Когда спадут оковы

Глава 1

1 глава

Он возвышался надо мною, словно матёрый волк над зайцем, зажатым в угол. Вся его поза показывала уверенность в том, что жертве некуда деваться. Но я не заяц, дрожащий от страха. Меня воспитали достойно принимать любые унижения, никогда не ронять слез перед врагом...

"Врагом?", стрелою пронеслась в голове мысль. Как давно мы стали врагами? Где была та черта, перейдя которую, мы из нежных возлюбленных превратились в существ, стремящихся как можно больнее уколоть друг друга? Я не знаю, а может просто не хочу знать. Все давно кончено и не подлежит возврату.

-Господин, вам следует вернуться в брачные покои, - глядя в пустоту перед собою, сказала я.

Не хочу его видеть. Не в этот день, когда в прошлом любимый мною мужчина берет в жены другую.

Он схватил меня за подбородок, приподняв его, заставляя смотреть прямо в глаза. Но я упорно продолжала смотреть вниз, куда-то в район блестящих черных сапог, по случаю великого праздника украшенных серебряными нитями.

-Смотри мне в глаза, - холодным повелительным голосом сказал.

Я вздрогнула. Этот голос... Такой чужой, но все ещё пробуждающий старые чувства где-то глубоко внутри. Я пыталась прогнать их много раз, но они упорно продолжали мешать мне жить.

-Почему ты так поступаешь? - не дождавшись исполнения приказа, спросил он, - Почему раз за разом делаешь вид, что тебе все равно?

Я не знала, что ответить.

-Неужели я недостаточно хорош для тебя? - в холодном голосе начали проявляться ноты ярости, -Отвечай!

Внезапный крик разнёсся по комнате. Я стала медленно поднимать взгляд: от сапог перевела его на белые брюки, затем на такой же белый камзол, по традиции разукрашенный серебрянной вышивкой. Сочетание серебра и белых тканей - издавна принадлежит свадебным одеяниям. Задержав взгляд на уровне виднеющегося из-под камзола края рубашки, прикрывающего шею, я подняла голову и посмотрела прямо в темные, словно два омута, глаза этого мужчины. Принца Анвиль не зря считался одним из самых завидных женихов королевства. Красивый, талантливый, одаренный богами могущественной магией огня, третий сын самого короля, Аэлмара Алийского.

-Господин, я не понимаю, о чем вы... - начала отвечать, но он вдруг положил руки мне на плечи и вжал спиною в стену, приблизившись ещё сильнее.

-Врешь! Ты снова врешь мне! - он кричал, а я смотрела, как от гнева темнеют его глаза и углубляется морщинка между бровей, - Хотя бы сегодня ты можешь быть искренна со мной?!

Внезапно он наклонился и накрыл мои губы своими. Я пыталась сопротивляться, упираясь руками в его грудь, царапая руки о драгоценные камни в вышивке. Внутри меня росла и множились злоба. Зачем он так поступает? Почему в день собственной свадьбы не может оставить меня в покое и хотя бы на сутки претвориться, что мы не знаем друг друга? Всего одни сутки... А потом я стану свободной. Завтра закончатся три года, в которые я обещала покорно служить этому мужчине. Моя часть договора будет выполнена, я наконец смогу покинуть стены Дворца Третьего Принца.

-Ответь мне... - тяжело дыша, сказал мужчина, оторвавшись от моих губ, - Когда-нибудь, хотя бы один день в своей жизни ты любила меня?

-К чему теперь эти разговоры? - усмехнувшись, спросила я, а сама пыталась потушить вспыхнувшее глубоко внутри пламя.

Любила ли я? Да. Я дышала им, с упоением ловила любую новость о Принце, радовалась его удачам и переживала в периоды горестей.Но это осталось далеко в прошлой жизни, когда я была дочерью уважаемого Эрнарда Эштона, правой руки короля. Сейчас все члены семьи Эштон мертвы, а Эделия Эштон, погибшая в ссылке, возродилась под новым именем - Раяна, безродная рабыня, из ниоткуда появившаяся среди личных служанок Третьего Принца, незаметная и покорная. Посмела бы Раяна любить своего хозяина? Нет. И я похоронила в себе эти чувства в тот самый день, когда на запястье появился красный узор с изображением иероглифа, издавна используемого для обозначения рабов.

-Снова эта улыбка... - с горечью в голосе промолвил Принц, все ещё прижимавший меня к стене, не оставляя и шанса на побег.

-Вас ждёт невеста, - ответила я, стирая усмешку с лица, - Ритуал бракосочетания должен быть завершён.

Анвиль в гневе скрежетнул зубами. Он не торопился уходить, а лишь задумчиво смотрел на меня. Мы были одни в личных покоях Принца. Где-то этажом ниже проходил пышный праздник с изысканной едой и выпивкой, гости из благородных семей отмечали заключение брака дочери благородной семьи с сыном короля. Самого Принца там уже не ждали, все думали, что он удалился в покои новобрачных, дабы провести ночь в компании молодой супруги. По традиции невеста терпеливо ждала новоиспечённого мужа в украшенных белыми цветами комнатах, именно он должен снять церемониальное платье.

-Говоришь, ритуал должен быть завершён... - повторил он мои слова и опустил руки мне на талию.

-Что вы... - пролепетала я, но была прервана новым поцелуем.

На этот раз мужчина схватил меня за запястья и прижал их к стене над головой, лишая возможности сопротивляться.

Этот поцелуй был неожиданно нежным. Его губы мягко, но уверенно соприкасались с моими. Я чувствовала, как разгорается давно тлеющее внутри пламя. Пламя, которое я так и не смогла погасить. Раз у меня не получается заглушить чувства, почему бы не окунуться в омут с головой? Возможно, позже я пожалею о сделанном выборе в будущем, но сегодня не стану жалеть ни о чем. Раз это наш последний день вместе, я возьму от него всё...

В какой-то момент я стала отвечать на поцелуй. Наши языки переплелись в страстном танце. Принц отпустил мои руки и прервал поцелуй. Он смотрел на мое лицо с необыкновенной нежностью. Мужчина мягко коснулся пальцами правой руки моих скул, спустился к подбородку, провел кончиками пальцев по шее, спустился к ключицам. Я судорожно вдохнула воздух.

-С самого твоего появления в моем дворце мысли о тебе не дают мне покоя, - шепотом сказал Анвиль мне на ухо, - Твои волосы, глаза, губы... Ты сводишь меня с ума... Почему ты всегда так далеко? Даже находясь со мной в одной комнате, почему мне кажется, что ты не рядом?

-Сегодня я буду рядом... - неожиданно с губ сорвался ответ, но я действительно хотела этого.

Услышав это, принц лишь на секунду задумался перед тем как взять меня на руки и понести вглубь покоев, где стояла огромная кровать, завешанная балдахином.

Он положил мое тело на шелковые простыни и навис сверху. Наши губы соединились в страстном поцелуе. Все проблемы отошли на второй план, сейчас есть только сладкое мгновенье, его руки, скользящие по талии, спрятанной под темной тканью платья служанки, мои руки, обнимающие его за шею.

Шнуровка на платье треснула под натиском рук принца. Я судорожно вздохнула, чувствуя, как ткань все ниже сползает с плеч.

-Помоги мне избавиться от этих тряпок... - Анвиль поднялся с кровати.Я поднялась следом. Платье, ничем не скреплённое, скатилось к ногам, оставив на мне лишь нижнюю рубашку, едва достающую до колен. В зеркале, стоящем напротив, я увидела растрёпанную девушку с темными, почти черными, волосами, опухшими от поцелуев губами и блестящими от желания зелёными глазами.

Я подошла к нему и начала медленно расстёгивать замысловатые пуговицы на свадебных одеяниях. Назвать украшенные серебром и драгоценностями одежды тряпками у меня бы не повернулся язык.

На пол упал белоснежный камзол, за ним следом приземлилась рубашка. И вот принц стоит напротив меня в одних лишь брюках. Я, повинуясь желанию, провела рукой по его плечам и груди. Анвиль был прекрасно сложен: широкоплечий, с развитой мускулатурой, приобретенной в процессе ежедневных тренировок на протяжении многих лет.

Мужчина поддел пальцем лямку моей нижней рубашки и спустил ее с плеча, обнажая грудь. Стоило ему сделать то же с лямкой на другом плече, как рубашка невесомым полотном сползла к мои ногам. Принц запустил руку в мои волосы, заставляя шпильки с тихим звоном просыпаться из прически. Темные локоны водопадом опустились на плечи и спину.

Внезапно Анвиль подхватил меня на руки и снова опустил на кровать, припадая губами к обнаженной шее. Я обняла его, полностью отдаваясь страсти. Этой ночью есть только Он, жар его тела и нежность рук.

Анвиль встал и ловко избавился от брюк. Белоснежная ткань небрежно приземлилась рядом с камзолом. Принц прикоснулся к моему бедру, заставляя пробежать по телу волну наслаждения. Я откинула голову и почувствовала его у себя между ног.

Он медленно вошёл, заставляя меня выпустить судорожный вздох. Анвиль был нежен, вскоре секундная боль обернулась блаженством, я наслаждалась незнакомыми ранее ощущениями. Комната наполнилась стонами наслаждения. На кровати, прикрытой полупрозрачным балдахином два тела сливались в одно, растворялись в первобытном танце в попытке напиться друг другом, как пытается напиться путник, много дней шедший через пустыню.

В пылу страсти я почувствовала, как правое плечо обожгло болью. Я вскрикнула, из глаз брызнули слезы. Анвиль бережно стер соленые капли с моих щек и примкнул к губам в поцелуе.

-Моя... - шепнул он, лишь на секунду прервав поцелуй.

В один момент боль прошла и я забыла о ней, растворяясь в блаженстве.

Эта ночь была только наша. Мы уснули только к рассвету, вымотанные и счастливые. В наш последний день вместе я позволила себе быть порывистой, поддалась минутному желанию. И не жалела об этом.

***

Наутро я проснулась от скользящего по лицу луча солнца. В теле чувствовалась приятная усталость. Воспоминания о прошедшей ночи накрыли волной, заставляя щеки покраснеть от запоздалого смущения.

Я поднялась с кровати и увидела аккуратно сложенное на резном стуле рядом платье изумрудного цвета, украшенное переливающейся на солнце вышивкой. Я давно не носила подобных одеяний, но платья, в котором я пришла, уже не было в покоях.

Закутавшись в покрывало, я подошла к стулу и провела ладонью по изумрудной ткани, едва касаясь, боясь повредить вышивку тончайшей работы.

Но вскоре мое внимание переключилось на собственную руку. Запястье было чистым, даже следа не осталось от красного рабского иероглифа.

Я свободна.

Раньше в моей голове этот момент представлялся чем-то невероятным, я мечтала о том дне, когда сброшу с себя рабское клеймо. Представляла, насколько счастливой буду, что обрету покой и разорву все связи с Анвилем. Но сейчас, когда это случилось, я неверяще смотрела на запястье и задумчиво протирала чистую кожу. В груди чувствовалась лишь непонятная грусть.

В этот момент в покои безмолвной тенью зашла служанка. Ничего не сказав, она отошла в сторону, пропуская вперёд слуг, несущих ванну. Они установили ее за ширмой и наполнили водой с лепестками роз. Все это было выполнено, пока я безуспешно пыталась расспросить служанку, вошедшую первой, о происходящем. Женщина лишь говорила о том, что это приказ господина, и ничего более она не знает и не смеет предполагать.

Затем меня отвели за ширму и несколько девушек помогли сняли с меня покрывало. В этот момент я услышала изумлённый вздох одной из служанок за спиной, она что-то прошептала другой девушке, зашелестели голоса, и вот уже служанки странно поглядывали на меня.

-Что-то не так? - решилась задать вопрос я,обрывая шепот.Они переглянулись, словно напуганные моими словами.

-Нет, все в порядке, простите... - промолвила одна и девушек и робко добавила, - госпожа.

Госпожа? Что это все значит?

Мне помогли помыться. Я, уже отвыкшая от помощи слуг в таких делах, чувствовала себя немного неловко, но не спешила прогонять девушек. Я не оставляла попыток заговорить с ними, чтобы понять, что происходит, но эти служанки отвечали то же, что я и так уже узнала от первой.

Затем меня облачили в заготовленное платье и посадили перед зеркалом, чтобы привести в порядок волосы. И в момент, когда одна из девушек откинула все волосы на спину, чтобы пройтись по ним гребнем, я увидела на шее темное пятно. Я тут же придвинулась ближе к зеркалу, отодвигая служанок. Пятнышко оказалось частью рисунка, начинающегося на задней части шеи и заканчивающегося где-то на плече сзади.

Внезапная догадка зажглась в голове яростным пламенем. Я узнала этот узор.

Глава 2. Тени прошлого

Глава 2. Тени прошлого

-Уйдите, - пустым голосом приказала я.

-Но ваши волосы... - начала спорить служанка, но замолчала, стоило лишь мне на нее посмотреть. Должно быть, даже во взгляде читалась моя ненависть.

Переглянувшись, девушки оставили меня одну. Я сразу же сдёрнула с плеча ткань платья и стала пристально изучать узор, надеясь найти хоть что-то, что могло бы опровергнуть мою догадку. Но переплетения черных линий, складывающиеся в изображение цветка лилии, не оставляли сомнений.

Лилия - символ наложниц королевской семьи.

От осознания этого внутри что-то оборвалось. Свобода обернулась новой клеткой. Как он мог так со мной поступить? Я могла вынести положение слуги, пусть даже лишённой всяких прав. Но наложница... Это слишком унизительно. Пусть от моего былого положения в обществе осталась лишь тень, гордость никуда не делась. Самые завидные женихи королевства обещали сделать меня своей единственной женой. Теперь меня хотят заставить довольствоваться положением наложницы, женщины, греющей постель, без права показывать свое лицо в обществе.

Убитая горем, я начала отчаянно царапать кожу с узором, словно стараясь стереть черные линии. Новое клеймо.

От слез в глазах я уже ничего не видела, а кожа горела огнем, когда я почувствовала, как мужская ладонь обхватывает мое запястье, отводя руку от исцарапанного чуть ли не в кровь плеча.

Я обернулась и увидела виновника моих бед. Третьего принца Анвиля. Он возвышался надо мной, все ещё сидящей на стуле перед зеркалом.

-Я хочу уйти, - сказала, стоило лишь нашим глазам встретиться.

-Почему? Разве тебе плохо со мной? - сказал он, поглаживая мою ладонь.

-Ты обещал, - голос дрогнул, - Обещал отпустить меня.

Анвиль отпустил мою руку и встал за спиной. Он отодвинул волосы с горящего плеча и провел холодной рукой по исцарапанный коже, обводя пальцем узор.

-Куда ты пойдешь? Твой отец давно мертв, а брат начал новую жизнь в другой стране. И ты начни новую жизнь... - мужская рука опустилась к декольте, - Рядом со мной.

Я отодвинула его руку.

-Я выполнила свою часть сделки. Но ты обманул меня.

-Я не обманывал. Твой брат Эллаир в безопасности, рабская печать снята. Разве ты не хотела провести со мной свою жизнь?

Хотела. Но это было давно, когда я была Эделией. Я до сих пор помню нашу первую встречу, день, когда я влюбилась.

***

Мне было шестнадцать. Банкет в королевском дворце в честь дня рождения королевы был событием, на которое все долго готовились. Моё платье было сшито из тончайшего шелка, украшенного мерцающей вышивкой, и я чувствовала себя настоящей принцессой. Волосы тяжёлыми блестящими волнами ложились на спину, пряди у висков были отведены назад, открывая лицо, и скреплены сзади драгоценной заколкой. Все вокруг казалось сказочным миром из блеска и роскоши.

Это был мой первый выход в высший свет. Тогда я впервые увидела Анвиля, третьего сына короля. Он был как из сказки - высокий, красивый, сияющий, всегда окружённый вниманием. Мне приходилось любоваться им издалека, даже не мечтать о том, чтобы Анвиль обратил на меня внимание.

В какой-то момент ко мне подошла одна из личных служанок королевы. Она шепнула на ухо, что Её Величество хочет меня видеть, и предложила идти следом. Взволнованная предстоящей встречей, я на негнущийся ногах подошла к ступеням, ведущим к возвышению, на котором стояли два трона с сидящими на них королем и королевой. В этот момент Ее Величество что-то увлеченно обсуждала с незнакомой мне девушкой. Служанка велела стоять здесь, а сама подбежала к королеве и что-то шепнула ей на ухо. Только после этого жена правителя обратила на меня внимание.

-Ты дочь герцога Эштон? - стоило ей заговорить со мной, как музыка стала тише, а люди умолкли, вслушиваясь в речи правительницы.

-Да, Ваше Величество, - изящно поклонилась королевской чете, - Меня зовут Эделия Эштон.

-Это твой первый бал? - ее голос мелодией растекался по залу. Королева всегда славилась своей красотой и даже сейчас, когда она достигла возраста, в котором иные женщины начинают терять свое очарование, правительница не переставала восхищать придворных красотой и изяществом.

-Вы правы, Ваше Величество. Это мое первое появление во дворце.

Король провел по мне равнодушным взглядом, но, как казалось мне, внимательно слушал разговор.

-У тебя прекрасные манеры, дитя, - похвалила меня правительница, но от этого я стала лишь ещё сильнее нервничать - Я наслышана о твоих выдающихся способностях в игре на гуцине. Сыграй для нас сегодня что-нибудь.

Наслышана? От кого? Я впервые во дворце, а до этого играла на гуцине лишь дома и на уроках в академии.

Я присмотрелась к девушке, которая до сих пор стояла рядом с троном королевы. Теперь она казалась знакомой, но я не водила дружбу с девушками из академии, поэтому не могла вспомнить, кто же это.

Во время моих рассуждений слуги принесли стол и поставили его рядом со ступенями, ведущими к тронам. На стол они поставили невероятной красоты гуцинь, украшенный золотой росписью, а для меня подготовили стул с резной спинкой.

Мне даже не оставили возможности отказаться.

Я села за стол и провела рукой по струнам, восхищаясь прекрасной работой мастера.

-Что вы хотите услышать? - обратилась я к королеве.

-Я буду рада услышать любое произведение, выполненное с должным мастерством, - ответила она и обратилась к придворным, - Господа, может у вас есть пожелания на этот счёт?

Люди озадаченно переговаривались вполголоса, пока я ждала указаний.

Вдруг вперёд выступил незнакомая мне женщина средних лет в платье из серо-зеленой ткани, которое несмотря на невзрачный цвет выглядело дорого и изысканно. Серебряная вышивка и драгоценные камни поблескивали в свете люстр, выдавая высокое положение этой особы.

-Я также наслышана о прекрасном голосе госпожи Лианы Латто́ри. Осмелюсь предложить этим двум прелестным особам выступить вместе, тем самым дополнив друг друга.

Королева вопросительно посмотрела на девушку, все это время стоящую рядом. А я внезапно вспомнила, что видела ее в академии. Лиана Латто́ри - один из лучших голосов женской столичной академии искусств и по совместительству племянница правительницы.

-Как вам будет угодно, - с поклоном промолвила Лиана и направилась ко мне, на ступеньках изящно придерживая подол платья.

Она была красива. Волосы золотым полотном ложились на спину и плечи, а голубые глаза в сочетании с мягкой улыбкой излучали тепло и заставляли проникаться доверием с первого взгляда на эту девушку. Голубое платье подчеркивало ее невинную красоту и сияние глаз.

Должно быть, рядом мы смотрелись слишком разными. На ее фоне мои тёмно-коричневые волосы и кожа и казались ещё темнее, невольно напоминая мне и окружающим об иностранном происхождении моей матери.

-В таком случае исполните для нас песню о Мире и Процветании, - с улыбкой приказала королева.

Мы покорно поклонились, и я прикоснулась к струнам, извлекая мелодию. Песня о Мире и Процветании - одна из самых известных композиций, в академии ее изучают одной из первых. Должно быть, именно поэтому королева выбрала ее, чтобы мы не смогли опозориться перед придворными. Эта песня восхваляет правление нынешней династии, отдает дань предкам, сражавшимся за свободу нашей страны и возносит благодарности богам за мир на наших землях.

Голос Лианы лился рекой по залу. Сильный и чистый, он заставлял каждого проникнуться словами. Я же наполняла воздух мелодией, невесомыми движениями прикасаясь к струнам. Мы прекрасно дополняли друг друга.

Я не заметила, в какой момент кожу пальцев стало щипать. Затем лёгкое покалывание переросло в жгучую боль, но я не спеша прекратить играть. Я старалась не думать об этой боли, продолжала играть на гуцине, не щадя пальцев. Сейчас прекратить игру - значило подставить другого человека, а этого позволить нельзя.

Песня длилась невыносимо долго. К концу я уже плохо чувствовала пальцы, настолько они болели. Все мысли были лишь о том, чтобы не испортить мелодию. Поэтому когда прозвучали последние слова песни, я с облегчением прикоснулась ладонями к холодной ткани платья, пряча пальцы от чужих глаз.

-Это было прекрасно, - неожиданно похвалил король, - Вас непременно нужно наградить.

Повинуясь едва заметному жесту, слуги внесли в зал самые различные украшения, аккуратно сложенные на белых бархатных подушках. Должно быть, король отдал приказ подготовить все это ещё во время исполнения песни. Слуги, склонив головы, встали в ряд напротив тронов на расстоянии примерно пятнадцать шагов, именно на такое расстояние было позволено приближаться простым слугам без особых на то указаний.

Я поднялась со стула, пряча руки в складках платья, и подошла к украшениям следом за Лианой. Все они отличались особой красотой. Даже дочери влиятельных родов королевства не носили таких украшений, настолько было заметно исключительное качество обработки металла и драгоценных камней. Представить цену этих сокровищ для меня было невозможно.

Между тем боль в руках только усиливалась, заставляя меня беспокоиться. Пальцы жгло огнем, но я боялась посмотреть на них под сотнями взглядов, чтобы оценить состояние, поэтому стойко терпела.

Коснувшись подушки, на которой лежала золотая шпилька с драгоценностями, выложенными в форме небольшой пёстрой птицы, я поблагодарила короля за щедрость.

-Прошу вас, развлекайтесь, - отпустила нас королева.

К этому моменту я едва могла сдерживать выступающие на глазах от боли слёзы. Попыталась как можно более незаметно покинуть банкетный зал. Дойдя до дворцового парка, я наконец посмотрела на руки и ужаснулась. Кожа покраснела, кое-где появились волдыри.

Внезапно кто-то подошёл сзади и схватил меня за запястье. Я попыталась вырвать руку, но как только посмотрела на человека, позволившего себе столь наглым образом прикасаться ко мне, остолбенела, не в силах вымолвить ни слова. Это был Он, Третий принц Анвиль. Этот мужчина возвышался надо мною, закрывал свет уличных фонарей, отбрасывая своим телом тень.

-Сильно больно? - внезапно обеспокоенно спросил принц.

-Что? - не сразу сообразив от удивления, переспросила я.

-Руки. Ваша кожа повреждена. - спокойно ответил он.

-Нет, что вы, мне совсем не больно, - смутившись, я выдереула руку из мужской ладони.

-Прости, я не хотел тебя напугать, - мужчина протянул мне маленькую белую фарфоровую баночку, - Возьми, это нужно срочно намазать на раны. Гуцинь был отправлен.

Отравлен? Но кем?

Его слова поразили меня, словно громом.

-Спасибо, - выдавила я из себя вместо вопросов, что роились в голове.

Гуцинь был предоставлен королевой, и пусть она не родная мать Третьего Принца, задавать лишние вопросы перед членом королевской семьи не стоило.

Я попыталась открыть баночку, но воспалённые пальцы не слушались, и она упала на землю. Я хотела наклониться, чтобы поднять лекарство, но принц среагировал быстрее: он поднял с земли баночку и открыл ее для меня:

-Позволь, я помогу, - и, не дожидаясь ответа, аккуратно взял мои руки и приблизил их к себе, - Держи так.

Анвиль зачерпнул немного белой мази и стал аккуратно наносить ее на воспалённые кожу. Он касался едва заметно, словно боялся причинить ещё больше боли. Почему-то в тот момент меня не смутило странное внимание столь высокой особы к своей персоне. Может быть, я хотела немного побыть той самой главной героиней романов, в которую все влюбляются с первого взгляда. И может боль настолько мешала мне обращать внимание на подобные вещи.

-Вот и всё, - между тем Анвиль закончил мазать мою кожу, - Тебе лучше вернуться домой. Я отправлю кого-нибудь за герцогом Эштоном.

-Не стоит, - покачала я головой, - герцог Эштон слишком занят.

Я не видела отца на балу, а он всегда был очень заметным в толпе из-за своего роста и привычки носить черные одежды, что сильно выделяло его на фоне пестрых придворных. Значит, он вновь занят своими обязанностями главного советника при короле. Пожалуй, мой отец один из немногих, кому позволяли пропускать столь важные мероприятия из-за большого количества работы.

-Уже поздний час, я провожу тебя до кареты, - то ли предложил, то ли поставил перед фактом Анвиль, уже тогда в нем чувствовалось непринятие возражений.

Зачем он так со мной возится? Подумала тогда я.

От удивления подняла глаза. Наши взгляды пересеклись. Я сразу утонула в черном омуте, что-то было в нем, что завораживало меня и заставляло сердце биться быстрее. Возможно, меня привлекали эти черные волосы, или эти скулы, или родинка на брови, придающая взгляду Анвиля суровость.

Он и правда проводил меня до кареты, украшенной гербом нашего рода, где уже ждал кучер. Принц придержал меня за локоть на ступеньках кареты, чтобы я не тревожила лишний раз руки.

Тот бал стал началом нашей истории. Мы поняли, что наше общение не было случайным, а судьба сблизила наши сердца. Встреча на балу стала началом нашего прекрасного и неповторимого путешествия в мире любви и счастья.

Разве тогда я могла знать, чем обернется это путешествие?