Кофе с корицей

Глава 1. Девчонка из Брайтона

– Можно мне кофе с корицей?

В кофейне царил полумрак – на улице весь день шел противный мелкий дождь. Джек еще не привык к местному климату: в Брайтоне почти всегда светило солнце, а здесь, в Шотландии, дожди были такой же привычной составляющей, как поросшие вереском холмы и стылый туман по утрам. Тяжелые капли стучали в окна, расползались по стеклу большими прозрачными кляксами. Пахло кофейными зернами, свежей выпечкой и сыростью. Да уж, как без сырости. Мало того что посетители приносили влагу на куртках и дождевиках и возились с мокрыми зонтиками, так еще и крыша над стойкой подтекала. Темное пятно уже обозначилось кляксой на потолке и начало формироваться в капли. Черт. Тяжела жизнь бедняка. Джек вынул тряпку и протер столешницу. Сидеть бы сейчас дома возле бассейна, потягивать сок, дразнить кузена, и думать лишь о том, чтобы…

– Молодой человек, можно вас? Я заказала кофе с корицей, а вы даже не обернулись.

Раздраженный девичий голос вывел Джека из ступора. Почему-то он был ему очень знаком. Только откуда? Джек повернулся, пряча раздраженную мину, и на ходу повязал бандану – атрибут униформы. Бандана его слегка бесила – полностью закрывала его шикарные платиновые волосы. Как клеить девчонок, если главное твое достояние спрятано за ужасной черной тряпкой?

– Кофе с корицей? Без проблем. Сахар нужен? – улыбнулся он посетительнице, нервно стряхивающей капли с зонта на серый кафель, и замер. День с утра не задался. Мало ему слякоти и грязных полов, так еще и это.

– Да, две ложки, – девушка обернулась и пораженно замерла, как олень, застигнутый светом фар.

Это была Кейси Джонс собственной персоной. Что она тут забыла? Хотя… Он понятия не имел, куда она делась после школы, могла и в Баксли поступить. Теперь наверняка спросит, что он, Джек Фостер, один из самых богатых и успешных учеников их класса, делает в этом колледже. В кофейне, облаченный в костюм официанта. Наверняка еще разнесет весть по знакомым. Представив, как Гарри Пакс удивленно ухмыляется, услышав эту новость, Джек раздраженно вздохнул.

У него не было никакого желания объяснять ей подробности. О том, как он попался в Падворте с запрещенным товаром, который они с Тео выдавали за травяные сборы, и о том, как его отчислили. А он, вместо того чтобы отсидеться дома и на следующий год поступить в другой престижный колледж, умудрился поругаться с отцом. Папенька разозлился как никогда. Он долго и нудно трепал ему нервы, а потом через знакомых договорился, что вместо отчисления Джека переведут в Баксли. После его переезда сюда, отец почти перестал высылать деньги. Папа иногда звонил ему и говорил, что Джек должен быть благодарен – не пришлось терять год. Доучится и здесь, ничего страшного, убеждал он, но Джек благодарен отцу не был и перестал брать трубку, когда он звонил. Пришлось устраиваться на работу.

Видел бы его сейчас Тео.

– Джек Фостер? – ошарашенно произнесла Джонс. – Что ты здесь делаешь?

Джеку хотелось провалиться сквозь землю или слиться с барной стойкой. Он и так почти слился с ней: столешница цвета венге была такая же темная, как его рубашка и брюки. Он молча налил кофе из кофемашины и присыпал корицей. Кафе почти опустело, лишь у окна, возле широкого подоконника, устланного стегаными клетчатыми одеялами и заваленного красно-коричневыми подушками, сидела парочка. Парню и девушке не было дела до того, что Джек хочет куда-то там провалиться – они хихикали, склонившись над одним телефоном.

– Ничего особенного. Закаляю характер, – процедил он сквозь зубы, протягивая кружку. Умудрился кисло улыбнуться. Джонс удивленно хмыкнула.

– А я учусь здесь, – вдруг поделилась она. – На юридическом направлении. Знаешь, я считаю, что в нашем законодательстве есть масса законов, которые неплохо было бы изменить.

– О, хм-м, – Джек стал с нажимом тереть стойку, немного успокоившись.

В конце концов, ему не было дела до Джонс, а ей – до него. Школа давно осталась позади. Встретить в студгородке кого-то из их класса казалась делом практически невозможным, но он встретил. Похоже, Кейси быстро пришла в себя. Ее мало заботило, что Фостер возит тряпкой по стойке, даже не прополоскав ее, отчего на темном дереве остаются разводы. Она бросила мокрую сумку на ближайший столик и стала остервенело в ней рыться.

Джек хмыкнул. Джонс всегда была малость с придурью, такой и осталась. Было время, когда они тусили в одной компании: Он, Тео, Кейси Джонс и еще трое ребят – Гарри, Бэн и малышка Лу. Потом он разругался с Гарри и перестал общаться почти со всеми. С Джеком тогда остался лишь Тео, которого разрыв только порадовал:

– Не парься, Джеки, – говорил он. – Нам давно пора перестать общаться с этими отбросами. Детство закончилось, и нам в любом случае с ними не по пути. Нас ждет сначала престижный колледж, потом универ и классная работа. А их, Джеки? Ничего. Так и останутся в Брайтоне. Будут машины мыть или типа того.

Дождь припустил сильнее, разгоняя по общежитиям сонных студентов.

– Знаешь, – Джонс убрала со лба слипшиеся мокрые волосы, – здесь неплохо. Я имею в виду Баксли, а не кофейню, хоть и она ничего. В Баксли есть регби, читательский клуб, шахматный кружок. Ты привыкнешь, Фостер.

– Это уж вряд ли.

Как ни странно, Джек был благодарен Кейси Джонс. Она не задала никаких вопросов. Приняла как факт, что он теперь здесь, интуитивно поняв, что делиться подробностями он не намерен. Она не пыталась поддержать разговор, не вспоминала об их прошлой жизни в Брайтоне, просто сидела и пила кофе. Тишина, полумрак и дождь ввели Джека в состояние умиротворения, а такого с ним давно не случалось. Он даже на время проникся к Джонс толикой симпатии, но потом вспомнил ссору с Гарри и передумал проникаться. Скорей бы уж допивала кофе и проваливала.

Глава 2. Вечеринка в кампусе

Здание юридического факультета было старым, можно сказать, древним. В девятнадцатом веке в нем находился госпиталь, позже – мужской монастырь. Гулкие коридоры с высокими сводчатыми потолками и стены в три фута толщиной хорошо хранили свои тайны. Теперь на зеленых лужайках под тенистыми дубами сидели шумные парни, а по дорожкам ходили смешливые девушки. За зданием юрфака узкая тропинка сбегала вниз, к главному корпусу, и влево – к студенческим общежитиям. За ними располагались лес и озеро. Уютный колледж Баксли спрятался в пригороде городка Пиблз; он был не слишком популярен, но находился на хорошем счету, как утверждали преподаватели.

Кейси училась в колледже последний год. Чем ближе были экзамены, тем больше она зарывалась в учебники. Окончить колледж с отличием стало ее навязчивой идеей. Погода, наконец, восстановилась: сквозь листву на книги падали солнечные зайчики. Кейси беспокойно листала учебник по трудовому праву. Через двадцать минут начало занятия, а она не могла вспомнить важную тему!

Стайка хохочущих парней прошла мимо, перебрасывая друг другу мяч для регби. Кейси они словно не заметили. Неудивительно. Кейси придерживалась весьма консервативного стиля в одежде, даже после занятий. Волосы, стянутые в хвост, юбка-карандаш, свитер под горло. Иногда в выходные – джинсы и рубашка. Ну а что? Прежде всего она приехала сюда учиться. Она ведь не команда SOS.

Девочек из команды SOS, а именно Саманту, Оливию и Стефани, первые буквы чьих имен и дали название группе, знал весь колледж. Яркие, стильные, они были завсегдатаями вечеринок, крутили парнями как хотели, транжирили родительские деньги, а неугодных глазу заучек вроде Кейси в лучшем случае просто не замечали. В худшем – девушкам приходилось несладко. SOS-ки учились на курс младше, но все же Кейси с ними пересекалась в лекционных классах и коридорах. Вот и сейчас она недовольно скривилась, видя, как Саманта Райс целуется с Кевином неподалеку от нее.

Кевин Чанг. Он был невысказанной тайной мечтой, дурманящим настоем.

– Он всего лишь тупой спортсмен, – пробормотала Кейси, глядя, как Кевин приподнял Саманту за талию, отчего та радостно взвизгнула. Тупой не тупой, было не так важно – парень был красив как бог. Нет, не греческий, скорее, восточное божество из китайских легенд. Смесь британской и китайской крови придала его внешности обаяние мальчика из азиатских дорам.

– Любуешься? – раздалось над ухом, и Кейси вздрогнула обернувшись.

– Что?

Мэл. Ее соседка по комнате присела рядом, подвинув стопку книг. С Мэл у Кейси сложились неплохие отношения. Они принимали и понимали странности друг друга. Мэл ворчала на Кэсс за то, что она до полуночи сидит над книгами, а Кейси казался странным подход Мэл к учебе, основанный преимущественно на списывании, но они общались и даже иногда гуляли вместе.

Мэл выглядела, как типичный неформал: проколотые бровь и нос, широкие рваные штаны, футболка, оголяющая живот. На занятия она ходила поскромнее, но в свободное время одевалась, как бродяга, ночующий на пристани под лодками.

– Ничего, – фыркнула Мэл, – ты пялишься на Чанга, как собака на мозговую кость.

– Не говори глупостей, – Кейси встала, поправляя растрепанные волосы. Она почувствовала, что щеки ее загорелись. – Нужен мне этот несносный выскочка. Ему мячом для регби отбило все мозги.

– Да, но это не мешает ему клеить девчонок. Знаешь, – вспомнила Мэл, подбирая ее учебники и пихая в сумку, – у Питера и Майкла намечается вечеринка в кампусе. Небольшая, человек на двадцать, но мы вполне можем пойти. Я, как девушка Питера, ну и ты со мной. Оттянемся. Сегодня же пятница, Кэсс. Хорош тебе сидеть и пялиться в эти…

– Мне пора, Мэл. Дай сюда книжки.

– Обещай, что подумаешь, Кэсс.

Только этой несносной рыжей нахалке Кейси позволяла называть себя производными своего имени. В общем-то, запрещать ей что-либо было бесполезно. Кейси уже опаздывала на занятие и не стала спорить с подругой. Едва ли не бегом она пересекла лужайку, схватив сумку в охапку. Каменные львы у входа лениво оскалили беззубые пасти.

– Подумай на уроке! Что еще там делать? – крикнула ей вслед Мэл, и Кейси ответила:

– Хорошо!

Вечеринка оказалась отстойной. Это сказала не Кейси, а Мэл, но Кейси была с ней согласна. Они опоздали к указанному времени, а когда зашли в прокуренную комнату парней, то заметили, что там все уже изрядно напились. Гремела музыка, курился сигаретный дым под потолком, в темноте комнаты кто-то вяло танцевал.

У входа Майкл целовался с первокурсницей, а Питер, лохматый и растрепанный, словно его кто-то пожевал и выплюнул, потащил их за собой:

– Мэл, молодец, что пришла! Заходи!

Народу пришло гораздо больше чем двадцать. Комната словно подверглась заклятию незримого расширения, как палатка в «Гарри Поттере»: на узкой кровати четверо парней с хохотом играли в карты, у окна стояли девушки, что-то, обсуждая, но Кейси не обратила на них внимания. Ее привлек темный силуэт парня, сидящего в компьютерном кресле.

Фостер. Его сложно было не узнать. После их случайной встречи в кофейне Кейси постоянно на него натыкалась. Старший брат близнецов Люка и Дика Дарренсов, Уолтер, держал кофейню на территории кампуса. У близнецов, благодаря предприимчивому братцу, имеющему друзей в руководстве, был отличный просторный домик, который обычно отдавали преподавателям. С ними жил и Джек Фостер. Как узнала Кейси, учился Джек на экономическом отделении и работал в кафе у Уолтера. Как он оказался в колледже посреди года? Ей-то самой пришлось немало потрудиться, чтобы попасть сюда, а у Фостера всё получалось легко. Понятно, связи. Как это по-Фостеровски! Даже здесь он быстро нашел друзей и неплохо устроился.

Кейси сначала не понимала, что держит его здесь. Потом при переписке с Бэном, который встретил в Брайтоне кузена Фостера, она узнала и о его отчислении из Падворта, и о ссоре с отцом. В конце концов, это было не ее дело. В школе они с не особо ладили, хоть и были в одной компании. Кейси считала себя не слишком красивой и не особо худой, не блистала остроумием. Два раза она даже была в его особняке, на совместных вечеринках. Об одной из их точно вспоминать не хотелось, а Фостер напоминал: да хоть бы своим видом. Как был слащавым богатеньким мальчиком с золотой ложкой во рту, так и остался. Интересно, он научился завязывать шнурки?

Она фыркнула, вспоминая, как его бесило в младших классах, что она умеет это делать, а он нет. В первую их встречу здесь неделю назад ей даже понравилось с ним общаться. Фостер – словно привет из прошлого, с ноткой грусти и невысказанных обид, но все же свой, из Брайтона. Иногда она стала заходить в кофейню в его смены. Брать кофе с корицей и болтать обо всем на свете. Гарри, Лу и Бэну она об этом почему-то писать не стала.

– Джонс, – он по-лисьи улыбнулся, когда Кейси подошла к нему с банкой пива в руке.

– Фостер, – она отсалютовала ему банкой.

– Решила тряхнуть стариной? – взгляд Фостера заинтересованно скользнул по облегающему фигуру топику.

Это Мэл заставила Кейси надеть его! Она почувствовала, что щеки ее снова покрылись румянцем. Она всегда легко краснела. Мама говорила, что у нее сосуды расположены близко и что-то вроде… Черт, может, он не заметил?

Фостер выглядел здесь более уместно. Черная рубашка облегала узкую талию и исчезала под ремнем кожаных брюк. И эта его новая прическа (светлые волосы отросли, и он их стягивал в небольшой хвост) смотрелась неплохо… О чем это она? Вроде пиво она взяла безалкогольное, так, поддержать Мэл.

– Старина здесь только ты, – фыркнула она. – Пришел с Диком?

– Да, но он, как обычно, стал жертвой неуемной сексуальной энергии. – Джек кивнул на парочку, стоящую у стола. Дик так вжал свою спутницу в стену, что та, казалось, сейчас рухнет. Но Кейси смотрела не на Дика.

Рядом с Диком стоял Кевин Чанг. О, святые угодники, как он все-таки был хорош. Интересно, сможет ли она хоть раз произнести при нем что-то членораздельное? Всякий раз, как Чанг заговаривал с ней, просил ручку или конспект, у Кейси напрочь отнимался язык.

– Кевин Чанг? – как можно более равнодушно произнесла она. – Странно, что он без своей девушки.

– Куда без нее.

И верно. Девушки, стоящие у окна, обернулись, и Кейси узнала их. SOS-ки. Саманта неприязненно разглядывала ее. Видимо, от нее не ускользнул момент, когда Кейси пялилась на ее парня.

– Кэсс, вот ты где. Идем, – Мэл утащила ее в сторону.

Вечеринка шла полным ходом. Кейси даже потанцевала рядом с Мэл и действительно расслабилась, отдаваясь незамысловатому ритму музыки. Рядом, плечо в плечо, танцевал Кевин.

– Эй, Кассандра! Или как там тебя…– Кейси открыла глаза, фокусируясь на девушке, тронувшей ее за плечо. Саманта.

– Кейси.

– Ах да, точно. Извини. – Саманта мило улыбнулась, протягивая ей стакан с соком. – Будешь?

– Нет, я…

– Брось, это же не алкоголь. Кейси, я хотела спросить. – Саманта повернулась к ней спиной. – Глянь, у меня юбка не расстегнулась?

– Нет, – немного опешила Кейси, оглядывая совершенно идеальные длинные ноги Саманты. Странно, что она вообще заговорила с ней.

– О, значит, мне показалось. Ну пока.

– Пока.

Кейси вдруг стало душно. Набитую людьми комнату давно пора было проветрить. Она залпом выпила предложенный Самантой стакан и поперхнулась. Это был не сок, и не сок с водкой, а водка в чистом виде!

У Кейси перехватило дыхание. Никогда она не пила ничего крепче вина или пива. Голова ее вдруг закружилась, и она поискала глазами Мэл. Подруги не было видно. На воздух, ей нужно на воздух. Только бы не вырвало!

Кейси не могла понять, как стакан водки так быстро вывел ее из равновесия. Ноги перестали ее держать, а пол стал быстро приближаться. Надо же было Саманте перепутать стаканы…

– Идем.

Чья-то крепкая рука схватила ее за предплечье и поволокла за собой.

– Что… Куда…

Знакомый запах мятного шампуня и кофе немного успокоил ее. Фостер. Как хорошо, что они просто друзья. Они вышли на улицу, где уже стемнело. Майский ветерок немного привел ее в чувство, и Кейси, опираясь на Джека, доковыляла до скамейки.

Они сели, облокотившись на резную спинку.

– Спасибо. Странно, что мне стало так плохо.

– Это тебе не томатный сок, Джонс. Какого беса ты так наклюкалась?!

–Я не…это все Саманта. Она…

После этого Кейси вырвало, едва ли не на его ботинки. Нет, на самом деле рядом, но… Черт, черт.

– Проклятье, Джонс!

– Прости.

Она закрыла глаза, но от этого почему-то стало еще хуже. В голове словно включилась трансляция матча по регби. Игроки, мячи, все смешалось… Последнее, что она помнила, был жесткий воротник рубашки, натиравший ей шею. Ее куда-то несли.

Глава 3. Трудности работы стиральных машинок

– Джек! Эй, Джек!

Чертов близнец, кем был он ни был. Джек открыл глаза и увидел взлохмаченную темную шевелюру, нависшую над ним.

– Дик?

– Нет, Люк. Дик уже ушел. Послушай, приятель, ты можешь сегодня за меня выйти в кофейню?

–Нет, – проворчал Джек, накрывшись подушкой.

– Спасибо. Не сомневался в тебе. – Очевидно, Люк прыгал по комнате на одной ноге, пытаясь как можно скорее попасть в джинсы. Топот стоял такой, что поспать все равно бы не удалось. – У нас зачет перенесли. Теперь он не через три дня, а через пятнадцать минут. Надо хоть попытаться сдать. Да, и кинь вещи в стиралку.

Джек моментально открыл глаза, откидывая подушку в сторону.

– Стой, Люк, погоди! Ты же знаешь, я не дружу с этими бесовскими машинами.

– Знаю, приятель. Очевидно, ты жил в глухой тайге всю свою недолгую жизнь, но меня это сейчас не волнует. – Люк был уже у двери с ветровкой в руках. – У нас почти не осталось чистых вещей. Да это легко, ты справишься. Дик придет в два, чтобы сменить тебя в кафе.

С этими словами Люк исчез за дверью. Джек застонал, снова накрываясь одеялом. Все бы ничего в жизни без родителей, но все эти хозяйственные дела, в которых участвовала электронная техника, сводили Джека с ума. В Падворте Тео всегда сам носил вещи в стиралку, а дома…

Ни разу в жизни Джеку не приходилось стирать вещи самому. Дома это делала приходящая прислуга. Он не мог и представить, что подобное умение когда-то ему понадобится, равно как и приготовление кофе. Немаленькое папино состояние позволяло ему никогда не думать о таких вещах. До определенной поры. Может, следовало все же промолчать тогда в разговоре с отцом?

Надо было вставать. Через час кафе нужно открывать, а ему нужно еще умыться, одеться и разобраться с чертовой машинкой. Джек включил кофеварку (благо хоть это он уже умел) и поплелся в душ. Стоя под прохладными струями воды, он вспоминал вчерашний вечер. Интересно, в чем Джонс перешла дорогу Саманте Райс? Они словно две параллельные прямые, которые никак не должны были в жизни пересечься. Джек признавал, что Саманта вполне в его вкусе. Не была бы она такой поверхностной, он мог бы попробовать замутить с ней. В прошлой жизни.

Джек оделся, выпил чашку кофе и с осторожностью, с которой приближаются к медведихе с медвежатами, подошел к машинке. В конце концов, не такой он и глупый, кофемашиной ведь научился пользоваться, а она тоже, знаете ли, не так проста, как может показаться на первый взгляд.

– Окей, гугл. Как постирать белье, – продиктовал Джек в телефонный поисковик, чувствуя себя полным болваном. Телефон выдал ему несколько статей. После десяти минут чтения Джек понял две вещи:

1) белье нужно разложить по цветам;

2) марок стиральных машинок много. Очень мать их, много, и все включаются по-разному.

Быстро разобравшись с цветом белья, он уныло уставился на серую, безмолвную панель. Дика бы сейчас сюда.

Близнецы Дик и Люк внешне были почти неотличимы: темноволосые, голубоглазые, вполне симпатичные парни. Но вот характеры у них были абсолютно разные. Люк – балагур и весельчак, бабник и довольно несерьезная личность. Хотя, надо признать, у него имелись и хорошие качества. Никто среди общих приятелей, которыми Джек обзавелся в колледже, не знал, что в быту он хуже пятилетнего малыша, даже хлеба себе нарезать не в состоянии. Все интрижки, успехи и неудачи, обсуждаемые в этой комнате, в ней и оставались. Дик тоже не был склонен к даче показаний. Он, в принципе, был парень серьезный. Спокойный, немного занудный, но очень умный, Дик все знал о технике. В случае непредвиденных ситуаций Джек всегда звонил или писал ему. Сейчас Дик был занят, сдавал зачет вместе с Люком. Ни на что не надеясь, Джек написал:

«Эй, Дик, ты как? Если не хочешь чинить стиралку, подскажи, как ее включить».

Тишина. Так и опоздать можно. Быстро покидав все темные вещи внутрь, ибо их было большинство, Джек полистал руководство к машинке. Выставить режим. Черт, да откуда он может знать, сколько эти шмотки должны стираться и из какого они материала? Он что, швея?!

«Закинь внутрь капсулу с порошком, нажми «хлопок». Все вещи должны быть одного цвета. Свитера не суй», – прилетело сообщение в мессенджере.

Джек быстро закинул голубоватую капсулу внутрь и нажал нужную кнопку. Тихо. Долбанная машинка даже не загорелась. Она издевается над ним.

«Не включается».

«В розетку воткнул?»

В какую еще розетку, черт подери? Ах, ну да.

Через двадцать минут, взмокший, будто его самого постирали, Джек отправился в кафе. Машинка весело крутила белье. Да, он заставил Дика выматериться, прищемил палец, выковыривая капсулу, потому что сначала засунул ее не туда, проклял все машинки и их создателей в семи поколениях, но результат налицо. Джек был собой доволен. И почти не опоздал на работу.

Пустой зал встретил его тишиной и уютом. Отработанным движением Джек открыл жалюзи, протер столы, сняв с них стулья, вымыл пол. Ему нужно еще кофе. И сэндвич. Благо Уолтер разрешал ребятам есть и пить, сколько захочется, предварительно записав съеденное и выпитое в тетрадь, чтобы потом списать на расходы по питанию сотрудников. Пекарни в кафе не было: бутерброды, сэндвичи и пирожные привозили в десять утра поставщики. Приняв товар, Джек налил себе черный кофе, взял сэндвич и расположился на стойке, листая ленту в телефоне. Его включили в какой-то студенческий чат, и первое время его это бесило, но постепенно он втянулся. Сплетни, фото с вечеринок… Эх, жаль у них в Падворте не было такого чата. Интересно, как дела у Тео?

Джек его не сдал. Не сказал, кто именно поставлял ему тот травяной чаек. Хлопнула входная дверь, и Джек оторвался от экрана. В такое раннее время обычно мало кто приходил. Лишь изредка студенты (да и преподаватели), мучимые похмельем, забегали попить чаю или кофе перед занятиями в утренней тишине, и поправить пошатнувшееся здоровье.

Посетительница притормозила у двери, увидев Джека, но потом все же вошла.

– А я думала, что сегодня смена Люка.

– Кофе с корицей, Джонс?

– Да, пожалуйста.

Пока Джек засыпал зерна и включал кофемашину, Кейси забралась на высокий барный стул, протерев столешницу влажной салфеткой. Вид у нее был помятый, но довольно милый, какой бывает у только что проснувшихся малышей. Отогнав эту неожиданную мысль, Джек поставил перед ней чашку.

– Эмм, Джек… Раз уж мы встретились… Прости, что вчера так получилось, – пробормотала Джонс, взволнованно сминая салфетку.

– Да ничего, проехали, – усмехнулся Джек. Да уж, Джонси никогда не умела пить.

– Нет, не проехали, – порозовела та, смешно сморщив нос. –Ты помог мне и даже донес до комнаты. Надо же. Не ожидала от тебя такого участия.

– А чего ожидала? Что я брошу пьяную девушку валяться возле скамейки?

– Так уж и валяться. – Кейси смущенно поводила пальцем по деревянной подставке. – Это все водка. Никогда ее не пила. Да и не собиралась.

Джеку нравилось, что обычно невозмутимая Кейси так смущается. Всё-таки и в зубрилах есть что-то человеческое.

– Слушай, а зачем Саманте Райс понадобилось тебя спаивать? – поинтересовался он. – Ты ей что, плюнула в суп?

– Боже, нет, конечно, – сердито ответила Кейси. – Фостер, ты неисправим.

– А что же тогда?

Кейси помедлила, будто решаясь, стоит ли обсуждать такие вещи с Джеком.

– Мне показалось, что она… приревновала меня к Кевину.

– К Чангу, тебя? Пфф, – не выдержав, усмехнулся Джек, – чего ради?

– А что, по-твоему, я не могу ему понравиться? – вскинулась Кейси.

– Ну не знаю, – Джек открыл окно, чтобы проветрить зал. В кафе ворвался свежий майский ветерок, запах цветущей вишни и мокрой земли. Ночью снова шел дождь. – Можешь, наверное. Чудеса случаются. Но такие цыпочки, как ты, не в его вкусе.

– А кто в его вкусе?

Джек удивленно повернулся к ней, и Кейси вновь смутилась.

– Послушай, Джек, – он отметил про себя это новое обращение. Никаких Фостеров, любезна, мила. Что это с Джонс? – Мы в школе не ладили, это верно. Но сейчас, вдали от Брайтона и прежней компании, мы неплохо общаемся.

– Да, вроде того, – согласился Джек. – Признаться, в школе меня больше бесил твой приятель, нежели ты. Ты шла бонусом.

– Какой именно?

– Ты серьезно, Джонс? – фыркнул Джек, закатив глаза. – Чертов умник Гарри Пакс. Вечно делал вид, что он глава всего, и знает все куда лучше.

– Ну ладно, сейчас не об этом. – Кейси явно волновалась. – Знаешь, я тут подумала, раз мы друзья…почти друзья…то могли бы помочь друг другу. Составить некое соглашение.

– О чем это ты? – Джек присел напротив за столик. Кейси, сидя на высоком стуле, смотрела на него сверху вниз задумчиво и взволнованно. Когда она волновалась, то часто крутила кудрявый локон пальцем, как сейчас. Первый признак того, что ей некуда девать руки.

– Мне и правда нравится Кевин Чанг, – наконец сказала она, – только обещай, что никому не скажешь.

– Дать честное слово, потом плюнуть и растереть? – Джек не понимал, что нужно Джонс. Ситуация его забавляла.

– Ох, ну хватит этих твоих шуточек!

– Ладно, ладно. Продолжай, – он поднял ладони.

– Не пойми меня превратно… Собственно, тут и понимать-то нечего. Просто ты мог подумать…

– Джонс!

– Ладно, – она вздохнула. – Помоги мне с Кевином. Ведь ты общаешься с некоторыми из его друзей. Да и вообще, ты парень! Знаешь, что может нравиться таким парням вроде тебя и него. Ну, ты понимаешь.

– А мне-то какой с этого прок? – усмехнулся Джек.

– Я помогу тебе вернуться в Падворт.

Джек вскинул бровь. Он оглянулся, словно боялся, что их подслушают.

– Каким это образом, Джонси? У тебя есть связи среди Падвортских преподов? О боже, ты с кем-то из них крутила интрижку?

– Нет, я попрошу Гарри помочь, – прервала его Кейси, – Он стажер в департаменте образования, у него там много знакомых. Если он за тебя поручится, наказание могут аннулировать.

– Мне не нужно ничего от Пакса, – мгновенно вскинулся Джек, схватив грязные кружки со стола. Его неприятно царапнуло, что Гарри так быстро добился довольно неплохого места. Как ему это удалось,черт возьми? Вот тебе и мойщик машин, или как там говорил Тео.

– Ох, какие мы гордые, – язвительно сказала Кейси. – Значит, тебе нравится мыть полы, или носить подносы? Гарри это будет несложно, поверь. Попался ты впервые, и... Я даже удивлена, что папочка тебя не отмазал.

– Мы поссорились, – буркнул Джек, немного успокоившись.

– Ну хорошо, попрошу кого-то другого поручиться за тебя. Сама поручусь, в конце концов. Добьюсь пересмотра дела – зря я, что ли, три года изучала законы.

– Как ты наивна, Джонс, тебя никто не станет слушать.

– Это уж мое дело.

Они помолчали, нервно переглядываясь. Мысль, что появится возможность вернуться в любимый колледж, а, может, и помириться с родителями, грела Джеку душу.

– Ладно, понял, – ответил, наконец, Джек. – Я подумаю.

– Подумай. А мне пора бежать. Лекция скоро.

Кейси, подхватив сумку, выскочила за дверь, оставив Джека задумчиво протирать стол.

Глава 4. Кое что о внешней и внутренней красоте

Кейси открыла окно, впуская в комнату прохладный майский ветерок и запах хвойного леса. Все-таки хорошо, что она учится за городом. Кампус, похожий на средневековый замок, лес за окном, уютные жилые домики для студентов. Словно летний лагерь. Но, безусловно, это был не лагерь: учиться приходилось довольно много. Она не могла, как Мэл, довольствоваться тройкой (и даже четверкой). Синдром отличницы, как сказал бы ее друг Гарри.

Хорошо, что она не встречалась с ним в школе, как впрочем и с Бэном. Друзьями они нравились ей куда больше. Школьные влюбленности редко заканчиваются браком, это вам любой психолог скажет. А вот студенческие влюбленности… Кевин Чанг. Чем он так заинтересовал ее? Ведь она практически ничего о нем не знает. Вполне может оказаться, что Кевин – пустоголовый нарцисс, как это нередко бывает с красавчиками-спортсменами. Таким дают поблажки в учебе, ведь они спортивная гордость колледжа. И девушки им нужны только под стать, чтобы не стыдно друзьям показать.

– Говори себе это почаще, – проворчала под нос Кейси.

– Ты уже сама с собой разговариваешь, – буркнула Мэл, зарываясь в подушку, – Кэсс, сегодня же воскресенье. Чего тебе не спится?

– Мне нужно кое с кем встретиться, – Кейси открыла шкаф в поисках подходящей рубашки.

– С Чангом? – тут же вскинулась Мэл.

– Нет, с Джеком Фостером, бариста из кафе. У него сегодня выходной, мы договорились о встрече.

– Ну и молодец, что выбросила из головы Чанга. – Мэл окончательно проснулась.

– Не говори ерунды, Мэл. У нас с Джеком деловая встреча.

– О, ну тогда надень свой брючный костюм. Будешь как Хилари Клинтон.

Кейси бросила в нее полотенцем, и Мэл засмеялась:

– Расскажешь потом, как твой бизнесмен целуется? – услышала Кейси, закрывая дверь в комнату, и закатила глаза. Мэл неисправима.

Она и сама была не вполне уверена в том, что делает. Довериться Фостеру, этому неандертальцу в сфере человеческих отношений! Но, как Кейси убедилась со временем, нестандартный подход к делам иногда дает неожиданные результаты. Вчера она забежала в кофейню выпить кофе, и Джек сказал, что согласен с ее предложением. Они договорились встретиться у главного корпуса в десять утра.

Погода стояла отличная. Джек в футболке и джинсах выглядел до странного приятно. Она привыкла к Джеку в школьной форме Вест Каннингема, где они вместе учились, к Джеку в форме баристы, к Джеку во всем черном, подобно гробовщику. Сейчас, в голубой футболке и светлых джинсах он неплохо гармонировал с этим солнечным воскресным утром.

– Привет, Джонс.

– Привет, Фостер.

– Где бы нам поговорить? – Джек оглянулся. – Мы здесь у всех на виду, как прыщи на лбу.

– Идем, я знаю одно такое место.

Они прошлись по аллеям сонного студгородка. На них не было ни души, студенты в выходные отсыпались. За административным корпусом начинался лес. Тропинка змейкой вилась меж сосен и исчезала в тени деревьев.

– Ты хочешь заманить меня в лес и убить? – Джек с недоумением плелся за Кейси.

– Разве ты ни разу не был в местном лесу?

– Зачем, интересно? Тут жутковато.

– Не все леса страшны, Джеки Фостер. – У Кейси поднялось настроение.

Птицы распевали песни на все лады, разлапистые сосны бросали тени на поросшую мелкой травой землю. Они свернули с тропинки к озеру. Запахло тиной и речной водой, от темной глади озера поднялась в воздух цапля.

– Сейчас, еще немного.

Сквозь редкий кустарник они выбрались к Ее месту.

Кейси здесь нравилось. Она часто приходила сюда с книжками, подальше от суеты колледжа. Речная заводь, скрытая от глаз, огромные сосны, у которых не видно макушек, и большой гладкий камень, нагретый утренним солнцем, – маленький оазис Кейси Джонс.

– Почему именно сюда? – Джек по-кошачьи быстро взобрался на камень, стряхнул с него хвойные иглы и сел.

– Здесь уютно. Я сюда часто прихожу. Это мое место, понимаешь? У тебя был в детстве домик на дереве?

– Ты серьезно, Джонс? Я тебе что, голубь, или кто там в скворечниках гнездится. Ладно, не обижайся. Домики на дереве – это, видимо, такие вещи, о которых богатые мальчики попросту не знают. Давай поговорим о деле. Ты действительно можешь помочь мне с возвращением в Падворт?

Кейси вздохнула. Наобещала она, конечно, достаточно, а вот выполнить будет сложнее.

– Я очень постараюсь, Джек. Знаешь, когда я по-настоящему чего-то хочу, для меня практически нет препятствий.

– Что-то с Чангом это не работает, верно?

– Верно, – кивнула Кейси, – с людьми все сложнее. Я просто хотела бы знать, нравлюсь ли я ему хоть немного, есть ли у меня шанс, понимаешь? Если бы Кевин обратил на меня внимание…

– Так ты ему даже шанса такого не даешь, – резюмировал Джек.

– О чем это ты? – заволновалась Кейси. – Что я делаю не так?

Джек замолчал, оценивающе ее разглядывая. Кейси почувствовала, что краснеет под взглядом этого нахала. Словно сканером, он прошелся по ее бедрам, груди, талии, остановился на спутанных каштановых волосах.

– Помнишь, Джонси, в последнем классе у нас был Снежный бал в школе?

– Ну конечно. Я была в паре с Гарри Паксом, а ты вроде с одной из сестренок Ченси.

– Ты тогда выглядела просто офигенно.

– Что ты сказал?

– Что слышала.

Кейси вдруг стало не по себе. Это точно Джек Фостер, не подменили ли его инопланетяне?

– Не смотри на меня так. Я говорю тебе очевидные вещи, Джонс. Ты слишком много уделяешь внимание красоте внутренней. Знания, работа – это все важно. Но и внешняя красота важна. Сначала парень цепляется взглядом за красивую обертку. Она привлекает его внимание, манит. И только открывая ее…не красней, я не об этом…только узнавая девушку ближе, клюнув на эту саму обертку, он понимает, что внутри она тоже красивая, и вполне ему подходит. Другое дело, что…

– Что? – Кейси села рядом, и их руки на теплом камне оказались в паре дюймов. Стараясь не смотреть на Джека и скрыть смущение, она разглядывала его тонкие, довольно красивые пальцы с ухоженными ногтями.

– Другое дело, что, познакомившись ближе, вряд ли ты найдешь красивым ЕГО. Но это уже совсем другая история.

– И что во мне не так? – она с недоумением себя оглядела. Черные спортивные брюки, серая футболка, клетчатая рубашка, волосы, собранные в хвост. – Я всегда так одеваюсь. Не лучше и не хуже других.

Джек сорвал травинку, пробивающуюся прямо через камень, и сунул в рот.

– Сто лет не выбирался в лес. Знаешь, здесь и впрямь хорошо, Джонс. Спокойно. Никогда бы не подумал, учась в школе, что когда-нибудь мы будем с тобой довольно сносно общаться. Сидеть в лесу, слушать пение птичек, и болтать о парнях, как заправские подружки. Не заморачиваться о друзьях, родственниках, о месте в этом мире. В Баксли все понятнее и проще.

– Здесь тоже хватает рамок, Джек. Люди везде одинаковы. Это просто твой кругозор стал шире.

Джек покосился на нее.

– Джонс, только ты так можешь сделать комплимент, что я чувствую себя оплеванным. Ладно, давай к делу. Вот, например, волосы.

– А что не так с волосами?

– С ними все в порядке, просто ты не паришься с прическами. Как по мне, эта твоя копна довольно милая, но, если ты хочешь понравиться Чангу, попробуй уложить волосы.

– Вот хотя бы как ты, – ехидно ответила Кейси, осматривая его прическу, волосок к волоску.

– Ты сама меня попросила помочь.

– Ладно, ладно.

– Я не зря вспомнил бал. Ты там так красиво уложила волосы, офигеть просто.

– Тогда Лу дала гель мне для укладки, – смутилась Кейси. Как привыкнуть получать комплименты и научиться адекватно воспринимать критику? Редко ей попадался настолько трудный урок.

– Вот, – палец Фостера намотал одну из ее кудряшек и отпустил. – Наверняка в местных магазинах есть какие-то аналоги той фигни.

– Ну хорошо. Волосы. Что еще?

– Белье.

– Постельное?

– Нет, Джонс, – он закатил глаза. – Нижнее.

– Ты советуешь мне другие трусы надеть? – рассердилась она. Ну что за нахал!

– Нет, балда. К примеру, бюстгальтер. Под этими твоими балахонами ничего не понятно, но правильно подобранный бюстгальтер приподнимает грудь. Увеличивает, делает…

– Притормози, Фостер.

– Или же трусики. Их может никто и не увидит, но ты сама будешь знать, что они классные, и чувствовать себя увереннее. Магия в мелочах.

– Откуда ты все это знаешь? – недоумевала Кейси.

– В местной парикмахерской только журналы «Подиум» лежат. Больше читать там нечего. Ну и одежда! Позволь себе нечто, более подчеркивающее фигуру. Не обязательно открытое, место для фантазии тоже должно оставаться. Иногда это заводит больше, чем все эти топики с голыми животами. Хотя, может, это касается только парней с фантазией. Чанга я знаю не так уж хорошо.

– Ну ладно. Прическа, белье, одежда, – перечислила Кейси. – Это все?

– Далеко не все, но нужно следовать по порядку. Начни меняться постепенно, не шокируй друзей.

– Да, ты прав. Мне бы с этим справиться, – вздохнула Кейси. – Я могу съездить в торговый центр с Мэл.

– О нет, только не с Мэл, – ужаснулся Джек, видимо вспоминая одежду и внешний вид ее подруги. – Я сам с тобой съезжу. У тебя завтра много занятий?

– Нет, вроде. Две или три пары.

– Ну и отлично.

Они спрыгнули с камня. Солнце уже поднялось выше, грея им плечи и спины.

– Может и тебе что-то подберем, – сказала Кейси, шагая за ним вдоль кромки воды.

– О, крошка, я и так идеален. Надо бы сказать спасибо маме, что родила меня таким красивым.

– И скромным! – Кейси не выдержала и слегка ударила его по плечу.

– Да, учитывая, что я обычно помалкиваю о своей красоте, еще и скромным.

Он просто невыносим.

Простившись с Джеком у его домика, Кейси вернулась в комнату. Мэл уже не было. Согрев себе чаю и сделав бутерброд, она задумалась над всем тем, что сегодня услышала от Джека. Первый вывод, который она сделала, – время она провела отлично. Ее друзья далеко, и она по ним скучала, да ей и не привыкать дружить с мальчишками, но … дружба с Джеком отличалась от ее дружбы с Гарри и Бэном. С ними она и предположить не могла такого разговора, как сегодняшний. С Джеком Фостером она была собой.

Глава 5. Поездка в Лондон – звучит неплохо

Когда Джек подошел к главному входу, Кейси уже ждала его, нервно накручивая прядь волос на палец. Погода была ветреная и хмурая. Увидев его, Джонс закатила глаза:

– Наконец-то! Мы договорились на десять, а уже двадцать минут одиннадцатого. Ты не очень-то пунктуален.

– К чему спешить, – непонятно почему, у Джека было прекрасное настроение. Вырваться хоть на денек в Лондон, подальше от этого студгородка, побродить по магазинам. Даже ветерок, пробирающийся за шиворот свитера, его не расстраивал. – Автобус только через сорок минут.

– Автобус? – Кейси вскинула брови, уставившись на него с недоумением. – Фостер, ты серьезно? Я думала, что мы возьмем такси до Эдинбурга, а там уже купим билет на поезд.

– Прости, детка, но такси мне нынче не карману, а позволить заплатить тебе я тоже не могу. Девушки за меня еще никогда не платили, и если я позволю тебе это сделать, то как бы потом не пришлось снимать штаны, а на это я не подписывался.

– Ну какой же ты все же…

– Не кипятись, я шучу. Просто мы с тобой еще недостаточно знакомы. – Они вышли за территорию, направляясь к автобусной остановке, одиноко стоящей на обочине. – Я даже с родителями тебя не знакомил, а тут совместное такси!

– О, боже, Фостер. Ты когда-нибудь бываешь серьезным?

– Если серьезно, не хочу ни от кого зависеть. Вот вернусь в Падворт, помирюсь с родителями, тогда и посмотрим. – Джек и себе-то не мог толком объяснить, почему не хочет пользоваться деньгами Кейси, и постарался свернуть разговор. – Брось, я никогда не ездил на автобусе. Будет забавно.

– Как же ты добрался до колледжа?

В этот момент подошел автобус, и Джеку не пришлось отвечать. Они выбрали места в хвосте салона. Народу практически не было: сонный парень с наушниками в ушах спал, прислонившись к окну, чопорная старушка возилась с бесконечными сумочками и ридикюлями, проверяя их содержимое, девушка с котом в переноске едва скользнула по ним взглядом.

Ехать было чуть больше часа – не так много, как думала Кейси. Мимо замелькали однообразные пейзажи: зеленые луга, аккуратные сельские домики; овцы и козы белыми пятнышками выделялись на зеленых лужайках.

– А тут не разносят какао? – спросил Джек через полчаса. Ему стало скучновато.

– Ты, наверное, привык к бизнес-классу в самолетах, – усмехнулась Кейси.

– Как привык, так и отвыкну, – отрезал Джек.

Кейси вскоре задремала, положив голову ему на плечо. Водитель автобуса включил в радиоприемнике нечто блюзовое: мелодичное и тихое. За окном стал накрапывать дождик, по стеклу расползались звездочками капли. Это было так уютно и умиротворяюще, что Джек тоже уснул. Проснулся, когда автобус, зашипев, открыл двери.

В поезде он тут же занял место у окна, из-за чего они с Джонс немного повздорили. Лондон встретил их суетой и промозглой серостью. Несмотря на это, Джек был счастлив окунуться в кипящий котел большого города. Он уже давно не ходил по улицам просто так, без какой-либо определенной цели. Если они с Тео выбирались в столицу, то шли в бар или к кому-нибудь потусить. Родители тоже ездили закупаться целенаправленно – в торговый центр и домой. С интересом пятилетнего ребенка, выбравшегося из деревни, он застывал у витрин с коллекционными пластинками, слушал уличных музыкантов, бросая им монетки. Кейси, сначала напоминавшая о цели их путешествия, тоже немного расслабилась. На Пикадилли они крошили булки взъерошенным мокрым птицам, покупали горячее какао в автоматах и жареные каштаны у хмурого старика в поношенном пальто.

Джек смотрел, как Кейси подсказывает туристам дорогу, кутаясь в белый свитер, и думал, что на месте Чанга он бы не терялся. Он мог подсказать ей многое: Кейси, приодевшись, вполне способна понравиться Чангу. Но тогда она, возможно, потеряет себя…

Наконец, они набрели на торговый центр и с удовольствием в него углубились. В магазин нижнего белья Кейси отправилась одна, отметая все возражения Джека. Жаль. Там стояло столько манекенов в кружевных трусиках… Да и девушки-продавцы были ничего. Вернулась она спустя пятнадцать минут, чуть порозовевшая от смущения, но довольная.

– Ну покажи хоть, – заныл Джек, пытаясь выхватить из ее рук один из пакетов, за что получил по рукам и успокоился.

В отдел женской одежды пошли вдвоем. Кейси ходила между стойками, осторожно касаясь платьев, словно они кусались.

– На самом деле это не дорого, цена вполне приемлемая. Если тебе жаль денег…

– Цена действительно нормальная, – проворчала Кейси, – Мне по карману…Я неплохо зарабатываю на рефератах для студентов и родители высылают. Просто, Джек, я не знаю, что выбрать. Я привыкла покупать одно и то же, а тут столько всего.

– Выбери нечто совершенно непохожее на то, что ты сейчас носишь. – Джек стал сам вытаскивать вещи с вешалок, бросая ей. – Будь смелее, раскованнее. Полюби себя и позволь себе носить все самое лучшее.

Кейси с сомнением смотрела на кофточку в руках. Потом, видимо решившись, тряхнула кудрями.

– Так, садись. Я буду примерять, а ты подсказывай, хорошо?

Следующий час они провели просто превосходно. Джек сидел в кресле, пил кофе, предложенное менеджером и смотрел мини-показ. Кейси, выходя из кабинки для переодевания, каждый раз комментировала свое новое преображение:

– Я бы назвала этот наряд «Распутная школьница».

– О, нет, боже, сними это.

– А как тебе «Пляжная вечеринка»?

– Вполне ничего, если снять верх.

– Смотри, Джек, а это платье хорошее. Я видела такое на монашке.

– Следующее! – никогда Джек столько не смеялся.

Ему нравилась эта новая Кейси, позабывшая про рамки и ограничения, танцующая ламбаду в пышной юбке, флиртующая с манекеном и явно получающая удовольствие от происходящего. Кто бы мог подумать, что с Джонс может быть так весело? Бывшая школьная зануда и отличница сейчас так искренне и открыто веселилась, примеряя вещи, что Джек диву давался.

– А это как тебе?

– Эмм. Чангу должно понравиться. – Джек смущенно заерзал в кресле, пытаясь скрыть волнение. Тонкие брючки, имитирующие кожу, и светлая рубашка, стянутая в узел на талии, так ей шли, что он впервые невольно позавидовал Кевину, перед которым Кейси собиралась предстать в этой одежде.

Наконец, с покупками было покончено. Проголодавшись, они забрели в кафе.

– Я заплачу за нас, на это у меня деньги есть, – сказал Джек так безоговорочно, что Кейси не стала спорить, – тебе что, салат какой-нибудь?

– Я голодна, как стадо бизонов, – Кейси с жадностью изучала меню, – Мне картошку и гамбургер. И кофе с корицей.

Джек впервые видел девушку, не высчитывающую калории. Все его бывшие пассии сначала жеманно жевали салат, а потом таскали из его тарелки мясо. Кейси же с таким удовольствием вгрызлась в гамбургер, что Джек рассмеялся. Он тоже принялся за свой обед, нарезая ножом мясо в тарелке. Ох уж это мамино воспитание.

Кафе было большим и от того не особо уютным – обычная забегаловка в центре Лондона с завышенными ценами и невкусным кофе. Но еда была ничего.

– Фостер? – услышал он над головой знакомый голос.

– Лео? – Это оказался его приятель, Лео Фокс, старший брат Тео. Он стоял у столика, с недоумением и удивлением их разглядывая Конечно, он узнал Кейси Джонс. Интересно, что он здесь делает? Лео, видимо, задавался тем же вопросом.

– Сто лет тебя не видел, Джеки. Ты куда пропал? Тео говорил, ты уже не учишься в Падворте, вроде ушел подумать, ищешь себя и прочая хрень. Но как у тебя дела? Собираешься возвращаться?

Тео не рассказал брату, за что его выгнали. Спасибо, конечно, но раньше Тео делился с братом всем. Странно все это. Может, Тео стесняется всей этой истории, и не хочет, чтобы семья вообще знала о его причастности к распространению травки? Как бы он поступил на его месте? Джек так и не сказал копам, кто всучил ему пакет на продажу, но по сей день не знал, кто его вообще сдал.

Полиция пришла именно за ним – в дверь аудитории постучали, его вывели и обыскали. Они знали, зачем пришли, что искать и у кого. Если бы нашли всю травку, что была спрятана в их комнате, то посадили бы точно, поэтому Джек не стал отпираться. Да, это его пакет, и он иногда принимает. Так, в личных целях. Ему не поверили.

Честно говоря, он ее и не пробовал никогда. Страх потерять контроль над собой не давал ему много пить и курить что-то крепче, чем «Benson & Hedges». Джек до сих пор не понимал, зачем вообще ввязался в это дело. Он всегда слишком уж доверял Тео. Не понял этого и отец.

– Как ты мог так опозорить нас, Джек! – лютовал он. – У тебя было все, мы ни в чем тебе не отказывали. Зачем вообще понадобилось что-то толкать? Тебе что, денег не хватает?

Денег ему, конечно, хватало, но Тео предложил это дело, как способ развеяться, и Джек согласился.

Слово за слово, отец обвинил Джека во всех грехах и пригрозил лишением наследства. Джек психанул. Собрал какие-то вещи, кидая в чемодан все без разбору, и ушел из дома. Он не любил вспоминать о том, как пешком добирался до ближайшей деревни, где жила его бывшая одноклассница Луиза. Он ни разу не навещал малышку Лу после окончания школы, и она, если и удивилась, то виду не подала. Лу помогла ему разменять сотню фунтов, которые успела сунуть ему с собой мама, и он почти уехал в Лондон, когда отец позвонил ему и сказал, что Джек теперь учится в Баксли.

– Тебе нужно явиться туда завтра, Джек, слышишь?

– И как мне это сделать?

– Решай сам. Ты уже большой мальчик.

Лу дала ему телефон своего кузена, который учился в Баксли. Ченс был аспирантом, имел кое-какие связи в колледже и должен был помочь ему устроиться. На такси Джек добрался до студгородка, где Ченс его и встретил. Он действительно помог, что и говорить. Познакомил со своим другом Уолтером, а тот взял его на работу. Так же Уолтер помог с жильем – ему могли дать комнату с первогодками, где он был бы четвертым или пятым в комнате, но Уолт поселил его со своими братьями в хорошем отдельном домике. Почему сейчас все это вспомнилось, Джек не знал. Он хмуро смотрел на беззаботного Лео и снова задавался вопросом: кто же его сдал?

– Так ты сейчас с Джонс встречаешься? – В голосе Леонидаса послышалось такое удивление с ноткой презрения, что Джек испугался. Они с Тео столько раз ругали на чем свет стоит бывшую компанию и ребят, что сейчас, узнай он о том, что он даже сидел рядом с Джонс, очень удивится.

– Нет, что ты, – чуть испуганно ответил он Лео. – Мы встретились случайно. Свободных мест не было, вот и сели вместе.

– О, ясно, – взгляд Лео скользнул по полупустому залу, и Джек почувствовал, что краснеет. – Ну, пока, Джеки. Заходи как-нибудь.

– Да, конечно. Без проблем.

Лео ушел. Кейси, не глядя на Джека, жевала остывшую жареную картошку, запивая кофе из стаканчика.

Назад они ехали молча.

Глава 6. Майский праздник

– Ну, пойдем, Кэсс. – Мэл скорчила умильную мордашку и стала похожа на кота из «Шрека». – Что с того, если ты немного развлечешься?

– У меня завтра зачет, Мэл, – закатила глаза Кейси. – Мне нужно все повторить, пересмотреть конспекты…

Она судорожно стала листать потрепанные тетрадки, потому что вдруг не смогла вспомнить дату основания Эдинбурга.

Мэл вырвала у нее тетрадку из рук, приподняв над головой. Она сидела на кровати Кейси, сложив худые ноги в живописный крендель. Кейси не переставала удивляться ее пластичности. Мэл пальцами ног подбирала упавшие карандаши и ручки, локтем выключала свет и вообще была человеком странным. Еще страннее самой Кейси, что, впрочем, ей нравилось.

– Знаешь, Кэсс, тебе бы брать уроки у меня. Никогда ты не запомнишь ничего в последний день. Зубрежка – худший способ что-то запомнить. Лучше расслабить мозги, и…

– Отправить интуицию в полет? – улыбнулась Кейси, вспоминая любимый фильм.

– Зришь в корень, – кивнула Мэл, – мозг нуждается в отдыхе. И тогда в нужное время он вспомнит все необходимое.

Кейси задумалась. Она не верила в хипстерские учения Мэл, но, с другой стороны, ей так хотелось повеселиться. Мэл звала ее на Майский праздник, ежегодно устраиваемый в колледже в середине мая. Раньше с родителями она посещала подобные гуляния, которые широко отмечались в небольших городках. На сельских площадях устанавливали столб, к нему цеплялись разноцветные ленты. Люди радовались весне, водили хороводы. Музыканты, жонглеры на ходулях, представления и конкурсы – Кейси помнила, с каким восторгом и любопытством наблюдала за этим в детстве. Сейчас она уже не ребенок, но почему бы не пойти?

– Хорошо, – она тряхнула кудрями. – Но мне нечего надеть.

– Об этом не беспокойся, – Мэл подскочила с кровати стремительно, как вспугнутая из гнезда птичка. В два прыжка добравшись до их общего шкафа, она открыла его и стала быстро перебирать вешалки.

– Вот!

Она достала из недр шкафа нечто совершенно изумительное. Кейси помнила, что на Майский праздник большинство одевалось в средневековом стиле, чтобы соответствовать настроению шествий. И вот Мэл подала ей отличное платье, если Кейси хоть что-то в этом смыслила. Обычное, светлое, но тем не менее оно напоминало средневековый наряд – тонкий хлопок, мелкие кружева, оборочки. Всего было в меру.

– Какая прелесть, – восхитилась Кейси, поглаживая тонкое кружево. – Почему же ты сама его не наденешь, Мэл?

– Ты серьезно? – улыбнулась Мэл. – Мама все пытается сделать из меня леди, но это не по мне, и ты это прекрасно знаешь. – И потом, у меня уже есть костюм!

Она указала на себя, и Кейси задумалась:

– И какой же?

– Робин Гуда. Разве не видно?

Да, что-то в этом было. Кейси рассмотрела Мэл, пытаясь включить воображение. Зеленая футболка, рваные штаны цвета хаки, волосы торчком. Она улыбнулась.

– Ты больше похожа сейчас на Питера Пэна. Знаешь, впервые за долгое время, я хочу танцевать. Прыгать через костер, плести венки, делать небольшие глупости. Может весна так на меня действует?

Мэл издала вопль, больше похожий на крик Тарзана, нежели Робина Гуда.

– Я заплету тебе классную прическу.

– Разве ты умеешь?

– Детка, – Мэл была уже у двери, на ходу надевая кроссовки, – не забывай, что у меня есть младшая сестра.

Мэл сбегала к подруге и принесла выпрямитель для волос, средства для укладки и цветные ленты. Прическа действительно получилась что надо. Аккуратный колосок охватывал голову, а вплетенные голубые ленты придавали наряду яркость и новизну. Кейси с удивлением смотрела в зеркало. Сейчас она вполне могла представить себя принцессой, свесившейся из окна средневекового замка в ожидании принца.

– Кевин Чанг просто слепой, если он тебя не заметит, – восхитилась Мэл. – Ну что, пошли?

Они пересекли пустой студгородок и углубились в лес, где на широкой поляне раскинулось празднование. Здесь были не только студенты и преподаватели, но и жители окрестных деревень. Народ уже плясал под Майским деревом, украшенным лентами. Повсюду устраивались различные состязания в ловкости, силе, смекалке. Выступали музыканты, как приглашенные, так и свои, из колледжа.

Смех и веселье были такими заразительными, что Кейси быстро расслабилась и влилась в ритм праздника. Зачем приходить, если не хочешь веселиться. Саманта Райс так не думала. В платье, больше напоминающем наряд средневековой проститутки, так оно было коротко, она стояла в тени большого дуба с подругами, потягивая айрн-брю из больших стаканов. Саманта в оба глаза следила за Кевином, который тоже нигде не принимал участия. Он сидел на самодельном бревне вместе с группой ребят- спортсменов и смеялся, откровенно сплетничая о студентах, участвующих в играх.

– Они друг друга стоят, – хмыкнула Мэл, поймав взгляд Кейси. – Ты намерена тут стоять или будешь веселиться?

– Веселиться, – улыбнулась та, и подруги вклинились в шествие Зеленого Джека. Три часа пролетели для Кейси, как миг. Она училась плести венки и сплела себе довольно сносный. Еще бы, столько носков для младших братьев позади , что там какой-то венок. Прыгать через костер она все же побоялась из-за платья Мэл, которое опасалась испортить. Зато Мэл ничего не боялась и выиграла состязание.

Неподалеку от себя она часто видела Джека Фостера. Одетый в обычные черные джинсы и черную футболку, с заплетенными в хвост светлыми волосами, и увешанный необычными амулетами, он все равно выглядел здесь необычно. Кейси он напомнил какого-нибудь охотника на ведьм, который в Бейлетейн высматривает в толпе очередную жертву, чтобы затем сжечь на костре. Вид у него был такой довольный, словно это не он оделся под стиль праздника, а люди оделись под его стиль.

Прошло пару дней с момента их поездки в Лондон. Они ведь даже не поссорились, просто больше не общались. Было ли Кейси обидно? Да, было. Она думала, что Джек изменился, но нет. Все осталось по-прежнему. Ему все также было неловко с ней общаться, он стыдился их знакомства. Как он смутился, когда Лео Фокс увидел их вместе. Кейси тогда почувствовала себя любовницей, спрятавшейся в шкаф от жены. Но чего ей стыдиться? Что она не богата, как его дружки? Все осталось по-прежнему, и Кейси решила больше не общаться с Джеком Фостером.

Зато Джек и не думал смущаться, и чувствовал себя на празднике просто превосходно.

Он почти не обращал на нее внимания, лишь коротко кивнул при встрече. Зато вместе с Люком, одним из близнецов, он принимал участие почти во всех конкурсах. Вероятно, Фостер, находившийся сейчас вдали от строгого папеньки и зануд-друзей, решил оторваться по полной. Он стрелял из лука, кидал на столбики кольца, перетягивал канат. Он с таким хохотом ловил с Люком поросенка, что Кейси и сама невольно засмеялась.

Вскоре начались танцы, вернее нечто, их напоминавшее. Руководители мероприятия затягивали парней и девушек в народные хороводы. Кейси, хохочущая, с Мэл под ручку, сплясала такой контрданс, что у нее в боку закололо.

– Ну а теперь, белый танец, – объявил ведущий. – Дамы должны пригласить кавалеров.

Толпа рассеялась. Скромные девушки сразу ринулись на скамейки (некоторые парни тоже. Видимо, из тех, кто не надеялся на приглашения).

Кейси растерялась. Она поймала взгляд Джека. Он стоял один (Люка уже пригласили) и смотрел на нее. Казалось, он чего-то ждет. И Кейси смутилась, запуталась. Она смотрела на него молча. Взгляд его серых глаз скользнул по всем кружавчикам и оборочкам на ее декольте и остановился на лице. Его ожидание и сомнение сплелись в узел с ее ожиданием и сомнением…

Но тут она увидела Кевина. Он стоял один там же, где и раньше. Саманта куда-то убежала с подругами, и Кевин подпирал столб в одиночестве. Не за этим ли она сюда пришла?

Кейси вспомнила слова Джека. Нужно быть смелее, хоть немного.

– Можно тебя пригласить?

Кевин сначала растерялся, бегая глазами по сторонам, но все же принял ее предложение. Земля, словно зеленое кружево, плясала под ногами Кейси. Она была счастлива.

Глава 7. Рисунки на кофе

Когда Джек появился на работе, дверь уже была открыта. Келли вновь пришла первой. Юная и шебутная, как двухмесячный котенок, она частенько заражала его своим задором и оптимизмом. Подносы носила ловко и быстро, за что и чаевых у нее было больше, чем у второй официантки, Сэм. Они были совершенно разными, но Джек к ним привык и предпочитал работать в смену только с этими девушками.

Он и сам не ожидал, что втянется в работу бариста. Еще несколько месяцев назад он рассмеялся бы в лицо любому, кто сказал бы, что он будет работать в кофейне, но теперь он находил в этом особенную отраду, ранее неведомую. В запахе мокрых от росы весенних лугов, окружающих территорию кампуса. Во всем новом, что он узнавал ежедневно, соприкасаясь с миром так близко, как никогда в жизни. В уюте маленькой кофейни и в бескорыстной дружбе близнецов. Конечно, бывало всякое. Он уставал, раздражался, его бесили наглые посетители. Но все же чувство того, что он сам (почти) руководит своей жизнью, что за ним никто не следит, и никто его не отчитывает, преобладало над негативом будней.

Келли уже успела протереть столы, вымыть пол и даже расставить на столах небольшие букетики с полевыми цветами. Когда она все успевает?

– Привет, соня.

– Привет, Келс. С чего это я соня? Почти вовремя, подумаешь, десять минут.

Джек нацепил одежду бариста, завязал на голове бандану. Покосился на потолок – от ночного дождя пятно на потолке увеличилось. Нужно будет сказать Оливеру. Здание кофейни было старым, как и здание колледжа. Студенческие общежития обновляли, делали ремонт, а в кофейне царило средневековье. Говорят, когда-то здесь находилась оружейная, а до этого – крестильня при церкви. Но, видимо, и кофейней это место было давненько, поскольку даже самые старые профессора помнили здесь только ее, просто с разными хозяевами.

На стенах висели фотографии студентов прошлых лет. На выцветших снимках студенты играли в регби, принимали участие в Майском празднике, отмечали выпускной. Над одним из столиков висела табличка «Здесь был Подрик Бойл». Кто такой этот Подрик Бойл, Джек так и не узнал. Похоже, Оливер ничего не хотел менять в обстановке кофейни, чтобы сохранить уют и историю этого места.

– Эй, Джек, – позвала Сэм, завязывая фартук, – там Уолтер пришел. Зовет тебя.

– Меня? Зачем? – Джек удивился, но быстро отправился на кухню, куда указала Сэм.

Уолтер был старше близнецов, но удивительно походил на них. Или они на него. Темноволосый, рассудительный, по характеру он был больше похож на Дика, чем на Люка. Уолтер поздоровался с ним. За его спиной маячил высокий, нескладный парень с пирсингом в носу.

– Джек, познакомься, это Роб. Роб тебя кое-чему поучит. Он ненадолго к нам.

Не успел Джек ничего понять, как Уолтер, хлопнув его по плечу, исчез. Роб похоже тоже не ожидал такого скорого знакомства, потому что стоял, растерянно сминая в руках кепку.

– Привет, Роб, – помог ему Джек. – Эй, приятель, ты чему-то научить меня хотел.

– О. Эмм. Да. Мы будем учиться рисовать рисунки на напитках, – Роб почему-то покраснел.

– Надеюсь, приличные? – ухмыльнулся Джек.

– Перестань, – Келли хлопнула его полотенцем по макушке. – Роб, мы готовы. Мы с Сэм тоже хотим научиться.

Следующие пару часов прошли в совершенном хаосе. Джек облился кофе, сливками, шоколадом и его одежда напоминала карту Шотландии. Посетителей почти не было, и он действительно хотел научиться рисовать на кофейной пенке милые рисунки, вот только с рисованием у него всегда выходило не очень. Одно дело накалякать карикатуру Пакса на тетрадном листке, и совершенно другое – рисовать на кофе. Но результата он все же добился. Улыбочки и сердечки у него выходили вполне сносные.

– Ну вот, Роб, гляди, – показал ему Джек свой рисунок. – Похоже на сердце?

– На почку больше похоже, – вздохнул Роб. – Ладно, мне пора бежать. Тренируйся сам.

– Зануда, – буркнул Джек, когда за Робом закрылась дверь, – прекрасное сердце. Оно и не должно быть ровным. Эй, Сэм!

– Чего тебе? – Сэм поставила поднос рядом с ним.

– Похоже на сердце?

– Ну, хм…

– Ты вообще читала учебник по анатомии? – рассердился Джек. – А я вот читал, брал у Дика. Там было такое сердце, клянусь. Вы все насмотрелись сердечек-валентинок, а я люблю натуральность.

– Джек, тебе пора в зал, – буркнула Сэм. – Там посетители.

Джек вымыл руки, все еще ворча. Кто там с утра пораньше. Может, Джонс?

Она больше не приходила в кофейню. Ну как же, он ведь все-таки ей помог. После Майского праздника Джек стал периодически видеть ее с Чангом. На стадионе, в парковой зоне, возле кампуса. Судя по всему, у них все же сладилось, либо к тому шло. Кейси хихикала, совершенно для себя не свойственно и откровенно флиртовала, а Чанг улыбался, беззастенчиво пялясь в вырез ее новой кофточки. Которую Джек ей помог выбрать, кстати! И что же Джонс, помогла ему с возвращением в Падворт? Нет, она и носа не казала в кофейню. Мало того, Джеку почудилось, что она избегает его.

Он не понимал, почему так злится. Верил ли он всерьез, что она поможет ему с отменой отчисления? Нет, не особо. Тогда что же? Ничего, просто пусть улыбается кому-нибудь другому, только не этому отморозку Чангу. А ему, Джеку, надо бы найти себе девчонку на тот период, что ему осталось жить здесь. И, может быть, не одну.

– Фoстер! – голос Келли вывел его из раздумий, и Джек, бросив тряпку, вышел в зал.

Народу было немного, два-три человека. Келли раздраженно помахала у его носа заказами, и Джек, выхватив их, ушел готовить кофе. Несносная малявка. Он уже и забыл, что утром испытывал к Келли какую-то симпатию. В любой момент он может свалить отсюда. Добраться на такси до дома…Подумаешь, послушает нотации отца. Зато он снова будет завсегдатаем клубов и закрытых вечеринок. Сходит к Фоксам домой и разузнает, наконец, что там и как было с этой проклятой травой. Он мог позвонить Тео и все узнать, но почему-то не делал этого. Да, он испугался, что именно Тео подумает о них с Джонс, и что же? Стоило ли ей так дуться?

– Эй, привет. Кофе можно заказать?

Голос Кевина Чанга вывел его из череды злых рассуждений. Он сидел у стойки, в трех футах от Джека. Рядом сидела Саманта Райс.

– Да, конечно. Вот меню.

– Не нужно меню. Пусть девочки принесут макиато и капучино вон за тот столик.

Кевин махнул в сторону дальнего стола у окна и удалился. Джек включил кофемашину, не забывая коситься в их сторону. Кевин с Самантой сели рядом, и он положил ей руку на колено. Не похоже, что они были в ссоре. Интересно, Саманта вообще знает, что ее дружок обивает и другой порожек?

В это время Кевин с Самантой начали так бурно целоваться, что сомнений не осталось. Они как были парой, так и остались. Да, Джонс бы сейчас сюда, пусть бы полюбовалась на своего дружка. Он мог бы сказать ей, да разве она поверит? Нет, не будет он в это лезть. Отныне у Джонс свои дела, а у него свои.

Глава 8. От кудрявой зануды

Дни бежали быстрее, чем белки по соснам студгородка. Джеку частенько приходилось видеть Кейси, в том числе и с Кевином. Джонс не обращала на Джека ровно никакого внимания, что невероятно его бесило. Почему? Неизвестно. Она и в Вест Каннингеме его особо не замечала. После ссоры с Паксом он стал общаться с другими ребятами – более обеспеченными, независимыми – и девчонки с ним водились соответствующие. На него смотрели как на эталон, гордость школы. Чистокровный, богатый, со связями. Даже тень от такой странной девчонки, как Джонс, могла испортить репутацию. То ли дело здесь. Здесь он мог общаться с кем пожелает. А Кейси вполне устраивала Джека как собеседник, стоило признать. Умная, смешная, симпатичная…

Просто невыносимая. Вцепилась в этого Кевина Чанга, словно клешнями, тогда как Чанг нисколько не изменил своим привычкам и предпочтениям. Зажимал девушек в кофейне, ходил на вечеринки, куда Джонс была не вхожа, и отрывался на всю катушку. Джонс, наивная дурочка, верила ему, и было ли Джеку до нее дело?

С Самантой Кевин больше не встречался. Ходили слухи, что они все же разбежались. Однажды (было это в конце мая, когда страх экзаменов уже обуял студентов, они перестали пить и веселиться, и сели за учебники) Джек встретил Саманту возле главного корпуса.

– Эй, Фостер.

– Привет, красотка, – Джек удивился. Честно говоря, он не предполагал, что Саманта знает его фамилию.

– Спешишь?

– Не особо.

Юбка едва доставала мисс Райс до линии нижнего белья, что одновременно смущало Джека и возбуждало. Мысли, непрошенные, но навязчивые, взволнованно засуетились в голове – как давно у него кто-то был?

– Слышала от твоих дружков, что ты не так уж и прост. – Саманта улыбалась так, словно Джек пообещал ей поездку в Венецию. – Люк говорит, что ты просто с предками поругался, а так у тебя денег немерено.

Она прошлась вдруг пальцем по его запястью. Вечер перестал быть скучным.

– Это имеет значение?

Саманта засмеялась, присаживаясь рядом на скамейку. Юбка ее покинула пределы допустимого и вошла в точку невозврата.

Джек нервно сглотнул.

– Нет, конечно. Но, знаешь, с деньгами и статусом твоя внешность и стиль одежды вдруг открылись для меня с другой стороны. Ты ведь не бедный чудик. Ты богатый чудак.

– Мистер Фостер, можно вас на минутку?

Голос Кейси Джонс вывел Джека из ступора. Тон был холоднее льда.

– Чего тебе? – Она была явно некстати. Стояла, скрестив руки, и буравила его взглядом инквизитора. Какого черта? То неделями его не замечает, а тут на тебе – срочно понадобился.

Саманта смерила Кейси взглядом чистокровной стервы и, презрительно хмыкнув, ушла.

– Джонс! Если ты не заметила, я был занят!

– Заметила.

Еще бы. О лоб Джонс сейчас можно было зажигать петарды, хотя Джек не понимал почему. Он вправе встречаться с тем, с кем пожелает. Хотя о встречах пока речи не шло. Кого он обманывает? Мысли путались в голове Джека, и даже новая кофточка на Джонс оставила равнодушным. Вспоминались ажурные чулочки и тонкая линия бедра Саманты Райс. Она ведь сейчас свободна, получается? И он ей интересен. Х-мм. Удастся ли спровадить близнецов из комнаты на вечер?

–Фостер!

– Да что? То ты едва ли дорогу не переходишь при виде меня, то вдруг появилась. Как дела с Чангом?

– Хорошо, – голос ее звучал неуверенно, словно в хорошем она пыталась убедить саму себя.

– Ну и прекрасно. Выходит, я помог тебе.

– В этом и дело, – Кейси замялась, – я чувствую себя виноватой, что не выполнила свою часть обещания. Не помогла тебе.

– Забей.

– Нет, что ты! – Джонс взяла его за локоть. – Джек, ты не думай, что я…ты вероятно считаешь меня лгуньей…

– Слово-то какое…

– Если я обещала, то сделаю. – Джонс заправила выбившийся локон за ухо, чем немного отрезвила Джека. Этот жест был таким знакомым, едва ли не родным. Сотни раз на занятиях в Вест Каннингеме он видел, как она заправляет этот локон за ухо, как в задумчивости грызет ручку. Как закусывает нижнюю губу, пытаясь вникнуть в задание… Он и сам удивился, что помнит все это.

– Мне осталось три экзамена сдать, – продолжила Кейси, – потом я уеду в Лондон и помогу тебе, Джек. Обещаю.

Это обещание, одновременно упрямое и искреннее, не могло не растрогать.

– Ну ладно, верю. Не переживай. Не то чтобы я тут с голоду умирал без папочкиных денег, так что не волнуйся, Джонс. Да и вообще – учиться осталось несколько недель, не все ли уже равно, какой колледж я закончу?

– Думаю, для тебя имеет значение. Ты ведь в школе так мечтал о Падворте.

– Ладно, не парься. – Она попала в точку и тема перешла для него в неприятную. – Рад, что у тебя все хорошо.

– Может обменяемся телефонами?

– Что? Какой ещё телефон?

– Брось, Джек, только не говори, что у тебя его нет. Обитая в студенческой среде невозможно оставаться без связи.

– Обитая? Боже, Джонс… Моя бабушка выражается не так высокопарно, как ты.

– Вот и поучись. Так что с телефоном?

Джек подумал, что это неплохая идея – иметь номер телефона Джонс. В конце концов, они всегда неплохо общались. С ней можно обсудить проблемы с девчонками, если они возникнут. Если, конечно, она не будет смотреть на него так, как сейчас. Хотя в этом и состоит особенность телефонной и интернет-связи. Он не увидит ее рассерженного взгляда.

Джек продиктовал свой номер телефона и записал номер Кейси.

– Ну ладно, мне пора. Сейчас зачет по экономике, – только ее и видели. Джек хмыкнул и пошел в комнату. Слава богу, у него никаких занятий сегодня не было, лишь к завтрашнему зачету нужно было перечитать некоторые темы. В комнате никого не было. Люк был на смене в кафе, Дик на свидании с девушкой (Джек тоже был в шоке). Он взял пульт от телевизора и пощелкал каналы. Остановившись на фильме «Джинни в бикини», пусть и сомнительного сюжета, но весьма бодрящего содержания, он какое-то время с удовольствием смотрел его, пока телефон не завибрировал, принимая новое сообщение:

«Привет. Решила проверить связь»

Джек записал ее как «Кудрявая зануда». Ну а что? Ей подходит.

«Привет», – улыбнувшись, написал Джек.

Тот факт, что Джонс написала ему первой, не мог не радовать.

От: Кудрявая зануда:

«Что делаешь?»

Она действительно хочет знать, что он делает? Или лучше ей не знать? Лучше не знать, решил Джек и написал почти правду:

«Отдыхаю. Выходной же. Смотрю кино».

От: Кудрявая зануда:

«Какое?»

Точно зануда. Вот зачем ей? Джек быстро прогнал в уме все приличные фильмы, просмотренные за последнее время.

«Барби».

От: Кудрявая зануда:

«Ого, и как тебе?»

Слащавый мужик поет, а ожившие куколки покоряют мир. Но он не мог такого написать. Джонс явно ждет от него чего-то другого.

«Особо ничего не понял. Хороший фильм, но почему он так популярен, непонятно».

От: Кудрявая зануда:

«Ты просто не понимаешь. Этот фильм прорыв, переосмысление. Барби прежде всего женщина. Заметил, что в фильме задвинули за пределы кадра Барби-мать, но выставили Барби-женщину? Ложные идеалы красоты разрушаются. Поднята тема инфантильности мужчин и потери мужественности. Кен без Барби никто в этом мире, но в целом это тоже неверно…»

Она строчила короткими сообщениями с пулеметной очередью.

«Как у тебя с Кевином?» – перебил ее Джек.

Тишина. Вышла из чата. Что он не так сказал? Джек встал, налил себе пива, насыпал орешков в миску. Сложности женской психологии сейчас его мало волновали. Может, узнать у Люка номер Саманты? Наверняка у него есть.

«Все хорошо. Просто не совсем так, как я себе представляла».

Ну еще бы. Вряд ли она представляла себе, что ее милый очаровашка Кевин будет увиваться за каждой юбкой. Но написать, конечно, нужно не это.

«Смотритесь вы неплохо».

От: Кудрявая зануда:

«Вы с Самантой тоже».

Вот заноза. Нет никаких Их с Самантой, они один раз поболтали. Может, написать ей об этом? Нет, лучше не стоит. Пусть поревнует… Поревнует?

Эта мысль почему-то невероятно взволновала его. Нет, она точно не может ревновать его, совершенно исключено. Они ведь просто друзья. Да и друзьями, собственно, их назвать сложно. Вот Люк и Дик друзья. А дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Хотя, дружила ведь она с Гарри и Бэном, и до сих пор дружит. А может не просто дружит, откуда ему знать?

Он вспомнил свою неловкую, глупую ссору с Гарри и смутился. Они тогда поругались из-за Джонс… Похоже, сейчас он тоже ее ревнует. С чего бы это? Надо ведь что-то ответить. Ее последнее сообщение висело на экране немым укором.

«Вы с Самантой тоже»…

Да если и так, если у них с Самантой все сложится, Джонс не должно это волновать.

«Пока. Мне пора».

Она вышла из сети, и Джек на миг стало жаль, что она так быстро сдалась. Вероятно, он просто напридумывал себе что-то, что правдой не является. Она его не ревнует, и он ее тоже. И вообще, Чанг наверняка залез уже ей под юбку. От этой мысли Джек стало совсем тошно. Он решил сходить в кофейню не в качестве бариста, а в качестве посетителя. Вечером там бывало довольно людно и всегда находилось, с кем поболтать.

Глава 9. Старый друг

Ветер гонял по аудитории листки бумаги, сквозь открытое окно проникал солнечными лучиками первый день лета. Вот и еще один экзамен позади, остался последний во вторник, и она свободна. Прощай, мир студенческий со странными законами и правилами и, – привет, мир взрослый. Всего, чего хотела, Кейси добилась. Всего неделя до того момента, когда она подкинет вверх шапочку на выпускном и отправится в Лондон.

Но ведь есть еще и Кевин. Его необходимо было бросить, иначе и быть не могло. Какого сутулого гнома ей вообще понадобилось кадрить его? Все оказалось не так радужно, как хотелось бы. Кевин стрелял глазками по сторонам, обнимая ее. Кевин находил семь причин, чтобы не прийти на свидание. Да, она добилась самого красивого парня в колледже, поставила галочку в личном списке маленьких и больших побед. Но не упустила ли она чего-то важного?

Джек Фостер встречается с Самантой Райс. Эту новость принесла на хвосте сорока Мэл, и Кейси не хотелось в это верить. Но она действительно стала часто видеть их вместе, особенно в последнюю неделю.

– Он может встречаться с кем пожелает, – сказала Кейси зло, забрасывая книжки в сумку. Аудитория давно опустела, лишь она задумчиво пялилась в доску уже десять минут.

Неожиданно для себя она стала часто общаться с ним по телефону, перекидываясь сообщениями. Тему Саманты и Кевина они больше никогда не поднимали, словно дав друг другу обет молчания.

Вернувшись в комнату, она обнаружила все также спящую Мэл. Ее соседка вчера сдала последний экзамен и весело отпраздновала это событие с подругами. Кейси тоже звали, но та по обыкновению готовилась.

– Мэл! Мэл, проснись. Мне нужно уехать, – Кейси открыла шкаф, задумчиво в него уставившись.

Мэл мгновенно открыла глаза:

– Как это уехать, ты чего? Тебе ведь еще один экзамен сдавать. Да и выпускной впереди. Ты бросишь меня накануне выпускного?

Кейси фыркнула:

– Ты так говоришь, словно мы с тобой пара. Я всего на денек в Лондон, к вечеру вернусь. Мне нужно навестить школьного приятеля.

– Симпатичный?

– Кому как.

– Тогда стоит ли ехать? – Мэл села на кровати. В своей клетчатой пижаме и с взлохмаченной головой она сейчас напоминала Карлсона.

– Ох, Мэл, я еду по делу, – Кейси переоделась в джинсы и футболку, сверилась с расписанием и отправилась в Эдинбург, а после – в Лондон. Пару часов в пути прошли незаметно. Кейси много думала, и, наконец, не об учебе. Как многое она упустила в своей студенческой жизни и как многого не поняла. Все, что она вспоминала по прошествии трех лет – это учеба, занятия, дружба с Мэл и короткий роман с Кевином Чангом.

Плохо, что у нее не было нового телефона Гарри – его недавно пытались взломать, и он сменил номер. Лондон встретил ее лязганьем трамваев, гудками машин и туманом, приятно освежающим после поездки. Кейси, наплевав на то, что обычно привыкла экономить, заказала такси и уже через сорок минут стояла у здания ОФС (Office for Students — вневедомственный государственный орган Министерства образования Соединенного Королевства)

Гарри попал сюда случайно – после школы работал в школе ассистентом их историка Джона Клиффа, а тот получил повышение и позвал его с собой стажером . Она отлично понимала, что просить Гарри о личной просьбе, да еще и такой, очень некрасиво. Они не виделись несколько месяцев, и теперь она приходит поговорить о Фостере, с которым Гарри не ладил.

Да уж. Где были ее мозги, когда она это обещала?

В прохладном холле ОФС Кейси быстро прошла проверку документов, назвала цель визита и направилась к лифтам. Кабинет, где работал Гарри вместе с Клиффом, находился на втором этаже. В суете рабочего дня было что-то завораживающее. Сотрудники сновали по своим делам, принтеры с шумом выплевывали бумагу, компьютеры горели синими мониторами. Возможно, она тоже будет работать здесь юристом. Когда они в последний раз общались с Гарри на Рождество, он говорил, что летом откроются вакантные места и она уже выслала резюме.

Но пока она находилась здесь не за этим.

– Кейси! – Гарри искать не пришлось, они столкнулись в дверях кабинета.

– Привет, Гарри. Есть минутка, чтобы поговорить?

– Конечно, – Гарри выглядел слегка встревоженным ее появлением. Миновав шумных парней, обсуждающих матч по бейсболу, они прошли по коридору вошли в узкую и тихую клетушку с надписью «Комната отдыха». Здесь шипела паром кофемашина, стоял холодильник и стол со стульями.

– Здесь нам не помешают.

Присев на стул, Кейси замялась под ожидающим взглядом Гарри. Она сложила руки на коленях, словно Гарри собирался ее отчитать.

– Как Бэн? Ты давно его видел?

– Ох, Кейси, не тяни давай. Ты во что-то вляпалась?

– Причем здесь это, – рассердилась Кейси. – Как ты мог подумать?

– Ну да, конечно. Ты сорвалась из колледжа в Лондон только для того, чтобы увидеть меня и спросить, как Бэн, хоть у тебя есть его номер телефона. – Гарри нервно взъерошил темные волосы, хоть они и без того топорщились.

– Ну ладно, хорошо. Вляпалась, но не я.

Повисло молчание.

– Кейси.

– Джек Фостер, это он попал в затруднительное положение. У него нашли какие-то запрещенные вещи и выгнали из колледжа. Знаешь, он впервые попался, и, думаю, он не знал. Его подставили, Гарри, и мне кажется это несправедливым. Вспомни, как он всегда мечтал о Падворте. Формально, его не отчислили, а перевели в Баксли, но…

– Джек Фостер, – уточнил Гарри глядя на нее немигающе, как кобра. – И ты за него просишь.

Он не спрашивал, а словно пытался свыкнуться с весьма странными для себя новостями.

– Ох, брось, Гарри, вам пора забыть все школьные обиды. Мы давно взрослые люди.

– Школьные обиды? – удивился Гарри. – Он тебя обидел, Кей, назвал глупой курицей, босячкой без копейки в кармане. Ты забыла?

– Это было давно. – Кейси пожала плечами. – Я действительно злилась на него какое-то время, но не долго. Вы с ним слишком уж раздули ту ссору. Мы с Джеком встретились в Баксли, стали общаться. Знаешь, в целом он неплохой парень.

Гарри снял очки и потер переносицу. Что Кейси нравилось в Гарри Паксе, он никогда не лез в душу. Кейси почему-то вспомнился другой Гарри – восьмилетний черноволосый мальчишка с вечно заклеенными посредине очками. Улицы Брайтона не терпели слабаков, и Гарри вечно с кем-то дрался. Ей привиделась нагретая солнцем бейсбольная площадка, вся в зарослях полыни, Джек, одетый в брендовые вещи, и вечно расцарапанный Гарри, защищавший его от очередного балбеса с соседней улицы. Тогда она никогда не подумала бы, что они перестанут общаться.

– Ладно, хорошо, Кей. Я посмотрю его дело, и, если можно что-то сделать, напишу тебе или позвоню. Запиши мой новый номер, пожалуйста.

– Вот и хорошо. – Этот разговор смущал их обоих, и Кейси не хотелось продолжать его больше положенного. – Не буду тебя отвлекать от работы. Пока. Бэну и Лу привет передавай, если увидишь или будешь звонить.

Она записала его новый номер и выскочила из комнаты, как ошпаренная. Чувствуя себя довольно усталой, хоть прошло минут сорок, она добралась до вокзала, купила билет на поезд до Эдинбурга, а после на такси поехала в Баксли. Это заняло меньше времени, чем если бы она добиралась на автобусе, но ей хотелось поскорей вернуться в колледж. В комнате Мэл не оказалось, и она отправилась поискать Кевина. Его команда по регби вчера играла финальный матч, а она была так занята подготовкой к экзамену, что даже не поздравила его с победой.

Она прошла по полупустому студгородку и постучала в дверь комнаты Кевина. Тишина. Скорее всего, его нет. Кейси уже хотела уйти, но глухой стук и возня, доносившиеся из комнаты, остановили ее.

– Кевин, это я, открой.

Но открыл ей не Кевин. Оливия, подруга Саманты, в наспех застегнутой блузке прошла мимо Кейси, даже не скрывая насмешливого взгляда. Кевин появился в дверях. Рубашки на нем не было.

– Ты же уехала в Лондон. Мне Мэл сказала.

– Поздравляю с победой, – глухо проговорила Кейси и кинулась прочь. Она ведь догадывалась, и все про него знала, но все равно было очень обидно. Сколько бы она не убеждала себя, что все равно собиралась с ним расстаться, это не особо помогало. Кевин что-то крикнул ей вслед, пытаясь остановить, но не слишком упорствовал.

Кейси знала, куда ей хочется прямо сейчас. Она едва ли не бегом добралась до кромки лесной чащи. Вот и знакомая тропинка. Совсем скоро она покинет это место, почему бы в последний раз не посидеть на берегу озера, на своем любимом камне.

День был по-летнему жаркий. Луг, поросший мятликом, успокаивающе шумел под жарким ветерком, на озерной глади тишь, только иногда плескались в воде мальки, да шелестела осока на берегу.

Она быстро добралась до любимого места, но остановилась метрах в двух от него. Там кто-то был, сидел прямо на камне. Остановившись в кустах, она с недоумением и обидой смотрела, как Джек Фостер целуется с Самантой Райс.

На ее камне. Ее Джек Фостер.

Как долго она обманывала себя, пытаясь скрыться от неудобной для себя правды. Ей уже давно не был нужен Кевин Чанг. Ей нужен только он, Джек. Все эти «мы только друзья» рассыпались сейчас, как пух одуванчика. Она неудачно ступила ногой, пытаясь скрыться, и поймала взгляд Джека. Лицо его вытянулось.

– Кейси!

Но она уже бежала обратно в студгородок. Второй раз за день она переживала это странное чувство ненужности и предательства. Да уж, хватит с нее парней, и сегодня, и в ближайшее время. Осталось совсем немного. Во вторник она сдаст последний экзамен и, наконец, уедет. Карьера куда важнее личной жизни.

Глава 10. Один телефонный звонок

Запах кофе с корицей заполнил все пространство. Пряный аромат корицы, запах Рождественских пряников и домашних булочек – кому он нужен летом? Не лучше ли заказать кофе со льдом? Или чай с мятой, летний и освежающий, как утренняя роса? Но Джонс пила только этот кофе. С каких пор корица будоражила Джеку кровь больше, чем что-либо еще?

Несносная гордячка. Джек пытался с ней поговорить, правда пытался. После нежданной встречи на озере он чувствовал себя неважно: неясное беспокойство съедало душу, словно он сделал что-то не так.

В очередной раз. Он отлично помнил их ссору в школе, и ему до сих пор было неловко. Тео всё подначивал его, дразнил, и в итоге он наговорил лишнего и Кейси, и Гарри. Сейчас все тоже вышло как-то некрасиво, даже пошло.

В бесконечных диалогах с самим собой Джек спорил. Джек-циник утверждал, что они с Джонс друзья, и он ей ничего не обещал. Что он вправе встречаться с с кем пожелает. Новый, неизведанный ранее Джек-с-совестью тихо не соглашался. Не стоило вести Саманту на любимое место Кейси. Не стоило пудрить девчонке мозги, когда встречался с другой. Все эти «друзья» давным-давно утратили актуальность. Между ними давно что-то происходило, очень давно. Возможно, с тех пор, как она впервые попросила приготовить ему кофе с корицей, но, скорее всего, еще раньше. С тех пор, как они впервые переступили порог школы в пять лет.

Конечно, в телефонных переписках он флиртовал с Кейси.

«Зачем?» – Джек-циник мысленно поднимал бровь и качал головой.

«Просто потому, что хотелось. Она мне нравится», – новый «Джек-с-совестью» поражал своей честностью. Возможно, этот Джек, влюбленный в Джонс, всегда был в нем. Но в Брайтоне, когда он действительно был кем-то, такое не то что вслух произносить, даже думать об этом было непозволительно.

Пока он думал, смешивая очередной напиток для посетителя, Кейси ушла. Сиротливый пустой стаканчик стоял на столике у окна. А ведь он в нем нарисовал сердечко. Может, она тоже подумала, что это почка? За окном снова лил дождь. Ну что за лето в этом Баксли? Люк все уши прожужжал о летней вечеринке на озере после сдачи всех экзаменов, хотя сейчас Джек с трудом ее представлял. В дожде тоже была своя прелесть. Небо после дождя словно выстиранное – синее-синее. Такого неба не увидишь в Лондоне. А запахи с лугов? Ох, не всё ли равно? Всем запахам Джек нынче предпочитал корицу.

Кофейня опустела. Джек крикнул Келли, что ему нужно отлучиться. Та что-то утвердительно буркнула, и он вышел под нудный, моросящий дождик. Ему нужно поговорить с ней, хватит этих недомолвок. Не далее как вчера Джек узнал, что Кейси рассталась с Чангом. Ему очень интересно было узнать почему? На телефонные сообщения она больше ему не отвечала.

– Эй, Джек!

Саманта. Сейчас ему совсем не хотелось ее видеть. Он не мог вспомнить того часа, когда она стала раздражать его. Своей глупостью, своей примитивностью, и даже – что странно – своей излишней сексуальностью. Слишком загорелые ноги и слишком короткая юбка, слишком пухлые губы и чрезвычайно опасные тонкие ноготки.

– Куда-то спешишь? – Она не поцеловала его при встрече.

– Да так, дела. А ты куда?

– К тебе в кофейню шла. Нужно поговорить.

– Говори сейчас, – Джек оглянулся в поисках сухой скамейки, но такой не водилось рядом.

– Хорошо, – усмехнулась Саманта. – Я просто хотела сказать, что больше не нуждаюсь в твоих услугах.

– В каких именно? – Разговор был какой-то странный. Джек даже на минуту забыл, куда шел.

– Ты мне нужен был лишь для того, чтобы Кевин меня ревновал, – усмехнулась Саманта. – Когда он связался с этой странной заучкой, я решила назло ему найти кого-то такого же странного. Желательно небогатого и неперспективного, чтобы побольше его бесить. Бариста из кофейни вполне подошел.

– О, занятно, – холодно ответил Джек. Никчемным и неперспективным ему еще быть не приходилось. Что она возомнила о себе, глупая выскочка? Накачала губы и стала перспективной? Лучше бы мозги накачала чем-нибудь. Кроме как о шмотках, с ней и поговорить не о чем.

– Так значит, к Чангу хочешь вернуться? – усмехнулся он. – Слышал только, что он на твою подружку запал. Как там ее? Амалия, Офелия…

– Оливия, – фыркнула Саманта. – Много ты понимаешь. Он просто не знает еще, что я снова свободна.

– Само собой, – Джек рассмеялся. – Пока, Саманта. Ты пользовалась мной, а я тобой, так что мы в расчете. Удачи там с Чангом.

Он обошел ее, чуть намочив кроссовки в траве. Как скучно ее слушать.

Постучав в дверь комнаты Кейси, Джек замер, прислушиваясь. Через минуту та открылась, и в дверях появилась Мэл. Эта рыжая бестия никогда ему не нравилась.

– Позови свою соседку, – он глянул через ее плечо. – Мне нужно поговорить.

– Ее нет.

– Там вода в душе льется, – сердито сказал Джек, – наверняка она дома. Я подожду.

– Это не она в душе.

– Кто же?

– Молодым девушкам задавать такие вопросы…

– Кто там, Мэл? – послышался из комнаты голос Кейси.

Мэл скорчила кислую мину:

– Пока, Фостер, – и закрыла дверь перед его носом.

Долбаный рыжий гном. Почему возле Джонс всегда находится кто-то бесячий до скрипа зубов? Мало ей было Бена Хармса, теперь еще эта заноза.

Идти в кофейню не хотелось. Дождь прекратился. Осторожно обходя лужи, Джек пришел к себе в комнату. Близнецов не было, они уехали домой на какой-то семейный праздник. Скинув мокрые кроссовки, Джек поменял носки и растянулся на кровати. Уехать бы отсюда ко всем чертям. Что его здесь держит? Если он хотел что-либо доказать себе, то уже сделал это. Почти три месяца без папиных денег…

Но… в этом месте, безусловно, была какая-то магия. Магия бескорыстной дружбы, к примеру. Впервые Джек был уверен, что с ним дружат совершенно искренне.

Магия первой любви. Всё это рассыплется, словно карточный домик, когда он вернется домой. Джек-с-совестью подсказал ему, что на работу все же стоит вернуться. Едва он зашел в кофейню, к нему кинулась Келли.

– Фостер, тебе звонили. Оставили номер и попросили перезвонить.

– Кто звонил? – не понял Джек. – На рабочий телефон? С чего бы?

– Перезвони и узнаешь, Джек. Я тебе не секретарь.

Номер, записанный на салфетке, ничего ему не напомнил. Если бы это были родители, они бы позвонили на сотовый, равно как и друзья. Внезапная мысль заставила его покрыться липким потом. А что если с родителями что-то случилось? Едва попадая по кнопкам, он быстро набрал нужные цифры.

– Алло, привет, – раздался в трубке знакомый голос. – Это Гарри Пакс. У меня не было твоего номера телефона, потому я позвонил в деканат Баксли и спросил, как можно с тобой связаться. Мне посоветовали позвонить в кофейню.

Собеседник мог бы не представляться – Джек сразу узнал его. Какое-то время он молчал, застигнутый шоком. Даже если бы ему позвонил премьер-министр, он удивился бы меньше. Понимая, что пауза затянулась, Джек пробормотал:

– Эм-м, ага, привет.

Гарри вздохнул в трубку.

– Я знаю, ты удивлен сейчас, ведь мы не общались лет пять или около того. Я бы не беспокоил тебя, Джек, но ко мне приезжала Кейси и просила за тебя.

Джек почувствовал, что лицо его загорелось, то ли от стыда, то ли от гнева. Боже, Джонс, ну зачем?!

– Я ее об этом не просил, – наконец, выговорил он.

– Да, мы оба знаем Кейси, скорее всего действительно это так. Но она попросила, и я поднял документы о твоем отчислении. Джек, могу сказать, что в этом деле что-то нечисто.

– И что же?

– Во-первых, я не должен был этого делать, потому пообещай, что никому не скажешь, иначе меня уволят.

– Обещаю, – тут же сказал Джек, удивляясь, как легко они с Гарри общаются. Словно и не было этих пяти лет молчания.

– Там есть показания Тео Фокса, и они мне не понравились. Помнишь, я всегда говорил тебе, что этот Фокс плохо на тебя влияет. Ты всегда отшучивался, мол, я ревную или еще какая хрень, я уж и не помню. Однако, он мне действительно никогда не нравился. С тех пор, как он появился в нашей компании, все пошло прахом. До его появления мы дружили с тобой лет с пяти.

У Джека защемило в горле. Он хотел что-то сказать, как-то оправдать Тео, наговорить Гарри гадостей, как делал это в последние годы школы, но что-то мешало. Наверное то, что Гарри был абсолютно прав, и давно стоило это признать.

– Да, я знаю, – пробормотал он, растирая веки пальцами и сгорая от стыда. Гарри на другом конце проводе удивленно притих, но затем продолжил.

– Ну ладно, Джек, давай лучше поговорим про отчисление. В твоем деле есть показания Тео, и в них он здорово тебя полоскает. Думаю, не будь их, тебя бы не отстранили. Он пишет, что ты действовал на него плохо, предлагал ему запрещенный товар, заставлял торговать им.

– Это не правда, Пакси, – выпалил Джек, назвав друга старым прозвищем. – Всё было наоборот. Это он предлагал, а я… не знаю, зачем согласился.

– Думаю, ты в чем-то перешел ему дорогу. Может, лучше учился, или девчонка ему твоя нравилась. Или ты стал старостой, а он нет – здесь куча вариантов. Он наверняка и предложил тебе торговать этим чаем лишь потому, что еще тогда задумал тебя убрать. Взял на слабо, – спокойно сказал Гарри.

Джек молчал, продолжая массировать пальцами переносицу, чувствуя, как подступают непрошенные слезы. Пакс угадал. Джек стал старостой на третьем курсе, а Тео нет. Как бы Фокс не скрывал, его это очень задевало. Как это всё глупо и жестоко. Джек и сам глупец, что верил ему все эти годы. Тео всегда был таким – мелочным, завистливым. Он пришел к ним в класс в восьмом классе и сразу присосался к нему, как клещ. Рассорил с друзьями, заставил плясать под свою дудку. Джек понимал, что виноват сам – ведь поверил же, шел на поводу. Теперь пожинает плоды.

– Я могу попробовать дать делу ход, – продолжил Гарри. – Этот год ты, конечно, потеряешь, но на следующий сможешь вернуться в Падворт и доучиться.

– Ну нужно, Гарри, – тихо сказал Джек. – Это уже не так важно. Когда-то мне действительно казалось важным закончить именно Падворт, как мой отец и дед, но сейчас… Через две недели я закончу Баксли, так что не все ли равно?

– Но ты обелишь свое имя, вернешься, несмотря на козни Тео, – попытался урезонить его Гарри, но Джек уже решил.

– Нет, не хочу. Мне и здесь хорошо. Спасибо тебе.

Гарри помолчал, Джек тоже. Молчание это не было тягостным. Так обычно молчат лучшие друзья, сидя где-нибудь на крыше дома и глядя на вечерний город. Им не нужно слов, они и так все знают.

– Знаешь, в соседний отдел требуется экономист, – сказал, наконец, Гарри. – Ты можешь отправить резюме.

– Ок, отправлю. – Джек смахнул непрошенную слезу.

– Зарплата там небольшая, но, думаю, это весьма неплохой опыт.

– Пакс, ну кто-то выражается, – засмеялся Джек. – Вы с Джонс стоите друг друга.

– Это не правда, – тут же сказал Гарри. – Тогда, пять лет назад, когда нам было по четырнадцать, ты приревновал меня к Кейси, наговорил ей гадостей. Я думаю, Тео тебя накрутил. На самом деле и мне и Бэну она всегда была лишь другом, как и малышка Лу. А вот тебя она любила, Джеки, и любит до сих пор. Если собираешься только лишь поиграть с ней, лучше и не начинай, слышишь? Второй раз ей будет гораздо тяжелее.

Джек стиснул несчастный сотовый так, что едва не выдавил кнопки.

– Я понял, Гарри. Спасибо, что позвонил. Запиши мой номер телефона. Так будет удобнее, если набрать позвонить еще.

Глава 11. Лето в Лондоне

Кейси открыла окно, впуская свежий летний ветерок. За окном шумел Лондон: лязгал трамваями, гудел машинами. Как, оказывается, она скучала по этому шуму. Экзамены позади, диплом в кармане. Уже завтра ее ждут на новом месте работы. Как странно, не прошло и недели после ее возвращения из колледжа, как студенческая жизнь стала забываться. Сейчас даже забавно было вспоминать, как она добивалась Кевина Чанга. Пустоголовый спортсмен и ловелас. Где были ее глаза?

– Представляешь, – она поставила чашку с чаем на столик, где уже стояла вазочка с печеньем. Бен тут же подвинул к себе и чай, и печенье, – какой глупой я была, Бен. Бегала за этим мальчишкой, как будто мне тринадцать. А ведь мне никогда не нравились красавчики.

– Ты хочешь сказать, что мы с Гарри уроды? – обиделся Бен, жуя печенье. – Понятно, мы никогда не были твоими парнями, но все же.

–Господи, Бэн, – фыркнула Кейси. – Я просто хотела сказать, что этот Кевин обычный самовлюбленный болван, а я им увлеклась, что на меня не похоже.

– Ну да, Кхо-Кфо-Кфостер – Бен сделал вид, что подавился, но Кейси явственно услышала фамилию Фостера, и решила сменить тему.

– А как у тебя дела? – спросила Кейси, наливая чай и себе. Пора бы ей уже отвыкать от кофе с корицей. Этот напиток напоминал ей о Джеке, а его хотелось выкинуть из головы в первую очередь. Она не рассказала Бену о том, что училась с ним в последние месяцы. Почему, сама не знала.

– У меня все отлично. Ушел из брокерской конторы и сейчас помогаю папе с магазином.

– Но почему? – поразилась Кейси. – Ты хорошо подумал? Ты ведь всегда хотел стать брокером. Мечтал, как разбогатеешь, продавая акции, вроде того парня из фильма «В погоне за счастьем».

– Не переживай, – улыбнулся Бен, скорчив рожицу. – Просто продавать книги мне теперь кажется более интересным делом, чем работа брокера. Мечты юности пусть в ней и остаются.

– Ты говоришь так, словно тебе сорок, – засмеялась Кейси.

Они еще посидели немного, обсудили знакомых, друзей, и Бен ушел.

***

Новая работа, новая жизнь. Кейси выпрямила волосы и связала их в тугой узел на затылке. Юбка-карандаш, блузка, пиджак – ее преподавательница по праву была бы сейчас очень довольна ею. Миссис Бредшоу всегда уделяла много времени на то, чтобы объяснить ученикам, как важно выглядеть официально и выдержано. Нужно чтобы тебя воспринимали, как серьезного работника, а не как вчерашнюю школьницу.

Она вошла в кабинет, где и без нее народу хватало. Офис гудел нестройным гулом, смехом и разговорами. Кейси казалось, что все на нее смотрят, но вскоре успокоилась – коллеги едва скользнули по ней взглядом. Нужно было найти Теренса Брайса, своего начальника, так уверяло ее сопроводительное письмо. Едва она подумала об этом, тот появился рядом словно по волшебству. Вид у него был, как у потрепанного кошкой воробья; карандаш, забытый за ухом, завершал образ чудаковатого босса.

– Мисс Джонс? Добро пожаловать. Идемте, я покажу вам ваше рабочее место и расскажу ваши обязанности на текущее время.

– Мистер Брайс, – Кейси здоровалась направо и налево, проталкиваясь сквозь шумные толпы, – я подготовила ряд интересных вопросов, которые хотела бы с вами обсудить…

– Об этом потом, – отмахнулся мистер Брайс. – Сначала вам нужно вникнуть в свою основную работу.

Они подошли к столу, доверху заваленному бумагами.

– Нужно разобрать жалобы, поступающие в отдел. Там ничего серьезного. В общежитии Корнуэльского колледжа нет горячей воды, а в Бристольском промышленном колледже попались несвежие булочки в столовой. Ну, и прочее, прочее. Но все это в любом случае важно, и мы должны реагировать, верно?

– Верно, – уныло протянула Кейси. Она немного не так представляла себе первый рабочий день. Судя по внушительной стопке, разгребать она будет это месяц.

– Если жалоба кажется вам стоящей внимания, – скрипуче продолжил мистер Брайс, – нужно передать данные другому специалисту, чтобы мы послали человека по месту жалобы. Не беспокойтесь, у вас будет помощник. Такой же стажер. Начинать нужно с малого, мисс Джонс.

– Хорошо, – выдохнула Кейси. – А что за стажер? Можно мне с ним познакомиться?

– Разумеется, – улыбнулся Брайс. – Мистер Фостер, можно вас?

Со смесью удивления и ужаса Кейси пожала руку Джеку Фостеру. Тот ухмылялся и был совершенно спокоен, словно их встреча здесь была ожидаемой. Кейси заметила, что он успел загореть и постричься. Надо сказать, голубая рубашка ему очень шла.

– Как ты здесь оказался? – прошептала она, едва мистер Брайс отвернулся.

– Вероятно, с твоей подачи, – пожал плечами Фостер. – Мне позвонил Гарри Пакс и мы неплохо поболтали. А потом он предложил подать резюме в этот отдел. Здесь требовались юристы и экономисты. Знаешь, мне кажется, все дело в зарплате. Она здесь непозволительно низкая, потому стажеры надолго не задерживаются. Вместе с тем, это неплохой старт для человека без опыта работы.

Кейси уселась на шаткий стул, спрятав горящее лицо в бумажных стопках. Мысль, что придется сидеть с Фостером рука об руку целыми днями, пока больше пугала, чем радовала.

***

Обеденный перерыв показался ей таким же долгожданным, как дождь в засуху. Уже неделю Кейси трудилась в ОФС, и к пятнице основательно вымоталась. Туфли на каблуках, жаркие пиджаки и узкие блузки были забыты. Тонкая кофточка и джинсы – вот спасение от офисной духоты.

С Фостером работать оказалось на удивление легко. Ни Саманту Райс, ни Кевина Чанга они больше не вспоминали, их образы уже выветрились из памяти, как досадный опыт. В глубине души Кейси понимала, что зря тогда обиделась на Джека. Саманта была его девушкой, и он с ней целовался.

А мог бы целоваться с ней.

Эти мысли всплывали постоянно. Когда она случайно касалась его загорелой руки, когда сталкивалась в уютной тесноте лифта. Иногда ей казалось, что Фостер тоже об этом думает. Когда скользит взглядом по ее губам или когда будто ненароком поправляет ей за ухо вечно выбивающийся локон. Сто раз на дню Кейси убеждала себя не думать о нем. Богатый, эгоцентричный, заносчивый – его семья никогда ее не примет.

«Как будто ты детей от него рожать собралась», – думала Кейси, пытаясь привести себя в чувство. Да, о детях и семье ей совершенно не думалось.

В перерывах он пил воду из кулера. Капельки воды стекали по шее и прятались в вырез рубашки. У Кейси кровь стучала в ушах и щеки загорались, как маки, когда она размышляла о его рубашке. И как славно было бы увидеть его без нее.

А сегодня Джек позвал ее на обеде в кофейню.

– Я только забегу по поручению мистера Брайса. Встретимся там.

Она пришла пораньше: заказала кофе с корицей и села возле окна. Кейси любила столики у окна. Здорово наблюдать за людьми из толпы и представлять, куда они спешат. День был солнечный, жаркий, что в туманном Лондоне бывало нечасто. Кейси попробовала принесенный официантом кофе и поморщилась. Варили его здесь просто отвратительно.

– Как тебе кофе? – спросил Фостер, присаживаясь напротив.

– Ужасен. Ты лучше его варишь, – вздохнула Кейси. – Жаль, что ты уже не бариста.

Фостер улыбнулся и заказал у парнишки-официанта чай со льдом.

– Собственно, я мог бы сварить тебе кофе, – наконец сказал он. – У тебя в квартире есть турка для варки?

Кейси поперхнулась.

– Что ты сказал?

– Вечером я мог бы зайти в гости. Ты ведь здесь недалеко живешь, верно? Я тоже, снимаю квартиру в паре кварталов отсюда. Я уладил все разногласия с родителями, и они помогают мне деньгами. Гарри упоминал, что ты живешь здесь, в Сохо. Почему бы и не заглянуть по-соседски.

Оттого, что Кейси хлебнула горячего, у нее на глазах выступили слезы, и она закашлялась. Надо было дать напитку остыть.

– Надеюсь, что плачешь ты от радости.

– Фостер! – она хлопнула его по руке засмеявшись.

Он достал из кармана платок и вытер ей слезинку. А потом, Кейси и сама не поняла как, они уже целовались. Кейси чувствовала его дыхание, горячее, рваное, его короткие быстрые поцелуи, словно Джек куда-то спешил. Они чуть не опрокинули кружку с кофе, когда она случайно прикусила ему губу.

– Черт, Джонс.

– Прости. – Кейси перевела дыхание, уперевшись лбом ему в шею. Пахло от него все той же мятой и немного корицей, хотя, возможно, ей казалось. Как здорово было наконец не сдерживаться и целовать его, сколько угодно.

– А Чанг хорошо целуется? – спросил Джек ухмыляясь, – Лучше, чем я?

– Боже, Фостер, этот вопрос точно входит в топ ста вопросов, неуместных на первом свидании, – засмеялась она отстранившись. – Вечером ведь не принято пить кофе.

На них уже оглядывались. Молоденький официант принес Джеку чай, отчаянно краснея.

– Я сварю тебе его утром, Кейси. – Джек вздохнул, словно заподозрив, что переоценил ее умственные способности. – Завтра ведь суббота, и можно никуда не спешить.

– О, х-мм. Ладно, – смутилась она, судорожно вспоминая куда дела то белье, что они с Джеком покупали вместе.

За окном бежали по делам люди. Кейси больше не хотелось представлять, куда они бегут и зачем. Жизнь становилась интереснее и вступала в очередную фазу. Возможно, они потом вспомнят – и дождливый день в студенческой кофейне, и их поездки по магазинам, и большой, нагретый солнцем камень у озера. Но сейчас их занимало только лишь будущее.