Кодекс навигатора

Глава 1

Земля опять ходила ходуном. От этого я и проснулся. Столбы черного пепла из двух вулканов стали толще за то время, что я дремал. Наверху они начали растекаться по грязно-серому небосводу, превращаясь в головы гигантских джиннов, которые вырвались из огромных бутылок и теперь вовсю корчат рожи, но исполнять мои желания не спешат. Хотя у меня всего одно желание: убраться подальше с этого безжизненного архипелага. Если мне не изменяет память, должен быть какой-то способ улететь с этой чертовой кучи земли и гравия, дрожащей под ногами словно желе.

Убедительная просьба — поплавать в бушующем море не предлагать. Волны с такой силой разбивались об острые скалы, что даже про зубастых морских обитателей можно не напоминать.

Но память мне изменила. Я практически всё забыл.

Зачем я здесь? Что за треснувшие по центру экраны цвета морской волны то возникали в воздухе, то медленно таяли, смешиваясь с коричневой пылью, летающей в воздухе спиральными вихрями? Экраны только что снова пропали.

Как пользоваться двумя небольшими предметами, которые я нашел в карманах комбинезона? Один похож на какое-то электронное устройство, но ни одна клавиша на его металлических ребрах с мелкой насечкой не работала, а темный матовый экран был мертвее мертвого. Другой предмет мне даже слов не хватит описать. Подсознательно я дал ему имя. Или это больше похоже на фамилию? Как у какого-нибудь шотландца — МакГаффин. Кто такие шотландцы, я тоже забыл. Если вообще когда-либо знал хоть одного.

Возник еще один вопрос: где спасатели? Вроде бы он показался мне глупым. Возможно, потому, что я и есть спасатель. А меня уже просто некому спасать.

Я поднялся во весь рост, отряхнулся и огляделся. Вокруг ничего не изменилось. Всё та же мертвая земля, вулканы справа и прямо, с других сторон море или океан. В серо-зеленом мареве над водой видны еще три пустынных острова, похожих на этот.

Как долго я торчу здесь?

Наличие элементарной логики и остатки мыслительного процесса казалось бы давали шанс на спасение. Но у меня осталось совсем мало воды во фляге и всего треть плитки шоколада в простой бумажной упаковке. Почему бы не написать на ней что-нибудь полезное? Какую-нибудь шпаргалку, вызывающую нормального джинна, исполняющего любые желания? Ладно, пусть не любые. Хотя бы полную флягу воды. И бутылку чего-нибудь покрепче. Напиться напоследок. Что мне еще остается?

Землю тряхнуло особенно сильно, и я не удержался на ногах. Упал вперед, выставив руки в поседевший от пепла густой и мягкий мох. Стоя на четвереньках, я услышал звонкий голосок и подумал, что начинаю сходить с ума. Но нет, голосок звучал очень явственно и требовательно, вызывая, как мне показалось, какого-то китайца.

— Ван? Ван?!

И какие-то неразборчивые то ли позывные, то ли кодовые слова, передать которые я бы не смог, даже если бы всё разобрал и запомнил. Очень похоже на то, как если бы ребенок начал читать длинную поэму собственного сочинения на придуманном тарабарском наречии. Что-нибудь вроде «Тараканище» на монгольском.

Но потом зазвучало еще более требовательно на понятном мне языке. Это было так неожиданно после всего, что я вздрогнул.

— Ты слышишь меня, Ван? Ответить! Немедленно! Раз-два! Вызываю Вана! Это Рут.

Я поднял голову и озирался, пока в пыльном дрожащем воздухе не увидел, что немного в стороне, на уровне моего лица, если бы я стоял, появился другой экран. Раза в полтора больше прежних, зеленоватого цвета и целый, а не треснувший.

На экране какая-то девчонка с растрепанными темными волосами и большими голубыми глазами смотрела куда-то вбок.

Я поднялся на ноги, балансируя на шаткой поверхности этого проклятого куска земли, сделал несколько неуверенных шагов к экрану и спросил первое, что пришло в голову:

— Рут? Какого черта происходит?

Что интересно, мы говорим на одном языке. Уже один этот факт меня обнадежил.

— Ты кто?! — девчонка округлила глаза, посмотрев на меня. — Где Ван?!

Я не знал, как я выгляжу. Думал, это она меня вызывает, вдруг я китаец по имени Ван, и немного расстроился от ее вопросов.

— А я — не он? — с глупым видом спросил я.

Очевидно же, что я не Ван. Если она не прикалывается.

А что, такое может быть? Интересный вопрос. Но тут всё такое интересное. Не соскучишься.

Но она не прикалывалась.

— Что ты сделал с Ваном? — угрожающе спросила эта мелкая нахалка.

Ей от силы лет тринадцать.

Если, конечно, она человек, а не программа-помогайка.

А что, и такое может быть? Да запросто. Чего уж греха таить, я уже ничему не удивился бы. Не знаю, как всё было до того, как у меня отшибло память, но подозреваю, что ничего подобного в моей жизни никогда не происходило.

— С каким еще Ваном? — спросил я, начиная раздражаться. — Не знаю никаких ванов. И никого здесь не видел. Ты сама-то кто?

— Я — навигатор-диспетчер!

— Чего?

— Пятого Центра Навигации.

Я спрашивал «чего?», не имея в виду никаких организаций. Просто удивился, что такая малолетка работает где-то диспетчером. А она не просто где-то работает, а в каком-то Центре Навигации. Явно пишется с больших букв, и звучит серьезно, солидная, должно быть, контора. Таких продвинутых экранов я что-то не мог припомнить. Надо бы снова спросить «чего?», чтобы узнать, что она там навигирует в этом пятом центре.

Рут моргнула большими глазищами и повернула голову в сторону.

Я уж было подумал, позовет сейчас кого-то нормального — взрослого человека, который мне объяснит, что за дела тут творятся. Но нет. Она там понажимала какие-то кнопки на боковой панели, невидимой мне, и снова посмотрела на меня.

— Там, где вы находитесь, есть кто-нибудь еще? — спросила она совсем другим, серьезным тоном.

Вполне официально, даже на «вы» перешла.

Я бы мог спросить у нее то же самое. Но не стал. Побоялся обидеть ребенка.

— Вообще никого нет. Я тут один. Как перст.

Хотелось пить. И спать. Или просто прилечь и забыться беспробудным сном. Так сильно я устал. Но девчонка начала качать права и что-то требовать своим нахальным тоном. Ее тон казался мне нахальным, но на самом деле допускаю, что она говорила вежливо. Просто я уже был в таком состоянии, что меня злило всё.

— Пожалуйста, обойдите вокруг экрана по часовой стрелке, чтобы я смогла записать панораму.

Я из последних сил медленно обошел экран на триста шестьдесят градусов. Он так же медленно поворачивался следом за мной, подмигивая зелеными краями.

— Спасибо, — вежливо сказала Рут, диспетчер пятого центра навигации. — А экраны управления где? Что-то я их не вижу. Вы их куда-то спрятали? Они должны там быть. Иначе, как я вас нашла?

Мне делать больше нечего, как прятать треснувшие экраны на вулканическом острове во время землетрясения. Хотел сказать, что я их разобрал на мелкие кусочки и рассовал по щелям в гравии. Назло всем малолетним диспетчерам. Но решил, что это только затянет время, которого у меня оставалось всё меньше.

— Были тут какие-то экраны, прямо вот на этом месте. Но они треснувшие по центру, исчезли недавно. Растворились в воздухе и больше не появляются, — ответил я.

При этом до меня дошло, что она может в любой момент тоже раствориться в этой коричневой пыльной метели, и я останусь один. Теперь уже навсегда.

— Понятно. Так и запишем, — сказала Рут. — Предположительно, случилось чрезвычайное происшествие, и Ван погиб. Треснувшие экраны подтверждают эту версию. Остаточная эхолокация позволила установить место смерти. Но не причину.

Она быстро печатала пальцами на невидимой клавиатуре.

Я вспомнил свое имя! Меня зовут Иван.

«И Ван погиб». Очень скоро другой Иван тоже погибнет.

— Вы поможете мне, Рут? — спросил я.

Больше мне явно никто не поможет, если она сейчас отключится.

— Надо подумать, — с озабоченным видом сказала она. — Сейчас посмотрю, что написано про такие случаи в Кодексе.

Ей надо подумать! С ума сойти.

— Где? — опять переспросил я и наверняка снова с глупым видом.

— В Кодексе Навигатора. Где-где, — буркнула девочка и снова стала смотреть куда-то вбок, как в самом начале.

Читает кодекс на другом экране.

Землю тряхнуло серией сильных толчков, я с большим трудом устоял на ногах. Громыхнуло в жерле ближнего вулкана справа. Красно-оранжевые всполохи сопровождались вылетом огромных черных камней из недр горы. По склону потекла кипящая плазма. Стало еще жарче.

Я понял, что скоро мне все равно конец. Открыл флягу и сделал большой глоток. Теплая вода на вкус напоминала слезы. Или это уже мои фантазии? Какой вкус у слез? Не помню.

— Скажите, а вы там не находили пульт управления? — спросила Рут. — Если он у вас, то я попробую вытащить вас оттуда. А то похоже, что вашей жизни угрожает серьезная опасность.

— Это точно! Очень серьезная опасность.

Я вынул из карманов оба предмета и показал девочке.

— О! Это здорово! — воскликнула она. — Ван нашел ключ! Это гораздо лучше. Экран пульта сложно активировать, если лица Вана поблизости нет. Долго пришлось бы взламывать защиту.

Поблизости никаких лиц не было. Как можно взломать защиту устройства дистанционно, если я ничего не смыслю в этих технологиях, а девочка будет долго искать, что написано в инструкции? Времени оставалось не так уж много. Хорошо, что Ван нашел макгаффин, оказавшийся каким-то ключом.

Когда я подобрал этот ключ? Этого я не помнил. Но начал вспоминать, как оказался здесь — примерно в сорока метрах от этого места наш вертолет благополучно приземлился, и ничто не предвещало, что через минуту его стремительно засосет какая-то тварь, спрятавшаяся в горячей дюне. Я успел выпрыгнуть и отбежать на эти самые сорок метров к висящим над землей странным экранам, пока не споткнулся и при падении не ударился головой в эти большие камни рядом.

Остальных парней засосало вместе с вертолетом? Или кто-то тоже успел выскочить, но побежал не сюда? Этого я не помнил.

Мы прилетели, чтобы спасти кого-то, кто отправил сигнал SOS. Все удивились, кто бы это мог быть? Про извержения сразу двух вулканов я тоже ничего не помнил. И про землетрясение никаких предупреждений не было. Кажется, даже без этого никто сюда лететь не хотел, но приказ есть приказ. Работа сама себя не сделает, а мы все-таки спасатели. Были.

Только теперь меня самого собирается спасти маленькая девочка.

Глава 2

Всё прошло быстро. Потом я с трудом вспомнил, восстанавливая в деталях, как выполнял продиктованные Рут манипуляции с ключом. Держал его двумя руками прямо перед экраном, чтобы она могла объяснить, как повернуть дюжину золотистых и серебристых шестеренок, поочередно насаженных на металлический штырь длиной пятнадцать сантиметров и диаметром два с половиной сантиметра. Насечки делений на тонких стальных кольцах между шестеренками были помечены какими-то мелкими белыми значками, обозначающими цифры и буквы. Когда все шестерни заняли нужные положения, Рут всё проверила еще раз на своем боковом экране, который мне не было видно.

— Вроде бы так, как надо, — сказала она, наморщив лоб. — В первый раз настраиваю ключ удаленно. Сложная штуковина.

Эти “вроде бы” и “штуковина” мне не понравились, но потоки вулканической плазмы с ближней горы стремительно приближались к тому месту в низине, где я стоял. Бежать было некуда. Разве что прыгнуть в ревущий прибой на острые скалы. Стало очень жарко, как в адской сауне. Держа ключ левой рукой, правой я достал из кармана фляжку и судорожно допил последние полтора глотка теплой воды. Отбросил фляжку в сторону и дрожащим указательным пальцем нажал на красную клавишу с торца втулки, как только Рут сказала: давай, жми!!

Я не знал, что должно случиться. Просто смотрел, открыв рот, как вокруг меня резко закрутились горизонтальные вихри синеватого цвета с вкраплениями розового и оранжевого. Они быстро расширились и превратились в прозрачную голубую сферу, состоящую из правильных пятиугольников с ребром сантиметров тридцать. Сфера полностью окружила меня со всех сторон. Я оказался внутри шара диаметром метра три, который медленно приподнялся над дрожащей землей. Я стоял на дне этого шара и смотрел, как под ногами на том месте, где только что был, потекла огненная река раскаленной лавы.

Минуты или даже секунды отделяли меня от верной смерти.

Что тут сказать, повезло.

Поэтому я долго не думал и по просьбе Рут подставил раскрытую ладонь под панель, которая приблизилась от бокового сегмента сферы. Из панели выдвинулась две щётки острых и тонких усиков разного размера и длины. Они укололи меня в ладонь и в подушечки пальцев.

— Контрольный забор образцов крови, — прокомментировала Рут с экрана. — Успешно. Данные зафиксированы. Медицинский отчет будет готов через пять минут. Анализ характеристик ожидайте позднее. Рекомендации доведу до вас отдельно.

Зеленый экран так и висел прямо перед моим лицом. Я решил, что Рут меняет свое обращение ко мне с “ты” на “вы” в зависимости от степени взаимодействия с системой.

Сфера плавно поднялась на высоту двадцати метров над землей. За ее прозрачными стенками коричневая пыль начала вспыхивать от высокой температуры. Но внутри сферы было прохладно.

— Рекомендации? Какие? Зачем? — спросил я.

— Это обычная формальность. Не обязательно следовать всем рекомендациям системы. Вообще, это стандартная процедура верификации при подписании контракта. Использовать космотроны могут только служащие Межгалактического Центра Навигации, заключившие Безотзывный пожизненный контракт с Системой оповещения космических угроз. Поздравляю, ты принят на службу. Осталось вписать твое имя и заполнить приложение со всеми личными данными. Но это можно сделать потом. На базе или в офисе Центра Навигации.

Так мы не договаривались. Хотя мы вообще никак не договаривались. Но все равно, предупреждать надо. Я вспомнил про кота, который стал космонавтом, когда куда-то не туда ткнул на госуслугах. Со мной случилось почти то же самое. Я не знал, плакать или смеяться. Таких же не берут в космонавты. Меня даже в спасатели брать не хотели.

— Принят на службу?!

— Да, знаешь ли.. тут в системе неожиданно образовалась вакансия. Я успела ее застолбить. Скажи спасибо. А то желающих очень много. Ладно, потом поймешь. Другого способа спасти тебя, уж извини, не было.

Рут смотрела на меня с самым невинным видом.

— Вакансия, значит, да? — спросил я, начиная подозревать, что Безотзывный пожизненный контракт потому так и называется, что ничего сделать уже все равно нельзя. С этой работы не уходят. Отсюда выносят вперед ногами или вообще просто набирают на клавиатуре тонкими детскими пальчиками короткую запись: спецагент Ван приказал долго жить и не поминать лихом.

Ничего от него не осталось. Даже треснувших экранов.

— Что тут поделать. Ван погиб при исполнении служебных обязанностей, — хлопнула ресницами моя спасительница. — Благодаря тому, что именно я вносила этот факт в систему, мне и удалось сразу же заполнить эту вакансию. Теперь мне положена премия. Даже три премии. За оперативное решение проблемы, раз. За своевременное нахождение потерянного ключа, два. И за спасение жизни потенциально ценного сотрудника, три. Сегодня у меня очень удачный день в офисе!

Потенциально ценный сотрудник, то есть я, конечно, был благодарен за спасение жизни. Но появились вопросики.

Рут не дала мне времени сформулировать их в воспалившемся от жары и стресса мозгу. Она торжественно сообщила:

— Специальный агент номер Кей-Си-четыре-тысячи-двести-сорок-два! Маршрут до ближайшей базовой станции проложен и внесен в систему. Займите свое место и приготовьтесь. Старт через двадцать секунд. Девятнадцать, восемнадцать…

Из под ног появилось эргономичное белое кресло-кровать, которое аккуратно приняло в себя мое уставшее тело в положение полулежа. Ремни безопасности сами застегнулись на груди и животе. Сфера поднялась вверх на сто с лишним метров и начала с ускорением удаляться от столбов дыма вулканов в сторону океана.

— Как насчет заехать домой переодеться? — спросил я. — Да и попрощаться с близкими тоже не помешало бы.

— О чем ты? На базовой станции получишь обувь и спецодежду, твои размеры уже сняла и внесла в систему. А несанкционированные контакты с аборигенами миров категории Е строго запрещены!

Что? Категория Е?!

Одно время я подозревал, что мир мне достался какой-то не тот. Но потом пришло смирение. Другого мира никто предложить все равно не мог. А оно вон как, оказывается.

— Не понял. Я же и есть абориген. Кстати, меня зовут Иван.

— Был абориген. Но исключения в экстренных случаях допустимы, если позволяют сохранить особо ценное оборудование. Теперь ты спецагент системы. Без разделения на классы, расы и уровни миров. Приятно познакомиться, Иван! Зови меня Рутероза. Это мой позывной в системе. Можно просто Рут.

Ее новая манера очень быстро проговаривать слова, которые сливались в одно длинное слово, могла бы взбесить любого. Но я догадался, что просто поток слов с экрана ускорился вместе с набором высоты.

— Где базовая станция? — успел спросить я.

Говорить стало очень трудно — давлением сжало грудную клетку.

— Ближайшая базовая станция находится в двух условных парсеках от этой звезды, — звук голоса Рут изменился со звонкого девичьего на низкий и гулкий механический. — Я вернусь, когда ты долетишь туда. До связи, Иван!

В шею кольнуло очень холодной, тонкой и острой иглой. Так мне показалось. В следующее мгновение я увидел перед собой длинный причудливо изгибающийся тоннель из темно-зеленых шестиугольных плиток, узором похожих на пчелиные соты из керамики. Сфера понеслась по этому тоннелю, слегка вибрируя. Попытка удержать глаза открытыми сразу провалилась, веки сами опустились, и я полетел во сне сквозь черную пустоту.

— Как долетел, Иван? — я услышал знакомый звонкий голосок.

— Нормально.

По ощущениям, мой полет всего на парочку каких-то условных парсек продлился минут десять. Голова трещала, в горле пересохло, но я, по крайней мере, все еще был жив.

Лежа в том же самом белом кресле в тесном помещении с серыми стенами, я огляделся. Зеленоватый экран светился справа.

Рут опять смотрела куда-то в сторону.

Я медленно сел и слева увидел цилиндрическую урну из шлифованного серого металла с закрытой плоской крышкой. На крышке стоял синий литровый термос из такого же гладкого шлифованного сплава. Протянув руку, я взял его, открыл клапан и отпил маленький глоточек. Вода. Холодная. На вкус как артезианская или с ледника. Я присосался к клапану и стал пить большими глотками.

— За той лесенкой и узкой дверью туалет, душевая и дезинфекционный шлюз, — сказала Рут, посмотрев наконец на меня. — Как пройдешь шлюз, гардеробная. Там твоя одежда и обувь. Давай, шевели булками.

У меня возникло подозрение, что мой малолетний диспетчер на самом деле говорит совсем на другом языке. Как тогда, в начале, когда ее речь казалась монгольской поэмой в стиле “Мойдодыр”. Просто каким-то образом экран системы адаптирует язык в понятную форму для аборигенов миров категории Е. И наоборот.

Вряд ли продвинутые цивилизации уровней А и Б используют выражения типа “шевели булками”.

Я поднялся с кресла и минуту постоял, покачиваясь из стороны в сторону, как моряк, сошедший на берег после долгого плавания по морям-океанам. Вполне терпимо. Словно и не перемещался в пространстве на триллионы километров.

Сделав шаг, услышал, как Рут сказала:

— Не забудь захватить с собой робота. Он откроет шлюз.

Я огляделся. Единственным предметом в помещении, кроме кресла, который мог быть роботом, была урна.

— Пойдем, что ли, железяка? — я подтолкнул урну носком грязного ботинка.

— Он тебя не понимает! — крикнула Рут. — Возьми его на руки!

Я положил пустой термос на сиденье кресла, подхватил урну, которая весила килограммов десять, и пошел вверх по железной лесенке принимать душ.

Не успел раздеться, как из урны выдвинулись суставчатые манипуляторы. Они оттолкнули всю мою одежду в угол, отложив в сторону на скамейку пульт Вана, его магический ключ, мой рабочий мультитул, зажигалку, часы и шоколадку.

Как это я еще догадался вытащить всё из карманов комбинезона? В следующую секунду робот выдвинул из нижнего блока своего корпуса трубку огнемета и поджег горку моей одежды вместе с ботинками.

Я покачал головой и забрался в душевую кабину, похожую на сплюснутую в вертикальный брусок летающую сферу. Никаких кнопок управления внутри не нашел. Но то ли робот что-то там активировал, то ли кабина автоматическая — теплые мыльные струи брызнули со всех сторон. Я едва успел зажмурить глаза. Минуты через три мыльные струи сменились обычными, дверцы сами открылись. Не найдя полотенца, я прошел в следующую дверь. Там процесс повторился без захода в кабинку. Дезинфекционный шлюз сам был большой кабиной.

Робот подкатил к солидной квадратной двери, вставил манипулятор в скважину сбоку и открыл проход в гардеробную. Там я вытерся большим полотенцем, оделся в новое белье, комбинезон черного цвета из неизвестного материала и надел кроссовки из черной искусственной кожи на толстой подошве и с липучками вместо шнурков.

Робот открыл следующую дверь. В просторном помещении стояли два белых дивана и большой стол.

— Долго ты, — сказала Рут с того же самого экрана, теперь висевшего над столом.

— А где все? — спросил я.

Глава 3

— Кто все? — спросила Рут. — Ты на пятом уровне, в мирах категории Д. Здесь не так уж много населенных планет. Эта базовая станция полностью автоматическая. Никого тут нет. Держать постоянный персонал в таких местах экономически нецелесообразно.

— Понятно.

Мне в самом деле кое-что стало понятнее, но в другом плане: я увидел свое отражение в зеркальной поверхности стола. Борода у меня отросла не очень длинная, но я никогда не носил бороды. Максимум недельная щетина бывала, когда на работе случался аврал, пожары тушили или с последствиями наводнений боролись. А тут видно, что месяца три не брился, если не больше. Да уж, скорость перемещения на два парсека просто потрясающая.

— И чем тут кормят, на автоматической базе категории Д?

— В углу шкаф. Там на панели картинки с едой, выбирай любую, нажимай, десять минут и готово. Разберешься сам. Я пока отключусь, другие дела появились.

Рут исчезла вместе с экраном.

Я пошел разбираться со скатертью-самобранкой в виде большого шкафа, похожего на двухкамерный холодильник высотой два с половиной метра и шириной метра два.

Ничего сложного, да. На правой половине нашел среди прочей живности большую нарисованную курицу, рядом мелкие картинки, изображающие два десятка блюд из нее, а во втором столбике три степени готовности на выбор. Экспериментировать с другими, не такими понятными пиксельными картинками, я не стал и нажал на шашлык из филе средней степени прожарки. Подумал и нажал еще раз. Одной порции явно не хватит.

В левой половине сверху были разные гарниры и я выбрал что-то похожее на картофель, нажал на картинку с дольками и максимальную степень готовности.

В нижней части левой стороны картинок было всего четыре. Стакан воды, банка пива, бокал с темно-красной жидкостью и водочная стопка с цифрой 40. Такой скудный выбор объяснялся, по видимому, тем, что я в категории Д. Ни тебе чая или кофе, ни белого вина, не говоря уже о разнообразии крепких напитков.

Но я ошибался. Нажав на стакан воды, понял, что все четыре картинки изменились, и появились таки чай двух видов и трех температур, кофе черный или с молоком, и какая-то зеленоватая бурда с белесой пенкой. Я вернул меню назад и нажал на банку. Появились изображения двух неизвестных фруктов, колосок пшеницы и зеленое яблоко. Его я и выбрал. На пиксельных изображениях с процентным содержанием белых кусочков сахара и цифрами градусов я выбрал цифру 0 напротив сахара и сам протянул пальцем стрелочку на восьмерку напротив градуса. Внизу открылось окошко и шкаф выдал банку сухого сидра крепостью восемь.

Робото-урна все это время стояла рядом и запоминала мои действия.

В следующий раз надо будет проверить, сможет ли она своими суставчатыми ручонками приготовить мне то же самое.

“Чего изволите, господин? Как обычно?”

А я вальяжно махну рукой: неси!

— Запомнил? — спросил я у робота.

Урна мигнула двумя зелеными огоньками-лампочками на боковом срезе крышки.

— Принесешь, как будет готово?

Я вернулся к центру комнаты и сел на диван.

Урна подумала немного и снова мигнула зеленым. Принесет, понял я, прилег и закинул ноги на подлокотник.

Скажи мне кто утром последнего дня на старушке Земле, что я вот так буду лежать в футуристической комнате за пару парсек от Солнца практически на следующий день, судя по ощущениям времени во время прыжка через гиперпространство туннеля; я бы не знал, верить или нет.

Я и сейчас представлял себе, что мне снится сон. Такой яркий, подробный и длинный, что пора бы уже проснуться в своей койке в общежитии министерства чрезвычайных ситуаций.

Шкаф в углу пикнул, открылись панели двух отделений с заказанными блюдами — с картошкой, жареной по-деревенски, и горкой куриного шашлыка. Робот привезла мне обе большие квадратные тарелки и поставила на стол. Как рядом появились металлические палочки для еды, я не заметил. Материализовались прямо из крышки стола? Или робот показала мне фокус-покус?

Не успел я доесть довольно неплохо приготовленные шашлык и картошку, и допить сидр, как над столом появился экран с Рут.

— Так! Иван, слушай! Срочно! В системе появился очень интересный запрос. Я его на всякий случай забронировала, потому что ты ближе всех к системе Какаду.

— Впервые слышу про такую систему.

— Ты и не был раньше на пятом уровне. Конечно, ты не слышал! Как спецагент, в том числе, имеющий право на доставку дипломатической почты, ты просто обязан принять этот запрос! Нам обоим положена премия за срочность. Ну так что? Полетели? Ты, я вижу, уже поел. Иди к выходу Ц-2.

— Что там? Опять летающая в туннеле сфера?

— А вот и не угадал! — хихикнула Рут. — Система Какаду находится немного в стороне от проложенных маршрутов Осиного Контура. А пункт назначения еще дальше!

Ее чрезмерно оптимистичный тон и улыбка до ушей мне не понравились. Я уже начал догадываться, что эта милая девочка — настоящий трудоголик, с энтузиазмом отправляющая спецагентов в рискованные путешествия через просторы вселенной, которые иногда заканчиваются смертью в каком-нибудь отстойном месте полузаброшенного мира категории Е.

— И сколько займет времени выполнение этого срочного запроса? — спросил я с подозрением.

— Неделю! Максимум девять дней! — радостно ответил мой диспетчер. — Ты же полетишь на дежурном фрегате класса “Новая угроза”! Не волнуйся! Я подскажу, как им управлять. И потом мы сможем получить еще какой-нибудь запрос, когда окажемся на Корвенге. Это уже уровень Г. Там намного больше маршрутов поблизости и клиентов всегда полно! Но просто так лететь туда экономически нецелесообразно. А так мы доберемся в те края не задаром, а заработаем и на топливо, и на мороженки!

Мороженки-пироженки? Ясно. Что еще нужно для счастья малолетке с розовыми щечками? Но как ловко она выводит меня из далеких дебрей пятого уровня. Сам бы я не знал, что делать, и умер бы наверное от скуки на этой базе, где даже с урной не поговорить.

— Ты все время будешь рядом, Рут? Даже в стороне от контура? — с беспокойством спросил я.

— Конечно! Я же подключилась к твоему ключу-эхо напрямую, когда мы устанавливали настройки на твоей бывшей планетке! Ничего не бойся!

— Я и не боюсь.

— Тогда шевели булками!

Она назвала Землю моей бывшей планеткой. Обидно, понимаешь.

Но я бодро пошевелил булками к выходу Ц-2 в сопровождении робото-урны, которая покатилась рядом со мной на невидимых колесиках. Мне не пришлось тащить ее в охапку, благо никаких лесенок по пути не было.

Фрегат класса “Новая угроза” я не смог оценить со стороны. Прямо из выхода Ц-2, который передо мной открыла робото-урна, я попал в самое сердце этого компактного звездолета — в штурманскую рубку на носу. Урна чирикнула что-то на прощание и закрыла люк шлюза.

— Разверни большой экран, — сказала Рут. — Просто возьми руками эти две створки и разведи в стороны, они сами зафиксируются.

Я проделал то, что она сказала. Большой экран из трех метровых секций сразу превратился в сплошную панель высотой полтора метра, ожившую многоцветием стрелочек, кружочков и мелких треугольников.

Мой фрегат был красным треугольником в самом центре экрана.

— Нажми на него пальцем, я проложу маршрут, — подсказала Рут.

Как она это сделала, я не понял, но на экране появилась дугообразная прерывистая траектория синего цвета от моего треугольника к желтому кружочку со значком, похожим на букву лямбда, находящимся в правом верхнем углу в глубине ставшего вдруг трехмерным экрана.

— Вот и всё! — радостно сказала Рут. — Теперь иди в гибернальню по красным стрелочкам на полу. Там надо полностью раздеться и лечь в любую капсулу. Я сама дальше всё сделаю.

— Мне бы побриться, — я показал на свою бороду.

— Сделаю. Проснешься гладко выбритым! Может еще постричь тебя? — неожиданно заботливым тоном спросила она.

— Точно. Можно прямо сейчас. Под ноль. Чтобы к прилету на место, волосы уже отросли немного.

— Я поняла. Сделаю. Возьми в капсулу ключ-эхо, положи там под ремешок справа под руку.

Такое отношение мне понравилось. Без разницы, как она это сделает. Экран плавно плыл рядом со мной, пока я шел по коридору.

Я понял, что главное вовремя высказывать пожелания, а Рут исполнит все в лучшем виде. Она же заинтересована в результате.

В “гибернальне” я разделся и залез в среднюю из пяти капсул, под небольшим наклоном стоявшим в ряд вдоль стены. Положил ключ под тугой, но эластичный ремешок прямо под ладонью вытянутой вдоль тела руки. Капсула защелкнулась, постепенно наполнилась густой теплой жидкостью, а на лицо опустилась прозрачная кислородная маска на трубчатом шланге.

— Закрой глаза, Иван, — сказала Рут издали гулким голосом. — Представь какое-нибудь красивое место. До встречи в системе Какаду!

Я закрыл глаза и представил, что лежу на пустынном пляже под шезлонгом, и две юных кубинки в бикини машут надо мной опахалами. Холодная острая игла уколола меня на этот раз с другой стороны шеи.

— Как спалось, Иван? — звонкий голосок разбудил меня после долгого и очень глубокого сна.

— Выспался отлично. Давно так хорошо не спал, — ответил я, сняв кислородную маску.

Капсула уже была открыта, никакой жидкости не осталось. Я провел рукой по лицу и макушке. Гладко выбрит и ежик волос на голове, всё, как заказывал. Никакого смущения от своей наготы я снова не почувствовал. Рут по большей части все равно смотрела куда-то вбок. Наверное опять читает свой Кодекс или выискивает в системе экономически целесообразные задания для своих спецагентов.

— Вода в шкафчике. Еду сам приготовишь на камбузе, — сказала с экрана Рут. — Я ненадолго отлучусь, оформлю маршрутные листы и разрешение на посадку на планете Альфа-3 системы Какаду. Ты пока приведи себя в порядок и поешь. Потом некогда будет.

Экран растаял.

Я принял душ, насухо вытерся большим полотенцем, оделся, взял ключ и пошел искать камбуз. Немного поплутав в трех коротких сообщающихся коридорах, нашел дверь, ведущую в жилое помещение, совмещенное с кухней.

Нашел там чудо-шкаф, заказал первое попавшееся блюдо и случайный гарнир. Все равно надо всё попробовать. Из напитков выбрал зеленый чай. Впереди ждала работа, и я решил, что выпью чего-нибудь покрепче после ее выполнения.

С аппетитом съел что-то вроде плова с бараниной и вернулся в штурманскую рубку. Фрегат медленно приближался к планете, окутанной серо-зелеными облаками и черными тучами. Довольно неуютный на первый взгляд мир. Ни земли, ни воды не видно. Никаких спутников типа Луны и никаких орбитальных станций я тоже не заметил.

Интересно, что за дипломатическую почту надо забрать и доставить на какой-то Корвенг или на какую-то Корвенгу?

Нет ли здесь какого-нибудь подвоха и насколько это безопасно?

Глава 4

— Разрешение на посадку получила, — доложила Рут своим звонким голоском. — Теперь давай обговорим, как и что. Справа в верхнем ящике стола возьми жетон Гильдии дипкурьеров. Все данные на тебя я внесла в систему и продублировала на жетон. Я решила, что лучше сама придумаю тебе имя. Тебя теперь зовут Ван Рю Мин. Такие имена лучше всего подходят спецагентам, потому что нейтрально звучат для большинства потенциальных клиентов. Потом сам убедишься.

Да нормально. Я не возражал. Ваня Рюмин, к вашим услугам. Свою настоящую фамилию так пока и не вспомнил.

— Так звали Вана? — я достал жетон из ящика.

Выбитые на нем буквы или цифры были совершенно незнакомыми. Больше всего они походили на японскую хирагану.

— Его звали Ван Ли Шин, — ответила Рут. — Но это не важно. Важно то, что ты должен будешь сейчас говорить. Они встретят тебя на посадочной площадке. Их будет двое или трое. Скажешь им: “Приветствую вас, уважаемые граждане. Я прибыл по вашему вызову, чтобы доставить почту. Вот мой жетон.” Всё! Больше ничего говорить не нужно. Запомни это. Приложишь жетон к их планшету, чтобы они могли сверить все данные по заключенному договору с системой. Они передадут тебе пакет или груз. Ты снимешь перчатку, приложишь ладонь к их планшету, расписываясь за получение почты. Затем коротко поклонишься, четко развернешься кругом и сядешь обратно во флаер. Всё остальное на мне.

— Перчатку? Сяду во флаер?

— Ну, да! Фрегат же здоровый, мы потом на нем не взлетим с планеты. Он останется на орбите, я уже вывела нас на нее. Иди в хвостовой отсек по зеленым стрелкам на стене справа, в ближнем ангаре стоит заправленный флаер. Полетное задание я сейчас внесу. Надень там скафандр, перчатки и шлем, они на вешалке. Ботинки под ней. Шлем внизу не снимай, даже если тебе предложат. Они же не поймут, что ты говоришь, без шлема! И ты их не поймешь. Языковой апгрейд позже сделаем, как кредиты получим за эту доставку. Половину они сразу зачислят через систему, как твой жетон верифицируют, а другую половину после доставки скинут на наш счет посредники, которые разместили запрос в системе. Все понятно?

Я думал, она скажет шевелить булками. Но, видимо, время пока не поджимало.

— Понятно. Уже иду.

— Ключ-эхо взял? Всегда держи его при себе!

— Конечно, Рут, — я похлопал по карману комбинезона на животе.

Этот карман закрывался на молнию и сверху еще на клапан на двух крепких кнопках.

Пока дошел, пока надевал скафандр бежевого цвета с голубым расплывчатым рисунком и какими-то надписями красным цветом на груди и спине, я всё думал, как Рут управляет фрегатом, вносит полетные задания и маршруты? Если она диспетчер какого-то там центра навигации, то каким образом может через некую систему дистанционно управлять всем в режиме реального времени? Расстояние же гигантские.

Что-то очень подозрительно это всё. Особенно бритье и стрижка. И то, как легко я сел в свободно стоящий на базе фрегат и полетел куда-то по своим делам.

Первая эйфория от спасения с вулкана прошла. Вот и начали шевелиться извилины.

Но главный вопрос, который меня беспокоил — что случилось с моим предшественником? И что за тварь пряталась в замаскированной дюне, а потом затянула под землю наш вертолет вместе с экипажем? Ладно. Этого Рут могла и не знать. Так что пока придется отложить эти вопросы.

Как минимум, стоит подождать, пока не сделаю “языковой апгрейд”, на который нужны кредиты. Тогда смогу, наверное, сам почитать кодексы, инструкции и прочие секретные материалы.

Но вот спрашивать ли у нее про удаленное управление или пока рано?

Решил, что пока не стоит.

Никогда не считал себя шибко умным, но некоторые догадки у меня уже появились. Хотя мог и ошибаться.

В скафандр влез быстро и затянул все ремешки и липучки. Очень похоже на защитные костюмы пожарных. Шлем все никак не защелкивался. Черт! Как на таком большом фрегате, где есть три ангара с флаерами, нет ни одного робота? Хоть бы ведро какое-нибудь с манипуляторами. Тут шлем наконец-то защелкнулся.

Сразу раздался голосок Рут:

— Забыла предупредить, Иван. Ты не пугайся, если увидишь внизу что-нибудь этакое.

Она подключилась к моему шлему напрямую в наушники.

— Например? — я напрягся, представив ужасных на лицо инопланетян или каких-нибудь монстров, которые могут напасть на флаер во время посадки или взлета. Драконы какие-нибудь огнедышащие.

— Здесь идет война. Местного значения. Ничего особенного. Никакой плазмы, лазерных бомбардировок или термоядерных зарядов, но могут стрелять из обычных видов оружия. В отдалении.

— В отдалении?

— Там, куда мы летим, должно быть спокойно. Они нас ждут, знают, как выглядит наш флаер, так что волноваться не о чем.

Мы полетим. Нас ждут.

Лицо Рут в уменьшенном размере появилось на внутренней поверхности визора шлема. Изображение было более четким и в хорошем цвете, а не блеклым, как на экране. Так намного удобнее, чем плавающий в воздухе громоздкий экран.

— Тебя они не увидят? — я решил сразу уточнить этот вопрос.

— Никто, кроме тебя, не может увидеть ни экран, ни меня. Я же подключена к тебе через Ключ-эхо!

Ну вот опять. Все странности, чудеса и сложные моменты легко объясняются этим макгаффином. Очень удобно они устроились.

— Мне нужно какое-нибудь оружие!

— Ничего тебе здесь не нужно! Мы под защитой Конвенции! — Рут сделала свои большие глаза еще больше. — Всё, залезай!

Я залез в открытый кокпит пилота в передней части флаера, который походил на болид Формулы-1, только без колес и примерно раз в пять больше. Позади места пилота располагались эргономичные кресла еще для шести человек и грузовой отсек. Потом надо его проверить на предмет оружия. Плазма или лазер — это звучит очень хорошо. Термоядерные заряды, надеюсь, мне не понадобятся.

Крышка кокпита захлопнулась со смачным звуком. Из передней панели выдвинулся руль, почти один в один как в Формуле.

— Ничего не трогай! — сказала Рут. — Апгрейд тебя, как пилота, нам пока не осилить по кредитам. Я сама.

Лишний раз убедился, что Рут не говорит мне всей правды.

Флаер приподнялся над полом. Никаких звуков двигателя я не слышал. Внешний люк ангара поднялся вверх, открыв прямоугольный проем с очень толстой стенкой, метра полтора точно. Причем явно не просто металл обшивки, а армированная броня снаружи и толстые плиты со слоями уплотнителя с внутренней стороны. Интересно, а где расположены орудия для лазерной бомбардировки или плазменные пушки этой “Новой угрозы”?

В проеме проплывали серо-зеленые облака далеко внизу. Над темным горизонтом планеты Альфа-3 вспыхивали взрывы и разлетались на мелкие части какие-то летательные аппараты исполинских размеров.

Война местного значения. Понятно. Ничего особенного.

Флаер вылетел из утробы фрегата и направился к верхнему слою атмосферы. Руль поворачивался самостоятельно. Рут с визора исчезла, наверное, чтобы не отвлекаться на разговоры во время захода на посадку. Корпус машины ощутимо потряхивало от нагрузок и потоков воздушных масс.

Привязные ремни затянулись сильнее, меня вдавило в кресло.

Я никогда не любил высоту. Ни разу не прыгал с парашютом. И когда летал в вертолете, всегда сидел, вцепившись во что-нибудь обеими руками. Вот и сейчас, чтобы сильно не трястись от страха, я закрыл глаза и начал думать дальше свои думки про то, кем же является Рут на самом деле.

По моим предварительным умозаключениям выходило так, что она вроде бы вполне могла быть тем, кем назвалась. То есть, диспетчером пятого центра галактической навигации.

Допустим.

Только вот я начал подозревать, что она не человек. Потому что как может человек одновременно с основной работой диспетчера выполнять сложные действия по управлению удаленными объектами? Если она все-таки человек, то умеет использовать специальные программы или искусственный интеллект для управления фрегатом и внесения в систему данных левого пассажира, аборигена категории Е. Этот второй вариант выглядел натянутым из-за ее возраста. Вундеркинд? Тогда нашла бы работу получше.

Гораздо проще, если Рут — искусственный интеллект, причем находящийся во фрегате. В бортовой сети, на жестких дисках или в чем-то вроде них, или в системном суперпроцессоре — в самом сердце фрегата.

Это объясняло бы если не всё, то многое. Иначе откуда взялся сам этот фрегат? Она назвала его дежурным. Но как может такое дорогостоящее оборудование быть совсем бесхозным? Разве нам не надо вернуть его на место? Но Рут, тем временем, планирует добраться на этом фрегате на Корвенгу. Скорее всего, это планета, причем уровня Г, которая находится вдали от туннелей Осиного Контура.

Ничего непонятно, но спрашивать Рут я не спешил. Посмотрим, кто там нас встретит внизу, и что будет дальше.

— Можно открыть глазки, — сообщила Рут ехидным тоном.

Это опять навело меня на мысль, что искусственный интеллект не мог бы выступать так, как все это время выступала Рут — как живая и непосредственная девчушка лет тринадцати. Зачем искусственному интеллекту изображать такое? Значит, я ошибаюсь со своими умозаключениями?

В этой вселенной есть многое, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.

И чего тогда я лезу со своими убогими мерками категории Е в продвинутую реальность высокоразвитой цивилизации?

Я открыл глаза.

Мы снижались над океаном, направляясь к ломанной береговой линии из отвесных скал, как где-то в Ирландии. Утесы Мохер, скала Кашел, вот это всё. Но не пустынные просторы, продуваемые всеми ветрами, а усеянные батареями счетверенных зенитных пушек и дотами с тяжелыми береговыми орудиями.

В эфире я услышал короткий разговор, смысла которого не понимал. Но догадался, что снизу запросили код, Рут ответила механическим голосом системы, и снизу подтвердили номер бокса для посадки.

Флаер влетел в узкую щель посреди отвесной стены над волнами темно-зеленого цвета.

Два с виду обычных приземистых мужика в шлемах и огромных темных очках фонарями синего и красного цвета показывали, куда припарковаться.

Рут поставила машину точно на размеченную белыми линиями площадку. Мужики, вблизи оказавшиеся карликами, ушли в раздвижную дверь.

— Выходи, Иван.

Рут опять появилась на внутренней стороне визора.

Кокпит открылся с шипением и выбросом облачка газа. Я осторожно вылез и встал рядом с передним крылом. Сила тяжести превышала земную, пусть и ненамного, но с непривычки я почувствовал себя согбенным стариком.

С высокого потолка этого мрачного бокса опустилась круглая платформа толщиной около метра. На ней стояли три невысокие фигуры в бордовых пальто до пят с черными узорами странного орнамента и в высоких изогнутых шапках с черными шелковыми вуалями, закрывающими лица.

Они сошли с платформы по ступенькам стальной лестницы и направились ко мне.

Глава 5

— Приветствую вас, уважаемые граждане. Я прибыл по вашему вызову, чтобы доставить почту. Вот мой жетон, — сказал я то, что должен был.

Я не мог определить пол человека, который двумя руками изящно держал сверху и снизу за противоположные углы большой красный планшет с матовым экраном, как будто это была ценная картина на аукционе со стартовой ценой от миллиона кредитов. Я решил, что это женщина, в пользу этого говорили длинные пальцы в шелковых черных перчатках и тонкая шея. Но лиц всех троих я не видел за двойными сетчатыми вуалями.

Женщина подошла ко мне вплотную и приподняла планшет так, чтобы мне удобнее было приложить к нему свой жетон. Она едва доходила мне до плеча. Другие двое остановились в трех шагах. Они были примерно такого же роста, что и первая женщина.

— Приветствуем вас, уважаемый Ван Рю Мин, — сказала она, проверив результат сканирования. — Мы рады, что вы прибыли так быстро.

Ее голос звучал нейтрально. Зато второй человек сказал гораздо более эмоционально:

— Мы очень уважаем вашу смелость, господин Ван! В таких сложных условиях отважное решение посетить нашу планету заслуживает более торжественного приема! Просим пройти наверх и разделить с нами скромную трапезу.

О чем этот мужик в смешной шапке говорит, интересно? Понятно, что встроенный переводчик в шлеме не дословно выдает витиеватые дипломатические обороты речи, местами упрощая. Но мужик сказал намного больше слов, так мне показалось. Наверное, что-нибудь в духе Ким Чен Ына про небывалый душевный подъем и беспримерную стойкость перед сложными вызовами в эпоху испытаний.

Но смелость и отвага? Хм. Нет, само собой, я смел и отважен, конечно. Этого у меня не отнять. Главное — деньги на бочку и тогда вообще всё отлично.

Только вот идти наверх обедать — это же снимать шлем придется. Отведаю местной кухни как-нибудь в другой раз.

— Большое спасибо за приглашение, уважаемые граждане, — с коротким поклоном сказал я. — Вынужден отказаться по причине острой нехватки времени. И вы сами наверняка хотите, чтобы ваша почта была доставлена адресату как можно быстрее.

— Это ты хорошо сказал. Молодец! — похвалила Рут с внутренней поверхности визора.

— В любое время будем рады принять вас в качестве почетного гостя, господин Ван! — сказал мужик. — Я, как министр внешних связей Республики Эносимар, почту за честь, если вы прилетите к нам как-нибудь просто отдохнуть.

Он поклонился в пояс и отошел на два шага назад, забавно пятясь в остроносых сапогах на небольшом каблуке.

— Принесите почту! — властно скомандовала третья из встречающих.

Тогда я и понял, что именно она здесь главная.

Два тех же самых карлика в комбинезонах салатового цвета, мотоциклетных черных шлемах и больших солнцезащитных очках резво выкатили из открывшихся ворот низкую тележку на четырех хромированных колесиках. Они затормозили в последний момент, чуть не отдавив мне ногу. Заблокировали задние колеса рычажком на руле и ушли, переваливаясь и махая пухлыми руками.

На тележке стояли два чемодана из черного материала, похожего на керамику, с хромированными набойками на ребрах и острых углах.

Первая женщина снова шагнула ближе и протянула мне планшет. Я снял перчатку и приложил ладонь к экрану.

— Вот еще письмо, — сказала властная женщина и вынула из широкого рукава пальто плотный конверт, запечатанный двумя разноцветными сургучными оттисками. — Чемоданы можете передать уполномоченным офицерам, но конверт необходимо вручить лично в руки командора Тринадцатой эскадры.

— Я всё понял.

Конверт я принял той же рукой без перчатки и положил в карман на груди скафандра.

Конечно, ничего я не понял, но это пусть мой навигатор разбирается. Я и так прыгнул тут выше головы.

— Аванс переведен, — сказала Рут. — Сворачиваемся!

Я уже надел перчатку и взялся обеими руками за хромированные ручки чемоданов, как услышал новую команду властной особы:

— Оставьте нас одних!

Женщина с планшетом и министр попятились с поклонами к платформе и быстро поднялись на ней в круглый проем потолка.

Мы остались вдвоем с местным боссом. Я отпустил ручки чемоданов и выпрямился. Она подошла и неожиданно взяла меня за локоть своей худой рукой в прозрачной перчатке из черного шелка.

— Господин Ван, у меня к вам конфиденциальный разговор.

Рут молча хлопала своими голубыми глазищами, никак не комментируя происходящее. Явно не ожидала ничего такого.

— Слушаю вас, — сказал я.

— Я понимаю, обстановка этому не способствует, — тихо сказала женщина. — Но я прошу вас не как канцлер республики, а как обычный человек. Как мать. Возьмите с собой мою дочь. Я заплачу токенами «Параллакс».

— Куда взять? — этот вопрос вырвался сам собой.

— Верный вопрос, — одобрительно кивнула Рут.

— Хотя бы до Корвенги. Я заплачу вам миллион кредитов, — ответила канцлер.

— Мм… сумма в общем неплохая, — прокомментировала Рут. — Но и риск попасть на штраф тоже очень большой. На Корвенге патрули. Даже не знаю…

Я тем более не знал. И что делать?

Но канцлер продолжила:

— Если вы доставите Юззу в любой космопорт уровня "В" и выше, то доплачу еще миллион. Скорость не так уж важна. В запасе у нас есть целый год.

— Не-не-не! Не соглашайся! — тут же сказала Рут. — Это плохая идея! Два миллиона мало за такой маршрут.

— А в чем, собственно, проблема? — спросил я, решив взять инициативу в свои руки. — Почему вы просите об этом именно меня?

Под вуалью не разглядеть, но как я догадался, женщина воззрилась на меня вопросительно. Или даже уставилась, отвесив челюсть.

Рут с размаху хлопнула себя по лбу раскрытой ладонью и покачала головой.

Я допустил серьезный промах?

Пауза затянулась.

Канцлер задумалась.

Но Рут тоже немного подумала и изменилась в лице. Что решила, непонятно. Но она с интересом ждала, что скажет канцлер Республики Эносимар.

— Это глупо, — наконец произнесла та. — Да! Мы тут считаем себя пупом Вселенной, думаем, что вся Галактика следит за ходом войны. А на самом деле, наши местечковые разборки интересны только ближайшим соседям на Корвенге и в системе Борнера. Прошу извинить меня. Сейчас я вам объясню, господин Ван. Давайте присядем.

Она взмахом рукава активировала типичную парковую скамейку, бесшумно поднявшуюся из бетонного пола. На деревянной спинке скамьи видно даже какой-то логотип зеленого цвета. Мы присели.

— Вы наверное всё время в пути? Конечно. Какое вам дело до проблем в каждом из миров? Летаете между звезд и вовсе не обязаны быть в курсе того, что происходит на каких-то отдаленных планетах категории "Д".

Знала бы она из каких глубин космоса появился я!

— У них тут запрет космических стартов, — Рут наконец-то соизволила выдать нужную мне информацию. — И все рейсовые маршруты пассажирских звездолетов уже год не залетают на их орбиту. Требования безопасности от Межгалактического Центра Навигации.

— Понимаю, — сказал я. — Ограничения, введенные из-за войны, вынудили вас обратиться ко мне. Но существуют определенные требования…

— Я тоже всё понимаю, поэтому и хотела решить конфиденциально. Чтобы никто не узнал, — сказала канцлер и положила руку на сгиб моего локтя. — Дело в том, что Юззу — очень одаренная девочка. И мы планировали полететь с ней на Альтабеску через год. Чтобы пройти конкурсный отбор в "Космотрон". Я бы взяла отпуск. Или ушла бы в отставку.

— Ого! Ничего себе, — пробормотала Рут.

Все же она человек, наверное… Искусственный интеллект среагировал бы иначе. Может быть. Но суть ее удивления была мне непонятна, а спрашивать, о чем речь, на этот раз точно не стоило. Я догадался, что спецагент и дипкурьер обязательно должен знать про некий Космотрон на Альтабеске и набор туда одаренных детей.

— Вот оно что, — произнес я.

— Да. Но это секрет! — сказала канцлер. — Уже понятно, что в ближайшие годы запрет на полеты не снимут. Надеяться на это я не собираюсь. А отправлять Юззу с контрабандистами — явно не выход. Вы — совсем другое дело! Офицер Межгалактического Центра Навигации!

Знала бы она, что на самом деле перед ней абориген с планетки категории Е!

Рут широко улыбнулась.

— И вот появился повод вызвать дипкурьера по вопросу, который согласован всеми сторонами конфликта, — продолжала канцлер. — Никто не станет препятствовать вам из-за этого груза в чемоданах. Все заинтересованы, чтобы он был доставлен. Когда мне еще удастся найти подобный повод? Жаль, если мы упустим такой шанс. Поэтому я рискнула предложить вам оплату в неотслеживаемых токенах, что само по себе серьезное нарушение.

— Спроси ее, сколько она готова заплатить за доставку этой Юззу прямо на Альтабеску? Это же первый уровень, — сказала Рут. — Категория А! Как канцлер думает, что ребенок сможет добраться туда с Корвенги? Только про космопорты уровня В не спрашивай! Понятно, что оттуда даже младенец может улететь, куда угодно, если кредиты есть. Нам-то почти нет разницы, лететь до категории В или А.

— Тогда у меня вопрос, — сказал я. — Как ваша дочь одна потом доберется до цели из Корвенги?

— Логично. Правильно, что вы спрашиваете. Как канцлер, я обладаю неплохими связями. У Юззу есть с собой мое письмо к трибуну Ленне. Впрочем, это формальность. Он уже знает, что если моя дочь прилетит к нему, то он сразу посадит ее на рейсовый звездолет с пересадкой на уровне В и оттуда до Альтабески.

— Понятно. А что если я отвезу вашу дочь прямо на Альтабеску?

Про деньги я не спросил специально.

Пусть сама решает сколько.

Она подняла вуаль и пристально посмотрела мне в глаза.

Очень красивая женщина, похожая на ацтекских принцесс. Прямой нос, чувственные алые губы и брови вразлет. Гладкая чистая кожа цвета слоновой кости, высокий лоб. Родинка на щеке и желтые, как у тигра, глаза добавляли обаяния этой еще молодой женщине. Лет сорок, не больше, так бы я оценил по земным меркам. Но как тогда она стала канцлером?

— А вы можете? — спросила она.

— Конечно! — кивнула Рут. — Если год есть в запасе.

— Да, — ответил я. — Не сразу, но в течение года точно.

— Это было бы просто замечательно, — канцлер опустила вуаль обратно. — Даже не мечтала о такой удаче. Это же самый надежный и безопасный вариант! Теперь я готова предложить вам пять миллионов токенов сразу, и пять миллионов после того, как получу подтверждение.

— Соглашайся!! — Рут оскалила зубки, подняла ладошки и сделала пальцами царапающие жесты.

— Доставлю вашу дочь на Альтабеску в лучшем виде, — сказал я.

— Договорились!

Канцлер взяла мою правую ладонь обеими руками и пожала с такой силой, какую ожидаешь только от чемпионов мира по армрестлингу. Хватка у нее, что надо, несмотря на кажущуюся хрупкость.

Глава 6

— Предупреди девочку при матери, что придется часа три посидеть в карантине, — сказала Рут. — Тебе же надо сделать языковой апгрейд! Нельзя допустить, чтобы даже маленький ребенок заподозрил что-нибудь. Спецагенты должны свободно владеть несколькими языками, а ты ни одного не знаешь! Поставим пока хотя бы всеобщий.

— Госпожа канцлер, Юззу надо будет пройти карантин на борту фрегата, — сказал я канцлеру. — Недолго. Часа три.

— Хорошо. Я предупрежу ее. Зовите меня просто по имени — Лоис, — она снова взяла меня за локоть.

Это у них тут такой доверительный жест.

— Лоис, вам, наверное, не хочется отпускать дочь одну? — спросил я.

— Я давно смирилась с этой мыслью. Уже не беспокоюсь так сильно, как раньше. Она не по годам развита. И четко решила, чего хочет в жизни. У вас не будет с ней проблем, вот увидите! Юззу будет слушаться вас, все-таки офицер Центра Навигации для нее очень большой авторитет. Она сама мечтает стать пилотом или навигатором.

Космотрон на Альтабеске готовит спецагентов и навигаторов из особо одаренных детей?

А я тогда что тут делаю?

Рут опять широко улыбнулась. Возможно, она каким-то образом читала мои мысли. Об этом я уже давно начал подозревать.

— Это хорошо, — сказал я. — Надеюсь, Юззу понравится наше путешествие.

— Правильные слова, Иван! Ты молодец! — похвалила Рут и тут же скомандовала: — Грузи пока чемоданы, чего ты сидишь? Я открыла грузовой отсек.

Я поднялся со скамьи и собрался взять чемоданы за ручки. К моему удивлению, Лоис тоже встала помочь мне. Она ловко схватила один чемодан и с такой легкостью, что я еще раз убедился — канцлер, несмотря на невысокий рост и очень стройную фигуру, обладает недюжинной физической силой.

Чемоданы абсолютно одинаковые, каждый весил килограммов сорок. Мне пришлось постараться, чтобы не выглядеть слабаком.

Мы загрузили оба чемодана в багажное отделение. По подсказке Рут, я приложил свой жетон к считывающей панели сбоку. Люк закрылся с громким щелчком сейфовых запоров.

Из широких ворот появилась толпа провожающих, человек двадцать. Все были такие же невысокие, как и канцлер, в разных одеждах красного или вишневого цвета, и у всех лица скрыты под одинаковыми черными вуалями.

Девочка в белых штанах и куртке с капюшоном, с голубым беретом на голове, лихо заломленным, как у десантника, с такой же вуалью, как у всех, шла в центре процессии. Я решил, что ей лет восемь. Может десять, если принять в расчет невысокий рост местных жителей.

Она обняла присевшую на колено мать. Они минуты три негромко переговаривались, поглядывая в мою сторону.

Остальная толпа загрузила сумки и чемоданы Юззу во второй грузовой отсек и выстроилась в коридор из двух шеренг от Лоис и Юззу к пассажирскому салону. Рут дистанционно открыла входную дверь, которая поднялась вверх как крыло чайки.

Лоис в последний раз крепко обняла девочку. Та с прямой спиной и высоко поднятой головой направилась через прощальный коридор и на ходу шлепала ладошками по подставленным рукам провожающих.

Я помог ей подняться внутрь флаера и занять ближнее кресло.

— Мама, я люблю тебя! — крикнула Юззу в проем двери и помахала ладошкой.

— Я тоже люблю тебя, детка, — сказала Лоис чуть изменившимся голосом.

Я опустил довольно тяжелый бронированный люк и закрыл на замок.

— Сделай для канцлера слепок с твоего жетона, — велела Рут. — Так она сможет поддерживать связь с нами через зашифрованную сеть базовых станций.

А я-то думаю, чего хочет эта женщина в красном пуховике, которая подошла ко мне с круглой жестяной банкой из-под конфет?

Я вынул жетон и опустил его в специальное углубление точно по форме и размеру. Женщина залила сверху густой мутной жидкостью из плоской фляжки в другой руке. Подошедшая Лоис через полминуты вынула мой жетон, вытерла его своими перчатками и вернула мне. Плотно закрыла винтовой крышкой баночку с застывшей жидкостью и положила в свой широкий рукав.

Странное приспособление. Похожее на какое-то колдунство. Но как говорил Артур Кларк: любая достаточно развитая технология неотличима от магии.

— Для вас я всегда на связи, господин Ван, — сказала Лоис. — Как будете на любой базовой станции, обязательно пишите мне!

— Пять миллионов упали на счет! — радостно сообщила Рут. — Сворачиваемся!

— Конечно, Лоис. До связи! — я поклонился, четко развернулся кругом и забрался в кокпит пилота.

Не стал называть ее «госпожа канцлер».

Я подумал про толпу приближенных, которая провожала ее дочь, что все они должны быть свои близкие люди, если отлет Юззу — это секрет.

Провожающие дружно махали руками. Они хором повторяли что-то, пока Рут разворачивала флаер. Я на всякий случай делал вид, что сам кручу руль.

— И вам счастливо оставаться, — сказала Юззу, выглядывая в иллюминатор. — Родственнички ненаглядные. Няньки недоделанные.

Мы с Рут одновременно приподняли брови. Но она тут же пропала с визора шлема. Взлет из глубокого гравитационного колодца этой планеты — дело непростое и очень ответственное. Отвлекаться нельзя. Даже если очень хочется.

Трясло нещадно, но полет был недолгим и прошел хорошо.

На борту флаера я сразу проводил Юззу в помещение для карантина. Рут заперла дверь на электронный замок, а я показал три пальца девочке. Юззу кивнула и плюхнулась во вращающееся кресло, как была, в куртке и берете с вуалью.

Только после этого я вернулся в ангар и снял шлем со скафандром. Сразу прошел в штурманскую, где Рут на своем бледном экране ждала, чтобы сделать мне языковой апгрейд.

— Ты купила специальную программу? — спросил я.

— Ага. Официальную лицензию современного общепринятого межгалактического языка, — ответила Рут. — Семьдесят пять тысяч кредитов с учетом скидки для служащих горнорудной корпорации УНД.

— УНД?

— Да. Не слышал? — она измененным голосом, полным оптимизма, продекламировала: — «Вас приветствует „Утро Нового Дня“! Спешите записаться в геологоразведочную экспедицию к черту на рога! Станьте миллионером вместе с нами!» В таком стиле у них реклама.

— Почему УНД? — не сразу понял я.

— По кочану, — буркнула Рут. — Аббревиатура. Пришлось влезть в их базы данных. Работников у них много безграмотных со всяких отсталых колоний, не вызовет подозрений покупка еще одной лицухи. Плюс скидка двадцать пять процентов за общее количество. Они же десятками тысяч копий закупают разные языки. И заплатила токенами «Параллакса», они как раз так чаще всего и делают. Не могу же я на тебя покупать, олень! Ты же должен знать по идее все самые распространенные языки галактики. В общем, самая подходящая фирма для твоего случая. Падай в кресло!

Шевели булками. Олень. По кочану.

Интересно, после апгрейда я так же буду слышать перевод того, что она говорит на своем языке?

— Что дальше? — спросил я, усаживаясь в кресло перед мониторами.

— В левом ящике возьми шприц оранжевого цвета и упаковку с микроплатой под названием «Нанито-8», — проинструктировала Рут. — Вставь плату в крайний слева разъем на панели под монитором.

Плата выглядела как прозрачная силиконовая пластинка с очень тонкими серебристыми усиками на торце. Вставил этими усиками в разъем.

— Сейчас загрузится. Пока расслабься и ни о чем не думай, — сказала Рут с очень серьезным видом.

— Как я могу расслабиться? Если не знаю, куда потом эту плату придется вставлять?

— В любую мягкую ткань! Что тут непонятного? — искренне удивилась она. — Конечно, лучше ближе к голове, доходчивее чтобы и быстрее. В шею шприцем воткнешь и всё.

— Как это всё? А язык я как выучу?

— Тебе не надо ничего учить! Семьдесят пять штук мы за что отдали?! Наниты проникнут в организм, доберутся до мозга и сами всё настроят за десять минут, как в шлеме скафандра.

— Что настроят? — я немного нервничал и поэтому продолжал тупить.

— Вы там на категории Е совсем отсталые, что ли? — Рут с подозрением изогнула правую бровь. — Вот ты как вообще разговариваешь? Как связываешь свои умные мысли с тем, что хочешь сказать и с реально вылетающими изо рта словами? Управляешь речевым процессом сознательно своими синапсами или шевелением извилин?

— Синапсами, конечно. И извилинами тоже помогаю.

— Ври больше. Я же вижу — ты сперва ляпнешь что-нибудь, а потом думать пытаешься, чего сказал, — Рут смотрела с экрана прямо на меня, еле сдерживая улыбку.

— И как эта лицензия работает? — спросил я, вроде бы понимая, что в целом она права.

— Как-как… я же сказала: наниты языковые внедряются в мозг и всё там настраивают, — ответила Рут. — Не бойся, никаких вирусов не занесут. Лицензионная же прога. Но как именно всё работает, я тебе не скажу. Я же не специалист в лингвистике. Да какая тебе разница? Всё, давай, заряжай плату в шприц и уколись.

Ничего особенного я не почувствовал.

Даже проверил камеру шприца после укола, но она оказалась пустой.

— И всё? — спросил я.

— Сейчас плата растворится. Наниты рассосутся как положено, и тогда всё. Не шевелись, расслабься и ни о чем не думай хотя бы три минуты. Про десять это я так, на всякий случай. А то ты туго соображаешь.

Она явно издевается. Но я честно пытался не думать про серебристые тонкие волоски, которые прямо сейчас рассасывались «как положено» и внедрялись в мой мозг.

— Эй-эй! Не спи, замерзнешь! Подъем! — Рут пощелкала пальцами со своего экрана. — Всё уже должно работать.

— Я слышу твою речь на всеобщем? — удивился я. — Ты вот прямо так и выражаешься?

— Как я выражаюсь? — нахмурилась Рут. — Пойми, Иван: у нас с тобой особая связь. «Эхо». Ты воспринимаешь мою речь так, как она наиболее точно может донести до тебя смыслы, которые я закладываю в свои слова. Никакие наниты с прогами нам не нужны. И я, кстати, тоже воспринимаю твою речь в соответствии с твоим ментальным профилем. Это необходимо для лучшего взаимодействия. Короче, сложная тема. Давай не будем ее затрагивать хотя бы первый год. Там видно будет.

Эта ее речь снова меня насторожила. Но «хотя бы первый год» звучало многообещающе.

Ладно. Получается, лицензионные наниты нужны мне для общения с другими людьми, гуманоидами или кого там я еще могу встретить. И я не пойму, как это работает, пока не начну общаться.

— Пойду выпущу Юззу, — сказал я. — Надо распаковать ее багаж.

— Да. Пусть она через душевую и дезинфекцию пройдет во втором ангаре. Ее каюта будет на нижней палубе напротив твоей. Там всего две. Пусть она выберет, какая ей понравится. Ее багаж уже обработан и на полу сложен возле ваших кают. Иди. Я пока построю маршрут и дождусь удобного положения других планет для стартового маневра.

Что-то новенькое. Я решил уточнить:

— Как мы полетим? Не через гиперпространство?

— Пока нет, — ответила Рут. — Надо запутать следы. Вижу, за нами слежку пытаются установить.

— Кто?

— Откуда мне знать? Они не представились. Бандиты какие-то или пираты.

Опасно!

Я пошел к карантинному помещению возле первого ангара, про себя думая, что бандиты с пиратами водятся везде, даже в высокоразвитых цивилизациях. И еще понял, что роботы на борту флаера все же имеются. Кто еще мог обработать багаж Юззу и перенести всё вниз? Там я пока не был. Надо сперва проверить всё самому, чтобы потом не вызывать подозрений у одаренной пассажирки. Тем более, что время есть. Пока не прошло и часа, а она предупреждена, что придется три часа сидеть в карантине.

Глава 7

— Карантинные сканеры показывают, что никаких посторонних загрязнений нет, радиационный фон тоже нормальный, — сказала Рут. — Обойдемся без полной дезинфекции. Все-таки она из высшей знати развитого общества и по всем показателям абсолютно здорова. Можешь отвести ее вниз.

Рут открыла электронный замок. Я сдвинул дверь в сторону.

Наша неожиданная пассажирка уже сняла берет с вуалью и верхнюю куртку. Прошло чуть больше часа, как мы закрыли ее «на карантин», и все это время она развлекала себя тем, что опустила спинку до отказа и лежа раскручивала кресло ногами, потом поднимала их и долго крутилась по инерции то в одну сторону, то в другую.

— Юззу, можно выходить.

Я только подумал так. Как обычно, по-русски. Но мой речевой аппарат с помощью нанитовой настройки непринужденно выдал фразу на языке, который Рут назвала всеобщим. Не знаю, как это работает. Если бы я был лингвистом, наверное понял бы и смог объяснить, на что он похож. Может быть позднее разберусь. Но пока не будем затрагивать эту тему, как говорит Рут: хотя бы первый год.

Юззу опустила ногу в белом кожаном ботинке на высокой шнуровке и затормозила свой аттракцион. Подняла голову со спинки кресла и воззрилась на меня глазами удивительного цвета, такого яркого зеленого оттенка, который я затруднился определить.

Рут на своем экране рядом со мной тоже слегка удивилась:

— Ничего себе! Какой цвет! Называется неоновый какаду. Раньше не видела людей с такими глазами. И даже не слышала про таких. Похоже, что перед нами уникальный ребенок.

«Уникальный ребенок» неестественно легко встал с кресла из положения полулежа вообще без помощи рук.

На мать она совсем не походила, видимо, вся пошла в отца. Симпатичная девочка с правильными чертами лица и четким рисунком губ. Рыжие волосы с отдельными темными прядями и несколькими вкраплениями волос такого же цвета, как глаза, растрепались от небольшой карусели. Короткий жакет с отделкой из крупных чешуек медного и темно-золотого цветов застегнут на все пуговицы, сделанные из металла, очень похожего на платину. На коричневом брючном ремне из мягкой кожи выделялась массивная золотистая пряжка с чеканным логотипом. Точно таким же, как на спинке парковой скамьи. Наверное, это герб республики Эносимар — что-то вроде двух скрещенных клинков на квадратном щите.

Юззу расстегнула металлические молнии внизу белых, немного расклешенных, брюк и аккуратно подвернула штанины к верхнему краю ботинок.

— Мне нужно вставить утяжелители в подошвы, лежат в одном из чемоданов, — очень четким голосом произнесла она. — У вас тут гравитация меньше. Мне непривычно.

Вот оно что. Поэтому она так легко встала с кресла.

— Идем на нижнюю палубу, — сказал я. — Твой багаж там. Вдоль стен есть поручни, можно держаться за них.

— Ладно.

Она в прыжке на месте игриво изобразила балетное па с одной ногой, вытянутой назад, и с другой, согнутой в колене и поджатой. Руками грациозно изобразила крылья лебедя и слегка зависла в воздухе. Приземлившись на пол, подхватила свою куртку, засунула берет в рукав и крутанулась на триста шестьдесят градусов, свободной рукой отвесив реверанс с небольшим приседанием.

— Мне нравится ваш корабль, господин Ван! Это же последняя модель? «Новая угроза», верно?

— Совершенно верно, — ответил я. — Можешь звать меня просто Ван, без господина.

Мы вышли в коридор и направились к каютам.

— Вы тут один?

Юззу подняла голову и посмотрела на меня своими волшебными глазами.

— Не говори про меня! — успела предупредить Рут.

— Да. Один. Но теперь-то нас двое, — ответил я. — Ты раньше летала куда-нибудь?

— Дважды. Но первый раз была мелкая и плохо помню. Лет пять назад летали с родителями на Корвенгу. А три года назад были с девчонками из пансиона в круизе по системе Борнера. Там мне не очень понравилось. Потом войны начались и всё, обломись называется. Я так рада, что вы согласились взять меня! И что папа меня отпустил. Сначала же он был ни в какую!

Юззу вела себя очень непосредственно. Заглядывала по пути в приоткрытые двери и похлопывала ладонью по мягкой обивке поручней вдоль стены коридора.

— Твоя мама обещала, что у меня не будет с тобой никаких проблем. Поэтому я согласился.

Она глянула на меня с улыбкой.

— Ха! Вам просто очень хорошо заплатили. Наверняка какую-нибудь безумную сумму — я свою маму знаю. Она все проблемы решает с помощью денег. Папа называет это: параллаксы побеждают зло.

Я усмехнулся. Бабло и тут побеждает.

Мы пришли к просторным каютам нижней палубы. Обе обставлены одинаково, я проверял. Никакой лишней роскоши, но всё очень функционально и сделано из материалов высшего класса.

— Я буду жить здесь?! — спросила Юззу, заглядывая по очереди в обе открытые двери. — Красота!

— Выбирай, где больше нравится, — ответил я.

Она выбрала каюту слева. Затащила туда один из пяти вишневых чемоданов, порылась и вынула плоские утяжелители, которые сразу вставила в специальные прорези в толстых подошвах ботинок. Подготовилась к полету основательно.

— Ну, вот! Теперь другое дело! — она притопнула ногой. — У вас есть дети, Ван?

Резкая смена темы застала меня врасплох.

— Лучше давай будем на «ты», — предложил я.

В этом их всеобщем языке была точно такая же норма из двух обращений, хорошо, что не больше. Можно догадаться, что поэтому он и всеобщий, никаких особо мудреных форм и сложных идей не содержит.

— Хорошо! — кивнула она. — У тебя есть дети?

— Нет. И опыт общения с девочками примерно твоего возраста у меня очень скромный.

Рут рядом на экране расплылась в широкой улыбке. Именно ее я и имел в виду. Мне казалось, что она ненамного старше.

— Это ничего, — махнула рукой Юззу. — Я же не ребенок. Мне одиннадцать скоро по единому исчислению. А с двенадцати начинают принимать в Космотрон. Мы же как раз долетим до Альтабески за год? Мама мне сказала, что точно успеем.

— Успеем.

— Подготовила все системы к старту с орбиты, — как раз сообщила мне Рут. — Ровно через сорок минут. Слежка, кстати, исчезла. Или мне показалось, или хорошо затаились. Ждут, куда мы прыгнем, чтобы по остаточному следу просчитать наш маршрут, если у них есть сильный навигатор.

Как всё сложно. Я наоборот думал, что если прыгнуть в гиперпространство, то никто не может знать, куда мы улетели.

— Но они не смогут сделать этого, если ты запутаешь следы? — догадался я.

Причем я всего лишь подумал это, а Рут сразу ответила. Значит точно, умеет читать мысли через связь Эхо. Как она это делает?

— После старта сделаем мертвую петлю, — объяснила она. — Потом сменим курс на противоположный от Корвенги, пройдем рядом с шестой планетой и резко ускоримся. Они нас потеряют, и тогда уже прыгнем в гиперпространство. Не к Корвенге, а к одной из базовых станций Центра Навигации. Нам надо подзаправиться. Пойдем в штурманскую, покажу на мониторе.

— Идем, поднимемся в штурманскую рубку, — позвал я Юззу. — Тебе же наверняка интересно?

Она энергично кивнула.

— Очень! Я всё думала, пока сидела в карантине, позволите ли вы мне хоть одним глазком взглянуть или будете держать подальше от рубки? Обещаю никому не рассказывать!

— Ловлю на слове. Ты есть хочешь? Говори, не стесняйся, — сказал я, когда Юззу по пути заглянула в открытую дверь камбуза.

— Это кухня? От чая я бы не отказалась, — живо откликнулась она.

— Ладно, идите, — сказала Рут. — Встретимся в штурманской перед стартом. У меня другие дела появились.

Экран с ней исчез.

Мы с Юззу завернули на камбуз, и я показал, как пользоваться шкафом с едой. Это произвело на нее огромное впечатление. Она быстро разобралась, как и что нажимать. Моментально выцыганила себе кусочек тортика и порцию фруктового желе.

— Как раз время пить чай, — Юззу показала кивком на бортовые электронные часы с единым временем.

Крупные красные цифры 17:05 плавали в воздухе над шкафом. А я раньше и не обращал внимания, то есть не знал, что это часы, показывающие цифры. Я же еще не сделал апгрейд и воспринимал незнакомые символы просто как элемент декора.

Чай в республике Эносимар пьют, как какие-нибудь шотландские аристократы. В пять часов. Про шотландцев я так и не вспомнил, кто это такие, но подсознание подбросило вроде бы соответствующие образы с фарфоровым сервизом на длинном столе, уставленном яствами, с каким-то парнем в цилиндре на стуле у одного торца и спящей мышью на другом.

Все-таки сильно я ударился головой об те камни на острове. Что только не лезет на ум. Надо бы сосредоточиться.

— Ладно, тоже закажу чаю.

Мы уселись за стол, как получили свои заказы.

— Рассказывай, Юззу, — сказал я. — Кем ты хочешь быть?

— На самом деле, я еще не решила, — ответила она. — Специализация же будет не сразу, а после первых трех лет обучения. Но предварительные тесты, которые я сдала два года назад, показали, что из меня может получиться хороший навигатор.

Она в подробностях стала описывать тесты и как она старалась получить высокий балл.

А я вдруг вспомнил, что в восемь лет хотел стать моряком. Капитаном на большом корабле. Таком, какие заходили в Авачинскую бухту. Кто бы мог подумать, что однажды я начну бороздить просторы вселенной на новейшем фрегате Межгалактического Центра Навигации?

Я обратил внимание, как внимательно меня разглядывает Юззу. У меня внезапно появилось подозрение, что и она тоже умеет читать или видеть мысли. Особенно учитывая ее способности к навигаторству. У меня сами собой всплыли смутные мысли про телепатические способности космических навигаторов.

Как проверить эту девочку? И можно ли защититься?

Пять миллионов кредитов неотслеживаемыми токенами, конечно, хорошо. Но я только сейчас начал понимать, на что подписался, согласившись доставить Юззу на какую-то Альтабеску, про которую вообще ничего не знал.

— Папа не отпустил бы меня одну, — сказала Юззу, доев свой десерт. — Но обстановка накалилась. Чрезвычайно. Скоро нам придется сделать выбор, на чью сторону встать. И это может быть очень опасно.

— Для девочки в твоём возрасте ты рассуждаешь очень по-взрослому.

— Умеющий слушать, да услышит, — с таким же серьезным видом сказала она. — Я знаю, что маме не нравится ни одна из сторон. Они там все плохие. Но папа, как боевой генерал, сказал, что мы поддержим тех, кто сильнее. Это же так очевидно. Но в то же время ужасно скучно.

Я понял, что она просто цитирует слова взрослых.

— И они решили отправить тебя туда, где безопасно? — спросил я.

— Когда папа узнал, что есть вариант с транспортом МЦН, то передумал удерживать меня. Он в общем был не против того, чтобы я поступила в академию Космотрона. Просто сейчас опасно летать. Но это мама, она решила поддержать идею передачи генофонда нашей планеты в Главное Хранилище Альянса. Хотя раньше была резко против.

— Я понял. Эти два чемодана с грузом она согласилась передать собственноручно курьеру Центра Навигации. Чтобы под этим прикрытием отправить тебя.

— Вот именно. Пошла против своих убеждений, чтобы решить личный вопрос. Это мой старший брат так сказал.

— Лоис не хотела передавать генофонды? — спросил я.

— Она наложила вето пять лет назад, еще до войны. Почему, не знаю. Но это и не так уж важно. Теперь. Только у тебя из-за этого груза могут быть серьезные проблемы.

Глава 8

Конечно, я сразу подозревал, что это задание с подвохом. Чересчур оптимистичный вид Рут будет индикатором на будущее. Надо отказываться от предложений, высказанных ею с таким радостным выражением лица. Или надо требовать надбавку за риск. Неотслеживаемыми токенами «Параллакс».

Сто процентов, что я был не просто ближе всех других агентов Центра Навигации к звездной системе Какаду, а вообще единственным, кто добровольно согласился взяться за этот контракт.

Слова министра внешних связей Республики Эносимар уже не казались дипломатическим политесом. Смелость и отвага в его устах сразу прозвучали как безумие и отвага. Сказано же прямым текстом, а я только сейчас понял.

И дело не только в военных действиях на планете Альфа-3, но и в двух чемоданах с грузом. Они так и остались в задраенном отсеке флаера. Что там? Генофонд в виде семян растений-эндемиков? Нано-пробирки с эмбрионами тысяч людей всех рас? Плюс животные всех видов? Каждой твари по паре. И еще наверное оцифрованные копии местных Эйнштейна и Дарвина, Теслы и Галилея?

Кому-то очень хочется перехватить этот груз, несмотря на то, что транспорт МЦН находится под защитой Конвенции? Скорее всего, так и есть. Но что теперь переживать? Поздно.

С другой стороны, нагрузка в виде неоновых глаз Юззу вселяла надежду, что всё обойдется. Стала бы Лоис отправлять ее со мной, если бы опасность была по-настоящему велика?

Или она решила рискнуть, потому что их планету все равно ждет пепел ядерного огня и долгая зима постапокалипсиса? А дипкурьер Центра Навигации может прорваться мимо всех засад на фрегате последней модели.

Конечно, прорвусь. С поддержкой моего навигатора я чувствовал себя уверенно.

Отбросив все мрачные мысли, я встал и заказал чашку кофе. Черный, без сахара. Отличного качества. Как это я сразу не додумался до такого простого выбора? Бодрит почти как настоящий.

Да, я уже начал догадываться, что вся еда в шкафу никак не может быть полностью натуральной. Наверняка всё делают вообще из всего нескольких универсальных ингредиентов, добавляя вкус с помощью разных приправ.

Юззу так и сказала:

— Космический тортик вполне неплох. Есть можно. Но чего-то не хватает. Надо будет потом улучшить рецептуру.

— Сама этим займешься? — спросил я.

— Я считаю, что в космосе мелочей не бывает, — с очень серьезным видом ответила она. — Так что да. Когда подрасту и наберу авторитета побольше, обязательно займусь. Чтоб всё было как настоящее.

Интересно, что сказала бы Рут, если бы слышала это?

После чаепития мы поднялись в штурманскую рубку. До времени, назначенного Рут, оставалось пять минут. Я помог Юззу сесть в кресло рядом с моим, подогнать по размеру и застегнуть ремни безопасности. Уселся сам, пристегнулся и уже собрался сделать вид, что готовлю фрегат к старту, как Рут решила выйти из тени. Бледный экран с ее озабоченной физиономией появился над мониторами.

— Ой! — произнесла Юззу, всплеснув руками.

Она и так выглядела обалдевшей от широченного иллюминатора с трехмерным видом на звезды и от монитора с разноцветьем треугольничков, пунктирных линий и кружочков. Погладила край панели под мониторами и настроила положение кресла кнопками на подлокотнике.

— И тебе привет мелочь зеленоглазая! — усмехнулась Рут. — Навигатор «Рутероза-6» приветствует капитана фрегата и пассажиров!

— Юззу, это Рут. Рут, это Юззу, — представил я девочек друг другу.

Что мне оставалось? Если без явления Рут народу было никак не обойтись, значит так тому и быть. Да я подумал об этом сразу, как Лоис попросила меня взять ее дочь с собой. Рут сперва решила зашифроваться, но и до нее дошло, что при таком смышленном ребенке сделать это не получится.

— Ты навигатор?! — удивилась Юззу. — Сколько тебе лет?

— Мне двадцать три. Так я выглядела лет десять назад, — ответила Рут. — Это моя аватарка в Системе оповещения о космических угрозах. Менять ее слишком хлопотно и дорого. Большинство навигаторов так и живут с теми старыми аватарами, которые выбрали до Седьмой ассамблеи Альянса. Да и Ван уже привык к этому образу, так что пусть тебя не смущает мой внешний вид, Юззу.

Как все просто объясняется.

Я сидел с невозмутимым видом. Понимал, что Юззу может видеть экран с Рут только по собственному желанию навигатора — для простоты, чтобы не пришлось объяснять мое неумение управлять звездолетом.

— Ты можешь видеть экран со мной, благодаря прямой связи с Ваном через Ключ-эхо. Эта связь установлена между нами по новейшей технологии, которая пока известна ограниченному кругу лиц. Ты же собираешься поступить в Главную Академию Космотрона, поэтому должна понимать, что все увиденное тобой на борту фрегата должно остаться в тайне, которая в данном случае приравнивается к военной тайне Альянса. Понимаешь, что это значит?

Юззу молча кивнула с совершенно ошарашенным видом.

— Вот и хорошо, — сказала Рут и подмигнула. — Вижу, что мы с тобой поладим.

— Конечно! — пискнула Юззу и снова кивнула.

— Ты бывала на аттракционах Космотрона в парках легенд? — спросила Рут.

— Да. Мы часто ходим с девчонками.

— Тогда приготовься. Сделаем сейчас ускоренный старт с разворотом мертвой петлей. Надеюсь, что твои тортик и желе не вылетят обратно. В ваши чай и кофе я добавила дозу специального препарата для лучшего переноса перегрузок. Всё будет хорошо.

Рут посмотрела куда-то вбок и произнесла механическим голосом системы:

— Внимание. До старта осталось двадцать секунд. Девятнадцать, восемнадцать…

Меня она никак не предупредила. Она знала точно, что ни на каких аттракционах в Парке Легенд я никогда не был. Из боковой панели выдвинулся суставчатый манипулятор и поднес мне под руку бумажный пакет в целях гигиены.

Я взял его и кивнул Рут с понимающим видом.

— Шесть, пять, четыре, три, два, один. Старт!

Никаких уколов иглой в шею не последовало. Я впервые совершил космический маневр в полном сознании. Хорошо, что не ел тортиков и сладких желе. Впрочем, пакетик мне не понадобился.

Когда нас по ночам высаживали со скоростных катеров или вертолетов в ледяную воду вдали от берега во время учений в морской пехоте, бывало всякое. Так что мертвая петля на огромной скорости впечатлила меня не так сильно, как Юззу. Она вытянула руку и вцепилась в мое запястье с силой, почти как у Лоис.

— Аааа! — закричала Юззу. — Оооо!

Все-таки аттракционы в парках не то, что чувствуешь в реальности.

При этом, мы вместе с фрегатом и окружающим пространством около десяти метров вокруг корпуса находились в золотистом коконе, сглаживающим скорость относительно реального космоса. Как уже было упомянуто, любая достаточно развитая технология неотличима от магии. Технологии этой сверхцивилизации были абсолютно непонятны, но ломать голову над этим предметом я и не собирался.

И этот старт в коконе, и мертвая петля были только цветочками. Ягодки оказались еще более впечатляющими, когда примерно через полчаса скорость фрегата резко увеличилась от приближения к газовому гиганту и мы стремительно понеслись к внешней границе системы Какаду.

Если за нами и следил кто-то, то должен был потерять нас из виду. Так сказала Рут. Она выбрала из нескольких вариантов расчетов определенный момент и перенесла фрегат в гиперпространство почти незаметным на такой высокой скорости прыжком.

— Уфф! — выдохнула Юззу. — Это на самом деле происходит или я сплю?

— Судя по следам от твоих пальцев на моей руке, я точно не сплю, — сказал я.

— Ой, извини!

— Все нормально.

Рут сообщила, что можно расслабиться и расстегнуть ремни безопасности. Выход из гиперпространства не сопровождается резкими перепадами скоростей. Мы просто окажемся рядом с базовой станцией точно в расчетной позиции.

— Здорово! Вот об этом я и мечтала! — сказала Юззу, спрыгивая на пол из высокого для нее кресла. — Пойду вещички разложу по шкафчикам. Можно?

— Конечно, иди, — сказал я.

— Только ничего не трогай! Я про разное оборудование, — со строгим видом добавила Рут.

Когда Юззу утопала в коридор, я спросил Рут:

— Значит, тебе двадцать три?

— Ага. Предвижу твои вопросы, Иван. Скажу сразу необходимый минимум информации, и на большее не рассчитывай!

— Ну, хотя бы так, — согласился я.

— Я из мира категории Б. Мы похожи с Юззу. Просто пока никто из миров Г и ниже не проявлял способностей, необходимых для поступления в Академию Космотрон. Вот я и удивилась вначале. Меня в шестилетнем возрасте взяли в школу пилотов на моей родной планете. В десять лет перевели на Альтабеску в спецшколу для особо одаренных. Потом без экзаменов приняли в Академию Космотрон. В прошлом году окончила с отличием факультет навигаторов. Сейчас прохожу практику. Два года на испытательном сроке. Этой информации пока хватит для начала. Иди, проверь, что там делает наша пассажирка.

— Один вопрос.

— Ладно.

— Сколько у тебя таких спецагентов, как я?

Рут посмотрела вбок, как обычно, и постучала пальцами по столу.

— Долго рассказывать. Но если коротко, то у моих однокурсников ни у кого нет агента с Ключом-Эхо. У всех, кого знаю, агенты только с обычными пультами управления стандартными сферами-космотронами. Поэтому я постепенно отказалась от четырех агентов. Мой куратор это и предложил, он раскидал их по другим навигаторам. С разрешения непосредственного начальства, разумеется. В общем, теперь ты мой единственный агент. Я поставила всё на тебя. Хочу пройти практику на отлично и поступить в основной штат навигаторов Управления специальных операций. Куратор предоставил мне полный карт-бланш с условием подробной отчетности. Так понятно?

— Пока достаточно, — ответил я. — Как соображу, что дальше спрашивать, тогда вернемся к нашему разговору.

— Хорошо. Ты теперь знаешь, что очень важен для меня.

— Я абориген из мира категории Е. Как ты могла всё поставить на меня? Этого ключа Эхо достаточно?

Рут вздохнула с таким видом, словно несла тяжеленный кусок скалы на хрупких плечах своего аватара.

— Одного ключа было бы недостаточно. Ты хорошо проявил себя, в том числе при разговоре с Лоис. Тогда я и решила отказаться от двух последних агентов. А двух передала другим навигаторам раньше, когда поняла, что ты очень сильный эмпат.

— Кто?

— Всё ты понял. Иди. Потом поговорим. Мне надо пришвартоваться.

Я ушел, но направился не вниз к каютам, а на камбуз. Надо было все обдумать, и без чашки крепкого кофе тут никак не разобраться.

Но на камбузе нашел Юззу. Она не пошла «разбирать вещички по шкафчикам», а исследовала глубины меню нашего шкафа.

— Проголодалась? — спросил я.

— Угу, — кивнула она, жуя что-то вроде плетёного тягучего сыра. — Жду пока супчик из акульих плавников сварится.

Однако губа у нее не дура.

Я нажал кнопки левой половины и нацедил стакан воды с лаймом, мятой и колотым льдом.

В последний момент передумал насчет кофе. Наверное от выделившейся слюны при упоминании супа из акульих плавников.

Что-то в подсознании щелкнуло, но воспоминания так и не проявились. Мята и лайм подействовали и приглушили странное чувство ностальгии.

— Потом покажешь, как этот супчик набрать на панели, — сказал я, присаживаясь в мягкое кресло.

— Сделала закладочку под номером один. Это мой любимый суп! Тебе заказать его сейчас? — она вынула поднос с глубокой пиалой.

— Нет, спасибо.

Мы сидели напротив друг друга. Юззу большой ложкой хлебала ароматный суп с запахом имбиря. Я попивал свой безалкогольный коктейль.

— Повезло тебе, что такую экспериментальную технологию доверили испытывать, — сказала она. — Ты, наверное, заслужил это право геройскими подвигами, да?

— Точно. Этого у меня не отнять. Я геройский супергерой, — грустно ответил я, вспомнив про вертолет и погибших товарищей.

— А мне повезло, что ты меня взял. Или вы вместе решали? — спросила Юззу, вскинув брови.

— Вместе, конечно. Я без Рут никуда. Она мой ангел-хранитель. Если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю, — кивнула Юззу.

Глава 9

В первый раз, когда попал на базовую станцию, я так и не узнал, где она расположена. База Центра Навигации, к которой приближались сейчас, находилась в стороне от звездных систем. Когда фрегат вышел из гиперпространства, мы с Юззу увидели впереди огромное сооружение в форме юлы. Она парила в черной пустоте космоса. Скопления звезд на дальнем плане скрывались за гигантскими газовыми облаками.

Бока станции поблескивали от оранжевого света мощных вращающихся фонарей, похожих на маяки. Верхний фонарь горел в два раза ярче нижнего и подсвечивал огромный бортовой номер — ГД86. Как сказала Рут, эта станция — пограничная между четвертым и пятым уровнями. Она тоже полностью автоматическая. На границе миров категорий Г и Д, экономическая целесообразность содержания живой обслуги оставляла желать лучшего.

Я хотел спросить у Рут, почему такая крупная государственная, если по-нашему, структура, как Межгалактический Центр Навигации, оказывает платные услуги по коммерческим контрактам? Что это, понимаешь, за хозрасчет такой и самоокупаемость? Понятно, что есть еще и разделение некоторых функций. Мой статус дипкурьера и одновременно упоминания про военную тайну Альянса, и слова Рут про Управление специальных операций, намекали на это.

При этом я не был уверен, что Центр Навигации — государственная структура. Скорее, это какое-то надгосударственное образование. Видимо, оно лишь частично финансируется за счет налогов, собираемых Альянсом со всех миров?

При этом есть же еще некая Система Оповещения о Космических Угрозах, с которой я и подписал Безотзывный пожизненный контракт.

Как-то сложно всё устроено. В общем, подумал и решил пока не лезть с вопросами к Рут. Постепенно разберусь или всё само прояснится.

Пока она заправляла топливом фрегат, пришвартованный к выходу Ц-1, мы с Юззу перешли на базу. Процесс заправки мы не видели, никаких иллюминаторов нигде не было. Квадратный люк станционного шлюза по запросу Рут нам открыл робот в виде металлической урны, с близнецом которой я познакомился на первой базе. Юззу раньше не видела роботов и присела рядом на корточки. Она осторожно погладила крышку и провела пальцами по зеленым огонькам.

— У нас такие штуки запрещены. И я не знаю, почему. Когда никого нет, что этот автомат делает, спит? — спросила она.

— Не спит. Отключается, — произнес робот механическим голосом.

Этот экземпляр умеет говорить! Неожиданно.

— Ты отключаешься? — вдвойне удивилась Юззу. — А как же всё остальное?

— В рабочем состоянии на станциях постоянно работающими остаются только система оповещения, приборы наблюдения и маяк, — ответил робот. — Идите за мной.

Эта база была гораздо больше по размеру, чем на пятом уровне. Наверное поэтому и урна более продвинутая.

Освещение в коридорах включалось по мере продвижения к центральной комнате под названием Первая кают-компания, как гласили надписи на стенах. В этом очень просторном помещении с широкой винтовой лестницей, ведущей вверх и вниз, стояло два широких стола и четыре дивана, а шкаф с едой занимал всю стену, длиной метров пять.

— Нам нужен скафандр, шлем и ботинки для девочки, — сказал я роботу.

Это мне объяснила Рут.

Урна двумя тонкими синими лучами из центрального отверстия на корпусе просканировала Юззу, сняв мерки.

— Сейчас напечатаем. Готовность сорок минут, — сообщил механический голос из динамиков на потолке помещения. — Приготовьте оплату в размере ста двадцати пяти тысяч кредитов.

Теперь стало понятно, что через робота с нами говорила система управления станцией.

Я приложил к крышке урны свой жетон спецагента, на который Рут перевела мою часть оплаты за доставку дипломатической почты. Деньги тут же списались, как показали голубые цифры, проявившиеся в верхней части жетона.

— Ожидайте, — сказала система. — Желаете что-нибудь из нашего обширного меню еды и напитков? Шкаф активирован. У нас самообслуживание.

Урна укатила куда-то в недра производственных помещений.

Юззу вприпрыжку подбежала к шкафу и начала исследовать "обширное меню".

— Здесь чего только нет! — восхитилась она. — Я и половину продуктов и блюд не знаю.

— Заказывай только то, что знаешь, — сказал я. — Будь здесь, я поднимусь наверх. Надо отметить жетон в узле связи.

— А с мамой я где поговорю? Ты меня позовешь?

— Лоис появится на том экране, — я показал на темную пока панель на стене слева от шкафа. — Садись на этот диван, чтобы она тебя лучше видела.

На следующем этаже сразу возле лестницы я нашел дверь рубки связи. Она открылась передо мной автоматически. Система распознала мое лицо через экран боковой панели, так я понял по мимолетному отблеску луча сканера.

Внутри узкого помещения, похожего на кунг грузовика, заставленный стойками аппаратуры, я присел у дальней стенки во вращающееся кресло и приложил жетон к специальному углублению на панели в форме такого же вытянутого овала. Включилась ближняя правая секция стойки. Я переключил на ней тумблер перевода изображения на тот экран в Первой кают-компании и дождался ответа системы.

— С кем желаете связаться?

— С Лоис Крюденбом, канцлером Республики Эносимар планеты Альфа-3 системы Какаду, — ответил я.

— Связь будет установлена в течение двадцати минут. Ожидайте.

Я покинул рубку и пошел обратно вниз. Дверь за мной автоматически закрылась с гулким стуком.

Юззу сидела на диване, болтая ногами, и ждала свой обед.

— Запеченная грудинка из телятины с овощами, — произнес шкаф мужским голосом в отличие от голоса системы, который был женским. — Морс из микса ягод северного побережья Рендезы. Крабовый салат. Можете забрать свой заказ.

Юззу подскочила и бросилась за подносом.

— Отличный выбор, — оценил я.

Растущему организму нужно хорошо питаться, тем более, что одним супчиком из акульих плавников сыт не будешь. Но пищевые привычки у нее правильные, а то я чуть не начал беспокоиться насчет тортиков и желе. Но последние заказы Юззу развеяли все мои тревоги о здоровом питании нашей дорогой пассажирки.

Я есть не хотел и взял только стакан зеленого чая.

Юззу уплетала мясо, ловко орудуя ножом и вилкой из вороненой стали. Я осматривал помещение, постепенно замечая всё новые детали внутреннего убранства. Меня озадачили как некоторые элементы дизайна, так и вообще сам смысл что-то украшать на пограничном маяке. Если здесь редко появляются люди, и то залетают ненадолго, в основном или даже исключительно спецагенты Центра Навигации, кому пришло в голову рисовать все эти панно в стиле наскальных рисунков и картин в стиле Сальвадора Дали?

Я решил, что кто-то неплохо освоил бюджеты. Но это, конечно, всего лишь мой личный взгляд землянина на подобные вещи. А кто я такой, чтобы рассуждать на тему искусства этой сверхцивилизации? Какой-то бомж с планетки категории Е. Я усмехнулся.

Юззу посмотрела на меня своими неоновыми зелеными глазами. Всё никак не привыкну к ним.

— Что? — спросила она про мою усмешку.

— Это я про свое. Не обращай внимания.

— Понятно. Мама тоже сказала, чтобы я не обращала внимания, если увижу что-нибудь странное и непонятное. Нам не дано знать многое из того, чем занимаются спецагенты СОКУ.

Это она явно процитировала мать.

— У тебя все впереди, Юззу, — кивнул я. — Можно вопрос?

— Конечно, — она отодвинула пустые тарелки и взяла стакан с фиолетовым морсом.

— У кого-то еще видела глаза такого же цвета, как у тебя?

— Неа. Это редкая мутация, бабушка так говорит. Она у нас очень умная. Папина мама.

— Она биолог? — спросил я.

Юззу слегка наклонила голову, приподняла подбородок и поджала губы:

— Еще скажи: ветеринар.

— Что ты?! Я даже не думал такого.

— Она портниха.

Очень умная портниха?

— В смысле? — решил уточнить я.

— У нее три фабрики по пошиву одежды. И собственный модельный дом. Видел костюмчики министров и прочих маминых прихлебателей? Бабушкина работа. И армия тоже вместе с полицией, все у нее заказы размещают.

Ясно. Всего лишь очень умная портниха-лоббист при дворе канцлера-невестки. Параллаксы побеждают зло. А отец Юззу, наверное, министр обороны или что-то в этом роде.

Родители Юззу не заставили долго ждать. Ожила панель связи. На экране появились Лоис и темноволосый мужчина лет сорока пяти в военном мундире с портупеей и золотыми погонами. Отец Юззу. Я думал, у него глаза будут зеленые, но ничего подобного. Обычные карие. Как сочетание карих и желто-тигриных дают неоновый какаду? Спросите что-нибудь полегче. Бабушка Юззу права — редкая мутация.

Губы Лоис зашевелились, но звуки шли с задержкой секунд на десять.

— Вы уже на базовой станции? Как ты себя чувствуешь, детка?

Детка заёрзала на диване. Я решил спуститься по лестнице вниз. Ребенку явно неудобно разговаривать с родителями при свидетелях.

— Мы на пограничном маяке! Номер я видела, но вам не скажу! Это же секретная информация! Чувствую себя отлично! Кормят здесь хорошо, лучше чем твои повара, мама! И Ван, как ты и сказала, не просто похож на героя, он участвует в секретном испытании нового оборудования. Но этого я вам не говорила! И больше ничего не стану про это говорить.

Я улыбнулся и присел на ступени посередине широкого витка лестницы. Нижняя палуба тонула ниже во мраке. Тут было заметно прохладнее и на ступенях лежал толстый слой серой пыли.

Родители дослушали скороговорку Юззу, и слово взял ее отец:

— Вижу, что ты всем довольна. Это главное для нас с мамой. Очень рады, что связь работает. Будем ждать следующего сеанса с нетерпением! У нас всё по-прежнему. Бабушки на пару передавали тебе привет.

— Им тоже привет! Скоро мне напечатают скафандр, размеры с меня снял такой смешной робот-тумбочка. Потом, в следующий раз, покажу скафандр, чтобы бабушка Рина обзавидовалась.

После небольшой паузы снова заговорила Лоис:

— Позови господина Вана, детка! Мне надо еще раз сказать ему спасибо.

Юззу перегнулась через перила и посмотрела на меня.

Я скрестил руки и покачал головой.

— Он занят! Я передам, — Юззу вернулась на диван. — Всё! Канал уходит! У меня тут на экране гаснет нижняя полоска! Пока! До связи!

Родители услышали, но их ответ уже обрезало.

Я поднялся наверх.

— Спасибо, — сказал я.

— Не за что, — махнула ладошкой Юззу. — Это тебе спасибо. От родителей и от меня. Кстати, а деньги за скафандр откуда? Мне показалось дороговато.

— Из оплаты твоей мамы, конечно. Не беспокойся об этом.

Как раз приехал робот, сверкая тремя зелеными огоньками. Над крышкой он держал в манипуляторах сверток со скафандром, ботинками и шлемом. Юззу быстро распаковала его на диване и примерила всё. Точно по ее размеру.

— Спасибо! — она пожала двумя руками манипулятор робота.

Тот сильнее замигал всеми шестью зелеными лампочками на срезе крышки. Радуется, что клиентка довольна.

Над диваном возник бледный экран с Рут.

— Фрегат заправлен, готов к вылету. Вы там закончили? — спросила она. — Тогда сворачиваемся! На борт шагом марш!

Юззу пошла прямо как была, в скафандре, взяв шлем подмышку.

Мы зашли на борт фрегата, Юззу помахала на прощание роботу, который закрыл за нами люк шлюза.

— Вот это приключение! — сказала она.

Приключения начались сразу, как Рут отшвартовалась от базы.

Кто-то напал на нас из темноты.

Глава 10

Рут вовремя засекла атаку, молниеносно среагировала и включила защиту на полную мощность — золотистый кокон силового поля вспыхнул оранжевым огнем и отразил направленный пучок электромагнитного импульса. На мониторах это выглядело как очень яркое красно-лиловое свечение и резкие колебания контура на том участке защитного кокона, который принял и рассеял импульс. Если бы Рут не смогла быстро среагировать, то ослепленный фрегат стал бы легкой добычей пиратов. Так она объяснила то, что мы увидели.

Впрочем, голос ее прозвучал не очень уверенно. И я подозревал, что она впервые столкнулась с такой проблемой в реальности, а не на учебных тренажерах.

Рут просканировала пространство и обнаружила источник импульса. Она вывела на монитор изображение темного объекта, форму которого трудно было определить из-за его оптической маскировки и большой дистанции.

Юззу потыкала пальцем в экран:

— Это пираты?

— Недобитки из Войда Ноа, судя по камуфляжу, — ответила Рут. — Такую маскировку никто, кроме них, не использует. Вроде бы.

— Но как они смогли нас выследить?! — спросила Юззу.

— Поставили метку на флаер дистанционно, когда мы взлетали. Выстрелили из специального ружья магнитной присоской? — неожиданно для себя предположил я.

Память подбросила что-то, виденное в каком-то фильме.

— Это вполне возможно, если кто-то на планете предоставил им информацию про наше прибытие, — ответила Рут. — Ладно, потом разберемся. Сейчас начинаю маневрировать, приготовьтесь!

Фрегат тут же нырнул в сторону, закладывая резкий вираж в обход базовой станции.

Я задумался, кто бы это с Альфы-3 мог слить секретную информацию про дипломатическую почту и очень ценный груз? Что за враги? Без тщательного расследования тут не обойтись.

— Мы же можем уничтожить их? — спросила Юззу. — У нас же есть мощные лазеры. Если это враги Альянса из Войда Ноа, то и предупреждать не надо. Все ненавидят рризов.

— Умная девочка, — улыбнулась Рут. — Но это могут быть и не рризы, а кто-то другой маскируется под них. В Кодексе навигатора есть параграф про ответственность в случае, если мы открываем огонь на поражение первыми против любых людей.

— Но это же они нас первые атаковали электромагнитным импульсом! — возмутилась Юззу.

— Мы же не пострадали. Будет трудно доказать факт нападения, — объяснила Рут. — Поэтому мы сначала попробуем ускользнуть, согласно инструкции. В любом случае, нельзя вступать в бой в непосредственной близости от базовых станций. Это слишком рискованно. Если она взорвется от попадания ракеты или луча лазера, то от нас останется только пыль.

— Они поэтому и напали здесь? — поняла Юззу. — Знали, что мы не станем стрелять? Вот же гады!

Я полностью разделял ее мнение.

Но Рут мечтает успешно пройти практику и выдержать испытательный срок, чтобы ее приняли в штат Управления специальных операций. Она не может нарушать Кодекс и инструкции даже в такой экстремальной ситуации.

Пора бы мне уже сделать апдейт в качестве пилота. Или хотя бы узнать, как стрелять из лазера. При Юззу этого говорить, конечно, не следовало. Я молча наблюдал за сложными маневрами фрегата под управлением Рут.

До меня быстро дошло, что никакой платный апдейт не позволит мне сразу же стать таким асом пилотирования, как она. Рут с шести лет училась и закончила Академию Космотрон с отличием. Это же пятнадцать лет тренировок! Апдейт, наверное, научит только самым элементарным навыкам.

В голове женский голос громко пропел: «А ты не летчик, а я была так рада любить героя из летного отряда!»

Подсознание подсовывало разное непонятное. Память по-прежнему оставалась черной дырой с фрагментарными всплесками воспоминаний, разбуженных внешними раздражителями.

— Съешьте-ка соус! — приказала Рут. — Не могу оторваться от этих негодяев, придется включить боевой режим.

Суставчатые манипуляторы из стен поднесли нам тюбики со специальным составом от перегрузок. Мы с Юззу сразу выдавили и проглотили их содержимое.

Фрегат сделал серию резких зигзагов внутри газового облака и провалился в крутое пике относительно горизонта движения. После соуса скорость почти не ощущалась. На самом деле, мы проносились в пустом пространстве так быстро, что скопления звезд сливались в одну сплошную смазанную картину из грязно-белых клякс на черном фоне космоса.

— Нашла источник сигнала, — сообщила Рут. — Присоска на правом маневровом двигателе на корме! Отправила жука. Как только он сбросит маячок, уходим в подпространство для прыжка ближе к Осиному Контуру. Тогда сделаю вам уколы, соуса будет недостаточно.

Пираты, эти неизвестные мне пока рризы, или те, кто закосил под них, поняли, что мы скоро скинем их с хвоста. Они выпустили рой беспилотников. Рут сразу отметила их красными квадратиками на мониторе, но далеко не все. Их было минимум штук сто, они очень быстро приближались, рассыпаясь в ширину и высоту.

— Что это такое? — испуганно спросила Юззу.

— Магнитная сеть, — ответила Рут. — Этих аппаратов слишком много. Они очень маневренные. Часть может уцелеть при любой моей атаке и тогда они накроют нас прочной сетью. Прицепятся к нам, не отстанут. Потом притянут свой звездолет и пойдут на абордаж, начнут резать корпус.

— И что мы можем сделать? — с тревогой спросила Юззу.

Выражение лица Рут красноречиво говорило, что ситуация крайне серьезная. Губы плотно сжаты, вертикальные морщинки между бровей подсказывали, что это аватар более взрослой девушки. Глаза ее сузились, ноздри заметно раздувались.

— Мы можем только скрыться в неизвестность, — решила Рут. — До Осиного Контура не успеваем. Придется пойти на риск.

Дальнейших объяснений, если даже они и последовали, я не услышал. Тонкая холодная игла кольнула меня в шею.

Глава 11

— Подъем, Ван! Юззу, проснись, детка!

Звонкий голосок Рут прозвучал слишком оптимистично.

Я сразу весь напрягся. Медленно разлепил веки и огляделся.

Юззу в новеньком комбинезоне бежевого цвета лежала в соседнем кресле, слишком большом для нее. Она раскинула руки в стороны и мирно посапывала. Красивый ребенок. Особенно когда спит. Хотя нет, так не видно ее потрясающих глаз.

Я посмотрел на экран над мониторами. Рут сидела, сложив руки на груди, и смотрела прямо на меня, чуть-чуть скривив губы в сторону. Все мониторы были пустыми и черными, как космос в широком носовом иллюминаторе. Никаких треугольничков и пунктирных линий, никаких звездных систем кружочками и никаких других объектов.

— Нас захватили пираты? — уточнил я.

— Нет. Этого допустить я никак не могла. Скорее всего, дочку богачей они оставили бы в живых ради выкупа, а вот тебя им проще было сразу убить. Убить и съесть, если это были рризы.

— Хм.

— Вот тебе и «хм»! — усмехнулась Рут. — И тогда прощай моя мечта!

Ну, конечно. Ведь что у нас на первом месте? Сохранность ценного оборудования. Ключа Эхо.

— Кто такие эти рризы? — спросил я.

— Почти гуманоиды, две руки, две ноги, по пять пальцев, пара глаз и ушей, нос и рот, — ответила Рут, — вот только лицом и строением черепа они больше похожи на акул и гиен, чем на людей. Средний рост два метра двадцать сантиметров, очень сильные. Опасные противники, в общем.

— Ты сказала: недобитки из какого-то войда.

— Две тысячи лет мы воевали с ними по всей галактике. В конце концов разгромили все их основные силы. Но недобитков тоже полно осталось в разных секторах. Ты не слышал про них и не видел? Как это они до твоей планеты еще не добрались? Впрочем, кажется я догадываюсь, почему...

— Может и добрались?

Дальше я не стал продолжать про свои подозрения. Проснулась Юззу.

Она сладко потянулась, выгибая спину. Подняла спинку кресла боковой клавишей и покрутила головой.

— Я все пропустила! Из-за укола, да? — она посмотрела на меня, потом на Рут и снова на меня.

— Могу сказать то же самое, — ответил я. — Знаю не больше тебя. Самое время спросить у нашего навигатора, где это мы?

— Где это мы? — повторила Юззу и посмотрела на Рут.

— Ты удивишься, Юззу, но это я хотела спросить у тебя.

Странный ответ Рут меня не то, чтобы удивил, удивить меня теперь довольно трудно, но все равно я уставился на нее, приоткрыв рот.

— Что?! — высказала нашу общую мысль Юззу.

— Мне пришлось прыгнуть в гиперпространство без точных расчетов маршрута, — ответила Рут. — Фрегат провалился в какую-то кроличью нору вместо кротовой. Где мы вышли из гиперпространства, я не представляю. Самые яркие звезды мне незнакомы, как и вся карта неба. Ближайшая звездная система тоже выглядит как-то странно.

— А что эта система? — спросил я и показал на мониторы.

— Связи нет. Я запустила процесс перезагрузки, чтобы перейти в автономный режим.

Эти слова Юззу сразу же поняла. По-своему.

— И как я теперь позвоню маме?

— Когда вернемся в зону исследованного космоса и доберемся до базовой станции, скажешь, что это военная тайна, — с самым невинным выражением ответила Рут. — То, где мы были.

— Когда мы туда вернемся? — насторожилась Юззу.

— Ну, год в запасе у нас есть…, но тебе придется проявить свои способности навигатора, — сказала Рут уже не таким оптимистичным и уверенным тоном. — Я почти ничего не вижу отсюда, а то, что вижу, мне незнакомо. Всё теперь зависит от тебя, детка. Надеюсь, ты сможешь вытащить нас оттуда.

— Вот ничего себе! Так бывает?! — пораженная этой новостью Юззу взмахнула руками и хлопнула себя по коленям.

Я уже успел привыкнуть к тому, как уверенно Рут ведет меня по жизни в этой галактике, и ее слегка растерянный вид втревожил меня.

— Ты сказала «нас»? — спросила Юззу. — Но ты-то же там, в Центре Навигации где-то. Хорошо тебе говорить.

— Вы мне как родные. Оба. Так что я поэтому говорю про нас, — попыталась успокоить девочку Рут.

Мы с Юззу переглянулись, одновременно почувствовали некое сомнение и синхронно сдвинули брови.

— Мы же оторвались от врагов? — спросила Юззу.

— Да, оторвались, — ответила Рут. — Они не успели накинуть сеть и прицепиться. Их маячок жук раздавил и скинул. Так что мы одни здесь.

У нее плоховато получалось успокоить девочку.

— Ага. Совсем одни, — сказала Юззу. — В быстро расширяющейся вселенной, в той ее части, где ничего нет. Только холод и мрак.

Не думаю, что в этот раз она кого-то цитировала. Просто она вундеркинд. И наша единственная надежда.

— Ладно. Мы тут одни. Это хорошая новость, — сказал я. — Но как я понимаю, просто знать координаты выхода теперь недостаточно?

— Не получится выйти из ниоткуда, зная только пункт назначения. Нужно что-нибудь в качестве ориентира для прокладки маршрута, — ответила Рут. — В условиях плохо исследованного космоса, надо ввести в систему координаты отправной точки. Там, где сейчас находится фрегат, вообще ничего нет. Придется лететь к ближайшей звездной системе и попробовать понять, что это за звезда.

— Юззу может сделать это? — я не очень-то понимал, что значит иметь способности навигатора.

— Как мне это сделать? — спросила Юззу.

— Идите на камбуз, — ответила Рут. — Я пока набросаю план действий.

Это было мудрое решение. Несмотря на сложную ситуацию, Юззу сразу приободрилась, вспомнив про обширное меню шкафа.

На камбузе мы с Юззу назаказывали много разной еды.

Уколы в шею замедляли процесс обмена веществ во время перелетов, но проснувшись после этого, всегда чувствуешь голод. У нас был зверский аппетит. Шкаф только успевал выдавать заказы. Я взял заложенный Юззу в память шкафчика суп из акульих плавников, добавил телячью грудинку с овощами и крабовый салат. Юззу решила начать эксперименты и выбрала блюда из мяса каких-то экзотических животных.

Утолив первый голод, она откинулась на спинку дивана и призналась:

— Я поняла, что хочет Рут. Две женщины из отборочной комиссии Космотрона, которых случайно два года назад занесло на нашу планету, очень удивились моим способностям. Они тестировали меня с согласия родителей. Их обеих просто поразило, как быстро я нашла правильные решения в очень сложных заданиях. Но сначала были легкие вопросы по математике и простенькие примеры из школьного курса физики. Я такие задачки щелкала, как орешки, уже в пятилетнем возрасте. Тогда одна из них предложила попробовать задания посложнее.

В возникшей паузе я решил вставить вопрос:

— Как можно случайно попасть на вашу планету?

— Ну, может не совсем случайно, — пожала плечами Юззу. — Это же мама! Она наверняка рассказала про меня трибуну Ленне с Корвенги, когда тот прилетал с инспекцией пять лет назад, еще до войны. А тот потом мог рассказать кому-то еще. Наверное так слухи дошли до руководства Академии, и они отправили этих женщин проверить и заодно поискать, нет ли на Альфе других детей вроде меня.

— Нашли кого-нибудь?

— Я не знаю. Мне никто не докладывал.

Ее манера выражаться с самым серьезным видом походила на то, что и как говорила Лоис.

— Задачки посложнее, — напомнил я Юззу, на чем перебил ее.

— Мама думает, что тогда они решили дать мне тестовые задания из разных областей знаний, которые используют после трех лет обучения в Академии на промежуточных экзаменах перед выбором специализации. Короче, я и их решила легко. Но следующих примеров я раньше не видела. Они появились в виде трехмерных голограмм над специальными устройствами. Я справилась не со всеми заданиями — решила два из трех. У обеих тетенек лица так вытянулись, что мама даже отошла подальше, чтобы не смущать меня. Она-то давно поняла, что я редкий вундеркинд, когда мне года три было.

— Новые задачи были сложные, если ты с одной не справилась? — спросил я.

— Да, пришлось напрячь извилины, — ухмыльнулась Юззу. — Это, как я поняла, были задания для выпускных экзаменов первой ступени. Многие же курсанты после семи лет дальше не учатся, а идут служить по распределению. Они сказали, что если бы я решила все три, то меня забрали бы сразу, как исключительного уникума.

— И что они решили?

— Все равно хотели забрать меня с собой, но папа сказал, что рано. Там же с двенадцати лет прием. Мне нужно обычную школу закончить сначала. Это я только что сделала, перед твоим прилетом. И еще папа беспокоился, что я там такая мелкая в восемь лет делать буду среди более старших детей?

— Я согласен с твоим папой.

— Это секретная информация, — продолжила Юззу, — мне три раза присылали с дипкурьерами из Корвенги голограммы с учебными материалами, чтобы не терять время даром. Так что я многое уже знаю и умею, просто старалась это не показывать. В целом понимаю, что надо делать. Ты не навигатор, а пилот, но тоже наверняка догадываешься.

Конечно, я ни о чем не догадывался. И никакой я не пилот. Но кивнул с важным видом.

— Поели? — спросила Рут с появившегося рядом экрана. — Приведите себя в порядок и переоденьтесь. Жду вас в штурманской.

Никаких роботов на борту фрегата я так пока и не видел, но на моей кровати лежал новый комплект белья и такой же черный комбинезон, что был на мне. После водных процедур переоделся и поднялся в штурманскую рубку.

Юззу еще не пришла.

— Подняли тут секретную информацию и выяснили, что Юззу уже лет пять на примете у руководства Первого Центра Навигации, — сказала Рут. — Оказывается, в Академии Космотрон ее тоже давно ждут. Мой куратор в легком шоке.

— В смысле?

— В том смысле, что я притягиваю к себе разных фриков и одновременно нахожу исключительных юных гениев. Никто не ожидал от меня никаких чудес, а я собрала на одном фрегате эмпата с Ключом-Эхо и суперодаренного навигатора, какие встречаются раз в тысячу лет. Но я-то понимаю, что мне просто невероятно повезло.

— Это мне повезло.

— Вот именно. Но это же я вас и отправила в неизведанную даль, чтобы спасти от пиратов. Все тут сошлись во мнении, что вы попали на другой конец вселенной. Может быть, на расстояние за миллионы световых лет. Или даже миллиарды. Никаких знакомых звездных скоплений пока не обнаружили. Анализ идет, фрегат присылает снимки космоса, мы подключили дополнительные вычислительные мощности.

— Миллиарды? И как мы вернемся назад?

— Точно так же, как попали туда. Других вариантов нет. Короче. Я скинула на голограф список действий для Юззу, она сейчас смотрит в своей каюте. Твоя задача — просто быть с ней рядом, чтобы через Ключ-Эхо я могла видеть, что и как она делает.

— Но мы и так все время вместе.

— Да. Продолжайте в том же духе. Зайди в оружейную комнату, первая слева в коридоре. Я всё приготовила на столе. Будут вопросы — задавай даже при Юззу. Это оружие новых моделей. Пригодится внизу. Фрегат приближается к единственной твердой планете ближайшей системы. Вам придется высадиться на нее, чтобы произвести необходимые расчеты. Дальше дело за Юззу.

— А отсюда мы не можем произвести эти расчеты?

— Нет. Нужна атмосфера, пригодная для жизни. Нюансы работы навигаторов в неизведанных областях космоса. Повезло, что такая планета есть рядом, а то пришлось бы летать в этой части вселенной, пока не нашли бы подходящую систему. Но это везение как-то связано с той кроличьей норой, куда вы провалились.

— Ясно. Ничего случайного на самом деле не бывает.

— Ага, — кивнула Рут. — Я тоже на досуге часто думаю об этом.

Тут пришел наш исключительный юный гений. Юззу держала в руках небольшой прибор цвета оружейного металла. Наверное, это и был голограф в выключенном виде.

— Мне всё понятно, — сказала она. — Это туда мы летим?

Юззу показала на центральный монитор. Там сканеры показывали единственную в этой системе каменистую планету, похожую на Землю голубым цветом. Это были океаны, но совсем другой формы, как и те материки, которые в данный момент не скрывались за белыми облаками и свинцовыми тучами.

— Потенциально обитаемая планета, — ответила Рут. — Расположена в зоне жизни в системе неизвестного оранжевого карлика. Характеристики планеты близки к Юккафаю и той планете категории Е, которую в последний раз посетил Ван.

Она с выражением посмотрела на меня.

— Потенциально обитаемая? — спросил я. — Как насчет радио сигналов?

— Эфир абсолютно пуст, — ответила Рут. — Никакой активности сканеры не зафиксировали ни на планете, ни в этой звездной системе. Но это ничего не значит.

— Если цивилизация недостаточно развитая или если, наоборот, настолько хорошо развита, что умеет скрывать все признаки своего существования, — добавила Юззу.

Я уже смотрел на нее совсем другими глазами. За внешностью милой девочки, почти одиннадцати лет от роду, скрывалась весьма одаренная личность.

— В любом случае, вам нужно соблюдать осторожность, — сказала Рут. — Я буду рядом с Ваном, если атмосфера там пригодная для дыхания, но стану невидимой для тебя, Юззу, если появятся аборигены.

— А если атмосфера непригодна для жизни? — спросила Юззу.

— Тогда ты будешь видеть меня на экране как обычно, и одновременно я буду на внутренней стороне визора шлема Вана, — ответила Рут.

— Понятно. Инструменты и оборудование во флаере? — уточнила Юззу.

— В том, который во втором ангаре, — кивнула Рут. — Я его полностью подготовила. Сейчас присядьте, сделаем маневр и облетим вокруг этой планеты, чтобы рассчитать, где лучше зависнуть на орбите.

Мы сели в кресла и пристегнулись.

У планеты обнаружился довольно крупный спутник неправильной формы, похожий на картофелину с зеленоватой кожурой и большими темными пятнами неровных впадин. Мы пролетели близко от поверхности этой безжизненной луны.

Вдруг Рут что-то произнесла на другом языке с удивленным выражением лица. Как говорится, это была непереводимая игра слов. Надо будет запомнить это ругательство. Рут явно что-то очень не понравилось. Она смотрела, как часто бывает, куда-то в сторону, и нажимала там разные кнопки или клавиши.

— Что случилось? — спросил я.

— Нас осветило странным лучом, двумя лучами, — ответила Рут, немного замешкавшись. — Явно просканировали снизу, но источник я найти не могу. Он сразу исчез.

— На планете есть разумная жизнь! — обрадовалась Юззу. — Это же поможет нам, правильно?

Я так не думал, но Рут ответила:

— Вполне вероятно, что поможет. Если аборигены не агрессивные и соизволят показаться на глаза. Пока никаких признаков нет, что они горят желанием познакомиться с нами.

— Просканировали и затаились? — спросил я. — Боятся? Собираются напасть? Какие еще варианты?

— Думают, кто мы такие и с чем пожаловали, — предположила Рут. — Поставь себя на их место.

Я представил. Сижу такой на Земле в радиолокационной станции космических сил и сканирую свой участок воздушного пространства. И тут вижу неопознанный летающий объект в виде звездолета, похожего на гибрид «Серенити» и «Лезвия бритвы». Мои действия согласно уставу? Доложить наверх. Так по цепочке информацию быстро передадут самому высшему командованию. Что они будут делать? Вдруг это новый бомбардировщик потенциального противника? Или разведка инопланетных захватчиков?

Ставить себя на место дикарей с дубинами или даже ученых эпохи Возрождения — никакого смысла нет. У них же не было сканера, который даже суперцивилизация альтабов не смогла определить и вовремя засечь источник его лучей.

Я начал понемногу ассоциировать себя с этой суперцивилизацией и даже стал называть себя альтабом. Рут оказывает на меня сильное влияние через Ключ-Эхо. Она и мысли мои иногда читает, и исподволь вкладывает в мое сознание разные знания, которых у меня быть не могло. Я не спрашивал ни о чем таком, а вот уже знаю, что мы — альтабы, в целом мирный народ. Не нападаем первыми. Не вмешиваемся во внутренние разборки на планетах категории Д и ниже. Просто меняем маршруты своих рейсовых звездолетов и держим наготове боевую эскадру, если конфликт станет слишком опасным.

Впрочем, пока это только мои догадки. Как и то, что начальство Рут пересмотрело отношение ко мне, раз они разрешили ввести в мою память необходимый минимум знаний, положенных агенту Системы Оповещения о Космических Угрозах.

Пока я был в состоянии упрощённой гибернации от последнего укола, манипулятор мог ввести в мягкие ткани моего тела одну или даже больше растворимых плат с нанитами. Помнить этого я не мог и ничего не почувствовал, но подсознательно знал, что так могло быть. Наверное, так оно и есть. Иначе откуда такая уверенность, что теперь я сам могу управлять флаером?

Глава 12

— Может быть так, что эти лучи, которые ты приняла за сканер, на самом деле что-нибудь естественного происхождения? — спросила Юззу. — Или просто показалось?

— Я не уверена, но вряд ли мне показалось, — ответила Рут. — Отметила примерный район, где находился источник, если он стационарный. Внесла в память флаера. Проверить, что это, можно только на месте.

— Тогда давайте двигаться, — сказал я. — Что еще обсуждать?

— Надо как следует подготовиться, — ответила Рут. — Не каждый день высаживаемся на незнакомой планете в зоне обитания. Как я уже сказала, предварительные расчеты показали, что гравитация этой планеты незначительно больше гравитации на последней посещенной нами планете категории Е. Это облегчает задачу.

Что за Юккафай, я уже знал — эта планета была родным домом цивилизации альтабов, из которого они перебрались на Альтабеску в соседней звездной системе семь тысяч лет назад, и уже оттуда начали свою экспансию в космос.

Про Землю Рут упомянула специально для меня, но Юззу при этом наклонила голову и задумчиво посмотрела на нее. Действительно, с точки зрения Юззу, это было очень странное повторное акцентирование на какой-то заштатной планетке.

Я никак не отреагировал. Меня больше интересовали вопросы о составе воздуха и наличия разумной жизни, раз уж мы собираемся высадиться на поверхность этого мира.

Мы облетели планету, Рут сделала десятки фотоснимков, которые вывела на мониторы и теперь пролистывала, демонстрируя нам. Я заметил подозрительное скопление темных фигур правильной формы на одной из фотографий.

— Вернуть! — одновременно со мной заметила Юззу и требовательно махнула ладошкой. — Приблизить!

Рут отмотала назад и увеличила изображение.

— Что это? — наклонившись вперед, Юззу пальцем постучала по экрану монитора.

Слабо различимые прямоугольные и квадратные формы гигантских построек утопали в зелени и темном покрывале, похожем на лишайник. Две пары круглых труб с толстыми стенками напомнили мне тепловые электростанции и химические фабрики. Но поблизости больше не наблюдалось никаких строений и прочих следов жизнедеятельности разумных существ. Местность выглядела пустынной, как северная тундра или равнины Патагонии с редкими каменистыми холмами и глубокими оврагами.

Вопрос, зачем кому-то пришло в голову строить что-то в таком странном месте, отпал, когда Рут после некоторого раздумья ответила на вопрос Юззу:

— Что-то мне подсказывает: это очень похоже на оборудование для формирования или изменения атмосферы. Распылители парниковых газов выглядят примерно так, если их потом не демонтировать, а бросить, как есть. Через несколько лет всё зарастет мхом в сыром климате. Возможно, это мы и наблюдаем. Но я могу ошибаться.

— Колонисты? — вскинулась Юззу.

Очень хорошо, что она не стесняется сразу спрашивать про то, что очень заинтересовало и меня.

— Отправляю снимок своей коллеги, — ответила Рут. — Это она мне подсказала.

На фотографии, которая проявилась на центральном мониторе, светловолосая девушка в голубом комбинезоне ладонью закрывала лицо, наклонив голову вниз. Самым интересным на этом снимке был задний план. Рабочие места диспетчеров-навигаторов Пятого центра располагались внутри большой сферы, наполненной светом ясного дня. Это был бы обычный офис под стеклянной крышей, если бы десятки отдельных прозрачных секций с белыми столами, креслами и мониторами не зависали в воздухе на разных уровнях. Персонал в одинаковых голубых комбинезонах перемещался между секциями, стоя на небольших летающих дисках или досках серого цвета с красным логотипом снизу — МЦН-5.

— О! Все летают, и столы парят, как птицы! — восхитилась Юззу. — Это твое рабочее место?! Классно! А как ты выглядишь? Покажи! Сделай снимок!

Я старался ничем не выдать, что вижу это всё впервые, но у меня плохо получалось. Хорошо, что Юззу не обращала на меня внимания.

Было бы странно со стороны Рут отказать в этой просьбе Юззу после демонстрации соседки. Сказала «А», говори «Б».

Рут помолчала немного, но все же отправила селфи на монитор.

В общем, легко узнаваемая по своей детской аватарке девушка с большими голубыми глазами, только на десять лет старше, серьезнее, атлетически сложена, и темные волосы собраны в длинный хвост, открывая высокий лоб и слегка оттопыренные уши.

— Здорово! Наконец-то я тебя увидела, Рут! Ты не сильно изменилась, — сказала Юззу и помахала обеими руками аватару на экране над монитором. — Выглядишь отлично. Красавица.

Я был целиком и полностью согласен с ней. Тоже поднял руку и помахал аватарке.

— Теперь ты знаешь, кому надавать по шее за то, что с вами произошло, — усмехнулась Рут.

Аватарка все же жила своей жизнью. Мне привычнее общаться с тринадцатилетней девчонкой на экране, а не с этой плечистой дылдой с фотографии.

— Для этого нам надо вернуться, — серьезным тоном ответила Юззу. — Я поняла, почему ты решила показать мне, как выглядишь. Пытаешься поднять мой моральный дух, да?

— Можно сказать и так, — кивнула Рут. — А то я заметила, что ты слегка загрустила.

— Ты не могла ничего такого заметить, я же стараюсь не показывать виду, — возразила Юззу. — Ладно! Едем дальше!

Девочка с характером. Я подмигнул Рут.

— На чем мы остановились? — спросила она.

— Кто это оборудование для создания атмосферы сделал? Где эти люди или кто они там? — спросил я, чтобы вернуться к нашим делам.

— Никаких видимых следов на поверхности планеты обнаружить не удалось, — ответила Рут. — Надо облететь по разным орбитам и сделать больше снимков. Если это то, что мы думаем, таких объектов должно быть очень много по всей планете. Составлю сейчас маршрут для фрегата, чтобы он на автопилоте облетел, пока мы будем внизу. Никаких помех для этого нет.

— Ты полетишь с нами? — спросила Юззу.

— Конечно, теперь фрегат в автономном режиме, а я могу быть на связи с Ваном только через Ключ-Эхо. Связь неустойчивая из-за большого расстояния и из-за массива данных, которыми я загружаю канал, чтобы фрегат передавал в Центр Навигации снимки космоса для анализа.

— Это поможет быстрее вычислить, где мы находимся? — спросила Юззу.

— На самом деле, я в этом не уверена. Если вы за миллионы световых лет, то из-за смещения галактик очень сложно составить точную модель, по которым можно было бы определить знакомые звезды.

— Засада, — вздохнула Юззу. — Придется идти на ощупь, как самые первые исследователи космоса.

— Ощущаешь себя первопроходцем? — спросил я.

— Нет! Я ощущаю себя не в своей тарелке, — мрачноватый взгляд неоновых глаз не вселял оптимизма.

И кто тут старается не показывать виду, что слегка загрустила?

Похоже, что виды офиса Рут произвели обратное впечатление на Юззу. Не приободрили, а немного расстроили. Ей очень хотелось оказаться там, внутри красивой сферы, наполненной светом, а не у черта на рогах в другом конце космоса.

— Где мы вышли из гиперпространства? — я обратился к Рут.

— В памяти фрегата всё записано, — ответила она. — Здесь рядом. Относительно. Я не стала будить вас сразу, пока не нашла эту звезду с пятью планетами, и не подлетела поближе. Мне нужен был четкий ориентир для фиксации. Но проникнуть обратно в ту же самую кроличью нору вряд ли получится так же легко, как мы из нее вышли. То есть, можно рискнуть, но попадем ли мы на выходе туда, куда нам надо? Когда уже подлетела поближе к этой звезде, поняла, что она нам не известна. Тогда и разбудила вас.

— Ясно, — кивнула Юззу. — Надо высаживаться на эту планету. Анализ атмосферы сделает флаер ближе к поверхности?

— Да. Но судя по наличию остатков оборудования и зеленой растительности, воздух должен быть пригоден для дыхания. Хотя я бы не рекомендовала вам снимать шлемы, пока мы точно не убедимся, отправив пробы воздуха на фрегат и сделав полный анализ на примеси.

— Куда высаживаемся? К этим постройкам? — спросил я.

— Давайте с них начнем! — сказала Юззу. — Хотя бы из флаера осмотрим с близкого расстояния.

— Хорошо, — согласилась Рут. — Начнем с этих объектов. Только очень осторожно. Боевые лазеры флаера готовы. Ван, не забудь про оружие в соседней комнате.

Как бы я мог про него забыть? У меня уже давно чесались руки проверить, что там Рут приготовила для меня.

В оружейной комнате на столе я нашел большой короткоствольный пистолет из композитного сплава в кожаной кобуре на поясном ремне, штурмовую винтовку с подствольным гранатометом и предмет, внешне выглядящий как футуристический обрез двуствольного ружья. Это называется плазмоган.

Я пока не привык к тому, что в моей памяти заложены все нужные сведения.

На скамье у стены лежала разгрузка со штык-ножом, запасными обоймами и ручными гранатами. В общем, ничего особенного. Продвинутая суперцивилизация использовала всё то же самое оружие, что и на одной известной мне планете категории Е, только более футуристического вида.

Поверх черного комбинезона с Ключом-Эхо в кармане я натянул комбинезон скафандра и надел разгрузку с кобурой. Забрал оружие и пошел в хвост фрегата. Всё привычное, за исключением плазмогана, хотя из гораздо более легких материалов.

Юззу ждала меня возле среднего ангара, упакованная в свой новенький скафандр и начищенные до блеска ботинки. Голограф она засунула в боковой карман, в руке держала металлическую палку бордового цвета.

— Это что за дубинка? — спросил я.

— Это очень мощный электрошокер, — ответила она. — У нас в Эносимаре делают для полицейского спецназа. Взяла на всякий случай. Его можно как телескопическую дубинку использовать и как трость.

Она продемонстрировала, увеличив палку в длину нажатием кнопки на ручке.

— Хорошая вещь, — одобрил я. — Пригодится.

— Угу.

Мы забрались в кабину флаера. На этот раз другой модели. Он походил на первый обтекаемой формой, но был меньше размером и рассчитан на четверых пассажиров.

Второй ряд кресел находился в сложенном состоянии. Я заглянул в грузовой отсек в виде приземистого кунга. Там лежали контейнеры с телескопами и другим оборудованием навигаторов. В ближнем углу стояла урна-робот в выключенном состоянии. Эта модель показалась мне выше и толще предыдущих. Я подумал, что если она вооружена таким же мощным огнеметом, как первая урна, которая сожгла мою земную одежду, то это отличная поддержка.

Мы забрались на первый ряд, надели шлемы и проверили связь.

— Слышу тебя отлично! — откликнулась Юззу на мой «прием».

— Тоже слышу отлично. Рут, ты здесь?

— Секундочку! — ответила она и появилась на внутренней стороне визора. — Закончила вводить инструкции в автономную бортовую сеть фрегата. Всё. Можем лететь. Ты рулишь.

Как заправский пилот, я на полном автомате проверил всё, что нужно. Не включая мозг, как говорится.

Юззу отвлекала меня сбоку своими потрясающими глазами. Я невольно расправил плечи. Нажал на клавишу старта. Внешний люк ангара отъехал вверх. Флаер приподнялся над полом и плавно выскользнул наружу. У меня возникло странное чувство, что я управляю мощной машиной не столько с помощью полукруга штурвала и педалей, а больше силой мысли.

В прошлой жизни с высотой я дружил не очень. Но после никем не анонсированного мозгового апгрейда, про который меня даже не известили, этот страх куда-то пропал. Чудесным образом исчезла дрожь в руках, я спокойно управлял штурвалом, заходя в атмосферу планеты под углом, рассчитанным Рут. Проложенный ею курс красной пунктирной линией выделялся на лобовом стекле, я корректировал направление рулем и поддерживал скорость широкой педалью.

Грозовой фронт толстым слоем свинцового цвета плыл правее, в проеме белых кучевых облаков прямо перед собой мы видели огромный океан с черными волнами, которые вздымались далеко внизу. При входе в атмосферу нас несколько раз тряхнуло, но я как будто уже привык к этому и уверенно поддерживал курс. Юззу не подозревала, что я впервые управляю флаером, она смотрела во все глаза вниз и по сторонам.

— Неизвестная планета в обитаемой зоне! — воскликнула она. — Мы с тобой ее открыли, да? Как назовем?

— Что гласит об этом Кодекс навигатора? — спросил я, зная ответ.

Решил проверить, знает ли она. Каким образом я сам знал это, даже не задумывался.

— Мы первыми вошли в атмосферу и имеем право дать название планете! — ответила Юззу. — Это только звезды должны именоваться по разработанной Системой сложной каталогизации, а планету, как хочешь, так и называй! Если ты нашел ее первый.

— Что, если аборигены будут против?

— Где ты аборигенов увидел? — Юззу обвела рукой. — Бушующий океан и голые скалистые берега.

— Планета большая, — сказал я, плавно снижаясь и направляя флаер к берегу. — Где-то могут быть.

— Мы их спрашивать не станем! — улыбнулась Юззу. — Как назовем?

— Выбирай, — предложил я. — Какие у тебя есть варианты?

— Даже не знаю, — вдруг смутилась Юззу, когда дошло до дела.

Рут все это время сосредоточенно контролировала полет, страхуя пилота-новичка, который имел смелость отвлекаться на разговоры с пассажиркой. Но поняв, что самое трудное позади, решила вставить слово:

— Ван Рю Мин и Крюденбом Юззу, как первые представители цивилизации альтабов, вы имеете полное право назвать эту планету, как вам вздумается. И вы даже можете внести предложение по названию звезды, потому что это неизведанная часть космоса и тут ни у звезд, ни у звездных скоплений нет не то что названий, а даже номеров.

— Предлагаю назвать эту планету Юззу, — сказал я. — Что скажешь?

Юззу смутилась еще сильнее, даже слегка покраснела, хотя это и не так заметно за стеклом шлема.

— Я не против, — тихо сказала она.

— Отлично! — сказала Рут. — Так и запишу. Что насчет звезды?

— Ну, ты же ее нашла, — сказала Юззу. — Давай назовем ее Рутероза. Ван, ты не против?

— Двумя руками «за»!

Я постепенно снижался в направлении большого континента, на котором фрегат сфотографировал те сооружения, похожие на оборудование для терраформирования. Хотя этот термин в данном случае применять нельзя. Это я так про себя мог думать. Альтабы-то наверное могли бы говорить юккафай-формирование или альтабеска-формирование. Но таких слов в их лексиконе точно не было.

— Нет. Я против, — отказалась Рут. — Я ничего не находила, наоборот, всё потеряла. И называть звезду моим именем как-то слишком нагло получится. Ван, а как аборигены той планеты категории Е называют свою звезду?

— Солнце.

Не говорить же варианты по-английски или по-китайски. Пусть будет русское название.

— Давайте назовем эту звезду Солнце-2. Она тоже типичный желтый карлик и почти идентична той звезде по своим характеристикам.

— Это можно, — кивнул я.

Действительно, свет этого солнца походил на земной. Мы уже летели на высоте примерно три тысячи метров над океаном и видели приближающийся берег. На этой части планеты был день, земля внизу казалась пустынной, из растительности не видно ни деревьев, ни кустарников. Только каменистые холмы, покрытые мхом и темно-зеленой травой. Похоже, что здесь сейчас лето.

— Смотрите! — крикнула Юззу. — В океане что-то есть!

Рут моментально направила камеру туда, куда указывала Юззу и спроектировала изображение на экран передней панели флаера в увеличенном виде. Какое-то морское чудище белого цвета плыло среди волн поперек нашего курса. Голова странной треугольной формы и туловище в виде ребристого рулета больше походили на насекомое — на таракана или мокрицу. Но размерами существо превышало любого кита. Метров шестьдесят в длину. Хвост как у акулы — вытянутые острые плавники, которыми это существо энергично шевелило из стороны в сторону.

— Такое крупное животное должно чем-то питаться, значит, пищевая цепочка здесь длинная, — сказала Рут. — Но я бы рекомендовала держаться подальше от таких существ.

У нас таких называют монстрами. Я заметил, что на голове морского таракана восемь огромных глаз, как у паука. Зачем ему столько? У меня возникли нехорошие ассоциации и подозрения, что и остальная живность тут будет радикально отличаться от земной.

Но пока никаких других живых организмов мы не видели.

Подлетая к берегу, я опустился до высоты в двести метров.

Глава 13

Земля внизу выглядела необитаемой. Мы находились ближе к северному полюсу этой планеты, и условия для жизни в этих краях наверняка весьма суровые даже летом. Как я уже сравнивал раньше, местный ландшафт напоминал тундру.

— Вижу те объекты! — сказала Юззу и показала вперед.

Какая глазастая девочка. И монстра в океане разглядела и трубы, до которых было еще очень далеко. Они скрывались за высокими пологими холмами, выглядевшими плоской равниной на фотоснимке с орбиты.

Больше всего этот участок суши напомнил мне северные пустоши Канады. Воспоминания продолжали возвращаться ко мне отдельными отрывками. Кажется, видел те пустоши только по телевизору в популярной программе про экстремальные путешествия. Поэтому могу ошибаться, но больше не с чем сравнить.

Я заложил вираж и полетел напрямую к торчащим над холмами трем трубам. Четвертая оказалась полуразрушенной и ее не было видно из-за холмов.

— Какие они высокие! — сказала Юззу. — Наверное метров пятьсот в высоту?

— Пятьсот шестьдесят над поверхностью, если сканер показывает точно.

Я бы сравнил эти трубы с Останкинской телебашней, но в ширину они были больше раз в пять.

— Фрегат уже сделал несколько снимков с другой орбиты, — сообщила Рут. — Еще два таких же комплекса есть южнее. Так что, скорее всего, это именно оборудование для изменения атмосферы. И тогда таких сооружений должно сохраниться очень много на всей планете.

Впечатляющие следы давнего пребывания здесь неизвестной, но достаточно продвинутой цивилизации, к настоящему времени пришли в плачевный вид. Вблизи трубы смотрелись так же внушительно, но из-за толстого слоя лишайника от подножия до верхушек они выглядели печальным напоминанием о былом могуществе своих создателей. Где же они? Почему нет никаких радиосигналов в эфире?

— Надо лететь на юг, — решила Юззу. — Здесь точно нет никого живого.

Четыре больших квадратных здания длиной метров триста и шесть этажей в высоту располагались рядом у подножия труб. Они полностью заросли мхом. Первых этажей вообще не разглядеть в высокой траве, словно эти дома выросли из земли. С орбиты всё смотрелось не так запущено. Все окна зияли пустотой, хотя их и не так много. Местами стены пошли трещинами. Ветер гулял между зданий, поднимая серо-зеленую пыль. Никаких дорог давно не осталось, если они когда-то и были проложены здесь.

— Только развитая цивилизация могла построить такие здания, — сказала Рут. — В этих разрушенных цехах наверняка вырабатывались необходимые газы в очень больших объемах. Сложно сказать, сколько времени всё работало, но они добились своего. Первичный анализ воздуха показывает практически идеальный состав для дыхания и жизни. Он почти идентичен умеренному морскому климату Альтабески.

Как на курорте. Но выходить здесь из флаера лично у меня ни малейшего желания не возникло. Юззу тоже поежилась.

— Это, конечно, хорошо, что воздух даже лучше, чем у меня дома. Но давайте уже улетим отсюда в другое место, — предложила она. — Делать тут нечего.

— Согласен. Абсолютно нечего.

Я развернул флаер и взял курс на юг.

Вопросов становилось все больше. Под нами простиралась холмистая равнина с множеством небольших озер и узких рек и ручьев. Но никакой живности, даже мелких птиц, радары и инфракрасные сканеры флаера обнаружить не могли.

— Процесс формирования атмосферы закончен, но живых существ пока не подвезли? — предположил я.

— Не считая того чудища в океане. Но оно же должно было как-то вырасти до таких размеров? — спросила Юззу. — Значит, в воде живность есть. Рыбы еще не выбрались на сушу? Мы в таком периоде развития экосистемы?

— Пока рано делать выводы, — ответила Рут. — Мы видели лишь маленький кусочек этой большой планеты.

— Мне хватило, — сказала Юззу. — Не испытываю особых надежд. Это же голые пустоши! Как здесь выживать разумным?

Школу она не прогуливала, судя по всему. Я не силен в палеонтологии, биологии и прочих естественных науках. Прошедший апгрейд не предусматривал пакет знаний по этой теме. Зачем пилоту, спецагенту и дипкурьеру забивать голову лишней информацией? Пусть специально обученные люди голову ломают над вопросами экосистем неизведанных планет.

Воздух тут отличный — уже хорошо. Мне хватило того монстра в океане. Пускай живут и дальше эволюционируют, нас же это не касается.

Нам надо телескопы установить в разных локациях на планете. На высокогорных равнинах и на вершинах самых высоких пиков, чтобы снимать звезды в течение семи месяцев по времени Альтабески. Столько длится период полного оборота планеты Юззу вокруг Солнца-2. Это я узнал из короткого объяснения Рут с внутренней стороны моего визора. Мы как раз направлялись к горному плато с ровной скалистой поверхностью, где Рут решила установить первый комплект оборудования.

Я понял, что ближайшие семь месяцев мы никуда с орбиты этой планеты не денемся. Нам нужна полная панорама звездного неба для точного определения нашего положения относительно той части вселенной, где пролегали маршруты рейсовых звездолетов альтабов и где расположены линии Осиного Контура. Нюансы работы навигаторов я пока не знал и не стал влезать с вопросом, почему нельзя сделать панорамный снимок с фрегата.

Что ж. Надо быстрее расставить оборудование по расчетным точкам на планете и вернуться на камбуз к шкафчику с едой.

На подлете к плато снизу нас атаковали жуткие монстры, смахивающие на огромных скорпионов. Они внезапно вылезли из-под земли на склоне высокой горы и выстрелили из своих длинных хвостов пучками дротиков. Причем стреляли с упреждением вперед по курсу движения флаера, приблизительно рассчитав нашу скорость.

Рут среагировала и перехватила управление, но я уже успел сделать резкий маневр уклонения в сторону. В итоге мы пронеслись по самому краю облака дротиков или игл. Они вряд ли могли повредить бронированный корпус флаера, но кто знает? Лучше не рисковать.

Юззу громко ойкнула. Рут выругалась и вернула управление мне. На этот раз я успел расслышать и запомнить ее фразу — «Кнат марес»!

Что-то вроде «Черт возьми» или «Вашу Машу». Лучше и не скажешь.

Развернувшись, я направил флаер под другим углом на склон горы. Рут никак не комментировала мои действия. Она лишь приподняла брови и посмотрела на Юззу. Та воинственно насупилась и сжала кулачки.

— Посмотрим, из чего сделаны эти твари, — сказал я.

Нажал на кнопку активации лазерных пушек. Они поднялись из прикрывающих кожухов в передней части корпуса. Большими пальцами поднял вверх предохранительные клапаны на верхних краях штурвала. Оранжевые кружки мишеней на внутренней поверхности визора шлема навелись на двух скорпионов, и даже не сами автоматически, а силой моей мысли. И зачем, спрашивается, оканчивать академии, если с помощью нанитов я незаметно для себя стал боевым пилотом флаера? Всё управление лазерами интуитивно понятное, справится даже ребенок, имеющий начальную военную подготовку. Как Юззу, например. Она с суровым выражением лица повторяла мои движения, как будто сама держала штурвал.

Красные клавиши гашеток оказались очень тугими, пришлось надавить на них посильнее, чтобы выстрелить. Правая поддалась раньше, левая немного с запозданием. Но это только в первый раз. Просто из этих лазеров еще никто никогда не стрелял. Второе нажатие было намного легче. И оно оказалось явно лишним.

Первые разряды лазерных лучей по очереди прошили туши тварей насквозь. Брызги кислотно-желтого ихора выплеснулись на склон горы. От второго выстрела дуплетом из обеих пушек красные вспышки взрывов скрыли изувеченные тела скорпионов, повалил густой черный дым.

— Впервые так близко вижу результаты лазерных выстрелов, — сказала Юззу. — Как-то легко они умерли.

Ну еще бы!

— Что об этом говорит Кодекс? — спросил я.

— Любые неразумные существа, проявляющие агрессию и первыми напавшие на нас, могут быть обезврежены на месте с помощью любых средств! — ответила Юззу.

Рут спросила у нее:

— А если это разумные существа?

— В данном случае это не имеет значения, потому что они напали на нас без предупреждения, и времени выяснять, обладают ли они разумом, у нас не было! — тут же ответила Юззу. — Или ты предлагаешь вступить с ними в переговоры, а, Рут?

— Нет. Я этого не предлагаю. Вы вправе действовать, исходя из оперативной обстановки. Кстати, там внизу прибыла подмога, — сказала Рут. — Наверняка они захотят отомстить за сородичей.

Из-под земли появились еще три такие же по своему строению серые твари, похожие на бронированных скорпионов, но гораздо больше размерами. Я поднял флаер повыше, а то эти могли своими длинными хвостами достать нас.

— На нас напали детишки? — догадалась Юззу. — Сами виноваты!

Твари приготовились атаковать сразу, как только поняли, что мелкие особи мертвы. Но теперь, когда флаер поднялся на высоту сорока метров, что-то призадумались. При этом угрожающие движения покачивающихся хвостов намекали, что они настроены серьезно. Как бы держали нас на мушке.

Тут произошло неожиданное. Я не понял, кто стрелял, но слева и сзади от флаера появились два реактивных снаряда и чуть погодя еще один. Дымящийся след извивался за ними. Снаряды летели не прямо, а по спирали, и слегка меняя траекторию. Все три попали точно в середину туловищ трех больших скорпионов. Взрывы получились приглушенными. Снаряды проникли внутрь тел и разорвались так, что твари разлетелись на мелкие части.

Я сделал маневр уклонения, чтобы окровавленные желтые куски не прилетели в лобовое стекло, и заодно развернулся. Сканеры ничего не обнаружили. Но примерно в том месте, которое я засек, как возможный источник выстрелов, воздух слегка дрожал мелкой рябью.

— Кто это?! — вскрикнула Юззу. — Их не видно!

— Похоже, они на нашей стороне, — сказал я. — Это наверное те, кто просканировал наш фрегат еще на подлете. Они следили за нами, но никак не проявляли свое присутствие. Может быть сопровождали с момента входа в атмосферу.

— Думаешь? — спросила Рут. — Тогда почему не показываются? И почему вдруг решили помочь?

— Может они и не могут показаться? — предположила Юззу.

— Как это, не могут? — удивилась Рут. — Управляемые ракеты было же видно.

— Не знаю тогда, — сказала Юззу. — А помочь решили, потому что эти твари могли причинить нам вред, а мы не знали, на что они способны. Эта странная пауза… как будто твари заряжались на полную мощность, чтобы поразить нас своими иглами или чем-то похуже!

Интересная мысль. Юззу прочувствовала ситуацию интуитивно. Сам я как-то даже не подумал об этом.

Я решил, что неожиданные союзники не хотят убирать маскировку над склоном горы, поэтому отлетел дальше и завис над плато, приглашая инопланетян присоединиться к нам над более твердой каменистой поверхностью. Вряд ли скорпионы могут выбраться наружу из скальной породы.

Это была верная догадка.

Два летательных аппарата в виде пятиметровых трансформеров проявились прямо перед нами на такой же высоте — что-то вроде экзоскелетов с шестью крыльями, как у стрекоз — полые бронекостюмы разных размеров. Тот, что повыше ростом и шире в плечах, начал медленно опускаться на плато. Я последовал его примеру, направив флаер вниз, не выпуская из вида второй трансформер. Мало ли что у них на уме.

Юззу тоже настороженно переводила взгляд с одного на другой.

Рут пощелкала пальцами, привлекая наше внимание:

— Руководством Центра принято решение. Вы можете задействовать весь арсенал средств, включая новейшие секретные разработки.

— Что это значит? — спросил я.

Мы до этого не всё использовали, что могли? А ведь ситуация, между тем, очень сложная с момента нападения рризов и нашего перемещения через какую-то кроличью нору в другую часть вселенной. Какое-то тормозное у нас руководство. Только сейчас разродились судьбоносным решением.

Или секретные разработки такие секретные, что их надо скрывать вплоть до встречи с инопланетянами?

Эти мысли вихрем пронеслись в голове. После апгрейда я стал быстрее соображать?

— Под сиденьями флаера возьмите пояса силовой защиты и наденьте поверх комбинезонов скафандров, — ответила Рут. — Я сама только что узнала про это, Ван. Давайте, доставайте!

Я пошарил рукой под сиденьем. Юззу уже нашла под своим какой-то рычажок и повернула. Открылось потайное отделение. Юззу достала упаковку с поясом и потянула рычажок под моим сиденьем.

— Спасибо, — сказал я. — Без твоей помощи я не нашел бы.

— Мне идти с тобой? — спросила она.

— Нет! — среагировала Рут. — Ни в коем случае, Юззу! Ты останешься во флаере! Пересядь за штурвал и страхуй Вана.

— Ладно.

— Как активировать силовую защиту? — спросил я, надев пояс из черного гибкого материала с утолщением посередине возле замка карабина.

— Двойным хлопком ладони по широкой части, — ответила Рут.

Мы с Юззу одновременно похлопали по этим утолщениям.

Загудело наведенным напряжением высоковольтной линии, но через пару секунд звук исчез. Синеватое свечение пояса показывало, что силовое поле защиты всего тела активировано от макушки до ботинок. Конечно, это не золотой кокон фрегата, но хоть что-то.

— Защищает от огнестрельного и лазерного оружия, отводя пули и лучи в стороны, — объяснила Рут. — Уменьшает урон от плазмы. Но острое колющее и режущее оружие на близкой дистанции представляет опасность.

— Странно, — сказал я. — Где у нас холодное оружие, чтобы защищаться на близкой дистанции?

— В оружейной комнате на фрегате есть образцы новых моделей. Но ты просто никого не подпускай слишком близко.

— Ясно. Выхожу.

Представитель инопланетной цивилизации уже вылез из своего летающего бронекостюма. Но понятнее не стало, как он выглядит. Его фигуру скрывало колышущееся облачко темно-фиолетового цвета с черными искрами. По крайней мере, рост у него примерно как у меня, метр восемьдесят пять или около того, и видно вполне человеческие ноги в сапогах.

Второй аппарат тоже начал опускаться. Большими руками, разведенными в стороны с раскрытыми ладонями и пятью растопыренными пальцами он показывал, что имеет самые мирные намерения. Его ракетная установка висела дулом вниз за спиной, как и у первого. Этот инопланетянин сделал три шага вперед и поднял руки над головой. Они выходили за границу маскировочного облачка и выглядели, как и ноги, вполне нормально, по-человечески.

Я открыл кокпит и выбрался наружу.

Рут сразу захлопнула люк.

Печется о безопасности Юззу. Оно и понятно. Знает теперь, что эта девочка не просто дочь богатых правителей с планеты категории Д, а еще и очень одаренный навигатор, на которого есть особые виды у руководства Первого Центра Навигации.

Меня-то можно бросать под танки — на первый контакт с другой развитой цивилизацией. Если что пойдет не так, Рут вернет флаер на фрегат и свалит вместе с Юззу подальше? Очень интересный вопрос. Надеюсь, что никогда не узнаю ответ.

Рут широко улыбнулась мне с внутренней стороны визора.

— Сейчас передам им пакет с помощью Ключа-Эхо, — сказала она.

— Какой пакет?

— Специальный пакет данных для устранения языкового барьера, разработанный Управлением поиска разумных цивилизаций.

Неплохо. Даже такое есть.

— И они поймут меня?

— Неизвестно, сколько времени потребуется им на расшифровку нашего языка, — ответила Рут. — Зависит от их уровня развития… да что ты меня спрашиваешь? Я сама впервые сталкиваюсь с подобной ситуацией!

Ладно. Придется самому прикинуть, как и что.

Я первый человек с планеты Земля, который вступает в контакт с инопланетянами, которых даже альтабы не знают! Кто бы мог подумать?

Сделав три шага навстречу своему визави, я остановился, поднял левую руку, а правую приложил к груди. Не знаю, почему я сделал именно так, но товарищ напротив сразу успокоился. Его облачко из темно-фиолетового стало серым и начало редеть.

— Добрый день, уважаемые! — сказал я по-русски, надеясь, что технология шлема и специальный языковой пакет передадут смысл правильно. — Для удобства общения предлагаю вам изучить шифровку с заложенным алфавитом и способом речевого обмена информацией, принятым в нашей цивилизации. Если поняли меня, дайте знать любым удобным для вас способом.

Облачко маскировки развеялось, остался только легкий туман, который ветром снесло в сторону. Напротив меня стоял робот с расписанным черными и синими красками лицом со складками кожи, морщинами и шрамами, как у старых индейских вождей племени команчей или сиу. То есть, это моя личная интерпретация того, что я увидел. На самом деле, такое определение довольно отдаленно описывает внешность робота. То, что это робот, а не живой человек, я понял сразу по отсутствию мимики на металлическом лице и по движению искусственных глаз-камер. Гладкая грудь и стальные плечи не были одеждой или броней, это и было тело робота. Но ниже пояса он носил кожаные штаны с бахромой вдоль бедер, а ноги были обуты в черные сапоги до колена.

Он внимательно выслушал мою речь, которую я слово в слово повторил еще раз.

Подумав долгих двадцать секунд, он произнес механическим голосом:

— Время. Ждать.

Глава 14

— Как быстро он заговорил! — удивилась Юззу. — Я же не ослышалась?

— Нет, — ответил я. — Ждем.

— Мы тут в шоке, — сказала Рут. — Все, кто свободен, подключились к моему терминалу и смотрят.

Я не представлял себе работу навигаторов-диспетчеров и не думал о том, что за нашими приключениями наблюдает кто-то, кроме Рут. Теперь толпа народу присоединилась — все, кто свободен. Конечно, всем интересно — встреча с неизвестной цивилизацией! Никто не ожидал увидеть на другом крае галактики человекоподобных роботов. Но вот один такой стоит в трех метрах от меня и спокойно разглядывает флаер с сидящей внутри Юззу. Абсолютно невозмутимый после пары слов на языке альтабов, произнесенных почти без акцента.

Диспетчеры наверное смотрят это как кино. Хорошо, что Лоис предложила мне взять с собой ее дочь, а я согласился. Шансы на возвращение сохранялись, если Юззу справится с задачей прокладки маршрута. Мне оставалось только надеяться на нее и верить в оптимистичный настрой Рут. Хотя выражение ее лица наоборот настораживало. Я подозревал, что на самом деле она думает о провале своего испытательного срока и жалеет, что сложила все яйца в одну корзину, поставив всё на меня. Эта лошадь захромала и сбилась с проторенной дороги. Теперь ее проще пристрелить и не мучиться. Но можно устроить шоу для посвященных и брать за это деньги.

Насчет быстроты ответа робота, я не испытывал особых восторгов. «Время» и «ждать» могло означать сколь угодно долгий процесс. Они тут никуда не торопятся, судя по развалинам и отсутствию нормальной флоры с фауной.

Роботу не надо пить, есть и прочее. Стоит себе с каменным лицом и только черные камеры с красными точками зрачков слегка двигаются в орбитах глазниц. Этакий терминатор-индеец. Вычленил только два слова в начале, чтобы дать мне знать, что он понял смысл сказанного мной. И теперь неспешно анализирует пакет данных дальше.

Но потом я решил, что он мог переслать пакет выше по инстанции. Другим роботам — каким-нибудь специалистам по лингвистике, или своим создателям-гуманоидам. Те сидят где-то на базе и ждут, пока суперкомпьютеры обрабатывают массив современного межгалактического всеобщего языка другой цивилизации.

Ожидание затягивалось, но в общем-то и я никуда не спешил. Осторожно, чтобы не побеспокоить робота, сделал три шага назад и прислонился бедром к корпусу флаера. Он проследил глазами и понял меня, даже слегка кивнул! Тогда я просто уселся на переднее крыло и стал покачивать ногами. Робот тут же опустился на землю в позу лотоса! Правильно, ножки не казенные, их беречь надо.

Я осмотрелся. Мы находились на высоте восемьсот метров над уровнем океана. Вокруг раскинулась голая каменистая равнина с пробивающейся кое-где чахлой травой. Поднялся сильный ветер. С востока приближался грозовой фронт. Приглядевшись ко второму трансформеру, я заметил, что тот опустил руки по швам и вроде бы отключился, но из него никто так и не вылез.

Ситуация изменилась в один миг. Этот второй вдруг начал подниматься вверх.

Над нами возникло еще пять трансформеров примерно одинаковых размеров типового внешнего вида. Вместе со вторым они вшестером зависли в воздухе на высоте двадцати метров, образовав круг. Все повернулись лицом наружу, одной рукой держа наготове ракетные установки, как бы защищая внутреннее пространство от врагов. Между ними возникли три черные линии, натянутые как сегменты, и протянулся один внешний провод, замкнув круг. Что-то невидимое внутри круга и сегментов оказалось тканью огромного зонта. Начавшийся дождь стал нам не страшен. Крупные капли застучали по земле вокруг круглой площадки диаметром метров тридцать.

— Ничего себе! — оценила Юззу. — Какие заботливые.

Но они заботились не о нашем комфорте. Сверху опустился еще один пятиметровый бронированный трансформер с шестью большими крыльями, как у стрекозы. Двойная створка на животе раскрылась вперед и вниз. На землю соскользнула стройная серебристая фигура.

Это явно была женщина или даже девушка с тонкой талией, широкими бедрами и заметно выпирающей грудью. Ростом чуть пониже робота и меня, примерно метр восемьдесят, в серебристом комбинезоне из металлизированной ткани и в таком же серебристом сплошном шлеме, полностью скрывающим голову.

Она подошла ко мне легкой походкой и сказала:

— Мир вам, дорогие гости!

Ее голос звучал почти по-человечески, но заметно фонил, напоминая голос бортовой системы фрегата, которым Рут произносит отсчет секунд перед стартом. Тоже робот? Или голосовые связки инопланетян не приспособлены к нашей речи?

— И вам тоже мир, хозяйка! — сказал я, соскочив на землю.

Рут широко улыбнулась мне с визора. Ее позабавило мое обращение к новой собеседнице.

Первый робот отступил на несколько шагов к двум пустым трансформерам, стоящим на земле. Следит, чтобы ни одна вошь не проскочила внутрь хозяйского костюмчика.

— Сниму шлем, если маленький альтаб выйдет из машины, — сказала девушка. — Я правильно говорю?

— Вы очень хорошо говорите, — заверил ее я. — Меня зовут Ван. Это Юззу, она сейчас выйдет.

Юззу шустро выскочила из флаера. Только и ждала моего разрешения.

— Приветствую вас, Ван, — сказала девушка и сняла шлем. — Приветствую вас, Юззу! Меня зовут Айра.

Бронзовая кожа ее бритой наголо головы была покрыта темно-коричневыми татуировками. Такой сложный орнамент я никогда раньше не видел, поэтому не смог бы его описать. Очень тонкая работа. Большие раскосые глаза морковного цвета притягивали взгляд. Я с усилием отвернулся чуть в сторону и посмотрел на мочку уха девушки, в которое были продеты три очень тонких колечка из золота.

Теперь ее голос прозвучал нормально. Фонил шлем, толщина брони которого составляла сантиметра три. Но она держала его легко, словно он ничего не весил.

— Привет, Айра! — сказала Юззу.

От волнения она не сразу переключила микрофон на наружный, а только по моей подсказке. Ей пришлось повторить еще раз:

— Привет, Айра! Можешь обращаться ко мне на «ты»!

— Хорошо, Юззу. Ты тоже можешь обращаться ко мне на «ты»!

Я почувствовал, что между ними мгновенно возникла обоюдная симпатия. Если бы я был один, эта девушка с немного припухлыми оранжевыми губами и не подумала бы снять свой шлем. Так мне показалось.

— Как быстро ты смогла заговорить на нашем языке! Я восхищаюсь твоими способностями! — сказала Юззу.

— Это заслуга тех, кто отправил нас сюда, на эту планету. Они очень хорошо подготовили нас.

Если инопланетяне всего за полчаса смогли научиться говорить по-альтабовски, то это явно весьма продвинутая цивилизация. Айра только что признала, что эта планета колонизирована ими. Тогда где же их дома? Тоже невидимые под термо-оптическим камуфляжем, сквозь который наши сканеры не могут ничего обнаружить? Но неужели здесь есть такие враги, от которых нужно прятаться? Какие-то более опасные создания, чем те скорпионоподобные огромные твари на склоне горы?

— Спасибо вам за помощь с теми чудовищами, — сказал я.

— Коди решил, что лучше убить их, пока они не начали стрелять по вашей машине электричеством. Это очень опасно, — ответила Айра. — Хотя мы не знаем, насколько прочная броня у вашего флаера.

Вот оно что.

Конечно, лучше не проверять, как подействует «электричество» на нашу броню. А робота, значит, зовут Коди.

— Коди решил? Этот тот робот? — Юззу кивнула в сторону трансформеров. — А ты где была?

— Это Эм-Семь, — улыбнулась Айра, обнажив два ряда идеальных жемчужных зубов. — Коди мой помощник, он во второй броне. А я прилетела сюда только что, издалека, патрулировала свой участок.

Коди тоже гуманоид? Но не стал показываться перед нами, отправив робота? Интересно. А у роботов нет имен, только буква и цифра? Но этот М-7 очень продвинутый робот. Я вспомнил, как он кивнул мне, когда я устал стоять и отошел к флаеру.

— Ты патрулировала свой участок? От кого? — спросила Юззу.

Она молодец. Задает грамотные вопросы.

— Вы называете такие создания саранча, — ответила Айра. — Только здесь это крупные и быстрые хищники, а их слюна разъедает нашу броню.

Опасная планета. Насекомые захватили ее до терраформирования или уже после, когда что-то пошло не так? Но спрашивать это я пока не решился. Сначала хотелось бы увидеть, где живут Айра, Коди и остальные. Сколько всего колонистов? Как долго они здесь? И откуда прилетели?

У Айры тоже имелись вопросы. Это хорошо чувствовалось по тому, как она чуть наклонилась вперед. Роскошная должно быть грудь под комбинезоном, если это не усиленная броня. Впрочем, держалась Айра на дистанции два с половиной метра и поглядывала то на мою штурмовую винтовку, висевшую дулом вниз на груди, то на пистолет в кобуре. Плазмоган я оставил в салоне, не видел необходимости брать его. Все-таки Коди с М-7 не стали бы защищать нас, если бы имели агрессивные намерения.

Такие намерения у них могли появиться потом, но сначала им нужно было выяснить, кто мы такие и зачем заявились.

Айра тут же подтвердила мою мысль следующим вопросом:

— С какой целью вы прибыли на эту планету?

Сразу видно, она девушка решительная, напрямую перешла к делу.

Рут подавала мне какие-то знаки. Сигнализирует о том, что слишком опасно было выпускать Юззу наружу, и теперь необходимо повысить бдительность.

Но я был совершенно спокоен и действовал по своему усмотрению, исходя из оперативной обстановки. В любом случае, нам нужно разрешение от Айры и ее неизвестных друзей, чтобы расставить телескопы. И не абы где, а в безопасных местах, где никакие скорпионы и саранча не повредят наше ценное оборудование. Без этого нам не вернуться домой. И тогда не имело значения, что там думают в Пятом Центре Навигации.

— Мы попали сюда случайно, — ответил я. — И не по своей воле. Вышли из гиперпространства поблизости от этой звездной системы и решили осмотреться.

Юззу высунула кончик языка и смотрела на меня вопросительно. Я взглядом дал ей понять, что пока не стоит приступать к объяснениям, что нам нужно.

— Из гиперпространства? — Айра не смогла скрыть свое удивление. — Вы имеете в виду, что можете летать на своем корабле через какое-то пространство, которое сокращает расстояния между звезд?

Она подняла глаза к небу и потом посмотрела на Юззу. Та энергично кивнула:

— Совершенно верно!

— Как перемещаетесь в космосе вы? — спросил я. — Откуда прилетели на эту планету? Если, конечно, это не секретная информация.

Айра пристально посмотрела мне в глаза.

— Отвечу, если вы объясните мне, почему не снимаете шлемы. Вам не подходит воздух? Понимаете, Ван, — она немного подумала, подбирая слова, — когда вы не ответили на наш первый сигнал, мы сразу поняли, что корабль на орбите принадлежит чужой цивилизации. Но потом мы увидели, что вы похожи на нас. Это меня очень удивило. И у меня возникло множество вопросов.

Она замолчала и перевела взгляд на Юззу.

Эта девушка тут главная? «Ее» очень удивило. У «нее» возникли вопросы. Не говорит «у нас», хотя сказала «мы увидели».

Про первый сигнал понятно — это когда Рут засекла двойной луч, который просканировал наш фрегат на подлете к орбите. Наверное, они посылали запрос «свой-чужой» в надежде, что прибыли их сородичи на неизвестной новой модели звездолета. Мы никак не могли ответить, и наше молчание напрягло тут всех. Они сразу замаскировались еще сильнее. Боятся. Я начал догадываться, что паранойя свойственна не только одному аборигену с планеты категории Е.

Айра, вполне возможно, допускала, что пришельцы каким-то образом смогли подделать двух гуманоидов, похожих на местных колонистов, и теперь пытаются втереться в доверие. Она думала, что мы разведка, посланная какими-то врагами этих колонистов или неизвестными опасными инопланетянами.

Как подобная догадка появилась у меня? Просто я почувствовал, что Айра может передавать мысленные образы. Или нет, не так. Она не собиралась выдавать свои мысли, просто я мог что-то увидеть. Не из-за этого ли моего свойства, неожиданно появившегося после того, как я покинул Землю, Рут считает меня эмпатом? Или это Ключ-Эхо так влияет на меня?

— Мы пока не получили полный анализ качества этого воздуха, Айра, — сказал я. — Но по предварительной информации оцениваем его высоко. Видели ваши постройки для формирования атмосферы. Вы неплохо поработали.

Я снял шлем, но знаком показал Юззу, чтобы она этого пока не делала.

Юззу подняла брови, но молча послушалась, хотя и поджала губки.

Экран с Рут сразу возник рядом с моим лицом.

— Никто, кроме тебя, не может меня видеть и слышать, — сказала она. — Ты нарушаешь протокол безопасности, Иван! Мой куратор сказал, что снимает с себя любую ответственность!

Ответить голосом я ей не мог. Решил проверить версию, что Рут умеет читать мои мысли, и подумал: «Пусть твой начальник не беспокоится. Я беру всю ответственность на себя».

Она меня услышала и вроде бы успокоилась.

— Ладно. Тебе там виднее, тебе и решать, Иван. В любом случае, я на твоей стороне!

Это меня обрадовало. Хотя у меня появилась новая версия насчет того, кем является Рут. Или точнее, всплыла старая версия и укрепилась. Обдумаю всё позже, когда никто не будет мешать.

Но я начал подозревать, что на самом деле никакой связи с центром навигации нет, и Рут, сидя в виде аватара в бортовой системе фрегата, всё придумывает про других навигаторов и своего куратора, чтобы поддерживать наш моральный дух. То есть, в первую очередь не пугать Юззу. Меня-то сложно напугать после всего. Впрочем, и Юззу девочка непростая. Я улыбнулся.

Айра на мою улыбку не отреагировала. Она молча ждала эти десять секунд, проверяя, не сдохну ли я от избытка кислорода, как какой-нибудь рептилоид.

Воздух и правда оказался отличный, как на морском курорте. Холодный ветер больше походил на осенний, а не на летний. После долгого пребывания в закрытых помещениях с рециркуляцией воздуха, у меня слегка закружилась голова от свежего ветра и сильного запаха озона от идущего дождя.

Я положил шлем на крышу флаера и снял перчатки. Показал Айре раскрытые ладони и провел ими по подросшему ежику волос. Демонстрация того, что я настоящий. Могу дышать одним с ней воздухом и вообще нормальный парень. Только ногти не мешало бы подстричь. Но я даже готов побрить голову наголо, как у Айры. Правда, про татуировки, как у нее, я не был уверен. Больно, наверное, и долго терпеть придется.

Она наконец чуть приподняла уголки губ в подобии улыбки. Подозрения у нее еще оставались, но я знал, что следующим шагом всегда могу разрешить Юззу тоже снять шлем.

— Хорошо, — сказала Айра и добавила с другим выражением лица, сдвинув тонкие брови шоколадного цвета: — Это удивительно. И очень странно. Мы уже никого не ждали. После стольких оборотов наконец-то кто-то прилетел. Но это оказались не те, кто нас отправил сюда, а совершенно другие. Чужие.

Подбор слов оставлял желать лучшего, но смысл я понимал, а это главное. После долгих лет эту планету соизволили посетить какие-то гуманоиды, которых не ждали.

Требовалось уточнение по смыслу фразы: «не те, кто отправил нас сюда». Почему она не использует слова «люди», «наши предки», «народ» или «раса»?

Меня опередила Юззу. Ей надоело быть молчаливым наблюдателем.

— Я не поняла, а кто отправил вас сюда? — со свойственной ей непосредственностью спросила она через внешний динамик. — Ты так странно говоришь. Как давно вы здесь?

Ключевой вопрос, который я пока откладывал. Ответ на него мог приблизить к пониманию того, что происходит на этой планете. Но мог и еще больше запутать. Что, если они здесь очень давно? И Айра далекий потомок первых колонистов?

— Отвечаю на ваши вопросы, — сказала она. — Откуда мы прибыли, не имеет значения. Того мира больше нет. Он погиб из-за вспышки сверхновой. Вы понимаете, что это значит?

— Ой! — произнесла в ответ Юззу.

Я молча кивнул. Что тут скажешь?

— Транспорт, на котором мы прибыли сюда, вылетел с орбиты того мира незадолго до катастрофы, — продолжила Айра. — Он был полностью автоматическим и летел через космос со скоростью десять процентов от скорости света по проложенному маршруту согласно программе. На орбитах экзопланет в зонах обитаемости на своем маршруте этот корабль останавливался ненадолго и отправлял вниз тысячи контейнеров со всем необходимым для колонизации планеты.

— Это наверное был очень большой корабль? — спросила Юззу. — И очень долго летел?

Глава 15

— Я ничего не знаю об этом, — ответила Айра. — Никаких изображений и документов не осталось. Часть контейнеров ушла глубоко под воду, и мы не можем их достать. Вероятно, какие-то сведения могут быть там. Транспорт отправился дальше. И нам неизвестно, сколько всего планет было на маршруте. Эта планета под номером двадцать шесть. Мы так ее и называем Б-26, если перевести на ваш язык. Б — это номер корабля. Всего их построили тридцать, так что где-то в космосе могут быть наши соплеменники. Должны быть.

— У вас нет связи с другими колониями? — спросил я.

— Ничего. Никаких сигналов с момента начала второго этапа освоения планеты мы не получали.

— Второй этап? — похоже, Юззу очень заинтересовала эта история.

Ее глаза загорелись, она шагнула ближе к Айре и подняв голову, смотрела на нее во все глаза.

— На первом этапе действовали машины, — ответила Айра. — Они разгрузили контейнеры в построенном убежище в безопасном месте высоко в горах. Провели анализ условий на планете и приступили к выполнению программы переселения. Для создания нужной атмосферы, машины начали строить фабрики. Вы летали к одной из них и видели, что от нее осталось.

— Да! Но она же давно заброшенная, одна труба совсем развалилась, — сказала Юззу.

— Фабрики были построены за шесть оборотов и потом работали все одновременно на протяжении семисот двенадцати оборотов Б-26 вокруг этой звезды, которую мы называем Арне. Они работали, пока не создали здесь эту атмосферу. Больше они не нужны, но разбирать их нет никакого смысла. В общем, то был первый этап.

По расчетам Рут получается, что фабрики работали примерно четыреста с лишним лет по времени Альтабески. Быстро же машины создали нужную атмосферу. Если считать относительно того, что происходит в этом бескрайнем космосе. Видимо, исходное состояние воздуха было вполне подходящим, требовалось немного подкорректировать его выбросом нужного состава газов в атмосферу.

Но какими же должны быть те контейнеры с оборудованием и сами машины? Не похоже, что Айра имеет в виду роботов типа М-7. В ее мысленных образах эти машины походили на большие экскаваторы и шагоходы, конвертопланы и башенные краны. Тогда вопрос — что представлял собой один из тридцати кораблей с той погибшей планеты? Каких гигантских размеров должен быть такой звездолет? Тысячи комплектов необходимого оборудования для заселения десятков экзопланет с нуля. Плюс биологические материалы для воспроизводства жизни.

Мощная должна быть цивилизация. Была. Но при этом они не умели летать через гиперпространство.

Опять же, обладают интересной технологией маскировки, включая индивидуальные облачка. Таких аналогов на вооружении у альтабов не имелось.

— И что потом? — нетерпеливо спросила Юззу.

Она подошла к Айре вплотную. Я даже подумал, что сейчас начнет дергать ее за рукав. Но Юззу каким-то чудом удержалась от этого. Рут облегченно вздохнула, хотя и начала нервничать, судя по новому для нее встревоженному выражению лица. Даже губу прикусила.

— Машины собрали и запустили производственную линию внутри убежища и сделали партию брони, оружия и роботов. Так вы называете таких, как Эм-Семь, — продолжила Айра. — И уже они собрали приемо-передатчики связи, построили жилые помещения и несколько оперативных баз в разных местах планеты. Тоже высоко в горах. Это необходимое условие для выживания. Вы же видели, какая здесь агрессивная среда.

— Гигантские насекомые, — кивнула Юззу.

— Значит, они были здесь до вашего прибытия? — спросил я.

— Здесь было много разных видов насекомых, — ответила Айра. — Часть из них погибла от изменения атмосферы и климата. Но другая часть приспособилась, выжила и эволюционировала. Они стали гораздо больше в размерах и намного опаснее. Это задним числом мы понимаем, что программа заселения планет не очень хорошо продумана. Нужно было сначала уничтожить всех этих тварей, потом запускать процессы Арне-формирования. Но машины действовали точно по программе. А те, кто нас сюда отправил, были… излишне миролюбивы.

Их старый мир назывался Арне? Странно, что так они назвали местную звезду, а не планету. Б-26 звучит не очень.

— Миролюбивы? — переспросила Юззу.

Мне показалось, что она не совсем поняла значение этого слова. Ну да. Она же с милитаристской планеты, где считается, что ничего особенного нет в том, чтобы разносить огромные летательные аппараты противников в мелкие клочья с помощью обычных вооружений.

— Может, я не так выразилась, — сказала Айра. — Они были мягкотелыми. Так мне кажется. Но это во мне говорят многие годы войны с саранчой и разными водяными тварями, которыми кишат моря и океаны. Мы потеряли много наших друзей в этой войне.

Вот значит как.

Она наконец правильно выбрала вместо оборотов годы. Годы войны. Большие жертвы.

— Какое у вас есть оружие? — спросил я.

— Ракетницы, пулеметы и автоматы. Всё, — ответила Айра. — Да, мало, но я же говорю: те, кто нас отправил сюда, были миролюбивы и мягкотелы!

Она упорно называет своих предков «Те-кто-отправил-нас-сюда». Особой любви в таком определении не ощущалось. Но ее можно понять. Досталась такая планета, что радоваться особо нечему. Как они вообще выжили? Чем питаются?

— Когда ты родилась? — спросила Юззу.

Умная девочка. Спроси это я, неизвестно, ответила бы Айра искренне. Поэтому я и не задавал такие вопросы этой суровой воительнице с жестким взглядом.

Но когда тебя спрашивает мелочь с неоновыми зелёными глазами, стоя рядом и глядя вот так снизу вверх, невозможно не ответить правду.

— Если можно так сказать про мое появление на свет, то я «родилась» очень давно. Ты вряд ли поверишь, насколько давно, — ответила Айра.

— Я поверю! — не отставала Юззу.

— Уже идет триста восьмой оборот этой планеты вокруг Арне с момента начала третьего этапа колонизации, и столько же времени прошло, как я появилась на свет, — призналась Айра.

— Ничего себе! По нашему это сто восемьдесят лет! — быстро подсчитала Юззу. — Но ты выглядишь максимум лет на двадцать пять!

— Я такой и «родилась», — сказала Айра. — Понимаешь, Юззу, третий этап освоения этой планеты затягивается, и приступить к выращиванию живых мы пока не можем. Опасная внешняя среда не позволяет перейти к следующей стадии. Нет необходимых условий, чтобы мы могли вскрыть контейнеры с замороженными эмбрионами. До этого очень далеко.

Она не гуманоид! Но и не робот. Что-то среднее — киборг, синтетик или репликант. Но она должна обладать живым мозгом, иначе как я вижу ее мысленные образы? Я же не могу видеть мысли машины с искусственным интеллектом? Будь я хоть каким угодно продвинутым эмпатом по определению альтабов, невозможно почувствовать мысли робота, верно?

Или моих знаний в этом вопросе недостаточно, чтобы представить такое? Что если я вижу следы электрических импульсов, с помощью неведомой технологии, скрытой в Ключе-Эхо? И Айра испускает эти импульсы в больших количествах?

— Ты хочешь сказать, ты не живая? — поразилась Юззу. — Я тебе не верю!

Она сняла перчатку и взяла рукой длинные бронзовые пальцы Айры с перламутровыми коротко стриженными ногтями. Та от неожиданного прикосновения детских пальцев приоткрыла рот.

— Я же сказала, что ты не поверишь, — сказала она.

— Ты говорила про возраст, Айра! А не про то, что ты неживая!

— Это такая технология, Юззу. Долго объяснять.

— Я никуда не спешу, — сказала Юззу. — Давай, начинай объяснять! Твои пальцы теплые! Как у обычного живого существа.

Рут смотрела на это всё с экрана, приоткрыв рот. В цивилизации альтабов специальными законами ограничено применение искусственного интеллекта. Все роботы с фиксированными автономными программами должны выглядеть машинами, никакой похожести на людей быть не должно. Я и раньше заметил, как удивленно она смотрела на М-7 с его индейской физиономией. Что уж говорить про Айру, которую невозможно отличить от живого человека из плоти и крови. Даже принимая во внимание, что она инопланетянка, и может обладать такой экзотической внешностью.

Но теперь я пригляделся внимательнее к татуировкам на ее лице и голове — это был очень четкий узор, нанесенный с помощью особой техники. Что-то вроде гильоширования по металлу. С орнаментом, похожим на матрицу. Зачем нужен такой сложный и причудливый рисунок? Есть ли в нем какой-то скрытый смысл? Может, тут записано количество уничтоженных врагов или другая необходимая информация, которую легко могут считывать роботы и другие киборги? Я решил пока так называть Айру.

— Я расскажу тебе, Юззу, — сказала Айра. — Но лучше нам прямо сейчас полететь в убежище. Находиться долго на одном и том же открытом месте очень опасно.

Юззу резко повернулась ко мне:

— Полетели?

— Конечно, — кивнул я.

При этом почувствовал, что некоторые бойцы в небе над нами слегка напряглись. Видимо, засекли приближение саранчи или других врагов. Они передали эту информацию Айре едва различимыми звуками, похожими на те, которыми общаются дельфины. Вот почему она заторопилась покинуть это плато.

— Можешь сесть с нами во флаер, Айра! — предложила Юззу. — Если твою броню доставят на базу твои помощники. И по дороге всё расскажешь!

— Поддерживаю это предложение, — сказал я.

— Я с удовольствием принимаю его, — сказала Айра.

У меня всё никак не укладывалось в голове, как хорошо она говорит на альтабском языке. Постепенно у нее получается все лучше.

Айра по-дельфиньи чирикнула что-то своим. Индеец М-7 забрался в трансформер и сразу стал невидимым вместе с ее броней. Четверо из шести бойцов тоже включили свой камуфляж, и только двое остались видимыми — Коди и трансформер темно-серого цвета с оранжевым треугольником на спине, который светился как фонарь.

— Летим за этим оранжевым огоньком, — сказала Айра.

Я открыл дверь на задний ряд. Она вслед за Юззу забралась внутрь. Они уселись рядом, как давние подружки. Юззу широко улыбалась и держала Айру за руку.

Я надел шлем, засунул перчатки в карманы и сел за штурвал.

— Наконец-то! — сказала Рут, тут же появившись на моем визоре. — Так мне удобнее, лучше улавливаю твои мыслеобразы, когда ты в шлеме. Что-то невероятное начало твориться — куратор впервые на моей памяти повысил голос на всех и разогнал по рабочим местам! Нас полностью засекретят с этого момента, а меня прямо сейчас переводят в отдельный кабинет, что просто неслыханно для стажера! Но я постоянно тут, на связи!

Наши с Юззу акции резко выросли в цене? Я решил и дальше делать вид, что верю ее словам. При этом думал, что она выдает эти фантазии за реальность, исходя из лучших побуждений. Пусть так и остается. Незачем вдаваться в подробности, ведь это ни на что не влияет. Даже если всё в самом деле так, как она описывает.

Я прислушался к разговору на заднем ряду.

— Далеко лететь? — спросила Юззу.

— По вашим меркам... сейчас... дай сориентируюсь. Минут двадцать, если придерживаться скорости Коди и Эм-два, это мой напарник-робот, — ответила Айра. — Мы всегда летаем парами: один робот и один синтет.

— Синтет?

— Это самое подходящее определение в вашем языке для меня, Коди и других.

— Что означает это слово? — спросила Юззу.

Она впервые услышала его.

— Говоря вашим языком, синтет означает гуманоидного киборга с синтетическими органами и искусственными мышцами, работающими на воде.

Как интересно. Рут выпучила свои и без того огромные глаза.

— Поясни! — требовательно попросила Юззу.

Она поняла, что нравится Айре, и нахально пользовалась этим. Того и гляди, скоро командовать начнет всеми местными войсками. Что ж, мне это на руку. Я такое поведение Юззу всецело одобрял и подмигнул ей в панорамное объемное зеркало заднего вида. Она в ответ одарила меня улыбкой прирожденной скромницы и моргнула глазками.

— Поясняю, — сказала Айра. — Эта технология подразумевает системное применение синтетических версий живых органов. От искусственных мышц, которые сокращаются под действием давления воды; и полимерного скелета с аналогами костей, сочлененных суставами с искусственными связками с десятками степеней свободы; до гидравлической сосудистой системы, работающей от компактного, но мощного насоса. И вершиной всей технологии является нервная система «Айса» визуально-моторной модели «Эйри», с шестью камерами глубины для отслеживания окружающей среды. Так понятно?

Мне всё было понятно. Кроме того, из чего состоит ее мозг.

Хорошо, что и Юззу подумала о том же.

— Вроде бы понятно, — неуверенно ответила она. — Но что насчет мозга? Про скелет — ладно, но как ты думаешь? Как говоришь? И как смогла так быстро выучить наш язык?

Очень правильные вопросы.

Я заметил, как Рут что-то быстро печатает на невидимой мне клавиатуре, как обычно, глядя куда-то вбок. Задний план изменился. Стена стала светло-зеленого цвета вместо голубого. Уже перевели в отдельный кабинет? Хорошо, что нас засекретили. Мы же тут как на передовой или как разведчики в глубоком тылу. Лишние зеваки нам явно ни к чему. Это если для протокола. Для себя я решил, что так намного проще: принимать поведение и слова Рут за чистую монету и не отвлекаться от происходящего в моей реальности.

— Насчет мозга я и сама не знаю всех подробностей, — ответила Айра. — Его выращивают для всех синтетов в специальном модуле, который был создан на родной планете. Он монолитный и имеет только небольшое окно для выдачи, а что и как происходит внутри, никто не знает. Но мы всегда «рождаемся» разными. Отличаемся и телом, и мозгом.

— Ты сразу родилась такой умной?

— Нет. Первые пять лет я училась, никуда не выходя из убежища.

— И кто тебя учил, роботы и машины? — удивилась Юззу.

— Уже подлетаем, — вместо ответа сказала Айра.

Юззу отпустила ее руку и посмотрела на меня в зеркало заднего вида. Она слегка сдвинула брови и плотно сжала губы. Проявляет недовольство, что не узнала все ответы на свои вопросы.

Но Айра помолчав немного, добавила:

— Сейчас увидите в убежище нашего главного учителя. Он будет рад познакомиться с вами.

Рут подняла брови.

Я тоже.

Юззу снова взяла пальцы Айры, на этот раз обеими руками.

— Здорово! — сказала Юззу. — А что вы едите?

Конечно! Проголодалась девочка.

— В грузовом отделении есть сухие пайки в рюкзаках, — тут же подсказала мне Рут.

— Мы не едим, мы только пьем очищенную воду, — ответила Айра. — Больше нам ничего не надо. В этом наше преимущество перед живыми. Программа потому и не дает вскрыть морозильники с пробирками эмбрионов, потому что живых нечем полноценно кормить. Мы начали выращивать опытные образцы растений внутри убежищ, но этого мало.

— Юззу, в багажнике есть сухие пайки, — сказал я. — Хочешь есть?

Она кивнула. И показала пальцем вперед.

— Это и есть ваше убежище?

Мы подлетали к горному массиву из черных скал, на вершинах покрытых снегом.

— Облетим правее и снизимся к ущелью, — ответила Айра. — Там непроходимая зона, а всех летающих тварей легко сбивают машины из зенитных установок. Самое безопасное место на этом континенте.

— А есть и другие убежища? — спросил я.

— Да. Еще четыре других. На каждом континенте.

Она впервые кивнула в ответ. Учится в процессе разговора нашим способам общения.

— А сколько всего есть синтетов? — спросила Юззу. — Ты сказала, вы многих потеряли за годы войны.

— Сожалею, Юззу, но это засекреченная информация. Военная тайна.

— Поняла, — с серьезным видом кивнула Юззу. — Военную тайну я уважаю. Мой папа — боевой генерал.

Айра повернулась к ней всем телом и посмотрела со странным выражением. Синтет она или киборг, но ничем не отличается от живого человека! Реагирует так же, как отреагировала бы обычная девушка.

Из каких материалов, интересно, сделаны ее пальцы, голова и лицо? И зачем украшать мочки ушей синтетов золотыми колечками? Неужели это тоже делается в самом начале? Или Айра сама потом украшала себя? Где она взяла золото? Хотя это наверняка машины добывают из недр планеты. Построили же высоченные трубы и огромные фабрики по выработке газа.

— Мы тоже называем своего учителя похожим словом, — сказала Айра. — Генерал. Одно из тех слов, которые даже звучат идентично, как на основном языке Арне.

Она вздрогнула и посмотрела на меня встревоженными оранжевыми глазами. Я тут же потянул штурвал на себя, резко уводя флаер на высоту. Как я понял, появились группы саранчи. Проверять, разъедает ли их слюна корпус флаера, мне совсем не хотелось.

Коди тоже взмыл вверх впереди нас, но робот М-2 просто включил маскировку.

— Саранча? Где?! — спросила Юззу.

— Справа.

Айра показала на серые силуэты, приближающиеся с западной стороны.

Глава 16

Не знаю, как выглядят членистоногие и прочие инсектоиды у альтабов, я и про земную разновидность саранчи не уверен, но эти десять тварей были просто омерзительными. Серо-зеленые крылатые уроды размером больше двух метров, с четырьмя длинными и тонкими ногами, мощными челюстями и короткими антеннами, торчащими из угловатых голов.

— Ван, давай убьем их из лазера! — потребовала Юззу. — Скорее! Пока они не подлетели ближе.

— Это так вы называете ваше оружие? Лазер? — спросила Айра. — Коди рассказал мне, как вы убили скорпионов.

— Боюсь задеть своих, — сказал я.

Не задумываясь, назвал бойцов Айры своими.

— Айра, прикажи им снять маскировку! — сразу сообразила Юззу. — Или пусть поднимутся повыше!

— Ван, ты сможешь убить всех десятерых? — спросила Айра. — Они уже близко.

— Восемь точно смогу. Быстрее! — сказал я, резко разворачиваясь для атаки и помечая цели.

Ее приказов своим бойцам я не слышал, но тут же увидел все восемь трансформеров. Они появились на три метра выше флаера и тут же рассыпались веером. Семеро летели с ракетными установками наперевес для отражения нападения.

— Пусть возьмут на прицел крайних, — сказал я, — и сосредоточат огонь своих ракет на них. Восемь мишеней в середине уже засек цифровыми метками, их я сам уничтожу.

— Поняла, — кивнула мне Айра в зеркало заднего вида.

Она передала указания своим. Это я понял по ее мимолетному, как бы отрешенному, виду. Дельфиний ультразвук был их основным способом коммуникации на расстоянии.

Потом Айра перегнулась вперед, чтобы лучше видеть мои действия. Дистанция до саранчи уже сократилась до ста двадцати метров. Я откинул крышки предохранителей и нажал на гашетки.

Почти одновременно со мной выстрелили трансформеры. Четыре управляемых ракетных снаряда двумя парами по спирали полетели в крайних тварей. Те услышали звуки выстрелов, увидели дымные следы и попытались уклониться, уходя ниже. Сразу выстрелили еще трое трансформеров. Как раз их ракеты и попали в цели. Краем глаза я заметил, что одна тварь после двойного взрыва стала падать вниз в пике, но крайняя справа пострадала незначительно и метнулась в сторону, подальше от нашего отряда.

Айру больше интересовали результаты моих выстрелов. Для меня-то ничего нового не произошло. Лучи вполне ожидаемо так же разорвали туловища саранчи, как и скорпионов до этого. Грязно-желтые ошмётки и мутный ихор разлетелись в стороны, и разорванные тела всех тварей упали вниз на скалы предгорья.

— Коди описал точно! Теперь я сама вижу. Ван, Юззу! — сказала Айра. — Вы можете очень сильно помочь нам. Такое высокоточное и эффективное оружие позволило бы нам переломить ход войны с насекомыми. Если, конечно, у вас имеется достаточное количество боеприпасов.

— Боеприпасы есть, — сказал я. — Практически бесконечные.

— Как?!

— Боезапас генерируется ядерной установкой.

— Это потрясающе! Вы поможете нам? — спросила Айра и посмотрела на Юззу.

— Конечно! — уверенно кивнула та. — Для Вана это вообще не проблема, он любит пострелять по разным тварям.

Я и правда люблю пострелять. Тем более, если твари не могут выстрелить в ответ и причинить вред такому геройскому супергерою. Смелость и отвага — мои фирменные фишки.

Избавить эту планету от насекомых-мутантов — благое дело, с какой стороны ни посмотри.

— Как надолго вы можете остаться? — спросила Айра.

Я уловил в ее тоне первые сильные эмоции. До этого она произносила всё примерно одинаково ровным тоном без особого выражения. Даже когда восхитилась результатами стрельбы, старалась говорить солидно и с достоинством. Но сейчас она спросила очень озабоченно.

Юззу посмотрела на меня в зеркало, приподняв брови. Я ответил ей взглядом, говорившим: сейчас гляну, что у меня в календаре намечено на ближайший отрезок вечности.

Мы следом за трансформерами облетели высокие пики гор и теперь плавно снижались по направлению к ущелью с другой стороны этого скалистого хребта.

— На один полный оборот Б-26 вокруг Арне мы, наверное, можем задержаться, — ответил я.

Юззу улыбнулась. Она поняла, что я не хочу выдавать нашу проблему. У таких крутых пришельцев не может быть никаких слабостей.

— Отлично! — сказала Айра. — Само небо послало нам вас!

У цивилизации Арне, видимо, есть какие-то религиозные верования. Но делать выводы я не спешил. Вдруг Айра выудила эту фразу из языкового пакета альтабов. Наверное там есть что-нибудь вроде: «возрадуемся, граждане! боги услышали наши молитвы!»

Вот поговорю с их главным учителем, тогда и станет понятнее, могут ли машины сохранять и передавать синтетам культурные ценности своих создателей.

Поговорить с главным учителем мы никак не смогли бы без переводчика, которым выступала Айра. Ее учителем оказался очень большой дельфин. И он был синтетом.

В аквариуме размером примерно сорок метров на тридцать и двадцать пять метров в высоту дельфиний синтет метров семь в длину зависал по центру в зеленоватой воде. Из головы у него выходили две гибкие и очень длинные трубки, соединяющиеся с какими-то механизмами возле боковой стенки аквариума снаружи на каменном полу убежища.

Мы попали сюда по винтовой лестнице через раздвижной потолок в виде толстых железобетонных плит, которые открылись не сразу, а после переговоров Айры с двумя синтетами в таких же серебристых скафандрах и шлемах, как у нее. Они стояли за пультом управления замками убежища возле башни со спаренными крупнокалиберными пулеметами.

Выше в горах таких башен я насчитал штук двадцать. Проникнуть в ущелье по воздуху никто из насекомых давно и не пытался. А по суше это было невозможно в принципе. Весь периметр машины зачистили еще тысячу местных лет назад.

Флаер пришлось оставить на посадочной площадке в специальном боксе, рассчитанном на конвертоплан. В соседних боксах стояли два таких, они были больше флаера раза в три.

Когда мы спустились по лестнице вниз, и потолок закрылся, на стенах автоматически включились лампы освещения в сине-голубых тонах.

Юззу и Айра первыми подошли к аквариуму. Я шел чуть позади, осматриваясь на ходу. Никого, кроме нас, в этом просторном помещении не было. Учитель явно хотел поговорить с пришельцами без лишних свидетелей.

Я достал из рюкзака один сухпаек из пачки в десять штук. Выбирать не пришлось, все одинаковые — сбалансированный набор белков, углеводов и жиров в виде пористых брусков. Вскрыл упаковку и отдал Юззу. Она сразу же вонзила зубки в брикет и начала жевать.

После ее вопросов, пока я возился с рюкзаком, выяснилось, что ни Коди, ни другие синтеты, говорить на альтабовском не могут. Только у Айры оказались уникальные способности к языкам. На наше счастье.

В самом начале это она и отдала команду М-7, что нужно ответить нам. Дельфиньи шифровки на ультразвуковой волне распространялись очень быстро на дальние расстояния. Робот как попугай повторил нам ее слова: «время» и «ждать».

— Ты говорила, все синтеты разные рождаются? Настолько? — удивленно спросила Юззу.

— Кроме меня, на этом континенте были еще несколько синтетов, которые, возможно, смогли бы заговорить, — ответила Айра. — Но их больше нет. Так что я единственная здесь, кто смог быстро освоить ваш язык.

— Ладно. Давай поздороваемся с твоим учителем, — сказал я. — Или он спит?

Айра прочирикала длинную фразу. Она как-то усиливала ультразвук, возможно, специально из некой вежливости. Чтобы их общение не выглядело для нас слишком странно.

Мы с Юззу посмотрели на дельфина в аквариуме. По его туловищу и голове было заметно, что он синтет. Ровная монолитная поверхность поблескивала в воде металлическим оттенком бежевого цвета. Местами на брюхе и заднем плавнике виднелись заплатки с заклепками и неровные швы.

Дельфин открыл глаза и оглядел нас по очереди. Его чириканья я не слышал. При этом отметил, что Айра помогала себе лёгкими жестами ладони, усваивая быструю речь дельфина.

— Люн сказал, что рад дожить до этого момента, — сказала она. — Он очень ослаб после давних столкновений с морскими тварями. Триста сорок лет живет в этом контейнере. Машины доставили Люна сюда. Это был последний рейс конвертопланов, рабочий ресурс которых подошёл к тому времени к концу. К сожалению, других синтетов-дельфинов спасти не удалось. Они потерпели поражение в борьбе за моря и океаны. Это Люн для вступления сказал. Чтобы стало понятнее, почему он здесь один и в таком плачевном виде. Можете задавать вопросы. Он спросит потом, после вас.

Насколько я понял, она переводила практически синхронно.

— Как вам удалось выучить наш язык так быстро? — спросил я.

Это был не самый важный вопрос, но лучше задать его в начале разговора.

— Про язык он разрешил рассказать вам, что у народа Арне есть похожий на ваш универсальный блок информации на случай контакта с другой расой. Люну всего лишь потребовалось найти ключевые сочетания между этим блоком и вашим пакетом, за которые он, как за ниточку, вытянул всё остальное. С помощью этой вычислительной машины.

Она показала на один из громоздких механизмов, к которым вели трубки из головы Люна.

— Но как он передал это знание тебе? — отвлеклась от своего брикета Юззу.

— Я прилетела сюда, забрала и вставила чип со всей информацией, — ответила Айра. — В специальный разъем.

Она показала пальцами правой руки на заднюю часть плеча над левой лопаткой.

Меня такое объяснение вполне устраивало. Всё ясно и понятно. А то я уже подозревал какую-нибудь черную магию.

Но Юззу сделала большие глаза. Я заметил, что дельфин косится на них, наверное удивляется необычному цвету неоновый какаду.

— Айра, ты как продвинутый навигатор! — сказала Юззу. — У нас только им можно использовать такие чипы.

Она искоса глянула на меня с улыбкой и одной рукой взяла за руку Айру.

— Народ Арне — это люди, похожие на тебя, Айра? Или это дельфины, как Люн? — задал вопрос я.

Необходимо расставить точки над «и», чтобы развеять появившиеся сомнения.

— Это люди. Живые. Так мы их называем, — перевела Айра ответ Люна. — Они на родной планете использовали дельфинов в качестве помощников, наряду с разными породами зверей. Вы называете похожих существ волками и собаками. В программе колонизации новых планет заложено использование синтетов-дельфинов для работы в водной среде. Машины на первом этапе создали сотню синтетов-дельфинов и выпустили в океаны. Люну больше тысячи лет. Его обучали две специальные машины, которые уже давно перестали функционировать. Их источники питания перестали работать, а мы не смогли произвести новые. Часть необходимого для этого оборудования ушла на дно, и поднять те контейнеры мы не можем из-за нападений самых больших морских тварей, которых очень трудно убить.

Наверняка это гигантские белые тараканы, одного из которых мы с Юззу видели. Айра явно имела в виду именно их. Саранчу же они могут убивать. Пусть и не всегда с первого попадания.

— И потом уже Люн обучал тебя и других? — догадалась Юззу.

— Да.

— Если уничтожить всех морских тварей, которые мешают добраться до затонувших контейнеров, то как вы их потом поднимете? — спросил я.

— Наша броня позволяет опуститься на любую глубину, — ответила Айра.

Я только сейчас понял, что пропала связь с Рут. Когда это случилось? Как только закрылись плиты потолка трехметровой толщины?

Рут наверняка очень волнуется. Я решил не затягивать разговоры. Познакомились со старым синтетом-дельфином и ладно.

— Давайте полетим искать белого таракана, — предложил я. — Не будем откладывать. Надо сначала попробовать убить одного, а до тех пор ничего обещать я не могу.

— Айра, ты же можешь разговаривать с Люном на расстоянии? — спросила Юззу. — Тогда мы продолжили бы разговор, не отрываясь от дела.

Ну что за умница! Очень одаренная девочка и перспективный навигатор. Юззу если и не читала мои мысли, то хорошо чувствовала настроение. В данном случае — беспокойство. Она не знала, что связь с Рут исчезла, но поняла — что-то не так.

— Если не закрывать крышу убежища полностью, мы можем разговаривать с Люном, — ответила Айра. — Так действительно будет лучше. Нам надо лететь прямо сейчас. Я сказала Люну, он согласен.

О чем она говорила с ним своими замысловатыми трелями, проверить я не мог. Но решил не усложнять и полностью довериться Айре. Она же привела нас сюда, хотя могла не делать этого.

Юззу помахала рукой дельфину, он вильнул хвостом и слегка стукнул носом в прозрачную стенку аквариума. Я поднял руку и коснулся стекла. Хорошо, что мы увидели его. Юззу довольна. Но толку стоять тут нет, раз мы все равно общаемся через Айру, а она может поддерживать ультразвуковую связь с Люном на расстоянии.

Мы поднялись наверх к флаеру.

Как только открылись створки потолка, тут же передо мной возник экран с встревоженной Рут.

— Что там? — спросила она.

Старается не выдать, что испугалась.

Я мысленно ответил, что «там» всего лишь аквариум с умным синтетом-дельфином, подключенным к компьютеру цивилизации Арне, а связь прервалась из-за помех, создаваемых слоем неизвестной защиты в плитах крыши. Рут облегченно выдохнула.

— Дельфин? Очень странно, — сказала она, быстро глянув вбок.

Я начал подозревать, что она видит там мои мысли на специальных экранах.

— Не так уж и странно, — подумал я. — Какая разница, куда вставить искусственно выращенный мозг, в синтета-гуманоида или в синтета-дельфина? А дельфины отлично плавают, что наверняка важно при первом этапе освоения новой планеты.

— Хм. Подумаю об этом на досуге, — сказала Рут. — Какой план?

Мысленно я представил того гигантского белого таракана, плывущего среди темных волн. Рут посмотрела вбок и всё поняла.

— Если вдруг лазеры не пробьют его панцирь, мало ли что, ты можешь использовать плазменные орудия, — сказала она. — Это точно убьет любое живое существо. Целься в голову.

Интересно. Я посмотрел в своей проапгрейденной памяти, где тут система управления огнем плазмоганов. Всё на месте, ничего сложного. Отдельная рукоятка длинного гибкого рычага, сейчас плотно утопленная в паз по центру передней панели. Мысленно поблагодарил Рут за подсказку.

Я предложил Айре сесть на переднее сиденье. Она посмотрела на Юззу, спрашивая разрешение.

— Конечно, садись! — ответила та. — Я подвину свое сиденье вперед и буду сразу за твоей спиной.

— Предлагаю покрыть вашу машину слоем распылителя, — сказала Айра. — Тогда она станет незаметной для саранчи на ближайшие три дня.

— Хорошая идея! — ответил я. — Где мы это сделаем?

— В дальнем сервисном боксе.

Она показала, куда лететь вдоль ущелья.

Процесс занял минут десять. Два робота-индейца на разных уровнях бокса из двух мощных пульверизаторов с длинными шлангами, уходящими в бетонный пол, обрызгали флаер со всех сторон, пока я завис на высоте двух метров.

С оптическим камуфляжем летать намного спокойнее, так сказала Айра. Нас сопровождал только ее напарник-робот М-2. Остальных она давно отправила по другим делам, которых было полно.

Мы взлетели к вершинам гор и направились к океану.

Я уже начал догадываться, что людей у них не хватает. В смысле синтетов и роботов, а не людей. В этом ущелье мы видели только по паре синтетов и роботов. Я-то ожидал увидеть большой гарнизон и целую армию трансформеров.

Фраза Айры про перелом в войне с насекомыми стала понятнее — цивилизация Арне терпит поражение не только в морях и океанах, но и на суше, и в воздухе. Слишком много разных насекомых-мутантов. Третий этап колонизации не просто затянулся, а грозит стать последним. Вскрывать морозильники с эмбрионами живых людей и растить их с младенчества до того, как они смогут самостоятельно жить и принимать решения, вполне возможно, уже никогда и не пришлось бы.

Если бы не появились мы с Юззу.

Все-таки живые люди очень хрупкие. Машины, роботы и синтеты тысячу лет стараются создать нормальные условия для жизни. Цивилизация Арне вроде бы всё продумала и грамотно рассчитала, но ее универсальный метод освоения новых планет не учитывал специфику каждого мира. Просто взять и сбросить контейнеры вниз в надежде, что это сработает, далеко не самый лучший выход. На скольки из сотен или даже тысяч планет выходцы с Арне в итоге смогли построить нормальную жизнь?

Но главный вопрос — почему они не оснастили свои передовые отряды машин и роботов более мощными видами оружия?

Глава 17

Не может быть, что они не могли. Если построили тридцать огромных звездолетов и полетели в космос по сложным маршрутам с сотней остановок для каждого корабля, чтобы найти новое место для жизни, то должны были дать что-то получше, чем пулеметы и ручные установки управляемых ракетных снарядов. Хотя, конечно, эти ракетницы совсем не ручные. Человеку такие большие и тяжелые штуки не поднять, только трансформеры могут. Но все равно этого мало.

Значит, были какие-то другие причины, о которых мне вряд ли расскажет Люн? И даже спрашивать не стоит. Но вопросов у меня скопилось достаточно. С чего бы начать?

Я летел над океаном на высоте метров сто, вглядываясь в неспокойные черно-зеленые волны. Юззу тоже вертела головой по сторонам. Размеры планеты походили на Землю, и океаны здесь такие же огромные.

— Как долго тараканы могут не всплывать? — спросил я.

Остановил флаер на месте и завис над небольшим атоллом. Может проще не летать, а подождать?

— Не знаю, — ответила Айра. — Мы наблюдали за ними, но никаких тенденций или закономерностей не обнаружили. Могут всплыть внезапно и долго находиться на поверхности, а могут сразу уйти на глубину. Мы считаем, что их популяция состоит из примерно семидесяти, максимум восьмидесяти особей.

Считают они. Примерно. Цифровых меток у них, похоже, нет. Ведь что может быть проще — засекли таракана и пометили? Так можно быстро узнать, сколько их всего, куда они обычно плавают и прочую полезную информацию.

— Найди нам таракана поблизости, — мысленно сказал я Рут. — Где там сейчас фрегат?

— Уже ищу. Советую полететь южнее по рассчитанному мной курсу. Фрегат сейчас над областью океана в шестистах километрах от вас. Как только фотокамеры обнаружат подозрительное движение, я сообщу.

Я развернулся и полетел на юг по пунктирной красной линии на экране.

Надо спросить у Люна про его столкновения с морскими тварями.

— Какие еще есть обитатели океанских глубин, кроме белых тараканов?

— Других мы можем уничтожить, — сразу ответила Айра, — но этих тварей, которых ты называешь белыми тараканами, нет. Даже если стрелять одновременно из двадцати ракетниц, урон будет незначительный. Тварь просто нырнет и затаится, а потом снова вынырнет и нападет в самый неожиданный момент. Мы пробовали разные способы, чтобы достать контейнеры из морей. Ничего не вышло.

— Как контейнеры попали в воду? —спросила Юззу. — Нельзя было сбросить их на сушу?

— Люн говорит, что есть версия о внезапном сильном шторме, которые часто случались здесь раньше, до формирования нормальной атмосферы. Контейнеры, проходя в атмосферу, выпускают парашюты и медленно садятся в заданный сектор. Но штормом их могло разметать очень далеко.

— Понятно, — задумчиво протянула Юззу.

Она доела первый брикет сухпайка, запила водой из термоса и полезла в рюкзак за вторым брикетом.

— И много контейнеров потеряли? — спросил я.

— Почти половину. Они не могут подняться на поверхность сами и не могут, то есть, не должны открываться в воде. Мы надеемся, что их содержимое в порядке.

— За тысячу лет? — с сомнением спросила Юззу. — Допустим. А что внутри, вы знаете? Может там быть оружие получше?

— Люн не знает. В вычислительных машинах никакой информации о содержимом других контейнеров нет. Есть только общее количество — ровно тысяча. На сушу опустилось пятьсот тридцать шесть.

— Вот поэтому вы и не можете закончить процесс, да? — спросила Юззу. — Ладно, все ясно. Нужно убить семьдесят-восемьдесят тараканов.

Всё просто. Рут согласилась со мной:

— Осталось всего ничего — найти этих гадов.

Первым таракана заметил напарник Айры.

— Эм-Два засек одного! — сказала она.

Показала на юго-восток. Мы полетели туда и через десять минут увидели в воде белую тень.

Я направил камеру на нее и вывел увеличенное изображение на экран передней панели. Огромный белый таракан или точнее сказать — мокрица, быстро плыла на восток, извиваясь хвостом и всем туловищем. Длиной метров пятьдесят. Голова с восемью большими глазами рассекала волны. Я заметил на голове монстра четыре антенны, как у саранчи, только гораздо больше и расположенные в ряд в виде гребня. Такого же белесого цвета, как и туловище, эти антенны сверху сложно разглядеть, они сливались с фоном.

— Какая интересная у вас оптическая технология! — сказала Айра.

Вроде и восхитилась, но опять таким нейтральным тоном произнесла, как бы констатируя факт. Не поймешь ее истинного отношения. Вероятно, у них тоже такая технология есть. Но она глубоко на дне морей в затонувших контейнерах.

Я подлетел на дистанцию метров двести. Решил, что проверять лазеры не стоит. Вдруг они не пробьют этот непонятный ребристый панцирь, который выглядит очень внушительно, и тогда таракан уйдет на глубину. Ищи потом другого. Этот и так уже запеленговал нас своими антеннами, сбросил скорость и повернул голову. Двумя крайними слева глазами косился в небо, но не мог увидеть флаер под маскировочным напылением.

— Стрелять будем или как? — нетерпеливо спросила Юззу.

Я вытянул ручку управления плазмогана из центра передней панели и передвинул рычаг поближе к себе. В любом случае, пора проверить плазменные пушки.

— Это то, что я думаю? — радостно спросила Юззу. — Плазмики?

— Ээ. — произнесла Рут слегка озадаченно. — Может, сначала лазерами? Ну, хорошо. Тебе виднее, Иван. Я понимаю, ты хочешь впечатлить Айру.

Я усмехнулся. Впечатлять Айру я даже не думал. Да и не похоже, что она такая уж впечатлительная.

Поймал в прицел голову таракана и нажал на широкую гашетку.

Огненно-черный шар плазмы с гудением вылетел из-под брюха флаера и устремился к цели со страшной скоростью.

Таракан среагировал на опасность, засек своими антеннами летящий метеором плазменный шар, но не успел нырнуть глубоко. Даже будь он не такой большой и медленный, а быстрый, как трепетная лань, и метнулся бы в сторону, все равно никаких шансов у него не было. Скорость шара плазмы на старте превышала сто метров в секунду. С расстояния двести метров он на счет два попал в толстое основание шеи монстра. Мощный взрыв поднял в воздух столб воды высотой метров тридцать, но основная ударная волна ушла в глубину.

Подлетев на расстояние двадцати метров до погружающейся в пучину обезглавленной туши, я остановил флаер на такой же высоте.

— Цель поражена. Подтверждаю, — сообщила Рут. — Вывожу снимок на экран.

На передней панели появилось сильно увеличенное изображение с орбиты. Айра посмотрела вниз, потом на экран, сравнивая увиденное — светло-коричневое пятно на волнах и очертания наполовину обугленного монстра под водой. Она обернулась к Юззу:

— Голову начисто снесло! Потрясающе!

Тут же чирикнула короткую команду. Рядом с нами проявился трансформер с М-2 на борту. Он плавно опустился под воду, почти не подняв брызг. Вынырнул обратно через пару минут и поднялся на нашу высоту.

— Что говорит? — спросила Юззу.

— Цель уничтожена, медленно погружается на дно, мелкие падальщики спешат со всех сторон, — ответила Айра. — Эм-Два отправил сообщение на ближайший пост наблюдения. Скоро об этом узнают все наши. Спасибо, что вернули нам надежду!

Услышав эти слова, я засомневался, что Айра — та, за кого себя выдает. Она, конечно, старается выглядеть и вести себя, как синтет, но я же чувствовал ее мысли — ликование, облегчение и радость переполняли ее. Могут ли синтеты испытывать такие сильные эмоции? Этого я не знал наверняка, а спросить было не у кого.

Как останемся наедине с Юззу, поставлю перед ней задачу попытаться вывести Айру на чистую воду, если мои подозрения не параноидальный бред. У Юззу это получится гораздо лучше. Сначала можно мысленно посоветоваться с Рут, для этого не надо уединяться, но мои мысли пока что были заняты текущими делами.

— Еще семьдесят девять таких тараканов осталось, — сказала Юззу. — Рано радоваться.

Айра посмотрела на нее со странным выражением своих оранжевых глаз. Как и я, поражается рассудительности такой малышки?

— Ты права, Юззу. Но я давно не радовалась по-настоящему. Даже не помню, когда такое было.

Ни тени смущения от того, что испытывает сильные эмоции. Может, так и должно быть — синтеты цивилизации Арне ведут себя абсолютно так же, как люди? А я опять напридумывал себе разной конспирологии? Даже не знаю, что лучше.

— У меня есть план, — сказал я. — Надо дежурить на флаере поблизости от курса движения фрегата на орбите, который будет выявлять цели. Как только аппаратура заметит таракана, сразу вылетаем на флаере в тот район. Так будет эффективнее. Если только все эти твари не начнут прятаться на глубине. Они же тоже скоро узнают про смерть первого таракана.

— Мне самой очень интересно, как они теперь себя поведут, — сказала Айра. — Они же самые крупные насекомые на планете, и у них не было естественных врагов.

— Вижу три новые цели! — сообщила мне Рут. — Приближаются к этому месту с разных сторон. Их может быть больше на глубине. Будьте осторожны!

Я поднял флаер и завис на высоте триста метров, чтобы засечь трех новых тараканов.

— Рут, выведи изображения на экраны, — мысленно попросил я. — Мне не видно. Откуда они плывут?

Она вывела на три экрана слегка размытые изображения в реальном времени. Если фотографии получались очень четкие, то про видео такого не скажешь. Но Рут пометила яркими желтыми крестами трех тараканов. Они пока были далеко, километрах в пятидесяти или больше, но явно направлялись к месту гибели своего сородича. Интересно, зачем? Проверить, что случилось? Или тоже не прочь закусить падалью, как многочисленные мелкие твари?

— О! Сами плывут сюда? Да так быстро? — с аппетитом жующая второй брикет, Юззу привстала с сиденья и наклонилась вперед между мной и Айрой. — Это же здорово! Искать не надо. Стреляй по ним, Ван!

— Конечно. Как подплывут ближе.

Я быстро произвел расчеты. Почти стопроцентное попадание из плазмогана по движущимся с такой скоростью целям возможно на дистанции в пять километров. Шар плазмы резко ускоряется с расстоянием — пять тысяч метров он пролетает за каких-то семь секунд. Я отметил всех трех тараканов цифровыми метками прицеливания и приготовился.

— Что ты собираешься делать? — спросила Айра.

Я нарисовал на экране окружность желтого цвета радиусом пять километров с нашей позицией в центре.

— Когда все трое достигнут вот этой дистанции, три раза подряд выстрелю по ним. Посмотрим, смогут ли они увернуться.

— Твое оружие бьет так далеко? — удивилась она.

Я опять пожалел, что разработчики программы колонизации планет такие жлобы! Почему они не дали своим синтетам нормальное оружие?!

— Вообще-то, плазмоган бьет за горизонт, — ответил я. — А на отмеченном расстоянии у тараканов практически нет никаких шансов спастись. Они даже не поймут, что их убило.

— Если ты уничтожишь и этих троих прямо сейчас, то моя надежда превратится в уверенность, — сказала Айра. — Это же чудо-оружие! Что вы хотите взамен за вашу помощь?

Она посмотрела на меня, снова повернулась назад к Юззу.

— Скажи ей, — кивнул я в зеркало заднего вида. — Пора выдвинуть наши условия.

Юззу доела второй брикет, вытерла губы большим носовым платком в вишнево-бордовую клетку с золотистой монограммой и отпила несколько глотков воды из термоса.

Айра наблюдала за ее действиями с улыбкой, но настороженно. Мало ли что сейчас потребует эта зеленоглазая мелочь?

— Что я хочу, так это узнать, как же все-таки вы прилетели сюда, — неожиданно заявила Юззу. — Мне кажется, что Люн должен быть в курсе. Он соединен трубками с вычислительными машинами, которые смогли невероятно быстро расшифровать наш язык. Люн использовал специальный блок информации, похожий на наш пакет для коммуникации с другой цивилизацией. Что же еще есть в памяти вычислительных машин? Понимаешь, Айра, к чему я клоню?

— Ты очень умная, Юззу. Я поняла, к чему ты клонишь. Ты считаешь, что внутри вычислительной машины должна храниться вся информация о перелёте. Сейчас спрошу у Люна.

Айра впала в отрешенное состояние секунд на десять.

Я следил за перемещениями тараканов на экране и смотрел по сторонам. Трансформер с М-2 снова включил камуфляж, но я видел слегка дрожащее марево там, где он завис неподалеку от нас. Тоже стоит на страже, хотя никакой саранчи я не ждал — сканеры флаера молчали. В прошлый раз они запомнили, как выглядит саранча, и теперь легко определят, когда эти твари появятся на горизонте. Самообучающиеся наниты точно так же запомнят и в записывающей аппаратуре фрегата, как выглядят в океане с высоты следы плывущих тараканов.

— Люн спрашивает, что именно тебя интересует, Юззу, — сказала Айра.

Значит, дельфин точно знает. Но рассказывать не торопится. Секретничает.

— Ты говорила, что ваши корабли просто летели через космос, — ответила Юззу. — Тебя удивило, что мы умеем перемещаться через гиперпространство. А потом у меня возник вопрос: сколько времени прошло с момента вспышки сверхновой в районе родной планеты вашей цивилизации? Поражающий эффект от этого распространяется быстро и далеко. Так с какой скоростью летели те звездолеты?

Юззу говорила с очень серьезным выражением лица. Я понял по-своему, к чему она клонит. Как у начинающего, но очень одаренного навигатора, у нее появились большие сомнения, что космические корабли цивилизации Арне летели по своим маршрутам со скоростью, далекой от релятивистской. Она допускала, что Айра не знает про перемещения в гиперпространстве. Как и я, Юззу хочет вывести на чистую воду, но не Айру, а Люна. Увидев его в том аквариуме с торчащими из головы трубками, она интуитивно определила, что тот знает практически всё, что успела накопить в своей кладези знаний цивилизация Арне.

Рут восхищенно смотрела с экрана. Ее нисколько не удивило, почему Юззу вдруг решила поднять эту тему и пока не стала рассказывать про телескопы, которые нам надо установить по всей планете. Наверное, мысли Рут и Юззу совпадали. Они продолжали мыслить, как навигаторы, параллельно с обычной деятельностью. Обе впитывали информацию и тут же анализировали. Вот у Юззу и появились вопросы, которые я бы не смог сформулировать четко и понятно. Хотя тоже догадывался — Айра не говорит нам всего, что знает. И показала только то, чем можно пожертвовать без особого риска. Тот же Люн уже настолько древний, что толку от него почти никакого. Пригодился для устранения языкового барьера с неожиданными пришельцами, уже хорошо. Но я нигде не увидел ни серьезного оборудования, ни изначальных контейнеров, ни даже других синтетов с открытыми лицами. Все те, кого видел, были в сплошных шлемах.

— Люн говорит, что в древности живые обладали технологией прокладки маршрутов через космос, которую можно перевести на ваш язык, как туннелирование подпространства, — наконец соизволила то ли перевести ответ Люна с дельфиньего, то ли сама ответила Айра.

— Так я и думала! — сказала Юззу. — А можно подробнее?

— Я не понимаю, о чем речь. Мне про это никто не рассказывал.

Допустим, я поверил. Юззу ни в чем таком ее и не подозревала.

— Рядом с этой звездной системой есть проложенный в подпространстве туннель? — спросила она. — Где? И как туда можно попасть?

Вот оно что! Юззу решила, что семь месяцев наблюдений за космосом и фотографирование звёздного неба, это слишком долго. Такое ожидание не для нее. Она ищет более простой и надежный способ вернуться назад.

Рут состроила мне гримасу, увидев мои мысли.

— Конечно! А как ты хотел? Это же Юззу!

Быстро же Рут стала фанаткой нашей малышки.

Айра чирикнула что-то громче обычного и снова приняла отрешенный вид, связываясь с Люном.

— Он расскажет подробно всё, что знает, — сказала она через минуту, — но после того, как вы уничтожите всех белых тараканов.

Выдвинул ультиматум. Но я его хорошо понимал. В целом, очень здравое предложение. Люн понял, что нам нужно. И мы не могли узнать эту информацию ни от кого, кроме него. А ему нужно победить в войне с насекомыми, чтобы достать с глубины океана все контейнеры и начать следующий этап освоения этой планеты.

— Скажи ему, что мы согласны, — сказал я. — Начинаем подсчет уничтоженных тараканов.

Я нажал на гашетку плазмогана три раза подряд.

Глава 18

Все цели уничтожены согласно моим подсчетам. Ровно через семь секунд. Рут сперва показала общий план с крестиками и непонятной рябью в местах взрывов, а потом перевела камеру на ближнего к нам таракана примерно в четырех километрах к востоку. Огненный шар разворотил его спину по касательной от шеи до заднего плавника. Мутная коричневая жижа образовала на воде большое пятно вокруг трупа, который на наших глазах перевернулся сизым перепончатым брюхом вверх.

— Так вот ты какой, белый таракан, — произнес я.

— Снизу совсем не белый, — сказала Юззу. — А другие два?

Рут перевела камеры по очереди на двух других тараканов, но второй уже погрузился глубоко в воду. Айра отправила туда трансформер проверить.

Третьего таракана расколбасило на рваные части по поверхности волн. Увеличенное изображение развороченных внутренностей представляло собой весьма отталкивающее зрелище. Хорошо, что я не стал есть сухпайки. Впрочем, Юззу вид останков никак не смутил. Она издала радостный клич:

— Ну как, чувствуешь уверенность в завтрашнем дне, Айра?

— Сегодня самый счастливый день в моей жизни! — ответила та. — Я так рада, что вас занесло в наши края.

— Занесло! Точно. Ты говоришь всё лучше на нашем языке, — сказала Юззу.

Рут скривилась.

— Ага, занесло, как же! — мысленно согласился с ней я.

Моя паранойя дошла до того, что я начал думать — это Люн затянул нас в свою кроличью нору с помощью черной магии. И теперь условия ставит, ультиматумы выдвигает.

Но Рут думала не об этом.

— Ты меня удивляешь, Иван, — сказала она, — некоторыми своими мыслями. Я вообще-то скривилась от того, что это я виновата, что вас занесло туда.

— Но теперь ты уже не так сильно жалеешь об этом? — подумал я.

— Пока двойственное впечатление, — ответила она. — Но если Юззу сможет быстро вывести вас на верный путь домой, то уже не стану жалеть. Помочь гуманоидам в их борьбе за жизнь против инсектов-мутантов — это благое дело, как ты и подумал ранее.

— Посмотрим, что нам расскажет дельфин про межпространственные туннели, — мысленно ответил я. — Морда его мне не понравилась.

— Чем именно?

— Очень хитрая морда.

Рут ухмыльнулась:

— Это ты весь такой подозрительный.

— Ты же его не видела. Если бы увидела, согласилась бы со мной.

Девочки в это время пошептались о чем-то. Рут это заметила и движением брови показала мне на них.

Да пусть шепчутся. Юззу умная девочка, знает, чего хочет. Айра теперь тоже полностью на нашей стороне. Теперь она и на меня смотрела по-другому: как на бравого летчика и героя из летного отряда.

— Мы тут подумали, — сказала Юззу, — что теперь и к этим трем тараканам приплывут девять других!

Это было бы слишком просто.

— Нет, я так не думаю, — сказал я.

Рут сразу сообщила, что никаких новых целей пока не наблюдает.

Все остальные твари затаились, наверное догадавшись, что начался геноцид тараканов. Прилетели боги-громовержцы и устроили расправу без суда и следствия.

— Жаль, — сказала Айра. — Но все равно отличная была охота. Вдохновляющая. Я навсегда запомню этот день.

— Четыре твари сдохли, — кивнула Юззу. — Какой дальше план?

— Нам нужен отдых, — сказал я. — Вернемся на фрегат.

— Обед! — воскликнула Юззу. — Полетели с нами, Айра! Посмотришь, как мы живем.

— Это удобно? — спросила меня Айра.

— Вообще никаких проблем, — ответил я, несмотря на недовольный вид Рут, которая наверняка думала, что я опять нарушаю все возможные протоколы безопасности.

Необходимо укрепить хрупкое доверие, возникшее между нами и Айрой. Для пользы дела можно пригласить ее к нам. Тогда и Люн поймет, что у нас нет никаких злых намерений. А то он, наверное, невесть что себе надумал. Совсем как я.

Что касается протоколов безопасности и моей паранойи, то одна Айра не представляет для нас опасности. Даже если вдруг попробует что-нибудь учудить, система под управлением Рут не даст ей ничего сделать.

Рут плотно сжала губы в ответ на эту мою мысль, но все же кивнула. Я думаю, она не стала возражать, потому что Юззу очень обрадовалась.

— Ладно, — вздохнула Рут. — Ты взял всю ответственность на себя. Что уж теперь.

Я подмигнул одновременно ей и Юззу.

Трансформер вернулся и доложил Айре, что подтверждает смерть второго таракана. От головы ничего не осталось, а тушу уже грызут падальщики, среди которых замечены тараканы другого вида, поменьше.

Сородичи? Применимо ли тут определение — каннибалы? Хорошие родственнички.

Айра отправила напарника на базу. Робот включил маскировку и исчез.

— А я-то думала, он за нами полетит, — сказала Юззу.

— Выше уровня атмосферы трансформеры подняться не могут, — объяснила Айра.

Я направил флаер к орбите, приказав девочкам пристегнуться и привести спинки сидений в вертикальное положение.

— Ничего себе! Как сильно трясет! — Айра вцепилась в подлокотники.

— Пять секунд потерпи, это порывы ветра, — сказала с заднего ряда Юззу.

Она откинулась на спинку сиденья и широко улыбалась. Представляет уже, как заказывает вкусняшки нашему шкафчику. Одними сухпайками сыт не будешь.

Через пять секунд тряска в самом деле прекратилась, мы покинули атмосферу и полетели напрямик к далекой серебристой точке, которой выглядел фрегат на темном фоне неба.

— А остальные ваши, они не будут против? — спросила Айра.

— Какие остальные? — спросила в ответ Юззу. — Мы вдвоем с Ваном. Это весь наш экипаж. Если не считать Рут, но она далеко.

Рут подмигнула мне.

Я тоже улыбнулся. Долгий день позади, впереди заслуженный отдых.

— Айра, ты думала, мы с Юззу разведчики? — прямо в лоб решил спросить я. — А на фрегате нашей команды на высадку ждет абордажная группа, чтобы захватить эту планету? Я угадал?

Айра энергичным жестом скрестила руки. Видимо, это означало, что ничего подобного.

— Это Люн так думал. Беспокоился. Он же в ответе за всё. Так он считает, — ответила она.

— Считает? А на самом деле? Кто за всё в ответе? — спросил я.

Юззу отстегнула ремни и перегнулась вперед через спинку сиденья Айры.

— Кажется, я знаю, кто, — заговорщически сказала она.

Айра вздохнула, но промолчала. Она во все глаза разглядывала фрегат.

Я посмотрел на него ее глазами — синтета или человека неясного происхождения, выросшего на необитаемой скалистой планете с примитивной растительностью. Человека, который ничего не видел, кроме войны с насекомыми и борьбы за жизнь ради светлого будущего замороженных эмбрионов древней цивилизации.

Да, ее глазами и издали, это очень красивый звездолет. Не просто кусок металла, а эстетически привлекательный аппарат с обтекаемыми стремительными линиями широкого корпуса с утолщением впереди на носу, в котором расположена штурманская рубка с полупрозрачными стенами, полом и потолком. По бокам корпуса четыре мощных основных двигателя с двумя парами турбин, смотрящих под небольшим углом вниз. И восемь вспомогательных маневровых двигателей поменьше, которые могли вращаться в любом направлении. Орудия и ракетные установки скрыты под защитными кожухами. Три ангара в задней части своими широкими черными люками выглядят как воздуховоды, а над ними толстый, но в то же время изящный козырек из грузовых отсеков с включенной Рут подсветкой, чтобы мне было лучше видно.

В общем, серебристое чудо технической мысли высокоразвитой цивилизации. Точной стоимости производства этого чуда я не знал. Информация засекречена. Но примерно мог представить, что речь идет о миллиардах кредитов. Это же не какой-то ржавый пепелац с помойки, а новейший боевой фрегат последней модели.

Айра отвлекла меня от этих мыслей:

— Ты сказал, что вы можете задержаться на полный оборот. Откуда и куда вы летели? Если это не секрет. Почему не торопитесь?

— Спроси еще, почему в экипаже всего два человека, — хмыкнула Рут. — И одна из них — маленькая девочка.

— Маленькая, но очень воинственная и необычайно рассудительная, — подумал я.

А вслух сказал:

— Люн все равно уже догадался. Да и мы сами говорили тебе, что попали сюда случайно. Провалились в какую-то дыру в гиперпространстве. Теперь вот подозреваем, что это был один из ваших туннелей.

— Я не воспринимаю туннели, как наши, — сразу ответила Айра. — Надеюсь, когда-нибудь потомки смогут использовать их. Но это случится нескоро. У нас такие возможности отсутствуют.

Вот опять. Тот момент, когда инопланетянка не очень точно подбирает малознакомые слова, которые наводят меня на разные мысли. Трудности перевода искажают смысл сказанного. Ведь она могла иметь в виду потомков тех, кого еще только предстоит разморозить и вырастить из состояния эмбрионов.

— Ван прилетел за мной на мою родную планету, — объяснила Юззу. — По просьбе моей мамы. Чтобы отвезти меня на другую планету в учебное заведение, куда я собиралась поступить. Если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю частично. А не понимаю вот чего: как Ван один управляет таким большим кораблем?

— Фрегат совсем небольшой, — ответила Юззу. — Он очень современный. Рассчитан на экипаж из пяти человек. Но им может управлять и один пилот, если у него хорошая связь со своим навигатором. А у Вана отличная связь с Рут.

— Ты уже про Рут говорила. Кто это?

— Девушка, внешне примерно твоего возраста. Ты ее увидишь, если она захочет показаться.

— Ты сказала, она далеко.

— Да. На другом конце вселенной. И я очень хочу вернуться туда, — сказала Юззу, — но пока не знаю как.

Айра ничего не сказала, но повернулась назад всем телом и пристально посмотрела на Юззу.

Я аккуратно залетел в открывшийся люк ангара.

Рут решила, что пора показаться на глаза Айре и возникла на новом экране с темно-серыми рамками. Повышение ее статуса до отдельного кабинета позволило обновить и оборудование?

— Приветствую на борту фрегата первого представителя цивилизации Арне! Меня зовут Рут. Прежде чем вы сможете зайти внутрь, всем троим необходимо пройти через шлюзы дезинфекции. Две кабинки налево для девочек. Одна направо для Вана. Юззу, покажи Айре, как и что. Одежда и обувь для нашей гостьи уже приготовлена в гардеробной на выходе из шлюза. Увидимся на камбузе!

Она исчезла. Айра не успела ничего сказать, застыв с приоткрытым ртом.

Я отправился на дезинфекцию, не дожидаясь, когда это сделают девочки.

В гардеробной после шлюза я надел новый комплект одежды и черные легкие кеды. Появился экран с Рут.

— Все твои мысли обдумала. Многие имеют полезное зерно. Хорошо, что ты критически настроен к Айре и Люну. Они явно не хотят открывать все свои секреты.

— Это можно понять, — сказал я. — Прилетели непонятные живые другой расы и объясняют свое появление случайностью. Я бы на их месте еще сильнее шифровался бы. И уж точно не полез помогать с теми скорпионами.

— Прежний ты, возможно. Но ты теперь стал другим, Ван.

— Ладно. Может быть. В любом случае, нам нужна их помощь, чтобы решить свой вопрос. Поэтому не напоминай мне о безопасных протоколах, Рут.

— Я по другому поводу! У меня появилась версия, которую сейчас прогоняю через компьютеры в сложной симуляции.

— Что за версия?

Я уж было подумал, что версия Рут относится к истории происхождения цивилизации альтабов от расы Арне. Вроде того, что эти машины и роботы миллион лет провели в спячке или Люн привирает про сроки терраформирования Б-26. Тем временем все тридцать звездолетов давным давно долетели до конца своих маршрутов к другому краю вселенной, и одной из планет, куда один из них сбросил контейнеры с комплектом колонизации, оказался Юккафай.

Так, дети, и появилась великая цивилизация альтабов.

Но нет.

Рут тут же развеяла мои очередные конспирологические теории.

— Ты забавный, Иван. Было бы смешно, окажись это наши дальние родственники, которых мы нашли совершенно случайно. Но если древние арнейцы выглядели так, как робот М-7 или Айра, то нет ни одного шанса, что они наши предки. Достаточно посмотреть учебники начальной школы.

Врут все ваши учебники. Кто их вообще написал? Наверное, там сплошь голубоглазые брюнеты и брюнетки, как сама Рут? Мысленно я попытался возразить, но потом понял, что она может быть права. Слишком экзотическая внешность Айры, конечно, не самый сильный аргумент против, но отсутствие нормального оружия убедит любого неверующего. Не знаю, что написано в школьных учебниках, но предки альтабов дали бы своим машинам всё оружие по максимуму, включая лазеры, мощную артиллерию и термобарические системы залпового огня. Они точно не стали бы полагаться на удачу в битве с агрессивной фауной колонизируемых планет.

— Посмотрю как-нибудь эти ваши учебники, — сказал я. — Или можно проапгрейдить мое образование хотя бы до уровня начальных классов, а то я даже не знаю, от кого произошли альтабы.

Неужели от обезьян? Вполне возможно, так и есть.

Рут не стала ничего отвечать, хотя видела эти мои мысли. Она лишь ухмыльнулась в своем стиле тринадцатилетней девчонки.

— Я тебе сказала про свою версию, имея в виду уничтожение белых тварей, чтобы вам быстрее выполнить условие Люна! — объяснила Рут. — Версия такая: эти тараканы поделили все моря и океаны на зоны влияния, как делят крупные хищники леса и саванны. Предполагаю, что есть примерно двадцать групп или кланов во главе с крупным боссом, которого ты уничтожил первым. И те три твари, которых ты убил потом, были связаны с этим боссом родственными узами и способом коммуникации. Поэтому они и поспешили к месту его гибели, чтобы узнать, кто его убил. И чтобы выбрать нового босса.

— Ты думаешь, что после тех троих никто не появился, потому что у остальных не было связи? — спросил я. — А другие тараканы узнают о гибели этой группы позднее?

— Да. К тому же, все другие сейчас далеко. Пасутся на своих участках. Когда поймут, что весь этот клан погиб, соседние группы поделят его территорию между собой. Возможно, что таких кланов меньше, если в них состоит больше четырех особей.

— Значит, если ты права, надо искать самых больших, — сказал я. — И потом повторять мои сегодняшние действия.

— Верно. Всё это можно проделать довольно быстро, — сказала Рут. — Первого таракана обнаружил робот Айры. Пусть она даст задания своим: выследить самых больших тараканов. Я сверху тоже поищу и всех, кого обнаружу, помечу.

— Рут, я так понял, что первый наш флаер был без вооружений, тот, на котором я летал вниз в системе Какаду? А третий?

— Да, первый нужен исключительно для дипломатических целей. Я поняла, к чему ты клонишь, как говорит Юззу. Но ты в самом деле готов доверить этот второй флаер нашей маленькой девочке? Третий флаер больше размером и вооружен еще лучше. Конечно, ты можешь взять его. Я всё подготовлю.

Отлично. Так мы справимся гораздо быстрее.

Если Рут права про кланы, то на двух истребителях надо найти и убить по десять вожаков. Немного подождать после их ликвидации и прикончить тех тварей, которые быстро приплывут узнать, что стряслось с их главарем. Можем даже за день уложиться, если повезет.

— Эта маленькая девочка — очень одаренная. Почти готовый навигатор, — ответил я. — Она же должна легко справиться с управлением флаером в качестве пилота? А стрелять из плазмогана запросто может Айра.

— Айра?! Ты доверишь ей боевое оружие? — удивилась Рут.

— А что такого? Айра командует отрядом синтетов и роботов. Наверняка хорошо стреляет из ракетницы своего трансформера. Она внимательно смотрела, что и как я делал сегодня. Ничего особенного в стрельбе из плазмогана нет. Нужно только привыкнуть к управлению прицелами через меню шлема, но там и ребенок справится — всё прекрасно отображается на визоре, и на передней панели интуитивно понятно, наш язык она уже знает. Не вижу никаких сложностей.

— Ладно. Сейчас поговорю с куратором, надо получить его разрешение, — сказала Рут. — Думаю, что проблем не будет. Иди на камбуз, я вижу, что ты голодный.

— Как волк.

Я пошел на кухню, про себя опять думая о природе Рутерозы.

Поговорит с куратором. Ага.

Эта оговорка уже давно лишняя. Могла бы и не делать вид, что связь с центром навигации существует. По крайней мере, между нами двумя делать такой вид не обязательно. Да и Юззу, скорее всего, догадывается обо всем, но в свою очередь притворяется. Очень умная девочка.

Глава 19

Юззу уже показала Айре, как надо пользоваться меню шкафа с едой. Выяснилось, что Айра может не только пить воду, но и есть, как обычный человек. Я так и думал, что она что-то вроде репликанта с полностью идентичным человеческому строением тела и внутренних органов. Возможно, ее напечатали на каком-нибудь трехмерном принтере. Хотя это только мои подозрения, но они за целый день нашего общения усилились. Я уже почти был уверен, что Айра обычный человек, в смысле гуманоид инопланетной расы, рожденная из пробирки.

Кто мог запретить Люну разморозить некоторое количество эмбрионов? Айра сказала, они выращивают в убежище опытные образцы растений. Этим и питаются. Я заметил еще внизу, как она с интересом наблюдала за Юззу, пока та жевала брикеты сухпайка. У цивилизации Арне наверняка есть что-нибудь похожее. Если они построили звездолеты, то и вопросы искусственно выращенной белковой еды тоже должны были решить.

В этот момент шкаф мужским голосом шеф-повара объявил о готовности трех порций супа из акульих плавников и пяти разных салатов. Как еще не десяти, подумал я, зная об очень хорошем аппетите Юззу.

— Ты же не откажешься, Ван? Я знаю, тебе этот суп понравился, — сказала она, ловко накрывая на стол.

Айра в такой же одежде, как на мне, сидела с немного обалдевшим видом. Совсем как я, когда попал на камбуз первой базовой станции.

— Конечно, не откажусь. Спасибо, что заказала для меня.

— Ты чего так долго? Разговаривал с Рут? — спросила Юззу. — О чем?

От ее внимания ничто не укроется.

— Рут внесла рациональное предложение, как нам быстрее покончить с тараканами.

— Брр. Давай после обеда, — передернула плечиками Юззу.

Вспомнила развороченные внутренности одной из тварей.

— Извини.

Я начал есть и поглядывал на Айру. Она вела себя очень раскованно и непосредственно. В этом они с Юззу похожи.

Айра сначала посмотрела, как Юззу пользуется ложкой и вилкой, и как с аппетитом ест, несмотря на два больших сухпайка, которые умяла относительно недавно. Первую ложку супа Айра попробовала с опаской. Но ей явно понравился вкус. Она сделала большие глаза и стала есть, как Юззу, чередуя ложку супа и вилку салата. Распробовала все и особенно налегла на салат из морской капусты с морковью. Наверное, он больше остальных похож на привычную ей еду.

Юззу сбегала к шкафу за тремя тарелками с жареным мясом и овощами, принесла чайник с зеленым чаем, тарелки песочного печенья и мягких пышек с ягодной начинкой, отдаленно похожих на венские вафли.

Девочка знает толк в гостеприимстве и отлично разбирается во вкусной еде.

Айра пробовала мясо впервые, судя по тому, как откусив первый кусочек, сдвинула брови, приподняв одну выше другой. Она посмотрела на меня с немного растерянным видом.

— Очень полезная пища, — сказал я. — В плане пополнения сил и энергии ничего лучше пока не придумали.

— Поняла.

После моих слов она стала поглощать второе с таким видом, словно ест мясо с самого рождения.

До животноводства они тут пока не доросли. Неудивительно на такой планете. Вот только вопрос, а чем они кормят дельфина? Сухим кормом, как аквариумных рыбок?

— А рыба в морях и океанах есть? — спросил я.

— Много самой разной, — кивнула Айра. — С чего бы тараканам вырасти такими большими? Первым же делом машины начали разводить водоросли и планктон, потом запустили мальков разных видов рыб. После того, как убедились, что водоросли и планктон разрастаются нормальными темпами, экосистема океана начала развиваться и большинство рыб прижились, тогда машины и решились вырастить синтетов-дельфинов, и выпустили их в море. Только там им пришлось столкнуться с местными насекомыми, которые тоже начали бурно эволюционировать.

— Понятно, — сказал я.

В океане полно рыбы и прочей живности, у которой достаточно корма. Наверное, и на Земле всё начиналось примерно так же. Только здесь местные инсекты иначе развивались. Они наверняка обрадовались новым видам пищи и начали расти так, что вместо китов тут теперь огромные монстры, похожие на тараканов и мокриц.

Если бы у дельфинов имелось какое-нибудь грозное оружие, они могли бы выдержать конкуренцию, но как я уже понял, цивилизация Арне была недостаточно милитаристской. Им не хватало решительности, жесткости и дара предвидения насчет того, что многое может пойти не так, как они планировали. Вот поэтому Люн в итоге остался единственным из дельфинов и влачит жалкое существование в аквариуме под землей.

Я хотел спросить про трансформеров, которые легко ныряют на любую глубину. Но догадался, что их оружие не предназначено для использования под водой. К тому же, их изготовили на следующем этапе колонизации, а к тому времени тараканы выросли до таких размеров, что стали легко перекусывать любую броню. Айра же говорила, что они испробовали много разных способов достать из воды затонувшие контейнеры, но у них ничего не вышло из-за этих тараканов.

Чем всё закончилось бы, не прилети сюда мы с Юззу? Ничем хорошим.

После сытного обеда Юззу увела гостью в свою каюту ненадолго, сказав, что потом они придут в штурманскую рубку. Я сразу отправился туда.

Рут деловито приветствовала меня взмахом ладони. Но снова смотрела в основном куда-то вбок, только теперь влево, а не как раньше вправо. Правильно, сторону надо менять, а то так искривление шеи можно заработать.

На новом экране она смотрелась гораздо чётче, даже лучше, чем на внутренней стороне визора шлема. И это изображение совсем не походило на аватар. Как живая. Не знай я, как сейчас она выглядит на самом деле, так и думал бы, что общаюсь с вундеркиндом-малолеткой.

Все же надо признать, до чего хорошая графика у этой бортовой системы!

— Мы отправили в тот сектор боевые звездолеты, — сказала Рут, — в район возле пограничной базы, где на нас напали пираты. Два сторожевика. Но они никого там не нашли.

Видимо, так всегда и должны действовать в подобных случаях согласно Кодекса навигатора. Рут продолжает придерживаться линии, что всё под контролем Центра навигации. Что ж...

— Два сторожевика? — переспросил я.

Мне это ни о чем не говорило. Как они выглядят? Что за экипажи на них? Или это полностью автоматические корабли?

— И один из крейсеров тринадцатой эскадры на всякий случай отправили следом, — ответила Рут. — Пытаемся понять, куда вас затянуло. С крейсера отправили в гиперпространство пару десятков зондов, которые могут найти остаточные следы прохождения фрегата. Ждем результаты разведки. Но я бы не рассчитывала, что это поможет. Мы не знаем ваших координат, и в целом, количество вариантов вашего маршрута стремится к бесконечности.

— Значит, и пираты не могли вычислить, куда мы отправились? Тогда если сторожевики ничего не обнаружили, куда сами пираты подевались?

— То же самое могу сказать и в их отношении. Они могли улететь куда угодно, — пожала плечами Рут. — Беспокоишься, что они могли напасть на ваш след? Это вряд ли. Их, наверное, занесло совсем в другой район космоса, если они попытались догнать вас и нырнули в гиперпространство.

— Хорошо, если так, — сказал я. — А то когда возвращались сейчас, наш одинокий фрегат на орбите выглядел совершенно беззащитным. У арнейцев есть отличный камуфляж. Почему у нас нет такого?

— Всё не так просто, — сказала Рут. — Да, флаер после того, как его обработали распылителем, стал невидимым, но эта маскировка чисто визуальная. Двигатели флаера светятся на инфракрасном сканере. Я отслеживала ваши перемещения по нему. Ты тоже сможешь видеть источники питания трансформеров на сканерах третьего флаера. Там установлены такие же, как на фрегате.

— Понятно. Эта маскировка арнейцев хороша только от насекомых или от невооруженного глаза. Но все равно надо подумать, как лучше скрывать звездолеты от врагов.

Пришли Юззу и Айра. Уселись в кресла рядом. Юззу села посередине между нами и показала Айре, как удобнее подогнать спинку и сиденье под себя. Та старалась сохранять невозмутимый вид, но это давалось ей с трудом. Всё оборудование в штурманской рубке выглядело абсолютно новым, сверкая хромированными деталями. Материалы обшивки и затонированные стекла кабины произвели бы впечатление на любого. Что уж говорить про Айру, которая впервые оказалась в звездолете. Приоткрыв свои морковного цвета губы, она раскосыми оранжевыми глазами посмотрела на мониторы системы управления и на экран с Рут над ними.

— Ты сказала, что она примерно моего возраста? — шепотом спросила Айра.

— Это ее аватар в системе, — тоже шепотом ответила Юззу. — Так она выглядела десять лет назад и не стала менять, слишком хлопотно.

По выражению лица Айры я догадался, что она не поняла, о чем речь.

— Давай, Рут, что там показала компьютерная симуляция про ареалы обитания тараканов? — спросил я.

— Как раз всё готово. Вот, взгляните на отмеченные границы возможных участков акватории каждого клана, — она вывела на мониторы изображения двух полушарий планеты с темно-синими океанами и морями. — Расчеты сделаны на основании данных о местоположении уже убитых вами тараканов на момент получения ими сигнала о гибели вожака, и сведений Айры о количестве крупных особей в районе восьмидесяти штук.

На больших мониторах желтыми пунктирными линиями были отмечены двадцать зон океанов и крупных внутренних морей пяти материков, которые могли контролироваться такими же группами по четыре таракана, как уничтоженная нами.

— Искать босса надо в центре этих зон? — спросила Юззу.

— Совершенно верно, — ответила Рут. — Вероятность обнаружения босса клана в центральных районах отмеченных зон близка к девяноста пяти процентам. А вот эта линия красного цвета — самый удобный маршрут для фрегата на орбите, чтобы охватить как можно больше таких зон. Я уже внесла коррективы в движение. Как только сканеры засекут тараканов, отмечу на цифровой карте и продолжу наблюдение за перемещениями с помощью специальных зондов.

— Это здорово! — воскликнула Юззу. — Мы сможем быстро избавиться от этих тварей.

Красная линия, слегка изогнутая, шла наискосок с северо-запада на юго-восток, пролегая над акваторией двух больших океанов, соединенных узким проливом.

— Я могу сосредоточиться на неохваченных участках, — сразу поняла расклад Айра. — У меня хватит роботов на трансформерах, чтобы закрыть всю оставшуюся водную поверхность. Только как мне перерисовать эту карту?

Первый представитель ламповой цивилизации Арне на борту звездолета альтабов наморщила свой высокий бронзовый лоб и почесала макушку бритой головы со сложной татуировкой. По ее словам можно сделать вывод, что она одна в ответе за всё. Уже не таясь, говорит: «Я могу», «У меня хватит роботов».

— Не надо ничего перерисовывать, — улыбнулась Рут. — Всю информацию уже продублировала на два флаера. На них установлена система проекции изображения с экрана передней панели на любую внешнюю плоскость, в качестве которой ты можешь использовать броню трансформера. Так ты покажешь всем, куда надо лететь.

— На два флаера? — возбужденно спросила Юззу.

— Да, — кивнул я. — Для ускорения процесса я предложил использовать два флаера. Ты с Айрой полетишь в этом же, что и сегодня. Ты же справишься с ролью пилота?

Юззу энергично кивнула, улыбаясь до ушей и сверкая неоново-зелеными глазами.

— Но стрелять из плазмогана будет Айра, чтобы тебе не отвлекаться от управления, — строго сказала Рут. — Айра, ты сегодня наблюдала за действиями Вана. Всё запомнила?

— Я сама смогу убивать тараканов? — обрадовалась Айра. — Я всё запомнила, ничего сложного. Только один вопрос: как происходит совмещение при прицеливании?

— На внутренней стороне визора шлема увидишь, — ответил я. — Ты же можешь читать на нашем языке?

— Да, конечно. В памяти у меня полный пакет вашего способа коммуникации.

Так она называет умение читать и писать. Ей до этого такой способ коммуникации был без надобности. Всю информацию они передают ультразвуком по-дельфиньи.

— Что ж, тогда завтра примемся за дело, — сказал я. — Сейчас нашему второму пилоту нужно хорошо выспаться.

— Я пока не хочу спать! — заявила Юззу.

Но уже через пять минут она крепко спала в своей каюте на новой подушке под толстым одеялом.

Я предложил Айре на выбор два варианта — занять одну из трех кают рядом с камбузом и тоже поспать или отвезти ее домой.

— Мне достаточно четырех часов для полноценного отдыха, — сказала она. — Но это должна быть моя кровать в убежище.

— Без проблем. Отвезу тебя прямо сейчас, — сказал я. — Покажешь мне, куда прилететь за тобой завтра.

Заодно решил проверить третий флаер, о чем мысленно сообщил Рут.

— Он уже готов, — ответила она. — Отправляйся. За Юззу я присмотрю, можешь не беспокоиться.

Я и не беспокоился. Привык уже, что у Рут всё схвачено.

— Как вы поддерживаете связь через космос? — спросила меня Айра, когда мы зашли в третий ангар.

Этот флаер отличался пятнистой черно-синей расцветкой и своим явно боевым, а не дипломатическим, назначением. Он походил на приплюснутую боевую машину десанта с двумя плазменными орудиями на боковых турелях.

— Связь через вселенную мы поддерживаем с помощью квантовой технологии, — ответил я. — Но рассказать тебе, как она работает, я вряд ли сумею. Если коротко, то квантовые поля пронизывают весь космос, и квантовые частицы могут одновременно находиться на одном крае вселенной и на другом.

— Кажется, я понимаю, — сказала Айра. — Что-то такое Люн мне рассказывал несколько оборотов назад. Надо будет уточнить.

— Ты часто с ним общаешься?

— Мы постоянно на связи, если потолок убежища Люна закрыт неплотно. Только эта связь не квантовая, и когда мы покинули атмосферу, связь прервалась. Он наверняка волнуется. Поэтому я и спешу назад. Обычно я прилетаю к нему дважды за сутки, утром и вечером, чтобы рассказать обстановку и обсудить планы.

Спешит назад, совсем, как я, когда хотел поскорее покинуть подвал с аквариумом.

— Кстати, хотел спросить, — сказал я, — что за материал вы используете в защите убежища для создания помех? Наша связь с Рут тоже прервалась, когда плиты потолка закрылись.

— Не знаю, как перевести на ваш язык. Этот материал был в комплекте с прочим оборудованием для постройки убежища в одном из контейнеров. Большие рулоны твердой пленки серого цвета. Я ко всем подобным вещам отношусь как к данности. Наши предки хорошо подготовились для экспансии в космосе.

С этим я, конечно, мог поспорить, но не стал. Как и не решился напрямик спросить Айру, человек ли она. В смысле, живая ли, выращенная из тех эмбрионов в морозильниках, на которые мне никто не предлагал посмотреть. Для начала достаточно того, что я вижу в ее мыслеобразах, в которых она благодарила своих богов за то, что в эти трудные времена они ниспослали на планету нас с Юззу.

Сложности входа в атмосферу я уже воспринимал в рабочем порядке. Но Айра долго приходила в себя, пока мы плавно опускались к длинному скалистому хребту, который она назвала «Основной барьер».

— Это каждый раз такое? — с волнением спросила она.

— Да, каждый раз. Плотность верхнего слоя при неправильном угле входа может разрушить любой объект. Но у меня отличный навигатор. Рут прокладывает маршруты.

Та улыбнулась мне с внутренней стороны визора.

— Не представляю, насколько ваша цивилизация превосходит Арне, — сказала Айра. — Будь у нас такое оружие, как у вас, мы бы давно прошли все стадии освоения этого мира.

— Мне кажется, что такое оружие или похожее по своей мощи, все-таки должно быть у цивилизации, сумевшей построить тридцать гигантских звездолетов с комплектами колонизации сотен планет, — это мнение я все же решил высказать.

— Тогда почему они не дали его нам? — спросила Айра.

— Может, они дали, — предположил я. — И оно лежит на дне морей.

На самом деле, я думал, что никакого нормального оружия там нет. И его не положили в контейнеры специально.

— Надеяться на это глупо в нашем положении, — сказала Айра. — Мы не смогли бы ничего достать со дна, если бы не вы с Юззу. Очень странно, что Люн не знает, что же может быть в тех контейнерах.

— И сохранилось ли их содержимое за тысячу лет? — добавил я.

— Должна сказать тебе правду, Ван, — она посмотрела на меня с извиняющимся видом. — Прошло триста семьдесят шесть тысяч оборотов с момента нашей высадки на эту планету.

Глава 20

— Айра, я с самого начала подозревал, что вы с Люном не всю правду говорите, — я произнес это с невозмутимым видом. — Никаких обид, мы же взрослые люди… и синтеты.

Она поджала губы, но потом улыбнулась. Мне нравилась ее улыбка, которая выдавала, что она хороший человек. Особенно учитывая обстоятельства.

— Я ничего не скрывала от вас. Об этом мне только что сообщил Люн, — сказала Айра. — И он хочет поговорить с тобой.

— Прямо сейчас?

Она кивнула:

— Поворачивай на запад.

Я посмотрел на Рут. Та молча пожала плечами и проложила маршрут к убежищу старого дельфина.

— Сколько Люну лет на самом деле? — спросил я.

— Понятия не имею. Сам спроси у него.

Я чувствовал, что Айра очень недовольна тем, что Люн утаил от нее правду про сроки колонизации.

— А тебе сколько?

— Двадцать семь, по вашему времени, — ответила Айра. — После обеда Юззу объяснила разницу про время и подарила это устройство.

Она подтянула рукав стандартного комбинезона спецагента и показала механические наручные часы, сделанные из золота. Дорогой подарок. Но вполне ожидаемый по уровню, если он от дочери канцлера Республики Эносимар.

— Пусть не закрывают плиты потолка, — с обеспокоенным видом сказала Рут. — Что-то мне не нравится внезапное желание Люна поговорить с тобой.

— Рут, я не стану просить их об этом, — подумал я. — Не волнуйся, все будет в порядке. Мы нужны им.

Рут состроила свирепую гримасу. Я подмигнул ей.

Айра обменялась с охраной убежища короткими трелями на дельфиньем. Я подумал, что синтеты на воротах не видят флаер из-за маскировки. Так наверняка и было. Створки крыши убежища оказались открыты на достаточную ширину, когда я спустился к ущелью и подлетел к посадочным боксам на крыше бункера.

Мы с Айрой выбрались из флаера и спустились по винтовой лестнице. Как и в прошлый раз, внутри просторного помещения никого не оказалось. Связь с Рут снова исчезла, когда потолок полностью закрылся у нас над головами. Мы подошли к аквариуму. Люн уже ждал нас в самом низу возле передней стенки своего жилища, хитро улыбаясь. Впрочем, дельфины всегда так выглядят.

Я заметил, что появилась третья длинная трубка, идущая из его головы к громоздкой аппаратуре на большом ящике вычислительной машины рядом с нами. Эта конструкция из металла и пластика появилась недавно, во время моего первого визита на этом месте было пусто.

— Что это? — спросила Айра на языке альтабов, чтобы я понял, что и она видит эту штуку впервые.

— Это динамики и микрофон, — механическим голосом на альтабовском ответил Люн через эту акустическую систему. — Весь день собирали два моих личных помощника-робота по старинным чертежам. Я смотрю, у тебя тоже обновки: красивый наряд и обувь.

Айра издала звук, похожий на свист. То есть, реально присвистнула от удивления, не обратив внимания на то, что Люн заметил ее новый комбинезон от Центра Навигации и черные кроссовки.

— Ты не перестаешь меня поражать, мастер Люн! — сказала она. — Что еще есть в твоих секретных хранилищах? О! Ты, наверное, хочешь поговорить с Ваном наедине? Теперь же ты можешь обойтись без переводчика. Мне уйти?

— Нет. Что ты! Останься. Секретов нет. Я просто хотел напрямую общаться с Ваном, — произнес дельфин. — Чтобы он не думал, что мы с тобой ультразвуком говорим за его спиной. Доверие очень важно.

Он шевелит извилинами, издает свои трели, и по трубке они превращаются в этой бандуре в человеческую речь? Древние чертежи. Таким способом арнейцы общались с живыми дельфинами?

— Доверие — это, конечно, хорошо, — сказал я. — О чем ты хотел поговорить со мной, Люн?

— Я хотел рассказать правду, — ответил он. — И чтобы Айра тоже узнала, в твоем присутствии. Ты должен понять — она тебе не враг.

— Я это и так понимаю, Люн. Почему ты раньше не рассказал ей всю правду?

Дельфин посмотрел на Айру. Она стояла в расслабленной позе, слегка согнув одну ногу в колене, но при этом упиралась руками в бока и мрачно смотрела на Люна исподлобья.

— Каждый должен заниматься своим делом, — произнес он еще более механическим голосом, словно цитировал официозный талмуд про колонизацию планет. — Эффективность превыше всего. Лишние знания — ненужная головная боль.

Я усмехнулся. Меньше знаешь — лучше спишь. Местами это верно. Для жизни в развитой и расслабленной от лени цивилизации. Но сейчас речь шла о более серьезных вещах.

— Я со своими задачами справляюсь лучше многих, — сказала Айра. — Мог бы и рассказать мне больше того, что необходимо просто для выживания. Ладно, продолжай, я готова выслушать тебя, старый пройдоха.

Юззу права: Айра всё лучше говорит на языке альтабов.

— Признаюсь, был неправ, — сказал Люн. — Но всему есть свое время. Ты отлично справляешься со всеми делами, это точно. Мое решение разморозить партию эмбрионов и вырастить группу живых — было лучшим за всю мою долгую жизнь. Ты моя главная удача. Всё пошло бы прахом уже в прошлом году, не будь тебя, Айра.

А она, оказывается, героиня, что-то сделала в прошлом году. Совершила подвиг.

В возникшей паузе Айра сменила позу, сложив руки на груди и выпрямив спину. Посмотрела на меня искоса. Я вздохнул и почесал щетину на щеке. Так и знал, что она живая, а не синтет.

Про других спрашивать не стал. Потом как-нибудь наедине спрошу у нее. Она же говорила, что были другие, кто мог бы выучить наш язык. Но их больше нет. Выжила только она? Что же случилось с остальными?

Ладно, это подождет.

— Сколько тебе лет, Люн? — спросил я.

— Не помню, — ответил он и стукнул носом в стекло. — Мое сознание перегрузили в специальный модуль хранения из живого тела еще на Арне. И уже тогда я был немолод по дельфиньим меркам. Создатели программы колонизации планет планировали использовать таких умных дельфинов, как я, для обучения дельфинов-синтетов в новых мирах. Для более успешного освоения морских глубин. Но здесь ситуация сложилась так, что мне пришлось обучать не только их.

— Хочешь сказать, тебе сотни тысяч лет?! — удивилась Айра. — Ты все время был здесь в этом синтетическом теле?

— Не все время. Пока были исходные материалы, несколько раз делал перезагрузку сознания в новое тело. Этому последнему экземпляру шестьсот оборотов. В этом я тебе сказал правду. Материалы для новых синтетических тел подошли к концу. Я надеюсь, что в затонувших контейнерах есть все необходимое. Тогда и сам смогу обновить тело, и оживить сознания трех друзей-дельфинов, которые хранятся в модулях на складе.

Я понял, в чем основная личная мотивация Люна.

— Достаточно ли уничтожить только самых больших белых тараканов? — спросил я, решив перейти к делу.

— Да, этого будет достаточно, — ответил он. — В двух контейнерах возле восточного побережья должны быть гарпунные пушки и большие подводные ружья для роботов-трансформеров. Мы сможем потом сами зачистить все моря и океаны от других насекомых.

Айра нахмурила свои красивые брови.

— Ты говорил, что не знаешь, что в тех контейнерах, — грозно спросила она. — Или скажешь, сам только что узнал, добравшись до этой информации в вычислительной машине и расшифровав ее?

— Так и есть, — ответил Люн. — Только не злись!

Его хитрая морда вообще не вызывала доверия. Айра лишь махнула рукой:

— Ври дальше.

Юззу легко могла бы сказать это, но от Айры я такого не ожидал. Я подумал, что Рут в своем стиле улыбнулась бы очень широко, услышав эту фразу.

— Я хотел поговорить с тобой, Ван, потому что чувствую — остается очень мало времени до того момента, когда те твари обретут сознание, — продолжил Люн. — Этого нельзя допустить. Поэтому постарайтесь уничтожить всех больших тараканов как можно быстрее.

— Что? Насекомые скоро могут стать разумными? — спросил я. — Откуда ты знаешь?

— Да, именно так, — ответил дельфин. — Дело в том, что раньше у нас была связь с планетой Б-25. Она находится в звездной системе в десяти световых годах отсюда. И там ситуация была очень похожей. Они предупреждали нашу колонию о подобной угрозе. Разница между планетами в том, что их была более подходящей для жизни, и там колонисты успели пройти все стадии освоения всего за три тысячи местных лет.

— У нас была связь?! Почему ты не сказал мне?! — возмутилась Айра.

Я окончательно убедился, что она живой человек. Да, Люн уже признал это. Но у меня оставались небольшие сомнения в искренности его слов. Впрочем, все сомнения развеялись после вспышки эмоций Айры. Она даже обошла меня по кругу, раздувая ноздри и сжав кулаки.

— Спокойнее, дорогая! — сказал Люн. — Связь пропала задолго до твоего рождения. У меня и тело тогда было другое. Незачем вам всем знать о том, что никак не помогает в жизни и работе.

— Это спорное утверждение! — сказала Айра.

— Почему пропала связь? Что случилось с вашим оборудованием? — спросил я.

— С нашим всё в порядке. Мы сложили его в ящики для лучшей сохранности после потери связи с Б-25, — ответил Люн. — Оно пригодится, когда мы сможем основать здесь безопасную колонию живых, полностью обеспеченную продовольствием и энергией. Что случилось с той планетой, догадаться не трудно. Они отправляли последние сообщения уже в самый разгар войны с инсектоидами. Всё шло к поражению колонистов. Врагов было слишком много.

— Как те арнейцы допустили, что насекомые развились в разумный вид, способный уничтожить их? — спросил я.

— Они сами не заметили, как. Это произошло внезапно. Возможно, проводились какие-то исследования, которые вышли из-под контроля. У нас здесь другая ситуация, но итог тоже может оказаться таким же плохим. Что еще я не сказал, так это об особом протоколе. На вашем языке есть подходящее определение — кодекс. Так и у нас есть кодекс колонистов Арне.

— И что он гласит в таких случаях, как на Б-25? — спросил я.

Уже догадался и сам по виду Айры.

— Параграф семь: необходимо немедленно уничтожить мир, в котором инсекты становятся разумными инсектоидами, — ответил Люн.

— У вас есть ядерное оружие? — спросил я.

— Можно назвать его термоядерным, да. В каждом экспедиционном корпусе имеется два комплекта мощных зарядов на изотопах радионуклидов. Если расположить эти заряды правильно на территории планеты и применить одновременно, тогда никакой формы жизни не останется на обломках такой планеты. Впрочем, никто этого раньше не проверял. Есть вероятность, что некоторые виды насекомых смогут выжить, но это будут мелкие и неразумные инсекты.

— А что с живыми людьми? Как они должны эвакуироваться? — спросил я. — Если они еще не достигли необходимого уровня развития для межзвездных перелетов?

— Кодекс колониста гласит, что эвакуация с планеты полностью исключена, — ответил Люн, — даже если у вас есть звездолеты. Нельзя допустить распространения инсектоидов в космосе. Карантинная безопасность.

— То же самое касается и вас, — догадался я.

— Верно. Но есть одно исключение, — сказал Люн.

— Какое?

— Об этом тебе расскажет Айра. Я первым делом довел эту информацию до ее сведения. Она хранитель артефакта.

***

У арнейцев есть термоядерные технологии и комплекты зарядов, способные расколоть планету на куски. Но они не выдали своим колонизаторским отрядам нормальное оружие! Я не понимал логики такого решения.

Но что значит, Айра — хранитель артефакта? Я вопросительно посмотрел на нее. Она шепнула:

— Потом.

Я кивнул и спросил Люна:

— Это всё, что ты хотел сказать?

— Нет. Я хотел бы добавить, что Айра доверяет вам с Юззу. Поэтому я решил раскрыть секрет про туннель.

— Может тогда приоткроем потолок? Чтобы мой навигатор слышала, и мне не пришлось пересказывать.

Люн несколько секунд подумал и ответил:

— Да, конечно.

Он отдал роботу команду короткой трелью.

Тот прятался на втором уровне галереи, шедшей вокруг помещения, и быстро скрылся в боковом люке. Через минуту плиты наверху раздвинулись на два метра.

Сразу появился экран с Рут.

— Сейчас Люн раскроет важную информацию, — подумал я.

— О чем вы говорили до этого? — прищурилась Рут.

— Расскажу потом. Просто слушай, сейчас интересно будет.

Я подал знак Люну, чтобы он продолжал.

— Сразу за рассеянным скоплением астероидов на окраине звездной системы есть большое сооружение, построенное первым звездолетом с литерой А, — сказал он, — на нем не было контейнеров для колонизации планет, только оборудование для создания туннельных порталов. Все звездолеты отправились с Арне парами: первый, строительный, прокладывал маршрут в подпространстве от одной звездной системы подходящей экзопланеты к другой, создавая выходы рядом. Второй пролетал через этот портал к орбите планеты и спускал вниз комплект контейнеров.

— Спроси, как найти вход в этот туннель? — с нетерпеливым жестом подсказала Рут. — В искусственно созданном подпространстве портала гораздо легче сориентироваться, и вообще, я просто наберу координаты резервного узла рядом с базовой станцией Периметра. Вас как бы вытянет в гиперпространство из того туннеля, и вы без проблем вернетесь в освоенную зону!

Вроде бы все просто.

Вопросов Люну задавать не потребовалось.

— Портал невидимый, — продолжал он. — В первый раз вы не сможете обнаружить его без помощи артефакта, а у нас нет транспорта, чтобы показать дорогу.

Он замолчал, переводя дух. Наверное, такой способ общения давался ему нелегко.

— И что нам делать в таком случае?

— Я не могу отдать артефакт посторонним, — ответил Люн. — Но понимаю, что для вас единственный реальный способ вернуться домой — пройти в подпространство через наш портал. После того, как вы уничтожите тараканов, я предлагаю следующее…

Он махнул хвостом и повернулся, вытянувшись всем телом вдоль стенки аквариума.

— Постой, Люн! — догадалась Айра. — Как я вернусь домой с края нашей системы? Их флаер вряд ли способен долететь с такого расстояния. Что скажет Рут?

Рут покачала головой:

— Флаер не предназначен для дальних полетов в космосе.

Никто, кроме меня, экран с ней не видел и не слышал.

— Не получится, — ответил я Айре.

— Я так и думал, — сказал Люн. — Что ж, значит, будем ждать в гости тебя, Ван, вместе с нашей Айрой, после того, как вы доберетесь домой и сохраните координаты портала в своей системе управления. Надеюсь, вы вернетесь, как только сможете, и привезете артефакт назад. Он понадобится нам лет через пятьсот.

— А может и не понадобится, если вы не справитесь тут без меня, — скептически произнесла Айра.

Она уже всё поняла. И не очень-то возражала.

— Мы справимся без тебя, если Ван избавит нас от этих страшных хищников в океанах, — сказал Люн. — И упреждая твои доводы, хочу сразу попросить его использовать свое грозное оружие против основных гнезд саранчи.

— Против гнезд саранчи? — переспросил я.

Почему он сразу не просил об этом? Стеснялся? Не хотел выдавать, насколько трудно им приходится в войне с насекомыми?

— Ван, я обдумал ситуацию после вашей удачной охоты и очень прошу помочь мне и в этом. Координаты пяти крупных гнезд Айра знает, всё покажет. Тогда дальше точно справимся сами.

— Конечно. Мы с Юззу и Рут готовы помочь и в этом, — ответил я. — Но что, если насекомые смогут все-таки обрести сознание раньше, чем вы зачистите планету от них?

— Тогда хорошо, что здесь не будет артефакта, — ответил Люн. — Его нужно сохранить любыми способами. Если у нас не будет другого выхода победить насекомых, нам придется взорвать планету.

— Что написано в вашем кодексе про такой случай, — спросил я, — если вы должны взорвать планету, при этом любыми способами сохранить артефакт, а звездолетов у вас еще нет?

— Я отвечу, — сказала Айра. — В таком случае хранитель артефакта должен взять его с собой в трансформер и подняться как можно выше в атмосферу перед самым взрывом. То есть, я должна. И в таком случае мне остается надеяться только на то, что взрывной волной меня отбросит подальше, артефакт не пострадает, и когда-нибудь потом его найдут внутри трансформера те арнейцы, которым больше повезло на других планетах.

— И как же они найдут столь малый объект?

Я не стал уточнять, что будет с Айрой. И так понятно, что долго она не проживет в открытом космосе.

— Артефакты видят друг друга, — ответил Люн. — По крайней мере, с ближайших планет.

— Ого! — сказала Рут, сделала большие глаза и прикрыла рот ладошкой.

— Что «ого»? — мысленно спросил я.

— Расскажу потом, — передразнила меня она. — Просто слушаем дальше. Спроси, как именно артефакты видят друг друга.

Глава 21

— Как артефакты видят друг друга? — спросил я.

— Это я не смогу объяснить, сам не знаю, — ответил Люн.

Очень сложно поверить говорящему дельфину с такой хитрой мордой. Но я решил, что на этот раз он не врёт.

Я понял, что Люн, отпуская Айру показать нам дорогу домой, одновременно оберегает артефакт в случае, если что-то снова пойдет не так на этой планете. Ближайшие пятьсот лет он им все равно не понадобится. Хотя я планировал вернуться сюда гораздо раньше. В любом случае, к нашему возвращению уже станет понятно, получилось ли у Люна преодолеть все трудности и справиться со всеми угрозами или нет.

— Я очень ценю твою откровенность, — сказал я. — Мы поможем вам уничтожить всех белых тараканов, гнезда саранчи и в будущем прилетим сюда снова, как только сможем, чтобы вернуть ваш артефакт.

— Договорились, Ван, — произнес Люн и стукнул носом в стенку аквариума.

Я поднял руку и стукнул по тому же месту с этой стороны.

— Хорошо вы тут все решили без меня! — сказала Айра. — А если я не хочу покидать свою родную планету? Люн, можно отправить вместо меня Коди или кого-то другого?

— Ты сама догадываешься, что нет, — более жестким тоном ответил он. — Артефактом может пользоваться только живой, а ты у нас единственная живая. И я же о тебе забочусь, Айра! Мы почти единогласно приняли совместное решение два года назад: больше не вскрывать капсулы с эмбрионами, пока не будем уверены в полной безопасности для живых. И мы не сможем гарантировать такую безопасность еще очень долго.

— Ну и что? Я должна быть с вами. Здесь мое место.

— После гибели в прошлом году Джея и других, ты осталась последняя, — сказал Люн. — Ты одинока. Я чувствую, что ты страдаешь. И это шанс для тебя начать новую жизнь.

— Зачем мне начинать новую жизнь в чужом мире?

— Ну, хотя бы просто посмотришь на другие миры. Развеешься немного от вечной борьбы и потом вернёшься домой с новыми знаниями. Если сейчас Ван избавит планету от самых опасных инсектов, мы должны справиться со всем остальным и без тебя. Но главное, тебе же нравится эта маленькая девочка. Никто, кроме тебя, не поможет ей вернуться домой. Так что мы закончили на сегодня. Идите. Я устал. Увидимся завтра.

Он взмахнул плавниками и хвостом, быстро удалившись вверх и в глубину темно-зеленой воды.

— Мне надо побыть одной, — сказала Айра.

Ее голос звучал ровно, глаза оставались сухими, но я почувствовал, что она вот-вот расплачется. Если арнейцы вообще умеют плакать.

— Я отвезу тебя в твое убежище.

— Нет, я уже вызвала Коди и роботов с моей броней. Сама доберусь. Можешь лететь на фрегат, Ван. Всё нормально.

— Где мы встретимся?

— Здесь. На втором по высоте горном пике есть плоская площадка. Сейчас увидишь, я приказала включить там оранжевый маяк, чтобы Рут проложила маршрут.

— Хорошо. Тогда до завтра.

Я поднялся наверх, сел во флаер и сразу же взлетел.

Расспрашивать про артефакт не стал. Айра явно была не в том настроении, чтобы продолжать разговор.

Люн, конечно, тот еще фрукт. Мог бы преподнести такую серьезную информацию более мягким способом, как-то подготовить Айру к тому, что ей придется покинуть свою планету. Надолго. А может и навсегда. Никто же не знает, что может случиться на просторах космоса.

— Он специально сделал всё именно так, — возразила Рут. — Ладно, давай, поднимайся. Я проложила маршрут и отметила маяк на этой горе.

— Как там Юззу?

— Спит. Но кажется, скоро проснется, и тогда ты знаешь, где ее искать.

Я улыбнулся.

Так и вышло. Пока долетел и прошел дезинфекцию, Юззу проснулась, умылась и теперь решала, чего бы такого заказать, стоя в задумчивой позе возле шкафчика с едой.

— Как спалось? — спросил я.

— Замечательно! Мне приснился хороший сон! — ответила она, приветствуя меня поднятым стаканом с фиолетовым морсом из микса ягод с северного побережья чего-то там.

— Рассказывай.

Я намешал себе двойную порцию безалкогольного коктейля, который уже пробовал и знал, что с ним всё как надо. С довольным вздохом уселся за стол и наконец-то смог немного расслабиться.

— Мне снился громобой, — сказала Юззу.

Она взяла поднос с готовыми блюдами, уселась напротив меня и тут же приступила к дегустации. Явно что-то новенькое назаказывала.

— Это такая птица-мутант на Альфе-Три, — пояснила мне Рут. — Очень крупная, с мощными когтями и клювом, туловище бывает метров пять и размах крыльев огромный. У нее очень крепкие ноги. Она поднимается на горы пешком и потом прыгает вниз, долго паря в небе, пока выбирает жертву.

Описание интересное, но я не смог представить себе такую птицу.

— Скучаешь по дому? — спросил я у Юззу.

— Неа! — она махнула ложкой. — Я про то, что громобоев легко можно приручить, если воспитывать с момента, как они вылупляются. Здесь гравитация меньше. Они смогут взлетать, а не подниматься на горы ножками.

— Точно! Хорошая идея! — сказала Рут, наконец появившись на экране и для Юззу. — Извините, была занята.

Рут сразу ухватила мысль Юззу, но я ничего не понял:

— Какая идея?

— Подарить громобоев Айре! — ответила Юззу. — Они тут быстро расплодятся в горах вокруг убежища. Обычно они питаются дикими козами, оленями, но вообще едят все, что движется! Здесь полно еды: саранча, скорпионы.

— Как громобой справится с ядовитой слюной саранчи, иглами и электричеством скорпионов? — спросил я.

— Громобоя нельзя убить! — ответила Юззу. — Они только своей смертью умирают от старости. Ты что, не знал? Они моментально регенерируют повреждённые ткани и органы, но их даже поранить практически невозможно из-за их броневого оперения. У нас же с собой два чемодана с генным материалом. Громобои там точно есть.

— Я все понимаю, Юззу, ты хочешь помочь Айре, — сказал я. — Но не думаю, что это хорошая идея. Чем они будут кормить этих огромных птиц, когда закончится саранча? И что значит — громобоев нельзя убить? У них такая непробиваемая броня или как?

— Убить их, конечно, можно. С помощью мощного оружия, — ответила Рут. — Если отстрелить или отрубить голову, то новая не отрастет. Но в остальном эти птицы поразительно живучи.

— Они очень быстро регенерируют! — сказала Юззу. — Поэтому мама и не хотела передавать генные материалы некоторых видов птиц и зверей в архив Альянса. Там же начнут разные ученые ставить эксперименты. У громобоев не просто очень прочные шкура и оперение, эти птички постоянно подстраиваются под условия жизни. Так что, думаю, никакой яд саранчи им не страшен. Хотя наверное, ты прав, Ван. Им же быстро станет нечего есть. Здесь нет большого количества диких зверей, как на Альфе-Три.

— Тут вообще нет никакой нормальной живности на суше, — сказал я. — У меня появились вопросы к Айре и Люну: ладно, дельфины не смогли выдержать конкуренцию в воде, а что насчет других морских созданий? Выпустили бы в свое время в океаны мальков хищников. Акулы же должны у них быть?

— Этого мы не знаем, — сказала Рут.

— У нас много, — кивнула Юззу. — Тоже встречаются виды, которых нет на других планетах. У нас есть такие акулы — марми. Не самые большие, но очень зубастые и прожорливые.

— Как ты? — спросила Рут с ухмылкой.

Юззу засмеялась.

— Не. До меня им далеко!

Мы с Рут тоже засмеялись.

— Самое главное, что марми всегда атакуют стаей, — сказала Юззу. — У них развиты командные инстинкты, они очень слаженно действуют. Налетают на крупного кита, и очень быстро от него остаются только кости.

Совсем как пираньи. Интересно было бы попробовать выпустить таких акул против местных насекомых. Только надо ли?

— Нужно ли вмешиваться, внедряя сюда таких опасных хищников? — спросил я. — Это же палка о двух концах. Что об этом гласит Кодекс навигатора или какой-либо другой закон?

— Этот мир не относится к регулируемым законами Альянса, поэтому никаких запретов нет, — ответила Рут. — Пополнить потом недостающие образцы в чемоданах мы всегда успеем. То есть, мы можем предложить Люну и Айре использовать любые образцы. Другое дело, согласятся ли они на подобные эксперименты? У них же есть свой кодекс колонистов. Там наверняка всё расписано.

— Ладно. Спросим завтра, — решил я. — Мне нужно немного поспать перед трудным днем. Юззу, ты совсем мало спала.

— Сейчас снова лягу, — сказала она. — Просто во сне есть захотелось, когда громобоя увидела, вот и проснулась.

Мы снова рассмеялись все втроем.

— Мне кажется, или ты стала выше ростом? — спросил я.

— С первого появления на борту фрегата, Юззу подросла на два сантиметра, — ответила Рут. — И прибавила в весе три килограмма.

— Всего три? — спросил я.

Юззу показала мне кончик языка и слегка помотала головой.

— Кстати, — сказал я. — Ты же еще не знаешь! Айра полетит с нами после того, как мы разберемся с тараканами.

— Правда?!

— Да. Только она может провести нас в портал к тоннелю в гиперпространство, — ответил я. — Но потом нужно будет привезти ее обратно, как доставим груз на Корвенгу и отвезем тебя на Альтабеску. В общих чертах пока такой план.

— Вот именно, что пока, — вставила слово Рут. — Планы могут измениться. Но сначала нужно выполнить свою часть договора и уничтожить всех белых тварей.

— Я вся в нетерпении! — воскликнула Юззу. — Давайте выспимся и приступим!

На этой воинственной ноте я поспешил откланяться и пошел в свою каюту. Но Юззу вприпрыжку поскакала за мной и потребовала полный рассказ о том, что она пропустила. Хорошо, что Рут согласилась вместо меня рассказать ей всё, и они уединились в каюте Юззу. Зона действия Ключа-Эхо распространялась на весь фрегат, и сейчас я им был не нужен рядом.

После водных процедур установил таймер сна на своем хронометре на шесть часов. Впервые забравшись в нормальную постель под одеяло, чего не делал целую вечность, я моментально заснул.

Проснулся раньше будильника на полчаса и посмотрел в потолок. Какие-то серьезные вопросы крутились в голове, но я не мог вспомнить, какой из них самый важный. Во сне мне казалось, что надо срочно получить ответ на него. Иначе опасность грозит всей Вселенной! Приснится же такое.

Или подсознание наконец работает на полную катушку в условиях нормального, а не медикаментозного сна. В общем, нафантазировал опять целую теорию про всё, что случилось со мной.

— Рут? — позвал я. — Ты здесь?

Я отключил таймер и поднялся. Только успел одеться, как она появилась.

— Выспался?

Рут выглядела как огурчик. Щечки розовые, глаза блестят. Конечно, это аватар, но все равно приятно взглянуть. Я вдруг обратил внимание, как она одета — с иголочки в новый комбинезон золотистого цвета с двумя шевронами, которых я еще точно не видел. Стоп. А какая одежда на ней была раньше? И какое отношение это имеет к аватару? Странно. Но я решил подумать об этом позже. Есть вещи поважнее.

— Выспался. Что ты вчера имела в виду под «ого!», можешь мне сказать? Когда Люн упомянул про свойство артефактов видеть друг друга.

— Так и подумала, что спросишь, еще вчера. Но ты спать хотел, поэтому не спросил, да?

— Не заговаривай мне зубы, Рут. Ловко ты уходишь от ответов, знаю я тебя.

Я прошел на камбуз и сварил крепкий черный кофе. В памяти шкафа нашел вчерашние венские вафли с черникой и присел к столу.

Рут строила мне глазки с экрана.

— Хорошо, Иван. Ты очень радуешь меня своим спокойствием и уверенными действиями. О таком агенте я и не мечтала.

— Короче, — нахмурил брови я. — Сам знаю, что молодец.

Где второго такого агента найти? Вопросов не задает, действует уверенно и спокойно, вовремя проявляет инициативу, а в случае нарушения протоколов безопасности готов взять всю ответственность на себя. Полностью адаптировался к новой роли, апгрейды воспринимает положительно, побочных эффектов не обнаружено. Характер нордический стойкий, с товарищами по работе поддерживает хорошие отношения. Безукоризненно выполняет служебный долг. Беспощаден к врагам Альянса. Холост; в связях, порочащих его, не замечен.

— Ладно, — она еще немного помялась, но все же начала говорить по существу: — Ключа-Эхо является не просто секретной технологией на новых принципах. Раньше мы использовали похожую. В своих сферах космотронов в Осином контуре. Но потом усовершенствовали ее, когда нашли на отдаленной планете на окраине галактики, в том же секторе, где находится твое Солнце, следы древней погибшей цивилизации.

— Это были арнейцы? — я живо представил мир, созданный гуманоидами, похожими на Айру. — Неужели их родная планета?

— Нет. Это была не гуманоидная форма жизни, — тут же опустила меня с небес на землю Рут. — Раскопки продолжаются, но ученые уже сделали вывод, что это была очень развитая цивилизация инсектоидов. Сохранились изображения и окаменелости.

— Что? Как они погибли? От далекой вспышки сверхновой?

— Это никак не может быть Арне, — ответила Рут. — Возраст цивилизации ориентировочно насчитывает всего лишь несколько десятков тысяч лет. И погибла эта планета в результате разрушительной ядерной войны примерно тысячу лет назад. Радиоактивный фон до сих пор повышенный.

— Понятно. И что вы там нашли такого, что помогло вам усовершенствовать технологию ваших космотронов? — спросил я.

— Эта информация засекречена, — ответила Рут. — Мой уровень допуска ниже, чем у куратора, но даже он не смог узнать подробности.

— Однако, ты подозреваешь что это был некий артефакт? Мой разговор с Люном навел тебя на новые мысли?

— Да, — кивнула она. — Есть одна очень большая странность в том, как фрегат затянуло в подпространственный тоннель арнейцев. И теперь мне кажется, что дело в Ключе-Эхо и его реакции на артефакт Айры.

— Ты имеешь в виду, что вы не знаете всех тонкостей и деталей технологии, которая лежит в основе работы Ключа-Эхо?! — внезапно понял я. — Ты потому и назвала ее экспериментальной? Ясно. А как этот ключ попал на мою планету?

— В этом и кроется самый странный момент всей этой истории, Иван. Нам не сообщали, каким образом отряд исследователей потерял Ключ-Эхо.

— Потерял?! Как можно его потерять?

— Мы думаем, что кто-то из исследователей достал этот Ключ-Эхо на каком-то астероиде или планетоиде с отсутствием силы притяжения, и ключ просто вырвался из рук и улетел.

— Ты не морочишь мне голову, Рут? Хочешь сказать, этот Ключ-Эхо, что сейчас лежит в кармане моего комбинезона, — я похлопал себя по груди, — сам улетел в космос, притянутый каким-нибудь артефактом древней цивилизации на Землю? Не так уж важно, арнейцы или те инсектоиды, но кто-то из них находился на том острове с вулканами?

— Приблизительно так мы и думаем с моим начальством, но пока никому об этом не говорили, — ответила Рут. — Только сообщили, что один из агентов Пятого центра навигации нашел Ключ в отдаленной звездной системе и сейчас находится на пути назад. Все ждут твоего возвращения на какую-либо из военных баз Альянса, которые расположены в разных местах, начиная от уровня В.

— Получается, что не так уж и важен этот ключ, если вы никого не отправили за мной на первую же базу? Теперь жалеете?

— Всё дело в секретности, Иван. Проще было дождаться тебя, чем ставить в известность лишних людей и отправлять за тобой. Тот отряд исследователей после потери Ключа полностью изолировали, насколько нам известно.

Понятно. Арестовали и держат в тюрьме за утрату секретной технологии. Непонятно только, куда пропал мой предшественник. И что за сила притянула ключ на Землю?

— Давай про Вана, который исчез. И про Осиный контур, который достигает Земли, но вы нас игнорируете.

— Осиный контур может быть проложен любым спецагентом с помощью пульта управления Космотрона, — ответила Рут. — Твою планету никто не игнорирует. Мы знаем, что есть такая цивилизация, как и другие, подобные вашей, категории Е. Мы еще далеко не все миры уровня Д интегрировали в Альянс. Видел же Альфу-Три?

— Ладно, — я махнул рукой. — Как ключ попал на Землю? Что его притянуло?

— На поиски утерянного Ключа отправили сорок агентов Пятого центра, — ответила Рут. — С помощью пульта управления Космотрона первым напал на след спецагент третьего ранга Дин. Он проследил путь ключа и передал информацию, что тот перемещался по сложной траектории. На тот момент траектория вела в сектор, где поиски вел Ван. Дин отправил приблизительные координаты, Ван отправился на твою планету всё проверить. Мы не знаем, что могло притянуть ключ. Но теперь у нас появилось много новой пищи для размышлений.

— Это вы про какую пищу? — спросила Юззу, входя на камбуз.

Глава 22

Не дожидаясь ответа на свой вопрос, Юззу направилась к шкафу-самобранке и начала заказывать еду. Решила как следует подкрепиться перед долгим днем вдали от камбуза.

Пока она делала три ходки к столу с полными подносами еды и напитков, мы с Рут обменялись мыслями про тактику охоты на тараканов. Она сказала Юззу:

— Мы решили, что сегодня вы полетите на одном флаере.

— Это почему? — спросила Юззу. — Хотели же на двух.

Она изобразила недовольную гримасу — надула губы и сделала страшные, как она думала, глаза, но ее неоново-зеленые глазки страшными никак не выглядели.

— Ты будешь пилотом! — ответила Рут. — А Ван будет тебя подстраховывать, как и Айру, когда она будет стрелять.

— Так будет лучше, — поддержал я предложение Рут. — Надёжнее. Все равно за день мы не управимся, зато отработаем рабочий процесс. Завтра уже полетим на двух флаерах.

— Тогда ладно, если я пилот, — сказала Юззу.

Она принялась за свой суперплотный мегазавтрак из нескольких блюд, включая большой омлет с зеленью, полный поднос брускетт с беконом, помидорами и сыром, и сложносочиненный салат из стеклянной лапши с креветками и орехами. Три блюда поменьше я не опознал. Подлил из высокого графина в свой стакан ее любимого морса из фиолетовых ягод. Сидевшая рядом Юззу проследила за мной искоса настороженным взглядом.

— Надо бы прихватить с собой побольше разной еды и напитков, — сказал я.

— Я уже всё продумала, — с важным видом кивнула Юззу. — Как позавтракаю, займусь этим вопросом, согласно составленного списка.

Она похлопала по карману комбинезона.

Мы с Рут переглянулись, с трудом сдерживая смех.

Но юному организму в условиях непривычно слабой гравитации нужно питаться как можно лучше, чтобы набирать вес пропорционально бурному росту.

— Допустим, это были либо арнейцы, либо инсектоиды с каким-то артефактом, — сказал я, возвращаясь к нашему с Рут разговору. — И они летели по сложному маршруту, который привел их на ту планету категории Е.

Рут кивнула.

— Предполагаю, что, несмотря на большое расстояние, Ключ-Эхо уловил какой-то особенно мощный сигнал неизвестного артефакта, — сказала она, — как раз в тот момент, когда кто-то из исследователей держал его в руке не очень крепко. И ключ, как магнитом, притянуло туда, где ты его нашел.

— У меня сразу вопрос, — вставил я. — Ключ-Эхо улавливает сигнал артефакта, но тот не видит наш ключ, так? Почему?

Юззу увлеченно уплетала свой завтрак, но сдвинула брови, пытаясь уловить смысл беседы.

— Вероятно, из-за некоторых отличий в технологии, — ответила Рут. — Мы сделали ключ, используя в качестве основы старую технологию гравитационных волн, которой очевидно владели и они. Но мы еще добавили новейшие разработки из квантовой механики, о которых им, скорее всего, не было известно. Поэтому мы можем увидеть их артефакты, а они наши не могут.

Интересно, а как мне удалось найти Ключ-Эхо и пульт Ван Ли Шина? Я так и не вспомнил этого.

— Возможно, они просто лежали на твердом грунте, а ты их подобрал, — ответила на мою мысль Рут.

— Похоже, что так, — сказал я. — Ладно. Теперь мне понятно, почему Айра со своим артефактом не видит мой Ключ-Эхо, если она, конечно, не притворяется.

— Зачем ей притворяться? — удивилась Рут. — Если бы видела, то наверняка спросила бы, откуда у тебя устройство, работающее по схожей технологии.

— Да, наверное. Если не спрашивает, значит точно не видит. И те, у кого был артефакт там на Земле, тоже не увидели Ключ.

— Какой интересный у вас разговор, — сказала Юззу. — Что-то секретное не для моих ушей?

— Но ты же никому не расскажешь? — спросил я.

— Я почти ничего не поняла, так что да, не расскажу никому, чтобы не выглядеть глупо, — она свела глаза к переносице.

— Почти? Значит, что-то поняла? — спросила Рут.

— Ладно-ладно. Поняла! И клянусь, что никому ни слова! Зато я знаю, какое животное нужно подарить Айре и Люну, — сказала Юззу, расправившись с большей половиной завтрака. — Жёлтого носорога! Он питается травой, которой тут полно; у него мощная броня, которая защитит от игл скорпионов; и он огромный, тяжелый, легко затопчет кого угодно!

— Это хорошая мысль! — одобрила Рут. — Спросим у Айры. Если у них нет такого животного, то твой носорог вполне может им пригодиться.

— Да! Особенно если мы сожгем плазмой все гнезда саранчи! — добавила Юззу.

С довольным видом она продолжила свою трапезу.

Я подумал, что неплохо бы взглянуть на весь перечень имеющегося в чемоданах генного материала. Травоядные крупные звери действительно могли бы пригодиться на этой планете.

Из пояснений Рут я понял, что генный материал в виде комплектов семян, ДНК и эмбрионов был собран на Альфе-Три по стандартной процедуре альтабов. С использованием особой технологии нано-упаковки и криогенной заморозки. Каждый вид представлен в количестве двенадцати образцов, хотя в принципе достаточно всего двух-трёх пар разного пола. Но при этом, ни в одном кодексе не содержится каких-то строгих норм по распределению такого материала среди уполномоченных центров хранения разных научно-исследовательских организаций Альянса. Всё решает администрация конкретных секторов цивилизованного космоса альтабов.

Так что мы вполне можем вскрыть чемоданы и передать Айре и Люну по две пары образцов, если посчитаем это необходимым. Потому что главным императивом любого кодекса альтабов в конечном итоге является сохранение и выживание разумных существ, в первую очередь гуманоидных рас. Как в нашем случае.

Возвращаясь к беседе с Рут, я не хотел слишком сильно отвлекать Юззу от процесса принятия пищи и подумал про себя:

— Все же вряд ли это были арнейцы на моей планете. Мне кажется, то есть я уверен, они не стали бы никого убивать. Зачем?

Я не хотел вслух говорить про смерть Ван Ли Шина. Юззу и без этого услышала достаточно. Впрочем, у меня от нее секретов не было. Наоборот, я решил рассказать ей все про себя, когда мы окажемся наедине. Например, в убежище Люна под закрытым потолком.

— Тут я согласна с тобой, — ответила Рут. — Арнейцы вступили бы в контакт, если бы встретили Ван Ли Шина. Как мы успели убедиться, это в целом миролюбивая раса.

Дальше я решил говорить вслух, определившись с тем, что не надо ничего скрывать от Юззу. В ее лице мне нужен союзник. Я планировал кое-что предпринять после выполнения нашей части сделки с Люном.

— Значит, то были инсектоиды или даже всего лишь один инсектоид, — сказал я. — Он напал на Ли Шина, убил его и разбил экраны. Что этот инсектоид делал на планете категории Е? Откуда появился и на чем летал по сложному маршруту? И куда потом делся?

Про вертолет и своих товарищей говорить не стал. Хотя я не вспомнил никаких подробностей, уже понимал, что тот инсектоид был очень крупным и крайне опасным.

— Понимаю твою озабоченность, Иван. Что ты предлагаешь? — спросила Рут.

Юззу навострила ушки. Планета категории Е заинтересовала ее в привязке к инсектоидам и смерти некоего Ли Шина.

— Я предлагаю разобраться с опасным прецедентом, который может нести серьезную космическую угрозу. Если Люн готов взорвать целую планету и пожертвовать собой и своей миссией ради уничтожения насекомых, которые могут вот-вот обрести сознание, то... Короче! Нам надо найти и уничтожить тех, кто напал на Ли Шина на Земле.

— Три офицера, включая старшего агента Дина, уже находятся там, — попыталась успокоить меня Рут. — Они обыскали все четыре острова после того, как извержения вулканов прекратились.

— Нашли что-нибудь? — спросил я.

У меня оставались сомнения про текущее состояние связи. Откуда она могла знать наверняка?

— Нет. Никаких следов Ван Ли Шина или какого-либо транспортного средства, способного летать среди звезд. Если что и было там, то сейчас погребено под застывшей магмой и слоем пепла. Это мне сообщили еще на первой базе.

Упрекать Рут, что она не сказала про это раньше, я не стал. У нее были свои причины не делать этого, ведь тогда я был в общем-то никем.

— А что если тому инсектоиду именно это и нужно? — неожиданно спросила Юззу. — Необходимые условия для выживания и размножения? Высокая температура и скрытное убежище под землей? Вдруг у него с собой личинки или два чемодана своего генного материала, как у нас?

— Хорошие вопросы. Я предлагаю лично отправиться туда и поискать получше, — решительно заявил я. — После того, как поможем Люну избавиться от тараканов и саранчи.

— Я сообщу наши доводы куратору. Прямо сейчас, чтобы не терять время. Он свяжется с Дином и другими агентами, — сказала Рут. — Юззу права, вполне может так и быть. Тот инсектоид мог оказаться выжившим представителем погибшего древнего мира, и теперь летает в космосе в поисках подходящей планеты для колонизации.

Она тут же исчезла вместе с экраном. Неужели все-таки есть связь с Центром Навигации, и Рут находится там? Голову можно сломать. Но теперь меня гораздо сильнее беспокоило совсем не это.

Если кто-то спросит меня, подходит ли Земля для колонизации, я сразу отвечу, что это самая подходящая планета во Вселенной. Даже не видя Корвенгу, Юккафай, Альтабеску и другие планеты Альянса. Потому что мне дела нет до тех планет. Допустить вторжение на Землю разумных насекомых или инсектоидов, я никак не мог. Такое тихое вторжение, как описала его Юззу, никто же не заметит, пока не станет слишком поздно.

Я обхватил голову руками. Столько времени потерял! Нет, чтобы сразу во всем разобраться — надо было давно пристать с вопросами к Рут: как, что и почему?

Но с другой стороны, я же ничего не знал и не понимал. Да и Рут с ее начальством сами ничего толком не знали. Случайное нападение неведомых пиратов возле маяка и наш очень сложный маневр уклонения привели к тому, что неведомая сила затянула фрегат в гиперпространство и выбросила в систему Б-26. Здесь мы и узнали то, чего никак не могли узнать каким-либо другим способом.

Всё это пока лишь догадки. Никаких точных фактов у нас нет, одни предположения. Но я чувствовал своим измененным сознанием и врожденной интуицией, всё сильнее проявляющейся от влияния Ключа-Эхо, что мы всё правильно понимаем.

Юззу уже вовсю занималась заготовками для избежания голодной смерти в течение дня. К тому же, внизу на планете нас ждала ее новая подружка, которую надо «хорошенько угостить».

Я продолжал сидеть, задумавшись о том, что любые другие спецагенты могут недостаточно старательно искать следы Вана и его убийц. Что значит для них какая-то заштатная планетка уровня Е? Мне надо самому лететь туда. Пора действовать!

— Юззу, ты поможешь мне? — я решил, что лучше не откладывая заручиться ее поддержкой.

— Конечно! — она энергично кивнула, тряхнув отросшей копной рыжих волос. — Помогу! Говори, что надо делать.

Она уселась напротив и серьезно посмотрела на меня своими волшебными глазами.

— Надо убедить Рут, что нам необходимо первым делом отправиться отсюда на ту планету, — ответил я. — Угроза может быть гораздо серьезнее, чем мы в состоянии представить. В твою Академию мы успеваем, если Айра покажет нам вход в тоннель портала. Доставить чемоданы на Корвенгу тоже не проблема. Это вообще не самое главное сейчас.

Юззу кивнула и положила ладошку на мою руку.

— Это твоя родная планета, да?

Умная девочка. Быстро сложила два и два.

— Да. Мы зовем ее Земля. Или Терра. И эта планета Айры очень похожа на нее. В тот период, когда только зарождалась жизнь, Земля наверняка точно такой и была.

— Конечно, я на твоей стороне, Ван! Поддержу твое решение!

— Спасибо, Юззу. На самом деле, меня зовут Иван.

— Я на твоей стороне, Иван! — повторила Юззу. — И мне очень интересно посмотреть на твою родную планету. А Ван Ли Шин, который был спецагентом, он твой брат?

— Нет. Мы не были знакомы. Никогда не встречались. Но это он нашел Ключ-Эхо и должен быть сейчас на моем месте. Я всего лишь замещаю его, так случайно вышло. Я житель планеты категории Е, который, как ты понимаешь, не смог бы стать спецагентом Центра Навигации, если бы не форс-мажор.

Юззу округлила глаза.

— Так вот почему ты такой нормальный! — воскликнула она. — Гуманоидный гуманоид! А не типичный вышколенный агент Центра Навигации. Они же все на одно лицо и всегда смотрят на всех остальных свысока, как будто они сверхлюди какие-то. Папа так говорит.

Ясно. Спецагенты те еще типы, это я и сам уже понял. Им очень многое позволено. Но они для этого долго готовились и тренировались. Желающих занять вакансию хоть отбавляй.

А гуманоидный гуманоид — это как человечный человек. Я невесело улыбнулся. Рут тоже наверняка удивляется всю дорогу. При этом незаметно перенимая мои мысли, слова и триггеры через связь Ключа-Эхо. Правда, она перестала говорить «шевели булками» и прочее, но это потому, что я и так вовсю шевелю ими по мере возможностей.

— Готова вторая партия еды! — объявила Юззу и продолжила упаковывать стратегические запасы продовольствия в два больших рюкзака. — Давай, помогай мне, не сиди!

Я уложил термосы с напитками и вакуумные контейнеры с мясными блюдами в свой рюкзак. Юззу подготовилась основательно, хозяйственная девочка. Вчерашние брикеты сухого пайка ей явно не зашли. Повторять такой опыт она отказалась наотрез. Конечно, не забыла про разные вкусняшки. Айра обрадуется, ей понравилось печенье.

Вернулась Рут:

— Довела до начальства все основные вопросы. Куратор связался с Дином, тот постарается получше поискать следы инсектоидов. Он там один остался, других отправили по срочным делам.

— Что там Дин в одиночку может найти? — спросил я. — Он на фрегате или в обычной сфере?

— Ты же не собираешься отправиться туда на фрегате? — спросила Рут, изогнув левую бровь. — Контакты с аборигенами уровня Е строго запрещены, не забыл? Конечно, Дин в обычной сфере. В режиме строжайшей секретности. Ваша цивилизация развита достаточно неплохо, чтобы засечь фрегат, а нам это совершенно ни к чему.

Как-то я совсем не подумал об этом.

Но как воевать с инсектоидами в обычной сфере? Вот если скрыть фрегат на орбите среди разного мусора, и осторожно спуститься вниз на флаере, тогда совсем другое дело. В том районе, где расположен остров, никаких населенных пунктов и важных объектов нет. Не потому ли его и выбрал тот инсектоид?

Я про себя подумал, что надо бы замаскировать фрегат с помощью технологий арнейцев. Но вообще, это будет странная ситуация для меня, как землянина, вернуться домой на звездолете другой цивилизации.

— Проверьте, как работает ваша силовая защита, — напомнила Рут. — И определитесь, какой флаер возьмёте: третий или второй ? Они оба готовы к вылету.

— Мне удобнее второй! — сказала Юззу. — Я уже знаю, как в нем все устроено.

— Его и возьмём, — согласился я. — Айре тоже будет привычнее стрелять из знакомого оружия.

В мирах уровней Г и выше всем детям Альянса вживляют базовые чипы, начиная со школы, то есть примерно с шести лет. В мирах категории Д такая привилегия была только у богатых и влиятельных родителей, таких как у Юззу. Но не все пользовались этой привилегией, опасаясь попасть в зависимость от правительства Альянса. К счастью, семейство Крюденбом хорошо относилась к прогрессу.

Юззу и Рут обсудили вчера перед сном все нюансы управления флаером, но Рут этим не ограничилась, а ввела Юззу наниты боевого пилота Центра Навигации. Это оказалось гораздо проще сделать, чем со мной, ведь базовый чип у Юззу уже есть. Конечно, применение боевых технологий практиковалось крайне редко с детьми ее возраста, только в исключительных случаях, но наш случай как раз таким и был.

Судя по ее утреннему виду, Юззу восприняла апгрейд вообще без каких-либо проблем. Все-таки она вундеркинд и прирожденный навигатор, не то что я. До сих пор чувствовал некоторый дискомфорт в месте ввода чипа.

Но насчет Юззу я беспокоился совершенно напрасно. Она управляла флаером увереннее, чем я в первый раз.