Кодекс Охотника. Книга XI

Глава 1

Зал Совещаний Тайной Канцелярии

г. Петербург

Канцлер проводил совещание. Уже какое совещание за эти последние дни. Он практически не спал. Сведения стекались к нему со всех сторон. Монголы вторглись в границы Империи. Каким-то чудом там оказался герцог Доброхотов. Удивительно, но факт — всячески игнорируя канцлера и, практически, в открытую посылая имперскую государственную машину, он, тем не менее, вступился и разбил наголову войска вторжения.

Ну, нельзя сказать, что Румянцев был сильно удивлён. Он знал Доброхотова, как истинного патриота родины и, честно говоря, немного в душе рассчитывал на него. Но как он оказался в нужное время в нужном месте — вот тут вопрос. Пока его шпионы ещё ничего не рассказали, потому что Доброхотов сразу после битвы снялся и улетел в сторону Галактионовки. Да и Галактионов приложил к этому руку. Этот мелкий барон не только заноза в заднице. Оказывается, он может оказать помощь Империи, когда нужно.

Румянцев плохо слушал докладчиков. Миссия в Африке катастрофически провалилась. Абсолют Вербицкий перешёл на сторону врага, убив сотню хороших парней. Кстати, сам командующий — полковник Долгоруков тоже был тяжело ранен. К счастью, он выжил. Но вот только полетел он… куда? Нет, не в столицу, под крыло своего хорошего знакомого, друга семьи — князя Андросова. Он тоже за каким-то чёртом полетел в Галактионовку. Что он там забыл? А ещё говорят, что там сейчас находится принцесса Северного Королевства — Хельга.

Да что это за место такое? Пуп мира какой-то! Может туда, вообще, столицу Империи перенести?

А Коронат... Как ему не нравился Коронат! Его шпионы докладывали, что вовсю идет модернизация армии, и лягушатники засматриваются на Восток. Прусаки их пока не поддерживают, соблюдая нейтралитет. Северное Королевство вроде не ударит в спину. А вот что придумает вальяжная Римская Империя, которая в последнее время разлагается в роскоши и безделье, канцлер понять не мог.

Испанцы были заняты своими заокеанскими территориями. Бритты занимались с испанцами там же, пытаясь разделить американские континенты. Хорошо, что они не трогали Канаду, заморскую территорию Короната.

Всё действие происходило южнее, где гремела война за независимость. Американцы решили послать на хер и испанцев, и бриттов. И вот теперь там было вообще непонятно — кто и против кого сражается.

Ситуация в мире всё больше походила на безумие. И самое страшное, что это безумие могло затронуть и Российскую Империю.

Зазвонил телефон, и он удивлённо посмотрел, зная, что он дал четкое указание секретарю его не беспокоить, только в случае экстренных событий. Что за экстренное событие может быть прямо сейчас?

Румянцев смотрел на звонящую трубку, как на ядовитую змею. Сглотнул, но всё-таки взял.

Что ему сейчас скажут? Что прилетели инопланетяне, и высадились в центре императорского дворца? Или Разлом образовался в центре столицы, и оттуда полезли твари.

Румянцев был готов ко всему.

— Дядя, это я! — это был не секретарь, а его уже немного оклемавшийся племянник, которого он восстановил в должности командира Силовой Группы канцелярии. — С тобой хочет поговорить Императрица.

— По-моему, рано я тебя вернул на должность. Тебе нужно ещё немножко подлечиться, ты сильно ударился головой.

— Я серьёзно… канцлер. Включаю видеозвонок.

— Но... — он не успел ничего сказать, как перед ним на экране возникла Императрица.

Причем выглядела она безупречно, как в лучшие времена. Даже если сильно присмотреться, не было ни тени болезни недомогания в её глазах. Безупречный макияж, её обычная снисходительная улыбка, яростный огонь в глазах.

— Ваше Императорское Величество... — выдохнул он, и все за столом замолкли, глядя на него с ужасом.

— Ну что, канцлер, похоже, ты облажался. Даже мою безумную тушку сохранить не смог. Как ты думаешь, ты достоин своего кресла?

— Но Ваше Императорское Величество, в своё оправдание скажу, что это были инквизиторы — люди, которых не должно было существовать...

— Бла-бла-бла, — перебила его Императрица. — Не надо ничего говорить в своё оправдание. Я звоню сказать, что мы вылетаем в столицу.

— Мы? — уточнил он.

— Да, мы! Я и цесаревна Ольга. Пора вернуть блудного Императора его народу.

***

Четыре дня ада... По другому я эти дни и назвать не могу. Именно столько времени понадобилось всем знатным особам, чтобы уехать из моей усадьбы. В эти дни мой дом превратился в Центр по обработке данных.

Вернуться Императрице в свой дворец было непросто. Она не хотела лететь тут вслепую, и решила подготовиться по полной. Она изучала, кто чем дышит и живет, кто теперь кому изменяет, и с кем спит. Как она мне сказала, дворец — это еще тот гадюшник, за которым нужно следить в оба глаза. Например, одна любовница может принести столько изменений, что Империя может лишиться знатного Рода.

Кстати... о Роде. Когда я спросил у нее про свой Род, и почему Империя допустила его уничтожение, она не смогла дать мне развернутый ответ, но я, кажется, ее понял. Все, что она смогла сказать, что это было дело чести… и выбор Галактионовых. Затем она выразила большое свое пожелание, чтобы я не был таким, как они.

— Увы... Вряд ли я стану таким, как они, — я вызвал своими словами легкую улыбку на ее лице. — Я еще хуже...

Тогда-то у нее и треснула маска на лице. Всего на миг, но она что-то увидела в моем лице, которое на миг тоже исказилось. Всего на секунду, но посмотрел он... Сандр... Гнев миллионов... Шаварданский Жнец... Колодец душ... Как только меня не называли в прошлой жизни, и за каждым этим прозвищем стояла целая история.

— Очень жаль, — грустно улыбнулась она. — Галактионовы — это диагноз.

Вот тут я с ней даже спорить не стал. Вообще не удивлен, что переродился я именно в теле с такой кровью в моих жилах. Они мне очень близки по духу. Примерно я понимал, что она имела ввиду, когда сказала эти слова. Скорее всего, мои родственники были настолько отбитые на голову, что просто ни у кого не просили помощи, и ни к кому не обращались. Все для них решала сила и Род. Род, в свою очередь, был превыше всего. Я тоже так думаю... Род, как орден, а каждый, кто состоит в Ордене, уже является твоим братом.

После того, как все покинули мои владения, мне даже дышать стало легче. Больше всех меня напрягал Доброхотов, который все чаще захаживал к Императрице. Меньше всех напрягала меня сама Императрица и ее дочь. От них не было никаких проблем, просто мирно сидели и пили чай, общаясь, и Анне тоже с ними было комфортно . Они, кстати, обещали еще вернуться. А вот тут я не понял, с какой стати? В гости на блины, скрыться во время переворота, или для чего-то еще?

Среда... Двенадцать часов дня, а я, вместо того, чтобы бегать по Разломам, сижу в кабинете и работаю. Вот же жизнь... Но мне сейчас не до Разломов, я едва восстановился после своих прошлых походов, которые здорово выпили силы из меня. Но и толчок дали просто благодатный. Осталось теперь все распихать по «полочкам» и проследить за перестройкой организма, дабы ничего не пошло во вред. Бывает так, что энергетический канал может закупориться, а ты даже не заметишь и все... Он будет сильный, но короткий и тупиковый.

Работы у меня было много, даже несмотря на то, что происходит сейчас в Империи, я не бросил и не отложил свою задумку с мастерскими. А в Империи творился натуральный хаос... Из-за мудака Вербицкого мы потеряли больше сотни Истов, один старый Род, в котором он состоял, и еще очень много всего. С какой же злобой я читал сводки, сколько они всего успели уничтожить. Все свои заводы и производства по-быстрому продали, а потом после продажи они вдруг загорелись...

А нанесенный вред другим? Что говорить только о шести заводах по производству тяжелой бронетехники, и как только, суки, смогли дотянуться до режимного объекта. Ущерб, который Род Вербицких нанес Империи, тяжело подсчитать, но деньги есть деньги. Все восстановят, если технологии остались, а вот репутацию...

Хорошо еще, что Доброхотов так быстро отреагировал. Кое-что удалось спасти, кое-кого удалось уничтожить. В общем и целом, благодаря моей СМСке удалось минимизировать потери, уменьшив ущерб примерно вдвое. Молодец я! И что вы думаете? Получил я хоть какую-то благодарность? Нет, Императрица считала, что я просто поступил «как должно».

Сейчас говорят, что Род-изменник осел в стране Дракона, и там его приняли, прямо, с распростертыми объятиями. Выходит, что он показал «скользкую дорожку» другим, что можно сделать, если у тебя здесь все плохо. Были сводки, что некоторые Рода вывозят своих детей в другие королевства и страны. А еще ко всему этому хаосу присоединились монголы, и они, я уверен, будут не последними. Ой, как не последние... Империя промахнулась, и теперь коршуны летят поживиться падалью.

Да только кто сказал, что мы умерли? Нет... Прилегли отдохнуть... А когда встанем... Впрочем за всю Империю мне тяжело говорить, но вот свое баронство и людей в нём проживающих, я точно не дам в обиду, пусть даже не надеются!

Сейчас, кстати, должно решиться одно важное дело. Я откинулся на спинку кресла из кожи дикой виверны, и уставился на край стола.

— Давай уже! — дал команду Шнырьке появиться.

— Ш-ш-шта? — выпрыгнул он из тени.

— Докладывай...

— Наш-ш-ш-ш-ш-шел... — хитро сощурился он.

— Сколько? — вздохнул, понимая, что бесплатно это не будет.

Шнырька решил не мучить свой голосовой аппарат, а достал ручку с листочком, и стал рисовать.

Минута... Две... Двадцать... А я все жду, пока он дорисует.

Когда его работа была завершена, он передал мне рисунок, на котором было изображено разное мороженое. Много мороженого здесь было — клубничное, арахисовое, шоколадное, и так далее. Даже с пометками какое мороженко должно быть, и от какого производителя. Это была его цена за информацию.

— Ш-ш-ш-ш-шаглаш-ш-шен? — с улыбкой он глянул на меня.

— Торг? — хитро прищурился я.

— В ш-ш-ш-шопу! — сразу категорично обозначил он свою позицию.

Там мороженого было на килограмм тридцать, а то и на все пятьдесят. Тяжело так с ходу разобраться в том, что он нарисовал.

— Согласен! — протянул я ему руку.

Сделка была завершена, и мне в голову стала поступать информация.

А все дело в том, что Шнарк занимался тем, что не любит. А точнее, толком не умеет, отчего входит в уныние.

Перед отъездом сам Доброхотов передал мне еще один документ, который был отмечен подписью моего предка. На нем говорилось, что были найдены ценные залежи на восток от деревни Галактионовка, и им было принято решение не разрабатывать их. Ничейная территория, что могла быть выкуплена, а пока находилась у Рода в долгосрочной аренде. Он решил их сохранить, а затем подарить их одному из своих внуков, когда тот подрастет. Вполне логично, если учесть, что в те времена у Рода было много имущества, и не стоило бросаться на все подряд.

Так вот, это были залежи медной и железной руды. Доброхотов решил просто подарить мне все это. Хотя и предложил вложиться в разработку за процент. Он, мол, дает деньги на технику и специалистов, а я делюсь с ним добычей. Впрочем, он предложил вторую часть тоже выкупить со скидкой.

Проблема была в том, что один лист был утерян, да именно тот, где указывались координаты, а может Доброхотов специально не отдал его мне. Все, что у меня было, это предположительное место, и искать по новой может занять не один год. Тут мне и пришел на помощь «мороженый» взяточник Шнырька. Вот только не умеет он искать такие вещи. Пришлось очень его попросить, повышая стоимость услуг.

Я знал, что ему понадобится не больше дня, ведь не такой и большой там был участок. Поэтому у меня сейчас в усадьбе гостили люди из конторы — " Горное дело братьев Варавайкиных». Простая контора, с годовым оборотом больше, чем тридцать миллионов рублей. Они специализировались на разведке и обслуживании вот таких мест. Сейчас моя Анна заключает с ними договор на разработку этих двух месторождений. Она уже заходила ко мне пару раз и докладывала, что там и как. Грубо говоря, каждая шахта выйдет нам под сто пятьдесят тысяч, если я приму в этом участие. Если нет, то цена может дойти до полумиллиона.

— Волчара, машинку мне, — набрал я Волка, и дал ему задание.

Дорога до месторождения была недолгой. Всего двенадцать километров от Галактионовки.

Мы ненадолго заехали в Галактионовку, и там я встретился с Красивой, где через Шнырьку скинул место, которое она возьмет на ближайшие три дня под свое управление. Ей нужно будет прокопать там туннель, который будет вести к началу жилы, а глубина там, на минуточку, четыре километра. Очень глубокое месторождение.

Варовайкины брали большие деньги, чтобы не промазать. Они для этих дел привлекали крутых и опытных Одаренных, которые были мастерами своего дела. Мне же это не нужно, у меня есть Шнырька и детки Красивой.

Приказ был работать быстро, но никому не попадаться на глаза. Она сразу же мне отчиталась своими мыслеобразами, что отправит туда шесть сотен своих детей. Тут я прифигел... Сколько же их у нее? С другой стороны, эта гора для нее идеальное место, где они могут жить и не тужить, как говорится. А потому плодит она их упорно. Может отправить ее на рейд в ханство? А то чего только они приходят к нам. Впрочем, мои слова были, в некотором роде, пророческими.

Прошла неделя с того момента, как я вернулся домой, и вчера княжич Долгоруков уже был полностью здоров. Сон с Пупсиком пошел ему на пользу.

— Все еще не могу понять, где ты нашел его, — говорит он мне, сидя у меня в кабинете. — Не слышал я о таких существах, способных вытягивать проклятия.

— Если ты не слышал, это не означает, что их нет, — хмыкнул я. — Забыл, из какого я Рода?

— Не забыл, — серьезно посмотрел он на меня. — Как и не забыл, что ты родился уже после уничтожения Рода. И твое поместье было полностью зачищено от всех записей и документов.

— Почти, — добавил я. — И кто тебе сказал, что у нас не было других хранилищ?

Долгоруков задумался.

— Это многое объясняет, возможно, так оно и есть, — видно, что до конца мне не верит.

И правильно делает... Даже это его проклятие, а это было именно оно, снял не Пупсик, а Вейра. Очень гнусное существо, похожее на страшную женщину с изуродованным лицом, без какой-либо растительности. Она была мастером проклятий, и никогда не нападала напрямую, хотя и владела немалой физической силой, способной, допустим, поднять «Буревестник» в воздух. Из особенностей — они могли становиться бесплотными и вселяться в тела людей, пожирая их изнутри. В этот раз она сожрала само проклятие. Сильная особь! Вот только я сильнее!

В моем мире, у простых людей, говорят что Вейры — это девушки, которые своими гнусными мыслями накликали на себя беду и превратились в чудовищ.

Вранье... Это отдельный вид существ, у них даже есть мужские особи, правда бесполезные, и без способностей. Потому они и были редкими тварями, так как из-за слабости мужчин им было тяжело зачать потомство. Хотя нет... Не так. Зачать было легко, а вот живого Вейра мужского пола найти нелегко.

— Я хотел встретиться с тобой по иной причине, хотя не скрою, твой Род имеет свои тайны, которые мне интересны, — перешел он на деловой лад. — Я хотел тебя поблагодарить за излечение. Ты сделал что-то невообразимое. По нашим подсчетам, лечение и реабилитация заняли бы не меньше двух-трех лет, за которые я не смог бы даже в руки меч взять.

— Всегда пожалуйста... — пожал плечами, не видя в этом чего-то сверхсложного, всего лишь легкая манипуляция с душами.

Но вот для Долгорукова это не было мелочью, и весь его вид об этом говорил.

— Я долго думал, как могу тебя отблагодарить, — какой-то он напряженный. — Я слышал о твоем увлечении и идее создавать артефактные вещи, — а вот это уже интересно. Давай, Сережа, порадуй Сандра... — Мой Род имеет прямое отношение к этой отрасли, и я мог бы тебе помочь с этим. Но... Я не могу так поступить. Род превыше всего, и его секреты... — а вот и облом, впрочем, я на это не рассчитывал даже. — Однако, я кое-что все таки могу... Я хочу тебе сказать, Александр, что отныне ты мой друг, и если... нет, когда, твое дело пойдет вверх, мой Род не будет тебе никоим образом вредить или мешать, вот тебе мое слово.

Хм... А ведь он сделал даже больше, чем я мог рассчитывать. По факту, он не дал помощи с технологиями или людьми, но дал нечто большее. Долгоруковы — это промышленные гиганты, которые держат рынок зубами, а этот рынок очень непростой и агрессивный. Когда партия брони может стоить миллионов двести, то и конкуренты опасные.

Я только что лишился одного потенциального врага, и плевать, что я с Марией в дружеских отношениях. Там, где затрагиваются интересы Рода, там всегда тяжело. Теперь его Род не сможет мне навредить, разве что после его смерти.

— Благодарю, это ценный подарок, — встал со своего места и подошел к нему. — Я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Я помог тебе не из-за возможных выгод или жажды вознаграждения. Если вдруг ты считаешь, что это так, то я не буду против, если ты заберешь назад свои слова. Я не хочу, чтобы между нашими Родами были разногласия или обиды. Твоя травма для Рода была шоком, и я не пытался воспользоваться этим.

Долгорукову понравились мои слова, и он тоже встал, а затем крепко пожал мою руку.

— Маша говорила, что ты очень честный дурак, который готов ради своих принципов и своей чести на все, — глядя в глаза, сказал он мне. — Теперь я вижу, что это правда. Мои слова крепки, как и моя честь!

Вот так два воина обменялись рукопожатиями, что значат больше, чем слова.

Это было не все. После этого он сказал, что у него есть еще один подарок, который мне понравится. Он пригласил меня в тайный рейд. Очень интересный рейд в Ханские земли.

Хан сейчас, в некоторых местах, обложил границы, и держит их в напряжении. В других местах еще не выловили все летучие отряды, и есть мнение, что они часто заходят, и даже имеют успех. Но Империя тоже имеет зубы, и решила об этом напомнить. В рейд на их земли пойдет Вторая Забайкальская армия, под командованием Сергея. Конечно, это звучит грозно, а на самом деле это будет пятнадцать тысяч человек, которые быстро должны взять в осаду огромный военный лагерь-крепость монгольской армии возле границы, и нанести максимум ущерба. В идеале, уничтожить его.

Тут все будет зависеть от того, как развернутся события . Хан может, как проспать, так и за короткий промежуток времени подтянуть семьдесят тысяч без проблем, и это только за дня два. А дай ему месяц, и все четыреста будут стоять возле наших границ. Правда, тогда начнется война, и вся Имперская армия тоже отправится в эту глушь.

Мое согласие он получил незамедлительно, и тут же скинул на мой планшет доступ в зашифрованный канал, где была собрана вся информация по этой операции. Там столько кодов и шифров, что я смог оценить объем работы, и насколько это все делается добротно и тайно. Мне даже Анне нельзя об этом говорить. Только моей гвардии, и то, перед самой границей.

Там были своеобразные «роли», вот одну из таких я и выбрал. Роли не нужны были для простых отрядов военных. Есть отряды спецназначения. Они имеют доступ к секретной информации, и могут вписаться в такое дело. Вот под них как раз выделяют роли. Моя роль была зайти на земли Ханства еще южнее, и двигаться к деревне. или что там у них, где тренируют Безупречных — степных всадников ханства, элиту их войск. По данным разведки, там было от трехсот до тысячи этих степных суперсолдат, точное количество неизвестно. Думаю, моей сотни хватит, дабы разобраться с ними.

Осталось все подготовить, и в путь... Интересно, а какие я там трофеи получу? Неужели лошадей?

Столица Ханства

Хан принимал ванну в большом золотом котле, под которым был разведен небольшой огонь, что поддерживал комфортную температуру. Это был персональный чан на одного. И нет, не из-за того, что золота не хватило. Просто должен же хоть на секунду Хан остаться без своих наложниц. Они стояли рядом, но им не разрешено было залезать в чан. Да и места бы там не хватило, если точнее.

Они кормили его клубникой и дольками фруктов со своих рук. Хан причмокивал, и блаженно щурился.

В дверь постучали, и командир личной стражи выглянул за дверь.

— Главный военачальник! — доложил он.

— Пусть заходит.

Военачальник зашёл. Ну, как зашёл... заполз на карачках, как обычно.

— Говори, — разрешил ему Хан и, на всякий случай, кинул в него клубникой. Он понял — клубника была спелой и сочной, и точно попала в лоб.

Но министр не осмелился вытереть раздавленный фрукт.

— Как вы и предсказывали, Ваше Великолепие, наши войска разбиты. Опозорившие ханство семьи, практически, полностью уничтожены.

— Летучие отряды принесли много добычи? — осведомился Хан.

— Простите! — яростно застучал головой об пол военачальник.

— Что такое? — всполошился Хан.

— Ни один летучий отряд не вернулся.

— Как не вернулся? — Хан удивленно приоткрыл рот, и кусочек недожеванной дыни вывалился в чан.

Наложница тут же засуетилась, вылавливая фрукт из священных вод, в которых покоилось жирное тело Хана.

— Не могу знать, никто не вернулся.

— Вонючие шакалы! — выругался Хан. — Как так-то?! Они же должны были отвлечься на армию, а летучие отряды привести мне новых наложниц и хорошую добычу.

Он недовольно покосился на присутствующих девушек, и те в ужасе задрожали, зная его мерзкий характер.

— Ладно, живите пока, — сказал он. — Новых всё равно нет. До следующего набега я не буду отрубать вам головы.

Девушки продолжили трястись, но на этот раз от радости.

— Это плохие новости, очень плохие!

— Не вели казнить, о Светлоликий!!! — снова забился в истерике военачальник, продолжая биться головой о каменный пол.

Теперь лоб у него был красный не от клубники, а от рассечённой брови.

— Прекрати, — сказал Хан. — В чём причина такого провала?

— Не могу знать, Ваше Великолепие! Никто не вернулся.

— Мой сынок, опозоривший Род, погиб?

— Не вели казнить!!! — снова заорал военачальник и, походу, решил самоубиться ударами головой об пол.

— Да трахни тебя лошадь! — заорал Хан, — Ну-ка, поднялся на ноги и ответил!

— Ваш сын попал в плен...

— Что-о-о?! — Хан приподнял свои жирные телеса из железного чана. — Отрубить ему голову!

Вжик!

— А, нет, стой! Шайтан... — разочарованно сказал Хан. — Ну, вот куда ты так торопишься?

Он укоризненно посмотрел на своего славного телохранителя.

— Не вели казнить!!! — здоровенный воин упал на пол.

— Да что с вами не так... — сказал Хан. — Ты-то тут причём? Кто там за дверью? Скажи, что этот поломался. Нам нужен новый докладчик.

Новый докладчик повторил всё тот же нелепый спектакль, что и предыдущий. Он вкратце рассказал, что его сын попал в плен к местному барону.

— Хм-м-м... — сказал Хан. — И что, поступало какое-то требование выкупа или чего другого?

— Молчат! Неделю, как молчат, — сказал испуганный новый исполняющий обязанности военачальника.

— Странно... Ладно, с этим разберемся позже. Доложи этим китайским драконолюбам, что мы сделали всё, как они просили. Но сил оказалось недостаточно. Потребуй то, что они обещали в двойном размере.

— О, Великий Хан! А если они узнают, что мы послали провинившиеся семьи без тех артефактов и оружия, что передали нам китайцы?

— А как они узнают? — широко улыбнулся Хан. — Я им не расскажу. А ты?

— Не вели казнить!!! — снова бухнулся незадачливый подчиненный.

— Как же вы меня задолбали! — уже в сердцах воскликнул Хан. — Я вот тебе просто сейчас отрублю голову ради принципа. Я что — дурак, использовать лучшие артефакты и техники, зная, что это провальное наступление. Как бы я иначе утилизировал всех неугодных? Нет, на этот раз мы сформируем Великую Армию Великой Степи, и я поведу её лично! — Хан на секунду задумался, мечтательно задрав свой взор. — Нет, наверное, не я. Мой старший сын! А я тут посижу. Здесь у нас будет штаб, — глубокомысленно заметил он.

— Как мудро, о Светлоликий! — тут же прокомментировал это новый военачальник.

— Да, спасибо, я знаю. В общем, китайцам скажи, что мы мудро сражались, но все наши войска пали под превосходящими и значительно лучше укомплектованными частями имперцев. Но! — он многозначительно поднял толстый, как сарделька, палец, — Мы их знатно потрепали! А если китайцы дадут нам еще оружие и артефакты, то следующей волной мы сметем их окончательно. Всё запомнил?

— Так точно, Ваше Великолепие!

— Ну всё, иди, исполняй.

Хан снова опустился в чан, лениво оглядел своих наложниц и тяжело вздохнул.

— Ну вот, дожился... Второй раз одних и тех же трахать. Эй, ты! — кивнул он стройной блондинке. — Подготовь моё любовное зелье. Я не дам вам сегодня уснуть всю ночь. Мой план скоро свершится. Сначала мы отберём Сибирь у имперцев, а потом дойдёт черёд и до этих жёлтых драконолюбов. Какой же я всё-таки гений!

Глава 2

Всего три дня... Именно столько времени у меня должно было быть, как я думал. Должен был состояться рейд в степь, и это было серьезное событие, на которое уже готовились вся моя гвардия. Волчара не то, что рвал и метал. Нет... Он вообще слетел с катушек, и без передышки гонял своих людей. Мне даже кажется, лучше я сам отправлюсь в этот рейд, если он так дальше продолжит издеваться над людьми. И это только в первый день. Меня он тоже достал здорово достал. Здесь нужно новое оружие... Там вышла новая модель винтовки, её можно быстро заказать вот здесь… Она нам очень пригодится... А сколько речей я выслушал об износе нашей техники… Ему кажется, мол, что в одном из «Буревестников» стучит правая сторона. Даже Шнырька не нашел там проблем, а ему стучит... Все должно быть идеально у него в этом рейде.

А мне плевать на эту «идеальность». Хотя я и любил свою элитную транспортную группу, состоящую из трех «Буревестников», но честно говоря, это просто транспорт, и он ничем не отличается в бою от меча или крепкой брони. Защищает твою жизнь, это да, но если меч ломается, ты должен научиться убивать голыми руками. Я умел... На крайняк, мог ездовое животное призвать. Ну, как ездовое... Каманийский ящер вполне может удержать меня на своей спине, а если не захочет слушаться, то получит по своей спине от меня кулаком, и если не помрет после этого, то точно станет послушным.

В общем, все шло, как шло, и я уже подумал, что утону в рутине, но снова был не прав. Ко мне прилетел крик о помощи, а затем сигнал тревоги. Вот от кого-кого, но от Красивой я такого не ожидал. Это было настолько неожиданно, что я рванул туда посреди ночи, и даже взял с собой Бурбулиса. А все мои питомцы были подняты по боевой тревоге. Вдруг это нападение или специальная акция, чтобы выманить меня из дому? Анна мирно спала и даже не подозревала о текущих событиях. Возле ее двери дежурили Дегенерат с Затупком. Кроме того, все поместье, помимо моей гвардии, охранял сам Один.

Прибыв на место, я первым делом отправил Шнырьку, чтобы подбить потери. К счастью, мои самые страшные опасения не подтвердились.

— Я не чувствую крови... — сказал мне Бурбулис, сидя возле меня в «Буревестнике».

Не знаю, как он ее ощущает, но часто так говорит. Может это его родовой Дар, или еще что-то из его мира, но я не вижу в этом магии.

— Крови нет... Но потери есть...

— Раз ты так говоришь, значит они небольшие, — хладнокровно подытожил Бурбулис.

Вот тут, с какой стороны посмотреть.

— Три сотни павших…

— Три? Рабочие пострадали? Есть выжившие? Кто это сделал? Почему я не чувствую крови? — забросал он меня вопросами.

Вот тут я не знал, как ему все рассказать.

— Дело в том, что пострадали... — взял я паузу. — Детишки Красивой... Она в печали…

Кровавая аура убийства заволокла весь Буревестник, и я едва успел выставить свою ауру, чтобы накрыть ею Москаленко, который сегодня был нашим водителем.

— ОНИ... ПОСМЕЛИ... ТРОНУТЬ МОЮ МУРАВУШКУ?! — на моей памяти это в первый раз, когда он потерял контроль над собой.

Глаза горят, и легендарный боец хочет убить того, кто это сделал.

Пришлось привести его в чувство старым способом, а то он уже не реагирует на мои слова. Способ древний и очень надежный, им еще первые люди пользовались. Удар в челюсть.

— Полегчало? — потирая ушибленную руку, спрашиваю я у него.

— Угум... — он проверил подбитую губу на наличие крови, и ответил он мне. — Шпашибо…

Хм... Неужели я превратил его в Шнырьку?

— Ты не шути так, я же вроде не сильно бил.

Тут я лукавил. Удар был таким, что надо, ведь Бурбулис стал очень сильным. С тех пор, как ему больше не нужно постоянно находиться в картине, он стал расти в силе, и немного в животе. Сказалась сытая и спокойная жизнь, в которой больше нет ежедневных сражений.

То, что он так разозлился, было неудивительно. За время, проведенное в подвале, он крепко подружился с Красивой. Он был тем, кто заточен в картине на долгие века, а она той, которая всегда была изгоем. Вот и спелись они...

— Пошли проверим, что там, — пока он снова не закипел, решил занять его, как минимум, ходьбой.

Мы шли медленно, опоздать я не боялся, там все было уже под контролем. Пока шли к горе, я набрал Волка, который остался дома, и сообщил, что все в порядке, и они могут расслабиться. Идти нам было далековато, и Бурбулис предлагал перейти на бег, но я его постоянно успокаивал. Я уже знал, что там произошло, и не видел смысла спешить. Когда мы подошли к нужному месту, он увидел побоище и Красивую, то снова психанул, и помчался к ней.

Красивая сидел у стены, с гордой поднятой головой, но очень грустная... Бурбулис воспринял это, как переживание за потерянное потомство, но это было далеко не так. Она сейчас больше переживает за свою слабость. Ей не понравилось, что не смогла справиться сама, и пришлось меня побеспокоить.

Правда, я ее совсем не виню. Сам пока еще не понимаю, что это они там такое пробудили. А все дело в том, что в глубине горы часто встречаются пустоты и пещеры. Но чтобы в этой пещере жило странное одинокое создание, наверное, нет...

Существо было похоже на помесь носорога и гиппопотама. Это по структуре тела. Его тупая морда имела два рога возле глаз, отчего напоминали вилку для мяса. Затем было еще интереснее. Зачем природа придумала дать этому существу броню? Все его тело было усеяно бронированными костяными пластинами и, судя по всему, невероятно прочными. Ни одной царапины там не было, при том, что в бой вступила сама Красивая. А она далеко не слаба. Пластины были расположены таким образом, чтобы не оставлять незащищенных мест, и двигались гармонично по всему телу при малейшем движении. Да что говорить о крепости тела, если прямо сейчас это чудище настиг Бурбулис, и ничего ему сделать не может. Он, как ветряная мельница, сейчас размахивает своей шпагой, нанося удары со скоростью ветра.

Я подошел к Красивой и погладил ее, даруя спокойствие и уверенность в себе.

— Ты молодец! — похвалил ее. — Все сделала, как надо.

Она, и вправду, молодец. Когда поняла, что сама не справится, и существо может выйти наружу, с помощью своего выводка отвела его в сторону, противоположную от выхода, и все это ценой их жизни. Красивая жалобно подняла на меня свою голову, словно спрашивая «Точно?» Сомневается девочка, вероятно думает, что подвела меня.

— Бывают в жизни противники, которые нам не по зубам. Тогда мы отступаем, а затем возвращаемся с неприятным сюрпризом. Для врага, конечно!

Красивая повеселела, и я оставил ее здесь управлять своим выводком, который уже в шесть рядов выстроился, и готов принять бой. Правда, думаю, что это не пригодится, там уже беснуется Бурбулис, пытаясь порубить тварь в салат.

Удачно я его взял с собой, однако. Зайдя в пещеру, я принялся все вокруг внимательно рассматривать. Странное место. Здесь не было слишком много места, и завалов не было. А значит, пещера всегда была закрытой. Откуда это чудо здесь взялось? Из Разлома? Но почему оно тогда не ломало стены? С другой стороны, без помощи Красивой и ее выводка до свободы было бы ему далеко. Так можно голову разбить, и ничего не добиться.

— Сандр, мне срочно нужна новая шпага или меч! Это позор!!! Я не могу пробить ее броню!!!

Понимаю его волнение, но фиг ему, а не шпага. У него и так она есть, возможно, даже получше, чем у некоторых Императоров. Дело здесь совсем не в шпаге!

— Ты бы еще против «Буревестника» вышел с голой пипиркой, — закричал ему с безопасного места на выступе, куда уселся и наблюдал.

Он мне ничего не ответил, и поменял тактику боя, все еще не оставляя своих попыток завалить тварь.

Глядя на эту битву, я глубоко набрал в легкие воздух, и выдохнул. Ностальгия... Вот раньше я также поступал, когда был слаб, а тварь была неизведанной. Бурбулис два часа сражался с ней, но затем сдался, и оказался рядом со мной в безопасном месте. А под нами тварь молотила своей башкой о своды пещеры, пытаясь спустить нас на землю.

— Вот никогда этого не говорил, но я сдаюсь... — выдохнул Бурбулис. — Эта тварь неуязвима.

— Думаешь? — безмятежно спросил я у него.

Бурбулис сразу просек, что здесь что-то не так.

— Ты уже раньше встречал таких?

— Не-а... — спокойно покачал я головой. — Подобных — да, но конкретный этот вид — нет.

— Значит, как ее убить, не знаешь... Плохо, нужно подумать, как не дать ей выбраться отсюда.

Какой он наивный.

— Сиди и смотри! — махнул на него рукой. — Тоже мне мечник... — лицо исказилось в иронической улыбке.

Расставляю руки в стороны, и прыгаю вниз, прямиком на тварь. Она видит меня, и уже радостно раскрывает свою пасть, которая достаточно большая, чтобы одним укусом перекусить меня пополам.

В полете начинаю использовать самую простую магию и техники. Первой была «Вспышка». Дальше «Шальной Огонь» — это тоже самое, только со множественным повторением. Затем техника «Светляка», что кроме света, давала еще и жар, и в конце концов, я стал призывать души светляков, давая им тела.

Тварь, как будто током ударили, и она отскочила назад, замотав головой, а затем ее начала бить мелкая дрожь, перерастающая в судороги. Пока она стояла на одном месте, я медленно, но уверенно подошел к ней, и вонзил свой клинок в ее сердце.

Тварь с грохотом упала на землю и сдохла, а я триумфально повернулся к Бурбулису.

— Все!

— Да ну, на... — не сдержался он. — КАК?!

Кажется, мой друг забыл, кем я был, и чем занимался.

— Секрет Ордена… хочешь научу? Всего лишь нужно подумать головой.

Все старания стоили того, чтобы увидеть перекошенное лицо Бурбулиса, который сейчас похож на Затупка. Он даже подошел к тварюге, и стал ее осторожно пинать, проверяя, не притворяется ли она.

— Ты слишком привык полагаться на свое мастерство мечника, — улыбнулся я. — Да, ты хорош... К чёрту! Ты великолепен! Не думаю, что в этом мире есть хоть кто-то, кто сможет справиться с тобой, только на технике фехтования… Но! Я подошел к твари поближе, мысленно подозвав светляка, чтобы осветить мертвое тело, и похлопал рукой по прочному корпусу.

— У неё броня, как бы сказать, почти идеальная. Ты видишь эти броневые плиты… Пока тварь была жива — она двигала их по поверхности тела, прикрывая ту сторону, что была обращена к врагу. И как ты уже понял, не оставляя ни единой щели!

Я подошел к морде, и приподнял одно веко, под которым оказался мутный белесый глаз.

— Вот только… несмотря на то, что тварюга находилась здесь в полной темноте, она не была слепой. Пещера — это похоже не ее родное место обитание. Я не знаю, как она тут выжила, но света она не видела уже очень давно.

Я с улыбкой посмотрел на товарища.

— Ты необычный человек, и света тебе нужно не очень много, но когда твой фонарь «мазал» ей по глазам, ты должен был видеть её нервную реакцию. Когда я перегрузил ее зрительный аппарат, у неё случились судороги, и в этот момент она не могла контролировать свою «идеальную защиту». Ну, а дальше? Сердце у них у всех в одном и том же месте.

— Этот мир просто не мог породить такого великого воина, как ты, Александр! — с восхищением слегка поклонился Бурбулис.

— Ну, тем не менее, я стою перед тобой, — хмыкнул я. — А вот эту тварюгу нужно вытащить наверх. Для индивидуальной брони эти куски слишком большие, и я даже не представляю, как мы можем их обработать. Но вот склепать что-то вроде бронемашины, это можно попробовать. Если мастерам удастся их надежно закрепить, то при лобовом столкновении «Буревестника» с этим... гхм... тем, что получится, лично я на «Буревестник» не поставлю!

— Соглашусь, — кивнул мастер меча. — Судя по всему, там должен быть Разлом, откуда эта тварь вылезла?

— Хочешь реабилитироваться? — улыбнулся я.

— Обязательно, но не сейчас, — кивнул мечник. — А еще я хочу взять с собой Красивую. Я объясню ей, что делать, думаю, она будет не против отомстить. Разрешаешь?

— Конечно! — кивнул я. Чем-чем, а здравомыслия в Бурбулисе было более, чем достаточно. Если он сказал, что справится — значит справится. Вот бы мне еще сотню таких странных аристократов из неведомого мира! Эх, мечты-мечты!

После этого похода я заполучил ценную душу, и не менее цельную тушку, которая тут же отправилась в хранилище. Всем были розданы распоряжения хранить ее, как собственное дитя.

Не знаю, выйдет ли у нас, но возможно из этих плит у мастеров получится сделать доспех, и он будет, практически, непробиваемым. А вот если найти таких тварей побольше, то можно свою технику дополнительными бронепластинами обнести, чтобы потом издеваться над врагами, которые не поймут, чем по нам стреляют, артефактными или холостыми.

Дома меня встретила недовольная Анна, и сразу стала возмущаться, почему я ее не разбудил. Причина была простой, девушка постоянно работала, и очень редко отдыхала. Говорила, что ей так нравится жить, но все-таки иногда ей нужен отдых, вот и не будил. На следующий день меня набрал Долгоруков Сергей, и уточнил, правильно ли я выбрал для себя роль. У меня толком и гвардии нет, а в том лагере будет много противников. Это я уже и сам понял, ведь данные постоянно обновлялись, по мере поступления отчетов от разведки. Вот только отступать я уже не имел права. Увеличивалось не только количество вражеских войск. Одна интересная информация заставила меня нахмуриться, а также предпринять несколько важных изменений. Я открыл онлайн карту в плане операций, и поставил метку еще на двух деревнях, в которые решил заехать по дороге.

Явно не Долгоруков занимается планировкой, раз меня сразу одобрили. Думают, что если я берусь за это дело, то у меня за плечами есть армия. Впрочем, она есть... Со мной будет Один, Затупок, а еще Дегенерат. Его будут везти на отдельном транспорте, который предназначался для перевозки крупногабаритной техники.

Когда у нас на все остальные сборы оставалось еще два дня, и я точно был уверен, что уже ничего не случится, то ошибся. Небольшой казус вышел со Шнырькой. Не могу точно понять по его словам о происшествии, но у него случилась натуральная истерика. Так как малой привык со мной всем делиться, то не удержался, и пожаловался:

Довольный Шнырька бежал по тени, держа в своих лапках несколько мороженок. Видимо, хотел захомячить их подальше от всех. Но случилось непоправимое, он попал в разделитель... Что это такое, я не знаю, кстати... Но после этого его выбросило в реальность на несколько минут. Он бежал очень быстро, поэтому влетел туда, не глядя, на всей скорости. Как итог... Его отнесло в одну сторону, а мороженки выбило из рук, и они улетели другую, где их поднял один из наших гвардейцев. Парню было жарко после тяжелой тренировки, он обрадовался и решил, что мороженое как раз ему пригодится. Но когда Шнырька вернулся в то место, и уже собирался забрать свое, то внезапно заметил Касаткина, который доедал последнее мороженое.

Война была объявлена без размышлений, в одностороннем порядке. Шнырька грозился отомстить, только я не воспринял его слова за правду. Слишком он смешной и кипишной для мести. Правда, пришлось забрать свои слова обратно, когда он подговорил каменного Бро найти и подержать обидчика, а Затупка уговорил унизить его. Пришлось мне вмешаться и всех поставить на место, а этого невезучего бойца навсегда отправили в Игнатовое поместье. Пусть там охраняет, от греха подальше.

Больше не должно быть никаких происшествий. Вот теперь мы точно тщательно подготовимся к рейду. Только я об этом подумал, как у меня зазвонил мобильный. Как же мне хотелось не брать трубку, может послать всех куда подальше. Но я знаю того, кто сейчас звонит, и понимаю, что это не просто так.

— Привет, Архип! Только не говори, что хочешь узнать, как у меня дела.

— Не скажу... — без приветов сразу перешел он к делу.

— Ты не представляешь, но в ближайшие дни я буду очень занят, — сразу стал отмазываться. — У меня контракт, который провалить я никак не могу.

Жаль, что не нельзя ему рассказать про секретную операцию, но на то она и секретная.

— Александр... Бросай срочно все, ты мне очень нужен... У нас ЧП!

Я не спешил с ответом, обдумывая ситуацию.

— Я… и вправду очень занят.

— Плевать! — это были слова не злости, а безысходности. — Сорок восемь Истов внезапно пропали....

— В смысле… пропали? — не мог понять, как так.

— Восьмая дежурная группа не вернулась из очередного Разлома.

— Затем не вернулась поисковая группа... — а вот это заставило меня удивиться.

Мы что, по сотне в неделю теряем Истов?

— Вот это вы попали... — даже мне было понятно, насколько паршивая ситуация у него.

— Почему же не послали опытных Истов на поиски?

— Послали... Все люди словно провалились под землю. Есть версия про портал и про второй вход, который уже раньше закрыли. Ты сталкивался с таким, можешь посмотреть?

— Ага, могу, — ответил я, и посмотрев на часы, задумался о своем рейде. Но Истам тоже нужно помочь.

Кажется, меня снова ждет что-то интересное. Охренеть, а ведь я даже до монголов не добрался, а уже жизнь бьет таким ключом. По голове, ага... гаечным...

Императорский Дворец

г. Петербург

— Мам, ты думашь, что это хорошая мысль? — Ольга осторожно уточнила, следуя за матерью, что шла размашистым шагом к Башне Правды.

— Да! — коротко бросила Императрица.

Сейчас она выглядела, как обычная аристократка. Дорожный брючный костюм, на который было накинуто военное пальто, она его раздобыла у своей охраны. Императрица следовала «с корабля на бал».

Всего только час назад они сошли с трапа самолета. Борт № 1 — один из самых защищенных и скоростных самолетов в мире, в сопровождении групп из двенадцати Истов, что сменяли друг друга пять раз, домчал Императрицу и цесаревну до столицы.

Не успели раскатать ковровую дорожку для второго человека в государстве, как Императрица огненным ураганом слетела по трапу, чуть не сбив с ног озабоченного канцлера, что, конечно же, прибыл, дабы засвидетельствовать свое почтение и при этом убедиться, что с Императрицей все в порядке.

— Ваше Императорское Величество, я так... — склонился он в глубоком поклоне.

— С тобой я поговорю отдельно, — от слов Императрицы полыхнуло жаром, а ее взгляд мог испепелить на месте. — В дворец! Быстро!

Сейчас они были в дворце, и Императрица шла к Башне Правды — символу Величия Имперской Семьи и Российской Империи.

— Мама! — не могла успокоиться цесаревна. — Ты еще слаба! Возможно, ты еще не готова!

Внезапно женщина резко остановилась и повернулась к дочери. Губы ее растянулиь в жесткой улыбке.

— Я?! Императрица Российская?! Не готова?! Я была готова в тот день, когда появилась на свет. А ты, милочка, будь так добра, выбирай выражения, когда разговариваешь с матерью!

Гениальный Одаренный, с Даром Универсала, Маг вне Категорий в двадцать лет, великолепный боец, и отличный командир цесаревна Ольга потупила глаза, и молча поклонилась своей матери. В такие моменты она понимала, почему ЭТА женщина стала Императрицей. Просто ни у кого другого не было шансов!

— Прости меня, матушка, — смиренно сказала Ольга.

— То-то, — смягчилась Елизавета Петровна, и слегка улыбнулась. — Охраняй со своими людьми вход, ты знаешь важность концентрации.

Ольга кивнула, и махнула рукой. Верные Арес и Гермес тут же скользнули влево и вправо, обходя башню.

Императрица вошла внутрь, а Ольга ощутимо напряглась. Башня Правды. Таинственное строение, что способно распознать право человека находиться здесь... и управлять Империей. Любая слабость, любая нерешительность или сомнение будут мгновенно считаны неведомой силой. И нет, Башня не давала второго шанса. Если она не считала человека достойным, то этот человек просто умирал. Быстро и очень болезненно!

Башня загудела, как будто внутри неё ворочалось большое и опасное существо. По спине Ольги пробежал холодок. Её родители были очень разумными людьми. Да, они правители по праву, но обычно все правители бывали здесь всего лишь один раз в жизни. После первого ритуала никто не рисковал появляться тут вновь. Ведь второй раз мог стать летальным! Башня не шутила и никогда не прощала!

Цесаревна задрала голову. Гул усиливался, и вдруг в небо ударил широкий столб пламени, мгновенно разогнав грозовые тучи над столицей. Ольга облегченно улыбнулась. Если бы она могла увидеть отсюда, то увидела бы, что посреди бушующего пламени стоит маленькая, но гордая женщина, высоко воздев вверх руки. Уверенная в себе и невредимая в этом огненном водовороте, она, конечно же, улыбалась! Её мать всегда улыбается в трудные времена. И от её улыбки становится не по себе многим сильным мужчинам.

А еще Ольга не могла видеть, но по всей округе из домов выходили люди и поворачивали головы в сторону огненного столба. На их лицах появлялись улыбки. Сплетни были лживы... С их правителями все хорошо. Они на месте... Они достойны… И смогут защитить свой народ!!!

Слава Императору! Слава Империи!!!

Глава 3

— Чёрт, чёрт, чёрт! — я еле удержался, чтобы не разбить планшет об стол.

Как я не любил многозадачность! Нет, я, конечно, умел справляться со многими задачами сразу, но это не значит, что я их любил. Как просто было быть Охотником — взял контракт, выполнил контракт, погулял, побухал, завёл интрижку, снова взял контракт, выполнил... И так по новой. Красота же!

Опять ко мне подобралось слишком быстро чувство «большого надурилова». А ведь в прошлой жизни, если тупо сравнивать с сегодняшним днем, у меня был настоящий отдых. А здесь что?

Я усмехнулся. Ну, с другой стороны, не было и не будет никогда такого, чтобы Сандр ныл. Известная истина — для того, чтобы почивать на лаврах, нужно хорошо попотеть. А в рамках прошлого мира, если подумать, я сейчас только на самом начале пути становления себя, как фигуры вселенского масштаба. Да-да, Охотники — мы такие, обычно не ограничиваемся одним миром.

Если бы я был мнительным, то заморочился по поводу чрезвычайно быстрого отбытия императорской семьи. Вообще-то забавно было наблюдать за встречей княжича и принцессы с Императрицей и цесаревной. Но держались ребята уверенно и с достоинством. То ли чувствовали за собой силу Родов, то ли уже каждый из них считал себя личностью, которая относится к правящей верхушке с уважением, но без подобострастия. Надеюсь, и я приложил некоторую руку к этому.

Императрица, конечно, поблагодарила меня за всё произошедшее, но, как подкалывал меня потом весельчак Волк, «сделала это без уважения». Кстати, мои гвардейцы спецназовцы восприняли это всё, как само собой разумеющееся. Похоже, я ту ещё банду воспитал. Никакого уважения к старшим. А с другой стороны, в жизни гвардейца всё просто. Ты отвечаешь, в том числе и жизнью, перед тем, кто тебе платит зарплату, и кому ты давал присягу. А кто там выше? Зачем забивать себе этим голову. Хорошая тактика. Жаль, что я не могу ею воспользоваться. Ладно, вру. Мне совсем не жаль. Амбиций у меня громадьё.

В общем, Императрица, судя по всему, была мне благодарна. И цесаревна тоже была мне благодарна. Ну, как благодарна... Примерно также, как я благодарен Семёновне за ее вкусные блины. То есть... я знал, что Семёновна готовить любит, умеет, практикует. А ещё я плачу ей зарплату. Хорошую, между прочим, зарплату. И её блины — это своего рода плоды её труда, которые она выдаёт бесперебойно, и без потери качества.

Как там говорят умные психологи? «Выиграл-выиграл». Вот только с Императрицей у меня товарно-денежных отношений нет. Но, кажется, птицы высокого полёта считают, что подданным достаточно иметь паспорт их государства, и что они им по жизни должны.

Не то, чтобы я расстроился. Я — Охотник, и я не умею расстраиваться. Сделал контракт, и пошёл дальше. Но именно это самое нутро Охотника не давало мне покоя. Ведь в прошлой жизни были люди, которые так или иначе хотели пересмотреть условия контракта уже после моего выполнения. Все, как один, после этого жалели и платили втридорога, но с другой стороны — я же сделал это по доброте душевной, и мне достаточно простой благодарности.

Это было всё хорошо, если бы мой бюджет не трещал по швам. Когда я просматривал смету на мои мастерские, то старался не скрипеть сильно зубами, чтобы не нарваться на внеочередной визит к стоматологу. При наличии большого количества денег я мог бы сделать это быстрее и проще. Но приходится превозмогать. Дурацкое слово, никогда его не понимал. В жизни всё должно быть легко и непринужденно. А если ты превозмогаешь, то сядь и задумайся. Возможно, ты что-то делаешь не так.

Хотя..... я задумчиво почесал голову. Надо отдать должное моему дурацкому характеру, на что указала моя молодая супруга. Мое чувство справедливости, которое, вопреки здравому смыслу, сказало мне не брать благодарность от Великих Родов за спасение их наследников. Но тут у меня есть оправдание — их я считаю своими друзьями, а Императрицу нет.

В конце концов, я торжественно пообещал Анне, что я в следующий раз, перед тем как спасти Императрицу или цесаревну, заключу с ними официальный контракт, чем вызвал у своей жены безудержное веселье. Она фыркнув, подавилась своим любимым чаем.

Ладно, дело тёмное. Но похоже, как бы мне Императора спасать не пришлось. Вот тогда я и оторвусь по полной. Но это еще неточно.

Порядочнее всего в этой ситуации поступил Алмазный Король. Вот кто мне реально ничего не должен был. Самолеты с моей добычей прибыли вовремя. А ещё он «случайно» забыл батальон тяжелой техники, что так и остался на КПП. На мой вопрос: «Не хочет ли он его забрать?», Доброхотов неожиданно засмеялся, и сказал: «У меня ещё есть. Пользуйся». Хорошо быть богатым.

С этими мыслями я сидел перед планшетом, и дергал карту Эпицентра туда-сюда, пытаясь понять, как мне ловчее справиться с новой проблемой. Всё указывало на то, что идти мне нужно в одиночку. Снова закидываться желейками, ведь там даже призывы тварей не помогут, потому-что Разлом, по данным разведки, был заполнен энергетическими сущностями. Энергетическими сущностями?!

Так, стоп! Я залез в почту, нашел нужное письмо, открыл его, и углубился в описание. С каждой строчкой моя улыбка становилась все шире и шире. Очень недобрая улыбка. Дочитав, я взял с подноса заботливо оставленное для меня яблоко и захрустел, довольный собой.

Раздался звук, как будто кто-то громко сглотнул. Опустив взгляд вниз, я увидел два больших глаза. Конечно, Пупсик всё это время лежал у меня под столом, ведя себя тише воды, ниже травы. Но хруст яблока он пережить спокойно не смог. Я взглянул на миску — она была пустой, яблоко было последним. Смачно откусил ещё раз, я оставшуюся половину отдал Старшине, который тут же с наслаждением зачавкал.

— И не надо так на меня смотреть. Я тебе всё ещё не разрешаю ходить на кухню. Ты тотемное животное... или где? Как с такой жопой ты сражаться собираешься? Нет, яблочная диета должна тебе помочь.

Отморозок грустно посмотрел на меня, тяжело вздохнул, повел носом, а затем улегся обратно.

— Жестокие времена требуют жестоких мер, — зачем-то сказал я это тупой скотине, которая всё равно вряд ли меня поняла, и нажал на кнопку вызова в рации. — Волк, готовь «Буревестник».

— Сделаю! — тут же отозвался мой командир гвардии. — В каком составе?

— Я лечу один, а везет меня Москаленко, — сделал паузу, с интересом прислушиваясь, что будет дальше.

А дальше... Дальше Волк всего лишь тяжело вздохнул, уже не говоря ни слова. Хороший знак — привыкает.

— Сделаю, — повторился он.

— Вот и отлично!

Сам же набрал телефон.

— Архип?

— Да, Саша. Нужна какая-то помощь?

— Не помешала бы, — сказал я, глядя на часы. — Собирай вещи. Через сорок пять минут мы заберем тебя из Центра.

— Заберите меня? Куда?

— Как куда? — улыбнулся я. — Мы идём в Разлом спасать Истребителей. Ты же этого хотел?

Похоже, на том конце провода Архип немножко завис.

— Да, так-то оно так. Но... Я?

— Ты! — продолжал веселиться я. — Потенциальный Абсолют Империи. Не кажется, что твой отпуск чрезмерно затянулся?

— Саша, это плохая шутка.

Я даже почувствовал, как Архип напрягся.

— А я сейчас и не шучу, — ответил я ему. — Я же обещал тебе помочь. Вот сейчас самое время.

— Да, ты обещал.

Похоже, что прямо сейчас у Архипа в голове была натуральная буря, которая перемешала все его мысли, и не давала внятно вникнуть в наш разговор.

— Но тот Разлом почти в центре, а этот... Причём здесь я?

— Точно тебе отпуск на пользу не пошёл. А с другой стороны, ты сейчас начальник Центра Истребителей. У тебя там аналитиков целая гора. Если не справишься сам, позови кого-нибудь. Помню, Петя у Хрулёва отличался умом и сообразительностью. Ну-ка, скажи мне, в Разломе, где исчезли Исты, кто был в качестве монстров?

— Хаосники, — мгновенно ответил Архип.

— Во-о-от! — протянул я. — А хаосники — это кто?

— Энергетические сущности.

А теперь я тяжело вздохнул.

— А вспомни тот злополучный Разлом, который поставил крест на твоей карьере Иста, — я тут же поправился. — Временный крест, естественно.

— А... О... Есть какая-то связь?

— Поверь, друг мой, конечно же есть. Тебе хватит сорока пяти минут?

— Мне нужно смотаться домой за снарягой.

— Архи-и-ип! — протянул я. — Какое «домой за снарягой»? Ты — начальник Истребителей монстров! Все склады в твоём распоряжении.

Тут Архип первый раз за весь разговор рассмеялся.

— Нет уж, вот тут ты не прав. То, что мне нужно, ни в одном Центре нет.

— Ого! — удивился я. — Я бы хотел на это посмотреть. Ладно, тогда я заберу тебя возле лавки.

— Через сорок три минуты я буду готов, — по-деловому сказал Архип.

— Вот и хорошо.

Я поднялся было на ноги, когда мой взгляд зацепился за большую коробку с бантом, которая сиротливо стояла за дверью, и полностью пропала у меня из виду. Это же подарок от бабы Сары.

— Милая! — повысил я голос.

Моя големо-дверь была приоткрыта. Я знал, что Анна сейчас работает в своей комнате.

— Что-то срочное? — раздался голосок моей жены.

Ну вот, стоило только выйти замуж, как уже никто не бежит к тебе по первому зову.

— Чрезвычайно! — добавил я.

Я не услышал, но был уверен, что Анна вздохнула. Не любит она, когда ее отрывают от работы. Да и я не сторонник. Но гадом буду, если открою эту коробку сам.

— Дорогая, подарок от твоей бабули. Знаешь, что там? — я кивнул на ящик.

— Понятия не имею, — сказала Анна.

— Может, откроешь?

— А чего это я? — удивилась Анна. — Подарок она кому вручила?

— Вообще-то... мне, — задумчиво уставился я на коробку.

— Тогда ты и открывай!

— А вдруг там какой-нибудь артефакт с проклятием полового бессилия?

Анна не выдержала и расхохоталась.

— То есть... ты хочешь, чтобы это проклятие легло на меня?

— Нет, этого я точно не хочу, — я почесал голову. — Может, старшину попросим? Один хрен у него пары нет, и в ближайшее время он размножаться вряд ли будет.

— Ты посмотри на него. Мне кажется, он против, — засмеялась Анна.

Я присмотрелся, и удивился. А ведь она права — выглядит действительно, как будто Старшина очень даже против. Глаза у него округлились, и он задом-задом заполз под диван.

— Так! Ты всё-таки понимаешь меня, жирная скотиняка? — спросил я.

Из-под дивана не раздалось ни одного звука.

Я повернулся к Анне.

— Тебе не кажется, что моё тотемное животное меня постоянно троллит?

— Нет, не кажется, — сказала Анна, и загадочно улыбнулась.

— Заговор? — приподнял я бровь.

— Ни в коем случае, — снова засмеялась Анна. — Давай, открывай. Уверена, что бабуля припасла что-нибудь интересненькое.

— Насчёт «интересненького» — соглашусь. Главное, чтобы это... — ай, ладно, Охотникам иногда надо принимать отчаянные решения.

Я решительно размотал бант, и открыл крышку.

Внутри, на мягком бархате, лежала гирлянда... детских погремушек.

— Серьёзно? — изумился я.

— Ой, какие миленькие! — Анна сразу протянула к ним руку.

И тут же получила по ней.

— Не трогай! — сказал я.

— Что такое? — тут же озаботилась Анна.

— Я как раз пытаюсь разобраться, что такое.

Надо признать, что эта гирлянда действительно выглядела «миленько». Пять ангелочков, что выглядели, как живые, и в каждом из них был запаян мощнейший артефакт.

— Изумительная работа, — покачал я головой.

— Ты о чём? — Анна всё ещё обиженно потирала руку.

— Вот про это.

Я за верёвочки двумя руками вытащил гирлянду оттуда.

— Ты же сказал не брать! А мне можно? — спросила Анна.

— Да, конечно.

Она протянула к ним руку, но затем отдернула.

— Точно можно?

— Можно-можно. Мне нужно было выяснить.

— И что это? — спросила Анна.

— Ну, вот в этом карапузе с арфой находится частичка одной очень сильной твари, — я на секунду сбился. — Вообще-то, в каждом из них находится частичка иномирной твари. Причём, каждая из них конфликтовала бы с другой. Но какой-то неизвестный мне умелец умудрился экранировать их, — я снова сбился. — Понятия не имею, из чего сделаны эти ангелочки, но... А это как?

— Что ты бормочешь? — удивилась Анна.

Я взял себя в руки, так как мысли у меня разбегались, но эмоция была одна — полнейший восторг!

— Аня, эта гирлянда — это охранная система, которая настраивается на первых двух людей, кто взял её в руки. Вот сейчас ты почувствовала лёгкий укол, когда взяла ее в руки?

— Да, но я думала, что мне показалось.

— Нифига тебе не показалось. Эта гирлянда настроилась на нас. У неё остаётся ещё третий заряд. Как ты думаешь, для кого это?

— Учитывая что это детская гирлянда, то это очевидно.

— Во-о-от! — протянул я весело. — Тонкий намек на толстые обстоятельства. Короче, эта милая детская погремушка сродни тому амулету, что постоянно таскает твоя бабуля. Если на люльку с этим артефактом упадёт ядерная бомба, то содержимое люльки выживет. Если кто-то не привязанный протянет свою руку, то с большой вероятностью больше он её уже никуда не протянет. Я затрудняюсь сказать, сколько здесь зарядов, и на сколько их хватит, но пока то, что я вижу — это самый изумительный защитный артефакт, который я видел в этом мире. Аня, мне нужно поговорить с твоей бабушкой.

— Ну, телефон ты знаешь, — хмыкнула Анна.

Я почесал голову.

— Ладно, разберёмся. А сейчас, милая, мне пора.

— Да, конечно.

Я чмокнул её в щёку, и уже почти вышел из комнаты, когда она меня окликнула.

— Са-а-аш?

— Да, милая?

Она посмотрела на меня лукаво, и затрясла за верёвочку, в результате чего ангелы мелодично задилинькали. Достаточно приятный звук, надо сказать.

— Когда мы уже, ну это... ? У нас уже есть гирлянда! Под неё я, конечно, куплю люльку. Но в эту люльку нужно кого-то положить!

— Ой, всё! — сказал очень храбрый Охотник, то есть я, и быстро ретировался к урчащему возле крыльца «Буревестнику».

Да, я понимаю, что к этому разговору еще нужно будет вернуться, но прямо сейчас я к этому не готов. А если мне повезёт, то я помру, и моя душа перенесётся в другой мир, и мне ничего решать не придется.

Я улыбнулся своим мыслям. Слышали бы меня сейчас грозные враги.

Через сорок пять минут мы были возле лавки Архипа, который уже ждал нас у крыльца, полностью снаряженный, и с небольшим походным рюкзаком.

Я вышел из машины, и поприветствовал его за руку, два раза просканировав «с ног до головы». Абсолютно обычное снаряжение. Да, лёгкий доспех из разломных материалов. Да, парочка артефактов дополнительной защиты. Но даже у дежурников Центра я видел броню получше.

— Так, стоп, — я ткнул пальцем. — А это что такое?

— Это, — Архип улыбнулся, кладя руку на собранный в кольцо натуральный кнут, который висел у него над поясом. — Это то, о чем я тебе говорил. Это он — «Хлыст».

— Хлыст? — удивился я.

— Хлыст!

— Хлыст... — снова повторил я, вызвав веселье у Архипа. — А объяснение будет?

— Обязательно будет, но внутри Разлома. Мы же идём за энергетическими сущностями? Я жалкий Истребитель шестого класса, — он продемонстрировал мне молочно-белое кольцо. — Так что мне нужна небольшая помощь.

— И этот «Хлыст» — эта помощь?

— Поверь мне, Саша, «Хлыст» — это охренительная помощь!

Я почесал затылок.

— Помнится, ты мне говорил, что жизнь у тебя была тяжелой, и продал ты, практически, всё.

С лица Архипа сошла улыбка. Он на секунду посмурнел.

— Да я бы скорее умер, чем продал его, — он ласково погладил свернутые кольца своего оружия.

К слову сказать, я не знал, из чего оно сделано. Но я понимал, что внутри него живёт душа. И это было странно, потому что я понятия не имел, что за душа сидит внутри него. И уже одно это, ну кроме того, что это чёртов кнут, а не меч или огромный молот, который я ожидал увидеть у здоровяка, указывал на то, что штука эта очень непростая.

— Ну, хлыст так хлыст! — сказал я. — Погнали.

— Секунду... — Архип положил мне руку на плечо. — Я скажу это прямо сейчас — спасибо, Саша. Что бы там не произошло, но спасибо!

— Не за что! — хмыкнул я. — Будешь должен. Погнали!

***

Нужный нам Разлом находился внутри Эпицентра, на его юго-западной конечности. Дежурная группа туда пошла, так как по всем данным, он уже «переполнялся», и оттуда в любую секунду мог быть выброс. А учитывая, что рядом находилось несколько деревень, Истребители не могли этого допустить. А вот желающих туда зайти особо не было, так как энергетические сущности одни из самых сложных противников для местных Одарённых.

Получилось так, что большинство Одарённых в этом мире были физиками. А физики умели хорошо и больно бить. Бить тех, кого можно увидеть или пощупать. Энергетические же сущности были не такими. Справляться с ними нужно было как раз Одарёнными энергетиками, которые из-за своей редкости были нарасхват, и им вполне хорошо жилось за спинами танков-физиков в безопасных рейдах, где они могли шмалять своими техниками из-за спины «дуболомов» — так ласково энергетики называли своих собратьев физиков.

Армейцы поприветствовали нас, узнав и меня, и Архипа. Я приказал Москаленко ждать нас здесь, а мы пошли к Разлому.

Разлом был не то, что безобидный, но имел третий ранг. Как правило, для дежурной группы Истов — вполне решаемая задача. Но в этот раз что-то пошло не так. А когда пропала и поисковая группа, уже конкретно заточенная под этот Разлом, то у Архипа и включился режим лёгкой паники.

Мы зашли внутрь. Проинструктированый мной Архип остановился сразу около входа. Остановился и я, прислушиваясь. Нет, Шнырька показал мне, что рядом врагов нет. Меня интересовало другое.

Как я уже понял, Разломы — это были куски других миров, по какой-то невиданной причине соединившиеся с нашим миром. Вот только ни для кого не было секретом, что некоторые Разломы похожи друг на друга, как братья-близнецы. А это значило одно — что эти куски миров, где-то там в другой реальности, составляли один единственный мир, целый мир, и это уже наш мир был для них Разломом. Вот такой круговорот Разломов во Вселенной.

Я стоял и молчал. Стоял пять минут, десять, пятнадцать... К слову сказать, Архип даже ни вздохом, ни жестом не показал своего нетерпения или негодования. На тридцать второй минуте я услышал отклик. Одно чрезвычайно мерзкое и могущественное существо почувствовало, что верный миньон появился в ее мире, и оно прямо сейчас этим очень заинтересовалось. Я ловил эманации духовного плана — существо сейчас испытывало чрезмерное возбуждение.

Дело в том, что уже многие годы её не посещал живой корм. Она подожрала всех более слабых собратьев, и человек с ее печатью поставлял энергетическую пищу, но поставлял мало. И существо, практически, махнуло на него рукой, собираясь в ближайшее время выпить его досуха. Но сейчас он появился, и появился не один.

Рядом с ним буквально пылала ярким пламенем на энергетическом плане новая батарейка, из которой она получит много жирной и вкусной энергии. Возможно, её даже хватит, чтобы прорвать стены ненавистной тюрьмы и вырваться в мир, где миллиарды таких батареек.

Я улыбнулся. Меня еще никто и никогда не называл «батарейкой». Ну-ка, повтори мне это прямо в глаза, тварь!

Глава 4

— Вот оно что... — многозначительно хмыкнул я, глядя перед собой.

— Ты тоже это чувствуешь? — удивился Архип.

Что он там чувствовал, я не знал, но думаю, это печать внутри него так реагирует на похожую сущность, и дает свой отклик. Он сейчас работал для нее, как самый «вкусный» маяк, который манил к себе, заодно указывая ей путь.

Тварь старая и мудрая. Почему мудрая? Потому что она не рванула сразу на нас, а выжидает. Для меня это было удивительно, ведь ей постоянно нужно питание, а здесь такие сочные мы. Выпить до капли потенциального Абсолюта для такой Твари — это как эволюцию словить. Но она медлила, что было мне на руку, ведь Шнырька уже проводил разведку, и показал первые результаты.

Тварь распустила щупальца по всем «своим» Разломам, но физически находилась не здесь. Ей нужно было время, чтобы добраться сюда, чем она сейчас и занималась. Это будет быстро, так как Шнырька показал мне своего рода Разлом/портал чуть подальше, который Тварь использовала для перемещения между своими «вотчинами». Вот же коварная сволочь! Фактически, жёлтый, третий ранг Разлома был правильным, ведь именно ЗДЕСЬ Твари не было, а были лишь ее миньоны.

И да, рядом с нами не было других тварей, зато они были дальше, что еще раз показало разум их повелительницы. Она не убивала своих слабых сородичей ради крох энергии, которые в них содержались. Наоборот, она их подчинила, и теперь они работали на нее, а она им за это разрешала питаться человечками. Судя по тому, что я вижу, ой, как много людей здесь пропали безвести, в том числе и Истов.

Наши пропавшие Исты были еще живы, что не могло не порадовать меня. Всегда приятно прийти боевым товарищам на помощь, а у Охотников это прописано в Кодексе.

Бывает зайдет Охотник в таверну или Гильдию Авантюристов и скажет, что ему нужна информация по определенному существу, а те отвечают, что награды за это существо не предвидится. Охотник же скажет, что деньги его не интересуют, и все сразу засуетятся, понимая, зачем мы здесь, и что если Охотники не успеют спасти своих, то у местных под ногами будет гореть земля, и все, что находится на этих землях.

В общем, Сущность подчинила себе выводок пауков на длинных и острых ножках. Их называли песчаными прядильщиками. Правда, паутина не была очень прочной, но имела интересные свойства, и в моем мире ее использовали в медицине. А вот Тварь нашла им другое применение. Пока энергетические сущности давили Истов ментально, паучки захватывали и помещали их в свои коконы, а затем утаскивали под землю, прямо под кристалл, который находится там же. Этот кристалл накачивал Истов энергией, ведь Тварь ставила на них свои печати по поглощению энергий. От этого их тела буквально разлагались, но становились энергетическим кормом для Твари. Именно «переработанную» людьми энергию с удовольствием поглощала эта сволочь.

Если задуматься, то попади я в плен, под такой печатью протянул бы не менее года, а полученная от меня энергия вывела бы Тварь на совершенно новый уровень. Если я попаду в такой кокон, то у Империи появится одна очень большая проблема. Благо, Истов еще можно спасти, они совсем недавно сюда попали, и печать пока не нанесла катастрофических повреждений душе и телу.

— Каков план действий? — спросил у меня Глыба.

Почему-то в Разломе мне хочется называть его Глыбой, а не Архипом. Здоровенный, собранный, и чертовски опасный, несмотря на «упадок сил». Да, Империя недополучила отличного Абсолюта. Хотя, почему недополучила? Всё еще впереди!

— План? Ну, он простой... Ты валишь всех вокруг, а я займусь самой главной Тварью.

— Может, наоборот? — нахмурился он. — Я все еще кое-что могу.

Ох... Это он так намекает, что сильнее меня.

— Поверь мне, — кладу свою руку ему на плечо, и заглядываю в глаза. — Если ты ей попадешься, то даже рукой двинуть не сможешь. Я знаю об этой Твари многое и, поверь, даже мне придется прилично попотеть.

Глыба согласно кивнул. Впрочем, я не врал, ведь только Твари стоит активировать заложенную в Архипа печать, и ему хана. Медленно, но уверенно, мы пошли вперед. Почему медленно, если врагов еще нет? Так захотел мой напарник, он осторожный, и сейчас вспоминал все, что умел, вплоть до того, что местами даже ладонь к стене прикладывал. Что он там собирался почувствовать, я не понимал. Но думаю, что у него есть свой или даже «свои» Дары, которых нет в его биографии. Не Империя, блин, а страна тайн и секретов!

Первые враги встретились довольно скоро. На нас с потолка посыпались пауки. Мне хватило всего нескольких взмахов, чтобы убить тех, кто мне угрожал, а вот Глыба... Он мне показал, что такое его Хлыст. Один взмах, и необычный кнут, словно живой, описывает круги в воздухе, и находит каждую свою цель. Я насчитал двенадцать пораженных пауков только одним ударом.

— Хорошее оружие, — согласился я с ним.

В прошлом мире я видел кнуты, но настоящих мастеров этого оружия не встречал. Слышал, что в древности был один по имени Карлеон. По старым легендам, он своим хлыстом одолевал целые армии, и то было Живое Оружие. Как много рассказов о нем ходило, и как мало сохранилось до тех дней, когда я там жил. К слову, я никогда не видел Живое Оружие именно в том виде, в котором его описывали легенды. Были копии, но выглядели они жалко. А может легендарное оружие древности таким и было. Просто летописцы и барды были более искуснее в своем ремесле, и здорово все приукрасили. Фактически любое оружие с душой твари внутри можно считать «условно» живым. Вот только управлял этим оружием его владелец, пока был в состоянии. «Истинно» Живое Оружие могло прикрыть и защитить хозяина в моменты слабости, ранения, и даже после его смерти. Ходили легенды, что после гибели великого воина прошлого Живое Оружие могло уничтожить его обидчиков, а иногда и целые армии.

В какой-то момент после шестого нападения тварей Архип стал тяжелее дышать. Почему Архип? Ну, так он снова напоминал мне Архипа, а не Глыбу. Что-то старик сдает, блин... Но оно и не странно, ведь печать начинает набирать обороты. Тварь потихоньку взламывает собственный блок хозяина, и подчиняет себе.

— Я в порядке! — рыкнул Глыба, заметив мой встревоженный взгляд.

— Я знаю, ты еще ого-го! — с ухмылкой поддержал его, и тут же не сдержался. — Надеюсь…

Глыба одарил меня тяжелым взглядом.

— Теперь понимаю, почему ты предпочитаешь бегать в одиночку. Боишься, что свои же завалят.

— Возможно, — пожимаю плечами, пока смотрю, что там еще нашел Шнырька.

А он, кстати, незаметно для Глыбы подкидывал мне в карман и рюкзак разные штучки. Например, кольца павших Истов и их побрякушки. Я, в свою очередь, складывал их в пространственный карман. Потом отдам Архипу, когда он перестанет быть Глыбой. Правда, я не уверен, что после сегодняшнего дня Архипа не заменит Глыба навсегда. Вот же сюрприз будет всем Истам, когда добряк Архип начнет выписывать им по десятое число. Сейчас он не может этого сделать. Видно, что сломлен своим «понижением». Считает, что больше не имеет права сильного, утратив его. Впрочем, так оно и есть. Он доверил спину тому, кому не стоило, и за это жестоко поплатился. Такие повороты судьба нередко выписывает нам в качестве урока. Наверное, это одна из причин, почему Охотники одиночки. В крайнем случае, они работают только с другими Охотниками. Правда, тут есть маленькое дополнение. Все это до определенного уровня развития. Я давно перешагнул ту черту, когда мог бояться удара в спину, или не был к нему готовым. Жаль, что в этом мире еще далеко до такого.

Затем к паучкам подключились энергеты. Это были «хаосники». Внешне они напоминали облака зеленого газа или пыли, что пытались дотронуться до цели, вытягивая из нее силу и энергию. Одного-двух можно было перетерпеть, но когда они накидывались всей кучей, то тут уже Ист падал совершенно без сил, а хаосники пытались «выпить» его досуха. Но под давлением Твари неохотно отпускали все еще живую добычу.

И вот тут я увидел главный Дар Глыбы — Подавление Энергии. Выглядело это забавно. Первый хаосник, который прыгнул на Иста, просто рассыпался на маленькие облачка, которые тут же исчезли. А каменное лицо Глыбы расплылось в широкой ухмылке. А потом он поднял свой Хлыст. На десятом нападении Глыбе стало легче от энергии убитых существ. Дело в том, что пока мы летели в «Буревестнике» к Разлому, я осторожно перекрыл его «отток» энергии к Твари. «Заглушка» была такая себе. Для нее я использовал одну интересную душу из старых запасов, и пока она неплохо сдерживала, не давая «водоему» энергии внутри Глыбы вытекать в сторону Твари. Старые и сухие каналы получили такую забытую пищу, и стали нормально работать. Как же я ему потом не завидую. Откат у него будет сложный, но заслуженный. Пусть помучается, сила не дается легко и просто. Я ощущал, как бесилась тварь, когда мы, раз за разом, убивали ее подчиненных. Она мысленно уже смаковала нас, а тут облом и неудача. Да, она уже зашла в этот Разлом. Я подозреваю, что снаружи среди армейцев сейчас настоящая паника. А как же иначе? Начальник Центра и молодой барон зашли в Разлом 3-го ранга, а сейчас он превратился в 1-й! Кстати, как бы не в Радужный...

Да, Тварь здесь была, но не спешила накинуться сразу на двоих, и я решил ей помочь.

— Слушай меня внимательно, Архип... — начал я, когда мы подошли к развилке. — Здесь мы разделимся, и каждый столкнется со своей преградой, которую необходимо будет преодолеть. Или умереть...

Решил говорить пафосно, чтобы он проникся.

— Не передумал отдать ее мне? — он сам хотел убить тварь, которая так долго его мучила и, более того, заставила чувствовать себя слабаком. Для такого мужчины, как он, именно это было невыносимым. — Это не все фокусы, которые умеет Хлыст, — похлопал Глыба по своему оружию. — С одной тварью я справлюсь, даже если она будет Первого Ранга.

— Нет, все в порядке, давай, дуй и удачи! А еще советую не разносить там все. Я встречал раньше пауков, которые любят закапывать свою добычу под землю или в песок.

— Понял, не дурак...

На всякий случай, решил уточнить, что уничтожать помещение, которое служит логовом, пока не стоит. Плевать, что это всего лишь пещерка. Там, под землей, находятся всё ещё живые Исты.

Я пошел в ту сторону, где меня ожидала Тварь.

Как же она обрадовалась, увидев, что людишки разделились. Согласен, что это всегда выглядит глупо, и не понимаю, почему в каждом кино такое происходит. Наверное, люди любят наблюдать за теми, кто глупее их самих.

Тварь обитала в одном необычном месте. Если все предыдущие пройденные помещения были горными пещерами без следов человека, то это напоминало арену. Круглая комната, с гладкими стенами и полом. По бокам стояли железные жаровни из непростого металла, раз так хорошо сохранились, или эта падлюка их постоянно чистит? На полу руническая разметка, которая уже не имеет силы, что даже странно, ведь руны обычно живут очень долго. Или этому месту больше десяти тысяч лет, или тварь выпила из них всю силу.

— Че-е-е-е-е-л-о-век! — зашипела она, стоило мне только зайти в помещение.

А еще мало того, что она заговорила, так еще и закрыла темной энергией проход за моей спиной. Теперь из земли бьет энергия, которая стеной закрывает дорогу назад.

— С-с-с-с-мерть нашел с-с-с-с-во-ю-ю-ю! — какая уверенная в себе хаоситская зараза.

Я стоял напротив нее, внимательно слушал и улыбался. А вот Шнырька прямо взбесился. Второй раз за короткое время он нашел того, кто копирует его манеру речи, и рвался оторвать ей бубенчики. Не хочу его расстраивать, но там ничего нет. Тварь имеет физическое воплощение, хоть и похожа сейчас на призрака, только массивного и темного, который натянул на себя десяток балахонов, и те сейчас развеваются по ветру, правда без ветра.

— А ты смелая... — улыбнулся я, и слегка наклонил голову набок.

Смелая, и нетерпеливая, к тому же. Ничего мне не ответила, а сразу напала. Рывок ее был быстрым, даже сказать молниеносным. Она решила меня запечатать, потянувшись ко мне. Я, в свою очередь, успел среагировать, и отскочить в сторону, а затем выставил руку, и влупил по ней огненным смерчем. Ну, как смерчем... «Смерчиком», который не так делает больно, как обидно.

— С-с-с-с-с-с-с! — за...сипела она.

Новый бросок, и новый удар огнем, который не может убить или причинить ей вред, зато здорово взбесить.

— И это все, что ты можешь? Смешно... Как тебя зовут?

Молчит...

— Ч-ч-ч-еловек... Еда! Ч-ч-ч-человек — ПИЩА!!!

Завыла она так, что стены затряслись, и это была своего рода ментальная атака, от которой я только зевнул, чем еще больше взбесил тварь. Что-что, а ментальная защита не зависела от моего тела, и пришла в этот мир вместе с моей душой. А вот местному Исту было бы очень плохо. Хорошо, что я не местный! Ха-ха!

Теперь она уже не пыталась сразу наложить на меня печать, а захотела покалечить, взбешенная из-за того, что ее атаки не попадают в цель. Затем мне стало немного сложнее, ведь она решила скопировать Глыбу, и создала десятки отростков вместо рук, которые стали действовать, как кнуты. Попади по мне такой удар, и никакой доспех не спасет. Это очень тяжелая и своевольная энергия. Хаоситов не любят ни в одном из миров, в этом я точно уверен. Но к счастью, их очень мало, ведь они со временем сходят с ума. Не удивлюсь, если эта тварь когда-то была человеком или другим разумным, а теперь... Жалкое, но сильное подобие какого-то тёмного Полубога. Неудивительно, что Разлом так долго не могли закрыть. Все прошлые удачные рейды были только по одной причине — тварь позволяла людям убивать паучков, и приходить сюда с новыми силами. Мне не хотелось с ней долго играть, получая удовольствие в честной битве, а потому я призвал кое-кого интересного, а сам отошел подальше.

Черный Пегас... Хаоситская тварь, которую я когда-то убил. У Пегасов была одна особенность — они не сходят с ума, и их души можно использовать. Пегас давно сидел у меня в загашнике, и просился на волю. Вот теперь настало его время. Тварь, как увидела его, так сразу отскочила назад.

— КА-А-А-А-АК?! — взревела она.

— Каком кверху! — не выдержал я.

Больше ничего не успела сказать, так как пришлось отбиваться от взбесившейся лошадки, у которой она стала на пути перед долгожданным освобождением.

Пегас, по своим размерам, был небольшим, и мог спокойно здесь махать крыльями и летать, а еще кусаться. Больно кусаться! Учитывая, что он быстро переходил из бесплотного состояния в физическое, то Тварь не могла от него скрыться ни на одном из планов. И сейчас я наблюдал за буйством двух черных теней, которые пытались убить друг друга. Плевать Пегасу было на кнуты, он прекрасно знает, что такое боль. Он давно ждал свободы, и сейчас идет напролом, не обращая внимания на отростки. Постепенно отростков становилось все меньше. Пегас их просто перекусывал, пережевывал и пожирал. Тупая тварь... Знает ведь, что уже мертв, но жор все равно остался, и он во время битвы пытается его утолить. В отличии от этой полностью энергетической твари, Пегас мог питаться плотью, за что и был мной убит.

Когда Тварь достаточно пострадала, и я сбил с нее спесь, то отозвал Пегаса и дал ему свободу. Всё равно он не сможет её добить. Тот еще разок напоследок встал на дыбы и расправил крылья, а затем гневно всмотрелся в мое лицо, как будто выказывая свое презрение прежде, чем пропасть. Только я в ответ взглянул на него с такой улыбкой, что презрение быстро сменилось ужасом, и он пропал в два раза быстрее. А не такой он и смелый.

«Балахонная Тварь» была потрепана очень сильно, и теперь из нее истекала эманация хаоса в местах ранений.

— Ну что? Тебе всё ещё весело? Как тебе человек-еда?

Новый рев, который ничего не принес, и его тактика меняется. Тварь врубила свою ауру, которую стала распространять мощь на все помещение. Очень сильной она когда-то была, раз до такой степени разожралась. Мне даже стало любопытно, как она оказалась здесь в заточении?

— КОНЕЦ! — а как же заикания, и прочее? Чего это мы по нормальному заговорили? — ВРЕМЯ ЖРАТЬ!!!

Сильный взрыв, и аура заполонила собой все, и меня в том числе. По моему доспеху стала расползаться ее аура, которая начала прогрызть его, как мелкие паразиты дерево. А тварь уверенно летела ко мне.

Выставляю руку вперед и... щелчок пальцев. Задрожал воздух... Нет... Задрожала материя, когда две великих ауры встретились и вошли в резонанс. Это не было похоже на то, что мы сделали Вербицким. Там был детский лепет, и я не применил бы такую форму ауры против живого человека, даже если бы мне угрожала смерть. Наша битва сейчас вышла на духовно-душевный уровень. Тварь не понимала, что происходит, это я читал по ней. Она ждала легкую добычу, а пришел сильный противник. Она бесновалась, усиливая свою ауру, но мне не нужно было этого делать. Моя Воля непоколебима, моя Вера безгранична! Моя Душа чиста, поэтому неуязвима! Никакой твари не сломать мою Душу, даже если тело будет слабо!

Видя, что стала проигрывать, Тварь предприняла последний свой рывок. Конечно, я стоял с распахнутыми в стороны руками, и не двигался. Что она еще могла сделать, кроме как рвануть ко мне, и сомкнуть свои холодные и скользкие щупальца на моей голове.

— СОЖРАТЬ! ПОГЛОТИТЬ!! ВОЗВЫСИТЬСЯ!!!

Кажется, у нее сейчас случится оргазм от своей мнимой победы. Ее подлая и гнилая душа стала нагло, по варварски, вторгаться в мою душу, не заботясь о сохранности содержимого. Она попыталась пробиться нахрапом, вот только выглядело это со стороны, как кот, царапающий броню боевого танка десятого поколения. От понимания, что ничего у нее не получается, она завыла, и стала усиливать свой напор. Я тут же почувствовал, сколько силы она влила, отчего закатил глаза и застонал, а из моего рта хлынула кровь. Глаза твари зажглись тьмой, она возликовала, продолжая давить на меня. Пока я был занят своей аурой, то не мог двигаться, и она этим воспользовалась.

— НЕОП-П-ПЫТНЫЙ ИДИОТ-Т-Т! — прямо в лицо дохнула она мне эти слова.

Радуется и гордится своей силой, и тем, что она достаточно опытна. Но моя Душа крепка, и так просто туда не забраться. Ей просто напросто не хватало сил, чтобы это сделать, а потому она сделала то, что ей оставалось. Тварь вдруг стала в три раза сильнее, а ее аура плотнее, и она просто лавиной стала пробиваться сквозь мою защиту. Вскоре она пробила дыру, оказавшись в моей Душе.

Оказалась... Огляделась... Аху... Удивилась, и тут же рванула, нахрен, обратно!

— Ну что, понравилась моя душа? — тут уже я смотрю на нее с улыбкой.

— ЧТО ТЫ-Ы-Ы... — дрожащим голосом прошептала тварь.

— Такое? — я рассмеялся. — Как же вы меня задолбали! Никакой фантазии... Я Охотник! — пожимая плечами, ответил ей.

А в следующий момент прописал простую энергетическую «пощечину» такой силы, что сперва разложилось на частицы ее тело, а затем и душа пробила в полете четыре эфирных плана, пока не растворилась в пустоте и небытие.

— Ш-ш-шабаке ш-ш-шабашья ш-ш-шмерть! Лош-ш-шара! — тут как тут «нарисовался» хихикающий Шнырка, оттопырив средний палец на лапке, и сразу смылся в тень, на всякий случай.

Поспешил я с мудростью... Попалась на детский прием.

Кто сказал, что я не мог двигаться? Просто не двигался... Кровь? Ну, язык пришлось прокусить, зато она поверила, что побеждает. Хотя она не могла пробиться, ей пришлось сделать то, что казалось очевидным, а именно, обратиться к единственному доступному ей варианту. Нырнуть в мою душу, чтобы уничтожить ее изнутри. Но для этого нужно было ослабить защиту своего физического воплощения. Зря она это сделала! Сама сняла свою печать... А я, ради прикола, открыл ей дверь в свою душу. Там показал ей не самый глубокий уровень своего Бассейна Душ, но как оказалось, достаточно, чтобы она даже не попыталась что-либо сделать.

Тупица... Думала, что сможет захватить меня. Не родилась еще та темная тварь, которой я по зубам!

Я с грустью взглянул на свое кольцо. Снова жёлтое! Причем, в момент призыва Пегаса оно «провалилось» до оранжевого, и снова вернулось к желтому после гибели Твари. Да, я мог бы собрать всю энергию Твари, дабы «удержать» 2-й класс, но я щедро поделился энергией с Глыбой. Ему нужнее. Да, это больно! Но сейчас самое время для «силовой» прокачки. Каналы у него были, хоть и «скукоженные», но широкие. Самое время размяться!

Так-с... Тут я справился, а теперь пора поспешить к Архипу, а то он сейчас валяется без сознания, как бы коньки не откинул после потери печати. Для его тела это огромный стресс. И да, на его пальце кольцо Истребителя горит оранжевым светом. Есть 4-й класс! Лиха беда начало!

Пауки ему сейчас не угрожают, я ведь еще во время боя призвал через Шнырьку своих тварей. Они уничтожили всех пауков, когда Архип потерял сознание.

Охотник... Это не только грубая сила, но и мозги, и я наконец-то стал их использовать и в этом мире. Вот только как бы мир не сломался от такого...

Магазин «Легендарное Оружие Архипа»

г. Иркутск

Архипу Глыбе снился странный сон.

Ему снилось, что он стоит на крутом утесе, а в небе, над ним, разгорается жестокая битва. Две Сверх-Сущности сошлись в жестокой схватке, которая не подразумевала «ничью». Битва должна была закончиться гибелью одного из них.

Одна Сверх-Сущность была мерзкого болотного цвета, вторая же светилась яркой голубой энергией, не оставляя ни единого сомнения, кто здесь Добро, а кто Зло. Битва проходила с переменным успехом, но в один из моментов «Добрая» Сущность взяла верх... Архип проснулся.

— Саша!!! — вскинулся он на кровати.

Последнее, что он помнил, что он уничтожал врагов, когда почувствовал, что где-то недалеко происходит битва невероятной силы. Трещало само Мироздание на данном конкретном куске. Разлом замерцал... Опытный Ист даже испугался, уловив признаки скорого экстренного «закрытия» этой реальности.

Он понимал, что причина может быть только одна. Галактионов схлестнулся с Тварью, что покалечила его, Архипа. Первый позыв был — бежать на помощь, но Александр строго-настрого запретил ему это делать.

— Папа! — он повернулся, и увидел большие и встревоженные глаза старшей дочери.

— Ирочка? — удивился он, и огляделся. Да, он был в собственном доме, в собственной кровати. — Что произошло?

— Тебя привез Галактионов... Вместе со своим гвардейцем помог затащить тебя в постель. Он сказал ничего не делать и никому не звонить, и что очень скоро ты очнешься сам. Мы испугались, но ты же нас предупредил, когда уходил, что в случае чего — верить барону, как тебе самому.

— Всё правильно сделали, умнички! — Архип потянулся, чувствуя в теле необычайную легкость, «приправленную» болью, как физической, так и душевной. Но это была приятная и знакомая боль. Она означала, что мощный организм сильного Одарённого начал разгон... Снова...

А еще он не ощущал внутри себя никакого чужого присутствия. Он уже забыл, как это было прекрасно! Когда твое тело и душа принадлежит только тебе, без остатка.

Его взгляд упал на кольцо Истребителя. Оранжевый свет. 4-й класс. Снова... Это сколько же в него энергии влилось, что он через ступеньку прыгнул? Ну, Галактионов! Ну, сукин сын!

— Сделай мне кофе, милая. А я... Немного еще полежу.

— Конечно, папа! — радостно ответила дочка.

Ирина упорхнула, а Архип Глыба откинулся на подушки. Нет, он не очень хотел кофе. И лежать ему не хотелось. Он просто не хотел, чтобы его взрослая дочурка увидела, как по его лицу текут слезы...