Кодекс Охотника. Книга XIII

Глава 1

Просто оставим это здесь:

Королевский Замок

Северное Королевство

Король Ульрих сжал кулаки. Крупный мужчина, чрезвычайно сильный Одаренный, он ненавидел не контролировать ситуацию, и не иметь возможность что-то сделать. А сейчас была именно такая ситуация. А еще она была связана с его любимой и единственной дочерью.

— Иван, это точно? — прогудел белокурый викинг.

— Извини, старый друг, но всё что я смог, это замедлить процессы в теле, и дать принцессе чуть больше времени, — князь Андросов выглядел чрезвычайно уставшим. И это было неудивительно, он выжал себя досуха, и всё бестолку.

— Дать больше времени до чего? До ее смерти? — Ульрих бесстрастно смотрел на Лекаря. Он привык говорить все, что у него на душе, без кривляний и недоговорок, чем так грешили южане.

Андросов развел руками еще раз, не найдя нужных слов.

Вокруг послышалось шушуканье многочисленных собравшихся здесь подданных Северного Королевства, что переживали за свою принцессу.

— Неужели королевство может лишится наследницы? — бледный, как мел, Хранитель Традиций выступил вперед. — Ведь в сказаниях сказано: «Если прервется Род Королевский...»

— Я ЗНАЮ, ЧТО СКАЗАНО В ПРЕДАНИИ! — внезапно заревел Король Ульрих, и снежный буран пронесся по большому залу, сбивая с мест утварь и некоторых слабых телом людей.

Королева Лагерта тут же оказалась за спиной у супруга, и просто положила ему ладонь на плечо. Гнев мощного Одаренного тут же утих. Он продолжил говорить уже спокойным голосом.

— Моя дочь однажды умрет, как и все мы, но точно не от болезни! Возможно, в битве! Или от старости, воспитывая многочисленных правнуков! Я сделаю всё, чтобы она выздоровела!

— Ваше Величество! — подал голос Андросов. — Есть у меня одна идея, но я бы хотел обсудить ее с вами и Королевой наедине.

— Все вон! — тут же, не раздумывая, рявкнул Ульрих, и всех, как ветром сдуло.

Через два часа из Большого Зала Совещаний вышел Король с высоко поднятой головой. Его пронзительные голубые глаза пылали неимоверной силой, а его аура буквально сбивала с ног.

— Поднять в воздух «Коготь Фафнира»!!!

Некоторые, из ожидающих за дверью, не сдержали изумленных вскриков.

— Мы летим уничтожать какую-то страну, мой господин? — невозмутимо осведомился старый Бьерн.

Король Ульрих первый раз за последние дни улыбнулся.

— Нет... Мы просто летим в гости к одному барону.

***

Рука уже начинала болеть от энергии, которая в ней скопилась, а я все никак не решался выпустить Леви на битву против этих гигантов. Конечно, мне не жалко его. Скорее, мне жаль его врагов. Он, скажем, жадная скотина до такой степени, что считает все небо своим, пытаясь сожрать всех, кто посягнет на него.

Тут причина была в другом. Выпущу Леви, и это так просто не пройдет. Все узнают, кто такой барон Галактионов, что очень кардинально повлияет на все мои планы. Останавливало меня еще то, что дирижабли пока не начинали атаковать.

— Нам нужно не меньше сотни ракет, чтобы пробить их щиты, — появился рядом Волк. — У нас столько нет... Предлагаю поднять в воздух «Буревестники».

— Я готов! — радостно отозвался Москаленко.

При всем этом он должен был понимать, что выжить у него шансов не будет. А еще я очень сомневаюсь, что он повредит эти артефактные летающие хрени.

Блин, сглазил! На дирижаблях начали открываться орудийные порты, и у нас осталось совсем мало времени.

Почему Шнырька так долго? Мелкий, ты меня подставляешь. Давай быстрее!

Если все обойдется, я позже займусь его прокачкой, а то это мне это не нравится. Не может пробить простую защиту, чтобы посмотреть, чьи это корабли.

Заглянул в свою душу, и отпустил сразу полсотни жителей в обмен на резкий приток энергии. Всю ее быстро перевел на Шнырьку. И это сразу сработало! Он радостно отозвался в ментале, что получилось. А в следующий момент я уже мог смотреть его глазами.

— Да ну... А они что тут забыли? — удивленно выдал я, чем привлек внимание своих людей

— Что там? — нахмурился Волк.

— Прекратить стрельбу! — дал команду, чем всех удивил, а душа Леви отправилась обратно, хотя очень этого не хотела. Он уже рвался уничтожить эти бездушные машины.

Может мне забраться к ним на борт и спросить, какого они тут забыли? Что-то я, вообще, не понимаю такого юмора.

Пока я ничего не понимал, кроме того, что пушки вроде как смотрят на «Верность». И тут же борта дирижаблей окутались дымом, и произошел слаженный залп из всех орудий. Горы содрогнулись, а ханскому войску вдруг стало совсем-совсем плохо!

Такой маневр не остался без последствий, и уже через двадцать минут из глубин Ханства прилетела авиация, которая набросилась на незваных пришельцев. Да только куда им? Это примерно, как мухам на слона бросаться. По всем правилам воздушного боя для того, чтобы завалить боевой дирижабль нужно туеву кучу простой авиации! Обычно эти воздушные монстры вступали в артиллеристские дуэли друг с другом.

В общем, вскоре вся монгольская авиация жёстко приземлилась, и теперь горит где-то высоко в горах. Там их найдут лет через двести.

При этом тройка дирижаблей, что летела сюда, постоянно перестраивалась, нанося новые точные удары, которые восхищали, заставляя задуматься — у кого мне спереть такие же?

Кстати, про авиацию. Призрак мне доложил, что все прошло успешно. Он молодец, и отлично справился с заданием. А задача у него была непростой. Всего лишь взять ученика Одина и провести его через земли Ханства на вражеский аэродром, где выбрать борт получше, чтобы спереть его.

Да, я психанул! Никто не дает мне авиацию? Ну, так я возьму ее сам. Кроме этого, мне нужен был дешифратор хваленой монгольской связи, чтобы понимать, кто куда летает над МОЕЙ землей.

Помимо того, что он умудрился все тихо провернуть, и они забрали современный двухместный универсальный истребитель-штурмовик «Сулджээн-27», так еще уничтожили шесть вражеских истребителей, просто заложив под них взрывчатку.

Эта суматоха дала им нужное время. Подвел Архип, который очень долго не выходил на связь. Ну ладно, он человек занятой, и вскоре все решилось благополучно. Остается теперь свою новую игрушку забрать, а то знаю я Империю. Сейчас набегут с вопросами, и скажут, что не положено. В ответ я тогда скажу, куда им следует идти. Это моя новая игрушка! Буду на личном самолете в столицу летать... М-да... Дозаправщик еще нужен... Ладно, потом что-нибудь придумаю, главное, начало положено!

— Кого ты вызвал на этот раз? — не мог поверить Волк в происходящее.

— Не поверишь, но я тут ни причем. Сам хотел бы задать несколько вопросов.

Я, кстати, отходил позвонить, но она не брала трубку. Поэтому не могу дать ответы.

В то же самое время

Главный лагерь Ханства возле крепости «Верность»

Батый рвал и метал от ярости. Нападение захлебывалось, и он ничего не мог поделать. И даже подумать не мог, что всей его мощи не хватало, чтобы прорвать оборону. Этот чертов Галактионов... Он вернул свою крепость, а это был именно он. Они узнали флаги, и многим старым степнякам стало не по себе. В их памяти еще были свежи истории об этом отмороженном Роде.

Он сам слышал, что Род этот был уничтожен. Но теперь он возродился, буквально из небытия. Батый и подумать не мог, что Галактионовы смогут хоть что-то из себя представлять, а зря. Они смогли забрать свою крепость назад.

Степняку было грустно осознавать, сколько бойцов он уже положил под этими стенами. Само небо словно плакало об их погибших, и дождь стал лить, как из ведра.

Батый полностью выложился. Ему пришлось вернуться в лагерь, чтобы набраться сил и дождаться нового подкрепления, пока его люди идут в очередную атаку. Рано или поздно они точно продавят его. Для этого пошел зов по Степи, чтобы все, кто был рядом, сейчас двигались сюда. У них еще были большие запасы в этих горах, и неделю они точно смогут продолжать в том же темпе.

При всем этом проблемы так и сыпались на его голову. Его сын, который забрал часть армии и отправился на границу, докладывал страшные вести. Армия со стягом Галактионова уже двигалась по их землям, когда он прибыл, а затем взяла и растворилась. Точно колдовство! Как же он этого не любил. Вернуться тоже не получилось, ведь вышло так, что на смену призрачной армии пришла уже другая армия. Настоящая Имперская. Там сейчас идут тяжелые бои, но никто не рискует пойти в настоящее наступление или отойти назад. А ему так нужны еще люди!

Батый сейчас был готов на все! Пусть даже всех своих людей оставить под теми стенами, но вернуть назад «Верность». Иначе ему больше нет места в Степях, он будет опозорен навеки. И имя его станет у всех на слуху, как имя неудачника.

Наконец-то пришло подкрепление, которое он встретил лично, и выразил благодарность Сынам Степи, что откликнулись на его призыв. Затем принялся рассказывать им, как вероломный враг обманом смог захватить крепость, и что ее требуется немедленно вернуть. Не сдерживал Батый себя в резких словах, и разразился проклятиями на головы врагов. А еще восхвалял смелость монголов, которые точно победят.

— За Хана! — взревели тысячи глоток, когда он закончил свою речь перед людьми, и для зрелищности ловко вскочил на коня.

Именно в этот момент дирижабли, которых не было видно отсюда, нанесли свой первый удар, и раздался гром. Конь от такого шума испугался, и встал на дыбы, отчего Батый слетел с него и едва не угодил лицом в лошадиный помет.

Монголы в ужасе ахнули.

— Батый упал... Это плохой знак...

По рядам армии пошли перешептывания.

— Ах! — раздался новый шокированный вздох. — Конь Батыя умер от страха!

Конь, и правда, умер, но не от страха, а от старости, не выдержало, по-видимому, сердечко. Но худшего плохого знака для степняков невозможно придумать — падение командующего и смерть его коня у всех на глазах.

На этом тоже неудачи Батыя не закончились. Он узнал, что в игру вступила третья сторона. Очень сильная сторона!

***

— Северное королевство? — не поверил мне Волк. — Ты уверен? Они здесь каким боком?

— Да откуда я знаю? Может, решили помочь, по доброте душевной?

— Это вряд ли...

— И я так думаю, но это неважно, — постучал я по столу. — Тащите еще ракеты, на всякий случай. Может, еще не поздно доставить Иерихон?

— Доставить может и нет. А вот собрать и настроить, думаю, что займет не один день.

— Облом.

— Еще какой! — поддержал меня Волк.

Прибытие такого воздушного флота явно испугало ханские войска, и они прекратили нападение. Но это лишь затишье перед бурей. Временами они пытаются сбить эти могучие воздушные корабли, но ничего не получается, а вот ответный удар выходит страшным. Я решил воспользоваться моментом и действовать. Отличная возможность, пока небо полностью закрыто. Первым делом уничтоженная техника была заменена, и теперь мы снова можем расстреливать их в полную силу. Технику, правда, жалко...

Следующим шагом была вылазка, в которую я собрал тридцать человек. А дело в том, что Шнырька нашел один скрытый лаз, который вел сейчас к небольшому лагерю на склоне, где находилось около полтысячи человек. Но именно с этого направления нам было максимально неудобно обороняться. Также направил к ущелью, где сейчас враги осуществляли передислокацию сил, Одина. Он сможет со своими существами здорово потрепать их. Наверное, в скором времени, по степи будут ходить слухи про меня. Големы... Боевые дятлы, и прочая живность. Я еще молчу про Затупка, который где-то бегает по горам и, уверен, сеет страх и панику в рядах гордых степняков. Но, блин, ладно Затупок, но Кара... Девочка тоже побежала на свободный выгул, и произошла магия... Она нашла здесь трех белок, которых убила, и притащила сюда их тела.

Белки? В горах? Откуда? Сколько вопросов...

Вылазка была собрана на скорую руку, но даже Волк вызвался идти. В основном брали тех, кто прошел «курсы» моего усиления. Я без преувеличения могу сказать, что на данный момент это самая сильная часть моей гвардии. Он тоже устали, но не до такой степени, как другие, и еще ни одного из них не ранили серьезно.

Решено! В следующий раз я установлю им печати реакции. Вот будет потеха, когда они узнают, через что им придется пройти. С этими печатями все непросто. Сам себе я не могу такую установить, на данном этапе развития. Нужно хотя бы в четыре раза стать сильнее, а иначе, тупо потеряю себя.

А вот другим... Легко!

— Интересно, а откуда... — выдал Призрак после того, как я отодвинул фальшивый камень в одиночку, и нам открылся проход.

— Секреты Рода, — пожал плечами.

Волк сообразил быстрей, что дело в Шнырьке и только хмыкнул. Призрак еще не привык к нашему диверсанту. Шнарк проявился в воздухе и показал бесплотнику язык, на что тот не удержался от фейспалма.

Через этот проход мы смогли здорово сократить расстояние, и вышли буквально в метрах трехста от нужного лагеря. Там сейчас полным ходом шла суматоха и подготовка, и у нас, наверное, будет не больше тридцати минут на работу здесь. Может, максимум, час, ведь следующее нападение будет совсем скоро.

— Альфа на позицию! А Дельта прикрывает Альфу! — пошли команды от Волка. — Пленных не берем, и целимся в тех, кто в офицерской броне. В общем, первых валим командиров, как обычно.

— Я взорву их склад, — вызвался Призрак, но не успел.

Раздался взрыв. Возле склада никого сейчас не было, и Шнырька закинул туда связку гранат.

— Склада больше нет, — пожал плечами.

Впрочем я поспешил, и облажался. Взрыв был такой мощности, что тряхнуло хорошо горы. Мне на ухо заржал Шнырька, и показал новую картинку. В одном месте туннель завалило. Об этом я, само собой, никому не рассказал, и сделал вид, что ничего не произошло. Послышались выстрелы, и совсем стало не до этого, теперь нужно убить как можно больше ханских ублюдков. Слегка задерживаюсь, и оказываюсь за спиной у своих. По-быстрому призываю два десятка муравьев, и даю им приказ расчистить нам путь.

Нападение было неожиданным, и пули стали собирать щедрый урожай, пока противник не понял, откуда по ним ведут огонь, и не стал прятаться. Среди них, кстати, был один сильный Одаренный. Настолько сильный, что я им заинтересовался. Он одним взмахом руки возвел каменный вал, подняв скалы, таким образом, не давая возможность нам отрабатывать цели. Но помог он не только своим, но и нам.

— Нас прикрыли, двигаем дальше, — слышу команду Волка.

Пожалуй, я с ним согласен. В ближнем бою мне всяко приятнее.

Я нашел свою цель через Шнырьку. Одарённый сейчас кидал огромные валуны в склоны горы над нашими головами. Хочет вызвать обвал и похоронить нас.

— Кинь ему под ноги, — достал из кольца гранату, и дал Шнырьке.

Он ее взял в лапки, понюхал, а затем заржал.

— Ш-ш-ш-шу-ка! Ш-ш-ш-шут-ка! — ему идея понравилась.

Он не заставил себя ждать, и уже совсем скоро Одаренный с Даром владения стихией камня увидел у себя под ногами гранату без чеки, и сиганул в сторону, при этом придавая себе ускорение, поднимая и толкая каменный пласт. Он сделал все правильно, и даже накрыл гранату каменной плитой, чтобы она не нанесла ему урона. Наверное, обидно ему, что он такой молодец, но именно из его груди сейчас торчит клинок Призрака, который прошел сквозь стену в том месте, где я ему указал.

Граната, кстати, была муляжом. Я специально такие сделал. Шнырька убивать не хочет, но вот напугать — запросто. И если кто-то так сильно испугается, что прыгнет с высоты и свернет себе шею, его не будет мучить совесть. Также, когда я убиваю при нем, он нормально на это реагирует.

С потерей Одаренного рухнула его стена, и все началось с новой силой. Удивительно, но я создал монстров. Меньше, чем за двадцать пять минут, они зачистили это место. Ну, ладно, я тоже им помог... Молодцы же мы все?

— Сука, обидно! — выругался Волк, глядя на трофеи, которые нет времени уносить.

Так как лишнего времени у нас не было, а на Крепость идет уже новая атака, то мы быстро двинулись обратно.

— А разве таким был проход? — заметил разницу Призрак.

— Экий ты глазастый... Давай уже, двигай, — поторопил я его, улыбнувшись, а про себя в очередной раз заметил, что Призрак подмечает каждую мелочь — идеальный диверсант.

«Верность» нас встретила шумом и взрывами. Но это уже был не такой штурм, как раньше. Как минимум, у них два направления загнулось. Один тоже отлично справился со своей задачей, и теперь это было... Не побоюсь этого слова, легко? Хотя по лицам моих людей могу сказать, что легко им не было. Авантюра с крепостью, хоть и удалась, но думаю, что на две недели выведет часть моей гвардии из строя. Сколько раненых...

Зазвонил телефон.

— Слушаю тебя, мой друг! А я только о тебе вспоминал, — поприветствовал я Андросова.

— Саня, твою мать!!! Что происходит?! Откуда столько раненых? Ты что, на войну пошел? Без меня?! — стал засыпать он меня вопросами.

Я улыбался, при этом наблюдая, как Деган перемахнул через стену и начал раскидывать здоровенным дрыном монголов.

— Какая война, ты что? — состроил я удивленную рожицу. — Ты же знаешь... я мирный человек и против любых войн. И бронепоезд наш стоит на пути запасном...

— Саня, не грузи меня! Или как бы сказала Сара Абрамовна — не делай мне нервы! Только в последней партии было тридцать два раненых человека! Все, как один Одаренные! Чтобы их потрепать, надо было постараться! Они все молчат, как в рот воды набрали, и сказали, что рассказывать не положено.

Ну да, их Волк запугал, ведь операция у нас секретная. С другой стороны, как-то ведь узнали о нас Северяне. Правда, Императрица еще не звонила, может, пока еще не в курсе?

— Спасибо, что помогаешь с лечением. Для меня это очень многое значит, — без капли вранья говорю ему. — Если тебе потребуется помощь, ты знаешь, что можешь всегда ко мне обратиться.

*БАХ*

Сделали общий залп два дирижабля куда-то вдаль.

— ЭТО ЧТО, ВЗРЫВЫ??? ТЫ ГДЕ??!!! — стал психовать Андросов. — Я проверял, это точно не у тебя дома.

— Взрывы? Не слышал... Может, у тебя там банка с огурцами стрельнула?

— Банка... Может... СТОП!!! КАКАЯ К ЧЕРТУ БАНКА? Галактионов, не пудри мне мозги! Ты где?

Я улыбался, слушая реакцию друга.

— Не переживай, Андрюха! Скоро ты узнаешь, где я... Потерпи, Империю ждут интересные новости в скором времени.

На этом я закончил наш разговор, и пошел помогать своим людям с обороной. Еще двенадцать часов затяжных боев, в которые кинули, кажется, всех своих солдат монголы, мне пришлось провозиться. Под конец люди, вообще, еле на ногах стояли, и пришлось мне и Одину выложиться на все, что мы могли.

Глаза слипались и хотелось спать, но я занимался таким несвойственным мне делом. Я превозмогал...

— Идет на посадку!

— Вижу, — я тоже смотрел на этот дирижабль, который уже сбросил маскировку, и сейчас завис над моим новым владением.

Без маскировки видны были гербы Северного Королевства и вся мощь боевых дирижаблей. Что примечательно, это точно не тип «Разрушитель». Мы не смогли узнать эти модели. А ведь считалось, что «Разрушители» самое мощное, что у них есть. Как оказалось, не самое...

— Барон Галактионов? — по трапу ко мне спустился немолодой светловолосый мужчина, которого, судя по виду, родили в битве, и там же держали все время до нашей встречи.

— Он самый! А вы? — я тоже старался держаться достойно, но от моей одежды осталось одно лишь название, а сам я был с ног до головы покрытый следами битвы.

— Меня зовут Бьерн, — протянул он мне руку, и без отвращения и лишних эмоций пожал грязную мою. — Меня послал за вами мой король Ульрих. Мы специально не мешали вам воевать, дабы не забирать у вас радость победы. Но теперь, по всей видимости, вы свободны, и найдете минутку с нами пообщаться?

Я знал, что Северяне своеобразный народ. Для них, реально, битвы многое значат. Они специально не влезли, чтобы я не обиделся? Все это время ждали здесь? Серьезно? Ну, фактически так и было... Отвечали они только тогда, когда атаковали их.

— Славная битва была? — вдруг спросил я его, чтобы проверить реакцию.

— Настолько, что мне пришлось сдерживать своих людей, которые рвались поучаствовать в ней! А Берсеркеров трудно удержать, когда они рвутся в бой! — усмехнулся он, и я понял одно. Это свой человек... Сработаемся.

— Я готов выслушать послание от вашего Короля.

Ага... десять раз готов. Нихрена я не готов, и потому стал думать, где я накосячил. Может Хельга беременна, и ляпнула, что от меня? Снова... Вполне такое возможно.

— Вы не так все поняли, — покачал он головой. — Я здесь не для того, чтобы передать послание. Король ожидает вас на борту.

— Удобно будет, в таком виде? — обвел я рукой свое тело.

— В любом, дело чрезвычайной важности.

А то я не понял, что их боевая армада здесь не просто так. Но меня ужасно бесила ситуация. Почему они думают, что я как щенок, должен бежать к ним по первому их зову? Я стал злиться, и он заметил это по моей реакции.

— Дело касается Её Королевского Высочества принцессы Хельги. Она при смерти... Король прибыл просить вашей помощи.

Вот и все маски сброшены. То, что я услышал, мне не понравилось. Очень не понравилось, и где-то вдалеке завыли некие существа. Те, которых здесь быть не должно, так как они живут в моей душе.

— Волк, ты остаешься за главного!!! — повернулся я к нему. — Если ситуация начнет выходить из-под контроля, ты знаешь, что делать.

— Вы согласны пройти со мной? — еще раз уточнил посланник.

— Да, веди!

— Хорошо, — серьезно кивнул он, а затем начал говорить в рацию на плече. — «Хедвиг» и «Фрейа», швартуйтесь! Берсеркеры, выгружаемся!

— Швартуемся? Выгружаемся? — переспросил я его.

— Верно! — согласно сказал он. — Они будут защищать твою Крепость, барон Галактионов, в течение месяца. Это благодарность Короля за то, что ты согласился.

Целого месяца? Они? Хм... кажется, монголам не повезло. Впрочем, не время об этом думать. Пора узнать, где так Хельга облажалась, и что с ней теперь делать.

Глава 2

Я первый раз увидел короля Северного Королевства вживую, хотя много слышал о нём. Конечно, я интересовался его жизнью, учитывая, что его единственная дочь и наследница в последнее время часто находилась рядом со мной. Однако никакие фотографии не могли передать той мощи, которая открылась мне сейчас.

Ульриха нельзя было назвать настоящим великаном. Рост его, если и превышал два метра, то совсем чуть-чуть. Многие из его элитной гвардии Берсеркеров были выше. Тот же Бьёрн, который сопровождал меня сейчас, возвышался над королем почти на голову. Вот его можно было назвать настоящим великаном. Однако Король Ульрих производил впечатление совсем по-другому. Да, при своём росте он имел соответствующее телосложение, и был, по меркам имперцев, очень крупным мужчиной. На его фоне стоящая за спиной супруга, королева Лагерта, выглядела совсем ребёнком. Однако не физическая мощь была у него главной. Как только я зашёл в большую каюту флагмана воздушного флота Северного Королевства под названием «Коготь Фафнира», буквально на физическом уровне почувствовал ауру, что исходит от этого сильного мужчины. Причём аура от него шла любопытная. Если у Лагерты и Хельги было легко узнать стихии льда, то у короля Ульриха лёд смешивался с чем-то... Готов поклясться, но от него явно отдавало Тьмой.

Душа короля была надёжно экранирована, угрозы я от него не ощущал. В принципе, похожий отклик я встречал и раньше. Когда человек слишком много и часто убивает, то его душа пропитывается Тьмой, так или иначе. Уверен, что мои собратья Охотники также ощущали в моей душе «немного темноты». Не мог сказать, что это было нормальным, но как есть, так есть. Убивая большое количество людей, душа постепенно перекрашивается. Самое главное сохранять баланс, чтобы это не стало проблемой. И всё это в целом создавало впечатляющую картинку.

— Моё почтение, Ваше Величество, — склонил я голову в приветственном поклоне.

Возможно, первый раз в этом мире я встретил человека, равного или даже превосходящего меня по силе. Естественно, пока в этом теле, но тем не менее.

— И тебе здравствуй, молодой барон, — голос Ульриха был под стать внешнему виду. Его тембр напоминал звук боевого рога, поднимающего викингов в атаку. — Это была славная битва. Мой друг князь Андросов вкратце рассказал о тебе. Но, как говорится в вашей пословице: «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Надеюсь, я не помешал твоей славе.

Король выдал это всё на таких серьёзных щах, что я еле сдержал улыбку.

— Нет, Ваше Величество. Всё хорошо, вы прибыли как раз вовремя.

А про себя подумал, что он мог бы появиться и пораньше. Это стоило бы мне меньше усилий, и поменьше хороших солдат пришлось бы восстанавливать Андросову. С другой стороны — я его прекрасно понимал. Ни один Охотник не вмешивался в Охоту другого, если он сам об этом не просил. Слишком много нюансов от внезапного вмешательства могло быть, в том числе — неприятного.

Кстати, упоминания в качестве «друга» о бате Андрюхи было совсем неудивительно, учитывая их историю. Но это, примерно, дало мне понимание, зачем король приперся сюда лично. Значит, не справился Андросов старший? Не знаю, знакомо ли этому северному гиганту понятие отчаяния, но подозреваю, что если так, то он очень близок к нему.

— Я рад это слышать, — без эмоций кивнул головой Ульрих. — Никто не вправе отбирать у воина его славу.

— Согласен, Ваше Величество, — ещё раз вежливо кивнул, ожидая, когда разговор наконец-то дойдёт до дела.

— Барон... Моя дочь... — начал говорить король.

И тут я понял, что что-то не так. Он на секунду, видимо, при мыслях от дочери, отпустил свой контроль. Его аура непроизвольно понеслась в разные стороны так, что у меня даже слегка заложило уши, и я непроизвольно добавил мощность доспеха. Да, я зашёл сюда в доспехе, готовый ко всему. Надеюсь, что они не воспримут это, как неуважение.

— Дорогой, — прошелестел голос Лагерты. Она нежно погладила супруга по плечу, и аура, как призванная к ноге шавка, тут же влилась внутрь могучего тела короля. — Можно я?

Ульрих нахмурился, но без слов кивнул.

— Здравствуй, Александр! Рада тебя видеть снова, — широко улыбнулась могущественная королева Северного Королевства.

— Аналогично, Ваше Величество.

Я снова сдержал улыбку, стараясь смотреть королеве в глаза, и только в глаза. Всё-таки Лагерта шикарная женщина. И её вид доставлял мне чисто эстетическое удовольствие. Вот только кто знает этих северных берсеркеров.

— Правда, я думаю, что повод для встречи лучше бы был другой, — добавил я.

Небольшая тень скользнула по лицу Лагерты, но тут же пропала. Королева вернула на свое лицо приветливую улыбку. Самообладание у неё было на высшем уровне. Не зря дипломатией Северного Королевства заведовала именно она. Если бы дипломатом был её супруг, то либо Северное Королевство скоро бы закончило своё существование. Ну, или бы Ульрих правил всем миром. Не исключаю я и такой возможности.

— Князь Иван вкратце и очень расплывчато рассказал о том, как ты помог вашей Императрице. Он видел её как до, так и после излечения. Поставив диагноз нашей девочке, он предположил, что ты сможешь помочь. Я бы очень хотела, — тут она поправилась, бросив взгляд на мужа. — Мы бы очень хотели, чтобы ты полетел с нами и постарался помочь Хельге.

Всё было сказано в рамках приличия, но в её глазах проскальзывала настоящая мольба. Мне от этого даже стало слегка неудобно за Северную Королеву. А с другой стороны, я никогда не испытывал отцовских чувств, поэтому судить мне её было не за что.

— Не бесплатно, разумеется, — порычал Ульрих, прежде чем я успел открыть рот. — До меня дошли слухи, что ты планируешь сделать в своём Роду военно-воздушные силы. Думаю, что я смогу тебе с этим помочь. Поэтому просто за то, что ты полетишь с нами, посмотришь на Хельгу, я готов подарить звено «Валькирий» — это три борта, вероятно, лучших многоцелевых истребителей в мире.

Я закрыл рот, не успев сказать о том, что Хельгу я считаю своим другом, и сделаю всё бесплатно. Принципы принципами, но никто его за язык не тянул. Про «Валькирии», что производятся в небольших количествах исключительно для нужд Северного Королевства, я, конечно же, слышал, когда перебирал мировые каталоги, рассматривая что, где, и как можно достать. И да, король Ульрих не врал. «Валькирии» не продавались, и не поставлялись за пределы Северного Королевства. Вообще, никогда и ни за какие деньги. На секунду я подумал, что хорошо бы еще получить дирижабль, но долбанул по башке воспрявшего хомяка, и просто ответил.

— Конечно, я с радостью с вами полечу. Единственное, я бы предложил добраться до Иркутска, и там пересесть на самолёты.

— Зачем это? — удивился король Ульрих.

— Ну, потому-что самолёты летают быстрее. Я думаю, что я смогу договориться с Имперской Армией, чтобы не терять времени.

С лица Ульриха исчезло недоумение, он гулко расхохотался. Рядом гыкнул Бьёрн, и даже королева Лагерта улыбнулась.

— Я что-то не так сказал? — улыбнулся я.

— Что ты знаешь о Бельгермире?

Я быстро вспомнил всё, что читал в детстве.

— Ну, был такой великан в вашей мифологии. Прародитель всех Ётунов, внук великого Имира.

— Да, верно, — одобрительно кивнул король. — Приятно, когда кто-то интересуется нашей культурой. Так вот, именем этого великана назван тип дирижаблей, на котором ты находишься. Ты, видимо, решил, что мы будем лететь туда несколько дней?

— Ну, вообще-то да, — кивнул я головой, вспоминая свой путь из столицы в Иркутск.

— Это не так. Существует всего три таких дирижабля в мире. Два из них как раз останутся присматривать за твоей крепостью. Но, думаю, мы тебя приятно удивим.

Он поднялся, наконец, с трона, подошёл ко мне и, глядя на меня сверху вниз, протянул свою лапищу.

— Добро пожаловать на борт, барон Александр Галактионов.

***

Далее меня пригласили в рубку этого поистине уникального дирижабля. Я своими глазами наблюдал, как он поднялся в верхние слои атмосферы. А когда лопасти ходовых винтов свернулись, и выдвинулись турбины, я понял, о чём говорил король.

Сидя в кресле, я почувствовал невероятное ускорение. Дирижабль трещал, но выдерживал. Уже на пути сюда я видел, что конструкция дирижабля сделана, скорее всего, невероятно — в нём не было никаких земных материалов. Сама гондола сооружена из шкуры огненного буйвола. Я даже боюсь представить, где они нашли этих бедных тварюшек в таком количестве, чтобы слепить из них три гондолы. Поистине, каждый из этих дирижаблей был бесценен.

За время полёта королевская чета рассказала, что случилось. Хельга выполняла с её отрядом ответственное задание отца в... определённом месте. Тут даже Лагерта витиевато и очень непонятно описала, виновато глядя на меня, так как это не относилось к разговору, но видимо, являлось какой-то их тайной. Вот только возвращалась группа Хельги через туманный Альбион, задержавшись на двое суток в замке у дальних родственников северян. И вот там произошла трагедия. Ночью в замок проникла группа ассасинов. Их удалось ликвидировать, но последний активировал неизвестный артефакт, понимая, что он не сможет устранить принцессу физически. И после этого Хельга перешла в состояние овоща.

В этот момент чуть не началась война между Британской Империей и Северным Королевством. Король Ульрих со свойственной ему прямотой напрямую обвинил бриттов в нападении. Вырулила, конечно же, Лагерта, которая попросила мужа не торопиться с выводами, учитывая то, что британцы мгновенно отправили своих лучших лекарей, которые стабилизировали состояние принцессы. Ну, а затем идентифицировали убийц. Точнее то, что от них осталось. Это был Орден Безымянных — людей без нации и без имён, посвятивших свою жизнь только одним убийствам. Никто не знал, где находится их база, откуда они берут свое пополнение, и кто за ними стоит. Ходили слухи, что Безымянные являются частью Организации. Но доказательств не было, а наезжать на Организацию себе дороже.

Единственное, все знали, как можно было заказать их услуги. Делалось это через мировую сеть на сайте, где была всего одна кнопка: «разместить заказ». Сайт-одностраничник пытались взломать и отследить, вероятно, все государства и сильный Рода мира, но ни у кого это не получалось. Похожая технология была у Организации, именно поэтому их пытались связать вместе. Хотя улика была так себе, даже я так считаю.

Мне не сильно были знакомы многочисленные Ордена убийц, что существовали в мире, так как я считал их способы отвратительными. Но что-то в последнее время всё больше и больше приходится о них узнавать. В этот раз, на удивление, они пришли не по мою душу, а по душу Хельги.

Принцессу переправили в столицу Северного Королевства. Через два дня после того, как Хельга оказалась в замке, она начала днем и ночью постоянно кричать, не давая никому покоя. Причем, тембр её голоса менялся с обычного на совсем ей несвойственный. Складывалось впечатление, что изнутри её раздирало множество сущностей. Это доставляло её родителям дополнительную боль. Что ж, проверим!

Через шесть часов воздушный корабль пошёл на снижение. Когда он вынырнул из серых грозовых туч, переключившись снова на роторный двигатель, я увидел под собой снежное покрывало Северного Королевства.

Ещё через некоторое время, подлетев к столице, я еле сдержал восхищённый свист. Сверху открывалась эпическая картина: в порту стояли здоровенные многопалубные линейные корабли, над ними на ажурных причальных стенках находились боевые и торговые дирижабли. Я не был так близко в столице империи рядом с местом дислокации военно-воздушного флота, видел издалека. Так вот, на мой скромный взгляд, Северное Королевство, что размерами уступало Империи во много раз, похоже, совсем не отставало от неё в вооружённых силах. А учитывая качество виденных кораблей, я всё-таки не сдержался и покачал головой. Хорошо, что Ульрих не отмороженный милитарист. Кажется, его соседям очень сильно в этом повезло.

«Коготь Фафнира», минуя причальные стенки, направился прямо к массивному замку, находящемуся на вершине горы. Замок был под стать королю — без всяких изысков, что так любили европейские правители. Он казался единым целым со скалой, на которой находился. Хотя, возможно, так это и было. Зависнув над площадью, матросы начали разворачивать трап и лифт. Но только у Ульриха было другое мнение. Он просто шагнул в пустоту и, ухватившись рукой за трос, быстро соскользнул вниз примерно с высоты 30 метров. Ловко приземлившись на каменное покрытие внутренней площади он неожиданно с улыбкой взглянул наверх. Да, я уже понял, что король не то, что не брезгует хорошей схваткой, он собственноручно водит свои войска в бой. Я в первый раз увидел в этом холодном северянине что-то человеческое. И сейчас король явно проверял меня на слабо.

Что ж, постараюсь его не разочаровать. В отличие от короля, который шагнул ногами вниз, я, легко оттолкнувшись двумя ногами и широко раскинув руки, полетел вниз, как заправский прыгун, в воду. В процессе падения я сделал сальто, и приземлился на ноги напротив него в полностью напитанном доспехе. Получилось эпично, хотя от удара у меня на секунду помутилось в глазах. Всё-таки моему телу ещё расти и расти до полной силы.

Однако взглянув на короля, я понял, что оно того стоило. Ульрих не сказал ни слова, лишь одобрительно кивнул. Без слов он повернулся ко мне со спиной, и направился в сторону входа, считая видимо, что лишние слова и движения излишни. Я про себя хмыкнул, и направился за ним. Сзади послышалось несколько ударов — это точно также по тросу спустились имперские гвардейцы, во главе с личным телохранителем Хельги Бьёрном.

Пока мы шли по двору, я с интересом оглядывался. Этой крепости было много лет. Много-много лет. Я ошибался, когда думал, что она часть этой скалы. Все стены были выстроены из разломного камня, способного выдержать... Да много, чего выдержать! У меня отпали всякие сомнения, что кроме своей силы Северное Королевство было ещё очень богато. Чем они заработали такое богатство, я понятия не имел, хотя и предполагал. Вот самое ценное в этом мире что? Разломные материалы и ингредиенты. Насколько я помнил карту, крупных разломных скоплений, типа Эпицентров, рядом с королевством не было. Вот только весь Северный полюс был покрыт своего рода туманом, и информации о том, что находится там внутри, в открытом доступе я не нашёл. Что ж, надеюсь, эти сведения я рано или поздно получу.

Огромные залы, широкие коридоры, высокие потолки. Горящие факелы на стенах, видимо,как дань традициям, а не отсутствие электричества. Хотя хрен этих северных полуоборотней знает. Честно говоря, как для меня, здесь сильно зябко — температура была околонулевой. А вот Ульрих первое, что сделал, вступив внутрь — это сбросил свою меховую накидку подбежавшему слуге, оказавшись в лёгкой рубахе с широким вырезом на груди, и при этом чувствовал себя абсолютно комфортно.

Тут уже нас догнала Лагерта, которая вежливо поинтересовалась.

— Александр, хочешь отдохнуть или перекусить?

Я слегка улыбнулся. Вот, что значит глава дипломатии. По глазам вижу, что даже эти небольшие задержки доставляют ей боль, поэтому я просто покачал головой.

— Давайте сначала я взгляну на Хельгу.

— Спасибо, — одними губами, чтобы никто не слышал, прошептала Лагерта.

Мы прошли в покои принцессы. Когда я зашёл внутрь, мне в нос ударил такой букет трав и снадобий, что я чуть в обморок не упал. Похоже, в заботе о любимой дочери в ход пошло всё. В нескольких курильнях жгли травы. Пара Одарённых пели то ли молитвы, то ли заклинания, поддерживая вокруг принцессы своеобразное защитное поле, назначение которого было мне неведомо.

— Твою мать! — тихо проговорил я.

— Что такое? — всполошилась Лагерта.

— Я могу делать всё, что считаю нужным? — поинтересовался я, глядя в глаза королевы.

В больших голубых глазах промелькнуло беспокойство, и она оторвала свой взгляд, переведя его на мужа. Всё-таки есть у Ледяной Королевы чувства. Оказывается, и у неё есть авторитет, хотя Ульрих этого достоин. Сдержав улыбку, я повернул голову, уставившись в такие же небесно-голубые глаза короля. Я видел, что в нём борются сомнения. Он на секунду взглянул на бессознательную дочь, и тихо проговорил.

— Надо же, это первый раз, когда она ненадолго замолкла. Это произошло при твоём появлении. Совпадение? — он вопросительно посмотрел на меня.

— Не думаю, — улыбнулся я.

Вообще-то, об этом я точно знал, и примерно понял, с чем собираюсь иметь дело. И этот «чем», похоже, прямо сейчас сильно обеспокоился. Хотя для этого есть немножко другое, менее приличное слово. Называется оно: «сильно обосрался».

— Да, Александр, ты можешь делать всё, что считаешь нужным.

— Вот и отлично, — хлопнул я громко в ладоши. — Эй, уважаемые!

На меня недоуменно посмотрело сразу несколько глаз местных целителей. Я внезапно понял, что, похоже, не все знают имперский, на котором мы разговаривали. Поэтому я перешёл без запинки на язык Северного Королевства, и ещё раз громко похлопал ладоши.

— Так, все собрались и съе... — я виновато посмотрел на королеву Лагерту. — И вышли отсюда. Бегом!

Реакция лекарей разнилась. Кто-то подорвался сразу, кто-то посмотрел на короля, некоторые даже возмущённо что-то забормотали. Ульрих был в своём репертуаре — он просто молча кивнул головой на выход, чем снял все вопросы у лекарей. Я же прошёлся по периметру и широко распахнул все имеющиеся окна. Затем высунул голову в последнее окно и вдохнул свежий морозный воздух.

— Трындец! — сказал я сам себе.

Можно было тупо сдохнуть от этих ядреных запахов. Надышавшись, я подошёл к кровати, и щелчком пальцев снял это странное поле, которое так и не понял, для чего здесь было. Затем я склонился над Хельгой.

— Ну, привет, подруга! — улыбнулся я. — Как это тебя угораздило? Ладно, добрый доктор Александр тебя вылечит!

Глава 3

Я положил девушке ладонь на лоб, глубоко вздохнул и начал сканирование. И тут же узнал почерк неведомого мага. Как говорят: два раза — совпадение, а три — это закономерность. Кто-то неведомый проклял Императрицу. А Румянцев-младший применил артефакт на Хрулёве. И вот теперь Орден Безымянных сотворил тоже самое с принцессой Хельгой. Кажется, пора переговорить с Канцлером и его сынишкой по поводу того, где конкретно они взяли этот артефакт. Но это сделаем потом. Открыв глаза, я задумчиво посмотрел на родителей принцессы.

— Нам выйти? — по-своему трактовала мой взгляд Лагерта.

И снова часть ауры, выпущенная при этих словах Ульрихом, коснулась меня. Я покачал головой.

— Необязательно.

Всё равно то, что я сейчас буду делать, не поймёт ни один человек в этом мире. Ну, из тех, кого я знаю. Подробно объяснять, что я конкретно умею, тоже не собираюсь. Но похоже, мои таинственные способности излечения уже стали секретом Полишинеля благодаря Андросову. Как многим людям Императрица рассказала обо мне? Андросов, ладно, лекарь имперской семьи. Но опять же у меня есть вопрос к уважаемому Ивану Васильевичу. Какого хрена он рассказал об этом северянам? С другой стороны, я ему благодарен, Хельга была мне не чужой. Если бы не Андросов и его длинный язык, то я мог бы не успеть.

Исходя из того, что я видел, принцип действия подселения враждебной сущности в душу нужного человека был одинаков. Вот только эти сущности различались. Хрулёву больше всех повезло, я купировал это на начальной стадии. Тем более, старый ворчун был сильным Одарённым, и я не зря позволил ему самому справиться с сущностью. У Императрицы сущностей было много, но нацелены они были на медленное угасание. Видимо, задачей мага было подольше помучить Императрицу, и окружающих ее людей.

Здесь же, в случае с Хельгой, было совсем другое. Девушку хотели убить. Однозначно убить. Быстро и беспощадно. Те сущности, которых к ней подселили, рвали её душу на части. Да, принцесса была сильной Одарённой, но ещё несколько дней, и она бы однозначно погибла.

Я нахмурился, положив руку ей на лоб, и ушёл в духовный мир. Там немного ужаснулся от увиденного. Её душа напоминала перемотанный нитями или паутиной силуэт, причём эта «паутина» была живой. Она вгрызалась внутрь души, отрывая части. Кажется, быстро тут не получится. Рой душ был некротического происхождения. Мы, Охотники, называли это Скверной — визитная карточка одного... очень страшного врага Охотников, своего рода болезнь, которая распространялась, уничтожая целые миры. Эти миры, практически, никогда не подлежали очищению. Их приходилось выжигать пламенем, причем пламенем необычным. Только после этого на голом камне расплавленном песке могла зародиться жизнь. Мерзкая штука! И сущности, которые это вытворяли, были соответствующие. Вот душа одной такой твари пожирала сейчас душу принцессы.

Да, она почувствовала меня. Да, она была в ужасе, понимая, что противостоять мне не сможет. Поэтому в отчаянии ещё сильнее вгрызалась в душу девушки.

— Только не в мою смену, урод! — воскликнул я, и напитал своё призрачное тело силой.

Ладони у меня запылали и я прикоснулся к девушке, косплея дефибриллятор.

— Разряд! — задорно проговорил я, запуская энергию.

Жуткий ментальный вой оповестил о том, что я достиг своей цели. «Паутина» всколыхнулась, и в ужасе отпрянула, но не тут-то было. То ли у неё помутился рассудок, то ли от отчаяния, но эта тварь бросилась на меня в лобовую атаку. Что ж, не придётся мне долго за ней гоняться. Тварь была сильна, но я был сильнее. Через некоторое время она опала прахом, а я взглянул на израненную душу девушки.

Причину я устранил, но вот как устранить последствия — сходу затруднялся решить. Если сейчас привести её в сознание, она останется инвалидом до конца жизни. А мне этого точно не надо. Поэтому я вынырнул наружу, обнаружив, что меня натурально держит за шкирку её отец. Похоже, я потратил больше сил, чем думал.

— Я что, пытался отрубиться? — улыбнулся я.

— Именно, — подтвердила Лагерта. Она кивнула на свою дочку. — Что с ней? Ты ей поможешь?

И что я должен был ответить королеве? Что мне ей сказать? Сказать, что её дочка превратится в растение, если её разбудить прямо сейчас. А если не поднять в ближайшее время, то она в себя вообще не придёт. Интересно, что выберет мать. Спокойной уход во сне, или «геморрой» с полуживым растением, о котором нужно заботиться и надеяться, что когда-нибудь она самостоятельно сможет сходить в туалет? Так бы и пришлось им поступить, выбирая между двумя крайностями. Но на счастье у них есть я.

— Рано ещё говорить, — я пристально посмотрел в глаза сперва королеве, а потом королю. — Могу сказать точно: принцесса не умрёт, но и в себя прийти она не сможет.

Увидев лёгкий ужас в глаза королевы и начавшуюся распространяться ауру короля, я поспешил их успокоить.

— Пока, — выделил я голосом слово. — Пока не сможет. Лечение только началось.

— Что тебе нужно? — прогудел король. — Я предоставлю тебе всё, что ты попросишь.

— Ну, во-первых... мне нужна энергия.

— Не вопрос! — король залез за пазуху, достал небольшую шкатулку и открыл её, протянув мне на ладони.

Я присвистнул. Так вот какая ты, радужная желейка! На большой ладони короля переливалось всеми цветами радуги маленькое солнышко, откидывая причудливые тени, и устроив в полутёмной комнате натуральную светомузыку. Соблазн был слишком велик. Две-три, а возможно и больше печатей я точно смогу сделать с этим океаном энергии. Вот только... Я задумчиво почесал голову.

— Спасибо, не надо, — покачал я головой.

Где-то внутри меня истошно завопил хомяк.

— Это не поможет, — с честными глазами соврал я. — Мне нужно в Разлом. Дело в том, что вот это, — я кивнул на разноцветное солнышко, — энергия не той системы.

Король скептически скривился, а я чуть было не стукнул себя по лбу. Ну да, кому я затираю — человеку, который явно не понаслышке знаком с Разломами. А судя по тому, что он держит в руках, он знаком с Разломами абсолютно всех классов.

— Сложно объяснить, — поправился я. — Короче, мне нужен Разлом.

— Какой Разлом тебе нужен? — тут же среагировал король, убрав маску скептицизма с лица.

Я снова почесал голову. Интересно, если я закажу радужный, он мне обеспечит его?

— Второй-третий ранг будет достаточно.

— Говори конкретнее: второй или третий? Какие существа должны быть внутри Разлома?

Наша дуэль взглядов продолжалась, а я внутри себя продолжал тихо охреневать. Чувствовал себя, как будто пришёл в супермаркет. Мне предоставили каталог, а я по нему выбираю нужный мне товар. Интересно, а если я попрошу радужный с Гидрой, он мне такой даст? Или это всё, что он устроил, понты для бедных? Что-то мне подсказывало, что случится первый вариант.

— Достаточно третьего ранга. Противники не имеют значения.

— Принято, — сказал он. — Команда, оружие, снаряжение?

— Да, у меня всё есть, — похлопал я по верной Аквиле.

— Александр, не стесняйтесь. Мы действительно можем дать вам всё, что нужно, — осторожно вмешалась в разговор королева.

Я не выдержал и засмеялся.

— Ваше Величество, где я, а где стесняться? Это слова-антонимы. Нет, у меня действительно всё есть.

— Хорошо, — кивнула она. — Так что насчёт перекусить, помыться, отдохнуть?

Я посмотрел на короля.

— До Разлома далеко?

— Минут пятнадцать, — пожал плечами он.

И снова на лице Лагерты показалась благодарность.

— Пойдём, — кивнул король.

Мы вышли из комнаты. Я думал, что мы пройдём по двору к дирижаблю, но мы, вместо этого, начали спускаться в подвал, всё ниже и ниже. На пути нам встречались Берсеркеры, которые уважительно кивали, открывая старинные решётки. Я совсем не удивился, когда мы попали, практически, в комнату-близнец портальной комнаты в моём замке. Вот это да! Оказывается, не только у Галактионовых был такой секрет! Кажется, мне есть о чем поговорить с королем, после всего этого. Хотя, учитывая их скрытность, думаю, хрен что узнаю, но, по крайней мере, попытаюсь.

Ульрих подошёл к одному из порталов, и приложил свою руку. Окно перехода загорелось.

— Заходи за мной, — кивнул он, и уже было направился в портал, но на секунду задержался, кивнув на стену, где находился роскошный гардероб. — Выбери себе что-нибудь потеплее, настоятельно рекомендую.

И шагнул в портал.

Я хмыкнул и отправил в портал Шнырьку, который тут же вернулся обратно.

— Ш-ш-шука, холодно! — прошипел малой, трясясь.

— Чего тебе холодно? — подколол я малого. — Ты же мороженое любишь, должен привыкнуть к холоду.

— Ш-ш-шам привыкай, ш-ш-шутник! — надулся Шнырька, и нырнул в тень.

— Ну, ладно.

Выбрал я шубу, кажется, из соболя, накинув на себя, как плащ. Секунду подумал, и напялил на голову шапку-ушанку. Нахрен... Конечно, доспех справится, но лучше так. И шагнул туда же. И сразу же понял, что не прогадал. Температура была далеко за минус. Очень далеко... Я неосторожно вздохнул и почувствовал, что у меня сопли в носу замерзают. Рядом стоял и улыбался Ульрих в своей безрукавке. По нему совсем не было видно, что он замёрз. Не, вот сейчас я точно выпендриваться не буду, ну его нахрен. И вообще, я тепло люблю. Сейчас со всех сторон мела настоящая метель. Не было не видно не то, что неба, на несколько метров вперёд ничего не было видно.

— Держись за канат, — прокричал Ульрих, и показал мне взглядом, сам схватившись за него. — Следуй за мной!

Я и последовал, закутавшись как можно сильнее. Хорошо, что меня не сдуло. Через несколько минут мы начали петлять, а слева и справа стали проявляться порталы. Красный, красный, оранжевый, голубой... Ух ты, радужный! Где это мы вообще? И вот, наконец, жёлтый.

— Внутри физики-големы. Повышенная сопротивляемость к магии. Лучше уничтожать чистым физическим уроном, — проинструктировал меня король.

— Ну, спасибо, блин, большое, — ляпнул я, и скинул ему на руки шубу.

Тут же холодный ветер забрался мне под рубаху, и я с матюгами прыгнул внутрь. Внутри было гораздо теплее. Каменное плато, а вокруг булыжники, часть из которых были живыми. Прямо около входа никого не было и я, далеко не уходя, уселся в позе медитации.

Собственно, я обманул Ульриха, сказав, что желейка не подходит. Желейка подошла бы очень хорошо. Но дело в том, что то, что я собирался сделать, было точно не для чужих глаз. Подозреваю, что замок весь натыкан следящими артефактами, и я был далёк от мысли о том, что за мной не будут подсматривать. Ну, может и не будут, но я лучше перестрахуюсь. А тот выхлоп энергии, который из меня пойдёт, точно почувствуют на расстоянии.

Я сел, закрыл глаза, и безжалостно вскрыл свою Печать Регенерации. Дело в том, что исцелить принцессу можно было, только поставив ей такую же Печать, как я ставил своим гвардейцам. Вот только её душа была настолько изранена, что собственных сил на начальный запуск Печати у неё не хватило бы. Если говорить аналогиями, то я соберу огромный костёр из сухих деревяшек, и даже оболью его сверху бензином. Но спичку она должна зажечь сама. И даже на это сил у неё не было. Поэтому, мне придётся поделиться с ней частичкой своей души.

И тут мы подходим к самому интересному моменту. Все мои Печати настроены на то, чтобы не делиться ни с кем своей душой, даже если хозяин будет находиться в бессознательном состоянии, а какая-то тварюка попытается у меня это немного отсосать. Ха-ха, звучит пошло, но передаёт точный смысл. Короче, мне придётся ни много, ни мало надрезать Печать Регенерации, чтобы она потеряла часть свойств, и начала немножко «кровить». Ну, как немножко... Кровить она должна «множко», и я должен при этом не сдохнуть.

Я почувствовал, как задрожала внутри меня душа, завибрировали Печати, которые пришли в дисбаланс. Если бы они были живыми, то прямо сейчас были бы в панике, не понимая, что с ними происходит. Но да, прямо сейчас мне понадобится много энергии, чтобы внутри было что-то, с чем можно было работать. Поэтому я вскочил на ноги, достал Аквилу и проговорил в пустоту:

— Вылазь, мерзляк! Покажи мне, где здесь кристалл спрятался?

— Ш-ш-шам мерзляк! — огрызнулся Шнырька, но кристалл мне показал. Он был совсем недалеко.

— Что ж, — улыбнулся я. — Раз, два, три, четыре, пять. Сандр идёт искать. Кто не спрятался, я не виноват.

Вывалился я из портала часа через три. Геноцид големчиков завершился успешно, и меня сильно давила жаба, что я не могу забрать полученный с них камень для своей каменной братвы. Но энергия была собрана, кристалл разбит. Внутри меня творилось чёрт знает что, доставляя мне определённый дискомфорт.

Когда я вышел из Разлома, Ульрих сидел прямо на снегу. Шуба лежала рядом, а он внимательно наблюдал за мной.

— Всё прошло успешно? — осведомился он.

— Д-да... — проговорил я.

Пальцы мгновенно скрючились, я потянулся к шубе.

— М-можно мне её назад?

— Да, конечно, — без улыбки подал мне шубу Ульрих, и заботливо напялил мне на голову ушанку.

— С-спасибо, — сказал я.

Сука, приеду домой, сутки из бани не выберусь.

— Возвращаемся в замок?

— Д-да... — сказал я.

Попытался высморкаться, но в итоге от носа у меня отвалились две сосульки.

— С-сука... — тихо проговорил я.

Ульрих, похоже, услышал, потому что я увидел его лёгкую улыбку. Издевается, чёртов снеговик. У него в венах вообще, что, кровь или антифриз?

Обратно мы пошли быстрее.

Вскоре мы были уже в замке, и вот подходим к покоям принцессы.

— А сейчас я попрошу вас остаться за дверью.

На удивление, королевская чета, без разговоров, кивнула. Когда я потянул ручку двери на себя, то спиной почувствовал суровый взгляд отца. И не нужно меня так буравить. Я закрыл за собой дверь, и тут же направился к столику, который заприметил ещё в своё прошлое посещение. Взял в руки большой хрустальный графин, оттопырил плотно притертую пробку и принюхался. Коньяк. Хороший коньяк. И разом замахнул в себя полбутылки. По телу пробежалось приятное тепло, и я удовлетворённо выдохнул.

— Сука, как вы тут живёте...

С сомнением посмотрел на полупустую бутылку, вздохнул, закупорил, и поставил на место.

Снова сел уже около спокойной Хельги.

— Нет, я, конечно, всё понимаю, подруга. Теперь ты после всего этого просто обязана выйти за меня замуж, — пошутил я в никуда, и положил ей ладонь на голову.

В тот момент, как наши души сплелись, я почувствовал охренительную боль. Похоже, закричали мы синхронно...

Замок Северного Королевства

Коридор около покоев принцессы

— Я вас предупреждаю. Что бы вы ни услышали, не вздумайте заходить внутрь. Ни в коем случае. Вы можете всё испортить. Это ясно? — глаза Александра сверкнули голубым пламенем.

Король прищурился, а у Лагерты перед глазами внезапно поблёк облик юного барона. Она увидела перед собой состоявшегося мужчину, отдаленно напоминавшего этого парня, вот только нёсшего за плечами опыт столетий, словам которого повиновались целые армии, а взглядом которого — воспламенялись целые города. Оба члена королевской семьи кивнули, и молодой человек зашел в комнату их любимой дочери.

— Дорогой, успокойся, — успокаивала Лагерта своего мужа, на котором лица не было.

— Ты понимаешь, что мы только что доверили самое ценное, что у нас есть, практически, незнакомому человеку?

— Ну, тут я возражу. Во-первых, я с ним знакома. Князь Андросов давал рекомендации. Да и с Хельгой он всегда ладил.

— Одно дело — ладить, а другое дело — от него зависит жизнь нашей дочки! — буквально прорычал Ульрих.

— Всё будет хорошо, — Лагерта провела ладонью по скуле мужа.

Если честно, она и сама сильно боялась за Хельгу, а мужа в таком состоянии видела в первый раз. Большой и сильный мужчина, который привык всегда решать дела силой и напором, возможно, в первый раз оказался в ситуации, когда что-то, а точнее, кто-то зависит от другого человека. Сразу же «кто-то» — это оказалась единственная любимая дочь.

Лагерта была здравомыслящей женщиной и предполагала, что что-то может пойти не так. А еще она боялась, что в случае смерти Хельги Ульрих выйдет из себя и захочет наказать Галактионова. А вот что случится дальше — об этом Лагерта даже не хотела думать. Да, она привыкла к тому, что её муж всесилен. Фактически, она видела в нём, кроме любимого мужа, ещё могучего повелителя, почти полубога. Но противостояние Ульриха и барона Галактионова? В его результате она не была уверена до конца.

— Всё будет нормально, дорогой. А знаешь, что меня больше всего волнует? — несмело улыбнулась она.

— Что? — нахмурился Ульрих.

— Как бы от этого лечения у них внезапно дети не организовались...

И снова резкий бросок ауры, а потом король обуздал эмоции и гулко расхохотался.

— Да ради бога! Вырастим и выкормим!

— Кого? — на этот раз удивилась Лагерта.

— Ребенка, который получится от лечения.

Тут уже Лагерта рассмеялась, поняв, что муж немного расслабился, и теперь пытается и ей поднять настроение.

Они взялись за руки, и в этот момент за дверью раздался дикий крик. Мужчина и женщина кричали в унисон...

Глава 4

Ну да... «Вырастить и выкормить», — а то Шнырька не показал мне сразу, как сильно были сжаты кулаки Ульриха за спиной. Да он сперва уничтожит меня, а потом придумает, что сказать нашим детям. Типа, ваш отец был таким самонадеянным и неосторожным, что умудрился в моем дворце... споткнуться? Сломать себе шею? Нанести себе две тысячи смертельных ударов? В спину?

Не-не-не! Никаких детей! Боюсь, что мне понадобится еще время, прежде чем я смогу что-то сделать Ульриху, сражаясь с ним хотя бы на равных. Силен тролль северный! Да, к чёрту! Я даже не уверен, что Пепельный дракон здесь поможет. Как бы животинку не угробил, если я его призову. Ладно, это все шутки, но Шнырька сидит и довольно улыбается после того, как слил мне их разговор.

Первая моя попытка была неудачной. Когда я сюда пришел, Хельга не зря кричала. Здесь такой вой стоял, и сейчас, хотя внешне она молчит, но в душе орет без остановки. Ей ужасно больно, и мне хотелось сделать все побыстрее, но это было нелегко. Только я зашел в ее душу, как попал под атаку, и к такому был не готов. Тут дело не в том, что я ослаб, или что она сильнее. Нет... Девушка не была сильнее, чем я, но сейчас она работала с очень опасной энергией. Она закрылась в своем первородном слое, в котором у любого человека находится колоссальное количество энергии. Проблема только в том, что если ее потратить, то больше не станет и души.

Я успел увидеть, что она сидела в ледяном коконе, который причиняет ей ужасную боль. Наверное, это последствия той твари. Она делала ей больно, и когда она пропала, Хельга не заметила, но по привычке считала, что боль никуда не делась. А это такой слой сознания, что там может быть все, что угодно.

Так, планы меняются. Одной регенерацией тут не обойдешься. Мне нужно действовать не просто аккуратно, а прямо филигранно. Один неверный шаг, и она умрет. А может и я с ней. Вторая попытка была куда удачнее. Я уже знал, что там меня ждет и закрылся защитой по самое «не балуй». Когда вошел в ее душу, то атаку, практически, не заметил.

— Ну, и чего ты кричишь? — говорю я Хельге, которая сидит в своем шаре.

Хотя и далеко, но я сделал так, чтобы она меня услышала. Не помогло, не пришла в себя.

— Голоса... Они... Голоса... Почему я? За что... Я не могла... Я не хотела убивать отца... Отец… Я не могла убить мать... Мама… Это была не я... Трон... Не могла... Он мне не нужен... Не я... Не я-я-я-я-я-я!!! — последнее она прямо таки завыла.

Хельга рыдала навзрыд, и ей было очень плохо. Сидя на полу и обняв свои колени, она не смотрела по сторонам, а только тихо шептала себе под нос эти слова. Тварь здорово влезла ей в голову, заставив поверить в то, что она ради короны убила своих родителей. Вот что, оказывается, могло надломить эту сильную девушку. А когда я подошел поближе, пробираясь через снежную метель, то понял, что этот шар создала не она. Это тварь была очень сильной! Она смогла воспользоваться ее личными силами. Так я думал ровно до того момента, пока не подошел вплотную.

— Вот это поворот! — удивился я увиденному.

За спиной у девушки стояла вытянутая тень, у которой тело состояло из черной, как ночь, энергии.

— Поздно... — улыбнулась тварь только что сформированной на пустом лице улыбкой. — Ты опоздал, человек! Она уже наша!

Вот это поворот! Кого-кого, а вот ее не ожидал я увидеть. Проклятый Пересмешник...

Откуда эта тварь тут взялась, для меня было большим секретом. Но если она здесь, то дела у нас не очень хороши. Если раньше я еще предполагал, что некоторые нюансы мне лишь кажутся, или сам все притягиваю за уши, то теперь уже точно нет. Враг Ордена в этом мире действительно существует, и он здесь давно. Жаль только, что самого Ордена в этом мире нет. Хотя... Что значит нет? Если здесь есть я, то есть и Орден! Клятва Охотника Кодексу, как любил шутить Старый Мак, не имеет срока давности, и даже смерть — не повод ее нарушить!

— Опоздал-опоздал! Мальчик опоздал! Хи... Хи-хи! — стала насмехаться надо мной тень.

Ее бесформенное тело вдруг начало обретать оболочку, и передо мной теперь стоит черная женская фигура, сотканная из тени. Ей смеяться надо мной показалось мало, и она решила еще больше побесить меня тем, что стала обнимать Хельгу и шептать ей что-то на ухо.

— Девочка уже моя... Моя! — хитро смотрела она на меня. — Что ты будешь делать? — спросила она меня, развлекаясь по полной. — То, что ты смог попасть так глубоко, это странное, но впечатляющее достижение. Не слышала, чтобы в этом мире кто-то так мог. Кто ты? Из какого Рода? Мне нужна эта информация. А за это я тебя не буду убивать... больно. Хи-хи-хи!

Я стоял и качал головой. Дожился, Пересмешник издевается надо мной, и делает это самым наглым образом.

— Почему молчишь? Боишься? — усмехнулась она, показывая зубы с кровоточащими деснами. — Я твой страх и ужас! Я сожру твою душу! Хи-хи-хи-хи... — мерзко захихикала она.

Ясно... У нее с головой не все в порядке.

Пересмешники — это прислужники Безымянного, и они относятся к разумным существам. Очень даже разумным, а вот эта в своем развитии решила уйти в другую сторону от своих собратьев. Иначе не могу объяснить, откуда у нее такое идиотское поведение.

— Ну, поговори со мной! — вдруг приблизилась она к куполу и облизала его своим змеиным языком. — Это первое мое задание за триста лет! Мне так было скучно... в том мертвом мире. Пожалуйста... Поговори со мной... Я хочу услышать твое отчаяние. Попросишь не причинять ей вред? А может вернуть тебя в твой мир? — выжидающе наклонила она голову.

Она еще улыбалась, ожидая от меня хоть какой-то реакции и, кажется, дождалась. Пространство в душе задрожало, меня охватила злость. Я тот, кто лично убил четверых Владык, несущих Скверну, не мог слушать слова этой жалкой пешки.

— А ты наглая! — наконец-то я выдал хоть что-нибудь, и при этом усмехнулся.

— О-о-о-о... так ты не немой, — захлопала она в ладоши, но получилось плохо из-за дефектов тела. — А я уже подумала, что мне будет скучно.

— Скучно? — удивился я. — Нет... Скучно точно не будет!

В следующий момент я сделал шаг вперед, и она снова рассмеялась, когда я не смог пройти барьер. А вот когда я дотронулся рукой до барьера и он бесследно исчез, то улыбка у нее пропала.

— Почему ты не смеешься? — делаю еще шаг, и передо мной мгновенно возникает новая стена.

Плевать, хоть десять... Даже тысячу таких стен... Пусть даже своего Владыку призовет, ее уже ничего не спасет.

— Так не должно быть, — нахмурилась она, и кинула взгляд на Хельгу. — Девка жива, но ты сломал ее барьер.

Кажется, у нее сейчас сломается психика от такого.

— Почему не должно? Откуда простому Пересмешнику знать, как должно быть? — с презрением спросил у нее.

И вдруг до нее стало доходить, что дело тут нечисто, когда я еще один барьер прошел без проблем.

— В этом мире нет таких... — начала говорить она и запнулась, а может и догадалась.

— А кто сказал, что я из этого мира? — и тут ее озарило, но еще не до конца, нужно добить. — Позволь мне представиться. Сандр, Гранд-Магистр Ордена Охотника и просто хороший парень! Сандр... Хотя... Может тебе больше скажет мое прозвище Сандр — Ужас Чистилища? Именно я тогда возглавил нападение на ваш Мир!

А вот теперь она осознала и даже захотела покаяться, я прямо был уверен в этом. Сколько в этом существе сейчас обреченности и ужаса.

— Невозможно! Охотников нет в этом мире! Он обещал мне, что этот мир чистый! — кажется, у нее началась истерика.

— Кто он? — теперь уже я хочу знать, кого мне нужно еще завалить.

Но так легко, само собой, не было. Она не собиралась сдавать своих. Вместо этого выбрала момент, когда мне оставалось пройти последний барьер, и обрушила их все. Барьеры рухнули, и Хельга заорала от боли, а тварь, воспользовавшись этим, бросилась бежать. У нее был запасной выход, но до него еще нужно добраться. Она явно посчитала, что я вначале решу помочь Хельге, а лишь потом начну преследовать ее, а зря... Я очень злопамятный, а их братия достала меня еще в прошлой жизни.

— Ш-ш-ш-ш-ш-шабака Ш-ш-ш-ш-шутулая... — заржал Шнырька прямо мне на ухо и показал вблизи, как она бежит.

Вернее, не то, как бежит, а ее лицо меняется в этот момент. Оно сейчас перетекает из одной личины в другую. Трудно себя контролировать, и каждое из них имеет одно и тоже выражение... Ужас!

— Она твоя... Хирдавардимион! — с этими словами я выпустил Хтоническую Душу, очень злую и невероятно голодную.

Мне сложно описать это существо по многим причинам. Одна из них — просто невозможно его описать словами. У него были ноги, крылья, щупальца, множество глаз, и сотни ртов. С его глупым видом можно только сравнить опасность, которую оно из себя представляет. В реальном мире я, наверное, не рискнул бы его выпускать. Даже будь я на пике своего могущества, все равно сомнения остались бы. Но тут... Тут правила другие, и здесь главной силой являюсь я.

Хтоническая тварь завизжала, и попыталась оказать сопротивление, но получив звонкую оплеуху, быстро подчинилась и помчалась за Пересмешницей. И очень быстро ее догнала. Дальше было много боли и криков, настолько искренних, и самое главное, что от ее насмешек не осталось и следа. Стоило твари умереть, как состояние Хельги заметно улучшилось. Но далеко еще до идеала. Для этого я здесь, чтобы ее подлатать. И я знал, как это сделать. Возвращаемся к плану «А».

Подойдя к девушке, которая мало что сейчас понимала, а может, вообще, ничего, я вздохнул и щелкнул пальцами. Ее верхняя одежда пропала, оголив спину. Да-да, именно спину. Захватив контроль над этим местом, теперь здесь я Бог. Одежда оставалась только на передней части туловища у девушки, а спина была полностью голой. Затем несколько минут я все проверял, и только после этого приступил к работе. Процедура была сложной, но интересной. Мне нужно нанести на ее нестабильную душу Печать Регенерации. Сама печать не требует много энергии, но сколько нужно вложить в нее знаний и опыта. Боюсь, что даже мне будет сложно с этим справиться. Но зато, если не убью ее при нанесении печати, то она будет иметь две регенерации. Душевную и телесную. Возможно, даже самую лучшую регенерацию в этом мире, потому-что мне придется поделиться с ней частичкой своей души. Душой Охотника...

Дворец Ульриха

Коридор возле спальни Хельги

— НЕТ! — повысила голос Лагерта.

Она, конечно, не привыкла повышать голос на мужа, но иногда очень даже умела. А все дело в том, что они ощутили, как что-то ужасное происходит в спальне их дочери. Эту жуткую энергию тяжело было не заметить. Она буквально вырывалась из спальни, что заставило потерять голову беспокойного отца напрочь.

— Но вдруг ей нужна наша помощь?! — Ульрих знал, что когда его жена повышает голос и выпускает свою ауру, то даже ему лучше прислушаться к ней.

Да что там Ульрих... Весь дворец знал, что Лагерта дважды не повторяет. Хотя она очень добрая и спокойная женщина, но она королева и мать. А их лучше никогда не злить.

— Стой и жди, чем все закончится, — не слушала она мужа. — Александр сказал ждать, значит, так мы и поступим.

— Но...

— Никаких но!

Она прекрасно понимала его, но дочь для нее была слишком важна, чтобы все испортить. За короткий промежуток времени они сделали все, что могли. Были созваны лучшие целители, лекари, шаманы и прочие бездари, которые ничем не смогли помочь. Были посланы кличи в различные Ордена, Рода и кланы, которые проживают на территории их Королевства. Некоторые отозвались с готовностью помочь, да только никто ничего не смог сделать. Все только беспомощно разводили руками.

Даже Андросов, старый друг семьи, не смог им помочь. Он, конечно, предлагал разные варианты, и обещал порыться в родовой сокровищнице, может какой-то артефакт и найдет, но это было смешно. Просто смешно, если уже они в своей не нашли, то что может найти он? Правда, он подсказал человека, который может помочь, и им оказался Александр. Вот именно он и дал надежду, и королева решила довериться. И если ради спасения дочери ей придется остановить своего мужа, то так оно и будет.

— Извини... Погорячился... — понял Ульрих, что с женой сейчас лучше не спорить. — Но аура, действительно, странная. Я уже такое встречал, и очень хочу, чтобы мои догадки не подтвердились.

— Мы должны верить! Александр показал себя, как человек слова, — попыталась она донести до него свои доводы.

И они вроде бы начали действовать, Ульрих стал успокаиваться.

— АХ!!! — раздался предательский стон из спальни Хельги.

Понятное дело, что ничем противоестественным они там не занимались, и стон был от облегчения, когда Галактионов, наконец-то, прикончил сущность. Вот только Ульриху, как отцу, что дорожит своей единственной дочерью, это уже было мало интересно.

***

Дурдом... Дурдом! По другому и не опишешь эту ситуацию. Я выложился с печатью не то, чтобы на сто, а на все двести процентов, и смог ее сделать. Без лишнего хвастовства могу заявить, что это одна из моих лучших работ, настолько она вышла безупречной. И результат я получил уже совсем скоро, когда Хельге становилось лучше, прямо на глазах. Вся ее нарушенная структура начала восстанавливаться, и я собрался покинуть ее душу.

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ша-был! — возник из тени Шнырька, и выпучил глаза.

— Кого «шабыл?» — не понял я, о чем это он.

Шнырька вместо ответа ткнул лапкой в сторону.

Ох, ты ж... И какого ты там прячешься? Реально думала, что я не вспомню про тебя? Вот это косяк! Я чуть не забыл забрать душу Хтонической твари. Помимо невероятной силы, она еще и очень умна. Прикинула, что нужно вести себя тихонько и не мешать мне, а там гляди и забуду про нее. Благо, Шнырька мне напомнил.

— Извини, но ты еще не отработала свою свободу. Так что, бегом домой! — хмыкнул я, отправляя ментальный посыл, и тварь отправилась обратно. И только тогда я покинул эту душу.

Все началось, стоило мне прийти в себя. Я видел, что Хельге дурно, а ее тело бьет мелкая дрожь. Пришлось зачерпнуто своей энергии, и влить в ее тело.

Девушка застонала... Громко застонала, а в следующий момент с петель слетела дверь, и в комнату попытался ворваться Ульрих. Да только, словно в фильме ужасов, его перехватили тоненькие белые ручки за плечи и утащили в коридор. А вместо двери вырос ледяной непрозрачный блок. Мне точно стоит опасаться Ульриха, а не Лагерту?

Пока я задумчиво смотрел на ледяную стену в проеме и думал, как буду отсюда выходить, очнулась Хельга.

— А это нормально, что ты сейчас находишься в моей спальне? — услышал я ее голос и обернулся.

Лучше бы я этого не делал. Хельга встала с постели полностью голой, и сразу подошла к зеркалу посмотреть на то место, куда ударил артефакт, и не осталось ли там шрама. Неловкая ситуация, однако. Но это не беда, я знаю, как сделать ее еще более неловкой.

— Дорогая, ты очнулась? Я так переживал за тебя, — стал наигранно драматизировать. — Наши дети себе места не находили, когда ты после неожиданной потери сознания долго не приходила в себя.

— Дети?! — выпучила она глаза, и принялась двигать шестеренками в голове, вспоминая, что случилось.

Увы, память ее совсем не пострадала, и она быстро все вспомнила. А еще оказалось, что довольно много всего она помнила. Дальше мне пришлось уворачиваться от ледяных сосулек, которыми она меня швыряла, и слушать «лестные» слова в свою сторону. Однако, должен заметить, она хорошо понимала, что мое здесь нахождение и ее выздоровление связаны между собой, а потому это все говорилось без злобы, скорее, для профилактики.

— Пс-с-с-с-с... — шепнул мне на ухо Шнырька. — У нас ж-ж-жавелись кроты...

Он показал мне трансляцию, где Лагерта и Ульрих стояли возле ледяной стены с прижатыми к ней ушами.

— Теперь нам можно зайти? — не терпелось Ульриху увидеть дочь.

— Нет! — жестко ответила ему жена. — Не порти момент... Вдруг сейчас у них там зарождается любовь.

Я аж споткнулся от такого, и Хельга попала в меня сосулькой.

— Ой! Ты какого не увернулся?! — возмутилась она.

— Зачем? Все равно они мне не могут навредить, — усмехнулся я, и показал ей место, куда она попала, а там даже доспех не был пробит.

Дальше пришлось уворачиваться уже от сосулек побольше. Она, реально, целилась мне в голову, и не только...

Когда Хельга наконец-то вымоталась, я быстро скрутил ее, несмотря на писк. Затем уложил ее в постель и осмотрел.

— Не смотри... — покраснела она, когда я осматривал ее голову.

— Не переживай! Я уже все видел, — напомнил про ее голые атаки.

— П-ф-ф-ф..! — фыркнула она, прикрыла лицо одеялом, а затем решила поблагодарить. — Спасибо! Мне снился сон, и в нем был ты. Ты меня успокаивал.

А вот это уже плохо. Прежде, чем наложить на нее печать, мне пришлось ее успокоить, и на это ушло немало времени. Я тогда обнял ее, да простит меня Анна, и нашептывал разные слова. Сомнительного, гхм... содержания.

— Видишь, какой я молодец? Уже начинаю сниться! — широко улыбнулся я во все свои тридцать два зуба.

В коридоре что-то хрустнуло, а затем раздался глухой звук удара.

— Ладно, ты уже относительно здорова, — сказал я Хельге, а затем повернулся к проему. — Заходите уже, шпионы!

Лед разлетелся на мелкие кусочки, и два снежных вихря мигом оказались у кровати. Родители стали засыпать ее вопросами, по типу, болит ли что-то, и как она себя чувствует.

Сейчас они, вообще, не были похожи на тех вечно холодных и расчетливых правителей, но я могу их понять. Они обратились к простому барону и вторглись сразу в две страны, чтобы забрать меня. А это значит, что их положение было критическим, в котором они уже, практически, попрощались с дочерью.

Дабы им не мешать, я решил свалить отсюда, пока меня не заметили и не засыпали разными вопросами. Конечно, я не боялся на них отвечать. В любом случае, есть уже заготовки на случай неудобных вопросиков. Так что с этим был полный порядок. А в чем непорядок, так это с моими силами. Я выложился довольно сильно, и теперь мой голод можно было сравнить только с моим предвкушением от получения «Валькирий». Кто там говорил, что Галактионов не получит свой воздушный флот? Ну-ну... Конечно, я взялся помогать Хельге не поэтому. Я бы это сделал и бесплатно, но раз предлагают награду, то отказываться сам Кодекс не велит.

Шнырька быстро проложил мне маршрут в общий зал, в котором у них круглосуточно можно было набить живот. Зал был огромным, и в нем стояли широкие столы, за которыми сидели, как местная знать, так и обычные солдаты. Нравится мне их иерархия, в которой аристократы не ставят себя настолько выше других, чтобы есть в других местах. Если ты воюешь с собратом плечом к плечу, то и хлеб преломляешь за одним столом. Одобряю!

Пока шел по длинным коридорам, то ловил на себе много любопытных взглядов, причем, многие взгляды принадлежали симпатичным девушкам. Охрана же мне не трогала, видно, что не принято здесь устраивать неприятности гостям. С другой стороны, не сказать что тут спокойно. Местами Шнырька показывал мне мордобои, в которых потом зачинщики жарко обнимались, вместе выпивали, и хвастались своими ударами. Всё-таки слишком много здесь в людях безудержной силы и беззаботности их викингов-предков. Но я не думаю, что они это делают от такой любви к дракам. Моя версия — здесь настолько холодно, что они греются, как могут. Лично я бы так и делал, а то уже конкретно задубел. Приходилось постоянно держать доспех и напитывать тело энергией, чтобы было тепло.

Это все натолкнуло меня на мысль, что нужно в ближайшее время сделать Печать Адаптации. Проблема только в том, что нужно закрыть хотя бы один черный Разлом. Эта печать имеет всего три ранга, но проблема была в том, что их нужно наложить все в один день, раз за разом, а иначе ничего не получится. Эта печать не предусматривала разбивку на этапы. Но зато с ней мне будет плевать на холод и жар. С такими мыслями я дошел до местной столовой, в которой стоял веселый шум. Здесь пели песни, стуча кубками и рогами. Нет, олени здесь не пили. Северяне, как я понял, любили пить с рога.

Больше всех в глаза бросался старик, которому уже лет сто двадцать. У него были седые густые волосы, и такая же борода с усами. Примечательный он был тем, что его усы были просто шикарными, впечатляющей длины, а еще рог... Как этот дед вливает в себя, раз за разом, по литру пойла, я не понимал. Опыт, вероятно, не пропьешь?

Я, примерно, понимал, что надо делать, ведь Шнырька хороший разведчик. А потому нашел свободное место подальше от всех, и усевшись, стал ждать.

— Могу помочь тебе, Имперец? — подошла ко мне молодая девушка с пышным бюстом, и подмигнула.

— Если накормишь, то я попрошу своего хорошего друга написать для тебя балладу, — поднялось мое настроение.

Девушка засмеялась.

— Тогда мне придется постараться, ведь музыку я люблю! Что тебе принести?

Помимо хорошего обращения, я еще удостоился того, что она тщательно вытерла мой грязный стол.

— Всего, да побольше!

Кажется, они решили проверить после третьей съеденной тарелки, когда я лопну. Нет, не так, ТАРЕЛКИ, ведь порции у них были, как на троих. Но это и хорошо, ведь я хотел люто жрать после всей этой работы в душе Хельги.

Куропатки на закуску были выше всех похвал, а мясо оленя в молодом вине и соусе из ягод доставило мне чрезвычайное удовольствие. Молодой дикий кабан тоже зашел на «ура», как и дикие гуси. Они, кстати, были разломными. Когда я уже думал, что день удался, и пора пойти поспать, то судьба меня жестоко обломала.

— Эй, чужак! — обратился кто-то ко мне со спины. — Я Ольберг, сын конунга Хомунда из дома Йорскваль, вызываю тебя на Хольмганг!

Лениво повернувшись, я увидел парня, лет двадцати пяти, который стоял и зло смотрел на меня. А ведь я его даже не знаю.

— Извини, но с парнями я не танцую, — ответил ему с усмешкой, и развернулся обратно к своей тарелке.

Зрители тут же заулюлюкали, и подорвались со своих мест. Я уже было подумал, что они сейчас всей толпой на меня нападут. Но нет... Они стали сдвигать столы.

Блин...

— Шнырька, слушай... Можешь узнать, куда он меня пригласил?

Почему мне кажется, что это точно не на рыбалку. Пока Шнырька там бегает и ищет информацию, мне нужно потянуть время.

— Слушай, уважаемый, а какой повод хоть? — решил попробовать зайти с другой стороны, чтобы узнать о этом «ганге».

Он одарил меня презрительным взглядом, видимо за то, что я не знаю таких простых вещей. Но вмешались старшие.

— Ольберг, он хоть и чужак, но наш гость. Если еще раз проявишь неуважение, я лично научу тебя манерам, — встал с места тот старик с огромным рогом.

Ольберг явно струхнул.

— Прости меня, дедушка! Мой разум был затуманен, — ответил он с уважением к старику, который оказался его дедом, а затем повернулся ко мне. — Я вызвал тебя на Хольмганг, потому что Хельга...

— Стоп! Ни слова больше! — поднял я одну руку и остановил его. — Можешь не продолжать... Я все понял!

Как показывает опыт — раз в конфликте звучит женское имя между двумя мужчинами, то это дуэль.

Вот и слетал в гости. Поработал, покушал, а теперь можно и подраться?! Северное королевство мне нравится все больше и больше!!!