Колдун. Начало

Глава I

Пролог

Я умирал. Неприятное, хочу я вам доложить, состояние организма! И самое главное – я вообще не подозревал, что сегодня, 17 марта 2022 года, я буду лежать на чёртовом асфальте в предсмертных конвульсиях!

Но давайте обо всём по порядку. Меня зовут Натаниэль Дьёдонне. И я знаю, о чём вы сейчас подумали (телепатия работает на полную катушку). Мой ответ – нет, я не француз. Откуда такая фамилия? Ну, это довольно долгая история. Впрочем, я разве куда – то спешу? Так вот, в XIX веке жил один чудак - корсиканец со своей самовлюблённой матерью и братьями – идиотами, которых он ставил королями всяких там Нидерландов и Испаний. Узнали? Ладно, дам ещё одну подсказку – в честь него назвали торт и психическое заболевание. Ладно, не буду вас мучить – его звали Наполеон Бонапарт, великий и ужасный завоеватель, который однажды решил съездить в туристическую поездку по городам России, но забыл при этом взять тёплую одежду с собой.

И именно тогда, в 1812 году, начинается история фамилии благородных и достопочтимых Дьёдонне. Простой солдат, а ещё по совместительству дворянин, барон Клод Марсель Дьёдонне также решил составить компанию своему императору в его весёлой поездке, а вместе с ним ещё 400 000 человек. И поначалу всё шло действительно неплохо! Город за городом, деревня за деревней, но они таки посетили многие достопримечательности России – матушки, и в конце – концов оказались в Москве.

В Москве ребята решили отпраздновать свою успешную турпоездку. К сожалению, Москва – город чрезвычайно сногсшибательный и неподготовленному человеку буквально сносит крышу ото всех его головокружительных перспектив. Мальчики уже начали представлять, как они будут ездить в каретах с мигалками, нарушать правила дорожного движения и так далее и тому подобное. И на радостях решили поджечь Москву. Клод Марсель Дьёдонне был одним из немногих, кто ещё не выпил свою бутылку игристого шампанского и оставался трезвым, и он отчаянно пытался отговорить своих товарищей от этой дурной затеи, за что был нещадно бит своими абсолютно нетрезвыми товарищами (главной причиной избиения скорее всего был сам факт трезвости Клода Марселя).

Из курса истории мы знаем, что по итогу Наполеон и его компания быстро ретировались с места событий, потому что никто не хотел загреметь по уголовному делу о намеренном поджоге. А вот Клод Марсель остался в нашем любимом всеми городе. По нашей семейной легенде, причиной такого поступка стала банальная любовь. Наш барон – трезвенник влюбился в прехорошенькую дворянскую дочку, которая (какое чудо!) также воспылала чувствами к незадачливому французу.

Дело уже шло к свадьбе. И как всегда в таких историях, сердобольный папаша милой дворяночки был против такого развития событий. Будучи не последним человеком в Москве, он добился заключения Клода в тюрьму. И быть бы ему повешенным, как представителю вражеской армии и тайному агенту Наполеона, а именно такое обвинение было ему выдвинуто, но тут – то нашему барону наконец повезло! Его невеста оказалась на сносях. И тестю пришлось выпустить своего горячо любимого зятя из тюрьмы. И жили они все долго и счастливо.

Чёрт, а я вот чувствую, что скоро и несчастливо скончаюсь! И где же скорая помощь, когда она нам так нужна? Ладно, что – то я сбился с линии повествования. Как вы наверняка уже догадались, я являюсь потомком Клода Марселя. От французской крови за 200 лет уже давно ничего не осталось, а вот фамилия прошла через века.

Теперь, когда с генеалогическим древом покончено, стоит рассказать и о себе. Мне 27 лет. Эх, такой молодой и надо же такому случится… Так, Натаниэль, не киснуть! Ещё есть 5 минут до твоей клинической смерти, и тебе нужно успеть всё о себе рассказать!

С детства я бредил наукой, представляете? Все хотели стать космонавтами, пожарными, художниками, а я – учёным… и актёром! Необычное сочетание, неправда ли? Внутри меня словно находились две абсолютно разные половины – одна половинка увлекается научной литературой, физикой, химией и другими очень точными науками, пишет рефераты на разные заумные темы. Другая половина учит стихи, читает художественную литературу, имеет незаурядные способности в ораторском искусстве. В принципе, эти две половины нормально во мне уживались, и они равномерно развивались. Но жизнь, как всегда, ставит тебя перед выбором – и я выбрал науку. Захотел, понимаешь ли, построить космический корабль и улететь на нём на Марс! Но походу Илон Маск меня опередит, а уж когда я отброшу ласты, у него вообще никакой больше конкуренции не будет! По итогу, я стал учёным – генетиком. Вот же ж… Я только сейчас понял, какой я всё – таки идиот! А вы поняли? Ай, ладно, уже не суть.

До сего дня моя жизнь неплохо складывалась. Квартира в Москве, дача в Подмосковье, хорошая работа, друзья и коллеги тоже имелись. Разве что только не женился ещё. Но девушки были, вы не подумайте, я никакой – то там учёный – задрот! Я само обоняние! Ой, то есть обаяние. Неважно! Вывод один: моя жизнь шла своим чередом и шла неуклонно вверх.

И тут мы переходим к сегодняшнему злополучному дню. Мой сегодняшний распорядок дня был донельзя прост:

Подъем в 7:00;

Завтрак в 7:30;

Дохожу до работы к 9:00;

Ухожу с работы в 17:00. Иду домой, по пути захожу в универмаг.

И именно на 5 пункте моя жизнь пошла не в ту сторону. А точнее, эта жизнь весело прокатилась на капоте автомобиля. Вот что бывает, когда не смотришь по сторонам. Говорила мне ведь мама: «Когда переходишь дорогу, сначала посмотри налево, потом направо, а потом дождись зелёного человечка, олух ты небесный! Я кому это говорю!». Как вы понимаете, урок усвоен не был, а инструкции были безбожно нарушены вашим покорным слугой. Сначала я вставил наушники в уши, потом включил Раммштайн, далее надел на голову капюшон, а после начал переходить дорогу в неположенном месте, где никакого зелёного человечка и в помине не было.

И теперь я лежу и задаюсь вопросом «Что дальше?». Из розового кабриолета выскочила длинноногая блондинка, вся в испуге и перепуге, которая начала задавать самые насущные вопросы дня.

- Мужчина, вам больно?

- Мужчина, если что, это не я вас сбила, хорошо?

- Мужчина, эй, ответьте мне хотя бы!

Да… Повезло мне конкретно и основательно. Если до этого я ещё питал хотя бы какие – то иллюзии по поводу своего чудесного спасения, то сейчас они очень быстро развеялись.

Мои мысли начали путаться. Голос блондинки из розового кабриолета как будто доносился из трубы и был очень далеко. Мои глаза медленно закрывались, и я начал погружаться всё больше и больше в беспроглядную и вечную тьму. Последней моей мыслью было: «Неужели, это конец?».

Глава I

Их преследовали, убивали и презирали. Они были изгоями, теми, кого одновременно и ненавидели, и боялись.

Каждый в Королевстве Арсарии знал, что даже упоминание в разговоре о любом колдовстве может закончится доносом в Инквизицию и немедленным арестом, с последующим тщательнейшим дознанием, которое могло сопровождаться самыми современными методиками выявления вашей вины – пытки и запугивания, которые обычно заканчиваются вынесением обвинительного приговора и сожжением нового еретика на костре.

Но сегодня те, кого боятся, и сами при этом живущие в страхе, собрались на Конклав. Все колдуны со всей Арсарии, которые смогли избежать суда Инквизиции… пока смогли избежать суда Инквизиции. Каждый из них понимал, что так больше продолжатся не может. Любой, кто владеет хоть крохой магии, может оказаться следующим в Огненном списке.

Место, где они собрались, находилось далеко от столицы королевства, что в их нынешней ситуации было разумно и логично собраться именно здесь - не проводить же Конклав, например, рядом с Королевским дворцом? Конклав проводился в огромная зале с таким же огромным хрустальным куполом. Выглядело всё помпезно и монументально. По бокам залы стояли колонны, которые имели бело - синий цвет, на стенах висели картины с различными сюжетами, обычно на религиозные или исторические темы. Когда - то это место должно было внушать благоговение и гордость за то, что человек смог оказаться здесь. Но те времена уже давно прошли и были забыты. Хрустальный купол был весь в сколах и трещинах, многие колонны покосились, картины, как впрочем и всё помещение, было в грязи и пыли.

- Господа, надеюсь вам не нужно объявлять причину нашего собрания? – начал говорить высокий и широкоплечий старик с длинными, угольного цвета волосами. Его глаза изумрудного цвета, уставшие, повидавшие очень многое на этом свете, окинули зал собраний, где собрались последние колдуны Арсарии.

- По – моему, причина наших собраний последние триста лет одна и та же, разве нет? – человек средних лет с густой бородой угрюмо посмотрел на престарелого колдуна и с вызовом продолжил – Давайте не будем понапрасну тратить время, Хранитель! Мы все здорового рискуем, находясь здесь.

- Если вы так опасаетесь за свою жизнь, можете покинуть Конклав, никто вас не заставляет рисковать собой, Рожар. – спокойно ответил Хранитель. Тот, кого назвали Рожаром, попытался возразить, но не успел – старик его опередил – Что ж, причина действительно та же самая, что и триста лет, и даже пятьсот лет назад, – Старик глубоко вздохнул. Для всех них, безусловно, это была больная тема для разговора - Каждый день мы погибаем ни за что, мы не имеем право голоса, к нам относятся как к скоту, который можно в любое время отправить на убой. И так больше продолжаться не может. Если мы ничего не предпримем, то уже скоро от нас останутся только одни лишь воспоминания! – с каждым сказанным словом лицо Хранителя приобретало всё более безумный вид, словно он прямо сейчас готов порвать всех в клочья.

- И что же вы предлагаете? – послышался из тени дальнего угла звонкий женский голос – Неужто наш достопочтимый Хранитель знаний нашёл способ, как победить всех наших врагов и при этом самим не отправится в могилу?

- Катарина, ты, как всегда, находишься где – то в тени и, как всегда, готова надо всеми вдоволь посмеяться – на миг губы старика дрогнули в подобии улыбки, но через долю секунды положение его выражение лица вернулось в исходное положение – Да, можно и так сказать. Хотя сразу предупрежу, для приведения в исполнения моего плана, придётся многим пожертвовать.

В этот момент, в помещение вошли двое людей, одетые в красные балахоны с синими поясами. Их лица скрывали натянутые на голову капюшоны. Вместе они несли огромных размеров книгу, которая, казалось, светилась изнутри потусторонним синим светом. Весь зал затаил дыхание при виде этого Фолианта.

- Это то, о чём я думаю? – из тени вышла на вид хрупкая, по типу Дюймовочки, в этом мире не известной, девушка. В её голосе слышался неподдельный интерес и даже трепет. Она перевела свой холодный и острый взгляд с заветной и желанной для многих книги на старика. Немногие могли выдержать взора Катарины Буйнорождённой, через несколько секунд стыдливо отводя глаза в сторону. Старик не отвёл.

- Да, - Хранитель расплылся в предвкушающей улыбке – это Книга Древних.

***

- Да вы с ума сошли, – кричал Рожар Сармант. Лицо его стало похоже на красный помидор, челюсть ходила ходуном, а из ноздрей чуть ли не шёл пар. Только подумайте, этот выживший из ума старикашка каким – то образом откопал одну из Книг Древних! Казалось бы, повод для радости. Каждая Книга Древних содержала бесценную информацию о многих забытых ритуалах и заклятиях. И многие маги считали, что именно в этих книгах лежит путь к их спасению. Было всего лишь одно НО – Предлагаете провести ритуал, который подразумевает нашу неминуемую смерть? Это ведь просто безумие!

- Ты слишком подвержен эмоциям – спокойно ответил на его тираду Хранитель – В нашей непростой ситуации, это единственно верный путь.

- Действительно, это просто гениальный выход из ситуации – покончить с жизнью массовым самоубийством! – не унимался Рожар - Облегчим, так сказать, работу Инквизиции, а то у них и так очень опасная и трудная жизнь!

Мнение присутствующих на Конклаве разделилось. Большинство было абсолютно согласным с доводами Рожара – одни считали предложение Хранителя откровенно глупым и вздорным, другие – просто не хотели терять свою жизнь очень «ценную жизнь» понапрасну. Вместе они орали на весь зал, что давно уже пора было сменить Хранителя знаний, ибо нынешний, очевидно, тронулся умом и потерял связь с реальностью. Меньшинство же, наоборот, яростно отстаивали правоту Хранителя, говоря, что им надоело жить, как крысам, которые прячутся в сточных ямах, и они готовы принести себя в жертву ради благого дела по спасению Магии!

Только двенадцать человек, сидевшие позади Хранителя, сохраняли полное спокойствие и никак не реагировали на происходящее вокруг них. Они уже мало походили своим внешним обликом на людей – скорее их можно было назвать живыми скелетами, настолько они были старыми и древними. Их называли неофициально Советом Мудрецов, и они были единственными из всех присутствующих, кто позволил себе сидеть в помещении. Даже Хранитель знаний не имел такой «привилегии», он стоял наравне со всеми.

Медленно, но верно дебаты и дискуссии сходили на нет – все банально устали кричать друг на друга. Вскоре, вся зала погрузилась в тишину. Колдуны скрестили свои взгляды на Мудрецах, ожидая их совета по поводу сложившейся ситуации. Молчание продолжалось пять минут, пока один из «скелетов» не встал со своего стула. Словно впервые здесь оказавшись, он осмотрелся вокруг. А после заговорил тихим, глухим голосом, к которому всем в зале приходилось прислушиваться.

- Я уже долго живу на этом свете. И знал другое время. Время, когда мы жили ни в чём себе не отказывая, чувствовали своё превосходство над остальными, обычными людьми. Никто не был для нас указом, к нам прислушивались правители царств и королевств, и порой мы даже уничтожали целые империи. Это и стало причиной нашего падения. Гордыня и высокомерие превозобладали над умом и мудростью. Мы почувствовали себя Богами и настоящие, истинные Боги, нас покарали. – старик замолчал и обвел взглядом присутствующих. Многие опустили свои глаза и начали старательно разглядывать пол под ногами. Это было больной темой для каждого, их общим грехом, искупления за который они так и не нашли.

- Я понимаю, но не принимаю выбор тех, кто не желает помочь нам в проведении Ритуала, который Хранитель смог отыскать в Книге Древних. Безусловно, Ритуал чрезвычайно опасен. Но как по мне, лучше умереть во имя достойной цели, чем влачить жалкое существование без всякой надежды на спасение. К тому же, из описания Ритуала, как я понял, гибель всех его участников не обязательна. При должном мастерстве при его проведении, мы – он показал рукой на остальных Мудрецов – И Хранитель знаний, сможем направить Ритуал в нужное русло и сохранить жизни большинства. – он вновь замолчал.

Повисла гнетущая тишина. Каждый был погружён в свои мысли и думы. Слова Мудреца нашли отклик во многих сердцах.

- Я готова – все обернулись на голос. Да, это была она – Катарина Буйнорождённая, одна из самых сильных телепатов в Арсарии. Впрочем, от неё другого и не ожидалось. О её безбашенности знали все, в том числе и вездесущая Инквизиция - данной организации она доставила больше всего хлопот.

После заявления Катарины, колдуны повернулись в сторону Рожара – главного противника идеи Хранителя. Рожар оглянулся по сторонам, потом посмотрел хмурым взглядом на Катарину, после чего, вздохнув и сдвинув свои густые брови, изрёк – Хорошо. Я согласен. – Мастер Пиромантов демонстративно скрестил руки на груди и посмотрел на Хранителя. Тот кивнул ему в ответ. Сторонники Катарины и Рожара, вслед за своими лидерами, также быстро подтвердили намерение провести Ритуал. Остальным участникам Конклава пришлось молчаливо согласиться с мнением большинства.

***

- Итак, начнём – Хранитель раскрыл Книгу на нужной странице, где подробно описывался порядок проведения заветного Ритуала. Подготовка к нему шла уже целый час. Одни наносили защитные заклятия на здание, чтобы в самом разгаре «мероприятия» их не засекла Инквизиция, а другие рисовали странные надписи и рисунки по всему залу, значение которых не было понятно объяснено в Книге.

Все заняли свои места. Хранитель, Мудрецы и самые сильные колдуны уже начали выговаривать странные слова и отдельные фразы, которые сливались в целые предложения. Воздух в помещении в один момент стал каким – то тягучим. Неведомая сила окутала всех с ног до головы. С каждой минутой, с каждым произнесённым словом эта сила всё больше и больше давила на всех и, казалось, высасывает саму жизнь из бренных тел колдунов.

- И ПУСТЬ НАША МОЩЬ СОЛЬЁТСЯ ВОЕДИНО, ПУСТЬ НАШИ ТЕЛА РАССЫПЯТСЯ В ПРАХ, ПУСТЬ КАЖДЫЙ ОТДАСТ ЧАСТЬ СВОЕЙ ДУШИ… - Хранитель читал строчки Книги, и он почувствовал, как его тело теряет материальность.Если бы он мог оглянутся по сторонам в этот кульминационный миг, то увидел бы, как 12 мудрецов буквально рассыпаются в прах. Весь зал Конклава пошёл трещинами, а маги явственно почувствовали запах нематериального мира. Так продолжалось ещё несколько минут, пока ровно посередине зала не открылся огромный портал. – Да поможет нам ОН! – и души Хранителя, Мудрецов, а также других колдунов, которые не выдержали потока буйствующей энергии и отдали себя без остатка для проведения Ритуала, устремились в портал, который после поглощения последней отделившейся от тела души, медленно, словно не хотя, закрылся.

В один момент всё стихло. Люди некоторое время просто не шевелились, до конца не понимая, живы они, или нет. Катарина Буйнорождённая несколько раз тряхнула своей рыжей головой и осмотрелась. Как минимум наполовину опустел зал. Ей самой чудом удалось сохранить контроль над магией и тем самым остаться в живых. Лишь малая часть её дара ушла в портал и в нематериальный мир. Если бы не такие сильные маги, как Хранитель и Мудрецы, то, скорее всего, все присутствующие превратились бы в кучку пепла.

- И, что теперь нам делать? – как – то отстранённо спросил Рожар.

- Теперь, мы должны найти ЕГО раньше Инквизиции – уверенно сказала Катарина.

Глава II

Я стоял над своим телом. Оно лежало там же, где меня сбила машина. Блондинка продолжала нарезать вокруг меня, а точнее вокруг моего трупа, круги, продолжая при этом без умолку трещать с кем – то по телефону о том, что она ни в чём не виновата, и я сам бросился под колёса её машины. Что ж, мог бы поспорить с этим утверждением, но, к сожалению, я склеил ласты. Так что дебатов не выйдет. В сущности, мне уже без разницы, кто виноват.

Безусловно, я решил не стоять столбом на одном месте. Подошёл к блондинке, помахал руками перед её лицом. Результат был очевидным – никакой реакции со стороны одного из самых лучших представителей рода человеческого я так и не дождался. Меня попросту не видят, я – призрак. И хочу вам сказать, это довольно неприятное состояние, но интересное для человека науки. Я, или скорее мой дух, перемещался очень быстро, проходил насквозь любые предметы. Короче говоря, я нашёл для себя новое интересное явление и начал с ним экспериментировать. Так продолжалось некоторое время, пока на сцене не появилось новое действующее лицо, а точнее новое автотранспортное средство, а ещё точнее – огромная фура.

Перед тем, как продолжить, надо отметить, что на дворе уже стояла тёмная беспросветная ночь, а вдоль дороги не стояло ни одного фонаря. А сам водитель фуры явно засыпал на ходу.

Я злорадно улыбнулся в предвкушении дальнейшего развития событий. Нет, вы не подумайте, парень я не злой. Но вот к тем, кто меня переехал – очень даже. Итог был очевиден: через минуту, в метре от моего бездушного тела, появилось новое. И выглядело это новое тело намного непрезентабельнее моего. Всё – таки разница между кабриолетом и фурой огромная.

Душа девушки оказалась рядом с её телом. Несколько минут она тупо разглядывала своё тело или скорее то, что от него осталось. Признаться, у меня даже сердце сжалось от такой душераздирающей картины. Сам был на её месте 5 минут назад. Я уже хотел даже подойти к ней, подбодрить, сказать, что всё ещё впереди, тебе ещё в аду гореть за то, что человека убила. Но её коматозное состояние не длилось долго. Девушка медленно отвела взгляд от своего трупа и обнаружила меня, сидящего на капоте розового кабриолета. И в этот раз блондинка сумела меня удивить расстановкой своих жизненных приоритетов. Вместо того, чтобы спросить банальное: «Я что, умерла», она выдала:

- Мужчина, а вы не обнаглели сидеть на моём автомобиле своей пятой точкой? – от её возмущённого вида я не выдержал и рассмеялся.

- Да что вы себе позволяете! Да вы знаете, кто мой муж? Вот я сейчас ему позвоню…

- Ой, как страшно, аж поджилки затряслись. Поглядите на неё! Она умудряется мне претензии предъявлять! Нет, ты, конечно, можешь попробовать дозвониться до своего мужа, хотя вряд ли у него стоит тариф «Звонок с того света».

- С того света? Да о чём вы говорите?

- А, то есть ты даже не поняла, что умерла? Хотя да, после фуры себя сложно узнать. Дура она и есть дура. Что живая, что мёртвая.

- Да, в этом ты абсолютно прав – мы с блондинкой синхронно обернулись в сторону, откуда шёл голос. Возле одинокого дерева, которое стояло у шоссе, стоял высокий, широкоплечий мужчина неопределённого возраста. Одет он был в элегантный костюм тройку, а в руках держал деревянную лакированную трость. Не хватало только монокля на глаз и мундштука в рот – получился бы настоящий лондонский денди. Лицо же его было… даже не знаю, как описать. Назвать его идеальным – было бы явным преуменьшением с моей стороны. Оно буквально было эталоном всевозможных параметров топ – модели. Могу ещё добавить, что от него источалось непонятного происхождения сияние, которое создавало ореол вокруг головы незнакомца.

- А ты кто такой? – спросил я.

- Ну, Натаниэль Дьёдонне, пораскинь мозгами, кем же я могу быть? Я Ангел Бога нашего! – Ангел посмотрел на меня пристальным взглядом, видимо смотрит на мою реакцию. И что на это ответить? В принципе, в правдивости его слов в моей нынешней ситуации вряд ли можно усомниться. Наверное, нужно проявить хотя бы подобие смирения. Ха… Самому смешно стало. Натаниэль Дьёдонне и смирение? В конце концов, я уже умер – что мне могут сделать?

- А скажи, Ангел Божий, говоря про Бога, ты кого имеешь в виду – Макаронного Монстра или кого похуже? И почему ты сразу не пришёл после моей смерти, а заставил меня ждать тебя? Я, между прочим, могу и жалобу написать! А крылья куда дел, а? Потерял? И вообще, я думал, ты будешь выглядеть получше…

- А ты, Натаниэль, как всегда, не позволяешь себе впасть в уныние – Ангел усмехнулся, но уже через секунду выражение его лица приобрело свойства камня. – На сей раз я тебя прощаю, но впредь следи за своим языком, иначе, тебя постигнет кара – под конец фразы глаза Ангела сверкнули золотым светом. Видимо, это должно было меня напугать… Ладно, чего уж там, мне действительно немного страшновато. Не каждый день попадаешь в такой вертеп.

- Отвечая на твой первый вопрос – неожиданно продолжил он – У Бога множество имён, которые ему дали вы, люди. «Но он всегда был и будет оставаться единственным в нашей вселенной», — ангел говорил торжественно и даже немного пафосно. И тут Ангел так озорно улыбнулся, что абсолютно не вязалось с его «амплуа» - А на второй вопрос ответ прост – мне было лень дважды возвращаться в одно и то же место, поэтому я дождался окончательного завершения – он кивнул в сторону кабриолета блондинки – Вашей весёлой истории и теперь забираю вас обоих.

- А скажи, куда мы попадём? – вопрос был насущным, да и просто интересно.

- Она – в Рай, а ты – в Ад – видя, как моё лицо вытягивается, он решил пояснить – Блондинка подпадает под определение юродивой, а ты в своей жизни ничего полезного для людей не сделал.

– Так, заболтался я здесь с вами. Пора заканчивать. – Ангел понднял свою руку и громко щёлкнул пальцами, и в тот же миг мир вокруг меня стал постепенно пропадать, пока я и вовсе не оказался в непроглядной тьме…

***

Не знаю, сколько времени уже прошло. Оно тут течёт совершенно по – другому, нежели на Земле – это я успел понять. Где я нахожусь? Если честно, то не имею ни малейшего представления. После щелчка Ангела, я оказался в непроглядной тьме. Я ничего не видел и не слышал. Тут не было ни потолка, ни пола, ни стен. Было лишь ощущение, что я плыву куда – то вниз. Наверное, это и есть увлекательный круиз на небеса, а в моём случае в Ад – я же вниз плыву, верно? Интересно, а души тех, кто попадает в Рай, перед прибытием в него видят что – то кроме тьмы? Или здесь одна обслуживающая авиакомпания?

Чёрт, да тут банально нечем заняться! Даже думать в этой тишине тяжело. Что я такого в своей жизни натворил, чтобы попасть в Ад? Людей живьём вроде не закапывал, котят в пруду не топил. А… Теперь я понял, почему именно тьма – чтобы тебя ничего не отвлекало, по мнению Бога, от собственноручно устраиваемого себе самокопания и самобичевания на тему «Какие грехи я совершил в жизни». Да пошли вы на все четыре стороны! Не для того я отдал 8 лет учёбе в мед. ВУЗе, чтобы как идиот сидеть тут и дожидаться, пока меня доставят куда следует! Я жить хочу!

Мои размышления были прерваны странными звуками. Больше всего этот звук был похож на шелест листьев дерева. Сначала я подумал, что меня уже начали посещать галлюцинации на почве безделья. Но звук не утихал – наоборот, он становился всё громче и громче. Это был не шелест деревьев – а шёпот сотен голосов. Меня терзают смутные сомнения, но по – моему тьма теперь не такая густая. И самое главное – меня больше не тянуло вниз, а куда – то вбок.

- Да что тут вообще происходит? То вниз, то вбок! Решили помучить напоследок?! Кто там шепчется у нас? А ну, выходи, я тебе покажу, как издеваться над бедными учёными – генетиками… - я не успел договорить свою угрозу, как тьму прорезал неопознанный летающий, переливающийся всеми цветами радуги, объект, который летел прямо на меня! Признаюсь честно, мой боевой пыл как – то сразу поубавился. Попытка увернуться окончилась полным провалом – ко всему прочему, объект ещё и притягивал меня к себе!

- И пусть мощь… воедино, пусть тела… в прах… - шёпот раздавался начал раздаваться прямо у меня в голове! Меня накрыл просто панический страх.

- Не хочу, не надо, я не вкусный! Прочь, прочь, уходите!.. – мой голос потонул в этом хоре безумия. До столкновения оставались считанные секунды. Я зажмурил глаза и… меня буквально подхватила неведомая сила и я понёсся вслед за голосящим разноцветным нечто…

***

- Вы – сине - зелёные перламутровые жирные мухи, наполненные жёлтыми личинками, от которых будет целая армия таких же насекомых – пищи для лягушек и птиц! - Роберт Азарио рвал и метал, готовый порвать любого, кто ему посмеет возразить. Но, к сожалению или, может быть, к счастью, таких смельчаков не нашлось среди собравшихся здесь людей – учёных, инженеров, простых рабочих и прочего персонала научной лаборатории доктора Роберта Азарио. Причина гнева их начальника была достаточно существенной – «сине – зелёные мухи» не успели закончить к крайнему сроку проверку всех необходимых для работы устройствасистем – Я вас всех выкину на улицу к таким же бездарям, как и вы! Ваши жены и дети будут голодать, а ваши любовницы уйдут от вас и выйдут замуж за порядочных и богатых! – доктор уже набрал в лёгкие воздуха, чтобы продолжить свою тираду, но в этот момент огромные двустворчатые двери лаборатории начали со скрипом открываться. Все взоры присутствующих оказались прикованы ко входу. Пред ними предстал маленький, толстый, с короткими ногами и лоснящимися щеками человек. Его маленькие, чёрные глазки начали быстро обшаривать всё вокруг и остановились на докторе, недобро смотрящего на незваного посетителя его святая святых.

- Кто вы такой и что вы здесь делаете? – грубо, как, впрочем, и всегда, начал первым разговор Азарио. Маленький человечек попытался приосаниться, чему всячески мешал и противодействовал его огромный живот. Пожав свои пухлые губы, он своим зычным голосом объявил:

- Я, Коран Закс, действительный член Совета Маларана, представитель торгового дома Заксов, прибыл с целью проверки, а после и оценки вашей работы как руководителя научного проекта, финансируемого за счёт торгового дома Заксов, а также…

- А поконкретнее можно? Вы сейчас не на рынке, чтобы впарить мне несвежую капусту по самой высокой цене. У меня нет времени на очередного «торгового представителя Заксов» или как вас там? Дел невпроворот, так что соблаговолите выражать свою мысль прямо и по существу. – учёный скрестил руки на груди и с презрением посмотрел на Корана Закса, который также являлся двоюродным братом главы дома Заксов. Азарио вообще мало к кому относился с уважением и почтением, а если этот человек ещё не относился к науке с должным благоговением… можно только посочувствовать ему.

Это уже не первый раз, когда к Азарио врываются непонятные личности и требуют от него результатов. Видите ли, они проверяют «целесообразность дальнейших вложений в проект». Уму не постижимо! Он, член Имперской Научной коллегии, должен пресмыкаться перед торгашами! Но пришлось наступить своей гордости на горло. Его коллеги от науки, к сожалению, не выделили ни одного империала на его изобретение. «Это невозможно осуществить даже такому выдающемуся уму, как вы». Идиоты! Откуда они вообще могут знать, возможно это осуществить или нет, раз никто до него не пробовал ничего подобного сделать?

А вот в Маларане сразу смекнули, что на его идее можно неплохо заработать. К тому же, недавно умер председатель Совета Маларана и теперь между торговыми домами идёт ожесточённое соперничество за вожделенный пост. Учёный, прибыв в Маларан, начал искать себе покровителя для осуществления своей задумки. Таким образом он и оказался на аудиенции у Севера Закса, который вот уже долгие годы ведёт свой торговый дом по пути процветания и благополучия. Тот поначалу скептически отнёсся к непонятно откуда взявшемуся учёному, но, когда Азарио рассказал о своих научных изысканиях, Закс быстро представил радужные перспективы и преференции, которые получит он лично и его торговый дом, в частности. Иметь такой туз в рукаве перед выборами главы Совета – дорогого стоит.

- Господин Север Закс желает узнать, готовы ли вы продемонстрировать работу вашего чудо – изобретения? Вы обещали, что ко дню выборов Главы Совета всё будет сделано.

- Я ничего никому не обещал. – угрюмо буркнул Роберт.

- А вот в договоре, который вы подписали с господином говорится, что вы должны закончить работы к сегодняшнему дню и если вы не сумеете этого сделать…

- Я помню, что я подписывал. – раздражение учёного достигло своего пика – Но моё детище ещё не готово. Мы должны всё проверить. В противном случае, это может быть опасно и…

- В таком случае – перебил его Коран – Торговый дом Закс прекращает всякое сотрудничество с вами, а по подписанному вами договору, также забирает права на ваше изобретение. – Коран улыбнулся, да так мерзопакостно, что у уважаемого члена Имперской научной коллегии появилось желание как следует подправить физиономию этому жирному борову, который по недоразумению перепутал скотобойню с его лабораторией.

- Господин Азарио – доктор обернулся. Голос принадлежал его верному заместителю, а по совместительству ещё и ученику, решившему поехать вместе с ним в город торговцев и ремесленников – Алисару Розенкранцу. Роберта Азарио мало кто любил, поэтому многие с радостью восприняли его отъезд из столицы Империи. «А этому дураку оказалось мало полуторагодового общения со мной, и поэтому он решил поехать со мной в эту дыру», - подумал учёный. Хотя, в глубине души он был благодарен за то, что его ученик, в которого, между прочим, он вложил немало сил, не бросил своего учителя. – Большинство систем агрегата уже проверены. Все они работают стабильно и без серьёзных отклонений. Мы можем провести первое полноценное испытание уже сегодня. – Азарио задумался. В принципе, а чего ему терять? Испытания пройдут успешно – он гений инженерной мысли, слава и почёт ему, не пройдут – он останется с утёртым носом и вернётся с позором обратно в столицу. Безусловно, второй вариант отметается.

- Хорошо. Готовьтесь к запуску. – он повернулся обратно к Корану – Следуйте за мной.

Роберт Азарио вместе с Кораном Заксом проследовал к массивной металлической конструкции. Она напоминала по форме большие железные ворота, по бокам обвитые проводами разных цветов и оттенков. Через минуту все заняли положенные им места. Перед тем, как дать отмашку своим подчиненным, Роберт Азарио решил произнести речь:

- Господа, этот день войдёт в историю как величайший прорыв в истории человечества! Долгие годы мгновенные перемещения на огромные расстояния были уделом лишь сильнейших чародеев – многие скривились при упоминании последних – с давних пор колдовство является равносильным абсолютному злу, и кроме неприятия и страха перед ним ничего не вызывает – Но теперь, благодаря моему телепортариуму, любой человек уже сейчас сможет переместиться в другой конец лаборатории, где стоит такой же телепортариум. Но это только начало! – учёный кивнул работникам лаборатории, которые подключали последние приборы и вводили конечные координаты точки прибытия.

По комнате прошла волна возбуждённых и восторженных голосов. В центре массивных ворот начал образовываться трещина в материальном пространстве. Сначала трещина была одна, но вскоре пространтство внутри телепортариума покрывалось всё большим количеством трещин, пока все не увидели проход в левое крыло лаборатории, которое находилось в другом конце лаборатории.

– Получилось – тихо прошептал Азарио. Радости его не было предела! Дело последних пяти лет наконец – то увенчалось полным успехом! О, Боги! Спасибо вам!

Роберт уже шагнул к порталу, чтобы стать первым человеком не магического происхождения, сделавшим такой быстрый переход на несколько сот метров, как вдруг…

- Учитель, что – то идёт не так! Показатели приборов ползут вверх! Портал становится нестабильным! – прокричал Розенкранц.

- Что? – учёный не расслышал последних слов ученика, потому что в мгновение ока всё помещение наполнил невообразимый гул, который словно проникал в саму голову. Левое крыло лаборатории в портале исчезло, а вместо него появилось нечто, что нельзя описать словами – переливающееся всеми цветами радуги, оно устремилось в портал с невообразимой скоростью. Но самое главное – из портала послышался шёпот голосов. Голосов было много, мужские и женские, они говорили с разными интонациями и тонами. «И пусть наша мощь сольётся, пусть каждый отдаст часть своей души…»

- О, Боги! Живо закрывайте портал, быстрее!!! – но было уже поздно. В лабораторию буквально ворвалась эта «радуга», которая сбила с ног доктора Азарио, а также оставила чудовищное опустошение после себя: вся лаборатория, до этого чистая и стерильная, превратилась в местный филиал хаоса. Странное разноцветная энергия уже исчезла, но люди продолжали кричать, орать и бежать куда – то. Только доктор никуда не бежал и не орал. Он лежал ничком на полу и не мог пошевелиться. «Да, эксперимент удался на славу», - успел подумать он до того, пока его сознание полностью не отстранилось от происходящего вокруг и не погрузилось во тьму.

Глава III

Мои первые ощущения можно описать одним словом – боль. Всё тело ломило так, что хотелось выть в голос. Особенно болела голова в районе затылка. А ещё было невероятно холодно, словно я в морозильнике очнулся. Правда, вряд ли в морозильнике может пахнуть шишками…

Стоп! Шишки? Хм, это куда меня занесло? Не в лес ли случаем? А что я тут, собственно, делаю? Как я здесь вообще очутился? Я покопался в своей памяти. Последнее, что я помню, это как разноцветная радуга поймала меня, а после потащила в неизвестное направление… Да, согласен, странновато звучит. Как будто я что – то употреблял. Но это было! Не могло же мне привидится. Или могло? Мои мысли, словно стая горных козлов, прыгали из стороны в сторону и никак не хотели угомониться.

Так, Натаниэль, успокойся! Ты, судя по всему, живой и не очень здоровый. Но живой! И это плюс. А минусы мы, пока что, не будем перечислять, ибо их слишком много. В конце концов, ты, по всей видимости, смог сбежать с того света! Не уверен, что каждому так везёт. Пора вставать и делать великие дела!

Первая попытка пошевелиться полностью провалилась. Все мои конечности нестерпимо болели и ныли. Вторая попытка окончилась более удачно, чем первая. Я кое – как сумел сесть и, после недолгой заминки, я открыл глаза. Вот чёрт. Мне походу ещё и глаза выкололи. Ничего не вижу. Чуть позже, правда, всё прояснилось – глаза мне, слава Богу, никто не выколол. Просто вокруг было очень темно.

Постепенно моё зрение привыкало к окружающей меня мгле. Моя догадка, что я нахожусь в лесу, полностью оправдалась. Подняв голову, увидел деревья, уходящие ввысь и своими толстыми ветками полностью закрывавшие небо.

Что ж, с примерным местоположением мы определились. Теперь надо себя осмотреть. В нынешних условиях это будет довольно проблематично. Хотя и так понятно, что моё состояние вряд ли можно посчитать удовлетворительным. Больше всего у меня болел затылок. Приложив руку к нему, я почувствовал что – то липкое. Вывод был сделан неутешительный: у меня разбита голова и с большой вероятностью получено сотрясение мозга.

Ситуация во всех отношениях аховая. Я непонятно где, не знаю куда идти, общее состояние здоровья оставляет желать лучшего. Грусть, печаль, тоска… И извечный вопрос: что делать? Ну, выбора особого и нет: либо лежать тут и ждать милости Божией, а заодно медленно помирать без еды и воды, либо попытаться встать и найти близлежащую цивилизацию в этой округе.

Минут пятнадцать я потратил на вставание. В ходе этого увлекательного процесса оказалось, что у меня ещё на левой ноге глубокая рана, которая была перевязана какой – то тряпкой. В связи с этим пришлось ещё и искать подходящую ветку под «посох». И это не учитывая того, как перед глазами всё расплывается. В общем, где – то через час я наконец – то смог отправиться в путь.

Прогулка по ночному лесу – для меня совершенно новое занятие. За всю свою жизнь я в лесу был раза три. И как – то меня все эти хождения в единении с природой абсолютно не впечатлили. Мне все деревья – на одно лицо, и пеньки – тоже. Зато моя бабушка умела прекрасно ориентироваться в лесу. Для неё он был как вторым домом. Она могла гулять там полдня и при этом никогда не заблудиться. Она и меня пыталась научить всем этим премудростям, но… короче говоря, не преуспел я в лесоведении от слова совсем. А если бы даже и преуспел, то вряд ли мне бы это сейчас помогло, не в моём теперешнем состоянии, по крайней мере. Я еле – еле ноги волочу да дышу через раз. А в голове творится такой бардак, что не в сказке сказать, не пером описать.

И, кстати, вы хоть раз были в лесу в темноту? На мой непредвзятый взгляд в тёмном лесу только хорроры снимать и надо - становится очень страшно. Я бесконечно слышу чей – то топот и шуршание, что действуют мне на нервы. А вдруг тут кабаны обитают? Кабан – это страшное дело! Я же от него даже убежать не смогу! Максимум, на который меня хватит – притворится мёртвым. Авось и сработает.

Только подумал про кабана и на тебе. Сзади раздался громкий хруст… Очень громкий хруст! Дурное предчувствие у меня. Не оборачиваясь, я как мог ускорил шаг. С каждой пройденной секундой я чувствовал, как кто – то неумолимо нагоняет меня. Как же мне от него скрыться?

И тут у меня появилось чувство… Нет, не обречённости. Направления. Неожиданно для самого себя я ощутил, что мне просто необходимо взять немного левее, а после идти прямо. И чем быстрее это будет сделано, тем лучше. Никогда такого не было! Чтоб знал, куда идти? Да я в своём родном городе мог легко заблудиться. А тут вообще незнакомое место.

Всё же я решил довериться этому чувству. Других альтернатив не было. Перспектива быть сожранным неведомой зверушкой не входит в мои планы.

И тут зверь решил проявить себя. Душа ушла в пятки, когда по всему лесу разошелся дикий вой.

Я перешёл на хромой бег. Всем своим естеством я ощущал, что моя цель близка. Нужно поднажать, иначе стану чьим – то кормом. Сзади слышалось громкое пыхтение. Оно усиленно пыталось меня нагнать.

Собравшись с последними силами, я что было мочи прыгнул в сторону. Это и спасло мне жизнь. В следующую секунду в метре от меня пролетела огромная серая мохнатая туша, которая на кабана точно не походила. Кажется, существо даже клацнуло зубами. Или это моё воображение разыгралось? Не став понапрасну тратить время, я продолжил свой забег с препятствиями.

Наконец, деревья начали расступаться и передо мной оказалась… поляна. Поляна, которая плавно переходила в большое болото. Серьёзно? Я сюда припёрся ради болота? Я его как перейду – то? Сзади вновь послышались звуки приближающегося чудовища.

Времени на раздумья не было. День диктатуры судьбы, мать вашу! Ладно, где наша не пропадала! Я шагнул в болото. Жидкое месиво цеплялось за бёдра, волоклось за мной. С трудом, задыхаясь и раскачиваясь, я продвигался вперёд. Вода была ледяная, но это было даже хорошо - в ней не так болела рана на ноге. Над болотом пронёсся знакомый вой. Интересно, а оно за мной в болото полезет? От берега я уже отошел прилично, теперь мне самое главное добраться до маленького островка впереди.

Почва под ногами дышала. Шаг за шагом, боясь оглянуться, сделать лишнее движение, я приближался к маленькому клочку суши.

Я добрался до островка и вполз на него уже на коленях, после чего ткнулся ничком в траву. Но не прошло и пяти секунд, как я резко отлепил голову от земли и посмотрел на покинутый мной берег. Он стоял и смотрел. Его глаза, наполненные животной злобой и досадой, буравили меня. Больше всего он был похож на волка – переростка.

- Ха-ха-ха – я тихо засмеялся и долгое напряжение, которое давило на меня всё это время, схлынуло. Не ожидая от самого себя, закричал – Ну что, тварь безмозглая, выкусила?! Я победил! Слышите?! ПОБЕДИЛ! – от нахлынувшего веселья я хотелось прыгать, дико хохотать и вообще проявлять запредельную радость.

Не знаю, сколько я провалялся на пожухлой траве. В конце концов, я уж точно заслужил отдых! В жизни так не перенапрягался.

Очевидно, за время моего путешествия ночь сменилась днём. Впервые я смог увидеть небо. Прекрасное и синее, без единого облачка. Я смотрел в него и не мог оторваться. На душе воцарился покой. Но, к сожалению, вечно неге предаваться было нельзя.

Когда я снова посмотрел в сторону берега, зверя больше не было видно. Обиделся, наверное. Собравшись с силами, опять полез в топь. Я был теперь полностью спокоен за свою жизнь, поэтому никуда не торопился. Было достаточно глубоко. Это - последний рывок до следующего берега. Чтобы меня не ждало дальше, самое трудное я точно преодолел.

Огромный пузырь бурого цвета вспучился передо мной. Это было так неожиданно и так быстро, что инстинктивно я рванул в сторону. Казалось бы, сделал всего шаг в сторону, а ноги сразу потеряли опору, повисли где – то в зыбкой пустоте. В попытке во что бы то ни стало удержаться, выйти обратно на тропу, я со всей силой навалился на ветку, выполнявшую роль моего шеста. По закону подлости, сухая палка хрустнула, и я упал на спину в холодную жидкую грязь.

Земли под ногами не было. Медленно меня тащило вниз. Руками я без толку грёб топь, которая не желала меня отпускать из своих тисков. А тропа была совсем рядом: сделай шаг и вот она.

Чувствуя своё бессилие, я закричал:

- Помогите! На помощь! Я здесь!..

Всё без толку. Кто меня здесь услышит? Сил больше не осталось, их самого начала и не было, но я не сдаюсь и всё равно пытаюсь выбраться. Только болотная трясина мне уже по горло.

- Держись! Я скоро буду! – от внезапного чужого крика я даже грести перестал. Неужели… - Не двигайся! Я сейчас! – решив доверится голосу, я окончательно прекратил свои попытки выбраться. Вода, тем временем, уже доставала до подбородка. Кто – то пробирался по тропинке с того берега ко мне. – Хватайся за ветку! – перед моим лицом оказалась толстая палка, за которую я тут же ухватился обеими руками. Медленно, но верно мой нежданный спаситель вытягивал меня из этого чёртового болота прямо к долгожданной суше, на которую я вскоре заполз на карачках.

- Фух, справились! – рядом со мной бухнулся мой спаситель – Угораздило же тебя! Мог ведь утонуть запросто. – выплюнув очередную порцию тины, я посмотрел на тяжело дышащего пацана. Да, именно пацана. Определить точно его возраст было сложно, но ему точно не больше семнадцати.

- Чего молчишь? Зачем попёрся на болото? Заняться больше нечем тебе?

- Спасибо тебе – тихо прошептал я. На большее у меня попросту не хватило сил. Пацан что – то ещё говорил, но я уже не вслушивался. Последствия всех пережитых потрясений сказались на мне, и в который раз я провалился в темноту.

***

- Ну и кого ты к нам притащил? Что это за мальчишка? – староста деревни с раздражением посмотрел на стоявшего перед ним подростка.

- Я нашёл его на болотах. Он умудрился попасть в топь. Если бы я не помог ему, утонул бы почём зря. – Вивер Палуде развёл руками в стороны, как бы намекая, что он сделал это не специально, а по стечению обстоятельств.

- Помог он ему! И что нам теперь делать с этим чужаком?

- Ну, это уже вам решать, староста.

- Это был риторический вопрос! Кстати, а ты сам зачем ходил на болота, а? – староста посмотрел на него исподлобья.

- Просто гулял. Захотелось, понимаете ли, подышать свежим воздухом. – как ни в чём не бывало ответил Вивер, невозмутимый вид которого начал очень сильно выбешивать старосту.

- Свежий воздух, говоришь? Ах да, всем известный свежий болотный воздух, как я мог забыть – немолодой уже мужчина, полностью седой, с длинной бородой, которая совсем немного не доставала до пола, шумно выдохнул сквозь сжатые зубы. Он прекрасно знал характер этого колкого юноши. Вивер Палуде уже успел заиметь к своим шестнадцати годам репутацию чрезвычайно зловредного и неприятного типа, который бесконечно творит какие-то мутные дела.

Скрытный и нелюдимый, его едкие слова и колкие замечания успели конкретно достать всех в деревне.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Если бы взглядом можно было убить – Вивер давно бы обратился в кучку пепла, но тот продолжал стоять с непроницаемым лицом, как бы говоря: «Ну и что ты мне сделаешь?». Действительно, а что? Разве только…

Староста злорадно усмехнулся. Вивер сразу смекнул, что староста замыслил какую – то пакость. Поэтому, не теряя более ни секунды, совершил попытку быстро ретироваться.

- Староста, я, наверное, пойду. Негоже мне отвлекать такого занятого человека, как вы. На вас лежит ответственность за всю нашу общину, как никак! Так что…

- Вивер, не стоит так быстро уходить. Для тебя я всегда выкрою пару лишних минут времени…

- Нет, я пойду.

- Хорошо, иди – неожиданно согласился староста. Вивер даже опешил на секунду от такого неожиданного согласия, но быстро взял себя в руки и направился на выход из помещения. – И своего чужака можешь спокойно оставить у себя. – Палуде резко остановился и обернулся к старосте. Он приготовился в следующую секунду гневно возразить на такое нелепое заявление, но его опередили – Ты ведь прекрасно понимаешь, что это будет справедливо, если ответственность за него возьмёт тот, кто его спас. Ну ладно, не буду тебя больше задерживать, ты же куда-то спешил, не так ли?

В комнате послышался отчётливый скрип зубов. Староста на это только хмыкнул, про себя ликуя. «И на тебя управа нашлась, сволочь!», - губы старосты непроизвольно расплылись в гаденькой улыбочке – «Будешь теперь знать, как издеваться над старшими».

Очевидно, что Вивер хотел отказаться от такой «почётной» обязанности, но посмотрев в глаза старосте понял, что все попытки будут тщетны. Что-то тихо прошипев себе под нос, он развернулся, открыл дверь, а после хлопнул ею с такой силой, что вся изба старосты содрогнулась.

- Да пошло всё к чёрту! – снаружи послышался отчётливый гулкий звук удара о металл. «Бедное ведро», - подумал староста, откинулся на стуле и с удовольствием потянулся всем своим телом.

***

«Да чтоб ты сдох, сволочь старая! Бороду он отрастил до пола, и значит можно теперь делать что заблагорассудится? Тварь маразматическая! Сколько можно уже коптить небо и портить своим существованием жизнь другим людям? Хотя, плевать на людей – меня то за что? Я в чём по жизни провинился? Как будто я мечтал спасти какого – то идиота, додумавшегося залезть в болото по самое горло! Уму непостижимо!» - Вивер Палуде полыхал от распиравшей его ярости. Широкими шагами он направлялся в свою землянку на краю деревни. Жители деревни, попадавшиеся ему по пути, быстро расступались перед ним, а некоторые вообще начинали идти в обратную сторону от греха подальше. И не просто так – все знали не понаслышке, что с Вивером Палуде шутки плохи. А если он ещё и не в духе – то ближе, чем на километр подходить к нему вообще противопоказано. Не дойдя до своего местообитания пары метров, Вивер резко остановился, выдохнул сквозь сжатые зубы, и уже намного миролюбивей продолжил про себя костерить старосту. «Да, удружил старый хрыч! Учитывая род моей деятельности, лишний сосед мне даром не нужен. Нужно с этим как-то разобраться. До крайних мер, конечно, доводить не хочется, но, если не останется другого выхода… Впрочем, необходимо всё же поближе познакомится с моей новой головной болью. Может, он окажется достаточно умным? Правда на это надежды мало, потому что умный в принципе не полезет на болота!»

С этими мыслями он наконец-то дошёл до своей землянки. С громким стуком распахнув настежь дверь, он вошёл внутрь и громогласно вопросил:

- Эй, утопленник, ты там очнулся или нет?

***

Мне снился сон… Что довольно редкое явление для меня. Обычно я обхожусь без них, а если даже мне что-то и снилось, то потом мне трудно было вспомнить и объяснить содержание. Но сейчас явно не тот случай. Сам сон был очень ярким и запоминающимся. А также очень разнообразным. Розовый кабриолет, блондинка, смерть, ангел, толи Ад, толи Чистилище, а потом вообще какая-то радуга меня унесла в неизвестный лес, где я убегал от огромного волка переростка. Ах да, чуть не забыл! В конце я чуть не утонул в болоте, но в последний миг меня спасли. Теперь точно всё! Господи, ну и дичь! Такое даже последнему наркоману не привидится. А я не наркоман! Верен только высококачественному спирту. Вот с алкоголем у меня бывало по-всякому, но… Я просто сомелье, не знающий меры! Ладно, это всё лирика. Пора мне уже вставать, а то ещё чего доброго на работу опоздаю. Или сегодня выходной? Ай, к чёрту! Всё равно вставать пора, а то мой желудок очень уж сильно протестует на счёт своей пустоты.

Открыв глаза, я уставился в деревянный потолок… Стоп, деревянный? Я резко сел на кровати. Потолок деревянный, стены деревянные, пол дере…, а нет, не деревянный. Глиняный! Приплыли, товарищи! Вместо моей прекрасной трёхкомнатной московской квартиры я проснулся в какой-то избе! Вот вам и реновация…

Признаться честно, я впал в прострацию. Не знаю, сколько времени я так просидел на кровати, которая являлась самыми обыкновенными нарами. Мысли текли как-то очень медленно и тягуче.

Я думал сразу обо всём. Задавал себе тысячу вопросов, по типу: «Неужели я умер?», «Где я сейчас нахожусь?», «Что это за место?» или совсем бредовый «Может это опять сон?» Но все остатки надежды на то, что это был сон окончательно разбились, когда входная дверь (тоже деревянная) с грохотом открылась и на пороге появился тот парень из моего сна, который меня спас. А потом мне ещё и оригинальный вопрос задали:

- Эй, утопленник, ты там очнулся или нет?

Глава IV

Бесподобное приветствие, нечего сказать. Такое, знаете, доброе и сразу располагающее к себе. Прямо чувствуется, что передо мной предстал широкой души человек. Ну да ладно, это всё лирика. Тем временем, воплощение радушия подошло ко мне вплотную и вперилось взглядом в меня. Я в ответ сам уставился на него и начал беззастенчиво его рассматривать. Его нельзя назвать некрасивым или невзрачным. Наоборот, его внешность притягивала взгляд своей… неправильностью, что ли? Как бы вам правильно объяснить. Словно талантливый художник начал рисовать портрет, при этом очень сильно торопясь его закончить. Вытянутое лицо вроде бы имеет овальную форму, но челюсть получилась слишком массивная. Череп был абсолютно правильной формы, а вот резкие скулы и надбровные дуги притягивали к себе взгляд, контрастируя со впалыми щеками. Из-за своего высокого роста, а также необычайной худосочности, он походил на длинную палку без единого листика (на его голове вдобавок полностью отсутствовали волосы). На фоне всего особенно выделялись глаза – они были яркого янтарного цвета, подобно глазам волка. В общем, куча, казалось бы, мелких недостатков, которые, однако, вместе отлично сочетаются и создают гармонию и равновесие.

Одет же он был как заправский средневековый крестьянин: он носил широкие удобные штаны и свободную рубаху, поверх которой был надет плащ с откинутым капюшоном. Образ также дополняли неказистые кожаные ботинки на ногах. Одним словом, парень – модник, каких поискать надо. Прошла уже пара минут наших гляделок, а мы всё молчим. Видимо, он пытается меня вынудить заговорить первым, а я что? Мне и так хорошо. Сижу, думаю, размышляю. Хотя, стоит отметить, что для своих лет он имеет довольно тяжёлый взгляд.

- Ну, и? – о, всё-таки не выдержал и заговорил.

- Что и? – сохраняю невозмутимый вид.

- Я тебе вопрос задал.

- Какой? – лицо парня скривилось как от кислого лимона, но ему хватило выдержки терпеливо и ровным тоном продолжить.

- Как твоё самочувствие, болит что-нибудь? – хотелось указать гостеприимному хозяину, что изначально его вопрос звучал немного по-другому, но я не стал развивать эту тему. Как я себя чувствую? На удивление – достаточно сносно. Помнится у меня были проблемы с головой… в смысле, что у меня была рана на затылке. А ещё я на ногу хромал, точно. Подняв руки я нащупал повязку, которая была замотана вокруг моей головы. Такая же была намотана и на левой ноге. От самих повязок довольно приятно пахло, видимо они пропитаны какой-нибудь мазью.

- В принципе, всё нормально. Голова не болит, по крайней мере, если её не трогать, а вот ногу нужно проверить в полевых испытаниях, так сказать. – с этими словами я откинул шерстяное одеяло в сторону. Опустив ноги на пол, я медленно начал вставать, в конце концов вытянувшись во весь свой… прямо скажем – очень немаленький рост. Шутка ли: мой спаситель, который отнюдь не был карликом, и был ростом примерно с метр восемьдесят, доставал своей макушкой только до моего носа.

- Так, ну стоять я могу хорошо, а вот насчёт ходьбы – я прошёлся от своей кровати до противоположной ей стенки и обратно. Раненая нога всё же болела, так что я сильно прихрамывал.

- Слушай, а кто накладывал мне повязки, да и вообще лечением занимался?

- Я – коротко ответил мой спаситель, который всё это время молча наблюдал за моими телодвижениями.

- Ты врач?

- Нет. – да он у нас ещё и мастер лаконичности в придачу.

- Ясно. Слушай, а мы ведь друг другу так и не представились, верно? – не дожидаясь его содержательного «нет», я продолжил – меня зовут Натаниэль Дьёдонне, а тебя как?

- Вивер Палуде, сын Альберта Палуде – представился в ответ он.

- Очень приятно познакомится! – я протянул ему руку. Секунд пять он на неё непонимающе смотрел. Потом он как-то неуверенно начал протягивать уже свою. Видя эту нерешительность, я решил не разводить политесы - быстро сблизился с ним и просто-напросто сграбастал его в свои объятия.

- Спасибо, что спас меня! Век не забуду! – с чувством произнёс я. Как-никак, а он меня действительно спас от верной смерти. Чуть второй раз костлявая меня к себе не утащила. Тут уж точно есть за что поблагодарить человека. – Если нужна моя помощь, можешь на меня рассчитывать. – я расцепил свои руки и отошёл от него. Лицо Вивера Палуде буквально окаменело, словно он решил из себя статую изобразить. Только его глаза выдавали испытываемую им эмоцию – безмерное удивление. Хм, какая интересная реакция. С чего бы?

- Слушай, Вивер, я неважно себя чувствую, можно я немного передохну, да? А потом мы можем продолжить наш разговор.

- Что?.. А, конечно, можешь отдыхать. – сказал слегка заторможено Палуде, после чего неожиданно пошёл обратно к выходу и скрылся в неизвестном направлении. Наверное, важные дела появились.

Ладно. Я вернулся к своей кровати и устроился на ней поудобнее. Рядом, кстати, стояла вторая такая же. Значит ли это, что здесь кто-то жил до меня вместе с Вивером? Неважно. Сейчас самое главное разузнать, где я вообще нахожусь и исходя из этого уже строить дальнейшие планы. Итак, что мы имеем на данный момент? Во-первых, я умер. Это неоспоримый факт, который не подвергается сомнению. Во-вторых, ангелы, мать вашу, существуют! А вместе с ангелами в комплекте ещё идёт какой-то Бог. В-третьих, во время моей транспортировки в Ад, кто-то или что-то выдернуло меня, а точнее мою душу, и я оказался в лесу. Сам путь из той непроглядной тьмы в лес плохо запомнил. Когда хор голосов втирал мне про «мощь воедино», у меня были дела поважнее – сохранить свой рассудок. И последнее – в месте, где я оказался, говорят на незнакомом мне языке. Да-да, именно на незнакомом. Как же я тогда я вёл диалог? А очень просто – я знал этот язык. Почувствовали диссонанс, да? Ну, не буду вас долго мучать, объясню как можно проще: при своей, скажем так, прошлой жизни я не изучал такого языка и даже ни разу не слышал его нигде. Но когда со мной заговорил Вивер Палуде, я смог понять, о чём он говорит и более того – смог ему связно ответить на том же языке без единой запинки!

От фактов мы теперь плавно переходим к гипотезам. Первая гипотеза – я переродился в чужом теле, предыдущий владелец которого, с вероятностью 144%, благополучно склеил ласты. Вторая гипотеза – вместе с телом я получил и некоторые знания прошлого владельца, тот же пресловутый язык. Подчёркиваю – некоторые. Сейчас я пытаюсь покопаться в памяти прежнего «пользователя», но результатов пока никаких не достиг. Я не смог вообще ничего узнать про то, кем он был, чем жил, когда родился, где учился. Варианта два: либо память, как верная собака, ушла вместе со своим хозяином, оставив захватчику в качестве приятного бонуса единственную не обглоданную кость (то бишь язык), либо это самая память откроется мне позже.

Что можно сказать про сам язык? В чём-то он был похож на известные мне французский и латынь. А точнее, на симбиоз этих двух языков. Некоторые слова, да и конструкции я без особого труда мог и сам перевести без труда. Но лишь малую их часть. О чём это говорит? Да без понятия.

Понятно только одно – судьба-злодейка, или кто другой могущественный, подарила мне шанс на новую жизнь. И этот шанс я не позволю никому отнять – ни тупой блондинке, ни ангелу, ни даже Богу! Трепещите все, ибо Натаниэль Дьёдонне вновь вернулся к жизни, и тот, кто станет у меня на пути – будет заведомо обречён. Блин, а после смерти ко всем приходит манечка или только я оказался избранным?

***

Я сидел на лавке за столом и вяло ковырял свою ячневую кашу. Местное произведение кулинарного искусства поражало своей отвратностью. Человек я, в сущности, неприхотливый. Трёхразовое питание в купе со вкусной и буквально дающей возможность почувствовать вкус жизни пищей, удобная постель с мягким матрасом и шёлковым бельём, красивая одежда, предпочтительно из натуральной кожи и, самое главное – восьмичасовой сон – вот мой скромный список вещей, без которых жизнь – это жалкое существование.

В глухомани, где я очутился, из всего вышеперечисленно отсутствует всё. Та же мерзкая каша – назвать эту субстанцию кашей просто кощунство! Это «блюдо» по консистенции больше походило на перловку. Скорее всего местные просто не умели нормально обрабатывать зерно, но это только полбеды. Эту бурду даже нечем приправить! Ни сахара, ни соли, ни масла, ни зелени… Сплю я на деревянных нарах и про матрас здесь отродясь не слышали. Красивая одежда? Три раза ха! На мне сейчас в чём-то схожий с нарядом Вивера прикид бедного крестьянина, который эту одежду как минимум унаследовал ещё от своего прапрадеда, а тот в свою очередь в этой одёжке и был похоронен, а потом, соответственно, деда откопали, сняли с него эти лохмотья и похоронили обратно. И между первыми похоронами деда и его последующей эксгумацией прошёл как минимум месяц! Восьмичасовой сон для меня уже давно стал тёплым воспоминанием, мимолётным видением, которое, возможно, уже никогда и не воплотится обратно в реальность…

В общем, прошло уже две недели моего местопребывания здесь, в деревне под названием… А нет у неё названия! Местный бомонд даже не додумался придумать название для своего дрянного захолустья! О времена, о нравы!

Кстати, раз уж мы заговорили о временах. Помимо рассуждений на тему «Все идиоты, а я д’Артаньян» я активно пытался узнать об окружающем меня мире. Уже на следующий день после моего пробуждения я вместе с Вивером Палуде отправился к старосте деревни.

Сама деревенька оказалась небольшой: три десятка деревянных изб, все с соломенной крышей. Ах да, чуть не забыл упомянуть ещё один аспект бытия местных: все дома, в том числе и наша с Вивером землянка, топились по-чёрному. Короче говоря, у меня было всё больше и больше подозрений, что я попал в какое-то дремучее средневековье. И это предположение меня не воодушевляло от слова совсем. Правда, вскоре они были полностью развеяны (от этого легче мне не стало), но давайте обо всём по порядку.

Вскоре мы оказались на пороге дома старосты. Вивер Палуде подошёл к двери и со всей силы начал тарабанить по ней кулаками.

- Иду я, иду, хватит стучать! – из-за двери послышались звуки шагов. Дверь открылась и перед нами предстал костлявый старик с длинной седой бородой. Не знаю сколько ему лет исполнилось, но выглядел он как скелет, обтянутый кожей. Он посмотрел сначала на Вивера, затем на меня, а потом его взгляд снова вернулся к Виверу.

- Знаешь, Вивер, я не на секунду не сомневался, что пришёл ко мне именно ты. Только один человек из всей деревни может с такой ненавистью и остервенением стучаться в мой дом. А это, полагаю, тот самый чужак, да? – Вивер, сохраняя спокойное выражение лица, утвердительно кивнул – Что ж, проходите. Будем решать, что делать дальше.

***

- Получается, ты не помнишь, как именно оказался на болотах?

- Как на болотах оказался, я прекрасно знаю. Говорю же вам, очнулся в лесу. Потом долго плутал по нему, там меня по пути чуть не сожрало какое-то серое чудище, от которого пришлось срочно убегать. Так я и попал на это дурацкое болото. Выбора просто не оставалось: или попытаться перейти болото, или стать закуской для зверя. Там я чуть не утонул и только благодаря Виверу вы можете лицезреть меня живым и относительно здоровым. – вот уже полчаса этот старикан выносит мне мозги своими вопросами. Всё уточняет, переспрашивает, словно пытается меня на лжи подловить. А я что? А ничего – ещё вчера я продумал свою легенду. Чего там, собственно, придумывать?

- Вдобавок ко всему ты ещё и память потерял. Только я не пойму, а из-за чего ты её потерял? Какова причина?

- Причину я не знаю. Могу лишь предположить, что это произошло, когда я ударился головой. Вивер может подтвердить. - старик повернулся к Виверу. Тот в разговоре принимал минимальное участие, изредка вставляя свои короткие комментарии, дополняющие общую картину произошедшего.

- Да, у Натаниэля на затылке была рана.

- Интересно. То есть, память ты потерял, но при этом сумел назвать своё имя? – староста пристально посмотрел на меня. Да, здесь косяк вышел. Хотя, ничего непоправимого нет.

- А ещё я прекрасно знаю наш с вами язык, как правильно себя вести в обществе и другие базовые вещи и навыки. Я не могу вам объяснить, почему одно я помню, а другое – нет. – старик прищурился, но не стал дальше развивать тему. Очевидно, у него было малы веры в мои слова.

- Понятно. Осталось только решить, что делать дальше. Как я понимаю, ты не собираешься в ближайшее время уходить, Натаниэль?

- Да. Мои раны ещё не до конца залечились, да и к тому же я без понятия, куда в случае чего идти. Я даже не знаю какой сейчас месяц и год.

- Действительно, это большая проблема – сочувственно покивал головой старик, после чего усмехнулся – С этим я тебе могу помочь без проблем. На дворе сейчас сентябрь 4999 года от Рождества Христова.

***

Я доел кашу, встал из-за стола и вышел на улицу. Погода была довольно хорошая, солнце ярко светило и радовало глаз. Но это ненадолго. Осень скоро войдёт в свои права.

Когда мне сказали какой сейчас идёт год, я выпал в полный осадок. Сами посудите, я перенёсся в далёкое будущее, через 2977 лет после своей смерти. Кто вообще такое мог предположить? На этом весёлые новости не закончились. Мне поведали, что я нахожусь в Королевстве Франкия, а точнее на его юге, в Герцогстве Гасконии, где правит всеми почитаемый и уважаемый герцог Жак I. От этой информации мой мозг буквально отключился. Мои великолепные аналитические способности банально не справились с полученными вводными. Вот вам что первое на ум приходит при слове «будущее»? Три десятка лачуг, собранных из подручных средств, без системы отопления, канализации и прочих современных удобств? Нет, ну вы сами подумайте, как это вообще может друг с другом соотноситься? А ещё эти королевства и герцогства, как будто у нас тут историческая реконструкция вместо нормальной жизни. Что вообще произошло с Землёй, пока я болтался в Загробном мире?

После нашего разговора староста собрал сельский сход, на котором большинство разрешило мне остаться в деревне до наступления весны. Теперь я живу у Вивера и помогаю ему по хозяйству. Хотя нет, не помогаю, а делаю за него всю грязную работу: колю дрова, готовлю еду, убираюсь в доме… Да, головокружительная карьера: от учёного до горничной, нечего сказать. Оказывается, ничего другого я и не умею. Моя докторская степень в этом захолустье, к сожалению, не котировалась. Тут были нужны более социально значимые навыки и умения. Я не умел ни косить, ни пахать, ни плотничать. Короче говоря, неожиданно для самого себя я стал бездарем в глазах остальных людей! Весь мой прошлый труд пошёл коту под хвост, я теперь как машинистка в век информационных технологий!

Чем занимался сам Вивер? Если честно – не имею ни малейшего представления. Он всё время уходил куда-то в сторону леса, возвращаясь обратно с корзинкой грибов. Но почему-то было стойкое ощущение, нет, уверенность, что грибник – не его основная «профессия», а только ширма для отвода глаз.

За эти две недели я успел его достаточно хорошо изучить. Нелюдимый, скрытный, и вместе с тем очень прямолинейный – необычное сочетание. У парня был острый, как бритва, язык – он успел дать характеристику на каждого селянина. Не знаю, совпадали ли описания с реальным положением дел, но с ним было весело – от скуки здесь можно повесится, событий вообще никаких не происходит, так что наши разговоры скрашивают мою унылую повседневность. Да и он сам, по-моему, был не прочь поболтать. С местными у него отношения очень натянутые. Жители деревни говорили о нём не в самом лучшем свете. Многие даже высказывали сожаления – соболезнования, что я теперь живу вместе с ним и вообще, лучше бы я ушёл из деревни до зимы. Нашлись добрые советчики! Дайте мне мешок золота, и я свалю отсюда прямо сегодня! Никогда не любил такой тип людей. Вы сначала узнайте, в каком положении человек находится, а потом советуйте сколько влезет. Но нет, все думают, что они самые умные, а ты, наоборот, самый тупой. Я тут доктор наук, а не вы! Так что идите вы все… куда подальше.

Послышался скрип двери. Из дома вышел сам Вивер, а в его руках снова была корзинка. Он кивнул мне напоследок, после чего опять потопал в сторону чащи. Я смотрел, как постепенно он скрывается из виду. Хм, я говорил вам, что тут очень скучно? Говорил, у меня память хорошая. А значит что? Правильно, сейчас мы будем играть в шпионов! Возражения? Ну и отлично!

***

- И куда пошёл этот поц? Вроде только видел, а затем раз – и исчез. – я следил за ним уже минут пятнадцать. Мы продвигались вглубь леса, я не упускал его из поля зрения, но в один момент он будто испарился. Я остановился и прислушался. Было очень тихо, даже птицы здесь не пели. И что мне теперь делать? Возвращаться обратно? Но ведь так интересно было узнать… Стоп! Опять это чувство, которое словно добрый странник, хочет указать тебе верный путь. Ровно один в один, когда я убегал от зверя. Может, у меня после смерти суперспособность появилась, типа «найду лучший путь»? Хм, ладно, не будем о мистике. Я пошёл в то место, куда меня направляла эта… пусть называется Силой. Будем по полной косплеить джедаев! И Сила привела меня на маленькую полянку среди высоченных сосен. Я бегло осмотрел всё вокруг. Ничего подозрительного вроде нет. Деревья как деревья, трава как трава. И тут мой взор зацепился за тропку. Она была довольно сильно вытоптана, видимо по ней часто ходили. Заканчивалась это тропа прямо по середине поляны. Так, что это у нас тут…

- Не шевелись. У меня нож. Дёрнешься – метну в тебя. – я замер. Вот кто бы сомневался! Доигрался, Натаниэль! Сзади послышался звук приближающихся шагов. Я почувствовал, как в мою спину что-то упирается.

- Ну и зачем ты за мной следил, а? – спросил Вивер Палуде таким голосом, что сразу стало понятно – попал я конкретно.

Глава V

- Ваша Милость, мы осмотрели все близлежащие окрестности и населённые места, но нигде не смогли найти следов беглеца.

- Плохо. Очень плохо, Пьер. Не сможем его найти – нас по головке не погладят. Обер-комендант с нас три шкуры сдерёт и это в лучшем случае. А если всё дойдёт до сам знаешь кого, то мы обречены на участь намного хуже смерти.

- Ваша Милость, теперь, когда Клемент наконец-то пришёл в себя, он сможет определить местонахождение беглеца, для этого ему только нужно дать время. – двое мужчин сидели в довольно большом зале придорожной корчмы. В обычное время здесь довольно многолюдно, но сейчас все столики были пусты, да и вообще, кроме хозяина заведения, лично обслуживающего господ офицеров, тут больше никого не было. Безусловно, сам хозяин был не рад такому раскладу – каждый день он несёт огромные убытки. Но ему ясно дали понять – или таверна закрыта для других посетителей, или таверна сожжена дотла. Выбор был очевиден.

- Если он не сможет его найти – Богом клянусь, этот еретик получит наконец-то по заслугам.

- Он справится. Его способности дадут нам огромное преимущество.

- Поживём-увидим, майор. – усмехнулся барон. Начальник и его подчинённый замолчали, погрузившись в свои невесёлые думы. Уже долгие годы они оба состояли на службе у Его Величества. Сначала у одного, потом у другого. У них была тихая, спокойная жизнь в провинции, никаких серьёзных происшествий не происходило. Но, как говорится, в тихом омуте черти водятся. И две недели назад эти самые черти вихрем вломились в их уютную крепость, поубивали и ранили кучу народа, похитили только одного единственного заключённого, а потом быстро ретировались с места преступления. Правда, гарнизон крепости во главе с комендантом быстро сумел организовать погоню. И, благодаря Провидениь и хорошим лошадям, смогли догнать их. Правда, никого не сумели взять живьём, а сам заключённый куда-то пропал.

- И всё же, Ваша Милость, как вы думаете, кто мог организовать столь дерзкое нападение на наш Каркасон?

- Кто знает, друг мой, кто знает. Тела убитых уже отправили к обер-коменданту, а дальше пусть он сам разбирается. Действовали они организованно, имели хорошее снаряжение – ребята нам попались явно непростые. Большего сказать пока никто не сможет. – комендант достал свою трубку и закурил. Тут со стороны лестницы, ведущие на второй этаж, где располагались комнаты для гостей, послышались шаги. С неё спускался мужчина неопределённых лет с уставшим лицом. Оказавшись на первом этаже, он быстрым шагом направился к сидевшим офицерам.

- Ваша Милость, господин майор. Я знаю, где находится беглец.

- Слава Богу. Пьер, собирай всех. И поживее! Пора заканчивать с нашей небольшой прогулкой.

***

- Слушай, давай не будем горячится. Да, я следил за тобой, но только ради удовлетворения своего любопытства.

- Любопытство кошку сгубило, не слышал такой поговорки?

- Ну я же не кошка, в конце-то концов! Я человек! Людей нельзя просто так убивать!

- А я тебя убью не просто так, а за дело. Какого чёрта ты за мной пошёл?

- Я уже сказал – мне стало интересно, чем ты здесь таким занимаешься. И раз ты решил меня прирезать, то перед смертью хотя бы скажи – что ты здесь делаешь? – на некоторое время воцарилось молчание. Мы стояли на полянке посреди леса, а сзади в меня упирался твёрдый предмет… Ладно, не будем продолжать, а то особо впечатлительные особы навыдумывают себе всякого.

- Алхимия.

- Прости, что?

- Я алхимик.

- Может, ты хотел сказать химик?

- Я сказал так, как хотел. – он что, серьёзно сейчас?

- Алхимии, дружище, не существует! Это же полная чушь! Может ещё скажешь, что философский камень ищешь?

- Откуда ты знаешь про философский камень? Неужели ты читал «Великий Гримуар»?

- Конечно, от корки до корки! Заняться мне было нечем, как читать всякую антинаучную чушь! Алхимия, чтоб ты знал – лженаука, придуманная несколькими идиотами, по которым плакала лечебница. Смешайте навоз, помёт и слёзы девственницы и получите золото, ага, как же!.. – и, неожиданно для самого себя, Остапа, то бишь меня, понесло. Без понятия, сколько длился мой изобличающий монолог, могу сказать только одно – давно я так не заводился. За свою недолгую жизнь навидался вдоволь всяких идиотов. В принципе, к данному многочисленному «сословию» я относился довольно снисходительно. Ну, не каждому от природы достаются мозги, мне ли не знать? Но когда этот самый идиот с одухотворённым видом и с апломбом начинает тебе втирать: сегодня тебе нельзя ехать на работу, потому что Козерог в созвездии Овена стоит раком и одновременно задумчиво смотрит в сторону Юпитера – это просто невыносимо! И даже не это самое ужасное – в моей родной альма-матер со мной училось куча таких же альтернативно одарённых. В медицинском университете! Данные индивиды потом будут других людей лечить. Даже народная медицина не так страшна – она хотя бы может вылечить один процент населения, у которого итак от рождения было крепкое здоровье. А эти только в гроб загонят со своим «уникальным» видением мира. Ведь настоящий учёный человек, дававший к тому же Клятву Гиппократа, должен отвращать людей от глупости, а не присоединятся к ней.

- Ты закончил? – сухой голос Вивера вырвал меня из раздумий о бренности бытия. Похоже, я его обидел. В принципе, ничего нового – своими резкими высказываниями я много кого успел обидеть. Впрочем, в основном это были как раз люди из вышеописанного «слоя общества». Другое дело, что в данный момент на меня обижен человек с колюще-режущим. И как-то про этот факт я запамятовал в порыве чувств.

- Да, закончил. Если хочешь, могу продолжить.

- Из твоих слов я понял, что ты относишься к алхимии и людям, её изучающим, с пренебрежением.

- Правильно понял.

- И это всё?

- В смысле?

- Ты ничего не сказал о том, что алхимия – это ересь, а за любую ересь полагается одно наказание.

- Ну, ересь – это слишком громкое слово. Это просто человеческая глупость, помноженная на невежество, и уж за это наказывать как-то чересчур. Не убивать же за это?

- Повернись ко мне лицом. Только медленно.

- Хорошо, как скажешь. – и вот мы стоим лицом к лицу. В его правой руке действительно находится нож (какое облегчение). Смотрит внимательно, с прищуром.

- Я тебе покажу. – сказал юноша другому юноше в лесу. Так, Натаниэль, чуточку серьёзней!

- Что покажешь? Кузькину мать?

- Нет, алхимию.

- Неинтересно.

- У меня нож.

- А у меня принципы. – и снова тишина. Я слышу, как мой собеседник злобно засопел.

- Ты пойдёшь со мной и воочию увидишь алхимическую науку. Это серьёзная вещь! Благодаря ей можно сделать множество полезных вещей.

- Например?

- Пойдёшь со мной и увидишь всё собственными глазами. – ладно, он меня немного заинтриговал. Все равно в этой глуши с развлечениями туго. Да и вообще, если признаться честно, мне немного импонировал этот парень. На фоне остальных немногочисленных обитателей деревушки он действительно выделялся. Хоть он не мог поведать много о мире из-за того, что сам ни разу не покидал деревню, но его ироничный взгляд на многие вещи мне чертовски нравился. Так что, дам шанс парню – может, и правда чего-нибудь полезное делает?

- Ладно, алхимик, уговорил. Только, пожалуйста, убери свой ножик, а то это как-то не по-дружески, что ли.

- Когда это мы успели стать друзьями?

- А что, ты против?

- Нет.

- Вот и славно!

***

Вивер зажёг несколько лучин, и теперь у меня, видимо, намечается мини-экскурсия. Как только я спустился вниз, в нос ударил резкий химический запах – даже голова немного закружилась. Я начал внимательно осматривать полутёмное и довольно просторное помещение, которое по недоразумению считалось лабораторией. Кстати, эта самая «лаборатория» находится под землёй. Причём, я бы в жизни её сам не смог обнаружить – не заметил бы и прошёл мимо. Находилась она, как вы поняли, в лесу. Ей Богу, прям партизанское убежище какое-то. Обстановка была небогатой, впрочем, это неудивительно: куча каких-то ящиков, два табурета, банки, склянки, весы. Помню, в одной статейке по всей этой алхимической мути писалось, что у алхимиков ещё должна быть собственная печь, которая называлась алтаннур или атанор.

- Ну давай, Парацельс, показывай чудеса чудесные и диво дивное. – Вивер посмотрел на меня разраженным взглядом, при этом поджав губы. Так, нужно сбавить обороты, а то ещё, чего доброго, снова придёт к выводу, что мёртвый Натаниэль – хороший Натаниэль. Он подошёл к табурету и сел на него, после чего указал рукой на другой.

- Садись. Что ж, Натаниэль, твоё мнение я услышал. И оно – ошибочное.

- Кто бы сомневался…

- Не перебивай меня. Итак, как известно, любая наука – это теория и практика. И одно без другого существовать не может. – ну просто замечательно. Он мне лекцию решил устроить. В подвале. По алхимии. М-да, кажется я начинаю понимать последствия очередной реформы образования. – Начнём с теории. Алхимия изучает окружающий нас мир, его строение. Те же, кто её изучает – философы, чья цель – просвещение тех, кто стремится к познанию. – а в роли просвещаемого, получается – я сам. – Три главных цели алхимии, достижение которых является для нас самым желанным – это получение алкагеста – универсального растворителя; изобретение эликсира жизни и, конечно же, найти способ создать философский камень – ключа к превращению любого металла в золото…

В общем, Вивер устроил мне «Введение в алхимию для новичков». Я же всеми силами сдерживал себя, ибо это было самой настоящей пыткой слушать про все эти алкагесты, камушки и другие очень интересные вещи. Впрочем, теория где-то заняла минут пятнадцать, так что кровь из ушей у меня не пошла. Стоит также отметить, что лектор из Вивера был неважный. Словно он пересказывал плохо подслушанный бред какого-то сумасшедшего.

- Слушай, а если не секрет, ты сам-то как приобщился к этой «великой науке»? Кто-то из деревенских поведал? – при упоминании жителей деревни Вивер поморщился.

- Нет, конечно. Откуда им о таком знать? Мой отец посвятил меня в тайны алхимии. – а вот это уже интересно. До этого я ни разу не слышал от него упоминаний и рассказов о семье.

- Отец, значит. Ты до этого момента не упоминал о нём, как и о своей матери. С ними что-то случилось, я прав?

- Мать умерла, когда мне было десять, а отец… ушёл – при упоминании своих родных его лицо помрачнело. Больная тема для парня.

- Соболезную тебе. – на это он просто кивнул. Так, нужно быстро сменить тему – Вивер, с теорией, я думаю, мы уже разобрались. Давай теперь к практике перейдём. Тебе же есть, что показать, да? – он снова кивнул. Он пошёл к одному из ящиков и открыл крышку. Я с любопытством заглянул а него. Да это же…

***

- Эх, старость – не радость. Куда сбежала моя молодость? – тихо проговорил деревенский староста, расставляя посуду на полки. Обед закончился и после него нужно обязательно прибраться. Старику никто не помогал делать уборку и причина банальна – некому. У старого Валома (именно так звали старосту) не было ни семьи, ни друзей. Первую он за всю жизнь так и не успел завести, а вторые, скорее всего, давно уже в могиле. Так он и остался один. Впрочем, сильно не расстраивался – жизнь он прожил яркую, наполненную разными приключениями и курьёзами. А как иначе могло быть, если он – бывший солдат Его Королевского Величества, который с 15 лет проливал свою кровь и пускал её другим. Ему не было о чём жалеть и переживать - служил честно и, по возможности, старался остаться человеком, что в условиях непрекращающихся войн – довольно трудное дело. Наверное, если бы не события семнадцатилетней давности – до сих пор бы служил.

Глубоко вздохнув, он взялся за метлу и начал подметать пол. После своей отставки первое время он не знал, что ему делать. Мирная жизнь ему была чужда и непривычна. Многие его сослуживцы оказались в схожей ситуации – они также не желали нарушать когда-то давно данную клятву, но и к нормальной жизни, где не надо подчиняться командиру и отдавать честь другим, вернуться не могли. Именно тогда в стране появилось большое количество банд, где всем заправляли бывшие солдаты, сержанты, а порой даже и офицеры. Потеряв цель, они обратились к грабежу и насилию. Его бывшие подчинённые тоже предлагали ему вновь возглавить их и выйти вместе на «большую дорогу». Отказался. Хоть в присяге ничего и не говорилось о защите простого народа, но грабить таких же франков, как и он сам… Нет, спасибо. «Мой Король такого бы точно не одобрил», - с тоской подумал Валом.

Денег у него было предостаточно – в отличии от большинства, которое довольно быстро просаживало своё жалование в ближайшем кабаке, он свои кровно заработанные бережно хранил и копил, желая позже поселиться в каком-нибудь тихом городке и вести образ жизни зажиточного бюргера. Женится планировал. Но после всего случившегося ему захотелось уйти как можно дальше от цивилизованного мира. После долгих скитаний старый солдат, который по случайности забрёл в своё родное село, уже хотел отправиться дальше, как вдруг с ним случилась доселе неведомая напасть – любовь…

Мысли о давно минувшем прошлом прервали конское ржание и крики снаружи. Валом сразу насторожился и начал прислушиваться. «Очевидно, конный отряд, как минимум человек тридцать – сорок», - отметил староста, параллельно начиная готовится к худшему. А хороший может подготовится к худшему только одним способом.

***

Тихая, спокойная и размеренная деревенская жизнь была внезапно прервана. В деревню въехала кавалькада всадников. Все они были при оружии и в хорошей броне, а возглавлял отряд мужчина в начищенной до блеска кирасе с гладко выбритым лицом и пронзительным взглядом, который внимательно осматривал каждого деревенского обитателя и их жилища.

- Майор, организуйте патрулирование местности – пусть прочешут лес. Никого не впускать и не выпускать. Спросите, приходил ли к ним в деревню кто-либо, и, если приходил, где он сейчас может находится. Любого оказывающего сопротивление – в расход. И пусть узнают, где живёт староста.

- Слушаюсь, Ваша Милость. Сержант Клэр… - майор стал отдавать приказы своим подчинённым, а комендант, тем временем, спешился и стал осматриваться. Обычная деревушка вдали от цивилизации, коих несчётное количество. Они довольно долго добирались сюда. Сначала шли через густой лес, затем перешли вязкое болото, а потом снова был лес – и, наконец-то, дошли до нужной деревушки. Если Клемент не врёт, то где-то поблизости и схоронился сбежавший. Все были на стороже, понимая, что здесь также могут находится и его сообщники, вооружённые до зубов.

- Ваша Милость, местные пока отмалчиваются. Говорят, никого тут постороннего нет, никакие чужаки мимо не проезжали. – через четверть часа уже докладывал майор своему командиру.

- Это было ожидаемо. Узнали, где живёт староста?

- Вот эта хибара – Пьер указал пальцем на ближайший к ним дом. Подойдя к дому вместе с майором и парой солдат, комендант деликатно постучал костяшками пальцев по двери. Послышались шаркающие шаги, дверь открылась и вот перед ними предстал местный глава деревни.

- Добрый день. – староста понял, кто самый главный среди прибывших и обратился сразу к нему.

- Добрый день. Я полковник Королевской армии и комендант крепости Каркасон барон Паскаль Муссон, а это мой заместитель – майор Пьер Шерро. – барон приветливо улыбнулся.

- Чем могу вам помочь, Ваша Милость?

- Позвольте нам войти в дом и там мы уже всё обсудим.

- Конечно. Прошу. – полковник вошёл и быстро осмотрелся. Обычный и ничем не примечательный деревенский домишко. Здесь прямо всё «пахло» бедностью и нищетой.

- Останьтесь снаружи. – приказал полковник своим и закрыл за собой дверь.

- Ваша Милость, прошу, садитесь. Вам что-нибудь налить? У меня есть травяной чай.

- Нет, благодарю. – барон уселся на деревянный стул, рядом с ним присел Валом. – Месье староста, я прибыл сюда по одному очень важному делу. По моим сведениям, здесь должен быть один преступник.

- Преступник? – староста вопросительно поднял бровь.

- О, да. Данный преступник две недели назад сбежал из моей крепости.

- Прошу прощения, Ваша Милость, но в нашей деревне никого постороннего не было.

- Вы в этом уверены? – полковник, у которого улыбка не сходила с лица всё это время, улыбнулся ещё шире.

- Безусловно. – барон пристально всмотрелся в покрытое морщинами лицо старосты, словно пытаясь заглянуть в саму душу старика.

- Понятно. Что ж, видимо, я ошибся. С кем не бывает, не правда ли? Признаться честно, месье староста, не люблю ошибаться – я перфекционист до мозга костей. Но это неизбежно – каждый может оступится. Правда, порой случается так, что в моей ошибке могут быть виноваты другие люди. И скажу по секрету, месье, судьба их не завидна. Сколько людей живёт в этой Богом забытой деревушке, не подскажите, месье староста? – барон улыбался, смотря на старосту, а тот, в свою очередь, спокойно смотрел в ответ на него. Так продолжалось некоторое время, пока вновь не заговорил полковник – Впрочем, если вы поможете мне сейчас, то никто не пострадает – человек я милосердный и вдобавок ещё и щедрый – барон, достав свой кошель, вытащил несколько мелких монет и положил их на стол перед старостой. Валом смерил монеты нечитаемым взглядом, после чего перевёл взгляд на полковника.

- Именно за эту сумму ты продал нашего короля? Или тебе предложили поменьше, Паскаль? – в одно мгновение улыбка пропала с лица полковника. Глаза его потемнели, а голос, до того мягко-приторный, теперь был спокойным и каким-то безжизненным.

- Мы знакомы?

- О, да. Мы знакомы. «Молодой вежливый мальчик с благочестивыми помыслами, готовый помочь каждому доброму христианину» - так тебя описывал сержант Вьен. Ну, тот самый, которому ты перережешь глотку, когда он спал. Или ты его тоже благополучно забыл?

- Пожалуй, месье староста, мы на этом закончим. – полковник положил свою руку на эфес шпаги. – Если это всё, что вы хотели сказать, то… - именно в этот момент прозвучал взрыв. Полковник подскочил со своего места. Растерявшись на секунду, он быстро пришёл в себя, но этого было достаточно, чтобы Валом, со стороны напоминавший самого обычного дряхлого старика, выхватил из складок своей хламиды кинжал и резко воткнул его в подмышку руки барона, после чего со всей силы врезал кулаком по лицу своего оппонента и быстро побежал в сторону стоящего в углу длинного сундука. Быстро достав оттуда оружие, коим являлась алебарда, он, не оборачиваясь, выскочил сразу же в окно.

Майор вместе с солдатами, уже готовы были вломится в дом, но дверь распахнулась прямо перед ними. Их командир прижимал левую руку к кровоточащей ране.

- Ваша Милость, вы ранены…

- Немедленно выдвигаемся в сторону взрыва. – спокойно приказал комендант. Только его подчинённые прекрасно знали – если барон говорит таким голосом – он пребывает в плохо контролируемом бешенстве. И горе тем, кто станет у него на пути.

Глава VI

Мы с Вивером молча шли обратно в деревню. Каждый из нас был погружён в свои собственные мысли. Не знаю, о чём думал мой спутник, а вот я размышлял об увиденном и услышанном. Признаться честно, не ожидал увидеть в том подвальчике самый настоящий дымный порох. Распознать взрывчатое вещество для меня было совсем не трудно. Естественно, я сразу поинтересовался, чьих рук сие творение. Палуде рассказал, что порох делал его отец, а сам он, при всём желании, не сможет повторить результат. Видимо, перед своим уходом папаша успел втолковать ему только куцую теорию «Великой науки», а потом благополучно ушёл в местную «Шестёрочку» за хлебом, оставив в наследство сыну пару склянок с химическими реактивами, да ящики с порохом.

Впрочем, важно совершенно другое – здешняя «Алхимия» является причудливым симбиозом химии и бредней средневековых «мыслителей». У Вивера в этом подвале была ещё толстая книжка с потрёпанным временем переплётом, которую он мне дал почитать – называется «Введение в основы алхимии» за авторством некоего Мартина Хосе. И если отринуть всю эту чепуху про философский камень, то, по сути, я держал в руках самый обыкновенный учебник по химии. Всё это навело меня на мысль, что стоит как-нибудь встретится с местными светилами научной мысли. От людей, которые считаются образованными и начитанными, порой можно узнать много интересного об окружающем тебя мире.

Мои мысли были внезапно прерваны резким взмахом руки Вивера. В один миг Палуде превратился в каменную статую, казалось, он даже дышать перестал. Пребывая в замешательстве, я уже хотел спросить о причине беспокойства, но резко повернувшийся ко мне Вивер одними губами прошептал «молчи». Впрочем, я и сам уже передумал задавать вопросы: чувство беспокойства всколыхнулось, словно волна, готовая в любую секунду обрушиться на прибрежную скалу. Поначалу я ничего необычного не слышал, обычные звуки леса: где-то настойчиво стучит дятел по дереву, птички поют, ветки скрипят от порывов ветра. Ну просто идиллия, Паустовский вместе с Дроздовым на моём месте радостно бы сверкали глазами и улыбались до ушей этой идиллии.

Откуда-то издалека послышался голос. Нет, два голоса. Слов отсюда, к сожалению, не разобрать, но, по-моему, это мужчины. Кто-то из деревенских сюда прогуляться решил? Вивер медленно повернулся ко мне и знаками показал оставаться на месте. В ответ я ему кивнул, и он бесшумно двинулся к непрошенным гостям – видимо, решил их поприветствовать в своём фирменном стиле. Я до сих пор был под впечатлением от его внезапного появления у меня за спиной – ни единого шороха не издал, партизан доморощенный. Ей-Богу, ему с такими способностями не алхимиком нужно быть, а разведчиком-диверсантом. У него даже схрон в лесу есть. Всё сходится!

По моим ощущениям, я здесь стою минут двадцать. Кстати, как-то он долго шляется непонятно где, да и голоса куда-то пропали. И вообще, очень тихо стало, аж мурашки по коже. С дятлом как-то веселее было. Верните дятла, сволочи! В голову стали лезть непрошенные воспоминания о моём побеге от Болотного волка. Во время нашей беседы со старостой, старик сказал, что мне крупно повезло – я нарвался только на одного представителя данного подвида волков. «Если бы это была стая - последствия для тебя были бы удручающими. А так, ты просто отделался лёгким испугом. Везунчик ты».

- Это не деревенские – прошептали у меня за спиной. Мои волосы буквально встали дыбом, а мой рот уже начал открываться, чтобы издать крик испуганной чайки, но невероятным усилием воли я смог закрыть его обратно. Господи, за что мне это?

- Тебе не говорили, что подкрадываться к людям невежливо? – тоже шёпотом спросил я его.

- Говорили. И что? – это просто невыносимо!

- Вивер, твоя коммуникабельность воистину не знает границ.

- Ты опять используешь странные слова.

- Это я от безделья. Ты мне лучше скажи – что за люди сюда пришли?

- Без понятия. Они вооружены и, кажется, прочёсывают лес в поисках чего-то или кого-то. – мои шестерёнки в мозгу сначала притормозили от услышанного, а потом с невероятной скоростью стали крутится и аж поскрипывать от напряжения. Итак, что мы имеем в данный момент? Какие-то непонятные товарищи пришли в эту захолустную деревеньку. Шли, шли и пришли. А две недели назад в этот центр Вселенной притащили юношу без сознания с проломленной головой и с раной на ноге. Внимание, вопрос: а не слишком ли много событий происходит в одном Богом забытом месте? Вот и Вивер, видимо, тоже пришёл к тем же выводам: уж очень подозрительные взгляды он на меня бросает.

Я прислонился спиной к дереву и поднял глаза к пасмурному небу. На долгие размышления времени у меня нет: очевидно, эти люди пришли по мою душу. Уж не знаю, что им плохого сделал худощавый паренёк, в тело которого попало моё сознание с душой в придачу, да это и не важно сейчас. Надо отсюда сваливать, и как можно быстрее. Только вот куда? Я же сейчас нахожусь на уровне пятилетнего ребёнка - ничего не знаю об окружающем мире, его реалиях, людях, законах. Из разговоров с моим новым другом я, конечно, почерпнул немало интересного, но это капля в море. А значит, выход вырисовывается только один.

- Вивер, позволь задать тебе один вопрос. Тебе нравится здесь жить?

- К чему такой вопрос? – Вивер посмотрел на меня с интересом.

- Действительно, к чему я спрашиваю это, если и так всё очевидно – не нравится тебе. Поэтому, у меня к тебе есть одно интересное предложение – я отлип от дерева и подошёл вплотную к Виверу, смотря ему прямо в глаза – Это захолустье слишком мало для таких, как мы. Мир огромен, в нём таится множество тайн, загадок и знаний. Вместе мы откроем дверь в невероятные возможности. Ты со мной?

- Да. – я моргнул. Потом ещё раз моргнул. Вот так просто? Серьёзно? Я думал это будет сложнее. Впрочем, чего ещё ожидать от такого мастера убеждения, как я?

- Хорошо, тогда…

- Только надо будет вернутся в деревню. – перебил меня Вивер. Надо мной что сейчас издеваются? Он ведь всё прекрасно понял, разве нет? Какое, к чёрту, возвращение в место, где наверняка хозяйничают вооружённые люди, пришедшие по мою душу?! Видимо, нахлынувшее на меня раздражение чуточку отразилось на моём лице, потому что Вивер решил пояснить своё решение.

***

- Библия, серьёзно? Тебе нужна Библия?! Молитву забыл выучить, семинарист чёртов? У нас тут вооружённая до зубов братия ходит, а ты помолится хочешь? – лицо Натаниэля было сейчас донельзя смешным, умудрится так показать своё недовольство ещё надо уметь. Впрочем, каким бы раздражённым он ни был, он не отступит.

- Я не люблю молится.

- Тогда зачем…

- Не перебивай меня. Книга принадлежала моей матери. – Вивер приготовился выслушать ещё одну порцию ругательств, но… её не последовало. Пыл Натаниэля в один миг пропал, как будто его и вовсе не было, а сам он теперь выглядел донельзя задумчивым. Он прикрыл глаза, а потом как-то даже обречённо вздохнул.

- Матери, говоришь, принадлежало? Ну что ж, делать нечего. – «Почему он так быстро согласился? Непохоже на него. Хотя, что я, собственно, о нём знаю? Да по сути ничего». Вивер мало с кем общался, да и вообще сторонился общения с людьми. Единственным исключением были заезжие торговцы, поскольку от них можно было узнать, что творится за пределами безымянной деревни. К его большому сожалению, сейчас они приезжали очень редко. А потом появился Натаниэль Дьёдонне. Поначалу, он был не очень рад нежданному соседу, боясь, что тот узнает о его тайне. Отец строго-настрого запретил кому-либо рассказывать об алхимии, объясняя это тем, что многие не понимают полезности этой науки и в силу своего невежества могут запросто навредить обладателю знаний о ней.

Но его новый знакомый оказался странным человеком и от того очень занимательным. Его речь была своеобразной, многие слова были непонятны Палуде, а сам Натаниэль порой наотрез отказывался объяснить их значение. Вещи, которые для Вивера были абсолютно обыденными, для Дьёдонне, наоборот, диковинными и непонятными. Впервые, помимо отца, ему было с кем-то интересно проводить время. И теперь, когда спасённый им юноша предложил уйти вместе с ним, Вивер не раздумывал ни секунды. В конце концов, он и сам давно задумывался об уходе отсюда – здесь его уже давно ничего не держало.

- Вивер, ты же понимаешь, что сейчас твоя деревенька кишит этими непрошенными гостями? – спокойный голос его соседа выдернул его из мыслей. Натаниэль смотрел в сторону леса, где недавно ходили неизвестные.

- Конечно.

- И мы с тобой отнюдь не ниндзя, чтобы проскользнуть мимо всех сразу. – Вивер согласно кивнул головой. Он здраво оценивал свои возможности. Кстати, опять его знакомый использует непонятные слова.

- А это значит только одно – нам надо их чем-то отвлечь. Например, чем-нибудь очень громким и мощным. – Вивер непонимающе уставился на него. Громким и мощным?

- Вижу, твой отец не успел тебе рассказать про одно интересное свойство пороха. – Натаниэль ехидно улыбнулся. А Вивер, наконец, догадался, что именно хочет сделать его новый «друг».

- Неужели ты хочешь взорвать порох?

- Бинго! Надеюсь, по этому поводу у тебя не будет возражений?

- И как ты это сделаешь?

- Тут нужно всё видеть собственными глазами. За мной, друг мой, нас ждут великие дела! – он резко развернулся на пятках, сделал несколько шагов и… остановился.

- Что-то случилось? – невинно поинтересовался житель болот. На лицо наползла непрошенная улыбка.

- Да ничего такого. Можешь показать дорогу к своему схрону?

- Конечно, друг мой. – а всё-таки, он забавный.

***

Эх, чувствую себя заправским анархистом. Правда, подрываю я не железную дорогу с идущим по ней паровозом, а всего лишь лесной подвал, но ничего, мы ещё покажем этим чёртовым капиталистам! Шучу, конечно. Кропоткин с Борисом Савинковым – точно не мои кумиры. Хотя нет, Савинков, по-моему, эсером был. Чёрт, опять мои мысли завернули не туда.

После более детального изучения схрона, мы теперь имели всё необходимое для большого «бума». Загибайте пальцы: порох в четырёх больших ящиках, пороховые шнуры, которые были аккуратно разложены в другом ящике, а самое главное – хорошее настроение. А как иначе, пока всё идёт по плану. Вот бы и дальше всё сложилось нормально. Мой спутник, при этом, внимательно наблюдал за моими приготовлениями и почему-то хмурился.

- Палуде, чего ты такой грустный, а? Лучше бы помог, а не стоял столбом!

- Отцовские приборы, реагенты, всё это сейчас погибнет в огне… - начал было сокрушаться Вивер.

- При желании, всё вышеперечисленное можно с лёгкостью восстановить и сделать заново, – парировал я, практически закончив со шнуром. – К тому же, книги из твоей примитивной лаборатории мы с тобой взяли. – засунул Вивер их в большую кожаную сумку, благо рукописей всего было две (правда, малое количество компенсировалось внушительной толщиной). – Готово. Значит так, как только подожжёшь фитиль, мы сразу бежим в укрытие, хорошо? – Вивер, тяжело вздохнув, потянулся к небольшой поясной сумочке, всегда бывшей при нём, вытащил оттуда кресало, кусочек кремния и льняной трут. Положив трут рядом с концом фитиля, он быстро высек искру кресалом. Трут мгновенно воспламенился, а вместе с ним и сам фитиль. Не теряя времени даром, мы со всех ног побежали за поваленное рядом дерево. – Открой рот и закрой уши! – успел прокричать я напоследок.

Взрыв получился просто отменный - 90 баллов из 100! Нас конкретно так оглушило и присыпало землицей. Птицы быстро сорвались с насиженных мест, а ближайшие деревья сильно тряхнуло. Ну что ж, дело сделано, теперь надо по-быстрому отсюда улепётывать – а то сейчас вся округа сюда сбежится.

***

- Сержант, вы остаётесь здесь за главного. Будьте начеку, чтобы не было, как в прошлый раз. – майор строго посмотрел на своего подчинённого, а тот в ответ ещё больше вытянулся во фрунт.

- Есть, господин майор! – сержант Клэр отсалютовал майору, приложил два пальца к виску. Майор же развернулся на каблуках и быстрым шагом пошёл к коменданту. В спешном порядке отряд во главе с полковником отправился к месту недавнего взрыва, а в самой деревне за главного остался как раз Клэр вместе со своим взводом – 15 человек, включая его самого.

Проследив взглядом за тем, как раненный полковник и его подчинённые начали уходить вглубь леса, сержант пошёл в сторону, где находился дом старосты – именно там он и решил разместиться, раз сам хозяин хибары решил спешно ретироваться в неизвестном направлении. И как только этому дряхлому старику удалось ранить такого славного воина, как их комендант?

Зайдя в дом, он грузно опустился на лавку. Посидев в тишине минут пять, он встал и стал шарить по вещам старосты. Не найдя ничего интересного, он тяжело вздохнул и снова вернулся к лавке, на этот раз полностью разлёгшись ней. Ничего другого не оставалось, как только погрузится в невесёлые думы.

Служба в крепости – занятие до безобразия однообразное и скучное, а если ты ещё и молод (всего-то 25 лет исполнилось недавно) – то это вообще приговор. Добиться следующего чина практически невозможно, как и нет возможности найти себе достойную партию. А ведь он дворянин из довольно древнего и знатного рода! В последнее время, правда, обедневшего до крайности, но это несущественный пустяк на фоне его родословной.

Безусловно, Клэр был недоволен своим нынешним положением – он жаждал настоящих битв, где мог себя проявить. Недавнее нападение на Каркасон и последующая трёхдневная погоня за злоумышленниками никак не могли его удовлетворить. Когда произошла атака на крепость, у него было тяжёлое похмелье, так что выступить в роли бравого защитника он не смог по объективным причинам, а во время погони его сумел опередить Кристиан – другой сержант и его давний соперник. Как назло, и поучаствовать в отражении атаки не получилось, и нагнать беглецов тоже. «И почему мне всё время так не везёт?! Ну пристрелил я на дуэли того никчёмного мерзавца, посмевшего усомнится в моей чести, и что, теперь за это в крепость отправлять служить? И как тут ещё и не запить, ей Богу? Да там даже женщин в округе нормальных не сыскать, либо старухи, либо страшные, либо слишком много о себе возомнившие проститутки, отказывающиеся обслуживать тебя в долг! Мерзавки!».

Кстати, про женщин… При осмотре одного домишки ему попалась на глаза одна прелестная голубоглазая особа. Совсем молоденькая, ей было не больше пятнадцати, но всё необходимое уже было при ней. Так почему бы не… Размышлял сержант недолго. Ничего страшного не произойдёт за то время, пока он будет развлекаться. Не так ли?

***

Нет, всё-таки Вивер – прирождённый партизан. Мы так ловко обошли всех прочёсывающих лес солдат, что до сих пор не верится. Это было сродни искусству – чувствовать нужный момент, чтобы так ловко проходить и пропускать мимо всех солдат.

Дойдя наконец до деревни, мы аккуратно, прячась в лесных зарослях, прошлись вдоль всего селения – нужно было разузнать, как вообще сейчас обстоят дела. Вооружённые ребята оказались не дураками – они оставили гарнизон примерно в 14 человек – столько мы сумели насчитать.

Как уже говорилось, изба Вивера стояла в отдалении от других домов, на самом краю деревни. Сейчас этот факт играл нам на руку – в основном, все солдаты были сосредоточены в центре деревни. А около нашей хибары патрулировали всего двое бойцов – ну прям вылитые мушкетёры. Всё было при них: и шпаги, и пистоли, и усы.

- Ну-с, теперь осталось только одно препятствие – кивнул я в сторону караула. Мы наблюдали за домом, сидя в кустах, на самой границе леса – Как будем его преодолевать? – Вивер ничего не ответил, продолжая внимательно смотреть за обстановкой. Я решил не донимать своего спутника вопросами и стал следить за непрошенными гостями.

А солдаты, тем временем, о чём-то увлечённо болтали – отсюда было не расслышать слов, но и так понятно, что у них был горячий спор. Я искренне сомневался, что мы справимся с этими двумя товарищами – из меня боец в принципе аховый, а Вивер один не вывезет эту схватку. И всё из-за какой-то Библии! Нет, я, конечно, понимаю, что это возможно единственная оставшаяся вещь, хоть как-то связанная с его покойной матушкой – я и сам, навряд ли, смог бы оставить такую дорогую лично мне вещь. Но всё равно…

В этот момент один из караульных достал из-за пояса флягу. Приложившись к ней, он тут же дал отпить и своему товарищу. Что-то мне подсказывает, что они не простую водичку распивают. Я даже отсюда вижу их довольные физиономии. Только счастье служивых продлилось недолго – очевидно, запасы Aqua vitae быстро подошли к концу. А жалко. Было бы неплохо, если они напились бы до беспамятства, и мы по-быстрому забрали то, что нам нужно и свинтили отсюда. Хотя подождите, они что, в нашу хибару заходят?

- Наверное, им не хватило – решили раздобыть ещё спиртного – пояснил Вивер. Понятно, солдатики решили немного помародёрствовать. А ведь у Вивера действительно бражка завалялась. И найти её не так уж и трудно, особенно, когда единственное, чем ты занимаешься последние две недели – это уборка по дому. Каюсь, я и сам подумывал немного вкусить зелёного змия – да только так и не осмелился на сие действо. Чёрт его знает, может после этой бурды я ослепну навсегда? Акцизной марки с надписью «Королевство Франкия» не было, и я решил, что не стоит рисковать понапрасну здоровьем. – Подождём, пока они примут на грудь. Так будет легче с ними справится.

- Вивер, ты уверен? Из меня боец так себе, так что на меня в драке сильно не рассчитывай.

- Сам справлюсь. – с уверенностью сказал он, а потом добавил – Ты вообще можешь здесь подождать, в кустах.

- Ты за кого меня вообще принимаешь? – усмехнулся я и прищурился – Дьёдонне в кустах не отсиживаются, знаешь ли…

- Хватит, я понял – Вивер вскинул руку в останавливающем жесте – Ждём четверть часа, а дальше видно будет.

- Хорошо – буркнул я в ответ. Ишь какой, ещё и перебивает меня. Ну ладно, я не злопамятный, на этот раз прощаю.

***

И вот, настал час икс – осмотревшись вокруг напоследок и никого не заметив поблизости, мы быстро добежали от нашего укрытия до края дома. Вивер повернулся ко мне с немым вопросом в глазах, а я только кивнул в ответ. Сердце начало колотится быстрей, к горлу подкатился комок. Ну всё, понеслась мазута по трубам.

Выбив с ноги дверь, Вивер ворвался внутрь, я – за ним. Наши ожидания оправдались – эти алкаши сидят и действительно преспокойно распивают брагу Вивера. Они даже опомнится не успели, а Палуде уже подбежал к тому, что сидел ближе к двери, и быстро воткнул лезвие ножа в грудь солдата. Тот только и успел чуть отклонится в сторону, а тем временем второй служивый во весь свой голос заорал:

- Тварь! – он попытался накинутся на Вивера, но у него ничего не вышло – со всей скорости я налетел на него, попутно заваливая его на пол. Я хотел ещё и ударить этого алкогольного мародёра, но не тут-то было – в моё горло тут же вцепились мозолистые руки и начали крепко сжимать мою шею. Я, в свою очередь, также вцепился в его горло, но это была абсолютно провальная идея – мои тоненькие ручки скрипача и муху бы не задушили, куда уж до взрослого мужика. Воздуха стало катастрофически не хватать, вояка быстро опрокинул меня на спину, а после навалился со всей силы на моё бренное тело. В глазах уже начало темнеть, как неожиданно давление на шею ослабло, Отелло-неудачник издал предсмертный хрип, а после всем своим немалым весом рухнул на бедного меня. Кислород, наконец, стал поступать в нормальных количествах, и меня охватил приступ кашля.

- Эй, ты там живой? – я с трудом повернул голову в сторону Вивера – глаза у него блестят, в правой руке окровавленный кинжал, в общем, вид лихой и грозный.

- Да ничего так. Если бы ещё кто-нибудь стащил с меня эту тушу… - откашлявшись, с трудом проговорил я.

- Сейчас помогу.

***

Я оглядел место нашей «Битвы века». Ну что ж, одно могу сказать с полной уверенностью – товарищ Вивер умеет обращаться со своим ножичком. Первой жертве поножовщины пробили лёгкое, но даже так, по словам моего компаньона, вояка решил не сдаваться после столь тяжёлого ранения, и некоторое время умудрился еще и сопротивляться. А как только Вивер окончательно разобрался с ним, он нанёс удар в спину душившему меня второму – попал прямо в сердце, на секундочку. Итого: два трупа. Никакого приступа паники у меня нет - мертвецов я не в первый раз вижу, в морг мы всей студенческой группой ходили, так что, в принципе, ничего страшного. Наверное. А вот быть соучастником убийства, признаться честно, для меня в новинку.

- Вот смотрю я на это всё и вижу не очень обнадёживающую картину – тесная камера, нары, сокамерники… А ведь мне в тюрьму нельзя – я ж красивый…

- Ты что-то сказал?

- Да ничего важного – Вивер, тем временем, аккуратно достал из деревянного сундука Библию своей матушки, и также аккуратно положил её в свою сумку. Я же собирал всё съестное и съедобное, чтобы мы с голоду в дороге не померли. – Так, я всё сложил, ты готов?

- Готов – утвердительно кивнул Вивер и кратко расписал наши дальнейшие действия – Быстро возвращаемся в лес, потом через болото, а дальше двинемся по дороге на Ош, а дальше решим, что делать дальше.

- Хорошо, тогда мы… - не успел я договорить, как со стороны деревни послышался крик. Женский крик.

Глава VII

Я подошёл к окну и выглянул на улицу. Картина, представшая передо мной, мне совсем не понравилась. И чем больше я наблюдал за развернувшимся действом, тем больше не нравилась происходящее. К нашему дому со всех ног бежала юная девчушка, одна из деревенских, истошно кричавшая и звавшая на помощь, а за ней по пятам гнался один из солдат. Это соревнование по бегу закончилось не в пользу девушки – она оказалась сбита с ног и завалена на землю, не добежав до жилища Вивера где-то метров сто. Брыкающаяся девица пыталась вырваться из объятий своего «ухажёра», но всё было тщетно – не та весовая категория была у неё, чтобы побороть взрослого мужика.

- Да чего ты ломаешься-то, тебе тоже будет приятно! – слова насильника можно было прекрасно услышать, в порыве чувств он орал на всю округу. Но девка так просто не сдавалась, укусив негодяя за руку – Ах ты, кусаться вздумала! – он врезал ей со всей силы по голове и жертва, очевидно, лишилась сознания, поскольку всякое сопротивление с её стороны прекратилось. Правда, состояние девушки солдата отнюдь не смутило, и он продолжил своё грязное дело.

- Натаниэль, надо уходить, пока не поздно. – я посмотрел на вставшего рядом со мной Вивера, который также наблюдал за творящимся беспределом. Злость и гнев начали медленно подниматься внутри меня, готовые выплеснуться наружу, но я сдержался. Ничего не сказав в ответ, молча отвернулся от него и вновь обратил свой взор на разворачивающуюся трагедию. И с каждой пройденной секундой я всё больше убеждался, что попросту не могу да и не хочу оставаться в стороне. Только действовать надо быстро, а то этот герой-любовник уже штаны спускает. Я резко развернулся от окна и подошёл к заколотому в грудь солдату. Присев на корточки, вытащил у него из-за пояса пистоль – я такое оружие только в исторических фильмах видел. Повертел в руках этот «ствол» с кремниевым замком. Или это колесцовый? Никогда не интересовался всей этой оружейной темой.

- Ты что удумал? Стрелять в него будешь? – Вивер посмотрел на меня с недоумением на лице.

- Ну, шпагой я орудовать не умею, так что да – буду стрелять. – я встал и стремительно подошёл к выбитой двери. Вивер что-то ещё говорил, но я его уже не слушал.

Как я уже говорил, эта «парочка» приземлилась недалеко от дома, так что прошло меньше минуты быстрого бега, а я уже оказался рядом с ними – солдат был настолько увлечён процессом, что поначалу даже не заметил моего появления. Только когда моя тень нависла над ним, он медленно повернулся и поднял взгляд на меня. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а потом он удивлённо выговорил:

- Да это же ты… - я поднял пистолет и выстрелил ему прямо в лоб. Голова дёрнулась в сторону, тело обмякло и рухнуло прямо на Эву – так звали несостоявшуюся жертву изнасилования, несколько раз общался с ней. Совершив своё первое убийство в обоих жизнях, я впал в ступор – все мысли куда-то пропали, а вместе с ними и гнев со злостью. Я убил человека…

- Бежим, идиот нетонущий! – прокричал мне в лицо Вивер, схватив за руку и утягивая за собой. Краем глаза я увидел, как за нами уже бегут солдаты.

***

Господи, как же надоела эта беготня по лесу, кто бы знал. То от волка, то от солдат. Просто колобок какой-то! А ещё я убил человека… Пролетев мимо меня, в дерево врезалась пуля, а щепки от снаряда разлетелись в разные стороны. Так, сантименты оставим на потом – сейчас время драпать. За нами гналась чёртова солдатня, которая пыталась попасть по нам из своего допотопного оружия. Пока они мазали, но что будет, когда мы добежим до болот? Там ведь будет открытое пространство, и нас смогут перестрелять, как уток на охоте!

- Вивер, сколько нам осталось? – спросил я, перепрыгивая какую-то корягу.

- Немного. Нам нужно всего лишь… - Вивер не успел договорить, как буквально из ниоткуда перед нами выскочил очередной вояка.

- Стоять! – зычным голосом приказал он, направив в нашу сторону пистоль. Мы резко остановились и, не сговариваясь, кинулись в разные стороны. Только я успел прыгнуть за ближайшее дерево, как тут же громыхнул выстрел. Не теряя времени даром, выбежал из-за дерева и попытался быстро пробежать мимо стрелка, но было уже поздно – рядом с ним, как из под земли, выросли ещё двое воинов, направляющих своё оружие прямо на меня. Ну всё, приплыли.

- Советую не делать резких движений, юноша – вновь заговорил тот, что требовал остановиться. Я повернул голову влево – в том же незавидном положении оказался и Вивер, с другой стороны подошли ещё трое, державших его на мушке. Понятно, нас взяли в кольцо. Ситуация становилась безвыходной, сбежать теперь вряд ли получится, солдат становилось всё больше и больше.

- Да, дорогой мой, заставил же ты нас побегать! – из-за спин солдат выступил вперёд, как я понимаю, предводитель этой шайки-лейки, с широкой белозубой улыбкой и бряцающими шпорами на шикарных чёрных ботфортах. А кираса-то как у него блестит, одно загляденье. Внешний вид этого франта портила повязка, туго прижимающая правую руку к туловищу. Скорее всего, рана была нанесена в подмышку, возможно, задета плечевая артерия. Его губы расплылись в довольной улыбке. Он повернулся к стрелявшему в нас воину – Кристиан, ты молодец! Чувствую, недолго тебе в сержантах ходить, так и рыцарское звание можно получить ненароком! Не то, что этот чёртов разгильдяй Клэр.

- Господин полковник, сержант Клэр мёртв. – сказал кто-то за моей спиной.

- Мёртв? – тот, кого назвали господином полковником, чуть приподнял свою правую бровь.

- Да, его застрелил наш арестант. – полковник уставился на меня, на его лице отразилось неподдельное удивление, а после он… расхохотался.

- Ха-ха-ха, ничего себе! Действительно застрелил? Если не секрет, то как это случилось, мой юный друг? – какой он весёлый, ну просто загляденье. Как будто о погоде спрашивает, а не о убийстве своего подчинённого. Ну что ж, раз спрашивает, ответим.

- Сержант решил повеселится с одной из деревенских девиц без её согласия, за то и поплатился – я посмотрел ему прямо в глаза, после чего добавил с нервной усмешкой – Да и вообще, хочу заметить, что в вашем подразделении дисциплина хромает на обе ноги – одни пьют на посту, другие девиц насиловать пытаются. Бардак, одним словом, господин полковник. – наступила неловкая тишина. Почему-то в голове некстати всплыли строки песни «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!». Тишина была резко разрушена громогласным хохотом полковника. Его аж пополам скрючило от смеха.

- Господа, вы мне не докладывали, что наш узник такой шутник! Вроде как, обычно ты у нас сидел да молча пялился в стенку, а тут такое выдал! – он поморщился, видимо, рана давала о себе знать. Он перевёл взгляд на моего компаньона – И друга себе найти успел, да? Какой ты у нас молодец, я тобой по-настоящему горжусь. – его неприятная улыбка, вызывающая инстинктивную неприязнь, пропала и он сказал уже без всякого веселья в голосе – Но пора и честь знать, дружище. Кстати, твой новый знакомый, случаем, не алхимик? Это ты устроил тот взрыв? – полковник обратился к Виверу, который стоял с отстранённым видом, словно всё происходящее вокруг его не касалось.

- Я – как всегда коротко ответил он, сфокусировав взгляд на нашем визави.

- Мы вместе это сделали… - хотел добавить я, но один из солдат резко подошёл ко мне и врезал под дых. Дыхание резко перехватило, ноги подогнулись, и я завалился на бок, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба.

- Говорить с господином полковником дозволяется только тогда, когда он напрямую задаёт тебе вопрос! – рявкнул этот… нехороший человек.

- Ну что ж, всё самое интересное я узнал, так что… - полковник сделал драматическую паузу – Алхимика в расход, арестанта – забираем с собой. – вот чёрт, они же сейчас прибьют Вивера! И эта смерть будет точно на моей совести. Нужно что-то придумать, надо, надо…

- Стойте! Он знает! – выкрикнул я первое, что пришло в голову. Тот, который дал мне под дых, снова было дёрнулся в мою сторону, но глава отряда остановил его взмахом руки.

- Продолжай. – так, Натаниэль, тебе надо на ходу придумать нечто удобоваримое, чтобы тебе поверили. Алхимия, алхимики… Эврика!

- Понимаете, мой друг успел многое рассказать о своей науке. Про философский камень, алкагест… У него даже книги с собой есть! Мартин Хосе…

- Ты тратишь моё время.

- Но самое главное, он рассказал о своих подельниках! – поспешно выговорил я.

- Что? – Вивер с искренним недоумением посмотрел на меня.

- Да, да! Они повсюду! У них даже организация собственная есть, называется «Свидетели Величия».

- Очень интересно. И где же они находятся? Сколько членов состоит в этих, хм, «Свидетелях»? – спросил полковник, явно пытаясь скрыть свой интерес, но я по глазам видел, что он действительно заинтересовался сказанными мной словами.

- Вивер не рассказал обо всём, только самую малость, говоря, что об остальном поведают другие, когда я пройду «Посвящение». – кажется, действительно получилось зацепить командира своей историей. Вон как он задумался, аж весь мыслительный процесс наружу вывалился. Наконец, полковник встрепенулся и выдал новую вводную:

- Обоих доставим в крепость, а после хорошенько допросим. Только смотри, Безымянный, если ты в чём-то соврал – предыдущие годы заключения покажутся тебе Раем. А теперь пошли, мы и так здесь сильно задержались.

***

Всей дружной гурьбой мы вернулись в село. Сборы долго не продлились. Трупы своих товарищей вояки решили не брать с собой – закопали всех в одной могиле, и дело с концом. Меня и Вивера подсадили ко всадникам, позади них, предварительно крепко связав нам руки. И вот, мы отправились в путь. Ну что сказать, мы всё-таки покинули деревню, причём не на своих двоих, а верхом. Не Эконом, а бизнес-класс!

Уже смеркалось, что не удивительно – на дворе поздняя очень, день был короток, а ночь, наоборот, длинной. И снова передо мной знакомая дорога – лес, ещё раз лес, и болото. Вся компашка военных перед тем, как переходить эту чёртову лужу, спешилась. Единственными, кто остался в сёдлах, были я и Палуде, который демонстративно не смотрел в мою сторону. Ну ладно, потом разберёмся, если, конечно, доживу…

В этот раз, переход через болото прошёл без каких-либо происшествий. Если так и дальше пойдёт, то скоро мы выберемся из этого проклятого и забытого всеми Богами местечка.

- У-у-у-у-у – из чащи леса, где мы недавно прошли, послышался тихий звук, который с каждой секундой становился всё громче, чтобы под конец на всю чащобу раздался гутой и тягучий вой зверя. Некоторое время, это завывание, достигнув самой высокой ноты, дрожало и не сбавляло силы, а потом постепенно замерло. Накаркал, блин.

- Это волки?! – испуганно спросил один из наших конвоиров, совсем юнец с белым пушком на верхней губе. И словно отвечая на его вопрос, вновь послышался, тоже сзади, но немного правее, утробный вой.

- Отставить разговоры! Ускоряемся! – приказал полковник, что в данной ситуации выглядело очень смешно – быстрее здесь в принципе нельзя проехать, никакой нормальной дороги посреди густого леса не было – только узкая и петляющая во все стороны тропинка. Когда мы выехали на довольно большую полянку среди деревьев, снова завыли волки, только теперь намного ближе. Было уже очевидно, что мы не успеем выехать из леса до того, как нас догонят звери. Понял это и полковник, который начал спешно раздавать новые команды:

- Всем спешится! Развести огонь! Встать в круг! – звучали отрывистые приказы командира, а вслед ему вторили младшие по званию, которые объясняли своим подчинённым всё в чисто армейском стиле, то бишь с отборными матюгами. Лошади, которых привязали к наскоро вбитым приколам, встревоженно храпели, явно предчувствуя приближающуюся опасность. Вивера вместе со мной тоже стащили с наших скакунов, поставив рядом с разведённым костром, в центр получившегося живого круга из людей. Тут же стояли полковник и, как я понял из разговоров наших конвоиров, его заместитель – майор.

Протяжный вой слышался всё чаще и чаще, издалека доносились ответные завывания. Душераздирающие завывания неслись со всех сторон, лошади просто взбесились, то и дело пытаясь удрать. И вдобавок ко всему, солнце окончательно село за горизонтом, и теперь весь отряд окружила непроглядная лесная тьма.

- С-смотрите – немного запинаясь, произнёс тот самый испугавшийся волчьего воя солдат, дрожащей рукой показав в темноту. Никаких определённых очертаний разглядеть было нельзя, виднелась только пара глаз, горящих, словно раскалённые угли в жаровне. Вслед за первой парой, показались вторая и третья, их становилось всё больше, пока круг горящих глаз окончательно не сомкнулся вокруг нас.

- Стрелять только по моей команде – приказал полковник негромко, но в установившейся гнетущей тишине его слова смогли услышать все без исключения.

Приказ-то он отдал, да только уже через минуту напряжённого молчания нервы у мальчишки с волкофобией не выдержали и с перепугу он нажал на курок, когда рядом с ним послышалось громкое шуршанье в кустах. Раздался громкий выстрел, который словно дал остальным бойцам отмашку на беспорядочную пальбу. Вместе с криками «Отставить!» послышался жалобный скулёж. А потом всё как завертелось…

С диким рычанием притаившаяся стая набросилась на наш отряд. Это был уже знакомый мне вид Болотных волков, узнать которых было не так уж и трудно – их рост, намного превосходивший известных мне особей их рода, был поистине огромным.

Началась кровавая схватка с представителями местной фауны: в стае оказалось на вскидку не меньше тридцати особей, которые набросились на воинов, изо всех сил стараясь вцепится в шеи своих жертв. Раздались душераздирающие крики, появились первые убитые и раненные.

Времени на перезарядку после беспорядочного залпа уже не было, поэтому солдаты стали орудовать своими шпагами, пытаясь дать отпор дикому зверью, а зверьё, в свою очередь, хотело съесть всех на обед. И пока что Фортуна явно отдала своё предпочтение хищникам. Ряды славных защитников Королевства довольно быстро начали редеть. Иногда на одного человека налетало сразу по два волка, которые впивались острыми клыками в тела солдат.

- Держать строй! Бейте их! – орал во всю глотку полковник, очевидно пытающийся своими криками подбодрить своих подчинённых. Выходило так себе.

- А-а-а-а! – паренёк с боязнью волков с истерическими криками выбежал из строя, а следом за ним к костру бросились и другие, тем самым разрушая боевой порядок.

- Трусливые свиньи! Назад, назад! Вас повесят! – майор, выбежав навстречу бегущим, попытался остановить бегущих угрозами и, кажется, даже хотел надавать тумаков паникёрам, но его старания не произвели никакого впечатления на солдат: майора буквально снесли с ног обезумевшие от ужаса горе-воители.

- Стоять! – в дело вмешался уже сам полковник, в отличие от своего заместителя решивший не размениваться на пустые угрозы. Командир выхватил и-за пояса свой пистоль и направил его на «трусливых свиней». Сие действие действительно возымело нужный эффект – воины остановились. – Вернуться в строй. Быстро! – солдаты переглянулись между собой. Прекрасно их понимаю, ведь перед ними встала в полный рост дилемма: либо вернуться и стать кормом для хищников, либо один из них сейчас точно будет валяться с простреленной головой. Пожалуй, стоит помочь парням в решении данной проблемы. Со всей силы, какую я только мог вложить, будучи со связанными за спиной руками, я налетел на полковника. Повалить я его не смог, но зато отвлёк на себя, чем быстро воспользовался один из бойцов: прыгнув прямо к полковнику, он врезал тому рукояткой пистолета по голове. Удар был такой силы, что командир покачнулся и тут же осел на землю.

- Ну что ж, ребята, дело сделано. – попытался сказать я как можно спокойнее на фоне несмолкающих криков, одиночных выстрелов и громкого рычания – А теперь, будьте так любезны, развяжите мне и моему другу руки. Вам лишние помощники в этом проклятом лесу позарез нужны. А Вивер вообще знает этот лес, как свои пять пальцев – солдаты снова переглянулись между собой. Инициативу вновь проявил тот же солдат, что минуту назад врезал полковнику. Подойдя к нам, он поочерёдно разрезал верёвки сначала мне, а потом и Виверу. Я смог мельком разглядеть его, когда отсвет от костра упал на его лицо: молодой, не больше тридцати, с шикарными русыми усами.

- Полагаю, нам стоит попытаться сбежать отсюда, пока вся стая отвлечена на тех, кто продолжает сражаться. – тихо проговорил я.

- Остаться у костра было бы лучше. Волки к огню вряд ли полезут. – возразил усатый, нахмурившись.

- Конечно, лучше – не стал спорить с ним я – Да только вы уверены, что после того, как всё закончится, вас не сдадут с потрохами ваши же оставшиеся в живых товарищи? Нападение на офицеров – тяжкое преступление. – очевидно, мой аргумент оказался весомым, потому что все остальные довольно быстро согласились на бегство.

Глава VIII

Да, какая же ностальгия – бешенный стук сердца, ночь, обнажённая красавица на берегу озера… Попал бы в сказку – уверен, обнажённая красавица у меня бы уже появилась. Но нет, вместо голых красоток – второй по счёту за эти две недели ночной кросс по лесу, только теперь вместе со взрослыми мужиками и одним лысым юношей. Сзади ещё слышатся звуки той бойни, свидетелем мы все стали, только теперь в некотором отдалении – подгадав нужный момент, у нас получилось вырваться из той западни и за нами, похоже, никто не погнался. По крайне мере, надежда на это была.

Я и Вивер бежали впереди, а за нами, не отставая, дезертировавшие солдаты. Не знаю, как остальные, а я никакой усталости не чувствую, по ощущениям – пробежал бы в таком бешенном темпе ещё километров пять. Впрочем, когда есть от кого бежать, можно пролететь и все десять.

Чуть не влетел со всего размаха в Вивера, так резко он затормозил. Сзади послышался недовольный возглас:

- Решил передохнуть, пацан? – сердито спросил усатый. Вивер повернулся к нам. Выражение лица Палуде нельзя было разглядеть в этой темени, но по голосу было понятно, что он пребывал в лёгкой растерянности:

- Я не знаю, куда идти.

- Как это не знаешь? Безымянный сказал, что ты знаешь этот чёртов лес, как свои… - солдат был явно на взводе от такого внезапного признания.

- Ну вот у Безымянного и спрашивай дорогу, раз он тебе сказал – раздражённо перебил Вивер, и добавил – Я так далеко уходил от поселения всего пару раз, а сейчас слишком темно, чтобы понять, где именно находится тракт.

- Послушайте – влез уже я в этот занимательный диалог на повышенных тонах – А вы сами как смогли найти деревню? У вас был проводник?

- Был, конечно же. Клементом зовут. Или звали, если его уже сожрали. Впрочем, туда ему и дорога. А вот что нам теперь делать? Мы посреди незнакомого леса, а твой дружок не знает, как нас отсюда вывести. Да вы же оба нас подставили! Нам грозит либо эшафот, либо смерть от волчих клыков! – так, обстановка накаляется. Надо его как-нибудь успокоить…

- А какие к нам могут быть претензии? Мы вас не заставляли быть трусливыми зайцами, которые к тому же ещё и орут как бабы, – чёрт бы побрал Вивера! Ну куда он полез-то со своими едкими комментариями!

- А ну-ка повтори, как ты нас назвал? – с угрозой проговорил усатый, потянувшись к своей портупее.

- Господа, давайте не сейчас, у нас как бы обстановка не подходящая. Вивер, пожалуйста, извинись перед многоуважаемыми воинами – попытался я воззвать к рассудку этих идиотов, но тщетно.

- Я повторяю свой вопрос, еретик. Или испугался? – продолжал продавливать солдат, очевидно задетый за живое, когда его посмели сравнить с ушастым зверьком.

- Я назвал вас… - начал было говорить Вивер, но тут его прервал громкий хруст и новый истошный крик, который на этот раз прозвучал совсем близко. Мы все синхронно повернулись назад. Прямо на наших глазах волкофоба, который во время наших прений нервно ходил из стороны в сторону, растерзывал огромный волчара, вцепившийся зубами прямо в руку солдата. Мгновение, и волк буквально отрывает от тела правую кисть молодого воина.

Я и не думал, что человеческий организм может исторгать из себя столь громкие вопли, аж уши заложило. Волк не переставал вгрызаться в плоть своей орущей жертвы до тех пор, пока крики не стали стихать. А до меня дошло, что всё это время я провёл в состоянии оцепенения, не отрываясь пялился на эту кровавую картину. Телеканал Discovery наяву! Хищник резко поднял голову от своей добычи, пылающие янтарём глаза пошарили взглядом по округе, а после уставились в одну точку – на меня. Краем глаза я увидел, что от дезертиров уже и след простыл. Быстро сориентировались, заразы.

- Я же говорил, трусливые зайцы. Да ещё и вопят, как бабы. – снова повторил Вивер, правда, как-то неуверенно и вместе с тем выговаривая каждое слово нарочито громко и вызывающе. Он стоял чуть поодаль от меня, не предпринимая попыток по-тихому улизнуть от догнавшего нас хищника.

- Они, конечно, трусы, подонки и сволочи, да только нам теперь что делать? – я и сам неосознанно начал говорить также громко, не отрывая взгляда от скалившегося на меня хищника. Мой взгляд на секунду метнулся к уже бьющемуся в предсмертных конвульсиях солдату. На левом боку у него находилась шпага, которую бедняга даже не успел достать из ножен. – Вивер, ты сможешь отвлечь его на себя? Нужно время, чтобы добраться до шпаги. – Палуде промолчал, видимо, обдумывая моё предложение, а волк уже начал медленно наступать. Я, в свою очередь, неспешно спиной отступал к ближайшему дереву. А в следующую секунду в волка уже летел камень. Булыжник съездил хищнику прямо по морде, отчего тот зарычал, впрочем, продолжая неотрывно наблюдать именно за мной. Второй камень прилетел уже не в морду, а попал по холке, и это наконец заставило волка перевести свой хищный взор на Вивера, который резко развернулся и побежал к ветвистому дереву. Реакция зверя была молниеносной – словно забыв про моё существование, он с огромной скоростью помчался за улепётывающим Палуде.

Не теряя зря драгоценное время, я подбежал к уже неудачливому воину и быстро вытащил из ножен его шпагу. Так, колюще-режущим я обзавёлся, теперь только пан или пропал. Вивер неведомым образом умудрился очень быстро взобраться вверх на дерево. А сам хищник в бессилии рычал, скалил зубы и бил когтями по стволу. Внутренне собравшись с духом, не таясь, я подбежал к ярящемуся волку и с размаху всадил ему в бок шпагу. С чавкающим звуком оружие вошло в плоть по самую рукоятку. Не обращая внимания на взвывшего от боли хищника, я со всей силы дёрнул оружие обратно к себе, намереваясь нанести новый удар. Высвободив оружие из тела, я обнаружил буквально в полуметре от себя оскаленную морду хищника с острыми зубами, уже готовыми сомкнутся на моей тощей шее. Такой прыти от зверя я не ожидал, даже испугаться не успел, а тело уже начало действовать на одних рефлексах – отшатнувшись назад, рука вместе со шпагой рубанула перед собой воздух наискосок.

Теперь уже волк с перечёркивающей наискосок всю морду раной отскочил обратно к дереву. Ну что ж, господа, первый раунд за мной! Организм был буквально переполнен адреналином, мысли бежали как молодые спринтеры, хотелось одновременно и убежать подальше отсюда, и с диким криком добить эту четвероногую тварь.

Зверюга же, оправившись от боли, снова начала медленно приближаться ко мне. Полностью сконцентрировавшись на движениях млекопитающего из семейства псовых, я вытянул руку со шпагой вперёд, стараясь удерживать на расстоянии эту здоровенную тварь, которая не стала долго рассусоливать и вновь совершила отчаянный рывок, и тут же отпрянула от острого клинка, коим я попытался снова зацепить волка. Понятно, хищник проверяет крепость обороны своей жертвы. Ну-ну, вперёд и с песней! Кстати, сидящий на ветках дерева Вивер почему-то орёт и машет руками. Ему что, заняться нечем?! У меня тут бой неравный, а он отвлекает и… я споткнулся о корягу. И подвернул ногу. И бухнулся прям на сырую землицу своей пятой точкой.

Реакция моего визави не заставила себя ждать, он тут же воспользовался моей оплошностью. Шпага оказалась абсолютно бесполезной, оказавшись намертво зажатой в пасти зверя. А затем эта адская гончая начала драть моё бедное тело своими длиннющими когтями.

Знаете, у одной моей очень хорошей подруги был чёрный персидский кот по кличке Шопен, которого мне пришлось кормить, когда та уехала в командировку. Отношения с животным у меня не задались сразу, кошара был донельзя избалованным. Представьте себе, котика приучили к тому, что кормят его только с ложечки, перед этим обязательно взяв на ручки. Ваш покорный слуга не стал играть в эти никому ненужные нежности и просто насыпал еду в миску. От такого самоуправства кошара стал орать, как резанный, очевидно требуя, чтобы его накормили по старинке. А вопил он беспрерывно! К такому концерту «классической» музыки я был морально не готов и поэтому, в порыве недобрых чувств, легонько пнул «великого композитора». Шопен такому приёму был абсолютно не рад и в ответ очень больно и глубоко впился своими когтями в мою ногу, сильно расцарапав её, и уже за такое хамство кошара был немедленно выкинут из окна. Ой, да не волнуйтесь вы так, ничего с ним не случилось! Этаж-то первый был. Правда, этот интеллигент даже залезть обратно не смог, так что мне потом пришлось ещё и обратно его закидывать.

К чему я вспомнил всю эту историю? Только для простого сравнения – в данный момент мне казалось, что дерут моё тело как минимум двадцать таких «Шопенов». Я почувствовал невероятную боль в районе грудной клетки. Волк ни на секунду не останавливался, продолжая полосовать своими изогнутыми когтями моё бренное тело, при этом, не выпуская из своих зубов моё оружие. Дрянная ситуация. И Вивер тут не помощник – нож у него забрали, по доброте душевной оставили ему только матушкину Библию. Голыми руками тут ничего не сделаешь против этой твари.

И в этот момент прямо перед моими глазами пронеслось нечто, что с омерзительным хлюпаньем вонзилось в глотку зверя. Волк перестал рычать и пытаться перекусить напополам шпагу, как, впрочем, и окончательно разодрать в клочья мою грудь. Несколько секунд ничего не происходило, пока, наконец, нависшая надо мной огромная туша медленно не начала оседать на землю. Сам я быстро оказался выдернут из ослабшей хватки волка Вивером, а рядом с ним стояла тёмная фигура с длиннющим топором-пикой, с кончика которой капала кровь. Последнее, что я услышал перед тем, как потерять сознание было:

- Слава Богу, успел. Вивер, быстро бери его и уходим.

***

Отвратительный скрип, похожий на тот, что издают насквозь проржавевшие качели. Смрад от давно немытых камеры и собственной плоти. Цепи качались из стороны в сторону, а вместе с ними и тело, безвольно висевшее на них с вывернутыми назад руками. Ноги еле-еле дотягивались до каменного пола, застланного полусгнившей соломой.

Время здесь словно остановилось, прошёл час, два, три, а быть может и целая неделя пронеслась. Постоянная боль в суставах сводила с ума, не позволяя заснуть, только впасть в забытье. Новый скрип, в этот раз не цепей, а дверных несмазанных петель. В помещение зашёл мой недавний знакомец – господин полковник. Вместе с ним ещё один человек, скорее всего один из его подчинённых, который тут же зашёл куда-то мне за спину. Через полминуты послышался короткий свист и по спине со всей дури зарядили плетью. Истошный крик. Мой крик. И вновь удар, а за ним следующий. А полковник всё стоял и смотрел, выражение лица его было отчуждённым, словно его мысли витают совсем не здесь. И только по его глубоким чёрным глазам было видно, что происходящее перед ним действо доставляет ему настоящее удовольствие.

Палач остановился, по-моему, на пятнадцати ударах и, не задерживаясь, быстро вышел из камеры. Полковник ещё некоторое время постоял, послушал мои тихие постанывания и тоже вышел. Никаких вопросов, никаких лишних разговоров. Как-будто произошло нечто обыденное, совсем неинтересное и неважное. Боже, какой же отвратительный скрип…

Я резко открыл глаза. Страх после кошмарного сновидения ещё до конца не отпустил, хотелось закричать во всё горло, но я сумел пересилить этот порыв. Машинально смахнув холодный пот медленно приподнимаюсь на локтях.

- Проснулся? Ты только резко не вставай, а то раны на груди снова могут открыться. – раздался стариковский голос. Мои глаза тут же опустились вниз, где увидели перебинтованную каким-то грязным тряпьём грудь. Чёрт, сепсиса ещё для полного счастья не хватало, нужно срочно озаботится этой проблемой. А ещё я лежу на огромной куче шкур в трясущейся и донельзя скрипучей телеге. Впереди, на козлах сидит деревенский староста и какой-то мужик, правивший этим чудесным средством передвижения, а рядом со мной, облокотившись на стенку телеги, крепко спал мой товарищ по побегу из «курятника». Алхимикам видимо кошмары не снятся.

- Как скажете, староста. – проговорил я охрипшим голосом.

- Валом. После всего произошедшего, очевидно, что я больше не являюсь главой общины. – мрачно проговорил староста, имя которого я только что узнал. За те дни, что провёл в той дыре вместе с их чёртовыми болотами, мне не пришло в голову узнать имя главы селения. Деревенские называли его просто старостой, ну и я вместе со всеми. Тем временем бывший староста встал со своего места и подошёл ко мне, протягивая бурдюк. Ничего не сказав, я взял его и с наслаждением отпил живительной влаги. Вдоволь напившись, отдаю обратно бурдюк и с интересом оглядываюсь по сторонам. Наша телега была не единственная, которая тряслась по пыльной и в край раздолбанной дороге. Несколько телег спереди и сзади, которые точно также трясутся на дорожных камнях и выбоинах.

- Вивер, вставай. Помощь нужна. – староста, у которого оказывается ещё и имя есть, толкнул спящего Палуде. Тот на удивление быстро проснулся, будто и не спал вовсе, и с нескрываемым неудовольствием посмотрел на Валома – Нужно сменить повязку и снова промыть его рану. – Валом, игнорируя испепеляющие взгляды Вивера, начал медленно разматывать намотанные на мою грудь тряпки. А Палуде живо соскочил с телеги и пошёл к едущим позади повозкам.

Н-да, картина оказалась так себе: волчара изрядно постарался, шрамы после нашей встречи точно останутся. Одно радует, глубоких ран вроде нет, да и воспаление не началось. Неужели и правда чем-то промывали? Вивер, тем временем, успел вернуться с какой-то флягой, из которой тут же щедро полил мою грудь.

- Куда мы едем? – прошипел я сквозь зубы, ибо пекло просто неимоверно.

- Караван едет в Бусан. Уважаемый торговец согласился за несколько денье подвезти нашу компанию до него. Там, если повезёт, я смогу встретиться со своим старым приятелем по службе. – Валом кивнул сам себе, словно соглашаясь с собственными мыслями и ушёл обратно на козлы. Я остался сидеть с Вивером, уже успевшим отхлебнуть из принесённой им фляги несколько больших глотков. Некоторое время мы ехали молча, каждый погружённый в свои размышления.

- Ты снова тащил своего новоприобретённого друга на своих хрупких девичьих плечах? – решил я прервать эту дурацкую паузу. Вивер посмотрел на меня исподлобья и усмехнулся.

- Последнее время я только и занимаюсь тем, что куда-то тебя тащу и спасаю. Ты у нас действительно везучий парень. Кстати, что за «Свидетели Величия»?

- Везучий парень не попадал бы на каждом своём шагу в такую глубокую… глубоко неприятную ситуацию. А про «Свидетелей» я выдумал на ходу. Тебя ведь там чуть не убили, понимаешь? Так что…

- Не нужно объяснять всё, как ребёнку неразумному. Всё я прекрасно понял и… искренне благодарен тебе. – Вивер на этой фразе умудрился принять ещё более мрачный и серьёзный вид, чем обычно. А затем продолжил. – Выдумать в той обстановке такую историю да с таким убеждением её рассказать. Ты прям умелец. – и снова его фирменный, уже знакомый мне взгляд «что-то тут нечисто».

- Красноречие – моё второе имя, не знал?

- А я думал Безымянный твоё второе имя, разве нет? – на этот выпад мне оставалось только загадочно улыбнуться, про себя снова размышляя: в чьё же тело попала моя бедная неприкаянная душа? Целый отряд вооружённых до зубов личностей умудрились в безымянную деревню (которую, уверен, даже с технологиями XXI века с трудом можно отыскать!) за болотом заехать в поисках меня любимого. Этот проклятый полковник наверняка мог бы ответить на парочку моих вопросов, если его кости звери ещё не обгладали, конечно. Сон ещё этот… Хм, а ведь предводитель тех головорезов был к моменту нашей встречи ранен. Причём, рана была свежая, недавняя. Вопрос на засыпку, кто его мог так подловить? Бывший староста сказал, что хочет встретиться с другом по службе. А учитывая то, как он ловко отсёк голову той лесной твари, то с вероятностью в 95% он является таким же воином, как и пришлые. Возможно, он даже с кем-то пересекался из них в прошлом? Боевое братство, еда из одного котла, спаньё в одной палатке и так далее. Обязательно надо будет его поспрашивать об этом. Авось, в будущем как-нибудь и разберусь, кем же я теперь являюсь, за что ловят и почему по итогу сбежавший оказался в лесу с проломленной головой. От этого, в конце концов, зависит моя дальнейшая жизнь в этой новой эпохе.

Вздремнуть, что ли? А то вся эта беготня, вопросы без ответов и другие радости бурной молодости очень утомляют. Чувствую я, что скоро «удача» снова совершит полицейский разворот. И отнюдь не в мою сторону. Всё, решено – сплю!

Глава IX

Рано утром мы прибыли в Бусан. Полторы недели заняло наше маленькое и абсолютно неувлекательное путешествие. По пути были только виды на однообразные ряды деревьев вдоль дороги да разговоры о всяком. Хотя, пусть уж лучше будет скучно, чем снова нарваться на какие-нибудь неприятности, вроде нападения лесных шишей. Я и так за довольно короткий срок успел поучаствовать в совершенно дурацких и незапланированных мероприятиях, вроде убийства парочки солдат вместе с побегом от их же сослуживцев и разъярённых хищников.

Впрочем, из недавнего разговора Валома и главы охраны нашего каравана я понял, что в Гаскони сейчас в принципе довольно мирно. Чего нельзя сказать про другие регионы страны, где с правопорядком может быть куда хуже. После некой войны, закончившейся пятнадцать лет назад, когда по словам Валома: «Царил полный бардак у всех и везде» должный порядок до сих пор не везде восстановлен. Причём в пределах одного герцогства ситуация может кардинально разнится. Здесь любой территорией правит какой-нибудь дворянчик и, к сожалению, не каждый из «благородных» хорошо справляется со своими обязанностями сюзерена по защите своих подданных. А ещё все эти шевалье, бароны, виконты и графы ещё успевают друг с другом повоевать. Феодализм цветёт и пахнет.

Бусан на поверку оказался очередной деревней, где проживало не более сотни душ. Она ничем не отличалась от тех поселений и местечек, что мы уже успели проехать. Единственное, что выгодно выделяло данное место на фоне всех прочих – это её местоположение. По деревушке протекала река Луж, являющаяся левым притоком реки Гаронны. И данная речушка являлась одной из самых важных транспортных артерий Франции, ну или Франкии, кому как удобнее.

- Куда дальше? – задал я логичный вопрос, когда мы уже успели попрощаться с караванщиками. – Ты помнишь, где живёт твой боевой товарищ?

- Найти его не трудно. У него единственный во всём Бусане двухэтажный дом. – Валом уверенно повёл нас по петляющим деревенским улочкам, явно зная нужную дорогу.

Здание, у которого мы остановились, выделялось не только «запредельной» этажностью, куда уж там небоскрёбу Бурдж-Халифа. Над распахнутой настежь дверью торчала палка с привязанным на конце побегом плюща. Рядом стояла скамейка, а разместившиеся на ней двое мужиков медленно попивали какое-то пойло из глиняных кувшинов. Кажется, мы пришли в местный бар. Вот это совпадение – мне как раз захотелось пропустить бокальчик-другой мартини. Впрочем, вскоре стало понятно, что никакого мартини вместе с маленькой оливкой мне не светит. Тут даже за барной стойкой посидеть нельзя по причине её полного отсутствия. Да и вообще, из всей мебели здесь грубо сколоченные табуреты со скамьями да столы на козлах, за один из которых мы все вместе и сели. Дёшево и сердито. А в углу стоит поражающая своим разнообразием наглядная барная карта этого заведения – огромная бочка с пивом. Запах пенного разносился по всему помещению и бил со всей силы прямо в нос. И, конечно же, нельзя забыть про огромный штат сотрудников, состоявший из одной худенькой и бледной дамы лет сорока, которая при виде нас тут же встала со своего места и подошла к нам. Она уже хотела видимо что-то предложить из «богатого» ассортимента бара, но Валом её опередил.

- Привет, Марта. Как нынче дела идут? – женщина посмотрела на Валома, прищурилась, пытаясь очевидно его вспомнить, после чего ответила:

- Дела идут неплохо. – женщина обвела рукой зал, битком забитый людьми – Вы у нас уже бывали раньше? – мило улыбнувшись, в свою очередь спросила Марта.

- Неужели я настолько сильно изменился с нашей последней встречи? Впрочем, это неудивительно – всё-таки шестнадцать лет прошло. Именно здесь я не был, поскольку тогда вы только начали строить этот дом, а вот на вашей с Александром свадьбе погулять успел, – усмехнулся Валом. Женщина вновь внимательно вгляделась в бородатое лицо Валома и через мгновение её лицо вытянулось, а брови резко взметнулись вверх.

- Валом, ты ли это? – удивлённо воскликнула она. Валом на это лишь утвердительно кивнул. – Сколько лет прошло, от тебя не было ни слуху, ни духу! Мы с мужем уже не чаяли тебя увидеть!

- Я тоже по вам скучал. – улыбка расцвела на его обычно скупом на эмоции лице.

- Он на верху, я сейчас его позову. – быстро проговорила Марта и живо взметнулась по лестнице на второй этаж. Некоторое время мы молча просидели в ожидании, пока сверху не донеслись громкие голоса и скрип половиц. И вот по лестнице к нам быстро спускается поджарый темноволосый мужчина, женщина еле поспевает за его быстрой походкой. Обветренное и загорелое лицо излучало неподдельное волнение, а когда он наконец увидел сидевшего Валома, то его лицо расплылось в широкой и жизнерадостной улыбке, а голос буквально прогрохотал на весь зал:

- Валом, старый пройдоха! До сих пор небо коптишь? Ха-Ха, а я так надеялся станцевать на твоих похоронах! – в два шага преодолев разделяющее их расстояние, Мужчина сграбастал Валома в свои объятия. От такой картины искренней радости от встречи с давним другом я и сам почувствовал душевный подъём. Марта же, тем временем, успела налить и поставить на стол четыре глиняных кувшина с пивом.

- Только после тебя, Алекс. В конце концов, ты старше меня на три года.

- Ага, вот только со стороны смахиваешь на старого деда именно ты. Такую бородищу себе отрастил! Вши не замучили? – некоторое время они по-дружески подкалывали друг друга и полушутливо переругивались, а потом началось знакомство всех со всеми:

- Натаниэль, Вивер, это Александр – мой старый товарищ и друг. Мы вместе служили в одной роте, прошли не одну кампанию плечом к плечу, ни раз и ни два он меня спасал из разных передряг, без него я бы давно лежал в сырой земле. – отрекомендовал Валом своего побратима. – Александр, это мои односельчане. – бывший староста махнул рукой в нашу сторону. Н-да, получилось очень коротко и ёмко.

- Ну что ж, за знакомство! – Александр первым поднял свой кувшин, и мы все отхлебнули этого пойла. Вкус был отвратительный, но за неимением гербовой… А дальше было достаточно предсказуемое действо. Два боевых товарища начали вспоминать славные деньки их службы, истории всякие смешные и не очень. Особенно не весёлым был рассказ, когда будучи ещё подростком наш бравый староста уже умудрился убить человека. Для меня не весёлая, естественно. Подозреваю, что для всех остальных – это явление обыденное и ничем непримечательное.

Впрочем, даже с этими армейскими байками я всё равно смог немного расслабиться, ведь атмосфера сейчас была по-настоящему тёплой и дружеской. Всё это время я пребывал в напряжении, моим умом безраздельно овладела тревога, что для меня на самом деле абсолютно нетипично. Безусловно, как и всякий нормальный и здоровый индивидуум я способен переживать самые разные эмоции от радости до печали, но за свою недолгую жизнь прекрасно научился быстро справляться со своими негативными эмоциями. По-другому было нельзя, моя работа требовала сосредоточенности, внимания и даже в некотором роде вдохновения.

Только теперь всё переменилось, моё беспокойство достигло каких-то невероятных высот, с каждым днём прогрессируя. Причём это началось внезапно, когда мы уже были в трёх днях пути от Бусана. Настроения не добавляли также мои сновидения. Снилась всё та же грязная камера, где действующими лицами были преследовавшие нас с Вивером солдаты. Ничем особенно интересным и захватывающим видения похвастаться не могли, в некоторых я просто валялся на полу и пялился в стену, словно пытаясь найти в грязной каменной кладке смысл бытия, в других меня изощрённо пытали и истязали. Как вы понимаете, и так шаткий душевный настрой после пробуждения приходил окончательно в упадок. С такими очевидными симптомами можно поставить диагноз и без моего друга профессора кафедры психиатрии: генерализированное тревожное расстройство. Странно, всегда считал себя обладателем крепкой психики и выдержки.

Так что сейчас, несмотря на вкус пенного напитка, я умудрился за рекордные пять секунд осушить до дна свой кувшин. По телу начало расползаться тепло, мысли наконец потекли медленно и неторопливо, все проблемы и переживания начали уходить на второй план. Не раздумывая ни секунды я крикнул:

- Дорогая Марта, будьте так любезны, налейте мне ещё!

***

- Эх, молодость… А ведь мы такими же были. – усмехнулся Валом, смотря через открытую дверь на своих невольных подопечных, решивших продолжить пить на улице, хотя куда им ещё, если от уже выпитого у них языки начали заплетаться да ноги не слушались.

- Да, было время…, – протянул Александр. После непродолжительной паузы он наконец решил перейти к интересующему его вопросу – Так что же тебя побудило сорваться с насиженного места? Столько лет прошло и тут такой сюрприз.

- Для меня это случилось тоже неожиданно. Думал, там и встречу свой конец, в тишине и благодати, всеми забытый. Но, как говориться, человек предполагает, а Бог располагает. Недавно в нашу глушь приехал целый барон, представляешь?

- Барон? Настоящий? – удивлённо вскинул брови Александр.

- Да-да, причём наш старый знакомый, некогда простой третий сын рыцаря, а ныне барон Паскаль де Муссон, целый полковник и комендант крепости Каркасон. Ты его должен помнить.

- Де Муссон? Не припоминаю никакого Муссона… Подожди, Паскаль?! Неужели тот самый?

- Именно, дружище. Этот приспособленец умудрился получить титул, высокую должность и чин в придачу. Впрочем, теперь у нас предателям везде почёт и слава. Паскаль, как понимаешь, приехал отнюдь не ко мне. А за этим пареньком. – Валом ткнул пальцем в Натаниэля, который с небывалым энтузиазмом пытался что-то втолковать своему внезапно приунывшему собутыльнику. – С ним был целый отряд солдат. Он сказал, что разыскивает беглеца и точно знает, что тот укрывается в нашей деревне, ну и потребовал выдать ему злостного преступника.

- И как ты смог выкрутиться? – с неподдельным интересом спросил Александр.

- Там долгая история. Я тебе завтра расскажу все подробности, а пока вывод один – парень каким-то невероятным образом сам или с чьей-то помощью сумел сбежать из Каркасона.

- Я думаю, что кто-то ему точно помог, мы оба видели Каркасон – сбежать в одиночку оттуда нереально, да и схватили бы его очень быстро. А что говорит сам парень?

- Да ничего. Утверждает, что от удара по голове потерял память, и теперь помнит только своё имя.

- Врёт?

- Да кто ж его знает? На его бы месте я тоже молчал. Очевидно, натворил знатных дел Натаниэль Дьёдонне, раз его упекли за решётку.

- И при этом кто-то не на шутку расстарался, чтобы вытащить оттуда обычного на вид юнца. Интересно. И пахнет большими неприятностями.

- Я был обязан тебе всё рассказать, чтобы ты понимал, на что идёшь. Если ты не хочешь рисковать…

- Да брось ты. Мне точно ни холодно, ни жарко от одобрения моих действий со стороны предателя и его хозяев. Наоборот, очень рад, что хотя бы через шестнадцать лет ты наконец принял моё предложение.

***

Ох, головушка моя бедная, что ж ты так раскалываешься-то? Прилагая невероятные усилия воли, я смог разлепить веки. Яркий свет сильно ударил по глазам, делая пробуждение ещё более невыносимым.

Некоторое время я лежал с открытыми глазами и пытался припомнить детали вчерашней попойки. Ничего интересного не было: я и Вивер знатно наклюкались. Он, по-моему, ещё пытался какие-то вопросы задавать про то, где я родился и кто по жизни был, но после пятого кувшина у него, как у истинного матроса, все вопросы отпали.

Спал я ровно там же, где вчера и пил, а именно на деревянной уличной лавке. Слава Богу, ночи на юге Франции, несмотря на наступившую осень, пока что довольно тёплые, так что почки я вряд ли себе отморозил.

- Ну вот, теперь я как настоящий бродяга или попросту БОМЖ. А что, всё сходится: напился, заснул на лавке. Нищий и без жилья. Класс! Я стремительно деградирую, – пробормотал сам себе под нос. От дальнейшей прокрастинации меня отвлекло Солнце, выглянувшее из-за туч и чей свет беспощадно блеснул прямо по глазам. Даже светило Земли против гения!

Зайдя обратно внутрь пивной, я обнаружил всю нашу компанию снова за столом. Вивер с лицом «добейте меня кто-нибудь уже» и бодрые Валом. Александра рядом не было.

- Ну, как сон на свежем воздухе? – спросил меня Валом, евший наваристую похлёбку. Рядом с ним сидел Вивер с кислой миной, вяло скрёбший такую же кашу.

- Замечательно! Иначе и быть не может. – приняв как можно более вдохновенный и радостный вид я сел рядом со своим похмельным другом.

- Это хорошо. – Валом сделал вид, что поверил мне. – Как только подкрепимся, сразу пойдём к пристани.

- К пристани? Мы куда-то плыть будем? – Вивер перестал гипнотизировать свою еду, переведя свой взор на Валома.

- Что ж, когда теперь все собрались, можно и рассказать. Мы присоединимся к отряду Александра.

- А можно чуть поподробнее? Что за отряд и кем мы в нём будем состоять? – тут же спросил я. Как говорится, трудовой договор нужно читать внимательно, особенно пункт про обязанности сотрудника.

- Александр договорился с одним купцом. Мы будем сопровождать торговца и его груз до Тулузы. А вы двое будете служить в моём десятке.

- То есть мы наёмная охрана? Прямо как у тех караванщиков, которые нас любезно сюда подбросили? – на это Валом только утвердительно кивнул.

Знаете, в детстве я порой воображал себя этаким рыцарем, скачущем на своём огромном белом скакуне. В этих детских грёзах я бешено махал мечом направо и налево, разя бесчисленных врагов. А в дни своей юности умудрился сыграть роль Санчо Панса, верного оруженосца Дон Кихота. Правда, я надеялся, что именно мне дадут главную главную роль в той постановке, да не в этом суть. Я уже давно не мальчишка и ввязываться в предприятие, которое может сулить большую опасность, не горю желанием. При всей своей склонности к некоторому авантюризму, умереть от руки какого-нибудь разбойника и быть похороненным в безвестном месте – не моя заветная мечта. Рисковать жизнью ради денег – не мой путь.

Впрочем, право выбора у меня осталось в той, прошлой жизни, где я был довольно известным в научной среде учёным. Мои ум и упорный труд помогли занять достойное место в обществе. Эпоха, взрастившая меня, где давно перестала ценится одна грубая сила, и право сильного уже не было в приоритете. Я знал куда идти, что делать, как поступить. Но в очередной раз Уроборос укусил себя за хвост, и всё вновь откатилось назад во мрак. Я прекрасно знаю историю как своей страны, так и мира в целом. И если здешний период истории хоть немного похож на Средневековье, то здесь свободу выбора имеют те, кто по чужим головам взобрался наверх. Или является потомком тех, кто выгрыз себе место под Солнцем. Остальные – просто расходный материал. Конечно, это очень упрощённая схема, но оттого она не становится менее верной. Один я ничего не добьюсь. Да я уже был бы мёртв без Вивера с Валомом. А в окружении тех, кто умеет за себя постоять, есть надежда обучиться простейшим приёмам самообороны для начала. А там посмотрим.

- Хорошо. Я не против. – ответил я, скосив взгляд на Вивера. Если он и был против идеи Валома, то сейчас был не в том состоянии, чтобы ярко выразить свой протест.

Наскоро поев, мы отправились к пристани. От пивной до причала было совсем недалеко и вскоре я смог лицезреть наш «круизный лайнер», который оказался драккаром. Нет, серьёзно, самый настоящий драккар, как с картин про грозных викингов, разве что отсутствовали щиты по бокам да драконья голова на носу. Суетящиеся люди споро заносили груз на судно под крики и ругательства какого-то толстяка, рядом с которым стоял и наш новый командир, пытавшийся вставить слово между причудливыми словесными конструкциями торговца. Как потом выяснилось, это был наш новый работодатель, купец Абеляр. Их разговор был слышен всем окружающим.

- Нет, нет и нет! Ни одного ломанного су больше! Мерзавец, обдурить меня решил?! Тупица, да я смогу найти кого угодно за куда меньшую плату. – ярился купец, у него чуть ли пар из ушей не шёл.

- Цена была за 26 человек, включая меня, а теперь их 29. За каждого придётся доплатить. Но если вам угодно найти другую охрану, то пожалуйста. – спокойно отвечал Александр, разводя руками.

- Нет, ну какой же… - купец продолжал разоряться, а Александр, заметив нас, еле заметно кивнул. Не став подходить ближе к спорщикам, мы дождались окончания перепалки. Победил Александр. Торговец махнул рукой, отсыпал ещё одну порцию ругательств, развернулся и быстро зашёл по сходням на драккар. И тут в голову пришла запоздалая мысль – а как я перенесу речную качку?