Когда заходит солнце

Глава 1

После смерти родителей мы с братом переехали в другой город,разделив нашу жизнь на до и после..Произошла авария, из‑за того, что в тот дождливый вечер на скользкой трассе у машины лопнуло колесо — отец не успел вырулить, и автомобиль вынесло на встречную полосу. Помню, как мне позвонили посреди ночи: голос в трубке дрожал, слова сливались в сплошной гул, и я никак не могла уловить смысл. А когда наконец поняла — всё внутри будто оборвалось.Первые дни прошли как в тумане. Я механически складывала вещи, отвечала на чьи‑то вопросы, кивала, когда нужно было кивнуть, но сама будто перестала чувствовать. Боль не накрыла сразу — она подкрадывалась постепенно: в пустом коридоре, где больше не звучал мамин голос; в тишине кухни, где раньше всегда что‑то шипело, булькало, пахло выпечкой.

Я настояла на смене места жительства.Там все смотрели на нас с жалостью, и мы вечно натыкались на воспоминания.Новая жизнь не начиналась,потому что скорбь не заканчивалась пару месяцев.Мы с Джастином перестали разговаривать,не смотря на то что мы брат и сестра: нам казалось что каждый из нас не понимает боли другого.Нас засасывало куда-то, откуда выбраться мы бы уже не смогли.Поэтому я решила уехать и забрала с собой только шкатулку с самыми дорогими вещами.Я позвонила тете,хотела попросить помочь с билетами,но оказалось что она с радостью отдаст нам свой дом,потому что давно планировала уехать жить к морю.Как будто сама судьба нас направляла.Мы собрали самое необходимое, и уже через неделю оказались в тёплом, тихом доме тёти. Он стоял чуть на отшибе, окружённый старыми хвоями, — и в нём не было ни одного уголка, который напоминал бы о прошлом. Первое время мы с Джастином всё ещё ходили по комнатам молча, будто боялись спугнуть эту тишину. Каждый из нас прятал свою боль по-своему: я подолгу сидела на крыльце и перебирала вещи из шкатулки, а Джастин уходил гулять до темноты.

Но понемногу всё стало меняться. Дом будто потихоньку залечивал наши раны — не торопил, не заставлял забывать, а просто давал место, где можно было дышать. Однажды вечером Джастин принёс с улицы ветку цветущей яблони и молча положил её на стол рядом со шкатулкой. Я улыбнулась, а он наконец-то посмотрел мне в глаза — и мы вдруг заговорили. Сначала о пустяках: о том, какая тут мягкая трава, как громко поют по утрам птицы, какой странный, но уютный запах у старого дома. А потом слова сами собой добрались и до того, что болело. Оказалось, что, когда вокруг нет чужих жалостливых взглядов, боль становится не такой колючей. Мы не перестали скучать по родителям, но теперь мы горевали вместе, а не каждый в своём углу.И именно тогда я впервые почувствовала: новая жизнь не обрушивается в один день, она пробирается потихоньку — через ветку на столе, через тихий разговор, через рассвет в незнакомом окне. И, может быть, тётин дом и правда был подарком судьбы — местом, где мы смогли снова стать братом и сестрой, а не двумя одинокими людьми, которые просто живут под одной крышей.В тот первый месяц я встретила его -Джеймса.Я гуляла по лесу,зашла довольно прилично от дома.В тот день было так пасмурно,серо и шёл мелкий дождик.Погода соответствовала моему настроению.Вдруг лес как будто расступился, и я увидела красивое, но грустное место. Небольшое озеро, тихое, только от капель дождя по воде бежала лёгкая рябь. У берега росли камыши, а дальше покачивались на воде кувшинки.За озером стоял старый замок. Он выглядел заброшенным и немного пугающим. Высокие башенки с острыми крышами тянулись вверх, а стены почти целиком заросли плющом. Окна были тёмными, некоторые — разбиты. Балконы покосились, резьба на фасаде облупилась. У самого низа виднелись старые колонны и тёмные арки входов.Я так засмотрелась на замок, что не заметила, как подошла к самой воде. Нога почти оказалась в озере,Тогда я увидела его впервые. Он появился будто из ниоткуда — я не слышала ни шагов, ни шороха. И вдруг кто‑то крепко, но аккуратно схватил меня за локоть. Я вздрогнула и чуть не ппоскользнуласьДо сих пор помню как дрожали руки.Это был парень лет тридцати,чуть выше меня ростом, с тёмными, немного растрёпанными от дождя волосами. Глаза у него были темные, спокойные. На нём была простая кожаная куртка черного цвета, рукава закатаны, на запястье — кожаный браслет.От него пахло прохладой и лесом.Я очень испугалась: сердце колотилось, руки дрожали. А он всё держал меня за локоть — не тянул, просто не давал упасть.А потом, будто стёр испуг одним своим голосом,увидев мое испуганное лицо, тихо сказал: «Не бойся. Тут никто не ходит, кроме меня». И я почему то сразу поверила.Он предложил зайти внутрь,я сразу сомневалась,но почему-то, что-то подсказывало что тут нет опасности.Джеймс провёл меня по скрипучим ступеням внутрь замка. Каменные стены хранили запах сырости и времени, а сквозь выбитые окна пробивался тусклый свет, подсвечивая пыль, кружившуюся в воздухе. Он знал тут каждый угол: показывал потайные ниши, рассказывал, как в детстве прятался здесь от грозы, как представлял себя рыцарем, защищающим эти руины от невидимых врагов. Мы смеялись над его детскими фантазиями, и мрачные коридоры будто становились светлее от нашего смеха.Когда дождь усилился и капли забарабанили по остаткам крыши, мы укрылись в небольшой комнате на втором этаже. Там почти ничего не осталось — только старый камин да пара истлевших досок, но Джеймс ловко развёл маленький костёр из сухих веток, которые заранее припас. Мы сидели на полу, и он рассказывал истории — про призраков, которые, по легенде, охраняют замок, про тайный ход, ведущий к подземному озеру, про то, как когда то здесь жила семья, исчезнувшая в одну ночь без следа. Его голос звучал так уверенно, будто он сам был частью этой истории.

Я слушала, затаив дыхание, и ловила себя на мысли, что впервые за долгое время не чувствую себя одинокой. Даже пасмурное небо, даже сырость и холод казались теперь не врагами, а частью какого то особенного, только нашего мира.

Уже ближе к вечеру, когда сумерки окончательно сгустились, Джеймс проводил меня до дома. Мы шли медленно, будто не хотели расставаться. Он пообещал, что в следующий раз покажет мне тот самый тайный ход. Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло, и кивнула, хотя ещё не знала, что этот замок, этот лес и этот человек станут началом чего то совершенно нового в моей жизни.

Глава 2

В этом городе постоянно идут дожди. Я искренне не понимаю, как местные жители справляются с этим и не впадают в депрессию. Мы ведь приехали из мест, где солнце и море были нашими постоянными спутниками, поэтому перестроиться оказалось невероятно тяжело. Но сегодня утро выдалось совсем другим. Я проснулась от приятного тепла на лице — сквозь шторы пробился редкий солнечный луч. На душе мгновенно стало так хорошо и спокойно, что не хотелось даже шевелиться.

Правда, реальность быстро вернула на землю: нужно было как-то жить и зарабатывать. Я бралась за любую работу, куда готовы были принять. Мой график менялся ежедневно: днем я могла убирать в кафе, а вечером выходить на замену официанткой. Силы были на исходе от этой бешеной усталости. К счастью, Джастин тоже устроился баристой в местную кофейню. Он дал четко понять, что я больше не должна тянуть всё это на себе в одиночку.Мы были командой и мне это нравилось.

В дверь тихо постучали. Джастин, как обычно, уже был на ногах — он всегда просыпался рано,это было у него от папы. Я лениво потянулась в кровати и натянула одеяло до самого подбородка.

— Я не сплю, заходи! — крикнула я, зевая.

В проеме показалась дымящаяся кружка кофе, а следом — сам брат с довольной ухмылкой. Я невольно рассмеялась, глядя на эту картину.

— Что, уже практикуешься перед сменой? — подколола я его.

Джастин лишь хмыкнул, проходя в комнату и ставя кружку на прикроватную тумбочку. Аромат свежесваренного кофе мгновенно заполнил комнату, убирая остатки сна. Он присел на край кровати, и матрас привычно прогнулся под его весом.

— Практикуюсь? — он прищурился, поправляя волосы.— Скорее, оттачиваю мастерство. Клиенты в той кофейне — народ привередливый.Так что, считай, ты у меня сегодня — самый важный дегустатор.Надеюсь моя стажировка прошла не зря,я все таки с нуля учился.

Я приподнялась на локтях, чувствуя, как тепло от кружки приятно согревает ладони. Взгляд брата был непривычно мягким, лишенным той тревоги, которая преследовала нас последние месяцы,но сейчас, в тишине раннего утра, проблемы казались чуть менее пугающими.

— Ты слишком серьезно к этому относишься, — заметила я, делая осторожный глоток.-это очень вкусно.

Кофе был идеальным — крепким, горячим, именно таким, какой был нужен, чтобы окончательно прийти в себя.Он пах тёмной обжаркой, с лёгкой горчинкой и едва уловимыми нотками жжёного сахара — запах сразу будоражил, прогоняя остатки оцепенения. Густой, почти тягучий, он обжигал губы, но этот жар был нужным, настоящим: он возвращал ощущение реальности, заставлял чувствовать себя живой.

— А как по другому? — Джастин пожал плечами, глядя в окно, где солнце только встало. — Если уж мы решили начать новую жизнь, то делать это надо красиво. К тому же, мне нравится видеть, как люди улыбаются, когда получают свой утренний заряд бодрости. Это... ну, это дает ощущение, что я делаю что-то хорошее что- ли.

Я кивнула, соглашаясь с ним. В его словах было столько простой, почти детской веры в лучшее, что мне стало стыдно за свое недавнее депрессивное настроение.Ему 18 лет,но его слова кажутся взрослее. Мы действительно были командой. И пока он сидел здесь, делясь со мной этими мыслями,я понимала: какой бы сложной ни была предстоящая жизнь,мы справимся,просто не можем иначе.

— У меня сегодня ночная смена. На окраине в ресторане мероприятие. Нужны официанты. — произнесла я, стараясь говорить как можно убедительнее,ставя кружку на тумбочку.

Джастин нахмурился , его брови почти сошлись на переносице. Я видела в его глазах беспокойство.

— Это последний раз, обещаю, — добавила я, мягко погладив его руку. — Там неплохо платят за ночные смены.

Он молчал, обдумывая мои слова.

— Хорошо, — наконец произнёс он, — но последний раз,Ника. И если что-то пойдёт не так...

— Я понимаю, — перебила я, — и обещаю, что всё будет в порядке.

Он кивнул, всё ещё сомневаясь, но уже не так яростно.

— Ладно, — наконец согласился он, — но только потому, что ты меня уговорила. И помни — это последний раз.

Я улыбнулась и обняла его.

— Спасибо, Джастин. Я знаю, что ты меня поддержишь.

Он слабо улыбнулся в ответ, всё ещё немного напряженный, но уже не такой хмурый.Ему нужно было собираться на работу,поэтому мы долго не разговаривали.

Когда он ушел, я встала с кровати, размышляя, чем заняться. Мой взгляд упал на коробки в углу комнаты. Они стояли уже месяц, и я всё никак не могла разобрать вещи и сложить их в шкаф.

Не знаю, почему я тянула с этим — возможно, где-то в глубине души я не хотела расставаться со своей старой жизнью. Эти коробки словно напоминали мне о том, что было раньше, и я пока не была готова от этого отказаться.Прошлое остается позади, но его тени все еще могут нас касаться.И это нормально,Просто нужно время.

Я решила, что сегодня самое время разобраться с этим всем. Открыв первую из них, я увидела множество старых вещей: фотографии, письма, одежду, которую не надевала уже много лет. Каждое воспоминание, связанное с этими предметами, вызывало улыбку.Перебирая содержимое , я вдруг осознала, как много значило для меня всё это в прошлом. Некоторые вещи я решила сохранить как память, другие — без сожалений отложила в пакет для мусора.После уборки я почувствовала лёгкое облегчение и даже вдохновение.Я вспомнила, что есть книга, которую я давно не могла прочитать — всё как-то не находилось подходящего времени и взяв с собой чай,я села на террасу и стала читать.Книга в моих руках была совсем не новая — переплёт потемнел от времени, уголки слегка обтрепались, будто её не раз брали в дорогу. На обложке почти стёрлось название, остался лишь лёгкий рельеф букв, который приятно ощущался под пальцами. Страницы внутри пожелтели по краям, а некоторые листы были чуть загнуты.Когда я открыла её, пахло старой бумагой и тёплым деревом.И стоило прочесть первое предложение, как всё вокруг будто отодвинулось куда‑то далеко, а передо мной развернулся совсем другой мир.Чтение так увлекло меня что я не заметила сколько времени прошло в своем.Видимо сидела я довольно долго,потому что Джастин пришёл домой. А это значило,что скоро выходить и мне.Я захлопнула книгу,оглянулась на лес,вдохнула этот запах и пошла в дом.

На месте я была вовремя.Фирма отмечала юбилей в ресторане гостиницы.Из персонала я никого не знала и от этого было неловко.Но я на работу пришла, а не за общением,так что нужно сосредоточиться.

Людей было безумно много,человек 200.Я очень боялась что-то уронить или не услышать.Работа в таком настрое шла тяжело,я была слишком сосредоточена,что у меня заболела голова и я столкнулась с гостем из-за своей невнимательности.

— Простите, пожалуйста, я вас не заметила, — пробормотала я, поднимая глаза на гостя.

— Ничего страшного, бывает, — улыбнулся он, но в его взгляде всё равно читалось лёгкое недоумение.Он не стал продолжать и ушёл.

В этот момент ко мне подскочила коллега:

— Как ты?Все в порядке?

— Да, вроде бы, — неуверенно ответила я.

— Давай помогу с напитками.

Мы принялись разносить бокалы. Шум вокруг стоял оглушительный.

— Извините, можно воды? — крикнул один из гостей.

— Одну секунду! — я потянулась за бутылкой, но в этот момент кто-то другой уже схватил её.

— Спасибо, — поблагодарил мужчина, не заметив моего огорчения.

— Ничего страшного, — выдавила я улыбку. — Ещё принесу.

Голова уже просто раскалывалась от напряжения. «Нужно было взять обезболивающее», — подумала я, чувствуя, как по лбу стекает капелька пота.

— Пошли, на воздух.-коллега увела меня на улицу и я была ей благодарна за это.

На улице было темно,поэтому никто не увидит как у меня трясутся руки.Девушка взяла меня за плечи и посадила на скамейку.

-Я Эбигейл.Это Нормально когда работаешь первый раз,я такая же была.Только тебе еще повезло,я вывернула поднос с соусами на директора.Меня тогда выгнали со скандалом,так что ты еще легко отделалась-ее смех прокатился по улице.

— Не переживай так, — продолжала Эбигейл, — это только начало. У всех бывают такие моменты. Я вот до сих пор помню тот день, как будто это было вчера.

Она достала из кармана пачку сигарет и предложила мне одну. Я покачала головой, но от её истории напряжение немного спало.

— А что потом? — спросила я, чувствуя, как боль в голове немного утихает на свежем воздухе.

— Потом я нашла другую работу, — улыбнулась Эбигейл. — И знаешь что? Это был лучший урок в моей жизни. Теперь я всегда готова к таким ситуациям.

—Ну да,тут ты права.Я Николь,но свои зовут Ника.Спасибо тебе.Мне уже лучше,надо идти внутрь,осталось пару часов.

-Если что,я буду недалеко.

Я улыбнулась и направилась в здание. Оставалась совсем немного до конца рабочего дня, когда на пути в кухню мне встретился мужчина преклонных лет, явно перебравший с алкоголем. Он шатался и не мог твёрдо стоять на ногах.

— Извините, — пробормотал он, пытаясь сфокусировать на мне взгляд. — Не подскажете, который час?

— Конечно, уже почти двенадцать. — ответила я вежливо, стараясь обойти его стороной. — Вам, наверное, лучше присесть.

Он попытался удержать меня за руку, но я мягко высвободилась и ускорила шаг, надеясь поскорее добраться до кухни и закончить свои дела.

В этот момент он пошёл следом и схватил меня за руку сильнее, не давая уйти.

— Постой, милая, — его речь становилась всё более невнятной. — Я должен с тобой поговорить. У меня важное сообщение для всех!

Я попыталась вырваться, но он держал крепко. Вокруг начали собираться люди, привлечённые шумом.

— Отпустите меня, пожалуйста, — как можно твёрже произнесла я. — Я на работе, мне нужно идти.

— Нет, ты меня выслушаешь! — он начал повышать голос, привлекая внимание всё большего числа людей. — Я знаю секреты этого заведения!

Ситуация становилась всё более напряжённой. Я чувствовала, как внутри нарастает паника. В этот момент из-за угла вышел директор заведения.Это был Джеймс.Я настолько была шокирована от неожиданности,что забыла о ситуации.

— Что здесь происходит? — строго спросил он, оценивая обстановку и пристально глядя на меня.

— Этот человек не даёт мне пройти, — указала я на мужчину. — Он пьян и ведёт себя неадекватно.

Джеймс быстро оценил ситуацию и, взяв мужчину за плечо, мягко, но решительно передал в руки охране.

— Вам нужно успокоиться и покинуть заведение, — тихо, но твёрдо сказал он. —Наконец, мужчина был выведен из зала,и люди поняв что продолжения не будет разошлись.

Джеймс быстро подошёл ко мне.

— Ты в порядке? Он тебя не тронул? — спросил он, и в голосе слышалось такое искреннее беспокойство, что у меня внутри что-то дрогнуло.

— Ты? — только и смогла выдохнуть я, не в силах собрать мысли в кучу. Всё происходящее вдруг показалось сном: вот он, стоит передо мной, будто никуда и не пропадал.

— Привет! Это что, радость такая, или я настолько не нравлюсь? — он улыбнулся, и эта улыбка разом стёрла часть напряжения, сковывавшего меня.

— Мне нужно на кухню, собраться… А потом я всё расскажу, — проговорила я чуть сбивчиво, чувствуя, как внутри всё ещё дрожит от переизбытка эмоций.

— Давай встретимся у входа, я буду тебя ждать, — мягко сказал он, будто давая мне время прийти в себя.

— Звучит замечательно, — ответила я, и сердце пропустило удар. «Он вообще знает, какой он красивый?» — мелькнула глупая, но такая настоящая мысль.

Я быстро переоделась, схватила нужные вещи и вышла на улицу. Джеймс стоял, облокотившись на перила, и смотрел куда-то в землю. Когда я подошла ближе, он поднял глаза и улыбнулся. На этот раз я не смогла сдержать ответную улыбку — она сама вырвалась наружу.

— Так, смешно… С прошлой прогулки прошло три недели. Мы даже номерами не обменялись, ты не знаешь моего имени. Я думала, ты исчез, как и все, кто что-то обещает. Ну, например, показать проход… Но я даже предъявить ничего не могу — мы ведь почти не знакомы, — выпалила я, и сама удивилась, сколько всего вдруг прорвалось наружу.Только сейчас я осознала всю нелепость ситуации — и от этого стало одновременно и смешно, и неловко.Джеймс ухмыльнулся, снял куртку и накинул мне на плечи, задержав руки на мгновение дольше, чем нужно. Этот простой жест вдруг показался невероятно нежным.

— Я Николь. Спасибо, — тихо сказала я, чувствуя, как тепло его куртки медленно прогоняет вечернюю прохладу.

Теперь рассмеялся он — не громко, но так искренне, что и мне захотелось улыбнуться.

— Да, интересное у нас знакомство получается. Почти на месяц растянулось, — смеясь, произнёс он.

— Я вот думаю, как я тогда, не зная тебя, пошла куда-то и шла вплоть до темноты… — призналась я, и в груди снова шевельнулось что-то похожее на удивление — над самой собой..

— Да, — продолжил Джеймс, — ты тогда меня удивила. Я думал, ты ни за что не решишься пойти со мной внутрь замка. Там темно, ступени скользкие, местами всё вот-вот обрушится…

— Честно говоря, я и сама не знаю, что на меня нашло, — призналась я. — Просто… в тебе было что-то такое, чему хотелось верить.

— Что-то располагающее? — подсказал он с лёгкой улыбкой, но в глазах читалось, что ему важно услышать мой ответ.

— Да, именно! — согласилась я. — И сейчас снова это чувство.Я тогда была не в настроении просто,все как в тумане.

Мы стояли на улице под светом фонарей, и вдруг всё вокруг показалось таким простым и правильным: шум ветра, тёплый свет, его спокойный взгляд. Напряжение, которое ещё недавно сжимало плечи, окончательно исчезло.

— Знаешь, — сказал Джеймс, чуть наклонив голову, — может, нам просто забыть обо всех этих неловкостях и начать общаться как нормальные люди? Без спешки, без ожиданий… Просто узнавать друг друга.

— Звучит здорово, — улыбнулась я, и впервые за долгое время почувствовала, что эта улыбка — настоящая. — Тем более день и так выдался тяжёлым. Если честно… я рада тебя видеть

— Я не поверил своим глазам, когда тебя увидел, — пристально глядя на меня, произнёс Джеймс.

— Послушай, мы толком и не общались, друг про друга почти ничего не знаем… Но мне бы хотелось поговорить в другой обстановке. Днём, когда голова свежая, когда вокруг светло и можно просто идти и болтать о чём-то обычном. Прости, я сегодня правда устала, — призналась я, не отводя взгляда.

Джеймс выслушал меня, не перебивая, и кивнул, будто принимая не просто мои слова, а моё состояние.

— Понимаю, — спокойно сказал он. — Тогда давай я просто провожу тебя до дома.

Мы шли по тёмной улице, и свет фонарей мягко очерчивал его скулы, линию губ, тень ресниц. Его глаза… оказывается они были разными.Этого я не увидела тогда.Мы шли молча, и тишина между нами не была неловкой,она была уютной. Время от времени мы делились какими-то мелочами: о любимых книгах, о том, как пахнет лес после дождя, о странных снах, которые не хочется забывать. С каждым словом воздух между нами становился легче.Он шёл так близко, что я ловила себя на мысли: хочется взять его за руку — просто чтобы почувствовать, что он настоящий. Но я вовремя одёргивала себя, пряча этот внезапный порыв глубоко внутрь. Этот парень вызывал во мне странные, непривычные эмоции — будто мир вдруг стал ярче, но я ещё не знала, как с этим жить.

— Вот мы и пришли, — сказала я, возвращая ему куртку. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и по коже пробежала лёгкая дрожь.

— Я обязательно покажу тебе тот проход, — твёрдо произнёс Джеймс. — Только не ходи туда одна. Там опасно — ступени старые, местами всё прогнило, можно легко оступиться.

— Переживаешь за меня? — попыталась пошутить я, чтобы скрыть, как сильно меня тронула его забота.

— Ника, я серьёзно, — ответил он, и от этой интонации по спине пробежали мурашки. В его словах не было угрозы — только искреннее желание уберечь.После этого он подошёл чуть ближе — так, что я слышала его дыхание, чувствовала едва уловимый запах сигарет и ментола, который будто навсегда прилип к его одежде. В этом запахе было что-то надёжное.

— Спокойной ночи, Николь, — тихо сказал он, задержав взгляд на моём лице, словно стараясь запомнить каждую черту.

И он ушёл, оставив меня стоять у порога.

Глава 3

Этой ночью я так и не смогла уснуть. День выдался слишком эмоциональным, а вечерний визит Джеймса окончательно выбил из колеи. Наше прощание вышло странным: его взгляд, голос — казалось, передо мной стоял совсем другой человек. От этого до сих пор было не по себе. Впрочем, возможно, я просто устала.

Побродивши по темному дому, я решила зайти к брату.

— Джастин, ты спишь? — я тихо приоткрыла дверь.

— Уже нет. Что случилось? — он резко выпрямился в постели.

Я подошла ближе и опустилась на край матраса.

— Всё хорошо, ты чего так вскочил? Ложись обратно, я просто побуду с тобой.

Я прекрасно знала причину его тревоги. В ту ночь, когда нам сообщили о гибели родителей, Джастин проснулся точно так же и я ему сообщила.

Брат потер лицо ладонями, откинулся на подушку и подвинулся, освобождая место.

— Тогда ложись рядом, так теплее.

Я забралась под одеяло и обняла его за плечо.

— Не могу заснуть. Ужасный день... Знаешь, я тут познакомилась с парнем. Ну, то есть уже какое-то время назад. Он умеет расположить к себе, но у меня на душе всё равно неспокойно. Я себя накручиваю, да?

Джастин тепло улыбнулся, не открывая глаз.

— Ты слишком серьезно к этому относишься.

— А, так ты запомнил мои слова! — мы оба тихо рассмеялись.

— Ника, а где ты вообще его откопала?

— Это он меня нашёл. В лесу, когда я гуляла.Я чуть в болото неугадила,он словил вовремя.

—Почему я только сейчас узнаю ,что ты гуляла в лесу, одна?И давно ты таким балуешься?

Я смущенно прикусила губу, ругая себя за излишнюю болтливость. Ложь всегда давалась мне с трудом, особенно когда дело касалось Джастина.

— Ну... не то чтобы давно, — я попыталась перевести всё в шутку и посильнее натянула одеяло. — Просто захотелось побыть в тишине. Кто же знал, что я выйду на такое место.

Джастин наконец открыл глаза. Сон с него как рукой сняло. Он повернулся на бок и внимательно посмотрел на меня в полумраке комнаты

.— Ника, я серьезно, — его голос стал тихим и строгим, без тени недавней улыбки. — После всего, что случилось... Лес у нашего дома — не место для одиночных прогулок. И уж тем более для свиданий с незнакомцами, которые караулят девушек у болота.

—Черт,Джастин!С твоих слов это звучит еще хуже,меня никто не караулил.Он просто гулял там.

—Ника,вслушайся что ты говоришь.

—Всё,нагнал мне еще больше ужаса.Пошла я от тебя.Спи.

Я демонстративно сбросила с себя край одеяла и поднялась с кровати. Но стоило моим ногам коснуться пола, как нахлынувшее раздражение улетучилось, уступив место привычной ночной тревоге. Слова брата, хоть я и пыталась от них отмахнуться, неприятно отозвались внутри. «Вслушайся, что ты говоришь...».

Джастин уже тихо и мерно сопел, уткнувшись лицом в подушку. Для него этот разговор был окончен, а для меня всё только начиналось.

Я тихо выскользнула из его комнаты и вернулась к себе. Сон так и не пришел. До самого рассвета я пролежала на спине, глядя, как серые тени от деревьев за окном медленно ползут по потолку, напоминая тянущиеся из темноты руки. Воспоминание о вечернем голосе Джеймса — холодном, чужом, лишенном прежней мягкости — острой иглой сидело в голове.Видимо я все же уснула,а когда открыла глаза,было утро и пахло кофем.

Джастин уже сидел на кухне, уткнувшись в телефон. Выглядел он вполне бодро, словно нашей ночной беседы и вовсе не было.

— Доброе утро, полуночница, — не отрывая взгляда от экрана, бросил он. — Кофе на столе.

— Угу, доброе, — я взяла теплую кружку, чувствуя себя разбитой.

В этот момент на панели моего телефона, лежащего на кухонной тумбе, вспыхнул экран— пришло сообщение. От Джеймса. Значит, всё‑таки запомнил мой номер.

По спине пробежали мурашки. Я быстро глянула на экран: «Привет! Сегодня у моего друга вечеринка в доме — пойдешь со мной?»

Джастин смотрел на меня, и я мысленно выдохнула: телефон был на беззвучном. Стараясь выглядеть спокойно я положила телефон обратно и продолжила пить кофе глядя в окно,а сама мысленно металась между двумя голосами внутри. После вчерашнего разговора не хотелось, чтобы Джастин знал про наше общение. Пока я сама не пойму, можно ли Джеймсу доверять.

Сердце колотилось где‑то в горле, и я изо всех сил старалась не выдать, как сильно меня потрясло это сообщение. Вечеринка… с Джеймсом. Внутри всё подпрыгивало от волнения — и от страха одновременно.Стоит ли идти с незнакомым парней на вечеринку?

Один голос шептал: «Ну сходи! Вечеринка — это же весело. Там будут люди, всё на виду, ничего страшного не случится. И ты наконец поймешь, какой он на самом деле — не в тёмном лесу, не в напряженном разговоре, а среди друзей, в обычной жизни.

А второй голос был холодным и упрямым: Ты почти ничего о нём не знаешь.

Джастин чуть нахмурился глядя на меня, будто хотел что‑то спросить, но потом просто кивнул и вернулся к своим делам. Я выдохнула — пронесло. Но стоило ему отвернуться, как пальцы сами потянулись к телефону. Я снова открыла чат, перечитала сообщение, будто в этих простых словах прятался какой‑то тайный смысл. С одной стороны, хотелось крикнуть «да» и тут же начать придумывать, что надеть. С другой — внутри всё сжималось от сомнения. Нужно было время — хоть немного, чтобы разобраться.

— Ты чего застыла? — бросил он через плечо, доставая из холодильника сок.

— Да нет, ничего… Просто задумалась, — ответила я, натянув самую обычную улыбку, какую только могла.

—Слушай,мы сегодня коллективом идём после работы к коллеге на тусовку.Так что я приду поздно.

В душе полегчало,когда я поняла ,что не придётся врать брату.Если я все же туда пойду.Его просто не будет дома,а я успею к его приходу прийти.Я кивнула, будто всё это вообще не имело для меня значения, а сама внутри чуть не подпрыгнула от радости.

— Ладно, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Тогда я, наверное, посижу тут, может, почитаю…

Джастин хмыкнул, открутил крышку сока и сделал большой глоток.

— Только не засиживайся до ночи, — бросил он, уже думая о чём‑то своём. — И дверь закрой, когда спать пойдешь.

— Хорошо-хорошо, — улыбнулась я.

Как только он ушёл в комнату переодеться, я снова схватила телефон.

“Предлагаю тебе,встретить меня

у моего дома.Я не очень знаю куда идти и мне так спокойней будет”

Сообщение ушло.Джеймс быстро прочитал,видимо сидел и ждал,пока я отвечу.

“Со мной,ты в безопасности.Я приду,жди”

На часах было еще совсем рано — впереди целый день, который нужно было чем-то занять, чтобы не сойти с ума от мыслей о встрече с Джеймсом.Я решила направить энергию в полезное русло. Моя последняя ночная смена официанткой осталась позади, я сдержала обещание, и теперь мне была жизненно необходима нормальная, постоянная работа.Я пришла в свою комнату, взяла со стола ноутбук и села на кровать. Открыв крышку, я зажмурилась от яркого света экрана и ввела в поиске сайт с вакансиями. Пальцы машинально прокручивали колесико мышки, перед глазами замелькали бесконечные требования, оклады и графики.И тут среди большого потока объявлений мой взгляд зацепился за одно интересное.

«Требуется администратор в салон красоты. Опыт работы не нужен, всему научим. Главное — любовь к делу и энтузиазм».

Я замерла, перечитывая каждое слово. После душных ресторанов, вечного запаха пережаренной еды и капризных гостей это казалось идеальным вариантом. Чистый, красивый салон, приятная атмосфера и понятные обязанности. Опыта у меня не было, но вот энтузиазма и желания изменить свою жизнь — хоть отбавляй. Я занесла мышку над кнопкой «Откликнуться».

Резюме ушло. Я закрыла ноутбук, чувствуя, как внутри приятно покалывает от маленькой победы. Первый шаг к новой жизни сделан.Но впереди был целый день. Бесконечно долгий день, который нужно было как-то прожить до наступления темноты..Джастин вышел из комнаты уже собранный, подхватил со стола ключи и куртку.

— Ладно, сестренка, я побежал на смену. Не скучай тут. И не забудь закрыть дверь, — он коротко обнял меня и ушел.

Дом погрузился в тишину. Чтобы не сидеть без дела и не гипнотизировать взглядом телефон, я затеяла генеральную уборку. Включила музыку в наушниках, чтобы заглушить навязчивые мысли, и принялась за дело. Я терла кафель на кухне, перемыла посуду, вытирала пыль, разбирала вещи в шкафу — делала всё, лишь бы занять руки. Но стоило музыке на секунду затихнуть между треками, как в голове тут же всплывали слова Джеймса: «Со мной ты в безопасности. Я приду, жди».

К обеду телефон на столе завибрировал. Я бросилась к нему, едва не выронив тряпку для пыли. Сердце подпрыгнуло, но это был не Джеймс. На экране высветилось уведомление с сайта вакансий. Тот самый салон красоты одобрил мое резюме и пригласил на собеседование завтра к одиннадцати утра. Я радостно закричала на весь дом и без сил упала на диван.

За окном начало медленно темнеть. Небо окрасилось в глубокий сине-серый цвет, а на улице один за другим стали загораться фонари. Ближе к семи вечера телефон пискнул — пришло сообщение от Джеймса.

“К 22 буду у тебя”.

Время словно остановилось. Я мерила шагами комнату, то и дело поглядывая на настенные часы. Стрелки двигались издевательски медленно. Девять вечера.Пора собираться.Мне хотелось выглядеть идеально. Хотелось, чтобы у него перехватило дыхание, когда он меня увидит.Я решительно шагнула к шкафу и вытащила его — свое любимое красное облегающее платье. Оно было коротким, дерзким и сидело как вторая кожа. Когда плотная ткань скользнула по телу, подчеркивая каждый изгиб, я посмотрела в зеркало. Сердце забилось где-то в горле. Это платье всегда возвращало мне уверенность, которая так сильно пошатнулась за последнее время.Сегодня я не хотела быть уставшей девушкой.Сегодня я хотела быть особенной.Я села за туалетный столик и принялась за макияж. Руки слегка дрожали , но я заставила себя сосредоточиться. Темные, глубокие смоки-айз сделали взгляд загадочным и манящим, а ровный тон скрыл следы бессонных ночей. На губы я нанесла помаду, четко очерчивая контур. Из зеркала на меня смотрела совершенно другая девушка — уверенная, роковая, готовая к шагу в неизвестность.Вместо туфель я выбрала грубые ботинки, а сверху накинула любимую черную кожаную куртку. Этот контраст нежного красного платья и тяжелой кожи отражал то, что происходило у меня внутри: я безумно волновалась, но отступать не собиралась.Закончила этот образ распущенными волосами с локонами.

Телефон снова завибрировал.

“Выходи,я у двери”.Сердце пропустило удар, а затем застучало с удвоенной силой. Он пришел. Он действительно здесь.Я бросила быстрый взгляд на свое отражение в зеркале прихожей, поправила воротник кожаной куртки и глубоко вдохнула. Назад дороги не было. Я повернула дверной замок и шагнула в прохладу ночи.Улица тонула в полумраке, и лишь один единственный фонарь у дороги лениво рассеивал темноту.

Джеймс стоял, прислонившись спиной к дереву, спрятав руки в карманы джинс. Заметив меня, он медленно выпрямился и сделал несколько шагов навстречу.Мой взгляд скользнул по его фигуре, а сердце в этот момент сделало дикий кульбит. В темноте его глаза казались еще темнее и внимательнее, чем обычно. Он молча разглядывал меня, и от этого пристального, оценивающего взгляда по моей коже побежали мурашки. Я вдруг остро ощутила, насколько короткое на мне платье.

— Привет, — тихо сказала я, когда между нами осталось всего пара шагов. Мой голос предательски дрогнул, выдавая всё то волнение, которое я так тщательно пыталась скрыть.Джеймс остановился. Его губы тронула едва заметная, мягкая улыбка, но взгляд оставался серьезным. Он скользнул глазами от моих ботинок, вверх по красному подолу платья и остановился на лице, задерживаясь на помаде.

— Привет, — его низкий голос прозвучал удивительно спокойно, и эта его уверенность подействовала на меня как гипноз. — Красивое платье. Рад, что ты всё-таки решилась пойти.Я смущенно заправила прядь волос за ухо, пытаясь вернуть самообладание.

Джеймс сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до опасного минимума. Я почувствовала тонкий аромат его парфюма — дорогого, с нотками табака и древесины. Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь, поправил воротник моей куртки. Его пальцы на секунду обожгли кожу шеи.

— Пойдем. Моя машина за углом.

Машина Джеймса оказалась массивным черным внедорожником, который хищно поблескивал в свете уличных фонарей за углом дома. Он галантно открыл передо мной тяжелую пассажирскую дверь. Я забралась внутрь, утонув в глубоком кожаном кресле, и салон тут же окутал меня приятным теплом и тем самым дорогим ароматом дерева и табака.

Он обошел автомобиль, сел за руль и уверенно завел мотор. Машина плавно тронулась. В салоне негромко играла какая-то стильная, расслабляющая музыка, но между нами всё равно повисло ощутимое напряжение. Я смотрела на его профиль, на то, как уверенно его ладони лежат на руле.

— И... давно ты за рулем? — спросила я, чтобы хоть как-то разрушить эту тишину. Голос в замкнутом пространстве прозвучал громче, чем я ожидала.

Джеймс на секунду повернул ко мне голову, и в полумраке его глаза блеснули интересом. Он снова перевел взгляд на дорогу и слегка улыбнулся.

—Давно.Слишком давно.

Автомобиль уверенно набирал скорость, унося нас по ночным улицам центра

. — Расскажи лучше о себе. Ты ведь уволилась?Я спрашивал про персонал,тебя в том списке не было. Чем планируешь заниматься дальше, кроме того, что будешь гулять со мной по ночам?

От его легкого тона и этого «гулять со мной» щеки обдало жаром. Я поблагодарила мысленно темноту салона, который скрыл мой румянец.

— Вообще-то, я сегодня зря времени не теряла, — с легкой гордостью в голосе произнесла я, поправляя подол красного платья. — Откликнулась на вакансию. И меня уже пригласили на собеседование. Завтра в одиннадцать утра я иду в салон красоты. Буду пробоваться на администратора.

Джеймс удивленно приподнял брови, притормаживая на красном сигнале светофора. Он повернулся ко мне всем корпусом, оперевшись локтем о руль, и внимательно посмотрел на меня.

— Администратор салона? Серьезно? — в его голосе не было насмешки, скорее искреннее любопытство. — Ну, с твоей внешностью тебя оторвут туда с руками и ногами. Первое впечатление ты производить умеешь, это точно.

Сердце снова пропустило удар от его прямого комплимента. Я сжала пальцы на телефоне стараясь выглядеть уверенной.

— Спасибо. Надеюсь, там обратят внимание не только на внешность. Мне действительно нужна эта стабильность. Надоело жить в хаосе.

Светофор загорелся зеленым. Джеймс плавно нажал на газ.

— Понимаю, — тихо сказал он, и в его голосе впервые проскользнули какие-то личные, серьезные нотки. — Стабильность — это хорошо. Но иногда стоит позволять себе немного хаоса. Например, как сегодня.

Я промолчала, глядя на пролетающие за окном огни большого города. Он был прав. Эта поездка в неизвестность с парнем, которого я едва знаю, была самым настоящим безумием. Но почему-то мне совсем не хотелось, чтобы эта машина останавливалась.

Глава 4

Мы вышли из машины. Ночной воздух за городом казался еще более свежим, смешиваясь с запахом алкоголя и парфюма, который доносился со стороны дома. Джеймс подошел ко мне, и я инстинктивно сделала шаг ближе к нему. Он не стал брать меня за руку, но его ладонь мягко легла на мою поясницу. Этот собственнический, но в то же время защищающий жест заставил меня покрыться мурашками. Особняк поражал своими размерами.Входная дверь была гостеприимно распахнута. Изнутри навстречу нам лились потоки света и громкие, качающие ритмы электронной музыки. Как только мы переступили порог, я на секунду зажмурилась: интерьер поражал масштабами. Высокие потолки, мраморный пол, огромная барная стойка посреди гостиной,бассейн за домом и десятки стильно одетых людей, которые смеялись, держа в руках стаканчики.Несколько пар глаз тут же обратились в нашу сторону. Я почувствовала, как оценивающе они скользнули по моему короткому платью и макияжу.

— О, Джеймс! Наконец-то ты добрался, — из толпы к нам навстречу вышел высокий парень в расстегнутой шелковой рубашке. Это был хозяин дома и виновник торжества. Он широко улыбнулся и перевел взгляд на меня. — И... ты пришел не один. Привет.

— Привет, Алекс, — Джеймс коротко приобнял друга за плечо, не убирая руки с моей поясницы. — Знакомься, это...Он назвал мое имя, и Алекс вежливо кивнул, приветствуя меня. Но не успела я ответить, как краем глаза заметила какое-то движение у барной стойки в глубине зала. Среди смеющейся толпы мелькнул до боли знакомый силуэт. Широкие плечи, взъерошенные темные волосы и черная майка, которую он поправлял у нас в коридоре сегодня утром.Джастин.Мой брат был тоже тут,как и сказал.Только я не думала,что вечеринка у нас одна.Музыка мгновенно превратилась в глухой, неразборчивый гул, а ноги стали ватными.Стоит ему повернуться в мою сторону — и он увидит всё. Мое короткое красное платье, вечерний макияж и Джеймса, чья ладонь всё еще собственнически лежала на моей пояснице.Это была катастрофа.Паника волной ударила в голову. Поджав губы, я резко, почти судорожно сделала шаг назад, увлекая Джеймса за собой и укрываясь за его широким плечом, как за щитом.Джеймс мгновенно почувствовал это движение. Его ладонь на моей спине напряглась. Он опустил взгляд на меня, наткнулся на мои расширенные от ужаса глаза и слегка нахмурился.

— Эй, ты чего? — тихо, одними губами спросил он, отводя меня чуть в сторону, к декоративной колонне, подальше от прямой видимости бара. — Что случилось?

— Там… там мой брат, — выдохнула я, чувствуя, как сердце колотится в самые ребра. Голос сорвался на свистящий шепот. — У барной стойки. В черной майке. Джеймс, он не должен меня видеть. Он думает, что я сплю дома!

— Твой брат, значит? — тихо усмехнулся Джеймс, и в его низком голосе послышались опасные, но безумно притягательные нотки. — Ладно. Давай сыграем в прятки. Назад к машине или… есть другое место? Он наклонился еще ближе, так что я почувствовала тепло его тела.

— Здесь, в глубине дома, есть скрытый зимний сад. Туда нет доступа обычным гостям, Алекс держит его закрытым. Этот сад безумно дорог его маме и отцу, поэтому туда никого не пускают, чтобы ничего не испортили. Но я знаю, как туда пройти. Твой брат там точно не появится. Ну так что, рискнем? Я бросила быстрый, полный паники взгляд через его плечо. Джастин у бара уже начал разворачиваться, держа в руке стакан с напитком. Еще секунда — и его глаза встретятся с моими. Страх быть пойманной перевесил всё остальное.

— В сад, — выдохнула я, судорожно схватив Джеймса за край его кожаной куртки. — Быстрее, пожалуйста. Джеймс коротко и уверенно кивнул. Он среагировал мгновенно. Перехватив меня за руку, он уверенно повел меня в обход шумной толпы, искусно закрывая своей широкой спиной от барной стойки. Мы быстро миновали грохочущую гостиную, свернули в длинный, тускло освещенный коридор и пошли мимо закрытых комнат. Шум музыки позади начал стремительно затихать, сменяясь глухим эхом. В самом конце коридора оказалась тяжелая дубовая дверь. Джеймс огляделся, достал из кармана связку ключей — видимо, Алекс доверял ему как самому себе — и тихо повернул замок. Дверь поддалась без единого скрипа. Он мягко подтолкнул меня внутрь и зашел следом, плотно прикрыв дверь за собой. Защелка встала на место, и в ту же секунду весь хаос, музыка и страх остаться замеченной Джастином отрезало, словно по щелчку выключателя.

Мы оказались в большой стеклянной комнате, наполненной тишиной и оглушительным ароматом живых цветов, влажной земли и экзотической зелени. Лунный свет свободно проникал сквозь прозрачный потолок, подсвечивая раскидистые листья редких пальм и бутоны цветов, названия которых я даже не знала. Здесь было прохладно и невероятно красиво. Капли воды после автоматического полива блестели на стеклах, как маленькие звезды. Я прислонилась спиной к прохладной стене, пытаясь унять сумасшедший стук сердца. Адреналин всё еще бурлил в крови. Я посмотрела на Джеймса. Он стоял совсем рядом, убирая ключи в карман, и на его губах играла всё та же уверенная, полуночная улыбка. Нас разделяли считанные сантиметры.

Я закрыла лицо руками и судорожно, со свистом выдохнула. Пальцы до сих пор мелко дрожали.

— Боже мой… — приглушенно пробормотала я в свои ладони, чувствуя, как запоздалая паника горячей волной приливает к щекам. — Я не могу поверить. Это же надо было так вляпаться. В одном городе тысячи мест, а мы оказались вдвоём тут.

Джеймс тихо усмехнулся.Он плавно отвел мои руки от лица, заставляя открыть глаза.

— Эй, выдохни. Всё уже позади, — его голос в этой абсолютной тишине сада звучал удивительно мягко, почти убаюкивающе. Он заглянул мне прямо в глаза, и лунный свет, пробивавшийся сквозь стеклянный купол, отразился в его темных зрачках. — Мы в безопасности. Твой брат развлекается там, мы — здесь. Никто тебя не увидит.

— Тебе легко говорить, — я попыталась высвободить руки, но он не отпускал, удерживая мои ладони в своих. От этого контраста моей дрожи и его абсолютного спокойствия внутри всё переворачивалось. — Ты не знаешь Джастина.Если бы он увидел меня в этом платье, на этой тусовке, да еще и с тобой…

— Со мной? — Джеймс чуть приподнял бровь, и на его губах снова заиграла эта дразнящая улыбка. — А что со мной не так? Я, по-моему, отличная компания для ночных прогулок. И платье, я уже говорил, тебе невероятно идет.

— Он просто боится за меня, — тихо возразила я, опуская взгляд на его грудь, обтянутую темной тканью. Близость Джеймса кружила голову сильнее, чем страх перед братом. В замкнутом пространстве сада, среди аромата ночных цветов, его парфюм казался еще более дурманящим. — И он прав. Я ведь действительно совершаю глупость. Поехала ночью черт знает куда с парнем, которого видела пару раз в жизни.

Джеймс молчал несколько секунд. Затем он отпустил мои запястья, но вместо того, чтобы отойти, сделал шаг еще ближе, почти прижимая меня к прохладной стене. Его ладонь медленно поднялась вверх и коснулась моей щеки, аккуратно заправляя выбившийся локон за ухо. Пальцы слегка задели кожу, и по моей спине пробежал разряд электрического тока.

— Ты считаешь это глупостью? — тихо спросил он, наклоняя голову так, что его губы оказались в считанных сантиметрах от моих. — По-моему, это первое правильное решение, которое ты приняла за долгое время. Ты же сама хотела сбежать из своего хаоса. Так почему бы не начать доверять тому, кто готов этот хаос с тобой разделить?

Его слова приятно обжигали кожу, а близость манила, заставляя сердце стучать.. Но здравый смысл и дикая усталость все-таки взяли верх. Я мягко уперлась ладонями в его грудь, чувствуя сквозь ткань ритмичный стук его сердца, и тихо, со вздохом, отстранилась.

— Мы приехали сюда отдыхать,я не хочу всю ночь прятаться,но еще больше я не хочу налететь на брата.

Джеймс внимательно посмотрел на меня, и его взгляд мгновенно смягчился. Вместо того чтобы настаивать, он понимающе кивнул.

— Ладно. Давай сделаем так, — предложил он, бросив короткий взгляд в сторону. — Внутри дома тебе расслабиться не дадут, да и твой брат крутится у бара. Пойдем лучше на задний двор к бассейну. Там сейчас шумно, куча людей, музыка и темно. В этой толпе мы легко затеряемся, и Джастин тебя точно не заметит, даже если выйдет на улицу. Заодно немного выдохнешь.

Я согласно кивнула. Мысль о том, чтобы затеряться у воды, показалась мне спасением.Джеймс уверенно повел меня через боковую дверь коридора. Мы вышли на просторную террасу, в центре которой поблескивала вода огромного бассейна. Здесь вовсю кипела жизнь: гремели басы, в воздухе летали брызги, а полуголые девушки смеялись и танцевали прямо у кромки воды. Вспышки неонового света то и дело выхватывали из темноты чужие лица, но для Джастина, оставшегося внутри дома, я теперь была абсолютно невидима.Где-то у открытого уличного мини-бара Джеймс нашел бутылку вина и налил мне немного в стаканьчик. Алкоголь мягко обжег горло, приятно расслабляя натянутые до предела нервы. Музыка сменилась на тягучий, медленный ритм, и Джеймс молча протянул мне руку, приглашая на танец. Я несмело шагнула к нему. Его сильные руки уверенно легли мне на талию, и мы медленно закружились среди толпы. В этот момент, уставшая и сонная, поддавшись мягкому хмелю, я почти поверила, что нашла свое убежище.

Но сказка длилась недолго. Из толпы танцующих внезапно вынырнула высокая, эффектная блондинка в блестящем платье. Она уверенно направилась прямо к нам, громко цокая каблуками по влажной плитке у бассейна

.— Джеймс! Вот ты где, — промурлыкала она, полностью игнорируя мое присутствие.Она легко подошла к нему, приподнялась на носочки и кокетливо поцеловала его в щеку, оставив яркий след губной помады.— Почему ты не перезвонил мне пару дней назад? Обещал ведь.

В груди мгновенно похолодело. Моя сонная расслабленность испарилась, уступая место горькому, давящему чувству разочарования. Очередная игрушка. Ну конечно, чего я ожидала? Такой парень, как Джеймс, на дорогой машине, просто коллекционирует наивных дурочек вроде меня. Внутри всё сжалось от обиды, но я заставила себя держать лицо и не показывать, как сильно мне больно. На глаза навернулись слезы ,но я сглотнула этот ком.

Джеймс резко перевел взгляд на блондинку, в его глазах вспыхнуло явное раздражение

—Уйди, — холодно бросил он ей, даже не оборачиваясь в её сторону.Блондинка,надув губы опешила и ушла.А Джеймс хотел тут подойти ко мне ближе,но я сделала шаг назад.

— Прости, что вечер пошел не по плану, — тихо, сдерживая дрожь в голосе, сказала я, делая шаг назад и ставя стакан на ближайший столик. — Мне действительно пора.Я вызову такси.Я развернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и двух шагов. Джеймс мгновенно перехватил меня за запястье. Его пальцы были горячими, а хватка — крепкой, но удивительно бережной. Он мягко, но решительно развернул меня к себе, не позволяя сбежать в толпу.

— Никакого такси, — твердо сказал он, глядя мне прямо в глаза. В его голосе больше не было той легкой, дразнящей ухмылки — только абсолютная серьезность. — Я привез тебя сюда, я и отвезу обратно. И я не отпущу тебя одну посреди ночи.

— Джеймс, пусти, — я попыталась высвободить руку, чувствуя, как к горлу снова подступает глупый, горький комок. — Зачем всё это? Мне правда нужно домой.

— Сидни, просто пытается привлечь внимание, между нами ничего нет. Я обещал, что ты в безопасности, и я держу свое слово. Мы уезжаем отсюда прямо сейчас.

Он решительно увлек меня за собой к парковке. Мы сели и машина сорвалось с места, и уже через минуту огни особняка растворились в зеркалах заднего вида. Джеймс молча крутил руль, вглядываясь в лобовое стекло. Машина стремительно неслась по трассе, пока не свернула на узкую грунтовую дорогу.Свет фар выхватил из темноты лишь первые ряды стволов, а дальше всё тонуло в темноте. Я мгновенно узнала эти места и поняла, куда именно он хотел меня завести. Сердце испуганно екнуло. Это был тот самый замок.Он хотел показать мне проход.Но не ночью же.Как только мы вышли из машины и тяжелые двери захлопнулись, ночная тишина буквально оглушила меня. Джеймс уверенно обогнул машину и протянул мне руку, но я сделала шаг назад и остановила его.Обида на блондинку, дикая усталость после бессонной ночи и страх перед этой пугающей лесной чащей смешались в один тяжелый ком.

— Джеймс, стой, — тихо, но твердо сказала я, качнув головой. — Зачем мы здесь? На улице абсолютная темнота, фонари сюда не попадают. Я ни черта не вижу и... я не хочу идти туда. Пожалуйста, отвези меня просто домой.

Джеймс замер.Потом подошёл ко мне с осторожностью и взял мою руку.Он накрыл мою ладонь своей и чуть сжал мои пальцы.

— Доверься мне, прошу, — тихо, но так глубоко и уверенно произнес он, что этот голос пробрал меня до самых мурашек. — Я обещал, что ты в безопасности. Я знаю здесь каждый шаг. Просто держись за меня.В его словах было столько силы, что мои последние защитные барьеры рухнули. Я сглотнула подступившие слезы усталости и кивнула.Джеймс крепко переплел свои пальцы с моими и увлек за собой вглубь леса. Нас окружила плотная, осязаемая темнота густых елей. Ветви то и дело задевали плечи моей кожаной куртки, под ногами шуршали сухие иголки и ветки, но Джеймс действительно ориентировался в этом мраке на отлично. Он шел уверенно, безошибочно огибая невидимые препятствия и крепко сжимая мою руку, не давая мне споткнуться. Мой страх постепенно растворялся в тепле его ладони.Вскоре среди деревьев выросли огромные, потемневшие от времени каменные своды полуразрушенного замка. Мы зашли внутрь главного зала, где было еще темнее. Джеймс целенаправленно повел меня к дальней стене, достал телефон и на секунду включил фонарик, подсветив огромную старинную картину в тяжелой раме.Он подошел вплотную, протянул руку и с глухим скрипом потянул край рамы на себя. К моему изумлению, картина плавно отодвинулась в сторону вместе с частью деревянной панели. За ней открылся узкий, уходящий глубоко вниз зев тайного прохода, от которого веяло вековой прохладой.

— Этот ход идет через подвал, — тихо произнес Джеймс, оборачиваясь ко мне. Его глаза в полумраке загадочно блеснули. — О нем никто не знает. Спускаемся.

Мы спустились в сырую темноту подвала, но долго ходить среди не пришлось. Проход резко вильнул вправо и начал круто забирать вверх. Каменные ступени под ногами сменились гладкой скальной породой, и вдруг впереди, сквозь узкую арку выхода, хлынул ослепительно белый свет.Тайный ход вывел нас прямо на вершину высокого, крутого обрыва, скрытого за вековыми стенами замка.Здесь вовсю бушевал ледяной ночной ветер. Он мгновенно ворвался под мою куртку. Но я даже не обратила на это внимания. Ошеломленная, я сделала несколько шагов вперед, к самому краю, и замерла от дикого восторга.Прямо перед нами, занимая едва ли не половину черного неба, сияла огромная, безупречно круглая луна. Её мистический холодный свет заливал верхушки бескрайнего леса далеко внизу, превращая их в живое серебряное море. Это было так красиво, что у меня перехватило дыхание.Джеймс шел чуть позади. Он не спешил подходить вплотную, а просто медленно следовал за мной, засунув руки в карманы куртки, и внимательно наблюдал за моей реакцией. В лунном свете его силуэт казался частью этого древнего пейзажа.

— Ну как? — негромко спросил он, и его голос легко перекрыл свист ветра. — Стоило того, чтобы тащиться через темные елки и подвалы?

Я обернулась к нему, всё еще не в силах сдержать улыбку, хотя зубы уже начинали слегка постукивать от холода.

— Это… просто невероятно, Джеймс. У меня слов нет. Но если нас здесь съедят волки или я окончательно превращусь в сосульку, я обвиню во всём тебя.Джеймс тихо посмеялся и сделал шаг ближе, закрывая меня своей широкой спиной от самого сильного порыва ветра.

— Расслабься, волки в этот замок без пригласительных не ходят, у них дресс-код. А насчет сосульки… — он окинул взглядом мое короткое платье и качнул головой. — Надеть платье на ночную вечеринку— это, конечно шедевр. Ладно, держи, пока ты не замерзла до состояния музейного экспоната.Он легким движением расстегнул свою тяжелую кожаную куртку, снял её и накинул мне на плечи. Куртка была огромной, пахла его парфюмом, табаком и хранила тепло его тела. Мне мгновенно стало уютно.Хоть под низом была моя.

— Спасибо, — искренне сказала я, — Но теперь ты сам остался в одной футболке. Не боишься заболеть?

— Ой, умоляю, — фыркнул Джеймс, дразняще приподняв бровь. — Я не боюсь холода.К тому же, если я простужусь, у меня появится отличный повод заставить тебя приносить мне горячий чай. Будешь отрабатывать долг за экскурсию по замку.

Я не выдержала и тихо рассмеялась. Напряжение, державшее меня в тисках после сцены с блондинкой у бассейна, окончательно ушло. Его простые шутки и эта внезапная забота растопили лед внутри. Смотря на него сейчас, в этой огромной куртке под гигантской луной, я вдруг поняла, что этот парень — лучшее, что случилось со мной в этой жизни.Я стояла и смотрела на него снизу вверх. Смех затих, и между нами снова повисла тишина. Но теперь она не была напряженной или пугающей. Она была живой, наполненной каким-то электричеством.Джеймс больше не шутил. Он сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до опасного минимума. Ледяной ветер продолжал трепать его волосы, но он, казалось, вообще не замечал холода. Его взгляд стал глубоким, гипнотизирующим. Он медленно поднял руку и аккуратно, самыми кончиками пальцев, коснулся моей щеки. Его ладонь была невероятно холодной.

— Ты всё еще думаешь о той блондинке у бассейна? — тихо спросил он. Его низкий голос прозвучал интимно, заставив мое сердце пропустить удар.Я сглотнула и честно ответила:

— Немного. Мне показалось, что я для тебя… просто очередное развлечение.Ты ничего не обещал мне и мы вообще мало знакомы,чтобы это обсуждать.

.Джеймс покачал головой, и его пальцы нежно очертили линию моей скулы.— Я не стал бы тащить «просто развлечение» через темный лес в свое самое любимое место, Ника. Ты особенная. И я хочу, чтобы ты это знала.Иногда не нужно знать друг друга месяцами,чтобы понять свои чувства.

Мое дыхание перехватило. Лунный свет заливал его лицо, подчеркивая четкие линии подбородка и губ. Он медленно наклонился ко мне. Я замерла, не в силах сдвинуться с места, да и не желая этого. Внутри всё замерло в сладком, мучительном предвкушении.Когда его губы коснулись моих, мир вокруг окончательно перестал существовать. Это не был грубый или требовательный поцелуй. Джеймс целовал меня невероятно нежно, бережно, словно боясь спугнуть или причинить боль. Но в этой мягкости чувствовалась такая скрытая сила и страсть, что у меня подкосились ноги. Я зажмурилась, растворяясь в нем, в запахе его кожи и шуме ветра, который теперь казался далеким и неважным. Мои руки сами собой поднялись и легли ему на плечи, крепко удерживая, чтобы не упасть от этого кружащего голову чувства.Мне кажется мы простояла довольно долго на этом обрыва,просто наслаждаясь моментом и друг другом.Но ночь,скоро сменится рассветом.И как бы я не хотела встретить его здесь,с ним.Мне нужно было домой.

Джеймс понимал это и без моих слов,поэтому взяв меня за руку просто сказал:-я отвезу тебя.

Обратный путь пролетел как одно мгновение. Когда машина Джеймса мягко затормозил у обочины недалеко от моего дома, двигатель глухо затих. В салоне воцарилась уютная, сонная тишина, нарушаемая лишь едва слышным тиканьем приборной панели. За окном на улице всё так же тускло горел одинокий фонарь. Всё вернулось на свои места, но я сама уже чувствовала себя совершенно другой.Я повернула голову и посмотрела на Джеймса. Он сидел, положив одну руку на руль, и тоже внимательно смотрел на меня. В полумраке его глаза казались бесконечно глубокими.

— Ну вот мы и на месте, — тихо сказала я, нарушая молчание. Голос провучал немного хрипло от усталости

.— Да,Приехали, — мягко улыбнулся он. Джеймс потянулся ко мне и аккуратно коснулся пальцами моих волос. — Ты как себя чувствуешь?

— Спасибо тебе. За замок, за луну… и за куртку.

— А теперь иди. Тебе нужно поспать хотя бы пару часов. Удачи завтра на собеседовании. Напиши мне, как всё пройдет

.— Хорошо. Спасибо. Спокойной ночи, — выдохнула я.

Я открыла дверь машины и вышла в прохладный ночной воздух, поплотнее кутаясь в куртку. Машина стояла на месте, пока я шла до дома. Только когда за мной тихо захлопнулась дверь , я услышала, как на улице глухо рыкнул мотор и он плавно уехал в темноту.Джастин уже спал,дверь его комнаты была не закрыта и я увидела что он даже не удостоился раздеться.Видимо знатно выпил.

Я же ложилась спать очень уставшая,но счастливая.Завтра в одиннадцать утра меня ждала новая работа и новая жизнь, в которой теперь, кажется, появился Джеймс.

Глава 5

Будильник нарушил тишину комнаты ровно в девять утра. Мне казалось, что я только-только закрыла глаза. Голова была тяжелой, а веки слипались, но мысль о том, что через два часа решится моя судьба, моментально заставила меня сесть на кровати.Я поспала всего четыре часа. С ума сойти. Взгляд упал на красное платье, которое лежало на спинке стула. Значит, это был не сон. Ночная прогулка с Джеймсом действительно была реальностью, и от воспоминаний о его поцелуе сердце снова забилось сильнее.Я заставила себя встать с кровати и пойти в душ.Горячие струи воды помогли окончательно проснуться и смыть остатки тяжелого сна. Я стояла под водой, закрыв глаза, а в мыслях то и дело всплывал силуэт Джеймса в полумраке и обжигающее прикосновение его губ. Нужно было срочно переключиться: сегодня меня ждало собеседование в одном из салонов красоты города. От этой вакансии администратора зависело мое будущее.Выбежав с ванны,я решила что мне надо одеть белые штаны и молочную блузку. Штаны из плотной ткани садились точно по фигуре, подчеркивая линию бедер, но при этом выглядели строго и элегантно. Их белый цвет освежал. Молочная блузка из нежного, струящегося шелка приятно холодила кожу. Её мягкий, кремовый оттенок идеально гармонировал со штанами, создавая стильный и дорогой контраст. Свободный крой и аккуратный воротничок-стойка добавляли образу легкой строгости.Макияж я почти не делала — на это не было ни сил, не времени. Ограничилась самым минимумом: губы покрыла легким прозрачным блеском, который придал им свежий вид, а ресницы слегка тронула тушью, чтобы сделать взгляд чуть более открытым и живым. Этого вполне хватало. В сочетании со светлым нарядом такой естественный вид смотрелся даже лучше любого сложного мейкапа — просто, аккуратно и со вкусом.Экран моего телефона засветился. Сообщение было от незнакомого номера, но, прочитав первые строчки, я едва не выронила мобильный из рук.«Собеседование переносится на полчаса раньше. Ждем вас в 10:30. С уважением, салон красоты "Аура"».

— Черт, — выругалась я сквозь зубы.Посмотрев на часы, я поняла, что у меня в запасе осталось от силы минут двадцать. Я быстро схватила со стола сумочку, проверила, на месте ли паспорт, и на цыпочках двинулась в коридор. Джастин всё так же спал на диване, даже не пошевелившись. Я бесшумно сняла ключи и вышла. Только когда входная дверь тихо щелкнула, закрывшись, я смогла нормально выдохнуть.Такси подъехало на удивление быстро. Я уселась на заднее сиденье и уставилась в окно. Машина плавно тронулась.Через пятнадцать минут такси затормозило у аккуратного двухэтажного здания в центре города. Огромная панорамная витрина, стильная вывеска с мягкой подсветкой и идеальная чистота вокруг. Я вышла из машины, поправила блузку и сделала глубокий вдох. Время пришло. Я толкнула стеклянную дверь, и в лицо мне тут же ударил умопомрачительный аромат дорогого парфюма, кофе и свежести.

Собеседование прошло на удивление гладко. Хозяйка салона, ухоженная женщина средних лет по имени Шарлотта , оказалась приятной и деловой. Она внимательно изучила моё скромное резюме, но больше вопросов задавала про то, как я справляюсь со стрессом и умею ли находить общий язык с капризными людьми. Мой опыт работы официанткой здесь неожиданно стал огромным плюсом.

— Если вы выдерживали ночные смены и буйных гостей, то с нашими клиентами точно поладите, — улыбнулась Шарлотта, оценивающе оглядывая мой светлый, аккуратный наряд. — Вы выглядите очень стильно, Ника. Нам нужны люди с энтузиазмом. Вы приняты на стажировку. Начнем с завтрашнего дня, график два через два.

Когда она это сказала, у меня внутри всё запело от восторга. Я сдержала обещание, данное брату. У меня появилась настоящая, чистая, постоянная работа в красивом месте! Я поблагодарила Шарлотту, подписала первые бумаги и вышла на ресепшн, чувствуя, как с плеч свалилась тонна груза. Мне хотелось прыгать от радости.Я подошла к стойке, чтобы вежливо попрощаться с действующим администратором, как вдруг стеклянная входная дверь салона с тихим звоном распахнулась. В помещение уверенным шагом вошел мужчина, и весь мой восторг мгновенно испарился, сменившись ледяным оцепенением.Высокий, в дорогом идеально скроенном костюме, с тяжелыми золотыми часами на запястье. Его лицо я не забыла бы никогда. Это был тот самый гость из ресторана, с которым у меня случился громкий скандал.И если бы не Джеймс,не знаю чем бы это закончилось.Мужчина подошел к стойке ресепшена, на ходу доставая кошелек, и резко замер, когда его взгляд упал на меня.В светлых брюках и молочной блузке я выглядела совсем не так, как в черном фартуке официантки, но он оказался чертовски наблюдательным. Его брови поползли вверх, а на лице появилась циничная, неприятная ухмылка. Он узнал меня. Сразу же.

— Надо же, какие люди, — протянул он, намеренно громко. — Неужели та самая официантка из гадюшника теперь работает в приличном месте? Неожиданно.

Внутри меня всё сжалось от дикого, парализующего ужаса. Тот кошмарный вечер, когда он мертвецки пьяный больно сжимал моё запястье в ресторане, вспыхнул перед глазами с новой силой. Я поняла, что не смогу вымолвить ни слова — горло перехватило спазмом. Не помня себя от страха, я резко развернулась и бросилась к выходу. Я быстро вылетела из помещения на улицу в надежде, что смогу раствориться в толпе и уйти.Свежий воздух ударил в лицо, но облегчения не принес. Сзади я отчетливо услышала, как с тяжелым звоном закрылась стеклянная дверь, и по спине побежал ледяной пот — я поняла, что он вышел следом.Я попыталась ускорить шаг, почти переходя на бег, но он двигался слишком быстро. Мужчина догнал меня всего за пару секунд, протянул руку и с силой схватил за локоть, до боли впиваясь пальцами сквозь легкую ткань блузки.

— Мы не договорили! — злорадно рявкнул он мне прямо в ухо, дергая назад. — И в прошлый раз ты не дослушала. Что у тебя за манеры такие — убегать, когда с тобой разговаривают?!Опозорить меня,на глазах у всех решила?!

— Отпустите меня! — выкрикнула я, пытаясь вырваться, медленно шагая в сторону,но его хватка была железной. От страха и бессилия на глаза навернулись слезы.Вместо ответа он с мерзкой усмешкой резко и злобно толкнул меня назад, к каменной стене здания салона. Удар получился страшным. Я со всего размаху врезалась затылком в безжалостный бетон. В глазах мгновенно потемнело, в ушах зазвенело, а голову прошила острая, пульсирующая боль. Ноги подкосились, и я начала медленно сползать по стене, судорожно хватая ртом воздух и теряя связь с реальностью. Мужчина навис надо мной, продолжая что-то шипеть, но я уже едва различала его силуэт.И вдруг из ниоткуда, словно порождение самой ночной тьмы, прямо перед нами выросла знакомая высокая фигура.Джеймс.Он появился так неожиданно, что я даже не успела понять, как он здесь оказался. Его лицо было бледным от ярости, а глаза горели таким диким, первобытным бешенством, какого я еще никогда у него не видела. На секунду мне показалось, что от него исходит физически осязаемая опасность.Джеймс не стал тратить время на слова. С невероятной, сокрушительной силой он обеими руками толкнул мужчину в грудь. Тот, несмотря на свой немалый вес, отлетел назад на несколько метров, с глухим стуком повалился на асфальт и прокатился по тротуару, тяжело дыша и ошалело хватая ртом воздух.Мужчина остался лежать на асфальте, грязно матерясь и пытаясь подняться, но Джеймс даже не посмотрел в его сторону. Вся его ярость мгновенно испарилась, стоило ему повернуться ко мне. В глазах вспыхнул такой сильный, искренний испуг, что у меня на секунду защемило в груди.Он резко опустился передо мной на колени прямо на пыльный тротуар, наплевав на свои дорогие джинсы, и аккуратно взял мое лицо в свои ладони.

— Ника! Боже, Ника, посмотри на меня, — его голос, обычно такой уверенный и низкий, сейчас срывался. — Ты как? Где болит?

Голова всё еще жутко гудела, а перед глазами плыли цветные круги, но его присутствие здесь,помогло мне удержаться в реальности. Я слабо потянулась к его запястью, чувствуя, как по щекам катятся непрошеные слезы — уже не от боли, а от пережитого ужаса и внезапного облегчения.

— Затылок… — тихо прошептала я, зажмурившись от пульсирующей боли. — Я ударилась головой.

Джеймс аккуратно запустил пальцы в мои волосы, нащупывая место удара. Его прикосновения были невероятно нежными, словно я была сделана из хрупкого стекла.

Внезапно его пальцы замерли. Я почувствовала, как его рука на моем затылке резко напряглась.Когда он медленно отстранил ладонь, я увидела, что его подушечки пальцев окрасились в ярко-алый цвет. Кровь. Всё-таки стена оказалась слишком безжалостной.В ту же секунду с Джеймсом произошло нечто пугающее. Его тело мгновенно окаменело. Он замер на коленях передо мной, уставившись на свои окровавленные пальцы диким, гипнотическим взглядом. Его зрачки расширились настолько, что почти полностью затопили темную радужку, а лицо сделалось смертельно бледным, словно высеченным из мрамора.Челюсти Джеймса плотно сжались, а на шее вздулись тугие вены. Он судорожно, с видимым усилием заставил себя зажмуриться и резко отвернул голову в сторону.Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем он снова открыл глаза. Его взгляд всё еще бешено блуждал, но он, казалось, сделал над собой титаническое усилие, чтобы вернуть контроль.

— Крови… совсем немного, — его голос изменился, стал глухим, сиплым и каким-то неестественно низким, будто ему было физически больно говорить. — Всё хорошо.

В следующую секунду выражение его лица изменилось. Мягкость бесследно исчезла. Джеймс медленно поднялся на ноги. Изнутри него снова повеяло той леденящей, первобытной силой, от которой воздух вокруг, казалось, стал холоднее.Он повернулся и медленным, пугающе размеренным шагом направился к мужчине, который всё еще кряхтел на асфальте. Вся фигура Джеймса выражала такую безжалостную, хищную угрозу, что у меня по спине пробежали мурашки. Я не знаю, что именно мужчина увидел в глазах Джеймса, когда тот подошел ближе и сверху вниз посмотрел на него. Возможно, там был такой запредельный уровень ярости, который не поддавался человеческому объяснению.Его самодовольная мимика моментально сменилась диким, животным ужасом. Он побледнел и начал судорожно пятиться назад прямо на четвереньках, шурша ладонями по асфальту. Кое-как он вскочил на ноги. Не оглядываясь, громко ругаясь от страха и спотыкаясь на ходу, мужчина побежал к своей машине. Через секунду хлопнула дверь, и его автомобиль с бешеным визгом резины рванул прочь с парковки.Джеймс еще какое-то время стоял ко мне спиной,сжав руки в кулаки и опустив голову,а затем пошёл ко мне.Он снова оказался рядом, подхватил меня под руки и помог подняться.Я стала немного приходить в себя,но голова болела страшно.Джеймс взял меня за руку. Его ладонь казалась ледяной, а пальцы мелко дрожали. Он упорно не смотрел мне в глаза, глядя куда-то в сторону.

— Прости, я должен уйти, — резко бросил он. В его сиплом голосе сквозило такое напряжение, будто он с трудом сдерживал рвущийся наружу крик. — Я вызову тебе такси. Прости меня.Прежде чем я успела хоть что-то возразить или спросить, он выпустил мою руку. Развернувшись, Джеймс быстрым, неестественно размашистым шагом ушел от меня вдоль дороги, стремительно скрываясь за поворотом.Я осталась стоять одна у каменной стены салона. По щеке поползла одинокая, жгучая слеза. Голова разрывалась от боли, а внутри росла огромная, черная пустота.Я даже сказать ему ничего не смогла.А надо ли?

Что это вообще было сейчас?Я недоумевала, как нежный Джеймс, который бережно кутал меня в свою куртку на обрыве и целовал под луной, иногда превращается в такое… существо. В кого-то, от кого веет глухой болью, смертельным холодом и первобытным страхом. В кого-то, кто пугает одним своим взглядом и сбегает.

Всю дорогу обратно меня била крупная дрожь. За окном мелькали серые улицы, прохожие, яркие вывески магазинов, но для меня весь мир словно подернулся туманом. Я аккуратно прижала ладонь к затылку и тут же отдернула пальцы — они снова стали липкими. На воротнике моей некогда безупречной молочной блузки расплывалось маленькое красное пятно. Мои белые штаны были покрыты грязной пылью . Я выглядела ужасно. Но еще хуже было то, что творилось внутри.Когда такси наконец затормозило у моего дома, я вышла. Ноги были ватными,я дрожали руками открыла дверь.В коридоре пахло перегаром.Я аккуратно, стараясь не шуметь, сняла обувь и сделала шаг в гостиную, надеясь тихо проскользнуть к себе. Но Джастин уже не спал. Он сидел на диване, обхватив раскалывающуюся голову руками. Услышав мои шаги, брат медленно поднял глаза, и его похмельный взгляд тут же сфокусировался на моей испачканной одежде, бледном лице и растрепанных волосах.

— Ника? — его голос прозвучал хрипло и угрожающе тихо. Он медленно поднялся с дивана, глядя на меня в упор. — Что с тобой произошло? И почему у тебя кровь на воротнике?

Я замерла посреди прихожей, судорожно сглотнув. Взгляд Джастина буквально прожигал во мне дыру. На мгновение мне показалось, что от его тяжелого тона у меня еще сильнее заболела голова. Нужно было срочно что-то наврать, причем максимально убедительно. Если он узнает про мужчину из ресторана, он сорвется и натворит глупостей. А если про Джеймса…то мне точно конец.

— Всё нормально, Джас,я шла с собеседования,меня приняли кстати. — я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно непринужденнее, хотя внутри всё дрожало от пережитого страха. — Просто… глупая случайность. Я так торопилась, что не заметила бутылку на дорожке и подскользнулась на ней,полетев на бордюр.

Брат сделал шаг ко мне, нахмурив брови. В его глазах читалось явное недоверие. Он подошел вплотную, аккуратно, но твердо взял меня за подбородок и заставил поднять голову.

-А может ты мне врёшь?-Джастин сделал еще шаг.

Я резко дернула головой, освобождаясь от его руки, и тут же поморщилась от новой вспышки боли в затылке. Джастин тяжело вздохнул, и его оборонительная позиция немного смягчилась. Защитный инстинкт старшего брата сменился обычной семейной заботой. Он устало потер переносицу.

— Ну ты и ходячая катастрофа, Ника. Вечно в облаках летаешь. Ладно хоть жива осталась и работу получила. Иди в ванную, смывай эту грязь. Я сейчас аптечку принесу, надо рану обработать.

Я послушно кивнула и быстро ушла к себе в комнату, подальше от его проницательного взгляда. Закрыв дверь на замок, я бессильно прислонилась к ней спиной и сползла на пол, прямо на ковер. Силы окончательно покинули меня. Я расстегнула испачканные белые брюки, стянула молочную блузку и осталась сидеть в одном белье, обхватив колени руками.Телефон, брошенный на кровать, безмолвно лежал экраном вниз.А кто я ему,чтобы он переживал за меня?Мы даже не пара.А один поцелуй ничего не значит,как и его слова.Я дура,которая развесила уши и потеряла самообладание.Горькая, горячая слеза скатилась по щеке и капнула на колени.В дверь негромко постучал Джастин:

— Ника, я перекись и ватные диски нашел.

Закончив с перевязкой, Джастин обнял меня и ушел к себе, оставив меня в полной тишине. Я закрыла дверь, выключила свет и залезла под одеяло прямо в халате. Голова невыносимо горела, но душевная боль от Джеймса была сильнее. Я сжимала в руке остывший телефон, проверяя экран каждые пять минут, пока глаза не стали закрываться от полного изнеможения. В конце концов усталость взяла верх, и я провалилась в тяжелый, прерывистый сон.

Мне казалось, что я спала всего пару минут, когда сквозь пелену сна до моего слуха донесся странный звук. Тихий, отчетливый стук.Я резко открыла глаза. В комнате царила глубокая ночная тьма. Стук повторился — три коротких удара по оконному стеклу. Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле.Часы показывали 2.30 ночи.Кому надо так шутить в такое время?!Дрожащими руками я откинула одеяло, поднялась с кровати и на цыпочках подошла к окну. Отодвинув штору, я взглянула в окно и едва не вскрикнула.Прямо за ним,в темноте стоял Джеймс.Его темная куртка была расстегнута, волосы растрепал ночной ветер, а лицо в свете луны казалось бледным, как у призрака.Я бросила испуганный взгляд на закрытую дверь, а затем снова посмотрела на окно. Обида и злость жгли меня изнутри,но я все равно открыла окно.В комнату тут же ворвался ледяной ночной воздух.Джеймс бесшумно, словно тень, скользнул внутрь и мягко опустился на кровать.

— Ника… — его голос прозвучал как глухой, надломленный шепот.Он сделал шаг ко мне, протягивая руки, но я резко выставила ладонь вперед, останавливая его

.— Не подходи, — тихо, но со всей злостью, на которую была способна, процедила я. Слезы обиды снова подступили к горлу. — Зачем ты пришел? Чтобы снова бросить меня, когда станет скучно? Ты оставил меня там. Одну. С разбитой головой. Просто сбежал ! Кто ты вообще такой, Джеймс?И что ты делаешь тут в такое время?!

— Прости меня. Пожалуйста, прости… — он опустил голову.-я не могу тебе много рассказать сейчас.Просто поверь мне,что так было лучше.

Я стояла в двух шагах от него и внимательно слушала, но не отвечала. Каждое его слово отзывалось внутри глухой болью. Я упорно смотрела на его бледное лицо, пытаясь разглядеть в нем хоть какую-то подсказку. Но там была лишь отчаянная, давящая тоска. Я не хотела снова подпускать его к себе, не хотела становиться послушной игрушкой в его странной игре. Хватит с меня загадок и внезапных исчезновений. Моя реальная жизнь только-только начала обретать почву под ногами, и я не собиралась позволять этому человеку разрушить её до основания.

-Пожалуйста, Джеймс. Уходи. Я не хочу ничего понимать сейчас, — твердо произнесла я, скрестив руки на груди, чтобы скрыть, как сильно меня колотит.Он вскинул голову. В его потемневших глазах отразился холодный лунный свет, и в них промелькнуло столько невыносимого страдания, что мне на секунду стало трудно дышать. Он медленно сократил расстояние между нами и я не смогла отойти.

—Ника, не делай так, — его голос стал еще тише, превратившись в едва слышный шелест. — Я знаю, что виноват. Знаю, что поступил как последний идиот. Но я здесь не для того, чтобы играть. Я просто… не мог не прийти. Мне нужно было увидеть, что с тобой всё в порядке.Я упорно молчала, хотя стена, которую я так старательно возводила весь день, начала угрожающе трещать по швам от его вкрадчивого голоса.

— Я уеду на пару дней — тихо, почти беззвучно произнес он. Каждое слово давалось ему с трудом. — Мне нужно уладить кое-какие дела.

Я горько усмехнулась. Слезы, которые я так долго сдерживала, всё-таки обожгли щеки.

— Ты и так подобрался слишком близко к моему сердцу, Джеймс, — выдохнула я, и мой голос предательски дрогнул от накопившейся боли. — Слишком близко. А теперь ты снова уходишь. Просишь верить тебе, но ничего не объясняешь.Уходи.Никто друг другу ничего не должен.Тот поцелуй,был просто навеян романтической атмосферой.

Джеймс замер. На его бледном лице отразилась такая сильная, сокрушительная мука, будто мои слова ранили его сильнее любого оружия. Он не сделал больше ни одного шага вперед, уважая мою дистанцию и мою обиду. Вместо этого он медленно опустил руку в карман куртки и достал оттуда небольшой, аккуратно сложенный вчетверо листок плотной бумаги.

Он бережно положил его на край подоконника, прямо под бледный луч лунного света.

— Прости меня, — едва слышно прошелестел его голос.

В следующую секунду Джеймс резко развернулся, легко перемахнул через подоконник и бесшумно растворился в глубокой, черной темноте густых елей. Будто его и не было. Только легкий шелест ветвей за окном и морозный лесной воздух напоминали о том, что мне это не приснилось.

Я стояла неподвижно еще несколько минут, слушая оглушительную тишину пустой комнаты. Затем, словно в тумане, подошла к окну и закрыла его. Мои пальцы коснулись оставленной записки. Бумага была прохладной, чуть шероховатой на ощупь.

Дрожащими руками я развернула листок. На нем ровным, четким и на удивление красивым почерком были выведены короткие строчки.

В твоих глазах — спасенье от порезов,

В твоей душе — весь мой утерянный покой.

Я пленник твой, без страха и протестов,

Влюблен навек. Оставлен жить тобой.

Я прижала листок к груди, чувствуя, как по щекам снова текут горячие слезы. Он ушел. Но это короткое стихотворение окончательно лишило меня сна, оставив наедине с мыслями о парне, который украл мое сердце.

Глава 6 Джеймс

Я — ночь. Я — порождение страха. Я — чудовище, способное оборвать любую человеческую жизнь в одно мгновение. Смертные должны содрогаться от мысли обо мне, ведь против моей силы у них нет шансов.Но среди всей этой тьмы у меня есть то, чего лишены многие— воля.Я не прикасаюсь к людям. Их кровь, бьющаяся в жилах, их сладкий, манящий запах — все это остается для меня вечным искушением, через которое я переступаю каждую ночь. Моя охота пахнет иначе: сырой землей, густым лесом и диким, первобытным азартом. Я питаюсь животными. Выслеживать волка в ночной чаще, перехитрить лесного хищника, который сам считает себя хозяином этих мест — вот моя истинная игра. Смертные могут спать спокойно, пока я растворяюсь в лесной глуши. Я остаюсь монстром, но монстром, который сам выбирает свои правила.У меня есть друзья, я провожу время на вечеринках, я даже могу выпить, но не пьянеть — алкоголь имеет для меня совсем другой, пресный вкус. Я часто пытаюсь забыть, кто я, отвлечься от своей вечной тьмы, притворяясь обычным парнем. И у меня получалось. Я создал идеальную иллюзию нормальной жизни.Пока не появилась она.Ее запах сводит меня с ума. Теперь, когда я держу ее за руку, я слишком отчетливо слышу, как бешено бежит кровь у нее по венам. Слишком близко. Каждая клетка моего тела кричит о голоде. Рядом с ней я стал остро, до боли осознавать, кто я на самом деле. И впервые за столько лет мне стало по-настоящему страшно. Я стал бояться самого себя. Бояться, что один неверный шаг, одна секундная слабость — и я причиню ей непоправимую боль.

После той ночи на обрыве, когда весь мир внизу казался крошечным, а она была так пугающе близко, ко мне пришло леденящее душу осознание. Я никогда не принесу в ее жизнь счастье. Я монстр, скрывающийся под маской обычного парня, и она понятия не имеет об этом. Она смотрит на меня влюбленными глазами, видит того, кто готов ради нее перевернуть весь мир. Но она не знает, что моя ярость — это шторм, способный за секунду затуманить разум. И однажды я могу совершить то, о чем буду жалеть всю оставшуюся вечность.

Тогда я не сказал ей ни слова. Я просто трусливо смолчал, приняв самое тяжелое решение в своей жизни: держаться от нее как можно дальше. Мне казалось, что выстроить стену между нами будет проще. Я думал, что смогу задушить это глупое, человеческое чувство внутри себя ради ее же спасения.

Мой идеальный план рухнул в ту секунду, когда я увидел ее слабую,там у салона.

Запах ее крови… Боже, это не было похоже ни на что, с чем я сталкивался прежде. Ее кровь пахла иначе. Она не просто манила хищника внутри меня — она дурманила разум, взрывала рецепторы, лишала способности соображать. Этот сладкий, запретный аромат затапливал легкие, выжигая остатки моей хваленой силы воли. В тот миг я едва не выдал себя прямо у нее на глазах. Мои пальцы дрожали, клыки скрежетали от нечеловеческого напряжения, и я балансировал на грани полного безумия. Я даже думать не хочу о последствиях, которые ждали бы нас обоих, если бы я сорвался. Но самое страшное — я до смерти боюсь, что в следующий раз у меня просто не хватит сил остановиться.

Я ушел. Мне пришлось бросить ее там, одну, и срочно исчезнуть. Легкие горели от запаха ее крови, хищник внутри меня бесновался и требовал взять свое. Еще одна секунда — и я бы сорвался, совершив самое страшное преступление в своей жизни.Но она ведь не знает правды. В ее глазах я стал обычным трусом. Парнем, который испугался и просто сбежал, оставив ее в самый тяжелый момент. Если бы она только знала, чего мне стоило просто стоять рядом. Каких нечеловеческих, адских усилий стоило удерживать себя на месте, сжимать кулаки до хруста в костях и притворяться человеком, пока клыки ныли от голода.Своим внезапным бегством я сделал ей больно. Я уловил, как в ее глазах промелькнула горькая обида. Я чувствовал эту боль даже на расстоянии, за несколько километров от нее. Она жгла меня изнутри, не давая покоя. Я метался по своей комнате как запертый в клетке зверь и не смог долго высидеть на одном месте. Меня тянуло назад, к ней.

Этой ночью я пришел к ее дому. Я не стал тайно пробираться внутрь, а просто тихо постучал пару раз в стекло ее окна. Через минуту Занавеска отодвинулась, и она открыла окно.

Разговора у нас не получалось. Между нами словно выросла глухая стена. Я пытался извиняться, подбирал слова, чтобы объяснить свое бегство, но всё звучало глупо и фальшиво. Я ведь не мог сказать ей правду. Не мог признаться, что едва не перегрыз ей горло из-за запаха крови.Я просил поверить мне.Она слушала меня молча, а потом тихо, но твердо попросила уйти. Ее голос дрожал от сдерживаемых слез. Мое присутствие ранило ее еще сильнее.

Я не стал спорить. Я просто кивнул, понимая, что наверное так будет лучше,пусть она меня ненавидит. Но перед тем как окончательно исчезнуть в темноте, я аккуратно положил на подоконник сложенный лист бумаги — записку, в которой попытался уместить всю свою боль.

Я должен был уехать, и как можно скорее. Срочно, пока рассвет не обнажил мои следы, и пока жажда снова не затмила разум. Оставаться здесь, в одном городе с ней, ловить её случайный запах на улицах и сходить с ума от близости её беззащитной улыбки — это было бы чистым безумием.Моя главная, единственная цель теперь — научиться полному, абсолютному контролю. Жестокому самообладанию, которое позволит мне стоять рядом с ней и не поддаваться зверю внутри. Я поклялся себе, что больше никогда не стану для неё угрозой. Я не буду очередной опасностью, от которой ей придётся бежать. Я стану её щитом, её тенью, её невидимым защитником — но только тогда, когда буду уверен, что зубы не обнажатся против моей воли.Но прежде мне нужно было разобраться со всем, что накопилось за последнее время. Понять, почему древний голод проснулся с такой разрушительной силой, кто стоит за переменами в моём теле и как остановить этот кошмар.Дорога впереди была темной и неизвестной, но образ её дрожащих губ и глухая стена, выросшая между нами, стали моей главной мотивацией. Я заставил себя обернуться в последний раз. Окно её комнаты всё ещё светилось слабым жёлтым светом. Где-то там, на подоконнике, осталась моя записка — крошечный бумажный мост над пропастью, которую мне только предстояло преодолеть.Развернувшись, я побежал, мгновенно набирая неестественную для человека скорость и позволяя ночной тьме полностью поглотить меня.