Выйдя на улицу, парень указал рукой в сторону самого богатого из домов и Грегори мысленно напрягся. Это дом, в котором он остановился. Маргарет тоже почувствовала неладное. Дом родителей Линет. Нужно проверить. Когда они вошли в избу Джиннетт, женщина готовила. Она стояла спиной к дверям, мерно помешивая что-то в котле. Разложенные рядом травы и корни, что ещё можно было найти по осени, рост которых являлся неестественно острым и крючковатым, были направлены ко входу, в ожидании прихода чужих людей. Ещё три маленьких котла медленно парили содержимым среди разложенных ингредиентов. Маргарет неуютно поёжилась, физически ощущая ледяной холод от содержимого котелков. Иррациональный страх почти завладел ей. Девушка даже сделала пару шагов назад. Грегори же в восхищении обводил дом взглядом, впитывая всё происходящее. Секунду назад он выглядел обеспокоенным, а теперь? Маргарет передёрнуло. Разве он не почувствовал тоже самое? Однако напоминание, что она не одна, заметно снизило градус накатившего испуга, и девушка вернула взгляд на мать Линет.

Изобразив привычное хладнокровие, она присмотрелась к котелкам. Они кипят, стоя на полу, без костров и подогрева… как? Джиннет отвлеклась от своих дел, медленно обернувшись. Сейчас она казалась намного более старой, чем обычно. Возможно малое количество света подчёркивало морщины. Теперь, когда сделала шаг в сторону, Маргарет поняла, что рано сделала выводы о Элдоре. Над шестком печи была подвешена отрубленная заячья голова, кровь с которой всё ещё капала. На шестке стояла тарелка, в которую и капали багровые капли. Маргарет думала, что видела многое, но сейчас ей захотелось выйти на улицу и позвать стражу, чтобы женщину арестовали и доставили ко двору. Желая проверить, нет ли на улице кого-то из солдат, она перевела взгляд на окно и вздрогнула.

Женский силуэт укрытый знакомой шалью скользнул вдоль забора и пропал, как видение. Маргарет была уверена что ей не показалось. Прозрачная фигура появилась всего на секунду, но этого хватило чтобы Джиннет наконец прервала молчание.

— Скольких бы тебе не пришлось убить, ты никогда не забудешь первую.

— Что? — Маргарет не смогла сложить мысли в одну смысловую цепочку. Откуда она знает? — Вы сказали…

— Тише, — Грегори, прибывающий в непонятном для девушки трепете, поднёс к губам палец и умоляюще посмотрел на неё. Он явно понимал, что происходит или догадывался, и это возмущало напуганную Маргарет. Пусть объяснит!

Женщина, стоя у печи, продолжила:

— Увидев вас впервые, я поняла, что ваша дорога вымощена чужими бедами. Вы начали с моей дочери, отобрали её у меня и отдали этому увальню. Она должна была стать женой кузнеца, уехать в город и родить четырёх дочерей. В них должна была пробудится сила и продолжиться моя власть. Они бы прославили мой род и продолжили его. Но теперь она родит сына, в котором нет моей крови.

— Линет может сама выбирать, как жить. — Хмурясь, проговорила Маргарет, чувствуя, как её пальцы сжимает тёплая ладонь лорда Грегори. И приняла это за поддержку.

— Керидвен. — Спокойно, будто обращаясь к королеве, проговорил Грегори. Он смотрел на женщину серьёзно, прогоняя с лица восторг. Он взял себя в руки, чтобы произнести это имя с уважением.

Женщина приподняла бровь, явно довольная тем, что её узнали. Черты её лица изменились, теперь это точно было заметно. Она стала худее, чуть выше и куда старше. Грегори оказался достаточно внимательным, чтобы сравнить вышивку на своих одеждах и на одежде старухи. В цветочной вязи прятались руны. Сейчас, несмотря на полумрак, Маргарет тоже отчётливо видела их и на занавесках, и на платках старухи, и на котте мужчины. Вспомнив то, что читала ранее, она мысленно стукнула себя по лбу, как она не заметила раньше? Нежные чувства отвлекли её от истины. Довольная старуха отступила от печи, открывая обзор на тарелку, с каплями крови. Она произнесла что-то и Грегори, вновь преисполненный уважением и восхищением, склонился перед хозяйкой дома в низком поклоне.

Растерянная и возмущённая, Маргарет зажмурилась. Поклон, который Грегори адресовал матери Линет, она сочла за шаг в сторону. Несколько минут назад, она была счастлива рядом с этим человеком, мгновение назад он сжимал её руку, а теперь… за секунду оказался на другом, как ей показалось, берегу мироздания. В магию Маргарет не верила, но не могла объяснить происходящее иначе. Призрак мелькнувший за окном, руны на одежде, кровь, капающая в чашу. Вязкое чувство, с которым Маргарет жила с момента приезда в Камелот, вернулось и снова окутало душу. Она вспомнила рассказы Алисы о драконе, исчезнувшую посреди зала ведьму, грифона у стен замка, ненависть и отвращение, с которыми Утер говорил о магии.

— Это колдовство. — Произнесла Маргарет, холодно и чётко. — Теперь Элдор принадлежит Камелоту, а закон королевства запрещает использовать магию. — Она перевела взгляд со старухи на Грегори и добавила, — а также сотрудничать и покрывать колдунов. Я буду вынуждена сообщить королю.

С этими словами, она вышла на улицу, в прохладный ночной воздух. Её уже не беспокоил призрак Авилы блуждающий по прихоти ведьмы. А только то, что, достигнув желаемого, она обрела врага, которого не понимала. Плетясь по пустой улице, она видела лишь легкий туман, что тянулся по земле, как снежная позёмка. Вернувшись, она станет не просто гостьей, а советником, который подсказал королю как вернуть долг, а заодно разоблачил ведьму. Стоит послушаться Мэтта и выпросить у короля разрешение привести сюда священника. Может быть, отдать этих людей в руки брата Тука. На подходе к дому, Маргарет обернулась, увидев силуэт лорда. Он вышел следом, с небольшой разницей, и сейчас пытался догнать Маргарет.

— Попытаетесь отговорить меня, Ваша Милость? — Переступая порог дома, Маргарет потянулась к свечам, ей хотелось больше света. Она принялась зажигать их по одной от почти догоревшей старой.

— Я знаю, что ваше уважение к Утеру… — Грегори было начал издалека, но потом захлопнул за собой дверь и заговорил быстрее, эмоциональнее и открыто. — Керидвен сказала, что однажды окажет короне услугу. Если ты сообщишь королю о ней, сюда придут солдаты с факелами, они сожгут её на костре, прямо у дуба, чтобы видела вся деревня. На глазах у беременной дочери.

Маргарет набрала воздуха. Она знала, какие последствия ждут ведьм и как подобное может сказаться на жизни деревни.

— Я не скажу о вас, но лгать королю о большем не смогу. — Маргарет поставила свечу и отвернулась. — Нам и так о многом приходится умалчивать!

— Сможете. Не в первый же раз! — Грегори шагнул к ней, протягивая руку, словно для рукопожатия. Маргарет чувствовала, как сердце сжимается. Она должна выбрать, но не хочет. Она надеялась, что война отвлечет короля от Цинтры, что их с Алисой обман погрязнет под слоем государственных дел и со временем никто о нем не вспомнит. Она хотела быть честной с королём в остальном. Если бы здесь не было лорда, она бы не задумывалась о судьбе старухи.

— Мне следует вернуться в столицу. — Маргарет потёрла лицо руками.

— Что вы скажите? — Грегори не отступал. Он стоял напротив и всматривался в глаза Маргарет. — Или… чего хотите за молчание?

— Боже Правый, — Тяжело выдохнув, Маргарет почувствовала волну разочарования. Он пытается её купить? — У вас на меня больше, чем у меня на эту ведьму. Если я хотя бы намекну королю, о том что видела, вам ничего не помешает выдать меня. Вы скажете, что ошиблись берегом, что приняли за Цинтру другое королевство. И я умру вместе с этой старухой.

— Вот что вы думаете. — Грегори терял остатки терпения. — Что я собрал людей, устроил спектакль, подкупил половину порта, убил служанку только ради того, чтобы посмотреть вашу казнь! Не слишком ли длинная дорога до эшафота?

— Я не знаю! — Выкрикнув, Маргарет отвернулась, закрывая глаза. Сейчас она почти ненавидела его.

На лице лорда скользнуло сомнение. Вид Маргарет, потерянный и разозлённый, вовсе его не радовал. Он понимал, что своим вопросом загнал её в замкнутый круг, где она может только кинуться на обидчика и разодрать зубами. Если сможет. А зубы у Маргарет были ещё недостаточно острые. Воспитание твердило, что Керидвен стоит послушаться. Она признала в лорде сильного единомышленника, достойного наследника старой религии и сказала, что ей нужна известность. Нужно, чтобы он поехал и рассказал в своих землях о ней. С другой стороны, перед ним стояла женщина, чья жизнь была плотно повязана с его собственной волей. Гнев короля от предательства заденет всех, он пронесётся ветром по королевству и снимет не один десяток голов. Великая Чистка может вспыхнуть вновь.

— Никто не умрёт. Не из-за меня. — Он медленно опустился на лавку и коротким жестом пригласил Маргарет сесть рядом. — Вы вернётесь в замок, предоставите королю уже написанные отчёты, и мы вместе забудем всё, что произошло здесь.

Маргарет коротко кивнула. Её устремлённый в темноту взгляд перестал выражать какие-либо яркие эмоции. Она могла бы сказать что не будет играть по установленным правилам, но терять союзника вроде Грегори, лорда с армией, было бы необычайной глупостью. У неё нет возможности искать других влиятельных друзей, пока жив Романкоин. Немного помедлив, она согласилась. Пообещала, что ничего королю не скажет. Грегори не выглядел сильно счастливым, напротив, она видела, что где-то глубоко в его голове сидит сожаление. Он бы не хотел оказаться в этой ситуации, не хотел бы этого разговора. Осторожно лорд коснулся пальцами её плеча, но Маргарет даже не дёрнулась. Никак не отреагировав на прикосновение, она лишь уточнила, в силе ли уговор. Грегори понял что нить, связавшая их прошлым вечером, только что дернулась и опасно натянулась. На время Маргарет перестала видеть в нём друга и, вернувшись в замок, снова будет говорить только о деле. Ощутив себя в какой-то степени виноватым, он решил оказать девушке поддержку. Если взглянуть назад, они очень много сделали друг для друга, и ему не хотелось, чтобы воля короля развела их в разные стороны.

— Призрак Авилы был для меня. — Прошло достаточно много времени, пока лорд решился прервать тишину. — Всё в том доме было для меня, вы не должны были видеть.

Маргарет немного повернула голову, её глаза сверкнули, поймав тёплый блик из-за свечей. Взгляд немного подобрел, она знала, что мужчина был причастен к исчезновению служанки, и где-то глубоко в душе не жалела об этом. Она и Авилу не жалела, просто хотела, чтобы все были в безопасности.

— Она первая женщина, которую я приказал убить. — Его голос немного дрогнул. В словах старой ведьмы был и другой смысл, он убьёт нескольких женщин, хоть и будет помнить первую. И это действительно задевало лорда, ведь он даже во время войны не позволял солдатам прикасаться к женам, что приезжали в Ашдаун за телами мужей.

***

Ночью слуг разбудили и оповестили, что нужно очень быстро собрать всё необходимое для возвращения в замок. Ночь Грегори провёл в доме Маргарет, почти не смыкая глаз, поглощённый тяжёлыми мыслями. Возвращаться в дом ведьмы, при всем трепете и уважении, не хотелось. Не хотелось снова встречаться с пронзительным взглядом, пробирающим до мурашек. Однако, как только начало подниматься солнце, он всё же ушел, оставив задремавшую Маргарет одну. Нужно было уйти, хоть просто на улицу, чтобы позже по деревне не поползли слухи о бесчестии леди. После вчерашнего разговора, это последнее что он мог желать для неё. Когда деревня ещё не ожила, утреннюю дрему разогнал звук копыт. В деревню въехали три всадника, один из которых был не просто стражником или солдатом, судя по плащу и оружию, являлся рыцарем. Грегори даже подумал, что видел его раньше. Они спешились, завидев стоящего на дороге лорда. Тот самый рыцарь, встряхнув белесыми кудрями, учтиво поклонился. Маргарет вышла со двора, прикрывая голову и плечи простенькой шалью. Она проснулась от шума, как многие деревенские. Любопытные лица селян уже виднелись в окнах а самые нетерпеливые, включая старосту, выглядывали из-за своих калиток.

Увидев леди, рыцарь, что представился сэром Леоном, выразил свою радость по поводу того, что Маргарет жива и не пострадала. Звучало всё очень формально, но означало что-то ужасное. Не пострадала от чего? Для чего нужно было посылать рыцаря? Подойдя к Грегори, не менее обеспокоенному, она осторожно пододвинулась ближе и взяла его под руку. Мужчина не возражал, не сводя с сэра Леона взгляда, он попросил его говорить быстрее. Вся деревня слушала, как рыцарь со всем положенным почтением и сдержанностью сообщает плохие новости. Похищение сразу трёх леди, включая Алису, звучало неправдоподобно. Маргарет почувствовала, как рука Грегори напряглась, словно он пытался поддержать девушку, что вот-вот рухнет на землю без чувств. И только потом заметила, что все, включая лорда, смотрят на неё. Бледное лицо королевской советницы казалось почти мертвым, когда она подняла голову и шаль соскользнула с головы на плечи.

— Сопроводите меня в столицу, Ваша Милость. — Она обратилась к Грегори и тот быстро кивнул. А потом она перевела взгляд на рыцаря. — Сэр Леон, я благодарю вас за сочувствие и проделанный путь. И прошу присоединиться к Его Высочеству. Поисками должны заниматься все.

Леон опустился в формальном поклоне и ушел. Он вместе со своими людьми быстро покинул деревню. Собственно, Леона радовало, что леди не просила ничего больше, он не планировал задерживаться. Нужно было сообщить принцу хорошие новости. Грегори отступил в сторону и, найдя взглядом среди селян Квинта, приказал отправить несколько солдат на помощь принцу. Пусть они догонят Леона и окажут посильную помощь. Оставшись одна, Маргарет почувствовала, как её щёки краснеют от гнева. Утренний холод словно не касался её кожи. Если Канон лишит её подруги, а короля его любимой воспитанницы, Камелот не будет ждать весны. Маргарет представила, как сама возьмёт в руки кинжал и лишит мятежного лорда жизни. Она понимала гнев, которым Утер был пропитан от головы до кончиков пальцев, и чувствовала, как это чувство заменяет любое другое. Обернувшись, она столкнулась со взглядом старой ведьмы. В привычном для всех обличии, она смотрела на Маргарет, как учитель смотрит на подающего надежды ученика.

— Мы обе получим желаемое. — Проговорила Керидвен и скрылась за забором своего дома.

Столица была погружена в утреннюю рутину, словно ничего не случилось. Люди сновали по улицам, переговаривались между собой и почти не обращали внимание на всадников. Утреннее солнце, уже по-осеннему прохладное, залило дорожки и стены домов. Торговцы предлагали купить последние сезонные ягоды, которых в сентябре будет меньше. По дороге к замку Маргарет не находила никаких признаков паники, а лорд Грегори коротко подтверждал её недоумение. Разве новость не должна была уже разнестись по всему городу? Поднимаясь по лестнице ко входу в замок, Маргарет всё ещё не верила, что её жизнь может измениться. Она была рада, что Грегори ступал за ней следом, не преграждая дорогу и не пытаясь заговорить. Всё, что он сделал, так это заверил в том, что она может рассчитывать на его поддержку. Вместе они пересекли широкий пустующий коридор и зашли в малый тронный зал. Король, находясь в полном одиночестве, походил на тень самого себя. Услышав шум открывающейся двери, он медленно обернулся. Во взгляде, лишённом всяческого буйства эмоций, читается только безразличное: «Ну, хотя бы вы». Маргарет нашла в себе силы поклониться, приветствуя короля, и это вызвало у Утера легкую усмешку. Чуть позже, не дожидаясь разрешения, она подошла к нему, осторожно интересуясь, какие последние новости. Но король только вяло покачал головой, давая понять, что знает меньше, чем хотел бы. Не найдя во взгляде советницы упрёка или осуждения, он протянул руку и коснулся Маргарет, крепко сжимая её холодную ладонь, словно желая удостоверится, что ему не кажется.

— Артур… должен быть королём. — Как можно тише произнёс Утер, чтобы до стоящего в дверях лорда не донеслось ни слова. Он сообщил ей не просто новость, Маргарет понимала, что столь радикальное решение может быть продиктовано только плохим предчувствием. Утер показал ей потаённый угол своей души, признался в своей бесполезности, как правителя. И Маргарет, найдя в себе ещё немного сил, осознала что не готова упасть в яму отчаяния прямо сейчас. Нужно дождаться новостей от принца.

— Когда-нибудь, — она накрыла руку короля своей ладонью. Всем видом демонстрируя, что не винит его в случившимся. — Но ещё очень нескоро.

Грегори, чувствуя неладное, осторожно подошёл ближе, ему тоже хотелось выразить соболезнования. Но он не успел, его перебил шум и громкие крики с улицы. Король, неожиданно оживившись, шагнул в сторону, чтобы выглянуть в окно. Его осанка тут же стала прямее, собравшись с силами, он всмотрелся в процессию у ворот. Слуги разбежались в стороны, чтобы не попадать под копыта лошадей. Во главе Артур и рыцари. Дальше солдаты. Заметив среди красных плащей несколько чужих, король мысленно подмечает, что Грегори умудрился не остаться в стороне даже сейчас.

— Они живы. — Король облегчённо выдохнул, а потом быстро развернулся и пошел к выходу. Не смея задерживаться, Маргарет и Грегори последовали за ним.

Слуги окружили коней во главе процессии, Артур спешился первым, помогая Моргане спуститься на землю как можно осторожнее. Воспитанница короля выглядела плохо, но вполне благополучно, ехать на одном коне с принцем было не очень удобно, зато безопасно. Бледная кожа, пара ссадин на руках, но общее самочувствие некритичное. Оказавшись на земле, она отпустила принца и благодарно кивнув ему, осталась стоять самостоятельно. Кто-то из слуг оказался рядом, чтобы подать Моргане руку, но она отказалась. Прикосновение посторонних мужчин будут ей противны ещё несколько месяцев… Король спешно спустился со ступеней и, оказавшись рядом, обнял свою подопечную. Его объятия крепкие и принесли девушке немного боли. Места синяков заныли от прикосновений, однако она только тихо улыбнулась, прижимаясь к Утеру. Позже она передумает, но сейчас ей было приятнее ощущать поддержку короля, чем страх за свою жизнь в плену тёмного леса. Король что-то шептал ей на ухо, обещая, что подобное больше никогда не повторится. Моргана не думала, что её встретят так тепло.

Отстранившись немного, Утер продолжал держать Моргану за плечи, боясь, что она исчезнет снова. И только теперь он заметил, как один из рыцарей подхватил на руки Алису. На секунду королю показалось, что он видел не саму Алису, а лишь её бездыханное тело. Перепачканные в крови и земле одежда, спутанные волосы, всё это похоже на то, что её выкопали из могилы. Кожа белая, синяки под глазами и совершенно безжизненный вид. Её руки безвольно свисали вниз и это пугало. Сердце короля замерло, и он, в неизвестном порыве, обернулся, чтобы увидеть Маргарет. Она стояла на ступенях, не шевелясь, потерянным взглядом следя, как её подругу несут на руках, как тряпичную куклу. В момент, когда Алису поднесли к ступеням, Маргарет отвернулась, прикрывая глаза и король с ужасом осознал, что разочаровался в её реакции. Утер тут же одёрнул себя, он ожидал, что советница заплачет? В истерике кинется к телу? Не ему говорить о эмоциях.

— Она жива, отец. — Артур произнёс это достаточно громко, чтобы Маргарет тоже услышала. И та заметно встрепенулась. А потом, обменявшись с Грегори взглядами, скользнула обратно в замок. — Мы нашли её в лесу, раны тяжелые, но леди Алису можно спасти. Уверен, Гаюс справится. Я приказал бережно доставить её к лекарю.

— Это очень хорошие новости. — Король смотрел на сына с огромной благодарностью, которую ещё не мог выразить в полной мере. — Пусть позовут городских лекарей, кто свободен.

— У нас есть ещё кое-что. — Артур взмахнул рукой, и к ним подошёл один из солдат с мешком в руках. Стоя на расстоянии около метра, он вытряхнул из мешка отрубленную голову. Глухо ударившись о кладку площади, она словно специально повернулась к королю стеклянными мёртвыми глазами. Поморщившись, Моргана отвернулась, уткнувшись лицом в плечо короля. Утер быстро догадался, что это голова главаря нападавших. — Я посчитал нужным отправить Канону ответный подарок.

— Пусть знает. — Король согласился с сыном. — Пусть окунут в сосуд с мёдом и пошлют Канону подарок к Самайну.

Артур только кивнул, хмурясь. В их сердцах не унималась жажда мести, и если Канон смел присылать к ним гонца, то они пошлют ему часть своего триумфа. С полным пересказом стычки с его подосланными дикарями. А весной принц привезёт в Камелот не только тело самого мятежного лорда, но и ключи от порта Маргит.

«Защита от тёмных духов»

— …с того момента брат Тук является не просто монахом. Теперь у него свой приход и земли под пасеку. — Яков давится смехом и, улыбнувшись, бросает на леди взгляд. — Его пузо будет расти ещё быстрее, как тесто на дрожжах.

— Яков. — Ответив парнишке снисходительной улыбкой, Маргарет поторопилась перевести тему. Слуга, конечно, говорил правду, но поддерживать подобные шутки не стоило. По крайней мере, пока Тук не отбыл в свои новые пасторские владения. — Это все новости за неделю?

— Осталось две. — Яков поднял два пальца вверх, — Его Величество готовит пир в честь Самайна и хочет, чтобы все присутствовали. — Он загнул средний палец и покосился на спящую Алису. — А ещё, король хочет, чтобы вы и леди Алиса жили в разных комнатах. Вы вольны выбрать из свободных. Это награда за службу.

За службу, как же… Он просто чувствует себя виноватым. Отпустил трёх подопечных дам неизвестно куда, чуть не лишился уважения всего королевства. А потом, когда Алиса даже дышала с трудом, не знал, куда деть свою совесть. Благо, лекари обнадёжили. Алиса радовала рвением к жизни и шла на поправку. Люди зря думают, что Утер не способен сочувствовать. И всё же хорошо, что Алиса не королева.

— Скажи Его Величеству, что мы очень благодарны и хотим выбрать из комнат на втором этаже.

Продолжая лучезарно улыбаться, Яков почтительно кланяется, а букет желтых лилий, который он всё это время держал в руках, нежно шуршит. Маргарет выуживает из складок рукава две золотые монеты, подготовленные заранее, и передаёт слуге. Парень, в свою очередь, оставляет на подоконнике цветы, не смея задерживаться. Монеты быстро прячутся в его кармане, и Яков исчезает, бесшумно прикрывая дверь. Довольная Маргарет отвлеклась на букет. Желто-оранжевые лепестки редкого цветка кажутся золотыми в свете утреннего солнца, тая в себе восхитительную загадку. Раздвинув пальцами несколько бутонов, Маргарет вынула из букета скрученный листок бумаги, предусмотрительно запечатанный маленькой капелькой сургуча.

— Красивые, — лениво моргая по очереди глазами, Алиса повернулась в сторону подруги.

Впервые за несколько дней мучительного лечения травами, молитвами Тука, сомнительного вида и вкуса снадобье, и бог знает чего ещё, девушка могла вдохнуть полной грудью. Вчера ей удалось, не без помощи Маргарет, приставленной к ним новой служанки Кэтрин и обезболивающего средства, дойти до бань. Чистота придавала уверенности в своих силах, а вернувшийся румянец, по словам посещающего её Гаюса, успокаивал не только короля, но и весь замок. Сказал он это, конечно, по секрету и настаивал не торопиться с выходом в свет. Оставленные им лекарства позволяли Алисе спокойно перевернуться на бок. Воспоминания о приступах боли, ещё живые, проскальзывали в голове, но быстро исчезали, когда Алиса понимала, что лежать на животе или боку всё так же приятно.

Не оставлявший на долго хозяйку Черныш довольно потянулся, прогибая спину, лёжа на месте Маргарет, и широко раскрыл розовую пасть в зевке. Его лечение так же не обошло стороной, и Мерлину удалось добиться расположения упрямого кота. Теперь он громко мурлыкал, стоило юному волшебнику зайти в комнату девушек или пересечься с Чернышем в коридорах замка, он даже разрешал чесать в тех местах, где у него обгорела шерсть. Сейчас же кот выглядел абсолютно здоровым, довольным, а поднявшиеся усы делали его ещё тем дамским угодником. С ними он мог поспорить в очаровании даже с лордом Грегори, но об этом Алиса тактично молчала.

— Это цветы от лорда Грегори. — Разворачивая записку, Маргарет старалась сделать голос ровным и отстранённым. — Он не первый посылает мне букет. Тихий смешок Алисы в подушку был красноречивей всех прокрученных в голове Маргарет реакций и фраз. — Его Милость пишет, что будет рад видеть меня на пиру в честь Самайна. И тебя тоже.

Зная, как подруга отреагирует на новость о цветах и записках, Маргарет словно специально провоцировала её. В глубине души ей хотелось, чтобы Алиса соскочила с кровати и закричала о том, как давно ждала, пока подруга признается в своих чувствах. Но Маргарет всё ещё сомневалась. За дни, проведённые в стенах комнаты, она смогла собрать в своей душе много сомнений. Утер запретил ей заниматься государственными делами до Самайна, сказал, что она должна отдохнуть сама и оказать поддержку Алисе. Поэтому Маргарет пришлось узнавать новости от Якова и делегировать обязанности. Яков также отправлял письма, которые она писала в тайне от короля, чтобы не задвигать открытые вопросы просителей в долгий ящик, а кроме этого, слуга носил ей новую корреспонденцию. Хорошо, что он не мог читать, а значит, был идеальным курьером. Чтобы не сойти с ума, Маргарет поставила в комнате пяльцы и что-то усердно вышивала, нанизывая жемчужные бусины на нить, под редкие болезненные стоны подруги. Она собирала узор, нить рвалась, Маргарет материлась и начинала сначала.

А ещё она могла гулять. Роскошь в виде простой, спокойной прогулки оказалась очень приятным бонусом. Лорд Грегори, оставшись гостить при дворе, не стеснялся составлять леди компанию. Пережитое в Логресе, несмотря на разногласия, сблизило их. Теперь они чувствовали, что связаны чем-то более надёжным, чем заговор. Грегори раз в пару дней присылал ей скромные букеты, с записками, где оставлял время и место. Изображая хладнокровие, Маргарет всегда ступала рядом с мужчиной, вздрагивая от мурашек, пробегающих по плечам и спине. Одно прикосновение и она словно прекращая дышать, видя, как иногда нервно подрагивают пальцы лорда. Они вместе взращивали симпатию и семена влюблённости, продолжая бояться друг друга. Оторвавшись от мыслей, Маргарет посмотрела на своё отражение. При всей уверенности и некой самовлюблённости она не считала, что достойна быть рядом с человеком вроде Грегори. Потому что знала правду, знала, что её семья не лорды, она не леди. Она изворотливая, хитрая обманщица. И Грегори об этом не просто догадывается, он это знает. В любой момент, дай она слабину, он может оставить её одну. Хоть сейчас в это слабо верилось.

— Нам нужно собираться. — Маргарет поднялась на ноги, решив, что нужно развести активную деятельность, пока мысли не утащили её в болото самокопания. Алиса была почти полностью здорова, а значит исполнить желание Утера и выйти к гостям была в состоянии. К празднику им, конечно, ничего не пошили, Маргарет распорядилась только о тёплых шерстяных платьях и паре плащей на осень. Думать о зиме пока не хотелось. Первое жалование было почти израсходовано на мелкие нужды и лечение.

— Подожди. — серьёзный тон Алисы заставил Маргарет развернутся. — А Амелия?

— Жива и здорова, ходит, рассказывает, какие ужасы пережила и как её уберег Бог. — Маргарет пожала плечами, усаживаясь к зеркалу. Если честно, судьба Амелии её слабо волновала. — По словам Артура, они нагнали разбойников под утро и освободили её вместе с Гвен. Кто-то из слуг… не помню кто, защищал Амелию до приезда принца.

— Мне всё ещё жаль. Я не должна была бросать руку. — Алиса прокашлялась, в горле неожиданно пересохло.

— Ты не виновата, — Маргарет посмотрела на подругу, словно не понимала, чем та могла помочь. — У вас даже оружия не было.

— Там, знаешь… — Конечно она знает. Моргана должна была рассказать. Возвращаться в воспоминания не хотелось, но она чувствовала необходимость в этом. — На могиле отца Морганы, нет раньше, я предчувствовала опасность. И это было так похоже на сон, что повторялся, — по её спине пробежали мурашки, словно от холодного ветра. Черныш резко перевернулся на живот, поднимаясь на лапы, и, не моргая, уставился куда-то за спину хозяйки. Пусть это было минутной слабостью, но Алиса так хотела рассказать Рите про всё. Про мага на рынке, про близнецов, про то, как поругалась с драконом, и просто поговорить с ней. Поделится своими снами и тем, как она выбралась из леса. Шеи коснулась чья-то рука и Алиса вздрогнула, замирая.

«Молчи»

— Всё прошло, ты жива, все остальные тоже. Это самое главное. — Улыбнулась подруге Маргарет, глядя на неё через отражение в зеркале. — Этот кошмар никогда не вернётся.

Черныш зашипел. Вытянулся, распушил отрощенную шерсть на баках и изогнул хвост, кончик которого зло ходил из стороны в сторону. Алиса не шевелилась. Со стороны могло показаться, что она глубоко задумалась, ровно дыша.

«Забудь об этом»

Черныш громко зарычал, словно не был простым котом, а являлся настоящей дикой рысью, и прыгнул. Холод над спиной развеялся, а кот, продолжая издавать устрашающие звуки, сначала скрылся за кроватью, взвился там клубком, занырнул под неё, и, словно кого-то прогоняя, вылетел из-под кровати, скрываясь за приоткрывшейся дверью.

— Кажется, он куда-то спешит. — Алиса звонко рассмеялась, пока Маргарет выливала на неё и погорельца нелестные слова, поднимая уже пустые пяльцы. Единственное, что спасло Чернышов от неминуемой кастрации, это то, что работа в несколько часов была уже закончена и не находилась в комнате. — Поможешь мне с платьем? — девушка довольно улыбнулась, выпивая приготовленное обезболивающее, и тихо хихикнула на театрально закатанные глаза и показушно недовольную фразу:

— Для этого у нас есть служанка. Новая.

***

Король входит в зал не просто в сопровождении сына, а с целой свитой, как подобает королю. На его плечах ярко красный плащ с вышитым золотым драконом, удлинённая ткань с клиньями для объёма. Один край плаща тянется изящным шлейфом, другой переброшен через плечо короля, подобно римской тоги. Голову монарха венчает корона, инкрустированная овальными гладкими минералами и украшенная гравировками. Утер сдержанно улыбается, одаривая гостей лишь взглядом. На расстоянии одного шага, по правую руку, за отцом следует Артур. Спокойный, гордый и сильный. Облачённый в кольчугу и дорожный плащ, как подобает рыцарю. Одеяние не для пира, но это и не просто праздник. На голове принца нет никакого венца, что является негласным сообщением всем присутствующим. Это не просто пир, это коронация.

— Обдумав ваши опасения, я нашла решение. — Маргарет сказала это королю несколько дней назад, когда к пиру только начали готовится. — Вы упомянули, что Артур должен быть королём. Но вы ещё нужны Камелоту. Сделайте Его Высочество соправителем и успокоите душу.

Артур был удивлён, что инициатива исходила от Маргарет, учитывая их отношения. И всё же, принял эту новость с достоинством. Он действительно заслуживал подобной почести и знал об этом. По левую руку от монарха шла Моргана, никто не мог сдвинуть её с пьедестала главной красавицы. Она подготовилась, облачившись в слепяще белое платье, расшитое золотой нитью и украшенное мелкими, но ярко сверкающими в огнях, камнями. Края шёлковой вуали, небрежно наброшенной на острые плечи, струились в воздухе в такт шагам Леди замка, словно туманная дымка. В черных волосах, заплетённых в сложную прическу из множества кос разного размера и одной отпущенной пряди, так же ярко блестели серебренные цветы-заколки с золотыми листьями. Образ слишком дорогой и роскошный по всем меркам. И всё же она гордо улыбалась, словно не было недавних потрясений. Моргана запретила своим леди надевать платки, призвав сделать красивые причёски и обязательно обзавестись парой воздыхателей. Идея многим понравилась, даже Амелия не посмела спорить и превратила свои прямые волосы в кудри. А её скромное нежно-персиковое платье удостоилось похвалы королевской воспитанницы.

За принцем и Леди замка тянулся хвост из придворных, в числе которых оказались Маргарет и Алиса. Последняя оказалась предусмотрительной, надев первый подарок короля. Желтое платье, ранее украшенное несложной вышивкой и бусинами порванного браслета, выделяло её на фоне остальных и подчеркивала красоту окрепшего тела. А шальная улыбка и бросаемые взгляды из-под ресниц, давали понять, что распоряжение Морганы о воздыхателях, будет выполнено в кротчайшие сроки. Маргарет изобретательностью не отличилась и просто вышла в своём красном платье. Добавив лишь цветок желтой лилии из подаренного букета, она переплела её стебель с прядями и затянула в косу. Из подруг вышел интересный тандем, красный щит и золотой дракон, как леди Моргана уже пошутила утром.

Дойдя до установленного за столом трона, король поднял кубок и окинул взглядом всех, стараясь оценить масштаб трагедии. Тут и лорд крупных земель со своими вассалами, и городская торговая знать с детьми и жёнами, величайшие умы которых смог найти Джеффри, различные рыцари и командующие армии. Король пригласил всех, кто должен был присягнуть на верность принцу как новому соправителю и при этом опасался неурядиц - все эти люди временами высказывали претензии друг к другу. Наконец, когда гости устроились на своих местах, его величество заговорил. Утер всегда говорил внушительно, вселяя уважение и страх, подталкивающий тебя в спину прямо к действиям, угодным монарху. А в конце, объявив о желании сделать Артура соправителем, поднял тост за успехи сына. Его тут же поддержали десятки голосов, торжественно выразив своё согласие.

— Каждый раз вижу вас и удивляюсь вашей живучести, — лорд Романкоин появился у Маргарет за спиной, как только началась официальная часть. Утер произносил долгую речь, Артур клялся в верности Камелоту. Когда настанет время приклонить колени, Роберт выйдет в первые ряды, но пока у него было время избавится от лишней желчи.

— Я тоже рада вас видеть, Ваша Милость. — Маргарет взяла в руки бокал и встала из-за стола, как все присутствующие. Они отошли немного подальше от короля, было понятно, лорд не поздороваться подошел.

— Слышал об успехах в Элдоре, лорд Грегори без стеснения рассказывает о своих и ваших заслугах. Поздравляю. Однако до меня так же дошли новости о том, что вы лишились свей иноземной служанки. Какая жалость, встретить землячку и потерять. — Романкоин улыбнулся, постучав пальцем по бокалу. Маргарет сделала глоток вина и мысленно удивилась, Грегори не похож на человека, который стал бы трезвонить о подобных вещах. Свидетели или просто слухи? Дальше он продолжил шепотом. — Каково это, леди Маргарет, убить человека? Я слышал, вы лично перерезали бедняжке горло.

— Каково это, лорд Романкоин, задавать такие вопросы будучи смертным? — Маргарет взглянула на него из-под тёмных ресниц и тут же отстранилась. Переубеждать Романкоина в чём-то было бы бесполезно. Мужчина засмеялся, очень тихо, чтобы не нарушить речь короля и потом сделал глубокий вздох. Он бы мог рассмотреть услышанное как угрозу, но выждать следовало момента получше.

— Что ж… в делах военных вы лучше, чем в придворных. Леди Моргана увела у вас союзника.

— Леди Алиса может общаться с кем пожелает, я не привязываю её к себе, — Маргарет знала, как всё выглядит со стороны, Алиса действительно сидела рядом с воспитанницей короля, будучи частью её свиты, а вот Рита оказалась на половине принца, подальше от других дам. — Это вы водите оруженосца на поводке, боясь, что он хоть словом с сестрой перекинется. Но кстати, — она чуть прищурилась, разглядывая кучку молодых парней, — кажется, Томас сдружился с оруженосцем лорда Ашдауна.

Найдя взглядом силуэт подруги среди людей, Маргарет поняла, что они даже сейчас достаточно далеко, чтобы она могла использовать её как предлог избавиться от Романкоина. Мужчина хмыкнул и решил не отвечать. Перепалка в начале праздника — плохая примета. Обычно это портит настроение королю. Оценив ситуацию, Моргана снова вернула всё своё внимание к новой подруге, тайна, что связала их, казалась ей веским основанием, чтобы общаться чаще. Правда, теперь Моргана не питала пустых мечтаний о верной подруге, ей хотелось лишить Маргарет союзников, а Алиса, казалась самым преданным из всех. И она не могла не понимать, что сделать это сразу же не получится.

— Я вижу, что Вы, леди Алиса, ответственно отнеслись к моим словам. — официальные слова, сказанные игриво заставили Алису скрыть смешки за чашей воды.

Пиршество было полно изысканных блюд, а коллекция вин и медовухи, специально поднятая из подвалов, приковывала внимание не только доблестных мужей Камелота и его окрестностей, новоиспечённого отца Тука, но и искушённых дам. В день коронации сына Утер не поскупился на угощениях. Однако Алиса, к неудовольствию Кэтрин, что сегодня была занята исключительно её здоровьем, напрочь отказалась что-либо пить и почти ничего не ела. Единственным, что удалось вручить ей, оказалась простая вода, что стояла приготовленная на кухне для разбавления вина на римский манер.

— Отчего же Вы, леди Алиса, не думали даже потанцевать после всего? — Моргана легко кивнула в сторону группы молодых людей, что толпились за спиной короля, и стоящие неподалёку воздыхатели Леди замка замерли, с неприкрытым вожделением следуя движению её шеи. — Даже леди Амелия удостоила особо перспективных своим вниманием. Она обещала целых три танца.

Алиса пропустила мимо ушей сравнение с Амелией, невольно залюбовавшись Морганой и пробежавшими ассоциациями. Её платье слишком увлекало своей белизной. Леди словно была роскошным лебедем, а её ухажёры предстали в образе стаи охотничьих псов. Вероятно, всё так и было. Если не брать в расчёт то, что и эти благородные лебеди могут сильно укусить собак за нос.

— Полагаю, я всё ещё не в форме для танцев. — Алиса кокетливо скосила взгляд на объекты их обсуждения и тут же вернула обратно. Давать повода подходить к ней, девушка не желала, а за такой могли расценить даже задержавшееся внимание. Кроме того, она действительно была не в форме. Обезболивающе давало интересный эффект. Алису тянуло смеяться с самых глупых шуток, она стала более открыта в мимике, что не должно быть свойственно леди, и, к тому же, её слегка пошатывало в плавающем пространстве. Высокий потолок и полумрак углов зала с расставленными трепещущими огнями свеч лишь усиливали эффект.

— Это было правильное решение. — уверенно кивнула Моргана, подходя ближе к Алисе и переходя на шепот. Они стояли сбоку от всех, перебить короля не было возможности. Зато его речь всё ещё звучала. — Умение держать лицо даётся не многим. И меня радует то, что тебе это удалось. Очень важно показать, что Камелот не боится ничего и легко переживает сложные времена.

Договорив, леди быстрым движением закинула в рот ягоду винограда и так же незаметно переживала. Приобретённый с годами опыт поедания блюд на светских собраниях в моментах между улыбками, беседами, танцами и распоряжениями прекрасно отражался в этих движениях. Алиса задумчиво следила за миганием камушков на платье Морганы. Если расфокусировать зрение, то оно блестело, словно снег. Мысли метнулись к дому. В деревню её бабушки. Интересно, выпал ли у них снег?

— А кухня неплохо справляется. — голос воспитанницы короля вернул Алису в зал замка. — Гвен сказала мне, что часть блюд они повторили по вашим рецептам, леди Алиса.

Девушка растеряно улыбнулась, часто моргая. Вот уж счастье выпадать из мира. Хотя, это ведь не в первый раз. А вдруг это всё один большой глюк из-за медикаментов, что вливают в неё врачи через капельницу, где-нибудь в областной больнице? Улыбка медленно сползла с лица девушки. Да, это бы многое объяснило Маргарет. Коллективная галлюцинация? Алиса нахмурилась, не представляя, что должно было случиться с их мозгами, чтобы те объединились против хозяек и выдали это.

— Артур особо нахваливал пироги. Мне это Мерлин шепнул. — разворачиваясь спиной к столу, широко улыбнулась Моргана, вызывая взгляды на свою персону. Алиса выплыла из спутанных мыслей и повторила движения Леди замка. Она тихо рассмеялась, вновь прячась за чашей. — Пойдёмте, скоро начнется присяга.

Следуя за Морганой скорее инстинктивно, чем осознанно, Алиса искала взглядом короля. Утер стоял прямо перед сыном, принц только поднялся на ноги и загородил отца, готовясь выслушать клятвы верности. Видимо, личных разговоров у короля сегодня не будет. От чего-то эта мысль возмутила Алису, и девушка сжала губы трубочкой, бросая обиженный взгляд на жаренных гусей. Вновь сбежит в какой-нибудь тёмный угол и будет сидеть там, как в беседке. Что за манеры! Теперь Алиса целенаправленно всматривалась в Утера. Он внимательно осматривал зал и гостей. Все потихоньку выстраивались в порядке очереди и своего статуса. Алиса даже увидела, как лорд Грегори встал в веренице лордов, третьим по счёту. Он положил руку на эфес меча, и Алиса закусила нижнюю губу. Она увидела у его котты расшитые жемчугом рукава на такой же ткани, как та, что осталась на пяльцах в их комнате. Всё это время её подружка вышивала ему подарок? Ммм… нужно найти Маргарет и озвучить пару шуток на этот счёт.

Лорд Романкоин приблизился к принцу первый. Артур, с возложенной на его голову короной, отступил и поравнялся с отцом. Теперь они, можно сказать, равны в своём влиянии и принимать решения будут вместе. Грузный лорд со вздохом опустился на одно колено, отбросив плащ. Зал погрузился в тишину, мёртвую и пугающую, в ожидании первой озвученной клятвы. Звон бьющегося стекла оглушает всех, словно разбилось не одно окно, а сразу все стёкла в королевстве. Звук бьёт по ушам, и многие вскрикивают от неожиданности и пронзившей голову боли, как от мигрени. Испуг сменился оцепенением, когда гости решились открыть глаза и прислушаться к стуку копыт. По тронному залу ступал конь. Чёрный, без отблесков, словно поглощая свет. Король замер, встречая незваного гостя. Маргарет почувствовала, как рука Грегори коснулась её плеча. Мужчина быстро пересёк половину зала, как только увидел всадника. Словно пытался убедиться, что Маргарет не полезет вперёд, выяснять, в чём дело. Алиса неуверенно отшатнулась в сторону, часто моргая, и придвинулась ближе к Моргане. Леди замка уверенно держалась, несмотря на испуг.

Некто в чёрных потрёпанных латах спустился на землю, и Алиса смутно припомнила, что сейчас должно случиться. Словно очнувшись от сна, она ойкнула и посмотрела в сторону подруги. Наверное, вспомни она раньше, стоило предупредить. Король сделал шаг вперед, отгораживая Артура от возможной опасности. По взгляду было понятно, что он догадывается, по чью душу явился рыцарь в потёртых латах. От свеч потянуло дымом, часть из них потухла от дуновения ветра. Неизвестный замер на расстоянии двух шагов, прямо напротив короля. Всё на пару мгновений стихло. Было слышно только дыхание. А потом неизвестный спешился. Он демонстративно встал рядом с лошадью и бросил под ноги короля железную перчатку, часть собственных лат.

— Один на один. Завтра до полудня. До смерти. — Голос незнакомца был странный, ровный и спокойный. Холодный, словно записанный на плёнку и проигранный в нужный момент.

— Это покушение на жизнь короля! — Поднявшись на ноги, выкрикнул лорд Романкоин. Про себя Маргарет отметила, что не ожидала от него каких-либо действий. Артур перевёл на мужчину не менее удивлённый взгляд. — Вы не рыцарь, вы не заслуживаете так себя называть. — Распахнув плащ, Роберт схватился за рукоять кинжала пристёгнутого к ремню и обнажил остриё. — Те, кто посмел помыслить о смерти Его Величества, должны сами расстаться с жизнью.

Никто не успел его остановить. Одно удивительно быстрое движение для человека его телосложения, и кинжал вошел в щель между нагрудником и шлемом. Все ахнули, по толпе прокатилась волна несвязного говора. Однако ничего не случилось. Рыцарь даже не дёрнулся, из раны не хлынула кровь, он не схватился за рукоять оружия, не упал замертво. Он стоял, даже не повернув головы в сторону нападавшего. Растерянный лорд вдавил кинжал глубже, по самую рукоять, ощутив каменный холод чужой плоти. Не понимая, почему противник не реагирует, он провернул кинжал внутри, ожидая что это даст эффект, а потом, вынул остриё. Толпа вновь разразилась испуганным возгласом. На лезвии не было и капли крови. Ничего не понимая, Роберт выронил оружие, и железо громко звякнуло. Рыцарь всё так же смотрел на Утера, ожидая ответа на свой вызов.

— Это не человек. — Шепот Грегори, взволнованный, раздался прямо над ухом леди Маргарет. Он сильнее сжал её руку и притянул ближе к себе. — Порождение магии.

— Я прин… — Артур попытался шагнуть вперёд, но король быстро оттолкнул сына в сторону, с силой, какую не ощущал раньше. Он стоял впереди, и это давало королю преимущество.

— Я, Утер Пендрагон, принимаю твой вызов! — Громче, стараясь перебить принца, произнёс король. Толпа загудела снова. Он поднял перчатку, не сомневаясь в своём решении. — Завтра. До полудня.

Алиса схватилась за голову, опрокидывая чашу. Туман окончательно улетучился из мыслей, и она наконец-то осознала происходящее. Нет, нет, нет. Рано! Не он, не так. Моргана посмотрела на короля с некой ноткой уважения. Она бы не поняла, если бы Утер стал отказываться. Ведь король больше всех рассказывает другим об эталоне рыцарской чести и правилах. Однако, сама ситуация не то чтобы её радовала. Романкоин мог промахнуться, мог протащить кинжал по латам и не коснуться тела, откуда им знать? На таком расстоянии разве можно разглядеть? Рыцарь безмолвно кивнул. После чего, взяв коня за узду, повёл к выходу из зала. Ошарашенная публика не смела даже пошевелиться. Выйдя в распахнутые двери, он исчез в полной темноте.

— Праздник окончен! — Утер оборачивается на гостей, окидывая всех хмурым взглядом. Растерянные и перепуганные, он не знает что с ними делать. — Прошу всех покинуть зал. Артур, останься.

Всё ещё не пришедшие в себя от шока гости начали медленно разбредаться. Они обошли столы, не торопясь, в ожидании, что король остановит их и объяснит, что происходит. Многие смотрели на короля с надеждой, а потом отворачивались и шли к выходу, как бараны на убой. Романкоин помедлил, он поднял с пола свой кинжал и вроде хотел поспорить, но не знал, что сказать. Подолы женских платьев зашуршали по каменному полу, Алиса пошла вслед за Морганой, воспитанница короля держала её за руку, как сестру или близкую подругу. Обернувшись, Алиса отметила, что Маргарет всё ещё стоит на месте. Проходя мимо короля, Гаюс заметил, как монарх кивнул ему, и лекарь остановился. Вероятно, Утеру понадобился совет давнего друга.

— Возможно он и вас попросит остаться. — Грегори наклонился ближе к уху девушке, произнеся это как можно тише. Он стоял за спиной и поглаживал её плечи, понимая, что совсем не хочет оставлять Маргарет одну. Но должен был. — Держите в голове, что рыцарь не человек. И придите ко мне, когда всё закончится.

Она выдохнула, прикрывая глаза, когда Грегори отпустил её плечи и пошел за всеми прочь из зала. Маргарет медлит, король не давал приказа стоять на месте. Если он увидит, что она не слушается приказа… приподняв подол, она сделала шаг и тут же остановилась. Утер обернулся и встретился с советницей взглядом. Этот самый взгляд лёг на душу девушки тяжёлым камнем и припечатал к полу, не позволяя двинуться. Когда гости ушли, стража тоже вышла и закрыла за собой двери. Они в полной тишине. Маргарет словила себя на мысли, что не видела, как уходил Яков - мальчишка где-то в тени балконов и гобеленов.

— Зачем ты это сделал? — Артур оборачивается к отцу, позволяя себе невиданную неформальность. — Я бы мог принять вызов и победить.

— Сомневаешься в моей силе? Ты даже не знаешь, кто это. — Утер говорил так, словно никого кроме них в зале не было. — Ему всадили кинжал в горло, а он даже капли крови не проронил. Хочешь сказать, ты знаешь, как его убить?

— А ты, отец? — Артур вскипал, как молоко на горячей печке. — Ты тоже не знаешь, но рискуешь.

— Решение есть. — Маргарет подала голос, она помнила сказанное лордом Грегори, и теперь, когда комок испуга был проглочен, могла озвучить предположение. — Рыцарь явно не человек. Кто бы не скрывался под латами, уверена, в библиотеке и в личном собрании Гаюса можно найти ответ. Впереди целая ночь. И Его Величество прав, не стоит рисковать будущим всего государства, которым являетесь вы.

— Не вам рассказывать мне о государстве! — Артур обернулся на месте, почти путаясь в полах плаща. Его глаза сверкнули гневом, прямо как у отца. Может быть, принц и молод, но он всё ещё Пендрагон. — Вы поддержите любое решение моего отца, лишь бы не потерять место под солнцем. Я в жизни не поверю, что вы думаете о чьём-то будущем кроме своего.

— В случае моей смерти она ничего не получит. — Голос Утера прозвучал тише, однако он привлёк внимание принца и заставил его замолчать. — Маргарет поддерживает тебя, зная, что твоим первым приказом станет её ссылка. Но разве это важно? Тебе нужно научиться забывать о разногласиях и решать проблему с минимальном ущербом.

— Вы самое важное, что есть у Камелота. — Теряя запал, Артур заглянул в глаза отца. Он хотел сказать это иначе, переформулировать, но не смог. У него веки дрожали, и Утер знал, что даже этот разговор даётся им не легко. Возможно, последний разговор.

— Позвольте не согласиться, Ваше Высочество, — размеренный голос Гаюса звучит словно голос разума, словно он смотрит на всё со стороны. — Важнее спасти наследника короны, учитывая, что братьев у вас нет. Возможности жениться у Его Величества тоже не предвидится. Смерть наследника потянет за собой смуту, войну за престол, Логрес растащат по кускам владетельные лорды, которые вступят в битву. — Он сделал паузу. По сжимающимся кулакам, было понятно, что Артур всё это знал. Просто не мог смириться с мыслью, что потеряет отца уже завтра. — Со своей стороны могу пообещать, что сделаю всё возможное, чтобы из битвы король вышел победителем.

Артур только кивнул и поджал губы. В каком смысле, ему было жаль, что статус, с которым он родился, сейчас связывает ему руки. Окинув отца взглядом, он почтительно склонил голову и ушел. В его голове была сотня, если не больше, слов. Хотелось встряхнуть Утера и напомнить ему, что родители не должны так внезапно оставлять своих детей. Король помедлил, он снял со своей головы инкрустированный венец и положил на один из столов. Дотянувшись до плеча, он отстегнул плащ, и тот упал на пол, пряча золотого вышитого дракона в складках. Маргарет обменялась с Гаюсом встревоженными взглядами.

— Леди Маргарет, я хочу чтобы вы знали. Я даю вам разрешение на заведение… о котором говорил лорд Грегори. Он расскажет, о чём мы говорили. Бумагу с моей печатью доставят в ваши покои утром, до поединка. В остальном… Спасибо за всё, что вы сделали для королевства. Можете быть свободны.

Взглянув на короля, Маргарет была не уверена, что будет делать. В голове ещё не было сформированного плана, не было ничего, кроме понимая, что короля нужно спасать. Она опустилась в поклоне и на дрожащих ногах покинула тронный зал. Чувствуя взгляд монарха и лекаря на своем затылке, она сжимала подол, чтобы не поддаться панике. Грегори сказал, что она должна помнить про магию, но это было ужасно! Она не знала, что делать с магией и куда деть себя. Тишина ночного коридора оглушала хуже набата. Она вздохнула и посмотрела в сторону лестницы. На ступенях, бессильно опустив голову, сидел принц. Он не ждал никого, просто так же не знал, что делать всю эту бесконечную ночь. Маргарет медленно подошла к нему и села рядом, на свободную часть ступеньки. Артур поднял на неё взгляд светлых зелёных глаз.

— Удивительно, как обернулось. — Маргарет словно не с ним говорила. — Я ведь понравилась вам, тогда, в наш первый ужин. Когда мы показывали монеты. Вы были готовы мне верить. Жаль…

— Дома вас не считали красивой? — Артур улыбнулся с легкой издёвкой, из него рвалось бессилие в облике недовольства. — Вы много кому нравитесь, так уж вышло, вас одарила природа. Думаете, отец держит вас при себе только из-за полезности? Вы вообще уверены, что приносите пользу Камелоту? Вы красивое украшение монаршего трона. Но мужчины, что бы не говорили, не животные. Чтобы вас уважали, нужно иметь больше, чем просто красивые глаза.

— Вы можете считать, что я не приношу пользу, но должны были заметить, что и вреда тоже.

— Да… — Ответ не звучит радостно, он звучит абсолютно нейтрально. — Это стоило признать раньше. — Принц немного подумал и протянул руку. — Ради спокойствия короля, нам стоит заключить мир. На ближайшие сутки.

— И ради нашего общего спокойствия. — Маргарет пожала руку. — На ближайшие сутки. Я могу попросить вас?

— Не убивать вас и Алису в случае восшествия на престол? Хах… — Артур, посмеиваясь, опустил голову. Неужели она так сильно его боится? Да быть не может. — Не волнуйтесь, я дам вам выбрать, где вы встретите старость и вечный сон.

С этими словами наследник престола встал, оборвав разговор без лишних любезностей, и скрылся за поворотом винтовой лестницы. Маргарет закрыла лицо ладонями и потёрла пальцами уставшие глаза. Вечный сон… как благородно звучит. Король, которого она так уважает, которому она обязана всем в стенах замка, заснёт уже завтра, в песке на рыцарском поединке. И не известно, избавит ли это Камелот от бессмертного рыцаря и от всех тех бед, которые сваливаются на крыши замка каждый божий день. Сон. Это всё огромный длинный сон. Маргарет подняла голову и, убрав с лица волосы, посмотрела на двери тронного зала. Сон! Лорд Грегори просил подняться к нему, а у него наверняка осталось снотворное, которое Гаюс влил в него после перелома. Может быть, это не прибавит ему славы, но точно сохранит королю жизнь. А Артур все лишь должен будет будет вызвать рыцаря на дуэль раньше назначенного времени. Это не нарушит правил. Выиграет Артур или нет, она могла сказать только пятьдесят на пятьдесят, но отсрочку они точно получат!

***

— Повтори пожалуйста ещё раз, что ты хочешь сделать?

Мерлин неверяще осматривает подругу с головы до ног, пытаясь осознать, какое из лекарств подействовало на её белокурую головушку с такой силой, что Алиса, вероятно, тронулась умом. Маг находился в библиотеке по распоряжению Гаюса и уже нашёл вероятный способ, как спасти жизнь принца, ведь тот вознамерился перехитрить отца. Выйти в предрассветный час и сразиться с магическим рыцарем. О чем и оповестил своего слугу, чтобы тот готовил его доспех. То, что ворвавшийся Чёрный рыцарь - порождение магии, Мерлин узнал от Гаюса. Обеспокоенный лекарь недолго огрызался на вопросы подопечного и выдал всю правду, как было, стоило племяннику сказать о намерении принца. Потеря двух правителей казалась старику страшнее прошлого. Один из оживших братьев королевы Игрейны оказался весьма упрям. И, выйдя в ночь Самайна, (в этом моменте своего рассказа, Гаюс сотворил защитный знак, вероятно по старой памяти, и поспешно перекрестился), дух решил не отступать от цели, что владела им при жизни. Дух уверен, что в смерти сестры повинен Утер Пендрагон и что его долг - убить мерзавца-мужа.

Всё это он рассказал после того, как Джеффри пришел с сообщением, что обнаружили в старом склепе под замком сдвинутую могильную плиту. Библиотекарь, будучи свидетелем происходящего, не смог поверить своим глазам и спустился проверить. На логичные вопросы: почему братьев похоронили под Камелотом, а не в их владениях? Откуда у мертвеца лошадь? И почему этот ненормальный разбил витраж, а не ворвался в зал, как все адекватные покойники? Он что, с крыши прыгал? А почему тогда просто не прошёл сквозь стены, он же дух? Ни Мерлин, ни Гаюс ответа не дали. Первый потому, что не задумывался, второй потому, что его Алиса не успела выловить после происшествия. И после данных вопросов она упрямо заявила, что хочет спасти короля, посыпав рыцаря солью.

— Как барьер. — активно жестикулируя на ходу, загорелась идеей девушка. — Защита от тёмных духов. Если всё получится, то мы запрём его в кругу, и у нас будет больше времени на решение вопроса.

— А эти твои братья, от которых ты это узнала, они тоже маги? — сейчас Мерлину было важнее попасть в город. Из всех знакомых кузнецов он знал только отца Гвен, и он же был одним из лучших. Однако внутреннее чутьё вело волшебника в дом подруги не просто так, маг точно знал: там он найдёт идеальное оружие для принца. Перед тем, как на город напала магическая лихорадка, распространяемая по воде, девушка поделилась с ним секретом. Её отец изготовил для принца меч в качестве дара новому правителю. К сожалению, дожить или передать его он не сумел, а Гвен забыла от горя.

— Нет, там всё сложнее, — припоминая Винчестеров, Алиса прикинула, стоит ли рассказывать всю эпопею с Чаком. Решив, что не подготовленный маг такого масштаба не осознает, она отложила эту идею. Обхватив себя за рёбра, что отозвались резкой болью, девушка ускорила шаг. Обезболивающее прекращало своё действие. — Они охотники на нечисть.

— Тогда я не уверен. — Мерлин обдумывал план по выходу из города. Вся стража и рыцари наверняка в напряжённом ожидании. Не стоит забывать и о приезжих лордах и их свите. В прошлый раз на таком же собрании чуть не дошло до войны. По всему выходило, что идти надо тайными путями. Лишь бы там его не поджидали верные рыцари Камелота. — Попытаться, конечно, стоит, ты женщина, не думаю, что он посчитает тебя угрозой или достойным соперником. Но всё равно будь осторожней. -

Алиса поморщилась как от зубной боли, но спорить не стала. Не было времени. Они уже выходили в коридор, что вёл на площадь, когда их догнала Кэтрин. За спиной она тащила плотно набитый мешок средних размеров. Алиса испугано вскрикнула и бросилась ей на помощь. Мерлин недоуменно заозирался по сторонам, ища угрозу. В замке, на удивление, было тихо, как в могильнике.

— Он же тяжёлый, — стараясь перехватить мешок с солью, насколько мог понять Мерлин, Алиса не прекращала спорить со служанкой. Но на все ещё восклицания о беременности, Кэтрин огрызалась в ответ, что это не болезнь и она может выполнять свою работу качественно.

— Ты разоришь Камелот, — наблюдая, как девушки тащат ценные запасы белого золота в сторону тренировочного лагеря, под самые окна Артура, где и расположился мёртвый родственник принца. Маг прикинул, что их ожидает по утру.

— Ради защиты короля нужно идти на жертвы. — Мерлин по-иному взглянул на подругу. Ему показалось, что он увидел своё отражение. Но долго задерживаться ни на этом видении, ни на месте он не стал. Лишь бросил короткое заклинание левитации, что бы облегчить девушкам задачу, он ринулся вперёд в узкий коридор, что тайной тропой выводил в город. Ему ещё предстояло спуститься в подземелья к дракону.

***

Чёрный хвост мелькнул в приоткрытых дверях малого тронного зала, и Алиса нырнула за ним следом. Черныш пришёл к ней ещё на улице, когда они начали окружать дорожкой из соли ни на что не обращающего внимания Чёрного рыцаря, и требовательно орал. В ночной тишине его было прекрасно слышно, а эхо стен усиливало вопли. Смирившись с тем, что «по-тихому» закончить круг не выйдет, Алиса обречённо вздохнула, игнорируя нарастающую боль. Когда они всё-таки закончили, и Кэтрин перехватила мешок с оставшейся солью, на удивление они потратили не много, девушка подошла к коту. Тот выразительно взглянул хозяйке в глаза, издал короткий мявк и побежал в сторону открытого коридора. Мысленно обозвав характерного хвостатого «шерстяной жопой», Алиса последовала за ним. Черныш ждал её среди колон на видном месте. Так, зазывая за собой, он целенаправленно вёл её всё дальше, пока они не оказались в малом зале. Здесь Алиса ненадолго потеряла своего любимца. Ни под столом, ни в тени отбрасываемых стульев того не было. Даже за стулом Утера, (злые языки утверждали, будто видели, как Черныш собирался поточить об его спинку когти, но вовремя пресекали покушение), кота девушка не нашла.

Он выдал себя сам, приглушённо мяукнув у стены. Кроме гобелена с изображением дракона, что в неверном свете луны казался белым, а не золотым, там ничего не было. Откинув край тяжёлой ткани, Алиса обнаружила неглубокую нишу в стене. В ней, сверкая отраженным голубым светом в глазах, и сидел её кот. Подхватив того подмышку, Алиса уже собиралась уйти, как в коридоре раздались приближающиеся шаги, и ей не оставалось нечего делать, как самой залезть на место кота. Девушка надеялась, что шевеление гобелена не привлечет внимание вошедшего.

Утер пересёк зал в несколько быстрых шагов. Прихваченный с собой кувшин он с небольшим стуком опустил на стол, как только наполнил свой опустевший кубок, который тоже нёс в руках. Кажется, это всё, что он прихватил из парадного зала. Напиваться король не планировал, ему просто хотелось забыться, а может и наоборот — проснуться. Надежда, что всё это могло привидеться ему, бессовестно зудела в затылке. И именно её он и хотел утопить. Король поднял голову, набирая полные лёгкие ночного воздуха и замер. Запах дыма, медового воска, вина, смешенного с холодом камня, и ещё один. Знакомый и такой ненавистный. Потусторонний запах магии. Утер громко выдохнул. Запах трав, дождя и водных цветов. Нимуэ не скрывалась. Не на этот раз.

— Зачем ты пришла?

— Насладиться законной местью. — Голос шёлковый, вкрадчивый. Как и тогда, много лет назад.

Утер отпустил стражу раньше, чем последний доверенный покинул торжественный зал. Нужно было догадаться, что магия не станет ждать и нанесёт удар в тот момент, в который он не ожидает. Особенно в эту тёмную ночь. Самайн. Утер фыркнул в кубок с вином, поднося его ко рту, но так и не притронувшись губами к краю. Захотел показать, что не боится предрассудков и старых легенд, так получи. Теперь весь Камелот замрёт в тишине при ярком свете свечей, что будут поддерживать до рассвета. И время будет тянуться долго, изъедая суеверных. Король подхватил кувшин с вином и остановился. Он устало прикрыл глаза. Утер знал, что это случится рано или поздно, но, как и все до него, не был готов. Он мысленно поблагодарил леди Маргарет за идею сделать Артура соправителем, отсалютовав кубком и наконец выпил.

— Ты не устала мстить? — возвращая пустой кубок на стол, король не одарил Нимуэ даже одним взглядом. Её это задевало.

— Это ты начал войну, когда изгнал меня и убил моих сторонников. — Она говорила намного решительнее, чем в начале диалога, кажется, ведьма поражалась убеждённости короля в своей правоте. — Я была твоим другом, ты сам привёл меня сюда, я сделала, как ты просил!

— А ты предала меня.

Маргарет вернулась к дверям малого тронного зала, не найдя короля в парадном. Холодеющими от волнения пальцами она сжимала кубок, на дне которого плескалась прозрачная лужица снотворного. Она ещё не знала, как подсунет кубок королю, но точно не хотела нести флакон с собой - улика. Понимая, что Маргарет понадобится поддержка, лорд Грегори, выслушав план, сам перелил остатки снотворного в кубок. Он не имел возможности спуститься с ней, при чужом человеке Утер не расслабится, но хотел, чтобы Маргарет чувствовала его поддержку. Поэтому остался ждать на лестнице. Подойдя к двери, девушка остановилась, прислушавшись к голосам.

— Я использовала магию, которую ты так ненавидишь, чтобы дать твоей бесплодной жене сына.

— Не смей так говорить о ней. Она была моим сердцем, моей душой. А ты забрала её. — Голос короля она узнала, но второй, женский, тоже звучал знакомо. В замке не так много женщин, что могли бы навестить Утера. И это явно была не Моргана.

— Она умерла, дав жизнь твоему сыну. Это не моё решение, это законы магии. Чтобы создать жизнь, другую нужно отдать. Баланс должен…

Дверь скрипнула и Маргарет шагнула в зал. Она остановилась, стоило ей заметить Нимуэ и узнать в ней служанку Баярда. Нет, только не снова. На секунду все замолчали, сквозняк проник в приоткрытую дверь и побежал по ногам. Нимуэ улыбнулась уголками губ, как Мадонна на картинах старых мастеров. Узнав в Маргарет свою разоблачительницу, колдунья не упустила момента пошутить.

— Ты нашел нового друга, Утер Пендрагон.

— Я не держу при дворе ведьм. — Король опустил руки на стол, опираясь, чтобы выглядеть внушительнее. — И не говори, что случившееся не твоя вина. Ты знала, что Игрейна умрёт.

— Нет. — Нимуэ отвернулась, присутствие Маргарет вовсе не мешало им дальше выяснять отношения. — Если бы я предвидела её смерть и те ужасные последствия, что они повлекут… я бы не выполнила твоё желание.

— Желания Его Величества выполняются, несмотря на наши собственные. — Маргарет сделала ещё один шаг в глубь зала, появилось чувство, что она влезла не в своё дело. — А ведьм вроде тебя мы сжигаем каждую пятницу.

— Вы сжигаете невинных, на которых донесли соседи. — Нимуэ грустно усмехнулась, она и не ждала, что кто-то в стенах Камелота её поймёт. — Настоящая ведьма не даст себя поймать. Я видела много дорогих мне людей, которые умирали в твоих руках, Утер, теперь твоя очередь.

— Я позову стражу. — Маргарет и забыла, что держит в руках кубок со снотворным, она не хотела видеть, как ведьма исчезнет. Но та лишь засмеялась, смерив советницу короля высокомерным взглядом и словно в воздухе растворилась. На сей раз без красивого облака. Может её тут и не было никогда. Может лорд Грегори и её кубок чем-то смазал.

Зал погрузился в тишину. Король смотрел на то место, где всего мгновение назад стояла ведьма и не мог пошевелиться. Отчасти она права. Маргарет встряхнула головой и вернулась к своему плану. Нашептывая под нос, так, чтобы не было слышно, простую мантру: «не обращай внимание, не обращай внимание». В тишине звук переливающегося вина звучал неожиданно отрезвляюще.

— Зачем вы пришли? — Утер вернулся на своё место. Отошедшая от шока Маргарет пододвинула сосуд ближе и разлила вино заново. Ловкость рук и устремлённый в пустоту взгляд короля сделали своё дело. Она заменила кубки, подсунув монарху напиток с лекарством. — Я же отпустил вас.

— В Цинтре я не успела попрощаться с королевой, но вас хотела бы запомнить. — Маргарет торопилась, хотелось быстрее закончить дело, пока их не прервали. А поэтому взяла кубок в руки. — Вы самый милосердный монарх из тех, кого я встречала.

Король не удержался и засмеялся. Раньше он ссылал за такое подхалимство. Он опустил кубок, так и не сделав глоток. Ему хотелось бы, чтобы за этим столом собрались все, кто ему дорог, смеялись вместе с ним, чтобы Моргана рассказывала про единорогов, а Артур про своих рыцарей. Картина счастливой семьи на мгновение мелькнула перед уставшими глазами. Но сейчас, не беспокоясь о последствиях, он мог говорить только с Маргарет.

— Пришла узнать у вас правду, которую не пишут в свитках. О Её Величестве, о Камелоте, о его тайнах.

— … Вы знаете историю, о которой пришли спрашивать. Думаете, раз я собрался умирать, то могу выдать вам всю информацию? Нет. Я унесу правду с собой. А вы и Артур напишете новую, удобную для него. Я старею, это факт. И сюда придёт огромное войско, если хоть кто-то усомнится в моей силе. — Он наконец сделал пару уверенных глотков вина. — Знаете историю про взятие Вероламия?* Артуру было лет двенадцать, я не мог полагать, что он станет хорошим королём. Но болезнь брала верх, меня называли ходячим трупом, шептались за глаза. А жители Вероламия подняли бунт, собрали войско и собирались меня добить. Я не мог сесть на коня, поэтому приказал везти меня на телеге. Как оказалось, даже в таком состоянии, я пугал их. Узнав о том, что я выдвинулся к городу, они сдали Роберту Романкоину ключи от крепости и упрашивали его о милости. — Он сделал паузу, отпил ещё. — Я приказал убить всех.

— Бунтовщиков? — Тихо уточнила Маргарет, представляя, как люди Утера, доблестные лорды, вырезают мирное население. Она тоже начала прикладываться к своему бокалу, мысли о будущем пугали. Камелот ждёт такая же осада?

— Солдат, торговцев, всех, кто мог поддержать бунт мечом или монетой. — Он заглянул в бокал, наблюдая за тёмным отражением. — Я этого не хотел. Но знал, если умру - они придут за моим сыном. Понимаете?

— Да. — Маргарет коротко кивнула, она действительно понимала, ей не нравилось, но она понимала. Она бы посоветовала королю тоже самое. — Но вы не умерли. В этот раз тоже не выйдет.

— Артур слишком мягкий и рвётся вершить добро, даже если это уничтожит королевство. — Утер сделал ещё несколько глотков, Маргарет мысленно молилась, чтобы снотворное действовало быстрее. — Ему нужно найти супругу с холодным рассудком. — Утер хмыкнул, с легкой насмешкой взглянув на Маргарет. Снотворное или алкоголь, не понятно, но речь короля становилась медленнее, а мысли смелее — Вроде вас. Давайте вас поженим? До утра успеем! Отец Тук, он вас обвенчает. — Король рассмеялся, а девушка вжалась в спинку стула. Это последнее, что ей бы хотелось. — Я шучу… Артур мягок, самоуверен и не чувствует ответственности.

— Это не так…

В темноте одного из углов, как раз там, где обычно скрывается Яков, послышался громкий шорох, и Маргарет, не успев договорить, устремила взгляд в темноту, мысленно сжавшись. Это же не очередная колдунья? Из темноты выскочил чёрный котёнок, глаза, как яркие огни, вспыхнули, и Черныш скрылся из виду. Он шмыгнул куда-то к двери и замер на входе. Утер нахмурился, борясь с наступившим помутнением в голове. Он уже хотел выкрикнуть что-то угрожающее, когда из-за гобелена появилась Алиса. Она встала рядом с королём, недовольно фырча, как её подопечный кот, и отряхивая юбку.

— … никакого ему уважения, а кто его воспитывал? — Она ругалась на русском, либо из соображений безопасности, либо из-за эмоций. — Ответственность это у вас тоже семейное.

— Алиса! — Маргарет поставила бокал на стол, она и так боялась, что всё пойдет не по плану. — Прекрати.

— Я не понимаю… — Король мотнул головой — Переведите мне.

— Прошу прощения, Ваше Величество. — Дальше Маргарет тоже пришлось перейти на русский. Им везло, что снотворное начало действовать. — Что ты делала здесь вообще? Ты мешаешь, пожалуйста, не вмешивайся.

— Ты спаиваешь короля. — почти прошипела Алиса, перехватывая кубок Утера, не давая тому сделать глоток. Она не планировала объяснять своё поведение, не сейчас. С громким стуком, отразившимся от пустых стен малой залы, она опустила его на стол, не сводя разъяренного взгляда с Маргарет. Хоть сказанное Утер не смог разобрать, но действия описали даже больше, чем король предполагал увидеть этой ночью. Его Величество решил не вмешиваться в разворачивающуюся перед ним картину, желая понять истинные мотивы девушек. Леди из Цинтры уже научились ловко использовать слова, как маски. Может, выдадут себя жестами. Интересно, что или кого они не поделили?

— Я забочусь о нашем будущем. — сохраняя спокойствие, вкрадчиво начала леди Маргарет. Она сдерживалась из последних сил. — Там снотворное.

— Он должен сразиться с мертвецом, а не проспать.

— Я не застану похороны Пендрагона Старшего.

Уловив своё имя на чужом языке Утер ещё больше сконцентрировался. Становилось интереснее.

— Он не умрёт. Не сейчас. Мер… — Алиса осеклась, чуть не назвав имя. Прикрыла глаза, делая вид, что жмурилась от резкой боли в рёбрах. Ни Утер, ни Маргарет не шевельнулись. Первый от нежелания привлекать к себе внимание, иначе диалог сойдёт на нет, а вторая из двух равносильных причин. Одна из которых была выработанная выдержка, вторая понимание чуть не совершенной ошибки и её прикрытие. — Мой друг уже нашёл решение.

— Тогда тебе не за что переживать. — Маргарет подхватывает бокал и поднимается на ноги. Ей даётся с трудом резко встать и удержать равновесие.

— Вы что, всё это время тост обсуждали? — Утер всё же привлек к себе внимание. Он улыбался, уже пьянеющим взглядом наблюдая за девушками. Приятно провести последний вечер в столь обворожительной компании. — Что это было сейчас?

— Простите Ваше Величество, но я очень обеспокоена происшествием сегодняшнего вечера. — Алиса наконец-то отпустила кубок, выпрямляя спину и поворачиваясь к королю. — Не сомневаюсь, Вы лучший из лучших рыцарей, но всё же, прошу не пить. У Вас бой на рассвете, и это меня тревожит.

— Мне приятна ваша забота, — Король позволяет себе коснутся руки Алисы и осторожно поцеловать её пальцы. А ведь она могла бы быть королевой. Он мог бы сидеть за столом с красавицей женой. И мог бы оставить её вдовой уже на утро. Гаюс был прав. — Обещаю, вашему нежному сердцу не о чем волноваться.

— Первый среди равных. За завтрашнюю победу Вашего Величества и процветание всего королевства! — Маргарет выпаливает тост, стараясь не выдать волнения. Алиса может обидеться, но хотя бы будет жива. Артур на троне не гарантирует им такой привилегии. Она не верит в его благородство.

Король улыбается, он знает, что завтра случится, знает, что так Бог его наказывает. Нужно было слушать брата Тука и чаще молиться. А сейчас он проводит свою душу в Ад, но хотя бы будущее своему сыну, ради которого и пошел на сделку с магией, обеспечит. Это его последний тост и последний кубок. «За процветание всего королевства». Кубок быстро пустеет, вкус вина Утер почти не чувствует, он ставит бокал и отодвигает дальше. Он умрёт завтра, но как подобает королю. В бою.

— Я скажу вам кое-что, леди. — Вино бьёт по голове быстрее, чем король мог ожидать, и Маргарет видит почти мгновенный эффект. Невероятно. — Если всё пойдёт плохо, леди Алиса, вы свидетель моего желания. Возможно, последнего. Вы передадите Артуру, что в подвалах замка есть сокровищница. Я не успел её найти, он сможет.

— Конечно, Ваше Величество. — Маргарет давится комом эмоций из страха и нервов. Девушки обмениваются обеспокоенными взглядами. Сокровищница в подвалах… они ведь это и искали. Алиса коротко кивает, не сводя взгляд с короля, а потом медленно оборачивается и уходит. Маргарет уверена, что подруга побежала прятать от монарха подступившие слёзы. Проводив несостоявшуюся королеву грустным взглядом, Утер подпёр голову рукой. В сон клонило с необычайной силой.

— Вам лучше прилечь. Я позову Якова. — Маргарет медленно поднялась на ноги. Она не торопилась, хотела убедиться, что король уснёт. Прошло где-то около нескольких мгновений, пока голова монарха опустилась на лежащую на столе руку. Обойдя лавку, Маргарет коснулась плеча короля. Его дыхание было ровным и спокойным. Она осторожно провела пальцами по его волосам, проверяя так ли крепко Утер спит. И, убедившись, решила, что Якова всё же нужно позвать. Она допивает содержимое своего бокала и уходит. Двери малого тронного зала ей удаётся закрыть без лишнего шума. Обернувшись, она видит принца. Он сидит на широком подоконники прямо в коридоре. Может, это Алиса его позвала.

— Как он? — Артур встаёт на ноги и делает шаг навстречу королевской советнице.

— Спит. А вы готовитесь к бою, Ваше Высочество.

Артур останавливается у двери, немного щурясь. Интонация, с которой говорит девушка, слишком вольная для неё. Словно это шутка, а не испытание для королевства.

— Вы пьяны? — Уточняет Артур, в поисках объяснения странного поведения, и Маргарет растягивает губы в не слишком радостной улыбке.

— Да, и король тоже. Сильнее, чем я. Помогите ему добраться до спальни, завтра при всём желании он не сможет выйти на поединок. — Она перестаёт улыбаться и позволяет себе крайне фамильярный жест. Похлопывает принца по плечу, словно пытаясь поддержать и заглядывает в глаза. — Камелоту нужен король, а вам отец… и хороший меч. Желаю удачи в предстоящем сражении.

Убрав руку, она уходит, не оборачиваясь и не кланяясь, Артур на время остаётся стоять на месте. На мгновение ему кажется, что двери малого тронного зала нельзя открывать. Мысль, что ему не придётся уговаривать отца не рисковать жизнью приятно ложится на плечи, как шелковая рубашка. Он даже подумал обернуться и сказать Маргарет спасибо, но передумал. Возможно, завтра он попрощается с жизнью, не стоит отвлекаться на любезность. Маргарет и так знает, что оказала ему и всему королевству услугу. И если принц приложит достаточно усилий, династия не пострадает. Его репутация как рыцаря всегда была безупречна.

Маргарет поднималась по ступеням, не желая возвращаться в свою комнату. Стоит зайти к Грегори и поблагодарить за снотворное. Ей бы не удалось напоить Утера до беспамятства - король хорошо себя контролировал, зато обезболивающий настой справился лучше, чем требовалось. Днём Маргарет спросила лорда, что они будут делать, если король покинет этот мир. За такие мысли принято казнить, но нельзя не бояться последствий воцарения Артура. Светлый час для королевства, тёмный для неё и Алисы. Грегори пообещал забрать девушек в Ашдаун и обеспечить до конца дней, он клялся, что не оставит их в столице одних. Слава Богу, что теперь им не придётся уезжать далеко от дворца. Алиса бы не пережила, она всё ещё хочет вернуться домой. Подумать только, как сильна её вера…

***

— Ты готов? — Моргана зашла в покои принца на рассвете. В лучах необычно тёплого для здешнего августа солнце, она выглядела как нимфа из легенд. Волосы, подведённые чёрным глаза, струящееся синее платье. Артур словил себя на мысли, что ему жаль. Очень сильно жаль. Если он умрёт сегодня, Моргана останется одна в замке, с её характером, очень скоро девушка обзаведётся проблемами. Утер, в приступе гнева, может сотворить всё, что угодно, а Моргана не сможет заставить себя замолчать. Прекрасная, чистая леди замка… Артур сделал несколько шагов ей навстречу. Латы поскрипывали, неприятный звук портил атмосферу их неловкого прощания.

— Я зашла пожелать тебе удачи. — Моргана вынимает из рукава синюю, как её платье, ленту и повязывает на предплечье принца, прямо поверх железных пластин. Так леди делают на турнирах, ранее за неё сражались многие, но сейчас не просто сражение за поцелуй принцессы. — Ты поступаешь правильно.

— Спасибо. — Артур понимает, что ей не слишком нравится сложившаяся ситуация, однако, иные слова будут звучать слишком грубо. — Если что-то случится, пообещай…

— Нет. — Моргана вздрагивает и кладёт ладонь на его плечо. Металл холодный, как лёд. — Не нужно оставлять мне последних желаний. Вернись и скажи мне всё потом.

Одарив воспитанницу короля мягкой ободряющей улыбкой, Артур почувствовал некую надежду. Он знал свои возможности, но противник его пугал. Кем бы не был этот рыцарь, он всю ночь простоял в кругу и исчез лишь на рассвете, когда поднялся ветер. Артур заметил, что в какой-то момент вокруг рыцаря появился круг из чего-то белого. А после ветра исчез вместе с рыцарем. Ему так не хотелось об этом думать! Но приходилось. Магия есть магия, она может быть опасна. В коридоре послышались торопливые шаги, и Моргана, убрав руку, отступила в сторону. Их одиночество закончилось. В комнату забежал Мерлин, взмыленный, с синяками под глазами, вероятно, он тоже не спал этой ночью. Кто вообще смог бы уснуть по доброй воле? Слуга молча продемонстрировал принцу меч, и Артур, кивнув, позволил пристегнуть оружие к латам. Времени более не было.

Моргана осталась в покоях принца, из окна не было видно места сражения, но ей и не хотелось этого. Мерлин, как и положено, последовал за господином, а Моргана лишь прошла в глубь комнаты. Опустившись на край аккуратно застеленной кровати, она набрала в грудь побольше воздуха. Зря она попросила Гвен остаться в комнате, ей бы не помешала её поддержка. Скинув туфли и забравшись на постель принца, Моргана постаралась вспомнить что-то хорошее, картинки из их детства, они были словно родные. Играли, ссорились, учились… Моргана стремилась всё делать вместе с Артуром. И теперь все эти воспоминания в любой момент могли окрасится болью потери. Минуты потекли мучительной вязкой жижей, медленно и ужасно томительно. Моргана осталась в полном одиночестве ждать неизбежного.

***

— Уже второй раз вы просыпаетесь в моей постели, — Грегори заботливо протягивает только что проснувшейся Маргарет стакан доставленного в покои эля, — а я ещё ни разу не смог похвастаться чем-то неприличным.

Утренние часы уже перетекали в дневные, она проспала дольше всех, наверное, даже дольше короля. Грегори взял на себя ответственность не будить леди и обеспечить полною тишину. Ей нужно было выспаться, иначе как она примет итоги случившихся событий? Даже если принц умрёт или выживет, Маргарет нужно будет сохранить здравый рассудок. А Грегори нужно обеспечить быстрого коня на случай, если придётся спешно покидать столицу. Собственно, этим он и занимался, пока большая часть обителей замка следила за ходом сражения.

— Мне жаль, что так вышло, — она делает глоток, немного жмурится от лучей солнца и возвращает стакан в руки лорда. — Я не должна была приходить. И прошу, простите что…

— Мне нравится слышать ваше сонное сопение рядом, — Грегори наклоняется, прервав извинения, и Маргарет замирает. Он смотрит ей в глаза, с улыбкой и каким-то детским восторгом. Его зелёные глаза так и светятся. Девушка по инерции подтягивает к себе одело, но не из страха, а искренне смущаясь такого открытого взгляда. Она ведёт себя слишком распущено по местным меркам. Кем Его Милость её посчитает? Как только на щеках девушки проступает румянец, Грегори окончательно теряет голову. Он думал об этом всю ночь и принял решение. Маргарет узнает чуть позже, а пока… мужчина легонько усмехается, пододвигается ближе и нежно целует Маргарет в лоб. Прикрыв глаза, она вздыхает, от неожиданности, не зная, куда деть столько вспыхнувших эмоций. Её рука осторожно касается тёмных кудрей лорда, и мужчина ощущает это нежное прикосновение, убеждаясь, что не ошибся. Опыт его не подвёл, и он правильно истолковал её чувства.

— У меня для вас новость, — Грегори отстраняется от её лица и склоняется к уху, вдыхая запах стойкого мятного масла, которым пропахли подушки на его кровати. — Его Высочество, принц Артур… сегодня утром… одержал победу.

— Боже Правый! — Маргарет отскакивает от лорда, как ошпаренная. Она поднимается на ноги и зажимает рот ладонями, сдерживая искренний радостный смех. Получилось. У них получилось! Он жив, король тоже. Всё будет, как раньше. Не удержавшись, она расставляет руки, и Грегори даже не думает смущаться, как в прошлый раз. Он надеялся на такую реакцию. Обхватив талию Маргарет, он немного приподнимает её, с восторгом вслушиваясь в её смех. Отпрянув от лорда, она мельком благодарит его за известие и помощь, а потом, обещая вернуться в скором времени, выскакивает из его покоев. Быстрее, чем он ожидал.

Довольный лорд Грегори допивает оставшийся в кружке эль. Невероятное утро, невероятная женщина! Он знал, что Маргарет будет делать, причешется в комнате и отправится будить короля. Если его уже не поставили на ноги после вчерашней дозы снотворного. Ей придётся извиниться, выслушать рассказ о победе принца в красках, а потом она вернётся к нему. Прямо в тёплые объятья, и он изложит ей все собранные в голове планы на будущее.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* - В тексте Гальфреда Монмунтского это событие описано как последнее сражение Утера. Сразу после которого он был отравлен. В данном контексте не последнее.

«Спросите двуглавого орла»

В комнате было на удивление светло: все ставни распахнуты, по обычно тёмным покоям короля гулял сквозняк. Двери тоже были открыты, король словно ждал кого-то. Яков взял кубок со стола короля и медленно налил из кувшина немного вина. Утро перетекало в полдень, но слуга не стал разбавлять вино водой, словно уже спускалась ночь. Маргарет стояла перед королём, живым и бодрствующим, но молчаливым и хмурым. Только войдя, она поняла, что не выйдет из комнаты без выговора. Она знала, что так будет. Отодвинув кубок, Яков взглянул на девушку и лишь легонько покачал головой, почти незаметно. Большего он не мог сделать. После чего парень, как обычно, отступил в сторону.

— Я зашла узнать о вашем самочувствии, — Маргарет опустила взгляд на тёмное вино. Она и без подсказок поняла бы намёк. Возможно, Утер её просто пугает, а может, там конская доза снотворного. Когда Маргарет подняла голову, король уже смотрел на неё, держась руками за спинку стула. Он смотрел выжидающе, кажется, не моргая. Вино для гостя — нужно принять. Иначе нельзя.

Король нервно сжимал и разжимал пальцы, борясь с желанием позвать стражу. Он знал, что она придёт. А разговор с сыном ещё больше разжигал в короле праведный гнев. Артур радовался победе, забыв про риск, про то, что пошёл против приказа. Ещё и смел высказаться по поводу поступка советницы… в положительном ключе! Стул отлетел от резкого толчка, и Яков чудом успел отскочить в сторону. Мебель в покоях Утера крепкая и не раз переживала гнев хозяина. Маргарет вздрогнула от громкого звука удара и сжала свободную ладонь в кулак, впиваясь ногтями в кожу, чтобы не вскрикнуть. Какой пугливой она стала. Утера только больше бесила невозмутимость советницы. Её красное платье — как тряпка для быка. Быстро поставив стул на место, Яков ретировался из покоев, оставив леди и короля одних. Когда дверь за мальчишкой захлопнулась, Маргарет мысленно сжалась в комок. Может, сюда хотя бы Артур заглянет? Пусть злорадствует, но она хотела бы, чтобы у всего происходящего были свидетели.

— Нарушить приказ и меня же использовать! Я допускал, что нельзя доверять женщине, и оказался прав. И Артур, и все, кто требовал избавиться от вас! — Утер бил ладонями по столу . Его взгляд всё ещё был прикован к стоящей напротив Маргарет. — Вы такая же самоуверенная и лживая тварь, как многие другие до вас. Я сошлю вас в Элдор или ещё дальше, в глушь, куда не долетит ни один голубь.

Король замолчал. Комната погрузилась в полную тишину, прерывающуюся только звуками с улицы. То, что сделала эта женщина, походило на преступление. Если бы Артур был ранен или погиб, он бы просто повесил всех причастных к обману, но принц выжил. Не просто выжил, а победил и вышел героем. Утер отдавал себе отчёт, что не смог бы одолеть противника. Выходит, она спасла ему жизнь. Но рискнула при этом жизнью наследника. Его разрывал изнутри гнев из-за попрания его авторитета, но он не мог отбросить факт, что сейчас стоит на ногах и дышит полной грудью. Утер обсудил это с Артуром — собственно, именно принц начал разговор о Маргарет, упомянув, что та сказала, выходя из тронного зала ночью. А позже… дал свои собственные комментарии.

— Ваше Величество желает, чтобы я покинула замок в ближайшее время? — сглатывая собравшийся ком эмоций, Маргарет выдавила из себя несколько слов. Ей было обидно и больно, а ещё больше — страшно. Она знала, что Утер не одобрит её решения, что будет считать себя обманутым. Но не могла представить, как на самом деле тяжело будет принять последствия. Вино в бокале было слишком тёмным, чтобы не быть отравленным.

— Черти вас из него вынесут! — проговорил король, чуть спокойнее, но так же громко. Он медленно поднял взгляд на девушку, подмечая, как дрожат её ресницы и краснеют сжатые пальцы. Утер думал притвориться, предложить ей отпраздновать победу, поднять тост и проверить, решится ли советница выпить из его кубка. Но не удержался, увидев сомнение в её карих глазах. Она всё понимала. Полыхающий огонь угасал, оставляя в душе тлеющие угли. Их тепло поднималось по пищеводу до горла, оседая ядовитым послевкусием на языке. — Как, Маргарет, как вам пришло это в голову?

— Я вспомнила про сильное снотворное, которое Гаюс давал пациентам с переломами. Взяла его и добавила в вино. — Упоминать соучастников Маргарет не посчитала нужным. — Всего пару капель, чтобы… не навредить.

— Почему? — Не то чтобы Утер сомневался в ответе, он мог проговорить его слово в слово. И всё же ему хотелось услышать.

С ответом Маргарет не торопилась. Какое-то время она собиралась с силами, чтобы не расплакаться, хоть ей и очень хотелось. Что нужно ответить? Рассказать, как глубоко в душу ей, брошенной судьбой в чистом поле девушке, запал процветающий Камелот? Рассказать, как образ короля нерушимо засел в её рассудке как нечто вечное и сильное, в отличие от её жизни? Маргарет думала, что её жизнь стабильна, пока не оказалась здесь и не обрела значимость, влияние, которого не многие женщины здесь могут коснуться. Или как ей нравилось гулять по вечерам в королевском саду. Набрав побольше воздуха, она наконец выбрала фразу, которая могла звучать уверенно и честно:

— Хотела видеть вас живым.

Сейчас всё её тело находилось в напряжении, дабы не потерять самообладание. Странно, она думала, что сильнее собственных эмоций, пока не оказалась здесь. Мысль о смерти — собственной или королевской — её действительно выводила из равновесия, как мысль о смерти родственника.

На секунду что-то вздрогнуло в душе короля, отражаясь неуловимой эмоцией на его лице. Разумеется, Маргарет этого изменения не видела, но Утер чувствовал явно как никогда и в ту же секунду загнал это чувство в самый тёмный угол своего рассудка. Артур говорил, что наказание не требуется. Как бы принц ни относился к леди, она оказала услугу всему королевству и лично Артуру. Король не был доволен, но был жив.

— Я подумаю о вашей дальнейшей участи, — Утер медленно выпрямился и отвернулся к окну, демонстрируя полное безразличие. — Можете идти.

Маргарет тихо опустила голову, немного попятилась, не решаясь отвернуться, а потом быстро покинула комнату. Снаружи, прижавшись спиной к стене, она запрокинула голову и вздохнула. Что король может выдумать для неё? Решив, что в Камелоте есть только одна комната, где ей смогут помочь, она повернулась к лестнице и встретилась взглядом с принцем. Артур стоял в нескольких метрах от покоев отца, наблюдая за душевными метаниями советницы. Видел, как она вышла из комнаты, как обессилено и потеряно выглядела в эту минуту. Принц ждал её, очевидно, вот только Маргарет не знала, о чём он говорил с отцом и говорил ли вообще.

— Поздравляю. — Маргарет не испытывала особо ярких эмоций: они с Артуром играли, и он выигрывал, всё честно. Почему-то она не могла представить принца подслушивающим под дверью, а вот Якова… хотя, пусть болтает. Слухи не навредят ей так, как решение короля. Мысленно она даже хвалила мальчишку за попытку спасти её — видимо, Яков не гнушается взаимовыручкой.

— Я сказал Его Величеству, что не вижу большой вины в ваших действиях.

— Почему? — Теперь она поняла, зачем король задал ей такой же вопрос. — Хотя я знаю. Как так выходит, что мы, при всех подозрениях, всё ещё помогаем друг другу?

— Правда так считаете? — Артур поймал себя на этой неприятной мысли и захотел услышать доводы, чтобы их опровергнуть.

— Мне есть что вспомнить — хорошего. Думаю, вы тоже сможете. — Маргарет убрала руки за спину, чтобы незаметно сжать пальцы. Он арестовал конюха, который на неё напал, нашёл и привёз Алису из леса, а теперь говорит, что не хочет наказания для неё. Теперь Утер должен принять во внимание мнение соправителя. Не услышав желаемых доводов, Артур почувствовал, что устал, ему захотелось вернуть себе хотя бы частичку покоя. — Ваше Высочество, я ошиблась. Вы лучше, чем я думала…

— Просто скажите, откуда пришли на самом деле. И всё это закончится. Я обещаю, что вашей жизни ничто не будет угрожать. Мне просто нужно знать.

Маргарет хмыкнула. Даже если Артур действительно удостоится чести быть легендой, она точно не увидит его великих поступков. А он не увидит её родного города. Мотивы принца честны и благородны: он пытается защитить отца и королевство, понять, откуда взялись две женщины без рода и денег, но со знаниями и занимательными безделушками. Она может его понять.

— Спросите двуглавого орла.

Артур кивнул, понимая, что подаренная ему издёвка — верный признак отсутствия желания продолжать диалог. Она ничего не скажет, а он ничего не сделает. Маргарет было всё равно, пойдёт ли Артур к королю, чтобы забрать свои слова обратно. Она поднялась на два этажа выше и, пройдя уже очень знакомый путь, постучалась в одну из дверей. С этой двери началась её придворная карьера, и, видимо, здесь же и закончится. Лорд Грегори открыл дверь очень быстро, и Маргарет шагнула вперёд. Её холодные пальцы дрожали, и вся она, как показалось лорду, рассыпалась, словно треснувшая на кусочки ваза.

***

— Я была у короля, — тихо проговорила Маргарет.

Грегори тут же понял, что случилось, мысленно отвесив самому себе подзатыльник. Нужно было догадаться встретиться с Утером в начале дня, до того как его уведёт кто-то другой. Ну или хотя бы не отпускать Маргарет одну. Лорд замечтался, радуясь победе, и сейчас винил себя за это.

— Он сказал, что сошлёт меня как можно дальше.

Повторив слова короля, Маргарет зажала рот ладонью и расплакалась. Растерявшись на мгновение, Грегори бросил взгляд на дверь, убедившись, что она закрыта, а потом шагнул вперёд. Он коснулся плеч Маргарет, осторожно пододвигая её ближе к себе, дабы убедиться, что не сделает хуже. А когда не увидел сопротивления, обнял девушку. Маргарет не двигалась, она продолжала плакать, уткнувшись в плечо Грегори, и, казалось, не могла успокоиться. Пытаясь как-то помочь ей, он протянул руку и погладил Маргарет по волосам, в очередной раз почувствовав лёгкий аромат мятного масла.

Грегори легко мог представить, что Утер сделал или сказал, — он знал короля. И злился, очень сильно. Если бы Маргарет не прижималась к лорду, вздрагивая от пережитых эмоций и рыдая, он бы уже шёл к тронному залу. Возможно, последствия были бы непоправимы. Ни лорду Грегори, ни кому-то из смертных не победить Утера. Чуть успокоившись, Грегори отстранил Маргарет от себя, заметив, что она перестала дрожать. Теперь она просто выглядела заплаканной, как потерявшийся на ярмарке ребёнок. Лорд быстро нашёл лазейку: он скажет Туку, и тот, надавив на христианское чувство вины, подтолкнёт короля к милосердному решению. Продолжая держать Маргарет за плечи, он заглянул в её покрасневшие глаза со всем теплом, на которое был способен.

— Я не оставлю вас, что бы ни решил король, — произнёс Грегори и поцеловал её.

***

В их когда-то уютной комнате, которую они успели обжить, сейчас царил странный и немного грустный хаос. Король уже давно пообещал выдать гостьям отдельные покои, подобающие их статусу. О каком статусе шла речь, Алиса не очень понимала. Они не были леди в прямом смысле этого слова. За ними так же не было ни знатного, ни зажиточного рода. А сейчас, оглядываясь назад, Алиса понимала, что некоторые её действия лишь подтверждали сомнения. Хоть Маргарет и старалась вбить в её голову пару правил приличия, это не спасало ситуацию в целом. Позже, когда Маргарет начала маячить у короля перед глазами, их жизнь стала чуточку весомей. Но что поменялось, Алиса не видела.

После инцидента в лесу Алиса решила никуда не ввязываться — не до того было. И поначалу всё шло хорошо. Её устраивало, что она могла просто отдохнуть и затаиться. Находясь в лекарственном дурмане, Алиса медленно плыла по потоку размышлений, всё сильнее убеждаясь в их дурном влиянии на происходящее. Но обычно приходившая за этим тревога не беспокоила девушку ровно до появления Чёрного Рыцаря. Алиса успела забыть, что они умудрились попасть в эту реальность, полную правды и лжи, и что им необходимо держаться за истину.

Когда к ней полностью вернулось здоровье, девушка приступила к сборам. Доверять этот вопрос слугам она боялась — слишком много «магических» вещей было припрятано в их комнате. Нужно было аккуратно собрать то, что осталось от их прошлой жизни, и подготовить к переезду кота. Черныш ловил подол её платья из-под кровати, докучал требовательными ласками, а получив их и миску молока с большей частью обеда хозяйки, скрывался в тёмных коридорах, гуляя по замку всю ночь напролёт. Он уже привык к своему новому дому, и Алиса переживала. Не только из-за смены жилья. Она попросту не сможет оставить его здесь одного, когда они получат кольцо. Если для перемещения требуется держаться за того, кто держит кольцо, она ни за что не отпустит этого Черныша. Даже если он раздереёт её руки в кровь.

Сортируя пожитки, Алиса немало удивилась тому количеству вещей, что они успели приобрести. Маргарет тратила жалование почти в ноль, снабжая их зимней одеждой, недорогими тканями на платья и иными полезными в быту вещами. Ещё немного, и Алиса бы начала чувствовать себя домохозяйкой. Только вместо мужа — подруга. Перекладывая в мешки грубые шерстяные ткани, которые вот-вот должны были стать их зимним одеянием, Алиса недовольно поморщилась. Ей не нравилась перспектива зимовать здесь. Отряхнув руки, она одарила мешок победным взглядом и вздохнула. Король сказал, что хочет открыть сокровищницу, а значит, есть шанс, что они успеют исчезнуть до того, как выпадет снег. С каждым днём ждать становилось всё сложнее, терпение Алисы заканчивалось, и хотелось как можно быстрее оказаться дома.

Отставив мешок, девушка обернулась, оценивая проделанную работу и проверяя, что ещё не взяла. Её взгляд упал на подоконник, который уже давно служил Маргарет рабочим столом. Заваленный письмами и прошениями, он походил на ворох легко воспламеняющегося мусора. Бумажки беспорядочно свисали, раздражая своим беспорядком. На фоне пустеющей комнаты они выбивались из обстановки, и Алиса не удержалась. Оказавшись у подоконника, она постаралась собрать все бумажки в той последовательности, как они лежали, что было почти невозможно из-за отсутствия банальной нумерации. А читать чужие записи не было у неё в привычке. Однако глаз сам невольно зацепился за строчки, а минимальное знание текста — спасибо Мерлину за старания — позволило быстро перевести. Почерк почти тут же показался Алисе знакомым. Она углубилась в текст и замерла на мгновение. Ланселот. Это было его письмо к Гвен. Алиса не помнила, чтобы читала его раньше, и точно знала, что принесли его не сегодня. В нём изгнанный рыцарь клялся Гвен в верности и обещал приехать в замок, чтобы встретиться с ней. Но он не указывал дату; даже если письмо принесли недавно, прибыть в замок мужчина мог в любой момент.

Алиса задумалась, панически соображая, как передать письмо Гвен. Конечно, этим всегда занимался Джон, сама она старалась не светиться и не лезть в ей же созданную схему, но желание сделать всё самой, накалявшееся всё сильнее с каждым проведённым в бездействии днём, жгло изнутри. Пару раз глубоко выдохнув, Алиса постаралась вернуть себе спокойствие. Руки дрожали. Она невольно взглянула на свой мешок — там лежала её аптечка. Доза лекарства, что выдавал ей Гаюс, неизбежно снижалась, а вместе с ней и настроение. Возвращались боли в мышцах и какая-то опустошённость. Не раз по ночам её рвало и трясло словно в лихорадке, но лекарь лишь сочувственно заявлял, что это пройдёт, это нужно переждать. И ничего не делал.

Внезапно бумаги, что ещё оставались неубранными, полетели на пол. Что-то глухо ударилось об пол, а потом покатилось к ногам девушки. Ошалело проморгавшись и уже не скрывая трясущихся рук, Алиса в немом изумлении уставилась на Черныша, который словно чёрт из табакерки появился на подоконнике и в своей нагло-обольстительной манере выпрашивал ласки. Алиса медленно кивнула, переключая всё своё внимание на кота. Его присутствие словно отрезвляло и давало вполне чёткую цель: быть сильнее этого и вернуться. Черныш потёрся своей мокрой мордочкой о руку, одобряя. Громкое мурчание успокоило её. Постояв так некоторое время, Алиса сложила обнаруженное письмо в несколько раз и спрятала в складках платья, где когда-то подшила самодельный карман. Сброшенные письма были быстро собраны и смешаны с другими уже как есть. Всё это отправилось в мешок с шерстяными тканями. Маргарет не имела привычки носить сумки, предпочитая рукава, потому Алиса подумала, что подруга не обидится, пока не обнаружила тубус для писем.

Неужели что-то ещё должно шокировать её сегодня? Тубус был запечатан ярко-красным сургучом, а значит, это точно от короля… столь дорогой оттенок простые придворные себе не позволят, а Маргарет и подавно. Подняв с пола маленький шершавый тубус, Алиса чётко ощутила от него что-то дурное. Черныш приглушённо мяукнул и спрыгнул с подоконника, покидая комнату. Глядя ему вслед, девушка подавила в себе желание узнать нечто ужасное. Всё же это королевский оттиск, и если она его сломает… Нет. Она не станет рисковать. Больше нет. Она поднимет эту тему, когда Маргарет наконец вернётся к ней и они всё обсудят. Как когда-то договаривались. А пока необходимо завершить то, что уже начато. Убрав нетронутое королевское письмо в мешок, Алиса вышла из комнаты. Письмо Ланселота обязывало закончить эту историю, в которую она ввязалась. Гвен — служанка, не скандальная Гвиневра из рассказов про Артура, она может быть счастлива с самого начала. Но отступать было поздно. Простая схема: добраться до конюшни и найти Джона, чтобы он отнёс письмо Гвен. И чем сильнее и больше она даёт себе задач, что помогают отвлечься, тем легче переносить ломку.

***

Теперь Туку требовалось проводить больше времени в уединении и молитве. Первую часть этого требования он соблюдал — стал показываться при дворе реже. Однако всё чаще бывал у короля, вёл с ним беседы, исповедовал слуг и кухарок. Однако молитв в его жизни стало чуть меньше. Дождавшись сана, превратившись из «брата Тука» в «святого отца», бывший монах начал планировать, каким станет его приход. Он расписывал устав для церкви, которую получит, планировал, сколько земли уйдёт под пасеку… А ещё тренировался принимать прихожан, беседуя с каждым, кто желал того. Про добрые христианские дела Тук тоже не забывал, продолжая давать подати со своего временного жалования и из личных средств.

Услышав стук в дверь, Тук отложил бумаги. Он всегда был готов принять гостей. Однако мальчишка, которого Тук чаще видел с принцем, его немного насторожил. Хотя бы тем, что пришёл не один.

— Простите… я… — Мерлин, спотыкаясь на пороге, всё же зашёл в комнату, представляя своего спутника: — Это Ланселот. Он… приехал в город недавно.

— Доброго дня. — Вошедший юноша показался Туку смутно знакомым, хоть это впечатление и было полностью обманчивым. Для себя бывший монах отметил, что несмотря на крепкое телосложение, гость явно сильно волнуется, судя по его подрагивающим пальцам и поджатым губам. А дорожный плащ, который он держит в руках, выглядит достаточно грязным, чтобы безошибочно определить — путь был долгий.

Тук прищурил глаза, рассматривая темноволосого, весьма симпатичного парня. Мерлин неуверенно мялся, ему было странно находиться в столь аскетичной комнате. Хотелось добавить ярко-красного покрывала и шёлковых подушек. Ланселот опустился в небольшом поклоне, надеясь, что это смягчит Тука. На что Мерлин отреагировал почти мгновенно и решил заговорить первым, чтобы Ланселот не испортил и без того опасный план.

— Видите ли, мой друг ищет человека… служителя церкви, который согласится заключить брак между ним и одной девушкой. — Слуга наклонился чуть ближе. — Многие другие ему отказали, и я подумал, что мы можем обратиться к вам.

— Интересно узнать причину отказа, — Тук бросил взгляд на старый дорожный плащ, уже представляя, как откажет. В этом мире существовало несколько чётких границ, которые он не мог переступить. Ну разве что в крайнем случае. — Невеста — благородная дама, которую ты украл? Она из Старой религии? Или тебя привела ко мне жажда сочетаться браком с чужой женой?

— Я пришёл сюда из-за любви к прекрасной женщине, — смиренно произнёс Ланселот, заглядывая прямо в глаза священнику, и Тук сразу оживился. Его мысли прояснились, и он тут же предложил гостю сесть и рассказать. Понадобилось всего мгновение, чтобы Тук был готов выслушать историю первого встречного. — По приказу короля я был изгнан из королевства. Именно это мешает мне жениться, ведь моя избранница живёт здесь, в Камелоте. Я бы мог выкрасть её, но тогда её честь пострадает. Но если мы поженимся тайно, то никто не узнает об этом до того момента, пока я не найду для нас хорошее место.

— Это же как в балладах! — Тук чуть ли не захлопал в ладоши. Он встал и налил гостям медовухи. Его движения были торопливыми и мягкими одновременно. Мерлин заглянул в протянутую ему кружку, поджал губы и нехотя отставил в сторону. Не в этот раз. — Расскажите мне всё. Кто эта дама? Как вы познакомились?

Опустившись на крышку сундука рядом с Мерлином, Ланселот несколько мгновений нервно теребил край рубахи, а потом всё же решился изложить всё подробно. Его волнение исчезло теперь, когда его замысел стал вот-вот исполнен. Он начал с дня, когда встретил Гвен в замке, как она была прекрасна на том празднике… как она трепетно смотрела в его глаза и как он написал первое письмо. Тук внимательно слушал, кивал и запивал описание сердечных мук мёдом. В тишине комнаты Ланселот рассказал о тайной переписке, которую они вели, как признавались друг другу в любви и как однажды Гвен не ответила… Парень так и не получил ответа на письмо, где высказал свои намерения жениться. И поэтому рискнул жизнью, нарушил приказ, чтобы сделать предложение вживую.

— Решил, что должен совершить действительно значимый поступок. Не могу же я прятаться всю жизнь и смущать девушку обещаниями в письмах. Я решил жениться и забрать её. Но я не принадлежу к Старой религии, а ни один служитель церкви не захочет венчать… того, кто нарушил приказ короля и данную клятву.

— Пути Господа неисповедимы, юноша. Вы нашли нужного человека. — Тук улыбнулся, довольно глядя на гостей. — Я буду венчать вас. И никто не скажет, что этот союз неправда.

Это станет его первым проведённым таинством, и он постарается сделать так, чтобы все услышали о том, что Тук помогает соединять влюблённые сердца. Тук позволил себе надеяться, что его не казнят за это.

— А… король? — подал голос Мерлин, обеспокоенно посматривая то на Тука, то на Ланселота. Он видел, как лицо другого начало сиять довольной улыбкой, но всё ещё соблюдал осторожность. — Если ему кто-то донесёт…

— О, вы можете рассчитывать на… — Радостный Тук отвлёкся на весьма настойчивый стук в дверь. Прежде чем все успели среагировать, в комнату вошла женщина, которую Мерлин хотел бы видеть меньше всего. Маргарет успела переступить через порог, когда её взгляд встретился с растерянным взглядом Ланселота. Она замерла, словно перед ней возник призрак, а изгнанный рыцарь мысленно пытался посчитать, сможет ли сбежать через окно. Воображение Мерлина уже рисовало страшные картины того, как их двоих утаскивает дворцовая стража.

Тук медленно поднялся со своего места и без особых тревог предложил Маргарет присоединиться. Он заметил испуг в глазах Ланселота, но тот быстро справился с эмоциями. Советница короля немного нахмурилась и плотно прикрыла за собой дверь. Она смотрела на всех троих так, словно ждала объяснений. К Ланселоту особой ненависти Маргарет не питала, так что сдавать его Утеру здесь и сейчас не то чтобы хотела. В ней боролось желание узнать, каким ветром рыцаря принесло в замок, и желание не вмешиваться в то, что её не касается.

— Не важно, зачем вы пришли, — вдруг проговорила девушка, чуть тише, чем хотела. — У вас есть несколько минут, чтобы покинуть замок, а я сделаю вид, что никого не видела.

Не сразу поверивший в такое счастье Мерлин даже немного замедлился, в то время как Ланселот, не распознав враждебности в её голосе, тут же принялся быстро собираться. Подобрав свой дорожный плащ, он торопливо обратился к Туку, и святой отец в своей манере заверил, что договорённость в силе. Больше не желая рисковать, Ланселот подхватил под руку Мерлина, и вместе они покинули комнату. Так быстро, что Маргарет даже не заметила, как они прошли мимо неё. Дверь хлопнула, на несколько мгновений в комнате воцарилась тишина.

— Для чего они приходили? — Маргарет подошла ближе к Туку, напрочь позабыв, о чём хотела с ним поговорить ранее. — О какой договорённости речь?

— О самой прекрасной, леди. — Мужчина загадочно улыбнулся, наполняя ещё одну кружку мёдом. — Вы наверняка знаете этого молодого человека, судя по вашей реакции. Однако он пришёл ради великой любви. В этом замке его ждёт трепетное сердце, молодое и влюблённое.

— Вы согласились им помочь, конечно же… — Маргарет вздохнула и на мгновение задумалась. — Скажите, а что, если на венчании девушка ответит «нет»?

— А вы, видимо, уже в курсе. Что ж… это будет неприятно. Я не смогу заключить этот союз перед лицом Господа. — Тук сделал глоток мёда. — Но я верю: раз их любовь прошла испытание разлукой, девушка уже не передумает.

— Что ж, вы уже храните тайну лорда Грегори о том, как он посетил Цинтру, не выходя из собственных покоев. Сохраните ли вы ещё одну? — Маргарет посмотрела на Тука совершенно серьёзно, в её словах не было попытки заигрывать или интриговать его. — Дело, в которое вас втянул Ланселот, непростое. И вы должны осознавать свою роль. Или быть готовым услышать «нет» от невесты.

Если первая же церемония, которую недавно рукоположенный священник решит провести, окажется неправедной, его карьера окрасится в неприятный цвет. Стать тем, кто нарушает законы религии в присутствии множества человек и ещё короля, может сулить ему возвращение в статус беглого монаха без возможности повторного возвышения. Мужчина кивнул, давая понять, что готов выслушать всё. Маргарет, желая дополнительно себя обезопасить, решила воспользоваться моральными принципами любого священника. Она взяла небольшую подушечку и бросила её на пол, после чего медленно опустилась на колени и, сложив руки словно для молитвы, подняла взгляд на деревянный крест, висевший на стене.

— Вы выслушаете меня, святой отец?

— Конечно, дитя.

С этого момента, вне зависимости от того, что делал Тук, началась исповедь. Изложить их дальнейший диалог он никому не сможет. Мысленно бывший монах недовольно фыркнул: использовать его методы против него же… она что, всё ещё не доверяет ему? С другой стороны, даже если их застанут за столь странным разговором, вопросов не возникнет.

— Молодой Ланселот прошёл испытание и стал одним из рыцарей принца Артура. Блистательная карьера для пришлого издалека, ещё и самого младшего из детей небогатого лорда. Король лично принял его присягу, и в тот же вечер был собран пир в честь новых воинов. Пир посетила леди Моргана со своей служанкой. Именно эта служанка, Гвен, заинтересовала рыцаря. — Маргарет говорила ровно, без сильного эмоционального окраса, продолжая смотреть на крест, и, казалось, даже не пыталась понять, как на услышанное реагирует Тук. — Однако девушка уже питала симпатию к Его Высочеству. Со слов Якова, слуги часто замечали, как Гвен засматривалась на молодого принца, и вряд ли бы приняла ухаживания от другого. Опьянённый, Ланселот осмелился написать Гвен письмо, где изложил свою симпатию. В ответ он получил тёплые слова… написанные рукой леди Алисы. Она перехватывала письма Ланселота, читала и незаметно передавала Гвен. А позже перехватывала ответы девушки и писала на их основе письма для Ланселота. Так Гвен думала, что ведёт лишь тёплую переписку с изгнанным рыцарем, а Ланселот думал, что сердце Гвен пылает от любви. И всё это ради одной цели… не дать Артуру жениться на служанке.

— Выходит, если я заключу брак, сделаю две души несчастными.

— Почему же? — Маргарет разомкнула руки и наконец отвела взгляд от креста. — В настоящих письмах Гвен, что мне довелось увидеть, прослеживалась лёгкая симпатия, которая ещё может позволить ей забыть принца и влюбиться. А Ланселот показал себя как хороший человек, способный относиться к женщине с уважением и заботой. Тем более, он сможет обеспечить семью своим трудом. А принцу стоит жениться на принцессе и заключить выгодный союз. Когда Артур займёт трон, он наверняка вернёт Ланселоту статус рыцаря — ведь с решением отца он не согласен. И все будут в плюсе.

— Служанка станет леди, нужно только подождать. — Тук протянул Маргарет руку, помогая подняться на ноги. — Вы придумали весьма хитрый, пусть и рискованный план.

— Это не я, это леди Алиса. — Маргарет одарила Тука улыбкой. — Мне эта история открылась не намного раньше, чем вам. Но теперь вы понимаете значимость этого события.

Тук хмыкнул и пожал плечами.

— Вы хотите вывести девушку из поля зрения принца путём предположительно выгодного брака. — Он немного задумался, взвешивая что-то в своей голове. Это, конечно, не история двух искренне влюблённых сердец, но если всё провернуть гладко, будет не хуже. — Я уже пообещал устроить свадьбу. С меня венчание, с вас невеста… что будем делать с королём?

— Король сейчас зол на меня и слушать не станет. Вам придётся убедить его разрешить Ланселоту провести в Камелоте пару часов. Можете сказать, что это приведёт душу Его Величества в рай.

— Леди Маргарет, — Тук слегка насмешливо пригрозил ей пальцем, — использовать религию для собственной выгоды нехорошо.

— Учусь у вас. — Она вздохнула. — Простите. Я всех меряю по себе, вы, конечно же, лучше.

Кажется, её попытка сгладить острый ответ была не обязательна. Бросив на Маргарет скучающий взгляд, Тук вернулся к столу с мёдом и протянул ей уже наполненный стакан. Мёд сверкал как жидкое золото, разведённое солнечным светом, и так манил своим ароматом. Маргарет без сомнений сделала пару больших глотков, чувствуя, как немного расслабляется. Ей этого не хватало.

— На этом и остановимся. Я уговорю короля, а вы приведёте девушку. — Тук снова стал похож на довольного кота. — А зачем вы пришли? Вы же не знали, что у меня гости.

— Меня интересовал один вопрос. Сколько у лорда Грегори было женщин?

Тук внезапно засмеялся, чуть не подавившись медовухой, после чего немного закашлялся.

— Леди Маргарет, мне будет проще посчитать ягоды на кусте смородины. — Заметив, как взгляд леди немного потух, он сменил смех на мягкую улыбку и добавил: — Но если вы спрашиваете, способен ли Грегори любить, то мой ответ — да.

— Мне хотелось бы знать, сколько поцелуй может значить для лорда. Я пришла, потому что вы знаете его лучше меня.

Тут ситуация для бывшего монаха стала полностью ясной. Мужчине пришлось сдерживать себя от радостных возгласов — сегодня не день, а настоящая ярмарка сокровенных историй! Довольный собой, он начал прикидывать в голове, как расспросит друга о каждой подробности, о каждом взгляде и вздохе.

— Но меня он не целовал, — чуть посмеиваясь, бросил Тук, возвращаясь к кувшину с медовухой. — Вы могли слышать множество слухов, и я могу подтвердить более половины из них. В одном могу вас уверить: бастарды по замку Ашдаун не бегают. Грегори мечтает о детях, ему нужен наследник, он бы узаконил любого ребёнка. Но вы считаетесь леди, поцелуй с вами накладывает больше обязательств. Однако насколько вам это нужно?

— Что именно?

— Скажу по себе: я часто менял хозяев. Из монастыря ушёл, потому что мне перестал благоволить настоятель, в другой не пошёл, потому что история бы повторилась. Я здесь, потому что король хочет меня видеть, потому что Его Милость хочет меня видеть. Мне нужен обещанный подарок, чтобы построить там маленькую церковь и более ни от кого не зависеть. У вас есть своя «церковь»?

— Думаю, я поняла, о чём вы говорите, — Маргарет опустила взгляд на мерцающий в стакане мёд.

— Конечно поняли. Будь вы глупее, уже были бы мертвы. — Он немного помолчал. — Поэтому, возвращаясь к поцелую и его значимости: если Грегори предложит вам руку и сердце, соглашайтесь. Родите ему ребёнка, получите фамилию и больше ни о чём не беспокойтесь. Ваша жизнь будет в безопасности. Но как друг Его Милости и человек церкви, я бы не советовал отдаваться чувствам до того, как подобное предложение поступит. — Он осторожно стукнул своим стаканом о стакан в руках девушки и залпом выпил до дна.

***

Сначала Мерлин не хотел ничего говорить Артуру. Во-первых, это могло сказаться на безопасности Ланселота. Во-вторых, принц мог неправильно отреагировать на самовольство слуги и выдумать особо изощрённое наказание. Мерлин даже подстраховался, зайдя в прачечную за чистой одеждой, чтобы у него было официальное прикрытие. Однако стоило ему переступить порог комнаты принца, как Артур нетерпеливо поинтересовался, где слугу носило. Не раздумывая, Мерлин выдал заранее подготовленный ответ, демонстрируя рубашки и раскладывая их по сундукам. Артур недоверчиво следил за действиями слуги.

— Ты знаешь, что у тебя нос зеленеет, когда ты пытаешься меня обманывать.

Инстинктивно Мерлин коснулся пальцами носа, но потом понял, что это лишь словесный оборот, и быстро убрал руку. Секундного замешательства оказалось достаточно, чтобы Артур, прислонившись к стене, начал рассматривать Мерлина сверху вниз. Нервно взъерошив волосы, Мерлин поднялся на ноги.

— Ланселот вернулся.

— Знаю, я видел, как он вышел через проход для слуг. — Принц начал хмуриться. — Кому из вас эта гениальная мысль пришла в голову?

Мерлин, невинно улыбнувшись, лишь развёл руками. Пытаясь увести внимание принца в другую сторону, он начал убирать со стола лишнюю посуду, которая скапливалась в покоях принца.

— Раз вы видели его, могли бы спросить.

— Должен был кричать через весь двор? — Артур устало закатил глаза. — Давай, Мерлин, говори. Я знаю, что без тебя история не обошлась бы!

— Он хочет… жениться, — Мерлин снова улыбнулся, на сей раз менее мило, скорее виновато. — На Гвен. Он приехал встретиться с братом Туком.

Артур сделал глубокий вдох, прикрывая лицо ладонью, и какое-то время просто стоял так. Мало того, что Ланселот сунулся в замок, так ещё и направился к человеку, который легко может выдать его. Оставалось надеяться, что Тук окажется более понимающим. Сделав робкий шаг в сторону, чтобы не схлопотать подзатыльник, Мерлин добавил:

— Леди Маргарет нас видела.

— Мерлин, почему все люди вокруг меня потрясающе глупы?

— Возможно, дело в вашем… — Парень не смог договорить.

— Не обязательно отвечать! — Артур отвернулся, устремив взгляд на затухающий камин. Даже остатки колеблющегося пламени его не успокаивали. Он разрывался между беспокойством за судьбу человека, которого уважал, и желанием изгнать Мерлина так же, как Утер изгнал Ланселота. — Когда они поженятся?

— Не знаю, — Мерлин пожал плечами. — Брат Тук… то есть отец Тук, обещал всё устроить и сохранить это в тайне.

— Так нельзя. Гвен не согласится, — Артур повернулся к Мерлину, он выглядел задумчивым. — С чего вдруг Ланселот решил, что это сработает?

— Они вели переписку всё это время. — Голос Мерлина стал немного тише и серьёзнее. Он понимал, что придётся рассказать всё. — Конюх Джон был их посредником, чтобы не использовать голубей и не присылать посыльных каждый раз. Писать письма конюху было безопаснее. Ланселот говорит, что Гвен в письмах сама желала… — он замолчал, пытаясь подобрать слово, — создать семью.

Артур, казалось, стал ещё более задумчивым. Не то чтобы он прямо близко был знаком с Гвен, но те шутки Морганы… не так давно они с Морганой обедали, и Гвен участливо улыбалась принцу. Моргана шутила, чтобы та не строила глазки, и почему-то Артуру казалось, что Гвен не стала бы терпеть эти шутки, будь её сердце занято. С другой стороны, она не бестактна, как Мерлин, и могла молчать ради уважения к госпоже. Что-то в голове принца тихо ныло, что всё это неправда. Он мог спокойно признаться себе, что привык к Гвен, и если она уйдёт, вместе с ней исчезнет что-то тёплое. Прокручивая этот вариант в своей голове, Артур представил, как расстроится Моргана, которая тоже ничего не знала. Ей придётся искать новую служанку и коротать вечера с неулыбчивой Амелией, которая с годами уже надоела воспитаннице короля.

— Ты говорил с Гвен? — поинтересовался Артур, пока Мерлин складывал на поднос грязную посуду.

— Сегодня нет, но… последнее время она была очень счастливой.

— Вот как. — Потерев лицо ладонями, Артур набрал побольше воздуха и заставил себя взбодриться. — Скажи мне, когда будет организована церемония. Я хотел бы посмотреть. На случай, если что-то пойдёт не так.

***

Слуги уже вынесли большую часть вещей из комнаты, и тут стало заметно пусто. Звуки, доносившиеся с улицы, словно стали громче, по полу гулял сквозняк, от вычищенного камина тянуло прохладой. Здесь почти не осталось вещей. Маргарет смотрела на служанок, которые таскали мешочки, и мысленно прикидывала, кого из них можно взять в услужение. После смерти Авилы им всё же требовалась помощница. Насколько Маргарет помнила, Алиса уже выбрала себе новую служанку, а она всё забывала об этом.

— Нам нужно поговорить, — Алиса села на кровать, с которой уже убрали постель и подушки. Она заговорила по-русски, чтобы никто из внезапно вернувшихся слуг не мог подслушать. — Король вот-вот найдёт сокровищницу, по его же словам. А мы должны найти в ней кольцо. Я не стала сильно навязываться к нему из-за случившегося на пиршестве, но тонко намекнула, как Его Величеству идёт синий цвет. Даже покрутила перед ним подаренным его кольцом. Ну, чтобы ассоциации сложились. В общем, да, нам необходимо туда попасть и как можно быстрее убраться отсюда. Желательно до первого снега. Но провернуть всё так, чтобы ничего не заметили. Предложения?

— Ты так уверена, что кольца будут там? — Маргарет села на любимый подоконник — возможно, в последний раз. В их новых комнатах окна больше, есть столы и стулья, подоконник уже не нужен. Но она будет скучать по всему, что пережила здесь.

— Да. — Прозвучало слишком резко и непривычно холодно. Маргарет нахмурилась, всматриваясь в лицо Алисы. Но та не стала как-либо аргументировать ответ, сохраняя какую-то отстранённость. Её взгляд не был ни на чём сфокусирован.

Бросив взгляд на пол, Маргарет задумалась. Какой срок она может назвать? Лорд Грегори, их мечты о флоте для короля, судебная тяжба двух купцов за торговое место, в которой она выступает поручителем одной из сторон, планирование взятия Маргита летом. Всё это стало её жизнью за какие-то несколько месяцев. Несмотря ни на что, она знала, что за её спиной стоят король, лорд с армией, Эгрейн, Яков и целая деревня благодарных селян. Разве она сможет оставить всё это так просто?

— Сегодня кое-что случилось. Этим утром король чуть не отправил меня в ссылку за то, что я его усыпила. — Она немного улыбнулась, глядя, как Алиса встрепенулась и забавно фыркнула, показывая всем видом фразу «а я тебе говорила». — А потом лорд Грегори меня поцеловал.

В комнате воцарилась тишина, всего на несколько мгновений. Алиса неверяще смотрела на подругу. И уже порывалась выдать нечто вроде: «А я думала, вы до следующего Самайна за деловыми письмами будете прятаться!» — но резко осеклась. Не сразу, но для неё начала выстраиваться вполне логичная цепочка. Вывод, в который ей не хотелось верить, напрашивался сам. А вместе с ним пришло раздражение.

— Нет… Рита, нет. Это грёбаное средневековье.

— Ещё нет. Почти. Алиса, я знаю, что тебе здесь не нравится, но я не могу просто исчезнуть. — Маргарет смотрела на неё так, как никогда раньше. С мольбой, словно боялась, что её заставят выбирать мир, в котором хочется жить. — Давай отпразднуем здесь новый год? Или Рождество… Я хочу завершить всё начатое.

— Здесь? Рождество? — Алиса почти задыхалась от возмущения. Мысли хаотично сменяли друг друга, пришла тупая боль, что отозвалась во всём теле. Нет, не отвлекаться. — Здесь такого понятия, как Новый год, нет. Что… что, по-твоему, нам делать здесь зимой? — Алису начало трясти, и она впилась ногтями в край кровати. — А за ней придёт весна — никаких нормальных дорог. Сырость, грязь и холод. Если ты не захочешь и после Рождества?

— Тогда я не обижусь, если ты вернёшься домой одна. — Маргарет медленно встаёт с подоконника, окидывая скудную комнату взглядом. — Если так случится, скажи моим родителям что… — Маргарет мысленно спотыкается на этой фразе. Они же не попрощаются прямо сейчас. Зачем она думает об этом? А если потом не будет времени. — что не знаешь где я.

Алиса опустила голову и задумалась. Сначала захотелось заплакать, ей показалось что подруга бросает её одну. Переезд в другие покои стал напоминать путешествие в камеру для заключённых. Эта новая комната станет её тюрьмой ещё на несколько месяцев. Однако, чуть поразмыслив, Алиса вернула себе оставшиеся крохи энтузиазма. Она же встретит тут Йоль, изучит местную кельтскую культуру, которую можно ложками черпать из рассказов лорда Грегори. Она может сдружиться с Мерлином. Когда ещё ей выпадет шанс встретить настоящего мага! Всё что нужно сделать, это не ввязываться в дворцовые игры. Пить чай с Морганой, сушить цветы с Гаюсом, но держаться подальше от заговоров и политики. Снова оказаться жертвой покушения ей не хотелось.

— До Рождества так до Рождества. — Она постаралась улыбнуться, всё так же откладывая неизбежное — Но я всё равно не хочу здесь задерживаться.

Алиса наблюдает как Маргарет обходит их комнату, всматриваясь в стены. Словно они интереснее чем весь этот разговор. Она закатывает глаза, позволяя себе злиться. Не скрывая эмоций, она начинает тихо высказывать всё недовольство себе под нос, сжимая в руках свёрток с вещами из их прошлой жизни. Даже не вериться что у них накопилось столько тряпья! Платья, тёплые сорочки, новые плащи из шерсти, зимние женские шоссы, как только у Маргарет начали водиться деньги, она сразу запаслась базовым набором средневековой зимней одежды и теперь Алисе казалось, что задержать их тут до Рождества, было изначальным планом. Не обращая внимание на подругу, Алиса влезла под кровать, вытаскивала оттуда своего кота. К моменту когда снова смогла встать на ноги, одной рукой прижимая к себе Черныша, в комнату уже начали возвращаться служанки желающие узнать, не нужно ли леди что-то ещё.

— Вы меня звали? — Вежливо уточнила Гвен, которая была очень удивлена, когда услышала что она понадобилась леди Маргарет.

— Да. Я попросила Якова найти помощников, чтобы перенести вещи быстрее. — Леди немного улыбнулась — Но он слишком долго тебя искал, носить больше ничего не нужно. Поможешь мне разложить всё в новой комнате? Я ещё не подобрала себе помощницу.

— Конечно, как пожелаете. — Гвен спорить не стала, даже если и заподозрила неладное. Уточнив где находиться новая комната Маргарет, она отправилась туда. Алиса обернулась, всё ещё прижимая к себе кота. С чего вдруг им понадобилась помощь служанки Морганы?

— Ты же знаешь что её жених в Камелоте. — Маргарет снова заговорила на русском и чуть тише — Если всё пойдёт хорошо, сегодня ночью их поженят. Нужно держать девчонку на виду.

— Поженят? Подожди, эм… она выйдет за принца! — Алиса не удержала кота, тот вырвался и выскочил в коридор, чтобы не наблюдать ссору.

— Мне кажется, ранее, мы это обсуждали. — Маргарет действительно удивилась — Мы сошлись на мнении что Гвен будет лучше с Ланцелотом.

Алиса кивнула. Ей всё ещё не нравилось что происходит. Приняв за истину мысль, что она решила не вмешиваться в игры придворных особ, она вышла из комнаты на поиски своего кота. В душе она радовалась за соединение сердец, с другой стороны она прекрасно знала что Гвен, которая читала письма и та, что отвечала на них, очень разные девушки.

«И одна мышь способна испортить урожай»

Переступив порог своей новой жилой комнаты, Алиса осталась удивлённой. Она значительно превосходила размерами их первую спальню и была более богато обставлена. Кровать, что занимала главенствующее место, оказалась уже и глубже, словно на одного человека. Наполовину скрытая балдахинами — традиционно красного для Камелота цвета — она находилась напротив дверей. Это слегка смутило, ведь ни о какой приватности снова не шло речи. Припоминая комнаты Морганы, её помещение было поделено, и спальня находилась дальше. Без внимания не остался и тканый ковёр, что в поглотившей комнату темноте казался чёрным. Кажется, когда-то она уже заглядывала в комнату, где лежал подобный вневременной экземпляр. Вот только других деталей Алиса вспомнить не могла.

Мимо, шурша тёплыми юбками, прошла Кэтрин. Её живот пока нельзя было различить, особенно под слоями одежды, которыми слуги утеплялись в наступившие холодные дни. Но по тому, что девушка начала страдать непереносимостью запахов, что неизменно приводило к рвоте, Алиса примерно могла понять, что срок где-то между вторым и третьим месяцем. Длительное нахождение на кухне оказалось для Кэтрин невыносимым, как и испортившиеся отношения со старшей кухаркой. Особенно в последние дни, когда жар печей доводил девушку до обмороков. Собственно, именно поэтому Кэтрин и попросилась в служанки к Алисе. Новость о разделении леди взбудоражила слуг, и те, в желании продвинуться по карьерной лестнице, уже заняли очередь. Пусть новые хозяйки и не обладали благами принца и воспитанницы короля, но были в расположении у Его Величества. Поставив вещевые мешки на прикроватную скамью, Кэтрин лишь на секунду задержалась, чтобы вздохнуть поглубже, а потом продолжила обустройство своей новой хозяйки. Алиса уже перестала предлагать ей свою помощь, нарвавшись на нравоучения о том, что леди не должна выполнять обязанности прислуги, и плох тот слуга, что не в силах справиться со своей работой.

Оставив Кэтрин разбирать мешки с безопасными вещами, Алиса продолжила осматриваться. Справа от кровати стоял глубокий тёмный сундук, более походивший на тумбочку; простая ширма и что-то крупное, выглядывал только угол, за ней. Обойдя служанку, Алиса заглянула за ширму. Деревянный сундучок среднего размера был приоткрыт. Внутри лежали краски. Глаза Алиса засияли. Пигменты в прозрачных стеклянных баночках, самодельные кисти из натуральной шерсти разных размеров, мастихины (или их древние предки), большая палитра для изготовления жидких красок и небольших размеров инструменты. Не верелись что кто-то подобрал это для неё. Лорды имели привычку возвращаться в гостевые комнаты, где уже когда-то проводили ночи. Может кто-то оставил? Интересно, кто подбирал им с Маргарет спальни и какими приказами от короля был удостоен? Девушка не совсем понимала, что сложного было в подборе подходящего жилья. Если комнаты были готовы сразу после разъезда гостей, то почему тянули с расселением? Или эта комната была подготовлена заранее, ещё с подписания мирного договора, когда Утер ещё хотел жениться на ней? Чего он ожидал? Положительного ответа? Не то чтобы Алиса передумала насчёт кандидатуры короля себе в мужья, но стало просто интересно. Оставили же ей этот маленький клад.

— Леди Алиса, разрешите разобрать вашу сумку? — раздавшийся совсем рядом голос служанки и резко полившийся из ниоткуда свет заставили Алису вздрогнуть и вынырнуть из своих размышлений. Расшитая ракушками, добытая прямиком из тайных комнат библиотеки, сумка служила хорошей маскировкой для современного шопера и всех вещей из будущего, так что расставаться или доверять её кому-либо девушка не планировала. Щурясь от света, Алиса отказалась и вопросительно указала на ещё одну дверь, рядом с которой стояла, просто чтобы сменить тему. — Это ваш личный гардероб, леди Алиса. Вы всё ещё можете посещать общественные бани, однако я бы настаивала на прекращении таких посещений и использовании этой комнаты. Это удобнее и гораздо правильнее, — с этими словами Кэтрин приоткрыла дверь гардероба.

Небольшое помещение, более походившее на кладовую, не было украшено и вмещало лишь деревянную ванну, больше походившую на бадью. Рядом обнаружились вёдра, ковшик и что-то похожее на мочалку. Алиса слегка нахмурилась. Кажется, у Артура точно была такая ванна. Остаётся только надеяться, что её отношения с местными не настолько плохи, чтобы захотеть её утопить. Так, на всякий случай, лучше сделать ещё пару хороших дел.

— Если вы позволите, леди Алиса, то я займусь своим расположением. Комната прислуги находится рядом и соединена с вашей небольшим окошком, вон там, видите? — Кэтрин вышла и указала на закрытое решёткой прямоугольное маленькое окошко под потолком. Алиса кивнула, подмечая, что в прошлом месте их проживания такого не было. Интересно, кому принадлежали эти комнаты раньше? Наверное, стоило всё же поинтересоваться. — Если вам что-то понадобится, просто крикнете. Если захотите куда-то пойти, так же позовите. Я могу идти?

Получив согласие, служанка оставила Алису. Решив, что необходимо лучше осмотреться для успокоения души — знаем мы ваши тайные ходы, чего стоят планы перестройки замка, что когда-то нашла Алиса — девушка начала ощупывать камин. Удивительно, тот своим расположением мог обогревать как жилые комнаты, так и гардероб. Огня в нём ещё не развели, потому никаких проблем осмотр не вызвал. Измазавшись в саже, но так и не найдя рычага или подозрительного кирпича, Алиса чуть усмирила свою тревожность и переключилась на стены. На них висели шпалеры с изображениями сражений, крещения и праздников времён года. Девушка даже немного отвлеклась от поиска, рассматривая тканные полотна. Это было ценное искусство, что вряд ли дойдёт до их современного мира. Люди, животные, да и сами здания были вышиты так условно, что иногда необходимо было только догадываться по сюжету, кто это и что он делает. Но было в этом своё очарование. А вышитая яркими нитями растительность сложно сплеталась по краям, увлекая за собой. Невольно вспомнилось детство и тот самый странный ковёр в узорах, смотря на который Алиса видела чьи-то лица, существ и даже движение, воображая диковинные сюжеты. На душе стало теплее.

Окончательно уверившись, что стена — это просто стена, и не забыв заглянуть за шпалеры, Алиса обернулась в сторону исходящего света. Там оказались окна, совмещённые с небольшой лоджией. По крайней мере, что-то на неё похожее. Отделённое ступенькой и тяжёлыми по виду шторами — Кэтрин отодвинула их — помещение ярко заливало солнце, впервые вышедшее из-за мрачных облаков. Здесь находились столик, небольшое зеркало, больше походящее на натёртый железный диск. Подсвечник с источающими медовый запах свечами. Две скамейки по бокам были запрятаны под него. Помещение было маленькое и полукруглым, сложно маленькая башенка. Заворожённая солнечными лучами и зайчиком на потолке, Алиса неверяще шагнула внутрь. У неё теперь есть свой стол! Не придётся сидеть на кровати и рисовать на коленях или использовать для этого сундук. Боги, как же мало ей необходимо было для счастья. Свой маленький, залитый солнцем уголок. И такой уютный.

Улыбаясь, девушка ринулась к окну, желая посмотреть, куда выходят её окна. Энтузиазма поубавилось, когда она увидела всё тот же двор. Почему-то ей представилось, что окна выходят на сад. Наверное, взыграла глупая романтика. За последние дни произошло слишком много всего, чтобы она могла просто взять и сесть спокойно порисовать. И тот подарок, что сделал для неё король, какое внимание он проявил к её интересу и ремеслу. Он её слушал. Действительно слушал! Всё то время за написанием его портрета, когда Алиса забывала, кто сидит перед ней, и рассказывала о малопонятных устройствах в её работе. Всё это невероятно нежным и согревающим чувством разлилось внутри. Господи, да она может просто сделать себе рамку и натянуть на неё ткань при помощи тех инструментов. Да, будет тяжело, и заброшенная акварель однозначно поведёт себя по-свински, расползаясь не так как нужно, но увы, с бумагой здесь проблемы. Закусив губу и чувствуя, как голова вновь начинает болеть, Алиса твёрдо решила провести сегодняшний день с королём, если тот окажется не против, или по крайней мере высказать ему свою благодарность за такой подарок. Может, он даже согласится на ужин.

***

— Нет, так шерсть нельзя складывать, — достаточно строго произнесла Гвен, забирая из рук служанки свёрток с зимними накидками. Командовать сборищем из всего трёх девушек оказалось достаточно сложной задачей. Гвен ходила по комнате, недоумевая, как в замок попали такие неумехи. Она думала, её попросили помочь советом, но вместо этого она лишь ходила и поправляла то, что сделали девушки до неё. Молоденькие служанки, которым лишь недавно исполнилось четырнадцать, нетерпеливо вздыхали в ответ на замечания и хмурили брови, но всё равно продолжали работу.

— Где ты откопал таких капризных? — шёпотом спросила Маргарет, сжимая в руках мешочек с вещами, которые никто из слуг не должен был увидеть. Гостинцы из прошлой жизни.

— Попросил у старшей кухарки. Они в жизни в комнатах не работали. — Яков довольно улыбнулся, складывая руки на груди. — Выпросил тех, «кого не жалко», вот она самых нерасторопных и отдала. — Парнишка немного помолчал, гордый собой. Ему дали задание задержать Гвен, он нашёл способ. — Правда с леди Морганой пришлось поговорить… она требовала Гвен не загружать, но я убедил её, что служанок у вас нет, да и эти сами не справятся.

— Что ж… ты талантлив, — Маргарет вздохнула. — Его Величество всё ещё злится на меня?

— С утра ни слова не сказал. Когда я у него отпрашивался, только фыркнул и рукой махнул. Ах да, леди Маргарет. Вы должны меня поблагодарить за оказанные услуги, — Яков вмиг стал похож на хитрющего кота, только что лизнувшего сметану.

— Поблагодарю, когда эти кухарки найдут ларец с золотом в моих вещах, — съязвила Маргарет, растягивая губы в улыбке. — Да и разве для тебя не должно быть честью помочь леди, что спасла тебе жизнь?

— Я вам её тоже спас, когда о снотворном в вине предупредил, — Яков пожал плечами. — Будут у вас ещё пожелания?

Маргарет задумалась. В целом помощь Якова была неоценима, возможно, его действительно стоило вознаградить дорогой вещицей. Но не сейчас… Повернувшись к пареньку, леди попросила его уговорить Утера на аудиенцию. В её голове уже созрел план, как вернуть расположение короля, рискованный, но попытаться стоило. Услышав пожелание Маргарет встретиться с королём, Яков не стал мешкать и оставил её наедине с суетящейся прислугой. Она крепче сжала мешок — разгар дня, а ей некуда идти. От дел её не отстранили, но раскладывать бумаги при слугах не хотелось. Гвен суетилась словно пчёлка, но злилась уже куда заметнее.

Дела очевидно заканчивались, Маргарет даже не могла представить, как ещё задержать Гвен в своих покоях. Но судьба не дала бы ей даже шанса на успех, ведь через некоторое время в комнате Маргарет появилась Моргана, приветливо улыбающаяся. Воспитанница короля не без интереса прошлась по комнате, осматривая её. Плавно переступая с ноги на ногу, она шла мягкой поступью, а следом за ней, хвостиком, следовала низенькая худенькая девушка. Маргарет даже не сразу её заметила — улыбчивая Моргана забирала всё внимание на себя. Сложно было упустить из виду сияющее лицо воспитанницы короля, её глаза буквально блестели, а щёки были тронуты румянцем.

— Как я рада за вас, леди Маргарет! — Она с лёгким восторгом оглядела помещение. — У вас теперь столько свободного места, эта комната едва ли будет меньше моей. Уже решили, как украсите новую обитель?

— Благодарю, леди Моргана, — Маргарет решила подыграть гостье. — Нет, я ещё не думала… у меня раньше не было столь просторных комнат. Наверное, придётся вложить немало средств.

— Миледи… — Гвен опустилась в лёгком поклоне, приветствуя Моргану. — Простите, что задержалась здесь. Я уже совсем скоро освобожусь.

В глазах преданной служанки читался красочный намёк. Она буквально умоляла Моргану забрать её под любым предлогом — выносить воспитание молодых кухарок она больше не могла, а прямо отказать Маргарет в помощи тоже. Моргана уловила этот намёк сразу, однако по довольному лицу воспитанницы короля было понятно, что дело тут не только в служанке: она что-то задумала ещё до того, как пришла сюда.

— Ничего страшного, Гвен, я думаю, твоя помощь очень нужна леди Маргарет сейчас… — Она подошла ближе к советнице короля, делая вид, что хочет поговорить наедине. Маргарет последовала ей навстречу. Моргана разыгрывала показной спектакль, нужно было поучаствовать. — Мы не всегда ладили, однако не стоит нам ссориться. Яков сказал, что у вас так и не появилась постоянная служанка, я решила вам помочь. Не может леди обойтись без личной служанки. — Моргана обернулась, заглядывая себе за спину. — Йена, поприветствуй свою леди.

— Доброго дня, леди Маргарет.

Кроткое создание, напоминавшее скорее ребёнка, чем взрослую девушку, вот что увидела Маргарет, стоило Моргане отступить в сторону. Йена была явно ниже среднего роста, самой Маргарет она была примерно по плечи. Волосы тёмные, как у самой Маргарет, и такие же длинные. А вот лицом и особенно глазами они сильно отличались. Бледная, худая, с детскими чертами, она вызывала скорее жалость, чем иные чувства. Так сразу не скажешь, какую работу ей можно доверить, казалось, она и ведро с водой поднять не сможет. Однако Маргарет мысленно оценила риски. Моргана делает ей подарок?

— Йена очень талантливая, я попросила Амелию найти самую умелую девушку. Она вышивает, шьёт, вяжет и очень послушна. Вы можете доверить ей любое дело, руки этой мастерицы словно сам Бог благословил. — Моргана сделала вид, что делится секретной информацией. — Мы хотели передать её мастерицам, чтобы работала как другие швеи, но, услышав о вас, я сразу одобрила предложение Амелии.

— Что ж, мне ничего не остаётся, кроме как благодарить вас, леди Моргана. Может быть, пообедаем вместе? Я хочу выразить то, насколько благодарна вам.

— Не стоит, — улыбка Морганы немного потухла. — Мне многое нужно сделать сегодня. Гвен, идём, теперь у леди Маргарет есть верная помощница.

Бросив взгляд на Йену, советница короля только кивнула. И правда… какая неожиданность. В то, что Моргана действительно хочет ей помочь, слабо верилось. Дождавшись, пока Моргана уйдёт, а затем отпустив всех слуг, Маргарет осталась с новой служанкой. Йена стояла, чуть опустив голову, перебирая пальцами складку на юбке. Маргарет подумала, что, видать, её запугали, когда привели сюда, и она просто наслушалась баек от Якова. Кстати о нём: нужно будет попросить, знает ли он Йену и кем она была до этого. Может, её пугает, что прошлая служанка, Авила, пропала при загадочных обстоятельствах? Всё возможно.

— Не бойся, подними голову. Расскажи мне, откуда ты, Йена.

***

Двухэтажное здание из светлого камня, подобного тому, из которого строили Камелот, было надёжно припрятано между таверной и лавкой кожевника. Оно удобно находилось вблизи основной дороги, но не бросалось в глаза. Войти и выйти можно было незаметно, но и пробираться в трущобы не было необходимости. Лучшего расположения для будущей «Золотой лилии» Грегори в жизни бы не нашёл. На подступе к дому росли три простеньких деревца, ещё молодых, но уже достаточно ветвистых, чтобы прикрывать небольшие окна второго этажа. Их изогнутые стволы навевали лёгкую сказочную атмосферу. Хозяин уверял, что эти дикие вишни невероятно цветут по весне. Второй этаж здания выступал вперёд, возвышаясь над входом, и поддерживался двумя квадратными колоннами. Стоя напротив столь удобного для их замысла места, Грегори искренне считал, что это послание богов, не иначе. Он уже представлял, как из окон этого дома будут выглядывать розовощёкие дамы, посмеиваться и махать руками подходящим гостям.

В сопровождении хозяина лорд прошёлся по просторному холлу, большому залу на первом этаже и по жилым комнатам на втором. Тут было много дверей, но почти не было коридоров, что делало дом идеальным для размещения большого количества гостей. В каждой из комнат пахло сладковатым запахом, а на стенах висели лампады с горящими благовониями. Проходя одну дверь за другой, Грегори не оставляла мысль, что хозяин дома уж очень сильно хочет его продать, раз подготовил для него такой приём.

— Сколько вы хотите за это место? — поинтересовался лорд, поднимаясь по деревянной лестнице на чердак, который когда-то служил своему хозяину складом для личных вещей.

— О, Ваша Милость, для леди Маргарет — самую малость, — мелкие глазки хозяина дома наполнились любезностью и восторгом. — Готов снизить стоимость почти в половину.

— У вас затоплен подвал или рушится крыша? — осматривая чердак, предположил Грегори. — Почему вы готовы снизить цену?

— Нет, дом в полном порядке! Однако, благодаря леди Маргарет, у меня теперь есть дом побольше, и я был бы рад продать этот дом ей в качестве благодарности за помощь.

Грегори напряг память, спускаясь обратно на жилой этаж. Маргарет участвовала не в таком большом количестве судебных тяжб. В первую очередь потому, что с большинством случаев король справлялся сам и не привлекал третьих лиц. Прокрутив в голове несколько открытых судов, где могли присутствовать придворные, Грегори припомнил дело о делении наследства. Торговец мехом и шерстью выступал против троюродного брата и по совместительству кузнеца. Отец торговца не оставил завещания, и кузнец требовал отдать ему дом, так как у второго наследника уже есть достаточно хорошее жильё. Сам Грегори об этом деле только слышал. Маргарет выступила на стороне торговца, так как его родство с умершим было более близким. Вероятно, этот низенький человек, вежливо провожающий лорда к выходу, что-то пообещал Маргарет после завершения дела. Сам лорд ничего страшного в этом не видел, но хотя бы понял, почему леди так хотела заехать именно в этот дом.

Необычная планировка по городским меркам обусловлена была тем, что отец торговца, так же ведя свою торговлю, строил дом, подходящий под нужды семейного дела. В этом доме он не только жил с женой и сыном, но и хранил товар, размещал своих работников, обустраивал рабочие места для личных стряпчих, а так же на первом этаже держал мелкий скот в холодные зимние месяцы. Теперь, когда его сын унаследовал другой земельный участок уже с другой постройкой, он последует по стопам отца. Грегори мысленно пожал плечами: по стопам своего отца он бы не пошёл… Но ведь сейчас не о нём.

— Простите моё незнание, но на чьё имя мне выписать… — торговец замолчал, поймав взгляд лорда. — Понятно, Ваша Милость. Я передам документы через несколько дней. Внутренняя канцелярия замка не сможет их заверить быстрее.

Согласившись, лорд передал хозяину дома увесистый кожаный мешочек; монеты в нём позвякивали, перекатываясь в пухлой руке торговца. Тот благодарно кивнул — по весу и наполненности мешочка он уже понял, что выданная сумма покрывает почти целиком ту «скидку», которую торговец хотел сделать для леди Маргарет. Прежде чем уйти, Грегори накинул на голову капюшон и тихо уточнил, что о предоплате леди Маргарет знать не должна. Оставив торговца одного, он скрылся среди улиц Камелота, возвращаясь в замок с прекрасной новостью.

***

Стук в дверь отвлёк короля от чтения. Утер бросил недовольный взгляд из-под бровей на предполагаемого посетителя, когда тот объявил своё имя и причину прихода. Вернувшийся слуга принёс прошения от имён, чьё совпадение было любопытнейшим обстоятельством. Дав разрешение войти, король отложил в сторону бумаги и откинулся на спинку стула в ожидании. Яков не заставил себя долго ждать:

— Ваше Величество, у меня послания к вам от служанки леди Алисы и личное прошение от леди Маргарет, — повторил он. Паршивец знал, как преподносить информацию: усыпить бдительность одной, и король не будет так остро реагировать на другую. Утер и сам это понимал, но решил выслушать всё, что принёс его слуга. — Служанка Кэтрин, Ваше Величество, пришла по личной просьбе леди Алисы и просит разрешения о разговоре с вами сейчас.

— Пусть заходит, — Утер спокойно махнул свободной рукой, откладывая перо. Чернила успеют высохнуть, но это не то письмо, что требует спешки. Он допишет его позже. Король был в курсе, что его гостьи, разойдясь, получили себе личных слуг, и теперь в его же интересах было узнать, кто кому принадлежит.

В комнату бесшумно вошла ничем не выделяющаяся девушка. Волосы убраны под платок, закрытое тёплое платье серо-коричневого цвета на шерстяной рубахе. Голова наклонена вперёд, взгляд опущен. Кэтрин присела в приветствии, но не заговорила без разрешения. Всё строго и по порядку. Король остался доволен.

— Я слушаю, говори.

— Да, Ваше Величество. Леди Алиса сердечно благодарит вас за комнату и щедрые подарки. Она так же интересуется, не может ли Его Величество разрешить ей присоединиться к нему во время ужина или, быть может, Его Величество согласится на прогулку, пока погода позволяет?

— Мне радостно слышать, что леди Алиса довольна милостью, — Утер подавил улыбку, что сама собой рвалась от столь благодушного принятия его извинений, возвращая себе беспристрастное выражение лица. — И я принимаю её сердечные благодарности. Что же касается предложенного совместного времени... Я пришлю своего слугу.

Кэтрин молча поклонилась и так же тихо покинула помещение. Утер не знал лично каждого из обслуживающих замок слуг, но мог с уверенностью определить, как долго они состоят на службе. Кэтрин работала здесь не первый год, но и не походила на прожжённую жизнью замка прислугу. «Прожжённый» же быстро оказался у дверей, закрывая их. Разницу заметить не сложно. Такие начинают наглеть. А эта будет цепляться за любую возможность и точно не захочет терять место. Король чуть подвинул чернильницу указательным пальцем. Может, провести чистку среди слуг? Стряпчий подготовит документы, жалобы. Где-то же засел доносчик. Найти его тихо, без летящих голов, будет предпочтительней. Показательная трёпка Якова и так утихомирила всех. Даже жернова слухов сбавили обороты. А на фоне подготовки к войне эта крыса может и вовсе сбежать. Король перевёл взгляд на бумаги. Может, он и торопит события, но лучше подготовить всё заранее, чем обнаружить, что то, к чему ты так стремился, сохранял и приумножал, потеряно.

Утер поднял глаза на своего слугу. Второе прошение. Утер припомнил слова сына и свой ответ: никаких доказательств нет. Выработанная годами правления бдительность вновь заговорила, словно подмешанное сонное лекарство возродило его с новой силой. Ему нужен сильный союзник, Камелоту необходим верный и влиятельный род. Наученный и лишний раз подтверждённый женским коварством, Утер вновь обратил свой взгляд на письмо. Да, леди Маргарет старается на благо Камелота, но этого всё так же остаётся недостаточно. За ней никого нет, кроме покровительства самого короля. Может он может отдать Маргарет замуж и обзавестись союзной семьёй? Надо рассмотреть кандидатов.

— Ваше Величество...

— Отнеси эти письма распорядителю, — не глядя, король ткнул пальцами в запечатанные бумаги. — Да, я выслушаю леди Маргарет. — Король сделал паузу — В малом тронном зале.

***

В малом тронном зале было на удивление тепло. Солнце ещё не село, но слуги уже расставили свечи, готовясь к вечеру. Услышав от Якова, что Маргарет хочет поговорить лично, Утер не сильно удивился. Он ожидал, что советница придёт к нему с жизнеутверждающей речью, возможно, даже будет настаивать на своей правоте. Поэтому, соглашаясь на разговор, он готовился к великому представлению. Однако жизнь непредсказуема, как и приёмы королевской советницы.

Облокотившись локтем на спинку трона, Утер стоял, немного прищурившись, наблюдая за тем, как Маргарет, смиренно склонив голову, опустилась на колени. На мгновение шелест её платья сменился полной тишиной, и король мог слышать разве что собственное дыхание.

— Ваше Величество, как любой человек в этом королевстве, я лишь ваша подданная, желающая вам благополучия и долгих лет жизни. Всё, что у меня есть, мне дали вы, так как сердце ваше полно щедрости и сострадания. — Она вздохнула громче, чем обычно, словно действительно волновалась. — Я не смею вас просить о прощении, но прошу не лишайте свою преданную советницу вашей королевской милости. От своей женской глупости я пошла против вашего приказа и готова принести клятву, что подобное не повторится впредь...

Утер медленно приподнял бровь, выслушивая завуалированные извинения, и даже не планировал перебивать. На лице короля медленно расплывалась ухмылка, а Маргарет даже не думала поднять глаза. Утер бы соврал, если бы сказал, что ему не приятна разыгранная сцена. Такого он действительно не ожидал.

— ...будь у меня меч, он служил бы вашей воле, Ваше Величество.

Тишина вновь наполнила комнату. Глядя на Маргарет, Утер какое-то время молчал, а потом по залу разнёсся громкий смех короля. Утер даже отвернулся, не в силах сдержать эмоции. Маргарет медленно подняла голову — смеющийся Утер пугал её больше, чем поглощённый гневом. На лице девушки отразилось непонимание, она смотрела на короля немигающим взглядом, не понимая, сработал её план или нет. Наконец, чуть успокоившись, Утер повернулся в её сторону; его взгляд был полон задора.

— Вставайте уже! — Он махнул ей рукой, всё ещё посмеиваясь. — Кто вас этому научил?

— Никто, эти слова...

— Вы испугались, Маргарет? — Утер посмотрел на неё, улыбаясь, глаза горели весельем и детским азартом. — Признайтесь, у меня получилось вас напугать! Поэтому решили петь мне бардовы сказки.

— Ваше Величество... — Маргарет тоже улыбнулась, немного опустив голову. Восторг короля был заразительным.

— Были бы вы уличной актрисой, я бы даже аплодировал. — Утер сделал глубокий вдох, всё ещё рассматривая её, а потом подошёл к ней ближе; его голос стал тише. — Маргарет, вы спасли мне жизнь. Я был против, но я вас за это не повешу. Возвращайтесь к работе.

— Благодарю, Ваше Величество, — она опустилась в поклоне и попятилась, намереваясь покинуть зал.

— Я, кстати, кое-что вспомнил из той ночи, — Утер бросил на неё взгляд, и на его лице снова скользнула насмешливая ухмылка. — Не надумали стать невестой принца?

Теперь смешок не смогла сдержать Маргарет, припоминая разговор. Она знала, что Утер говорит это не серьёзно, он просто хочет продлить миг детского восторга. Их взгляды встретились, и она уловила в глазах монарха небывалую лёгкость, которая так редко посещала его. Словно это был взгляд молодого подростка, не обременённого тяжестью лет и правления. И эта лёгкость, казалось, освещала его лицо лучше солнца.

Двери за их спинами распахнулись, пропуская в тронный зал важно шагающего отца Тука в сопровождении изгнанного Ланселота. Утер поджал губы, глядя на них, и вернулся к трону. По реакции короля Маргарет поняла, что Тук уже предупредил Утера и даже убедил его в правильности оказания подобной милости. Ланселот покорно приклонил колено, сдержанно выражая благодарность за предоставленную возможность. Утер не ответил; выслушав его, он сделал шаг назад, занимая трон. Маргарет поджала губы — нужно было скорее вести сюда Гвен.

— Яков, у меня есть просьба, — Маргарет повернулась к нему, стоило парнишке скользнуть в тронный зал. — Пригласи к нам леди Алису, пожалуйста.

Вздохнув, Яков убедился, что не нужен королю, и пошёл в сторону этажей с жилыми комнатами. Проводив парнишку взглядом, Маргарет тут же отправилась на поиски Гвен. Она вышла из зала, торопливо оглядывая коридоры. Ноги сами понесли её в покои леди Морганы — почему-то она сердцем чувствовала, что королевская воспитанница не отпустит от себя верную служанку. Ей срочно нужно было придумать причину. Коридор наполнился её торопливыми шагами, чутьё не подвело, и голос Гвен слышался из-за двери комнаты. Чуть посомневавшись, Маргарет постучала. Обратного пути не было.

— Леди Маргарет, — Моргана расплылась в улыбке, в её глазах сверкало веселье, словно они тешили друг друга забавными историями. — Составь нам компанию. Гвен принесёт нам сок, может, твою новую комнату обсудим. Тебе всё нравится? — Спина Морганы выровнялась, осанка стала действительно царственной.

— Простите, но я пришла за Гвен, — Маргарет не понимала, чем вызвано хорошее настроение Морганы, но ходить вокруг да около ей не хотелось. — Его Величество проявил милость и... позволил Ланселоту увидеться с возлюбленной. — Она перевела взгляд на служанку и улыбнулась. — Быстрее, Гвен, он уже ждёт тебя.

Она увидела, как у девушки затрепетали ресницы. Первые секунды Гвен не верила своим ушам, дыхание участилось. На мгновение Гвен подумала, что упадёт в обморок, чувствуя, как холодеют пальцы и сердце трепещет. Но за восторгом пришло ощущение недоверия, сомнения всплыли в голове девушки. Что-то было в этом не так. Румянец сошёл с её щёк так же быстро, как и появился, а тёмные брови нахмурились.

— Простите, я не понимаю. Его Величество изгнал Ланселота, как он может быть здесь?

— Маргарет, если это шутка или уловка... — начала Моргана, понимая замешательство Гвен, но не договорила.

Маргарет быстро перебила её, понимая, что промедление лишь породит трудности. Заметив шёлковый платок у изголовья кровати, Маргарет решила поторопиться.

— Никакой шутки нет. Ланселот сам обратился за помощью, умолял дать ему шанс увидеть тебя. — Стянув с подушки платок, Маргарет торопливо накрыла им голову Гвен, словно пряча её от глаз Морганы. — Отец Тук убедил короля в том, что это благое дело. Идём, у вас мало времени... он ждёт тебя в малом тронном зале.

Не дожидаясь, Маргарет сжала ладонь девушки, потянув за собой. Гвен сделала шаг, поддавшись замешательству. Ей было страшно, она оглянулась, увидев, что Моргана следует за ними. Воспитанница короля хмурилась, с подозрением наблюдая за сложившейся ситуацией.

— Я сообщу Артуру, — вдруг произнесла Моргана, остановившись на лестнице. — Он должен знать, что его рыцарь в замке.

— Уверена, он знает, — Маргарет даже не замедлилась, продолжая вести Гвен за собой.

Потоптавшись на месте, Моргана почувствовала, что её словно разрывают на части. Нутро подсказывало следовать за Маргарет, схватить Гвен и не дать увести. Но... она знала о чувствах Гвен к рыцарю, видела некоторые письма, иногда Гвен делилась с ней кусочками того, что писал Ланселот. Но разве Утер разрешил бы просто так? Снял наказание ради свидания? Годы, что Моргана прожила под одной крышей с королём, подсказывали, что Утер на такую милость не способен.

Гвен следовала за Маргарет, не сопротивляясь, мысленно надеясь, что Ланселот прояснит, что случится. Почему-то она действительно была готова поверить, что мужчина, заставляющий её ощущать тепло в сердце, действительно мог быть там. Неужели он рискнул? Пришёл и попросил у короля? Ради неё? Дыхание перехватывало от мысли, что Ланселот так сильно рисковал ради возможности встретиться.

Войдя в двери тронного зала, Маргарет отпустила руку Гвен и отступила в сторону. Гвен замерла на мгновение, ощутив на себе взгляд короля и отца Тука. Её взгляд сразу зацепился за одеяния бывшего монаха — словно для какой-то церемонии.

— Гвен...

Она вздрогнула. Голос Ланселота, звучавший вживую, словно из тёмных вод её вытащил. Увидев изгнанного рыцаря, Гвен на мгновение забыла обо всём. Его улыбка и распахнутые объятия, словно сбывшаяся фантазия, поманили её. Забыв о правилах, она уверенно шагнула к нему, позволив себе обнять его. Ланселот прижал её голову к своей груди, стараясь сохранить это мгновение в своей памяти.

Наблюдавший со стороны Артур недовольно поджал губы, набирая побольше воздуха. Он искренне хотел порадоваться за друга, но что-то внутри ему мешало. Однако улыбка на лице Ланселота и то, как крепко его обнимала Гвен, заставили его усмирить сомнения.

— Это лучший день в нашей жизни, — прошептал Ланселот, оставляя лёгкий поцелуй на макушке головы Гвен. — Его Величество сделал мне величайший подарок.

— Я рада, что ты в порядке, — Гвен наконец отстранилась от него, но её ладони всё ещё лежали на плечах рыцаря.

— Хватит разговоров, у вас на это целая жизнь будет, — король прервал тишину, в которой шептались влюблённые, и взмахом руки подозвал их. — Подойдите. Отец Тук проведёт церемонию.

— Церемонию? — Гвен ухватилась за руку Ланселота, ощутив, что ей нужна поддержка.

— Тише, любовь моя, — Ланселот улыбнулся, он поднёс к губам её ладонь, осторожно целуя кончики пальцев. — Его Величество позволит нам пожениться.

Только теперь она поняла, зачем Маргарет накинула шёлковый платок на её голову, для чего в тронном зале свечи и служитель церкви. Почему сюда пригласили так много людей — от принца Артура до библиотекаря Джеффри. Сердце снова застучало, Ланселот обнял её за плечи, подталкивая вперёд. Маргарет, наблюдавшая за процессом, сжала за спиной кулаки, волнуясь, что Гвен вырвется или закричит. Но та лишь крутила головой, пока её взгляд не встретился с взглядом Ланселота.

— Поторопитесь! — потребовал король.

Моргана шагнула вперёд, намереваясь вмешаться, но Утер вытянул руку, останавливая воспитанницу. Она замерла на мгновение, а потом пошла в сторону Маргарет. Обойдя большую часть присутствующих, она схватила советницу за руку, крепко сжимая.

— Ланселот — изгнанный рыцарь! — громко проговорила она, продолжая держать Маргарет. — Ни один служитель новой религии не захочет венчать его с законопослушной женщиной. Вы согласны, леди Маргарет?

Советница не успела отреагировать. В ответ на возмущение Морганы послышался тяжёлый и громкий голос отца Тука, отражающийся от каменных стен. Кажется, он даже готовился к такой ситуации.

— Новая религия милосердна даже к изгнанникам, — Тук встал перед молодожёнами, расставляя руки. Было заметно, что он торопится начать. — Сегодня, по воле Господа и благословению Его Величества, мы собрались, чтобы соединить два влюблённых сердца...

— Не бойся, любовь моя, — Ланселот немного наклонился, шепнув эту фразу на ухо Гвен, и девичье сердце словно ожило. Может, она и не ожидала, может, и не хотела, чтобы свадьба случилась так... но разве она могла мечтать о том, чтобы чувствовать тепло его руки в своей ладони? Видеть его глаза так близко, ощущать его дыхание на своей шее? Раньше она могла ощутить такое разве что в коротких мечтах. Она набрала побольше воздуха, ресницы девушки задрожали. Она не могла отделаться от чувства, что всё это — не то.

— ...Ведаю, что в этом зале нет тех, кто был против этого брака, а посему брак этот свершается с миром! — Тук развёл руки, распрямляя плечи. Редкие лучи солнца падали на его мантию, словно он действительно скреплял союз, благословлённый Богом. — Повинуйтесь друг другу в страхе Божьем. Жёны, повинуйтесь своим мужьям, аки Господу. Ибо муж есть глава жены, как Христос глава Церкви. Ты, Ланселот, хочешь взять эту женщину в жёны, любить её и почитать, беречь и охранять, здоровую и немощную, как подобает мужу?

— Хочу и с радостью принимаю.

— Любите друг друга! Да хранит вас Бог. — Тук опустил взгляд, он стал мягче. — Теперь жених может поцеловать невесту.

— Я... я не сказала «да»... — глаза Гвен на мгновение распахнулись, она произнесла это тише, чем хотела.

Но её не спросили. Церемония свершилась. Отец Тук, уже не сомневаясь, что союз нерушим, лишь растягивал губы в блаженной улыбке.

— Вы не сказали «нет», — шепнул Тук, наклонившись ближе к невесте, а потом поспешно выпрямился и громогласно произнёс: — Перед лицом Господа и всех присутствующих объявляю вас мужем и женой!

Ланселот осторожно повернулся к Гвен, его лицо излучало такую неподдельную радость, что сложно было поверить в реальность происходящего. Замедлившись, Гвен осторожно стянула с головы платок. Она заметила, как в уголках глаз мужчины сверкнули проступившие слёзы радости и восторга. Позволив ему себя поцеловать, Гвен словно сдалась. Счастье, о котором мечтают многие девушки, нашло её само. После потери матери и отца в её груди затрепетала внезапная и ничем не обоснованная надежда на возможность обрести человека, готового защищать её и любить. Надежда, пришедшая вместе с первым пылким поцелуем, заставила Гвен расслабиться в объятиях жениха. Как бы это ни случилось, каким неожиданным и странным способом это ни произошло, она больше не была одна.

Стиснув челюсти, Моргана смотрела, как на щеках служанки растекается румянец, и всё больше вскипала от гнева. Они использовали её... её добрую, преданную, улыбчивую Гвен. Использовали в своих интересах, чтобы больнее ударить по ней, Моргане, не имея способа открыто выступить против. Ощущая боль в руке, которую Моргана сжимала, Маргарет всё же смогла взять себя в руки.

— Не переживайте, миледи. Гвен останется в замке, — она изобразила успокаивающую улыбку. — Король пожелал, чтобы Ланселот пробыл в изгнании ещё пять лет. Так что вы не останетесь без служанки. — Маргарет видела, как бледнеет лицо королевской воспитанницы. Она рискнула, наклонилась чуть ближе к Моргане: — А если Гвен всё же захочет быть рядом с возлюбленным, я верну вам Йену.

Если бы её спросили, Маргарет бы поклялась, что зелёно-серые глаза Морганы в эту секунду потемнели, став почти чёрными, и чуть не вспыхнули, как у Мерлина. Оттолкнув от себя советницу, Моргана поторопилась покинуть зал. Двери за ней закрылись, а Ланселот наконец отстранился от своей невесты.

Маргарет обвела зал медленным взглядом. Довольный, как сытый кот, отец Тук, скучающий король, что-то записывающий Джеффри... Артур. Вот перед кем Маргарет всё же чувствовала вину. Она не могла знать, начал ли принц что-то чувствовать к служанке, успели ли они, но взгляд принца был красноречивее многих слов. Они успели в последний вагон уходящего поезда — чувства были, но недостаточно сильные, чтобы он вмешался. Потоптавшись на месте, Маргарет всё же решилась подойти к принцу. Избегая прямого взгляда, она остановилась рядом.

— Думаю, мне стоит извиниться и перед вами. Простите, я... — ей хотелось бы сказать, что она изменила его судьбу, извиниться, что увела женщину прямо из-под его носа, попытаться объяснить, что всё это ради блага королевства. — Я была непочтительна к вам. Вы не раз меня защищали, мне следует быть благодарной. Мне жаль, что у нас не сложилось хороших отношений, но я прошу у вас ещё один шанс, Ваше Высочество.

— Вы знаете, что нужно сделать, — Артур просто посмотрел на неё, поджав губы. — Приходите, когда будете готовы рассказать мне настоящую историю.

Она немного кивнула, не продолжая. Церемония свершилась. Король напомнил, что изгнание бывшего рыцаря, хоть и получило сокращённый срок, но не закончилось. Он должен был покинуть Камелот, как было оговорено ранее. Зал молодожёны покидали вместе — Гвен нужно было тихое место, чтобы поговорить с избранником и разъяснить все вопросы.

Маргарет столкнулась со взглядом Алисы, и это пугало больше, чем разговор с принцем. Подруга стояла у стены в сопровождении Кэтрин, и тени от свечей странно играли на её лице, искажая. Она не моргая наблюдала за всем, и лишь губы в безмолвии шевелились. К своему ужасу, Маргарет прекрасно поняла, что Алиса повторяет пророчество дракона:

— И одна мышь способна испортить урожай.

***

Стоя у окна в новой комнате, Маргарет ощущала прохладу на своих плечах. Свечи она не зажгла, а за окном уже спустились сумерки. Тёмным силуэтом её фигура высилась над маленьким городком, словно он был нарисован на картине. В домиках Камелота горел свет, но на мертвенно пустых улицах блуждал только ветер. Ни горожан, ни стражи — тишина, подобная той, что царит в чистилище. Но холод пустующих стен новых покоев не может скрыть присутствие второго человека. Маргарет чувствует его каждой клеточкой своего организма, она узнала бы его по тени, по частоте дыхания, по одному движению.

Руки лорда Грегори мягкие, словно никогда не державшие меч, и она вздыхает, ощущая его прикосновения. Он стоит за её спиной, поглаживая её спину и медленно поднимаясь выше. Его рука любовно касается её волос и убирает пряди в сторону, открывая вид на светлую тонкую шею. Маргарет прикрывает глаза, замирая и отдаваясь предчувствию. Поцелуй такой мягкий, что она удивляется: разве может мужчина, прошедший столько сражений, быть таким нежным с ней?

Грегори медлит, дразнит, и тело Маргарет реагирует на каждую провокацию. Она немного запрокидывает голову, надеясь, что они навеки останутся в этом мгновении. Медленно обернувшись, она намеревается ответить тем же, одарить Грегори особенным поцелуем, который они запомнят. Не расцепляя объятий, Маргарет медленно повернулась, чтобы увидеть пылающие страстью глаза лорда, но замерла от удивления.

Вместо влюблённых глаз Грегори она увидела ярко-зелёные глаза короля. Утер сжал руки, и хватка, что казалась соблазнительной, вдруг показалась опасной. Он смотрел на неё со столь же большим желанием, как мог бы смотреть Грегори, но хотел он как будто другого. Через мгновение что-то в голове Маргарет щёлкнуло, и она расслабилась в объятиях короля, вверяя ему свою жизнь и волю.

— Если однажды вы захотите уйти, вам придётся убить меня, — голос Утера прозвучал скорее как угроза, как чёткая инструкция. Если Маргарет рассчитывает обрести свободу, ей придётся дожидаться смерти Его Величества.

Сердце сжалось, она ощутила, как скучает по нежному поцелую лорда, и почему-то ей захотелось заплакать. Пока король держит её здесь, она не сможет пережить подобное чувство снова. И хоть она замерла, глядя в глаза самого влиятельного человека в королевстве, хоть он крепко обхватывал её талию, а сердце сжималось от сожаления, разум кричал ликуя.

Открыв глаза, она села в постели, оглядываясь. Ей казалось, что руки короля всё ещё лежат на её талии, сжимая ткань платья. И хоть за спиной стена, она всё равно боялась оборачиваться. Ей потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться и перестать ощущать тепло от фантомного поцелуя на шее. Потерев лицо ладонями, Маргарет оглядела комнату. Солнечные лучи необычно сильно освещали помещение, широкое окно пропускало не только свет, но и свежий воздух, от которого слегка колыхались мелкие пряди её волос. Камин никто не растапливал, завтрака на столе она тоже не увидела, как и Йену, которая обещала верой и правдой служить новой госпоже.

Поднявшись на ноги, Маргарет оглядела свои новые владения — почти такие же просторные, как у Морганы. Теперь тут было мягко, удобно и приятно дышалось. Она вытащила из сундука зелёное платье и бросила его на мягкую кровать. Подошла к окну — картинка сильно отличалась от той, что была во сне. Она видела площадь, вид выходил прямо на ворота; теперь рассматривать всех, кто входит на территорию замка, было ещё удобнее, чем в прежней комнате.

Взгляд Маргарет зацепился за знакомую парочку. Она чуть наклонилась, рассматривая, как изгнанный рыцарь целует темноволосую служанку. Странно, что ему позволили остаться в Камелоте на ночь. Наверное, это Моргана уговорила короля или отец Тук решил, что брак обязан быть консумирован. В любом случае сейчас они казались связанными навека, и плечи Маргарет немного опустились. Она поставила в голове галочку: теперь, когда Гвен была полностью безвредна, нужно было найти Артуру настоящую принцессу. И кажется, у Маргарет уже была пара вариантов... Говорят, у Баярда помимо сыновей есть дочери. Чем не удачный союз?

Не желая подсматривать за молодожёнами, она отвернулась, словно развернувшееся под окнами шоу её больше не интересовало. Задача была закрыта, нужно было двигать дальше. Переодевшись, она села за новое зеркало, чтобы расчесаться. Маргарет потратила приличное количество денег на обустройство двух комнат самым необходимым. Её жалование с трудом покрыло все расходы. Оставалось полагаться на свои небольшие заначки. Именно в эту секунду Йена вошла в комнату. Она не постучалась — видимо, была уверена, что Маргарет ещё спит. Замерев на пороге, она поклонилась госпоже.

— Куда ты пропала? — Маргарет безэмоционально смотрела на своё отражение, пальцами расправляя волосы. — Я должна одеваться сама?

— Простите, хотела узнать, когда будет готов завтрак, — она спешно подошла к Маргарет, осматриваясь в поисках расчёски. Йена быстро нашла нужный предмет и принялась расчёсывать тёмные волосы леди. Её пальцы подрагивали от неуверенности, и Маргарет набрала побольше воздуха. Нужно быть терпеливой. Как бы Йена ни строила безвинное личико, как бы ни опускала в смирении глаза, Маргарет не могла перестать видеть в ней опасность. С чего бы ещё Моргане дарить ей служанку?

— Перестань, спасибо... — она забрала прядь волос из рук служанки и натянуто улыбнулась. — Лучше вернись на кухню и принеси завтрак. Сегодня у меня будет для тебя много дел. Нужно навести порядок — после переезда пыль поднялась. А ещё холодает, нужно использовать пряжу, которую оставила леди Алиса. И да... ты же вышиваешь. У меня есть красное платье. Нужно вышить на нём лилии. Сможешь?

— Да, к-конечно, — от волнения девушка запнулась на полуслове и ещё ниже опустила голову.

Маргарет на мгновение засомневалась в своей правоте, глядя на безвольное тельце служанки, словно перед ней была послушная кукла. Не перегибает ли она? Нет... она не может быть не права.

— Знаешь, я передумала, не буду завтракать. Лучше сходи поешь сама. Если будут спрашивать, скажи, я у леди Алисы. — Маргарет встала, выглядя немного задумчиво, и вдруг начала собираться. Она разложила на кровати лёгонький плащ с капюшоном и посмотрела на него, словно оценивая.

Немного помедлив, Йена улыбнулась и, поклонившись, вышла. Невольно Маргарет бросила взгляд в зеркало. Она настолько страшная? Или это игра? Заученный план, продиктованный воспитанницей короля? Непонятно... Если Йена окажется действительно верной служанкой, то Маргарет будет самой доброй госпожой. Так она пообещала сама себе. Однако следовало подстраховаться.

Она сложила все вещи, которые могли хоть как-то её скомпрометировать, в небольшую стопку и замотала в ткань плаща. Это не подозрительно — взять с собой плащ, когда на улице началась первая морось, ничуть не странно. Маргарет выскользнула из комнаты и направилась на улицу. Она скользнула мимо комнат Алисы и вышла на первый этаж. Миновав бесконечный коридор, она вышла на задний двор замка, где уже кипела жизнь. Слуги занимались своими делами, гуси неустанно гоготали на проходящих мимо их загона людей, и ей показалось, что рядом с заборчиком ютится Яков.

Маргарет быстро оказалась в городе и шла по улицам, словно по родному двору, на память воспроизводя улицы и нужные повороты. Уже через несколько минут лицо Маргарет накрыла тень ветвей деревьев. Белый камень, прям как стены Камелота, выглядел именно так, как заверял Грегори. Маргарет знала, что сделка состоялась, но, если честно, сама не понимала, почему её так тянет скорее войти в этот дом. Её дом.

Постояв на пороге, обнимая свёрток с бумагами, она толкнула дверь, убедившись, что та заперта. Слегка расстроившись, она осознала, что слишком торопила события. Но внутрь ей определённо нужно было попасть. Обойдя первый этаж, Маргарет обнаружила окошко, ведущее, видимо, в подвал. Сначала её посетила мысль влезть в него и подняться в дом через подвал. Но темнота, царившая внутри, пугала. А если там высоко и она поранится? А если дверь в подвал тоже заперта? И почему окно открыто? Может, там прячется одичавшее животное? Дом ведь не жилой.

— Боюсь представить, что вы планировали сделать.

Маргарет выпрямилась, испугавшись голоса за спиной, и тут же выдохнула. Под своим уже привычным зелёным плащом лорд Грегори мог скрыть своё лицо, но никак не мог скрыть озорную искорку в голосе.

— Я... рада вас видеть, — она прижала к себе плащ, бумаги, завернутые в ткань, немного зашуршали. — Как вы поняли, что я здесь?

Грегори сделал шаг, приблизившись к Маргарет, и немного наклонился. Он был ближе, чем обычно позволял себе. Сейчас с двух сторон их прятали стены домов, и сюда вряд ли бы кто-то заглянул. Лёгким движением головы Грегори сбросил капюшон, и Маргарет к своему удивлению ощутила тепло, сравнимое с умилением при взгляде на икону. Она так давно не видела его глаз. Её губы дрогнули, словно у грешницы, смотрящей в глаза чудотворца. В них блеснуло восхищение, и Грегори, совершенно точно, это заметил. С момента их поцелуя прошло немного времени, но она не могла понять, хочет ли повторить. Однако сердце билось быстрее, пальцы холодели, а взгляд невольно цеплялся за каждую черту его лица в ожидании чего-то особенного.

— Шёл за вами от замка, — Грегори немного улыбнулся, наклоняясь ещё ближе, и вдруг посмотрел на свёрток в руках Маргарет. — Уже спешите переехать? В замке так плохо?

Вопрос освежил разум Маргарет, и она сделала шаг назад, сжимая эмоции в метафорический кулак. Наверное, ей не стоило этого делать, но очень хотелось, так что она не стесняясь призналась: Моргана приставила к ней свою служанку. И теперь она ищет место, где сможет хранить рабочие бумаги. Ведь вести дела на глазах чужой служанки — всё равно что передать кинжал в руки королевской воспитанницы.

Грегори понимающе кивнул. Он вырос в среде, где каждое слово могло стоить жизни. Только когда сам унаследовал титул и нашёл способ лишний раз не покидать владения, он наконец смог спать спокойно.

— Идёмте, — вполне спокойно произнёс лорд, проследовав к главному входу. — Я передам вам ключи.

Обойдя дом ещё раз, они вернулись к главному входу, и Маргарет застыла в ожидании. Он продемонстрировал ей железный простенький ключ и отворил тяжёлый навесной замок. Металл скрипел, как петли дверей. Войдя в пустой зал, занимающий почти весь первый этаж, Маргарет немного ахнула. Потолок был так высок, что под ним помещалось два этажа. Она остановилась в центре просторного зала и огляделась, оценивая возможности нового приобретения.

Грегори с лёгкой улыбкой наблюдал за тем, как леди медленно кружится на месте, не в силах остановить взгляд на чём-то одном. С его точки зрения это был довольно простенький дом. Камень, дерево, несколько комнат. Сам он не променял бы замок на подобное жильё... куда девать слуг, солдат, казначеев, конюшни? Но Маргарет, судя по всему, была счастлива.

Немного освоившись, она нашла взглядом лестницу и пошла к ней. Быстро поднявшись, она упёрлась в двери самой первой из комнат. По тому факту, что дверей было две и они распахивались, она догадалась, что, видимо, именно здесь бывший хозяин вёл дела. Толкнув двери, Маргарет шагнула в небольшой кабинет, большую часть которого занимал прямоугольный деревянный стол. Она положила на него плащ с завернутыми бумагами, и в воздух поднялось облачко пыли. Тут было светло, помещение можно было проветривать, а на стене сохранились полки и один приличного вида сундук. Ничего лучше Маргарет и не могла попросить.

— Кое-чего не хватает, — Грегори облокотился на дверной косяк, рассматривая окружение. — Слишком... простенько.

— Я сделаю это место лучшим во всём Камелоте! — с воодушевлением произнесла Маргарет. В её голосе было столько уверенности, что Грегори невольно усмехнулся. — Спасибо, что помогли с покупкой. Сама я бы не смогла заключить сделку.

— Да, кстати об этом. Я оставил хартию в ваших комнатах перед уходом, так что, как вернётесь в замок, сможете забрать. — Грегори убрал с лица выпавшую прядь волос. — Я попросил короля поставить печать ещё вчера.

— Даже не знаю, как благодарить вас.

Маргарет улыбнулась, осматривая стол. Её взгляд задержался на едва заметной щели в столешнице. Одна из панелей поднималась вверх, открывая потайной ящик между двумя досками. Если накрыть стол скатертью, получится идеальный тайник. Маргарет мысленно похвалила прежнего хозяина: тот явно знал толк в конспирации и любил хранить секреты. Она развернула плащ и вытащила документы.

Грегори, наблюдавший со стороны, слегка нахмурился. Сначала он размышлял, что особенного может для него сделать Маргарет, но потом внимание его переключилось на то, как ловко она раскладывает бумаги. Девушка поместила документ в ящик, опустила крышку — и стол снова стал обычным. Сверху она расстелила плащ, и теперь открывающаяся столешница и впрямь казалась частью тайника. В пыльном кабинете стол смотрелся так, будто его просто накрыли старой вещью, брошенной за ненадобностью.

— Что вы делаете? — Грегори выпрямился, подойдя ближе. Он провёл рукой по столу, словно хотел коснуться спрятанных в нём тайн.

— Вы действительно хотите узнать? — она улыбнулась, тоже шагнув навстречу. — У меня есть секреты... Лорд Грегори, я не так прекрасна, как вы меня видите.

— Обменяемся секретами. Мой в обмен на ваш. — Он увидел искорку интереса в её глазах. — Я начну. За то время, которое я провёл в Камелоте, я часто одалживал деньги. Обычно я не возвращаюсь за долгом, но в этот раз... Почти все семьи, которым я давал деньги, имели взрослых незамужних дочерей. Когда я вернусь в их дома, я не просто прощу им долг, а заплачу сверху и заберу их дочерей. Так ваша блистательная идея, — он развёл руками, акцентируя внимание на доме, — получит воплощение.

— Семьи так просто продадут дочерей? — ресницы Маргарет дрогнули, она не могла поверить в саму возможность подобного.

— Здесь... это не редкость. Дочь в бедных семьях — не особо ценный ресурс. Её можно разве что выдать замуж и навсегда потерять. Поэтому существует практика продавать дочерей владетельным лордам, богатым горожанам и всем им подобным. Семья получала выручку, а девушка — шанс на хорошую жизнь. — Грегори облокотился на столешницу, и его взгляд начал блуждать по комнате. — Не знаю, как у вас на родине, но тут, если мужчина покупает девушку у семьи и потом устаёт от неё, то просто отпускает... Их судьбы складываются по-разному. Но здесь, под вашим присмотром, уверен, они будут счастливы.

— Я бы не была счастлива, — она опустила взгляд. А чем, собственно, она отличалась? Пленница чужих миров.

— А вам и не нужно, — голос лорда стал увереннее, и взгляд замер на её прикрытых глазах. — Вы не невольница. Вы — самый яркий цветок в саду Утера. Королевская лилия.

Говоря это, Грегори сжал её руку, поднёс к губам и поцеловал кончики её пальцев, всё ещё не отрывая взгляда. Маргарет замерла, её сердце словно перестало биться. Всё её тело сжалось на мгновение, не зная, как отреагировать.

— Ваша очередь, — Грегори быстро отпустил руку. — Слушаю ваш секрет.

Маргарет рассмеялась.

— Я надеялась, вы забудете! Что ж... леди Моргана подарила мне служанку — чудесную, тихую и трудолюбивую девушку... умеющую притворяться вещью и не вызывать подозрений. Думаю, Моргана выбрала её специально, чтобы следить за мной. А у меня есть секреты... есть довольно крупные сбережения, о которых даже Алиса не знает. — Она поджала губы. — Моргана может вывернуть факты наизнанку.

— Если эта девушка действительно шпионка, то мы можем снова...

— Нет, — Маргарет резко его перебила. — Если умрёт ещё одна моя служанка, я не смогу себя защитить.

— Я смогу защитить вас.

На лице леди расцвела улыбка. Она посмотрела на мужчину так, словно услышала от пятилетнего мальчишки обещание жениться на ней, когда он вырастет. От этого взгляда Грегори стало не по себе, как-то неприятно в груди. Она сомневается в нём?

— Ваша Милость... боюсь, против Морганы нельзя отправить войска. Моргана добра и хитра одновременно. Когда она смотрит, в её глазах появляется что-то, что заставляет меня обнажать зубы, пробуждает желание защищаться. Словно проявляет все мои страхи. Так что я принесла всё сюда... здесь будут только мои люди.

Грегори помолчал. Он никак не комментировал, просто думал. Неужели та Моргана, о которой при дворе говорят только хорошее, действительно обладает столь редким и опасным талантом? Если она так пугает Маргарет, должно быть, эта женщина и правда страшна. В какой-то степени Маргарет была права. Грегори мог выступать щитом и мечом, но мог ли выступить иной защитой? В дворцовых интригах он участвовал редко, осознанно избегая их. Оттого имел мало опыта. Ему не нравилось... но нравилось то, как мечтательно Маргарет смотрит на него.

— Это место сохранит много тайн, — она подошла к мужчине, положила руки ему на плечи, глядя прямо в глаза. И этот жест, кажется, уничтожил любой зачаток мысли в голове лорда. На мгновение он даже забыл, как дышать. Маргарет и сама, кажется, волновалась. Но ей очень хотелось его коснуться. — Сюда будут приходить лорды, оруженосцы, купцы и военные, и все они будут нести нам свои секреты, а мы будем собирать их руками милых дам и складывать в шкатулочку... — Её голос лился словно тёплое молоко с мёдом. — Пусть мой секрет станет первым.

Она ощутила, как рука лорда обнимает её талию, и приоткрыла рот, вздыхая. Грегори начал замечать, что Маргарет, обзаведясь возможностями, действительно начала походить на ту женщину, которую он ожидал увидеть. Она с каждым месяцем, словно яблоко на ветке, напитывалась силой и светом, из зелёного мелкого плода превращаясь в манящий плод, к которому так и тянулись руки. Лорд был уверен, что Маргарет, глядя в зеркало по утрам, думала абсолютно так же. И хотел наблюдать за тем, как её влияние зреет в лучах покровительства Пендрагона.

«Без света в окнах, без факелов»

В саду было теплее, чем Алиса ощущала. Молодые деревья, окруженные отцветающими травами, в ветвях хранили остатки теплого лета, пряча его от наступающей английской осени. Скоро в окна замка начнет пробиваться холодный ветер, листья опадут и лето, спрятанное в кронах, неизбежно проиграет дождям. Но сейчас тут было уютно, немного жарко и пахло яблочным элем. Алиса шла к уже знакомой беседке, где никто никогда не бывал, так ей казалось. Наверное, все кто жил в замке знали, что там можно наткнуться на короля и обходили ее стороной. Адиса, шурша юбками платья, прошла по каменной дорожке и нырнула под своды беседки между узкими колоннами. Она уже видела там силуэт и была уверена, что король ждет её. Мысленно леди репетировала что скажет, как поблагодарит за подарок и как будет улыбаться.

Когда Яков прибежал и сообщил о том, что Его Величество желает ее видеть вечером в саду, Алиса ощутила облегчение. Не должна была, но ощутила. Теперь, когда Утер не пытается затащить ее под венец, она была не против составлять ему компанию на прогулках и пирах. Да, при нем следовало следить за языком и не говорить лишнего, но все же. Маргарет научилась с ним говорить и Алиса научиться. Полная энтузиазма, Алиса оказалась под вязью плюща, обвившего беседку, и опустилась в приветственном поклоне. Стоило склонить голову, картинка перед глазами «поплыла», словно голова закружилась. Казалось, леди окутал туман. Судорожно заморгав, она попыталась сфокусировать взгляд. В ушах тянулась мелодия, уже знакомая. Будто ангельское пение, звучал голос… «певучий язык». Она уже ощущала подобное.

— Алиса… — Мелодичное пение прекратилось, приятный и заботливый голос Алана окутал всё пространство. Руки мужчины легли на плечи Алисы, бережно помогая ей выпрямиться.

— Что ты здесь делаешь? — Алиса выпалила вопрос, увидев светлые глаза мужчины. — Это опасно…

Только сейчас Алиса увидела двух близнецов, кудри которых отражали лунный свет. Малыши сидели у ног мужчины, поедая ягоды, каждый держал по горсточке. Красные, словно стеклянные, ягодки походили на чудесные дары. Мальчики улыбались, обменивались ягодами, периодически посматривали на отца. Алан проследил за ее взглядом и улыбнулся одними уголками губ. Он словно немного светился, был живее и чище всего что их окружало. В моменте Алисе показалось что замок вместе с обитателями покрыт вековой грязью а Алан чист как новорождённый. Это конечно было иллюзией, но все же…

— Утер не придет, у него появились срочные дела. — Алан прислушался к тишине. Было слышно лишь шелест листвы и трав. Где-то жужжало насекомое, так тихо, что Алиса не поняла какое именно — Его посыльный уже бежит в твою комнату чтобы предупредить. Но он тебя не найдет.

Алиса не восприняла это за добрый знак. Если Яков будет ее искать и увидит в саду с Аланом? Мужчина уловил ее беспокойство, но внешне никак не отреагировал. Алиса оглянулась, тишина, пустота, как тогда на площади. Видимо, их снова не видят. Всё равно тревожно. Один из близнецов, Анант, как вспомнила Алиса, протянул ей ягоду. Инстинктивно она приняла подарок и улыбнулась, относясь к жесту простым детским порывом поделиться вкусностями. Чтобы не расстраивать ребёнка, Алиса положила ягоду в рот и на миг замерла, казалось, она съела не плод, а кусочек сахарной ваты, который тут же растаял на языке и оставил сладковатый привкус на языке. На душе стало спокойно. Выдохнув, девушка ощутила чувство безопасности, по которому скучала.

— Присядь. — Алан кивнул в сторону каменной скамейки внутри беседки — Я посетил тебя, чтобы напомнить. Грядёт неизбежное.

Алиса послушалась. Она опустилась на скамью, теперь ее прятал многолетний английский плющ. Дети перемесились ближе к ней, ягоды в их руках не заканчивались. Алан продолжал стоять, глядя вокруг так, словно это его владения. Ощущение домашнего уюта в присутствии прекрасного златокудрого мага накрыло Алису, словно плед. Слова звучали как приговор, но тревоги не ощущалось.

— Тебе стоит прекратить искать расположения местных.

— Я и не пыталась. Они сами окружили меня. — Алиса сжала ткань платья, он в чем-то ее обвиняет?

— Да, но ты обзавелась друзьями и врагами. Ты вмешалась в течение времени.

Про себя Алиса недовольно фыркнула. Алан не отчитывал ее, голос звучал мягко и мелодично, даже как-то по-доброму. Однако Маргарет каждый день вмешивается в течение времени, вносит инициативы, распределяет финансы, даже в судах участвует. А течению времени почему-то мешает Алиса. Девушка еле заметно свела брови и через секунду подумала. А может все так и должно было быть. Что если все решения Маргарет уже приняты за нее? И они действительно не вмешиваются… за исключением чего? Алиса попыталась быстро проанализировать свои действия. Свадьба Гвен? Дружба с Морганой? Помощь друидам? Что выбивалось из списка предрешенных дел? Алан помолчал, давая ей время.

— Не пытайся понять.

— Я хочу домой. — Это единственное что проговорила Алиса. Подземелье вот-вот откроют, осталось не долго.

— Для тебя прозвучит странно, но ты уже дома… Я не про замок.

Анант и Таранис наконец закончили есть и рассыпали ягоды по беседке, звонкими бусинами они раскатились по полу. Алан выдохнул, глядя на сыновей. Видимо, не хотел их отчитывать при гостье. Один из близнецов уцепился за ее платье, поднимаясь на ноги и забрался на скамью рядом с ней. Алиса больше не хотела задавать вопросы. Ей не нравился ответ. Она не дома… Ее дом далеко, настолько, что до него не дойти. Ее дом там, где ее родители. Но почему ей так хорошо с ним? С этими детьми, словно она говорит с родственниками. Алиса коснулась волос Тараниса и замерла. Родственниками? Через секунду она подняла на Алана взгляд. Хотелось убедиться.

— Когда станет одиноко, обратись к Мерлину. С ними ты в безопасности. — Голос мужчины отвлёк её от размышлений. Странно, с местными общаться нельзя, а с Мерлином можно? С другой стороны, молодой маг пришел из Элдора. — Земля не важна. Важно время. — Добавил Алан, развеивая её сомнения. Думаю, ты поймёшь.

— Я планирую вернуться домой после Йоля. — Алиса серьёзно посмотрела на мужчину. Это называется «неизбежным»?

— Когда неизбежное случиться, пообещай уйти. Не дожидайся никого. Бери то, за чем пришла и уходи. Ты поймёшь всё… когда века пройдут. Если останешься здесь надолго, я не смогу тебе помочь.

Алан замолчал, но Алиса заметила в его глазах сомнение и безысходность. Что, не выйдет? Нет, она уже решила. Здесь явно опасно и Алан видит опасность над Алисой, раз предупреждает. Задерживаться надолго нельзя. Но если она вернётся, они больше не увидятся. Плечи Алисы расслабились, жаль, что нельзя совместить два мира, два разных времени. Таранис прижался к ней, как делает Черныш. Анант немного надул губи и полез на колени к отцу, тоже удобно устраиваясь. Плющ зашелестел под ветром, Алан взглянул на небо, словно сверяясь с часами на стене. Что он чувствовал? Почему Алисе так хотелось схватить его за руку и потребовать остаться? Не справившись с этим чувством, она всё же сжала его запястье.

— Я буду осторожна. Обещаю…

— Нам пора, мальчики. — Алан избегал взгляда Алисы. Он опустил Ананта на землю и проследил, чтобы Таранис спустился следом. Мальчики взглянули и выбежали из беседки, исчезая среди цветочных садов. Алан поднялся на ноги. Алиса проследила за ним взглядом и заметила в далеке знакомые фигуры. Маргарет и Грегори возвращались в замок, идя по дальней дорожке. Слишком далеко чтобы заметить Алису в беседке. Алан стоял на пороге к ней спиной, словно не решаясь шагнуть на улицу. Небо становилось тяжелее, чувство покоя пропадало и заменялось на отчаянное желание бежать. Следом за близнецами, исчезнуть в пустоте.

— Не думаю, что у меня получиться встретиться снова. — Алан собрался с силами, он словно прощался с дочерью — Сохрани себя, милая Алиса.

— Пожалуйста… — Глаза заслезились и Алан исчез, шагнув за пределы беседки. Теплота развеялась и плечи Алисы задрожали от холода и эмоций. Она замерла, крепко сжав зубы, слёзы капали в абсолютной тишине.

***

— …когда битва была в разгаре, мой отец пошел в бой. Он с частью отряда выжидал в засаде, по приказу командира. — Грегори с удивительной открытостью делился историей своей семьи. Ему нравилось видеть, как Маргарет удивляется, смеётся, задаёт вопросы. Шагая по каменистой дорожке дворцового сада, лорд рассказывал всё что помнил и знал, словно чудесную легенду — В той битве, будучи ещё принцем, Утер сражался на равных с солдатами. Что не нравилось его старшему брату, королю Аврелиану.

— Аврелиан. — Маргарет повторила, с легкой улыбкой. А потом приподняла юбки и шагнула на ступени, переходя их прохладного сада в коридоры дворца — Имя как в сказке.

Грегори не сдержал улыбки, и правда, имя, созданное для легенд. Маргарет слушала внимательно, биография Утера всё ещё была плохо ей знакома. Так что она старалась собирать её по кусочкам. Может поговорить с библиотекарем Гальфредом? То есть, Джеффри… Вот бы он был сговорчив. Грегори подал ей руку, помогая подняться по ступенькам. Тех было всего три, но лорд, преисполненный чувством влюблённости, просто не мог упустить момент. Вечер прохладнее чем обычно, осень уже ощущалась в ветрах и тихих завываниях. Цветы медленно вяли в королевском саду, яблочный аромат тоже сходил на нет. Казалось, вся округа готовилась к тому, чтобы уснуть под ледяным пушистым одеялом. Глядишь начнутся ливни. Осень в здешних краях должна быть затяжной и мокрой. Маргарет этого не замечала, в груди грелось пламя, подобно очагу, именно сейчас ей было жарче обычного.

— Продолжайте… — Тихо попросила она — Мне интересно.

— А… — Грегори отмер, вернувшись к истории — Амвросий Аврелиан Пендрагон… правил недолго. Отец говорил его отравил собственный лекарь. Но этих подробностей я не знаю. — Лорд набрал побольше воздуха. — Когда Утер оказался окружен солдатами Вортигерна, мой отец, будучи просто солдатом короля, кинулся защищать принца. Пробиться в круг получилось быстро, а выйти из него нет. Я помню эту историю, отец говорил, Утер прижался к его спине, чтобы было время перехватить меч, а потом выступил вперёд. Отцу стало так совестно, что он кинулся следом за принцем и так они выбрались из круга вражеских солдат. Утер сказал, что обязан моему отцу… и позже наградил его титулом и землёй.

— Весьма щедро даже для спасения жизни. — Маргарет задумчиво кивнула.

— Думаю, тут было замешано что-то ещё… Король Аврелиан умер почти сразу после этой битвы и Утер хотел окружить себя верными людьми. Так и вспомнил про моего отца.

Что-то зашуршало, перебив лорда. Маргарет ойкнула, а затем последовал глухой удар. Грегори не сразу понял как у его ног оказались подушки. Несколько перьев выбилось и опустилось на пол. Йена сидела на полу, потирая голову, а через секунду испуганно засуетилась. За стопкой подушек она не увидела Маргарет и врезалась в её плечо. Воцарилась неловкая паузу, растерянность и непонимание отразилось на лицах всех троих. Через мгновение Маргарет выдохнула и протянула Йене руку. Девушка посмотрела на ладонь Маргарет и отодвинулась. Словно измождённая рабыня, она поднялась сама, начиная собирать подушки. Тихим голоском, девушка нашептывала извинения стараясь не смотреть Маргарет в глаза. Выглядела эта сцена весьма жестоко. Со стороны могло показаться что Маргарет совершенно лишена человеческих чувств. Интересно, Яков бы именно так преподнёс эту ситуацию своему «клубу сплетниц»?

— Лорд Грегори, познакомитесь, Йена, моя новая личная служанка. — Голос Маргарет стал натянуто-любезным — Бесценный подарок леди Морганы.

Лицо лорда изменилось. Девушка, неуклюже складывающая подушки стопкой, не была похожа на подосланную шпионку. Худая, почти болезненно бледная, чихнёт и пополам сломается. В голове Грегори рисовался образ красивой, пухловатой девушки, способной разговором развлечь и взглядом одурманить. Как Авила… Наверное, личные предпочтения сказывались на восприятии. Йена поклонилась и пошла дальше, не глядя на свою госпожу. Грегори позволил Маргарет взять его под руку и повёл к лестнице. Если Моргана выбрала такую невзрачную особу для шпионажа, это очень умно. Такую не заподозришь. Её «болезненность» коварна.

— Проявите к ней доброту. — Дойдя до лестнице, посоветовал лорд — Пусть думает, что заслужила ваше расположение.

— Для чего? — Маргарет приподняла юбки, собираясь подняться по каменным ступеням.

— Для Морганы. Скормите шпионке информацию, которую она может принести хозяйке, что-то безвредное. Когда Моргана захочет разыграть карту, вы сможете обвинить её в шпионаже.

Звучит сложно и рискованно. Но попробовать правда стоило. Не сейчас, конечно. Маргарет отпустила руку мужчины, лорд остался на первом этаже, провожая леди влюблённым взглядом. Стоило ей скрыться, Грегори набрал подольше воздуха в грудь и улыбнулся своим мыслям. Может быть, король позволит? Правда, придётся подождать, приложить больше усилий чтобы окончательно захватить крепость, где храниться сердце прекрасной Маргарет. Развернувшись, он направился в противоположное крыло замка, чтобы выйти к конюшням. У него были дела в городе.

***

За окном начинало темнеть и Моргана попросила закрыть ставни, чтобы в комнате не хозяйничал вечерний сквозняк. Камин уже зажгли и тепло медленно наполняло комнату. В танцующих языках огня воспитанница короля пыталась рассмотреть своё отражение, подобно огненным девам из сказок. Взрослея, она всё больше ощущала свою ответственность, как приёмная дочь короля и единственная леди в Камелоте, её ждало прекрасное будущее. Не смотря на происхождение, она могла рассчитывать и на богатого лорда, и на второго принца. А если Утер сможет договориться, даже на прямого наследника престола. Мысленно Моргана витала в материях, где брак и рождение наследников не самая важная часть жизни. Мир за пределами замка хоть и был опасен, но манил её чудесами, о которых в Камелоте было запрещено говорить. И хоть магия могла быть ужасной и смертоносной, те кто владели ей казались Моргане роднее чем те, кто окружал её с детства. В черных глазах ворона, девушка видела мир, которым никогда не сможет жить. Поэтому, каждый раз получая письма с любовным подтекстом, что предварительно одобрил король, она лишь отводила глаза. Оттягивая момент, когда Утер скажет: «Я так решил» и её мечты навсегда потеряют возможность стать правдой.

— Ты ведь расскажешь нам всё подробно, Гвен? — Моргана отошла от камина, подходя к своей мягкой постели. Её ночная рубашка шелестела при каждом шаге, волочась кружевом по полу. Моргана не знала, что её интересовало больше. Наверное, изменилось ли что-то в сердце Гвен после свадьбы? Улыбнувшись, леди села с краю, облокачиваясь на подушки и улыбнулась, не нужно было окружающим знать о её мыслях.

— Конечно, — Гвен поставила поднос в центре кровати, несколько стаканов с подогретым вином и специями. Чтобы не мёрзнуть и после быстрее уснуть — Леди Алиса к нам присоединиться?

— Кажется, она с королём. — Эта фраза далась ей с трудом. Моргане хотелось держать подругу Маргарет поближе — Или просто куда-то ушла.

Амелия укуталась в шаль, пряча оголённые плечи. Ночная рубашка спадала, держась на тонких завязках. То что Моргана подарила ей когда-то такую рубашку Амелию возмущало. Воспитанница короля, отдавая подарок, сказала: «Когда выйдешь замуж, муж поблагодарит тебя». Сама девушка замуж не собиралась, но загадку ночной рубашки разгадала. Любое неловкое движение и рубашка падала на пол. Так что теперь, если она и надевала её, то только чтобы не гневить Моргану. Но всегда куталась в шаль, чтобы случайно не оголиться. Амелия вжалась в подушку, сидя на кровати. Рядом с ней стеснительно ютилась Гвен. Не потому, что находиться в покоях Морганы было некомфортно, а от причины визита. Воспитанница короля желала рассказа. С утра она уже пробовала выпытывать у служанки все прелести замужества, но сейчас… выбора не оставили. С каждой минутой становилось всё темнее, свет от камина и свечей не охватывал всю комнату и дарил иллюзию приватности.

Гвен не успела начать, в дверь постучали. Моргана вздохнула и пригласила гостя войти. Алиса перешагнула порог, медленно кланяясь. Её глаза всё ещё были немного опухшие от слёз, но краснота сошла. Она старалась вести себя, не вызывая подозрений. Густые вечерние тени всё скроют. Подойдя ближе, Алиса приподняла уголки губ в сдержанной улыбке.

— Извините, что задержалась. Кэт передала мне ваше приглашение.

— Вас задержал король? — Амелия не удержалась, нотки высокомерия скользнули в голосе.

— Я была в саду. — Не дожидаясь разрешения, Алиса села на свободный край кровати и взяла кубок с вином. Сейчас ей было это необходимо.

Моргана вздохнула, утомлённая собственными решениями и кивнула Гвен. Устроившись с другой стороны кровати Гвен набросила на плечи оделяло, с улицы тянуло прохладой. Подумав немного, она улыбнулась, стеснительно прикрыв глаза и начала рассказывать. Очень тихо…

— После того как церемония закончилась, отец Тук проводил нас в одну из комнат. Я думала, моё сердце выскочит из груди…

Полутень комнаты поглотила очертания девушек, оставляя их наедине с собственными мыслями и этой романтичной историей, частью которой стала Алиса. Гвен описывала и удивление, когда отец Тук благословил их на совместную ночь и трепет, который испытывало девичье сердце, когда они с Ланцелотом остались вдвоём и парящее чувство в груди, когда они говорили, сидя рядом… Как оказалось, читая письма, только об этом Гвен и мечтала. В жизни Ланцелот говорил не так хорошо как писал в письмах, его речи не были такими витиеватыми и продуманными, как строки. Но самой Гвен тогда уже было всё равно. Как и в тот момент, когда эль закончился, а ночь только началась. Алиса смотрела на тёмную жидкость в своём бокале и не понимала, как реагировать. В этой истории она была Купидоном, но ощущала себя проклятием. Гвен радовалась, её сердце явно было охвачено влюблённостью, но была бы она так счастлива узнай о том, что должна была стать королевой? Была ли любовь к Артуру сильнее чем этот восторг в глазах при упоминании Ланцелота?

Моргана слушала молча, иногда отпивая вино и улыбаясь. Наверное, воспитаннице короля не пристало завидовать служанке, но сердце леди сжималось при мысли, что ей может никогда не выпасть такого счастья. Её проводят за руку к тому, кто станет её следующим «воспитателем» и ей придётся смириться с этим решением. Но она не хотела. Не желала, чтобы её судьбу решали. И до последнего момента она будут сопротивляться столько, сколько это будет возможность.

***

Тишину ночного пригорода разрывал девичий крик. Без света в окнах, без факелов, лишь под светом звезд, свершалось то, что было редкостью и обыденностью одновременно. Отец продавал дочь влиятельному господину.

У ветхого домика, всего двадцать минут назад, остановилась крытая тканью телега в сопровождении пяти всадников. Это был не первый дом, который они посетили сегодня, лорд Грегори обернулся, окинув взглядом молодого оруженосца и преданного Квинта. Ему хотелось убедиться, что всё под контролем. Под импровизированным балдахином, возведённым над телегой, слышались легкие всхлипывания. Двое солдат следили за телегой, не давая выкупленным девам выглянуть на улицу. Спешившись, Лорд в сопровождении оруженосца постучался в лачугу. Судя по всему, большая семья собиралась к ужину. Сначала глава семейства не был дружелюбным. Он не хотел открывать дверь, не хотел слушать никаких предложений, пока не услышал, что гость за дверью — знатный человек. За спиной седого мужчины появилась жена, которая выглядела даже старше супруга. А уже из-за её спины выглядывали дети, Грегори насчитал шестерых. Но он тут только ради одной дочери…

Девушка кричала, умоляла отца не отдавать её. А когда на стол упал мешочек с золотом, к удивлению лорда, старик не побрезговал схватить дочь за руку и вытолкать из дома, вопреки её сопротивлению, слезам жены и испуганным крикам других малышей. Сцена была действительно пугающей и холодящей рассудок. На мгновение Грегори стало её жаль. Упав на влажную землю у ступеней крыльца, девушка зашлась отчаянным криком, из её уст вылетали проклятия и грязные ругательства. Со слезами и ненавистью в глазах, она принялась вырываться из крепких рук Квинта, когда он помогал ей встать. В мгновение ока прекрасная дева превратилась в гарпию, обнажающую зубы. Грязь на одежде и волосах в темноте напоминала кровавые пятна, казалось, она вот-вот вонзит зубы в чью-то шею. Грегори поджал губы, оглянувшись. Никто не пытался вмешаться. Любопытные соседи выглядывали, но старались оставаться незамеченными. Может, не стоило? Но если Грегори вернёт её отцу, тот вероятно не даст бедняжке жизни из-за упущенной выгоды. На эти деньги, при должной экономии, они смогут спокойно пережить зиму, а может чуть дольше. Отец несчастной поблагодарил лорда за щедрость и захлопнул дверь. Изнутри закрылся засов, а Грегори ощутил инфернальный холод. Ни одна из других девушек не сопротивлялась так яростно и уверенно. Квинт взял сопровождение буйной красавицы на себя. Умудрился усадить на своего коня и сам забрался в седло. Она уже не кричала, лишь шипела, время от времени пытаясь вырваться из рук опытного война. Силы её покидали, а вот воля к свободе нет.

— От неё будет много проблем… — Предположил молодой оруженосец. Грегори пожал плечами, ему всё ещё казалось странным то, как быстро мужчина отдал дочь и то, как она отреагировала. Слезы, мольбы, всё это допустимо… но такая ярость впечатляла.

— Квинт, сопроводи девушек в дом. — Грегори снял с пояса связку ключей, отсоединил несколько и передал оруженосцу — Расположите всех с комфортом, а эту… — Он помолчал, обдумывая. — Покормите, дайте воды и запрете в комнате второго этажа. Завтра утром я с ней поговорю. Освин, помоги Квинту.

Разойдясь с остальной процессией, Грегори направил коня в глубь города, в сторону замка. Его сердце всё ещё сжималось. Хотелось запить увиденное. А ещё, очень хотелось кому-то рассказать. Картинка реальности сливалось со старым воспоминанием. Ускорившись, Грегори заставил себя отбросить всплывшие образы и поторопился вернуться в замок. Спускался вечер, прохлада отрезвляла и отвлекая от мыслей. Скоро дыхание начнёт превращаться в маленькие облака. Возможно, когда осень закончится, он почувствует себя лучше, чем сейчас. К сожалению или счастью, для местных жителей это не было чудом и даже не являлось чем-то неожиданным. Родители из совсем бедных семей часто продавали дочерей лорда или иным зажиточным господам. Для семьи это способ быстро и много заработать. Если девушка приглянулась лорду или была необходимо в качестве служанки, это можно считать шансом на жизнь. Он выкупал её у семьи, одевал, кормил и оставлял жить в своём доме. Однако, в случае любого неповиновения или конфликта девушка покидала своего хозяина. Не понравится его жене или невовремя забеременеет, сразу окажется за воротами. А это уже не похоже на «подарок судьбы». Этих девушек часто перехватывают уличные сутенёры. Или какие-то проходимцы, заставляющие работать. Грегори хотел надеяться, что место, которое они с Маргарет откроют не будет обходиться так с работницами. Лорд потянул удела и свернул на дорогу, которая ведёт в замок. Ему хотелось увидеть Маргарет, обсудить с ней благополучие работниц. Их будущее, если оно будет. Копыта цокали по камню, мысли становились гуще, как ночная тьма.

***

— Сколько наглости! — Портить настроение королю, все равно что злить волка в ночном лесу. Утер указал на открытые сундуки — И это после того, как я даровал ему целый город с единственным портом!

Маргарет бросила взгляд на сундуки. Яков притащил её в тронный зал почти за руку. И правда, весьма самоуверенная выходка. Вместо требуемой выплаты, лорд Канон прислал пустые сундуки. Он провоцировал Утера на конфликт в начале осени. Требовал, чтобы король пришел и сам взял что считает своим. Мол, мужчина не полагается на разговоры, а берут своё руками, не дожидаясь. Наверное, Канон ставил сразу на два исхода событий. В первом, Утер должен испугаться и тогда тянуть с выплатой задолжалых налогов можно будет ещё до весны. Во втором, Утер поддастся эмоциям и пойдёт на город с армией. Холодно, одна-три недели и выпадет первый снег. Солдаты будут мёрзнуть, болеть и умирать. Дороги станут непроходимыми, тянуть за собой телеги и оружие будет тяжело и к моменту боя солдаты, как и сам король, будут измотаны и потерпят быстрое поражение. Прокрутив это в своей голове, Маргарет посмотрела на короля. Утер тоже это понимал, от того и злился больше обычного. Вести туда армию по весне или летом тоже не выгодно. Если пройтись по стране маршем и собрать войска, придётся делать много остановок, а стоять под крепостью Канона несколько недель. Маргит хорошо защищён. За время пути он может успеть собрать союзников, тогда это дело будет пахнуть внутренней резнёй за авторитет.

— Что вы планируете делать? — Маргарет наконец отвела взгляд от сундуков.

— Нет, Маргарет, это вы мне расскажете, что делать дальше. — Король толкнул стул, вымещая на мебели бурлящие эмоции — Советуйте, это ваша работа. Только не пытайтесь убедить меня послать наёмника.

— Согласна, это было бы глупо. — Она сжала руки, пряча их в рукавах.

Артур стоял молча, прислонившись к стене и задумчиво глядя на сундуки. В глазах принца это действительно выглядело оскорбительно и эмоции отца он разделял. Хоть и сдерживал. Помедлив, он предложил.

— Мы можем подкупить кого-то в Маргите. — Его голос звучал отстранённо, принц всё ещё был погружен в мысли — Наёмник будет действовать в открытую, нам нужен тот кому доверяют. А когда дело будет сделано…

— Канона заменит кто-то и его приближённых! — Утер взмахнул рукой. — Так не получиться. Нужно проконтролировать кто займёт его место.

— Нам нужно провести в крепость небольшой отряд, обойдя стражу, это должны быть войны с вашим гербом. — Маргарет перевела взгляд с короля на принца — Они должны избавиться сразу от всей свиты Канона, чтобы никто не мог занять его место и тут же провозгласить нового хозяина земель. — Заметив недоверие в глазах Утера, она пояснила — Это должна быть полноценная карательная операция, а не многодневная осада крепости.

— Показательно… — догадался Артур — Не осада крепости, это сигнал что король может войти в любой замок в своём королевстве. Ведь любой замок принадлежит короне.

В глазах короля начало появляться понимание. Ему стало интересно, скорее всего, судя по медленно расплывающейся улыбки, Утер уже видел картину целиком. Но ему было любопытно что Маргарет скажет дальше. Утер помолчал, качая головой и что-то обдумывая. Выдержав паузу, он немного улыбнулся, указав на Маргарет пальцем.

— Вы это и спланируете. — Улыбка была не искренней, скорее испытывающей — Верните мне Маргит. Если вам понадобятся ресурсы, обратитесь к Артуру.

— При всём уважении, отец, леди Маргарет женщина и не имеет опыта. — Теперь голос Артура звучал настойчивее — Я спланирую и отберу солдат которых поведу в Маргит. Нам нужно достать план крепости, понять расположение проходов и тайных коридоров, если они есть. Возможно, нам понадобиться шпион.

Леди хватило сил только кивнуть. Рассматривать Артура как союзника тоже было сложно, даже если Маргарет довериться ему, принц вряд ли захочет такого альянса. Моргана тем более будет недовольна, когда узнает. Может быть попросить о помощи Грегори? Он уже должен был подготовить новых солдат, не идеальные, но всё же войны… Нет, Артур — наследник престола. Она должна ему верить.

— Я выслушаю ваши предложения. — Согласился король — У вас есть время до зимы.

— Как скажете, Ваше Величество. — Леди выдохнула, опустив голову. Ей нравилась идея отсрочить решение на месяц или два.

Громко, захлопнув крышку одного из сундуков, Утер приказал унести их подальше. Яков и стража засуетились, ждать других слуг и гневить короля не хотелось. Артур пожелал отцу доброй ночи и покинул малый тронный зал, следом увязалась Маргарет. Из всех, она выглядела наиболее обеспокоенной. Как же, контроль не в её руках, вот она и нервничает. Походка Артура соответствовала его росту и физической подготовки, один его шаг как два для Маргарет, так что ей пришлось приподнять юбку и поторопиться.

— Ваше Высочество, подождите. — Она попыталась обогнать принца, прежде чем он остановился.

— Если вы скажете что хотите сами заняться этим вопросом, то не стоит. — Артур остановился, обернувшись — Вы много делаете для Камелота но армия…

— Нет, я не пыталась спорить с решением Его Величества, лишь хотела сказать о том, о чем подумала. — Маргарет сделала глубокий вдох, выравнивая дыхание. После свадьбы Гвен ей всё ещё сложно смотреть принцу в глаза. Хоть он и не знает причину. — Нужно узнать не только о тайных ходах, но и о тех путях, которые Канон может не знать. Возможно… мы обойдёмся малой кровью.

— Не знать? Как можно не знать о чем-то в собственном доме? — Артур нахмурился но потом вспомнил о грохоте, который слышится каждый день в Камелоте. Они жили в замке и не знали, что где-то в подвалах спрятана сокровищница. Не знали, что прямо под их ногами скрыто богатство способное дать королевству безбедную жизнь. Может и Канон что-то упустил?

— Давай встретимся завтра, когда вы будете свободны. — Предложила Маргарет, глядя на принца с легкой надеждой — Я расскажу о своих мыслях, а вы о своих. Времени не так уж и много…

Артур кивнул, пообещав вечером посетить библиотеку. Маргарет, в свою очередь, заверила что поищет записи о крепости Маргит и о том, можно ли попасть в замок окольным путём.

«Сокровищница твоих предков»

В домике, прямо в центральной части города, посреди жилых имений купцов и знаменитых мастеров, успевших сколотить состояние, под сенью молодых деревьев кипела жизнь. Дел было много, а времени — не очень. К Йолю «Золотая лилия» должна была открыть свои двери для посетителей, а девушки, что будут тут работать, должны уже быть полностью обустроены к зиме. За дополнительную плату Яков нашёл более десяти деятельных женщин, готовых прибраться, вытрясти половицы и выгнать всех пауков за приличное вознаграждение. Достаточно было заглянуть в одну из популярных таверен. У рыбаков, пастухов и прочих городских пьяниц нашлись жёны и тёщи, желающие заработать лишнюю монетку. Эгрейн посоветовал хороших зодчих и каменщиков, которые под присмотром лорда Грегори осматривали дом, подвал и чердак, комментируя постройку, ругаясь на кельтском и стараясь понять, какая часть дома может не пережить зиму, чисты ли каминные трубы и хватит ли дров на отопление двухэтажной постройки. «И какой баран прибивал эти доски!? Тут щели!», «А эту стену видел? Как ещё не посыпалась?» Мастера демонстрировали авторитет своими «ценными» советами, пытаясь впечатлить хозяина.

Пахло в доме свежей травой, мылом и лёгким перегаром. Стоя на небольшом балкончике второго этажа, Маргарет смотрела, как внизу, в большом зале, суетились нанятые помощницы вместе с её личной служанкой Йен. Привести сюда девушку было рискованно, но иначе продемонстрировать слепое доверие она не могла, а нужно было. Вечером Моргана узнает про дом, про уборку, зодчих и много кого ещё... Но не про содержимое нового кабинета её хозяйки.

— Орион! — позвала Маргарет, заметив оруженосца, что прохлаждался, примостившись у входа. Скорее всего, Грегори дал ему задание в стиле «смотри, чтобы никто не сбежал». Парнишка дёрнулся, услышав своё имя, и поднял взгляд, заметив леди в зелёном платье. Прямых распоряжений не было, но Орион чувствовал, слушаться эту женщину нужно так же, как и лорда, иначе места рыцаря он не увидит. Отлипнув от стены, он аккуратно обошёл ведро с мыльной водой и подошёл ближе к лестнице. Поднявшись, он остановился, ожидая.

— Вы же привезли вчера девушек?

— Да, — парень ответил чётко, без тени улыбки, не то что Яков. — Накормили, дали тёплые шали, уложили спать, как ранее распорядился Его Милость. Правда...

— Что? — Маргарет напряглась.

— Одна девушка очень... — он подбирал слова, — сильно сопротивлялась. Кидалась, кричала, пришлось отдельно запереть. К утру успокоилась, но выпускать я бы побоялся.

— Испугался хрупкую женщину? — Маргарет шутливо ухмыльнулась.

— Хрупкую? — Парень даже не подумал применить это слово.

— Приведите их ко мне, всех. — Маргарет сделала паузу. — Леди Алиса приходила?

— Нет... Могу послать кого-то во дворец.

— Не нужно. Приведи девушек. — Она отвернулась, распахнув двойные двери, и скрылась в комнате, которая раньше принадлежала самому успешному купцу. Теперь это комната — сердце «Золотой лилии». Она приглашала Алису посмотреть дом, но подруга кажется не очень одобряет затею Маргарет.

Здесь она и лорд Грегори будут решать все административные вопросы. Правда, на участие мужчины Маргарет не сильно рассчитывала. У него есть земля, замок и огромное количество административной работы, которая и так с трудом делается, пока лорд при дворе. Будь у него жена, он бы оставлял Ашдаун на неё, но пока что только доверенные лица... Двери открылись, Орион пропустил девушек вперёд. Медленной, стеснительной походкой они проходили в кабинет, опасливо осматриваясь и кучкуясь. Сначала их взгляд блуждал по пространству, оценивая обстановку на предмет опасности, а потом останавливался на Маргарет — леди с зелёными руками и длинными чёрными волосами, которые делали её более строгой. По очереди девушки опустили глаза, леди улыбнулась.

— Встаньте по росту, — громко попросил Орион, а потом пояснил — От высокой до низкой.

Испуганные девушки не сразу выполнили просьбу, но постепенно выстроились в линию. Грегори выбрал хороших, все как на подбор. И блондинки, и брюнетки, разного роста и телосложения. На вид здоровые и ухоженные, кроме одной... Бунтарка бросалась в глаза сразу, выбиваясь из строя. На платье остались пятна от земли и уличной грязи, частички пыли забились под ногти. Хотя она и пыталась привести себя в порядок, до конца не получилось. А ещё она хмурилась. Смотрела прямо в глаза Маргарет и словно сжечь пыталась. Третья в ряду, тёмно-русая, плотного телосложения. Фигуристая, но «тяжёлая», кажется, такие нравятся лорду Грегори. Мысленно Маргарет сразу отметила это в своей голове.

— Ко мне вы можете обращаться «леди Маргарет». Я советница Его Величества и владелица дома, в котором вы находитесь. — Её голос звучал ровно, как на уроке, словно она объясняла математику. — Место, в котором вы находитесь, называется «Золотая лилия». Это публичный дом. По-простому — бордель.

Некоторые девушки ахнули, заозирались, испуганно сжались. В глазах бунтарки вспыхнул огонь, кулаки сжались. Маргарет продолжила:

— Не пугайтесь так сильно. Это не так плохо, как кажется. «Золотая лилия» отличается от тех борделей, которые разбросаны по городу. Сюда не сможет попасть бедняк, вас не обменяют на вещь, не будут заставлять работать за еду. Это место создано для высокопоставленных лордов, гостей короля, посланников других государств и зажиточных горожан. Здесь вы не просто будете удовлетворять физические потребности... Вы будете петь, играть на музыкальных инструментах, развлекать гостей историями, поддерживать с ними беседы и танцевать. — Маргарет вышла вперёд, она медленно двигалась от девушки к девушке, заглядывая им в глаза. — Вы станете мечтой, фантазией для любого благородного господина. Вы станете их отдушиной, их единственной радостью. Вас будут хорошо кормить, одевать в лучшие ткани, вас будут посещать врачи и учителя. И самое главное — вы будете получать плату. Лорд Грегори выкупил ваши жизни, но они не будут ужасны, как казалось. «Золотая лилия» заработает зимой, а пока у вас будет время освоиться.

— Если... Я захочу уйти? — Одна из девушек, низенькая и светловолосая, робко подняла глаза.

— Вы сможете, — Маргарет кивнула. — Сейчас я вас не отпущу, но как только вы отработаете затраченную на вас сумму или принесёте иную пользу, вы сможете уйти. Ещё, если кто-то из гостей захочет на вас жениться, мы выступим в роли наставников и дадим благословение.

Звучало хорошо, Маргарет искренне хотела создать комфортные условия, насколько это было возможно в таком деле. Она подошла к одной из девушек.

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать… миледи. — Девушка опустила голову чуть ниже. Маргарет приподняла бровь.

— Те, кто младше шестнадцати, сделайте шаг назад.

Несколько девочек отступили к стене. Маргарет покачала головой, раздумывая. На вид им не меньше четырнадцати. Они с Грегори не обсуждали возраст девушек, подсознательно Маргарет была уверена, что он наберёт кого-то в возрасте семнадцати или девятнадцати лет. Но, видимо, найти свободную, не сосватанную девушку детородного возраста среди бедных семей сложно. Только сейчас Маргарет задумалась о том, кого лорд привёз сюда для работы. Подростков. Да, тут были девушки шестнадцати-семнадцати лет, но часть прижималась к стене, признаваясь в том, что они младше. Нужно было что-то придумать… Если отпустить, деньги будут потрачены зря. Да и новых ещё найти, выкупить, привезти. Те, что уже здесь, начнут обучение, и новенькие будут отставать, а времени мало. А если оставить… Нет, они слишком юные. Да, будут желающие получить именно таких, но разводить настолько специфическую аудиторию тоже не хотелось. Нужен был баланс. И она подумает, как его найти.

— Те, кто младше шестнадцати, не будут уединяться с клиентами… для вас будет другая работа. — Маргарет выдохнула и кивнула Олвену — Отведи девушек обратно, пусть о них позаботятся. Позже обустроим для них комнаты.

Не дожидаясь, пока все выйдут, Маргарет кинула взгляд на бунтарку. Лицо девушки не стало добрее или смиреннее. Не нужно быть гением, чтобы понять, что она планирует побег или что похуже. Нужно было объяснить ей перспективу.

— Останься. — Голос Маргарет прозвучал чётко, и девушка остановилась. Когда дверь захлопнулась, леди продолжила — Мне сказали, ты навела много шума.

— Я не буду тут работать. — Её голос был мягче и куда приятнее искажённого гневом лица. — И игрушкой для мужчин не стану!

Маргарет сделала паузу, давая ей отдышаться, а себе — подумать.

— Тебя продал отец. В родной дом, к сожалению, тебя не пустят, даже если я разрешу уйти. — Она понимала, куда бить, хоть и не была уверена. — Как бы ты ни любила свою семью, но отец поступил ужасно… Он от тебя отказался, и если ты придёшь домой, он за руку притащит тебя обратно, лишь бы не потерять деньги. А если ты решишь не возвращаться, то тебе придётся искать работу… Или воровать. Первое рано или поздно приведёт тебя в другой бордель, а второе — скорее всего на виселицу. Ты останешься одна, без помощи, без опоры и без денег. Тяжело смириться с этой судьбой, но я думаю, ты умная и уже подумала об этом. Потому что не кинулась царапать мне лицо, а выслушала всё, что я сказала.

— Здесь лучше не будет. — Её тон звучал так же настойчиво, но выражение лица менялось. — Вы будете использовать меня, пока я не умру или пока не потеряю ценность.

— У девушек, что сюда попали, счастливая судьба. Вдумайся: лорд Грегори приведёт своих знакомых лордов и оруженосцев, я приведу друзей принца, сыновей придворных чиновников. И ты, если будешь хорошо учиться, научишься управлять их вниманием, сможешь стать женщиной намного более значимой, чем сейчас. — Она протянула руку и коснулась её лба, поправляя выпавшую прядь волос. — Ты знаешь, откуда я пришла? У меня тоже больше нет семьи, нет защитника за спиной. Я пришла в Камелот с сумкой в одном льняном платье. И сейчас, всего несколько месяцев спустя, меня называют «леди», а король спрашивает моего мнения. Как тебя зовут?

— Меркурия… миледи. — Последнее слово вырвалось само. Она понимала, к чему клонится разговор, в глазах девушки вспыхивал совсем иной огонь.

— Имя из Старой Религии. Красивое, прямо как ты. — Маргарет наклонилась ближе и заговорила почти шёпотом — Стань самым лучшим цветком в этом саду, Меркурия. Ты сможешь сама выбрать, чьей женой станешь, какую жизнь проживёшь. И твой отец, как и многие, будут виновато опускать голову при взгляде на тебя. Я сделаю из тебя женщину более недосягаемую, чем леди Моргана.

— Леди, пообещайте, что отпустите меня, как только я принесу пользу, сравнимую с суммой, потраченной на меня. - Сейчас голос Меркурии звучал ровно, почти деловым тоном.

— Обещаю. Ты сможешь уйти даже раньше, если поймёшь, что не пропадёшь одна.

Более не переча, девушка развернулась чтобы уйти, возвращаясь в общую комнату, где разместили девушек. Маргарет отпустила её без сомнений — она не сбежит. По крайней мере, не сейчас. Захочет накопить денег или что-то в этом роде, прежде чем оказаться на улице. Меркурия ахает, делая шаг за порог, и упирается в грудь лорда Грегори. Тот попытался войти и чуть не сбил девушку с ног. Инстинктивно, он обхватил её руками, удерживая от падения, и только потом посмотрел ей в лицо. Мужчина узнал дикую гарпию, что сквозь зубы желала ему смерти, ногтями царапая руку Олвина и Квинта. Те же тёмно-карие глаза, только взгляд теперь был другой. Мысленно Грегори порадовался, что его больше не хотят убить. Он отпустил девушку и извинился. Меркурия сдержанно улыбнулась и выскользнула в коридор. Маргарет облокотилась на край стола.

— Вы так неосторожны. — Леди улыбнулась, довольная результатом беседы. — Чуть не лишили меня работницы.

— Честно, удивлён, что она так спокойна. Что вы ей пообещали? — Грегори бросил взгляд на закрытую дверь и примостился рядом.

— Деньги, положение в обществе, хорошего мужа… Её обедом и тёплым платьем не купишь. Но думаю, она будет нам полезна. — Небо заволокло тучами, и даже первая половина дня казалась ранним вечером, солнце с трудом пробивалось. — Как вы чувствуете себя в окружении такого количества женщин? - В голосе леди прозвучала легкая издёвка. Она знала о его слабостях.

— Я не планирую пользоваться положением, если вы об этом, — Грегори посмотрел в глаза Маргарет, словно пытаясь сказать, что ей не о чем волноваться. — Зодчие ушли, сказали завтра вернуться с досками и немного подлатают крышу. В остальном дом спокойно переживёт зиму. Дрова нужно запасти… тут есть печь, мы обнаружили комнату, которая была кухней. А ещё несколько каминов. Думаю, остатков не хватит.

— Лорд Грегори… — Маргарет опустила взгляд, рассматривая свои руки. Ей так много хотелось сказать. О том, что ей страшно видеть его в окружении такого количества молодых и прекрасных девушек. О том, что Маргарет даже не думала, что может испытать такое беспокойство, и что ей не хочется снова видеть, как миловидные красавицы уводят его в комнату на втором этаже. Отец Тук всё ей рассказал о предпочтениях лорда, о его похождениях в Ашдауне и попытках найти себе жену.

— Не думаю, что вам стоит беспокоиться. — Он говорил почти шёпотом, глядя в её глаза и замечая даже малейшую тень беспокойства. Раньше ему не приходилось убеждать женщин в своей верности. Одни не ожидали подобной преданности, другие сами имели нескольких мужчин — Если я и буду смотреть на кого-то, то это вы.

Грегори улыбнулся. После того поцелуя можно было не скрываться, но они всё ещё не проговаривали это вслух. Маргарет не боялась прижиматься к нему плечом и наклоняться ближе. Хотелось убедиться, что он говорит правду. Когда она успела так сильно утонуть в этой привязанности? Когда она успела позволить себе отвлечься от дел и погрузиться в чувство? Она не могла себя остановить. Не могла сказать «нет» самой себе. Это невозможно, они никогда не будут вместе по-настоящему. Не скажут об этом королю, не объявят прилюдно, не будет свадьбы, как у Гвен, и уж тем более никогда не состарятся вместе. Думая об этом, Маргарет уже сжимала каштановые кудри лорда, целуя его со всей отдачей, пытаясь запомнить эту отчаянно-счастливую эмоцию, которую никто не мог подарить ей раньше. В моменте она ощутила, как руки Грегори обхватили её талию, усаживая на стол, и ей пришлось обхватить его шею, чтобы не завалиться на спину. Тяжесть ответственности и тревожных мыслей исчезла, сменяясь сияющим чувством тепла в груди. Словно теплая волна на солнечном морском поберезье. Таким мягким, словно рыжий кот на солнышке. Когда Маргарет ощутила поцелуй на шее, её губы разомкнулись, и она глубоко вдохнула. Прохладный поток воздуха заставил её немного протрезветь от чувственной неги. Это неправильно. Всё это. Осознав, насколько далеко может зайти, она собрала остатки самообладания, с силой оттолкнула от себя мужчину и отскочила в сторону.

— Не нужно. — Она сделала шаг к двери, пытаясь отдышаться. Грегори нахмурился, не понимая, что пошло не так. Ему казалось, Маргарет хотела того же, чего и он. И был прав. — Простите. Принц ждёт меня в библиотеке… — Её голос дрогнул. — Встретимся в замке.

Толкнув дверь, Маргарет торопливо вышла. Грегори выдохнул и облокотился руками на стол, опустив голову. Он не пытался её остановить. Пытался понять, что произошло, но не находил причин. Может, потому что дверь не заперта, потому что в доме много людей, потому что именно он сделал что-то… Нет. Он её напугал. Грегори поднял взгляд на окно, уверившись, что поторопился. Маргарет смелая, довольно свободных нравов, но это не значит, что ей понравится перспектива стать его любовницей прямо сейчас. Нужно было что-то сделать, чтобы сгладить впечатление. Раньше Грегори поступал так только со служанками его замка, с чего он взял, что леди, советница короля, согласится так же легко? В голове всплыл образ Аверн... теперь Агаты. Квинт «подарил» ему младшую сестру в качестве жеста, когда Грегори стал лордом своих земель, заменив отца. Она знала на что шла. Служанки, с которыми лорд время от времени развлекался, не противились, потому что надеялись забеременеть и получить место под солнцем. Маргарет была леди, была христианкой, для которой даже поцелуй уже грех. Мужчина выпрямился, потирая лицо руками. Как же сложно с женщинами Новой Религии. И зачем Утер так жесток старым порядкам?

Маргарет быстро спустилась по лестнице на первый этаж, обходя вёдра с водой и женщин, усердно наводящих чистоту. Оказавшись на улице, она прижалась к стене, вдыхая свежий прохладный воздух, словно только что тонула. Что она делает? Через три месяца она вернётся домой, и Грегори больше её не увидит. Когда она растеряла всю свою собранность? Дурочка, это рассвет средневековья. Если она забеременеет, то с большой вероятностью умрёт в родах или, того хуже, подхватит неизлечимую здесь болезнь, пока будет истекать кровью. Сколько женщин так умерло… А если лорд не остановится? Тук сказал, он может предложить ей пожениться, и тогда её жизнь закончится. Грегори — прекрасный человек, но уехать от двора в провинцию, заняться делами приграничного замка, видя короля только по праздникам… Она загнётся там. А самое главное, Алиса никогда её не простит. Если Маргарет заставит её остаться, Алиса будет проклинать её. А если вернётся одна… там, дома, будет отдуваться за них двоих. Маргарет закрыла лицо руками, растирая щёки. Нужно было взять себя в руки и вернуться во дворец. Артур действительно её ждёт. Нельзя заставлять принца думать, что ей не интересен приказ короля.

***

Когда принцу требовалось что-то прочитать или собрать информацию, он посылал в библиотеку Мерлина. Тот собирал стопку фолиантов и охапку свитков, приносил прямо в покои. Артур раскладывал их на столе, наливал себе эль и погружался в чтение. Иногда, когда времени было мало, Мерлин читал что-то вслух, чтобы Артур мог слушать и выполнять другую административную работу параллельно. Однако в этот раз всё было иначе, ему нужно было беседовать с Маргарет. Артур предусмотрительно зашел в библиотеку заранее, чтобы осмотреть все имеющиеся документы, в которых упоминается Маргит. Мерлин спустился по лестнице, держа в руках поднос с ягодами и кувшином эля. Артур не работал без методичного заедания полученной информации. Джеффри, стоявший на проходе, преградил путь слуге, хмурясь седыми бровями. Что он себе позволяет? Приносить напитки в библиотеку — какое неуважение.

— Унеси это, — потребовал Джеффри, брезгливо взглянув на кувшин.

— Это приказ принца, — пояснил Мерлин, уже понимая, что это может не сработать.

Джеффри повернулся и посмотрел на Артура, который выискивал на полках необходимые документы. Библиотекарь был строг к правилам, которые сам установил. Рискнуть сохранностью ценных бумаг из-за прихоти королевского сына... Джеффри приосанился, его расшитая, но уже потрепанная жизнью мантия разгладилась. Он вздохнул, как делают старики, когда смиряются с причудами молодых внуков, а потом просто кивнул. Протянув руку, Джеффри забрал с подноса бокал, всё же залить рукописи было бы слишком губительно для истории. Только теперь он разрешил слуге пройти. Мерлин взглянул на Джеффри с благодарностью и шагнул дальше. В глубине библиотеки размещались столы, и слуга быстро нашел тот, который понравится принцу. Джеффри не успел вернуться к своему столу, как дверь снова открылась и на лестнице показалась Маргарет. Библиотекарь давно ее не видел, последние дни она не приходила, наверное, поняла, что он не рад ее присутствию. Леди уверенно прошла мимо его стола, вежливо поздоровавшись, и свернула к стеллажу, где стоял принц. Сложив руки, она опустила голову.

— Ваше Высочество.

— О, Маргарет! — Артур улыбнулся, словно действительно был рад ее видеть, и вручил ей в руки несколько плотно перевязанных свитков. — Это план замка и крепости Маргит.

По библиотеке прокатился грохот строительных работ: рабочие продолжали колоть камень, укреплять своды и пробивать дыры в неаккуратной кладке многолетних стен. Артур закатил глаза и повернулся к стеллажу. Игнорировать грохот было уже невыносимо, несколько дней, если не недель, его раздражал этот звук. Если бы мог, уехал бы на многодневную охоту или еще куда-нибудь, лишь бы в тишину. Мерлин вздрогнул при первом ударе, дрожь пробежала по потолку, и выглядело это ненадежно. Если потолок рухнет... Нет, он не хотел об этом думать. Разложив фрукты, парнишка сообщил что у него есть ещё работа и получив разрешение, покинул библиотеку. Дел у него было действительно достаточно.

— Надеюсь, они закончат до того, как я обзаведусь мигренью, — пробурчал принц, заглядывая в свитки.

— Его Величество говорит, сначала они укрепят своды рядом с местом будущего прохода, чтобы не пострадал потолок, а потом будут сносить стену. Думаю, это надолго. — Звучало не как сочувствие, а как надежда. Маргарет действительно хотела, чтобы неизбежное открытие сокровищницы случилось позже. Принц истолковал эту интонацию по-своему, но не прокомментировал.

В сопровождении грохота принц и советница короля принялись за осмотр найденных документов. Маргит начал строить ещё Его Величество король Константин II, приходившийся Артуру дедушкой, а сам являлся сыном римского консула. Его пригласили в качестве наместника, и римскому юноше пришлось насаждать свою власть на чужом острове. История не пощадила Константина, его свергли, и закончить строительство он не смог. Его сыновья, включая Утера, который был тогда младенцем, вынуждены были бежать в монастырь в Арморике, спасаясь от узурпатора Вортигерна. Маргарет мысленно прокрутила карту... где-то в современной Франции. Последний датируемый документ тех времен свидетельствовал лишь о том, что был заложен фундамент крепости и подвалы замка. А про узурпатора и побег принцев Артур поведал сам. Ему эту историю с детства вбивали в голову, как и про своего дядю, старшего брата Утера, короля Константеса.

Его в семье явно не любили, ведь он сдался на милость Вортигерну и даже согласился стать его марионеткой, так сильно желая сохранить трон, который не давал ему реальной власти. Позже Вортигерн избавился от посредника. Далее достраивать Маргит пришлось Амбросию Аврелию, про которого рассказывал Грегори. Средний принц и прямой наследник трона вернулся домой с армией наемников. Его встретили лорды, сохранившие власть при Вортигерне, и поделились своим вооружением. Аврелий прошелся по стране победоносным римским маршем, демонстрируя свою силу. А младшему брату досталась роль военачальника, который лично вел войска, не жалея собственной жизни и демонстрируя способность будущего правителя жертвовать ради страны не только жизнями подданных, но и собственных братьев. Вортигерн был загнан Утером в какой-то деревянный амбар, свергнутый узурпатор прятался после разгромного поражения. Без сожалений Утер приказал запереть двери и поджечь постройку.

Вернув себе трон, Аврелий вернулся и к строительству Маргита. Его вырастил король другой страны, что лежала за английским проливом, и встречать его посланцев хотелось с роскошью. Основная часть была построена именно при нем. Аврелий переехал в Камелот, обосновавшись в самом блистательном замке. Документов тех лет было много. Маргит перестраивали, перекладывали стены и явно несколько раз меняли планировку. Сначала это был просто порт, но потом Аврелий захотел резиденцию, и пришлось добавлять жилые комнаты. Когда Аврелия отравил лекарь, Утер был в военном походе — подавлял восстание приверженцев Старой Религии. Аврелий не сильно заботился о религии, пусть верят во что хотят, лишь бы не устраивали бунты. Позже Утер расскажет своим лордам о знамении — комете в темном небе. На самом деле новость сообщил Джеффри, тогда еще молодой придворный служащий, по счастливой случайности узнавший о смерти монарха одним из первых. Он выехал из дворца тайно, чтобы наследник успел вернуться и занять престол, до того как начнётся смута среди лордов. Эти подробности Артур тоже знал, а Маргарет слушала и впитывала как губка. Выходит, Утер так или иначе не забывает тех, кто начал с ним путь. Отцу Грегори досталась земля, Джеффри — неизменное место при дворе, а Гаюсу... Интересно, чем так хорош был Гаюс? Спрашивать она не стала.

Утер не стал забрасывать Маргит. Он достроил крепость и передал Канону. Тогда тот был предводителем наемников, из которых состояла личная армия будущего короля. Видимо, поэтому он там много позволяет себе, дразня Утера. А Утер так остро реагирует. Помнит прошлое и сожалеет, что их отношения не сложились, подобно другим. Однако при Утере план крепости не менялся. Значит, искать следовало среди документов времен Аврелия. Грохот продолжался, и Артуру приходилось использовать всё врождённое благородство, чтобы не начать ругаться на короля за разведённый кошмар. Он был бы рад, если бы этих сокровищ не существовало. Вместе с Маргарет они разложили отрисованные планы крепости, видимо, их рисовали для строителей, чтобы точно понимать размер и случайно не переборщить с ресурсами. Маргарет водила пальцем по карте, а принц следил, словно кот за мышью. Этаж за этажом...

— Стоп. — Артур перехватил её запястье и остановил движение пальца. Черная точка. Слишком аккуратная для кляксы, служила началом прямой пунктирной линии. Принц взял ещё несколько развернутых свитков, сравнивая.

— Это колодец. — Маргарет потерла запястье. Больно не было, просто некомфортно.

— Не работающий. Смотрите. — Он положил перед леди план законченной постройки — Здесь его нет, но есть круглая точка. А на всех остальных — это точка с пунктиром.

— Что значит... там было что-то ещё. — Маргарет нахмурилась, не хотелось быть глупой перед принцем. — Проход. Колодцы глубокие, их не нарисуешь.

Артур кивнул, чуть ухмыльнувшись.

— Мой отец очень заботится о том, какую воду пьют во дворце. О чистоте колодцев он думал больше, чем о тайных ходах. Думаю, зная это, последний, кто контролировал стройку, убрал с плана проход, чтобы не перестраивать подпол заново.

— Его Величество приказал бы либо засыпать колодец, либо закрыть проход. А это невыгодно ни работникам, ни жителям крепости. Одним, больше работы, другим, недостаток питьевой воды. — Маргарет смотрела прямо в глаза принца, продолжая развивать мысль. — Если мы поведём отряд по этому проходу, есть несколько проблем. Колодец может быть завален, там всё ещё может быть вода, если он пуст, внизу может скопиться газ и будет сложно дышать, а ещё...

— Кто-то сверху должен будет вытащить всех. — Артур закончил за неё и перевёл задумчивый взгляд на карту. — Нам нужен человек, который спустится к колодцу и сможет помочь нам по...

Грохот, оглушительнее прежнего, обрушился на библиотеку. С потолка посыпалась пыль, стол затрясся, а с полок попадали книги, усиливая шум новым градом ударов. Артур рывком схватил Маргарет за плечо, заставляя наклониться к полу, и толкнул за собой под деревянный стол. Леди зажала уши, сжалась, втянув голову в плечи, и лишь мгновение спустя услышала собственный пронзительный вскрик, даже не понимая, что кричала. А затем — тишина. Принц замер, прислушался. Осторожно высунулся из-под стола, обводя взглядом стены, потолок не дал трещины. Только пыль всё ещё кружилась в воздухе, оседая на корешки. Комната выглядела безопасной, и Артур медленно выбрался наружу, выпрямляясь. Тишина казалась нереалистичной. Он протянул руку Маргарет. Из-за стеллажа донеслось ворчание, и показался Джеффри, торопливо перебирая ногами, он собирал разлетевшиеся фолианты, что-то бормоча себе под нос.

***

На дворцовой кухне сегодня не так много людей, к вечеру рано готовить. Большая часть кухарок разбежалась по двору, помогая ухаживать за животными или чтобы успеть сходить домой в город. Печка всё ещё достаточно теплая, вокруг пахло выпечкой и яблоками, иногда чувствовался неприятный запах рыбы, которую разделывали утром. Алиса уже свыклась с запахами, ощущая себя чудесно в окружении длинных деревянных ложек, тяжелых ножей и будучи окруженной паром. Ей нравилось готовить, особенно когда старшая кухарка, смирившись с причудами леди, не лезла под руку. Сейчас женщина просто наблюдала за Алисой, нарезая перья зелёного лука. Сегодня служанка Кэтрин обмолвилась, что ей жуть как хочется сладкого, так что Алиса решила сделать девушке приятное. В беременность хочется много разного, а если хочет мать, значит необходимо ребёнку. Тем более идти смотреть дом по приглашению Риты ей не хотелось. Зачем? Это игрушка, прихоть, уже скоро они будут дома, и никакой дом не будет важен. Замотавшись в уже испачканный сажей фартук и закрутив волосы под платок, она совсем перестала быть похожей на леди и слилась с местным антуражем.

Конец лета не радовал особым урожаем. Ягоды были с кислинкой, и понадобилось бы много сахара, чтобы придать им конфетный вкус. Девушка решила пойти по пути меньшего сопротивления и по мере возможностей. Найдя сладкий сорт яблок, Алиса вырезала у них сердцевинки, залила мёдом и поставила запекаться. Это должно быть достаточно сладко. Мерлин спустился на кухню как раз, когда яблоки были почти готовы. Он знал, что леди будет здесь, и пришёл уточнить, не нужна ли помощь. Парнишка помнил, что Алиса большую часть времени была к нему добра, даже начал привязываться к ней. Хотя бы потому, что не боялся показать ей себя. Она знала про дракона, про магию, при случае открыто с ним говорила. Мерлин почему-то был готов доверять ей. И теперь, когда Артур был занят в библиотеке, мог навестить её.

— Поможешь вытащить из печи? — попросила Алиса, ложкой замешивая жидкое тесто в глубокой чаше.

Мерлин кивнул, бросив взгляд сначала на старшую кухарку, а потом на печь. Ему вообще позволено трогать что-то здесь? Помнится, его выгоняли, особенно когда приходилось воровать мясо и рыбу для кота. Но раз леди просит... Железным ухватом он подтянул железную тару к краю, а потом, обмотав руки длинной тряпкой, перенёс на стол. Алиса довольно улыбнулась. Яблоки вышли красивые, румяные, словно из карамели. Мерлину показалось, что они словно стеклянные. Растопленный мёд с соком стекали густым сиропом, а пахло от них особенно заманчиво.

— Это... для короля? — уточнил Мерлин, поджимая губы. Хотелось попробовать.

— Нет, — Алиса хихикнула, отставляя тесто в сторону. Она ещё успеет сделать заливную шарлотку из остатков. — Для Кэтрин. Она с утра говорит, что хочет сладкого. Хочешь, возьми одно.

— А, я? — Мерлин помялся. — Спасибо.

Уже более смелый, он нашёл чистую тарелку и переложил ложкой одно из яблок, оставив его остывать. Все остальные Алиса сама переложила на деревянный поднос, накрыв сверху чашей, чтобы не сильно остыло. Пока леди смешивала в железной таре тесто с кусочками яблок и погружала обратно в печь, Мерлин уже начал пробовать доставшееся ему угощение. На вкус было действительно прекрасно. Яблоко, мягкое внутри, почти невесомое, отдавало легкой кислинкой и смешивалось во рту с мёдом и соком. И хоть первые кусочки обжигали язык, он всё равно не мог остановиться. Наверное, всё же стоило попросить Алису приготовить для Гаюса, Артура, да вообще для всех. Но сейчас Мерлин и об этом подумать не мог, рукавом стирая с подбородка капли вязкого сиропа.

— Мне нужно проследить за пирогом. — Алиса протянула ему оставшиеся яблоки, накрытые чашей и полотенцем. — Отнеси это Кэтрин, пожалуйста, пусть порадуется.

Старшая кухарка отставила чашу с луком и принялась вязать пучки из мяты, готовясь засушивать её для напитков. Алиса присела на длинную лавку, выдыхая. Всё же готовить в средневековье куда сложнее. Она улыбнулась, наблюдая, с каким удовольствием Мерлин доедает остатки запеченного яблока. Да, есть то, о чем она, возможно, будет жалеть. Без тени сомнения, Алиса будет скучать по этой кухне, по Мерлину и даже, да простит её Бог, по королю. И совершенно точно — по Алану. Кем бы ни был странный колдун, она уже скучала всем сердцем. Перед тем как уйти, она точно поговорит с каждым. Грохот строительных работ не стихает, ежесекундно напоминая, что время для них истекает и нужно успеть оставить хорошие воспоминания.

— Ты знаешь Джона и Джейка с конюшни? — Алиса спросила, подпирая голову рукой.

— Угу. — Мерлин отставил тарелку, дожевывая, и взял в руки поднос.

— Тогда потом возвращайся за пирогом. Я хочу отнести им несколько кусочков.

Пошутив, что леди разбалует всех слуг в замке, Мерлин отправился выполнять поручение. Он знал, как выглядит Кэтрин, и предполагал, что найти её будет не сложно. Алиса могла бы отнести сама, но, наверное, девушка застесняется, а то и вовсе откажется от подарка. Так ей будет легче принять заботу со стороны Алисы. Прибрав остатки рассыпанной муки и грязную посуду, Алиса дождалась готовности пирога. Как ей казалось, было пора. Она подцепила ухватом тару и вытянула из печи, перемещая на стол. Теперь нужно было ждать остывания.

По кухне прокатился грохот, такой, что пыль поднялась. Алиса ахнула, бросив поверх пирога полотенце. Почему-то перспектива испортить пирог пугала её сильнее, чем обрушение потолка. Столы затряслись, и старшая кухарка нахмурилась, глядя на потолок. Алиса прижалась спиной к тёплой печи, оглядываясь. Неужели всё рухнет? Взгляд сам метнулся к открытой двери на улицу. Но уже через мгновение всё прекратилось. Стало настолько тихо, казалось, в ушах зазвенело. По телу прошла дрожь, и Алиса поёжилась. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять... время вышло. Она быстро отряхнула руки, пока кухарка суетилась, проверяя всё ли хорошо, Алиса быстро скинула фартук и чепец, направившись к лестнице.

***

Шаги принца звучали особенно тяжело, приподняв юбку, Маргарет торопливо шагала следом. Совершенно не женской походкой, она стремилась успеть за Артуром и его размашистым шагом. Грохот, заставший их в библиотеке с последующей тишиной, не сулил ничего хорошего. В широком коридоре, по пути к малому тронному залу, суетились слуги, а голос короля было слышно ещё до того, как они увидели Утера. Полдень заливал светом просторный каменный коридор, а сердце Маргарет было готово в любой момент выскочить из груди. Она ждала этого дня и боялась. Пахло странно, в воздухе стало больше сырости, как перед дождём. Мимо пронесся Эгрейн, сжимая в руках стопку бумаг, чернильницу и перо. Выглядел он обеспокоенным, как и все, кто направлялся к королю. Пройдя ещё немного, Маргарет увидела, как распахнулись двери зала, и Утер вышел, пребывая явно в приподнятом настроении. Следом ступал мужчина в пыльной рубашке с широкими плечами, видимо, кто-то из рабочих. Улыбка, что сияла на лице отца, заставила Артура нахмуриться. Король редко бывает настолько счастлив. За спиной монарха появилась ещё одна фигура — Алиса, пришедшая с другого крыла замка. Она, словно огонёк в темноте, леди в желтом платье, застыла, видя счастье Утера. Лицо её побелело, Маргарет встретилась с ней взглядом. На расстоянии нескольких метров было видно, их одолевает одинаковый страх. Король, заметив сына и советницу, развёл руки, громко объявив:

— Камелот богат! — Он шагнул к Артуру, похлопывая того по плечу. — Сокровищница твоих предков, сынок, мы наконец её открыли.

Эгрейн приблизился к королю, дипломатично кланяясь. Было очевидно, ему очень любопытно.

— Простите, Ваше Величество, считаю необходимым спуститься и оценить ваше сокровище, точнее... сокровища Камелота.

Что-то в груди Алисы сжалось, по спине прошелся холод, и вспомнились слова Алана о неизбежном. Ей нужно быть осторожной. Идти и никого не ждать. Сжав в руках юбку, она снова бросила взгляд на подругу. Маргарет явно была шокирована не меньше. Костяшки на руках побелели от напряжения. Неужели... Все эти дни ожидания, беспробудной скуки, бесконечной тревоги, дворцовых интриг и скрипа виселицы под окном могут закончиться прямо сейчас? Ноги сами понесли её к королю. Глядя на Утера большими удивлёнными глазами, она робко спросила, не может ли она посетить эту сокровищницу вместе с ним, и король, окрылённый удачей, согласился.

— Леди Алиса, — он протянул руку, и Алиса вложила свою маленькую ладошку в его, переплетая пальцы. — Артур, Маргарет, Эгрейн, вы идёте с нами. Прямо сейчас, я хочу видеть своё наследие!

Утер направился вслед за рабочим, что сообщил ему о случившемся. Со стороны король напоминал ребёнка, которому разрешили открыть рождественский подарок. Маргарет шла на ватных ногах, боясь в любой момент упасть или запутаться в юбках длинного платья. Несомненно, принц заметил её смятение, лишённые румянца щёки и хмурые брови. Боже Правый, как же страшно от мысли, что душа рвётся кричать и протестовать. Событие, что начало казаться невозможным, несбыточным, воплотилось в один миг как чудо. Вот бы проход засыпало осколками и неизбежное отсрочилось ещё на парочку дней. Маргарет мысленно ощутила тепло рук лорда Грегори, обнимающего её и жарко целующего. Как хотелось вернуться в тот миг, чтобы не существовало кольца и их прошлой жизни.

Спустившись по пыльным ступеням в тёмный коридор, король уверенно шагнул к проходу, который окружали работники, сидящие прямо на камнях бывшей стены подземелья. Дышать тяжело, воздух пыльный и сдавленный, пахнущий потом и землёй. С потолка свисала оборванная паутина, в углах клубилась пугающая тьма. Алиса замедлилась, в глазах зарябило от количества прекрасных самоцветов, а сердце словно остановилось. Пламя факела в руках одного из рабочих дрогнуло, тени инфернально затанцевали. «На вершине своего правления король, ведомый алчностью, вскрыл сокровищницу. И поплатился за это жизнью лучших рыцарей. Но кольцо…»