Кодекс Охотника. Книга XXXL

Глава 1

Что, по факту, нужно Охотникам для хорошей попойки? Конечно же, нормальное сражение, в котором эти самые Охотники смогут повеселиться. Но перед этим, опять же, нужен нормальный алкоголь. Желательно такой, который не найдёшь даже за большие деньги.

Алкоголь, конечно же, у нас уже был, и он уже даже бурлил в наших мозгах. Вот и нарисовалось интересное сражение. Что можно придумать лучше для этой ситуации? Наверное, ничего.

Но главное теперь — затащить и постараться сделать так, чтобы никаких потерь вообще среди жителей этой планеты не произошло. Ну, я, по факту, не думаю, что это невозможный вариант, учитывая, что на месте сразу два Охотника. И пусть Волчара у меня ещё, не сказать чтобы полноценный, но после Мастера Уокера и моих наставлений он уже кое-что умеет, хех.

— Александр, а тебе не кажется, что происходит что-то странное? — обращается ко мне с сомнением в голосе Елизавета.

— Странное? А что тебя смущает? — поинтересовался я у неё, а затем добавил: — Или тебе кажется, что вторжения на планету делятся на два типа: странные и обычные, а может еще и прикольные?

Лиза, нахмурилась, но промолчала. Но я прекрасно понял, о чём она хотела сказать. И должен отдать должное как ей, так и Бездне. Её сила и умения сделали очень качественный скачок. Учитывая, что она видит то, что даже сейчас Волчара не может заметить. Он-то смотрит на новый купол, который начинает окутывать Землю.

А мы — немножко в сторону. На энергетическую составляющую, которая проникла сквозь многомерный защитный барьер. И сейчас та магическая структура совершенно не видна обычному глазу. И даже магическому. Там нужно слегка напрячь более глубокие органы магических чувств. И если я их видел практически целиком, то Лиза — лишь отчасти.

А потому и задала такой вопрос.

— Саня, мне поднимать гвардию? Объявляем общий сбор и эвакуацию? — а это уже Волчара, который не очень понимает, что ему сейчас делать.

И да, у нас есть множество разных интересных планов. Практически на все случаи жизни. Ну, или мне так кажется. И на самый критический исход тоже есть. Это когда половина населения Земли очень и очень быстро начнёт переезжать на другую планету, Землю-2, которая сейчас готовится для приема большого количества людей.

— Сиди ровно на месте. Можешь, кстати, если хочешь, закусить. Или ещё нам по кружечке налить, — слегка посмеиваясь, отвечаю ему, понимая, что я поторопился и зря вывел из организма большую часть приятного хмеля.

Но Волчара лишь встревоженно нахмурился.

— Саня, я серьёзно. Эта хрень опасна? Что происходит?

— Конечно, опасна, — даю ему ответ и продолжаю внимательно следить за тем, что не видно ему. — Однако на данный момент, Волчара, я думаю, мы с этим справимся.

— Мы — то есть вдвоём? — спрашивает он с такой улыбкой на лице, словно я сейчас вручил ему внеочередной подарок на день рождения.

— Эй, на минуточку, втроём! — напомнила о своём присутствии Елизавета, обозначив тот фактор, что она тоже собирается сражаться.

А я вот уже и не знаю, будем ли мы сражаться или нет. Потому что, по факту, не понимаю — против кого. Нет, я понимаю, кто это организовал, но вот кого они послали? То, что я вижу, мне ни хрена не нравится. Хотя бы по той причине, что я начинаю ловить осознание облома: никаких противников, судя по всему, не будет. Этот наполовину пустотный, а на вторую половину костяной барьер с вкраплением кибернетического разума, поверх нашего, выступает некоторым соединителем, который имеет в себе множество разных функций. Но точно сам по себе барьер не представляет никакой угрозы, хотя бы потому, что он находится с той стороны. И в нём сейчас постоянно происходят изменения.

Вообще, если посмотреть со стороны, то может показаться, словно огромный паук обнял нашу планету всеми своими конечностями, коих у него в несколько тысяч раз больше, чем должно быть. И он пытается продавить многомерный купол. У него это, конечно же, не получится. Но есть у меня смутное сомнение, что цель заключается не в этом. Возможно, хватит и простого контакта.

— Так, стоп, а это что за хрень? — Волчара указал в сторону.

— А это, мой друг и дорогой собрат, тот потолок сил, которым ты сейчас владеешь, раз обнаружил Мёртвое Солнце лишь сейчас.

— Мёртвое Солнце? — переспросила Елизавета.

— Верно, Лизонька, — с довольной улыбкой киваю ей. — Твой потолок мы тоже только что обнаружили. Можешь выписать Бездне претензии, почему ты о таком не знаешь. И вообще — не отвлекайте меня, я думаю.

Думать, конечно же, лучше всего на полный желудок. А потому я переместился в Тень, затем — к месту нашей попойки, и притащил оттуда неплохой бочонок алкоголя. На минуточку: чистейший, как слёзы дракона, Преторианский ром, стоявший как… да блин, задолбался я сравнивать, дорогой, короче! И вкусный! Тару тоже не забыл.

Сначала налил себе, а затем остальным. Они, конечно, поначалу посмотрели на меня, как на не совсем адекватную личность, но на деле оказались такими же, как и я: приняли от меня литровые пивные кружки… наполненные ромом.

Когда я утолил первую жажду, оставаясь при этом частично трезвым, по той самой причине, о которой говорил множество раз: на Одаренных алкоголь действует иначе, я стал думать, как поступить. В итоге решение пало на быстрый вариант, а не на тот, в котором Охотники долго и весело бы рубились.

Мёртвое Солнце — это не высшая некромантия, но уровень достаточно высокий. Настолько, что не каждый тёмный бог способен овладеть таким заклинанием. По своим особенностям оно относится сразу к двум школам: истинно нейтральной и некромантии. Именно по этой причине его и смогли сюда пропихнуть, несмотря на защиту.

Видимо, даже в Многомерном барьере есть свои косяки. И если я сейчас всё правильно понимаю, то это солнце должно разгореться на полную примерно за сутки и пробудить всех некромантов на этой планете — даже тех, у кого этот дар есть лишь в зачатках. Но если я что-то и понимаю в подобных плетениях, то это будет не самое обычное пробуждение. Скорее всего, балом там будет править Скверна. А нежить, которую они начнут призывать в порыве безумства, уже сможет контролировать Скульптор.

Весёлая комбинация, ничего не скажешь. И если задуматься, то такое заклинание я видел несколько раз, вот только размером оно было гораздо меньше. А здесь кто-то очень сильно не пожалел энергии.

И почему-то я ощущаю некое вмешательство Предвечной, что меня достаточно сильно печалит. Хотя бы по той причине, что если Предвечная выступит против нас, то баланс не просто рухнет — он охренеет. А охренеет он в тот момент, когда, чисто по всем правилам, в игру сможет вмешаться кто-то такой же сильный и долбанутый. Например, Бездна, при этом совершенно не сдерживаясь. И тогда, полагаю, захватывать здесь уже будет просто нечего.

— Саня, ты уверен, что это сработает? — наконец-то, спустя примерно два с половиной часа, решается уточнить у меня Волчара.

На минуточку, он практически все нужные приказы уже отдал и все уже были на местах. И Первый Легион Земли и легион планеты Араз тоже были здесь. И только сейчас он решил уточнить!

— Да, вроде бы… Хуже точно не будет, — отвечаю ему.

— А я лучше бы попробовала свои новые силы, — слегка надулась Елизавета, глядя на меня исподлобья.

А всё дело в том, что я не разрешил ей вмешиваться. Почему? Ну так прекрасно же понимаю, насколько подло и мерзко сейчас будут действовать наши враги. Если не могут взять грубой силой, значит, будут вредить издалека. И если она вдруг сейчас начнёт атаковать, то прилететь может уже по ней. И хрен его знает чем: проклятием или благодатью какой-то непонятной. Ситуации-то бывают разные.

А потому я командую Волчаре:

— Давай уже, не тяни медоеда за яйца, пусть парни поработают! — обращаюсь к нему, поудобнее устраиваясь в своем рабочем кабинетном кресле, которое я вытащил прямо на поляну.

Волк еще раз тяжело вздохнул, взял рацию и передал нужные указания. И тут началась красота. Красота, от которой, скорее всего, сейчас в полном экстазе находится Крендель. Ведь не просто так у нас все эти ракетные шахты и установки были возведены, а склады ракет уже просто переполнены по самое «не могу».

В общей сложности в работу пошло около двух сотен ракет единым залпом. Цель — огромное чёрное солнце, которое уже успело изрядно взбудоражить людей. И, на минуточку, Ольга задолбала звонить и спрашивать, что я в очередной раз натворил. А Лиза не хотела вмешиваться и решать с ней вопросы. Поэтому мне пришлось через родовых журналистов записать несколько обращений к людям. В них я заявил, что безопасность Империи под полным контролем, как Императрицы, так и лично моего Рода, да и меня собственно. Кажется, это помогло.

Когда ракеты начали долетать до цели, мне даже показалось, что я перестарался. Магические возмущения были просто гигантскими!

Но всё это показалось нам лишь цветочками по сравнению с тем, что случилось, когда в это чёрное солнце влетела ракета с кодовым названием «Большой П». Не знаю, как эта аббревиатура расшифровывается… Но когда я уточнял у Кренделя возможность переименовать её во что-то нормальное, он наотрез отказался. Сказал, что если она всё-таки сработает, то это название — самое удачное. А я ведь помню одно оружие с подобным названием у одного императора одной роз… гхм… империи. И он тоже не пояснил мне расшифровку, гад такой.

— Сань, можно задать вопрос? — вдруг обратился ко мне Волк, при этом настойчиво дергая меня за плечо.

Я лишь тяжело вздохнул.

— Давай, задавай, — отвечаю ему, не глядя в его сторону. На самом деле, я вообще сейчас не понимал, в какую сторону смотрю.

— А зрение когда вернётся? — выдал он свой вопрос.

— Кстати, да, очень нужный и важный момент. Оно вообще вернётся? — а это уже была Елизавета.

Вздыхаю во второй раз и пытаюсь проморгаться.

— Какие-то вы у меня слабенькие, однако. И ладно Волчара, он не еще не набрался опыта, хотя Мастер Уокер был бы недоволен. Но ты, Лиза, у самой Бездны училась! Неужели она настолько халтурила?

Лиза рассмеялась, несмотря на то, что временно ослепла.

— Ну, знаешь, Александр, мы с ней не только тренировались, а ещё просто отдыхали и много общались.

После этого, конечно, пошла очень бурная работа. Ольга уже орала благим матом мне в трубку, поскольку только в одном Иркутске, наверное, никто не пострадал. Первый момент — это наша многослойная артефактная защитная сеть, разбросанная по всему городу. А второй — люди, которые привыкли слушать своего барона. И если он говорит «прячьтесь», они так и делают. Объявление о том, что нужно сидеть дома и не выходить на улицу в ближайшие сутки, я выдал на всю Империю.

Но, как оказалось, не все послушали. А потому хрен знает, какое количество людей сейчас имели проблемы со зрением. Впрочем, они решались достаточно простым способом — вмешательством целителей. Да и те объяснили, что даже без их помощи у простых людей через неделю всё придёт в норму. И да, я вроде как чувствую себя немножко виноватым… Но, с другой стороны, Мертвое Солнце полностью уничтожено. А людям помогут… Все таки не так много городов зацепило.

И вот последняя боеголовка выжгла всю чужеродную энергию, не позволив даже капле осесть на этой планете. А потому считаю такие методы вполне приемлемыми. Наверное, в следующий раз, если они что-то подобное затеют, то уже точно не на территории Российской Империи, а где-нибудь подальше.

— Нет, ну это нечестно! Почему ты зрение не потерял, а я — сейчас слепой, как крот?! — возмутился вдруг Волчара.

Он сидел у меня в кабинете, пока я работал.

— Ну, как бы тебе объяснить, друг мой… — я взглянул на него с легкой задумчивостью. — Полноценного Охотника не может убить, наверное, никакая зараза. В редких случаях его могут только сожрать, или он сам себя прикончит по глупости. Тебе это всё ещё только предстоит пройти. Так что радуйся, пока такие мелочи могут тебе навредить. Потом ставки будут совсем другие.

Волк там ещё что-то поматерился — ну, наверное, чисто для виду. Но я его не слушал, заполняя документацию. А еще не забывал связываться с Кренделем, который на время отложил проект доспехов для Шнырьки, поскольку лично хотел видеть результат своей работы в действии.

И этот доморощенный артефактор теперь тоже слепой! Нахрена он-то вышел из Горы. «Я хотел посмотреть на „Большой П“». Дебил, блин… Посчитал же себя самым умным: нацепил несколько пар артефактных очков, которые должны были, по его словам, дать ему более глубокое представление о происходящем. Последствия вышли соответствующими. Поэтому дня два ему точно находиться на больничном, и никак иначе.

А между прочим, Шнырька уже терроризирует меня по полной. Ведь я обещал сделать его королем Теневого мира, и мелкому уже не терпится сесть на свой трон. А возможно, дело вовсе не в троне, а в одной достаточно важной, строптивой, но — зараза! — красивой, по его словам, Королеве!

Костяной Скульптор

Скульптор находился в своих владениях, полностью закрыв их от союзников. Те уже некоторое время пытались до него достучаться, надеясь получить ответы, которых у него, к сожалению, сейчас не было.

Он был именно тем, кто отвечал за это мероприятие и кто спланировал всё.

Главным звеном, сконструировавшим «клещи» над этим жалким, но достаточно странным миром. И опять же, именно он, вопреки всей защите Многомерной, смог втиснуть внутрь мощнейшее заклинание. Тяжело представить, насколько невыполнимой была эта задача, но у него получилось — пусть и не без помощи остальных. Предвечная тоже приложила руку, и заклинание вышло поистине уникальным.

Оно маскировалось под обычное Мертвое Солнце лишь на восемьдесят процентов, но оставшиеся двадцать процентов превращали его в нечто запредельное. Участники Абсолютного Триумвирата, как они назвали себя, придумали такую структуру, от которой очень быстро половина планеты должна была сойти с ума. А если бы у кого-то хватило сил уничтожить это заклинание, то смельчака, вернее сказать, Охотника, ждала бы окончательная смерть. Даже душа, которой так гордятся Охотники, получила бы повреждения, несовместимые с бытием. Не факт, что сам Кодекс сумел бы её вытащить.

Всё было продумано. Кроме того факта, что люди на этой планете умеют удивлять.

Скульптор просматривал свою память уже, наверное, в тысячный раз, разбирая те крупицы информации, что до него долетели. Он просто не понимал, как это могло произойти. Заклинание имело множество защит, но то, чем его уничтожили, было полнейшим абсурдом.

Смесь техномагии с крупицами алхимии, добавление душевных энергий, следы стихийной магии. Зачаровательная и элементарная артефакторика, немного Света, Тёмная магия, энергия Безумия… И это только малая часть того, что первым бросилось в глаза. А сколько там было частиц элементов, взятых из некогда живых существ!

По всем законам такое оружие просто не должно было существовать. Как минимум — не на этой планете. Скульптор понимал: столкнись он с каким-нибудь уникальным разумным, в его закромах еще можно было бы найти нечто подобное. Но здесь — точно нет. Разве что на планете переродился кто-то ещё — кто-то, кто скрывает свои таланты и до поры до времени не отсвечивает.

Именно к такому выводу пришёл Скульптор. Однако с подобными ответами он не может сейчас явиться к союзникам — это просто смешно. Правда, существовала ещё одна версия: кому-то очень сильно повезло. Но, как бы заманчиво это ни звучало, даже в мыслях Скульптора Многомерной такого не бывает.

И пожалуй, на данный момент пусть остальные считают самым опасным противником Сандра, который заявил свои права на эту планету и является там неким заложником ситуации. Для Скульптора же всё в один момент резко поменялось: больше, чем Охотника, он теперь будет опасаться именно того разумного, кто создал это оружие. По его мнению, оно могло бы навредить даже самому Скульптору, и достаточно серьёзно.

Но самым страшным было другое. Скульптор, как в некотором роде мастер магии и созидания, видел энергии древности — и вот это оружие не было старым. С момента его рождения не прошло и полгода! Это просто взрывало его воображение: насколько же сильные и опасные вещи ещё могут храниться в тех арсеналах? И кто всё это придумал?!

Что ж, теперь Скульптор с радостью примет предложение Скверны — пусть она первой вступает в этот мир, когда откроются проходы. А он еще раз все перепроверит… И все хорошо обдумает, если этот неведомый изобретатель не перерожденец, а самородок, то возможно он нашел того, кого готов взять в ученики и передать свои знания…

Глава 2

Где-то в Многомерной Вселенной

Первая Крепость Охотников

— Эти козлы всё-таки напали на Закрытый Мир Сандра! — в зал ворвался Дэн с блестящими глазами.

Что в этом блеске было больше: повышенный градус алкоголя в крови, либо же предвкушение драки или праведной ярости и готовности стоять за брата до конца? Ну, скорее всего, всё в равных пропорциях, хотя ярость сегодня всё же преобладала.

Мак многозначительно взглянул на древние часы, которые испокон времён находились в Зале Стелы Кодекса, и неодобрительно покачал головой.

— Стареешь, братишка, стареешь. Этой новости уже минимум как пять минут.

— Что? Как? — Дэн оторопел, оглядевшись.

В Зале Стелы не было никакой дополнительной активности. Братья не бегали, вооружаясь и таская из арсенала все самые сильные «ништяки» под маты и причитания Старейшин. Нет, в Зале Стелы находились Первый Охотник и Мак, которые сейчас спокойно выпивали и, судя по всему, в их кружках был обычный чай.

— Но Сандр там! Они трое: Пустота, Пастырь и Костяной. А ещё я ясно чувствую запах Предвечной!

Кажется, Дэна настигло глубокое непонимание происходящей ситуации. Ведь он думал, что пора спасать Сандра.

— Нашему брату на данный момент ничего не угрожает. А если ты отойдёшь немножко в сторону и присядешь с нами, перестав орать как раненый лось, то ты сам увидишь прекрасную картинку, которая транслируется из этого Закрытого Мира, — добро улыбнулся Первый.

— Что? — Дэн обернулся и увидел то, что не мог видеть, стоя спиной.

Действительно, на стену зала прямо сейчас транслировалась картинка, как с далёкой поверхности из пусковых шахт стартуют ракеты.

— Это что, Мёртвое Солнце? — не выдержал Дэн, ткнув пальцем в висящий мрачный шар непонятного цвета.

— Ага, именно оно, — улыбнулся Мак.

— И он хочет развалить его простыми ракетами? — уточнил Дэн, всё так же тыкая пальцем в стену.

— Хорош тыкать, у тебя пальцы грязные. Кто потом стену забеливать снова будет? — улыбнулся Первый Охотник.

Удивительно, но его настроение сегодня было так же приподнятым, и ни капли тревоги не было в его голосе.

— Ага, — Дэн начал потихоньку понимать, посмотрев сначала на Мака, а потом на Первого. На лице Первого он немного задержался. Тот сидел и блаженно улыбался. — Так, я не понял, брат Первый, а ты что сегодня такой радостный?

Первый добродушно засмеялся, а Мак по-дружески ткнул его локтем в бок и подмигнул Дэну.

— Да он к Моргане в гости ходил.

— А-а… — тут уж разгладилось лицо и самого Дэна. — Ну, тогда всё понятно. Как там поживает старая…

На этих словах Первый внезапно посмурнел и прервал его:

— Вот даже не думай шутить по этому поводу.

— Понятно, понятно, понятно, — поднял руки Дэн. — Не буду.

Он в свою очередь подмигнул Маку, и они оба заржали, вызвав закатывание глаз у Первого. Тем не менее, никто не мог испортить его хорошего настроения. Он просто предупредил Дэна:

— Так ты всё-таки отойди в сторонку, ракеты подлетают.

Дэн отошёл, протянул руку к чашке, машинально отхлебнул, почуял, что там чай, недовольно хмыкнул и достал из воздуха бутылку коньяка, залив его прямо в кружку. Снова отпил. Долил еще раз. И еще…

— Ну вот, теперь другое дело.

В этот момент ракеты как раз достигли Мёртвого Солнца. Секунда… Ослепительная вспышка…

— Надеюсь, они все отвернулись, — пробормотал Первый.

И два других Охотника поняли, о чём он говорит, потому что вспышка могла отключить на время зрение даже сильнейших сущностей Многомерной Вселенной.

— И что, это всё? — недоумённо спросил Дэн, глядя на пустое место, где только что была Мёртвая звезда.

— А я же тебе говорил не ссать, — хмыкнул Мак.

— Ничё ты не говорил, — огрызнулся Дэн.

— Ну, в любом случае, повода для тревоги не было, — пожал плечами старый Охотник.

— Но вон же Костяное Плетение! Пустота, Костяной, тот долбаный механоид Пастырь, и кажется, я там чувствую ещё Скверну.

Дэн вскочил на ноги и начал тыкать пальцем в картинку, но уже не прикасаясь к стенам. Никто не любил заниматься побелкой Первой Крепости, и Дэн, в том числе.

— Они строят Сетку Бородея. Это отрежет Запретный Мир от всей Многомерной Вселенной, — встревоженно сказал Дэн.

И снова Мак засмеялся.

— Как будто она сейчас не отрезана. Подумаешь… Сандр научился обходить этот момент и попадать туда, куда ему нужно. А туда, куда ему не нужно, ну, он и не стремится.

— Так что, мы не идём к нему на помощь? — поставил вопрос ребром Дэн.

— Точно не сейчас, — сказал Первый. — И, кстати, не в службу, а в дружбу, расскажи Дэн там всем нашим братьям, которые сейчас собрались в зале и которые также, как ты, пытаются вступиться за брата.

— Ага, хитренький. Это чтобы я получил за то, что веселье им ломаю? Ты, Первый брат, ты и объявляй.

— ДЭ-Э-ЭН… — произнёс протяжно Первый с опасной интонацией в голосе.

— Ладно, ладно, скажу, — Дэн исчез.

Первый повернулся к Маку.

— На самом деле, мой старый друг, с Предвечной всё-таки стоит поговорить. По словам Морганы, она всё это затеяла. Вот только она рассчитывала, что эта информация дойдёт до Сандра, когда сообщала о своих планах Моргане. Но, тем не менее, Моргана Сандру ничего не говорила. И значит, Предвечная должна перестраивать план на ходу. Я бы пошёл сам, но… — на этих словах Первый скривился. — Ты помнишь нашу последнюю встречу.

— Да уж, помню, помню, — невесело усмехнулся Мак. — Ладно, я схожу сам.

— Плохая идея, — поправил его Первый. — Так-то после последнего раза она тоже, уверен, не рада будет тебя увидеть.

— Ну, а какие есть ещё варианты? — хмыкнул старый Мак. — Дэна она на пороге прихлопнет, ведь на дух не переваривает его. Старейшины — переговорщики так себе. Вульф… прямой как палка, и вместо понимания мы получим проблемы. Кого ещё можно отправить?

— У меня есть идея, — весело улыбнулся Первый. Взмахнул рукой, и перед ним открылось пространственное окно, в котором, как в телевизоре, был виден сейчас главный зал Крепости Охотников.

Там все собравшиеся Охотники улюлюкали и кидались в Дэна кусками пищи. А тот яростно сопротивлялся и обкладывал их матами, грозя им всяческими небесными карами, одновременно сжигая в воздухе съедобные снаряды. В общем, Охотники веселились как могли, кроме одного. С краешку столика сидел здоровый темноволосый красавец, единственный, не швыряющий сейчас в Дэна ничего. Его ученик Купер, а по совместительству сын Сандра.

— Да ладно! Отправить его?! — охренел Мак.

На это Первый лишь рассмеялся и многозначительно подмигнул.

* * *

Крендель удивил меня ещё раз. Башка у него, конечно, работала как нужно. Временно ослепнув, он придумал решение этого вопроса.

И что он сделал? Он надел себе на голову Валерчика, который соединился каким-то образом с его нервной системой. И теперь Крендель видел всё вокруг в радужных цветах, но, по крайней мере, он мог ориентироваться. Выглядел он, конечно, сейчас кринжово, но, по крайней мере, мог ориентироваться в пространстве. Ну, и, собственно, надеть на голову слайма — это нужно очень сильно любить свою работу и быть немножко ненормальным. Хотя о чём я говорю, это же Крендель.

— Ещё минута, и всё будет готово.

— Фу, блин! — подпрыгнул я, когда меня оторвал от раздумий Крендель, и рядом со мной образовалось разноцветное желе с большими глазами Валерчика, который говорил сейчас голосом Кренделя. — Не подходи так близко, блин! Да и вообще, Валерчик, тебе нормально?

— Бульк, — сказал Валерчик.

Судя по интонации, ему было нормально.

— Бульк-бульк, — произнёс он, что примерно означало, что вообще-то они теперь с Кренделем лучшие кореша и могут позволить себе гораздо большее, нежели обычные друзья.

— Так, я даже не хочу об этом слушать, — мне пришли в голову дурацкие мысли, поэтому я вернулся к делу. — Как он?

Я кивнул на толстое стекло, за которым сейчас работал Теневой Артефактор. Чрезвычайно интересный персонаж, между прочим.

После того, как Равномерная «подрезала» множество реальностей своей системой, в том числе пострадала и Тень. Изначально я думал, что она вообще отключена. Но потом Шнырька освоился и показал мне, что Тень полностью не ушла. Она стала немного более… корявой, что ли. Нельзя было погружаться глубоко, нельзя было ходить далеко, но, собственно, делать это было можно.

Так вот, Теневой Артефактор имел расцвет своих сил при старой «власти». С момента прихода Хроники в Равномерную его силы упали, ведь он черпал их из Теневого Мира, оперируя именно теневой энергией. И артефакты, которые он производил, также были необходимы для Теневого Мира. В итоге он превратился в жалкого раба, который оставался на побегушках у одного из миньонов Хроники, делая жалкие подделки вместо прекрасных и нужных изделий, которые сотворял раньше.

Здесь же с ним была проведена воспитательная беседа. В первую очередь, конечно, мной, который пообещал ему защиту, множество теневой энергии, а также всяческие «ништяки» при условии его лояльности. Ну, а дальше Крендель пообщался с ним по поводу его возможностей и новых задумок.

По факту, прямо сейчас я думаю, что и я, и Крендель мало повлияли на решение Артефактора. Главным для него было то, что его выдернули из «кастрированной» Вселенной в нормальную Вселенную с полноценным Теневым Миром. И он сейчас просто кайфовал от этого. Реально кайфовал. Два дня он находился в прострации, распуская свои энергетические «щупальца» и потихоньку заряжаясь энергией. Мы ему не мешали, дав старичку немного прийти в себя. Но затем взяли в оборот.

Отойдёт он потом. Если он справится, я ему даже отпуск выпишу и командировочных выдам. Мне нужен он сейчас конкретно для одной-единственной цели. И производство этой единственной «цели» прямо сейчас подходило к концу.

Наблюдать за его работой было, конечно, интересно. Специально под него Крендель переоборудовал одну из своих лабораторий, а я с помощью Шнырьки подтянул нужные каналы из Теневого Мира, дабы его ничего не отвлекало. Плюс дали необходимые инструменты и ингредиенты.

Прямо сейчас в комнате было сложно что-то разобрать. Там крутился тёмный вихрь из теневой энергии, внутри которого периодически проявлялись разноцветные искорки. Артефактор творил, и, судя по раздававшемуся оттуда невнятному бормотанию, во время процесса он ещё и пел. Вот что значит счастливый человек, занятый своей работой.

Минута, обещанная Кренделем, прошла очень быстро. Вихрь потихоньку стих, и старик посмотрел на нас сияющими глазами. Да, он был всё ещё сухенький, сгорбленный и мало напоминал бога, но его глаза уже разгорались живой энергией. Боги быстро теряют свою энергию и медленно её накапливают, но чем они отличаются от людей — что он рано или поздно восстановится. А учитывая, что он сейчас будет заниматься своим любимым делом, думаю, это скорее случится рано.

— Ш-ш-шука, ш-ш-шыкотно, — проявился рядом со мной Шнырька, глядя внутрь, за стекло, на верстак, где перед стариком лежало кое-что интересное.

— Поздно пить боржоми, когда почки отказали. Пошли, — сказал я.

Я сгреб в охапку Кренделя, в другую взял Шнырьку и переместился внутрь защищённой лаборатории по специально известному мне каналу. Затем поставил мелкого на верстак.

— Надевай, — скомандовал я.

— Хи-хи, — раздалось сбоку.

Я покосился и увидел Артефактора, который потирал руки и смотрел на шнарка с предвкушением.

— Ага, кукуха ещё не до конца вернулась на место, — прокомментировал я. — Но, надеюсь, ты там ничего не начудил?

— Нет, вы что, господин? — вскинулся Артефактор, глядя на меня с ужасом.

— Ага, значит, ты уже начал. Это хорошо, — сказал я и повернулся к Шнырьке. — Ну, давай, давай, действуй!

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака, — прошипел мелкий, пристально глядя на лежащие на столе маленькие доспехи, которые фонили неимоверной силой Теневого Мира.

Под его взглядом доспехи пошли дымком, полностью дематериализовались и скользнули на Шнырьку. Секунда — и вот он уже осматривает себя со всех сторон.

— Стильно, модно, молодёжно, — прокомментировал я, глядя на Мелкого.

Это действительно выглядело прикольно. Не так пафосно, как самурайский доспех Одина. Теневые доспехи Шнырьки больше напоминали комбинезончик, в котором Аня выгуливала в холодную погоду Пушка в его собачьей ипостаси. Вслух я этого, конечно же, не сказал, чтобы смертельно не обидеть Шнырьку, а то он такой — может психануть и отказаться их надевать. Поэтому осталось только хвалить.

— Ты думаеш-ш-шь? — с сомнением посмотрел на меня малой, вызвал зеркальный портал и начал перед ним крутиться, осматривая себя со всех сторон.

— Крендель, скажи! — повернулся я к Кренделю.

— Бульк, — ответил Валерчик.

— Во, видишь, даже Валерчик одобряет. Но Крендель, ты всё-таки вырази своё мнение.

— Это шедеврально!

Крендель не отвечал не потому, что он тормозил — ну, точнее, он тормозил, да. Но на самом деле прямо сейчас он потерял дар речи от восторга, как фанат своего дела, восхищённый увиденными характеристиками брони. И я его, в принципе, понимал.

— Хорошая работа, — кивнул я Артефактору. Потом секунду подумал и сказал правду. — Да я бы даже сказал, отличная.

— Советы вашего молодого человека сильно помогли, — кивнул Артефактор скромно на Кренделя. — Из него получится великий артефактор.

— Ну, он уже вообще-то получился. Так что не принижай достоинство господина Сорокина, — хлопнул я Кренделя по плечу. Тот ойкнул и наконец «отмер».

— Мне нужно записать все характеристики, немедленно! — оживился он, достав из воздуха планшет.

— Не-не-не, — сказал я. — Сначала тестирование. Пойдём, Мелкий, прогуляемся.

И мы скользнули в Тень. На один уровень, на второй, на третий. Артефактор действительно хорошо поработал. Чем ниже мы спускались, тем больше силы получали доспехи.

— Я даже боюсь представить, какую силу ты получишь на нижних уровнях, — хмыкнул я, глядя на мелкого.

— А ты не бойш-ш-ша, — заржал Малой. — Как шпушшш-штимся, можем попробовать ш-ш-шпарринг.

— Ишь ты какой дерзкий стал, — покачал головой я. — Нет, так глубоко мы пока не спустимся. Нужно всё-таки время на испытание. Мало ли что пойдёт не так. Я не хочу, чтобы тебя разодрало внутри Тени.

— Ши-ши-ши, — задумчиво просипел Шнырька, и на этот раз это был не смех.

— Я тош-ш-ше не хочу, — сказал он. — Шуша раш-ш-штроитша.

— Ещё как расстроится! А потом мне всю плешь проест. Да и вообще, мелкий, что ты такое говоришь? Как я без тебя жить буду? — с пафосом и проникновенно сказал я.

Тот на секунду подумал и, соглашаясь, кивнул головой.

— Жить без меня ты будешь шложно. Пропадёшь ты без меня, Ш-шандр. Так что ладно, не буду пока заходить глубоко.

— Вот и договорились, — кивнул я. — Я пошел обратно, а ты погуляй ещё немножко.

Теневой мир.

Его называли Теневым Ужасом. И называли абсолютно обоснованно. Он был одним из сильнейших и страшнейших хищников Теневого мира. Он боялся и уважал только одну сущность Теневого мира — Теневого Короля, который в данный момент исчез.

Да-да. Случилось невероятное! Теневого короля победил простой человечишка. Какой-то архитектор… Прожившего тысячи и тысячи лет короля отправил на реинкарнацию жалкий человек!

Видимо, а ведь это дело времени, когда Теневой Король снова воплотится в Теневом мире, ему будет весьма сложно объяснить всем, как он смог так облажаться. А возможно, кто-то даже бросит королю вызов, чтобы поспорить за его место. Возможно, это сделает даже сам Теневой Ужас…

Вопрос был лишь в одном — сколько времени займёт реинкарнация короля? Ведь Ужасу нужно немного подкачаться. И прямо сейчас он этим и занимался. Он отлавливал и уничтожал всех своих конкурентов. Он буквально выжрал весь свой уровень, не оставив здесь ничего. Ничего живого. Все, кто смог спастись, сбежали с этого уровня.

Убив здесь всех, он пошёл на следующий уровень. Потом на следующий. И так и дальше. Энергия после убийства конкурентов текла в него сплошным потоком. Его распирало от мощи и от предвкушения будущей победы.

Да! Именно он станет новым королём Теневого мира.

Правда, пробираться на всё новые и новые слои становилось всё сложнее. Поэтому он тратил много времени на перемещения, и это раздражало. Перерывы в непрерывном каче просто бесили его.

Быстрее! Быстрее!!! Больше! Больше!!! Вот был его девиз.

И сейчас, оказавшись на новом уровне, он увидел уже привычное зрелище: все находящиеся вокруг теневые твари быстренько сдрыснули в стороны, убегая от него и прячась в складках тени. Ну пусть бегут, ха-ха! Далеко они не убегут. Просто умрут уставшими…

Но тут случилось странное. Одно существо не убежало. И ладно бы это был его конкурент — другой Ужас, достойный, способный дать ему достойный бой. Ну и, конечно же, всё равно бы он проиграл, в итоге.

Но нет!

Это был мелкий Шнарк, одетый в какой-то стрёмный комбинезон.

— У Шнарков сменилась мода? — зловеще поинтересовался Ужас.

И быстро равнул к маленькому слабому существу, начав кружиться вокруг него, играясь с жертвой, прежде, чем ее убить.

— Или этот нелепый костюмчик сделал тебя слабоумным? — он продолжил потешаться над малым.

Вот только маленький Шнарк не высказывал ни малейшего не то, что страха, даже уважения! Он стоял, выпрямившись, и смело глядел на него всеми своими глазами. Более того — его мордочка скривилась в презрительной усмешке.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака беш-ш-шмертный, ш-ш-штоле? — уточнил он, нагло глядя ему в глаза.

— Ты охренел? Я великий Теневой Ужас, ты сейчас это мне? Да я уничтожу тебя, презренный слабак!

— Так ты еш-ш-шо и тупой, — расстроенно покачал головой Шнарк.

Секунда — и он переместился прямо к морде Ужаса, который превышал его размерами… ну, наверное, раз в тысячу.

Крошечная песчинка на фоне огромного Атланта…

Шнарк завис напротив его морды, прямо у носа, в пустом пространстве и протянул вперед руку в маленькой серебристой перчаточке.

— Ж-ж-жапомни моё имя... Меня ж-ж-авут Ш-ш-шнырька! И я твой будущ-щ-щий король! Хотя этого, конеш-ш-но ше, ты не увидиш-ш-шь. Ши-ши-ши! — рассмеялся странный Шнарк.

Потом он поднял лапку и громко сказал:

— Пуньк!

И… отвесил щелбан. Могучему… Теневому Ужасу…

Глава 3

Вселенная Скверны

Скверна существовала долго, очень долго. Она даже сама не могла вспомнить, насколько долго. С начала времен, кажется, а возможно и еще раньше. Она давно забыла начало своей жизни, своей незначительной на тот момент жизни, да и зачем помнить ту серость?

Сначала она шла к Возвышению, потом правила вместе с сестрой, затем подготовила и провернула отличную операцию по изгнанию дебильноватой сестрицы. И после этого у неё были ещё тысячи лет правления, единоличного правления новой Вселенной Скверны, которая была полностью в её распоряжении.

Но такие чувства, какие она испытывала сейчас, она не испытывала уже очень давно. Это было похоже на давно забытое чувство бессилия, злости и какой-то… детской обиды, что ли.

А всё потому, что обычные люди с необыкновенной наглостью сделали то, что она даже в страшных снах себе не могла представить. У неё под носом!

Да. Она знала, кто такие Паладины. Её новый миньон, Неназываемый, поделился своей памятью, в которой было видно, как он обманом затащил целый орден, мнящий себя Орденом Света, и полностью уничтожил их, лишив Многомерную Вселенную этих долбанных фанатиков, которые могли бы помешать распространению Скверны в Многомерной Вселенной. Ну, когда она, конечно же, туда придёт. На самом деле, похвальное деяние, за которое Неназываемый до сих пор ещё жив, а не превращён в питательную энергию, которую она давно бы уже усвоила.

Это было чуть ли не единственное его достижение, что он смог совершить на момент своего возвышения и при подготовке перемещения своей госпожи в Новую Вселенную. Дальше всё пошло прахом. Но, то совсем другая история и он за тот провал будет еще наказан. Снова и снова!

Так вот, как оказалось, Орден Паладинов в далёкой Многомерной Вселенной не погиб. Они просто-напросто заглянули «в гости» к Скверне, попутно уничтожив несколько её миров.

Как она это узнала? Всё очень просто. Поначалу она не восприняла это как вторжение и отправила своего верного собачонку, Неназываемого, разобраться с проблемой.

И чем всё это закончилось? Вон он сидит под столом, пуская слюни и грызёт ногти. Разве это достойно Бога и личного подручного самой Скверны?!

А его воспоминания, которые Скверна буквально выдрала из его головы, говорили о том, что Орден Паладинов не только восстановился, но и стал ещё сильнее. Разобрав воспоминания на кусочки, она почувствовала там другую силу. В молодом Командоре, который, виданное ли это дело, не прожил и века, будучи истинным младенцем.

Так вот, в этом Командоре, помимо благословения Света, находились Печати Охотника. Два плюс два сложилось очень быстро, но от этого стало ещё больнее. Это что значит? Один-единственный человечек, долбанный Охотник, продолжает противостоять ей, Верховной Сущности, взявшей под свой контроль целую Вселенную?

Но, возвращаясь к воспоминаниям Неназываемого, там был второй молодой человек-Паладин, который пришел вместе с молодым командором и братьями по Ордену. По внешнему виду, так же, как и первый, разменявший едва ли два десятка лет. Вот только его душа… Да, это была душа боевого кКапеллана Ордена Паладинов, которая горела жуткой ненавистью и жаждой мести: к Неназываемому, в частности, и в общем — именно к ней, к Скверне!

А дальше начинались несостыковки. Ведь Неназываемый помнил паладинов как фанатиков, идущих до самой смерти ради своей идеи. Но в тот момент, когда он появился у неё в Центральном Мире, роняя слюни и трясущимися губами рассказал о невиданном, сама Скверна бросилась, чтобы разобраться с пришельцами и… никого не встретила.

В мёртвом мире, полностью очищенном от её великолепных боевых тварей, на ровном каменном плато был нарисован… член с крылышками. Огромный, сука, член с крылышками!

Ни слова не было сказано дополнительно. Паладины спокойно ушли той же дорогой, которой пришли, оставив странное послание. Вот что это должно обозначать? И, судя по воспоминаниям Неназываемого, этого символа не было ни среди знамён паладинов, ни в знаках отличия Охотников.

Однако двоечтения быть не могло: людишки издевались над ней, показывая, что они, в отличие от неё самой, могут спокойно приходить к ней как к себе домой и так же спокойно уходить. И… возможно, приглашая её в гости, потому что крохотная и тонкая Путевая нить осталась от них, явно оставленная специально, а не впопыхах.

У Скверны было огромное желание броситься за ними и покарать сволочей, которые посмели издеваться над Великой Скверной. Но она взяла себя в руки. Не время и не место. А ещё у неё всё ещё остался миньон, которого она не до конца использовала. Да, пускай Неназываемый опозорил и себя, и её. Но у неё есть козырь в рукаве.

Прямо сейчас она положила руку на его голову. Его вполне себе детский плач внезапно начал стихать. Губы перестали дрожать, глаза приняли осмысленное выражение и тут же начали заполняться зеленью Скверны. Снизу вверх, как в обычный стакан, в который наливали жидкость. Скверна вкачивала в голову своей марионетки чудовищную силу, которой невозможно противостоять. После этого она отправит его, вместе с огромной армией, по этой путевой нити, чтобы он покарал этих дебильных паладинов и этого долбанного Охотника. Ну а если у него это не выйдет, то он самоликвидируется, уничтожив огромную часть Многомерной Вселенной и создав нестабильный прорыв, через который уже придёт она со всей мощью ВСЕЙ своей бессмертной армии! Бу-га-га!!!

* * *

— Да что ты будешь делать? Дай поесть спокойно, гад мелкий! — оторвался я от разогретых котлеток.

Да. Отметили мы с Волком немного, и хватит. Время очистить голову от алкоголя, поэтому прямо сейчас передо мной стояла большая кружка чая, графин с компотом, а в большой чугунной сковородке находилась горка котлет. Плюс сбоку разогретая лепёшка. Ну и щедрая горсть квашеной капусты с брусникой, которую я зачерпнул из кадки прямо рукой и положил себе в глиняную миску. Суровый охотничий завтрак, как ни крути, но чрезвычайно вкусный.

Ел я сейчас на улице, в беседке, хоть и было слегка прохладно, вместо того чтобы сидеть в пустынной, но всё-таки удобной столовой внутри моей большой усадьбы. Почему? Да из-за одного маленького говнюка, который всё продолжал и продолжал посылать мне «подарки».

Вот и сейчас, оторвав от еды, передо мной выскочила из тени огромная и, наверно, очень сильная и кровожадная теневая тварь, которая, оказавшись в реальном мире, была несколько дезориентирована.

Пока она поняла, что к чему, Аквила уже вылетела из ножен.

Да. Уметь метать полуторниками — это отдельное искусство, но я им обладал, и обладал очень хорошо. Поэтому меч, напитанный энергией, разрезал тварь пополам, а её душа со свистом втянулась ко мне в Океан Душ. Я коротко, как выпендрёжники в пафосных фильмах, пару раз поманил к себе открытой ладонью, и Аквила, которая воткнулась в дубовую сваю беседки, послушно прилетела обратно мне в руку.

Жаль, но мой пафос никто не оценил.

Усадьба была сейчас в боевом режиме, фактически на консервации. Гвардия и Легион лютовали в Равномерной, туда же и ушёл Волк. Здесь на страже были «Холодные Головы». Ну, и Затупок с Пушком составляли мне компанию.

А Шнырька всё не возвращался и не возвращался. Похоже, ему очень понравился его новый костюмчик, с помощью которого он мог простым касанием отправлять самых могущественных тварей Тени прямиком к своему корешу, то есть ко мне. Не то чтобы я был против. Души он отправлял сильные, делая меня с каждым разом всё сильнее и сильнее. Но можно, блин, хотя бы дать мне поесть?

Я немного подождал, ожидая очередного «подарка» из Теневого Мира. Но никто больше не летел, вроде.

Я быстро доел котлеты с капустой, собрал оставшейся корочкой густую подливу и с удовольствием всё запил чаем. Потом подумал и отполировал это компотом, прямо из графина, пока Аня не видит.

Прислушался к ощущениям. Сейчас я вроде сыт и доволен, а значит, можно заняться делами.

Как показало первичное сканирование, эта костяная паутина, что окутала сейчас Землю, с вкраплениями кибернетических организмов Пустоты и Скверны выступала своего рода защитной сеткой и ограничителем.

Вот только ограничивала она не мои возможности изнутри — для этого было достаточно механики Многомерной Вселенной. Нет, она охватывала эту самую защиту Многомерной снаружи, чтобы заглушить все сигналы, идущие из закрытого мира, и чтобы Равномерная не могла вовремя отреагировать, если в закрытый, по их приказу, мир кто-то начнёт приходить.

А эта дегенеративная троица, судя по всему, действительно скоро собралась ко мне прийти в гости. Дебилы, бл…

Я скользнул в Тень и вышел на огромной высоте, где голубое небо уже превратилось в тёмное, несмотря на день, и вокруг были видны звёзды. Вися в воздухе и медленно дыша разрежённым воздухом, я ещё раз прощупал структуру, которая окружала сейчас затрапезный мир под названием Земля.

Первый щит, внутренний — Многомерной Вселенной. Здесь всё понятно. Второй щит — подарок от будущих вторженцев. И да, они постарались на совесть. Сигналы для Многомерной полностью блокировались. Как быстро она поймёт, что здесь пошло что-то не так, и как скоро мне ждать настоящего вторжения?

Об этом я понятия не имел, но я был готов. Кренделю вернулось зрение, а вместе с ним до него дошли мои благодарности по поводу этих чудо-ракет, которые уничтожили Мёртвую Звезду. Кажется, мой безумный учёный сам не понимал, что сделал. Но я-то понимал.

Жалко, что сейчас не было связи с Анной. Я бы мог кинуть ей тактико-технические данные этих ракет и уверен, что только на поставке этих ништяков род Галактионовых стал бы подобным Мидасу во всей Многомерной Вселенной. Ну, приберегу эту интересную и прибыльную идею для Ани, когда мы с ней увидимся. Пусть видит, что её муж не только хорошо умеет тратить, но даже иногда зарабатывает! Золото, а не муж! Эх… И похвалить меня сейчас некому, как я раньше без жен жил?

Прямо сейчас, с одной стороны, мне надо было находиться на Земле и ожидать вторжения, а с другой стороны… Говорят, что всё написано до нас. Поэтому фразу одного знаменитого полководца на этой планете, а именно: «Лучшая защита — это нападение», я слышал множество раз в Многомерной Вселенной. И многие из них приписывали её авторство себе, какому-нибудь занюханному или не очень ордену. Но даже мы, Охотники, любили и уважали эту пословицу. А это значит, что сидеть и ждать нападения мне не очень-то хотелось. Надо было щёлкнуть их по носу. Примерно так, как…

— Да что ты, блин, будешь делать?! — опять сказал я, убивая очередную теневую тварь, которая зависла рядом со мной в воздухе, охерев от происходящего.

Да-да, мне надо поступать точно так же, как Шнырька, который всё развлекался на нижних уровнях, «пунькая» тварей по носу. Вот только у меня цели для издевательства немножко покрупнее. А кроме этого, отсылать-то мне их некуда. У меня нету своего старшего брата Сандра, который всё порешает. Решать придётся самому, но с другой стороны, это гораздо веселее, не так ли?

Где-то в Многомерной Вселенной

Предвечная была частично удовлетворена.

Да. Моргана немного поломала её планы, не побежав сразу к Сандру, а обратившись к первому Охотнику. Пришлось, кое-что подправить в изначальном плане, но ничего критичного не было. Но с другой стороны, это было предсказуемо, учитывая чрезвычайно интересную историю прошлых взаимоотношений Первого Охотника и Верховной ведьмы.

Эх… Живут же люди! На этой мысли, Предвечная, которая давным-давно забыла, как это — быть человеком, даже немного позавидовала людям и их межполовым отношениям, которые добавляют существованию смертных некоторую… пикантность.

Самое главное, что этот идиотский Абсолютный триумвират, который устроили Костяной Скульптор, Пустота и Механический Пастырь, работал. И вот они как раз действовали полностью предсказуемо, в соответствии с желаниями Предвечной. И костяной гибридный барьер, появившийся над миром Земля, был подтверждением этому.

Чего хотела Предвечная? Нет, такого она не могла сказать вслух даже самой себе. Кто, как не она, знала, что все, даже потаённые, мысли рано или поздно становятся достоянием общественности в этом удивительном магическом мире, где существа не только читают мысли, но и могут их внушать в чужие головы и разум.

Скажем так, у Предвечной был кое-какой план, и она согласно ему действовала. Что она хотела? На этот ответ она не могла ответить честно даже самой себе. Когда-то давным-давно она боролась за то, чтобы стать Избранной и получить в управление Многомерную Вселенную, как, впрочем, и все другие сущности, которые возвышались от обычных смертных до уровня богов, а потом ещё выше.

Но в какой-то момент ей стало просто скучно. Во-первых, на её уровне влияния и власти возник определённый паритет: Бездна, Свет, Кодекс, другие Верховные Сущности. Все они имели подобную ей силу, а также определённую зону влияния. И в какой-то момент на самой верхушке Многомерной появилось что-то вроде паритета, который, в принципе, никто не хотел нарушать.

Ведь если кто-нибудь из них попытался возвыситься над остальными — остальные, как бы они не относились к друг другу до этого дерзкого и необдуманного поступка, обязательно бы сплотились, дабы вернуть выскочку на место. А то чё он, в самом деле?

Да, были идиоты типа Костяного или более мелкой сошки, Неназываемого. Да, в принципе, все так называемые Тёмные Боги хотели прорваться наверх и стать правителями Многомерной Вселенной. Жалкие идиоты. Они не знали, к чему стремятся.

Собственно, именно из-за того, что ей было скучно, Предвечная и развлекалась, как могла. Кто-то мог посчитать, что она действует вредительски, кто-то подумал бы, что она веселится как может, но ей было всё равно на мнение других. Она действовала из своих и только из своих интересов, как, впрочем, и большинство её конкурентов.

А потом появились Закрытые Миры. Точнее, существовали они давно, а вот знания о них дошли до её ушей только сейчас. И это знание перевернуло всё с ног на голову. Оказывается, есть другие Вселенные, оказывается, есть другие сущности! А это увеличило масштаб игры просто в какие-то сумасшедшие разы. И Предвечная, как будто, начала жить заново. У неё появился смысл жизни и новая цель: сначала выйти за пределы этой Вселенной, ну а дальше… О, дальше она приготовила кое-что интересное.

Главный план её новой жизни развивался стремительно и в соответствии с её задумками. Но ждать было нестерпимо долго.

Просто так сидеть и ждать, сложив руки, она не любила. Поэтому она нашла новую цель: этот нелепый мохнатый Избранный. Да, как она сказала, она уже отказалась от борьбы за Верховную Власть, предпочитая действовать вторым номером, но не подставляясь под удар других. Но это же какая-то неслыханная наглость, когда блохастое животное становится тем, кем в своё время мечтала стать она и до сих пор мечтают многие великие сущности.

Да, была небольшая сложность: он находился под протекцией Сандра. Но, несмотря на всё её уважение к силе этого Охотника, он и рядом не стоял с силами Предвечной. А что это значило? Значит, ей нужно поближе познакомиться с этим мохнатым мерзавцем и объяснить Многомерной Вселенной, что она порет чушь.

Да, всё-таки сложностей было больше, чем одна. Этот вредный пушистый зверек находился в Запретном мире, теперь уже под двумя щитами, куда самой Предвечной ходу не было. Но зачем идти куда-то, если можно заставить свою цель прийти к ней? Неужели она, сама Предвечная, не перехитрит какое-то тупое тотемное животное?

Ничего личного, Сандр… Только невинное развлечение…

Глава 4

Вероятно, Многомерная меня проклянет, если она вообще умеет так делать. Нет, реально: у меня бывали, конечно, разные фиаско в жизни, даже неприятные ситуации, но здесь я переплюнул сам себя.

В реальности я провел некоторые исследования с этим новым костяным полубарьером, который сейчас появился вокруг Земли, и осознал одну вещь: он находится только в первой своей стадии. Дальше будут другие. И отсекание от Многомерной — это не единственное, что они запланировали.

Тогда я понял, что отправлять своих людей в Многомерную будет уже не так легко. Даже сейчас это сделать достаточно тяжело, а когда наступит вторая фаза — скорее всего, станет вообще нереально. А потому пошел и проверил, так сказать, свой транзитный путь. И Вселенная, я оказался прав! Лазейка уже не настолько широкая, какой была раньше. Пусть мои враги не смогли закрыть её полностью, но прикрыли достаточно сильно.

Я же прикинул и осознал одну вещь. Многомерной нужен Избранный. Нахрена — не знаю, но если она назначила его, то, пожалуй, пригодится. Поэтому Затупка вполне можно отправить — ведь он, так сказать, не особо крупный у нас парень и вполне пролезет в небольшой проход.

А потому я сразу направился к нему, дабы сообщить о весёлом путешествии, в которое он направляется — по своей воле или нет.

Прямо сейчас я стою и смотрю, как эта падла спит в винном погребе на удобном кожаном диване. И кажется, в ближайшие недели три, а может и даже целый месяц, просыпаться не собирается.

Просто я не знаю, насколько нужно быть Затупком, чтобы выжрать в одиночку целую бочку напитка под названием «Последний гном». Этот напиток имеет просто невероятную историю, и предназначался он, само собой, для меня.

Видимо, братья прикинули, что я уже нехило так восстановился, и простое пойло мне вряд ли сейчас вообще может помочь, поэтому решили подогнать наши особенные напитки.

Он, кстати, называется не зря — «Последний гном». По преданиям, в месте, где гномы будут его пить, в итоге останется только один. Ну и тот, естественно, кто разливал, то есть бармен. И да, несмотря на всю гномью натуру, у них тоже есть свои профессиональные моментики. К примеру, трактирщики и бармены не употребляют свою продукцию.

Но на самом деле это всё хрень. Профессионализмом здесь, наверное, и не пахнет. Как по мне, просто те, кто не следовал этим правилам, уже давно разорились и перестали занимать данные должности. Но это всё не суть важно.

А что важно? Затупка сейчас мне явно не разбудить. Наверное, даже сама Предвечная сейчас не дозовётся его. Я уже несколько раз видел подобные ситуации. Нет, конечно, когда он проснётся, то будет себя очень даже хорошо чувствовать, учитывая, сколько много магической энергии и силы было в этом напитке. Но если прикинуть ещё и тот момент, что сейчас у него проходят глубокие трансформации, отправлять его нельзя вообще никаким образом. Это может не только серьезно навредить ему, но и даже убить.

Ни одного из данных вариантов я не желаю Затупку. А потому ещё раз попробую не очень сильными пощечинами разбудить его, и только затем, пожалуй, пойду думать, что делать дальше.

— Пупсик, Затупок, мой Король Избранный… мать твою… — перечислял я разные имена и титулы, не забывая при этом хлестать его по щекам.

Поняв, что это не помогает, я решил применить самое секретное оружие.

— У нас весь годовой запас яблок украли, прикинь? — прошептал, нагнувшись к его уху.

Но никакой реакции не последовало, что ясно говорило о правдивости моих опасений: Пупсика не разбудить.

Ну, а это означает, что Многомерная, пожалуй, останется сегодня без Избранного. Когда я направился к выходу, моя совесть была чиста. Если у Вселенной и были на него какие-то планы, они явно смогут подождать.

После того, как я посетил Затупка и разочаровался в его умственных способностях (и в своих в том числе — зачем вообще вытащил из кольца ту бочку?), я отправился в свою беседку. И сделал это достаточно вовремя.

Я даже не успел с комфортом разместиться в своем удобном кресле, как появились разом четыре охреневших тени.

Пришлось их быстро успокоить, и вот у меня уже закрадывается мысль: а не выдернуть ли мне мелкого оттуда? А то такими темпами он скоро своё какое-то ОПГ там захочет сколотить. Я понимаю, что ему нужно впечатлить целую Королеву, но как бы не зазнался паренек. А то вдруг Королева станет ему не по статусу и захочется чего-то большего? А где потом мне искать ему теневую императрицу? Про существование подобных я, конечно, слышал, но подтвердить личными встречами не могу. Можно сказать, что всё это остается лишь на уровне слухов.

Пока сижу в беседке, прокручиваю в голове разные моменты и ту информацию, которую успел почерпнуть за время своей короткой разведки. Если я правильно понимаю, то ситуация вообще паршивая. Мне нужно каким-то образом перейти в контрнаступление, вот только руки мои связаны буквально по всем фронтам. И должен сказать — не только у меня.

Они сделали достаточно хитрый ход и засунули своё плетение в некую прослойку. Таким образом, если, скажем, мой Орден придёт ко мне на помощь, чтобы спалить эту заразу, они тоже не смогут до неё дотянуться. Им помешает барьер, выстроенный Многомерной. Возможно, при большом желании, они и смогли бы его сломать, да только это уже явно расстроит Многомерную. И очень даже сильно.

А какие могут быть «шикарные» последствия для этой планеты? В общем, простого в этой ситуации нет ничего. И на данный момент я вижу только один верный путь: совсем немножко рискнуть собой.

Зато можно будет снова удивить Хронику, которая немного ослепла после моей последней вылазки в Равномерную.

Недолго думая, я встаю, затем одним ударом кулака убиваю новопоявившуюся тень, дабы она не путалась под моими ногами. И снова отправляюсь к этому интересному плетению, дабы его еще раз, так сказать, прощупать.

Это не заняло много времени, и моя догадка сразу же подтвердилась. Я смог получить информацию только по одной причине: они допустили некоторую оплошность. Вернее, даже не оплошность — это просто закономерность. Сама эта хрень настроена так, чтобы в любой момент она смогла навредить мне. А раз она настроена на меня, то и я могу с ней взаимодействовать.

Вот тут вырисовывается интересный момент: а в какой миг она вообще должна будет мне вредить? Наверное тогда, когда я буду максимально ослаблен. А если так, то у меня есть хорошая идея.

Спускаюсь обратно в беседку и вызываю двух богинь.

— Сандр, ну харе уже! Мы реально заняты делом, — возмущается Пандора.

— Эй, это чё за… — вдруг вскрикивает она и превращает одну из своих рук в змею, которая просто проглатывает целиком тень, а затем возвращает руке нормальную форму.

— Это так, простудился, — отмахиваюсь от ситуации, не вводить же их в курс дела целиком. — А ты, Морана, ничего не скажешь?

— Да нет, я уже привыкла, что ты нас дёргаешь по поводу и без.

— Ага, привыкли. Несчастные вы мои, — заржал я, глядя на них. — То-то вы у меня такие «слабенькие» и «несчастные», на халявной энергии отъевшиеся.

— Это другое! — подметила Пандора. — И знаешь…

Что она там дальше собиралась нести, я слушать не стал. Просто поднял руку, намекая, что мне нужна тишина, и она замолкла.

— Давайте обсудим всё это через некоторое время. Желательно — не сегодня. Я вас позвал для дела.

Начал вводить их в курс своей задумки, но заходил издалека.

— Слушаем и повинуемся, о великий Охотник Сандр! — усмехнулась Морана.

— Так вот, я хочу, чтобы вы связались с Дорничевым, объединили свои усилия и смогли продержать как можно дольше открытый переход между этой планетой и Равномерной, пока я буду внутри. Получится у вас такое?

Я, конечно, предполагал, что они начнут сразу «возникать», но…

Все-таки этот процесс не самый простой. Но, к моему удивлению, никаких претензий не последовало — вообще, они достаточно спокойно это восприняли. Я бы даже сказал, с энтузиазмом, словно им самим было интересно попробовать, на что они способны в таком деле.

Я мог, кстати, и сам Дорничева позвать, но зачем? И эти справятся. А если говорить откровенно, то я мог бы попытаться войти и без них всех, но не хочется лишний раз рисковать. Ведь любой, даже самый простой портал, это огромная и тяжелая работа, которая может привести к печальным последствиям. А переход между Вселенными делает всё это намного опаснее.

— Сколько у нас есть времени на подготовку? — спрашивает Морана и поглядывает почему-то на Пандору.

Они явно были чем-то заняты, а я взял и отвлек их.

— Пятнадцать минут.

— Этого мало, — вмешалась Пандора.

— Да? — я удивленно вскинул брови. — Ну, тогда я могу подождать. Решите свои проблемы или вопросы. Без чего уж…

Я слегка усмехнулся и на мгновение приоткрыл свою душу.

— Твою мать! — вырвалось у Мораны.

— Ты безумец! — прокомментировала ситуацию Пандора.

— Я Охотник, дамы! А мы не привыкли медлить. Давайте уже за работу!

По-быстрому расставил всё по своим местам. Теперь они знают ситуацию: я впустил в свою душу частичку плетения Костяного, и оно сейчас начинало там развиваться. Если я буду медлить, то непонятно, какие будут последствия.

Дорничев прилетел мигом. Пандора и Морана все свои дела оставили на потом.

И вот мы уже стоим в портальной комнате и слушаем, как Дорничев причитает: мол, этого не стоило делать, я не понимаю, что в то плетение заложено и сколько там разных уровней…

А мне, на самом деле, не нужно понимать. Оно меня не убило. А значит, не может этого сделать. Я сильнее. Изначально я знал, что буду сильнее той частички, которую поместил в себя. Но без этого маяка мой план бы не удался. Правда, неизвестно, удастся ли он вообще, но я в себя верю.

Мы, Охотники, вообще ребята, которые не знают, что такое провал. Ведь Охотник, который терпит неудачу, скорее всего, уже больше ничего в жизни не увидит.

Они быстро организовали мне проход и даже поделились координатами. Ведь я попросил планету, так сказать, пожирнее и сочнее. Что-то важное для Равномерной, но такое, что сейчас мне могло быть не по силам, заявись я туда в одиночку.

Кстати, планета имела интересное название — Карамель. Даже жаль атаковать такую. Сразу вспомнилась моя пантера, с которой я точно ещё увижусь, и у нас будет много славных походов на охоту. Но для этого нужно еще немножко потрудиться.

Тавурус

Нефилим, Охотник за Охотником

Тавурус прибыл на планету, где буйствовал Человек. Ему не хватало считанных часов, чтобы успеть встретиться с ним лицом к лицу, одолеть его и растворить его душу. Да, для нефилимов это не являлось большой проблемой. Они были теми, кто уже не считался человеком, но ещё не стал полноценным богом.

На самом деле, это нечто совершенно иное.

Тавурус и сам до конца не знал, кто он — Хроника им об этом не сказала. Он и остальные его собратья были спасены ею из разных мест давным-давно и поставлены на службу. Она относилась к ним благосклонно: помогала развиваться, получать силу, даровала титулы и статус.

Их уважали и боялись, перед их могуществом преклонялись, а самое главное — им приносили дары. В том числе и годы жизни. Ими и питались нефилимы, становясь от этого сильнее. Нефилим мог лишь дотронуться до молодого парня, а когда рука разжималась, перед ним стоял седой старик.

— Командир Тавурус, человек уже совсем рядом. Каковы будут указания? Пустить вперед богов, чтобы пелена упала на его глаза? — прибыл на доклад один из капитанов.

Тот самый, которого многие называли неполноценным из-за того, что у него было лишь одно крыло. Но Тавурус так не считал. Лисон был отличным воином, и отсутствие способности летать не мешало ему творить волю Хроники.

— Нет, мы подождем. Боги должны идти в наступление не по нашему приказу, а по наитию сердца, по зову Хроники. Тот, кто этого не делает — просто трус и слабак. Я не считаю, что такие божества вообще достойны носить в себе её частичку.

Он выдал эту речь, и от него буквально разило злобой.

Тавурус и правда считал, что многие служат Хронике недостаточно прилежно, не отдают себя делу целиком, а лишь пользуются возможностями, которые она так щедро раздаривает всяким слабакам.

— Боги слабы, — молвил Лисон. — И если десятка два из них сегодня умрет, этого никто даже не заметит.

Бросил он некий намек и стал ожидать реакции Тавуруса. А Тавурус не спешил давать ответ, он выжидал, наслаждаясь своим статусом и той властью, которая у него была. Правом, данным ему Хроникой, ну и, в последнюю очередь, своей выдающейся силой.

— Не заметят, — наконец выдал он. — Только двадцать — это неправильное количество. Лучше тридцать. Предатели должны страдать.

— Что ж, — кивнул Лисон. — Человек и правда оказался сильным противником, раз смог победить тридцать полноценных богов, прежде чем столкнулся с нами и пал от вашей руки.

От последних слов Тавурус аж расправил свои чёрные крылья, настолько они ему понравились. Он хочет, или даже лучше сказать, жаждет стать тем, кто сразит Человека и сообщит об этом Хронике. Ему даже сейчас невозможно представить себе, сколько даров он получит и насколько высокой станет позиция нефилима в Равномерной, а вместе с ним — и всего его народа, который на данный момент не насчитывал и тысячи разумных.

Но однажды это изменится. Он планирует стать тем, кто приведёт свой народ к величию и возрождению, пусть и путём уничтожения всех «неправильных». А неправильными, по его мнению, были те, кто недостаточно служил Хронике или делал это недостаточно усердными. А все, кто с ней не был связан, уже по факту имели смертный приговор. Он был верен ей полностью.

Этот мир Тавурус выбрал неспроста. Он имел большое значение для Хроники, и нефилиму показалось, что Человек может выбрать его следующей целью. Четырежды Человек выбирал другой мир, но на пятый раз, когда решимость Тавуруса практически сошла на нет и он уже собирался сменить планету, ему сообщили о приближении врага. Врага, который, судя по всему, даже не скрывается, привыкнув сражаться со всякими слабыми богами.

Он чувствует полную свою безнаказанность, но сегодня это изменится.

Вдруг магический фон испытал мощнейшие колебания. Первичная и вторичная защита этой планеты была разбита так, будто её и не существовало. Но Человек даже не понимал того факта, что вся она работала на полнейшем минимуме — лишь для того, чтобы создать видимость защиты и заманить его в ловушку.

— Верховный капитан! — в зал влетел молодой нефилим, которому не было ещё и четырёх сотен лет.

Он учтиво поклонился, обратившись к двум старшим.

— Человек был замечен над Жарким морем. Он сейчас находится на безлюдном острове и, кажется, даже не подозревает, что мы знаем о нём, — закончил свой доклад молодой нефилим.

— Ты так думаешь? — вмешался Тавурус. — Он настолько глуп, что даже не догадывается? Решил он всё же уточнить, в чём кроется суть такого поведения врага.

— Ну, там всё неоднозначно… — замялся молодой. — Как докладывают наши разведчики, Человек сейчас собирает на пляже кокосы и пьёт их. При этом он обустраивает себе место для принятия солнечных ванн.

Тавурус в ярости хлопнул кулаком по столу.

— Он не имеет права купаться в лучах света Хроники! Всем известно, что каждое солнце в Равномерной принадлежит ей! Как он посмел?! — сжал он кулаки до скрипа костей. — Выдвигаемся немедленно! И включите полную защиту. Сегодня этот человек будет повержен!

Тавурус прекрасно знал, что человек не настолько слаб, чтобы называть его букашкой, но и ровней его не считал. И пусть тот умел неприятно удивлять, судя по информации, которой располагал нефилим, однако и они сами были теми, кого боялись даже боги.

Нефилимы умели подстраиваться под любую ситуацию и получать практически стопроцентную защиту от любой стихии или энергии, ведь перестройка организма находилась глубоко внутри них.

Что ж, сегодня человек столкнется с теми, кому не сможет даже своей духовной энергией причинить совершенно никакого вреда…

Глава 5

Как ни крути, а Равномерную дурой назвать тяжело.

Она, по всей видимости, хорошо подготовилась, и на этой планете меня ждал по-настоящему “радушный” прием. Можно даже сказать иначе: они так крепко подготовились и снарядили целую планету, чтобы просто уничтожить меня.

И теперь мне интересно, сколько ещё этих миров и сюрпризов существует. То есть, пока я полагал, что Равномерная не понимает, что со мной делать, она всё прекрасно соображала. Те миры, которые мне удавалось, так сказать, “откусить” или увидеть — она просто ими пожертвовала, как и остальными.

Вот реально: на меня сейчас летит целая “стая”, кажется, нефилимов. Но точно сказать не могу. Они какие-то странные и непривычные. Их энергетика мне не очень знакома, только внешний вид напоминает о той интересной расе, которая даже для Многомерной была немногочисленной. А здесь их — дохрена.

И все они против меня. А я стою в атмосфере этого мира. Или, лучше сказать, я там завис, пытаясь выплюнуть из своей души то, что туда впустил: заклинание Костяного.

Эта хрень была настолько вязкой, что совсем не хотела уходить. Даже энергетическая составляющая была колючей. Она впитывалась в мои каналы и обещала уйти только, так сказать, с мясом.

Такое может сработать со многими, но, пожалуй, только не со мной. Потому что все эти каналы в моей душе были созданы искусственно. Прежде чем поместить туда ту заразу, я подготовил специальную структуру, дабы сымитировать совсем другую вещь. Полагаю, если бы я изначально попытался засунуть её в незащищённую душу, та просто сразу же распалась.

И вот всё, что мне нужно сделать — это постепенно увеличивать проходимость своих каналов, дабы заклинанию не было за что зацепиться. Это элементарно, но почему тогда так тяжело? Да потому что очень лютые сущности работали над этой штукой.

Одно мгновение — и я понимаю, что уже конкретно не успеваю. До меня долетает самый резвый из них всех — нефилим, который не собирается со мной шутить. Кажется, в нём столько злобы, направленной на меня, словно мы с ним уже встречались когда-то давно. Но нет, общих дел мы точно с ним не имели.

Его удар я принимаю ногой. Клинок нефилима буквально отскакивает от моей плоти. Энергетический доспех совершенно не остановил это действие — даже больше скажу, наоборот: он начал впитывать мою энергию в себя, и мне пришлось её срочно убирать.

И вот так мы стоим. Он пытается меня продавить, проверяя на прочность. Всё это происходит под шокирующее выражение лица Эрании. Правда, там совсем не лицо, а скорее морда. Но Эрания у нас девушка утончённая, а потому пусть лучше будет лицо.

А ещё она, кстати, как я полагаю, думала, что путешествие будет не столь безумным, когда я попросил её подкинуть меня. И вообще, изначальный план её не предусматривал. Но произошли некоторые корректировки, и вот она здесь.

— Сандр, он же тебя сейчас убьёт! — орёт мне Эрания.

— Думаешь?

Смотрю на неё, а затем перевожу взгляд на нефилима, который тужится и пыжится. А ещё он тянется второй рукой за спину, где у него, судя по всему, припрятан кинжал. И да, он его сейчас достаёт, прямо на моих глазах.

А я, по факту, ловлю себя на мысли, что не знаю, как на это реагировать. Руку пробьёт мне — и что? До тела всё равно не дотянется, ведь я контролирую расстояние и положение его основного клинка.

Но когда я уже собираюсь всё-таки стряхнуть его, сбоку ему прилетает поток тёмной пространственной энергии.

— Беги! Он этого не стоит! — обращается ко мне запустившая этот поток.

А нефилим, кстати, толком его даже не почувствовал. Насколько я помню, они вообще невосприимчивы к магии — вот прям совсем и навсегда. Но этот поток его почему-то всё-таки обожгло. Интересно. Когда я вернусь в Орден, будет что рассказать братьям. А значит, уже не зря сходил.

Соображает он достаточно быстро, но видно, что действительно большого боевого опыта у него нет. Он попытался дёрнуть клинок на себя так, чтобы я приблизился к нему. Но это же детский приём!

Он дёргает — я отпускаю лезвие. А затем резко поднимаю правую ногу и наношу один точечный удар пяткой с усилением прямо в кончик лезвия, придавая нефилиму нехилое такое ускорение.

Полетел он мощно, как маленький метеорит. И снова с ним судьба сыграла злую шутку. Ладно, вру, никакой судьбы здесь не было, и никто с ним не играл. Просто отсутствие опыта.

Он попытался затормозить своими крыльями, отчего просто сломал их. Да-да, физической дури во мне нехило, а он этого так и не понял. Ну и, судя по всему, он сугубо скоростной тип. Раз остальные ещё летят, а он уже был здесь — ему нужно было кружить вокруг меня и наносить точечные, быстрые удары, а не входить, так сказать, в клинч.

Это время, которое я выиграл, пошло мне на пользу. Я уже практически половину заклинания из себя вытащил. И этому миру будет весело — наверное, также, как и мне.

Ведь я сейчас понимаю: чем больше я его тяну, тем глубже в нём разбираюсь. Сколько же там всего приходится деактивировать! Всякой разной дряни, которая пытается убить своего носителя. Ведь вся эта гадость со временем начнёт влиять на людей. Правда, только в том случае, если я не уберу её. А я всё-таки собираюсь, если не полностью вычистить её, то хотя бы повредить тот костяной нарост, который полностью облепил купол.

— Они скоро прибудут. Что собираешься делать? — вырвала меня из размышлений Эрания.

— Слушай, хвостатая, а ты можешь не мешать мне, а? — посмотрел на неё с лёгким укором. — Между прочим, я здесь работаю.

Драконица пшикнула, и из её ноздрей вылетела энергия. Она всем своим видом показала, что думает о моей «работе». Однако её хвост так быстро дёргается из стороны в сторону, что сразу понятно, насколько сильно нервничает она. А ей-то что? Ведь в любой момент может свалить. Или всё-таки к человеку привязалась?

Не думаю, конечно, что всё так просто. Тут, скорее всего, у неё есть свои корыстные цели. Она понимает, что её потомство должно выжить. Им нужно много энергии, которую, в принципе, могу дать только я.

А ещё есть такой момент, как легализация. Не проблема засунуть их в любой мир, однако, стоит хоть кому-то найти пустотных пространственных драконов — и пиши пропало, сразу же начнётся охота. Вечно бегать по её примеру — не самая лучшая идея.

А я, в свою очередь, могу устроить им полноценную легализацию в Многомерной. Мой Орден может наложить запрет на охоту, и тогда большинство разумных не полезет. Да и есть у нас безопасные миры под полным контролем. А ещё есть Викториан, которому стоит их только увидеть, как он тут же выпишет им свою протекцию. Да, я ей нужен, и сильно.

— Слушай, если так сильно переживаешь... — начал было я.

— Я не... — она попыталась перебить меня.

— Неважно, переживаешь или нет, — слегка усмехнулся я. — А важно то, что ты можешь помочь. Видишь вдалеке летящее ко мне воинство? Затормози их слегка.

Эрания ещё раз пыхнула огнем, а затем недовольно фыркнула. Но выдвинулась в их сторону, понимая, что время уходит. А я, в свою очередь, решил ей чуть-чуть помочь. Если против нефилимов я не могу напрямую использовать свою энергию, то хотя бы куда-то дену её.

Направил поток к Эрании. Её аж перекосило в первый момент, когда вся эта мощь хлынула в нее. Однако она быстро сообразила, что к чему. И теперь её можно вполне назвать передвижной огнеметной точкой: она просто без остановки выпускает сейчас яростное пламя, которое еще в то же самое время было пространственным. Интересная смесь… Летающая аномалия…

Удивительная вещь, но они и правда не хотели лететь сквозь её дыхание. Их оно обжигало и, судя по всему, даже вредило энергетически. Я же прекрасно видел первого нефилима: у него практически не было физических повреждений, но выражение лица у бедолаги было таким, словно ему заживо вырвали печень. А значит, Эрания сейчас действует практически как мой Крендель. Необъяснимо, но факт.

Дальше я уже спокойно мог бы заканчивать всё это, если бы на планете не занервничали. Мне прекрасно видно, что помимо нефилимов, которые сменили тактику и стали разделяться, дабы хоть кто-то из них пролетел. Но это очень тупая идея, когда имеешь дело с пространственным драконом. Она теперь просто прыгала с места на место и посылала потоки своего чудо-огня.

Но была и другая проблема, которая заключалась во всякой прочей летающей хрени. Кого я там только не видел! Нефилимы из них были самыми нормальными. Остальные — какая-то “фабрика уродов”, честное слово. Словно криворукий мастер плоти объединился с таким же химерологом, и у обоих была больная фантазия.

Нет, ну серьёзно: что это за летающая куча пастей с шестью парами крыльев? На хрена на шее вообще нужна пасть? А на хвосте? Бред же, нет? Думаю, полный. А потому я стал ускоряться, за что платил, можно сказать, своим здоровьем. Расход моей душевной энергии был просто колоссальным. Там, где нужно было аккуратно выдергивать враждебную структуру, я просто выжигал энергию наповал. И при этом вся основа сохранялась.

Когда наконец-то она вылезла полностью, я даже не мог сам себе поверить, что у меня получилось. Для сравнения: это то же самое, что дать двухлетнему ребенку собрать, скажем, полноценный планшет с нуля, имея на руках только детали. Нет, конечно, если прилагается инструкция и он умеет читать, то, пожалуй, лет за двадцать он бы справился.

Но у меня этого времени не было. Конструктор взорвался сразу и мощно. Напоследок он выпил столько моих сил, что ими можно было бы запитать не то что половину — весь Иркутск. Неделю можно было город кормить энергией и все накопители под завязку заполнить. Моментально закружилась голова, в теле появилась слабость, но это не критично — это даже привычно.

— Сандр, с тобой всё в порядке? Я переживаю! Может, тебя вытащить отсюда? — решила вдруг побеспокоиться о моём здоровье Эрания.

— Порядок! Работаем дальше.

На самом деле работала теперь только она. Я своё уже отпахал. Просто висел сейчас и наблюдал, как конструкт входит в полную мощность. Всё то же самое, что было на Земле: вначале он маленький, небольшое такое костяное ядро, а затем начинает расширяться. Очень сильно, серьезно расширяться, словно огромный паук вылупляется. И мне даже показалось, что в этот раз всё происходит быстрее, чем в прошлый.

Однако не обходилось и без происшествий. Например, одна из лап просто отвалилась — видимо, всё происходило слишком быстро, и это дало о себе знать. Наверное, не зря Землю окутывали медленно и уверенно, практически полностью контролируя процесс.

— Сандр, так должно быть?! Мне страшно! — это уже паникует Эрания.

И я могу её понять. Как-то слишком быстро всё произошло: теперь эта планета была полностью окутана костяной сетью. А в промежутках между “нитями” образовалась пустота. Нет, реально — настоящая пустотная энергия.

Выглядело это так, словно в костяные соты вставили окна, только из чистой пустоты. И первый же нефилим, решивший проскочить сквозь них, мгновенно потерял половину своего тела. Пустота практически разъела и растворила его.

Это ещё одна глава в мою копилку историй о том, что Пустота — детям не игрушка. Она не может дать ничего хорошего или полезного, только разрушение. Такова ее суть.

Однако на этом всё не закончилось. Буквально несколько десятков минут, пока я приходил в норму, этот костяной конструкт активно вытягивал энергию из планеты. Тем временем подлетели остальные летающие создания. И они были ужасно тупыми, потому что дохли без остановки, пытаясь прорваться сквозь сеть.

Когда всё изменилось, я даже не успел понять. Просто моргнул — и пустотных окон больше нет. Теперь они стали ярко-зелёными. Цвета Скверны. И те, кто туда попадал, получали просто незабываемые ощущения: их тела начали меняться прямо на глазах, проступали зелёные прожилки, начинались дикие, резкие мутации. Такое чувство, что Скверна вложила в этот процесс такую необузданную энергию, которую еще никому не показывала.

— Я больше не считаю Землю безопасным для тебя местом, — на полном серьезе выдала мне Эрания. — Тебе срочно нужно оттуда переезжать, если там такая же штука.

— Точно такая? — рассмеялся я. — Там она даже лучше!

Да, моя вылазка была не только способом навредить Равномерной. Далеко не последней задачей было испытать эту дрянь, понять, как она работает и какие формы принимает, чтобы разработать план по её уничтожению. И это было сделано совсем не зря. Теперь я могу сказать с полной уверенностью: с той информацией, что у меня есть, можно избежать невообразимого количества ошибок.

А допускать ошибки мирового масштаба на планете, где ты хоть и во второй раз, но родился и вырос, просто недопустимо. Там ценой будет не только жизнь Охотника, но и множество простых человеческих судеб. И эту ошибку я сейчас могу видеть очень чётко. Ту самую, которую, надеюсь, не допущу на Земле.

Костяной конструкт стал сжиматься с чудовищной силой, невзирая на любое сопротивление планеты: богов, нефилимов и прочих приспешников Равномерной, которые обитали здесь. А на минуточку — эта планета была боевого назначения. Я точно знаю, какое количество казарм и прочих объектов тут находилось: зиккураты, пирамиды силы, пантеоны, и даже источники.

Ничто из этого не могло совладать с такой мощью. Я-то полагал, что это из меня конструкт выпил много энергии, но нет — из планеты он тянул куда больше. А ещё, как оказалось, даже в том маленьком кусочке плетения, что я притащил в себе, собственной дури было немерено. В общем, веселая штука.

Треск стоял такой, что закладывало уши. Даже Эрания стала жмуриться, кривясь от неприятных ощущений.

— Вот это мощь... — выдала она.

— Согласен. Интересная штука, созданная специально для уничтожения миров.

Но, пожалуй, те, кто в Многомерной сейчас противостоит всем этим вторженцам, развязавшим войны, ещё даже не подозревают, на что Равномерная способна на самом деле. У них в запасе наверняка припрятано немало «интересного» на потом. Ну, это и логично. Они, как минимум, ещё даже Охотников не победили. Или, скажем, Феликса не завалили.

В этом противостоянии я даже не знаю, кто опаснее: Охотники или Феликс. Ведь тот парень долбанутый на всю голову. Он умеет затягивать конфликты настолько, что побеждает даже спустя сотню лет, так ни разу и не явившись на саму войну лично.

Как и ожидалось, планета хрустнула, а затем и вовсе треснула, расколовшись, словно спелый арбуз, на множество частей. Но куски не разлетелись в стороны — их намертво сдерживала костяная конструкция. Я уже прикинул, что отсюда пора уходить, дело сделано.

Но я ошибался. Сильно ошибался.

Конструкт снова пришёл в движение и начал выпускать новые отростки. Они вонзались в обломки планеты и буквально перемалывали их, превращая в однородную кашу. И это несмотря на то, что целой планеты здесь уже не существовало.

Мне стало интересно: так задумано изначально, или расчёт всё-таки был на Землю? Возможно, мою планету посчитали прочнее, и там сопротивление должно было быть мощнее.

Я знал, что нужно уходить — скоро здесь будет слишком много приспешников Равномерной. Но мне было жизненно необходимо увидеть, что произойдет в финале.

— Это плохо... — снова повторила Эрания. — Такое не должно существовать, Сандр. Не должно!

Я лишь пожал плечами.

— Но, как видишь, существует, — слегка улыбнулся я.

И пусть на лице была ухмылка, внутри я тоже ощущал растущее беспокойство.

Что же эти суки вообще налепили на мой мир? Почему этот конструкт прямо на моих глазах создает полностью новую планету? Нечто похожее на Франкенштейна, собранного по кускам, где основой, самим костяком всего этого, служат кости. Бесконечное количество костей.

— Нам нужно сейчас отступить, — наконец сказал я Эрании.

Дракониха была со мной полностью согласна. Я даже не успел дать команду, как она подхватила меня, закинула себе на спину и мы растворились в пространственном прыжке.

Эрания радовалась просто безудержно. Всю дорогу, пока мы летели в сторону дома, она, не закрывая рта, комментировала буквально каждое происшествие, которое видела. Между прочим, видела она даже побольше моего.

Шнырька сейчас отсутствовал — он был занят тем, что становился Королём. А я временно переоформил управление тенями на Морану. Вот они удивятся! Хотя, наверное, после всего, что они прошли с Охотником, их уже мало что может шокировать.

Эрания была просто счастлива, что мы благополучно убрались оттуда, и что она, побывав в такой заварушке, осталась жива. Это тоже одна из причин, почему она со мной: проведя столько времени взаперти, эта молодая в душе особа теперь жаждет приключений. Причём она не собирается идти от малого к большему, а сразу берёт от жизни по максимуму. Однако я был вынужден её разочаровать.

— Сверни вон на ту планету, — указываю ей пальцем. А затем, понимая, что она со спины не видит моих жестов, посылаю ей мыслеобраз.

Вначале был испуг. Дракониха явно прикидывала, пока молчала, как бы меня отговорить, и в каком ключе сообщить, что она туда не полетит. Но стоило ей понять, что планета полностью необитаема, как Эрания тут же согласилась.

Мир оказался неплохим. Кроме камней, на нём вообще ничего не было — даже песка. Мечта гномов, честное слово, но только в том случае, если под землей всё-таки есть золото. Этого я узнать уже не мог: Шнырька, как я уже сказал, отсутствовал.

Но это и не важно. На этой планете мы смогли перевести дыхание и отдохнуть. Я помедитировал, восстановил силы — на это ушло примерно восемь часов. Посидел бы и сутки без проблем, мне не тяжело. Тут, на самом деле, очень красивые закаты. Пока мы здесь были, солнце садилось шесть раз.

Но я помнил, что мне еще возвращаться назад. И в этот раз я должен вернуться так же через портал, как и пришёл сюда, а не на драконе.

На это были свои причины. Пока я был на той планете, то слегка “испачкался”, и не хотел, чтобы Равномерная могла меня отследить. Вернее, вход через портал она отследить может, но вот пройти туда — нет. И показывать ей, какими именно путями мы с Эранией пробираемся, уж точно не хотелось.

Я запрыгнул на спину Эрании. Она снова очень обрадовалась — прямо какой-то день чудес, столько восторга. Но у меня был для неё сюрприз.

— Мы летим назад, — выдал я ей свою идею.

— Отлично! Хорошая иде... — она внезапно зависла. — Чего? Как назад?! Там же... — от шока она даже не смогла закончить свое предложение.

— А вот так. Нам очень нужно назад, понимаешь?

Эрания молчала.

— Просто сделай, как я прошу, хорошо? Это важно. А я, в свою очередь, внимательно тебя выслушаю, когда ты придешь просить что-то для своих птенцов, — решил я зайти с козырей.

Это был удар ниже пояса и достаточно грязный приём, но зато эффективный: отказать она теперь не могла, хоть и продолжала сомневаться.

— Хорошо, я выполню твою просьбу. Но я запомню твои слова, Сандр!

Я и не собирался там долго оставаться. Нам нужно было лишь вернуться к точке перехода.

Мне просто нужно было увидеть своими глазами финальную форму этого конструкта. Полагаю, за восемь часов он уже должен был раскрыться, как цветок на солнце.

Дорога назад была трудной. Эрания уже устала, к тому же ей приходилось постоянно менять пространство, дабы нас не могли отследить, а это дико энергозатратно.

Когда мы подлетели к нужной точке, я ожидал увидеть здесь огромное количество врагов. И я их увидел. Просто до хрена. Настолько много, что я, пожалуй, и не справился бы с ними всеми сейчас. Но была одна загвоздка: это была армия не Равномерной.

Планета была восстановлена в виде “Франкенштейна” и теперь существовала искусственно. Самое интересное, что я отчётливо ощущал там нахождение сразу трёх источников: Скверны, Скульптора и Пустоты. А вокруг пахло смертью — ведь та армия Равномерной, что прибыла сюда ранее, была уже полностью уничтожена.

— Это что такое? — в полном недоумении задала вопрос Эрания.

— Это, дорогая моя, трындец! Но не для нас.

На моем лице появилась лёгкая улыбка. Кажется, в Равномерную пришли все три сущности разом. И, судя по всему, хозяева этому не очень довольны.

— Кто рассказал тебе о нашем плане, Охотник? — моментально раздался в моей голове голос Скульптора, который был очень недовольным, злым и даже раздраженным.

Само собой, отвечать я ему не собирался. Вместо этого я уже шестой мыслеобраз кидал Эрании, чтобы она свалила отсюда как можно быстрее, а то планета как-то нехорошо стала разворачиваться в нашу сторону своими отростками. Словно сейчас долбанёт чем-то тяжёлым.

Седьмой раз повторять ей не пришлось. Она сделала всё, как я просил, и всю дорогу до дома я напряженно думал.

Это что же такое получается? Они заложили в этот конструкт всё необходимое для вторжения и захвата планеты, а в придачу присобачили огромный маяк, который помог им пройти даже сквозь Вселенную, Беспредельную и ещё нескольких сущностей. Без её порядка здесь точно не обошлось.

Однако я догадываюсь, почему они так раздражены. Видимо, вся энергия и армия, предназначавшаяся для захвата Земли в момент открытия конструкта, ушла сюда — полностью и без остатка. И теперь, даже если над Землёй у них получится взять контроль, барьер Многомерной всё равно останется. Сквозь него они уже не смогут пройти, пока снова не накопят просто ненормальное количество энергии.

Интересно всё это... А вот как Равномерная будет “рада” такому подарку — полагаю, мы очень скоро узнаем. Ведь для неё безусловно закончились спокойные времена...

Глава 6

«Сделал гадость — на сердце радость!» — эта поговорка долгие тысячелетия мигрировала по Многомерной Вселенной. Да, собственно, и на Земле она встречалась.

Кто стал её родоначальником? На самом деле, автор сего шедевра неизвестен. Но использовали его в большинстве своём далеко не тёмные личности, на которых можно было подумать, а вполне себе светлые. Михаэль вот любил употреблять подобную фразу. Хотя… почему любил? Думаю, он и сейчас любит.

И вроде как подавалось всё это с шуточками, прибауточками, но «гадость», которую может сделать лекарь… гхм… не пожелал бы никому.

В общем, и я сейчас, свалив подальше от мира Франкенштейна, радовался как ребёнок. Честно говоря, хотелось остаться и посмотреть поближе, что там произойдёт, но возмущение энергии, которые там закручивались, могли навредить (и, надеюсь, они навредят, но только не мне, а Равномерной Вселенной, которая этого, конечно же, заслуживала).

Сможет ли туда прийти эта долбанутая Троица, которая и устроила весь этот замес? Я пока не знаю. Но что-то мне подсказывает, что обязательно узнаю.

Прямо сейчас Эрания продиралась сквозь пространство обратно на Землю, когда мне пришла в голову гениальная мысль.

— Ну-ка, стой, подруга…

Эрания зависла в Пустоте и удивлённо повернула голову. Хотя мы общались мысленно, что-то в моём голосе, видимо, навело её на необходимость зрительного контакта.

— Слушай, ты же пространственный дракон, так?

— Это очевидно, Сандр, — если бы драконы могли пожимать плечами, я думаю, она сейчас бы ими пожала.

— Для тебя нет преград между мирами и Вселенными.

— Ну да, я пустотный дракон, если быть совсем точным, — вежливо и терпеливо, как ребёнку, повторила Эрания.

— То есть ты можешь попасть в любое место в любой Вселенной, правильно?

— Сандр… — в словах Эрании появилось нетерпение и лёгкая досада. — Мы так и будем висеть посреди ничего, а ты будешь продолжать задавать мне дурацкие вопросы? Если ты не знаешь, на всё это нужна энергия. Дофига энергии, которую я сейчас трачу!

— Ой, не начинай, — скривился я. — Ничего, что большинство энергии ты берёшь у меня?

— К энергии нужно относиться бережливо — первое правило Пустотных Драконов. Потому что не знаешь, в какой момент она у тебя закончится. И, возможно, ты застрянешь в середине нихрена, — улыбнулась Эрания.

Да, драконы умеют улыбаться. Выглядит это чертовски стрёмно. Ну, если это не твой друг-дракон.

— Ладно, я думаю, я быстро. Собственно, мне пришло в голову вот что: а ты можешь отнести меня в любое место Многомерной Вселенной?

— Да, могу, — ответила Эрания. Кажется, она начала понимать, к чему я веду. — Но я тебе всё-таки не советую.

— Это почему? — удивился я.

— Потому что… — сказала Эрания задумчиво, а потом махнула головой. — Лучше один раз почувствовать, чем сто раз услышать. Готов?

— Мы что, прямо сейчас полетим в Многомерную?

Сказать, что я охренел — это ничего не сказать.

«А что, так можно было?» — внезапно хотелось обозвать себя глупцом, что я всё это время сидел взаперти в этом мире, вместо того, чтобы гулять по просторам Многомерной. Но тут моя радость длилась недолго, потому что Эрания просто буркнула:

— Держись крепче и прислушивайся к своим ощущениям. И не волнуйся, непоправимого не случится. Я опытный Пустотный Дракон.

И она полетела вперёд. Сначала быстро и стремительно, как обычно перемещалась, а потом начала тормозить.

— Прислушивайся к ощущениям, Сандр. Внимательно прислушивайся.

Ну, я не дурак и прислушался, конечно. Сначала не было ничего: лёгкое давление, лёгкий дискомфорт, а потом… потом я внезапно понял.

— Стой! — крикнул я.

Но буквально за секунду до этого остановилась сама Эрания.

— Ты слишком тормозишь, Сандр, — покачала головой она. — Ты почувствовал то, что должен был почувствовать в последний момент. А ведь мы уже могли пройти точку невозврата.

— Верно, — протянул я, потом прислушался к себе и попытался расшифровать это ощущение, которое заставило меня затормозить Эранию.

И чем дольше я об этом думал, тем быстрее наступало понимание. На самом-то деле всё было очень просто. В данный момент я находился на пограничном посту Многомерной Вселенной. И вежливые пограничники вежливо проверяли мои документы.

Всё то же самое было в Запретном мире, то есть на Земле. Те же ощущения, те же энергии. Прямо сейчас он был закрыт двумя слоями щитов: сначала Многомерным, а потом уже уродливым щитом Абсолютной Триады. Этот мир не работал напрямую — ни на вход, ни на выход.

Но в краткий момент, когда я случайно его сломал и был разрешён выход, ощущения были примерно такие же. «Пограничники» Многомерной Вселенной могли пропустить тебя внутрь, вот только при этом они ставили отметку в твой паспорт, которая запрещала возвращение. Запрещала навсегда. И с этим нельзя было ничего поделать.

Ну, или почти ничего. Я не совсем уверен, как Лиза попала туда обратно. Но там вмешалась Бездна. У меня же такой «подписки» не было, или конкретно ко мне Многомерная относилась как-то по-другому. Я не знаю, но факт оставался фактом.

Почему я сейчас так долго тупил? Потому что мы с Эранией пошли не через оборудованный контрольно-пропускной пункт, а попытались пробраться в государство «Многомерная Вселенная» чигирями, мимо блокпостов.

Но Многомерная Вселенная была не чета рассеянным пограничникам, и её «пограничный наряд» нас поймал. И да, он был готов нас пустить внутрь, но с таким же запретом на возвращение на Землю. Абсолютно без вариантов и без всяких обходных ходов.

— Что за срань-то такая? — не выдержал и проговорил я вслух.

На что Эрания тихо рассмеялась.

— Похоже, у Многомерной к тебе особое отношение.

— Да я уже это понял, — нахмурился я. — У меня один вопрос: а если бы не было меня, ты смогла бы залететь туда и вылететь обратно, и при этом всё равно смогла бы вернуться на Землю?

— Сандр, я Пустотный Дракон. Ты не забыл? У нас с Пространством свои отношения, — она улыбнулась и подмигнула. — «Пограничные отряды» Вселенных меня просто не в состоянии рассмотреть.

— Ага, дожили: уже и мысли читаешь, — буркнул я, но особо не расстроился, так как я их особо и не скрывал.

— Ну, ты настолько напряжённо мыслил, что твои мысли, наверное, по всей округе разносились.

— Ну, тут уж не преувеличивай. Но смысл твоего посыла я понял. В Многомерную мне нельзя. Но… — я приподнял палец, а потом сбился. — Ага, вспомнил. Тратим энергию. Давай тогда на Землю, и там продолжим разговор.

— Умное решение, — покачала головой Эрания и снова стремительно ринулась вперёд, уже по знакомому маршруту.

И в скором времени мы с хлопком образовались в моей опустевшей усадьбе.

Эрания на секунду замерла и приподняла голову, как будто к чему-то прислушиваясь или принюхиваясь.

— Сандр, дети проснулись. Их пора кормить. Поэтому, если ты что-то хотел спросить, спрашивай быстро.

— Да, собственно, у меня один вопрос. Ты можешь привести кого-то из моих братьев, к примеру, в Равномерную Вселенную, чтобы мы там с ними встретились?

Эрания на секунду задумалась.

— Не готова обещать на сто процентов, но думаю, такая возможность есть.

— А… — начал я, но она меня перебила.

— Мы связаны с тобой душами, Сандр. И все твои близкие связаны с тобой через душу. Поэтому я могу с ними взаимодействовать. Есть ли душевное единение у тебя с твоими братьями?

— Ха… Ха-ха-ха, — не выдержал и заржал я. — Не знаю, как насчёт духовного, а алкоголическое объединение подойдёт?

— Очень смешно, — покачала головой Эрания. — А сейчас мне нужно к детям, но я подумаю. И да, Сандр, ты забыл ещё один момент.

— Какой именно? — уточнил я.

— Летающая Крепость, Сандр. Технологиям Странников также абсолютно наплевать на «погранотряды», — с этими словами она растворилась в воздухе.

А я остался сидеть на лавочке в моей беседке.

— Хм… Кажется, передо мной открывается хренова туча новых возможностей.

Я открыл рот, чтобы позвать Семёновну, попросить у неё чай с блинами, и тут же его закрыл, вспомнив, что Семёновна здесь не останется. Поэтому, глубоко вздохнув, я зашёл в дом и открыл морозилку. Секция, которая попалась мне под руку, была забита ровными рядами блинчиков, каждая порция из которых была запаяна в вакуумную упаковку. В принципе, все блинчики у Семёновны были классные, так что я особо не перебирал. Просто ловко разрезал ножницами пакет, высыпал блины в тарелку, поставил в духовку и нажал нужную программу.

Да, моя духовка была верхом магической мысли этой планеты. Это был артефакт с огромной памятью, забитой нужными программами, любовно протестированными предварительно Семёновной. Поэтому я просто выбрал на экране «разогреть блинчики» и нажал на кнопку.

Пока я делал кофе, через минуту по комнате начал распространяться ароматный запах.

— Курица с грибами, — хмыкнул я, отхлёбывая кофе и подходя к холодильнику.

Я достал крынку со сметаной, открыл её и…

— Гадство! — выдохнул я, когда увидел, что белую поверхность сметаны покрывает голубая плесень. — Засада, — почесал я затылок.

Начались трудности. Всё, что можно было заморозить, мне заморозили, но «скоропорт», к которому относилась сметана, теперь для меня определённая проблема.

— Это что, мне теперь в магазин самому ходить? — в ужасе сказал я.

И почувствовал, как об ногу мне потёрся кто-то мягкий. Скосив глаза вниз, я увидел Пушка в его собачьей ипостаси. Мелкий облизывался и глядел на горшочек у меня в руке.

— Я бы тебе отдал, но ты же обосрёшься, а мне потом убирать, — сказал я. — Так что нет. Сметану ты не получишь. Я с тобой блинчиками поделюсь, — решил я, достал из духовки тарелку и поставил на стол.

Отрезал кусок и положил в рот. Без сметаны немного не то, но всё равно вкусно.

Следующий кусочек достался Пушку. И тут я понял, что что-то не так. Не хватает третьего нахлебника. Обычно запах разогреваемой пищи может разбудить Медоеда, даже если он находится в глубоком сне.

— Ты что, там дрыхнешь, что ли? — крикнул я, использовав технику звука так, чтобы он распространился на второй этаж и попал к Медоеду, который… ни хрена не спал у меня на диване в кабинете. Его не было ни на втором этаже, ни на первом, ни на улице.

Отложив вилку и нож, я просканировал окружающую территорию. Здесь его тоже не было.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака! — появился Шнырька, который, конечно же, прочитал мои мысли и сам уже метнулся кабанчиком по более широкому радиусу. Я влил в него чуть побольше силы, и мелкий ринулся проверять пространство всей этой планеты.

— Сука-собака, — произнёс я, когда мелкий вернулся, чтобы доложить, но я всё понял уже сам.

Моего мохнатого Медоеда Поручика Затупка Пупсиковича, а по совместительству — Избранного Многомерной Вселенной, не было на территории Земли. Всё, что я успел с помощью Шнырьки обнаружить, — это остаточный энергетический слепок. Складывалось впечатление, что моего мохнатого друга кто-то просто спёр. Бессовестно спёр в момент, когда он спал у меня на диване.

— Они думают, ш-ш-што они беш-ш-шмертные, — зловеще оскалился Шнырька, который вернулся из своего рейда, но ещё не переоделся, находясь в своём модном комбинезончике и серебристых перчатках.

Мы знали друг друга очень давно, нам не нужны были слова, чтобы понимать друг друга. Но я кивнул, чувствуя, как внутри меня поднимается чистая и незамутнённая ярость.

— Похоже на то, друг мой. И, возможно, это так и есть. Пока что… Осталось встретиться с ними и убедить в обратном. Козлы должны страдать!

Где-то в Равномерной Вселенной

Хроника медленно приходила в себя и прозревала. Пока она находилась в частично беспомощном состоянии, спрятанная за кучей щитов в своём родном мире, она уже о многом подумала. И мысли её не совсем понравились ей самой.

Ведь что она хотела изначально, покорив Равномерную Вселенную, более того — переделав её под себя? Она хотела захватить новую, потом ещё новую Вселенную, и всё сделать так, как нужно лично ей.

И что в результате? Она даже не успела выйти за пределы своей Вселенной, когда к ней пришёл гость из другой Вселенной. Нет, не этот дурной Охотник, который всё же был человеком и прямого противостояния против неё точно не выдержит.

Нет, пришёл владетель другой Вселенной, назвавший себя Коллекционером. И мимоходом, без малейших усилий, со всей вежливостью, которая так бесит, нейтрализовал её на её же территории, показав ей своё место.

Это что получается, что выйдя за пределы Равномерной, она повстречается с Коллекционером и ещё с кем-то похожим на него?

Если раньше она была полностью уверена в своих силах, то теперь её стали посещать подленькие мысли о том, чтобы законсервироваться внутри и немного «подкачаться». Но тут возникала новая проблема: «качаться» внутри её Вселенной было не на ком. Новую силу она могла получить только в сражениях с внешним врагом. А Внешний Враг, кажется, оказался совсем не согласен, чтобы на нём качались. Вот такая вот дилемма, о которой предупреждал умирающий Высший Разум её Вселенной, когда она его уничтожала.

А ведь она уже совсем забыла эти слова. Высший Разум Вселенной, оставленный здесь Странниками, не испытывал эмоций. Всё его существование было направлено на поддержание порядка вверенной ему Вселенной. Да, Хроника нашла вероятный «баг» системы, обойдя его и забрав власть. Она максимально обрезала возможности Высшего Разума, который в итоге не смог ей противостоять.

Но буквально перед моментом окончательного его отключения, он вполне искренне, продолжая беспокоиться о своей Вселенной, которая переходила прямо сейчас в руки Хроники, посетовал о том, что отключённые в Равномерной системы защиты сделают и всю Вселенную в целом, и её Хронику в частности слабой по сравнению с другими Вселенными.

На тот момент, находясь на пике эмоциональных и физических сил, радуясь победе, она не придала значения. Но сейчас, разбирая свою недолгую стычку с Коллекционером, она поняла, о чём говорил Высший Разум. Коллекционер получил власть добровольно, и его сила была гораздо выше силы Хроники. А это значило… что в других Вселенных всё, что могла ожидать Хроника, — это качественных трындюлей, которых ей выпишут их Хозяева. Может быть, поэтому ей так сложно противостоять, казалось бы, «простому человеку» — Охотнику, который успешно действовал против неё.

Похоже, всё-таки ей придётся закапсулироваться на некоторое время внутри… до тех пор, пока по всей Вселенной не прокатился рёв тревоги. В неё прямо сейчас кто-то проникал.

Не так точечно, как делал тот Охотник и компания. Нет, на этот раз каким-то образом на территории Равномерной Вселенной оказался чрезвычайно энергетически заряженный объект, который в данный момент служил якорем. И к нему уже прицепили условную цепь с той стороны, по которой сюда рвутся… нет, не люди, а три Высшие Сущности, подобные ей самой, какой она была до того, как обрела власть. Проблема была в том, что шли они из Многомерной Вселенной, полноценной Вселенной, которая щедро одаривала своих жителей силой и способностями.

И да, учитывая, что это были не люди, одарены они были по самое не хочу. Хотя последней мыслью Хроники было, что два из трёх пришельцев не относились к Многомерной Вселенной, являясь гостями в ней самой. Но это ни на что не влияло, ведь шли они сюда по её душу.

А сможет ли она противостоять им? Вот в чём был вопрос.

Мгновенно переместив своё внимание, она увидела, как из… хотелось сказать из планеты, но то, во что превратилась планета, уже нельзя было так назвать. Это был какой-то кадавр, сплетённый из технологий, энергии и мёртвого материала. А из открытой дыры отчётливо потянуло… Возмездием!

Глава 7

Вселенная Коллекционера

Всё не то, и всё не так. Смахнув усталой рукой очередную партию «даров», Коллекционер рассмеялся громким и надрывным смехом. Ему было смешно: как он мог устать?

Усталость — это ведь такое человеческое чувство, но в реальности он ощущал её сейчас всеми фибрами своей души. Всё однотипное, всё не то. Сколько же здесь повторов? Почему-то за последние двести лет они совершенно перестали его удивлять. И неважно, что это было: причудливое новое оружие, которого в коллекции ещё не числилось, или душа экстремально редкого животного, или, скажем, химеры.

Между прочим, животные, монстры и химеры хранились в разных коллекциях и отбирались по одним Коллекционеру ведомым критериям.

Ведь по факту одну химеру можно разделить на несколько сотен особей: здесь шерсть длинная, там короткая, у одной один цвет, у шестнадцатой — лапы короткие. Но всё это оставалось лишь «химерологической кошкой войны». Ни больше, ни меньше. А нужно было, чтобы отличия были кардинальные, и не всегда видимые, а, скорее, внутренние.

Поэтому он сейчас сидел и страдал. И вдруг задумался: почему, собственно, он начал вести себя по-другому? Что изменилось? Не сказать, чтобы это его напугало — скорее заинтересовало. И в один из моментов раздумий его вдруг осенило.

Он встал, подлетел к одному из бездонных шкафов и открыл нужный ящик. Засунув туда руку, Коллекционер достал причудливый артефакт, запоминающий мгновения. Сегодняшний миг был запечатлен на этот артефакт моментально. Это тоже пойдёт в его коллекцию.

Всё-таки для него это было чем-то новым. После этого он продолжил разбираться, что же в нём изменилось и почему он так странно чувствует себя. Ответ пришёл достаточно быстро: Охотник с его необычайным предложением вступить в Орден.

Почему-то эта мысль крутилась в инфополе Коллекционера и никак не хотела его покидать, а наоборот — лишь разжигала интерес. С одной стороны, ему это было совершенно не нужно, а с другой — в этот Орден могли попасть лишь единицы из тех, кто не владел даром Душелова.

И пусть он нечто подобное и может сделать, но не уверен, что всё-таки получится до конца. Само это приглашение уже является некой необычной вещью, которой у него раньше не было. И на самом деле он даже прикинул, что можно опять начать собирать приглашения.

А ведь это очень древняя его коллекция, которую он забросил примерно четыре тысячи лет назад по той причине, что это перестало быть интересным и захватывающим. Другое дело — уменьшенные космические корабли, которые сейчас стоят на его полке. Все они были настоящими, из таких далеких Вселенных, что тем же Охотникам даже не снилось о них знать, не говоря уже о том, чтобы видеть или щупать.

Кстати, эта самая полка была связана с самим Коллекционером: стоило ему только выбрать нужную коллекцию, как она тут же ею заполнялась. Это давало возможность всегда и в любой ситуации держать свои сокровища на виду, дабы не забывать о них. А Коллекционер был именно тем существом, который собирал не ради количества. Ему нравилось всё это пересматривать, оценивать и иногда вносить изменения.

— Всё, решено! — вдруг поднялся он на ноги и прикинул, что ему нужно в эту Вселенную… — как она там называется? Многомерная.

Конечно же, он не собирается сразу бежать к Охотникам. Для начала он хочет освежить свою память и вспомнить, на что они способны. Ведь когда он с ними сталкивался ранее — хоть это и не было сражением, а скорее обычным пересечением — они показывали отличный результат и были молодым Орденом, который уже многое что мог. Однако всем во всех Вселенных известна одна простая суть: время не только закаляет, но ещё и размягчает. Тут уже зависит от того, какую дорогу выбрали они сами.

Ему не понадобилось много сил или времени, чтобы переместиться в Многомерную и сразу же скривиться. Как много знакомых личностей! Словно здесь мёдом намазано — кого он только тут не обнаружил. И почему-то большинство из них сейчас крутилось возле планеты Сандра: Изувер, Предвечная, Рокот, Астрагон и даже эманации Мальчишки Неназываемого. И это была лишь малая часть сущностей, которые находились в непосредственной близости от планеты или принимали участие в её жизни.

— Ладно, это мне неинтересно, — сказал он сам себе и повернулся в совсем другую сторону Вселенной.

А затем начал своё путешествие. Он прикидывал, что ему выбрать и как поступить, однако по этой Многомерной его информация достаточно сильно устарела. А потому он решил обратиться за консультацией к одному из своих слуг. Коллекционер не был тем, кто откладывает что-либо на завтра: захотел — сделал. Один миг и он перемещается за спину слуги.

Вышло забавно: этот самый слуга стоял практически вплотную спиной к стене, и когда там появился Коллекционер, от стены не осталось и следа. Слуга тут же попытался напасть, но стоило ему лишь активировать свою силу, как он рухнул на колени.

— Я приветствую моего Повелителя и готов служить! Если прикажете, я отдам свою жизнь! Укажите мне свою волю!

— О-о-о-о, — мысленно протянул Коллекционер. Этот был из стареньких. Он уже и не помнил, какое это пополнение, нужно было смотреть в архивах памяти, но именно так он учил их отвечать давным-давно. Сейчас всё происходит куда проще и быстрее.

Коллекционер улыбнулся и перешёл к делу. За следующие тридцать минут он узнал всю интересующую его информацию. При этом слуга не произнёс ни слова.

Говорил Коллекционер — вернее, задавал вопросы, а слуга напрягал память и предоставлял повелителю полный доступ к своим воспоминаниям. Закончив, Коллекционер восстановил стену. Маскировка этого слуги не была разрушена. После чего и отправился на нужную планету. На ту планету, которая принадлежала Охотникам. Там не было каких-то их баз или нечто подобного. Но на ней жили люди и они почитали Охотников. Нет, не молились. Они их уважали и были всей душой за них.

На этой планете Коллекционер осмотрелся и стал работать. Открыл первый портал, затем второй, и так еще несколько десятков. И из них в этот мир просто фонтаническим потоком начали вытекать разные твари. Могучие и не очень, большие и маленькие. Разные тут были.

Это, так сказать, он сейчас делает два хороших дела. Первое — проверяет Охотников, а второе — разгребает один из складов ненужных вещей. А то уже и сам не помнит, сколько они у него пылятся без дела. Вполне от них можно избавиться.

Охотники прибыли быстро. Даже пятнадцати минут не прошло, а тварей в мир попало больше пятидесяти тысяч. И это был далеко не предел. Очень и очень далеко не предел.

Коллекционер ожидал многого. Даже того, что они развернутся и уйдут, понимая, что каких-то там триста тысяч человек живого населения явно не стоит такого сражения. Или как минимум начнут разбираться, кто это устроил. И не будут спешить уничтожать тварей. Правда, Охотники его удивили. Не было даже негатива. Они просто смеялись, веселились и рассказывали друг другу, как им повезло, что нашелся какой-то идиот, кто рискнул на них напасть. Слова про идиота он, конечно, пропустил мимо ушей.

Понимая, что встань он перед ними, и они не посмели бы его так называть. А потому это сейчас не дерзость или глупость, а просто обычная непродуманная реакция. За следующие несколько часов Коллекционеру пришлось еще раз удивиться. Ведь он рассчитывал провести на этой планете минимум неделю или две. Однако твари закончились час назад. А следующий час эти самые Охотники стояли прямо под порталами в надежде, что поток снова откроется и на них попрут новые существа.

Но Коллекционер не хотел так бессмысленно расходовать материал. Одно дело — насылать их скопом, и совсем другое — поодиночке. В принципе, нужная проверка была проведена, и он остался доволен.

Возможно, и правда стоит сменить личность и попытаться внедриться в этот Орден. Это может быть интересно. Как минимум он сможет добавить в свою коллекцию занимательные истории и новые события из собственной жизни.

Он уже собирался развернуться и свалить отсюда, как в следующий момент за его спиной раздалось сухое:

— Кхе-кхе…

Коллекционер нахмурился. Он не ощутил за спиной никакого присутствия, а потому резко развернулся, желая увидеть, кто же там такой умелый нашелся.

— Можно поинтересоваться: каким нужно быть идиотом, чтобы напасть на планету, которая находится под защитой Охотников? — спросил его мужчина неопределенного возраста, стоявший перед Коллекционером с весьма важным видом.

— О, Мак, смотри! Первый нашёл ещё одного! Давай, кто первый доберется до этого идиота?

А это уже снизу раздались голоса. Кажется, Коллекционер слегка прогадал: «идиотом» его всё-таки назвали в лицо. Но интересно, что они ответят, когда он покажет свою истинную силу? В принципе, прямо сейчас он об этом и узнает.

***

Ну, теперь меня можно вполне назвать «детектив Сандр». Честное слово, я тут такое расследование провёл, чтобы найти всё-таки этого Затупка… Не сказать, что мне это хоть каким-то образом сильно помогло, но, как минимум, с чего-то нужно было начинать.

Сидеть ровно на месте я не собирался. А то вообще охренели: похитили моего друга или даже, можно сказать, символ моего Рода. Да что там Рода? Это Избранный всея Многомерной! А его взяли и похитили.

И, конечно же, тут очень серьёзно пострадало моё самолюбие. Всё было проделано на моей территории, а эту планету я, как минимум, считаю уже своей. Нет, не лично своей в плане имущества, а тем местом, которое я взялся защищать.

В общем, да: по чувству собственной важности Охотника проехались очень серьёзным и увесистым катком. Такое легко не выветрить из воспоминаний.

Но я прекрасно понимаю, кто это сделал, и даже понимаю, где примерно этот самый «пупсик» находится. Но вот чего не понимаю — так это как туда добраться. Ведь не всё так просто.

Пупсик был не в Многомерной — это я тоже выяснил. И по факту я мог бы, наверное, на Эрании к нему полететь… Но нет, не получится. Тот, кто выбирал Вселенную для пряток, очень хитро всё устроил. Чтобы туда мне переместиться на драконе, нужно как бы «пройтись» по самой Многомерной, а это нарушает некоторые принципы самой Вселенной сейчас…

Печально, ничего не скажешь. Придётся, видимо, действовать в обход.

Но в обход у меня как минимум не получится. По той причине, что у Эрании нет энергии на такие действия. Если туда мы ещё хоть каким-то образом доберемся, то обратно ей, наверное, несколько месяцев придется копить силы, дабы совершить прыжок.

И это грустно. Также я попытался отправить её в Многомерную — и тут тоже вышли некоторые косяки. Она распотрошила один из моих схронов на нужной планете, прибавила, так сказать, в силе и энергии, да ещё и несколько вещичек для меня прихватила. Вот только вернуться со всем этим она не смогла.

Как ни крути, а её слова про Пустотного дракона, который «всё может», слегка преувеличены.

Всё-таки Многомерная тоже за нами следит и, так сказать, «фиксит» разные слабости своей защитной системы. Чтобы вернуться сюда назад, ей пришлось не только бросить все вещи (ну, как бросить — сложить обратно в схрон), так ещё и выпустить всю энергию, которую она там поглотила. И если вещи не пропали, то энергия ушла бесследно.

Но это был очень… вернее, это был крутой для неё сверхскоростной полёт. Она даже довольна осталась. Любят же эти Пустотные драконы бесцельно летать между Вселенными! Есть ощущение, что им нравится сам факт перехода — там совсем другие ощущения получаешь.

Но да ладно, есть у меня и другой вариант.

— Ох, блин! — в голос выдал я, когда взглянул на стол.

Весь стол был просто завален пустой посудой. Я так долго думал и выстраивал планы, что слегка выпал из реальности. Или, лучше сказать, увлёкся, уничтожая запасы, которые мне оставила Семёновна.

Ну да и ладно. Всё чаще и чаще я начал ловить себя на мысли, что мне не так уж сильно нравится эта планета. Словно без этих людей — моих родных людей — она стала какой-то безликой, пустой. Лишилась самого главного, что в ней было, а именно души.

Встаю, направляюсь к камину, чтобы его потушить, а он сейчас горит синим огнём. И тут резко передо мной появляется охреневшая от жизни теневая сущность Высшего Порядка. Настолько высокий ранг у неё был, что уже проявлялись вполне приемлемые черты лица.

Ну, я долго не думал и просто пинком отправил её в огонь. И передумал камин гасить — ведь, по факту, сейчас это пламя стало для неё ловушкой. За несколько недель догорит, и выбраться оттуда она уже не сможет. Даже сейчас, с одного взгляда, могу сказать: эта тварь убила не просто многих, а слишком многих.

Шнырька, конечно, молодец. Он уже на такую мелочь не разменивается. Есть у меня такое чувство, что он вник в суть Охотников и сам проводит там свою охоту. Точно скоро по Многомерной начнут ходить легенды о мелком Шнарке, который убивает всего лишь одним взглядом.

А легенды — вещь весёлая. Когда они возникают, за ними естественным образом следуют разные личности, желающие уничтожить легенду, чтобы уже по-своему войти в историю или просто проверить свои силы.

Так, ладно, мысли о легендах — это хорошо. И на самом деле я их знаю достаточно много. Настолько много, что, наверное, ни один из живущих на Земле людей не захочет (да и не сможет) выслушать их все. Но нужно и делом заняться. А потому я иду себе спокойно, перемещаясь сквозь пространство в сторону Байкала, где отличная энергопроводимость, и буду там творить свои великие дела.

На самом деле Эрания прибыла, если так можно сказать, не одна. Она неосознанно принесла мне весточку, и тут нужно пояснить. Дело в том, что в том мире, где она искала мой тайник — их было два, и находились они практически в одном месте. Мы когда-то с одним моим другом по пьяни их там заложили. И она, так сказать, слегка «заляпалась» в его энергии. Её-то я с неё и считал.

Сама она, кстати, этого даже не заметила. Но есть один интереснейший момент: по всем законам и правилам тайники моего приятеля должны были быть неактивны. Ведь он как бы умер… ну, или немножко «не в себе» — это смотря с какой стороны посмотреть. И я сейчас говорю именно о Константине.

А раз его тайники активировались, значит, Костя вернулся. Трепещи Многомерная, и всякие там костяные Скульпторы! Ведь Костя управляет не Инферно — у него свои легионы. И чувство юмора у него отличное. Не такое, конечно, специфическое, как у Михаэля, но многим от его шуток тоже становится очень не смешно.

Короче, я придумал план. И для этого мне нужно создать пентаграмму. Её-то я сейчас и рисую. Идти по Тени, конечно, не так уж долго, но дело ответственное.

Пентаграмму я рисую особенную: так, чтобы не «заляпать» этот мир демонической энергией и не оставить маяк, видимый для всех остальных вредных сущностей. Для этого мне и нужен был Байкал с его водами.

Спокойно черчу Аквилой, словно лопатой, глубокие борозды в земле. Вывожу разные руны, символы, оксограды, сигилы и прочую лабуду.

Делаю это всё, а на душе так грустно… Ну не люблю я это дело! Хоть убейте, не разбираюсь я во всей этой демонологии в плане созидания. Знаю только, как с ней бороться, но никак не воспроизводить. Так, держу в голове несколько сотен схем на разные случаи жизни, которым меня когда-то научили.

Пентаграмма была готова достаточно быстро. Я проверил её несколько раз, дополнил и исправил допущенные ошибки. Как учил меня Костя: всё должно быть идеально. Даже если ты способен убить любого призванного тобой демона, который сошёл с ума или отказался подчиняться, это не значит, что стоит до этого доводить.

Во всём нужна чёткость и порядок. Вспомнилась смешная история, когда я действительно призвал демона, а он рассмеялся и напал на меня, потому что я нарисовал кривую пентаграмму. Это был один из тех редких случаев, когда высший демон какого-то там круга был забит до смерти обычной пивной кружкой.

Но да ладно. В этот раз пентаграмма точно готова, пора её запускать. Беру обычное ведро, которое прихватил ещё в имении, набираю из Байкала воду и начинаю разливать её по бороздам.

Вода спокойно растекается, заполняя символы, и тогда я её поджигаю. Вообще-то, вода в Байкале не горит, но если напитать её моей духовной энергией, получается отличный синий огонь. Пентаграмма мигом зажигается, вспыхивает, и в небо бьёт столб силы. Это происходит потому, что в этом мире демонологов — если они вообще остались в сколь-нибудь серьёзном виде — почти нет, зато полно «халявной» энергии. Её-то я и использовал для этого маяка.

Дальше — обычное послание. Оно улетает адресату вообще без всяких проблем и морок.

— Интересные вещи ты делаешь, но, мне кажется, они опасны, — раздался голос за спиной.

Это была Эрания. Она, видимо, искренне считала, что появилась совершенно неожиданно.

— Многое понимаешь в демонологии? — задал я ей отличный, на мой взгляд, вопрос.

— Конечно, я с ними сталкивалась! — она гордо выпятила грудь вперед.

Это вызвало у меня легкую улыбку. Я решил немножко над ней подшутить — так сказать, пока ответ с той стороны еще не пришел. Но столб энергии продолжал бить, а значит, связь была установлена.

Я просто и без затей подошел к ней. Достаточно резко и быстро — она даже среагировать не успела — положил руку ей на голову. А затем передал целый пакет информации, от которого её глаза тут же закатились. Там не было ничего сверхъестественного: просто некоторые мои встречи с Константином, где наглядно видно, на что он способен.

Когда «просмотр» закончился, Эрания вдруг отпрыгнула от меня и яростно замотала головой.

— Ладно, забираю свои слова назад. С такими я не сталкивалась.

— Ну вот и хорошо, — кивнул ей. — А если тебе интересно про опасность, то всё это совершенно безопасно, поскольку я использую воду. Она всё смягчает. Ну и плюс моя энергия, не стоит про это забывать.

Она хотела что-то ответить, но наш разговор был резко прерван треском и шипением. Из пентаграммы начало что-то вырываться с огромным трудом. Я кожей ощутил, какая там прет мощь, а потому сам отошел на некоторое расстояние, дабы не тратить лишнюю энергию на защиту.

— Грааааааа! — раздался мощный вой над всем Байкалом.

Звук был такой силы, что над водой пошли пузыри — видимо, подводные жители решили, что нового гостя можно и сожрать. Но это, по всей видимости, им не светило. Из пентаграммы вышел двурогий огромный демон со расправленными крыльями, в полном боевом облачении.

Осмотрелся, затем увидел меня и кивнул — так, словно мы знакомы, но я его не узнаю. Эранию он лишь презрительным взглядом окинул: она ему была совершенно неинтересна.

— Повелитель Константин передаёт вам свое приветствие, а также послание. Он выполнит то, о чём вы его просили. Держите.

В следующий миг демон вскрывает себе когтем грудь, и оттуда начинают выпадать круглые сферы, заполненные под завязку демонической энергией. А демон, и без того едва живой, окончательно подыхает. Но это для него не конец: я вижу, как его душа втягивается в пентаграмму и уносится обратно к Константину. Он там ему всё возместит, так что боец ничего не потеряет.

Я же решил больше не играться с демонологией и жахнул по пентаграмме своей энергией. Её тут же снесло, и всё это светопреставление прекратилось.

— Ну вот и отлично, — я поднял первую сферу и обернулся к Эрании. — Теперь у нас есть халявная энергия, чтобы наше путешествие всё-таки свершилось.

— Я не буду это жрать! — тут же выдала она.

— Конечно будешь, — одариваю её многообещающей улыбкой. — У тебя просто выбора нет.

Дракониха фыркнула. Но я прекрасно знаю, как с ней работать, а потому добавляю:

— Или ты хочешь пропустить настолько интересное приключение?

По её тяжелому вздоху понимаю — она у меня в кармане. Ничего пропускать она не собирается. Дети накормлены, ей теперь скучно, а значит — Затупок будет спасен!

Ну, а кто-то будет очень серьезно наказан. Надеюсь, не я, учитывая ту сущность, к которой мы направляемся в гости. Но я уверен в одном… Она меня там точно не ждет!

Глава 8

Многомерная Вселенная

План Инферно

Верховный правитель Ада, повелитель Инферно, ужас всех душ человеческих и господин всех сущностей демонических — Сатана, он же Дьявол, — был сейчас предельно сосредоточен и очень занят. Если бы кто-то увидел его со стороны, то, наверное, нашел бы забавное сходство со школьником, который прилежно выводит в прописях свои первые буквы, даже высунув язык от усердия.

Дьявол рисовал дополнительные пентаграммы к уже существующей основной и куче дополнительных, создавая чрезвычайно сложное заклинание, подобного которому еще не творили в Многомерной Вселенной. И все с одной целью — как можно скорее вернуть к жизни Астарота, Вельзевула и Белиала, поверженных в прах силами Света.

Да-да, несмотря на то, что Астарот был жалким предателем, пожелавшим занять место Дьявола в иерархии Инферно, Дьявол воскрешал и его. Ответ был прост: сейчас ему как никогда нужны были сильные генералы, которых и так можно было пересчитать по пальцам. А что касалось верности, тут всё решалось просто. Во-первых, плох тот демон, который не хочет подсидеть, а затем и сожрать своего повелителя. А во-вторых, как только этот идиот воскреснет, он тут же будет отослан в самую гущу сражений. Возможно, Дьявол отправит его на прямой штурм Первой Крепости Охотников. Этот предатель наверняка сдохнет снова, и, возможно, на сей раз Охотники не ограничатся простым изгнанием его души, а полностью уничтожат её без права на перерождение. Что ж, он это заслужил. Ну и хотя бы хоть так он послужит на благо общего дела.

В общем, Сатана был очень занят, ведь каждая линия, нарисованная хотя бы слегка криво или недостаточно глубоко, могла в итоге разрушить мощную конструкцию, которую было бы чрезвычайно сложно повторить заново. Ну а ещё она обязательно взорвётся. И фиг бы с ним, с миром, который потеряет Дьявола — он специально находился сейчас подальше от своего дворца на такой случай, — но ему было жаль потраченного времени. Времени, которого, как оказалось, у него осталось совсем немного.

В Многомерной Вселенной творилось чёрт знает что. Объединялись такие силы, которые раньше даже срать бы в одном поле не сели. Да-да, человеческие поговорки всё чаще всплывали в голове Сатаны, когда дело касалось этих самых человечков. А дело их касалось, и еще как. Во всём был виноват этот проклятый Охотник Сандр, который заперся в Закрытом мире и никого не хотел туда впустить. Именно он поднял всю бучу, которая привела к последним событиям.

Пустота, Костяной Скульптор и Механический Пастырь объединились в союз и двинулись в сторону Запретного мира. И кто этому всему посодействовал? «Вечный нейтрал» — Предвечная. Удивительно, что она не пришла к Сатане с предложением объединиться с теми тремя. Нет, он, конечно, отказался бы — где великий он, а где эти трое нищебродов! — но сам факт того, что Предвечная обошла его вниманием, был несколько… обидненьким.

Ну ничего. Главное — от Охотников держаться подальше, пока он не восстановит своих генералов. Мало ему гражданской войны, когда эта сволочь Райнер посадил своего ставленника Заебоса в бывший тронный дворец Астарота! Где эта красномордая предательская сволочь сидит и собирает сторонников, собираясь поднять бунт и завоевать Инферно! Но проблема Заебоса была в том, что он был хоть и чертовски сильным, но всё же обычным демоном, который по природе своей подчиняется повелителю Ада. С помощью Охотника он смог обойти кое-какие преграды и ограничения, но сделать что-то по-настоящему серьёзное в одиночку, без помощи Охотников, он точно не сможет.

Как ни удивительно, но для могущественных демонов самыми серьёзными врагами оставались именно эти человечки. Точнее, особенные человечки, называемые демонологами. Да и, собственно, большинство из этих демонологов были полезны Плану Инферно, работая посредниками. Их было легко обмануть, задурив голову несбыточными обещаниями и используя как быструю тропу в мир живых. По факту, всего несколько человек тревожили повелителя Инферно. Да к чёрту, если уж совсем на чистоту — всего один, Константин. Но, к счастью, он сдох. День его смерти был великим праздником во всём Инферно!

Воспитать нового демонолога такого уровня? Теоретически, Многомерная могла бы, но дело не только в силе, а ещё и в характере. Характер и сила Константина — это было чрезвычайно уникальное соединение, которое вряд ли когда-либо повторится.

Дьявол довольно хмыкнул, закончив идеальную пентаграмму. И встал, любуясь содеянным. Совсем скоро его генералы вернутся, он снабдит их новыми силами и новой армией, и тогда Сатана ударит — внезапно и безжалостно — в самое слабое место, собрав много вкусных человеческих душ.

— Господин, всё пропало! — внезапно рядом с ним появилась Ламия, последняя из оставшихся в живых генералов. Судя по тому, как тряслись её губы и руки, дело было действительно серьёзным.

— Что случилось, Ламия?

— Охотники… Охотники вторглись в Инферно! Всё пропало! Армия Охотников на Пустотных драконах летит сейчас к нашей столице!

— Что?!

Если бы у Дьявола было сердце, оно бы сейчас упало в пятки. Впрочем, и пяток в данный момент у него не существовало, ведь он находился не в физическом воплощении, а был чистым энергетом — на тот самый случай, если пентаграмма взорвётся. Но эмоции никуда не делись, поэтому даже в бесплотном теле он почувствовал мурашки по спине.

Затем в голове у него что-то щелкнуло, он сложил факты и нервно рассмеялся:

— Тупая ты скотина, Ламия! Ты бы сначала разобралась. Пустотных драконов не существует уже бог весть сколько. Ты перепила, что ли, своей адской бормотухи?

— Ни в одном глазу, господин! — ответила Ламия, но почему-то отвернула голову в сторону, чтобы запах изо рта шёл в сторонку. — Но это действительно Охотники на Пустотных драконах. Вы можете сами посмотреть.

— Посмотреть? Ну да, конечно, я посмотрю! — кивнул Сатана и… охренел.

Потому что его сведения были неверны. Пустотные драконы существовали. По крайней мере, один из них, который сейчас летел через План Инферно, а на спине его сидел…

— Долбаный Сандр! — выдавил из себя Сатана.

— Что делаем? План эвакуации? Консервируем шестьсот шестьдесят шестой план реальности и уходим в пространственный карман? Так, господин?

Сатане очень хотелось сказать: «Да, именно так». Использовать план, рассчитанный на критический момент, было самое время. Вот только был один нюанс. Да, был Пустотный дракон и был Охотник, но он видел лишь одного дракона и одного Охотника. И пусть это был Великий Охотник Сандр, но вторжением «армии» тут и не пахло.

— Ты дура, что ли? Он один! — презрительно скривился Дьявол, хотя лёгкую тревогу он внутри себя ощущал. Ну ладно… это была сильная тревога.

— Но как же… — Ламия засуетилась, собралась с мыслями и тоже посмотрела сквозь время и пространство, после чего опустила голову: — Простите, господин. Я поторопилась.

— Вот именно, что поторопилась, дура набитая! Скажи спасибо, что я закончил работу. Прервала бы ты меня в самый ответственный момент — я бы тебя саму на энергию пустил, чтобы переделать эту Великую пентаграмму — верх демонологического искусства!

Ламия покосилась в сторону. В принципе, она была согласна. Пентаграмма была великолепна, а павшие души генералов сейчас воплощались обратно с многократно ускоренной скоростью. Вот только они явно не успеют появиться прямо сейчас и помочь в борьбе с Сандром.

— Что будем делать, господин? — осторожно спросила она. — Двадцать четыре адских легиона у меня наготове, но боюсь, этого не хватит.

— Что будем делать… — задумчиво проговорил Дьявол.

Он продолжал следить за Охотником, который, как оказалось, летел не совсем к столице. Он двигался по другому маршруту, пролетая мимо неё. Причем он не кружил, не разведывал — он летел прямо, будто из точки А в точку Б, по чёткому маршруту, разработанному заранее. Это одновременно успокаивало и тревожило.

— А что если… — проговорил он вслух, а затем без лишних разговоров схватил Ламию за шкирку и ринулся сквозь пространство к летящему Охотнику.

Появившись перед ним, он размахнулся и бросил визжащую девку в сторону летящего высоко в небе небесного всадника.

— Убей его, тупая сука!!! — заорал он вслед.

И скрутил пальцы в дулю. Так… на удачу.

В ответ раздался лишь нечленораздельный вопль ужаса Ламии и смех Великого Охотника, который… даже не остановился для того, чтобы сразиться с генералом Инферно. Он просто взмахнул своим мечом, отбрасывая летящую к нему Ламию в сторону, как бильярдный шар, и спокойно полетел дальше, убрав клинок в ножны.

— Еще не время, Дьявол! — весело закричал он. — Я обязательно вернусь, но попозже. А пока что у меня для тебя есть отличная новость: твой старый друг вернулся! Судя по всему, он хорошо отдохнул и, кажется, соскучился по настоящему делу. Если я его хорошо знаю, скоро он придет к тебе в гости. Готовь угощение, Сатана! Это будет весело!!!

С этими словами он достал откуда-то круглый энергетический шар, переливающийся внутри чистым пламенем Инферно, и швырнул его в сторону Сатаны. После чего, пролетев еще пару километров, с лёгким хлопком пустотный дракон исчез из Инферно.

А этот шар… Нет, конечно, он не мог убить повелителя Ада. Это было скорее послание. Шар упал на землю мертвого мира перед Дьяволом и растёкся в стороны. Пламя, будто живое, оформилось в один ужасно знакомый герб — герб Ордена Демонологов. Вот только в центре его проявился идентификатор одного конкретного демонолога. Того, которого…

— Ну это же Костя! — раздался сзади весёлый возглас.

Сатана обернулся и увидел Ламию — счастливую буквально до абсолюта тем, что она всё еще жива. Она сейчас глупо улыбалась и, кажется, совсем не соображала, что говорит. Она была просто счастлива — счастлива тем, что жива.

Сатана же мрачно перевел взгляд обратно на герб, сконцентрировал зрение на идентификаторе и про себя решил: Ламия, конечно, сейчас жива, но, кажется, это совсем ненадолго.

* * *

Что ж, это был гениальный план. Хотя у меня к Константину было пару вопросов: откуда он знал, что через инфернальный мир, который являлся частью Многомерной, можно пройти как по «чёрному ходу», обойдя ограничения Многомерной? Откуда у него такие знания? Причём чрезвычайно опасные, как оказалось. Впрочем, всё это я спрошу у Кости при встрече, которая рано или поздно обязательно состоится. А пока я просто воспользуюсь его подарком.

Броня, накачанная демонической энергией, нырнула в мир Инферно как к себе домой. Я летел, глядя на выжженные пустоши, на действующие вулканы и на кучку бегающих внизу бесов, демонов и прочей инфернальной сволочи, и улыбался. В очередной раз я думал о задумке Многомерной — или кто там вообще всем этим рулил. Одним за другим она отправляла величайших, без преувеличения, деятелей Многомерной Вселенной на перерождение. Нет, не самых сильных, не самых умных… напрашивалось слово «весёлых», а тем более «отмороженных», но тут старый Архитектор выбивался из картины. Да и Михаил был действительно сильнейшим из лекарей.

Короче, хрен его знает, по какому принципу отбирала нас Многомерная, но делала она это чрезвычайно искусно. И самое главное — она прямо сейчас возвращала всех обратно, будто беспокоясь, что они могут пропустить предстоящее веселье. А то, что веселье скоро будет, в этом я уже даже не сомневался. Один я, как дурак, не могу присоединиться к банкету — зачем-то Многомерная меня всё ещё придерживает. Понять бы ещё, для чего.

Но к чёрту размышления. Я иду по следу Затупка, и даже летящий прямо в меня великий генерал Инферно Ламия не помешает мне в этом. Забавно, но, кажется, она боялась. Судя по всему, у всего инфернального мира сейчас нервы на пределе. Даже Сатана смотрел на меня со стороны несколько настороженно. Но такой расклад мне нравится. И дабы ещё немножко поджечь ему пятую точку, я отправил ему одну из демонических сфер Константина, напитанную его энергией. У них с Сатаной долгие и очень сложные отношения. Я уверен, Дьявол сразу поймёт, от кого послание, и уж конечно он будет «счастлив» увидеть Костю у себя в гостях. Ха-ха!

Вырвавшись из плана Инферно и Многомерной в целом, мы закружились в пространстве. Я замер в нетерпении на спине летящего дракона, ожидая, в какую ещё Вселенную меня занесёт сейчас. То, что это не была Вселенная Хроника или Вселенная Коллекционера, я знал точно — туда тропинка уже была протоптана, я бы её узнал. Нет, мы сейчас летим в какую-то другую, неведомую мне Вселенную, через которую можно пройти только таким кривым способом, используя определённый выход из Многомерной. И это будет Вселенная…

— Сандр, готовься! Боевая тревога! — крикнула Эрания и я почувствовал, как пространственная аура вокруг неё уплотнилась до плотности настоящего щита, способного выдержать практически любой удар.

Да, говорят, что пустотных драконов придумали сами Странники, дабы обойти ограничения своих же миров. А кто-то, кстати, думал, что пустотные драконы были простыми рабочими лошадками — такими себе курьерами, которых использовали Странники в момент строительства, а потом просто забыли. Или намеренно оставили.

В общем, атакующая мощь у пустотных драконов практически полностью отсутствовала — насколько она может отсутствовать у любого дракона, который сам по себе является машиной для убийства. Но именно наступательных заклинаний у пустотных драконов не было. А вот что касается защиты, у них был тот самый абсолютный щит, с которым невозможно было ничего сделать. Да, он держался недолго, но этого всегда хватало, чтобы пустотники могли успеть сбежать в безопасное место, используя свою уникальную способность.

Как имея такой щит, пустотные драконы дали себя уничтожить, я понятия не имел. Надо будет как-нибудь расспросить Эранию на досуге. Опять же, это важно в свете того, что с моей помощью она сейчас возрождает поголовье пустотных драконов. Ни в коем случае нельзя сделать так, чтобы это повторилось в будущем. Да и мне жалко этих милых маленьких дракончиков. Я уже, честно говоря, прикинул, какой кому из моих детей достанется. Эрания, правда, об этом не знала, но что-то мне подсказывало, что я её уговорю. Симбиоз пустотного дракона с Охотником — я считаю, это отличная идея. Ведь, в отличие от драконов, у Охотников есть наступательная магия, и мы не стесняемся её использовать.

Прямо сейчас я подготовил всё самое убойное, подвесив по заклятью на кончики каждого из двадцати своих пальцев. Да-да, пальцы на ногах я тоже использовал, они отличные проводники. Я точно знаю, что можно было подвесить еще и двадцать первое. Такие эксперименты проводились, а Дэн даже с удовольствием это демонстрировал, но я всё-таки считал, что двадцать первый… гхм… кончик использовать для этого — как-то «фу»!

В общем, я был во всеоружии и был готов нагибать и унижать. Осталось понять, кого. Ведь там, где мы оказались… это точно не была знакомая Вселенная. Да, собственно, это и Вселенной в полной мере и не было. Это мог быть пространственный карман, которые весьма распространены как для хранилищ, так и для укрытий. Но я чувствовал эти технологии и понимал, что это тоже немножко другое. Обычные, даже самые сложные пространственные карманы, в которых могли прятаться целые королевства, произведённые жителями Многомерной, по сравнению с этим пространством были как… ну, как деревянный ящик рядом с банковским хранилищем.

То есть тут речь шла о нескольких порядках мастерства, с помощью которого было сотворено это место. Причем этот кусок не нёс никакой функции, он был абсолютно пуст, как будто всё, что находилось в нем раньше, было аккуратно изъято, оставив просто уникальную оболочку и пустоту внутри.

Ну, пустота была не совсем полной, потому что кое-кто здесь присутствовал.

— Почему я не удивлен? — нахмурился я, опуская руки и гася подготовленные заклинания, но всё же не убирая их далеко, чтобы достать в случае необходимости.

Но вступать в противостояние с этой… гхм… женщиной было несколько неразумно.

— И я рада тебе видеть, великий Охотник Сандр, — улыбнулось высшее существо Многомерной, сейчас воплощённое в тело изысканной дамы с хищным взглядом.

Что, кстати, за привычка пихать себя в тела женщин? Чтобы меня соблазнить и отключить мне мозг? Ну, это так не работает. Хотя было бы интересно посмотреть на неё без одежды… Я потряс головой, сбрасывая наваждение.

— Верни мохнатого! — буркнул я недружелюбно, не собираясь ни здороваться, ни рассыпаться в реверансах.

— Кого? — удивилась она.

— Медоеда моего! Вот кого. Не прикидывайся дурой.

— Фу, как некрасиво, Сандр. Такими словами — и с женщиной…

— Хорош нести чушь, Предвечная!

Прямо сейчас я пытался себя заново накрутить. В отличие от многих, ярость давала мне силы в бою. А если здесь придётся вступить в бой… Ну, победить один на один Предвечную я вряд ли смогу, но и просто так сбежать не собирался. По крайней мере, я выживу и, возможно, даже пропишу ей пару лещей. Зачем? Да затем, что мне этого чертовски хотелось.

— Верни медоеда, Предвечная! — монотонным голосом, слегка дрожащим от ярости, повторил я.

— Неужели тебе эта блохастая скотина настолько стала важна?

— Хватит! — рявкнул я, повысив голос. — Хватит ходить вокруг да около. Никаких разговоров, пока ты не вернешь мне медоеда.

— М-да… — Предвечная задумчиво посмотрела на меня, томно закатив глаза и прикусив губу. — Кажется, она недооценила мою привязанность к этому вечноссущему мохнатому шару. Кстати, есть у меня подозрение, что в мочевой пузырь у него пространственный карман встроен. Столько, сколько он ссыт — можно целый океан наполнить!

Хорошая попытка, но нет. Я всё еще молчал, пристально глядя на неё и ожидая, пока до неё дойдёт смысл моих слов.

— Ах, ладно, — тряхнула головой Предвечная. Её светлые волосы каскадом рассыпались по оголенным плечам. Ну, на самом деле действительно красиво. — Вижу, что ты не настроен. Я тебе готова отдать медоеда прямо сейчас. Но, как ты понимаешь, я затратила слишком много сил, и мне хотелось бы получить небольшую компенсацию.

— Что ты хочешь? — расцепил я зубы, чтобы задать вопрос.

Да, она охеревшая скотина, и сейчас начался настоящий шантаж. Но, как я сказал, сражаться с ней — не вариант, а узнать условия обмена не будет лишним. Возможно, что-нибудь для меня ничего не стоящее.

— О, это очень просто, Сандр, — оживилась Предвечная. — Одно моё желание, которое ты выполнишь. Не прямо сейчас, а когда я попрошу.

— Сука, — прошептал я.

— Что? Ты это мне? — нахмурилась она.

— Это междометие. Или как это у вас, богов, называется? — огрызнулся я. — Скажи мне, Предвечная, почему вы все такие хитрожопые? А ещё у вас у всех отсутствует фантазия. Нельзя придумать ничего более умного?

— А что ещё может быть более умного, чем неизвестное желание великого Охотника Сандра, которое можно в любой момент у него затребовать? — удивилась Предвечная.

— Да, херню спорол, — согласился я. — Но… — я немножко подумал и отрицательно покачал головой: — Нет, не пойдет. Давай что-то другое.

— А другого у меня нет. Или желание, или никак, — развела руками Предвечная.

— Ну, значит… никак.

Последнее слово стоило мне огромных усилий. Зная Предвечную, это желание могло бы мне выйти боком. Да что значит «могло бы»? Оно бы мне обязательно вышло боком.

— Ну, тогда тебе удачи в поисках этого мохнатого обоссанца! — рассмеялась Предвечная и исчезла.

— Сука! — повторил я, на этот раз имея в виду не междометие, а одну конкретную женоподобную сущность, которая только что свалила.

Я огляделся и включил все свои органы чувств.

— Эрания, я же не ошибаюсь? — нахмурился я, внезапно поняв кое-что. — Мы сейчас находимся в пространстве…

— Странников, — согласно кивнула Эрания.

Её глаза внезапно зажглись каким-то потусторонним светом… странного розоватого оттенка!

Глава 9

Где-то в Многомерной Вселенной

— Август, старый ты хрен, иди я тебя обниму!

— «Старый хрен» сказал мне «старый хрен»! — весело рассмеялся боевой капеллан Ордена Паладинов Август Соларис, который ныне пребывал в молодом теле, и обнялся со старым Маком, с которым они были знакомы… ну, вряд ли можно сосчитать, какое время. Этот срок явно стремился к бесконечности.

Если Первый Охотник был всегда, то командоры Ордена Паладинов менялись уже несколько раз. А Август существовал всё это время, наблюдая за их сменами и каждый раз подставляя своё мощное плечо, на которое всегда можно было опереться. Видимо, у Вселенной были такие планы на боевого капеллана. Ну, он особо и не расстраивался. До того момента, когда чуть не был уничтожен весь Орден.

Всё это Август рассказал Андрею за то короткое время, которое занял их молниеносный рейд в Скверну, во время которого они смогли проверить молодых братьев, порубить целую кучу осквернённой нечисти и испугать до усрачки Неназываемого. А потом, согласно желанию самого Андрея, оставить «крылатое послание» самой Скверне. Последнее, кстати, впечатлило Августа. Судя по всему, он не был старым брюзгой, или перерождение повлияло на него в правильную сторону, потому что он начал ценить хорошие шутки.

Сейчас они вернулись из Вселенной Скверны, правда, настолько сильно запачкавшись в этой самой энергии, что столкнулись нос к носу с патрулём Охотников, который выдвинулся в место предполагаемого прорыва. А так как к Скверне относились серьёзно, то возглавлял эту группу никто иной, как сам старый Мак. Вот сейчас они уже и обнимались с Августом, хлопая друг друга по спине.

Андрей всё никак не мог избавиться от странного ощущения. Ведь Старый Мак выглядел… ну, действительно как Старый Мак — огромный, здоровенный, как медведь, бородатый мужчина с тысячелетним пламенем в глазах. Август всё-таки сильно уступал ему в габаритах, являясь хоть и весьма крепким, но всё-таки молодым парнем. Единственное, что их сближало, — это взгляд. И у того, и у другого он напоминал человека, который устал задолго до рождения некоторых Орденов в этой Вселенной.

А ещё Мака заинтересовала Небесная Крепость, по которой он попросил устроить ему экскурсию. Что немедленно и сделал хранитель крепости. Похоже, на старого Охотника это произвело впечатление. Андрей всё-таки был молод, и некоторые эпитеты, которыми перекидывался Мак с Августом, были ему непонятны. Но, похоже, эти двое были на одной волне. И кажется, эта крепость была действительно нечто невиданным в Многомерной Вселенной. Андрея даже гордость взяла за обладание такой штукой. Да, конечно, это сделал Сандр, но и он приложил к этому руку.

— Что ж, молодой командор, — в конце визита подошёл к нему Мак. — Я рад, что не ошибся в тебе. Ты идёшь в правильном направлении, набираешь силу, ну и опыт. А знания теперь тебе поможет набрать старина Август. Хотя… — Мак с улыбкой обернулся на стоящего рядом Августа Солариса. — Что-то он помолодел, не только телом, но и душой. Гляжу я на вас, долбаных перерожденцев, думаю: может, и мне переродиться? Хоть какой-то вкус к жизни появится.

— Не-не-не, — тут же возразил Август. — Тебе нельзя. Вся Вселенная рухнет. Равновесие, помнишь?

— А причём здесь равновесие? — нахмурился Мак.

— Ну, такого старого брюзгу если убрать из этого мира, то кому-то другому придётся в него превратиться. А я вот, лично, больше не хочу.

— Да, Август, с тобой точно что-то не так, — беззлобно засмеялся старый Мак, хлопая его по плечу. — Не только дрыщом стал, но и юмор прорезался.

— Завидуйте молча, — улыбнулся Август. — А сейчас всё, валите отсюда на хрен. Есть у нас ещё одно дело.

— Эй, не забывайся, малец! — шутливо погрозил ему пальцем Мак, на что рассмеялся уже Август.

— Ты определись: «старый хрен» или «малец». Но только определяйся где-то в другом месте, например, в своей крепости. Давай, оп-оп! — похлопал он в ладоши. — Проваливайте, ребята. Дайте Ордену Паладинов делать свою работу.

— Да уж, — широко улыбнулся Мак, рефлекторно поглаживая густую бороду. — Похоже, Орден Паладинов действительно вернулся.

***

— Да ну на хрен! — я отпрыгнул от странно изменившейся драконихи и тут же вернул на все «кончики» ранее убранные заклинания. Но, к счастью, ничего не произошло.

Лицо Эрании просто стало более-менее спокойным, почти безэмоциональным, и таким же безэмоциональным чужим голосом она начала вещать:

— Обнаружен объект XXD-1524785. Рабочее название: Пустотный Дракон. Статус: отключён от центра. Подключение… подключение… ошибка, подключение отсутствует. Поиск управляющего ядра. Поиск… Поиск… ошибка, управляющее ядро отсутствует. Вывод: индивид оставлен в автономном режиме функционирования. Распаковка архива… Ждите… ждите… ждите… Идентификация собеседника. Раса: человек. Подтип: ТОП-24728533-БИС. Рабочее название: Душелов. Организационная структура: Орден Охотников. Код допуска: Зеленый, 32. Распаковка архива согласно имеющемуся допуску. Ждите… ждите… ждите…

Я охреневал, глядя на это, ждал и понимал, что сейчас происходит что-то реально необычное, и надо бы это всё внимательно запомнить. Ну, память у меня почти идеальная, так что, думаю, запомню. Неизвестной хрени понадобилось минут пятнадцать, прежде чем глаза Эрании приняли осмысленное выражение и она заговорила уже более человеческим голосом, с человеческими интонациями:

— Странники приветствуют тебя, Охотник. Сейчас ты находишься в многофункциональной субъективной реальности класса Бета-Зета 33. Раньше здесь располагался управляющий узел нашей рабочей сети, позже демонтированный за ненадобностью. Твоё нахождение здесь квалифицировано как взрывная эволюция разумных видов в соответствии с протоколом JOPA-223322, что позволяет сделать нам вывод, что контроль над границами образования с рабочим названием «Вселенная», потерян. И в ближайшее время наступит окончательный хаос. Инициирован протокол возвращения Странников. Ждите… ждите… ждите… Ошибка. Обратный отклик отсутствует. Странников в пределах действия не обнаружено. Индивид Охотник, тебе поручается задание: найти Странников и объявить им о начале протокола JOPA-223322. Эта задача является приоритетной. Ты должен отложить все другие задачи, пока не выполнишь её. Приказ не обсуждается.

— Ни фига себе вы суровые, — наконец смог вставить своё слово я. — С хрена ли я буду подчиняться какой-то неведомой хтони?

— Протокол JOPA-223322 имеет приоритетное значение для всех существ всех Вселенных. Он должен быть выполнен…

— Да что ты заладил: должен, должен… А что мне с этого будет?

— Минуту, поиск подходящего ответа… Тебе ничего не будет, Охотник, ты просто должен его выполнить.

— Переговорщик из тебя так себе, — улыбнулся я, немного расслабляясь. — Но так и быть, если ты подскажешь, где их искать, и вернёшь мне моего Медоеда, то, возможно, я подумаю, что можно сделать.

— Поиск подходящего ответа… Ждите… ждите…

Я смотрел на Эранию, которая превратилась в передатчик воли давно пропавших Странников, и странные мысли лезли мне в голову. Что-то или кто-то, что пыталось таким образом через неё поговорить, явно испытывало проблемы с энергией или, как там правильно у них говорится, с мощностью. В общем, у него явно было что-то не так, и, судя по всему, это «не так» было уже очень давно. А вот то, что он сказал о Странниках… Ну, это реально интересно. Нет существа в Многомерной Вселенной, да и в других Вселенных, которое не хотело бы встретиться с легендарными Создателями Вселенных.

— Ближайшие возможные места контакта со Странниками загружены в память индивида XXD-1524785. Ты сможешь воспользоваться этим после прерывания контакта.

— Ага, отлично. А что насчёт Медоеда?

— После отключения связи он вернётся из подпространственного кармана, дабы ты смог его забрать.

— Ну, вот это другой разговор.

— Приказываю начать поиски Странников для передачи важной информации немедленно.

— Да-да-да… вот только шнурки поглажу, — улыбнулся я.

— Термин неизвестен, но общее согласие индивида Охотника получено. До новых встреч, и да пребудет с тобой сила!

Голос исчез, а вернувшаяся осознанность в глазах Эрании заставила её яростно затрясти головой, как будто выгоняя из себя остатки голоса, что был у неё в башке.

— И с тобой пусть пребудет сила… Эрания, ты как?

— Это было… странно, — сказала Эрания, — но в то же время восхитительно, — она глупо улыбнулась. — Мои создатели… они живы!

— Ну, сказать, что они живы — это слишком смелое заявление, — улыбнулся я. — Но так-то да, где-то трепыхаются. Он там говорил что-то о координатах. Он их закачал тебе в голову?

— Да, всё на месте. Когда мы сможем приступить к поиску моих создателей, Сандр?

— Ну-ну-ну, не надо торопиться. Или ты тоже заразилась спешкой от этого… — я помахал расправленной ладонью в воздухе, пытаясь подобрать слова, но не придумал ничего умнее, чем: — …типа?

Эрания на секунду задумалась и нахмурилась, как будто пыталась что-то возразить, но потом черты её лица разгладились.

— Да, ты прав. Эта спешка осталась как остаточная эманация от контакта. Возможно, нам и совсем не стоит их искать, Сандр. Боюсь, как бы не стало хуже.

— Ну, есть что-то в твоём посыле, — согласился я. — Но об этом мы будем думать потом, — я огляделся. — Вот только кажется, эта сволочь меня надурила и Затупка мне не вернула.

— Ой, извини, Сандр, это мой косяк. Он оставил нужный код, сейчас я его передам.

Глаза Эрании несколько раз очень быстро моргнули пустотным пламенем, как будто передавая неведомую азбуку Морзе, и передо мной из воздуха возник целый, невредимый и сладко спящий Медоед, который после пробуждения задвинул мне откровенную дичь…

Где-то…

Принц-Медоед спал. Он вообще любил поспать, ведь когда спишь, не нужно реагировать на глупые вопросы и поступки окружающих. Нет, в данный момент у него был хороший хозяин, которого можно было даже назвать другом. Человек, Охотник, прекрасный муж, семьянин и просто Сандр, который всегда затащит, если что.

Медоед не помнил, как он попал на Землю, кто ему помог и как именно это случилось. Собственно, и воспоминания о прошлом подстёрлись в его голове после того, как род Галактионовых почти полностью пал. Оставалось совсем немного времени до того, как его душа окончательно бы развоплотилась. Да, тогда и пришёл великий Охотник Сандр, называвшийся тогда простым русским бароном Александром Галактионовым. И жизнь принца Медоеда кардинально изменилась.

Тогда он не помнил, что был принцем. Вообще не помнил, что у него есть родственники и целый мир, заселённый его подданными. У него появилось множество различных имен. Он даже сделал небольшую карьеру, поднявшись в званиях. Многие из этих кличек могли показаться обидными, но только не для принца, которому было на это глубоко похрен, так же, как и его нынешнему хозяину. Ведь что такое слова? Они ничто без дела, которое за ними последует.

Да и такое количество прозвищ не имел ни один из окружавших его существ или людей. Так что это было своего рода признание заслуг принца. Хотя парочка имён, типа «Обоссанца», всё же слегка коробили слух принца. Но, как он сам рассуждал, за долгое время своего бесцельного существования (в момент которого он чуть не потерял собственное «я»), принц Медоед всё еще не мог насладиться обычным отдыхом. А сон был важнейшей частью его нынешнего бытия. Ну, после яблок, конечно же. Или даже важнее яблок. Ладно, пускай и то и другое будет одинаково важно.

Когда начали собирать мечи Галактионовых, его душа, разум и воспоминания стали восстанавливаться по кусочкам. С каждым мечом, в котором изначально находилась частичка его собственной души, принц Медоед становился всё умнее и вспоминал всё больше. Но… привычка прикидываться тупым у него осталась. Почему? Принц не мог признаться в этом даже самому себе, но иногда, в моменты хорошего настроения, он допускал мысль, что ему просто нравится всё как есть, и он боится это всё испортить. А проявлять больше инициативы и больше общения означало подвергнуть опасности этот шаткий, новый, безопасный мирок, в котором он сейчас существовал.

Хотя закрадывались мысли, что уже пора бы… Глядя на то, что происходило вокруг, принц понимал, что Сандру нужна его помощь. И да, он не отказывался, просто… откладывал это на потом. Но то, что случилось с ним прямо сейчас, немного расстроило Медоеда. Он спал — ну, то есть, конечно же, дремал в один глазок, охраняя вверенное ему имение и никого не трогал, — когда неведомая сила захватила и утащила его прочь с планеты. Сила была настолько огромной и невероятной, что он даже не смог сопротивляться достойно. Если бы он сразу среагировал, может, и удалось бы, используя имение и доступные запасы энергии как якорь, зацепиться и никуда не пойти. Но, как было сказано, он, к сожалению, немножко задремал. Пропустил этот момент. А потом было уже поздно…

Он увидел высшее существо, которое раньше его народ боготворил. Ну, не конкретно её, а похожих высших существ, которые стояли даже над богами и обладали безмерной силой. Удивительно, но прямо сейчас принц не испытывал ни страха, ни даже какого-то уважения. Первое, что он сделал, — это презрительно обоссал прекрасный ковёр, на котором стоял трон и на котором сидела сущность, называвшая себя Предвечной. О, как она орала! Как приятны были её крики принцу, когда она сообщала, что это вообще за артефакт, какой он ценный, в единственном экземпляре, и как моча Медоеда его окончательно испортила.

Всё это придало принцу радость и задор, так что пока Предвечная сокрушалась над своим испорченным ковром, он успел обоссать ещё несколько предметов её интерьера, до того как та догадалась его обездвижить. Но как же она ошибалась! Принц-Медоед давно научился ходить через Тень, и это было всем известно. Но чего никто не знал, так это того, что он научился, так сказать, справлять малую нужду через тень. Что он немедленно и продемонстрировал, всё ещё будучи парализованным и нагло улыбаясь в лицо Предвечной.

О, второй этап воя и криков был ещё веселее! После этого они переместились в какое-то неведомое пространство, от которого пахло сильной, но незнакомой энергией. Судя по настроению Предвечной, ей уже не хотелось насмехаться и унижать принца. Она обозвала его нехорошими словами и просто оставила, уйдя прочь.

А вот принц что-то нажал, и всё исчезло. Да-да, по-другому он не мог объяснить. Просто он провалился в сон, который начался интересно. Начался он со слов: «Сначала не было ничего, а потом появился двоичный код…» Принц Медоед знал, что такое «ничего» — это когда заканчивается антоновка. А вот что такое «двоичный код», он не знал.

Но дальше во сне он видел интересные картинки: как создалась планета, как прошли миллионы лет и зародилась там жизнь, как эта жизнь распространилась на другие планеты. Как появились высшие существа, которые называли себя Странниками и которые по образу и подобию своего мира начали создавать другие Вселенные. Как это продолжалось долгое-долгое время, а потом… потом они устали. Среди них остались всего несколько Странников, которые начали называть себя Создателями, которые вызвались добровольцами для того, чтобы поддерживать созданные Вселенные и не дать заглохнуть наследию Странников.

Но и они потихоньку уходили в небытие, а вместе с ними уходил и порядок. Медоед видел множество рас и народностей, которые сражались на территориях планет и в космических пространствах. Большие, малые и просто гигантские корабли… Особенно ему запомнились одни, раскрашенные неприятным для глаз розовым оттенком. Кажется, им даже удалось образовать какую-то Империю, и, похоже, их Император имел прямую связь с Создателями. Но это не точно, как говорил его хозяин. А точно было то, что прямо сейчас, судя по всему, Создатели полностью то ли покинули, то ли отстранились от участия. И любопытные существа, которых они создали внутри новых Вселенных, начали безобразничать. Все эти походы сквозь Вселенную к добру не приведут.

И кажется, наступила эпоха, когда нужно брать порядок в свои руки. Принц попутно подумал, что хозяин его достаточно сильный, чтобы взять это на себя. Но сила тут не главное, главное — ум и порядок. И если с первым ещё было у Сандра более-менее, то с порядком у него был откровенный швах. А это значило, что принцу Медоеду придётся брать всё в свои руки!

Примерно на этих мыслях он и проснулся. Проснулся, когда кто-то бесцеремонным образом лупил его ладонью по мохнатой заднице. А учитывая, кому принадлежала эта ладонь, один удар её мог убить не то что человека, а и слабенького бога. В общем, да, это был его друг и хозяин Сандр, который таким образом пытался его разбудить.

— Просыпайся, мохнатая задница! Сколько можно спать?

— Хватит меня дубасить, — ответил принц Медоед, и увидел, как округлились глаза у Сандра, и тот остановил руку, висящую в воздухе.

— О, у тебя снова приступ осознанности? Ты снова нормально заговорил? — удивился Сандр.

— Сарказм здесь неуместен, — скривился Медоед. — Должно же быть хоть у кого-то из нас немного осознанности.

— Ха-ха-ха! — не выдержал и рассмеялся Сандр. — Так у тебя и юмор прорезался? Расскажи-ка мне, что с тобой делала Предвечная.

— Это неважно, — покачал головой Медоед. — Важно то, что я — Избранный. И я планирую взять власть в Многомерной ради блага во всей Вселенной, — он немного подумал и серьёзно добавил: — Ну, точнее, во всех Вселенных.

— Ни хрена себе! — только и смог выдавить из себя Охотник, у которого глаза увеличились ещё больше, хотя, казалось бы, куда ещё больше.

— Но сначала мне нужно стать королём, возродить своё племя, оставить потомство и спокойно править всей Вселенной, — как о чём-то обыденном, абсолютно спокойно сказал Медоед, неосознанно любуясь охреневанием своего друга.

— Ну, как бы это… — Сандр редко не мог подобрать слова, и, похоже, это был один из тех редких моментов, когда он действительно не мог ничего сказать.

— Просто скажи, что ты мне поможешь. А когда я стану правителем Вселенной, я о тебе, так и быть, не забуду, — милостиво согласился Медоед, чем снова вызвал смех у Сандры.

— Смотрю я на тебя, мой мохнатый обосс… извини, друг Медоед, и вот сейчас не могу понять: то ли это ты так шутишь, то ли ты действительно преисполнился.

— Война-план покажет, — хмыкнул Медоед, поднялся на задние лапы, а передней постучал сидящего на корточках Охотника по плечу, как будто успокаивая. — Всё, давай, полетели делать меня королём!

Глава 10

Прямо сейчас наша троица летела по очень странному пространству. Настолько странному, что я практически не чувствовал здесь знакомых энергий или каких-то веяний. Ощущение, будто это место находится так далеко от всего, что я знал раньше, насколько это вообще можно было себе представить.

И вот, казалось бы, моя ситуация сейчас тоже странная, но я нахожусь на правильной дороге. Ведь узнать, кто такие Странники — очень заманчивая штука. Не говоря уже о том, чтобы с ними встретиться. Даже тот инцидент с Эранией был из ряда вон выходящим.

Она, кстати, сейчас была очень довольной. Ей было настолько хорошо на душе, что она не затыкалась и, по факту, вовсю общалась с Медоедом. А я, между прочим, хотел бы, чтобы она смотрела прямо на так называемую дорогу. А то не хватало ещё расшибиться в лепёшку, если где-то здесь стоит пространственный «шлагбаум».

Я, конечно, очень удивлюсь, если найду его здесь. Потому что, насколько мне известно, это очень секретная и эксклюзивная техника одного человека по имени Грегори, который её и создал. До него, кажется, таким никто не промышлял. И если вдруг такой шлагбаум здесь окажется, это будет означать, что Грегори здесь бывал. И не то чтобы я сомневался в возможностях своего друга, но мне он, как минимум, мог бы об этом сказать.

Ладно, это всё мысли, чтобы забить голову. На самом деле меня не покидает чувство какой-то неправильности. Как будто всё, что здесь происходит — ну всё не то. Я вот прямо сейчас разумом понимаю, что сходится всё не просто на сто процентов, а, так сказать, на всю тысячу.

Да, только что-то все же меня смущает. Ведь Охотники не любят прислушиваться к разуму. Мы действуем через интуицию, чувства и свой опыт. И опыт подсказывает мне: если твоя цель движется к тебе быстрее, чем ты к ней, значит, здесь точно какой-то обман. Возможно, я ошибаюсь. Но это, конечно, еще стоит выяснить.

К примеру, координат, которые были переданы мне ранее, было больше тысячи. Но из странных, как по мне, моментов: все они находились достаточно далеко, кроме одного. Что сразу натолкнуло меня на мысль о том, что мы идём туда, куда кто-то хочет. И вообще, всё это представление с Эранией напоминало мне очень даже продвинутую технологию. Нечто подобное я видел у Феликса. Правда, в более простом варианте.

— Сандр, Сандр, мы практически прибыли! Ты представляешь, мы увидим моих создателей! — затрепетала от радости Эрания.

А мне вдруг захотелось ударить её чем-то тяжёлым по голове. Не промыли ли ей мозги? Если это так, то это проблема на самом деле мирового масштаба. Ведь мне на ней еще назад возвращаться, как ни крути. А потому пока оставим её голову в покое.

Когда мы стали приближаться к выходу из этого пространства, я сразу ощутил неладное. По ощущениям, меня сканировали. Сканирование было настолько мощным и полным, что я чувствовал себя просто какой-то маленькой букашкой, которую толпа архимагистров и учёных сейчас разглядывает со всех сторон. Но в то же самое время что-то мне подсказывало: не включать никакие защитные функции. Это может навредить и даже закрыть проход сюда.

А так, сканирование — ну подумаешь. Во многих местах это обычное дело. Помню планету, на которую Охотники одно время не могли проникнуть, поскольку коллегия магов, живущая там, поставила защиту: любой человек с даром Душелова не может пройти сквозь этот барьер. И эта их магия работала около семи сотен лет. Очень опасливые и настырные утырки, которые не ленились и подпитывали её просто всеми своими возможностями. По слухам, они за большие деньги покупали из разных мест огромные накопители энергии, дабы их защита не просела. Вот настолько они не любили Охотников.

Но самое смешное заключалось в том, что мы на самом деле посещали эту планету достаточно часто и могли проходить через их защиту. Пусть и с небольшими проблемами, но всё-таки могли. Семь сотен лет мы использовали их барьер для того, чтобы проверять потенциальных кандидатов на владение даром Охотников. Ведь если юнец или ребёнок не мог попасть на эту планету — у него явно был дар.

Проблемы с этой планетой у нас возникли буквально каждый год после того, как защита просуществовала первую сотню лет. Маги то и дело созывали советы и голосовали: не снять ли защиту, чтобы не тратить энергию впустую? Но единогласно принять решение никак не могли.

Потому мы, в свою очередь, не стояли в стороне и, так сказать, местами суетились: устраивали веселые представления. Словно мы пытаемся проникнуть на планету практически полным составом Ордена, и у нас ничего не получается, при том, что мы применяем всю свою силу. Это подпитывало уверенность магов на целый год — они верили, что делают правильное дело и их защита работает.

Фишка этой защиты, которую мы так легко проходили, заключалась в её разумности. Она просто полностью нас сканировала, видела, что сопротивление бесполезно, и отмечала нас как обычных людей, а не как Охотников. Возможно, здесь случится то же самое.

Ведь всё-таки, несмотря на то, что дело, как мне кажется, мы имеем со Странниками, я верю в свои силы. Я видел великих и легендарных создателей, которые мастерством превосходили даже Архитекторов и Скульпторов, но в то же самое время практически не имели никаких боевых показателей. А потому я, пожалуй, рискнул. Полностью расслабился, но был готов врубить свою защиту в любую секунду, если что-то пойдёт не так.

Но делать этого мне не понадобилось. Чем дольше мы находились в моменте перехода, тем быстрее всё происходило, и наша скорость тоже увеличивалась. Краткий миг — и я даже не понял, как мы оказались в совершенно новой для нас Вселенной, которая сразу же поразила меня своей красотой. Не знаю, как это описать.

Она просто была другая. В большинстве мест, где я бывал, космос и пространство — чёрного цвета. А здесь всё имело разные цвета, переливалось так, словно мы оказались внутри самой энергии и стали её частью. Однако… всё это — лишь обманка или наваждение, которое нам услужливо рисует мозг. Я уже провёл свои сканирования и понял, что самая первая моя мысль была неправильной.

— Куда дальше? — задаю вопрос Эрании.

Она даже не может нормально ответить, заикается, пытается что-то сказать, явно пытается высказать своё восхищение этим местом.

— Эрания, алё, приём! Странники, возможно, находятся сейчас в опасности! Мы должны поторопиться, – я решил сыграть по-грязному.

Это подействовало на нее отрезвляюще. Она быстро замотала головой и выдала свой ответ.

— Ты прав, Сандр. Прости меня... Я просто глупый дракон. Не подумала об этом. Исправляюсь, – быстро закивала она головой и врубила максимальную скорость.

А жаль. Я бы хотел, так сказать, по ходу изучить эту местность.

Но теперь не получится, ведь мы летим слишком быстро.

Ну да ладно. Чем быстрее я разберусь с этим делом, тем скорее мы отправимся домой. Если Эрания думает, что она останется со своими создателями, то очень ошибается. Как минимум, я вообще не уверен, если ли там Странники, или хоть бы один Странник, и что мы сможем найти их живыми.

Но это уже так. Чисто мои мысли.

Все шло достаточно просто, пока в один момент наше путешествие не прервала сама Эрания. Она резко сбросила скорость и крикнула нам, чтобы мы были поосторожнее. Очень даже интересно было бы у неё уточнить, каким это образом мы можем такое сделать в открытом пространстве?

Но ей, кажется, всё равно. Вначале я подумал, что мы попали в какой-то метеоритный поток. Но чем больше она маневрировала, уклоняясь от этих неведомых осколков, тем лучше я мог рассмотреть происходящее. И оно, кстати, поражало.

Целые куски некогда огромной каменной крепости летели прямо на нас. Ну, как на нас... Они на самом деле просто тут дрейфовали, а это мы, вероятно, вошли в зону их "лётных учений". Но всё равно это было неприятно.

А ещё Эрания не могла отсюда нормально уйти в подпространство, поскольку энергетика этой Вселенной была "слегка закодированной". Так она мне сказала. Как по мне, она просто нарушена и заблокирована. После прошлого вмешательства в её голову дракониха стала изъясняться странными фразами, и это слегка напрягало. Как бы мне потом и правда не пришлось самому искать дорогу домой.

А домой я вернусь в любом случае, даже если для этого мне придётся вызвать сюда саму Бездну.

Интересная картина складывалась: крепость размером с целый мир. Тут должен признаться, что прежде я такого не видел. Но всё заканчивается — и в этом мире, и в этой Вселенной, и в других тоже. Обломки тоже закончились спустя несколько часов. Кстати, я думал, может, удастся обнаружить и присвоить что-то ценное, но нет. Сплошные камни и ничего более. Всё остальное уже давным-давно истлело.

— Сандр, я ощущаю, что мы уже совсем близко. Координаты... они зовут меня, — дрожащим голосом выдала Эрания.

— Путь к моему величию сейчас прямо передо мной! — безумно захихикал Медоед.

— Скажите, только я здесь среди вас нормальный? — зачем-то решил я спросить, хотя нужно было просто констатировать факт.

Ну да ладно. Они как-то так странно посмотрели на меня, словно...

— Ты чего, Сандр, не веришь в великих Странников? – спросила удивленная дракониха.

— В Странников, может, и верю. Но тут реально всё как-то подозрительно происходит. И даже, я бы сказал, достаточно легко. Пока вживую их не увижу, вообще отказываюсь что-либо воспринимать как правду, – ответил ей.

Прибыв на место, я впервые за последние несколько часов увидел разочарование на лице Эрании. Это был небольшой сектор Вселенной, в котором вообще ничего не было. Вот прям совсем. Пустота. Если сюда закинуть маленькую фею с фонариком, её можно будет обнаружить — она нигде не спрячется и не затеряется.

— Но как? Это же здесь! Я точно уверена! — повторяла растерянная Эрания.

— Думай давай! Может, ты перепутала что-то? — стал давить на неё Медоед.

Мне хотелось заржать, но решил поберечь их чувства. А то ещё обидятся и высадят меня.

— Нет, нет, нет... Этого просто не может быть. Неужели мы ошиблись и не успели? — почему-то обреченным голосом говорила она, метаясь из стороны в сторону.

Хотелось, опять же, уточнить, что нельзя ошибиться и не успеть одновременно в нашей теперешней ситуации.

Ну да ладно. Просто сижу и наблюдаю за тем, как они себя ведут. И на всякий случай готовлю "волшебную дубинку", чтобы вырубить обоих, если вдруг они начнут кусаться.

В общем, паника нарастала всё сильнее и сильнее. Правда, она совершенно не зацепила меня, но это раздражало. Если еще учитывать тот факт, что они тут разные планы придумывают — считают, мол, Странник их испытывает, и они обязаны его найти — а я вот прямо-таки на восемьдесят процентов уверен, что здесь не обошлось без какого-либо психологического внушения.

Как минимум, меня совершенно не задело по той причине, что я сам по себе неслабый человек, и меня оберегает Кодекс, о котором, кстати, та хрень в голове драконихи прекрасно всё знала. Но это вообще не является проблемой, учитывая, что оно побывало в разуме Эрании. А может, я и ошибаюсь, и на самом деле здесь есть какой-то след Странников. По факту я даже не знаю, что для меня изменит встреча с ними. Станут ли они союзниками, которые помогут снять барьер с Земли? Ну, есть, конечно, такое мнение... вот только уверенности вообще нет. Тут, скорее, играет роль тот фактор, что Белла и Ларик очень даже не против их увидеть.

Ну да ладно. Пока мы здесь не решили залить всё пространство слезами, я всё-таки, пожалуй, покажу им то, что мне удалось обнаружить, или, лучше сказать, ощутить.

— Эрания, Затупок, хотите фокус? — спрашиваю я у них.

— На минуточку, я принц! — гордо задирает голову тот, кто ещё совсем недавно мочился под себя.

Ну, на это я только пожимаю плечами и вспоминаю былое.

— А я Великий Охотник Сандр! И это, на минуточку, титул повыше вашего, Ваше Превосходительство. Или к вам лучше обращаться "Ваше Сиятельство" или "Ваша Светлость"? О, Великий! – не удержался я и рассмеялся.

И пока он собирался с мыслями, что мне ответить, а может, думал, за какую ногу укусить, я просто и без затей выпустил свою энергию. Энергию души, в которой пылало пламя Охотников. Казалось бы, что может мой свет в таком месте? Оказалось, многое, на самом деле.

Не прошло и нескольких мгновений, как всё пространство затянуло синим цветом. А затем стали проявляться отдельные объекты, которые ранее были скрыты. Вот так появилась одна планета, затем вторая, третья, кусок четвертой... В общем, много их было. Точно больше тридцати, но подсчитывать прямо сейчас нет времени, учитывая, какая из них целая, какая "надкусанная", а где вообще осталась лишь малая часть.

Но что по-настоящему привлекло моё внимание, так это ещё один колоссальный замок размером с целую планету. Но суть была даже не в нём, а в том, что с ним происходило. Весь этот замок был облеплен щупальцами. Сотнями, тысячами щупалец, которые плотно обхватили его и держали мертвой хваткой.

— А вот это уже хреново, — решил я высказать офигевшим товарищам свое мнение.

— Странник точно находится там, — прошептала Эрания.

— Ага, Странник там. И Кракен, который напал на это место несколько тысяч лет назад, тоже там. Интересное совпадение, не находишь? — спросил я у неё.

— Мы уничтожим любого Кракена, если он угрожает Страннику! — с придыханием ответила она.

— Ну что ж, вперёд, уничтожай! – Медоед выдал очередную порцию смеха.

Я вот серьёзно не знаю, как она собирается уничтожить его. Я ведь видел Кракена однажды. На минуточку, в нашей Многомерной. И он принадлежал одному достаточно интересному человеку. Вернее, они даже были партнёрами. И я точно уверен, что это не тот самый Кракен. Как минимум тот был в раза два, или четыре, или во все десять меньше. А ещё моложе. Если тот Кракен был старше меня на хренову тучу лет, то этот был его пра-пра-пра-пра-пра — и так много раз – дедушкой.

А потому я, хоть Охотник и не из трусливых (а нас трусливых вообще не бывает), но даже я охотно проголосую в нашем дружном коллективе за то, чтобы туда лишний раз не соваться. И плевать мне, что Кракен то ли в спячке, то ли вообще помер. Как пить дать: стоит нам только ступить в этот замок, как эта сволочь сразу же оживёт. И если Гидра — опасная хрень, то эта штука является той тварью, которую кормят этими самыми Гидрами, как ящерицу в террариуме кормят маленькими мышками.

Думаю, что не стоит туда даже соваться. Однако мне, сука, стало очень интересно: что же там такое может быть, из-за чего эта падла напала на это место? Вдруг там что-то настолько ценное, что оно мне таки надо? А раз так — придётся идти. Впрочем, Эрания уже летит туда.

Что ж, приключения только начинаются!

Бездна

— Далеко же ты забрался, Охотник, — рассмеялась Бездна, наблюдая за приключениями Сандра, который сейчас попал в место, о котором практически ничего не знал.

Но если он так хотел найти Странников, то это именно то место, которое сможет раскрыть ему все их секреты. Однако в то же самое время она знала, насколько эти секреты бывают неприятными и опасными.

Один Охотник идёт туда, где в принципе нужен целый Орден. Целый Орден не пришёл бы в то место, где нужны десятки Орденов. Место, хранящее секреты эпох, открыто всего лишь одним человеком, драконихой и Медоедом. Истинная тройка героев-приключенцев: переродившийся Охотник, король без королевства, и та, кто не должна была уже давно существовать.

С одной стороны, Бездне должно быть всё равно на их судьбу. А с другой стороны, если так задуматься, дочь явно этого не простит ей. Ведь она прозрачно намекнула матери, то есть ей: насколько ухудшатся их отношения, если с Сандром что-то случится, а она не сможет быть рядом? Поэтому Бездна пообещала за ним присмотреть.

Ну что ж, раз Бездна пообещала, она выполнит ее просьбу.

Бездна сейчас находилась именно в той же самой Вселенной, и с её места прекрасно видно всё, что там будет происходить. А потому она может считать, что наблюдение идёт очень даже успешно. Но, пожалуй, она всё-таки сделает маленькое исключение и внесет свои корректировки в это приключение, которое очень легко может перерасти в нечто большее. А потому она ещё раз рассмеялась, активировала свои силы и изящно провела ладонью по воздуху, отчего две планеты в этой Вселенной были полностью уничтожены.

А где-то очень далеко отсюда, наверняка, очень громко и отчаянно ругалась одна Предвечная, которая только что потеряла как сопровождающую нить к Сандру и его компании, так и "глаза", через которые наблюдала за ними. А значит, у неё всё идёт не так гладко. Правда, это положение можно назвать не совсем правильным.

Ведь что Предвечная предпримет после такого "привета"? Попытается сделать так, чтобы Сандру некуда было возвращаться. А значит, Земля находится в опасности. Но это уже проблемы не Бездны. Просто Сандру нужно поторопиться. Ведь скоро туда прибудут его друзья.

Снова раздалась очередная порция смеха от Бездны. Будет очень грустно, если они не застанут его.

— Слушай, а может я отправлюсь туда и кого-нибудь пристрелю? — подал голос ее гость и фаворит. — Мне кажется, та хрень, обвившая крепость, еще жива. Могу попробовать расковырять ее.

Он сейчас сидел в соседнем кресле возле Бездны и пил "Слезу тёмной богини", даже не морщась. А это, на минуточку, удавалось далеко не всем богам.

— Зачем тебе это, мой дорогой? — задала она ему вопрос, и с нежностью окинула его долгим взглядом.

— Скучно, — пожал он плечами. — О, придумал! Давай я свой замок сюда подгоню. А то чего он там простаивает без дела.

Бездна опять рассмеялась.

— Не стоит тебе лезть в чужую песочницу. А уж тем более — недооценивать Охотника. У него есть все шансы справиться самому. Ну или же переродиться в последний раз...