Кодекс Рода. Книга 2

Глава 1

Российская империя город Екатеринбург

Я снова перечитал предложение, выделенное красным: «Бивнев подавал заявление на регистрацию брака с Големовой Раисой Петровной. Но заявление отклонили из-за официального замужества женщины и отсутствия свидетельства о смерти ее мужа». То есть этот ублюдок хотел жениться на моей матери! А она знала об этом или он пытался провернуть фиктивный брак за ее спиной? Или насильно заставить? Кулаки непроизвольно сжались, а у меня появилось очень сильное желание поскорее добраться до Бивнева и объяснить ему, как поступать не следует. Я продолжительно выдохнул, чтобы успокоиться. Дельцу несказанно повезло, что его не было рядом, иначе вырвал бы ему женилку по самые гланды.

Я огляделся и понял, что сыщик уже ушел, а я даже не заметил этого. Пока шел до машины полностью прочитал краткую биографию дельца.

Оказалось, что родился он у одинокой женщины и никто не знал, чей он сын. Впрочем, как и сам Бивнев. Однако многие подозревали, что его отец граф, у которого работала мать незадолго до беременности. Сам граф это отрицал.

В восемнадцать лет поступил в Московскую магическую академию, но его выперли уже на первом курсе за жестокое нападение на однокурсника, в результате чего тот стал инвалидом. Больше дельца не взяла ни одна магическая академия. Мне этот факт напомнил Трясогузкина, которого ректор тоже обещался внести в список неблагонадежных людей, чтобы он больше нигде не смог отучиться.

Далее расписывались его официальные трудоустройства, но везде он работал по месяцу или по два. И, к тому же, на самой низшей должности.

«И как он стал дельцом с таким скромным опытом работы и отсутствием образования?» — удивился я и вернулся к чтению.

Сыщик описал три брака и распутную жизнь, которую вел Бивнев. К тому же на него подавали заявления женщины, которых он принуждал к сексу силой, но почему-то дело дальше заявления не пошло. Кстати, жил он на два города: в Москве и в Екатеринбурге, поэтому я его и встретил в ресторане.

Мне было очень интересно, что же нарыл сыщик по поводу дел и махинаций Бивнева, но я решил, что лучше изучить остальную документацию в каком-нибудь тихом уединенном месте.

— Куда едем? — спросил таксист, когда я забрался в машину.

— Обратно к порталу.

— Даже по магазинам не пройдетесь? Обычно всегда куда-то заезжали, — удивился он.

— Нет, мне надо быстрее вернуться в академию, — это было отчасти правдой.

На самом деле, у меня просто не осталось денег. Только жалкие крохи звенели в кармане. Сегодня обязательно надо поохотиться.

Пока ехали, я несколько раз порывался снова развязать крепкий шнурок на папке и прочесть документы, но в машине царила полутьма, и я боялся, что не замечу, если выскользнет какой-нибудь листок.

В начале десятого вечера я расплатился за поездку, попрощался с таксистом и переместился на нулевой уровень. В академии уже никого не было, поэтому я пробежался по этажам, чтобы проверить, все ли двери закрыты, а затем открыл библиотеку – идеальное место для изучения документов.

Я включил свет, разделся и сел за ближайший стол.

— Та-ак, посмотрим, — развязал шнурок и открыл папку.

Под биографией я увидел список того, что ему принадлежит. Там значилось более пятидесяти объектов.

— Ого! Он что, миллиардер? А по виду и не скажешь, — усмехнулся я.

Далее следовал документ из шести листов, скрепленных скобкой. В нем содержалась информация о том, кто и когда продал Бивневу свою собственность. Среди прочих значилась наша фамилия. Я посмотрел на дату и удостоверился, что она верная. Именно в тот день и приходил к нам этот ублюдок. Я пытался достучаться до матушки, уговаривал еще подумать и не торопиться, но она упорно твердила лишь то, что озвучил делец:

— Мы сами не справимся. Управлять рудником очень тяжело. Мы его обанкротим.

Правда, уже через несколько дней после завершения сделки купли-продажи, она пожалела об этом.

Я отложил документ в сторону и увидел тетрадку. В нее были приклеены вырезки из газет, а именно – некрологи. Под каждым некрологом от руки сыщик написал к какой семье или роду относился умерший.

— Зачем мне это? — пожал я плечами, разглядывая черно-белые фотографии.

Я сначала подумал, что сыщик намекает на то, что это делец Бивнев убил этих людей, но когда внимательнее изучил вырезки, то понял, что ошибся. Некоторые умерли после продолжительной тяжелой болезни. Многим было уже за сто лет. Несколько человек добровольно ушли из жизни «из-за мучительных душевных терзаний». Значит, Бивнев здесь явно был не при чем. Тогда зачем сыщик так тщательно все вырезал, приклеил и подписал? Только на последнем листе я увидел его записи, из которых следовало, что все сделки совершались после смерти родственника. То есть он специально выискивал тех, у кого умер родной человек и сразу приходил к ним в дом с «выгодным» предложением. М-да, нет у этой твари ничего святого.

Я отложил тетрадь в сторону и увидел под ней ворох смазанных копий. Это были копии постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Притом основания были разные: смерть потерпевшего, добровольный отзыв заявления, недостаточность улик, отсутствие свидетелей. На каждой копии сыщик красной ручкой подчеркнул имя человека, которому предназначалось постановление. А в конце документа снова написал краткий вывод: «Ни по одному заявлению от потерпевших, которые хотели отменить сделку и вернуть свою собственность или владения, дело не было доведено до конца. Их дела закрывались или терялись, а потерпевшие погибали или сами отзывали заявления». Вот же козлина! Хорошо, что я отговорил матушку связываться с ним. Неизвестно, как бы это обернулось. Ну, ничего, теперь-то ты попал в список моих целей и шансов выжить у тебя нет! И я верну все, что мне причитается.

Просмотрев постановления, я взял в руки два приклеенных листа. Мелким шрифтом на них были написаны номера счетов и имена владельцев, а также детализация финансовых операций. Мелкие суммы меня не волновали, а заинтересовали лишь шести и даже семизначные цифры. Внимательно все изучив, я пришел к выводу, что на три счета Бивнева регулярно поступали больше суммы. Скорее всего, это прибыль с заводов, рудников и с аренды недвижимости. Однако было кое-что странное в этих перемещениях. Ровно первого числа каждого месяца большая часть этих денег уходила на счета, в которых не был указан владелец. Я задумался. Получается, что Бивнев не так уж и богат, если более восьмидесяти процентов поступлений он отправляет на чужие счета. Сыщик Сидоров в конце документа пояснил, что не смог выяснить, кому они принадлежат. Это может прояснить только официальное расследование и то, если счета открыты в банках Российской империи.

Мне надо было идти охотиться, поэтому я решил, что еще раз более внимательно изучу документы завтра с утра. Ну, или после учебы.

Снова сложив все аккуратно в папку, я завязал шнурок и зашагал к выходу. Заперев дверь библиотеки, я на всякий случай прогулялся до актового зала. Вдруг Сухарь сделал себе дубликат и снова забрался в Артефакторий? Но на этот раз дверь была заперта.

Когда зашел в дом, то время близилось к полуночи. Быстро перекусив тушеными свиными почками с овощами, я переоделся, взял катану и направился к порталу.

На этот раз в деревне было довольно оживленно. Через ворота сновали охотники с добычей, из дома Фили слышались разговоры и смех. Я решил сначала зайти к нему и поздороваться. У его калитки я столкнулся с разрумяненной радостной Матреной, которая на этот раз просто пробежала мимо.

Я взобрался на крыльцо и постучал об косяк.

— Кто там такой вежливый? Заходи, открыто! — послышался голос Фили.

Я зашел и увидел его во главе длинного стола, заставленного едой и напитками. Десяток охотников сидели за столом и отмечали возвращение своего товарища.

— Привет! Как здоровье? — я подошел и протянул руку.

— Здорова! Выжил и хорошо. Лекари даже сказали, что мне повезло, — горько усмехнулся он.

— Потому что выжил?

— Нет, потому что раны такие аккуратные, тоненькие. Были бы рваные, то пришлось бы дольше валяться.

Он пригласил меня присоединиться к веселью, но я сказал, что хочу поохотиться на трезвую голову, а уж потом обязательно выпью за его здоровье.

— Да ну ее, эту охоту. Оставайся с нами.

— Не могу, деньги нужны, — мотнул я головой

— Раз так деньги нужны, что ж ты на этом уровне охотишься? Поднимайся выше. Вон, Серега только со второго уровня вернулся, — кивнул он на одноглазого охотника с бородой, заплетенной в косу.

Было видно, что Серега уже хорошенько набрался, поэтому лишь кивнул и ткнул в окно крючковатым пальцем. Я выглянул и увидел верхушку каменной арки портала.

— Там вход на второй уровень? — уточнил я.

— Да. Только к тамошнему старосте сначала подойди, чтобы знали, кто ты и зачем пришел, — пояснил Филя.

— Хорошо. На обратном пути обязательно зайду, — я направился к выходу, но Филя крикнул мне вслед.

— Только не вздумай все макры им продавать! Одного будет достаточно, а остальные на лицо перенеси. Ну, или нашему старосте продай. Он всяко больше даст, чем тот жук навозный.

— Кто-кто? — не понял я.

— Староста тамошний. Говорят, жуткий скупердяй.

Я поблагодарил за советы и вышел на улицу. Над тем, чтобы охотиться на втором уровне, я и раньше размышлял, поэтому прямиком направился к порталу.

Я знал, что с каждым уровнем монстры становились все сильнее, но также вырастала и ценность макров. Если верить «Сфере предела», то у меня восьмой уровень потенциала, а это значит, что я могу без вреда для здоровья передвигаться по второму уровню и не зависеть от купола.

Я подошел к порталу и, крепко сжав катану, переместился. Попал я снова в деревню, но эта была в два раза меньше той, в которой был только что, и здесь уже темнело. Ради интереса, я сосчитал дома, и их оказалось тринадцать.

— Чертова дюжина, — усмехнулся я. — Ну что ж, приступим.

Я зашагал к поселку, чтобы найти старосту. Два молодых человека снимали шкуру с гигантского монстра, растянутого за лапы между столбами. Они с интересом посмотрели на меня и прервались от работы.

Я поздоровался и спросил, где могу найти старосту.

— И тебе здорова. Староста возле ворот ошивается. Все следит, чтобы мимо него ничего не пронесли, — он кивнул куда-то вдаль.

Я присмотрелся и увидел ворота, которые горели синим светом.

— У вас руны светятся. Монстр караулит.

Охотники переглянулись и рассмеялись.

— Что смешного? — не понял я.

— Сразу видно, что ты дальше первого уровня не охотился. Здесь всегда горят руны. В редкий день они гаснут, но лишь на короткое время. Охотников из простолюдинов здесь нет, поэтому монстров хоть лопатой греби. Шагу не ступить, чтобы на хвост не наступить, поэтому и руны горят. Как только ворота открываешь, можно не глядя бить. Все равно в кого-нибудь попадешь. Только помни, что здешние гады очень не любят умирать, поэтому их всегда надо добивать, даже если кажутся мертвыми.

Он воткнул в тушу монстра свой нож и продолжил:

— Этого мы три часа били, никак умирать не хотел. Зато не только макр, но и все тело на куски разрежем и продадим. Ничего не останется. Даже рожек и ножек.

Они расхохотались и снова вернулись к туше, а я зашагал к воротам. Охотники были правы, прямо у ворот в деревянном потрескавшемся кресле сидел крупный мужчина с белыми от седины волосами. Он отрезал небольшим ножом кусок яблока и неспеша клал в рот.

Староста не обращал на меня внимания, пока я не окликнул его.

— Ну, здорова. Чего пришел?

— На охоту.

— Почему один? — он внимательно оглядел меня и на пару секунд остановил взгляд на катане.

— Мне никто не нужен.

Староста выбросил в кусты оставшийся кусок яблока, убрал нож в карман и сухо сказал:

— Я ни за кем не бегаю и не нянчусь, поэтому если за воротами с тобой что-то случится, то никто не пойдет тебя искать. Если ты провалишься в яму и не сможешь выбраться, то просидишь там, пока очередная партия охотников не выйдет на охоту. Или пока тебя не вытащит какая-нибудь тварь, чтобы потом сожрать. Если ты…

— Да, понял я, понял, — прервал я его тираду и зашагал к воротам.

Мне не хотелось больше слушать этого человека. Понятно было, что кроме наживы, его больше ничего не волнует. Тем более жизнь и здоровье новичка, который к тому же решил отправиться на охоту один. Тут я вспомнил, как староста с первого уровня бросился меня искать, когда шип воткнулся в плечо Фили. Разница в отношении к охотникам была колоссальная.

Возле ворот никого не было, поэтому я вытащил катану из ножен и приоткрыл створку ворот. Первое, что я услышал, это дикий рев, пронзительный визг и хруст костей в гигантской пасти. Задержав дыхание, я вышел за пределы купола. В отличие от первого уровня, меня встретил не старый заросший лес, а туман. Густой молочный туман двигался, как облако. То тут, то там мелькали неясные очертания каких-то существ. Хотя это могли быть и охотники. Я подумал, что лучше подать голос, чтобы меня ненароком не убили, приняв за монстра.

— Здесь есть кто-нибудь! — крикнул я, но туман заглушил голос так, будто я находился в небольшой закрытой комнате.

Однако тут же рядом прозвучал приглушенный грозный рык. Я взмахнул катаной и рык превратился в вой. Рассекая катаной туман, я пошел на звук и вскоре отрубил сначала когтистую лапу, а затем и голову мохнатого монстра. Постоянно озираясь и прислушиваясь, я вытащил макр и побрел дальше. Но далеко уйти не успел, откуда-то сверху раздался шелест. Я задрал голову, но никого не увидел. Однако на всякий случай запустил молнию. Резкий вскрик и в двух метрах от меня грузно упала туша гигантской летающей твари.

— Для первого раза хватит, — решил я, схватил пернатого и потащил к куполу.

Староста с удивлением наблюдал за тем, как новичок, который вышел из ворот пять минут назад, вернулся обратно с добычей. Я сначала затащил летающего монстра, затем сходил за рычащим, а по пути назад убил третьего молнией в лоб.

Первым делом я вытащил из монстров макры, глаза и желчные пузыри, а затем задумался над тем, что делать с тушами. Таскать их на себе из портала в портал, а потом везти в город, мне совсем не хотелось. Поэтому я подошел к охотникам разделывающим свою тварь и предложил им.

— Конечно, возьмем! — радостно воскликнул один из них. — У нас свой покупатель, который через день приезжает к порталу на грузовике и забирает туши. Уж не знаю, что он с ними делает, но платит хорошо.

— Погоди, давай мы тебе за твоих монстров глаза нашего отдадим? — предложил второй.

— Тогда уж и пузырь отдайте, — кивнул я.

Седой староста все это время крутился рядом, а когда я направился к порталу, чтобы вернуться на первый уровень, бросился следом.

— Можно ваши макры посмотреть?

— Зачем? — сухо спросил я.

— Хочу оценить. К тому же вы должны платить за то, что охотитесь здесь.

— Платить? Кому и за что? — удивился я.

— Мне. За то, что присматриваю за деревней, помогаю обжиться, слежу за исправностью купола, нахожу скупщиков и тому подобное.

— Из того, что вы перечислили, мне ничего не надо, — я уже хотел обойти его и шагнуть в портал, но подумал о том, что, возможно, в будущем мне что-нибудь понадобится от него, поэтому лучше не портить отношения.

— Ладно. Продам один макр, — я достал самый маленький из трех, хотя он был больше, чем средний на первом уровне.

Староста с облегчением выдохнул, взял макр и внимательно осмотрел его.

— Сто семьдесят.

— Мало. Этот кристалл я могу продать старосте с первого уровня за триста. А на лице вообще за четыреста, — я хотел обратно забрать макр, но староста попятился назад и озвучил новую сумму:

— Двести пятьдесят.

Я подумал и согласился. Он отсчитал деньги и протянул мне.

— Кстати, меня все зовут дядька Кирпич. И ты так зови.

— Кирпич? — усмехнулся я.

— Кирпичев моя фамилия. Вот с детства все Кирпичом и называли. Когда постарел стали «дядька» добавлять и все.

Я попрощался и вошел в портал. Оказывается, Филя, староста и еще несколько полупьяных охотников ждали моего возвращения у портальной арки с вином и закусками прямо на траве.

— Вернулся! — Филя хлопнул в ладоши и с трудом поднялся на ноги. Видимо, раны еще болели.

— Конечно, вернулся. А вы что здесь делаете?

— Как «что»? Давай, рассказывай, — попросил Филя, изнывая от нетерпения.

— Троих убил. А что еще рассказать?

— Макры. Макры покажи, — подскочил к нам подвыпивший староста.

Я вытащил из кармана два макра и протянул ему.

— О-о-о, — он бережно взял их в руки. — Рублей на пятьсот потянут. Продай мне, а?

Он с надеждой посмотрел на меня, но я забрал их обратно и заверил, что в следующий раз обязательно продам ему хотя бы один, а может даже два. Он икнул и, понурив голову, вернулся на траву, а затем поднял свою кружку:

— За удачную охоту!

Остальные поддержали его и чокнулись кружками. Я сбегал до арендованного дома, оставил там добычу, а затем прошелся с Филей и описал то, что видел.

— Хорошо иметь магический дар, а я на втором уровне из-под купола даже выйти не смогу. Вам, магам, все дороги открыты, а мы, простолюдины, только на первом уровне охотиться можем. Да и то недолго.

Мы попрощались, и я поспешил к порталу. На часах уже было два ночи.

Пока шел до дома, то постоянно прокручивал в голове документы, которые раздобыл сыщик. Мне было непонятно, почему люди заключали эти сделки. Я вспомнил матушку, которая даже не хотела взять время и подумать, а с готовностью подписывала все, что подсовывал ей делец.

Когда подходил к студенческому городку, то увидел кое-что странное. Прямо посреди дороги стоял человек, хотя секунду назад я видел двоих. Куда пропал второй? Или мне показалось?

Я остановился и потер уставшие глаза, но когда поднял голову, то снова увидел двоих. И они были одинаково одеты.

— Не понял, — озадаченно спросил я вслух и двинулся к ним…к нему.

На этот раз я успел заметить, что один просто пропал. Как это возможно? Он что, невидимка?

Второй развернулся и зашагал к повороту, поэтому я ускорил шаг и крикнул ему.

— Эй, подожди!

Человек остановился и удивленно уставился на меня.

— Сухарь?

— Рома?

— Ты что здесь делаешь? И кто тут был с тобой?

— Никого. Я был один, — он широко зевнул.

— Кого ты обманываешь? Я своими глазами видел еще одного. Кстати, одет он был в точности, как ты.

Сухарь хмыкнул и замотал головой:

— Говорю же, никого, кроме меня, не было. Я здесь упражнялся в создании двойника. Смотри.

Он поводил рукой, что-то прошептал и рядом со мной возник еще один Сухарь. Точно такой же. Только он не двигался, не моргал и больше походил на изваяние. Я сказал об этом Сухарю.

— То-то и оно. Никак не могу заставить его хотя бы моргнуть. Просто образ копируется и все.

— Здорово! Может и мне попробовать? — признался я.

— Нет, здесь особый талант нужен, — задрал нос Сухарь.

— Вообще-то я универсал, а это значит, что предрасположенность у меня к магии иллюзий имеется, — осадил я его.

— Ну, тогда, может, и получится. Если хочешь, то попозже, когда сам разберусь что к чему, то и тебя научу, — с готовностью предлложил он.

Я поблагодарил, попрощался и зашагал к своему дому. Семен уже спал, а на столе меня ждали ватрушки с яблочным повидлом. Закинув в рот ватрушку и залив сверху чаем, я отправился в спальню и прямо на кровати разложил документы. Мне постоянно казалось, что я что-то важное упустил.

Я еще раз просмотрел все документы и в конце взялся за биографию, которую читал еще в парке. Хм, магическая академия… факультет ментальной магии?! Так он менталист!

Теперь все сходится. Он не прошел обучение, поэтому его не зарегистрировали, а значит, никогда не отслеживали его дела. Бивнев с помощью своей магии принуждал людей соглашаться на его условия. Попался, вонючий боров! Я даже подпрыгнул от радости. Мне всегда было приятно наказывать тех, у кого нет ни чести, ни совести. В такие моменты я испытывал чувство глубокого удовлетворения.

Аккуратно все сложив в папку, я снова завязал шнурок и задумчиво осмотрелся. Такие документы лучше держать подальше от посторонних глаз. Я открыл шкаф, окинул его критическим взглядом и решил, что держать под одеждой будет слишком очевидно для того, кто захочет украсть, поэтому захлопнул его и прошел на кухню. Здесь, кроме буфета с едой, прятать тоже было негде.

Зевая и с трудом передвигая ноги от усталости, я прошел в гостиную и сразу увидел книгу об истории академии. Недолго думая, аккуратно оторвал обложку и вложил в нее папку вместо книги. Я решил, что никто не полезет в учебник. Тем более, если оставить его на самом видном месте. Уходя, я обернулся и удовлетворительно кивнул. Теперь папка с документами в красной обложке из-под учебника будет храниться в гостиной на каминной полке.

Когда лег в кровать, на будильнике было уже десять минут пятого. Я не знал, смогу ли я завтра вовремя проснуться, но пропускать еще один день занятий совсем не хотелось.

Уже засыпая, я снова вспомнил инцидент в ресторане с Бивневым и еле слышно прошептал:

— Теперь-то я от тебя не отстану, и сначала ты вернешь мне рудник, паскуда.

От авторов:

Мы обещали вам в субботу сюрприз, и вот он! Это не последняя глава на сегодня! Приятного чтения.

Глава 2

Российская империя. Уральская магическая академия

На этот раз будильник свалился на пол и дребезжал где-то под кроватью. Я положил подушку на голову, чтобы скрыться от противного звука, но тут вспомнил про занятия и нехотя встал с кровати. С кухни доносилось шкворчание и бульканье. Семен готовил завтрак, поэтому не услышал мой будильник. В доме было тепло, и я прямо в пижаме побрел на кухню.

— С добрым утречком, Ваше Сиятельство! Какой сегодня хороший день, — он поставил передо мной большую кружку горячего сладкого чая.

— Чем же он хорош? — пробурчал я и с наслаждением отпил глоток.

Семен недоверчиво посмотрел на меня, а потом расплылся в улыбке:

— Ну и шуточки у вас.

— Нет, я серьезно. Что сегодня за день такой? — я посмотрел на улицу. Шел снег крупными хлопьями, все небо заволокли серые тучи.

— День рождения Ее Сиятельства Раисы Петровны. Неужто забыли? — всплеснул он руками и покачал головой.

— Нет, конечно. Как я мог забыть о дне рождения матушки. Это я просто не проснулся еще.

Я, конечно же, забыл. Каждый день что-то случалось, поэтому я даже не знал, какое сегодня число. Теперь нужно отправить матушке какой-нибудь подарок. Только как? Дирижаблем?

Едва приступил к завтраку, как в дверь постучали.

— Я открою, — сказал Семен и зашаркал к двери.

— Рома еще не ушел? — послышался голос Егора.

— Нет, я здесь. Проходи! — крикнул я.

Он разделся, зашел на кухню и сел за стол. Семен уже без вопросов поставил перед ним кружку и тарелку.

— Синяк почти прошел, — сказал я, приглядевшись к его щеке.

— Да. Не надо больше эту дурацкую повязку наматывать. Я по делу пришел. Хочу Зиночке подарок купить. Ты в город не едешь?

— Поеду, — кивнул я. Мне еще нужно продать макры и пузыри с глазами.

— Хорошо, а то денег совсем не осталось. А так хоть на такси не надо тратиться.

— Тогда, может, пока не надо подарков, если с деньгами туго? — задал я резонный вопрос.

— Как без подарка, если у нее сегодня день рождения? — изумился он и откусил большой кусок хлеба с маслом.

— И у нее тоже! Что за день такой? — вздохнул я и засунул в рот ложку с молочной рисовой кашей.

По пути в академию, мы зашли в магазин, но кроме коробки с шоколадом, ничего не купили.

— Здесь одни швабры, веники и полотенца. Как такое можно женщине подарить? — возмущался Егор.

Я согласился, поэтому купил коробку конфет, зажал подмышкой и направился к академии. Сегодня по расписанию занятия были на третьем этаже в огромной аудитории. Снова собрался весь первый курс, поэтому народу было много. Я занял парту на самом верхнем ряду со стороны двери. Через пару минут явился преподаватель, но это была не Зинаида. Пожилой маг в течение двух пар рассказывал нам об особенностях уровней изнанки. Я слушал вполуха, потому что примерно представлял, что творилось на уровнях.

Все мои мысли снова крутились вокруг Бивнева. Удивляло то, что за столько лет так никто и не смог вывести его на чистую воду. Ведь это были не обычные люди, а, как правило, богатые аристократы, у которых тоже есть деньги и связи. Почему дельцу все сходит с рук? Наверняка без влиятельных покровителей тут не обошлось. Ведь кому-то же он отправляет деньги каждый месяц. Ясно было одно, с ним нужно быть очень аккуратным и не лезть на рожон. Тут я вспомнил про прокурора, с которым познакомился в больнице. Надо к нему обратиться. Вдруг получится скооперироваться?

После того, как прозвенел звонок, я без промедлений направился к двери и уже вытащил мобилет из кармана, как услышал голос Евы:

— Рома, подожди!

Я остановился и повернулся. Оказывается, она тоже была на занятиях, но я так был увлечен своими мыслями, что просто не заметил ее.

— Привет, — улыбнулся я, когда она подошла.

— Привет! — она взяла меня за руку и потянула к окну, подальше от снующих студентов.

— Представляешь, папу взяли на работу в Центральный госпиталь. Мы так рады! И все благодаря тебе! — восторженно сказала она, продолжая сжимать мою руку.

— Моей заслуги здесь нет. Все-таки он сам прошел собеседование, а я всего лишь отправил его туда, — пожал я плечами.

— Все равно огромное спасибо! А еще, — она осмотрелась, не подслушивает ли кто и еле слышно прошептала. — Мой долг в магазине кто-то закрыл. И этот кто-то очень похож на тебя.

— Не бери больше в долг. Если нужны деньги, то лучше скажи мне, я помогу.

Ева обхватила меня руками, уткнулась лицом в грудь и поблагодарила:

— Спасибо! Спасибо за все, что ты для меня делаешь!

Я приобнял ее и вдруг понял, что еще ни разу не приглашал ее на свидание. Надо будет поднакопить денег и провести с ней целый день в городе.

Между тем, Ева отпустила меня, взглянула на часы и поспешила на полигон, напоследок отправив воздушный поцелуй.

— Кому конфеты? — рядом возник Сухарь.

— Зинаиде. У нее сегодня день рождения.

— Понятно. А у меня сегодня практика только вечером. Не знаю, чем заняться. Ты что сегодня делаешь? Могли бы встретиться, в картишки перекинуться, поболтать.

— Хочу в город съездить. Надо кое-что продать и встретиться с одним человеком.

— Можно мне с тобой? — загорелся он.

Я задумался. Егор тоже просился поехать, поэтому их можно оставить где-нибудь вдвоем, пока я занимаюсь делами.

— Хорошо, поехали. Только таксиста вызову.

Если бы я ехал один, то арендовал бы машину у платного портала, но я сомневался, что водитель пустит в машину моих друзей.

Таксист обещался приехать через два часа. Я велел Сухарю ждать нас с Егором в фойе академии, а сам спустился на второй этаж и зашагал к деканату. Перед тем как войти в кабинет, я приготовил поздравительную речь и, натянув улыбку, распахнул дверь. Однако вместо Зинаиды за столом сидел угрюмый мужик и с недовольным видом прибирался на заваленном столе.

— Вы кто? — вырвалось у меня.

— А вы кто? — грубо спросил он и упер руки в бока.

— Студент Роман Големов, — представился я.

Его лицо на мгновение исказилось… ненавистью? Но он тут же взял себя в руки и кивнул.

— Я ваш новый декан. Меня зовут Никита Карлович.

— Понятно. А где Зинаида?

— Зинаида занимается своими непосредственными обязанностями. А именно, обучением студентов. Здесь она больше сидеть не будет. Теперь все вопросы решаю я. Ясно? — он говорил таким тоном, будто был не деканом, а, как минимум, ректором.

Мне хотелось его осадить, но я подумал, что не стоит начинать знакомство с конфликта, поэтому просто развернулся и вышел.

Уже на улице я решил сначала наведаться в деревню охотников и забрать глаза и пузыри.

Переместившись через портал, я издали увидел Филю, который неспеша прохаживался по деревне, опираясь на трость, а рядом шла Матрена. Она была одета в такое миниатюрное платье, которое ничего не прикрывало, а наоборот, демонстрировало.

Мы поздоровались и только сейчас я вспомнил, что так и хожу с коробкой конфет. Я не хотел, чтобы конфеты растаяли на жаре, поэтому не придумал ничего лучшего, чем протянуть их Матрене.

— Дорогие, наверное, — промурлыкала она, прижимая коробку к объемной груди.

— Вкусные, — ответил я, и поспешил к своему дому.

Мыши снова пытались добраться до таза на чердаке, но, к счастью, им это не удалось. Я сложил добычу в мешок и вышел на улицу. Запирать дом не стал, ничего ценного в нем не осталось. Фили с Матреной уже не было видно.

Вернувшись к академии, я зашагал к дому и по пути позвонил прокурору. Он сразу же узнал меня.

— Здравствуйте... В смысле Здравствуй. Я бы хотел с тобой встретиться и показать кое-какие интересные документы на одного дельца, — сказал я.

— Дельца? Как фамилия?

— Бивнев.

— А-а, так я про него уже наслышан. Мне он тоже очень интересен. Но руки пока не дошли заняться им. Когда встретимся?

— Я сегодня буду в городе. Подъеду, куда скажешь.

— Та-ак, давай не будем палиться в Управлении и посидим в каком-нибудь тихом местечке.

Я вспомнил про ресторан с ширмами и предложил его. Прокурор тоже знал это место и с готовностью согласился. Мы попрощались, условившись созвониться, когда я буду в городе.

Семен с порога спросил, звонил ли я матушке и поздравил ли ее с днем рождения.

— Пока нет. Вот куплю подарок, отправлю и позвоню.

— Не забудете? — подозрительно прищурился он.

— Конечно же, нет! Как ты мог обо мне такое подумать? — воскликнул я.

Семен пожал плечами и зашаркал на кухню, а я решил, что куплю подарок прямо на восточном рынке. Благо, там есть, что выбрать.

Умывшись, прошел на кухню и приступил к еде. Вдруг из прихожей раздался удивленный возглас:

— Это чьи зенки-то? Коровы что ль? — Семен показался в дверях с мешком, в котором лежали глаза и желчные пузыри монстров. — Мне их приготовить? А как? Я не умею такое.

— Положи туда, откуда взял. Не порти мне аппетит, — велел я, размешивая горячий густой борщ.

Семен кивнул и зашаркал к двери, но так просто сдаваться не хотел, поэтому, когда вернулся, вновь спросил, чьи это глаза. Он ведь до сих пор не знал, что я зарабатываю тем, что охочусь на монстров.

— Ну, глаза и что? Попросили в городе продать, вот и везу.

— А кто попросил? — не унимался он.

Я знал, что лучше соврать, чем сказать правду и довести старика до сердечного приступа, поэтому пробубнил полным ртом что-то нечленораздельное. Он хотел переспросить, но, увидев мой суровый взгляд, стушевался.

Тут в дверь снова постучали, но я уже знал, кто это может быть.

— Егор, заходи!

Дверь хлопнула, и послышались шаги.

— Я только с полигона. М-м-м, как вкусно у вас супом пахнет, — втянул носом раскрасневшийся от мороза Егор.

— Садись. Поедим и пойдем к порталу. Таксист скоро должен подъехать.

Пока Егор жадно ел горячий мясной борщ и расхваливал Семена, я мысленно составлял список дел. Сначала поеду на восточный рынок, чтобы продать добычу и купить матушке подарок. Оттуда на почту или на станцию к дирижаблям, чтобы отправить его. Затем встречусь с прокурором и поговорю с ним о Бивневе, потом куплю Еве мобилет, а себе броню…если деньги останутся.

— Как же у вас хорошо. Прям, как дома, — Егор буквально расплылся на стуле и с блаженной улыбкой смотрел на нас.

— Все благодаря Семену. Я даже не знаю, как бы я жил без него.

Слуга смущенно улыбнулся. Мы поблагодарили его за вкусный обед, оделись и заспешили к порталу. Сухарь, как и договаривались, ждал нас в фойе.

— Что мы будем делать? В ресторан или на скачки? — в предвкушении спросил он.

— Я буду заниматься своими делами, а вы вдвоем идите, куда хотите.

— Э-э, я думал, мы все вместе погуляем, развлечемся, — расстроился Сухарь.

— Середина рабочей недели. Гуляем только на выходных. Видишь, Рома даже учебник с собой в дорогу взял, — поддержал меня Егор и кивнул на документы в красной обложке, зажатые подмышкой.

Сухарю ничего не оставалось, как согласиться и плестись сзади. А я, конечно же, не стал им говорить, что в обложке из-под истории академии спрятаны документы на Бивнева.

Таксист уже подъехал и ждал нас.

— Куда поедем? — спросил он, и завел двигатель.

— Сначала на восточный рынок, — сказал я.

— Что за рынок? В первый раз слышу, — заинтересовался Егор.

— Увидишь.

Позже, когда машина остановились, и мы вышли на улицу, Егор недовольно сморщил губы и сказал:

— Какой же это рынок? Это базар.

— Не вижу разницы, — усмехнулся я и зашагал к воротам.

Он что-то пробурчал и пошел следом. На первом же ряду они с Сухарем застряли, пробуя необычные сладости и восторженно разглядывая товары и пестрые ткани. Я предупредил их, что мне нужно решить кое-какие дела, и зашагал в конец рынка. Два старика сидели на том же месте, но не играли, а курили ароматный кальян.

Я поздоровался и сказал, что привез желчные пузыри, которые обещал.

— Нравишься ты мне. Человек слова, — кивнул старик и забрал четыре пузыря.

Глаза монстров я продал его соседу, а на макры снова объявил аукцион. На этот раз старик в нем не участвовал, а только завистливо поглядывал на большие яркие кристаллы. Через пятнадцать минут торг был окончен. Я отдал макры дородной женщине, в закрытом цветастом наряде, а в карман убрал девятьсот рублей.

Пока возвращался назад, купил матушке платок, расшитый серебристыми нитями и набор украшений из натурального голубого камня.

— Ей понравится, — решил я и сложил покупки в небольшой расписной сундучок, который купил тут же.

Как оказалось, Сухарь и Егор все еще стояли у первых рядов и яростно торговались с продавцом орехов.

— Ну не могут эти прогорклые семечки столько стоить! — прокричал Сухарь и закинул в рот целую пригоршню орехов.

— Не семечки, а фундук! А если они прогорклые, то зачем их в рот суешь? А? — сухонький мужичок небольшого роста пытался спасти свой товар от поедания и быстро завязывал мешки. Сухарь же тем временем продолжал спорить и горстями угощаться.

— Что у вас здесь происходит? — спросил я у Егора.

— Торгуемся. У них здесь так положено, — пожал плечами он и засунул в рот сушенный финик.

Я раздраженно выдохнул, схватил Сухаря за локоть и оттащил в сторону. Затем подошел к продавцу и дал ему пять рублей.

— А орехи-то вкусные, — признался Сухарь, когда мы вышли с рынка и зашагали к машине.

— Особенно на халяву, — усмехнулся я. — Вот, что я придумал. Вам все равно заняться нечем, а у меня еще много дел. Может, вы отправите моей матушке подарок? Я вам денег дам и адрес напишу.

Егор и Сухарь согласились, поэтому я попросил высадить меня возле ресторана, а они поехали дальше. Я зашел в ресторан, занял кабинку за ширмой и позвонил прокурору.

— Я уже в ресторане.

— Буду через пять минут.

Прокурор Олег выглядел намного лучше, чем в прошлый раз. Видимо, лечение пошло на пользу. Мы поздоровались и сели за стол. Официантка принесла нам меню и убежала обратно.

— Ты хотел поговорить со мной о Бивневе. Я внимательно слушаю. Мне этот персонаж тоже очень интересен.

— Бивнев несколько лет назад купил у нас рудник. Притом за смешную цену. На днях я встретил его в ресторане и решил выяснить, чем он дышит, так сказать.

Прокурор наклонился вперед и весь обратился в слух.

— Я нанял сыщика, и он принес мне вот эти документы, — я положил перед прокурором учебник по истории.

Он быстро просмотрел документы и чертыхнулся.

— Ясно! Значит он неучтенный и пользуется ментальной магией, чтобы принуждать людей подписывать нужные документы. Мы его за это привлечем, но вернуть тебе рудник не сможем. Здесь надо действовать по-другому.

— Как? — теперь уже обратился в слух.

— Тебе придется сплотить всех потерпевших и написать коллективную жалобу, но не в местные инстанции, а в Службу Имперской Безопасности при дворе Его Императорского Величества. А я прослежу, чтобы жалоба попала кому надо и не исчезла на полпути.

— Отлично! — воодушевился я.

— Погоди радоваться. Не все так просто, как тебе кажется. Похоже, что этот Бивнев имеет влияние на потерпевших, поэтому тебе туго придется. Единственное, что могу пообещать – это охрану. Если кто-то из них будет бояться идти против Бивнева, то я готов выделить несколько человек из своего ведомства, пока идет разбирательство. К тому же со своей стороны я сделаю все, чтобы дело не застопорилось. Благо, у меня влиятельные связи в столичной прокуратуре. Однако тебе предстоит самое сложное – уговорить людей пойти против Бивнева.

— А если я сам напишу жалобу и отправлю в Службу имперской безопасности?

— Единичную жалобу на которого-то провинциального дельца никто рассматривать не будет. Сразу спустят вниз по инстанции. А там она будет переходить от одного к другому, пока не пропадет бесследно.

Я согласился. Хорошо, что сыщик подготовил список людей с контактными данными. Теперь надо с каждым связаться и уговорить выступить против жирного борова Бивнева.

Тут прибежала официантка и приняла заказ. Мы с Олегом неспеша пообедали, вспоминая общих московских знакомых, которых, как оказалось, у нас достаточно много.

— Надеюсь, у тебя получится прижать Бивнева. А я пока займусь его незарегистрированной ментальной магией. Чует мое сердце без покровительства не обошлось. Слишком уж легко он избегает проблем, —сказал Олег, когда мы вышли на улицу.

Я нашел и протянул ему документ с денежными переводами.

— Ты сможешь выяснить, кому принадлежат счета? Думаю, он переводит деньги своему покровителю.

— Постараюсь, но не гарантирую. Существуют так называемые анонимные счета, к которым имеет доступ лишь тот, кто предъявит цифровой код-ключ. То есть, если ты сможешь раздобыть этот код-ключ, то просто идешь и снимаешь все деньги со счета. У тебя даже паспорт не спросят. Думаю, эти счета устроены так же. В этом случае ни в одном банковском документе не фигурирует владелец счета, а значит и мы узнать не сможем. Но я все-таки постараюсь раздобыть хоть какую-нибудь информацию.

— А как выглядит это цифровой код-ключ? — заинтересовался я.

— Обычно это двадцатизначный номер, который нужно продиктовать сотруднику банка.

— Понятно.

Я все больше склоняюсь к тому, что Бивнев действует по указке своего покровителя. Бивнев – глупый жадный необразованный недомаг. Сам бы он такую систему не выстроил. Значит, он жалкая марионетка в руках опытного кукловода.

Мы с Олегом попрощались, договорившись созвониться, если что-то узнаем.

Следующим пунктом моего списка дел на сегодня была покупка мобилета Еве. Я огляделся в поисках нужного магазина, но ничего подобного на этой улице не было. Я решил не вызывать такси, а прогуляться и, заодно, получше познакомиться с городом.

Я неспеша шел по мостовой и с интересом рассматривал старинные дома, необычные витрины магазинов, а также людей. Здесь была довольно разношерстная публика: пожилые богатые дамы прогуливались под руку с такими же пожилым господами или с совсем молоденькими мальчиками, представители малых народов, разодетые в шкуры животных, боязливо косились на мчащиеся по дороге машины и высматривали номера домов, компании парней и девчонок сидели на бордюрах или на перилах лестниц и весело смеялись, хрустя засахаренной клюквой.

Я перешел на соседнюю улицу и увидел магазин, на котором вместо вывески с названием висел огромный фанерный мобилет.

— То, что нужно, — обрадовался я и ускорился.

В магазине было пусто, только скучающий продавец склонился над кроссвордом и задумчиво смотрел в пустые квадратики. Но, как только колокольчики над дверью зазвенели, кроссворд пропал под столом, а продавец тут же оказался рядом со мной.

— Добро пожаловать в «Мир мобилетов»! Что вам показать?

— Я бы хотел купить девушке мобилет.

— У нас огромный выбор. От самый дешевых до самых дорогих.

— Мне бы что-нибудь среднее, — ответил я и подошел к витрине с мобилетами.

Продавец был прав. Выбор и в самом деле был огромный. Я присмотрел мобилет за пятьсот рублей в розовом корпусе. Продавец похвалил за выбор и предложил праздничную упаковку. Я согласился и вскоре вышел на улицу с коробкой, обернутой в цветастую бумагу.

У меня еще осталось немного денег, поэтому решил съездить до оружейного магазина и присмотреть броню. Я еще плохо знал город, но примерно представлял, где нахожусь, и это было довольно далеко от оружейного. Поэтому пришлось снова звонить таксисту.

Тот сказал, что сможет подъехать через полчаса, так как уже отвозит кого-то. Мы условились встретиться у ресторана. Я хотел зайти в продуктовый, но уже возле двери почувствовал на себе чей-то взгляд. Оглянувшись, я заметил только влюбленную парочку и собачника со здоровенной овчаркой.

«До сих пор Трясогузкин не успокоился, что ли? Надо было все-таки лично ему объяснить, что не стоит переходить мне дорогу», — подумал я и зашел в магазин.

Набрав полный пакет продуктов, вышел на улицу и решил позвонить Егору, чтобы спросить, где их с Сухарем забрать. Подарок для Евы положил в пакет с продуктами и полез в нагрудный карман. Вдруг кто-то схватился за пакет, грубо выдернул из моей руки и бросил за угол. Я успел заметить только темную одежду и поношенные кеды.

— А ну, стой!

Я рванул следом, обогнул угол дома и в растерянности остановился. Вор лежал на земле с перерезанным горлом, а рядом валялся разорванный пакет с продуктами и подарком для Евы.

Глава 3

Российская империя. город Екатеринбург

Кровь расползлась по мостовой и потекла в сторону дороги. Я быстро распихал продукты по карманам, кое-что положил в порванный пакет, зажал подмышкой мобилет Евы и в нерешительности остановился. Я не знал, как поступить. Но тут рядом заверещала женщина:

— Убили! Убили! Человека убили-и-и!

— У вас есть мобилет? — спросил я и крепко сжал ее плечо, чтобы обратить на себя внимание.

— Д-да, — закивала она, размазывая слезы по пухлым щекам.

— Звоните в полицию!

Трясущимися руками она вытащила мобилет из сумочки и набрала нужный номер. Я решил дождаться патруля и обо всем рассказать. Если честно, меня эта ситуация тоже вывела из равновесия. Не более пяти секунд прошло с тех пор, как вор скрылся за углом, а я уже нашел его с перерезанным горлом. Кто это сделал? И куда убийца испарился?

Ждать пришлось недолго. Через десять минут подъехала машина, из которой вышел уже знакомый полицейский. Он допрашивал меня после того, как я покончил с бандитами на Весенней улице.

— Этого тоже вы? — спросил полицейский.

— Нет, — развел я руками и рассказал, все, как было.

— Тогда, кто же его убил? — он внимательно посмотрел на меня.

— Не знаю. Не видел. Сам хотел бы это выяснить.

Я вспомнил, что почувствовал чей-то взгляд на себе до того, как зашел в магазин, но полицейскому об этом не рассказал. Чувство к делу не пришьешь. Он записал мой номер мобилета и сказал, что свяжется, если возникнут вопросы, и повернулся к заплаканной женщине. Я уже зашагал в сторону ресторана, как вдруг в кармане завибрировал мобилет.

— Я подъехал. Вы еще не выходите? — услышал я нетерпеливый голос таксиста.

— Уже бегу!

Я забрался в машину, предупредил, что поедем обратно, и позвонил Егору. Оказывается, они с Сухарем все же зашли в контору и сделали ставки на коней.

— Мою лошадку зовут Радуга, — сказал Егор, когда залез в машину и опустился рядом.

— А мою Звездочка, — Сухарь сел спереди и сильно хлопнул дверью, отчего получил уничижительный взгляд водителя.

— Твоя Звездочка за моей Радугой будет пыль глотать. Запомни! Ты бы хоть немного изучил их подноготные. Радуга победительница прошлого сезона, а твоя Звездочка – дебютантка.

— Вот именно! — Сухарь поднял вверх указательный палец. — Моя лошадка молодая и быстрая, а твоя Дуга – старая кобыла!

— Что?!

Похоже было, что Егор не на шутку разозлился, но Сухарь продолжал его подначивать. Я же не обращал на них внимания и уставился в окно, обдумывая произошедшее. Сначала вор украл пакет, а уже через несколько секунд я нахожу его мертвым. Меня хотели подставить? Или помочь? Но кому это надо? Вряд ли Бивнев уже в курсе, что я под него копаю.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее мне казалось, что это была помощь. Во-первых, чтобы обвинить меня в убийстве нужно, чтобы были свидетели того, что я беспричинно напал на невиновного, но таких не было. Зато есть свидетель продавец, что у меня украли пакет. Во-вторых, я не маньяк-убийца, чтобы перерезать человеку горло из-за пакета продуктов. Пару раз приложил бы мордой об асфальт и все. Поэтому никто бы не поверил, что это сделал я.

Погруженный в раздумья, я даже не заметил, как заснул. Разбудил меня Егор, когда мы уже остановились у портала.

Расплатившись с таксистом, я вышел из машины и поплелся за друзьями. У Сухаря еще были занятия на полигоне, поэтому он попрощался и зашагал к платформе. Егор еще на рынке купил Зинаиде подарок, поэтому решился пойти к ней домой и поздравить.

— А вы матушке моей отправили посылку? — схватил я его за руку.

— Конечно! Три рубля с меня содрали за доставку, — пожаловался он.

— Хорошо, — выдохнул я и полез в карман за мобилетом.

Матушка ответила уже после второго гудка. Я поздравил ее с днем рождения, пожелал всего самого-самого и обещался приехать на новогодние праздники.

— Спасибо, Ромочка, сыночек! Какое счастье, что ты у меня есть! А ты же не знаешь, что у нас вчера случилось. Горе-то какое, — запричитала она.

Я остановился, как вкопанный, и с замиранием сердца спросил:

— Матушка, все живы-здоровы?

— О-хо-хо, кто же на такое решился-то? У кого рука-то поднялась? — продолжала она приговаривать и захлюпала носом.

Я терпеливо ждал, хотя нервы были на пределе. День сегодня какой-то… дурацкий.

— Помнишь, я тебе говорила, что Клавдия Петровна пожалела, что продала завод тому противному дельцу?

— Помню. И что?

— Так вот… убили ее! Горе-то какое! — зарыдала она в трубку.

— Успокойтесь, матушка, и все толком расскажите. Кто и когда ее убил?

Она всхлипнула пару раз, затем тяжело вздохнула и продолжила:

— Вчера младшая дочь Клавдии Петровны к нам приходила. Говорит, приехали с мужем навестить ее, а она на кухне висит. На поясе от халата. Дома бедлам, все вывернуто и разбросано, будто искали что-то.

У меня неприятно кольнуло в груди. Я был уверен, что это Бивнев велел ее убить, больше некому. Клавдия Петровна была женщиной строгой и справедливой. Видимо, не смогли с ней договориться, поэтому и убили.

— Будь осторожен, сыночек. Сердце у меня за тебя неспокойно. Может, вернешься? Поступишь в московскую академию, будешь дома жить.

— Нет. Отец велел сюда поступать, да и мне уже другой академии не нужно.

После минутного молчания и тяжелых вздохов матушка ответила:

— Ты прав. Отца надо слушаться.

Мы пожелали друг другу доброй ночи и попрощались. Я убрал мобилет в карман и зашагал домой.

Семен сидел в гостиной и что-то читал, водя лупой.

— Ваше Сиятельство, книга-то какая интересная, а обложки нет.

Я кивнул, но не стал объяснять. А вот с библиотекарем объясниться придется.

Поужинав, я закрылся в спальне и разложил документы на кровати. Я решил не откладывать в долгий ящик разговоры с потерпевшими, поэтому набрал верхний номер.

— Так-с, Зоя Сергеевна, — прочитал я имя и приложил телефон к уху.

Трубку взял молодой человек и сказал, что она погибла в прошлом году.

— Как это случилось? — напрягся я, вспомнив повешенную Клавдию Петровну.

— Авария. Разбилась на машине с водителем.

— А кто получил ее наследство?

— Я – ее единственный внук. А что? — в голосе послышались стальные нотки. Видимо, его подозревали в убийстве бабушки.

— Тогда мне нужно с вами встретиться.

— Зачем нам встречаться, граф?

— Я хочу помочь вам вернуть судоходную верфь.

Он замолчал ненадолго, а затем еле слышно ответил:

— Вообще-то бабушка меня предупреждала, чтобы я о верфи и думать забыл. Что-то там нечисто.

Я уверил его, что лучше поговорить об этом с глазу на глаз. Мы договорились завтра встретиться.

Я сделал еще десять звонков, но дозвонился только до трех. Двое тоже согласились встретиться. А третий уехал жить в Краснодар и сказал, что не хочет даже слышать про дельца и уже смирился с тем, что никогда не сможет вернуть свой алюминиевый завод. К тому же он говорил со мной так осторожно, будто боялся, что я имею отношение к Бивневу.

— У меня нет претензий к господину Бивневу. Мы заключили сделку. Я собственноручно подписал все документы.

— Но вас же обворовали! Неужели вы смиритесь с тем, что Бивнев применил против вас ментальную магию и заставил подписать документы?

— Ментальную магию? — задумался он.

— Да, он незарегистрированный менталист.

— Ублюдок! Подонок! Скотина! Убью гада! — вспыхнул мужчина. — Что надо делать? Я все сделаю, чтобы наказать эту мразь!

Мы договорились, что, когда жалоба будет готова, он придете в Екатеринбург и все подпишет.

В течение часа я обзванивал всех по списку, но смог назначить встречу только восьмерым. Некоторые проживали в других городах, поэтому не могли завтра приехать, но попросили держать их в курсе дел. Пятеро согласились поучаствовать в расследовании только после того, как подпишут остальные. Так как они боялись выступить против дельца. Еще трое наотрез отказались. А также были номера, которые уже не работали.

— Ну хоть кто-то, — устало выдохнул я, выключил телефон и откинулся на подушки.

Время было уже десять часов вечера и слипались глаза, но я заставил себя встать, одеться и пойти к порталу. По пути решил, что сегодня не буду задерживаться и в полночь вернусь домой.

На первом уровне изнанки меня ждало теплое светлое утро. Я решил, что больше не буду прятать шубу в лопухах, а разденусь в своем доме. Кстати, там же можно устроить место отдыха, только надо прибраться и расшугать мышей.

Заспанные охотники неторопливо шли к воротам, громко зевая и почесываясь. По пути к дому встретил старосту, который напомнил, что я обещал продать ему макр, добытый на втором уроне.

— Вон, Серега тоже пошел к порталу. Идите вместе, а то там опасно.

— А здесь не опасно? — усмехнулся я.

— Везде опасно. Даже на лице, — кивнул он и поплелся к воротам.

Я зашел в дом, повесил шубу на гвоздь под потолком и осмотрел фронт работ. Во-первых, надо вынести все кирпичи. Печка здесь без надобности, лето круглый год. Если захочется вскипятить чайник или сварить суп, то лучше принести горелку. Во-вторых, застеклить треснутое окно. В-третьих, вымести сор, пыль и паутину. И, наконец, притащить что-нибудь из мебели. Диван, например, или тахту, а то кроме стола и лавки ничего нет.

Я вышел из дома и зашагал к порталу на второй уровень. Едва переместился, сразу почувствовал неладное. Вдали, возле ворот слышались крики.

Я опрометью бросился туда и увидел через открытые ворота огненные всполохи и молнии.

— Еще лезут! Серега бей! — услышал я крик.

Один из охотников забежал обратно под купол и закрыл за собой ворота. Он был ранен в ногу и волочил ее.

— Что там происходит? — подбежал я к нему.

— Прикинь, эти твари засаду нашим устроили, — его трясло. — Лекарь! Иди сюда!

Я не стал больше ничего выспрашивать и бросился к воротам. Руны горели ярким синим пламенем. Я выглянул и увидел, что сразу за воротами стоят охотники и бьют по монстрам не только оружием, но и магией. Однако сегодня туман был еще более непроглядный, поэтому монстров было сложно убить. А их, по-видимому, было очень много.

Меня увидел Серега и замахал рукой.

— Давай, студент, присоединяйся! Там где-то трое наших застряли. И откуда тварей столько привалило?

Вдали слышались рык, крики, звуки борьбы. А может и не вдали, а всего в нескольких метрах. Из-за тумана сильно осложнялось восприятие.

Я перехватил катану двумя руками и зашагал вперед, кромсая все вокруг. Кроме больших тварей, с шипением и ревом бросающихся на меня, были также мелкие, которые путались под ногами и хватали за штанину или ботинки. Пока пробирался вперед, убивая монстров, не забывал вытаскивать макры, выковыривать глаза и срезать все внутренности, что попадались под руку. Некогда было разбираться, где и что, поэтому хватал все и совал в мешок.

Между тем крики охотников стали ближе. Среди них слышался голос старосты.

Я повернулся к Сереге, который шел рядом, ловко орудуя боевым топором и магическим молотом.

— Мне послышалось или староста тоже здесь?

— Да, решил в кое-то веки пойти на охоту и на тебе. Вроде тупые твари, неорганизованные, а уже второй раз в кольцо охотников берут.

Вскоре мы прорвались к охотникам, которые от усталости едва держались на ногах.

— О, братцы, спасибо, что выручили, а то я уже думал – всё, пора тапки белые надевать, — усмехнулся молодой охотник, которому я в прошлый раз обменял туши монстров на глаза и пузырь.

— И сожрали бы тебя вместе с ними — попытался разрядить обстановку и парни усмехнулись.

Я подхватил старосту, с прозвищем дядька Кирпич, под руку и потащил к воротам. Он с трудом передвигал ноги и тяжело дышал. Мы шли медленно, потому что надо было обходить или переступать трупы монстров, которых мы убили по пути, поэтому немного отстали от остальных, но вокруг было тихо. Похоже, монстры отступили.

Уже у самых ворот он отпустил мою руку и велел:

— Дальше я сам. Не хочу выглядеть, как немощный старик. Все-таки я староста. Ты лучше створку попридержи.

Я кивнул и пошел вперед. Охотники как раз затаскивали тушу чешуйчатого монстра. Я подошел к ним и взялся за створку, но тут совершенно бесшумно из густого тумана выскочила огромная тварь с удлиненной мордой и бросилась к нам.

— Бегите! — крикнул староста и выпустил в монстра воздушную воронку. Однако в это же время монстр резко пригнулся и стрелой ринулся к нам, распахнув пасть с тремя рядами острых зубов.

— Не-е-ет! — дядька Киприч прыгнул перед ним и занес боевой топор.

Но ударить монстра не успел, тот снова сделал рывок и просто схватил руку с топором. Староста закричал от адской боли, а я перехватил катану, в три прыжка добрался до твари, и двумя ударами отсек голову. Пасть раскрылась, и староста смог освободить прокушенную насквозь руку.

— К лекарям его! — закричал я и опустился рядом с ним.

Побледневший староста лежал на земле и прижимал раненную руку к телу. Между тем, охотники откуда-то принесли носилки, аккуратно положили на них старосту и понесли к порталу. Я смотрел им вслед и думал, как же я ошибался насчет дядьки Кирпича. Он не отошел в сторону, а преградил путь монстру, спасая нас. На это был способен только смелый человек, который готов пожертвовать собой, чтобы спасти жизнь другому. А то, что он немного скуповат – это ничего. На это можно иногда закрывать глаза.

— М-да, целый день уйдет на то, чтобы разделать туши, — сказал охотник и встал рядом со мной.

Я огляделся. То ли я привык, то ли туман немного рассеялся, но я стал лучше видеть то, что творилось вокруг.

— Как теперь разберешься, кто кого убил? — продолжал охотник.

— Надо сначала вытащить макры из тех, кого точно знаешь, что сам убил, а насчет оставшихся подумаем, — предложил я.

Трое охотников начали выискивать своих убитых, а я подошел к тому, который прокусил руку дядьки Кирпича. Я осмотрел гигантскую голову и еще раз поразился тому, насколько легко меч разбудил толстенный хребет.

Макров оказалось два. В голове средний, а в груди огромный. По моим примерным подсчетам два макра можно будет продать за семьсот рублей старосте с первого этажа или за тысячу на рынке.

Я прошелся среди трупов и нашел еще двух монстров, которых сам убил, и достал кристаллы. Между тем остальные охотники затаскивали монстров под купол, чтобы разделать их в спокойной обстановке.

Осталось несколько монстров, которых никто не мог признать своими.

— Не-е-е, ну если я щас этого раскрою, то потом пусть на меня никто не обижается. Даже если макра не найду, то хотя бы шкуру и внутренности заберу, — сказал один из охотников.

— Подожди, не торопись. Алик же еще не вернулся. Это, наверное, его монстры.

— Не-е-е, Алик бил куда попало. Сильно сомневаюсь, что он хоть в кого-то попал.

— Ты пока своих разделай. Эти никуда не убегут.

Пока они думали и разбирались, я вытащил глаза и аккуратно срезал все внутренние органы со свой добычи.

— Отдаю тушу со шкурой в обмен на глаза и желчные пузыри! — объявил я.

Двое с радостью согласились на обмен, поэтому я уже через десять минут вышел из портала на первый уровень.

Филя со старостой тут же бросились мне навстречу.

— Что там у вас произошло? Что с Кирпичом? Он же на охоту не ходит, — спросил встревоженный староста.

Я рассказал, что случилось с охотниками и про подвиг дядьки Кирпича.

— О-хо-хо, как же он так-то? Надеюсь, выкарабкается. Не хотел бы я быть старостой на втором уровне. Здесь лучше всего.

Они проводили меня до дома, где я оставил внутренности и взял шубу. К порталу мы шли вдвоем с Филей.

— Я тоже завтра на охоту пойду. Надоело дома без дела сидеть, — сказал он.

Я кивнул, погруженный в свои мысли.

— Ты чего такой смурной? Из-за Кирпича? Не волнуйся, поправится. Пока его несли, я мельком взглянул, так у него кости целы, а лекари раны быстро подлечат.

— Не только из-за него. Просто сегодня день какой-то… дурацкий.

Российская империя. Город Екатеринбург

Мужчина сидел в кресле с высокой спинкой и не сводил взгляда с подчиненного. Тот переминался с ноги на ногу и пытался объяснить то, что случилось.

— …так Севка мимо проходил. Женщина там верещала, и парень какой-то стоял.

— Давай еще раз и без спешки. Сегодня убили Женьку-шныря, так?

— Да, — кивнул он.

— Прямо посреди белого дня на оживленной улице?

— Не совсем. За углом, но рядом с оживленной улицей, — несмело поправил подчиненный.

— Понятно… Затем Сева, который работал с Женькой в паре видел, как возле него стояли молодой парень и толстуха. Верно?

— Да. Толстуха ревела и звонила, а парень просто стоял и смотрел. Кстати, Сева сказал, что Женька у него сумку отобрал.

— Так, значит парень и убил.

— Скорее всего. Больше некому.

— Опиши-ка мне его, — попросил мужчина и вперился в него ледяным взглядом.

— Ну-у, молодой, высокий. Волосы черные, нос прямой. В шубе соболиной был.

Мужчина резко откинулся на спинку кресла и раздраженно выдохнул.

«Неужели, это тот же парень? По описанию очень похож. Это что же получается? Он следит за моими людьми? Одних – вырубает, других – убивает. Кем он себя возомнил? Народным мстителем?» — размышлял он.

— Можешь идти, — обратился он к тому, который докладывал ему новости.

Подчиненный поклонился и вышел, а мужчина нажал на кнопку коммутатора:

— Аллочка, Палыча ко мне. Срочно!

— Хорошо.

Вскоре послышались тяжелые шаги и в дверь постучали.

— Заходи!

Палыч приоткрыл дверь и бочком зашел в кабинет.

— Вызывали?

— Ты слышал про Женьку-шныря? — сухо спросил мужчина.

— Да, слышал. Только три месяца успел на нас поработать.

— А что он вообще там делал?

— Они с Севой учились сумки уводить. Я их научил, как быстро менять облик и сумку напарнику передавать. Второй день тренировались.

— Значит, они случайно наткнулись на того, кто на Весенней наших убил?

— Получается, что случайно.

— А сумка где?

— Не было никакой сумки. Женька у него пакет с продуктами вырвал.

— ЧТО?! — взревел мужчина.

— Случайно вышло. Я же сказал, они просто тренировались, — Палыч весь покрылся испариной и у него затрясся подбородок.

— Идиот! Ты чему их учишь? Мне нужны ловкие воры, которые смогут тырить то, что мне нужно. Мне продукты нужны?! Отвечай! Мне нужны колбаса и макароны?! — мужчина раскраснелся и брызгал слюной, распаляясь все сильнее.

Палыч опустил голову и молчал.

— Я столько времени, сил и денег трачу на то, чтобы создать опытную, эффективную и хорошо обученную армию, а они у тебя продукты на улице отбирают? Пусть смерть этого недоноска будет всем уроком! Особенно для тебя. Для чего я тебя поставил на такую высокую должность? Чтобы выслушивать нелепые объяснения по поводу отребья, которое ты понабрал неизвестно откуда?

Палыч продолжал молчать. Он знал, что надо просто перетерпеть и помолчать. Его господин хоть и вспыльчив, но быстро остывает.

— Что-нибудь еще вспомнил тот ушлепок, который своих сдал?

— Нет, только и твердит про высокого молодого брюнета с молниями.

— Как думаешь, это тот же, что с мечом по кондитерским ходит?

— Не знаю. Но если их сразу несколько, таких героев объявилось, то кто-то решил потягаться с нами. В ваших кругах никто новый не объявился?

— Нет, все спокойно… Ладно, иди, — выдохнул мужчина.

Однако Палыч поднял голову и, замирая от страха, тихо произнес:

— У меня еще новости есть.

— Надеюсь, хорошие? — мужчина оттянул галстук, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и откинулся на спинку кресла.

Палыч решил не отвечать на вопрос, а сразу приступил к делу:

— Мне доложили, что Лягушонок заинтересовался Бивневым. Дал задание проверить, действительно ли он менталист и зарегистрировали его или нет?

— А почему он им заинтересовался? — послышался напряженный голос.

— Я не знаю, но мне также доложили, что кто-то обзвонил тех, с кем работал Бивнев, и пригласил завтра на встречу.

— Этого только не хватало… Значит так, выяснить, кто мутит воду и записать разговор встречи. Не нравится мне это. Ох, как не нравится.

— Что с Бивневым будем делать?

— Пока ничего, но если тучи будут сгущаться, то его надо будет убрать, чтобы не взболтнул лишнего, если ему яйца дверью прищемят.

— Ясно. Могу идти?

— Иди.

Российская империя. Уральская магическая академия

Я переместился на нулевой уровень и, подняв воротник, поспешил домой. Хотел сегодня раньше лечь, но снова не получилось. На часах было уже без четверти два.

Позже, лежа в кровати я обдумывал происшествие в городе. Даже прогуливаясь и наслаждаясь погодой, я не терял бдительность и за всем наблюдал. Возле двери в магазин я почувствовал на себе чей-то взгляд. Мне не могло показаться и своим ощущениям я всегда доверял. Меня они ни разу не подводили. Значит, за мной снова кто-то следит. Интересно, где сейчас Трясогузкин? Может, это он?

Но, чем больше я думал об этом, тем больше убеждался, что ошибся. Трясогузкин подлый и трусливый. Он может действовать только исподтишка и никогда не пойдет на прямое столкновение, а тем более не убьет человека на улице таким способом. Я вновь вспомнил то, что увидел, когда забежал за угол: умирающий вор с перерезанный горлом, лужа крови и продукты, разбросанные вокруг.

«А вдруг это не имеет ко мне никакого отношения, и вор погиб от руки подельника или карателя, а я просто оказался рядом? Скорее всего так оно и есть», — подумал я и, успокоившись, заснул.

Глава 4

Российская Империя. Уральская Магическая Академия.

Утро началось с крика. Я спросонья вскочил и, не разбирая дороги, ринулся на кухню.

— Что случилось?! — выпучив глаза, заорал я.

— Ничего, — ответил Егор и поставил кружку с чаем на стол. — Я просто рассказывал Сёме, как ты шестерых бугаев в баре положил.

Семен закивал и испуганно посмотрел на меня:

— Ваше Сиятельство, простите, что напугали.

— Это я виноват. Слишком вошел в роль, — Егор развел руками.

— Но я слышал крик. Кто кричал? — я переводил взгляд с одного на другого.

— Никто не кричал. Просто я перестарался с объяснениями.

Я усмехнулся и сел за стол напротив него. Семен тут же положил передо мной столовые приборы.

— Ты чего так рано пришел? — спросил я, намазывая на поджаренный хлеб толстый слой вишневого джема.

— Не спалось. Вышел на улицу и увидел, как Семен крыльцо подметает. Вот и напросился к вам. Скучно мне одному. Я даже подумываю в общагу перебраться, чтобы было с кем чай попить, а то все один да один.

— А в общагу ты сможешь своих девчонок водить? — усмехнулся я.

— Об этом я не подумал, — признался он. — Эх, придется остаться. Хорошо, что вы рядом. Не так скучно.

Тут в моей спальне зазвенел будильник.

— Я выключу, — сказал Семен и выскочил в коридор.

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросил Егор и подлил себе чая.

Я глубоко вздохнул, вспомнив, что мне сегодня предстоит разговаривать с потерпевшими и уговаривать их свидетельствовать против Бивнева. Прокурор обещал выделить охрану для тех, кто боится за свою жизнь. Думаю, его тоже надо пригласить на встречу и всем вместе обсудить дальнейшие действия. Люди должны почувствовать нашу с Олегом поддержку и понять, что я не сдамся и доведу дело до конца.

Я вспомнил слова Бивнева: «Я вас, графьев, всех под ногтем держу. Ваше место у меня под каблуком». А не потому ли он так зол на «графьев», что его родной отец - граф от него отрекся? Вполне возможно, что гнусная натура дельца подталкивала его к таким действиям. Или все же через него действовал его тайный покровитель? Как бы то ни было, рано или поздно я это выясню.

— Ты чего застыл? — выдернул меня из раздумий Егор.

— Да так задумался. О чем ты спрашивал? — я откусил тост, с которого джем уже вытек на стол и застыл каплями.

Однако Егор махнул рукой и сказал, чтобы я поторапливался, а то на занятия опоздаем. Я в два глотка допил чай, быстро переоделся и, прихватив мобилет для Евы, зашагал к двери. Егор уже стоял на крыльце и жаловался на холод.

— Когда на охоту пойдешь? — спросил он, когда мы зашагали к общежитию Евы.

— Сегодня ночью, а что?

— Я пойду с тобой, но не чтобы охотиться, а чтобы погреться на солнышке. Что-то надоела мне эта зима. Через месяц-два морозы станут еще сильнее, а во втором полугодии через день будет подниматься очень сильный ветер. И что за идиот придумал построить академию в таком месте?

— Ты не читал историю создания академии? — спросил я и с досадой вспомнил о том, что мне еще надо вернуть книгу в библиотеку. Но как я ее сдам без обложки? Может, попробовать ее приклеить обратно, когда не надо будет больше прятать документы?

— Пролистал брошюрку, но там какая-то сказка написана про Лисицу, — пожал плечами Егор.

— В полной версии легенды написано, что рядом с академией находится место силы. Интересно, это тоже вымысел или есть такое место?

— Уверен, что вымысел. Одно хорошо, тварей здесь нет. Наверняка только потому, что холод они не выносят. Впрочем, как и я.

Мы подошли к общежитию Евы как раз, когда она выходила на улицу.

— Привет! — поздоровалась она и удивленно уставилась на мобилет в подарочной коробке.

— Привет. Это тебе, чтобы больше не пропадала, — подмигнул я и протянул ей коробку.

Ева подошла ко мне вплотную, сняла крышку и ахнула.

— Розовый мобилет?!

Егор тоже заглянул в коробку и весело сказал:

— Я бы тоже не отказался от нового мобилета. Только розовый мне не к лицу. Лучше синий или черный.

Ева крепко обняла меня, повторяя несчетное количество раз слово «спасибо», затем аккуратно вытащила мобилет из коробки и убрала в сумочку.

— После пар разберусь, что к чему и первый же звонок сделаю тебе, — пообещала она и прижалась к моей руке.

Мне было приятно от того, что удалось порадовать девушку, но радость продлилась недолго. У входа в академию мы встретили Зинаиду.

— А, Големов, здравствуйте! Давно не виделись. Например, мы должны были встречаться позавчера на полигоне. Я прождала полчаса, но вы так и не явились. Как вы можете это объяснить? — она пробуравила меня строгим взглядом.

Я не успел открыть рта, как заговорила Ева:

— Погодите, но ведь я предупреждала декана, что Рома не придет на занятия. Разве вам не передавали?

— Мне никто ничего не передавал, так что…

— Вы правы, — прервал я ее, оттеснил Еву и улыбнулся. — Я прогулял, поэтому готов понести наказание.

— Хорошо. Сейчас идите на полигон, а я пока придумаю, чем бы вас занять на всю следующую неделю. Кстати, вы не забываете проверять двери? — подозрительно уставилась она на меня.

— Конечно, нет! — я так убедительно соврал, что сам себе поверил. Хотя вчера я точно никаких дверей не проверял. Вообще мне это задание не нравилось. Ерунда какая-то. Что можно унести из аудиторий? Парту или указку? А захотят подложить что-нибудь, сделают это на перемене.

Я попрощался с Евой и Егором и зашагал за Зинаидой к платформе.

— Что сегодня будем изучать? Шаровую молнию?

— Нет, до шаровой молнии еще дорасти надо. Мы с вами будем готовиться к квартальному зачету. Он легкий, но все равно надо потренироваться, — сказала она и уткнулась в ворот манто, чтобы спастись от ледяного ветра.

— Что за зачет? В первый раз слышу, — признался я.

— Каждый квартал студенты демонстрируют комиссии то, чему они научились. По результатам зачета будет принято решение, будет дальше учиться студент или нет.

— Ну, у меня точно не будет с этим проблем, — махнул я рукой.

— Я бы на вашем месте не была так уверена. Бывало, что студент перенервничал и не смог ничего показать. Правда, дается еще один шанс сдать зачет, но это не значит, что надо расслабляться, — строго сказала она.

Я кивнул и показал на подъезжающую тарантайку.

Последующие два часа я упражнялся на полигоне, пытаясь попасть в центр мишеней. Мне удалось это сделать лишь три раза, но уже к концу занятий я выявил одну закономерность. Молнии чередовались. Если первая попадала в верхнюю часть мишени, то следующая била вниз и только третья прямо. То есть теперь я точно знал, куда направлять руку, чтобы попасть в центральный круг мишени.

Я хотел еще немного позаниматься, но у входа уже в нетерпении топтался следующий студент. Зинаида сказала, что после выходных будут известны задания на зачет и велела подготовиться.

— Почитайте теорию и морально подготовьтесь. Если вы провалите зачет, то мне придется писать объяснительную, почему мой студент не научился основам управления молниями, — строго сказала Зинаида.

Я заверил ее, что обязательно подготовлюсь и точно с первого раза сдам зачет.

— А на охоте я хорошенько потренируюсь, — тихо добавил я и зашагал к тарантайке.

Сегодня я ехал в город один, поэтому решил воспользоваться услугами такси, что стояли у платного портала. Во-первых, по цене было одинаково, но таксиста надо было долго ждать. А, во-вторых, после вчерашней охоты таз был доверху наполнен внутренностями монстров и их надо было распихать в два мешка. И на территории академии мне с таким количеством трофеев лучше не появляться.

Я сбегал до дома, наскоро перекусил и зашагал к порталу. По пути позвонил прокурору.

— Нельзя с ними встречаться на виду у всех. Они и так всего боятся, — сказал Олег после того, как согласился поприсутствовать на встрече.

— Где же мне их собрать?

— Есть у моего ведомства несколько конспиративных квартир. Я выясню, которая из них свободна и перезвоню тебе.

Я сбросил звонок и переместился на первый уровень. Охотились обычно с утра, поэтому сейчас в домах слышались разговоры, некоторые охотники сидели и курили возле заборов, а староста неспеша прохаживался от одного к другому.

Меня уже встречали, как родного, и каждый обязательно хотел что-то со мной обсудить, или о чем-то посоветоваться. Только через двадцать минут я добрался до дома на первом уровне изнанки и, распихав внутренности в мешки, зашагал к платному порталу.

На этот раз сигнализация не сработала и на меня никто арбалетов не направлял. Я спокойно вышел, добрался до кассы и заплатил за вход, а точнее за выход.

За крепостной стеной я направился прямиком к таксистам.

— Здорова! — поздоровался я одного из них.

— Куда поедем? — спросил водитель, когда мы выехали за пределы стены и помчались в сторону города.

— На восточный рынок.

— А, может, к моему скупщику? Я с ним поговорю, он тебе больше предложит, чем на рынке. Эти торгаши только для виду торгуются, а на самом деле уже заранее договариваются на какой цене остановятся и кто из них победит.

— Я подумаю, а сейчас вези меня на рынок.

Было видно, что водитель немного расстроился, но виду не подал и спросил, ждать меня или нет.

— Нет, не жди. Я задержусь по делам.

Вдруг завибрировал мобилет. Это был прокурор Олег.

— Запомни адрес и не подъезжай к дому на такси, а пройди пешком пару кварталов. И остальных предупреди, чтобы так же сделали. Я в этом городе уже никому не доверяю, — прошептал Олег.

Он несколько раз повторил адрес, чтобы я запомнил и отключился.

После полудня я вылез из машины, забрал из багажника мешки с внутренностями и зашагал к уже знакомым старикам. По обыкновению, те сидели на ковре, скрестив ноги, пили чай и закусывали восточными сладостями. Увидев меня, старики обрадовались и принялись наперебой приглашать к их столу. Я ответил, что у меня совсем нет времени и раскрыл перед ними мешки с внутренностями. У обоих жадно загорелись глаза, и они принялись торговаться.

— Двести – хорошая цена. Больше никто не предложит, — уверял один.

— Да, двести – хорошая цена, а двести двадцать еще лучше! Продай мне за двести двадцать.

После слов водителя о том, что продавцы на рынке обо всем договариваются заранее и только разыгрывают торг, я стал внимательнее наблюдать за ними и вскоре удостоверился, что это правда. Ругаясь и активно жестикулируя, они на пальцах показывали друг другу реальную стоимость, и кто из них остановится.

— Отдам за триста, а если откажетесь, пойду к другим, — предупредил я и сделал вид, что хочу обратно завязать горловины мешков.

Оба вмиг притихли и согласились. Каждый вытащил из кармана по сто пятьдесят и отдал мне. Пришел черед продавать макры. Их было немного, поэтому уместились в карманах шубы и пиджака.

— Я их добыл со второго уровня, а это значит, что и стоят они соответственно, — предупредил я.

Старики на этот раз зашикали на меня, чтобы больше никто не подошел и не вмешался в процесс купли-продажи, и еле слышно предложили:

— Две тысячи за все. Больше никто не предложит. Если хочешь, то можешь пройтись или к скупщикам сходить, но я тебе честно говорю, — полушепотом заверил один из стариков.

Я и сам уже неплохо разбирался в стоимости кристаллов, исходя из их размеров и яркости, поэтому примерно эту сумму и предполагал. Сделав вид, что обдумываю их предложение, я подтолкнул их сделать мне еще одно.

— Две двести. По рукам? — старик протянул морщинистую руку и выжидательно уставился на меня.

— По рукам, — кивнул я и ответил рукопожатием.

Я забрал деньги и зашагал к выходу, по пути обзванивая людей, с которыми намеревался встретиться. Четко проинструктировав каждого, как действовать, я убрал мобилет в карман и спросив у прохожего, где находится улица Скалистая, быстро зашагал в том направлении.

Российская Империя. Город Екатеринбург

— Аллочка, кто сидит в приемной? — мужчина полулежал на диване с закрытыми глазами и тер виски. У него с утра жутко разболелась голова.

— Игорь Павлович пришел. Впустить или пусть позже подойдет?

— Впусти, — он убрал палец с кнопки коммутатора, который переставил на пол возле дивана.

Дверь бесшумно приоткрылась и в кабинет протиснулся Палыч.

— Добрый день, господин! — склонил он голову.

— Какие новости? — слабым голосом спросил мужчина, приоткрыв один глаз.

— Мы выяснили, кто назначил встречу людям, связанным с Бивневым.

— И кто же это? — каждое слово давалось с трудом. Однако эту болезнь не смог победить ни один лекарь. Это даже была не болезнь, а проклятье. Его наложила на него одна старая магиня, дочь которой он убил когда-то в юности.

— Граф Роман Големов. Он студент УМА. Учится на первом курсе.

— И зачем ему это надо?

— Несколько лет назад его мать продала рудник. Видимо, он решил, что сможет его вернуть.

— А зачем ему остальные? Что ж он сам не подал документы?

— Этого я не знаю, но предполагаю, что он хочет, чтобы они пошли, как свидетели.

— Передай информацию Бивневу. Пусть сам решает свои проблемы. Все нужные контакты у него есть.

— Хорошо.

— Ты еще должен был выяснить, кто расправу на Весенней устроил, Ваньку с Лехой поймал и Киру сдал. Есть какие-нибудь новости?

— Пока ничего не известно. Все документы по расследованию хранятся у Лягушонка. У нашего информатора нет доступа в его кабинет.

Мужчина протяжно выдохнул. Очередной приступ пульсирующей боли расползся по голове и пропал в районе шеи. Он бы отдал все, чтобы избавиться от нее раз и навсегда, но до сих пор не нашел того, кто смог бы ему помочь.

— Как же меня достал этот новый прокурор. Не надо было убирать старого, на него хоть можно было надавить, а на этого пока нечем надавить. Искать лучше надо, Палыч.

— Ищем, господин.

— А что насчет убийцы Женьки? Как идет расследование?

— Расследование в тупике. Никто ничего не видел и не знает.

— Чем хоть убили-то?

— Орудие убийства не нашли, но порез ровный и глубокий. Следователь склоняется к версии, что это может быть что-то типа меча или сабли.

— Не нравится мне все это. Не люблю я тайн и загадок на пустом месте… Ладно, разберемся. Не забудь Бивневу передать, что под него студент копает.

— Не забуду, господин, — поклонился Палыч и вышел из кабинета.

Мужчина выдохнул и снова удобно устроился на диване. В тишине и темноте было гораздо легче переносить адские муки магической головной боли.

Российская Империя. Город Екатеринбург

Я дошел до нужного дома, осмотрелся и забежал в подъезд. Красная дверь на первом этаже была приоткрыта. Именно туда мне и надо было.

Олег, в компании трех охранников, ждал меня на входе и сразу же отвел в дальнюю комнату, в которой не было окон. Квартира была старая и грязная, но меня это мало волновало. Главное, чтобы задуманное удалось. В течение получаса явились все приглашенные.

Я начал с того, что разложил перед людьми все документы, которые удалось собрать сыщику и подробно объяснил, что к чему. Потерпевшие, все как один, подтвердили, что при общении с дельцом чувствовали себя очень странно.

— На следующее утро я даже забыла, что продала свою ткацкую фабрику и как обычно с утра поехала туда. Но меня не впустили, — пожаловалась моложавая женщина и вытерла слезы ажурным платком.

— А я только через два дня осознал, что натворил. Хотел было подать на Бивнева в суд, но мне позвонили и пригрозили, чтобы я не рыпался иначе пострадают мои дети, — сказал крепкий мужчина и сложил руки на груди.

— Наши теплицы, в которых мы тоннами выращивали помидоры и огурцы, продала моя мама после смерти папы. Я пыталась повлиять на нее, ведь дохода кроме теплиц у нас не было, но она будто не слышала меня. А сейчас мы живем на то, что удается заработать мне, — подала голос молоденькая девушка.

Все поделились своими историями и выразили готовность выступить против дельца. Олег лично с каждым обменялся номерами мобилетов и сказал, чтобы они позвонили, если Бивнев или его подельники объявятся и начнут угрожать или давить. Также он помог составить жалобу в Службу Имперской Безопасности.

— Я прослежу, чтобы этот документ благополучно добрался до Москвы и попал в нужные руки, — заверил Олег.

Я пообещал держать всех в курсе дел, и приглашенные друг за другом покинули квартиру.

— Начало положено. Теперь он от нас не уйдет, и я очень надеюсь, что со страху начнет делать глупости и раскроет своего покровителя, — сказал прокурор и пожал мне руку.

Я вышел на улицу и зашагал обратно к рынку, чтобы оттуда вызвать такси и съездить до оружейного магазина за броней, покупку которой я так долго откладывал.

Через полчаса я уже зашел в магазин. Пока продавец что-то обсуждал с покупателем, я подошел к стойке с броней. Какую выбрать? Некоторые охотники предпочитали тонкую кольчугу, кто-то завязывал кожаные вставки, а были и те, кто ходил в бронежилете.

Как только продавец освободился, то сразу же подошел ко мне и поздоровался.

— Присмотрели что-нибудь?

— Не могу выбрать, — честно признался я.

— Тогда осмелюсь предложить самый лучший товар.

Он подвел меня к дальней стойке и показал на… кольчугу.

— Так у вас этого «лучшего товара» двадцать штук, — кивнул я назад.

— Не-е-ет, они разные. Вы только посмотрите, какая она тонкая. И весу в ней почти нет, — продавец снял кольчугу и протянул мне.

Кольчуга, действительно, была очень легкая и тонкая, хотя была выполнена из металлических колец.

— Да вы примерьте. Ее даже можно под рубашку спрятать. Никто не догадается, что на вас броня.

Я все-таки решил попробовать, поэтому снял шубу, пиджак и надел кольчугу на рубашку. Было ощущение, что на мне просто свитер.

— Ну как? — не спускал с меня взгляда продавец.

— Беру, — кивнул я.

Продавец обрадовался и побежал к кассе.

— С вас пятьсот рублей.

— Пятьсот?! Почему так дорого? — возмутился я.

— Ну, я же сказал, что это мой лучший товар.

Мне понравилась кольчуга, поэтому я заплатил и вышел на улицу. Таксист сидел в машине и читал журнал.

— Куда теперь? — спросил он.

— К академии.

Весь обратный путь я размышлял над тем, как сказать матушке, что я, как глава рода, подписал жалобу на Бивнева. Я не мог этого сделать до совершеннолетия, но теперь я имел на это право. Она, конечно же, начнет паниковать и причитать, но другого выхода я не видел. Рудник принадлежал нашему роду и, благодаря ему, мы не знали нужды. Однако сейчас мне приходилось охотиться по ночам, но не для того, чтобы покупать себе дорогие вещи или развлекаться, а чтобы оплачивать самое необходимое.

Таксист ехал медленно и аккуратно, поэтому я вскоре уснул. Уже несколько дней подряд я спал всего три-четыре часа, поэтому организм требовал отдыха.

— Приехали, — сказал он и остановился.

Я продрал глаза, потянулся и посмотрел на улицу. Было темно, шел сильный дождь, от сильных порывов ветра качались деревья.

— У вас зонта не найдется? А то не хочется мочить шубу. Мне в ней еще по морозу до дому бежать.

— К сожалению, нет. Был когда-то, но кто-то забрал и не вернул.

Я расплатился, открыл дверь и побежал к порталу. Машина поехала обратно. Однако я не успел добежать до портала всего пару метров, как увидел боковым зрением какое-то движение и вовремя отскочил в сторону. Огненный шар пронесся мимо и, ударившись о землю, разлетелся прожигающими искрами в разные стороны. Я мгновенно активировал свои дары от зеркального голема и выпустил молнию в ту сторону, откуда прилетел шар.

Молния угодила в дерево, отчего оно тут же загорелось. Я остановился и пытался разглядеть того, кто напал на меня. Но в полутьме и под сильными струями дождя, этого было сделать невозможно.

Однако я знал, что он рядом и пытается снова отправить в меня огненный шар. Мне этого и надо было. Во-первых, так он выдаст свое местоположение. А, во-вторых, его шар будет таким слабым, что скорее всего даже не долетит до меня. Не зря Зеркальный голем наградил меня даром «Поглощения».

Но, оказывается, враг был не один, поэтому вместо шара в меня полетели пули. Одна пуля пролетела так близко, что я услышал щелчок и свист. Обернувшись, я увидел вспышку, с которой вылетела из ствола вторая пуля, и вмиг отправил в ту сторону молнию. Пуля угодила мне в грудь. Падая, я услышал резкий крик и вспышку.

Глава 5

Российская Империя. Город Екатеринбург.

От удара пули меня слегка пошатнуло. Хорошую кольчугу я купил. Похоже она поглощает энергию от физических атак. А вот им не стоило так поступать. Того, что решил меня подстрелить я поджарил молнией, остался маг.

Я рванул к нему, и в меня тут же полетели два огненных шара. Правда, они были намного меньше, чем первый, но все еще представляли большую опасность. Я прицельно ударил по ним молнией, а затем еще одну выпустил в мага. Однако тот ловко увернулся и скрылся в темноте.

Но тут я услышал в голове чужой голос:

— Посмотри, как красиво вокруг. Разве стоит тратить свою жизнь на войну? Лучше хорошенечко отдохнуть и поспать. Да пошло оно все. Пусть кто-то другой бегает, как шавка. А я хочу отдохнуть. Я ведь это заслужил. Никто другой не сделал столько сколько я. Спать, я хочу спать, и пусть весь мир подождет.

«Ты бы мне еще колыбельную спел, дебил!» — подумал я, сбрасывая жалкие потуги этого недоменталиста. Он что, правда, решил. Что может копаться в моем сознании? Поджарить ему мозг, что ли? Хотя зачем самому париться? У меня ведь есть отличный дар от зеркального голема. Недолго думая, я задействовал свой дар «Отражение». Голос тут же пропал. Пусть теперь он борется со своими же навязчивыми мыслями, а я его пока найду и после мы вдумчиво побеседуем. Уверен, я смогу развеять его дурные мысли.

Я заметил, в какой стороне скрылся маг и направился туда же, внимательно осматривая все вокруг. Наблюдательность сильнейшего вампира, это куда более мощный инструмент, чем искусство следопытов. Медленно, шаг за шагом, я шел по следу, улавливая малейшие изменения. Найти человека в темноте в лесу несколько затруднительно, поэтому я решил добавить немного света и сформировал на руке короткую искрящуюся молнию.

Невысокий коренастый маг стоял неподалеку и безучастно смотрел перед собой. Видимо, его собственный дар, который я обернул против него самого же, действовал очень сильно. Я подошел к нему вплотную, но он не обратил на меня внимания.

Я повалил его на землю и наступил ему на пальцы, а после убрал воздействие дара.

— Кто вас подослал? Отвечай!

Маг снова попытался проникнуть мне в голову, но небольшое давление ногой остановило его от опрометчивых решений, и он заорал.

— В следующий раз я начну дробить твои пальцы, — зло процедил я и навис над ним. — Кто хочет меня убить?

Маг уступал мне в физической силе, но, все же, попытался сбросить меня. Я снова надавил и его палец хрустнул, после чего он заорал от боли и перестал вырываться.

— Последний раз спрашиваю, паскуда, кто вас нанял? Если ответишь, то умрешь быстро и практически безболезненно, а если хочешь испытать побольше боли перед смертью, то продолжай игнорировать мои вопросы или начинай врать. Прошу тебя, выбери второй вариант.

Я скорчил лицо маньяка и, похоже, что это в купе со сломанным пальцем дало нужный результат. Маг понял, что студент, которого ему описывали, как графского сынка учащегося на первом курсе академии, не тот, за кого себя выдает, и попытался начать торговаться:

— Я скажу, если отпустишь, — прохрипел он.

— Спасибо, что выбрал второй вариант, — я надавил пяткой и начал ее поворачивать и тут все его геройство и желание торговаться закончилось.

— Хорошо-хорошо, я все скажу… Это Бивнев. Он с нами связался и сказал, что надо проучить. А если ненароком убьем, то ничего страшного.

Я не удивился. Почему-то сразу на него и подумал. Видимо, кто-то из потерпевших или из их окружения, был связан с ним и доложил о том, что я затеял.

— Как мне найти Бивнева? — спросил я.

— Не знаю. Он мне позвонил и сказал, чтобы я здесь ждал.

— Погоди, то есть он знал, что я еду из города в академию?

— Нет. Он сказал, что студент выехал из академии и его надо дождаться у портала.

— А-а-а, получается у него есть осведомитель на территории академии, который проследил за мной! Этого стоило ожидать. Дальше рассказывай.

— А что рассказывать? Я уже обо всем рассказал, — ответил он и напрягся.

— Вы с дружком из «Лиги Алмазова»?

Тот покряхтел, но ничего не сказал, пришлось снова надавить и еще немного довернуть ступню. Снова крик и желание отвечать на мои вопросы моментально вернулось.

— Да. Мы в «Лиге». Прекрати-и-и!

— А теперь дай свой телефон. Мне нужен номер Бивнева.

— Хорошо, но он у меня в кармане брюк. Сейчас достану.

Я слегка ослабил давление, и бандит свободной рукой полез в карман, но решил воспользоваться шансом и сделать финт ушами. Он резко выдернул руку из-под моей ноги и извернувшись запустил в меня огненный шар, а потом попытался сбежать. От шара то я увернулся, но эта падаль создала его очень мощным. Видимо, вложил все оставшиеся силы в него. И как результат шар оказался очень жарким и пролетая мимо подпалил мне шубу.

Что тут скажешь… расстроил он меня. Хорошая ведь шуба… была.

В общем, я от расстройства запустил в него молнию. Вот только силы не рассчитал.

Молния полетела зигзагом, но в последний момент сделала резкий поворот и ударила бандита в спину. Кажется я изучил траекторию своих молний. И приноровился бить прямо в цель. Маг, не издав ни звука, рухнул замертво.

Я подошел и посмотрел на обугленный труп. Что-то молодое тело чересчур сильно влияет на мои закостенелые эмоции. В следующий раз надо постараться быть посдержанней, ведь я не успел взять номер телефона Бивнева. Хотя так тоже не плохо. Бивнев теперь узнает о прожаренном маге, которого он послал ко мне, и начнет нервничать. Ведь он не привык, что его планы портят. А когда люди нервничают, они совершают ошибки.

Нужно только позаботиться о своих близких и выяснить, где он находится. А когда я до него доберусь, он искренне и всей душой будет желать сдохнуть на каторге, но я не буду столь великодушен.

Я позвонил в полицию и рассказал о том, что случилось. Они пообещали приехать через полчаса. Ждать их здесь мне не хотелось, поэтому я предупредил, что пойду домой и назвал адрес, по которому меня можно будет найти.

С сожалением взглянув на тлеющую шубу, которую только что сбросил, я зашагал к порталу. Дождь лил не переставая, поэтому на мне не было ни одной сухой ниточки. Я представил, что со мной будет, если я в таком виде пойду домой, поэтому уже у портала позвонил Егору и попросил, чтобы тот принес мне сухую одежду.

— Под дождь попал, — пояснил я и сбросил звонок.

Я подобрал с земли мокрые документы и зашагал к порталу. Переместившись, опрометью бросился в здание академии. Когда добежал и закрыл за собой дверь, у меня уже зуб на зуб не попадал. На нулевом уровне снова дул сильный леденящий ветер, который поднимал в воздух мелкие острые снежинки и создавал замысловатые вихри.

Я снял мокрый пиджак и посмотрел на кольчугу, на которой осталась небольшая царапина. Стянув ее через голову и расстегнув рубашку, я порадовался тому, что так вовремя купил защиту. На груди появился небольшой синяк. Хороша кольчужка!

«Мой противник сам того не осознавая совершил огромнейшую ошибку. Он решил потягаться со мной, а это, всегда заканчивается летальным исходом для тех, кто пытается убить меня или моих близких. Что ж, кем бы ты ни был, ты сделал свой выбор и теперь ты умрешь. Я никогда не оставляю в живых своих врагов. Говорят, примета плохая. Придется вновь поохотиться и показать тем, кто решит пойти против меня, чем это для них обернется», — я улыбнулся своим мыслям.

Вскоре в фойе залетел Егор с ворохом чистой сухой одежды.

— Что случилось?

— Пойдем, расскажу.

Я открыл ближайшую аудиторию и завел туда Егора. Пока переодевался, рассказал о нападении.

— Надо что-то делать! Надо ректору рассказать, пусть охрану тебе нанимает.

— Никому не говори о том, что со мной случилось. Я сам разберусь, — попросил я тоном, не терпящим возражений.

— Но…

Он замолчал, увидев мой взгляд, не сулящий ничего хорошего. Похоже, кроме меня некому навести порядок в городе, поэтому я начну с Бивнева а заодно и ослаблю влияние «Лиги Алмазова» в этом регионе. В конце концов, нахрена мне тут эти мудозвоны под боком? У меня ж тут ленные владения скоро будут. Пора вымести мусор из избы.

Скрутив мокрую одежду, я зажал ее подмышкой, затем взял документы и порадовался тому, что все номера телефонов потерпевших сохранил в мобилете. На некоторых листах чернила расползлись.

Заперев аудиторию, мы вышли на улицу.

— А где твоя шуба?

— Не спрашивай, — отмахнулся я и с горечью подумал о том, что теперь опять придется тратиться на шубу.

Перед отъездом в академию мы с матушкой договорились, что она будет отправлять мне двести рублей в месяц на расходы. И только поднакопив сможет отправить чуть больше на покупку одежды. Надо бы сказать ей при следующем разговоре, чтобы не высылала. Наоборот, теперь я ей буду отправлять деньги.

В дверях меня, конечно же, встречал обеспокоенный Семен.

— На лице такой ливень! Пока до академии дошел, весь промок, — сказал я и отдал ему вещи.

Кольчуга же поместилась в карман пальто, поэтому я ее выложил в комод в своей комнате. Там же на подоконнике разложил документы, чтобы просушить. Хотя теперь в них большой надобности не было. Правда, в биографии сыщик указывал адрес проживания дельца, но я сильно сомневался, что он действительно жил по месту регистрации. Такой человек, как он, наверняка имеет несколько квартир.

Мы с Егором прошли на кухню и сели за стол. Семен уже суетился у плиты, накладывая нам горячий мясной суп.

— Что ты будешь делать? — тихо спросил Егор, покосившись на Семена.

— Ты о чем?

— Сам знаешь.

— Пока не знаю, но определенно что-то буду делать. Главное, что я знаю, кто за этим стоит.

— А полиции расскажешь?

— Конечно. Предпочитаю ничего не скрывать от властей и тебе советую того же, — горячий наваристый суп приятно согревал и вскоре я даже вспотел.

После ужина мы расселись в гостиной у камина. Семен снова перелистывал историю без обложки, а мы с Егором снова обсуждали случившееся.

— Не нравится мне то, что они уже не стесняются нападать у портала в магическую академию. Эта лига, похоже, считает себя неприкасаемой.

— Меня больше волнует то, что у них есть осведомители на территории академии. То есть теперь Бивневу могут доложить куда я хожу и с кем общаюсь, — я многозначительно посмотрел на Егора.

— Пусть знают. Это даже хорошо. Я тоже кое-что умею. Как-никак на четвертом курсе учусь. Нескольких по-любому завалю и живьем не сдамся.

Я улыбнулся. Приятно знать, что ты не один и есть поддержка в виде верного друга.

— Надо обязательно Еву и Сухаря предупредить, чтобы были начеку. Давай им прямо сейчас позвоним? — предложил Егор.

Подумав, я согласился. Неизвестно, что Бивнев еще придумает. Пока Егор объяснял Сухарю, как найти мой дом, я позвонил Еве. Не прошло и минуты после окончания разговора, как в дверь постучали. На пороге стояла взволнованная Ева.

— Ты что, рядом проходила? — удивленно уставился на нее Егор.

— Нет, просто не сдерживала себя, — она скинула вязаный плащ и подошла ко мне.

— Что-то случилось?

— Да, случилось. Но объясню чуть позже, когда придет Сухарь.

Она кивнула и поздоровалась с Семеном, который сразу же вскочил с кресла и предложил ей чашку чая.

— Было бы чудесно! Вы готовите удивительно вкусный чай, — улыбнулась она.

Окрыленный Семен засеменил на кухню. В отличие от Евы, Сухарь пришел через пятнадцать минут и еще жаловался, что от такой спешки у него в боку закололо.

— Главное, чтобы в этот бок никто ничего не воткнул, — строго сказал Егор.

Сухарь пробубнил что-то насчет неудачной шутки, разделся и тоже прошел в гостиную.

Как можно мягче и не вдаваясь в подробности, я рассказал Еве и Сухарю, что связался с плохим человеком, который будет пытаться убрать меня или надавить. Возможно, даже через них.

— Поэтому вы в зоне риска, — закончил за меня Егор.

— Почему это? Какое отношение мы имеем к этому барыге? — возмутился Сухарь.

— К барыге может и не имеете, а вот с Ромой общаетесь. Из-за него может и вам прилететь.

Я ожидал, что Сухарь и Ева испугаются, но вышло, наоборот.

— Как говоришь зовут его? — Сухарь вскочил на ноги.

— Бивнев Глеб Ваганович.

— Я этому Бивневу все бивни пообломаю и воткну в… не при девушке будет сказано куда! Он что думает, что с нами так просто сладить? Где мой мобилет? — он ринулся в прихожую.

— Что ты хочешь делать? — крикнул я ему вслед.

— Позвоню кое-кому, — он вернулся с мобилетом, в котором уже перебирал контакты.

— Подожди. Не торопись, — я отобрал мобилет и усадил его на место. — Я сам с ним разберусь. Вы же должны просто быть осторожнее.

Но тут завелась Ева, которая перечислила все, чему научилась в академии и что теперь ее невозможно застать врасплох.

Я усмехнулся. Для меня — бывшего вампира, они были еще дети, но такие отважные и сильные духом, что вызывали восхищение.

Мы еще немного поговорили, и я засобирался на охоту. Семену велел запереть дверь сразу же, как мы выйдем, и никому не открывать.

— Ты все слышал. Поэтому будь осторожен. Но матушке ни-ни! — приказал я.

— Само собой, Ваше Сиятельство. Вы уж будьте повнимательнее, — на прощание сказал он и запер за нами дверь.

Егор попрощался, перешел через дорогу и зашел домой. Сухарь дошел с нами до перекрестка и тоже побежал домой. Я чувствовал, что они обеспокоены и напряжены, но пусть лучше будут на страже и поберегут себя. Мне даже пришло в голову позвонить матушке и попросить ее посидеть несколько дней дома, но потом подумал, что так я ее быстрее доведу до приступа, чем спасу от Бивнева.

Я проводил Еву до двери и на прощание чмокнул в щеку. Девушка крепко обняла меня и сказала:

— Я могу тебе помочь в борьбе с Бивневым.

— Как? — поинтересовался я.

— Вот так! — прищурилась она и сделала резкий выпад в сторону.

На крыльце стоял толстый глиняный вазон, который разлетелся вдребезги от удара воздушным кулаком.

— Впечатляет. Ты мне очень поможешь, если останешься жива и здорова, а эти навыки тебе пригодятся для своей защиты. Я очень ценю то, что ты беспокоишься обо мне, но поверь, меня они при все желании убить не смогут, а вот добраться до вас, пока я буду расправляться с ними, у них имеется вполне реальная возможность, — ответил я, попрощался и зашагал в сторону портала.

Выйдя из портала, я встретил Филю, который как раз собирался на охоту.

— Прогуляюсь возле ворот и назад. Надо на что-то жить. Деньги с продажи макров уже заканчиваются, — поделился он. Похоже парень поправился и теперь может снова охотиться.

Один из охотников говорил, что у него нет семьи, а значит и нет поддержки.

Я постоял немного, посмотрел ему вслед, а затем свернул к порталу на второй уровень. В прошлой вампирской жизни у меня тоже не было семьи, и я о ней даже не задумывался. Сейчас же я не представлял жизни без родных и друзей.

На втором уровне изнанки стояла тишина. Скорее всего, после произошедшего все еще приходили в себя и не выходили на охоту. Возле одного из домов сидел пожилой охотник и играл на струнном музыкальном инструменте, чем-то напоминающим гусли. Мы поздоровались, и я спросил его о старосте.

— Живехонек. Он мужик сильный, так просто его не убить.

— Вот и хорошо, — выдохнул я и присел рядом на ступеньку крыльца.

— Охотиться пришел?

— Да, только что-то тихо у вас совсем.

— Все это время они только добычей и занимались. Разделывали, шкуру снимали, внутренности обрабатывали. Некоторые до сих пор с города не вернулись, а остальные отдыхают. Ты бы не ходил один.

— Я уже привык. Мне так спокойнее, когда отвечаешь только за свою жизнь.

— Ну, смотри сам. Если не вернешься через час, то я постою у ворот. Крикни, если помощь будет нужна. Кстати, у нас двое новых охотников. Тоже недавно вышли за купол, но совсем не разговорчивые. Даже не поздоровались, — обиженно буркнул он.

Я пообещал не задерживаться, встал и зашагал к воротам. Первое, что бросилось в глаза – не горели руны. Видимо, во время прошлой охоты здорово шуганули монстров от купола.

За воротами снова был туман, но не такой белый, как в прошлый раз. Два метра хорошо просматривались. Не успел я отойти от ворот и пяти шагов, как увидел труп монстра. — Одного завалили, — удовлетворенно кивнул я и зашагал дальше, но тут увидел еще несколько трупов. Я присмотрелся к ним и увидел, что животы монстров распороты, а содержимое разбросано по округе. Сердце, почки, желчный пузырь – все, что так ценилось у скупщиков, просто лежало в беспорядке на земле. «Похоже тут что-то не чисто. Что это за охотники, которые так разбрасываются добычей? Кажется у нас не званные гости. Ладно, посмотрим, что они задумали», — подумал я и медленно зашагал вперед.

Вокруг царила гнетущая тишина. Как же мне не хватало пения птиц и зелени густого леса с первого уровня! В следующий раз поохочусь там, вместе с Филей просто для разнообразия.

Я уже хотел обойти, кровавое месиво, которое устроили нерадивые охотники, как вдруг услышал глухой рык и чавканье. Что-то очень большое находилось рядом и кого-то жевало.

«Надеюсь, он хрустит не костями охотников-новичков», — подумал я, прежде чем увидел монстра.

Изнанка. Второй уровень.

Двое молодых, но знающих свое дело мужчин, прошли через портал и прямиком направились к воротам.

— Эй, молодчики, здорова! — послышался старческий голос.

Они мельком взглянули на старика-охотника, машущего им рукой, но ничего не ответили. Только у ворот они остановились, сняли арбалеты с плеча и зарядили их артефактными болтами. Правда, босс предлагал для надежности смазать их еще и ядом, но они отказались. Это было очень опасно и для них. В пылу битвы можно было и самим отравиться.

План, который придумал Заказчик, им не нравился, но выбора не было, поэтому приходилось действовать в текущих условиях. Они не были охотниками, поэтому макры, а тем более внутренности или шкуры их совсем не интересовали. Единственной задачей было убрать объект, который должен явиться.

Пока мчались к нужному порталу на новеньком автомобиле, успели позвонить знакомым охотникам и поинтересоваться о том, как заманить добычу покрупнее. Те рассказали о методе на живца. Монстры, особенно на втором уровне, очень чувствительный к запахам. За несколько километров могут учуять кровь и, если голодны, то прибегут. А они голодны почти всегда, особенно после читок, которые устраивают охотники. Ведь после такого добычи у крупных монстров становится значительно меньше. Достаточно было убить одного и выпустить кровь, а остальные придут на запах.

Мужчины так и сделали. Сначала убили того, кто шлялся возле ворот, оттащили подальше и начали ждать. К окровавленному телу тут же потянулись мелкие и средние твари и они перебили всех. Только когда явился уродливый гигант, решили, что этот им подойдет и просто отступили в туман.

По их задумке, когда объект выйдет из-под купола, то надо будет лишь дождаться, чтобы его учуял монстр, а затем разозлить выстрелом в хвост или в ногу. Разъяренная тварь бросится на объект и убьет его. Несчастный случай на охоте. Если же охотник окажется сильнее, то артефактный болт из арбалета добьет его.

Только напоследок они оставили собственную магию. Все же, согласно заданию им необходимо инсценировать несчастный случай, чтобы подозрение не пало на Заказчика.

Изнанка. Второй уровень.

Я смотрел на монстра и решал, как его лучше убить: катаной или молнией. Меня предупреждали, да я и сам успел в этом убедиться, что здешние твари на удивление живучи. Мне придется повозиться, чтобы убить его. Одной молнии будет недостаточно, а катана поможет, только если сразу отрубить голову или достать до сердца. Я уже даже было подумал оставить его в покое и найти кого-нибудь помельче. Но вдруг монстр дернулся, утробно взревел и побежал на меня.

— Что случилось? Косточка между зубов застряла? — пошутил я и отпрыгнул в сторону.

Гигантская туша пролетела мимо, но тут же развернулась и снова рванула ко мне.

— Что ты пристал ко мне? Иди ешь, у тебя там целое пиршество!

Я снова отскочил в сторону, но на этот раз ударил катаной. Монстр взревел и замотал головой. Лезвие катаны не достало до хребта, поэтому получился просто глубокий порез.

«Эх, знал ведь, что лучше с ним не связываться», — подумал я и отправил в него молнию.

Мощный электрический разряд ударил его по корпусу и оставил сильный ожог. Зубастая тварь беспорядочно начала носиться и реветь. Я хотел добить, чтобы не мучился, но мешал туман, в котором он постоянно пропадал.

— Ко мне! Я здесь! Если передумал так и скажи! — закричал я и замахал руками.

Вдруг рядом со мной пролетел его хвост. Я едва успел отскочить в сторону, а то отбросил бы меня куда подальше. Мне уже надоело с ним возиться, поэтому я направился в ту сторону, откуда показался хвост.

Вскоре земля задрожала под ногами буйного монстра. Значит он совсем близко. Я приготовился и побежал вперед. Зубастая пасть появилась словно из неоткуда, но я оказался быстрее. Я рубанул катаной по голове, отчего голова монстра развалилась на две части и огромный макр упал к моим ногам.

— Отлично! Хоть не зря с ним возился, — обрадовался я и убрал кристалл в карман.

Но не успел я вынуть глаза твари, как заметил движение. Это были не монстры, так как двигались совершенно бесшумно.

— Эй, не стреляйте! Я свой! — закричал я и замахал рукой.

— Ну, это вряд ли, — послышался грубый голос.

Я пригляделся и увидел двух мужчин с арбалетами, направленными на меня.