Колобок

Глава 1

ЗАЧИН

Сказка ложь, да в ней намёк. Кто поймёт – тому урок.

Народная мудрость гласит, что деньги правят миром. И мир от этого меняется. Это чувствуется в земле. Это чувствуется в воде. Даже в воздухе чем-то пахнет. Деньги же мир и погубят.

Уважаемые читатели. Сказка, которую пишу, является описанием похождений главных героев в нынешнее время. Все события, описываемые в сказке, являются плодом фантазии и неуёмного воображения автора. И никоим образом не связаны с реальностью. Так же, все географические названия, названия городов, посёлков и их улиц, а также имена и фамилии людей, встречающиеся в тексте, являются вымышленными. И никакой связи с реальностью не имеют. Это просто сказка. Она пишется для лёгкого чтения, так что не стоит искать в ней глубокого смысла, его там просто нет. Главы сказки пишутся неспешно, когда для их написания есть время. Вот как-то так :-)

Глава 2

ЗАБУЛДЫГА

В те сказочные и весёлые времена, когда рухнула Великая Империя. А на её обломках и необъятных просторах как грибы после дождя появились удельные княжества, гордо именующие себя государствами. В одном тихом провинциальном городе жил-был Игорь Скороход. Жил, и в общем-то не тужил в свои двадцать восемь лет. Потому как не было в нём ничего примечательного. Средний рост и простецкая внешность. Ничем не увлекался и не занимался. Хотя одно увлечение у него всё же было. Любил Игорь змия зелёного и довольно часто с ним общался. Змий отвечал ему взаимностью. Делал жизнь Игоря весёлой, полной самых разных неожиданностей и приключений.

Вот и нынешний вечер начинался, как и многие предыдущие. Бутылка водки, три стакана. На столе нехитрая закуска. Мелко нарубленная и разложенная по тарелкам, чтобы создать на столе изобилие. За столом два давнишних собутыльника Лёха и Вова. В народе более известные как Лёлек и Болек. Составляли компанию по торжественному обмытию эпохального события. Очередного увольнения с очередной работы. Работа была благополучно просрана при мощнейшей поддержке зелёного змия.

Работал Игорь кочегаром в небольшой котельной при железнодорожном вокзале. На смену вчера заступил как обычно. А вот к вечеру успел набраться со сторожем Семёном. Самогоном баловались почти до полуночи. Сон сморил обоих прямо за столом в котельной. К утру, Игорь проснулся от дикого холода и стука собственных зубов. С большим трудом осмыслил, где он и что происходит. Поняв, что находится на работе, кинулся разжигать давно потухший котёл. Всё бы и обошлось. Но кассирши утром наябедничали начальнику станции, разрисовав ситуацию в красках и лицах. Дескать, замёрзли ночью до состояния сосулек. Кочегар пытался превратить их в снегурочек, а пассажиров в здании вокзала в снеговиков.

Дальше события развивались просто стремительно. Крики начальника станции с летящей в лицо слюной и топанье ногами на нерадивого работника. В самый разгар воспитательной беседы Игорь, когда начальник набирал воздуха в лёгкие, чтобы продолжить, тихо так заявил, – Григорий Пантелеевич, а я вас не боюсь.

Замер, глядя на то, что произошло дальше. Начальник, услышав такое, пошёл красными и белыми пятнами. Рот открывался и закрывался как у выброшенной на берег рыбы, но звуков никаких не издавал. Так продолжалось с минуту, затем начальник повернулся и ушёл в здание вокзала. К трём часам дня Игорь шёл домой, неся в одном кармане куртки трудовую книжку, а в другом расчётные и паспорт.

На кухне за столом прозвучал Лёхин тост – За свободного работника, – и все дружно выпили. Закусив тем, что лежало в тарелках, закурили.

– Слушай Игорь, а давай к нам в бригаду, – предложил Лёха, выпуская сигаретный дым в потолок кухни.

– У тебя ведь руки золотые, всё ими делать можешь. А голова покруче, чем у многих академиков будет. Знаешь, как жить станешь, как сыр в масле кататься будешь.

– Не хочу как сыр в масле, склизко.

– Ага, давай к нам в бригаду, – поддержал Вова разговор, уже слегка заплетающимся языком. Видимо перед приходом в гости, уже осиливший граммов двести-триста.

– Мы тут на хорошие деньги присели. Деревянную избу в квартире делали, а теперь на дачу переезжаем. Из дачного дома замок делать будем.

– Это как избу в квартире, – изумился Игорь.

– Ну, куда ещё не шло, это замок из дачного дома слепить можно исхитриться. А вот изба и квартира всё же разные вещи. Да что там вещи, понятия разные. Мастак ты Вован под водочку байки рассказывать. Наливай.

Лёха снова разлил водку по стаканам и все, чокнувшись под тост – быть добру, – дружно выпили.

– Да всё верно Вовка говорит. Мы тут одного при деньгах и с большой фантазией мужика нарыли. Он избу в квартире и делал. По полу вместо линолеума настелили плах. Обстругали и всё. Даже не покрасили. Стол тоже из досок сколотили. Вдоль стен лавки, в углу лежак. На лежаке никаких матрасов, никаких одеял. Лежит кошма и тулуп. Потолок паяльной лампой закоптили, вроде по чёрному топится. Стены горбылём обшили.

– Шестнадцатый век, – задумчиво уточнил Вова и икнул.

– Чудеса творятся. А этот ваш мужик с избой в квартире и больной фантазией с головой дружит? Может он курит что-то такое забористое, что в сказку решил переехать?

– Как бы там чего у него с головой не было, а платил исправно и столько, сколько называли. Ну, мы тоже не наглели, цены до небес не задирали. Он говорил что писатель, и теперь муза к нему всё время приходить будет. Сосватал нас своему другу дачу делать. Деятель какой-то партийный, видать тоже при больших деньгах человек. Вчера смотреть работу ездили, о цене говорили. Сегодня свезли туда инструменты. Там и жить пока будем. Вот и ты давай с нами завтра поутру.

– За это нужно выпить, – изрёк мысль Вова, и навалился локтями на стол.

– Не мужики, дайте вздохнуть. Я только утром один хомут с шеи скинул, а вы мне вечером другой надеть хотите. Немного передохну, дня три – четыре, а там к вам подамся. Заодно в квартире приберусь. А то Лена вернётся, истерить будет, что кругом грязь и бардак.

– А когда она вернётся?

– Да кто его знает, но чую что скоро и как всегда неожиданно.

Вова поднял свой стакан.

– За будущую совместную работу в одной бригаде.

В один большой глоток выпил водку, поставил с хрустом стакан на стол. Откинулся на стоящий за его спиной холодильник и замер, закрыв глаза.

– Опаньки, спёкся. Пусть наверное до утра тут у тебя поспит, – предложил Лёха.

– Ну нет, тут он не останется, – закусывая выпитое возразил Игорь.

– Что не помнишь, чем в прошлый раз всё закончилось?

– Ну, бабы то твоей сейчас дома нет, скандалить некому.

– А как утром заявится? Что делать будем? Помнишь ведь, что в прошлый раз она просто чудом милицию не вызвала. Да и не моя это баба, так живём вместе, сам ведь знаешь.

– Ну, тогда нам пора, – Лёха встал из-за стола и поднял Вову, уронив табурет и опрокинув пепельницу.

Закрыв за ними дверь, Игорь через прихожую окинул долгим взглядом разгромленную уже не в первый раз кухню. Если что и было у него правильное в этой жизни, так это любовь к порядку, привитая с детства бабушками, бардака не терпел. Не долго думая, пошёл на кухню, собрал грязную посуду и сунул её в раковину. Протёр столешницу тряпкой, смахнув окурки и крошки в мусорное ведро. Расставил табуретки и склонился над раковиной. Пока мыл посуду неспешно приступил думу думать.

А подумать было о чём. Назрело две огромные проблемы, отсутствие работы и отсутствие денег. Работа с официальным трудоустройством уже не светила. Второе подряд увольнение по горбатой статье, а проще за пьянку, это приговор. И как довесок к этому, его выписали из ведомственного общежития, когда уволили с работы. Вот и остаётся только один вариант, это работать с Лёлеком и Болеком.

Прошла неделя относительно трезвой жизни. Однокомнатная квартира, в которой сейчас жил, была прибрана и радовала глаз. Лёлек и Болек не появлялись и не звонили, видимо много работы у них.

Поздним вечером, полулёжа на диване потягивая пиво прямо из бутылки, Игорь лениво смотрел телевизор. Мысли текли также лениво. Завтра по утру он собирался начать поиски Лёлека и Болека. Другого выхода не было, деньги подошли к концу и уже послезавтра жить будет не на что. На душе почему-то было очень тревожно, не покидало чувство опасности.

Дверной звонок мерзко затрещал. Игорь вздрогнул и сел на диване. Звонок продолжал настойчиво трещать. Поставив бутылку на пол у дивана, нащупал босыми ногами шлёпанцы и пошёл открывать. Стоя у двери поинтересовался, – кто? – поскольку дверной глазок в убогой двери отсутствовал. Звонить перестали, и из-за двери раздался голос.

– Конь в пальто, открывай сова, медведь пришёл.

Голос был смутно похож на Лёхин и Игорь открыл дверь. На пороге стояли двое крепких ребят стриженых наголо. Один среднего роста с подвижным лицом в кожаной куртке, потянул носом воздух и поморщился. Второй, здоровый детина, под метр девяносто в кожаном плаще улыбнулся, улыбкой звериный оскал. Сердце у Игоря рухнуло в пятки.

– Скороходов Игорь Игоревич здесь живёт? – осведомился крепыш в куртке.

– Скороход, а вы кто?

– Кто надо, – отозвался здоровяк в плаще и шагнул вперёд, вдавливая Игоря в прихожую.

Гости ввалились в прихожую. Бритый в куртке быстро закрыл дверь и защёлкнул замок.

– Мужики вы чего?

Здоровяк распахнул плащ и достал короткий автомат, со сложенным прикладом и пристёгнутым магазином. АКС74У, пять сорок пять, пронеслась в голове Игоря единственная мысль, и в лицо глянул чёрный провал ствола. Стало тоскливо. Значит сегодня не мой день. Начали сбываться тревожные предчувствия.

– Кто в квартире?

– Никого, я один.

– Топай в комнату, давай шевелись.

Трясясь всем телом, Игорь побрёл в комнату. Краем уха услышал, как куртка что-то прошептала плащу. Тот тихо буркнул в ответ.

– На диван сел, живо, – скомандовал плащ и повернувшийся к нему Игорь получил сильный толчок рукой в грудь.

Впечатавшись в диван спиной, попытался восстановить дыхание. Плащ остался стоять перед сидевшим на диване Игорем.

– Ты Лёшу и Вову знаешь?

– Каких Лёшу и Вову?

– Не темни, плохо будет. Алексея Луковку и Владимира Буряка.

– Ну, немного знаю, вместе выпивали, работать с собой звали.

– Уже хорошо. Они когда к тебе заходили сумку куда девали?

– Они неделю назад у меня были. Не было с ними никакой сумки. Водку в пакете принесли. Тогда и на работу с собой звали, – рассказывал Игорь, прислушиваясь к хлопанью шкафов и звону посуды на кухне.

– А вчера или сегодня ты их видел? Почему с ними не поехал?

– Ну, говорю же не видел их уже неделю. А не поехал, потому что приболел малость.

– Нет нихрена, – бросил вошедший бритый в куртке.

– Здесь осмотрись, – ответил плащ и продолжил.

– Врёшь ты нам. Скажи по доброму, когда к тебе Лёша и Вова заходили и куда сумку девали. Облегчи душу.

– Мужики, ну вы чего, какая ещё сумка? Вы о чём, мужики?

– Вот заладил, чего да чего, – недовольно пробурчал плащ и впечатал ботинок ноги Игорю в лоб. Раздался звонкий шлепок, голова дёрнулась. Игорь обмяк и затих, потеряв сознание.

– Кислый, вот ты зачем сейчас это сделал? – бросив выворачивать с полок стенки вещи на пол, спросила куртка.

– Он ничего толком не рассказал, а ты его вырубил, и видимо надолго. Не мог это сделать на прощанье, перед уходом?

– Значит не мог. Рожа мне его не понравилась с самого начала.

– Тогда сними тело с дивана и диван проверь. А я тут продолжу.

Очнулся Игорь на полу в лужице пива из опрокинутой бутылки. Голова гудела и кружилась. Попытался встать, но рухнул на четвереньки и обвёл взглядом комнату. В комнате уже никого не было. Гости ушли, оставив после себя полный разгром. Игорь как был на четвереньках, так и пополз в прихожую. Очутившись у входной двери, приник к ней ухом и затаил дыхание. За дверью была тишина. Чувствуя сильное облегчение, по двери поднялся на ноги, закрыл и сблокировал замок. Подёргал за ручку, дверь заходила ходуном. Вот тебе и защита. Такую дверь можно выломать хорошим плевком.

Что бритым было нужно? На грабителей они не похожи, да и брать у него нечего. Лёлек с Болеком и сумка. Сплошные загадки. Перевернули квартиру вверх дном и ушли. Заглянул в кухню, окинул взглядом разгром, вздохнул и поплёлся в комнату. Тут гости постарались на славу. С большим трудом, с третьей попытки, поставил на место перевёрнутый диван и сел. На душе было тревожно. Мучили непонятные предчувствия. Ещё раз окинув взглядом разгром, решил, что тут поможет только хорошая доза стимулятора. Пошатываясь, побрёл на кухню. В шкафчике нашарил заначку, чекушку живительной влаги. Сняв пробку, выпил её на одном дыхании из горлышка. Почувствовал, как теплота расползается по желудку, только тогда немного успокоился.

Ночью спал плохо. Утром проснулся поздно и с сильной головной болью. Умываясь и бреясь, разглядывал себя в зеркало. Шишка на лбу была здоровенной и жутко болела. Да, перестарались братки. И так мозгов не густо было, а они последнее отбили. С трудом запихнул в себя завтрак, кружку чая и бутерброд с плавленым сырком. Рассовал документы и оставшиеся деньги по карманам куртки и отправился в магазин за продуктами, чтобы потом не отвлекаясь заняться наведением порядка в квартире. У магазина приметил двух братков, прогуливающихся и зыркающих по сторонам.

Идя домой встретил Петруху. Всегда жизнерадостный и балагурящий, сегодня он выглядел хмурым.

– Привет Петруха, о чём грустишь?

– Привет, ты знаешь, странно всё как-то, понять ничего не могу. С самого утра братва по всему городу бегает, ищут Лёлека и Болека. А те как сквозь землю провалились. До меня вот прицепились с вопросами, еле от них отвязался. Ты их не видел случайно?

– Нет, не видел и уже давно.

– Сам-то куда путь держишь?

– В магазине был, скупился, теперь домой иду. А чего братки от Лёлека и Болека хотят?

– Да кто его знает, темнят, только вопросы задают. А я за пивком намылился. Может по пивку?

– Нет, я домой, дел много.

– Ну, тогда бывай, а я за пивом, – и зашагал в направлении магазина.

Оставшуюся дорогу до дома Игорь размышлял о том, чем смогли Лёлек и Болек так раззадорить серьёзных пацанов. Вот и не верь после этого в предчувствия. От этих мыслей шишка на лбу снова заныла. Потирая шишку через вязаную шапочку отпер дверь и вошёл. Едва не упал, споткнувшись о сумку, стоящую в прихожей и выронил продукты.

– Что за чёрт?

– Это твои вещи урод, – раздался женский голос и в прихожую вышла Елена.

– Ты во что превратил квартиру скотина, алкаш.

– Лена я сейчас всё объясню.

– Да имела я ввиду все твои объяснения, и дружков твоих, – прокричала Елена. И буквально за пять минут Игорь услышал всё, что о нём думают.

В конце монолога, бросил под ноги Елене ключи, поднял сумку с вещами и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. У подъезда смахнув с лавочки снег, поставил сумку и закурил. Что дальше? Мысли понеслись вскачь. Крыша над головой и деньги, но крыша главнее. Игорь посмотрел вверх, небо было затянуто тучами, и скоро снова должен был пойти снег. Гостиница и комната сразу отпадают, по причине отсутствия денег. Приютить ненадолго могут Лёлек или Болек, но где искать их неведомо, их весь город ищет.

Взяв сумку, Игорь отправился в сторону железнодорожной станции, все-таки приняв решение. Лёлек года три или четыре назад по пьяной лавочке прикупил себе наполовину заброшенную дачу. При нём дача пришла в ещё больший упадок. Те немногие яблони, что росли там без обрезки и ухода одичали окончательно. На участке плотно поселились сорняки. Особо буйствовала крапива. Зато на даче имелся крошечный деревянный домик в одну комнату. В нём была печка, старинная железная кровать, столик и три табурета.

Купив билет, вышел на перрон покурить. По перрону дефилировали братки в кожаных куртках, лениво разглядывая пассажиров. В дальнем углу перрона курили и что-то живо обсуждали два милиционера. Боковым зрением Игорь видел, как братки внимательно его разглядывают. Не успел докурить, как подошла милиция.

– Куда едем? – спросил ефрейтор, в упор глядя на сумку.

– К тёще на дачу, жена послала ей помочь.

За милицией буквально в шаге стояли братки и делали вид, что что-то разглядывают на рельсах.

– Ну надо же, а моя тёща видеть меня не может, – с ухмылкой сказал сержант.

– Документы у тебя есть, тёщин любимец?

– Есть билет на пригородный, – и достал его из кармана куртки.

– А документы дома лежат, чего их таскать. Меня тёща и без паспорта узнаёт.

– Живёшь где? В сумке что? – не унимался сержант.

– На Коммунарской сто тридцать шесть, в четырнадцатой квартире живу. А в сумке вещи.

– Открой, покажи.

Игорь открыл сумку, и ефрейтор склонился над ней, роясь в содержимом.

– Ты что все вещи с собой взял?

– Нет не все, но еду не на один день, поэтому столько, – краем глаза наблюдая, как вытянулись шеи братков, пытающихся разглядеть содержимое сумки.

Сержант, наблюдавший за процессом досмотра, повернулся и отошёл в сторону. Ефрейтор, наконец оставивший сумку в покое, последовал за ним. Братки снова со скучающим видом продолжили своё дефиле по перрону. Вздохнув с облегчением, Игорь закрыл сумку и снова закурил. Вот и не верь после этого предчувствиям. Подошёл пригородный.

Сидя в вагоне, Игорь принялся анализировать события, произошедшие за последнее время. Не совершает ли он ошибку направившись на дачу к Лёхе. Судя по тому, что он сейчас видел, ситуация крайне опасная. Милиция в паре с братвой. Тут можно нежданно-негаданно попасть в такой замес, что и жизни лишиться. А если на даче засада и там ждут того кто придёт. Так в раздумьях чуть не проехал нужную остановку.

На платформу вышел единственным. Пригородный дав гудок, покатил дальше. Оглядевшись, пошёл к ступенькам в конце платформы. Судя по нетронутому снегу, освещаемому парой жидких фонарей, здесь не было никого кроме него. Тропинка ведущая к дачному посёлку тоже была не утоптанной. Зато дорога вдоль дач была наезженной. Выйдя на неё, свернул влево и не ошибся. Пройдя семь участков, увидел домик с покосившимся штакетным забором перед ним.

Хоть и был тут один раз, но зрительная память не подвела. Подойдя к калитке, остановился. Света в окне не было. Под свежим снегом угадывались старые следы. Навесного замка на двери не было. Чувство опасности снова проснулось и просто завыло.

Стараясь двигаться как можно тише, поднялся на крылечко и подошёл к двери, прислушался. В домике было тихо. Аккуратно толкнул дверь и крадучись переступил порог. В нос ударил тяжёлый сивушный дух. Прикрыв дверь, чиркнул спичкой. Рассмотреть удалось не много. Стол с остатками еды, бутылки и керосиновая лампа. За столом сидел Болек, уронив голову на лежащие на столе руки. Лёлек лежал поперёк кровати с опущенными на пол ногами. Поставив сумку у стола, попытался зажечь лампу, но в ней керосин выгорел весь. Пошарив на полочке слева от двери, нащупал огарок свечи. Зажёг и укрепил на столе.

– Хорош дрыхнуть, встречайте гостей, – громко сказал Игорь.

– Весь город на ушах стоит, вас ищет. А вы на даче закрылись и бухаете. Холодрыга у вас тут какая, – и осёкся.

Что-то в позе лежащего на кровати Лёхи было не так. Подойдя к кровати, наклонился и прислушался, дыхания не услышал. Игорь взял его за руку, которой он прижимал к себе небольшую спортивную сумку. Рука была холодной. Другой рукой дотянулся до шеи, тело ледяное и пульс отсутствует. Отшатнувшись от кровати, подошёл к сидящему за столом Вовану. Положил руку на шею, тело тоже ледяное и пульс отсутствует.

– Ёшки матрёшки, спеклись пацаны, – почти шёпотом озвучил свои мысли Игорь.

На столе лежали и стояли пять бутылок. Четыре были пустыми. Наклонился над горлышком пятой, не допитой. Из неё разило непонятным суррогатом. По спине побежали мурашки. Вот это я попал, пронеслась в голове мысль. Дрожащими руками достал сигареты. Подкурить получилось только со второй попытки. Сигарету выкурил в четыре затяжки. От окурка подкурил вторую. И тут у Игоря в голове что-то щёлкнуло, как выключатель.

Мысли обрели чёткость, руки перестали дрожать.

И так, что мы имеем в сухом остатке, размышлял Игорь, удивляясь своему спокойствию. Первое, имеем два тела уже остывших, траванувшихся палёнкой. Второе, появился в ненужном месте в ненужное время. Третье, оно же главное, их ищут и милиция и братки, а значит теперь и меня. А вот и сумка, не её ли у меня вчера искали?

– Ну-ка Лёха, дай взглянуть на сумочку, из-за которой такой переполох.

Вытаскивая из под руки сумку, слегка дёрнул и не удержал её. Она с глухим ударом упала на пол.

– Вы что, кирпичей на даче наворовали?

Присев расстегнул молнию. Челюсть отвисла сама собой. В сумке были три прямоугольных свёртка, примерно одинакового размера похожие на сигаретные блоки. Один был до половины разорван. В надрыве были видны пачки тысячных купюр в банковской упаковке. Одна пачка была уже вскрыта и лежала сверху.

– Ну, мужики вы и отличились. Теперь понятна такая суета вокруг вас.

Мысли просто понеслись. Что делать? В сумке сейчас перед Игорем лежал его смертный приговор. После будет кремация тела вместе с дружками. Благо домик деревянный, хорошо гореть будет.

– Забодай меня комар, а ведь это шанс, – тихо проговорил Игорь.

Раскрыв свою сумку выложил вещи прямо на пол. На дно уложил все три свёртка из Лёхиной сумки. Сверху уложил вещи, что вошли. Те, что не уместились, сложил в Лёхину сумку и бросил её на кровать. Раскрытую пачку купюр сунул во внутренний карман куртки. Подхватив изрядно потяжелевшую сумку, рванулся к двери. На пороге обернулся.

– Ну что, прощайте мужики, мне пора.

Назад к платформе шёл быстро, насколько это было возможно в темноте. Уже выскочив на платформу, понял, что расписания поездов не знает, да и который сейчас час тоже. С платформы увидел свет фар едущей по дороге за полем машины. А вот и удача, там дорога. Спрыгнув с платформы и перебравшись через рельсы, побрёл через поле к дороге.

К дороге добрался довольно быстро и пошёл по ней в направлении города. В город возвращаться нельзя, а вот до трассы дорога выведет. На трассе перекладными убираться отсюда подальше. Километра через четыре, подустав малость, остановился, решив перекурить. На дороге, со стороны дачного посёлка послышался звук мотора и из-за поворота показался свет фар. Выбросив сигарету, поднял руку. Маз самосвал погромыхивая пустым кузовом, замигал поворотником и остановился.

– До города доедем? – открыв дверь кабины, спросил Игорь.

– Залезай, не студи кабину, – улыбнувшись, ответил водитель.

Закинув сумку, Игорь быстро залез сам. Двигатель утробно заурчал, и самосвал покатился по дороге.

– До города не довезу, а до трассы доедем. На повороте мне в другую сторону.

– До трассы и то дело.

– Почему пешком по дороге? Чего на поезд не сел?

– Не охота ждать было, вот на дорогу и вышел.

– Что за спешка такая, на ночь глядя?

– Жена на дачу к тёще послала, продуктов завезти, из вещей кое-чего, заодно помочь по хозяйству. А тёща давай нудить и это не так и это не то. Вот я плюнул на всё, да и ушёл, – не смущаясь, врал Игорь.

Водитель расхохотался.

– У меня тоже самое. Я тёщу недолюбливаю, и она меня терпеть не может. Жена видит всё это и постоянно со мной скандалит.

Так в разговорах за жизнь, подъехали к трассе. Перед поворотом, с трассы навстречу свернуло два здоровенных джипа, ослепив дальним светом фар.

– А чтоб вас всех, мать вашу, – выругался водитель и убрал газ.

– Когда только научатся светом пользоваться, чтобы встречных не слепить.

Джипы, набирая скорость, промчались мимо. Водитель деньги брать наотрез отказался, и Игорь, поблагодарив его, вылез из кабины, утонув по колено в снегу на обочине. Самосвал, рыкнув мотором покатил своей дорогой. Выбравшись на другую сторону трассы, стал голосовать, осознавая, что времени совсем нет. Джипы помчались по его душу.

Простоял довольно долго, начал уже подмерзать, как рядом остановился бус фольксваген. Открыл дверь и в нос ударил запах мандарин. Спросить ничего не успел, из салона раздался голос.

– Садысь быстрэй, зачэм так много двэр открыл, мандарин простудишь.

Игорь юркнул на сиденье, поставил сумку в ногах и захлопнул дверь. Машина тут же тронулась с места.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, куда ехат собрался?

– В Воронеж еду.

– Вах молодэц, правильно здэлал, – обрадовался водитель и стукнул ладонями по рулю.

– Что правильно сделал? – внутренне напрягшись, поинтересовался Игорь.

– Не ты здэлал, я здэлал. Правильно здэлал, что тебя взял. Сам туда еду, мандарин везу. Радио здох. Давно еду, спать хочу. С тобой говорить буду, пока еду.

– Почему не остановишься и не отдохнёшь?

– Не могу отдыхать, ехать надо, мандарин на рынок надо.

– Это верно, товар у тебя нежный, его долго хранить не резон. Тем более уже и праздник скоро поспеет, новый год. Почему тогда один, без напарника едешь? Дорога не близкая, а так бы по переменке за рулём сидели. И поесть и поспать можно.

– Верно говоришь, напарника нэт. Тебя как зовут?

– Игорь, а тебя?

– Резо.

Снег начал усиливаться и повалил гуще. Видимость начала снижаться. Машина слегка вильнула.

– Эй Резо, ты что спишь?

– Нэт, ты говори.

– Послушай Резо, давай я поведу, а ты рядом сядешь. Ты же за рулём засыпаешь. Разбиться можем, а я ещё пожить хочу.

– Зачэм поведу, сам поеду.

– Не переживай, водить умею и права есть. Вот смотри сам. И Игорь, порывшись в кармане куртки, достал права и протянул Резо.

– Зачэм права даёшь, верю, что умеешь.

– Ну не хочешь, как хочешь, тебе виднее.

Минут пять ехали молча, проскочив поворот с трассы в сторону города. Потом машина сбавила ход, прижавшись к обочине остановилась, двигатель заглох.

– Резо, ты чего? – напрягшись, спросил Игорь

– Сумка рядом на сиденье ставь, за руль садись, – и открыв дверь вышел из машины.

Потянувшись и помахав руками, пошёл к пассажирской двери. Игорь перебрался на водительское место и устроил сумку рядом. Резо быстро устроился на пассажирском.

– Э, зачэм сидим, поехали.

Мотор завёлся и машина тронулась, плавно набирая ход.

– Вах молодэц, всё время молодэц, – весело сказал Резо и хлопнул ладонями себя по коленям.

– Ну, пока всё действительно не плохо.

– Э, не понимаешь, что говорю. Я кругом молодэц. Долго ехал, радио здох. Спать хотэл, тебя встретил. Ты машина ведёшь, мандарин везёшь, меня везёшь, – снова хлопнул себя по коленям.

– Резо, ты же грузин?

– Конэчно грузин. Зачэм спросил?

– Расскажи про Грузию, я там никогда не был. Говорят там очень красиво.

– Вах, – только и смог выговорить Резо от неожиданности.

И стал с восторгом рассказывать о своей родине. Снег стал идти реже, зато хлопья были большими, лопастыми. Скорость пришлось немного снизить, зато машина пошла увереннее. Запала у Резо хватило минут на сорок, потом усталость взяла своё. И он мерно засопел, откинув голову на подголовник. Внимательно вглядываясь в дорогу, Игорь погрузился в свои мысли. Те два джипа, что встретились по дороге, явно понеслись к Лёхиной даче. Видимо не один он вспомнил о ней. Главное что сам успел оттуда убраться. Хотя и наследил изрядно. По свежему снегу следы как чёрные чернила на белой бумаге. До дороги выведут легко. А вот дальше, будем надеяться, небольшой затык у братков получится. Самосвал они конечно срисовали. Его найдут, мужик меня опишет в подробностях. Вот тогда и начнётся настоящая охота.

Одна надежда на скорость. В Воронеже задерживаться нельзя, хоть город и большой, милиция тоже в деле, вычислят быстро. Значит нужно двигаться к границе. Ближе всех и больше всех Украина. Вот у границы можно будет перевести дух и оглядеться. Братки они и в Африке братки, но хотя бы милиция отстанет.

Перед Воронежем снег идти перестал, и показались звёзды. На въезде в город свернул на заправку. Заправившись и усевшись за руль, чуть сильнее хлопнул дверью, Резо проснулся.

– Зачэм стоим?

– Это заправка. Соляра кончалась, заехал заправиться. Мы уже в Воронеже, говори куда дальше ехать.

– Гдэ дэньга взял?

– У меня были на них и заправился. Не суетись, я до Воронежа ехал? Ехал, а соляра это плата за мой проезд. Так куда дальше?

Резо в ответ только покачал головой.

– Прямо.

До частного дома, где жили его земляки, добрались относительно быстро. Машину загнали во двор. Хозяин дома, после короткого разговора с Резо, наотрез отказался отпускать, оставляя отдохнуть. Но Игорь, сославшись на то, что очень спешит, отказался. Сын хозяина на жигулях подвёз до автовокзала. Купив билет на первый автобус до Курска, поставив сумку в багаж и усевшись на сиденье, Игорь просто отключился.

Проснулся от того, что его трясли за плечо и говорили, парень мы приехали. Зайдя в вокзал, оставил сумку в ячейке автоматической камеры хранения. Без вещей передвигаться стало намного удобнее. Выйдя из здания, закурил. День был солнечный, без единого облачка. Не плохой погодой встречает город Курск, подумал Игорь. В животе громко и мощно заурчало. Организм настойчиво требовал пищи. Заметив рядом кафешку, отправился туда перекусить. Выйдя из кафешки сытым и довольным, заприметил недалеко газетный киоск. Купив карту области, отошёл в сторонку и принялся её внимательно изучать.

Хорошо тут, но задерживаться нельзя. Братки видимо уже взяли след. Самым удачным выбором на несколько дней прекратить беготню и залечь, оказался город Рыльск. Город небольшой, без суматохи, завязан железной и автомобильной дорогами. И очень близко с границей Украины. Значит решено, подумал Игорь и поспешил в кассу за билетом. Через час он уже сидел в автобусе и снова провалился в сон.

Ситуация в Рыльске повторилась, его растолкал водитель, когда приехали. Забрав багаж, отошёл от автобуса перекурить и осмотреться. Невдалеке стояли три такси. Три мужика стояли рядом, о чем-то оживлённо беседуя и смеясь. Подойдя к ним, Игорь спросил.

– Чей бордюр?

Водители вмиг смолкли и самый старший из них по возрасту, с пышными усами ответил.

– Мой.

– Тогда поехали.

Забросив сумку на заднее сидение, Игорь уселся вперёд.

– Куда везти?

– Для начала в магазин, прикупить продуктов, а потом в гостиницу.

– Откуда наш жаргон знаешь? Сам таксистом работаешь?

– Нет, таксистом не работаю, просто знаю. Может подскажете, можно ли снять вместо гостиницы комнату или лучше квартиру небольшую. Не на долго, недели на две, но может и дольше, как пойдёт.

Водитель хмыкнул в усы и посмотрел на Игоря.

– Можно и квартиру однокомнатную, но дороже чем в гостинице получится.

– Ну не дороже денег.

– Коли так, тогда позвонить нужно.

– Без проблем, и чтобы вас не обидеть, с меня двойной счётчик за хлопоты.

Водитель снова хмыкнул в усы. Такси остановилось недалеко от телефона, и водитель ушёл звонить. Звонил довольно долго.

– Есть однокомнатная квартира, – сказал водитель, усаживаясь за руль.

– На втором этаже, недалеко отсюда. Хозяйка минут через двадцать на месте будет.

– Вот и отлично. Тогда к магазину за продуктами и смотреть квартиру поедем.

Когда подъехали к дому, у подъезда стояла довольно дородная женщина, лет пятидесяти. Попросив таксиста обождать, если с хозяйкой не договорится, пошёл смотреть квартиру. Квартира понравилась сразу. Небольшая чистенькая однушка, в которой было всё, что нужно для жизни. Хозяйка, представившаяся как Мария Ивановна, провела краткий инструктаж по поведению и поддержанию порядка. Дала маленький листочек со своим адресом и телефоном. И получив плату за две недели вперёд, счастливая покинула квартиру. Игорь вышел вместе с ней, чтобы рассчитаться с водителем. По довольному лицу водителя понял, день сегодня у него удался.

Вернувшись, тщательно запер дверь, заблокировав замок оставленным в нём ключом. Сумку занёс в комнату, а пакет с продуктами на кухню, сразу приступив готовить себе ужин. Зайдя в комнату сытым и довольным жизнью, включил телевизор, сделал звук потише. Задёрнув шторы на окне, вытряхнул из сумки вещи прямо на диван, а свёртки выложил на стол. Взятым на кухне ножом приступил к ревизии свертков. Начал с уже надорванного. Разрезав обертку, пересчитал пачки, оказалось девятнадцать. Та, что в кармане куртки, значит, была двадцатой. Перемножив количество купюр на номинал, Игорь присвистнул. Вот это Лёлек и Болек поживились. И так нелепо в итоге погибли.

Сходил на кухню перекурить и успокоить волнение от увиденного. Возвратившись в комнату и снова усевшись за стол, подтяну к себе второй свёрток, шустро вскрыл обёртку ножом и замер. Во втором свертке тоже были пачки денег, но уже номиналом по пять тысяч. Пачек оказалось тоже двадцать. Перемножив номинал на количество, нервно сглотнул и начал икать. Сходив снова на кухню и попив воды, задавил икоту.

Третий свёрток вскрывал уже слегка подрагивающими руками. Когда развернул бумагу, челюсть упала на стол сама собой. В свёртке оказались пачки сто долларовых купюр. И снова двадцать пачек. Перемножив номинал на количество, Игорь встал из-за стола и на негнущихся ногах пошёл на кухню. Из холодильника достал купленную сегодня в магазине чекушку водки и в одно движение свинтил пробку. Опрокинул горлышко в рот, водка вошла на одном дыхании. Выбросив пустую бутылку в мусорное ведро, сел на табурет и закурил. Уже начавшая сходить на лбу шишка заныла, дав о себе знать. Голова начала гудеть от нахлынувших мыслей.

Сидя на кухне, Игорь мысленно пересчитывал свой приговор, лежащий на столе в комнате в виде денежных знаков. Его ведь за эти бумажки просто пошинкуют как капусту, и сделают это ласково и нежно. Слишком огромная сумма, чтобы её перестали искать и успокоились. Это что же получается, Лёлек и Болек партийную кассу взяли? Вот потому и милиция в деле. Если бы это был общак, милиция вообще бы не суетилась. И куда теперь, в какую глухомань прятаться? Видимо туда, где даже медведям одиноко. Но туда ещё добраться нужно.

Вернувшись в комнату, сложил все пачки со стола в сумку и поставил её в платяной шкаф. Вещи с дивана забросил туда же, сверху на сумку. Убрал бумагу в мусор и выключив телевизор улёгся спать.

Глава 3

КОЛОБОК

Проснулся Игорь от собственного крика. Усевшись на диване, вытер со лба холодный пот. Уже третью ночь в этой квартире снились кошмары. Снились Лёха и Вова, снились братки с калашом. Умывшись и приняв душ, пошёл завтракать. За окном начинало светать, наступало утро нового дня. Чувство опасности снова зашевелилось, предупреждая, нужно торопиться. И так слишком долго засиделся в этом гостеприимном городе. Всё уже было куплено, остались незначительные мелочи, за ними и отправился по магазинам.

Вторую половину дня посвятил сборам в дорогу. Деньги были упакованы в три новых свёртка и уложены на дно рюкзака. Сверху уложено нательное бельё и прочие мелочи. Всё что не поместилось в рюкзак, было уложено в новую спортивную сумку средних размеров. Все старые вещи были разложены по пакетам и вынесены на мусорку. Завершив сборы, Игорь глянул на время и улыбнулся. Наручные часы, приобретённые вчера, показывали девятнадцать часов. Теперь можно было и отдохнуть. Решил сходить в кафешку и не готовить ужин.

В кафе свободных столиков было всего два, и Игорь уселся за самый дальний, спиной к залу. На стене перед ним висела какая-то картина, в стиле кубизма, в рамочке под стеклом. В этом стекле как в зеркале отражался весь зал. В другом конце зала, сдвинув вместе два стола, что-то праздновали ребята с востока. Их выкрики иногда даже перекрывали музыку и монотонный гул голосов соседних столов, где набирались спиртным другие компании. Игорь кушая, разглядывал зал в стекле картины. В кафе зашла девушка, оглядела зал и пошла к его столику.

– Извините, здесь не занято? – указала она на стул напротив.

– Нет, не занято, присаживайтесь, – почему-то смущаясь ответил Игорь, и по позвоночнику побежали мурашки.

Девушка расстегнула куртку с меховой подстёжкой и присела, сняв вязаную шапочку. Волосы у неё были рыжими, заплетённые в две косички, спускавшиеся на ладонь ниже ключиц. На лице возле носика небольшая россыпь веснушек. Игорь сглотнул и уставился в тарелку с остатками стэйка. Подошла официантка и приняв заказ на салатик и отбивную ушла.

– Здесь всегда так шумно? – поинтересовалась девушка.

– Не знаю, впервые здесь.

– Так вы тоже не местный? В гостях или в командировке?

– Нет, просто проездом. Остановился на несколько дней, завтра уезжаю.

– Я тоже завтра уезжаю. Не успела сегодня на автобус. Вас как зовут? И может быть перейдём на ты?

Официантка принесла заказ и получив расчёт удалилась.

– Меня Игорь зовут, а вас как, то есть тебя?

– Барбара.

– Из Прибалтики?

– Нет, почему сразу Прибалтика, я немка. Непривычно для слуха?

– Ну почему, нормально. У немцев моё имя тоже непривычно звучать будет.

Бросив взгляд на стекло картины заметил, как от стола с детьми гор в их сторону нетвёрдой походкой шёл гонец. Вот, начинают сбываться предчувствия, и вечер похоже будет безнадёжно испорчен.

– Барбара, кажется один из сынов гор идёт за тобой.

– Ого, ты можешь видеть затылком?

– Нет, не могу, это просто отражение в стекле картины висящей справа от тебя на стене.

– Дэвушка, пойдёмте за наш столик.

– Спасибо, не хочу.

– Как нэхочу? Я приглашаю, мы всэ приглашаем.

– Уважаемый, она не пойдёт за ваш столик. Она останется здесь.

– Ты кто такой? Тэбя спросили? Сиди, молчи, нэ с тобой разговор.

– Уважаемый, это моя женщина, она со мной здесь. Поэтому иди к своим землякам, это просто совет.

– Зачэм так дерзко говоришь?

– Говорю не дерзко, а ласково и нежно. Иди уважаемый, там тебя за столом уже земляки заждались.

Гонец что-то пробурчал на своём языке, и повернувшись пошёл обратно.

– Вот и всё, ужин закончился, сейчас начнётся. Бегать быстро умеешь?

– Это ещё зачем? Что случилось?

– Пока ничего, но когда начнётся, постарайся держаться за моей спиной. И делать то, что буду говорить не раздумывая.

– Не много ли позволяешь себе с низкого старта? И с чего это вдруг ты решил, что я твоя женщина?

– Про женщину, сыны гор по другому не поймут, и в покое не оставят, другой менталитет, поэтому так и сказал. Восток дело тонкое.

– Поясни пожалуйста, что произошло?

– Уже нет времени, началось.

В отражении Игорь увидел, как от компании за дальним столом отделилось трое парней и направились к их столику. Двое были ещё не знакомы, третьим был бывший гонец. Продвигаясь по залу между столиками, они вытянулись в цепочку. Первый остановился сзади и чуть справа от сидевшего Игоря.

– Это ты тут дэрзкий?

– Что вам нужно?

– Ты женщина молчи, видишь, мужчины говорят? Встала и пошла за наш столик.

– Я уже сказал, это моя женщина. Что тебе непонятно чурка чёрножопая?

– Что ты сказал? – взревел сын гор, и с правой ударил в голову.

Но попасть не смог. Игорь, внимательно глядя в отражение, успел уклониться вперёд и влево. Кулак, пролетел в миллиметре возле уха и врезал по столешнице. Вилку которую держал в левой руке, Игорь воткнул в этот кулак. Тут же локтем правой руки ударил назад, попав в пах. Нападавший взвыл от боли и рухнул на пол.

– Барбара уходим, быстро.

Вскочив из-за стола, повернулся ко второму нападавшему. Присев, поднырнул под удар руки, ухватил левой рукой брюки в паху, а правой рубашку на груди, используя инерцию нападавшего, распрямился как сжатая пружина. Отправив тело в полёт через себя и стол в направлении стены с картиной. Стол тело всё же зацепило ногами, сгорнув с него тарелки на пол и с весёлым треском познакомилось со стеной. Затем аккуратно сползло по стене под стол. Разворачиваясь к третьему нападавшему, ударил ногой в лицо первому, который уже успел подняться на четвереньки. Тот снова рухнул на пол. Поднырнув под удар руки третьего, ударил носком ботинка по голени, и распрямляясь с правой руки снизу в челюсть. Зубы клацнули, тело, немного оторвав ноги от пола и раскинув руки в стороны, рухнуло спиной на соседний столик. Столик опрокинулся, всё, что на нём стояло, полетело на пол. Сидевшие за столиком вскочили. На них налетели спешащие на помощь землякам остальные сыны гор.

– Бей чёрножопых! – выкрикнул Игорь.

Началась пьяная драка. Игорь, схватил ошалевшую от всего произошедшего Барбару за руку и рванул к выходу. Выбравшись из кафешки, нырнули во дворы домов. Остановились только в третьем.

– Всё, курим и осматриваемся, ждём.

– Ты где так драться научился?

– На улице, хорошие преподаватели были. Ты где остановилась?

– У хорошей знакомой. Её дом рядом с кафе, за ним гостинница.

– Думаю сегодня вечером, после всех событий, тебе туда лучше не появляться.

– Это ещё почему?

– Потому, что те ребята, что с очень высоких гор, могут жить в гостинице, которая рядом с домом твоей хорошей знакомой. Будет сюрприз. Можешь переночевать у меня, а завтра поутру, заберёшь вещи у знакомой и поедешь по своим делам. Я квартиру снимаю, она не далеко, будет гораздо безопаснее.

– Почему ты так решил? А если я не захочу идти к тебе?

По улице за домом, с мигалкой и сиреной в направлении кафе промчалась милицейская машина.

– Мне всё равно. Если у тебя есть желание общаться с мальчиками в казённой одежде всю ночь, тогда разбегаемся. Ты к знакомой, я к себе на квартиру.

По дороге промчалась ещё одна милицейская машина, завывая сиреной.

– Что значит разбегаемся?

– Повторяю ещё раз, ты идёшь к знакомой, а я к себе.

– Так не пойдёт.

– А как пойдёт?

– Я не знаю.

– Угу, и в этом все женщины. Тогда я ещё покурю, а ты подумаешь.

Докурив, повернулся и пошёл в сторону съёмной квартиры.

– Стой, ты куда?

– К себе пошёл, до свиданья, и извини, конечно, за испорченный вечер.

– Погоди, я с тобой.

До квартиры добрались минут через десять, стараясь не попадаться никому на глаза. Разувшись и сняв куртки в прихожей, прошли в комнату.

– Есть будешь?

– Нет, сыта, и впечатлениями тоже. Вот значит, кому тётя Маша сдала квартиру.

– А чай или кофе?

– Кофе буду.

– Отлично, а я себе чайку. Ты знакома с хозяйкой квартиры?

– Тётя Маша, мама моей университетской подруги, это её квартира. Я бывала у них не один раз. Пока дочери нет дома, тётя Маша сдаёт её квартиру постояльцам, а деньги отправляет дочери.

Расположились на кухне, пили каждый свой напиток. Игорь курил.

– Спать на диване ляжешь, в комнате, а я кресло в кухню затяну, тут его и разложу. Подъём будет ранним. У меня завтра поутру ещё много дел.

– Куда ехать собираешься?

– На Украину.

– Украина большая, а там куда?

– В Крым. Давно мечтал там побывать. Говорят красиво там.

– Зимой в Крым? Туда обычно летом ездят. Сейчас там холодно.

– Эту неприятность я переживу.

– А я к дедушке на хутор. Он там сейчас у своего друга гостит. Его кстати, как и тебя, Игорем зовут.

– Необычное имя у немца.

– Да нет же, это дедушкиного друга Игорем зовут, а дедушку Ганс.

– Имя у меня не редкое, так что бывают совпадения.

– А отчество у тебя какое?

– Тебе зачем?

– Просто любопытно, или это тайна?

– Да какая тут тайна, Игоревич. Если всё полностью, то Игорь Игоревич Скороход.

– Не может быть, – и Барбара замерла, приоткрыв рот и распахнув во всю ширь глаза.

– Что значит, не может быть? Хочешь, паспорт покажу?

– Конечно, хочу.

Игорь сходил за паспортом. Барбара изучала его минут пять, тихо охая.

– Игорь, а тебе на Украину очень срочно нужно ехать?

– Очень, желательно завтра.

– А ты не можешь отложить поездку дня на два-три и поехать завтра со мной к дедушке?

– Зачем я твоему дедушке?

– Я тебя очень прошу, там сам всё увидишь. Тебе там очень понравится. И дедушка, и его друг, будут тебе очень рады.

Игорь внутренне напрягся, глядя в лицо Барбары, сейчас больше похожее на мордочку хитрющего лисёнка. Но интуиция молчала, где-то тихо уснув.

– И куда завтра едем?

– Я же тебе уже говорила, на хутор. Хутор заброшенный, в такой глухомани, что просто жуть. Дедушкин друг там один и живёт, пасекой занимается. Природа там красивейшая, цивилизацией не испорченная. Всё в первозданном виде. Завтра доедем до Хомутовки, это районный центр, а оттуда уже на хутор добираться будем.

– Очень похоже, что ты за меня всё уже решила на ближайшее время.

– Ничего за тебя не решала. Решаешь ты сам, – обиженно надула губки Барбара.

– Просто очень прошу поехать вместе со мной к дедушке.

– Ну, раз так, тогда завершаем посиделки, поздно уже, спать пора, завтра рано вставать.

Втащив кресло на кухню, и разложив его, Игорь курил сидя на нём и анализировал произошедшее. Наследил он в этом гостеприимном городе от души. Завтра поутру нужно очень быстро уносить ноги. Сыны гор, да и работники кафешки опишут его внешность. И если у милиции есть на него ориентировка, то он отбегался. Судя со слов Барбары, хутор в диких местах. Может быть, выгорит ненадолго спрятаться. Там искать, точно не станут.

Утром проснулся, когда уже начало светать. Собрав кресло и умывшись, приготовил завтрак. Пока готовил, проснулась и Барбара. За завтраком убедил её, что самый лучший вариант, это передвигаться на машине, а не на автобусе. Оставив Барбару в квартире, собираться и наводить порядок, Игорь ушёл к автостанции за такси. Удача улыбнулась, на стоянке увидел таксиста, который помог с поиском квартиры. Таксист, увидев Игоря, тоже обрадовался, предполагая денежный заказ.

Вначале забрали вещи Барбары у её знакомой. Потом заехали к хозяйке квартиры. Игорь отдал ключи и отказался от возврата денег за оставшиеся оплаченные дни. Чему Мария Ивановна была очень рада. Затем направились за город в сторону Хомутовки. Таксист вначале ехать отказывался, но обещание двойного счётчика победило. По дороге таксист рассказывал последние новости про грандиозное побоище в кафе, произошедшее прошлым вечером. Как всегда реальные события обросли неимоверными слухами. Якобы парень в одиночку покрошил в капусту, десяток кавказцев, и исчез бесследно, те его до сих пор ищут. Игорь с Барбарой делали вид, что слышат про такое в первый раз и расспрашивали подробности.

До Хомутовки за разговорами добрались быстро. Игорь, как и в прошлый раз, заплатил два счётчика. Таксист просто светился от счастья. Возле местной наливайки, увидели сани с посылками и почтовым мешком. Остановились рядом и стали ждать. Вскоре из наливайки вышел дедок и уселся в сани. Игорь и Барбара подошли к нему.

– Здравствуйте, не подскажете вы не в сторону Амони едете? – поинтересовалась Барбара у дедка.

– Здравствуйте, в неё и еду.

– А до брошенного хутора нас довезти не сможете?

– Это к Бесу?

– Да, к нему.

– Нет, туда не поеду.

– Мы заплатим, сколько скажете.

– И за плату не поеду.

– Послушайте уважаемый, не знаю как вас по имени отчеству, – вмешался в разговор Игорь.

– Сергей Иванович.

– Сергей Иванович, есть деньги, есть бутылка вина, есть бутылка водки. Нам очень нужно до хутора добраться. Помогите, пожалуйста.

– Ладно, до берёзовой рощи довезу, а там вдоль оврага на хутор сами дойдёте.

Уложив вещи в сани, уселись сами и тронулись в путь. До рощи добрались уже к полудню. От денег Сергей Иванович отказался наотрез, а вот бутылку вина и бутылку водки взял с радостью. Забрав из саней вещи, пошли вдоль рощи к хутору. До места, по снежной целине, добрались только к вечеру. Возле хутора их встретил здоровенный сенбернар, виляя хвостом и повизгивая.

– Здравствуй Машенька, здравствуй милая, – и Барбара обняла собаку за шею.

Та пару раз лизнув её лицо, подошла к Игорю и внимательно его обнюхала со всех сторон.

– Маша, это свой, он гость. А теперь веди гостей к дому, – скомандовала Барбара.

На хуторе стояло три деревянных дома. Один большой с мансардой и два поменьше. За домами виднелся длинный сарай. Уже подходя к домам, сенбернар залаял. На крыльцо самого большого дома вышли два крепких бородатых деда.

– Вот радость то, внученька приехала, – сказал, один из них широко улыбаясь и сходя с крыльца.

Барбара, бросив сумку, буквально в два прыжка оказалась рядом с ним и повисла у него на шее.

– Как раз к столу поспели, – добавил второй.

– Проходите в дом, ещё успеете наобниматься.

Познакомившись и рассевшись за столом, начали кушать и неспешно вести беседу.

– Как доехала родная, что с работой?

– Написала рапорт и уволилась. У этого недоумка оказывается дядя генерал.

– Ну чтож, может оно и к лучшему. Я изначально был против твоей работы. Не место тебе было в том гадюшнике.

– Не стоит старое ворошить деда. Сама хотела там работать, вот сама всё сполна и получила. А доехала просто прекрасно, но с приключениями. Вот Игоря с собой привезла вам показать.

И Барбара рассказала про случай в кафе, без всяких прикрас, но с собственными комментариями. Мужики хмыкали в усы и бороды и с интересом поглядывали на Игоря.

– Молчаливый ты тёзка какой-то. Служил где сынок? – поинтересовался дед Игорь, доселе молча слушавший.

– При клубе, в библиотеке книжки выдавал сослуживцам.

Оба деда переглянулись и покатились со смеху.

– Наш человек, сразу видно, – утирая выступившие от смеха слёзы, вымолвил Ганс.

– Ты абсолютно прав Ганс. Мы тоже так служили, я при архиве, бумажки по полкам и папкам раскладывал, а ты Ганс прыщики на жопах зелёнкой мазал.

– А вот теперь, настал момент самого главного. Игорь, покажи пожалуйста дедушкам свой паспорт, – попросила Барбара.

Игорь поднялся и принёс паспорт, отдав его тому, кого тоже звали Игорем, и уселся за стол. Пролистав его от корки до корки раза три, периодически поглядывая на жующего Игоря, передал паспорт дедушке Барбары. Тот тоже пролистал его не один раз и вернул его Игорю.

– Бес, это то, что я думаю? Но этого не может быть.

– Может Знахарь, может. И это уже свершилось. Осталось воплотить всё в реальность. Помнишь, что Яга сказала? Бойся исполнения своих желаний.

– Я к ней не поеду, да и не будет она меня слушать. Опять своего кошака на меня спустит.

– Вместе поедем, у меня есть, что ей сказать. Но для этого нужно добровольное согласие и желание всех. Иначе ничего не выйдет.

– Хорошо, так и поступим.

– А теперь познакомимся по-настоящему. Ганс, принеси пожалуйста самовар, вечер долгим обещает быть.

– Так вот Игорь, может быть, для тебя это прозвучит неожиданно и странно, но все присутствующие здесь имеют фамилию Скороход. Фамилия Ганса, Лауфер. Буквальный перевод с немецкого Лауфер это Скороход. Я являюсь твоим полным тёзкой, так же как и ты, я Игорь Игоревич Скороход. Ещё одна неожиданность, это то, что у всех здесь присутствующих день рождения одиннадцатого сентября. Вот только года разные, у меня и Ганса тысяча девятьсот пятнадцатый, а у тебя и Барбары тысяча девятьсот шестьдесят третий. Очень скоро сюда приедет бабушка Луша, Гликерия Акимовна Скороход. Она вообще с прошлого века, её год рождения 1891.

– Как приедет? Ей же уже сто лет! Да люди в таком возрасте уже и не передвигаются самостоятельно, – удивлённо возразил Игорь.

Деды рассмеялись, переглядываясь между собой.

– Скоро всё сам увидишь. Как говорит один наш общий знакомый, Мойша Коган, бабушка Луша ещё на всех наших похоронах простудиться успеет, – пояснил усмехаясь Ганс.

– Что с путаницей делать будем? – поинтересовался Ганс, установив на столе самовар.

– Да, ты прав Ганс, тут нужно что-то решать. И поступим мы просто, ты дедушка Ганс, я дедушка Игорь, поскольку возраст позволяет.

– Мудро.

– А теперь Игорь, расскажи пожалуйста о себе.

– Длинно или коротко?

– Нам торопиться некуда, да и ты видимо не спешишь, если сможешь, то с рождения.

Дедушка Ганс налил в чашки чай и все внимательно принялись слушать рассказ Игоря.

Родился Игорь в посёлке городского типа, на тот момент насчитывавший едва десять тысяч жителей. Маменьки своей не знал. Естественно, что существовала отдельно взятая биологическая единица, которая родила его на свет. Но вся в рыданиях от обрушившегося на неё счастья, после выхода из роддома, поняла, что ребёнок это сплошная проблема. Он плачет по ночам, его нужно кормить, менять и стирать пелёнки. Поняв, что не готова к подобным испытаниям, в один осенний праздничный день, сбежала от отца Игоря. Так он больше её никогда не видел. Фотографий тоже не осталось. Папа на добрячем подпитии сжёг все до единой. Впрочем его можно понять, сложно мужчине с крохотным младенцем. Даже если он работает сторожем и может прикатывать коляску на работу, чтобы приглядывать за сыном.

Но вскоре Игорь был сдан на попечение многочисленных бабушек, которые в изобилии водились у его папаши. Так он оказался в деревне у двух сестёр, бабушки Ани и бабушки Наташи. После этого грандиозного подвига папа исчез в неизвестном направлении. Как позже выяснилось, он поехал на заработки куда-то на север. Так и жил Игорь с бабушками в деревне, пока не дорос до школьного возраста. По этому случаю был собран семейный совет, и Игорь был передан бабушке Кате. Третьей сестре воспитывавших его бабушек.

Бабушка Катя жила в городе и первого сентября Игорь благополучно пошёл в первый класс. Три первых класса пролетели почти мгновенно. Природа наградила Игоря хорошей головой. Объяснения учителя Игорь ловил просто на лету и никаких трудностей в учёбе не испытывал. Хромало только поведение. Дневник всегда был красным от написанных там учителями замечаний. Бабушка Катя даже не заглядывала к Игорю в тетради. Зато дневник изучала подробно и по сути написанных там замечаний, регулярно его журила. Больше всего Игоря радовали библиотеки у бабушек. Библиотека у бабушек в деревне уступала по количеству книг библиотеке в городе. Но к моменту окончания школы Игорь осилил их обе.

После окончания школы, решил идти работать, не желая сидеть на бабушкиных шеях и пенсиях. Но бабушки, собрав большой семейный совет, решили, что Игорь должен продолжить своё обучение. Причём про профессиональное училище и техникум они даже слышать ничего не хотели. Подавай им институт и всё тут. Для выбора Игорю было предложено три вечных профессии, повар, врач, строитель. Не ведомо, что в тот момент руководило мыслями Игоря, но он выбрал строителя. Бабушки были довольны. Строительный институт был только в областном городе и Игорь с благословения бабушек отправился туда.

Поступил в институт на факультет промышленного и гражданского строительства. Бабушка Аня и бабушка Наташа, продали свой домик в деревне и переехали в город к бабушке Кате. Все вырученные от продажи домика деньги они вложили в обучение Игоря.

Последующие пять лет пролетели без значительных событий и волнений для Игоря. Благополучно получил диплом, но поработать по специальности не получилось. Вернее получилось, но около трёх месяцев. Неожиданно подкрался призыв в армию, поскольку военной кафедры в институте не было, и отсрочка от призыва действовала на время учёбы. В армии попал в войска связи, в режимную часть. Кроме сменных дежурств в подземном сооружении, частенько катался в командировки, на машинах связи, почти по всей стране.

За время службы бабушки решили как-то дружно умереть. А других родственников у него не было. Трижды на похороны отпускали из части, благо служил не далеко, всего 900 километров от дома бабушек.

После армии поселился в квартире бабушек, которую они ещё при своей жизни подарили ему, и устроился на работу мастером в строительно-монтажное управление (СМУ). Стройка дело такое, всегда есть соблазн. Поскольку строительные материалы всегда под рукой. Вот помаленьку и полегоньку завёл дружбу со змием зелёным. А уж он на радостях прибрал Игоря в свои загребущие лапы и всё пошло под откос. Начал появляться на работу вначале с жутким похмельем. Затем потихоньку начал пить уже и на работе. После начались прогулы по пьяной лавочке. Пришлось оставить работу в СМУ и устроиться на другую. Но и там надолго не задерживался. Перерывы между работами всё увеличивались, а на стакан деньги нужны были постоянно. Начали копиться долги. И как итог квартира была продана. Накопившиеся долги были погашены. Деньги, что оставались, были потрачены на установку трёх памятников на кладбище.

Почти год назад, бросив всё, Игорь приехал в Ростовскую область, да так там и остался, устроившись на работу. Но и на новом месте не срослось. Заработать удалось только две горбатых записи в трудовую книжку.

Во время рассказа о себе интуиция Игоря просто завывала, говоря о том, что перед ним сидят не простые деды. И если их хорошо попросить, то они помогут ему решить все его проблемы.

После рассказа о последних событиях, Игорь поднялся из-за стола и достав из рюкзака все три свёртка, положил их на стол.

– Если поможете выжить, после того, что натворил, это всё ваше.

Барбара всё время молчала, а вот деды при описании последних событий не задавали уточняющих вопросов, а только переглядывались и хмурились.

– Сложи всё обратно, где брал, нам это никчему, своего такого добра вдосталь. И не бумажного, а настоящего, – сказал дедушка Игорь.

– Это тебе позже самому очень пригодится. Что скажешь Ганс, поможем мальцу? А то он уже весь извёлся, вон даже за помощь приплатить нам собрался, – пряча улыбку в усы, поинтересовался дедушка Игорь.

– Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл, – задумчиво проговорил дедушка Ганс.

– А ты прав Ганс, действительно колобок, – улыбаясь, заметил дедушка Игорь.

– Что скажешь лисёнок? Что делать нам с твоим знакомцем? Помочь или оставить всё как есть? А то ты молчишь, и судя по твоему хитрющему взгляду уже что-то надумала, – поинтересовался Ганс у своей внучки.

– Я для того Игоря сюда и привезла. Он недостающий элемент вашей теории, которую можно осуществить на практике.

После всего услышанного за столом, по спине Игоря просто пронёсся табун ледяных мурашек. Он весь напрягся и внутренне и внешне. Это что же получается, он из одной беды в другую угодил. Там братки были и менты, а тут значит сектанты. И почему интуиция, которая его так выручала в последнее время, не подала никакого сигнала, а мирно и сладко уснула. После того как подсказала обратиться к дедам за помощью и даже приплатить.

– Что за теория? Я что в секту попал? – севшим голосом поинтересовался Игорь, переводя взгляд с Барбары на дедов и обратно.

– Глупости не говори не подумав. Мы не сектанты и к сектам не относимся. Твою историю мы уже слышали, теперь видимо настало время выслушать нашу. А дальше ты уж решать сам будешь, что делать и как поступить. Что скажешь Ганс?

– Нельзя упускать такой прекрасный шанс подаренный нам самой судьбой. Для создания звезды нужно будет не только его согласие, но ещё и очень сильное его желание. Так что рассказывай. Но вначале естественно клятва, – и Ганс принялся разливать слегка остывший чай по чашкам.

– Что за клятва? – поинтересовался Игорь.

– Обычная клятва секрета. После неё ты никому не сможешь рассказать или написать все, что здесь увидишь и услышишь, – пояснил дед Игорь.

– Вы что, действительно верите в клятвы? Сейчас ведь наука понапридумывала такую химию, под которой народ рассказывает всё, что знал, или о чём только догадывался, – возмутился Игорь.

– Ты не совсем понимаешь о чём говоришь. И это вполне естественно. Тебе просто не хватает знаний. А клятва действительно работает. И ей не страшна ни какая современная химия. Это я тебе как врач говорю, – пояснил дедушка Ганс.

– А можно услышать текст клятвы? – поинтересовался Игорь.

– Конечно можно и даже нужно. В этом секретов нет, – и дедушка Ганс озвучил слова клятвы.

Пока Игорь и так и этак размышлял над словами клятвы секрета, дедушка Игорь сходил в соседнюю комнату и принёс продолговатую шкатулку. Усевшись за стол, поставил её перед собой и стал ожидать ответа от Игоря. Раздумья Игоря длились довольно долго, почти десять минут. Все в это время молча ожидали его решения.

– Я согласен дать клятву, – сообщил Игорь.

Дед Игорь открыл шкатулку и вынул оттуда нож в ножнах. Но когда снял ножны, в его руках оказался трёхгранный стилет.

– Протяни любую руку ладонью вверх над столом. Нужна одна капля твоей крови, – сообщил дед Игорь.

Игорь протянул над столом левую руку. Дед Игорь очень аккуратно взял в свою руку протянутую ладонь и кольнул стилетом палец. Затем выдавив из пальца каплю крови, капнул её на подставленную грань стилета.

– Теперь повторяй за мной слова клятвы, – сказал дед Игорь, отпустив ладонь Игоря.

Игорь повторил слова и с огромным интересом наблюдал за происходящим. А посмотреть было на что. Капля крови на грани стилета начала пузыриться и парить. Создалось такое впечатление, что каплю крови капнули на раскалённое железо. Прошло всего секунд десять. А от капли крови не осталось и следа на грани стилета. Стилет как и до этого оказался девственно чист. Пока от увиденного Игорь находился в прострации, дед Игорь сунул стилет в ножны и уложив его в шкатулку, отнёс её назад.

– Что это сейчас было? – поинтересовался Игорь, когда дед Игорь вернулся.

– Клятва секрета. А теперь слушай и постарайся задавать вопросы только если тебе действительно что-то непонятно будет. И так, я и Ганс, как ты помнишь, родились в тысяча девятьсот пятнадцатом году. Жили мы в одном городе, только в разных районах. Как изворачивались в то трудное время наши родители не ведомо. Но они очень постарались, чтобы их дети были грамотными и получили образование. Попали мы в одну школу, там и познакомились и подружили.

Закончили мы с Гансом полную школу в тысяча девятьсот тридцать втором году. К тому времени не только мы дружили, но и подружились наши семьи. В школе кроме учёбы занимались в кружках. Ганс увлекался стрельбой, а я гимнастикой. Поскольку окончили мы полную школу с отличием, то наши семьи решили, что нам нужно учиться дальше. И вот мы помчались покорять Москву. Ганс поступил в медицинский, а я в машиностроительный. Учились мы на отлично, потому как учиться плохо считали ниже своего достоинства. Спорт, каждый свой, тоже не забывали. И регулярно выступали на соревнованиях, защищая честь своего института.

Жили мы так и не тужили, радуя успехами в учёбе и спорте своих родителей. Но на нашу беду, а может и на счастье, в середине тысяча девятьсот тридцать четвёртого года в стране был организован народный комиссариат внутренних дел, сокращённо НКВД. А в тысяча девятьсот тридцать пятом, мы как перспективные студенты, отличники в учёбе и спорте, были взяты на заметку. В январе тысяча девятьсот тридцать седьмого года, каждому из нас было сделано предложение идти работать в эту структуру, после окончания института. Посовещавшись между собой, согласились. Вот так в тысяча девятьсот тридцать седьмом году началась наша служба в столь прославленной организации.

С этого момента наши с Гансом пути-дороги разошлись, потому как попали в разные отделы. Но дружбы не потеряли. До войны приходилось служить в разных частях. А вот в начале войны направили в отдельный штурмовой батальон НКВД. Так и воевал до тысяча девятьсот сорок третьего года. В апреле тысяча девятьсот сорок третьего, после образования СМЕРША, был направлен в его структуру. Так и провоевал до окончания войны, осенью тысяча девятьсот сорок пятого года.

После окончания войны был направлен в тринадцатый отдел НКВД. Вот там снова встретил Ганса. В марте тысяча девятьсот сорок шестого НКВД переименовали в МГБ, но суть от этого не поменялась. В тысяча девятьсот сорок восьмом году был направлен в краснознамённую военно-политическую школу войск МГБ СССР имени Ворошилова. После её окончания снова возвратился в свой родной отдел. Там и прослужил до увольнения в запас и выхода на пенсию. Вот так, вкратце о себе. Ганс о себе сам расскажет.

– Да ты уже всё и рассказал. Остались небольшие уточнения. Пока учился в медицинском, увлёкся исследованием мозга. Вот этими исследованиями и заинтересовались органы. Сразу после института попал в тринадцатый отдел. Это пока Игорь воевал, я препарировал в операционных всех, до кого мог дотянуться.

– Вот ты и услышал наши истории о солдафоне и профессоре около медицинских наук, – пошутил дедушка Игорь.

– Снова глумишься младший прапорщик? – также в шутку ответил дедушка Ганс.

– В смысле младший прапорщик? – удивился Игорь.

– Не обращай на это внимание, дедушки так постоянно подначивают друг дружку. Дедушка Ганс действительно профессор медицины и полковник в отставке, а дедушка Игорь генерал майор в отставке, – пояснила Барбара.

– Надеюсь теперь вопросы про сектантов отпали сами собой? – поинтересовался у Игоря дедушка Игорь.

– Да отпали, но появились другие. Чем занимался ваш тринадцатый отдел?

– Отдел занимался всем непознанным. А именно наша группа занималась исследованием мозга, как уже упоминал Ганс. После того, как нас ушли в отставку, то есть на пенсию, мы продолжили исследования уже в частном порядке. И нужно сказать, что добились некоторых результатов, – пояснил дедушка Игорь.

– А от меня вы что хотите?

– Помощи в продолжении наших исследований. Ты поможешь нам, а мы поможем тебе. Выгода для всех будет обоюдной.

– Вы шутите? Чем я смогу вам помочь? Я в медицине вообще ничего не смыслю. Или вы запланировали использовать меня как подопытного в своих опытах?

– Снова глупость всякую несёшь не подумав. Нам не нужны подопытные, нам нужен полноценный партнёр в исследованиях. А для того, чтобы им стать тебе ещё придётся пройти обучение. И оно займёт не один месяц. Но для этого нужно твоё согласие и самое главное, желание, – пояснил дедушка Ганс.

Игорь задумался. В этот момент старинные часы висящие на стене очень мелодично начали бить полночь.

– Вот и полночь уже. Засиделись мы за беседой. Игорю всё услышанное сегодня осмыслить нужно, чтобы поутру ответ дать. Барбара, проводи Игоря в мансарду, да покажи, что где находится. А мы тут приберёмся и тоже отдохнуть пойдём, – распорядился дед Игорь.

На новом месте спалось просто прекрасно. Не снились не то что кошмары, а даже обычные сны. Игорь, улёгшись на кровать, просто провалился в глубокий здоровый сон. Видимо сказалось нервное напряжение всех последних дней.

Поутру проснулся довольно рано, ещё даже не начинало светать. Но ощутил себя полностью отдохнувшим и выспавшимся. Лёжа на кровати начал обдумывать всё произошедшее за вчерашний вечер, прислушиваясь к звукам, доносившимся с первого этажа. Там уже шло движение, и позвякивали тарелки.

Хутор действительно оторван от всей цивилизации, не обманула Барбара. Хорошо тут, спокойно. Деды, судя по их рассказам, уж больно не простые. Помочь в моих проблемах смогут. Тем более, что заинтересовались мною сильно для каких-то своих исследований. Даже от денег отказались, пояснив, что своих вдосталь. Это сколько же у них денежных знаков, что мои посчитали мелочью, и просто бумажками? Да и говорили что-то про какие-то настоящие деньги. Ммм .. да, не простые дедки, не простые. Так что, согласившись помочь я ничего не теряю, а только дольше проживу. Здесь искать меня в ближайшее время никто не будет. А от хутора до границы с Украиной не более пяти километров. Так Сергей Иванович говорил, пока в санях ехали.

Приняв решение, Игорь поднявшись заправил кровать, достал из рюкзака всё необходимое и отправился на первый этаж умываться и приводить себя в порядок. Спустившись, встретился с дедом Игорем.

– Ого, а ты оказывается ранняя пташка. С добрым утром тёзка. Что не спалось на новом месте? – поинтересовался дед Игорь.

– И вам доброго утра. Спалось просто отменно, выспался.

– Ну, раз так, приводи себя в порядок. Завтрак уже почти готов. После завтрака банька. Как себя в порядок приведёшь, сходи разбуди Барбару. И вместе с ней к столу.

Умывшись, Игорь поднялся в мансарду и уже поднёс руку к двери, чтобы постучать, как дверь отворилась. На пороге стояла Барбара.

– Доброе утро. Меня за тобой послали будить. Сказали, что завтрак уже готов.

– Доброе. Иди вниз. Скажи дедушкам, что я мигом.

Расселись на тех же местах за столом, что и вчера, дождавшись Барбару приступили к завтраку. Ели молча, каждый думал о своём. Когда перешли к чаю, дед Игорь поинтересовался.

– Ну что Игорь, как говорится утро вечера мудренее. Что ответишь нам по поводу своей помощи?

– Я согласен помочь в ваших исследованиях. Но у меня накопился к вам огромный ворох вопросов.

– С вопросами и ответами на них немного позже, – прервал Игоря дед Игорь.

– Надеюсь, ты хорошо подумал и всё взвесил, прежде чем давать согласие?

– Да, думал над всем сказанным вчера, всё утро, как проснулся и до самого завтрака.

– После бани расскажу, чем мы занимаемся. Думаю что вопросов, которые у тебя накопились по незнанию, поубавится в разы, – добавил дедушка Ганс.

– Тогда идём в баньку. Лисёнок, прибери тут всё. Ты после нас пойдёшь с Машей. Я Маше в большую кадку воды налью, чтобы поплескаться. Ганс у тебя квас ещё остался? – поинтересовался дед Игорь.

– Конечно остался. Вы идите, а я в погреб за квасом и догоню вас.

Баня оказалась за длиннющим сараем. Поэтому Игорь вчера её и не увидел. Баня стояла на берегу крошечного озерца. Почти до его средины были проложены деревянные мостки, заканчивающиеся выдолбленной во льду прорубью. Пока шли Игорь с наслаждением выкурил сигарету.

– Ты как я вижу не только пьющий, но ещё и табачком балуешься? – поинтересовался дед Игорь.

– Да есть такое дело.

– Можем пособить в избавлении от этих привычек, но тут твоё желание нужно будет. Без него никак.

– Желание есть, только вот одного его видимо мало. Не получается бросить ни одно ни другое, – грустно заметил Игорь.

– Не печалься, говорю же пособим.

Давненько Игорь с таким удовольствием не парился в бане. А в такой, настоящей, так вообще никогда. Сидя в предбаннике на лавке, откинувшись на спинку, просто жмурился от нахлынувшего на него удовольствия. Дедушка Ганс разлил из кувшина квас по деревянным кружкам.

– Ну что тёзка, вижу ты совсем после парной разомлел. Отхлебни кваску, он соберёт твои мозги в кучу и начнём разговор, – сказал дедушка Игорь и отхлебнул из своей кружки квас.

Игорь тоже взял свою кружку и сделал глоток. По телу пробежала волна освежающего холодка. Сознание приобрело кристальную чистоту. Новый глоток кваса только добавил ощущений и ещё больше освежил разум. Мысли легко начали цепляться одна за другую. Оба деда с интересом наблюдали за отражением на лице Игоря нахлынувших мыслей и чувств. Отхлебнув третий глоток из кружки, Игорь поставил её на стол и внимательно посмотрел на улыбающихся дедов.

– Вижу банька и квас привели тебя в нужную кондицию. И теперь о деле. Время подумать закончилось. Поэтому задам завершающий раз тот же вопрос. Ты согласен нам помочь? – поинтересовался дед Игорь.

– Я уже за завтраком ответил, что да. Решение с того момента не изменилось, а только окрепло.

Кивнув в знак согласия дед Игорь продолжил.

– Вот и славно. В таком случае начнём с самого начала. Первое, что тебе стоит запомнить. Ты для всех посторонних мой внучатый племянник, приехавший доглядать своего дедушку, в связи со слабым его, то есть моим здоровьем. Тем же самым занимается Барбара, только ухаживает за своим дедом Гансом. Второе, в нашей группе принято общаться оперативными именами между собой. Так намного проще и нет путаницы. Только при посторонних используем свои имена. Чтобы не привлекать лишнего внимания и не плодить лишние не нужные вопросы. Моё оперативное имя, оно же позывной, Бес. У Ганса, Знахарь. У Барбары, Лиса. Твоё оперативное имя будет Колобок.

– Почему Колобок? – поинтересовался Игорь.

– Уж больно лихо ты от погони ушёл, прихватив по пути партийную кассу, – улыбаясь, пояснил Знахарь.

– Допивай квас Колобок и будем завершать банные процедуры. Я подготовлю баньку для Лисы и Маши. А ты со Знахарем идёшь в дом, он введёт тебя в курс наших дел, – продолжил Бес.