Когерентный Источник: Квантовая Запутанность

Глава 1

— Это и есть решение? Распределить войска между всеми игроками рынка?

— Да. Вероятность внутренних конфликтов менее 0,9%.

— Как ты предлагаешь регулировать численность? У кого больше акций, у того больше армия. Это тупик.

— Численность стандартизирована. Увеличение одним членом Акционерного парламента обязует его профинансировать пропорциональное увеличение армий всех остальных. Колонии постепенно уходят в автономию из-за войн между корпорациями. Вы просили найти решение.

— Как мы это назовем?

— Декларация военной антимонополии.

Из логов ИИ Корпоративного парламента Орбитальной Директории. Протокол работы с Леоном Дорианом, первым премьер-министром. 2302 год.

Глава 1

2357 год. 6 октября

Сектора Ангара.

И-индекс: 0,80

Плотное черное пространство космоса сектора Ангара разрывали разноцветные вспышки когерентных переходов. Оно выплевывало крейсеры Орбитальной директории прямо под залпы строя Гефестского Синдиката. Военное построение флота Синдиката — Стальное Кольцо — отлично справлялось, не давая противнику себя растянуть. Крейсерам Директории приходилось моментально выпускать истребители, отвлекая сотнями мелких целей навигационные ИИ противника.

Торпеды, разрываясь о щиты кораблей-заслонов, оставляли яркие белые вспышки, от которых у некоторых пилотов выжигало сетчатку. Так продолжалось уже несколько часов. Крейсер "Чак Вейнор" тряхнуло — топология пространства пропустила очередной снаряд, но щиты выдержали.

Бэн, схватившись за шасси своего истребителя, едва устоял на ногах. В ангаре десятки пилотов суетливо проверяли системы перед вылетом, пока дроны роем кружили в воздухе. Истребители намеренно расставили максимально хаотично — при вылете не должно быть толкучки. Свет несколько раз мигнул, затем послышалась слабая сирена.

— Можно было просто объявить вылет! Вот бы сюда этих техников, чтобы они послушали этот сраный вой! - матернулся Алекс, потирая уши.

— Говорят, что создатель сирены, очень любил страшилки про призраков, — саркастично пробубнил другой пилот позади Бэна.

Куда мне положить тебя? Станция подзарядки?

Вертя в руках небольшую красную прямоугольную флешку, он периодически кидал взгляд в угол ангара, пальцами слегка постукивая по бедру.

— Тогда тут ему точно понравится. Он бы просто обосрался от счастья. Смотри — мы все тут сейчас призраки! — захохотал Алекс.

— Еще нет, — спокойно прервал его Бэн, — Задача поставлена. Мы такое уже делали.

Крепкая рука лейтенанта похлопала его по плечу:

— С пиратами, Бэн. Не с Синдикатовцами.

"Бэн, не оставляй меня здесь" — тихонько пронеслось в наушнике.

— Ты не полетишь. Точка, — прошептал Бэн, отворачиваясь от пилотов.

«Даже если крейсер не уничтожат, рано или поздно меня снимут с зарядки. Лучше с тобой в кабине, чем тут одной» — голос тоже начал шептать, подражая Бэну.

Пока он в нерешительности посматривал на пролетающих мимо дронов, Алекс уже ловко запрыгнул в кабину и начал нетерпеливо махать их условный сигнал. Встав сразу на вторую ступеньку трапа, Бэн машинально осмотрел хаотичный строй еще раз, выискивая возможные недочеты в работе пилотов. Правый фланг идеально оттянулся, но центр слегка смещен.

— Левый корпус вылетает первым, затем центр, затем правый. Алекс, принимай командование резервом.

— Есть, капитан Дантон! — уже без сарказма крикнул лейтенант, захлопывая дверь в кабину своего истребителя.

Как только Бэн сел в кресло пилота и подключил красную флешку к приборной панели. Лампочки замерцали, сигнализируя о недопустимом софте, а затем ПО истребителя перезагрузилось. Бэн надел шлем, слыша в изолированном канале легкое хихиканье.

— Не забудь стереть потом логи.

— Есть, капитан Дантон! — голос в шлеме намеренно забасил.

Вот бы и мне твою непосредственность. Шлюз уже открыт.

Капитан на секунду закрыл глаза, делая глубокий вздох. Вибрации по всей кабине подсказывали, что строй начал выход в пространство сектора. Радар издал легкий писк. Открыв глаза, Бэн четко видел на терминале вылетевший арьергард. Выжав штурвал, он, игнорируя шум в ушах, вылетел в бездну космоса.

Строй Синдиката держал курс по часовой стрелке, заворачиваясь в плотное кольцо. Тяжелые фрегаты и крейсеры были намертво прикрыты неуклюжими абордажными баржами, старающимися зацепить манипуляторами-гарпунами неосторожно приблизившиеся истребители. Радары четко показывали: щиты уверенно сдерживают любые залпы. Задача предстояла нетривиальная.

Один из истребителей арьергарда Бэна совершил дерзкий маневр: приблизившись почти вплотную к абордажнику, он на бешеной скорости сменил курс и послал снаряд-трассер между щитами. Бэн едва успел отдать команду на смену курса, как из тыла вылетел мощный залп союзного фрегата. Разрывая внутренний строй, торпеды распадались на сотни снарядов-мин, создавая толкучку и замедляя темп вращения стального кольца. Еще один пилот звена попробовал повторить маневр.

Не успеет!

«Бэн, шанс 12%! Не надо! Божечки!!!!» — запищал голос в шлеме.

Но капитан уже взял курс. Вынырнув между своим строем, он отдал команду направить щиты на правый борт. Истребитель вмялся в гарпун абордажника, поле щита приняло удар, разбрызгивая в космосе крошки раскаленного металла белыми точками. Энергетический импульс вытолкнул клешню абордажника прочь от крыла.

— Разряд!

Кабина адски завибрировала, отдавая ударами в каждой мышце Бэна. Его истребитель выпустил мощный ЭМИ-заряд, вырубая технику абордажника. Остальной строй уже подтянулся, прикрывая залпами своего капитана. Истребитель сам по себе дал резкий реверс, выдергивая штурвал из рук Бэна. Рация зашипела:

— Капитан, оттягивайтесь в строй.

— Всем пилотам ниже второго класса полный запрет на трассеры!

— Есть, капитан.

Под многочисленные залпы, строй Бэна восстанавливался, а истребитель на автопилоте филигранно завершил маневр, уворачиваясь от редких попыток неуклюжих одиночных челноков Синдиката зацепить незащищенный борт.

«Пиу, пиу! А если серьезно. Бэн, я могу не успеть в следующий раз»

— Ты сама попросила взять тебя с собой.

«И только что доказала, что это было необходимо» — отозвался знакомым ворчанием голос в шлеме.

На радаре начали проявляться пульсирующие нестабильные точки: разведка вычислила оптико-релейную сеть маяков Синдиката. Выдвинувшись к диспозиции, группа Алекса сразу потеряла две сигнатуры пилотов. Затем еще одну.

Очередная группа малых челноков Синдиката прорвалась прямо по флангу от Бэна. Времени на приказ не было, он просто дернул штурвал и вступил в бой. Трассеры ионных снарядов и малокалиберные торпеды обеих сторон попеременно врезались в щиты, один истребитель недалеко от Бэна начал вращение и в последнюю секунду вмялся в противника, выбрасывая обоих пилотов в космос. Кровавое облако инея обволокло строй, оставив Бэна на попечение навигационных ИИ. Он мог поклясться, что слышал чвакающие звуки. Ком подкатил к горлу.

Быстро пересчитав на мониторе выживших, Бэн запустил процесс вычисления вероятных траекторий. Задавая темп остальным, он начал маневры, нажимая на пуск торпед в такт пульсирующим сигналам компьютера.

Надеюсь, ты закрыла глаза.

Выжившие челноки Гефестского Синдиката оттягивались обратно за абордажники, несколько маяков было сбито. Маневрировать вслепую против технологий Директории было самоубийством.

Посмотрим, как ваш генералитет будет управлять без глаз!

— Алекс, как обстановка, прием!

Рация зашипела, не выдавая ничего в ответ. Бэн переключился на зашифрованный локальный канал, в окне шлема появилось изображение: лейтенант, слегка пыхтя, откинул золотистую челку от лица и раздраженно посмотрел в камеру:

— Не самое удачное время!

Даже через трансляцию, глаза Бэна обожгла вспышка света где-то совсем рядом с кабиной Алекса.

— Доклад. Коротко.

— Бэн, все как обычно. Дайджесты и Баргесты срутся. Наше звено несет потери, мы вырубаем маяки, но сопротивление жесткое! Черт, ГС уничтожили флагман Дайджестов вакуумными минами! Я еле успел уйти!

Очередная вспышка прервала связь. Бэн несколько раз громко крикнул в шлем, и наконец услышал прерывистый голос:

— Да жив я! Держите жопу шире, капитан! Занимайтесь своим делом. Я выведу столько ребят, сколько смогу. А сейчас не мешайте мне работать.

Связь окончательно вырубилась. Из тыла пошли первые донесения: инженерный флот успешно раскидывал маяки для переходов. Время прибытия «Левиафана» минимум несколько часов. Приказ остается в силе. Вырубать маяки, отвлекать на себя залпы.

«Зачем нам держать попы шире?»

— Ты прекрасно поняла, что он имел в виду. Сосредоточься, пожалуйста, и постарайся поменьше смотреть по сторонам.

Скорректировав приказы в соответствии с навигационной сеткой, Бэн повел строй. Синдикат яростно защищал маяки, но планомерная неумолимая тактика выщелкивания работала, как карающие часы. Постепенно, сигнатуры маяков пропадали с радаров. Но каждый раз, когда на приборах капитанской панели исчезал очередной истребитель из строя, Бэн нервно вздрагивал, корректируя маршрут. Навигационные трассеры уже вообще было некому пускать, крейсеры Директории отправляли снаряды по строю Синдиката почти безрезультатно. Однако строй противника наконец-то замедлился до предела, сузив радиус движения до минимума. Это был кровавый паритет.

Защищенный канал вывел голограмму, суровый сосредоточенный взгляд брюнета лет сорока с короткими черными волосами внимательно изучал Бэна.

— Слушаю Вас, генерал Руджи!

— Отставить формальности. Веди группу на мой фрегат. Координаты перекодируй.

«Бэн, топливо. У нас нечем кормить птичек.»

— Так точно. Заправщики рядом?

— И не только наши. Получишь информацию по прибытии. Конец связи.

Отдав приказ на реверс, Бэн машинально попытался стереть пот прямо со шлема, после чего чуть не выругался, но сдержался. По ногам била мелкая дрожь, а пальцы, крепко сжимавшие штурвал, слегка заныли. Строй получил координаты и двигался врассыпную, лавируя между выстрелами. Бэн потерял счет времени, когда наконец бой остался позади.

Холодное черное пространство обволакивало кабину, заставляя Бэна слегка поежиться от мысли о прочности полимерного кварца у стекла. Датчики монотонно гасли, погружая окружение в такую же тьму, как и снаружи истребителя. Только слабый диодный свет от приборной панели освещал руки на штурвале.

Он вдруг заметил, что все вокруг стало монохромным, цвета мира остались там, среди трассеров и торпед. А затем проявилась странная, хаотичная пульсация сине-белого света, обрамляя космос тысячами точек.

«Это ведь звезды?» — прошептал голосок в шлеме.

Бэн, завороженно смотря в стекло, тихо подтвердил:

— Да, это они.

Радары показывали, что фрегат генерала Руджи уже совсем рядом, вскоре и сам «Логрус Интерна» появился визуально. Массивный, но сохранивший элегантные линии бортов, он мерцал посадочными прожекторами, распахивая шлюз. Выжившие пилоты, влетая в огромный ангар, наконец могли себе позволить выдохнуть. Бэн еще раз пересчитал, отмечая сигнатуры и позывные.

— Ты стерла логи? — спокойно спросил он, вытаскивая флешку из бортового компьютера.

Спускаясь по трапу, Бэн получил ответ намеренно пафосным писком:

«Так точно, капитан!»

Техники уже суетились возле его пилотов. Молодой черноволосый паренек подбежал к Бэну, чуть не сбив тележку с инструментами. Заливая пол каплями крови из ушной раковины, он неуклюже отдал честь:

— Капитан! Звено построено, производим заправку, готовимся к новому вылету!

— Хоф, верно?

— Так точно, капитан!

Отвернувшись от парня, капитан жестом приказал идти следом. Пока оба шли по тускло освещенному коридору, Бэн слышал, как тяжело отдают шаги парня по металлическому полу. Дверь лазарета распахнулась, медики даже не обратили на них внимания. Операционные столы были переполнены.

— Младшего лейтенанта Хофа необходимо просканировать. Возможно… — Бэну не дали договорить.

Женщина в бело-золотом медицинском халате раздраженно помотала головой, за ее спиной дроиды обрабатывали инструменты.

— Пусть ждет.

— Ты ее слышал, — коротко кивнул Хофу Бэн.

— Но капитан… — лицо парня помрачнело, он растерянно вертел в руках чейн-модуль от своего истребителя.

Молча хлопнув по предплечью пилота, Бэн вышел из лазарета. Все несколько палуб, которые пришлось преодолеть к генеральскому мостику, он не переставал поправлять то воротник, то сбившиеся в кучу волосы.

Переживет. Хотя, мне тоже на первом вылете было обидно.

Он остановился перед массивной створкой двери и кинул взгляд на флешку. За все годы, она прекрасно понимала, когда нужно быть максимально типичной. И Бэн это понимал. Но все равно легкое чувство тревоги не прекращало стучать в ушах. Резкая вспышка лицевого скана заставила его дернуться, дверь распахнулась.

Широкая просторная каюта с обзорными иллюминаторами и несколькими голоэкранами, по которым показывали сводки боя, была ярко освещена. Генерал Руджи сразу дал понять: Бэн пришел неформально.

— Говорил тебе подстричься. Эти твои патлы и выбритый висок — не солидно, — слегка раздраженно начал Руджи, указывая Бэну на кресло, — Хорошо, что начальство уже выходило на связь.

Сидя в аскетичном кресле из серого металла, Бэн внимательно рассматривал свои руки. Не поднимая глаз на генерала, он произнес:

— Вы ведь не мой внешний вид обсуждать вызвали.

— Все еще считаешь, что парламент был не прав? —скрестил руки на груди генерал.

— Вы просите, чтобы я сформулировал то, что не хотите говорить самостоятельно. Никто не рассчитывал встретить здесь Синдикат, нас готовили к занятию станции Горизонт. Без пояснений в срочности, — Бэн сверлил взглядом свои пальцы, говоря монотонным спокойным голосом, — Дело явно не в том, что Синдикат готовился к вторжению. И мы, и они здесь по одинаково незаконной причине.

— Ты бы предпочел, чтобы они заняли сектор?

— Меня никто не спрашивал.

Голоэкран начал трансляцию, главнокомандующий парламентским флотом в парадном бело-золотом облегающем комбинезоне громко и пафосно сообщил:

— Генерал Руджи, приказываю Вам взять заправщики противника. Координаты высылаю. Это наш шанс опрокинуть их строй. По факту выполнения доложить мне лично, конец связи.

Голоэкран погас, Руджи медленно подошел к приборной панели, почесывая затылок.

— Что думаешь?

— Что это не самая лучшая идея.

— Ты о заправщиках, или о всей этой заварушке?

— Да, — тихо ответил Бэн.

На голоэкране снова появилась трансляция. Несколько истребителей Синдиката отчаянно вели бой с группой Руджи. Один из заправщиков уже потерял щиты, вываливая топливо. Генерал скорректировал курс.

— Еще два фрегата пойдут с нами. Решили выслужиться. Вообще не оставили место для маневра, — пробурчал Руджи.

Бэн внимательно смотрел на трансляцию боя. Внезапно, небольшой истребитель с кренящимся крылом влетел на безумной траектории между участниками боя. Через несколько секунд от их пилотов остались вращающиеся конечности и куча металла в космосе.

Руджи отдал приказ на залп. Остатки истребителей Синдиката разлетались на куски.

— Готовьте крюки, мы успеем взять минимум три заправщика. Остальные прессануть по максимуму, бейте в сопла, только не крупным калибром, — спокойно отдал приказ генерал.

«Бэн, одна птичка все еще кружится», — зашептало в наушнике.

Бэн указал генералу на голоэкран. Истребитель, медленно вращаясь вокруг своей оси, понемногу ровнял курс, устремляясь к заправщику.

— РЕВЕРС! — заорал Руджи.

Удар. Сокрушительная кинетическая сила от взрыва многотонного резервуара с водородным топливом швырнула в их фрегат соседний. Столкновение пришлось прямо в незащищенный щитом правый борт.

Искусственная стабилизация гравитации не выдержала, Бэна отшвырнуло в стену. Гигантский голоэкран приземлился прямо ему на спину, темнота пеленой закрыла сознание.

……………………………………………………………………….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….…

Серебристый свет Лайна красиво плясал на ее груди. Бэн перевернулся на спину и глубоко вздохнул. Даже через бронестекло, гул гравитранспорта вибрациями отдавался по комнате. Девушка перевернулась на бок и начала что-то увлеченно пошкрябывать ногтем. Щелчок. Странное тихое ворчание, смешанное с легким цоканьем языком, донеслось до Бэна.

— Не смей! — резким рывком он выдернул из рук девушки красную флешку.

Встав, Бэн аккуратно вернул ее на место зарядки и закрыл футляр. Девушка фыркнула и направилась к окну, слегка виляя голыми бедрами. В полной темноте свет планетарного спутника струился через ее фигуру. Бэн тихо подошел сзади.

— Странный ты, Дантон. Курить у тебя тоже нельзя?

— Можно.

Из стены, жужжа, выехал прикуриватель. Они стояли и курили, пока вытяжка плавно затягивала струйки дыма. Из-под футляра у прикроватной тумбочки доносилось почти незаметное сопение.

— Зачем ты поставил такую странную функцию автонету?

Бэн затушил сигарету и кинул ее в урну. На стене замерцал голоэкран. Руджи вызывает к себе.

— Увидимся завтра? — спросил Бэн, не переставая смотреть, как девушка надевает белье.

— Я устала. Хоть раз бы встретились не в казарме.

Она натянула синее облегающее платье и встала у створки двери, обиженно поджав губы.

— Это не казарма, — виновато ответил Бэн, открывая дверь.

Она так и не ответила ему, удаляясь по узкому коридору. Кто-то из соседней двери присвистнул, но сразу затих, увидев недовольное лицо капитана.

Через несколько минут, в идеально натянутой форме, Бэн стоял в кабинете генерала Руджи, рассматривая плакат о наборе в «Логрус»: солдат в бело-золотом комбезе картинно рассказывал о преимуществе их корпоративной ячейки.

— Пришло минут двадцать назад, что скажешь? — генерал Руджи передал свой планшет.

Приказ строжайшей секретности. Дата вылета, строй, ориентировочные задачи, состав группировки. Бэн начал постукивать пальцами по столу, вчитываясь в каждую строчку с въедливостью цензора.

— Не вижу парламентского согласия. И референдума.

— Ты можешь не лететь. Займешься своим любимым делом.

Бэн отложил планшет и посмотрел прямо в глаза генералу:

— Шансы оспорить приказ минимальны. А Вы уже все решили.

Руджи сел за стол и достал бокал с темно-коричневой жидкостью. Получив отрицательный кивок от Бэна, он залпом выпил и слегка скривившись произнес:

— Не все. Я бы действительно хотел, чтобы ты остался.

— Я не только юрист «Логруса». Я капитан звена. К тому же, мне будет проще описать все нарушения, если я лично буду участвовать в операции.

— Хотя бы отцу сообщи. Хороший повод нарушить семнадцать лет молчания, — мрачно сказал Руджи, забирая обратно планшет.

Встав, Бэн отдал честь и направился к выходу.

— Бэн!

Он развернулся, но Руджи даже не открывал рот, его имя повторялось снова и снова, больно давя виски: «Бэн, Бэн, Бэн…!!!!»

Затем лицо генерала начало расплываться, как нагретый воск, стены кабинета тошнотворно заворачивались в спираль, ноги подкосило. Оглушительный вопль маленькой девочки разрывал уши:

«НУУУУУУУУУУМИК!»

……………………………………………………………………….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….….…….….….….….

Он наконец открыл глаза. Искры от голоэкрана разлетались в разные стороны, кабель больно бил током прямо в плечо. По затылку текло что-то липкое.

«Нумик! Нумик!».

— Жив я. Что происходит? — Бэн выполз из-под разбитой панели. Огромная гермодверь разделила кабинет напополам.

«Не знаю. Я же не подключена к ОРС корабля. Я вижу то же, что и ты».

Осмотрев флешку, Бэн убедился, что корпус не поврежден. В отличие от панели на гермодвери. Даже порт для нейронити раскурочило с мясом.

«Подключи меня. Если не хочешь остаться тут», — настойчиво пискнула флешка.

Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Найдя не разбитый терминал, Бэн подключил флешку. Программа сопротивлялась недолго, вскоре он смог получить тепловые сигнатуры за гермой. И общую картину на корабле. Руджи, судя по датчикам, был у правой заправочной платформы. На корабле также присутствовали не пеленгованные сигнатуры солдат.

— Абордаж. Быстро они.

«И за дверью тоже, шестеро».

Бэн отключил флешку от терминала и загрузил с нее данные в свой нейроинтерфейс. А затем выключил у нее доступ к аудио и видео. На секунду ему показалось, будто маленькие кулачки стучат в наушнике.

Надо открыть герму. Перегружу систему, после нее она на износе.

Подтащив искрящийся кабель, Бэн воткнул его прямо в терминал и резко отпрыгнул в сторону. Забрызгивая все вокруг искрами и дымом, герма с шипением поднялась. Из проема тут же полетели выстрелы горячей плазмы, прожигая переборку сзади.

Из запястья резко выехал полимерный стилет, сантиметров восемь в длину. Первый зашедший солдат в зеленой форме с черными композитными вставками тут же получил резкий удар из-за угла прямо в шею. Теплая кровь полилась по руке Бэна.

Все происходило внезапно и молча. Только шипение ионизированного газа и запах озона. Бэн ушел с линии огня, пропустив раскаленный сгусток плазмы в миллиметрах от плеча, и резко сократил дистанцию. Второй солдат не успел вскинуть ствол, стилет вошел точно в сердце. Выдернув руку, Бэн схватил из ослабевших пальцев убитого плазмоган. Целиться было некогда. Несколько выстрелов, перекат за переборку. Ответные вспышки, горячий воздух.

Я не умру здесь.

Бэн выкрутил у плазмогана мощность на максимум, а затем заклинил магнитную линзу затвора. За переборкой едва послышался шаг, затем еще один. Гудение ствола стало слышно солдатам, но прыгнуть в укрытие они не успели. Бэн швырнул плазмоган из-за угла. Плазма и пламя залили все вокруг. В раскаленном воздухе запахло жженой синтетикой и горелым мясом. Крики и мат дали понять ему примерную позицию противника. Адреналин бил в ушах, Бэн выскочил из-за угла и ударил стилетом кричащего солдата. Его товарищ катался по полу, пытаясь заглушить пламя. Полимерное лезвие окончило его страдания. Тяжело дыша, Бэн огляделся. Одного трупа не хватало.

Инстинкт заставил Бэна резко уйти в сторону. Тяжелый приклад, летевший точно в затылок, рассек воздух. Дантон развернулся на одних рефлексах, перехватил чужую руку и вогнал стилет между ребер. Солдат медленно оседал на пол, пока его кровь заливала бело-золотой комбинезон Бэна.

Вытерев стилет об ногу, Бэн аккуратно убрал лезвие обратно в запястье. Проверив флешку, он снова включил аудио. Холодный цифровой голос монотонно спросил:

«Чем могу помочь?»

— Это я, — Бэн закашлялся, — Нумик. Ты можешь проложить маршрут до сигнатуры генерала Руджи?

Синий огонек на флешке прерывисто замигал, затем голос сменил конфигурацию и испуганно проворчал:

«Ненавижу, когда ты так делаешь. Сейчас проложу».

В глазах замерцали розовые облачка, имитирующие стрелки навигации. Бэн удовлетворённо хмыкнул.

— Я снова все выключу, прости. И да, ты умница. Всегда…

«Удостоверяйся в личности обращающегося. Бэн, я знаю» — перебил голос.

Идя по розовым пушистым указателям, Бэн избегал солдат Синдиката. Абордажная команда была немногочисленна. Странно, что следов боя не было. Свет в коридорах был только от аварийных ламп, из-за чего он пару раз споткнулся о кабели и мусор на полу.

Видимо, они еще не заняли весь фрегат. Черт, не могу выйти на связь со звеном.

За переборкой послышались звуки.

Плазма? Нет.

Взрыв вышиб дверь перед ним, выкидывая из проема несколько солдат. Головы расшибло о переборку с противным хрустом. Обожженная плоть буквально слезала с костей, искажая лица масками первобытного ужаса.

— Выйди и умри как мужик! — прорычал знакомый голос.

— Генерал, это капитан Дантон! — крикнув, Бэн аккуратно выглянул за дверь.

Руджи сидел, держась за живот. Комбинезон был прожжен, изо рта крупными каплями капала кровь. Он зверино улыбнулся и тут же скривился от боли. Подскочив, Бэн начал искать вокруг медгель, бинты или хоть что-то. Крепкая рука схватила его за щиколотку.

— Брось. У меня кишки по всему ангару. На, — Руджи протянул элегантный чейн, заляпанный кровью, — Последние приказы. Фрегату кранты. Выводи всех, кто в ангаре. Остальных брось.

Нагнувшись, Бэн взял липкий чейн-модуль. Скулы чуть дрогнули, генерал чуть наклонился к нему:

— Это приказ Дантон. Я уже поставил таймер.

— Сколько у меня времени?

— Мало, — Руджи сплюнул кровь, — только тех, кто будет в ангаре. ПОШЕЛ!

Бэн бежал по коридорам и палубам, стараясь не думать о медотсеке, об арсенале, о жилых модулях. Он просто бежал, периодически прислушиваясь, но палубы «Логрус Интерна» отвечали лишь зловещим молчанием. Недалеко от перехода в ангар, Бэн заметил солдата, нервно караулящего проход.

Нихрена не вижу. Наш?

Прижавшись к стене, Бэн почти слился с тенями и медленно шел, прямо к солдату, стараясь не дышать. Фрегат тряхнуло, солдат чуть не упал.

Вот и шанс!

Стилет прижался к горлу испуганного юноши. Бэн стоял у него за спиной, крепко схватив за туловище.

— Позывной.

— Варг.

Черт!

— Где твои люди, Варг?

Парень дрожал, Бэн слышал его дыханье.

— Не знаю, меня оставили караулить. Мы не смогли открыть переборку. Ты ведь убьешь меня?

Послышалось тихое всхлипывание.

— Мне жаль.

Полимер резко перерезал горло, затем второй удар в затылок. Бэн аккуратно положил парня на пол. Дрожащие руки нащупали терминал на переборке, нейронить из левой руки подключилась. Нитка отблескивала в разные стороны.

— Это капитан Дантон. Чисто. Открыть мне дверь.

Дверь с шипением открылась, Бэн юркнул в зазор. Тишину ангара нарушал лишь гул аварийных генераторов. Пара десятков уцелевших пилотов сидели прямо на палубе возле своих машин. Никто не суетился. Семь или восемь стволов моментально уставились на открывшуюся дверь, но, распознав залитую чужой кровью бело-золотую форму Дантона, тут же опустились. Выжившие молча поднялись на ноги, ожидая приказа

— Вылет, немедленно. Врассыпную. К основным силам.

Пилоты мрачно запрыгивали в истребители, один из техников, мужчина с длинными темными волосами и сетью шрамов на лице, подошел к Бэну:

— А нам что делать?

Бэн оглядел ангар. В дальнем углу одиноко стоял старый буксир.

— Сколько в нем мест? — сказал он, кивнув на буксир.

— Хватит. Но мы не успеем за вами.

Бэн громко свистнул на весь ангар, привлекая внимание:

— Мне нужно еще трое. Это не приказ. Это просьба. Сопроводить вместе со мной техников.

Молодой парень с перемотанной головой резко вскинул руку, его сосед попытался его одернуть, и тут же получил тычок локтем. Еще пара рук поднялась в середине строя.

— У вас четыре минуты, мистер?

— В жопу имя, капитан. Меня тут все зовут дядя Эл.

Бэн кивнул. Его истребитель ждал в центре ангара. Проведя рукой по крылу, он снова запрыгнул в кабину, переступая через ступеньки трапа. Флешка снова вошла в приборную панель. Ангар распахнул двери. Истребители разрозненным роем вылетали, разрывая космос соплами. За ними вышла старая баржа, окруженная четырьмя истребителями, напоминая большую буханку хлеба, окруженную мухами.

Две минуты, пять, семь. Бэн постоянно сверялся с радаром, но никаких признаков погони не было. Только показатели сингулярного сжатия позади. «Логрус Интерна» разорвался в полной тишине вакуума.

«842» — тихо и пронзительно всхлипнул голосок в шлеме, «Я сохранила все жетоны и имена».

— Покойтесь с миром, — прошептал Бэн.

Еще около двенадцати минут абсолютной темноты, которую разрезал прожектор баржи. И наконец вспышки трассеров и сигнатуры торпед дали о себе знать. И тут же, как по команде замерли. Бэн видел на радаре остановившийся строй Синдиката, перестраивающиеся корпуса своих военных сил и странные, незарегистрированные транспондеры.

Гражданские? Здесь? Горизонт? Нет, слишком много, и это не спасательные челноки! Что вы задумали, уроды зеленые?!

Прямо в кабине, с оглушительным воем, раздались радиопомехи. Воздух замерцал, казалось, изображение идет прямо из стен истребителя, вязко обволакивая Бэна.

— Отдайте приказ.

— Капитан Гольг... Я приказываю Вам использовать фокусировщики корабля для ЭМИ-удара.

— Есть, командор Ордано!

Пожилой мужчина с длинными седыми прядями и сетью острых морщин потирал аккуратный шрам на подбородке. Отдав честь, он исчез, возвращая кабину и Бэна в привычную реальность. Рация зашипела:

— Капитан Дантон, Вы это тоже видели? — раздался хриплый голос дяди Эла.

— Да. Ускоряемся. Надо немедленно донести в штаб.

— Сделаю что смогу. Это дрянь вот-вот развалится. Конец связи.

«Что это был за дедушка? Я его где-то видела!»

— В учебнике истории. Как и я.

Строй Бэна наконец приблизился к своим. Выстрелы и залпы обоих флотов молчали, в зените над станцией Горизонт проявлялся огромный октаэдр. Многие из Директории слышали про этот корабль. Но еще никто не видел его «вживую».

— Мне нужно срочно донести командующему, — рявкнул Бэн в ОРС

— Ваш статус. Предъявите чейн! — монотонно отозвался ИИ флагмана парламента.

Бэн вытащил из кармана комбеза бело-золотой модуль, и пару секунд на него посмотрев, отправил данные по ОРС. Ответ его шокировал.

— Генерал Дантон, аудиенция дозволена. 25 секунд, приступайте.

Главнокомандующий парламентского флота растерянно смотрел на Бэна по ОРС. Его стеклянные мутно-серые глаза с прищуром бегали от показаний чейна к лицу Бэна.

— Сэр Джозев Клифорд! Отправляю Вам переговоры противника. Нужно срочно отодвигать фронт! Они сейчас взорвут свой экспериментальный корабль!

— Где генерал Руджи?!

— Мертв.

ОРС погас. Несколько минут Бэн сидел в полном неведении, за кабиной истребителя происходило примерно тоже. Весь строй просто парил, удерживая траекторию на малом реверсе.

— Приказ главнокомандующего. Реверс, как можно дальше от флота противника, — проорал ИИ в ОРС, а затем обратился напрямую к Бэну, — Ваше новое место дислокации — фрегат «Логруса» 5-го корпуса. Принимайте командование ячейкой. Конец связи.

Летя к фрегату 5-го корпуса, Бэн, как и весь ошарашенный флот Орбитальной Директории, наблюдал за вращающимся вокруг своей оси огромным кораблем-октаэдром. Ослепительная вспышка пробила пространство, сводя с ума датчики и ИИ. Топология брызнула многомерным пространством, открывшись, как пасть дьявола. В нее начали нырять корабли Гефестского Синдиката, а за ними — станция «Горизонт».

Даже сидя в каюте фрегата, Бэн не мог забыть это зрелище. Радовало одно — все уже кончалось. Темнота за иллюминатором слегка успокаивала. СЖО работало на минимуме, ЭМИ удар выключил почти все оборудование. В дверь постучали.

— Войдите.

Хоф неуклюже переступил порог открывшихся створок и отдал честь. В руках у него был планшет. Бэн догадывался, что происходит.

— Вольно. Когда будет рапорт?

— Когда системы восстановятся. А может и вообще не будет, капитан. Логи ИИ повыжигало.

Хорошо, что ты не подключена к сети.

Хоф смущенно потряс планшетом, намекая Бэну, что отвертеться не получится. Он спокойно встал и, получив планшет в свои руки, медленно начал расхаживать по каюте.

— Разбор полетов будет в столице. Мое назначение пока под вопросом. Генерал Руджи действовал в экстренной ситуации.

Хоф вытянулся по струнке и громко затараторил:

— При всем уважении, «генерал» Дантон, они обязаны вручить вам и пост, и медаль.

Бэн не удостоил его взглядом, просто махнул рукой и попросил оставить его на сегодня. Озадаченный парень не стал спорить и вышел из каюты, понурив голову.

«Уиии! У нас будет медаль? Вот бы шоколадная!»

— Сколько у тебя зарядки? — озабоченно спросил Бэн.

«Ой…»

Бэн выключил все, что не касалось кислорода и гравитации. Флешка легла в футляр, который затем подключился к штекеру в стене.

— Спокойной ночи.

«И тебе, Нумик».

Огонек на флешке слегка замигал, а через пару минут послышалось тихое сопение, которое постепенно стихло.

Бэн лежал на кровати, рассматривая полоток. Уснуть не получалось. Все еще перед глазами стоял паренек, а в ушах испуганный отчаянный голос называл позывной. Бэн повернулся на бок, впервые за долгие часы почувствовав, как каждая мышца отдает болью. Перегрузки сделали свое дело, казалось, что тело то сжимается до размера булавки, то растаскивает на всю каюту. Лишь медитативное мигание огонька успокаивало его, дав возможность погрузиться в прерывистый, но необходимый сон.