Колдун на горе

Глава первая, в которой с гор спускается туман.

В провинциальном городке у моря, в королевстве Вестария, рано утром поля и холмы у подножия гор окутал молочный туман, не предвещающий ничего хорошего.

Вестария была без преувеличения великой страной. Её придворные колдуны первыми догадались наладить торговлю безобидными магическими порошками и заговорёнными снадобьями с соседними государствами, от чего доходы в казну потекли звонким золотым ручьём. Их большая часть оседала в столице – богатом и процветающем Мелкоте, где недаром король за последние пять лет отстроил новый дворец из мрамора и стекла, с восхитительными зигзагообразными башенками и потайными ходами, равного которому не было во всём Рундаланде. Разумеется, не обошлось без помощи чар, и по стране гулял слух, что в этот раз к строительству приложила колдовство могущественная ведьма Невус – любимица короля.

Жителей небольшого городка Аскель, что у моря, долетающие из столицы сплетни интересовали и заботили в сильно меньшей степени, нежели чем периодически спускающийся с гор туман, а всё потому, что во всей Вестарии не сыскать более суеверных и мнительных подданных, чем аскельцы.

«Туман снова сгустился - быть беде!», «Колдун, поселившийся на вершине горы, опять спускается в город!» - обычно шептались на Рыночной площади в такие вот неудачные дни.

Однако, пока заря только-только занималась, окрашивая горизонт за водной гладью лилово-оранжевым, из домика с ярко-красной черепичной крышей, что стоял ближе к окраине, бесшумно выскользнула девушка. Она, то и дело озираясь по сторонам, перебежками устремилась в поля, вдали над которыми разливался злосчастный туман.

За спиной юной особы развивались длинные чёрные волосы. Белая блуза и фиолетовая юбка сходились на узкой талии, обнажая тонкие руки и лодыжки. Соломенная шляпка с широкими полями скрывала лицо.

Девушка, не оглядываясь, прошла мимо Ярморочной площади. Оттуда из города вела широкая тропинка, делая резкий поворот к скалистым холмам. При желании на ней бы спокойно могли разойтись две прогуливающиеся пары, но в такую рань местные любители неспешного променада ещё досматривали сны в мягких постелях.

По обеим сторонам от дороги, на которую свернула беглянка, на некотором отдалении от Аскеля, начиналось душистое разнотравье и разноцветье, особенно пестрое и красочное в подобные весенние теплые деньки. Почувствовав себя свободнее, девушка с торжественной грацией и ужимками кивала головой чинным и самовлюбленным нарциссам, проходя мимо цветов, словно те были придворными пажами Его Величества. Желтые скопления разбавляли проталины фиолетовых ирисов, их девушка тоже приветствовала с насмешливой полуулыбкой на схожий манер, воображая будто это – разодетые по последней моде фрейлины, сбившиеся в пугливые стайки. Таким затейливым образом она дошла почти до места, где тропинка принималась медленно набирать высоту.

Дальше ходили только охотники. Местные жители боялись это делать.

Над травой, местами по пояс, клубился едва заметный, редкий и полупрозрачный дым, но казалось, что, несмотря на все опасения аскельцев, девушке не было до него никакого дела. Закатав рукава простенькой ситцевой блузы, она раздвинула пучки травы, сворачивая с тропинки, и принялась весьма деятельно рвать полевые цветы, которые росли возле неё в неискоренимом множестве и многообразии. Вскоре в её руках собралась целая громадная охапка из благоухающих ромашек, колокольчиков, душицы и массы других соцветий.

Вдруг слуха девушки коснулась неторопливая и чарующая мелодия. Сперва ранняя пташка из числа людей решила, что лимонные вьюрки, сговорившись, таким образом чествовали новый день. Но уж слишком ладной и плавной выходила их песня – скорее всего, ранний беспечный пастух, выпасая стадо овец, вздумал забраться повыше и играл на деревянной флейте, именно когда с гор сползало дымчатое одеяло. Как раз там, где за вересковыми пустошами змеевидная тропа терялась в горах.

Из любопытства юная особа подошла ближе, но ничего не могла разглядеть за белой пеленой. Мелодия доносилась прямёхонько из подвижного тумана, лизавшего девушке ноги.

- Вы ведь живой человек, правда? – несмело крикнула она, обращаясь к невидимому музыканту. – Эй, уходите отсюда скорее! Здесь обитает колдун!

Ответа не последовало, но мелодия вдруг прервалась. Девушка ощутила, как по спине пронеслись мурашки, и решила не испытывать судьбу и не лезть не в своё дело.

Когда пальцы, обхватившие толстый ствол пышного букета, больше не могли вместить в себя ни цветочка, юная особа ловко выбралась на дорожку и засеменила обратно в сторону города с нелегкой ношей. А зарница над синей спокойной гладью разгорелась ярче, рассеяв последние предрассветные сумерки.

В порту девушка вдруг заметила большой корабль с высокими царственными мачтами и нетипично разукрашенными парусами. Точнее, она только предположила, что данный корабль непременно должен быть большим, хотя отсюда, с пригорка, он казался не больше майского жука. Но тут она вспомнила, как давеча подслушала, что в их провинциальный город должен был на днях прибыть Принц из соседнего королевства, что раскинулось где-то за бескрайним слоем воды у горизонта, поскольку Его Высочество сильно заинтересовался вестарийскими чарами. Скорее всего, это и был корабль Принца из далекой, невидимой страны.

«Наверное, с моря Аскель похож на мозаику на фоне темно-зеленых гор, - думала девушка по дороге, разглядывая родной городок, - с его миниатюрными домиками всех мастей от бледно-желтого до вульгарно-лилового».

Сама она, хоть и жила возле моря, ни разу не плавала ни на корабле, ни даже на самой маленькой рыбацкой лодочке. Впрочем, особого желания к тому никогда не имела, от того и не расстраивалась.

Проскользнув невидимкой по ещё сонным, безлюдным улочкам, девушка с охапкой цветов юркнула под алую черепичную крышу всё того же дома у окраины. Сбоку над его входом висела новенькая вывеска с изображением розы и витиеватой надписью: «Цветочная лавка Миссис Оттиген».

Внутреннее убранство соответствовало названию: вдоль нежно-голубых стен в две шеренги, как на параде, тянулись высокие кадки с цветами - в основном с алыми, белыми и кремовыми розами да лилиями всевозможных сортов. Сверху на продолговатых полках были аккуратно расставлены горшки с изысканными орхидеями всех оттенков розового и сиреневого, мимо которых шустро пронеслась черноволосая голова. В противоположном от входа конце располагался чистенький прилавок и лестница, ведущая на жилой этаж. Судя по размеренной тишине, наверху ещё не вставали.

Быстро отперев кладовку, девушка поставила собранные на склоне цветы в железное ведро из-под швабр, предусмотрительно уже наполненное до середины водой, стряхнула с голых лодыжек и туфель росу, сняла шляпку и с самодовольной улыбкой тихо прикрыла дверцу. Стоило облезлому ключу тихо щёлкнуть в замочной скважине, как со второго этажа послышались глухие шаги и женский высокий голос. Девушка поспешно отпрянула от стены, принимая самый благообразный вид, на который только была способна.

- Мегара, доченька, ты уже встала ни свет, ни заря?

Женщина, появившаяся следом на лестнице в белой ночной рубашке с пышными оборками, была похожа на выплывшее бесформенное облако.

- Да, матушка, - непринужденно отозвалась Мегара. - Я как раз собиралась открывать магазин перед тем, как ты спустилась.

Гора оборок и воланов приблизилась к девушке и сладко проворковала:

- Моя славная девочка, - миссис Оттиген ласково погладила дочь по румяной щеке. Однако было в этом жесте больше какого-то стороннего любования, чем материнской нежности. – Сколько слёз я пролила, когда твой отец бессовестно бросил нас, и вся ответственность за наши жизни легла на мои плечи. Кажется, что это было только вчера, а ведь прошло уже пять лет!.. Ты выросла и стала не только красавицей, но и моей главной, незаменимой помощницей!

На самом деле, миссис Оттиген, ценившая благородство и красоту превыше прочих добродетелей, страшно гордилась, что её дочь уродилась настолько хорошенькой, что о ней даже шептались на Рыночной площади. Белизной кожи девушка выгодно отличалась от смуглых южан, которую только подчеркивали густые, как смола, черные волосы почти до пояса. Миссис Оттиген, чьё лицо до сих пор не утратило следов былой привлекательности, дала имя дочери в честь ценного жемчуга, который вылавливали местные рыбаки с морского дна, и, видно, не прогадала. Теперь, когда Мегаре исполнилось восемнадцать, её матушка всё чаще задумывалась, как бы выгоднее устроить судьбу дочери, мысленно рассматривая партию не ниже городского казначея, а то и вовсе замахивалась в мечтах на особ королевской крови.

- Уже пора открываться, - напомнила Мегара, уклоняясь от очередной ласки. – Сегодня утром в порту пришвартовался корабль Валерийского Принца. Может нам повезёт, и кто-нибудь с корабля заглянет в нашу скромную лавку.

- Я очень на это надеюсь! Ах, если бы Принц и его свита прошли чуть дальше красивых центральных улиц! - всплеснула руками миссис Оттиген, подхватывая на ходу зефироподобную юбку от ночной сорочки. – Я приведу себя в порядок и сбегаю разузнать, что там да как. Глазунью для вас с Мэри я оставлю на плите. Тома тоже сегодня полдня не будет – у него важное собеседование на должность помощника пекаря.

- Ему снова отказали в прошлый раз? – Мегара сразу ухватила из разговора, что снова они со сводной сестренкой Мэри – дочкой нового маминого мужа Тома – останутся одни в лавке.

Вопрос дочери застал миссис Оттиген на середине лестницы, и женщина разом остановилась, тоскливо посмотрев на Мегару через плечо.

- Ты же знаешь, он старается…

- А по-моему, он лишь удобно присел тебе на хвост, как ведьма на метлу, и только делает вид, - категорично высказалась Мегара, скрестив на груди руки.

Наверное, юной барышне не пристало в столь молодом возрасте и при таком милом личике быть настолько рассудительной, но ей правда думалось, что отчим с гораздо большим рвением тратил денежки её наивной матери, чем подыскивал себе работу.

- Не говори так, доченька, - жалостливо проговорила миссис Оттиген, но голос её под конец фразы вдруг сделался тихим и слабым из-за грузных шагов, послышавшихся сверху.

- Нора, любовь моя, дорогая!

Спустя несколько секунд миссис Оттиген любовно клюнули в щеку большие и мясистые губы Тома, показавшегося на лестнице в новеньком парадном костюме из темно-синего атласа, купленном на сбережения от более, чем скромного дохода с цветочной лавки.

Мегара не сдержалась и вскинула брови.

- Хочу произвести наилучшее впечатление, - пояснил Том, сверкая белизной крепких зубов. – Мегги, ты тоже так рано уже на ногах! Умница, наша помощница и гордость.

Поскольку Том был весьма плечистым и высоким мужчиной, он сразу занял собой целый лестничный проход, так что миссис Оттиген сжалась на его фоне до размера маленького кучерявого облачка из дымохода над крышей.

- Надеюсь, вернусь до заката, - сообщил Том, расправляя элегантную ткань на брюках.

Проходя мимо Мегары, он на секунду задержался и по-отечески чмокнул её в темную макушку, от чего та едва вслух не возмутилась от подобной вольности, после чего в прехорошем настроении вышел из лавки.

- Вот видишь, милая, как он старается! - с чувством прожурчала с лестницы миссис Оттиген перед тем как исчезнуть наверху, как будто ситуация чудесным образом прояснилась сама собой.

Однако Мегара её энтузиазма не разделяла, убедившись только в очередной раз, какие мужчины самодовольные и наглые существа.

Глава вторая, в которой посетитель цветочной лавки режет палец о занавеску.

Аппетит был испорчен, поэтому, когда переодетая в васильковое платье миссис Оттиген спустилась во второй раз, Мегара всё ещё не притронулась к завтраку.

- Милая, я видела из окна туман возле гор, - опасливо заговорила миссис Оттиген. - Пожалуйста, никуда не ходи из лавки до моего возвращения. Возможно, колдун рыщет где-то в городе. Охотники рассказывают, что он специально запутывает горные тропы, ловит себе жертву. На площади шепчутся: уже пропало два десятка девушек по всему королевству! У входа я на всякий случай повешу защитный амулет против чёрной магии. Я приобрела его позавчера в лавке торговца чарами, и он клятвенно уверял меня, что оберег очень надежный.

- Не волнуйся, - схватив с крючка на стене зеленый передник и ловко повязав его поверх блузки, воинственно отозвалась Мегара. Она ещё злилась про себя на поведение отчима. – Пусть этот колдун только попробует появиться!

Схватившись двумя руками за метлу, вид она имела чрезвычайно грозный – миссис Оттиген осталась довольна.

Пожелав дочери бойкой торговли в её отсутствие, приодетая женщина по обыкновению поцеловала девушку и отправилась в город, но перед этим приколола к занавеске из цветных бусин у входа маленькую брошку в виде цветка эдельвейса – амулет на защиту.

Из цветочной лавки вышла грациозная дама, одетая чуть более тщательно, чем требовала обычная прогулка.

Мало кто знал из посторонних, что наряды хозяевам были не по средствам. В гардеробе хозяйки имелось всего пять праздничных платьев, и ни на одно больше и две пары парадных туфель. Вместо того, чтобы бережливо расходовать деньги, мама Мегары предпочитала покупать только одну вещь, но непременно очень красивую и дорогую. После предательства первого мужа миссис Оттиген заново воспитала в себе жизнелюбие, решив впредь окружать себя исключительно изысканными вещами, поэтому в её цветочной лавке находилось место только благоухающим розам, лилиям и орхидеям. Подобная расточительность всегда казалась Мегаре неуместной в их положении.

- Зачем помощнику повара нарядный атласный костюм? – подметая за прилавком, себе под нос бубнила девушка. – Как обычно, моя мать само простодушие!

Мысленно распекая отчима, Мегара отвлеклась на шелест акриловых бусин, которые переливались в солнечных лучах точно самоцветы – шторка из них в дверном проёме заманивала любопытных прохожих с улицы. Уж не забыла чего её наивная мать?..

На секунду отвлекаясь от своего занятия, девушка подняла взгляд и увидела на пороге силуэт незнакомца, покрытого разноцветным сиянием, как будто того с ног до головы обсыпали драгоценными камнями. Покупатель! Взволнованная зрелищем, Мегара даже неуклюже выронила метлу. Впрочем, быстро спохватившись, она мысленно себя отругала и нырнула за ней под прилавок.

Посетитель с любопытством заглянул внутрь цветочной лавки, поскольку на городской площади частенько гулял слух о красоте дочери хозяйки. Но стоило ему слегка придержать расшитую бусинами занавеску, его руку тут же кольнуло острым предметом. Не сразу сообразив, в чём дело, он вскинул бровь и тут же приметил маленький цветок эдельвейса, незаметно приколотый к одной из нитей. На белоснежные лепестки не пролилось ни единой капли крови, хотя посетитель по неосторожности порезал об них палец.

- Забавная, но совершенно бесполезная вещица, - не громче вздоха прошептал незнакомец.

Крошечная брошка свалилась со шторы, звякнула и закатилась под треснувший цветочный горшок в углу.

Когда Мегара поднялась из-за прилавка и выпрямилась, вошедший уже стоял возле неё, так что девушка вздрогнула и отпрянула назад к стене. Пальцы свободной руки неосознанно сжали морскую раковину на цепочке, виднеющуюся в вырезе блузы. С тринадцати лет Мегара, не снимая, носила эту подвеску, оставленную ей отцом на память вместе с фамилией Соммер перед тем, как он навсегда ушёл из дома. И со временем у покинутой дочери сформировалась дурная привычка хвататься за ракушку всякий раз, когда её что-то пугало.

Сейчас Мегара готова была поклясться, что за пару секунд пока она поднимала метлу, невозможно было пересечь длинный проход с рядами цветов, отделяющий вход от кассы – если только бегом! Но человек напротив, вальяжно облокотившийся на деревянный прилавок двумя руками и пристально уставившийся на испуганную девушку, вовсе не выглядел запыхавшимся.

Посетителем оказался юноша, на вид не на много старше Мегары. Разглядев его ближе, она удивилась не меньше: волосы обворожительного незнакомца имели цвет сияющей утренней звезды, а серо-голубые глаза, почти прозрачные как вода в горном ручье, внимательно в ответ изучали девушку. В стране, где большинство мужчин рождались с тёмными или рыжими волосами, Мегара впервые видела столь примечательного молодого человека. Юноша был высок и строен, что подчёркивал элегантный чёрный с серебром костюм. В лукавом и преисполненном любопытства взгляде проблёскивали искры интереса, что было совершенно неуместным, поскольку смотрел он не на товар, а ровнёхонько на Мегару. Неудивительно, что про себя она тут же обрадовалась своей удаче и решила: перед ней заморский Принц – не иначе!

- Чудесное утро для прогулки, не правда ли? – с улыбкой произнёс незнакомец, от которой возле прилавка в глубине комнаты стало чуточку светлее.

Мегара растерялась, потому что впервые в жизни видела настоящего Принца. Она быстро отставила метёлку к стене, вытерла руки о передник и определённо решила держаться с достоинством перед Его Высочеством, насколько могла простая незнатная девушка.

Только со стороны оно выглядело, будто её по неосторожности окатили из ведра с деревенеющими чарами.

- А у вас здесь красиво… Чистенько и опрятно, - рассуждал гость, осматриваясь по сторонам. Держался он как обычный сын фермера: раскованно и по-свойски – величественности в нём было столько же, сколько тёмных волос в шевелюре.

Мегара всё сильнее терялась. Но тут в её умненькой голове промелькнула занимательная мысль.

- Должно быть, там, где Вы живёте, полно роскошных лилий и роз, за которыми ухаживает самый лучший садовник, - Мегара маленькими шажками отступала к кладовке, не сводя глаз с заинтригованного молодого человека.

Он вскинул брови и улыбнулся, наблюдая за тем, как девушка отперла старенькую дверь в стене и, спустя несколько секунд, поставила перед ним на прилавок железное ведро с огромной охапкой полевых цветов.

– Вот, готова поклясться, что ничего подобного Вы раньше не видели!

Принц почти всё время должен проводить во дворце, мысленно рассудила Мегара. К тому же она слышала, что по ту сторону моря протянулась засушливая пустыня, а местные выращивают цветы в помпезных оранжереях. Разумеется, думала девушка, Его Высочество удивится подобному восхитительному разнотравью, которым богаты предгорья Аскеля!

Но молодой человек даже не взглянул на пёстрый букет, продолжая оценивающим взглядом совершенно бестактно скользить по девичьему лицу и фигурке.

- Вы – Принц? – неуверенно спросила Мегара, в голову к которой стало закрадываться сомнение.

- Я? – как ни в чём ни бывало посетитель очаровательно улыбнулся и небрежно откинул со лба несколько прядей светлых волос, налезающих на глаза. – Нет, ну что Вы!.. Моё имя Ад Мортис. Я очень рад нашему знакомству.

- Так Вы… - Мегара запнулась, почувствовав себя круглой дурой и начиная злиться. – Вы собираетесь покупать цветы или нет?

- Зачем они мне? – искренне удивился юноша. – Таких полно на лугах! К тому же, у меня нет денег.

- Тогда не морочьте мне голову! – сняв и швырнув передник рядом с ведёрком, Мегара отвернулась от посетителя и принялась снова с преувеличенным на этот раз усердием выметать пыль из-за прилавка.

- А Вы, должно быть, не робкая и весьма решительная барышня! – восхищённый Ад Мортис напрасно пытался поймать взгляд девушки, энергично орудующей метлой. – Не из пугливых – сразу видно. Готов поспорить, прогуляетесь под ручку с мертвецом и не вздрогните!

- Вы ещё тут? – раздражённо отозвалась Мегара. – Несёте вздор, зачем только явились!

- Знаете, мне подсказывает интуиция, что наша встреча отнюдь не случайна, - вкрадчиво сказал молодой человек и обошёл прилавок.

Посетитель становился навязчивым.

- Правда? – с елейной улыбочкой Мегара развернулась к самонадеянному разряженному франту. – То-то сегодня ночью мне снился волнующий сон!

- Что за сон? – бледный как мел, спросил Ад.

Мегара шагнула ближе к молодому человеку, от чего он заметно смутился, но не покраснел. Стоило отдать должное его искушённости!

- Мне снилось Ваше красивое лицо, - она кокетливо пробежалась пальчиками по сверкающим серебряным пуговицам на его одежде, затем просительно заглянула в чарующие глаза. - Только я никак не могла его разглядеть, потому что оно было… словно в саже.

- Как странно, - гость тяжело сглотнул, отступая на пару шагов, и вдруг сказал от волнения: – Может, нальёте мне чего-нибудь освежающего в такую жару? Кажется, у меня пересохло в горле...

- Для Вас могу предложить… воду из-под цветочных горшков!

Размашисто взмахнув метлой, Мегара послала всю собранную горсть пыли с пола вместе с жучками и паутиной на голову и костюм Ада Мортиса. Тот подскочил от неожиданности, зажмурив глаза, с криком шарахнулся в сторону, ударился об стену и смешно чихнул. Девушка прыснула, вертикально выставив перед собой метлу. Молодой человек вытер лицо рукавом перепачканного сюртука и с недоумением воззрился на совершенно гордую собой девушку. Расправив плечи, блондин отряхнулся и решительной походкой устремился к выходу.

Как только неудачливый кавалер исчез в светлом прямоугольнике, заливаемом с улицы солнечным светом, и за ним насмешливо вдогонку прошелестели бусины, с лестницы раздалось недовольное громкое фырканье.

- Ты хуже, чем колдун, поселившийся на горе!

Глава третья, в которой юная особа являет всю свою предприимчивость.

После развода миссис Оттиген впала в страшное безразличие и около года даже не желала печь свои любимые сладкие пироги с ягодами и знаменитый яблочный штрудель, прежде всегда безотказно поднимавшие женщине настроение. Мегара единожды попробовала приготовить их по фамильному рецепту (на какую жертву не пойдёшь ради душевного здоровья матушки!), смешала в миске яйца и сахар, но в итоге только вымазалась с ног до головы в муке да голубичном соке.

Миссис Оттиген продолжала тосковать, пока однажды не встретила бывшего дровосека по имени Том, оставшегося без работы из-за королевского запрета рубить «бедные беззащитные деревья» ради наживы. Король Руперт, правивший в Вестарии, прослыл сентиментальным чудаком среди вестарийского народа.

Сначала Мегара искренне обрадовалась за мать, встретившую, наконец, своё женское счастье. Только радость была недолгой. В начале весны Том переехал к ним в дом, но не один: он оказался вдовцом, у него подрастала шестилетняя дочь Мэри. С тех пор мужчина уже два месяца околачивал пороги мастерских, пытаясь найти хоть какую-то работу, где бы пригодились его мозолистые крепкие руки. А пока родителей не было дома, Мэри действовала на нервы Мегаре, на которую внезапно свалилась ответственность за сводную сестру, вдобавок ко всем заботам в цветочной лавке.

- Ты очень грубо обошлась с этим юношей! – категорично заявила Мэри, стоя на верхней ступени в белой ночной рубашке до пяток.

- Он отвлекал меня от работы, - в тон сказала девушка. – Как и ты сейчас.

- Ты – плохая!

Мегара вздохнула и, отложив метёлку, подбоченилась, посмотрела на сестру снизу вверх.

- Я его проучила. Подрастёшь – поймёшь, что к чему.

От перепалки сестёр отвлекли зазвеневшие бусины на решительно отдёрнутой шторке и внушительная мужская фигура, чеканным шагом вошедшая в цветочную лавку.

- Недурно, недурно! – широкоплечий мужчина в роскошной фиалковой накидке, расшитой золотыми нитями, придирчиво оглядывался по сторонам и поглаживал пальцами аккуратно подстриженную бородку с усами. Его голову оплетала замысловато сложенная ткань, скрывающая волосы и половину лба, завязанная элегантным узлом чуть выше правого уха. В центре узла сверкала крупная драгоценная брошь с переливающимися камнями.

Вот опять угораздило, второй расфуфыренный павлин за одно утро!

- А Вы ещё кто такой? - Мегара, нахмурившись, скрестила на груди руки.

Посетитель деловито прошёл к прилавку и вдруг напряжённо замер, увидев хозяйку. Он выглядел довольно молодо, лишь сеточка морщинок возле ястребиных карих глаз выдавала, что он разменял третий десяток.

- Я – Принц Алоиз Валерийский, - гордо объявил посетитель.

Мегара вытянулась в лице, обескураженно уставившись на человека напротив. Даже Мэри сползла вниз по лестнице и из своего укрытия в виде резного перила стала пристально наблюдать за диковинным гостем.

- Что Вашему Высочеству понадобилось в нашей скромной цветочной лавке? – утреннее происшествие с подозрительным Адом Мортисом придало Мегаре уверенности, и она, к удивлению, не растерялась.

- Я припыл сегодня на рассвете и, прогуливаясь по тесным улочкам, успел услышать на площади о девушке, прекрасной как майская роза, - оливковая кожа царственной особы покрылась лёгким румянцем. – Мои поиски привели меня в эту лавку, где я нашёл Вас.

- Должно быть, Ваше Высочество ошиблись, и люди на площади толковали о розе, как о цветке, а не о живом человеке, - сказала Мегара. – Вам нравятся цветы, Ваше Высочество? Взгляните вот на эти.

Девушка придвинула поближе ведёрко с полевым букетом.

- О, они чудесны! – вскричал Принц Алоиз.

Мегара улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой.

- Видите, такого редкого букета больше нигде нет, - она указала на полки. – Его красота не уступает ни одной розе.

- Я всенепременно должен заполучить его! Что Вы за него хотите?

Девушка приготовилась назначить солидную цену, но высокий голосок Мэри внезапно перебил её.

- Какой Вы глупый Принц! – запротестовала она, выбираясь из укрытия и привлекая внимание заморского гостя. – Это же самые простые цветы. Они ничего не стоят!

Мегара послала сестре из-за прилавка испепеляющий взгляд, в ответ та состроила ей противную рожицу.

- Но в моей стране таких цветов, правда, нет, - застигнутый врасплох Принц на миг опешил. – Моё королевство – это каменный оазис, расцветший посреди пустыни, жадный до научного прогресса и всего самого необычного, поэтому я действительно хочу их купить!

- Вы приехали в нашу страну ради цветов?! – Мэри изумлённо хлопала ресницами, теребя пальцами волосы, заплетённые в две косицы.

- Нет, кроха, - Принц Алоиз величаво вскинул подбородок и обдал малышку снисходительным взглядом. - Я наслышан о чудесах местных алхимиков.

- Мы зовём их чародеями и ведьмами. А чудеса – не что иное как колдовство.

- Оно-то самое мне и интересно! Я приплыл, чтобы заключить союз с вестарийским королём и завтра сутра отправляюсь в столицу на аудиенцию.

Мэри переполняло чувство важности, поскольку она вела свою первую в жизни светскую беседу и не с кем попало, а с самим Принцем Валерийским.

- Простите мою глупенькую сестрёнку, Ваше Высочество. Она ещё не пошла в школу, поэтому не знает, как выглядит Валерийское королевство, - вклинилась Мегара, переводя внимание знатной и богатой особы вновь на цветы. – Ради такого почтенного гостя и столь благородных помыслов, как Ваши, я уступлю Вам это ведёрко всего за пару золотых монет. И ещё подскажу, как пройти к магической лавке, где торгуют амулетами на удачу и прочими чарами. Это недалеко от башни с часами.

- Охотно прощаю! Я всенепременно отблагодарю Вас, когда вернусь от короля, а сейчас меня, должно быть, уже ищет свита, - пообещал Принц Алоиз, достал из бархатного кошелька два золотых, и сделка свершилась. – Но прежде, чем я уйду, я хочу знать имя прелестной девушки, что продала мне удивительные цветы.

- Моё имя Мегара, господин.

- Мегара, - распробовал на языке Принц и остался очень доволен. – Что ж, прощайте!

- Удачи Вам, Ваше Высочество! – девушка крикнула вслед гордо удаляющемуся Принцу, уносящему железное ведёрко из-под швабр и цветы.

Стоило ему скрыться, она принялась не верящими глазами рассматривать врученные ей сверкающие монеты из чистого золота, которых прежде никогда даже не держала в руках.

Мэри, босая, подошла ближе, чтобы тоже на них посмотреть, но Мегара быстро вместо того, чтобы положить выручку в кассу, сунула золотые в карман платья.

Девочка ахнула.

- Я расскажу всё папе! Расскажу, расскажу! Родители тебя выгонят!

- Зачем ты увязалась за мной и лезешь повсюду, как мышиный хвост? – Мегара невыносимо устала от надоедливой маленькой проныры. – Вообще-то это – мой дом, и никто меня не выгонит! Если захочу, я сама уйду, и тогда ты будешь с утра до вечера стоять за прилавком!

В пылу ссоры сестры не заметили, как в лавку вошёл третий посетитель.

Глава четвёртая, в которой Мегара встречает одного человека в трёх лицах.

Девочки горячо спорили, при этом каждая старалась перещеголять и задеть другую, не жалея обидных слов.

- И чего только эти бестолковые принцы в тебе нашли? – подбочилась малышка на манер взрослых. – Ты же тощая, как метла ведьмы, да и характер препротивный!

- А ты откуда знаешь, какая у ведьмы метла? – не отставала вторая, нависая над младшей. – Может, твоя покойная матушка была ведьмой? От того и ты такая несносная уродилась!

Девочка резко осеклась, стиснув зубы изо всех сил, чтобы не разреветься.

Вошедшая минуту назад женщина в пышном кринолиновом платье держалась в стороне и молча наблюдала за ссорой со своего места.

«Как жестокосердно говорить столь ужасные слова ребёнку, лишившемуся матери!» - мысленно вознегодовала она.

- Я тебя ненавижу! – зло со слезами на глазах выпалила младшая, всплеснув кулаками в воздухе. – Хоть бы тебя забрал колдун и заточил на вершине горы!

Крутанувшись на босых пятках, она с побагровевшим лицом понеслась бегом вверх по лестнице. Должно быть, это не первая ссора. И наверняка у малышки в комнатке под чердаком имеется укромное место, где она прячется после подобных размолвок.

- Не дождёшься, мышиный хвост! - вдогонку послала девушка в фиолетовой юбке. – Сперва научись помогать, а не мешать старшим!

Минутой позже в дверной проём влетела чуть полноватая дама, едва не запутавшись в занавесках. От спешки она тяжело дышала и тоже не сразу заметила посетительницу в углу – настолько торопилась рассказать последние новости с Рыночной площади. Взволнованная женщина первым делом кинулась к девушке.

- Мегара! Там… там… Принц!.. – через слово сбивалась она из-за переполнявших её эмоций и восторженных степеней, слетающих с заплетающегося языка. – Потрясающе!.. Роскошно!.. Великолепно!

- Матушка, ты, наверное, сбила все ноги, пока так спешила, присядь, - девушка напрасно пыталась вразумить мать.

- Ах, доченька, какой же он огромный! – повторяла та, выписывая в воздухе руками кренделя, видимо, стараясь передать форму величественного заморского корабля.

- Неужели?! – приторно удивилась Мегара. – Тогда я непременно должна его увидеть своими глазами. Я сбегаю в город, ты отпустишь?

- Конечно, конечно, милая! Я здесь за всем присмотрю. Может быть, ты встретишь знатного и благородного человека в этот славный день!

Девушка благодарно чмокнула мать, расправила складки юбки и с радостной улыбкой вольной пташкой устремилась прочь, но по дороге нечаянно наступила на краешек платья тихой посетительницы.

- Простите! – обронила Мегара, столкнувшись на мгновение с пробирающим взглядом строгих глаз.

Эта женщина знала, какое впечатление производит на людей её внешность. Кожа на вытянутом лице сияла, будто её присыпали перламутровой пудрой, а тёмные медные локоны были убраны в высокую причёску на манер той, что носили королевские фрейлины. Почти по центру между бровей статной дамы, как третий глаз, чернела крупная родинка. Аскельцы верили, что люди с подобной уникальной меткой на теле умели заглядывать в будущее.

- Я могу Вам помочь? – проводив ускользнувшую дочь взглядом, спохватилась хозяйка.

- Не утруждайтесь, - любезно, но довольно прохладно ответила посетительница. - Полагаю, здесь я не найду того, что ищу.

Она вышла на свет из тени. Гордая осанка, фасон дневного туалета и церемонность дамы поразили хозяйку, которая даже в своём парадном платье, видимо, на миг ощутила себя безродной простушкой рядом с богато одетой госпожой. Убранное кринолиновое платье посетительницы на зависть горело, как факел, яркими осенними красками. По пышным рукавам и подолу струилась вышивка, точно резные блестящие ракушки поднялись с морского дна и налепились на ткань. Ни один портной во всём королевстве не смог бы создать подобного великолепия.

Посетительница степенно удалилась из цветочной лавки. Она хмурила открытый высокий лоб, поджав тонкие губы. Из мыслей дамы никак не уходили подступившие слёзы маленькой девочки с двумя косицами. Несколько секунд женщина следила за гибкой фигуркой Мегары, пока та беззаботно не свернула за угол старинной каменной церквушки со шпилем.

Хлопок – и дама уже стояла на холме, взирая на город сверху вниз.

Невус зареклась ещё хоть раз прохаживаться по его улицам в собственном обличье, потому что с лихвой натерпелась сутра: каждый второй суеверный горожанин при виде её родинки подходил с глупой просьбой о предсказании судьбы. В столь отдалённом от столицы краю, на окраине королевства, никто из невеж даже не признал в статной даме самую могущественную колдунью Вестарии.

В небе от голубой массы отделилось небольшое облачко, которое неприметно плыло по небу, почти сливаясь с чистой синевой. Облако опустилось на холм, обернулось существом невысокого роста с длинными ушами и чешуйчатым телом. После перевоплощения гремлин, одетый в зелёный кафтан, почтительно склонил голову перед колдуньей.

- Госпожа, чародей был сегодня утром недалеко от столицы, он разговаривал с дочерью мельника, - существо хитро и подленько осклабилось. - Видимо, от безысходности, с Вашей помощью юный мастер опустился до простолюдинок.

- Хорошо, я обязательно наведаюсь к ней сразу после того, как закончу здесь одно дело. Я видела, как он выходил из цветочной лавки. И он вполне мог заинтересоваться той невоспитанной девчонкой, поэтому мне следует хорошенечко испытать её.

Ведьма хищно окинула взглядом черепичные крыши беззащитно склонившегося перед ней Аскеля. Где-то там, внизу, по тесным улочкам города ступала та, что не ведала, кого повстречала за одно короткое утро.

***

Разумеется, Мегара не собиралась идти смотреть ни на какой корабль. Вместо того она отправилась на встречу с подругой детства Лиз, вместе с которой в прошлом году закончила одну школу. Дом её семьи находился в противоположной части города. Вплотную к добротной и крепкой постройке прилегали скотный двор и маленький луг, на нём в любую погоду выпасались гордые гуси, важно задирающие головы. Родители Лиз были фермерами.

Каблучки Мегары задорно постукивали по мостовой, вымощенной из серого камня. Цветочница так спешила, что не обращала внимание на робкие улыбки юношей, изредка попадавшихся ей на пути. Как хорошо, что почти все жители сейчас толпились у пристани в надежде разглядеть заморского принца и его свиту.

Возле фонтана с золотоглавым грифоном девушка приметила сгорбленную старуху с седыми волнистыми волосами в заплатанном балахоне. Когда Мегара с ней поравнялась, та неожиданно протянула к ней худую морщинистую руку.

- Дочка, красавица, - нараспев протянула нищенка сиплым, жалостливым голоском. – Подай немощной одинокой старухе монетку на чай да корочку хлеба…

- Простите, бабушка, - любезно, не сбавляя шага, отвечала Мегара. - Должно быть, Вы мало трудились в молодости, от того ничего не скопили, или плохо воспитали детей и внуков, раз теперь они о вас не заботятся.

Не став слушать ответ старухи, Мегара юркнула на одну из крытых улиц, которая вела к Рыночной площади. Сегодня девушке совершенно не хотелось задерживаться в самых людных кварталах города. Она невольно ускорила шаг и вскрикнула, не заметив, как врезалась в кого-то. Точнее этот кто-то, весьма маленький и быстрый, с разбега врезался в неё. Мегара опустила взгляд строгих васильковых глаз и увидела перед собой напуганную прехорошенькую девочку. Она выглядела как кукла с витрины магазина, с аккуратным носиком, фарфоровой кожей и большими нежно-розовыми бантами.

- Простите, я не хотела, - сказала девочка. – Пожалуйста, помогите мне… Я потеряла маму и папу на площади!

Солнце играло в её белокурых волосах, делая ребёнка похожим на маленького ангелочка. Богато украшенное оборками белое и чистое платье говорило о том, что девочка имела состоятельную и благопристойную семью.

- Извини, я тороплюсь, - Мегара обошла малышку со стороны. Тон её голоса не потеплел и не сделался обманчиво участливым. Пустяковая просьба нисколько её не разжалобила. – Разве не ты сама виновата в том, что потерялась? Не нужно было убегать от родителей. К счастью, сейчас на площади очень мало людей. Ты без труда найдёшь маму и папу, если чуть-чуть приложишь усилия.

Назидательно посмотрев на кроху, Мегара отвернулась и продолжила путь. Но с каждым шагом, отдаляющим её от растерянной девочки, в груди нарастало странное чувство неправильности. Оно в конце концов вынудило Мегару остановиться. Нет, отказывать в помощи потерявшемуся ребёнку чересчур жестоко. В конце концов, не все дети такие неисправимо противные, как её сводная сестра. Пусть лучше эта ситуация послужит для непоседы уроком. В следующий раз она будет слушаться старших.

Мегара обернулась, намереваясь окликнуть девочку.

Но на широкой площади той уже не было.

Глава пятая, в которой присутствует немного флирта и колдовства.

«Не могла же она испариться!» - обдумывая чудное происшествие, Мегара пересекла несколько улиц.

Впрочем, не следовало как-то долго ломать над этим голову. Диковинные вещи случались в Аскеле чаще, чем шёл дождь. Город, в котором жила Мегара, мог похвастаться одним колдуном, и некоторые богатые кварталы несли отпечаток его затейливого волшебства. Например, перебегая дорогу, Мегара случайно наступила на «удивительный камень». Так аскельцы обычно называли каменные плиты в мостовой, которые начинали мерцать и переливаться на солнце всеми цветами радуги, стоило лишь до них дотронуться. Тут же в воздухе рассыпался маленький фейерверк конфетти - кусочки цветной бумаги потом приходилось выковыривать из волос. Как правило, камни были именными, и на них изящным почерком несмываемыми чернилами были выведены названия лучших торговых домов Аскеля.

Или, например, заговорённые фонтаны. Каждый день в определённые часы они пели и давали концерты, окатывая радостную толпу зевак брызгами.

Но всё это, конечно, было мелочью в сравнении со столицей.

***

Часы на городской башне пробили полдень.

Оказавшись возле дома с покатой треугольной крышей, прилегающим лугом и гусями, Мегара ещё издалека заприметила выходящую из калитки и спешащую ей навстречу подругу. Рыжие волосы и веснушки были отличительными чертами всех представителей семейства Боулзов, поэтому на расстоянии Лиз было легко спутать с кем-то из её многочисленных сестёр.

Довольная тем, что успела её опередить, Мегара подбежала к Лиз и сжала руки подруги в ладонях. Чувствуя, как её переполняют эмоции, цветочница выпалила на одном дыхании:

- Ты ушам не поверишь, когда я расскажу!

- К тебе посватался принц? – озорная улыбка Лиз на корню отметала озвученную догадку.

Начинающая волшебница слишком хорошо знала лучшую подругу. Женихи и принцы оставляли Мегару равнодушной. Для того, чтобы вызвать у неприступной красавицы подобное воодушевление, должно было случиться что-то воистину невообразимое.

- Лучше, – Мегара просияла, потянув Лиз за собой. – Идём! По дороге к миссис Тэмс расскажу.

- Может, по пути заглянем в лавку с чарами?

Единственный в Аскеле чародей, имеющий королевскую лицензию на волшебство, мистер Сэмпл – чудаковатый старичок в очках – держал магазинчик в центре города и был жадным коллекционером. Он часто путешествовал и тащил в лавку всё самое редкое и удивительное со всей Вестарии. Однако в связи с появлением колдуна на горе ему пришлось поумерить свою тягу к странствиям. Не проходило дня, чтобы кто-то из аскельцев не умолял деда не бросать их, бедняжек, на произвол судьбы, на растерзание злому чародею. Мистер Сэмпл вздыхал, ворчал для вида и… открывал двери лавки нараспашку. Страх перед колдуном подстёгивал торговлю магическими артефактами. Особенно горячим спросом пользовались всевозможные обереги.

Мегара знала, что подруга любила и могла часами рассматривать магические колокольчики, навевающие сладкие сны; волшебные шкатулки, в которых можно было собственным голосом оставить послание для другого человека; морские раковины с предсказаниями и прочие диковины. В отличие от Мегары, Лиз обладала талантом к магии. Однако в этот раз кислое выражение лица цветочницы при упоминании лавки с чарами были вызваны отнюдь не завистью.

- Давай не пойдём туда, - сказала она. – Там сейчас, должно быть, яблоку негде упасть, и всё из-за приезда дуралея Принца.

- Ладно, - Лиз с подозрением посмотрела на подругу, - но ты обещала рассказать, что тебя так сутра взбудоражило. Это как-то связано с...

***

Вдова миссис Тэмс, мужа которой никто никогда не видел, держала маленькую кондитерскую вдалеке от главных торговых улиц Аскеля. Поход туда во время прогулок стал для неразлучных подруг своего рода ритуалом. Как ни странно, угрюмая сутулая женщина с тихим и низким голосом продавала самую вкусную выпечку в городе, сравниться с которой, по мнению Мегары, могли только ягодные пироги её матери. Однако, из-за малоприветливого характера вдовы аппетитные трубочки с кремом да сливочные пирожные не пользовалась большим спросом у жителей города.

В кондитерской Мегара отсыпала хозяйке горсть монет и гордо попросила завернуть с собой ореховый пирог. Целиком.

- У кого-то из вас что, день рождения? – глухим, пугающим с непривычки голосом спросила миссис Тэмс, наморщив крючковатый острый нос.

- Нет-нет, но иногда можно себя побаловать.

Наблюдая за тем, как удивлённая хозяйка протягивает Мегаре квадратную упаковку из тонкого картона, перевязанную лентой, Лиз даже после удивительного рассказа от неверия приподняла брови.

Обычно они брали один на двоих бумажный кулёк с засахаренным миндалём или самое недорогое печенье. Обе девушки старались немного отложить заработанных денег.

Мегара мечтала открыть в столице собственное дело, где рядом не будет ни надоедливой сводной сестры, ни обузы-отчима, ни наивной непрактичной матери, не умеющей жить по средствам. Там, где о ней никто не станет сплетничать на площади. Там, где таких симпатичных барышень при дворе было пруд пруди, а женихи, наоборот - в дефиците. И где в ней в первую очередь смогут разглядеть деловую хватку и острый ум. В это же время Лиз лелеяла несбыточное желание накопить на обучение в Академии Волшебства в столице, куда женщинам, даже обладающим магическим талантом, вход был практически закрыт. Плата за год обучения была непреподъёмной для девушки из глубинки, а бесплатно туда принимали только юношей. На деньги, которые требовалось скопить Лиз, вся её многодетная семья, включая дальних родственников, могла жить безбедно и не работать несколько лет.

Подруги, смеясь, обсуждали будущее, в котором Принц-Какого-То-Там-Королевства женится на Лиз и оплатит её обучение, пока шли вдоль тесной улочки со сросшимися друг с другом домами. Девушки так заболтались, что не заметили ограждения и глубокой ямы впереди, куда Мегара улетела бы на пару с дорогущим пирогом, если бы Лиз вовремя не придержала её за руку.

- Спасибо! - поблагодарила невнимательная особа.

- Дорога закрыта, - Лиз вздохнула. – Опять что-то чинят. Видимо, придётся повернуть назад и обойти.

- А что, если ты чарами наколдуешь дорогу? – смело предложила Мегара.

- Если кто-то узнает, что я колдовала, не имея королевской лицензии на занятие магией, у меня могут быть серьёзные неприятности.

– Да брось, - подбивала Мегара, которую одолела жажда посмотреть, на что Лиз способна. - Здесь никого нет, никто не увидит.

Подруга с сомнением окинула опасливым взглядом длинный проулок, задрала голову и внимательно оглядела окна, убедившись, что ни одна любопытная голова не свесилась наружу. Только после этого она сдалась.

- Ладно.

Лиз закатала рукава зелёного платья до локтей, будто приготовилась месить тесто. В воздухе запахло печёными яблоками и корицей. Лиз говорила, что у колдовства каждого волшебника имелся свой индивидуальный запах. Так, очень по-домашнему, пахла магия подруги. Мегара с предвкушением наблюдала за тем, как она двигала в воздухе руками в какой-то только Лиз известной последовательности плавных движений, будто плела пальцами верёвку, нашёптывая отрывистые слова. А после, с открытым ртом, - за тем, как пустое пространство ямы начало постепенно затягиваться прозрачным стеклом.

- Ну что, рискнёшь? – насмешливо спросила Лиз, локтем толкнув подругу в бок.

Мегара обошла заграждение и, затаив дыхание, осторожно ощупала башмаком хрупкую на вид опору. Затем шагнула на стеклянный мост, ещё раз опробовала его на прочность и засмеялась.

- Кажется, кто-то только что нарушил закон, красавицы.

Мегара и Лиз синхронно обернулись на голос. Прямо за их спинами стоял моложавый офицер в синем кителе с вышитым золотой нитью королевским гербом на груди в виде щита. Нежеланный свидетель вышел из дубовой двери с кованным засовом. Прямая осанка и широкие плечи отличали человека военного, привыкшего нести службу. Такие следили за порядком на улицах города… В то короткое дневное время, когда не напивались в пабах и не устраивали между собой потасовки.

Лиз беспомощно покосилась на Мегару. Во взгляде волшебницы было написано, что они обе пропали. Загнанным в угол подругам оставалось надеяться только на чудо.

Вот только Мегара, привыкшая рассчитывать на собственные ум и находчивость, никогда не верила в чудесное избавление и не ждала ни от кого помощи.

Она незаметно подмигнула подруге.

- Прости, мы разве раньше не встречались? – красавица вкрадчиво обратилась к приосанившемуся стражу порядка.

- Нет, - офицер подкрутил усы и другой рукой наспех пригладил рыжие кудри. – Кажется, нет… Я бы запомнил.

- Странно, что мы до сих пор не пересеклись где-нибудь вечером за столиком с кружкой эля, – Мегара, не сводя кокетливых глаз с солдата, пошла к нему. - Как тебя зовут?

- М-марк.

- Какое грозное и мужественное имя, - Мегара вдумчиво и томно растягивала гласные, чуть понизив голос, а за спиной украдкой подавала знаки Лиз уходить. Благо, что та быстро сообразила, что нужно делать. – Марк… Как нельзя лучше подходит столь бравому офицеру.

Румяные щёки мужчины сделались пунцовыми.

- Мы могли бы исправить досадную оплошность и продолжить более близкое знакомство в Майский праздник, - Мегара, изображая стеснение, заложила обе руки за спину, в одной из которых продолжала держать коробку с пирогом.

Притягивая к себе жадный мужской взгляд, девушка обогнула солдата, словно мышка обежала голодного кота. Лиз и улица со свободным проходом оказались позади. Значит, пора было заканчивать представление.

- Надеюсь, я могу рассчитывать хотя бы на один танец? – с придыханием спросил Марк.

- Возможно, даже не на один! – Мегара легко и быстро принялась пятиться назад. Она с очаровательной улыбкой помахала кавалеру рукой. – До встречи на празднике!

- Где и когда? – Марк чуть не последовал за ней.

- Под башенными часами после двенадцатого удара!

До любимого тайного места – заброшенного пирса в камышовых зарослях – девушки бежали, не останавливаясь и громко смеясь.

Устроившись на грубых досках, они наконец разломили ореховый пирог на несколько частей. Веки обеих непроизвольно сомкнулись от изумительного вкуса: миссис Тэмс добавляла в выпечку секретный ингредиент. Потом изо рта Лиз падали крошки нежного песочного теста, когда она передразнивала обещания подруги, данные тому легковерному офицеру. Она рассуждала вслух, в каком нетерпении он проведёт время, оставшееся до Майского праздника. От смеха на глазах Мегары выступили слёзы, и она чуть не подавилась третьим куском пирога.

Мегара развалилась на досках и слизывала с пальцев остатки мёда и сахара, когда Лиз после долгой паузы внезапно произнесла:

- Мне иногда бывает очень страшно, - из её звонкого голоса испарилась весёлость. – Это всё из-за того, что проклятый колдун поселился на горе… Я боюсь, что однажды он похитит тебя.

Мегара удивлённо посмотрела на необычайно серьёзную подругу.

- Уже пропало столько девушек, первых красавиц, по всему королевству. Рано или поздно он прознает о тебе. Мегара, ты не сможешь вечно прятаться в цветочной лавке!

Девушка села, выпрямив спину, и накрыла ладонью сжатую в кулак руку Лиз.

- Я не собираюсь прятаться. Знаешь, что я думаю? – с усмешкой сказала Мегара. - Не представляю, как должно быть этому колдуну тяжко. Только вообрази нескольких девушек вокруг одного мужчины вместе под одной крышей… Жуть берёт! К тому же, нечего даже говорить, что столичные красавицы нашим не чета. Им подавай развлечения, нарядные платья, изысканные деликатесы на завтра, обед и ужин. А всё это нужно оплачивать. Должно быть, этот колдун уже сто раз пожалел, что с ними связался. По-моему, сейчас это самый несчастный мужчина во всём королевстве! И мне искренне его жаль.

Лиз прыснула от смеха.

- Я убеждённо верю в одно.

Мегара вынула из потайного кармана платья две круглые монеты – плату, полученную от Принца, - и вложила одну из них в руку подруге. Лиз попыталась вернуть её обратно, но Мегара решительно настояла на своём.

- Пусть половина будет у тебя. Конечно, здесь нам не хватит на жизнь и учёбу в столице. Но это в несколько раз больше, чем нам обеим удалось скопить за целый год! По-моему, неплохое начало положено. Ты знаешь, я всегда говорю, что судьба никогда не отвернётся от того, кто готов взять её в свои руки. Остальные же пусть прикрывают лень и бездействие страхом и суевериями. Пусть и дальше боятся колдуна на горе или злую колдунью, или морскую ведьму. Мне всё равно. Я хочу сама решать, как мне жить!

Вдруг в камышах неподалёку что-то булькнуло, на миг заставив девушек вздрогнуть. Наверное, рыба подпрыгнула над водой. Несмотря на короткий испуг, Мегара по глазам подруги видела, что смогла растопить на её сердце тревогу.

Лиз накрутила на палец рыжую кудряшку.

- До сих пор не могу поверить, - обронила она, силясь не засмеяться. – Неужели он, правда, заплатил за букет луговых ромашек и колокольчиков?

Над зарослями камыша ещё долго носились всплески звонкого девичьего смеха.

Только когда большое оранжевое солнце скрылось за горой, Мегара и Лиз отправились в обратный путь.

- Уже так поздно, но ничего страшного, - весело щебетала Лиз, бредя в сумерках вдоль зелёной изгороди. – Сегодня Клариса осталась помогать родителям по хозяйству. Я тайком наколдовала для неё новенькое бирюзовое платье для праздника, так что ещё пару дней сестра – моя должница. А что твоя мама скажет по поводу твоего отсутствия?

- Она считает, что мне полезно выходить в город, пока на причале пришвартован корабль Принца, - лукаво сказала Мегара.

- Гляди! - Лиз ткнула пальцем в мрачные холмы и предгорья вдалеке. – Клык Людоеда светится алым!

Мегара посмотрела, куда указывала подруга, и тут же нахмурила лоб. И правда, по тёмно-синему небу над горами плыл красный туман.

- Думаешь… это колдун? – понизив голос, спросила Лиз.

Тьма сгущалась, и от этого вида становилось как-то не по себе даже Мегаре.

- По-моему, это всего лишь игра света после заката, вот и всё, - отрезала она.

Подруги простились возле забора дома Лиз, огораживающего зелёный лужок, на котором кичливые гуси уже обустроились на покой. Лиз пообещала снова прислать шебутного младшего брата Фрэнка в цветочную лавку накануне, чтобы условиться об очередной встрече.

Мегара поспешила домой. С одной стороны, она почти жалела, что так задержалась, но с другой, в провинциальном Аскеле редкий день выдавался столь богатым на события, как сегодняшний.

Мегара обходила открытые двери увеселительных заведений, из которых в темень лились мягкий оранжевый свет, пьяный смех и запах крепкой пенистой выпивки. Находились в городе любители ночных посиделок. Не хватало только нарваться в одиночку на захмелевшего офицера типа Марка!

Мегаре пришлось свернуть в крытый безлюдный проулок, пробираться через темноту которого приходилось почти на ощупь. В окнах на этой улице не горел свет. Жители Аскеля вообще не любили после захода солнца совать нос наружу, ложась спать весной чуть ли не в первый час после заката и рано закрывая торговые лавочки.

Вдруг впереди мелькнула тень, чуть более густая и подвижная, чем царивший вокруг мрак. У Мегары ёкнуло сердце. Она остановилась, как вкопанная, покрываясь мурашками. Пальцы невольно потянулись к ракушке на шее, очертили привычные острые края, и только после этого страх немного отступил.

Разумом Мегара понимала, что дело было вовсе не в целительной силе раковины. Прикосновение к ней воскрешало воспоминания о сильном и заботливом отце, которого Мегара просто обожала в детстве. Он был капитаном корабля, прям как отважный герой из детской книжки, и ребёнком Мегара любила проводить с ним время, разглядывая старые карты. Отец специально отмечал на них крестом место, где было якобы зарыто сокровище, а после они искали золото прямо на заднем дворе их дома. В те времена тот ещё не был цветочной лавкой. Папа сажал Мегару к себе на плечи и много смеялся, а она, охваченная азартом, указывала ему дорогу, придумывая на ходу опасности под каждым розовым кустом. Но всякий раз невероятные приключения прерывал ласковый голос матери, зовущий храбрых искателей к ужину. Клад дочь с отцом так ни разу и не нашли. Но никогда не грустили по этому поводу. Не особенно-то он был и нужен.

От воспоминаний о тех счастливых днях на душе становилось теплее. Пусть даже в конечном итоге всё закончилось не так, как пишут в книжках.

Как было бы здорово, если бы папа сейчас был рядом и защитил её от всех теней…

Мегара покачала головой, одёргивая разыгравшуюся фантазию. Что за глупые мысли? Ей уже давно не тринадцать, и она привыкла рассчитывать лишь на себя.

Что-то вновь зловеще шевельнулось возле стены. Должно быть, такой же запоздавший гуляка спешил домой, попеняла себе Мегара.

Вот только тень была маленькой, юркой.

Игра воображения, уверяла себя девушка. Расправив плечи, она сделала шаг и…

…что-то прошло сквозь неё, прежде чем Мегара потеряла сознание.