Кодекс наемника. Книга II. Бэкдор
Пролог
Если наша переговорная позиция слаба, то ее надо усилить. А лучший способ усиления позиции – это создание проблемы, угрозы, неудобства всем и каждому. Все это у оппонента вызовет непреодолимое желание вернутся обратно в зону комфорта и как можно скорее. И тогда - мы тут как тут со своим решением.
(Адриан Фьюри. Звездный Патруль. Сектор Ориона)
Утро на Эдэмии выдалось, как и почти всегда, сказочно райским, солнечным и с бодрящей свежестью морского бриза. Вставать с парящей постели Карлеону не хотелось. Казалось, совсем недавно он отпраздновал своё 40-летие, а впереди уже рисовалась бездонная и глубокая подобная черной дыре скукота. Он достиг, пожалуй, всего чего только мог желать мужчина в его возрасте. Рядом нежилась в лучах встающего полу-диска самого яркого Фомальгаута идеальное женское тело, которое только могло быть у человеческой самки. К этому телу присовокуплялся весьма одаренный ум, интеллект, способный с легкостью удерживать у нейро-экранов аудиторию в не один миллион «голов». Карлеон потянулся в надежде привлечь таким нехитрым образом хоть крупицу бодрости и желания нового дня, нового суточного цикла на самой райской планете изведанной Галактики. Однако все было тщетно. Несмотря на глубокие вздохи, внутри по прежнему была прямо таки звенящая пустота. Его пассия хронограф Шейна Стил безмятежно спала. Тогда месячный цикл тому, когда он так ловко увлек ее своей харизмой, показал ей яркую и светлую сторону медали Звездного Патруля и сам ощутил вкус жизни, ему почудилось, что она – именно то, чего ему так не хватало. Он по-офицерски быстро вскружил ей голову и взял ее уже через пару циклов знакомства. Теперь же, несмотря на всю эту идеальность, он смотрел на нее спящую, как на какой-то кусок мяса. Этой ночью он даже прибег к помощи червя-симбионта, чтобы вызвать, пробудить в себе былую страсть, с которой он когда-то не так давно срывал с нее одежду. Да, Карлеон смог относительно легко покорить сердце именитой хроно-дивы, которую, казалось, ничем нельзя было удивить. Влияние, деньги и власть делали свое дело безупречно. Карлеон, будучи главкомом космо-флота Звездного Патруля целого Сектора Ориона, мог легко вскружить голову. Но наступало очередное «потом», и он не знал, что с этим всем делать. Он окинул взглядом изгибы и формы спящей Шейны из-под сползшего вниз покрывала в надежде пробудить в себе желание, но не смог, а прибегать к помощи симбионта не захотел. Впереди его ждала встреча с отцом, которого он уважал. Отец, Адриан Фьюри, был человеком суровым и властным, сконцентрировавшим в своих руках почти абсолютную власть всем Сектором Ориона, но его, своего первенца, он любил больше всего на свете. Карлеон знал это. Он всецело доверял отцу, даже тогда, когда не до конца понимал его. В нем жил дух вызова и соперничества, но не бунтарский, не конфликтный, а более конструктивный. Ему всегда хотелось чем-то удивить отца в хорошем смысле этого слова, сделать больше, чем тот просил, проявить смекалку, инициативу. Это ему частенько удавалось, хоть не редки были и провалы, но Адриан всегда прикрывал сына, а если и ругал, то делал это весьма конструктивно. Карлеон знал, что то что они с отцом делали, сложно было назвать справедливым или, чего хуже, добрым. Они и не пользовались даже подобными понятиями. Все их великие дела лежали за гранью добра и зла, подчинялись так называемой коллективной выгоде и практической целесообразности. Кроме того у клана Фьюри во главе с Адрианом было четкое видение цели, которую требовалось достичь любой ценой с максимальным возможным профитом. Сопутствующие издержки в виде гибели невинных мало волновали, потому что на кону стояла, ни много, ни мало, власть над всем Звездным Патрулем, над основным Центральным Сектором.
Карлеон отвлекся на шевелящееся рядом тело. Карие подведенные красивые блестящие глаза женщины открылись. На лице, подражая светила, засияла улыбка.
- С добрым утром, Карло – прощебетала наигранно милым голосом проснувшаяся Шейна. – Вчера было волшебно.
Карлеон вздохнул, выдавил улыбку и, не глядя в глаза, встал с опустившейся вниз постели.
- У меня запланирована встреча с отцом… Возможно задержусь у него на целый день.
Шен ни взглядом, ни намеком не повелась на его планируемое отсутствие в собственный выходной, но выгнулась, широко улыбнулась и промурлыкала:
- Я – самая счастливая женщина в Галактике только благодаря тебе, Карло… С Днем Рождения, милый! … Возвращайся пораньше. Сегодня вечером тебя будет ждать сюрприз.
Сказав это, она как бы неспециально наигранно застенчиво провела ладонью по внутренней стороне правого бедра, прижала его левой и, не отводя взгляда карих подведенных глаз, хихикнула. Карлеон вздохнул, но подыграл ей улыбкой. Не дожидаясь окончания «представления» он быстро подался в сторону душевого блока.
- Не вылей всю воду без меня, Карло – услышал он смех Шейны вдогонку.
Отчего-то, несмотря на всю эту любвеобильность с ее стороны, ему показалось, что Шен все прекрасно понимала, но комфортная жизнь в изобильном достатке и роскоши делала свое дело. Ей не нужно было теперь регулярно выходить в нейро-эфиры, гоняться за просмотрами, похвалами боссов ГЛТК и рекламными заказами. Она очень быстро и органично вписалась в плеяду прикормленных «придворных» хронографов Звездного Патруля, хотя еще совсем недавно создавала медийный образ борца с засилием власти и влияния его в Галактике.
Карлеон поторопился в душе, чтобы не пересекаться с Шейной и не вынуждать себя на интим через силу. Он мог бы ее прогнать, выставить вон, будь он с ней на какой Гватории или «Аламахе». Но он находился на Эдэмии, райской планете в первую очередь для женщин. Тут обидеть слабый пол пусть и за дело было себе дороже. Шейна тоже прекрасно это знала, понимала, а потому и пользовалась по максимуму, игнорируя его нотки недовольства, прекрасно зная, что пока они тут, Карло у нее под каблуком, несмотря на все свое могущество и влияние. Однако выход, все же, был. Этот выход придавал Карлеону смысл жизни. Но не только он, а еще и враг, которого он люто ненавидел и которого хотел уничтожить вскоре любой ценой.
Адриан ждал Карлеона, сидя все так же на берегу, на вершине небольшого каменного выступа, с которого открывался прекрасный вид на темно-розовую гладь бесконечного океана. Он был вдовцом и уже давно. Тут на Эдэмия овдовевшие мужчины обладали привилегией носить черное, носить вообще все, что угодно. Они были над системой засилия женщин и женских законов. Вдовец на Эдэмии имел право на грусть, на траур, на отказ женщине, на лучшее место в любом заведении, особое привилегированное положение. У вдовца был высший социальный рейтинг и финансовый уровень на планете, уступавший, наверное, только верховной власти планетатора и его управляющего окружения. Вдовец наслаждался всеми благами райской жизни на Эдэмии, достижениями современной рекреационной медицины и новинками в сфере досуга и развлечений. Только Адриан во всем этом не нуждался. Для него подобное было лишь удобным фоном, комфортным бэкграундом и надежным тылом, чтобы не отвлекаться на мелочи от решения собственных важных дел. Впереди его ждало совсем другое будущее. Впереди его ждало посвящение на высший пост верховного управляющего Звездного Патруля. Впереди его ждал Радужный Кластер и судьбоносная встреча с Антаресом и Первочервём. Впереди его ждал доступ к секретным технологиям и достижениям Червей, той самой расы, которая едва не уничтожила все Человечество всего каких-то 90 годичных циклов тому назад. К этой встречи Адриану нужно было как следует приготовится.
Происходящее в Галактике и в самом Секторе Ориона прямо сейчас давало нужный контекст, но Адриан хотел его усилить, сгустить, нагнести так, чтобы выбор его как верховного руководителя, как главу всего Звездного Патруля, как ключевого посредника между Людьми и Червями, как человека, способного все решить, не подвергаясь даже тени сомнения. Все это было без 5 минут его. Все это стимулировало выверять каждый шаг, чтобы добиться успеха не частичного, не половинчатого, а полного. Нужно было заставить Человечество поверить снова в то, что без Звездного Патруля никуда. Нужно было сначала породить хаос, а затем предложить выход. Не хватало последнего штриха к картине уготованного безумия на просторах Галактики. Это безумие Адриан сейчас активно готовил и притворял в жизнь, не он сам лично, конечно же, но вверенные ему помощники, среди который был и его старший сын.
Флай-шаттл Карлеона показался темной точкой на желтовато-голубом небосводе. Адриан знал, что это именно он. Своему сыну он отводил далеко не последнюю роль. Он должен был занять его место главы Сектора Ориона, но ему не хватало рейтинга и популярности. В Звездном Патруле Карлеона недолюбливали, а значит вряд ли изберут главой Сектора. У Адриана было решение и этого вопроса. Карлеон нуждался в реванше, красивой и элегантной победе над основным мятежным космо-флотом Федерации, который пусть и запечатанный временно на «Альхоне», все еще представлял собой угрозу. Адриану было неприятно сознаваться самому себе, но он очень сильно недооценил молодого главкома Федерации Саймона Белла, который после позора на Фобии сохранил контроль и, будучи униженным, не бежал на Би-Проксиму, а остался на «Альхоне». Только в глобальном плане это ничего, по сути, не меняло. Сейчас условия складывались идеально. Глупый молодой выскочка из Би-Проксимы, проявив недальновидную смелость, хоронил себя, свою карьеру и свое будущее. Оставался лишь последний штрих, толчок, чтобы вся Галактика увидела, кто главный враг Человечества. Именно для этого был запущен план «Бэкдор», который, правды ради, уже который раз вставал на грань срыва, но пока еще держался и делал свое дело.
Отец с сыном поздоровались и обнялись, будто не виделись очень давно. Отчасти так оно и было, но кроме всего прочего между этими двумя было много общего, слишком много общего. Их связывали не только кровные узы семьи, но и жуткие кровавые и темные дела, которые преследовали, вроде бы, вполне благие цели для всего Человечества.
Карлеон уселся рядом с отцом на соседнее качающееся в воздухе кресло из очень дорогой найромской древесной лозы. Какое-то время они молчали, выпивая мету, и смотрели на бескрайнюю гладь океана.
- Когда-то Галактика станет полностью человеческой, Карло… И важно, чтобы она была, как эта ровная морская гладь, на которую можно бесконечно смотреть.
Карлеон кивнул, допил бокал и поставил его на небольшой круглый столик между ними. Тот услужливо поднимался и опускался в воздухе, чтобы принять тару или наполнить опустевшие емкости. Адриан, допив, вернул и свой бокал. Его взгляд скользнул на сына. Несмотря на внутреннюю похожесть, внешне они отличались почти во всем. Адриан сидел в черном сплошном и непроницаемом полимерном комбинезоне, который поглощал солнечные лучи и вырабатывал свежесть, защищая не только закрытые участки, но и лицо, и ладони. Карлеон был в серебристом комбинезоне Патруля с гравировками главкома космо-флота. Он предпочитал парадную форму, потому что сегодня был 5-ый цикл празднования его Дня Рождения.
- Ты меня хотел видеть? – спросил Карлеон отца после некоторой паузы.
Адриан, не отворачивая взгляда от бескрайней глади воды, кивнул.
- Это твоя Шейна Стил – креатура ГЛТК… Что думаешь с ней делать? – проговорил отец сухо без намека на эмоцию, будто они говорили не о человеке, а о безликом препятствии.
- Она уже наша, своя. Я ей дал все, что она желала, и даже больше. ГЛТК остался в прошлом… Женюсь на ней.
На последней фразе Карло даже улыбнулся. Он давно для себя уже все решил. Ему хотелось получить такой же черный специальный костюм, как у отца. Вообще, эта серебристая форма по его мнению была пережитком прошлого. Звездный Патруль должен стать другим, а потому и форма должна быть под стать.
Адриан, дослушав его, недовольно крякнул:
- Не глупи, Карло… Это ж хронограф. Она обучена нравится людям. У нее это в крови… Не забывай, она старше тебя и далеко не глупа. Посмотри, сколько у нее фанатов и поклонников по всей Галактике.
- Знаю… Но она сейчас очень помогает нам с медиа-поддержкой. Жаль терять такой ресурс.
Отец все еще не понимал сына, хотя тот уже намекнул ему, как он относится к Шен. Адриан все еще силился вразумить его, но в этом не было нужды. Карлеон просто наслаждался тем, что сможет очередной раз приятно удивить требовательного и привередливого папу.
- Очнись, Карло… Не ведись на ее льстивые речи и мягкие прикосновения. В них яд… Она первая предаст тебя, как только узнает больше – не унимался Адриан.
Карло дослушал молча и сделал паузу, пояснив:
- Я все это понимаю, отец… Но сейчас она верит мне всецело… И она, как сам видишь, на нашей стороне… Мы скоро поженимся, прямо тут на Эдэмии.
Он, договорив, улыбнулся и покосился на отца. Тот, видимо все понял. Его рука легла на плечо сына. Адриан слегка тряхнул его и довольно улыбнулся.
- А вот это правильный ход, Карло… Даю тебе сроку недельный цикл, чтобы накувыркаться и налюбиться. Потом в расход… На Эдэмии нечего делать мужику, если он не вдовец.
Однако Карло решил так просто не соглашаться, но еще немного посвоевольничать. Тем более это слегка будоражило кровь и добавляло остроты в его сделавшуюся такой пустой и скучной жизнь.
- Мне бы не хотелось так быстро.
Отец внезапно кивнул, как бы соглашаясь, но добавил:
- Ты пойми, «Бэкдор» - слишком рискованное предприятие, чтобы полагаться на бывшую из ГЛТК.
- Вот я и дам ей шанс проявить себя.
- Смотри в оба. Она может втайне работать на ГЛТК и копать под нас.
Карлеон снова кивнул. Он думал об этом, но пока не видел повода для беспокойства. Адриан тем временем добавил:
- Даже, если это не так, и я ошибаюсь, отправь ее на тот свет. Попроси спецуру, они все организуют. На нее у многих зуб за предыдущую жизнь. Рано или поздно ее доведут, понимаешь?
Карлеон кивнул и сменил тему:
- Я хотел бы уточнить по «Бэкдору», отец… Планы уже дважды менялись, а я не в курсе… Я бы хотел иметь гарантию, что смогу окончательно поквитаться с этим молодым выскочкой из Би-Проксимы, а не заигрывать с ним, как прошлый раз.
Отец кивнул.
- Знаю. Ситуация сложная… Терра-Нова проводит свое независимое расследование на месте гибели «Горизонта» … Надо им показать «врага», пока они не нашли настоящего виновного.
Карлеон возразил:
- Мне кажется, это ломает изначальную задумку привлечь их, как сообщников… По данным разведки их представители уже на «Альхоне».
Адриан лишь отмахнулся, словно услышал что-то старое и неинтересное.
- Ничего они на Альхоне не выгадают. Первый космо-флот мятежной Федерации утратил свой потенциал еще в первой схватке на Альхене. На Фобии ты его унизил и почти добил. Би-Проксима, имея такие потери, ничего не отдаст Терра-Нове.
- Откуда такая уверенность? – удивился Карлеон. – А как же «Мурена»?
- Опыт, сын мой, опыт – улыбнулся отец. – У Терра-Новы терки с ГЛТК, а Би-Проксима всецело зависит от их разведки и инструкций. Нам нужно их немного втянуть в свою орбиту. «Бэкдор» для этого идеально подходит. Удар в спину от вчерашних союзников быстро отрезвит их… Сама Би-Проксима вынуждена будет оттолкнуть от себя альхонцев, как слишком токсичных и плохо управляемых… Про «Мурену» забудь. Би-Проксима с такими потерями ни за что не передаст свое детище Терра-Нове, даже пусть и в руки самого опытного капитана.
- Саймон, даже после унижения на Фобии, все еще у них герой – попытался Карлеон зайти с другой стороны, упомянув своего заклятого врага.
- Именно! – встрепенулся отец. – Слава кружит голову и засасывает, как черная дыра. Саймон не сможет предать «Альхон», а потому предаст свою родную Би-Проксиму.
- И мы получим его тепленьким с недобитым флагманом их первого космо-флота – закончил мысль Карлеон за отца. – Тяжелый ультрасовременный ударный крейсер Федерации «Омега» станет уникальным в истории трофеем Звездного Патруля. Какой позор для Би-Проксимы!
Адриан посмотрел сыну в глаза и улыбнулся.
- Молодец! … И Терра-Нова, не получив ничего от своего главного союзника, упадет к нам в объятия. Потому что иначе их с потрохами сожрет ГЛТК… Главное, сейчас не дать им довести поиски по «Горизонту». Мало ли, что они там найдут еще.
Карлеон, довольный собой и своей сообразительностью, покачал головой, давая понять, что он не видит проблем.
- Ничего они не найдут… Я следов не оставил – отмахнулся он.
Однако Адриан быстро напомнил ему об уже случившемся проколе:
- А как же «Ласточка» с записями сигнатуры? – напомнил Адриан сыну о выжившем космолете с компрометирующей Патруль информацией.
- Кирилл все решил с этим разве нет? – попытался откреститься от этого неприятного момента Карлеон, вспомнив новоиспеченного главу Отдела Внешней Разведки (ОВР) Звездного Патруля.
Адриан недовольно поцокал языком и спросил:
- А где гарантия, что они не найдут что-нибудь еще?
Карлеон ничего не ответил, но просто согласился с доводами отца, качнув головой. Он был слаб в тонкостях политических игр, хотя иногда у него выходило неплохо подыгрывать отцу на переговорах. Но тут с этим «Бэкдор» все с каждым разом становилось все сложнее и сложнее. Адриан заметил его смятение и попробовал разложить все по полочкам еще раз:
- Смотри: Руками альхонцев 1-ый удар мы наносим по «Звездным маршалам» ГЛТК…
Карлеон кивнул. Этот момент он прекрасно понял с самого начала. Пока ГЛТК контролировали приграничье: Красную Туманность Розетка между Федерацией и Альянсом, ни о каком контроле со стороны Патруля основных нелегальных и полулегальных транспортных коридоров и речи идти не могло.
- 2-ой – это дискредитация самого «Альхона»… Мы сгустим краски и выставим их главным вселенским злом.
По мятежной станции-колонии у Карлеона тоже вопросов не было. Станцию требовалось максимально дискредитировать в глазах галактического Конвента. В противном случае, без резолюции, он рисковал бы получить повторную трагедию при Альхене, которую более 3х месячных циклов тому уже допустил.
- 3-ий – это Преторианский Альянс…
Вот тут у Карлеона сразу же произошло непонимание.
- Зачем? – удивился он.
Адриан вздохнул. Улыбка сошла с его лица. Он повернулся в пол оборота к сыну и пояснил:
- Сектор Персея богат ресурсными планетами – внезапно витиевато выдал Адриан. – Ослабим Альянс, вынудим их быть более сговорчивыми с нами, с Патрулем. Особенно, когда мы покажем истинный оскал альхонских контрас… А голос Альянса в Конвенте потом нам очень поможет… Посуди сам: мы ничего не теряем, а Альянс получает боль, дискомфорт и удар по коммуникациям. Они же любят летать через Туманность за запретными удовольствиями, рабами. Там такие товарные потоки в обход таможни… Вот мы их и поймаем за этим неприглядным делом.
Упоминание запретных удовольствий и рабов тут же вернуло Карлеона в тему. Он вспомнил кое-что и озвучил:
- Я говорил Шейне, что ГЛТК со своими «звездными маршалами» в Туманности Розетка покрывает трафик рабов в Софокру.
- Ага! Именно! … Поэтому ударим и по тем, и по этим. Не нам же расплачиваться.
Карлеон довольно кивнул. «И то верно». Он не был обременен богатым воображением, но даже у него в голове складывалась весьма живописная картинка наград и лавров спасителя Галактики от коварных альхонцев. Отец тем временем продолжил описывать детали «Бэкдора».
- 4-ый – Терра-Нова… Причину я тебе уже объяснил… Там в области уничтоженного «Горизонта» их научно-исследовательский корабль… Конвент санкционировал проведение независимого расследования.
- Значит там будет арбитражный корабль охраны от ГЛТК. Разве нет? – уточнил Карлеон у отца.
- Само собой! В коим-то веке скорпион и гадюка договорились против нас! … Вот пусть наши альхонские бандиты и там пошумят. Больше внимания – больше успеха «Бэкдору» … Надо чтобы все купились на наш черный ход, приняв его за парадный.
- Я кажется теперь понимаю задумку, отец… Такой шухер наведем! … Вот только альхонцы в своих засадах задействуют «Раму». Это ж ставит под удар нас самих.
Отец отрицательно покачал головой:
- Нет, сын, не нас, но элеонских… Это они проявили халатность, допустили кражу «Рамы» и скрывают это до времени в надежде найти виновных у нас на «Аламахе»… Ничего не выйдет. Чем дольше они скрывают, тем хуже последствия… У них нет никого достаточно авторитетного и толкового, чтобы вырваться из этого позора… Это им за Парпланд. Богатая кристаллидом планета – наша добыча!
- Я думал, они «Горизонтом» расплатились – влез со своим мнением Карлеон.
- Уничтожение «Горизонта» - это была необходимая мера. Теперь же они расплатятся за жалобу ну нас в Арктур… За все эти внезапные проверки синтов, за унижения! За Фобию, наконец!
Карлеон кивнул, полностью соглашаясь с отцом. Однако внезапно кое-что его смутило во всей этой истории. Он не сдержался и спросил:
- Да, но ведь это их Сектор Персея. По протоколу мы обязаны были передать им контроль за системой Альфа Гастергауза с Парпландом. Разве нет?
- Сектор их, а добыча наша… Если бы они просто не лезли не в свое дело и не пытались отжать то, над чем не работали… Кирилл совершил невозможное, втянув в нашу орбиту и Альянс, и целую колонию с крупными залежами кристаллида… А эти выскочки из «Элеона» все сломали!
- Тогда краденная «Рама» станет для них приговором. Хотя там и без того половина ком-состава под арестом из-за коррупции.
Адриан, слушая сына, улыбнулся и похлопал Карлеона по плечу:
- Все верно… Воровать не умеют, пусть сидят. И других посадим… Весь Сектор Персея переформатируем… У меня в планах утвердить там во главу Кирилла.
- Ого! Лихо! – опешил Карлеон. – А Форкман не обидится, что не он.
- Форкман обидел мою сестру, твою тетю, променяв ее на эту блядскую блондинку… И хоть мне все равно на нее, но осадочек остался… Кирилл делом доказал, что годен для больших масштабных проектов, а Форкман едва не похоронил все из-за своих амурных похождений.
- Герой-любовник хренов! – подпел Карлеон отцу, но быстро успокоился.
Ему было до голубой звезды на Форкмана. Отец же продолжил пояснять, хотя этого уже и не требовалось, потому что Карло и так все, вроде бы, неплохо понял:
- Взбаламутим воду и спокойно поймаем нашу золотую рыбку… Тем более твой «Левиафан» уже отремонтирован и готов показать, на что способен.
- Да… Жду не дождусь, когда расплачусь по счетам с этим уморышем Саймоном из Би-Проксимы!
- А вот тут не торопись… Совсем забыл упомянуть. Наши люди на местах докладывают, что Саймон хитрит и готовится к жаркой встрече прямо по науке. Позор на Фобии, видимо, кое-чему его научил… Тебе первому на Альхену соваться опасно. Велик риск угодить в засаду.
- Герой хренов! – выругался Карлеон и сжал кулаки.
Ему очень не хотелось думать, что финальный штрих, аккорд в противостоянии, ускользнет от него сквозь пальцы в тот момент, когда он так близок. Адриан, будто прочитав мысли сына, похлопал по плечу, чтобы успокоить его.
- Не кипиши… Закончим с «Бэкдор», и правильная резолюция по «Альхону» сама ляжет нам на стол.
Однако Карлеон лишь недоверчиво поморщился.
- Похоже, этот выскочка Саймон Белл не особо собирается ей следовать.
Адриан, сжав плечо Карло, подтащил его ухо к свои губам и негромко добавил, придавая тем самым большую значимость словам:
- Поэтому первым туда, как в тот раз, сам не суйся… Прояви выдержку и талант мудрого главкома. У тебя очередь желающих на повышение, на награды. Надо дать им шанс проявить себя, чтобы поднять собственный упавший рейтинг… Собери эскадру, назначь ответственных. Только не бери близнецов. Пусть там вообще никого из Фьюри не будет… Покажи всем недоброжелателям в Секторе, что ты за равноправие, за равные возможности, за карьеру для всех. Это здорово повысит твой авторитет, Карло! Направь туда свою пассию. Пусть «хронографиня» это дело осветит… А ее там как бы случайно и взорвут…
Карлеон от неожиданности закашлял, кое-как представляя себе все это. Улыбка сошла с его лица, а Адриан продолжал обрисовывать:
- Саймон за подобное пренебрежение резолюцией Конвента получит «черную метку» на всю оставшуюся жизнь с перспективой или погибнуть, или получить аннигиляцию после пленения, или пуститься в вечные бега…
Он умолк, видимо, поняв, что идея с гибелью Шейны Стил, не вписывалась в планы его сына или же, если вписывалась, то по другому сценарию. Адриан заглянул строго ему в глаза и пояснил:
- Не дури. Ты по смерти своей «хронографисточки» получишь статус почетного вдовца на Эдэмии вдобавок к герою-победителю мятежного «Альхона» … Я наконец спокойно отправлюсь в Арктур принимать высший пост, зная, что Сектор Ориона в надежных руках достойного сына.
Карлеон молчал. Его разрывали противоречивые чувства. С одной стороны того самого куража первых недель в их с Шейной отношениях уже не было, но и организовывать несчастный случай уже так скоро он морально не был готов. И все же авторитет отца сыграл. Карлеон, находясь под впечатлением от его мудрости и таланта, вздохнул и кивнул головой, соглашаясь. Тот поводил рукой по плечу сына и добавил:
- Только ты со свадьбой не затягивай, сынок… Вдовцом можно стать только после брака.
Полет обратно домой не занял много времени. Но и этого хватило Карлеону «на подумать». Гряда островов небольшого архипелага, где он жил со своей будущей женой, растянулась на сотню километров. Тут была очень дорогая земля естественного вулканического происхождения. Вообще, на Эдэмии не было дешевых мест в принципе. Даже насыпной искусственный остров стоил космических кредов пусть и с самым простым полимерным домом, с базовым социальным уровнем. Карлеон же обладал куда более роскошной виллой всего в нескольких десятках километров от имения своего отца. Хотя, правды ради, ни он, ни его отец не владели ничем. Офицеру Звездного Патруля было не положено по закону. Все движимое и недвижимое имущество на Эдэмии было записано на покойную супругу в случае Адриана или же находилось в собственности компании «Квик & Ко», как у Карлеона. Когда-то пару лет тому именно Кирилл Викенз, серый кардинал Сектора, предложил такую весьма простую и гениальную схему, которая изменила качество жизни всего клана Фьюри. Карлеон же, как и его отец, видел в этом какую-то уязвимость, даже несмотря на то, что Кирилл пользовался исключительным доверием. Идеальным вариантом для мужчины в его статусе было бы конечно овдоветь. Любому, глубоко ознакомившемуся с законами Эдэмии, это стало бы понятно почти сразу же. Карлеон знал, что отец инсценировал гибель его матери, но искренне верил, убеждал себя, что тот поступил верно. Карлеон не любил мать. В его памяти она осталась той, кто все внимание уделяла близнецам, его младшим брату и сестре – Артуру и Астерии. Сам Карлеон как эталонный сын именитого отца попал по эмбриональной программе в 10-летку для малышей и родителей, по сути, не знал почти совсем. И, все же, отец чаще мог видеться и виделся с ним в силу своей службы. Отец для Карлеона оставался кумиром, идолом и эталоном, которому хотелось подражать, которого хотелось слушать и слушаться. Свадьба с «хронографиней» Шейной Стил, которая, к слову, на 5 годичных циклов старше его, была делом решенным. По брачному договору она получала бы его виллу со всем островом, что в пересчете на креды – фантастическая сумма даже для очень богатого человека. Карлеон определенно собирался вскружить ей голову этим безумным подарком на свадьбу. Однако, само собой, любовью тут совсем не пахло. Во главе угла лежал лишь трезвый расчет. Да и какие могли развиться чувства за годы унижения, которые изливала Шейна «Шайн» на свою многомиллионную аудиторию в том числе и в сторону самого Карлеона, как главкому космо-флота Звездного Патруля Сектора Ориона. Ему было удобно поразить, удивить и склонить ее на свою сторону, как учил отец, и он сделал это. Теперь ему было удобно сразить ее своей чувственностью и щедростью, получить заветную регистрацию и покончить с ней раз и навсегда. Подобное с некоторых пор не вызывало у него ни трепета, ни волнения, но превратилась в обыденность. Хотел ли он на самом деле этого, Карлеон и сам не знал. Ему позарез нужно было стать вровень с отцом, чтобы тот гордился им. Хотя, на вопрос «зачем», он ответить бы не смог. Его горизонт планирования заканчивался сладкой и упоительной местью всем обидчикам. Даже пост главы Сектора мерк в его глазах по сравнению с этим.
Уже издали на подлете к дому на флай-шаттле Карлеон заметил мерцающие огни в небе и громкую музыку. ИИ летающего шаттла сообщил так же о наличии дюжины аква-ботов у пристани. Будущая жена очень быстро привыкла к разгульной жизни. Хотя еще будучи хронографом, ей наверное и привыкать не приходилось. Во всяком случае Карлеон не сомневался, что жить с ней в качестве эдемских супругов они точно долго не смогут, а поубивают друг друга. Если на Эдэмии убийство жены было най-тягчайшим преступлением, то несчастный случай вне планеты открывал для Карлеона те самые возможности мужа-вдовца с невероятными льготами, статусом и свободой.
Наличие внутри веселого «пати» при подлете флай-шаттла к взлетной площадке только подтвердилось. Его будущая жена-хронограф устроила вечеринку. Об этом красноречиво свидетельствовали огневое холо-шоу, лазерный фейерверк и многочисленные аква-боты у пристани. Музыку и приглашение присоединиться к поздравлениям Карлеон уловил в общем нейро-канале коммуникации. Какой праздник он уточнять не стал, потому что и сам знал. Однако приятно ему от всего этого внимания почему-то совсем не было. Карлеон был той еще старой закалки, когда детей-гибридов обучали с 5-летнего возраста путем в том числе и многих лишений. Он не любил шум. Он никогда не любил шум. Хотя поздравления, славу и почет, но только за заслуги, вполне разделял и ценил. Его главный праздник ждал своего часа. Впереди было то самое финальное дело, после которого отец уйдет на повышение, а он займет пост главы Сектора. Он станет самым молодым главой Звездного Патруля Сектора Ориона. Вот это в его глазах было куда более ценным достижением, которое непременно можно и нужно было отмечать, а не какой-то там день рождения.
- Разве ты не рад очередному празднику, что я для тебя устроила? – наигранно грустно улыбалась Шейна, кокетливо заигрывая с ним, когда они уединились на террасе, наблюдая за закатом среднего Фомальгаута и восходом «красного карлика».
Она обвила его, как найромский плющ, не дав ответить. Карлеон и не хотел ничего говорить. Подобную картину он наблюдал уже не первый день. И каждый раз это заканчивалось погромом дома «пьяными» эдемскими элитариями и последующей уборкой его обслуживающими синтами. Карлеон знал нюансы эдемских законов, а потому не перечил будущей миссис Фьюри. Он для себя уже все решил, а потом обнял ее в ответ, посмотрел в глаза изо всех сил улыбнулся и крепко поцеловал. Шейна поцеловала его в ответ и потащила в спальню, несмотря на то, что не все гости еще разъехались. Зато появился лишний и вполне законный повод выставить их раньше времени на этот раз. Чем сама Шейна и занялась под одобрительный кивок Карлеона. Он знал, что ей очень нравилась закрытая часть праздника. Шен весь день и вечер закидывалась метой и разными запрещенными препаратами, чтобы часть ночи просто не слазить с него. Пока это прокатывало, Карлеон мог незримо управлять ситуацией и делал это одним лишь намеком и мимикой. Ему нравилось командовать. Он предвкушал себя в роли главы целого Сектора, а это бессловесное общение с Шейной было своего рода разминкой, тренировкой. Это была тонкая игра, которая мобилизировала Карлеона сдерживать и контролировать эмоции. По лицу, мимике, ноткам романтического недовольства Шейны он понимал, что она весьма информирована о своих правах на Эдэмии. Вздумай Карлеон ее бросить, она с легкостью получила бы если не все, то многое из его имения. Хотя, правды ради, с оформлением у нее приключились бы проблемы, потому что Карлеону не принадлежал это красивый 3-этажный особняк на острове с бухтой с одной стороны, небольшой рощей искусственно высаженных пальм и красивым собственным белым мело-песочным пляжем – с другой.
- Шен, меня ждет… хм… командировка на «Альхон» - выдал Карлеон уже «после», лежа с ней на парящей кровати.
Она с приклеенной улыбкой блаженства на лице не сразу ответила, будто не слышала. Карлеон не торопился повторять, потому что знал ее хорошо, знал, что она все прекрасно слышала, что она просто, прикрываясь эмоциями, думала над ответом.
- Конвент еще не одобрил резолюцию по «Альхону»… Нет кворума… А очередное заседание только через недельный цикл.
Карлеон едва заметно кивнул. Несмотря на разгульный нрав его будущей жены, ума и образованности ей было не занимать.
- Примет… Все идет к тому, чтобы приняли резолюцию.
- Без поправок? Без сдвигов и переносов? … Звучит слишком сказочно даже для нашей фантастически сказочной истории любви.
На последней фразе она даже немного посмеялась, повернулась и провела рукой по его щеке. Карлеон смотрел в панорамное окно на восход 3-его Фомальгаута, «красного карлика», который заливал побережье его острова интимным светом. Ассоциации выстраивались сами собой. Не зря эту как будто неприметную планету, подвешенную на орбите сразу 3-х светил, назвали Эдэмией.
- На этот раз Конвент примет все в изначальном нашем варианте.
- Сомневаюсь, что на это пойдет мой ненаглядный альма-матер Галактик-Линк-Телеком… Уж кто-кто, а они точно отсрочат или найдут причину не принять вашу резолюцию.
- Не в этот раз, Шен, не в этот раз – спокойно тихо и даже немного растянуто произнес Карлеон. – Вода камень точит.
Она улыбнулась снова, взобралась на него сверху, откинула покрывало, поцеловала крепко и в мыслях уточнила:
- Я тебе верю, Карло… После всего этого не могу не верить… Я буду ждать твоего возвращения, любимый.
Карлеон обхватил ее за бедра и прижал к себе крепко, не отпуская губ, и мысленно ответил:
- Ты летишь со мной, Шен… Это историческое событие моего реванша должна освятить и донести до народных масс именно ты.
Карлеон мог поклясться, что он ощутил едва уловимую попытку отстраниться от него, но он не дал ей развиться и загасил в зародыше, даже если таковая и имела место быть на самом деле.
«Ты и именно ты мне все вернешь, милая! Отработаешь и исчезнешь навсегда!»
Глава 1. Сделка
- Как мы убедим Конвент поверить в нашу версию? Откуда альхонцам в Туманности взять файтер-дроны Федерации, да еще и в количестве «роя»?
- А мы через своих посредников разместим заказ на блэк-маркете «Альхона» на партию оных. А дальше наемники сами найдут способ договориться с космо-флотом Федерации, что на орбите станции, о покупке… Это ж «Альхон».
- Хм… А они клюнут?
- Если мы смажем это дело приличной суммой кредов в качестве предоплаты – еще как! Флагман 1-го космо-флота ФСМ «Омега» в орбитальном ремонтном доке получил или вот-вот получит пополнение ресурсов. На его борту по штату 3 тысячи файтер-дронов «Роя». В закромах в резерве еще столько же. Если часть сбагрить да еще и за приличные креды, никто и не заметит. Выгодная сделка с «Альхоном» напрашивается сама собой. А желающие подзаработать на этом непременно найдутся… Это ж «Альхон».
(Из закрытого обсуждения «Бэкдор» высшим руководством.
Звездный Патруль.
Сектор Ориона)
Снятие с должности
Возвращаться в располагу наемников «Зова Вальхаллы» после провала с дата-ключом Николь совсем не хотелось. Гибель Лоуренса прямо на глазах сильно нарушило и спутало все планы. Не было чёткого понимания, что делать дальше. Вдобавок, как наваждение, возникло какое-то странное ощущение беды и не отпускало ее ни на шаг. Она, беда эта, как тяжкий груз, как мешок нано-бетона, легла на плечи и прижимала к металлизированной поверхности космопорта. Николь пришлось приложить усилия, чтобы собраться и взять себя в руки. И все же отсутствие плана, что делать дальше, угнетало. Первая же шальная и эмоциональная мысль бросить всё, бросить наемников «Зова» и спрятаться в заброшенный «индастриал», была ею отброшена, как ведущая в никуда.
Приватный док встречал ее тишиной, нарушаемой лишь посадкой «Мула». Именно там уже собралась охрана из нескольких «Ганранов». Во главе находились прибывшие из Йоты вместе с Куно – Хальберт по кличке «Хал», и Гален «Гал». Между собой альхонцы называли их викингами за манеру косить внешне под древние скандинавские племена Земли. Николь решила не попадаться им на глаза. По всем правилам она должна сейчас быть в располаге наемников, а не тут среди редких шаттлов и кораблей. Внимание привлек один совсем небольшой, скоростной шаттл, судя по изогнутым формам и обтекателям. Однако пришлось сразу забыть про него, так как ее едва не обнаружили.
Не успела она выдохнуть, покинув посадочную зону, как заметила столпотворение у выезда в общий тоннель, ведущий в жилые и рабочие зоны дистриктов-индастриалов. У приватного дока «Зова» прямо возле темного выхода блеснула броня 6-лапой подобной пауку боевой машины десанта класса «Спайдервилс». Каждая из вытянутых немного вниз и в сторону конечностей венчалась наполовину спрятанным плотным рифленым колесом. Наличие металлизированных дорог делало данный вид транспорта избыточным и энерго-неэффективным, но Николь напряглась. Она знала, что такие машины были только у экспедиционных сил Федерации, которым тут, как бы, и делать нечего. Заметила она и массивную фигуру Куно в легком броне-костюме наемников «Зова» в окружении свиты. Николь замерла, присела за запаркованным тут же магнито-шаттлом и присмотрелась. Было слишком темно. Освещение давно перешло в режим «отбоя». Однако это же позволяло и ей самой оставаться незамеченной. Николь напрягла своего червя-симбионта, чтобы он добавил резкости ее глазам. Лицо сразу будто стянуло невидимой паутиной. Она никогда не любила все эти «фичи» людей-гибридов, но в данном конкретном случае что-то ей подсказывало не отсвечивать, не попадаться на глаза и сначала наперед все разузнать. Федерация искала ее, и тот 6-лапый «Спайдервилс» вполне мог быть по ее душу. Резь в глазах вызвала кратковременное жжение и боль. Николь поморгала и всмотрелась. Она узнала Стэйжа Санти, а с ним Вектора и «Спектра». То, что явились за ней, теперь не вызывало сомнений. Николь медленно ступила в тень магнито-шаттла, прислонилась к его корпусу и легла на пол, чтобы слиться с окружением и не попасть в сенсор боевой десантной машины Федерации. Теперь, лежа на животе у самой кромки севшей на «брюхо» магнитной машины, едва выставив белобрысую голову из-под ее тени, она наблюдала. Симбионт добавил чувствительность и слуху. Однако разговор, похоже, подходил к концу, и узнать досконально точную причину визита федератов Николь так и не довелось.
6-колесый тяжелый транспортник мерно загудел, приподнялся на лапы, уперся ими в металло-покрытие. Внутрь заскочили незваные гости. Последним убрался сам Стэйж. Боковой броне-колпак мерно, плавно, по при этом очень быстро закрылся за ним, и «Спайдервилс», загудев фьюзионными моторами, сделал разворот и исчез в темноте тоннеля.
Николь получила сообщение от Куно и явилась к нему в каюту, как только он позвал ее. Она отчего-то надеялась, что все обойдется очередным грубым соитием, но где-то в глубине души после увиденного понимала, что в этот раз все будет по-другому. Еще на пути к нему от него прилетел мысленный приказ приготовить объяснения случившемуся инциденту с несостоявшимся угоном «Мула» и исчезновением альхонцев с располаги после отбоя, включая ее саму. Что-то она смогла сварганить в ответ сразу, что-то решила домыслить по пути. В таком деле импровизации все равно было не избежать.
Вошла она к Куно вполне морально готовая к любому исходу. Тот в каюте был не один. На креслах напротив сидели двое в форме «Зова» с гравировками неизвестного ей юнита. Один был с грубым лицом, небрит и взъерошен. На лице имелись характерные для мех-вода ожоги и обожжённые шрамы. Несмотря на это он был даже чем-то симпатичен. Возможно, все дело было в его светло-голубых глазах. Второй с ним, кареглазый, выглядел помоложе и попроще, без явных отметин богатого боевого пути, но так же лохмат и небрит. В них она быстро узнала тех самых викингов из Йоты. Куно не стал ждать, пока Николь наиграется в гляделки, а навалился на нее с расспросами сразу же, как она вошла:
- Я вот не понял, что значит тренировочный вылет? … Ты разве не в курсе, что у транспортного межзвездника «Мула» только один вылет в перспективе – это доставить отряд в Туманность Розетка?
Николь кивнула и продолжила все так же уверенно смотреть в глаза Куно. Расчет был простой, на то, что тот засомневается в своих выводах. Но он, расчет, так и не оправдался.
- В итоге – потеряны два бойца за несколько суточных циклов до вылета на миссию! – продолжил распекать ее конунг.
- Это «Альхон» … - снова попыталась объяснить Николь, но Куно просто перебил ее.
- Да мне плевать! У «Зова Вальхаллы» есть кодекс наемника! … Ты была назначена командиром альхонского отряда. Тебе вверили подготовленных людей, а ты просра… проимела 2-х, включая своего напарника и помощника!
Николь вполне ожидала подобный поворот. Видя, что оправдание более не имело смысла, она умолкла, предоставив Куно отчитывать ее по полной. Она, когда шла сюда, надеялась, что тот будет один, и у нее выйдет немного смягчить его по «женской линии», но и тут ждал облом в лице Хальберта и Галлена. Николь уже знала, догадывалась, зачем они тут. Куно лишь подтвердил ее опасения:
- Пользуясь кодексом «Зова Вальхаллы», я снимаю тебя с командной должности. На твое место будет назначен Хальберт со своим помощником. Ты будешь обеспечивать донесение всех приказов до личного состава. Просре… проимеешь еще что-нибудь, и мы продадим тебя Федерации. Тем более награда хорошая, и они, похоже, уже в курсе, что ты у нас обосновалась.
Николь сглотнула. Ее и без того униженное положение унизилось еще больше и стало совсем шатким. Вся эта затея с «Зовом» была изначально очень рискованной. Теперь же из-за провала со спасательной капсулой она превратилась в смертельную ловушку. Николь не питала никаких иллюзий, что «Зов» сольет ее, как только она перестанет быть настолько ценным кадром, чтобы рисковать отношениями с самой Федерацией.
- На твою удачу «Зов Вальхаллы» не разбрасывается ценными кадрами. Постарайся сохранить свою ценность хотя бы до конца миссии, тогда мы тебя сохраним в своих рядах.
Куно был не дураком и тоже прекрасно все видел и понимал ее положение. Он карал и обнадеживал, наказывал и поощрял одновременно, создавая иллюзию устойчивой почвы под ногами. Это все лишний раз подчеркивало важность предстоящей миссии, но и ясно говорило Николь, что ее судьба на волоске и всецело в руках «Зова Вальхаллы».
Маок поймал ее по выходу из главного блока. Он буквально силком отвел ее в сторону. Он определенно нервничал. Глаза бегали в поисках свидетелей и не найдя оных, Маок немного успокоился и перевел дыхание.
- В чем дело? – спросила его Николь прямо.
Она и сама была немного не в своей тарелке после того, что узнала, а тут Маок еще на ее голову.
- Ты мне должна помочь – начал он весьма напористо. – Услуга за услугу.
Она знала, что Маок лишился своей Мудис, знала в общих чертах, что именно произошло и за что ее подвергли наказанию полчаса назад. Она, будучи сама альхонкой, так же прекрасно понимала, что из цепких лап Краяды Мудис так просто не вытащишь. «Зов Вальхаллы» не разбрасывался кадрами, а потому попробовал. Но эти вялые попытки закончились, по сути, ничем, и потому всю вину свалили на Николь. За что она и отхватила снятие с должности командира.
- Как? … Ты ж знаешь альхонские правила, Мао… Краяда тебе выставила условие за возврат Мудис.
Он кивнул.
- Я по поводу условий… Мне нужно добыть некий дата-ключ… Он у этой блондинки из Патруля.
- Они с Фабрианом давно уже улетели, Мао – осекла его Николь, но призадумалась.
Она вспомнила о том самом дата-ключе, что получила из камеры хранения, который даже сейчас был при ней в скрытном кармане-секции комбинезона-всепогодника. Она рефлексивно провела по тому месту рукой, но сразу же убрала, чтобы Маок не заметил. Тот отличался прямо таки кошачьей внимательностью и, все же, заметил странное поведение Николь.
- Что-то не так? – спрыгнул он с темы, с прищуром заглядывая к ней в глаза.
Николь сначала напряглась, но потом вздохнула и легко сняла с себя подозрения одной очень нехорошей новостью.
- Все не так! Из-за твоей Мудис и моего Лоуа я потеряла должность командира!
Тот, услышал это, прям замер и остолбенел от неожиданности.
- Да ладно! Серьезно? … Так ты теперь не командир? … А кто тогда командир в отряде? Сам Куно что ли?
- Кто-кто? Черти с Йоты! Кто ж еще! – выругалась Николь, но добавила, солгав: – Притормози! Я пока еще командир!
- Тогда тем более ты должна мне помочь, пока еще командир – снова попытался Маок.
Однако на Николь внезапно накатили воспоминания собственной утраты. Она уже обдумывала план побега из «Зова» на всякий случай, потому что в перспективе ей светила сдача Федерации. Маок со своими хотелками мог стать неприятным препятствием. Хуже того было то, что когда в отряде узнают о небоевых потерях и о снятии ее с должности, снова житья не дадут. Николь злобно глянула в глаза Маоку. «Какого хеля я должна тебе помогать!? А мне Лоуа кто вернет, а!? Гребись сам со своей Мудис!». Она жестко отстранила его от себя, решив больше ни во что не влезать, а попробовать разобраться в своих проблемах. Был еще один маленький шанс выждать некоторое время и снова заглянуть к Куно в блок, когда тот смягчится и захочет повторения интимных ласк. Маок тем временем попытался удержать ее и что-то рассказать, но Николь резко оттолкнула его.
- Отвали, Мао! Я не хочу рисковать, чтобы решать твои проблемы! Своих по горло!
- Ладно, мелкая! Хель с тобой! – сплюнул Маок ей в след, не мешая пойти по своим делам.
Возможно, и не стоило ссорится с Маоком, но сейчас она видела в нем обузу для себя, прекрасно понимая или так думая, что в ее беде он ей точно не поможет.
Какое-то время Николь пришлось провести в столовой, ожидая пока Куно выпроводит парочку викингов и соблаговолит принять ее одну. Дождавшись их тут она смогла напроситься к Куно. Унизительная для нее близость повторилась почти один-в-один. Куно прижал ее грудью и лицом к плоскости стола, вскрыл паховую область комбинезона и, навалившись всем телом, натужно задышал, как атмосферная установка.
- Придумай что-нибудь, но я не должна потерять эту должность – обратилась Николь к Куно мысленно, превозмогая боль.
- Кодекс наемника «Зова Вальхаллы» тебе в помощь – грубо отмахнулся от нее тот так же в мыслях.
- У меня нету времени изучать кодекс сейчас… Время…
- Ты должна найти замену своему напарнику Лоуренсу, пока мы тут… По поводу Мудис… Потеря досадная, но эти терки с вашими местными бандами нам не нужны.
- Если я найду замену, то ты меня реабилитируешь?
- Не я, но «Хал».
- Кто?
- Хальберт, хель тебя дери! Хотя бы позывной и досье своего нового командира ты могла изучить!?
Николь ничего не ответила, но попыталась расслабиться, на сколько это было возможно в ее согнутом и угнетенном положении. Куно тем временем мерно отстукивал толчки на ее теле, буквально выбивая из нее дух, словно кувалдой.
- Поторопись с этим… По твою тощую мелкую задницу приходили гости из Федерации… Некто Стэйж Санти. Знаешь такого? … Нам не нужны проблемы с Би-Проксимой.
Николь вспомнила ту самую встречу в доке, которой стала невольным свидетелем. Еще тогда у нее не было сомнений, что приходили федераты по ее шкуру.
- Хель! – выругалась она, осознав весь масштаб надвигающейся катастрофы. – Надеюсь, ты послал их куда подальше!?
Последний вопрос был задан с сильным внутренним волнением и болью, что она невольно повысила голос. Там у Стэйжа ей грозила неминуемая смерть за предательство. Куно резко ответил:
- Не ори! … За кого ты меня держишь!? «Зов Вальхаллы» своих не сдает!
Он запнулся, притих и уже спокойно добавил:
- Но и ссорится нам с местными властями никак нельзя. «Один» всем бошки свернет!
- И что же делать? – выдохнула сдавленно Николь.
- Импровизировать – буркнул Куно. – Я пообещал этому Стэйжу тебя, но потом… И что ты ни о чем не узнаешь до самого конца миссии…
Николь ощутила очередной грубый толчок от Куно. Благодаря своему симбионту она понизила порог чувствительности и уже почти ничего не чувствовала пониже живота. Ее мысли вертелись вокруг слов конунга.
- А как же «Зов» своих не сдает – нервно хохотнула она, поймав, как думала, Куно на лукавстве.
- Дура, хель тебя дери! Это политика! … Дурак я что ли за тебя голову в петлю совать! … Твой контракт предполагает только миссию в Туманность. Потом ты сама по себе и сама будешь решать свои проблемы с Федерацией.
- Очередное кидалово – грустно вздохнула Николь.
- Следи за тем, что думаешь, сопля! … Я и так нарушил свое слово перед этим Стэйжем… Скажи спасибо Фабриану. Это он настоял не сдавать тебя… Не знаю, чем ты ему так угодила, но я тебе все это рассказываю только из-за него.
Николь наигранно простонала в ответ, но не от экстаза, а от непрекращающегося хоть и притупленного жжения и боли в области паха. Симбионт сделал все, что смог. Действие энзимов улетучивалось, возвращая всю палитру ощущения от грубого соития. Хотя новость, что ее не сдадут, как ненужную вещь, порадовала. Тем временем сама долбёжка начинала сильно утомлять. Куно не закончил с ней быстро, как в первый раз, но под-затянул процесс. И только она смирилась со своей участью дольше обычного терпеть, как Куно, громко застонав, закончил с ней и небрежно спихнул со стола. Николь скатилась вниз, но сгруппировалась и мягко села у его крупной толстой квадратного сечения ножки, чтобы перевести дух. Куно, поправляя хозяйство, грузно завалился на свое кресло так, что его правая нога едва не задела ей лицо. Он растянуто и блаженно задышал, похлопывая себя по бедрам. Николь тоже перевела дух и даже выдавила улыбку, радуясь скорее тому, что все наконец закончилось. Куно умолк и глянул на нее сверху вниз.
- Рано радуешься… «Хал» объявит, что ты отстранена сегодня во время общего ужина в столовой перед всем коллективом – выдал он ей мысленно.
- Я не успею найти себе помощника за столь малое время – отозвалась Николь.
- Главное, найди до отлета… «Хал» тебя реабилитирует, хоть и поиздевается перед этим. Он не любит альхонцев… Это не наша миссия. В ней должен участвовать только альхонский отряд.
- Хм… Странно… Почему? Разве вам не нужны креды? – удивилась Николь, услышав нечто необычное от него.
- Ха! … Конечно нужны! Но настоящему викингу хорошая драка лучше любых кредов! … А тут и креды и драка.
- Так в чем же дело? – не унималась Николь, пользуясь моментом расслабленности, удовлетворенности, а потому и повышенной болтливости Куно.
- Требование заказчика.
- А разве заказчик не сам «Зов Вальхаллы»?
- Нет… Если бы «Зов» заказывал, то в последнюю очередь доверил бы это такому сброду, как вы альхонцы.
Николь поморщилась от уничижительного сравнения в адрес жителей станции.
- А как же эти слова на сборах? Как же фразы, что мы – отличные воины!? – возмутилась она, не желая выслушивать унизительные слова в том числе и в свой адрес.
- Притормози… Альхонцы – хорошие воины, но дисциплины вам явно не хватает… Контракт этот не от «Зова». То есть, от него, но не совсем… Я сам знаю немного… Некто, бизнесмен из «Аламаха», очень богатый и влиятельный, платит большие креды за все эти удачные диверсии в Туманности… Будь моя воля, я бы такие сладкие заказы из своих рук даже во сне не отпускал бы.
- Хм… Ясно – выдала Николь, хотя сама погрузилась в размышления.
Впервые с начала своего наемничества в «Зове» она испытывала странные и противоречивые чувства на счет всей этой миссии. Маркеры в разговоре намекали ей на мутность всей схемы. «Хм… Что за странные дела? … Не хотят ли они по итогу как-то кинуть альхонцев, оставить без оплаты?». Однако сидеть тут просто так в каюте и думать ей, конечно же, Куно возможности не дал. Он грубо пнул ее своим тактическим ботинком прямо в бок.
- Давай! Проваливай! … Меня еще дела ждут! … Про Стэйжа я тебе ничего не говорил… Ты хорошо ко мне отнеслась, и я тебя отблагодарил, но не более того!
Николь не стала дожидаться очередного пинка, но встала и быстро покинула его каюту.
На разговор к Хальберту еще до назначенного ужина в столовой Николь напросилась сама. Решив для себя, что таким нехитрым интимным способом она сможет склонить к более-менее сносной «кооперации» не только Куно, но и этого бородача с Йоты. От осознания того, чем она занимается, стало мерзко и противно. И хоть Николь не испытывала угрызений совести за свое аморальное поведение, но ощущение какой-то опустошенности стало прямо таки навязчивым. Кроме того было почему-то страшно оставаться с собой на едине. Отсутствие Лоуренса все сильнее и сильнее сказывалась на ее психике. Николь начинала понемногу жалеть, что из-за плохого настроения отказала Маоку в помощи, даже не выслушав его до конца. Ведь, по сути, у нее в «Зове» из условных союзников больше никого не было. Она успокоилась и взяла себя в руки. Хальберта нужно было к себе расположить, а с плохим настроением и на нервах это сделать вряд ли получится.
И, все же, Николь на пути к «Халу» поинтересовалась о награде за свою голову, назначенную Федерацией. Это было не сложно сделать. Сумма значилась весьма круглая, из-за чего она еще больше загрустила. В отряде из презирающих ее имелись те, кто с радостью сдадут федератам, как только подвернется момент, и она решит покинуть расположение «Зова Вальхаллы». Ее жизнь необратимо превращалась в ничто, а тело становилось чуть ли не самым дорогим на «Альхоне». Лишь одно обстоятельство удерживало ее на плаву – сдавать альхонца за креды чужакам было немного не по-альхонски. За подобное могли грохнуть или заклеймить позором. Но никто не мешал провернуть подобное тайно. Это Николь осознавала, а потому смотрела в оба. Пока она находилась еще формально в статусе командира, подобная диверсия против нее была бы трудно осуществима, но вечером в столовой после того, как ее низложат, все может быть.
Ступив за порог каюты Хальберта, Николь оказалась прямо лицом перед огромной объемной «живой» проекцией. Прямо там в миниатюрном заснеженном лесу кипел бой 5 на 5. Хальберт стоял спиной к вошедшей Николь. Он знал о ее визите, а потому не поворачиваясь просто поднял руку и махнул ей подойти ближе к экрану. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, попыталась максимально расслабиться и подошла к нему со спины. Снова червь-симбионт выручил ее нужными соединениями, чтобы вызывать легкое состояние комфорта и возбуждения. Николь нежно положила одну ладонь на плечо Хальберту, а вторую пустила вокруг бедра к животу, как бы не специально поглаживая и спускаясь вниз. Ответной реакции не последовало. «Хал» даже не шелохнулся и не повернулся в ее сторону. Николь решила, что это знак, что у них все на мази, и она получит все, что надо, как и в случае Куно. Ее рука медленно соскользнула с плеча Хальберта и прошлась по верхней части собственного комбинезона. Полимерная молния бесшумно разошлась, обнажая грудь. Николь прислонилась к спине Хальберта, прижалась плотно, чтобы он почувствовал ее наготу через свой полимерный костюм. Будучи ниже его, она привстала, и томно вздохнула возле его уха. На этот раз Хальберт перехватил ее руку, копошащуюся у его бедер снизу, резко развернулся боком и грозно глянул в лицо сверху вниз. Только теперь Николь заметила, что Хальберт был не один. Присутствовал тут и его напарник Гален, сидящий в кресле-ковше по другую сторону большого голографического экрана. Николь резко отпрянула и убрала наготу, сделав вид, что ничего не произошло. Пауза затянулась. Николь взяла себя в руки и зачем-то представилась. Однако договорить не успела, как услышала в свой адрес вопрос громким голосом от стоявшего Хальберта:
- Что думаешь о схватке!? – указал он рукой на картину проигрывания записи боя.
Николь сначала опешила, но затем переключилась, быстро сообразила, что к чему, замерла на месте и всмотрелась в экран. Бой там только разгорался, но уже виден был замысел со стороны красных и их уверенная реализация задуманного. Заметила Николь и преобладание юнионовских машин у красной команды, а потому резонно предположила, что именно за них болеют викинги.
- Начали уверенно и грамотно… У красных все шансы победить – попыталась она ни столько реально описать ситуацию, сколько попасть под настроение викингов.
Это подействовало, но немного не так, как ей хотелось. Хальберт, словно выйдя из затяжного ступора, оценивающе посмотрел на низкую ростом и мелкую комплекцией женщину.
- Думаешь? – сощурило левый глаз бородатое лицо старшего по званию викинга.
- Это запись. Рядовой бой, коих сотни ежесуточно… Он прошел больше месячного цикла тому на виртуальном полигоне Гимерры – добавил больше деталей его напарник, который похоже не видел попытки Николь соблазнить Хальберта.
- Тогда почему он привлек ваше внимание? – тут же поинтересовалась гостья.
Оба викинга переглянулись и посмотрели на нее.
- Потому что там участвовала «Зима».
Кто такая «Зима» Николь уже знала, потому что Куно пристыдил ее недавно на счет позывных. По выражению лиц викингов она догадалась, что они безмерно уважают эту «Зиму», но тут было что-то еще.
- Красные уверенно действуют. Чувствуется опыт и профессионализм – попыталась Николь снова подыграть.
Однако эффекта на наемников это ее очередное высказывание совсем не произвело.
- Красные проиграли… Была надежда, что ты заметишь нечто, что упускали мы, что упускал ИИ, пытаясь понять в какой момент все пошло не так.
- Для этого мне надо посмотреть от и до, как и вам – резонно парировала Николь.
Хальберт внезапно полностью повернулся к ней и шагнул вплотную. Он окинул ее оценивающим взглядом и добавил:
- Зачем ты хотела сделать это? – огорошил он ее прямым вопросом. – Разве не видела, что я не один? Или у альхонцев так принято?
На последней фразе он даже выдавил ехидную улыбку, не предвещавшую ничего хорошего. Николь должна была смутиться, но она осталась спокойной.
- Я бы хотела обсудить мое снятие с должности командира альхонского отряда – быстро сменила она тему.
- А что тут обсуждать. Тебя снимут, а руководство отрядом временно будет на мне – недовольно пояснил Хальберт. – Последнее, куда бы сейчас хотел попасть – это Туманность Розетка!
Николь вздохнула и покосилась на второго викинга, на Галена. Тот будто и не проявлял интереса к разговору вовсе.
- На «Альхоне» у меня сложился уже некоторый авторитет. Да и альхонцам куда проще, когда ими руководит свой… Не в обиду.
Хальберт помолчал, лишь сложив руки за спину, на манер межзвёздного капитана или какого полководца. Затем внезапно ответил:
- Кодекс превыше всего! Нарушать нельзя! Нарушила – держи наказание! … К тому же, не уверен, что твой боевой опыт, как воина, как командира, достаточен. Небоевая потеря 2-х из отряда тому свидетель.
- У меня есть опыт – попыталась Николь, но нарвалась на внезапный смешок со стороны того самого стоящего поодаль с другой стороны объёмного экрана Галена.
Не было сомнений, что этот лохматый Хальберт в мыслях уже поделился ее выходкой с напарником.
- Ага! Знаем мы твой опыт! Оценили уже! – засмеялись оба, снова переглянувшись.
Николь ощутила сильный жар внутри. Кожа на лице буквально воспламенилась и покрылась капельками пота. Она инстинктивно и неосознанно сделала шаг назад.
- Чего ты так засмущалась, а!? Испугалась, что нас двое!? – засмеялся еще больше Хальберт.
- Нет! … Хоть 4! … Мне все равно, если это поможет делу! – резко и прямо ответила Николь.
- Следи за речью и с кем говоришь, шалава! – внезапно встрял в разговор Гален.
Хальберт поднял руку, чтоб напарник умолк, снова немного помолчал, видимо, думая о чем-то, и сказал:
- Опыт в любом деле – это опыт… Ты чем-то похожа на «Зиму». Такая же мелкая и наглая … Может сноровки и опыта тебе, как и ей, не занимать, а?
Он покосился назад в сторону вставшего и вышедшего из-за экрана Галена и добавил:
- Проверим ее, «Гал»?
Тот в ответ улыбнулся, кивнул головой:
- Конечно проверим! Чего б не проверить! … Может кроме подстилки там еще что имеется?
Оба хохотнули, а Хальберт, успокоившись первым, добавил:
- А проиграет, так разденем. Ей это ж, вроде как, даже нравится.
Они снова посмеялись над своими шутками. Николь, не отводя от Хальберта серых колких глаз, самоуверенно кивнула. Даром что ли она столько лет в Звездном Патруле прослужила, чтобы пасовать перед какими-то наемниками.
- Что ж… Тогда поединок… На мех-доспехах… Ты победишь – я оставлю тебя в должности. Моя победа – ты раздеваешься и идешь голой на собрание отряда.
Николь нервно хохотнула. Она ненавидела себя, когда срывалась на этот резкий и скоротечный хохот. Викинги этого даже не заметили, потому что сами веселились от собственных слов. Николь сглотнула. Мех-доспехи были не ее темой. Тем более против, очевидно, опытного соперника у нее не было шансов.
- А если я откажусь? Мех-доспехи не мой конек… Можем устроить виртуальный поединок на термо-клинках, бластерах, даже космолетах… Плюс, я найду замену своему напарнику.
На эти ее слова последовала прямо таки незамедлительная реакция со стороны Хальберта. Он стремительно шагнул вперед, схватил ее за плечо и рявкнул, грозно и даже злобно сверкнув своими светлыми глубокими глазами:
- Отказ неприемлем для наемника «Зова Вальхаллы»! Почему ты не изучила кодекс «от» и «до», а!?
- Это не отказ! – взбрыкнула Николь и вырвала плечо из его крепкой хватки. – Это выбор оружия! Мой выбор!
- А я тебе не давал такого выбора! … Ты испугалась поражения!? Наемник «Зова Вальхаллы» должен идти до конца!
- Ладно! – резко вывернулась в ответ Николь и скинула его ладонь с плеча. – Хель тебя бери! Я согласна!
Однако внезапно вмешался напарник Хальберта:
- «Хал», а я бы не прочь помахаться с ней на файтерах.
Тот покосился на него, повернув голову, затем, не глядя на Николь, махнул рукой.
- Лады, «Гал». Дам ей второй шанс… Но если мне на мех-доспехах проиграет, побежит голой в столовку, как миленькая! Будет ей наука груди оголять и ноги раздвигать!
Николь снова нервно хохотнула, как дурочка, но заткнулась даже быстрее, чем в первый раз. Она поморщилась. Будь ее воля она бы вмазала по неухоженной харе Хальберта от всей души. Но в ее незавидном положении, это – последнее, что она могла бы сделать, чтобы добить себя.
- Какие мех-доспехи!? … Мы летим на «Фривинд», а это, хель вас дери, станция! – снова попыталась Николь вразумить викингов. – Я понимаю, что воин без мех-доспеха – не воин, но вернитесь уже, мать вашу, в реальность!
- А ты борзая, да! – резко огрызнулся на нее Хальберт и снова шагнул вперед, намереваясь, видимо, опять схватить за плечо или даже вмазать.
Только на этот раз Николь очень пластично выкрутилась и отшагнула назад почти к самой двери и чуть в сторону. Теперь она могла видеть не только Хальберта, но и Галена, выступившего полностью из-за большого объемного экрана.
- «Хал», погоди… Она права – встрял тот в разговор, незаметно переросший в брань.
Это подействовало. Хальберт выдохнул и немного успокоился. Он неспешно развернулся и направился в сторону напарника и экрана. После взмаха его правой руки сменилось изображение на подробную объёмную карту «Фривинда».
- И вы мне хотите сказать, что мех-доспехи тут непригодны!? – рявкнул он и посмотрел на обоих: и Галена, и Николь.
Впервые за время недолгого разговора она вдруг заметила, что «Хал» воспринимает их, как действующих в унисон, заодно. Однако не успела она обрадоваться, как Гален быстро «вернул» ее на твердь.
- Да, «Хал», ты прав. Ангары на «Фривинде» – что надо… Но и большим тяжелым машинам там не развернуться на всю мощь.
- А кто говорит про большие машины? … Мы с ней устроим поединок на чем-то в тонн 20.
Он умолк, потер рукой косматую бороду, что-то, видимо, прикинул в уме и добавил:
- А прямо на станции и устроим… Вот в этом ангаре.
Экран моргнул, и на 3-мерной схеме огромной станции в разных ее частях замерцали красная и синяя точки. Хальберт, почти не умолкая, продолжил:
- Вот этот ангар. Как раз возможное место схватки, если ситуация дойдет до проникновения на «Фривинд» … Это стартовые позиции.
Он сурово посмотрел на Николь. Она отчетливо заметила в его глазах презрение и пренебрежение. Дурная слава предательницы, а теперь еще и шалавы шагала впереди нее. Николь вздохнула. «Да подавись ты своим презрением, небритый урод!». Она была альхонкой, а потому не видела ничего зазорного в том чтобы добиваться своего любыми доступными способами. «У вас свой кодекс, а у нас свой!».
Тем временем Хальберт сфокусировался на ее лице и выдал громко:
- Чего ждем!? … Выбирай мех-доспех!
Николь ухмыльнулась и посмотрела ему в глаза в ответ. Тот отвел их в сторону и перевел на экран.
- Э, не… Поединок, так поединок. Но какую выберу машину, тебе не скажу… Пусть будет все максимально приближено к реальности. Если бы ты атаковал из-вне, то разве знал бы какой у меня мех-доспех в обороне. И я не знала бы, на чем ты ко мне выйдешь.
- Хм… А она дело говорит, «Хал» - снова вступился за Николь напарник Хальберта. – Добавим в поединок немного интриги, а?
Тот снова глянул на него, потом опять на Николь. Только сейчас она поймала себя на мысли, что «Хал» не выдерживает долгого взгляда «глаза в глаза» с ней, но уводит свои в сторону под каким-либо предлогом. Она незаметно улыбнулась. «А я ж тебе нравлюсь, небритый козел!».
- Ладно… Вижу, что сговорились! … Хель с вами! – возмутился Хальберт, затем глянул на Николь и добавил: - До 20 тонн и не тонной больше!
- Да, как скажешь, красавчик! - вырвалось у нее, когда она ощутила сладкий вкус хоть и маленькой, но, все же, победы. – Ты штурмуешь, я в обороне.
- Э, нет… Вот наш ангар? – он указал рукой на тот самый большой посадочный док где-то в центральной части «Фривинда». – Выхода из него никому не будет до победы… И давай без глупостей и хитростей! Никаких невидимок и никакого катапультирования!
Вызов
После всех этих тёрок с викингами у Николь сложилось стойкое ощущение, что сохранение командных полномочий в отряде как ни крути зависит от этого дурацкого поединка. То, что в «Зове Вальхаллы» кроме нормальных наемников вроде того же Фабриана, есть упоротые вояки, перфекционисты и идеалисты вроде Хальберта и Галена, не стало для нее откровением.
Оказавшись теперь сидящей на кресле напротив Хальберта, подключенной через нейро-шлем к виртуальной копии захваченного альхонцами «Фривинда», ее внезапно посетила идея, как вырвать победу в обреченном для нее поединке. Николь решила воспользоваться идеей, даже несмотря на ее изначальную сомнительность, чтобы проучить заносчивого викинга и показать, что такое импровизация и слом установленных правил. Иных шансов победить она для себя просто не видела.
Свой виртуальный кокпит 20-тонного мех-доспеха класса «Самурай» Николь покинула сразу же, как только был получен сигнал к старту. «Продвинутый юнионовский боевой ИИ определенно сделает куда больше, чем я, а значит пусть потрудится». Ее виртуальное внимание привлек широкий вент-канал в стене ангара. Она очень быстро подобрала нужный базовый инженерный код, чтобы без тревожно вскрыть решетчатый люк и скользнуть внутрь. Будь тут что-то посложнее, то без помощи тул-дрона Николь определенно не обошлась бы. Но пока ей везло. Да и нужного дрона, даже виртуального, под рукой все равно не было.
Еще до того, как раздались первые выстрелы, вспышки и взрывы, она миновала канал до самого инженерного пункта управления. Ангар имел различные режимы работы. Николь не стала выбирать определенный, а остановила свой «взор» на аварийном отключении искусственной гравитации. Ее отвлек на мгновение сенсор собственного «Самурая», который как раз выхватил эффектный прыжок к высокому потолку атакующего «Гоблина». 18-тонная неплохо бронированная машина огрызнулась парным голубым мерцающим импульсом 2х излучателей, которые по касательной попали в торс и голову робота Николь. Ее ИИ выпустил в ответ длинную очередь-струю огненно-раскаленных стержней из ультра-скорострельной роторно-реактивной пушки. Однако «Хал», видимо ожидал нечто подобное, а потому оказался куда проворнее. Весьма мастерски он сумел избежать даже минимального урона, заблаговременно скрыв траекторию своего прыжка дымными минами. Следовало отдать должное мастерству Хальберта. Своим четким своевременным маневром он лишь подтвердил догадки Николь насчет опытности его, как мех-вода. «Хал» несомненно разгадал тактику «Самурая» атаковать основным орудием на дистанции в попытке предугадать траекторию прыжка, а потому максимально нивелировал ее дымами. Вот только он не учел, да и не мог предвидеть то, что приготовила ему Николь в качестве сюрприза.
Красные аварийные огни вспыхнули внезапно еще пока «Гоблин» Хальберта маневрировал в пространстве ангара, выдувая струи плазмы из сопл прыжковых ускорителей. Гравитация в одном мгновение отключилась. ИИ «Самурая» среагировал оперативно, переключив подошвы в режим магнитов. А вот Хальберт на своем 18-тонном увальне этого никак не ожидал. Боевая машина, резко кувыркнувшись, понеслась к самому потолку и с «разбега» грохнулась об него, выбив каскады ярких искр, которые на фоне красных огней ангара весьма быстро померкли. «Гоблин», отскочив словно мячик, снова перевернулся и полетел уже в сторону пола, ворвавшись в облако собственноручно созданного дыма. Только теперь искрящееся поврежденное правое плечо и помятая голова робота испускали яркие всполохи, которые выдавали машину с потрохами.
«Самурай» не стал медлить, а тут же воспользовался возникшим внезапно преимуществом и рванул на сближение прямо в гущу дыма. Его магнитные стопы едва успевали ловить прыткую машину и возвращать ее на поверхность. Николь, решив, что этого достаточно, отключила авариный режим и направилась по вент-каналу обратно к месту схватки.
- Что это, Хель возьми, такое!? – прорычал в общий канал Хальберт не своим голосом.
Ему было от чего огрызаться. С возобновлением гравитации «Гоблин» снова вмазался «лицом» в пол, повредив на этот раз еще и коленное сочленение в надежде выровнять машину, уповая как раз на отсутствие гравитации.
Налетевший на него «Самурай» замахнулся разогретым до красна термо-ударным клинком правой руки. «Гоблин», будучи заваленным немного на бок из-за повреждения ноги, умудрился подставить левую бронированную руку, увенчанную тяжелой термо-ударной булавой. Она и приняла удар лезвия на себя. Брызнул яркий каскад искр. Клинок срубил руку «Гоблина» по линии локтя, но получил ответный удар таким же разогретым лезвием боевой машины Хальберта, его правой руки. Но, видимо, что-то нарушилось из-за плечевого повреждения. Недостаточный нагрев термо-ударного клинка не позволил фатально пробить хорошо бронированный, но уже местами оплавленный от действия лазера центр торса, за которым скрывался кокпит с пилотом. И все же крупные капли раскаленного металла с дымящимися частицами черного полимера брызнули на пол. У «Самурая» сработала продвинутая контурно-активная система восстановления брони, которая весьма быстро прямо на «глазах» зацементировала несквозное но весьма чувствительное пробитие.
Николь не решилась покидать вент-канал, чтобы не попасть под сенсорику «Гоблина», потому что понимала, что тот тут же прикончит ее или излучателем или миной, как только обнаружит. Куда безопаснее пусть и в виртуальном смысле этого слова было наблюдать за поединком со стороны. Она даже взяла контроль над «Самураем» в свои удаленные руки, чтобы придать хоть какую-то тень честности и порядочности в этом откровенном жульническом поединке.
- Мерзавка, твою мать! Я тебе ноги вырву, сука!
Хальберт не стеснялся в выражениях, изрыгая проклятия и угрозы в открытом нейро-канале. Николь предпочитала молчать и добивать противника. Хотя тот, все же, сумел доставить ей проблем.
Она проморгала отстрел мины-липучки единственного целого левого плеча «Гоблина», которая, не целясь, удачно зацепилась на ультра-РРП-пушке «Самурая» враз приговорив орудие ярким и эффектным взрывом. Самого «Гоблина» ударной волной слегка оттолкнуло. Его левая рука окончательно лишилась термо-ударной булавы. Заискрились так же шрамы на корпусе, обнажившие механизмы-доводчики парных легких импульсных лазеров. Николь доверилась ИИ, который вмазал туда ЭМИ-импульсом из головного излучателя «Самурая». Оба легких лазера «Гоблина» заискрились ярко и тут же потухли окончательно. Досталось и «Самураю». ЭМИ-излучатель из-за выгнутых повреждений на голове брызнул частицами расплавленного металла и потух насовсем. Виртуальная приборка окрасилась новыми предупреждающими пиктограммами о выходе из строя того самого головного электромагнитного орудия. Еще до того, как Николь успела что-то предпринять, «Гоблин» атаковал. Его уже достаточно раскалившийся термо-ударный клинок на этот раз вонзился прямо в центр торса и достиг кокпита.
«Нет! Хель побери!» - выругалась напоследок Николь, едва успев занести руку в запоздалой попытке отразить выпад своим клинком.
Бортовой ИИ окрасил виртуальную панель информацией о выходе из строя основных систем управления «Самураем» и завершил поединок. Хотя, правды ради, Николь даже виртуально не присутствовала внутри кабины мех-доспеха, а значит могла бы еще посопротивляться или, скорее, попрятаться. Однако она решила не усугублять и без того неприглядное собственное положение, а просто поскорее закончить и выйти из поединка. Тем более победа была на стороне Хальберта. А ей, по сути, не хватило совсем немного, совсем чуть-чуть везения, чтобы переломить ход симуляции в свою пользу.
Первым же ударом Хальберт отправил Николь к стене. Гален в отличии от своего старшего напарника быстро все узнал, но останавливать бой не стал, решил что это весело. После Николь досталось и ему, но словесно. Хальберт, несмотря на убедительную победу, в выражениях не стеснялся. Хотя то, что Николь нашла лазейку в виртуальной симуляции «Фривинда» для поединка и воспользовалась ей, не было ее виной, но скорее ИИ, который не счел нужным применить ограничительные фильтры.
- Успокойся, «Хал». Девчонка молодец. Воспользовалась дыркой в виртуализации и едва не наваляла тебе… Было весело! – вполне искренне улыбался он.
- Тебе весело!? Она едва не испоганила весь бой своими выходками! Разве это поединок!? – не унимался Хальберт, напирая на сидящего за объемной панелью приборов Галена.
Тот как раз проматывал все действия наемницы, чтобы оценить масштаб.
- Ты ж все равно победил – привстала на ноги Николь, вытирая разбитую губу.
Рана, благодаря симбионту, затянулась быстро. Хальберт сделал вид, что не услышал ее, но продолжал песочить напарника:
- Ты же наблюдал за боем! Ты ж все видел! … Почему не сообщил мне!?
Тот, все так же мило улыбаясь, закинул руки за голову, откинулся на спинке кресла-ковша и весьма спокойно пояснил:
- Ой, да ладно! Будет тебе, «Хал»! … Это ж весело! … Что с того, если бы ты размазал ее с одной атаки… А так, будет что вспомнить: «Альхонка-дилетант едва не сразила самого Хала Стремительного»! А!?
- Тфу ты! – сплюнул тот и повернулся, наконец к Николь. – Вот, значит, раз я победил, раздевайся и вон отсюда. И до встречи на собрании в столовой! … И чтоб голая!
На последней фразе он даже вздернул указательный палец руки вверх, видимо, чтобы придать особую значимость последней фразе насчет наготы. Николь выпрямилась, посмотрела пристально ему в глаза и принялась неспешно раздеваться.
- Что? Голой бабы никогда не видел что ли? – улыбнулась она слегка презрительной улыбкой. – На Йоте не давали?
Последняя фраза была явно лишней. Однако вовремя вмешался Гален:
- Э, нет! Стоп! Не так быстро! … Сначала обещанный поединок на космолетах, а!?
Николь, не успев расстегнуть до конца комбинезон, закрепила его обратно, ехидно и самодовольно посмотрев при этом на готового взорваться Хальберта.
- Ладно! Космолеты, так космолеты! – махнул он рукой, выгоняя с кресла модератора Галена и готовясь занять его место.
В качестве области для космической схватки была выбрана та самая Туманность Розетка, куда альхонскому отряду в скором времени предстояла дорога. Николь сидела в виртуальном кокпите 20-тонной «Ласточки», которую она с учебки знала неплохо. Космолет был хрестоматийным сбалансированным и, пожалуй, самым опасным в своем классе. Теперь уже в победе Николь была куда более уверена. К тому же ей нужно было выиграть этот поединок любой ценой, чтобы сохранить за собой командирскую должность в отряде. Только там она могла компенсировать, уравновесить ожидающий ее позор.
Широкополосной сканнер «Ласточки» работал на пределе возможностей, поглощая накопленную энергию. Николь ее не жалела. Ее космолет был крепкой птичкой. Мог уверенно выдержать даже серию прямых ракетных попаданий. К тому же плазмо-кокон, образовавшийся при разгоне, добавлял защищенности по фронтальной полусфере. Тут в красной плотной туманности только сканнер мог помочь засечь противника на дистанции. Любое другое обнаружение оставалось скорее на удачу, чем на расчет. Вдобавок, класс космолета оппонента Галена она не знала, только то, что он также в районе 20-ти тонн. Однако у нее было стойкая уверенность, что тот выбрал юнионовский 22-тонный «Кураге», как наиболее подходящий доблестному викингу из «Зова Вальхаллы». Собственно именно на этом расчете строился ее план победы. «Кураге» обладал точечным и куда менее мощным сканнером, а потому облетный маневры через плотные слои виртуальной облачности Розетки должны были дать ей неоспоримое преимущество обнаружить противника первой и атаковать тяжелым излучателем. Единственным нюансом тут был лишь контроллер распределения энергии который поглощал «мегаватты» на поддержание работы мощных сканирующих широкополосных сенсоров «Ласточки».
20-тонный космолет класса «Крыло» возник у Николь на радаре настолько неожиданно, что она едва не упустила его из фокуса, как что-то невозможное, а значит несуществующее. Ее противник рассудил похожим образом и предпочел космолет с мощным дальним сканнером и тяжелой плазменной пушкой вместо ударного монстра «Кураге».
Оба файтера выстрелили одновременно. Вот только рубиновый яркий луч тяжелого дальнобойного излучателя «Ласточки» полоснул космолет Галена первым. Яркая вспышка озарила попадание. Фронтальный плазмо-купол «Крыла» тут же затух, совсем скрыв пораженный файтер оппонента в плотной газовой облачности. В ответ по касательной ударил тот самый яркий плазменный шар, выпущенный викингом. Из-за меньшей скорости движения ей удалось увести «Ласточку» от прямого попадания, ограничившись лишь касательным прожигом. Пострадал плазмо-щит, который и принял львиную долю энергии удара на себя. Николь запросила у ИИ прогноз степени повреждения противника так как тот совсем скрылся и исчез с радаров. Сканнеры не находили его сколько Николь не пыталась пробиться сенсорикой через плотное газовое скопление. ИИ «Ласточки» ее немного обнадежил и даже порадовал. По всем прогнозам выходило чуть ли не фатальное повреждение. Николь поразила основную энерго-установку, поэтому космолет Галена просто вырубился и совсем исчез с экрана радара. Однако бой был не окончен. Гален определенно не собирался сдаваться, хотя на этот раз в сравнение с предыдущим поединком на мех-доспехах все как раз складывалось в ее пользу.
- «Гал», предлагаю на этом закончить поединок – самоуверенно обратилась Николь в общий нейро-эфир. – Я знаю, что у тебя проблемы с основным энерго-узлом, который у «Крыла» связан напрямую с тяжелой плазмо-пушкой… Ты пытаешься срочно реанимировать его силами рем-дрона.
- Поединок продолжается до полной победы! – ответил вместо Галена влезший в общий канал Хальберт.
«Да, как знаете!». Николь активировала буст и на полной скорости влетела прямо в плотное газовое скопление, где по ее догадкам и прогнозам скрывался Гален. Имелась некоторая ненулевая вероятность протаранить космолёт противника вслепую таким маневром. Однако Николь уверенно проигнорировала ее, решив, что шанс уж слишком невелик. Тем более резкое ускорение позволило ей частичной восстановить сбитый и погашенный собственный плазмо-щит. «Ласточка» ворвалась в газовое облако, вспыхнув красивым ярким оранжево красным ореолом энерго-защиты. Мимолетную темную тень она заметила совершенно случайно и то лишь по слабым вспышкам работающей плазма сварки. Небольшой в пол метра паучок-дрон латал 12-метровое «Крыло» в месте достаточно глубокой аккуратно проплавленной борозды.
«Ну вот ты и попался!». Николь дала резкий вираж, чтобы погасить разгон и навестись на дрейфующего оппонента. Однако Гален, похоже, имел туза в рукаве на подобный случай. Видимо, кристаллидные эррэи легких импульсных излучателей не были разряжены а потому отработали сейчас по максимуму. Николь не ожидала подобного, а потому попалась. Еще до того, как она изготовилась раскромсать противника РРП-пушкой, по ее «Ласточке» ударили голубые мерцающие росчерки 3-х малых импульсных лазеров «Крыла». Искры и вспышки заплясали по фюзеляжу. Контурно-активная броня сбоку и снизу оказалась слабо прикрытой восстанавливающимся плазма-щитом, а потому была поражена сразу в нескольких местах. На виртуальной панели заплясали многочисленные предупреждения. Внезапно вышел из строя буст-блок разгона и ускорения. Выругался энерго-распределительный контроллер, который вообще был слабым местом «Ласточки» и как правило уходил в отказ в самом неожиданном случае. Однако, чтобы он вот так вот вышел из строя от легких «импульсников», не могло быть и речи без, разве что, вмешательства модерирующего поединок ИИ, который вполне мог бы подыграть Галену с учетом того, что за ним присматривал его напарник Хальберт.
- «Бородатый козел!» - выругалась про себя Николь.
Не успевшая начать раскрутку стволов роторно-реактивная пушка ожидаемо выдала сообщение об ошибке. Николь тут же вырубила все потребители энергии, чтобы дать возможность нано-раствору контурной брони спокойно заполнить и «зацементировать» пробоины и раны на теле «Ласточки». Космолет «Крыло» оппонента не имел такой возможности, технологически и технически проигрывая оному из Звездного Патруля. Космолет не подвел Николь. После перезапуска всех систем контроллер-распределитель вернулся в норму, цилиндры пушки раскрутились, файтер задрожал, как опавший лист на ветру. Красная облачность озарилась яркой огненной струей многочисленных вольфрамо-оксидных снарядов-стержней, которые, как голодные мульки, вонзились в дрейфующее «Крыло».
Первые же огненные росчерки снесли, сдули дрона-ремонтника. Последующие прошивали «Крыло» словно некую тонко-раскатанную фольгу. Обреченный космолет затрепыхался, как пойманная в силки птица, бросаемая в разные стороны от прошивающих ее раскаленных «гвоздей». Николь не жалела виртуальных боеприпасов и наваливала от души. Космолет резало, рвало на кусочки, швыряло в разные стороны, пока от него не осталось лишь облако разлетающихся фрагментов. Если бы внутри был живой пилот, то от него не осталось бы ничего кроме обугленных частей.
- Все! Угомонись уже! … Ты победила! – услышала Николь расстроенный голос Галена.
Она отключилась от нейро-эфира и сняла шлем. В глаза ударил неяркий но более бело-желтый свет в сравнение с краснотой Туманности. Ее мозг на рефлексах зажмурил глаза, но не смог скрыть улыбки самодовольства и радости от победы.
Оба: и Гален и Хальберт – молчали, будто набрав в рот воды. Они определенно о чем-то переговаривались в мыслях, чтобы Николь их не слышала. Она решила прекратить все возможные пересуды за спиной.
- Вам моя одежда, мне обратно должность командира. Как и договорились! – выдала она голосом на повышенных тонах.
Хальберт повернулся и посмотрел на нее, покачав при этом головой.
- Твоя победа, базару нет… Только по уговору у нас еще поединок на термо-ударных клинках.
Николь вздохнула. Она где-то в глубине души надеялась, что он не вспомнит про него. Гален вмешался:
- А что это решает, а? … Она идет голой вниз, а мы возвращаем ей должность командира так и так. Разве нет?
Договорив, он посмотрел на Хальберта. Тот весьма неприятно как-то даже криво и ехидно улыбнулся.
- Нет… Если она в рукопашном поединке проиграет, то должность свою не получит обратно. Таков был уговор.
Николь поняла уже, что малой кровью ей не отделаться, а потому перешла к делу:
- Ладно… Рукопашка, так рукопашка… Где?
- Выбирай сама – улыбнулся Хальберт. – Я тебя везде выпотрошу, как гваторийскую плоскодонку.
Николь призадумалась. Сначала она снова хотела выбрать «Фривинд», но сама себя остановила.
- А давай в приватном доке «Зова Вальхаллы».
- Не-е – протянул Хальберт, кривясь заросшим лицом. – Там слишком пустынно, если убрать всю технику.
- А мы не будем убирать шаттлы и корабли. Пусть ИИ построит нам виртуальный док с тем, что там сейчас. Один в один, так сказать, чтобы все было максимально приближенно к реальности.
Оба викинга переглянулись и довольно закивали головами, словно какие тупорылые пингвины. Николь даже улыбнулась от этого сравнения, но добавила:
- Только чур, если я тебя завалю, то никакого стриптиза в столовой. Иду в своей одежде.
- Эво куда махнула! Нет! … Наказание за разврат ты уже получила в качестве проигрыша в поединке на мех-доспехах… На кону твоя командирская должность – резко осек ее Хальберт.
- Какой мне тогда смысл!? … Что, если я откажусь? – тут же попыталась соскочить с поединка Николь, понимая, что здорового и крепкого Хальберта она может и не одолеть.
- Тебе смысл вернуться в командиры отряда, если еще надо. В случае отказа – поражение и позор, ибо идешь голой в отряд.
Николь вздохнула. «Долбанные подростки-переростки! Викинги хелевы! Только бы кулаками махать! Придурки!». Она помолчала немного и в итоге согласилась, вынуждена была принять вызов на очередной никому не нужный, по сути, бой.
Николь ступила в виртуальную тишину слабо освещенного ангара-дока. Тут ей все было знакомо. ИИ отлично смоделировал то, что было там прямо сейчас. Не хватало разве что пары шаттлов, включая того, на котором покинул «Альхон» Фабриан со той самой блондинкой.
Она ступала по металлизированному полотну-полу мягко, как кошка. В обеих руках она держала клинки на слабом разогреве, чтобы не отсвечивать красными всполохами и жужжанием раскаляющихся термо-ударных лезвий. В отличии от обычных резаков в рукоятках оружия были встроены специальные магнито-импульсные усилители. Таким образом даже не слишком мощный удар мог превратиться в бросок матерой кобры. Хальберт выбрал топор и щит, а потому Николь резонно рассчитывала обнаружить его первым и нанести фатальный урон одним удачным выпадом, понимая, что в долгосрочной перспективе викинг непременно пробьет ее защиту и уложит в 2 счета.
Она ступала медленно, прислушиваясь к звукам, но, как назло, ничего не улавливала. Ее собственный червь-симбионт был бесполезен тут в виртуальной реальности, а потому приходилось полагаться лишь на честность модерирующего ИИ, которому Николь почему-то совсем не доверяла.
«Не верю! Не может он так долго быть незамеченным с ЭМИ-щитом!».
Тем временем внимание ее привлек тот самый малый скоростной межзвездный шаттл «Спринтер», вдоль борта которого она и кралась, как какая-то преступница. Показалась плоскость с ограничительными линиями инженерной панели, которая, конечно же, была тут не настоящей, а лишь виртуальной копией с реального шаттла. Однако Николь остановилась возле нее и сделала пару шагов под посадочные стойки, чтоб осмотреть. На глаза в полумраке попали широкие почти в полтора метра округлые формы-контуры спасательных выходов. Они были, понятное дело закрыты, но Николь вспомнила ту самую капсулу из вот такого вот «Спринтера», и ее внезапно будто током пронзило озарение.
«Дура я, дура! Дата-ключ оставил кто-то из «Зова». Та подменная капсула была как раз со «Спринтера»! С этого самого шаттла! Тогда настоящая, искомая, вполне может быть тут!».
От внезапного открытия ее прямо пробило дрожью. И хоть все могло бы быть совсем не так, Николь очень ясно и четко представила все это у себя в голове, что совершенно уверилась в своей бесспорной правоте и истине. Появилась призрачная надежда приманить «Линкера» или скорее ту самую тварь из «Кукол» и прикончить ее.
«Хм… Почему у меня такое чувство, что я знаю кто в капсуле должника».
Она застыла в изумлении от собственных догадок. Подумать и пораскинуть мозгами над всем этим у нее как-то не было времени. И вот теперь тут на виртуальном полигоне, приватном доке, стоя перед «Спринтером», ее осеняла одна догадка за другой.
«Хель меня возьми! … Его ищут главком Сай! Его ищет Федерация! Его ищет Патруль! … А он тут мирно-тихо спит себе прямо у всех на виду!».
Усилившуюся дрожь в воздухе и характерный жужжащий звук она пропустила. Когда же неяркие вспышки от работающего и излучающего ЭМИ-щита уже сложно было игнорировать, Николь пришла в себя, но было поздно. Хальберт обнаружил ее и атаковал первым. Николь лишь оставалось отбегать и уворачиваться от тяжелых и увесистых пинков силового термо-ударного обоюдоострого топора.
Очередной выпад просвистел всего в нескольких сантиметрах от ее головы, выбив каскад ослепительно ярких искр на фюзеляже шаттла. В нормальной реальности разогретое лезвие вошло бы в толстую шкуру броне-плоскости и вероятнее всего застряло бы там, позволив Николь нанести ответный, возможно даже фатальный удар своими короткими клинками. Однако тут в выдуманном нейро-мире топор углубился, но не застрял, а ее попытка ударить в ответ в живот викинга напоролась на своевременно выставленный щит. Николь огрело разрядом, который в реальной жизни мог бы лишить ее равновесия. В виртуальном же он лишь хорошенько тряхнул ее. И, все же, один из двух клинков выпал у нее из руки. А топор Хальберта, легко извлеченный из фюзеляжа шаттла, уже свистел в ее сторону, не позволив поднять выпавшее оружие. Николь пришлось отпрыгивать спиной, что тут же сказалось на координации. Из-за малого размера самого шаттла она очень быстро наскочила на вторую переднюю стойку «Спринтера», потеряла равновесие и упала на спину. Хальберт стремительно шагнул в ее сторону и снова замахнулся топором. На этот раз Николь, поняв, что сопротивление в принципе бесполезно, резко вскочила на колено подалась вперед, вложив в этот последний удар всю свою прыть. Ей удалось с раскаленным лезвием в руке проскользнуть у самого края, у самой кромки, вибрирующего щита, и достать брюшной полости Хальберта, в то время как ее собственная голова с треском, шипением и свистом разделилась на две части, прекратив поединок на самом интересном месте.
Николь не спешила «приходить в себя». Она полу-лежала на кресле-ковше, слегка подрагивала руками ногами, симулируя болевые толчки, передаваемые в мозг мнимыми сигналами смерти с нейро-шлема. Никакой боли на самом деле не было. Просто Николь хотелось обдумать то, что она увидела, что она узнала, что ее поразило и озарило там в виртуальном приватном доке «Зова Вальхаллы». До слуха донесся спор, на который ей пришлось отвлечься, хоть и не сразу. Как оказалось, ее последний выпад так же достиг цели и нанес свое критическое поражение брюшной полости Хальберта. Однако нюанс заключался в том, что Николь «кончилась» на пару секунд раньше, а ИИ, задержавшись для финального просчета сцены, отметил гибель от фатального ранения в брюшную полость и самого Хальберта. В итоге модерирующий ИИ вынес вердикт – ничья. С ним согласился и напарник Гален. А вот сам Хальберт был ни разу этому не рад, ссылаясь именно на то, что Николь двинула на тот виртуальный свет первой. Были между ними и другие претензии, но все они, как поняла она, крутились именно вокруг того, кто победил в поединке.
- Хватит уже отлеживаться! Разделась и пошла отсюда! – обратился к ней весьма грубо Хальберт, видимо, не желая более терпеть ее симуляцию покойника.
Николь открыла глаза, сняла шлем и неспешно встала. Спорить с ними было бесполезно, а Гален, вероятно, не хотел ссориться со своим другом и напарником ради нее. Он лишь повторил то, что сказал Хальберт жестом, но при этом как бы даже отвернулся. Для самой Николь не было проблем раздеться и даже станцевать хоть так, хоть на столе. Ее напрягало то, что в таком виде придется спуститься в столовую, дождаться совместного ужина, который уже должен быть скоро, и услышать о себе много язвительных и нелестных комментариев после того, как этот небритый взъерошенный темноволосый детина озвучит прилюдно ее отстранение от командования. Если раньше она могла рассчитывать на Маока или, быть может, на Мудис, из-за женской солидарности, то в нынешних реалиях ни он, ни даже капитан, за нее не вступятся, а значит ей придется выносить весь этот позор до самого отбоя.
«Ладно, козлы бородатые! Что вы там не видели!? Не бежать же мне в лапы Федерации из-за такой мелочи, в самом деле!».
Не оттягивая более неизбежное, Николь, улыбнувшись максимально широко, принялась отстегивать элементы своего черного с красными вставками комбинезона.
Позор
Сделав первый тихий шаг в залитое светом столовое помещение неспешно вдоль стены, Николь понадеялась было, что успеет занять дальний столик незамеченной и таким образом переждать до начала официальной части с объявлением ее снятия с должности. Однако она просчиталась. Присутствовали хоть и не все, но многие. Ее появление вызвало сначала ступор, а потом вполне предсказуемую реакцию в виде оценивающего свиста и улюлюкания. Николь теперь уже не скрываясь, но наоборот весьма демонстративно продефилировала к свободному столику и плюхнулась на него сложив руки и ноги крест на крест, чтобы не сверкать прелестями лишний раз. Хотя иллюзий она на счет своей красоты не питала. Вряд ли тут на «Альхоне» можно было кого-то впечатлить мелкой слабо выраженной грудью и тощим, хоть и упругим задом. Весьма характерно выраженные крепкие мышцы частично нивелировали наготу, но покрасневшее предательски от стыда лицо и зажатая дерганная реакция в конечностях все портили. Николь горела жарким пламенем изнутри. Ее симбионт делал все, что мог, но этого явно не хватало. Захотелось оказаться внутри старого-доброго костюма-сверхплотника и исчезнуть, сжаться до состояния точки, сместится за стену, будто тут никогда и не было. Перед глазами возникло лицо Лоуренса, который так нелепо погиб на ее глазах. Она вспомнила его, тело, цвет волос и кожи. Она представила его лицо перед собой, но никак не могла дорисовать в воображении его глаза. Каждый раз они выходили с немым укором. Он ведь ее так любил. А она так легко вытирала об него ноги, обманывая и изменяя.
Вошли Хальберт и Гален. Заметили Николь и дали знак рукой следовать за ними к центральному столу. Она вышла следом и сжатая, как пружина, посеменила за викингами. Куно еще не было. Зато столовая наполнилась альхонцами и гостями станции. Николь поймала на своих ягодицах первые шлепки и пощипывания. Ее тощее но атлетическое тело ловило касания, будто потрогать ее стало теперь некой общей забавой всех наемников. Это вызывало сильное омерзение. Хотелось каждому дать по морде или, вообще, убить на месте. Николь пришлось больше лавировать, чем реагировать, понимая где-то в уме, что всем и каждому все равно не отомстит. Зато теперь, отхватывая шлепки, плевки и окрики, она выгорала изнутри от невесть откуда взявшегося стыда. Такого позора на своей родине да еще и от своих же земляков она не могла вообразить даже в самом страшном и ужасном кошмаре. Она любила «Альхон», любила даже больше службы в спец-подразделении Звездного Патруля. Теперь, оказавшись совершенно чужой среди своих, она ощущала ни с чем не сравнимое абсолютное вселенское отчаяние. Хотелось, чтобы ее кто-то случайно или намеренно пристрелил бы прямо тут на месте. Но даже такого одолжения ей никто не собирался делать. Вишенкой на торте стало появления тут с некоторым опозданием самого конунга Куно Ганта, который мог бы хотя бы ради приличия остановить цирк, но вместо этого он лишь довольно, весело покивал головой и похлопал в свои крупные мясистые ладони, одобряя происходящее.
Николь едва улавливала, что говорили Хальберт и Гален, в чем ее обвиняли. Ей стоило усилий взять себя в руки и засунуть стыд подальше. Снова выручил симбионт, который снизил выброс гормонов стресса до минимума. Она даже ощутила некое умиротворение и расслабленность, прекратив зажиматься и скрывать интимные зоны тела. Она почти не слушала викингов, потому что все знала наперед. Она терпела и ненавидела одновременно. Где-то глубоко в сердце теплилась надежда, что придет ее время непременно со всеми ими разобраться, несмотря на то, что еще совсем недавно испытывала определенные симпатии к «Зову Вальхаллы», к альхонцу Фабриану. Однако сегодняшний вечер открыл ей глаза.
- Кодекс наемника предельно ясен и четок. Разврат разрушает дисциплину и убивает мотивацию! Может тут на «Альхоне» у вас командирская должность через совокупление – норма, в «Зове Вальхаллы» подобное карается как минимум прилюдным позором! – вещал громким чуть надрывным голосом Хальберт, сложив руки за спину.
Рядом с ним у центрального столика стоял Гален и жестко удерживал Николь возле себя за локти и не давал ей сжаться, скрыть прелести или просто присесть. Хотя она уже особо и не пыталась. Столик и без того частично прикрывал ее, но она все равно ощущала себя подло униженной и до края оскорбленной. Она осуждающе зыркала своими светло-серыми глазами на Куно, который делал вид, что ничего не замечал. Он стоял рядом за тем же столиком и иногда кивал головой, соглашаясь со всем тут сказанным.
- И так… На первый раз ваш низложенный командир получит шанс на реабилитацию, если найдет замену убывшему досрочно помощнику. Времени у нее – 3 цикла. Как раз до отлета… В противном случае она займет место среди вас и будет доказывать свою состоятельность в бою! … Важно, чтобы каждый понял! Этот позор должен остаться сегодня в этой комнате. Каждый может плюнуть, ущипнуть или пнуть ее, но лишь сегодня до отбоя… Отбой – это время перезагрузки, переосмысления. Напоминаю, что в связи с недавними событиями покидать располагу после отбоя запрещено. Охранный дроны на КПП вас не выпустят… Возвращаясь к наказанной… На завтра она станет рядовым членом отряда или вернет себе статус командира, но ее позор останется уроком для всех! … «Зов Вальхаллы» имеет жесткий кодекс! И за несоблюдение его бывают неприятные последствия! … А теперь всем вольно, и можете приступать к трапезе!
Коллектив альхонцев дружно и гулко расселся по столам и принялся за еду и напитки. Села и Николь следом за викингами. Она была с ними за одним столом, но оказалась напротив. К еде она не притронулась, но просидела так весь вечер со сложенными крест-на-крест руками и ногами в глубоких раздумьях.
Примирение
Вылет межзвёздного транспортника «Мула» в Туманность Розетка с ново-упакованным и оснащенным отрядом альхонских «головорезов» откладывался. Виной тому была сама Николь, точнее даже не она, а обстоятельства, сыгравшие не в ее пользу. Такое вожделенное назначение в качестве командира отряда продлилось недолго. Едва она смогла убедить люто презирающих ее альхонцев за совершенное в прошлом предательство, что подобное было и не таковым вовсе, как все пошло прахом из-за позора и последовавшего понижения. Тот самый конунг Куно Гант из «Зова Вальхаллы», который отказался продать ее агентам Федерации, но все же не вмешался в ее защиту, а согласился с отстранением от управления отрядом, передав бразды в руки своих помощников «викингов» из Йоты.
Вылет «Мула» откладывался не только по причине потери бойцов. Николь узнала некоторые детали от капитана Мекелдоно, который будучи ни разу не альхонцем и, вдобавок, персоной нейтральной в силу своих особых капитанских полномочий знал немного больше, чем простые бойцы-альхонцы. Николь застала его и еще одного весьма опытного и матерого наемника по имени Маок в кают-компании располаги «Зова» после отбоя. На обоих не было лица. Николь везде недолюбливали, а после известных недавних событий еще и избегали. Она это знала, а потому не спешила входить внутрь даже когда дверь перед ее носом бесшумно отъехала в сторону. Маок и капитан Мекелдоно очень эмоционально спорили о чем-то. Николь задержала дыхание и, будучи гибридом с рождения, напрягла своего червя-симбионта, чтобы усилить слуховую чувствительность. Говорили мужчины хоть и эмоционально, но не так громко, как хотелось бы. Вдобавок, Николь заметила провалы в диалоге, говорившие о том, что собеседники периодически переходили на мысленный канал общения, когда выпивали мету, разлитую по стаканам из графина на столе. Николь повезло, что они сидели в тени, что тусклый свет кают-компании «Мула» частично утаил открытие двери, и то, что сама Николь не торопилась объявлять о себе. Хотя к Маоку с некоторых пор она относилась хорошо, потому что он снизошел к помощи ей в одной ерунде, которая сейчас уже не имела большого значения, но лишь теребила ее душу пробуждая страшные воспоминания гибели Лоуренса. Он был единственным, кто на том ужине позора плюнул не в нее, а в сторону и ушел из столовой, не став участвовать в унижении. К своему ужасу она внезапно осознала, что у нее не осталось никого ближе этого нагловатого лудомана, который, несмотря на некоторую лояльность и вроде бы даже порядочность, не питал к ней каких-то теплых товарищеских чувств, особенно после ее собственного высокомерного отказа в помощи.
Николь сделала то, что делала всегда в таких обстоятельствах. Она импровизировала, как ее учили в спец-школе Звездного Патруля. Главным же козырем любой импровизации было создание интереса к самой себе или собственным знаниям, даже если на самом деле там ничего не было.
- Привет! … Знаете, почему задержка?
Она мягко и бесшумно скользнула сквозь тень вдоль стены и совершенно внезапно опустилась на свободное кресло за 4-местный столик. Капитан Мекелдоно чуть не подавился метой, а Маок едва не выхватил бластер с пояса.
- Тише-тише… Это я – попыталась сделать хорошую мину при плохой игре Николь. – Есть новости.
Импровизация пока еще даже не началась, а она уже едва не поймала вспышку бласта в голову. «Зато не прогнали». Действительно, наглость и внезапность сыграли без осечки. Они всегда били точно в цель, но риск все же сохранялся до того самого принятия. Николь успешно закинула наживку до того, как ее попытались прогнать.
- Иди-ка ты лучше к своему протеиновому брикету Куно! Ему расскажи свои новости! – бросил раздраженно Маок.
Однако кэп придержал его, положил свою руку ему на плечо в тот момент, когда тот полез за бластером.
- Не надо… Пусть расскажет. Может это как раз то, о чем я уже кое-что узнал – сказал тот, наливая мету из графина Николь в возникший из плоскости стала 3-ий стакан.
Маок расслабил руку и кивнул, уставившись на Николь и ожидая обещанных подробностей. Однако откуда ж им было знать, что у нее нету никаких новостей, кроме тех, которые они и так знали. Что ее лишили командных полномочий, и что ее едва не сдали за креды силам Федерации, к которым очень лояльно относились сами альхонцы. Вообще, визит Стэйжа Санти на базу и в док «Зова Вальхаллы» с предложением сдать предательницу Николь им, не прошел бесследно. Многие альхонцы внезапно вспомнили, кто она и чего натворила. Одно это едва не похоронило ее будущее.
- Ну так что у тебя за новости, шалава!? – немного грубо и презрительно спросил ее Маок.
Николь могла бы его понять. Он оказался на острие презрения, потому что вступился за них с Лоуренсом во время недавней драки, не зная на самом деле, за кого вписывался. Теперь же вдобавок ко всему Маок попал в изгои, потому что не принял участие в прилюдном унижении Николь, хотя даже где-то имел на это право благодаря тому самому отказу в помощи с ее стороны. Теперь он пожинал плоды всеобщего презрения со стороны остальных альхонцев, хоть и в куда меньшей степени, чем сама опозорившаяся Николь. Собственно именно это обстоятельство объясняло его обособленность с кэпом от остальных в отряде. Знала Николь и почему Маок был так чертовски зол на нее, хотя совсем недавно помог. Она слышала про его Мудис, которая решилась на безумный визит к Краяде, чтобы отомстить за позор. Об этом самом позоре, измене Маока, тоже все знали, но позором особо и не считали, мол, с кем не бывает. Вот только надо было знать характер Мудис. Николь, присоединившись сейчас к ним вот так вот нагло, ожидаемо собирала на своей голове все шишки и гнилые томаты. Только ее подобное нисколько не смущало, и не могло смутить. Она знала и о Маоке, и о капитане многое такое, что те сами хотели бы забыть. Однако тут она была не ради новой вражды или шантажа, а ради поиска опоры, чтобы не проснуться очередной раз со сквозным ожогом в голове или связанными руками за спиной.
- Ага… Как раз о том, о чем только что говорил кэп – сымпровизировала Николь.
- И? – посмотрели на нее уже с нескрываемым любопытством оба собеседника.
Николь, понимая, что добавить нечего, потянула время, медленно осушив предложенный стакан с метой. В отличии от простых и грубых альхонцев, капитан Мекелдоно сохранял нотки галантности и обходительности, свойственной капитанам межзвездных кораблей. Николь невербально благодарила его, медленно и с наслаждением допивая мету. Мекелдоно клюнул.
- Значит, это все правда. Значит мы ждем какой-то важный груз… Настолько важный, что даже мне капитану «Мула» нельзя сказать, что за он… Но это, блин, просто смешно! Я ж все равно узнаю через ИИ.
Николь оставила стакан в сторону, слегка улыбнулась и довольно кивнула головой, соглашаясь с тем, чего на самом деле совсем не знала.
- Да… Так вы уже тоже знаете? И какие мысли на этот счет?
Оба переглянулись, но совершенно не догадались о розыгрыше с ее стороны, приняв все за чистую монету.
- А что тут думать? Это ж «Альхон» … Видимо, наши друзья с Йоты заказали какую-то запрещенку. Не пойму только зачем… Там на «Фривинде» любой запрещенки с избытком.
Маок уже достаточно успокоился и говорил все ровно и без резкости в ее сторону. Николь наконец расслабилась. Классическая разводка, импровизация в ее исполнении, сыграли безупречно. Теперь она, несмотря на, пусть все еще, некоторую вражду, уже в их компании, а значит не одна.
- Груз в любом случае нужно будет встретить и сопроводить до дока. Загрузить – начала умничать Николь. – Без нас все равно ничего организовывать не будут.
Она говорила вполне понятные вещи, но цимес был в том, что слова ложились на благодатную почву слушателей и делали ее саму ближе, более своей что ли с оглядкой, конечно же, на совершенные ей поступки.
- Верно – кивнул Маок. – Викинги не смогут утаить шило в мешке. Даже если груз будет без маркировок и наглухо запечатан, кэп все равно узнает через ИИ.
Маок, договорив, умолк. Он допил мету и переглянулся сначала с кэпом, потом с Николь. Она сразу догадалась, что Маок до ее прихода говорил с Мекелдоно о чем-то важном, но вынужденно прекратил. Теперь, судя по ужимкам и молчанию, решал мысленно с капитаном, стоит ли включать в дело Николь, можно ли ей доверять. Ей повезло с Мекелдоно. В отличии от его самого Николь, будучи еще действующим офицером спец-подразделения Звездного Патруля уже с ним встречалась, только была под маской. Она изучила Мекелдоно еще тогда, потому что им пришлось задействовать его в спец-операции на «Альхоне», о которой уже несомненно знали в Федерации и за которую ее заочно приговорили к аннигиляции. К счастью для самой Николь, Би-Проксима не делилась тайнами, а хотела заполучить ее за то самое предательство предыдущего командира альхонского отряда, который и альхонцем не был вовсе. Она знала совершенно точно психотип кэпа, а потому втиралась в доверие именно через его мнение и отношение к себе. Это сыграло, не могло не сыграть.
- Ладно… Не буду скрытничать… Мы с кэпом готовим захват «Мула».
- Захват? Зачем? – удивилась Николь, но с интересом, чтобы не спугнуть и не отвернуть от себя.
- Это из-за его Мудис – вмешался Мекелдоно. – Но я тоже в деле, потому что не верю, что мне вернут «Мула» после всей этой сомнительной операции в Туманности.
Николь знала, что ИИ корабля ограничен в перелетах другим ИИ по имени «Надзор», и что кэп может лететь только туда, куда предписали, а потому идея с угоном казалось изначально нелепой и провальной. Она решила использовать эту тему, чтобы еще сильнее втереться в доверие.
- Я понимаю, но… Это мало-осуществимо… «Надзор» весьма цепкая дрянь. Я знаю… Хм… Потому что знаю.
Маок покосился на Мекелдоно. Тот вздохнул и кивнул тому.
- Скажи лучше, ты с нами или нет… Я не хотел тебя брать, но нас совсем мало… А у тебя слишком дурная репутация, вдобавок тебя понизили и забрали руководство отрядом. Поэтому ты, по мнению кэпа, имеешь обиду на викингов, а значит хорошо подходишь.
- Хм… Если я правильно поняла, то ты, Мао, хочешь вернуть Мудис, а ты, кэп, вернуться с кораблем к себе домой… Все так?
Оба кивнули головой. Николь посмотрела внимательно в глаза обоим, кивнула и спросила:
- Хм… И каков план?
- Мы угоним «Мула» - резко выдвинулся и прошептал ей прямо в лицо Маок.
На него в этот момент было жалко смотреть. От былого уверенного в себе лихого стрелка и вояки не осталось и следа. Его скулы на лице подрагивали, а глаза бегали по сторонам.
- Хм… Да уж. План так себе – вздохнула Николь. – Чего ради угонять «Мула»? К тому же сейчас это риск. К нему охрана на пушечный выстрел не подпускает после недавнего инцидента.
Она покосилась на Мекелдоно, который всем своим видом показывал, что он тут не причем, что сам план – не его задумка.
- Мне нужно вытащить Мудис – тут же оживился Маок.
Кэп кивнул головой и добавил:
- Есть и на мне вина, что она оказалась в лапах этой вашей ведьмы Краяды.
Николь удивленно посмотрела на Маока, потом на капитана.
- На кой ляд угонять шаттл, чтобы разобраться с Краядой? Тут не корабль нужен, а армия – деловита пояснила она, а потом добавила, обращаясь к кэпу:
- А ты, я вижу, уже неплохо разбираешься в нашей альхонской кухне.
Он недовольно кивнул.
- Я ж тут на правах посыльного. Отвези туда, привези оттуда… Я не верю, что мне вернут мой шаттл… Лететь обратно в Туманность я уже не очень-то и хочу…
- Мы можем угнать шаттл – снова встрял Маок.
- Ну и куда мы сунемся на угнанном корабле? – засомневалась Николь.
- Сначала на «Аламах». Оттуда на Йоту, если надо – не унимался Маок.
Его глаза на этих словах прямо вспыхнули. Мимика и жесты стали резкими, что выдавало в нем некую боль, едва сдерживаемые эмоции. Уже хотя бы по этому все в глазах Николь выглядело сомнительно, бесполезно и мало осуществимо.
- Так далеко? Зачем? – попыталась она снова. – Очнись! Мудис же тут на «Альхоне»! Не надо никуда лететь!
- Мне нужно кое-что забрать у Фабриана и его блондинки. На кону жизнь Мудис. Я ради нее все сделаю, хоть в черную дыру с голой сракой сунусь, если надо.
- Что именно забрать? – не отставала от него Николь.
- Дата-ключ от одной капсулы должника – нехотя ответил Маок. – Это на обмен… Я в своем уме, чтобы не воевать с Краядой, а договариваться.
Николь вспомнила про свой дата-ключ. В ее голове завертелись воспоминания. «А не ищет ли Краяда тот самый, что сейчас у меня? Но зачем ей этот чужак!?». Николь могла бы обрадовать Маока, но не стала делать этого. Теперь этот дата-ключ был своего рода приманкой для Маока, гарантом его верности и послушности ей. «А хорошо бы пощупать этот Спринтер в доке. Только меня туда никто без разрешения теперь не пустит… А если попробовать с этим безумным планом угона!?». Николь замерла и сильно задумалась, пропустив некоторую часть обсуждения. «Возможно, это именно тот мой шанс попасть в приватный док, найти капсулу и вернутся к своим! Похоже на безумие, но если там действительно тот самый босс-недоучка, которого ищет Сай, то это мой обратный билет, мое право на жизнь! Он сделает всё, чтобы вернуть своего товарища!». Николь не сдержала своей улыбки. С этим безумным планом, как это не странно, у нее появлялся шанс на новую жизнь. Вот только ей нужна была перестраховка, план «Б» от неминуемого провала всей задумки Маока, в чем она почти не сомневалась.
Николь, заметив удивленные взгляды на себе, вернулась к обсуждению, кивнула головой и сказала:
- Я в деле… Так какой у вас конкретно план?
Предательство ради возвышения
Пройти через охрану в приватный док «Зова» даже за несколько часов до начала миссии в Туманность Розетка стало бы настоящей проблемой. Вот только те, кто заготовил проникновение, все это знали. Благодаря правильным позывным и кодам, записанным на дата-кристалл, охрана приняла машину, подпустила и остановила для досмотра. На этом и строился расчет. Заблаговременно заминированный гексо-метил-пластидом магнито-шаттл взорвался прямо на КПП. 4 охранных «Ганрана» были выведены из строя сразу же. Толсто-шкурного дезориентированного мощным взрывом «Гарда» добили ЭМИ-гранатами из появившейся внезапно из темного тоннеля следом машины. А вот с 16-тонным мех-доспехом «Вакиндзачи», похожим на 3-метрового толстоногого цыпленка-переростка с яйце-подобной головой, увенчанной темным жерлом среднего излучателя и малокалиберной роторной авто-пушкой, им пришлось бы повозиться. Его основное оружие, 3-мегаватный дальнобойный лазер, представляло опасность для тех диверсантов, кто оказался бы в тоннеле без веской на то причины. «Вакиндзачи» покоился в режиме стенд-бай в углублении и не отсвечивал, не мешая «Ганранам» делать свою работу, а потому избежал поражения взрывом. С другой стороны будь они чужаками без нужных радио-кодов доступа, робот гарантировано сжег бы их еще в тоннеле на пути к приватному доку. Вблизи же мех-доспех под управлением ИИ, оказался не готовым ко встрече. Только и нейтрализовать его требовалось как можно быстрее, пока тот, разобравшись, не поднял сигнал тревоги или не высадил парочку коварных дронов «Хиёко», которые могли на корню всю испортить. Диверсанты знали про него.
Выезжая на линию огня, Маок высунулся с верхнего люка, выстрелил и поразил робота из тяжелой роторной однозарядной винтовки, весьма четко пробив место стыка кабины и корпуса. «Вакиндзачи» дернулся, полыхнул каскадом искр, замер и задымился. Сразить легкую двулапую 16-тонную боевую машину одним выстрелом было не просто удачей, но необходимостью. Успех плана держался на не поднятии тревоги раньше времени. Подобное Маок и ранее проворачивал, хоть и с переменным успехом. Сейчас ему сопутствовала не столько удача, сколько, в большей степени, малоподвижность мех-доспеха и не готовность защищаться. Вдобавок прицеливание облегчила весьма четкая темная жженая отметина в том же месте, куда он как раз и собирался бить.
- Похоже, это тот самый «Вакиндзачи», что встречал нас с Мудис у банка около месяца тому – подытожил он, оценив точность попадания.
Старая латанная отметина всего в паре-тройке сантиметров от места свежего пробития лишь подтвердила его слова.
Николь кивнула и бросила:
- Я на стрёме, а ты давай к шаттлу. Догоню тебя и прикрою, как только, так сразу. Как и договаривались. Кэп долго ждать в баре не будет.
Маок кивнул, закинул винтовку за спину, достал спрэдган и рванул на взлетку к шаттлам.
Николь не вмешивалась и не мешала Маоку осуществлять задуманное. У нее была своя цель, о которой тот не знал. Она выждала немного и неспешно подалась следом. Маок использовался в темную, но не со зла, а потому что другого способа попасть на взлетку, проверить «Спринтер» и не угодить под удар в случае провала у нее не было. Вдобавок она прекрасно понимала, что на этот раз с «Мулом» ничего не выгорит. Куно еще после того случая распорядился усилить охрану шаттла на самой взлетке и заблокировать любые межзвездные полеты на нем до старта миссии. Она знала об этом в силу своих командирских полномочий на то время. Николь резонно посчитала, что ей достаточно будет на «Муле» перевести капсулу с должником в другой приватный док и организовать сделку с федератами. А то, что потом кэп с Маоком все равно никуда дальше системы Альхены не улетят, ее не сильно волновало. Маок об этом не знал ничего, потому что Николь его не предупредила. Погибнет ли он или выживет было сейчас для нее не столь важно. Она видела цель и шла строго к ней, невзирая на издержки. Если искомая капсула с телом Брода там в «Спринтере», то для нее открывалось новое окно возможностей поторговаться за свою жизнь с Федерацией и соскочить с «Зова» и с ненужного полета в Туманность. То, что в капсуле должника, которую так хотел заполучить «Линкер», находился именно ее прошлый командир, которого она предала, сомнений почти не было. Интересы всех за-интересантов слишком уж очевидно сходились на дата-ключе и той самой капсуле.
Николь, бросив Маоку мысленную фразу о готовности прикрыть его, на самом деле отпустила вперед без поддержки, сославшись на мнимую заминку. Маок, гонимый собственной трагедией, рванул вперед без нее. В то же время сам капитан Мекелдоно ждал условного сигнала в баре неподалеку, чтобы прибыть на магнито-скате и «оседлать Мула». Он после той неудачи с Мудис больше не хотел подставляться, а потому сидел там и не отсвечивал. Маоку же выпала доля на основную грязную работу по ликвидации дронов усиленной охраны шаттла. Это как раз было Николь сейчас на руку, давало время на свое дело. Вместо того, чтобы прикрывать спину Маока, она взялась за взлом «Спринтера», пытаясь подобрать базовые инженерные коды. Сам скоростной сверхмалый шаттл ей был не нужен, но лишь его спасательные капсулы и доступ к ним. Николь почти не сомневалась, что влезла в голову блондинки и разгадала ее хитроумный своп, стоивший жизни Лоуренсу. «А значит та самая капсула с должником, с Бродом, тут! И размеры совпадают!».
Неудачные попытки взлома посыпались одна за одной. Ни один инженерный код не подходил, подбор тоже не дал результата. ИИ весьма быстро заблокировал все ее дальнейшие попытки проникнуть внутрь «Спринтера» или хотя бы открыть спасательные колодцы. Николь выругалась про себя, но не успокоилась. Неудача пока еще не воспринималась ею, как неудача, но как досадная кратковременная задержка. Ведь вожделенная цель, билет на свободу, была так близка, так осязаема.
Невдалеке послышался шум и стрельба. Маок схлестнулся с дронами охраны самого шаттла «Мула. Основной план «А» быстро начинал разгораться ярким пламенем по всем пунктам и выходить из под контроля. Поднятие общей тревоги было теперь лишь вопросом нескольких минут, если не секунд. Николь уже не верила, что Маок справиться, но и она тоже почти отчаялась добиться успеха, сколько не старалась. Пришло время успокоиться и взять себя в руки. «Я не смогу! А Маок мне еще пригодится!». Осознание доставило боль. Невозможность довести до финала задуманное угнетало ее даже слишком сильно. На кон было поставлено очень многое. И все же настало время плана «Б». Николь быстро успокоилась, трезво оценила перспективы и переиграла задуманное. Маока решено было оставить в живых, чтобы хоть отчасти вернуть доверие командования наемников «Зова». Она бросила бесплодную возню со «Спринтером», извлекла роторный пистолет и направилась вслед Маока. ИИ 2-ого магнито-шаттла, на котором они прибыли сюда, по ее приказу выслал сигнал о нападении на приватный док от ее имени.
На пути стали попадаться следы перестрелки и разбитые, дымящиеся остовы охранных дронов. «Маоку определенно везет сегодня». Она обнаружила его у самого трапа поднимающим какой-то круглый шарообразный предмет размером с крупный кулак. К ее удивлению Маок действительно расправился со всей охраной сам и уже готов был вызвать кэпа из бара, чтобы закончить начатое. Однако угон «Мула» без капсулы должника теперь уже совсем не вписывался, не входил в планы Николь. Без добычи дорога обратно к федератам ей была заказана. А губить себя еще и враждой с «Зовом» было бы совсем самоубийством. Николь достигла Маока, убрала роторный пистолет и уже блеснула инжектором, как тот внезапно обернулся и посмотрел на нее. Она немного растерялась сначала, но быстро выкрутилась:
- Это как ты в одиночку столько «Ганранов» уложил, а?
Вопрос, конечно же, был глупый, потому что уложить внезапным наскоком из спрэдгана дронов охраны, не настроенных воевать по причине принадлежности атакующего наемникам, не было сверхзадачей ни для нее, ни для Маока. Тот, конечно же, его проигнорировал.
- Все чисто. Я вызываю кэпа – отчитался Маок.
- Не надо. Я уже сообщила ему. Он в пути – соврала Николь.
Она демонстративно осмотрела трупы роботов, распластавшиеся у самого выступившего трапа «Мула». В правой руке Маок держал тот самый круглый предмет похожий на некую самодельную гранату.
- Это что у тебя? – тут же переключилась Николь на то первое, что попалось ей на глаза.
- Визуализатор – загадочно ухмыльнулся Маок, активировав его прям на ладони.
Возникшее внезапно изображение темной шевелящейся и будто бы куда-то убегающей вооруженной фигуры вынудило Николь сделать пару шагов назад от неожиданности.
- Это Мудис придумала – не без грусти произнес он. – Хотя против дронов с их сенсорикой оно почти бесполезно.
Николь подошла вплотную и взяла увесистый со следами какой-то доработки и пайки предмет. Устройство было простым и незамысловатым. В основе лежала классическая схема холо-куба с объемным воспроизведением записи.
- Сюда загнать можно любое демо… Управляется легко – силой мысли – пояснил Маок. – Внутри гироскоп и стабилизатор. Особенно эффектно, когда катится.
Маок в унисон сказанному катнул шар на пару метров вперед. Возникшая чуть дрожащая фигурка весьма в такт проиграла движение так что и сама Николь удивилась насколько хорошо было синхронизирована анимация.
- Ого! – искренне выдала она. – «Золе» это понравилось бы!
- Кому? – поинтересовался Маок.
Николь, вспомнив позывной инженера со спец-отряда Звездного Патруля, где совсем недавно еще служила, лишь махнула рукой.
- А, так… Это из далекого прошлого. Не бери в голову… Можно мне?
Маок выставил руку с шаром вперед. Николь одной рукой приняла предмет, а другой незаметно и плавно поднесла к его шее инжектор. Блеснул медицинский пистолет с парализатором, препаратом-нейротоксином, который она вогнала ему в шею. Прошлое медика-парабиолога в спец-отряде «Тени» принесло свои плоды. Маок скривился, вздрогнул, замер и рухнул плашмя прямо у опустившегося трапа. Визуализатор так и остался в руке Николь. Она активировала нейро-обруч и связалась с Куно, объявив повторно о попытке угона шаттла, которую ей удалось предотвратить.
Наемники прибыли в приватный док уже через несколько минут. Николь обрисовала заготовленную версию происходящего, чтобы ее показания совпали со следами диверсии. Куно купился, потому что увидел все своими глазами. Все следы на месте указывали на Маока.
- Не пойму только, как ты сама тут оказалась? – спросил у нее Куно.
- Я ж говорила, что пользуюсь доверием в коллективе даже после моего отстранения от управления отрядом… Маок хотел, чтобы я помогла ему попасть в приватный док, минуя охрану… Когда меня сняли, он отстранился, но планов по захвату судна не оставил.
- Не пойму только, зачем это ему? – недоумевал Куно, осматривая тело парализованного альхонца.
- Все из-за жены. Из-за Мудис… Они всегда были вместе.
- Хель вас, альхонцев, дери! Связались на свою голову с беспредельщиками! – выругался Куно. – Ну и нахрен мне такой боец!
Он уже хотел его пристрелить, но Николь остановила его.
- Погоди горячиться. Он мне доверяет, иначе как бы я узнала о готовящейся диверсии. Я смогу его переубедить… А грохнуть ты его всегда успеешь.
- Это уже не первый раз! Фабриан меня предупреждал на счет этой дикой парочки! – не унимался Куно.
Николь снова придержала его.
- Зато на «Фривинде» он проявил себя. Проявит снова, вот увидишь… Поместим его под арест. Когда очухается, мы будем уже на пути в Туманность.
- Ладно – бросил Куно и махнул рукой, убрав бластер в кобуру. – Соберись… Ты пойдешь с нами на одну очень важную сделку. Тут неподалеку… Если все пройдет гладко, считай, что ты снова командир отряда.
Таинственный груз
То, что Куно назвал сделкой, по факту был выкуп неизвестного для Николь и рядовых альхонцев казенного военного имущества Федерации. Их представитель в тайне от руководство за креды сбывал кое-что в солидном количестве наемникам «Зова». То, что Николь сумела узнать, касалось лишь безопасной транспортировки самого груза на борт «Мула». Это имущество летело с ними в Туманность. Однако куда большим откровением для нее стало то, кем со стороны Федерации все это осуществлялось. Повстречать Годрика, офицера связи флагманского крейсера ФСМ «Омега», тут среди ангаров «Альхона» она никак не ожидала. Ей в какой-то степени повезло, что она лишь обеспечивала охрану и не стояла напротив и не договаривалась о грузе в отличии от викингов Хальберта и Галена. Присутствие тут Николь уже само по себе могло стать проблемой, поэтому она старалась не отсвечивать и не попадаться на глаза Годрику. Сделка была простая и по сути безобидная. Кто-то уже все организовал за них и даже креды предоплаты оплатил куда надо. Дело было лишь за сущей формальностью – ударить по рукам и забрать груз.
Николь стояла в стороне и следила за своим сектором. В подобных сделках ей уже приходилось принимать участие. Сложность была не в самой передаче груза, а в доставке его по месту назначения после получения. Стены «Альхона» имели глаза и уши. Если груз ценный, его могли и перехватить. Куно тоже был в курсе особенностей бизнеса на «Альхоне», а потому распорядился о сделке прямо в одном из ангаров «Индастриала», что совсем по соседству с приватным доком «Зова». Таким образом он переложил большую часть ответственности за доставку груза к месту сделки на силы ФСМ и сократил охрану до минимума, решив, что груз сразу же уйдет в тоннель, ведущий к шаттлам «Зова Вальхаллы» без какой либо возможности для потенциальных диверсантов его повредить или перехватить. А на кону было нечто явно военного назначения и на весьма крупную сумму кредов. Контейнеры занимали почти весь ближайший ангар «Индастриала». Все это и предстояло перевести в космо-док «Зова», чтобы загрузить в «Мула».
Именно сейчас уже в момент окончания сделки, когда стороны ударили по рукам, Николь попалась на глаза Годрику. Она сделала это специально. Он замер, застыл словно парализованный. Его лицо напряглось. Глаза сузились до узких впалых щелей. Переговоры, почти закончившись, повисли в воздухе. Ящики уже осматривали тул-дроны своими сканерами. Годрику было из-за чего испугаться. Появление тут у ангара среди дистриктов станции «Альхон» инкогнито высшего космо-офицера Федерации, правой руки самого Саймона Белла, наводило на подозрения. Николь сама была альхонкой, а потому прекрасно понимала, что Годрик замутил что-то на стороне от руководства космо-флота ФСМ. Не было сомнений, что он узнал ее пусть даже во мраке тусклого освещения среди доставленных магнито-шаттлами крупных 3х3х2-метровых контейнеров. На сделку это уже не могло повлиять, потому что дроны-грузчики «Зова» уже выносили контейнеры вон и перегружали их на магнито-шаттлы наемников.
Николь видела для себя в этом испуганном лице открывшуюся возможность. Годрик теперь тут на тайных переговорах с «Зовом» о продаже какого-то определенно ценного имущества Федерации оказался в весьма уязвимом положении. Ведь она могла сдать его Саймону.
«Ага. Только кто ж мне поверит! Я ж беглый предатель! Только и он тоже занервничает... Не поверят, но проверят».
Николь, как думала, неплохо знала Годрика. Не так давно она была частью спец-отряда боевого корабля Федерации «Омега», пока новоиспечённый командир своими действиями не вынудил их перебраться на «Альхон». Те былые времена хранили теплые воспоминания. Николь уцепилась за эту свою мысль, понимая, что другого шанса избежать собственной сдачи федератам у нее может и не быть.
Она попыталась обратиться к Годрику напрямую через нейро-линк своего обруча. Тот сначала не принял входящий от нее, но Николь проявила настойчивость, воспользовавшись тем самым замешательством между ним и Хальбертом во время обговаривания окончательных условий и проверки количества. Викинги знали больше о грузе, но ни с кем из альхонского отряда не делились о нем.
- Годрик, ответь. Я тебя узнала. Ты меня узнал… Мы оба с тобой сейчас поравнялись. Я предала отряд, командира. Ты предал Саймона – попыталась она снова.
Снова в ответ была тишина. Годрик был достаточно молод, моложе Николь. Но он был талантливым офицером и специалистом. Вдобавок, на сколько знала Николь, Годрик успел поучаствовать в удачном мятеже на Би-Проксиме, чем и пришелся молодому главкому по душе.
В итоге он нарушил тишину сам, решив зачем-то оправдаться и реабилитироваться в ее глазах:
- Даже не сравнивай меня с собой! Я тут просто избавляюсь от ненужного хлама!
- Ой, только мне не пой, а! – улыбнулась Николь так, чтобы он даже несмотря на слабое освещение увидел. – Для этого есть соответствующие службы… И я не припомню, чтобы на «Омеге» было что-то срочное для продажи, кстати, за весьма неплохие креды.
- Что ты можешь знать, а!? … За тебя тоже назначена награда и весьма даже неплохая! … Скажи спасибо, что я тут только ради груза и не имею достаточной охраны, чтобы вырвать тебя из рук наемников!
Николь сделала вид, что пропустила все это мимо ушей.
- Согласись, Годи, ты все это делаешь для себя. Сай, наверное, вообще, не в курсе… Я ж все равно узнаю скоро, что ты продал нам. Безымянные контейнеры меня не остановят, ты ж знаешь.
- Что ты хочешь? – внезапно изменился тон Годрика, но лишь для того, чтобы снова перейти в атаку. – Кто тебе поверит!
- Поверят или не поверят. Главное, засомневаются и проверят… Груз немаленький. Почти пол сотни больших контейнеров. Я ж считать еще не разучилась… Тут явно что-то такое, пропажу чего не сразу заметят. Верно?
- «Омега» обречен на долгий ремонт. Креды очень помогут его ускорить… Как видишь я важное дело делаю для Новой Федерации. А ты – беглянка из Патруля, предатель и убийца. На тебе кровь ребят из отряда, сука!
- Ну-ну… Если я такая плохая, то сообщив Саймону о твоей сделке прямо сейчас – ничего не теряю, верно? – снова закинула удочку Николь, игнорируя его оскорбления.
Годрик молчал. Его глаза бегали по сторонам. Казалось, даже его свита в виде 2-х тяжеловооруженных «Ганранов» напряглась и застыла в некоем невидимом глазу напряжении. Хотя со стороны Годрик держал удар достойно. Он продолжал указывать на что-то Хальберту и пояснять. Николь не слышала его голоса, будто он специально говорил как можно тише. Хальберт, похоже, все понимал и со всем соглашался. Это было видно по его кивающей заросшей темной голове, которую Николь наблюдала со спины. Напарник Гален стоял с другой стороны ангара и вел себя куда более строго. Его глаза, будто локаторы, зыркали и следили за движениями дронов охраны Федерации, словно тут могло произойти нечто неожиданное или опасное. Там за воротами ангара дежурили мех-доспехи «Зова Вальхаллы». Вдобавок стоял 6-лапый «Спайдервилс», на котором прибыл сам Годрик.
- Хорошо… Предлагаю встречу на нейтральной территории. Только ты и я… Тебе ведь явно есть, что мне рассказать, да? – перешел он на нормальный переговорный тон.
Николь овладели противоречивые чувства. С одной стороны это ее шанс примириться с федератами. Ведь у нее была важная информация на счет одной капсулы с должником. Плюс, имелся и дата-ключ. С другой стороны – Годрику на данном этапе выгоднее было бы просто ликвидировать ее, чтобы не рисковать и снять с себя даже минимальный шанс быть разоблачённым, а заодно и сделав доброе дело для Саймона, Стэйжа и остальных. Вот только ей не хотелось дать слабину, испугаться и отступить. Она, как ей показалось, нашла выход:
- Хорошо. Согласна… Только давай прямо после сделки, чтобы мне не пришлось оглядываться, кого ты с собой приведешь.
- Боишься, что устрою тебе засаду и просто грохну? – с ехидным подтекстом спросил Годрик.
- Ну, не без этого… Поверь мне, то что я тебе расскажу, стоит того, чтобы поверить и не делать глупостей.
Она прекрасно понимала, что если задержится тут хотя бы немного без свиты и прикрытия, то рискует попасться в ловушку. Но соблазн решить все претензии Федерации к ней одним разом был сильнее. Тем более у нее созрел план. Она достала небольшой матовый металлический шар разместила его в темном углу ангара и забралась на несущий угол конструкции, вспомнив заодно, чему ее учили в спец-школе Звездного Патруля. Теперь оставалось лишь ждать.
Входящий от Годрика прилетел вскоре. Он проводил наемников и вернулся обратно. Николь подтвердила, что ждет его в том самом ангаре. Ее мелкая фигурка, стоящая у дальней темной стены, казалось, давала некоторую скрытность. Она стояла там и перебирала ногами и руками в ожидании, посматривая на широкую раздвижную дверь, которая как раз заработала, впуская гостей.
Сначала резкий яркий свет фонаря осветил дальнюю стену. Затем практически в тот же момент последовали три яркие белые вспышки бластера, который разорвали полумрак и вонзились в преграду, разбрасывая искры и кусочки оплавленной конструкции во все стороны. Дрогнувшая фигурка вскинула руками и рухнула, как подкошенная. На стене за ее спиной остались лишь три оплавленные затухающие бардовые тепловые отметины. Тот, кто сделал это, видимо не нуждался ни в каких переговорах, а просто избавился от неудобного свидетеля тайной сделки.
Николь вполне ожидала чего-то подобного от Годрика, но до последнего лелеяла надежду на конструктивный и взаимовыгодный разговор. Ведь ей было что предложить, было чем обрадовать главкома космо-флота Федерации. Но, увы, надежды развеялись как те самые искры и дым от трех весьма точных попаданий в объемную фигурку.
- «Ну и дурак же ты, Годрик» - вздохнула Николь, едва удерживаясь на магнитных стопах под самым потолком, чтобы не сорваться и не соскользнуть вниз.
В ангар шагнул тот самый виновник срыва переговоров. Он держал отработавший бластер на вытянутой руке, неспешно шагал вперед и, видимо, решал для себя, точно ли с Николь покончено или влупить еще парочку зарядов для верности. Второе возобладало. Годрик выстрелил еще два раза по лежачей и чуть вздрагивающей фигуре. Снова искры брызнули каскадом во все стороны. По полу разлился легкий сизый дымок. Следом за ним внутрь ангара шагнули 2 человекоподобных дрона «Ганрана» с роторными винтовками наперевес. В отличии от не столь опытного Годрика они принялись сразу же вращать головами по сторонам в поисках опасности. Николь понимала, что разоблачение ее обмана – это вопрос пары-тройки секунд, а потому действовала быстро и решительно.
Она медленно и аккуратно извлекла свой роторный пистолет и навелась. Симбионт добавил чувствительности глазам и обострил слух до предела. Годрик, не прячась за спинами свиты, сделал еще пару шагов вперед. Не успев или не пожелав толком рассмотреть то, зачем зашел, он открыл рот и произнес:
- Без обид, Николь. Ты сама напросилась. С предателями разговоров не ведут. А Сай мне еще за тебя спасибо скажет, когда узнает… «Зов» тоже возражать не будет… Если бы ты знала, что Стэйж пообещал этому бабуину Куно своих альхонцев за тебя предоставить… А тот и сам рад был спихнуть тебя из-за твоей токсичности, но упёрся лишь потому, что Фабриан был против!
Кому Годрик изливал все это, Николь не знала, потому что вел он себя так, будто уже покончил с ней и сейчас медленно и аккуратно приближался к телу, чтобы, скорее всего, просто запечатлеть на камеру и отчитаться перед Саймоном.
Николь сместила прицел своего роторного пистолета на Годрика, который тут почти с самого потолка был, как на ладони. Она сделала глубокий вдох и на выдохе разрядила ствол. Первый же роторный стержень с характерным свистом рассекаемого воздуха снес голову Годрику по самую шею. Черепная коробка лопнула будто изнутри, брызгая жженой кровавой кашей, разлетелась в разные стороны спекшимися дымящимися кусочками и каплями разогретой крови, окатив и обоих дронов свиты за спиной. Николь молниеносно сместила ствол и следом сделала еще 4 выстрела по два на каждого дрона в голову и грудь. Именно так нужно было уничтожать «Ганранов», потому что иногда одного выстрела в голову или одного в грудь могло не хватить для гарантированной нейтрализации. Николь все сделала по науке, как учили в спец-школе. Ее червь-симбионт заглушил сердце, нормализовал дыхание и обострил зрение, не позволив ей даже в сгорбленном и неудобном положении, зацепе на 3-х точках опоры – левой ладони руки и стоп – промахнуться. Раскаленные стержни-пули с характерным шлепком пробили «Ганранов», вынудив одного упасть на спину сразу же, а второго присесть на колено и замереть. Каскад ярких искр разлетелся во все стороны. Присевший на колено дрон озарился языками пламени, вырвавшимися из дырки в груди. Упавший испустил плотное облако дыма и замер навсегда.
- Без обид, Годрик. Но ты точно дурак, раз решил, что я вот так вот просто буду ждать тебя… Жаль. Если бы ты донес Саймону, что у меня есть, он бы в десна тебя расцеловал бы и на твою сделку за его спиной просто закрыл глаза… Но, видать не судьба. А за Куно спасибо, конечно! Я догадывалась, что он – мразь, которая лишь прикидывается благородным наемником-конунгом, только верить не хотела. Теперь вот убедилась.
Вылетел шаттл «Мул» без задержки. Николь вернула благосклонность викингов и свою должность, однако облегчения или радости в душе от этого совсем не прибавилось. В ангаре в специальном оборудованном жилом контейнере, где все они, весь альхонский отряд, летели к далекой Туманности были молодые люди, юные и малоопытные сорвиголовы, которых она совсем не знала. Она смогла поднять свой упавший авторитет, но все равно между ними осталась та самая граница недопонимания и отчуждения из-за ее недавнего публичного унижения. И хоть на «Альхоне» на подобное всем было до голубой звезды, абы креды платили вовремя, но осознание того самого унижения вносила свой отпечаток где-то на подсознании. Из тех, которых Николь неплохо знала, был лишь капитан Мекелдоно, который по понятным причинам избегал ее общества, и Маок, находящийся сейчас в совсем другом контейнере в качестве заключенного за попытку совершения диверсии и порчу имущества «Зова».
Николь сидела пристегнутой в жилом ящике с дюжиной альхонцев, и все они все время, пока «Мул» набирал скорость для прыжка в ВК, хранили молчание, лишь изредка поглядывая на нее. Внутри образовалась давящая пустота, вакуум. Ей пришел на память тот самый первый альхонский отряд с командиром-чужаком. Там она была своей, одной из. Там с каждым можно было поговорить по душам. Там была эта вечно гогочущая как парнокопытное животное темнокожая ренегатка. Были другие альхонцы из «старой гвардии», хотя тоже молодые и но уже хлебнувшие лиха во время мятежа против Звездного Патруля. Николь очень не хватало Лоуренса. Он своей руганью и претензиями из потолка мог здорово выбесить ее или наоборот поднять настроение. Николь вздохнула.
Шаттл начало слегка трясти. «Мул» резко увеличивал скорость, и это ощущалось в минимально оборудованном для межзвездных полетов контейнере. Викингов Хальберта и Галена тут не было. Они летели «высшим классом» в кают-компании с капитаном Мекелдоно. Хуже их всех летел тот самый подставленный ей Маок Муав, который, как и она, лишился близкого человека, а потому сильно страдал. Николь могла бы его обрадовать, придать смысл жизни. Ведь у нее был тот самый дата-ключ, который искал Маок, который, как он думал, находился у Фабриана с блондинкой, и ради преследования которых он и хотел угнать «Мула». Николь поступила с ним, как последняя конченная циничная тварь. Она знала, но дышала ровно. Служба в спец-отделе Звездного Патруля сделали ее черствой и холодной к чужим бедам, особенно если со своей болью никто помочь не мог. И все же Маока она со счетов не списывала. Просто придерживала его до поры до времени. Иметь врага там в далекой Туманности ей было ни к чему, но и просто так отдавать дата-ключ, который ей самой еще мог сыграть службу, она не собиралась. Провал с Годриком усугубил ее и без того плохие отношения с Федерацией, но тот самый дата-ключ, а точнее то, что он под собой скрывал, могло все изменить. Николь знала, что Саймон пойдет на многое, если не на всё, чтобы освободить и вернуть своего товарища Брода. Она жалела лишь о том, что не смогла проникнуть внутрь «Спринтера» и убедиться, удостовериться, что искомый и вожделенный для многих груз точно там. Именно неспособность взломать код доступа у простого малого слабозащищенного шаттла, навела ее на однозначную убежденность в том, что там есть что скрывать. Иначе зачем бы было на простом некомфортном «дешевом» сверхмалом шаттле так заморачиваться с кодами безопасности, тем более на собственной приватной стоянке «Зова Вальхаллы».
Николь улыбнулась. Она смогла на время собственными усилиями отогнать тоску и печаль. Ее глаза закрылись, и она отдалась в объятия ускоряющегося разгона корабля до субсветовой.
Глава 2. Удобные козлы отпущения
- Нам выгодно сделать альхонцев психами и фанатиками. Во-первых это сразу же ложиться тенью на Новую Федерацию и их мятежное так называемое революционное правительство. Во-вторых – это больно ударит по ГЛТК и их делам на периферии, в той же Туманности Розетка…
- С ГЛТК нам надо действовать очень аккуратно. За их спиной мощная галактическая медиа-машина.
- Само собой… Мы их поставим в такую позу, что они слова хорошего провещать не смогут ни про «Альхон», ни про Би-Проксиму, не уронив при этом лицо в грязь.
- Такой вариант для нас был бы самым идеальным.
- Я потому и предлагаю атаковать именно суда «звездных маршалов» ГЛТК. Во-первых – мы покажем их слабость защитить даже самих себя, не говоря уже про обеспечение безопасности перелетов через приграничные области.
- Хм… А если ГЛТК справится сам, своими силами?
- Что ж. Значит невелика потеря… Главная цель операции «Бэкдор» все равно будет достигнута. Терра-Нове придется под давлением нависшей угрозы от альхонских фанатиков свернуть свое расследование гибели «Горизонта». Мы со своей стороны в Конвенте максимально сгустим краски в этой ситуации и вынудим их принять-таки нашу редакцию резолюции по «Альхону», пусть и с оговорками.
(Из закрытого обсуждения «Бэкдор» высшим руководством.
Звездный Патруль.
Сектор Ориона)
Призраки прошлого
Не бойся; ибо она предназначена тебе от века, и ты спасешь ее, и она пойдет с тобою, и я знаю, что у тебя будут от нее дети.
(Книга Товит. 6:18)
Детские не по годам серьезные глаза всматривались сквозь дым. Он, едкий и противный, жег их, вызывая боль и слезы. Ему было страшно, но вида не показывал. Сидя внутри мусорного контейнера, не всматриваться он просто не мог, несмотря на резь и слезы. Там впереди среди кучи крошева нано-бетона, разбитых металло-полимерных конструкций все еще доносился лязг и звуки повизгивания работы приводов каких-то механизмов. Он знал каких. Он хорошо ориентировался и примечал, казалось, несущественные детали. Туда, куда всматривались его глаза, вслушивались его уши, туда стремились все взрослые с их района. Туда хотел и он сам в надежде помочь своим отбиться от дронов, если не поздно. Только было поздно. А еще было страшно, очень страшно, но не за себя, а за своих. Именно страх загнал его в контейнер, превратил в сжатый комок нервов, оголенных «сенсоров» глаз и ушей, и заставил замереть, затихнуть, не шевелиться, не двигаться ни рукой, ни ногой.
Для своих 13-и лет парень повидал уже всякое. Слыхал и про «Жнецов», но до сегодняшнего дня вживую не встречал. Громкие разборки кланов и банд для подростков станции «Альхон» были в порядке вещей. Очередной передел имущества между враждующими группировками не заставил себя долго ждать. В «Индастриал 41», откуда он был родом, чужаки нагрянули внезапно, жестко и необычно, не по-альхонски. Все охранные ловушки, и заграждения с сюрпризами оказались прорваны слишком быстро, слишком легко. Люди, застигнутые врасплох, бежали, в чем успели и с чем успели. Тогда-то он и остался один, потому что замешкался, отстал, вернулся, чтобы забрать припрятанный в секрете роторный самострел. Да, он был талантлив во всяких таких «игрушках». Его самоделка стреляла почти из чего угодно, на что воздействовало вихревое магнитное поле. Ему нужно было кровь из носа забрать его из своего секретного места, припрятанного там, чтобы свои же не украли. Он сделал это, пусть и ценой отставания от группы. Когда же нагнал своих, то застал жуткую картину погрома и ту самую стальную резкую, резвую прыгающую овальную тварь с одним круглым глазом-излучателем и 4-мя лапами-лезвиями. Далеко из группы уйти никто не успел. Один дрон-убийца, похоже, возник из кучи мусора прямо на пути группы. Второй такой же выскочил сзади, перегородив, видимо, путь к отходу. Парень увидел все это глазами. Застал на финальной стадии, когда сделать что либо было поздно. Он, успев спрятаться, зарыдал от едкого дыма и какого-то отчаянного бессилия. Дымило что-то сильно среди мусора, испуская едкие плотные клубы, которые закрывали обзор. Иногда в дыму, как минуту назад, появлялся просвет и тогда можно было обозреть всю жуткую картину целиком.
Группа взрослых пыталась оказать сопротивление. Это бросалось в глаза. Но «Жнецы», кого не дорубили, сожгли излучателями. Шансов не было. Засада была злая, расчетливая и исполненная, как по нотам. Все было кончено прямо тут в клубах дыма. Сработал инстинкт самовыживания. Вся энергия ушла не на попытку оказать сопротивление или, скорее даже, отомстить, а на стремительный рывок в сторону мусорного контейнера, пока не заметили. Ему повезло, что тыловой «Жнец», отвлекшись на взрослых, не засек этот маневр. Хотя сенсоры робота не боялись дыма, если это, конечно, не «фогги», и одинаково хорошо ориентировались и в густом тумане и в плотном дыму. Оба дрона, закончив свое кровавое дело и не заметив парня в контейнере, метнулись за кучи мусора и будто исчезли в дыму. Они сами, не желая того, дали ему время на передышку и оценку ситуации. Этих коварных «Жнецов» можно было бить, как и «Каракуртов», как и «Ганранов», только сложнее, изощреннее, прочитав и распознав сначала их выбранный алгоритм. Победить «Жнецов» было для парня даже не вопросом мести за павших товарищей и родственников. Вперед вела единственная дорога, выход к основной центральной магистрали-туннеля станции «Альхон». Парень выжидал и всматривался, смахивая слезы, подмечая детали. Он прекрасно понимал, что нужно обождать, пока дроны угомоняться, выберут себе место для новой засады и закопаются в мусоре. Понимал и то, что его самострел хоть и мощный весьма, но однозарядный, а значит выйти сразу против двух он не сдюжит никак.
Маок, а именно так звали парня, умел стрелять, но ему определённо позарез хотелось заручиться удачей, дабы уложить «Жнеца» одним выстрелом и не попасть под сенсор второго. Свой однозарядный самострел он проверял неоднократно в деле. Тот бил метко и смертельно раскаленной шрапнелью, но лишь на метров 50, не дальше. Дальше разброс был такой, что уложить можно было разве что по случайности. Да и в самом понятии 13-летнего Мао, слово «метко» означало попадание в полутораметровую самодельную мишень из куска металло-полимерной панели от какой мед-капсулы, кресла или кухонного стола. Ведь на ней от попадания все равно не осталось бы ничего целого.
К месту на крыше закрытого ангара сбоку за спиной он примерился окончательно. Важно было рвануть в его сторону сразу после того, как завалит первого гада. Второй «Жнец» без прикрытия туда сходу не сунется, а сам Мао будет видеть его, как на ладони, и сможет выиграть время на перезарядку. Залезть на крышу ангара было делом привычным для цепкого, крепкого, невысокого, но коренастого паренька. Беспокоила лишь затянувшаяся громкая возня одного «Жнеца», который все еще не угомонился в поиске укрытия. Хотя с другой стороны его возня отвлекала на себя и второго дрона, который сидел за крупной и весьма тонкой пластиной металло-полимера всего в каких-то 30-и шагах от мусорного контейнера. Маок для себя все окончательно рассчитал и по больше части просто ждал когда немного рассеется дым. Хотелось еще, конечно, чтобы 2-ой «Жнец» хотя бы немного окопался, чтобы ему было сложнее выпрыгнуть и контратаковать.
Просвет нагрянул вскоре. Маок весь сжался, как пружина, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, медленно головой приоткрыл крышку, навелся на пластину и спустил триггер. Звук разрядившегося цилиндрического суперконденсатора необычно сильно ударил по ушам. Сыграло отражение звука в контейнере. Раскаленная до красна шрапнель буквально разорвала тонкую пластину в 30-и шагах сразу в нескольких местах, поразив то, что было под ней. Раздался хлопок, каскадом брызнула копна ярких искр, вырвалось пламя. До того, как 2-ой дрон среагировал на потерю напарника и возникшую угрозу, Маок уже выпрыгнул с ящика и рванул в сторону ангара. Стена имела выступ, который мог удачно закрыть его от возможной атаки плазмой или бластом. Расчет оправдался. «Жнец» выстрелил в него, но поразил лишь угол стены. Зато он упустил момент попытаться нагнать Маока и срезать своими раскаленными конечностями-косами. Хотя и с этим у него ничего не получилось бы. «Жнец» успел частично вкопаться в груду мусора, а потому использовал единственный шанс поразить парня.
Маок даже не взобрался, а стремительно влетел наверх, используя свои магнито-ухваты с зазубринами. Он их тоже сам сделал. Частенько они наведывались в соседские склады, чтобы почистить их. Лазание по стенам было для него чем-то привычным. Сейчас представился как раз подобный случай. Не было только команды от взрослых. Гибель всех своих все еще не осознавалась им в полной мере, а была где-то там в стороне, словно что-то чужое, не его, пока не его.
С крыши предстал ожидаемо неплохой вид на складские «коробки» и ангары. Только сейчас он смог немного оценить масштаб трагедия на уровне осознания для своих 13-и лет. Соседний дистрикты «Индастриал 42» и «43» были покрыты дымами. Он не мог видеть, что там у них без оптики, но по косвенным признакам понимал, что путь туда заказан. Оттуда доносились вспышки и всполохи. Это как-то все очень не походило на скоротечные разборки между бандами, к которым он успел привыкнуть. Тут даже для его неокрепшего подросткового ума ощущался некий жуткий размах. Казалось конец надвигался для всей станции. Внутренние разборки со сменой власти были на «Альхоне» не редки. Но тут походило на некую тотальную зачистку. Куда только смотрели официальные власти станции! Страх от происходящего прямо витал в воздухе. Применялось слишком много дронов, а они в отличии от людей не знали пощады. Рука машинально запихнула кучу какого-то металлического мусора, которым он успел забить карманы еще сидя в контейнере, прямо в затвор-приемник самострела. Отсортировать его впотьмах да еще и беззвучно он по понятным причинам не смог, а потому теперь всецело полагался на удачу, что содержание тугоплавких элементов окажется в достаточном количестве. Иначе он рисковал очень сильно «рассмешить» второго при встрече «Жнеца», если бы тот был живым. Однако, судя по звукам, дрон не спешил лезть на крышу. Его определенно отвлекло что-то другое.
Маок, прижавшись к крыше и выставив самострел туда, куда мог бы вероятнее всего запрыгнуть к нему «Жнец», внезапно услышал звуки транспорта. Он медленно приподнял голову и заглянул за парапет. В рваных облаках стелящегося серого неравномерного дыма показался силуэт магнито-шаттла. Транспорт не ехал, но крался, словно чужой. Он и был тут чужой, с «43», «44» или даже «45» дистрикта. Его темный силуэт возникал из-под пелены дымов и снова исчезал в клубах. То, что шаттл непременно нарвется на засаду оставшегося «Жнеца», несмотря на свою аккуратность, Мао не сомневался. Он хотел помочь, но не видел, как это сделать. Он и «Жнеца» потерял из виду именно из-за дыма. Подать сигнал означало выдать самого себя и привлечь внимание. А выход с крыши был только один, только к улице, заваленной мусором и горелой техникой. А там скрывался тот самый учуявший запах добычи и затихший «Жнец», который только и ждал момента, чтобы выскочить и атаковать. Зато Маок сквозь просвет увидел, что магнито-шаттл торопился прямо к тому самому тоннелю, основной магистрали, куда и он сам был бы не прочь попасть. В сторону космопорта сразу за разбитой улицей начинался широкий тоннель с развилкой, уходившей еще дальше к окраинам станции, где было гораздо безопаснее хотя бы потому, что там была какая-никакая власть. И «Жнецы» туда не совались, потому что там наверняка оборудован блок-пост с надежной охраной.
Электромагнитную мину-подкатку магнито-шаттл или точнее его водитель не заметил, да и не мог заметить. Она выпрыгнула из-под обломка сразу за поворотом, подпрыгнула, как живая лягушка, подкатилась, примагнитилась к самому днищу и рванула эффектной дрожащей и искрящейся рябью воздуха во все стороны. Особого физического вреда она не причинила, но враз сожгла кристаллидные схемы и контроллеры цепи магнитных отражателей шаттла. Машина перестала скользить над поверхностью, накренилась на пораженный бок, заскрежетала до брызг ярких искр и протаранила стену строения с характерным прямо-таки вопиюще громким грохотом. Путь дальше транспортнику без ремонта был заказан. Открылась, откинулась боковая дверь, и наружу сначала выскочили двое в темных комбинезонах с бластерами наперевес.
- «Стойте! Назад!» - хотел было крикнуть им Маок, но вовремя одумался.
Активировался нейро-обруч на шее, и его «крик» улетел в общий нейро-линк канал. Мао надеялся, что они услышат его там. Вот только он по малолетству и неопытности не учел, что его услышит и «Жнец», ИИ которого всегда, будучи в засаде, слушает общий нейро-канал.
Дрон с огненно-красными разогретыми лезвиями выпрыгнул внезапно из кучи мусора, не сильно далеко от той, где прятался на глазах у Маока. Он с шипением раскаленного металла пролетел около 20-и шагов и ворвался прямо в группу людей, вышедших из шаттла. 2 лапы из 4-х тут же лихо раскрутились подобно юле, выдав жуткий вой рассекающего воздух раскаленного металла. Обе фигуры людей не успела даже крикнуть, как их располовиненные дымящиеся тела распластались у разбитого шаттла. Из нутра транспорта полетели вспышки в дрона. Один из зарядов бластера угодил прямо в лапу с раскаленным лезвием, срубив ее в каскаде искр. «Жнец» снова прыгнул. Его раскаленные вращающиеся лезвия прочертили в искрах и всполохах пламени яркий оранжевый след по крыше магнито-шаттла, кое-где прорезая покрытие слабо бронированной машины насквозь. Из нутра транспортника вырвался плотный едкий серый дым. Оттуда, стреляя из бластеров, выскочили еще 3 фигуры – 2 взрослые и одна детская. Отчего-то Маок обрадовался наличию ребенка на борту шаттла. Вот только помочь никак не мог, потому что задел бы их при атаке. Но, все же, осознание неминуемой трагедии пришло следом и подтолкнуло что-то предпринять. Оба взрослых, согнувшись и кашляя от дыма, попытались отогнать «Жнеца» бластерами, но тот снова ушел из-под огня. Лишь одна вспышка задела его голову с единственным глазом-излучателем и то по касательной. «Жнец» стремительно отскочил к тому самому мусорному контейнеру, где прятался Маок. Это был шанс, его шанс помочь. Он выждал пару секунд, когда «Жнец» выберет некую устойчивую позицию для повторного рывка, высунул оружие и выстрелил. Заряд из непроверенных кусочков мусора подвел его. Шрапнель красочно обдала дрона неким подобием праздничного фейерверка, оставив лишь незначительные царапины на броне. Маок осознал катастрофу слишком поздно. Он лишь успел перебросить тело через парапет, почувствовав, как его спину через легкий самодельный броне-костюм обдал сильный жар плазмы. С крыши дома он в итоге не спрыгнул, а слетел. То, что его залп окажется лишь красочным пшиком, а «Жнец» в момент срисует позицию хотя бы просто по экстренному обращению в открытый нейро-линк, несложно было предсказать. Маок понадеялся на удачу и рухнул прямо на тот самый мусорный контейнер, в котором недавно сам прятался. «Жнец» отвлекся теперь на него. Даже ввалившись в мусорный ящик и лежа ногами к верху, его рука с очередной пригоршню каких-то проводов, кусочков полимера и частиц металла в кулаке воткнула все это в открывшуюся форму, активируя на ходу перезарядку самострела.
Яркие вспышки пробились сквозь дым и ударили едва ли метром выше его положения. Залететь в мусорный бак они не могли, но зато «Жнеца» отвлекли. Маок, закончив перезарядку, вылез снова, не обращая внимания на острую боль в ногах и спине.
Очередная куча раскаленной шрапнели красочно вылетела из его самострела, выбив копну искр от как раз отвернувшегося куда-то в сторону глазка излучателя, отрикошетила от и без того повреждённой головы дрона. На этот раз удача сопутствовала ему. Один из раскаленных кусочков повредил лапу с лезвием, вынудив «Жнеца» с учетом уже поврежденной конечности громко завалиться на бок и испустить дым. Сам Маок так же не смог устоять на ногах, но, застонав от боли, присел, оперившись спиной к контейнеру. Его рука на автомате перезарядила самострел остатками того, что нашлось в запасе.
Снова все заволокло дымом. Наступило внезапное затишье. Однако уже спустя несколько секунд его отвлек чей-то незнакомый голос. Он был тонкий и едва слышный сначала из-за треска начавшегося разгораться магнито-шаттла. Плакала девочка лет 7 или 8 не больше. Ее черные густые волосы словно капюшоном накрыли лицо, и она ревела над бездыханным телом в таком же темном комбинезоне. В живых из группы пассажиров магнито-шаттла она, видимо, осталась одна. Ее правая рука все еще сжимала бластер. Маок теперь увидел девчонку сквозь широкий просвет, очередной раз образовавшийся в дыму. Это она так удачно помогла ему со «Жнецом». Маок, несмотря на боль, попытался встать и подойти к ней. Болела левая нога, но он смог, он доковылял. Девчонка среагировала на звук, приподняла голову, отбросила копну волос и посмотрела на него своими очень выразительными глазами. Бластер она не выпускала из рук, хотя Маок сейчас весь побитый и слегка покалеченный, вряд ли мог бы угрожать ей. Она смотрела на него в упор с некой надеждой. А ему совсем не хотелось ее, надежду, разрушать. Девочка была красива, хотя до этого Маок как-то не обращал внимания на внешнюю привлекательность. Было не до того. Зато теперь возникла странное чувство, что они оба в безопасности. Теперь, когда их взгляды встретились, а на лице самопроизвольно засияли две милые детские улыбки, она напомнила ему чем-то себя самого, такого же одинокого и никому не нужного ребенка на всю огромную обитаемую станцию.
- Забирай свою сестру и уходи к северному тоннелю! – услышал Маок четкий властный, немного низкий и грубый женский голос сзади. – Я дам вам фору в полчаса, но не минутой больше!
Он поднял голову и посмотрел в сторону окрика. Своими руками он все еще гладил и обнимал плачущую девочку, и та определенно успокаивалась под его немного топорными, дёрганными, телячьими нежностями. А оттуда немного издали сквозь очередной просвет на него смотрело сухое бледное натянутое лицо уже немолодой или же выглядящей немолодо женщины. Ее впалые уставшие глаза при этом смотрели куда-то вдаль, как бы сквозь детей. Маока в ее образе поразило нечто необъяснимое. Женщина эта словно возникла тут из ниоткуда, иначе ее шаги Маок непременно услышал бы. Ее черный защитный легкий броне-комбинезон дымился, словно она выскочила из огня, хотя лицо и бесцветные волосы с прядями седины не выглядели опаленными или обгоревшими. Маок посмотрел на ее руки и не заметил совершенно никакого оружия.
- Без ствола вам не справиться с ними, мэм – серьезно и даже немного самоуверенно отозвался Маок, имея в виду других «Жнецов», которые могут услышать их издалека и нагрянуть.
Глаза женщины сфокусировались на нем. Ее правая рука не отрывалась от груди, словно прижимая там нечто, скрывавшееся под комбинезоном.
- А ты не только смелый, но еще и внимательный – окинула она его строгим взглядом.
Маок ничего не сказал, зато его новая подруга та самая девочка, теперь смотрела ему в лицо своими бездонными влажными карими глазами и не отпускала руку, не давая ему отойти ни на шаг.
- Присматривай за ней, парень. Ты для нее теперь все, что у нее есть.
Сказав это, женщина выдавила из себя улыбку, которая больше походила на оскал. Но Маок почему-то не испытывал к ней страха. Женщина определенно владела какой-то силой, потому что двигалась уверенно среди развалин и совершенно не опасалась нападения тех самых дронов. Она стремительно направилась туда, где горели 44-ый и 45-ый дистрикты, туда откуда все остальные стремились убежать.
- Мэм, у вас совсем нету оружия. Возьмите меня с собой, я прикрою вас – попытался Маок, чувствуя в ней некую скрытую силу и уверенность противостоять любой опасности.
Это манило и привлекало одинокого парня к таинственной незнакомке. Она снова отвлеклась на него. Снова была та самая натянутая улыбка на ее усталом лице.
- Не переживай. Я справлюсь, пацан… У тебя теперь есть, о ком заботиться… Идите в северный тоннель. Там безопасно.
Последние фразу женщина бросила уже во время быстрого перемещения среди мусора. Мао, внимательно наблюдая за ней, поразился тому, как она быстро и совершенно бесшумно передвигалась. Казалось ее ноги не касались даже поверхности, а шевелились скорее для вида.
- Вы ж без оружия! Возьмите хотя бы мой самострел! … Я себе еще сделаю.
Однако женщина, удалившись уже на несколько десятков метров, лишь обернулась и все так же улыбнулась ему, очередной раз указав на северный путь к тоннелю.
- Краяда!
Маок проснулся от собственного возгласа. Он бешено крутил открывшимися, возбужденными, горящими глазами, пытаясь понять, где он – там или тут. Пазл сложился, догадка осенила его, а внимательность к деталям сделала свое дело даже спустя годы. Та самая женщина, что он встретил в далеком детстве, была Краядой. А гибель его и Мудис родственников – ее рук дело.
Маок лежал на полу в запертом блоке, а точнее обычном контейнере, переделанном под карцер. Он, проснувшись окончательно, вспомнил все – и что натворил, и как попал сюда. Попытка взять «Мула» под контроль обернулась неудачей из-за предательства. Он понадеялся на ненадежного человека и попался на этом.
- Николь! Мразь продажная!
Маок думал, что заручился ее поддержкой в захвате «Мула». Даже кэп готов был признать за ним руководство, если все выгорит. Но не выгорело. Николь парализовала и сдала Маока головорезам «Зова», а те скрутили его, как плоскодонку, и запихнули в карцер. Маок ощупал себя. «Хорошо, хоть не убили и не поломали!». Несмотря на мимолетную радость, он уже с самого вылета с наёмным отрядом из «Альхона» в Туманность Розетка, не находил себе места. Маок не справился, не защитил, ни уберёг Мудис от неприятностей. Кроме того он впервые за долгое время оказался без своей девочки, и в сознании, и при памяти. Маок уже страдал. Он готовил захват шаттла, выверял детали, время реакции на тревогу, чтоб осуществить задуманное, чтобы отправиться в далекий «Аламах» или даже Йотунхейм, чтобы украсть или добыть с боем тот самый дата-ключ, который ему и не нужен был вовсе. Краяда удерживала в плену Мудис, а ключ этот был условием ее возврата. Маок облажался. Думая, что Николь поможет ему, он получил удар в спину. Он даже взвыл от отчаяния и досады, но вскоре затих, услышав шаги магнитных ботинок за дверью. И хоть они были едва слышные. Маок ощутил слабые колебания металлизированного пола на подушках своих пальцев рук. Это была Николь. Маок отвернулся к стене и сделал вид, что все еще спит.
- Не притворяйся. Я знаю, что ты не спишь. «Зов» знает… Сенсоры всюду.
- Чего тебе, шалава? – грубо буркнул Маок, не поворачиваясь.
- Я тебя спасла от смерти – спокойно произнесла Николь, проведя рукой в перчатке по полимерным нарощенным рейкам-решеткам.
Карцер, где находился Маок, был обычным 3мк3 контейнером, одна стена которого была откинута вниз, а выход наружу преграждался наскоро нарощенными прутьями. Сам контейнер находился в ангаре «Мула» среди других подобных и меньше по размеру грузовых ящиков. Маок лежал на полу все еще зафиксированный магнитными фиксаторами на время разгона и перехода корабля в ВК. Лямки уже были расцеплены, но Маок делал вид, что все еще был ограничен в движении и даже не пытался подняться.
На признание Николь он рассмеялся, но быстро умолк, лишь добавив:
- Ты была предателем, предателем и осталась. Глупо было ожидать от тебя поддержки. Будет мне наука.
- Твой план был обречен с самого начала. «Мул» под «Надзором». Ни я, ни ты, ни кэп не смогли бы его взломать для возможности межзвездных полетов. Это очень сложный для взлома ИИ – перешла Николь на приватный мысленный нейро-канал коммуникации.
- Зачем же ты согласилась, а!? – повернулся к ней и блеснул злобным взглядом Маок.
Она присела возле решетки и оперлась на нее. Маок мог бы попытаться рвануть и схватить ее через преграду. Только в этом же не было никакого смысла. «Мул» летел к Туманности. Маок это понимал по характерной легкой дрожи в полу.
- Потому что мне тоже нужно было попасть в приватный док «Зова» – ответила Николь все так же в мыслях. – А лишившись командирских полномочий, могла рассчитывать только на твой безумный план.
- Значит ты использовала меня… Понятно – уже более спокойно выдал Маок, так же перейдя на нейро-линк.
- И да, и нет… Ты потерял Мудис, но твоя потеря не фатальная. Я потеряла Лоуренса, которого мне уже не вернуть… Я понимаю тебя.
- Это вряд ли… Ты используешь людей в своих целях. Я свою жену люблю больше всего на свете.
Николь кивнула.
- Благодаря случившемуся с тобой я вернула себе право командовать отрядом… Я могу выпустить тебя прямо сейчас, если ты готов вернутся к исполнению контракта. Под мою ответственность.
Маок ухмыльнулся:
- Не боишься случайно получить разряд или шрапнель в спину?
Николь снисходительно посмотрела ему в глаза и покачала головой:
- Нет… Мао, кого ты обманываешь? Ты не будешь стрелять в спину.
- Значит в лицо – не унимался тот.
- Ты будешь охранять меня, как самого дорогого и важного тебе человека, ну после жены, конечно.
Маок рассмеялся. Казалось, Николь сама не понимает, что несет.
- Какая самоуверенность! … Можем проверить – похрустел пальцами Маок.
- У меня есть дата-ключ, Мао… Тот самый – тихо почти шепотом в мыслях пояснила Николь.
- Врешь, сука! – резко поменялся в лице Маок.
Николь медленно покачала головой.
- У меня есть и именно он. Ключ к свободе Мудис… Но я тебе не скажу, где он. Ты получишь его, как только мы вернемся домой – все так же в мыслях пояснила она.
- Я не верю тебе. Ты б сказала об этом еще там на «Альхоне» … Хотя бы намекнула – не унимался Маок голосом.
Он встал и приблизился к решетке. Николь даже не двинулась.
- Мао, я не вру. Дата-ключ у меня… Мне нужна будет твоя помощь, потому что на «Фривинде» нас ждут сюрпризы… Скорее плохие, чем хорошие. Потому лучше держаться вместе…
- Ерунда! … Ты просто ссышь, мелкая! – вырвалось у Маока то ли от злобы, то ли от все того же недоверия.
- Я не буду спорить с тобой на счет миссии… По поводу дата-ключа – все правда – все так же произнесла она ему мысленно.
Маок тоже молчал какое-то время. Ему нужно было выждать немного, успокоиться и переварить услышанное. Это помогло отчасти. Маок все еще не верил ей, а потому мысленно сказал:
- Не убедила ни про опасность, ни про дата-ключ.
Николь улыбнулась. По нейро-линку же она ему добавила:
- Знаю, что тяжело поверить… Но я не собираюсь погибать в Туманности. И, как командир отряда, я знаю немного больше, чем все вы и ты в том числе.
- Даже если так… Даже, если нам готовят неприятные сюрпризы… С чего бы «Зову» с тобой делиться подобным инсайдом? Это же им самим во вред.
- Никто со мной не делился… Я в силу своих навыков и опыта умею читать между строк… Нам надо будет выжить любой ценой. А дата-ключ не только тебе поможет вернуть Мудис. Но и мне еще сослужит службу… На время нахождения в Туманности мы с тобой имеем общую цель, как ни крути. Нам обоим нужно вернуться и как можно скорее.
- Как? … Как ты добыла его? – уже совсем спокойно мысленно уточнил Маок.
- Я тебе этого не скажу, не обижайся. Ты все узнаешь в свое время.
Мысленные слова Николь с одной стороны раздразнили его, с другой – посеяли зерна сомнений. Маок все еще не верил ей, не мог до конца поверить после всего. Он покрутил недовольно головой:
- Снова хитришь… Раз уж вместе так надо больше доверять друг другу. Твой-то кредит доверия уже исчерпан… А тебе больше не на кого опереться, потому что уважение в отряде – ноль, уважения среди наемников «Зова» - столько же.
Николь вздохнула и кивнула. Маок заметил, что она не хотела с ним спорить, видимо вполне понимая, что он прав. Только и причины лгать ему сейчас он тоже не видел. «Или же она снова что-то задумала, а я не в курсе». Маок, будучи в положении уже обманутого, резонно хотел узнать побольше, а потому не готов был соглашаться на ее предложение без колебаний. Николь, очевидно, о чем-то догадалась и решила пресечь его попытки довить «на жалость»:
- Рад, что мы друг друга поняли… Поверь мне, ты больше не пожалеешь, что положился на меня… И помни, ведь вместо парализующего токсина я могла просто убить тебя при попытке угона.
Это вроде бы рациональное и логичное объяснение в голове Маока прозвучала, как некая издевка. Если Николь рассчитывала этой фразой добиться некоторого понимания с его стороны, то просчиталась.
- Это не извиняет твоего предательства. Расскажи ты все это заранее, не было бы никакого угона – недовольно пробурчал Маок, не меняя мысленного канала.
- Значит так было надо.
Николь встала и приготовилась уже оставить его, но услышала реплику Маока, сказанную уже голосом:
- Ты кое-что мне должна вернуть… Надеюсь, воспользовалась с умом.
Николь извлекла из-за пояса грубоватый серебристый шар и, вздохнув, передала ему. Маок принял его, убрал себе за пояс и недовольно посмотрел на металло-полимерные прутья своего заточения. Та намек уловила. Она провела рукой по решетке, и сработала электромагнитная защелка. Маок был свободен. Николь не стала дожидаться его выхода и покинула ангар «Мула» вскоре.
Туман на пути к Туманности
Николь нашла капитана Мекелдоно, возящегося возле релакс-капсулы для неспящих. Было время отбоя, все спали. Она зашла в кают-компанию как раз в тот самый момент, когда кэп ковырялся и вздыхал, не решаясь шагнуть внутрь.
- Не спиться? – спросила его Николь.
Судя по вялой реакции он не сразу заметил что, кто-то зашел внутрь, воспользовавшись приглушенным светом. Однако по голосу Мекелдоно быстро догадался, кто именно. Николь искренне надеялась, что доверие к ней с его стороны осталось на прежнем уровне, даже несмотря на провал с угоном шаттла. Она ни словом ни полусловом не выдала его, что он как-то был причастен к инциденту в приватном доке на «Альхоне».
Капитан Мекелдоно мельком глянул на нее, задержал взгляд, оценил зачем-то и снова переключился на релакс-капсулу.
- Кошмары, чтоб их – пробурчал он, видимо, не желая вдаваться в подробности.
Николь немного знала о проблемах кэпа. Маок упоминал мельком. Нюансов она не знала, но капитан входил в сферу ее жизненно важных интересов. Она имела вполне резонные сомнения по поводу будущего их отряда в Туманности, а потому хорошо бы было заручиться поддержкой того, кто может в случае чего доставить их куда угодно.
- Давай помогу – подошла Николь ближе и подключилась к панели управления, выведя содержимое на небольшой объемный экранчик.
- Я знаю, как ей пользоваться – отмахнулся и вздохнул Мекелдоно. – Только дрянь это все. Полумера.
- А что не полумера? – снова спросила Николь, выдвинувшись под свет от объемного экрана.
Она сделала искренне удивленное лицо. Мекелдоно купился. Он, хоть и отсутствовал в тот злополучный вечер ее позора, но наверняка знал обо всем от других альхонцев или даже от викингов. Хотя какого-то презрения в его глазах она совершенно не видела, что давало повод думать и действовать более открыто и дружелюбно.
- Я не могу спать, потому что в снах ко мне иногда приходит некая тощая жуткая тварь… Она меня прям насквозь знает, а я – ни одной мысли, ни «кто», ни «что» - пояснил весьма витиевато и сбивчиво кэп.
- Ахренеть! Думала, это слухи все, а ты всерьез! … Как же ты там, на «Фривинде»? – она кивнула в сторону релакс капсулы.
Мекелдоно снова задержал взгляд на ней, оценивающе посмотрел, вздохнул и лишь покачал головой.
- На «Фривинде» у меня сложились доверительные отношения с одной… Хм… Неважно, в общем.
Он умолк, не договорив. Николь знала, что в Туманности их ждут некие другие наемники «Зова», наемники-профи, которые сдадут им смену и убудут обратно на «Альхон». Только поинтересоваться, кто именно, у нее как-то не было ни времени, ни желания. Да и смысла большого в знакомстве с «временщиками» она для себя не видела. Сейчас вот призадумалась, но сам Мекелдоно не горел желанием делиться, видимо, чем-то личным. Николь не будь дурой быстро догадалась по оценивающему взгляду кэпа, что за «доверительные отношения» имелись в виду. Она сама сократила дистанцию, приблизившись к кэпу почти вплотную. Ее ладонь коснулась его волос и медленно опустилась на плечо. Она заглянула в глаза Мекелдоно.
- Со мной тоже можно завести доверительные отношения, кэп. Ты не смотри, что мелкая и худая… Я многое умею.
Мекелдоно снисходительно улыбнулся. Однако по лице Николь поняла, что он задумался.
- Наверное, ты хочешь спросить, какой мне резон предлагать тебе подобное? – попыталась предугадать его мысли Николь.
- Хэ-х… Вот с этим, знаешь ли, у меня вопроса нету… Я – опытный капитан, мечта для женщин, тем более живущих на весьма убогих станциях вроде того же «Альхона» … Не в обиду… Вдобавок я еще и гражданин Эдэмии, предел мечтаний если не всех, то многих.
Теперь Николь улыбнулась. На память ей пришел эпизод, где «Тени» использовали Мекелдоно в черную, по сути заставив поучаствовать в операции в качестве мех-вода. Всплыло все то нытье капитана, где он, не в пример как сейчас, принижал свои навыки и достоинства. Она окинула кэпа испытующим взглядом. Тот даже бровью не повел, видимо, решив, что Николь оценивает его озвученный бэкграунд. Ее даже где-то забавляло сопоставлять капитана в прошлом и сейчас.
«Бедолага… Как мы его тогда от-использовали! Небось эта рыжая Бьон до сих пор ему снится… Рассказать бы ему все! … Хотя, нет… Не сейчас. Никогда. Зачем мне это?».
И, все же, кэп был хорош собой – степенный, статный, уверенный. Так себя вели только те, кто чего-то достигли, добились в жизни.
«Гражданин Эдэмии… Хм… Это, конечно, хорошо, чтобы умереть от старости… Не мое!».
Она снова улыбнулась.
- А ты от скромности не умрешь, кэп – она прижалась к нему, воспользовавшись юмором и весьма доверительным тоном разговора.
Мекелдоно ее не оттолкнул, но поинтересовался, все же:
- Хорошо. Поделись секретом.
- Секрета тут нет… Уверена, ты знаешь больше многих тут наемников, даже больше меня. Просто молчишь.
- Ты о чем? – спросил Мекелдоно.
- Я о том, какие у нас у альхонцев перспективы. Ты был там. Знаешь многое.
Мекелдоно вздохнул.
- Я знаю не так много, как тебе кажется. У вас отличные шансы натворить больших и малых дел… Там в Туманности вас ждут профи. Я видел их в деле… Некоторые вещи трудно объяснить. Там технологии очень высокого уровня… Так что ты зря переживаешь.
Мекелдоно не убедил ее, но подбросил пищу для ума. Наступила тишина. Кэп без каких либо стеснений погладил ее, провел руками по талии через черно-красный комбинезон «Зова».
- Ты держись меня… И не только, пока мы летим, но и там… Только там, я тебе оставлю. Я вас всех оставлю… Мне нужно будет вернуться и вернуть наконец свой шаттл… Я уже стар для всех этих подвигов. Меня ждет Эдэмия.
Говорил он сбивчиво и взволнованно. Николь физически ощутила его возбуждение. Оно передавалось через интонацию, взгляд, голос, речь.
- Значит ты доставишь отряд и улетишь со «сменщиками» … И тебя ждет там та, которая получит свой кусочек рая – неудачно пошутила Николь, желая еще более сблизиться.
Мекелдоно рассмеялся. Он ненавязчиво подвел ее к релакс-камере и мягко подтолкнул внутрь.
- Не скажу, что она – прям предел моих мечтаний. Вряд ли я захочу связать с ней свою жизнь… Как, собственно, и она тоже.
- Если ты улетишь сразу же, то к чему твой совет держаться рядом? – переключила его Николь, вынуждая отвлечь от созерцания и касания тела на разговор.
Именно сейчас, когда кэп был настолько возбужден, он мог бы сболтнуть что-нибудь для нее. «Видимо, не в этот раз». Мекелдоно ловко увильнулся:
- Просто держись меня и всё… Перед отлетом я выдам тебе, что знаю и думаю, а ты уже сама решишь, что тебе делать... Хотя «Зову» это определенно не понравится.
Команда в сборе
Красная туманность с весьма необычным и немного смешным названием «Розетка» встречала долгожданных гостей бордовыми облаками космического газообразного местами спокойного, а местами весьма активного и даже активно-светящегося вещества. Гравитационные силы более крупных объектов, скрывающихся в толщах гнали красные «тучи», то наперегонки, то навстречу друг другу образуя те самые загадочно красивые красные вспышки и свечения, которые и подсвечивали всю эту красоту в глубинах космоса.
Маок все это уже видел. Тогда, стоя так же у большого объемного экрана в ангаре в обнимку с любимой женой, это все ощущалось по-другому, более живописно, более романтично что ли. Сейчас Маок интуитивно дернул правой рукой, но поймал лишь пустоту. Другие члены альхонского отряда громко и забористо над чем-то подшучивали. Маок как бы был с ними, но и, в то же время, в стороне. Исчезла куда-то его излишняя шутливость, задиристость, желание поспорить. Все поблекло, несмотря на потрясающую Туманность «за окном».
- Давненько я не бывала в подобных местах – услышал он голос Николь в своем уме.
Она тоже держала дистанцию, но будучи левее его. Как Маок уже хорошо знал, Николь, благодаря предательству, вернула себе должность командира отряда в полном объеме. Ее голое дефиле там на «Альхоне» уже никто не вспоминал. Как по Маоку, так она держалась молодцом. Правды ради он тогда поймал себя на мысли, что окажись в подобной ситуации, например, проиграв какое пари или ставку, то вряд ли смог бы сохранить достоинство лучше. Да и смотреть там, как на женщину, было не на что. Хотя, правды ради, Маок зацепился взглядом за ее правильный рельеф мелких не вздутых даже где-то тощих мышц. Николь определенно следила за формой. Во всяком случае его Мудис была тоже спортивного телосложения, но женственность в ней, все же, преобладала. Маок вздохнул. Мысли снова унеслись на далекий «Альхон», где его ненаглядную Мудис удерживала эта ведьма Краяда.
- Что притих? – снова оторвала его от тяжких дум Николь. – Вернем мы твою женушку. Вот увидишь.
Маок кивнул головой, будто бы восхитился очередным красным протуберанцем, но Николь определенно приняла это на свой счет и даже слегка ухмыльнулась. Возле нее стояли Харольд и Гален, которые даже тут вдали от своей Йоты предпочитали держаться вместе и особняком от остальных.
Вышел в ангар и капитан Мекелдоно. На аккуратном бородатом лице читалось некое снисхождение, мол, ну что вы так уставились на эти красные тучки, вам тут еще с ними не один недельный цикл выживать. Маок грустно улыбнулся. Приятно было осознавать, что он научился считывать мимику кэпа, даже без мысленных комментариев. И все же ему остро не хватало Мудис. Даже соблазнять кэпа на ставки или другой какой гэмблинг совсем не хотелось.
Встречали их на «Фривинде» весьма прохладно. Видимо, тут всякое было с учетом закромов угнанной станции. Плюс, пребывание более 4-х недельных циклов вдали от цивилизации тоже сделало свое дело. Все эти виртуальные развлечения без реальных миссий едва не свели с ума. Как уже знал Маок, Касуми весьма быстро разобралась со «звездным маршалом» и его кораблем, оставив остальных в отряде без «работы». Отряд ее из-за этого, скорее всего, не понял. Маок читал это на лицах «Дофа», Люча и Борессы.
- Альхонцы! Наслышана о вашем характере, смелости, безбашенности… Однако, добра вам тут не желаю! Пока не желаю… Потом посмотрим – начала сумбурно вступительную речь Касуми.
По правую и левую руки от нее стояли уже хорошо знакомые Маоку ветераны – «Доф», Люч и Бора. Казалось, за почти месячный цикл его отсутствия тут ничего особого и не случилось. Только Боресса выглядела огурцом, после тяжелого ранения, полученного еще во время захвата «Фривинда».
- Не надо нас хвалить! Скажи, зачем мы тут, а то от этих викингов ничего путного одни дифирамбы в честь «Зова Вальхаллы»! – полетели комментарии в ее сторону.
Маок молчал и не вторил остальным, потому что он уже знал многое на счет того, что им предстоит делать тут. Вот только с некоторых пор он испытывал острое нежелание и даже брезгливость участвовать во всем этом. Их взгляды с Касуми встретились. Маок прочитал в них некоторое волнение. Возможно он и ошибался, а видел то, что испытывал сам. Только его нервозность была связана с Мудис, а вот что так разволновало Касуми – вопрос.
- Мы тут, чтобы сделать космос чище! Чтобы заявить о себе, что «Альхон» - это не отсталые задворки Галактики, а сила, с которой всем нужно считаться!
- Ха! – полетели возгласы и смешки в ее сторону. – А как же кодекс наемника, которым нам уже все мозги промыли!? Разве мы тут не для выполнения любых приказов «Зова»!?
Касуми держалась уверенно, скрывая невесть откуда взявшуюся нервозность. Маок пристально наблюдал за ней, следил за каждым взглядом, мимикой лица, непроизвольными движениями конечностей. Касуми могла скрывать то, что испытывала внутри очень хорошо. Маок же наконец смог отвлечься от собственного горя на что-то еще.
- «Зов Вальхаллы» получил контракт, который передал вам! Я – этот контракт! Я наслышана про славных альхонских аутлос! Я хочу видеть в своем отряде лучших из лучших! Такие ли вы или я ошиблась!? – перекричала Касуми начавшийся балаган, добавив еще и через нейро-линк в общий канал.
Сначала все затихли, хоть и не сразу, будто услышали нечто такое, что коснулось их сердец.
- Да! – вырвалось у кого-то из Альхонцев. – Ты не ошиблась, детка!
Полетели и другие возгласы в ее сторону. Касуми определенно справилась, совладала с толпой, восхитила и захватила внимание альхонцев. Чего греха таить, Маок и сам ощутил то самое легкое покалывание где-то в груди. И хоть он знал, что Касуми умеет красиво говорить, но не более того, все равно повелся, уж больно она приятно звучала.
- Космос – это грязь! Сектанты Софокры крадут людей, колонистов, путешествующих и увозят их к себе в рабство. ГЛТК и их «звездные маршалы» крышуют и собирают дань! Космо-флот Альянса летают сюда за запретными удовольствиями, а не ради закона и порядка! Звездный Патруль трусливо закрывает глаза на все это вопиющее безобразие! … Мы тут, чтобы положить этому конец! Туманность Розетка отныне под надежной охраной, и никакая сволочь, никакой урод не пролетит тут больше!
Касуми умолкла и окинула взглядом всех прибывших. Маок заметил, что наемники с Йоты стояли в тени за спинами альхонцев и ни на что не реагировали. То, что провозглашала Касуми могло идти в разрез с их кодексом. Ведь она вливала в уши и умы альхонцев некоторые ценности, придавала их наемничеству тут некое идеологическое основание. А кодекс «Зова» признавал только одно основание и оно не билось с тем, что вещала Касуми. Тем временем ее вбросы снова нашли отклик в сердцах альхонцев.
- Да! Альхон – сила! – звучали выкрики от новоприбывших.
- «Альхон» - это станция с давней историей и традицией межзвездных полетов! Альхонцы в прошлом не раз приходили на помощь попавшим в беду, когда Патруль не мог или не хотел! … Мы тут с вами, чтобы вернуть величие «Альхона»! Готовы ли вы встать на защиту порядка на вверенных вам просторах Галактики!?
- Да!!! – вопил в экстазе маленький, но очень гордый альхонский отряд, который едва прошел боевое слаживание на симуляциях во время перелета. – Альхон – сила!
Маок отвлекся на тех, кто стоял возле Касуми. Они откровенно скучали. Огненная речь Касуми на них не действовала, больше не действовала. Техн «Доф» все это время тоже посматривал на Маока своими искусственными глазами-цилиндрами. Их взгляды встретились.
- Чего грустим!? Где красотка Мудис!? Не уж то она тебя бросила!? Правильно сделала! – навалился на него в мыслях весьма грубо и с нескрываемым смешком рыжеволосый техн.
Маок отмахнулся и не стал вдаваться в детали. Вопрошавшему, похоже, так же было, в общем-то, все равно, а потому больше его колупать он не стал, помня видимо грубоватый юмор альхонца. Зато внимательного к мелочам Маока привлекло то, что прошло незаметно для остальных, что затерялось в братаниях альхонцев и улыбках викингов из Йоты. Две особы из отряда, две «командирши» - старая и новая, сдающая смену и заступающая, обе как белое и черное, как противоположности, зыркали друг на друга, но делали это как бы невзначай, как бы случайно. Пока первая вещала и призывала, вторая стояла в тени остальных из отряда и недоверчиво стреляла глазами на нее из подо лба. Маок теперь только заметил, обратил внимание, как изменилось лицо Николь, как она недовольно и даже где-то злобно реагировала на все дифирамбы в сторону «Альхона» от Касуми, будто знала ее давно и весьма неплохо. Удивила Маока немало и их некоторая похожесть. Только сейчас он поймал себе на весьма очевидной мысли, что обе пусть и мелкие ростом, весьма похожи по комплекции и повадкам, словно из одного теста слепленные. Загадка была разгадана быстро. Маок вспомнил прошлое и одной, и второй. Обе были из Звездного Патруля и обе, похоже, имели отношение к некоему спец-отряду. Его слегка напрягло то, что он слишком уж доверился Николь с этим дата-ключом. Именно сейчас он вспомнил, как она кинула его, подставила, унизила в глазах остальных альхонцев отряда, и к нему снова вернулось недоверие.
- «Дата-ключ… Я его украду… Не впервой!» - решил он в сердцах сам для себя. – «Доверия у меня к уродам, хоть бывшим, хоть не бывшим из Патруля, нет и быть не может. Тем более после всего пережитого».
Пламенная речь Касуми закончилась общими овациями и криками одобрения в ее адрес. Касуми снова добилась своего, как и тогда при штурме «Фривинда». Теперь альхонцы будут с потом и кровью доказывать, что они те самые. А после Касуми будет их ругать и отчитывать, что они – неорганизованное сборище сорвиголов. После команды «вольно» Маок неспешно, как бы невзначай, подался назад. Он заметил капитана Мекелдоно, который, похоже, вообще находил некое веселие от всех этих идеологических промывок и обработок. Он определенно хотел с кем-то поделиться и нашел собеседника как раз в лице Маока:
- У меня прям дежавю… На моих глазах эмиссары мятежной Федерации точно также ездили по ушам альхонцев каких-то 3 – 4 месячных цикла тому назад… Скажи, почему альхонцы так легко ведутся на дешевую пропаганду?
Маок, будучи в мыслях далеко от данной темы, ответил первое, что пришло на ум:
- Ну, наверное, потому что все люди такие… Ну, или большинство… Приятно же слышать о своих предках, об их силе, смелости, порядочности… Мы невольно ассоциируем их с собой.
- Мао, только не говори, что и ты купился на все это – улыбнулся кэп.
Маок покрутил головой, думая над ответом. Кэп заметил его замешательство и рассмеялся:
- Мать моя! Это ж просто слова! Их можно залить в уши любому, просто заменив слово «Альхон» на другое!
Маок не стал с ним спорить. Он решил со своей стороны тоже подколоть капитана, только сделать это тактичнее. Он обратился к Мекелдоно мысленно:
- А ты у нас, кэп, значит, такой весь морально и идеологически устойчивый, да? … И как она, альхонка, тебе на вкус? Горячая?
Улыбка сошла с лица Мекелдоно. Маок по выражению лица догадался, что тот понял, о чем или о ком он. Быстрого ответа не последовало. Однако Маок был настойчив:
- Как тебе Николь в постели? Мозги не выносит? А то она умеет… Может обратно к Касуми податься, пока не поздно?
Мекелдоно даже немного покраснел.
- Завидуй молча… Я не виноват в том, что ты свое счастье пролюбил! – отозвался наконец Мекелдоно.
- Ладно, кэп, я ж не в обиду… Мы альхонцы такие. Мозги промыты пропагандой, но за себя постоять можем – снизил градус противостояния сам Маок.
Тот кивнул.
– Надеюсь, ты примиряешься со мной так быстро ради очередной интересной ставки?
Теперь кивнул Маок.
- Угу… Есть такое дело. Я в долгу не останусь.
Забросив удочку, он помолчал немного, собираясь с мыслями и подбирая нужные слова. Его особая манера начинать грубовато, как ни странно, всегда приносила успех. Он как-то интуитивно чувствовал, что собеседник скорее отзовется на эмоцию, чем на обычный вопрос. В этот раз тоже все именно так и вышло.
- У Николь есть кое-что, что ей не принадлежит… Я бы хотел добыть это.
- Забудь… Я не занимаюсь кражами, тем более у тех, с кем сплю – сразу выдал, как отрезал, Мекелдоно. – И тебе не советую. Прикрывать не буду… Гэмблинг – это одно, а кража, да еще и у своего командира – это уже слишком!
- Ты ничего не понял, кэп… У нее дата-ключ от той самой капсулы, что нужна Краяде.
- Звучит, как бред… С чего ты взял?
- Она сама сказала.
- Раз сказала, так сам у нее и выпроси.
- Не дает… Мне без этого дата-ключа Мудис не вернуть. Ты ж знаешь.
Мекелдоно ничего не ответил, а Маок продолжил давить:
- Ты ж понимаешь, что она не та, за кого себя выдает.
- Это я и без тебя понял уже. Хватило ее реакции на знакомство с Касуми… Похожи они знают друг друга давно, даже слишком.
- О! Ты тоже заметил, что они будто волчицы из враждующих стай! – обрадовался в мыслях Маок.
Мекелдоно определенно не разделял этой его радости. Оно и было понятно. Ведь, по сути, кэп из-за своего влечения к женщинам сейчас оказался как бы между Сциллой и Харибдой. Тут бы было впору побеспокоиться, как это все разрулить, чем радоваться.
- Заметил… Только не вижу в этом ничего веселого. Как бы мне не потерять обеих и не заиметь проблем на свою кучерявую голову – пожаловался кэп.
- Ты ж знал, на что шел, когда подкатывал к Николь. Чего теперь ноешь? – все еще веселился Маок.
- Я не ною! Подкатывала она сама… Вошла в мое положение – пояснил кэп.
- Ага… Ну так теперь у тебя будет прием релаксирующих процедур по расписанию. По четным – Николь, а по нечетным – Касуми! – совсем разошелся Маок. – Как минимум, пока не улетите.
Мекелдоно молчал и, видимо, совсем не разделял его веселья.
- В этом и проблема… Мне обе они не нужны ни сегодня, ни завтра… Но после Николь, на Касуми даже смотреть не могу. А улетать мне именно с ней.
- Альхонки они такие! – многозначительно протянул Маок.
На память снова пришла собственная Мудис, которой мелкая командирша отряда, по его мнению, даже в подметки не годилась.
- Хорошо, кэп… Я тебе помогу с Касуми, а ты мне с Николь.
- Рассмешил… И как ты мне поможешь?
- Это не твоя забота… Я тебе помогу даже не сомневайся… Только мне нужно еще кое-что.
Маок направился следом за остальными из отряда, чтобы посмотреть жилые блоки, продолжая разговор с Мекелдоно, который остался в доке возле примагниченного «Мула».
- Что еще?
- Мне нужно, чтобы ты дал знать, когда назначат отлет.
- Зачем тебе это? Ты ж тут на всю смену.
- Нет… Я передумал… Мне нужно добыть дата-ключ, вернуться на «Альхон» первым же рейсом и спасти Мудис.
- Ты кодекс наемников «Зова Вальхаллы» хорошо изучил? Сомневаюсь… Только загубишь свою жизнь. Они ведь тебя и в черной дыре достанут, а уж на «Альхоне» и подавно.
- Не твоя забота, кэп… Сделаем дело и разбежимся. Ты – в свою Эдэмию, я – на «Альхоне».
- Хм… Как знаешь.
Встреча бывалых
Угрозы от старого «доброго» товарища по оружию Касуми Николь ощутила сразу же, как ступила на борт станции «Фривинд». Она настолько погрузилась в свои проблемы и их решения, что не удосужилась проверить «смежников». Руководство «Зова», вообще, не вводила в курс дела на счет тех, кто уже был на станции. Поговорить об этом с Маоком или капитаном нормально она так и не смогла. Только сейчас закрались некоторые сомнения на счет смежников. Почему их имена и позывные держались в тени и не раскрывались «Зовом» до прибытия, вызывали некоторые подозрения и наводили на недобрые предчувствия. Масло в огонь подкинула та самая Касуми, точнее даже не она сама, но ее присутствие тут на захваченной станции. Она знала очень много о ней, слишком много. Она знала даже больше, чем выяснил Брод в свое время. Все ее планы на скорое примирение с Саймоном за счет добычи того самого курсантика, которого она в свое время так успешно предала, повисли на тонком волоске по имени «Касуми».
- «Почему она здесь!? Какие у нее цели!? Кто ей руководит!?».
Мысленное общение у них не задалось с самого начала. Обе нагрубили друг другу, вспомнив старые обиды. Разговор с глазу на глаз теперь был жизненно необходим и напрашивался сам собой.
Касуми внезапно удивила тем, что первой запросила встречу в пункте управления во время общего отбоя. Была как раз «ночь» ее дежурства. Будучи неспящей она всегда дежурила и всегда следила за системами станции во время отдыха остальных и в том числе имела доступ к гипер-связи «Квантлинк». Никто не мог воспользоваться системами глобальной коммуникации без ее ведома. Николь согласилась на встречу, хотя кожей ощущала угрозу с ее стороны для себя.
Касуми ее ждала, сидя в кресле-ковше пункта управления. Она не развернулась в сторону легкого едва слышного звука открытия двери, потому что, несомненно, и так все видела через сенсорику системы безопасности.
- Почему ты здесь? – сразу спросила она Николь, буквально сняв тот же самый вопрос с ее языка.
- Дебильный вопрос! … У меня контракт с «Зовом». Я командир подразделения альхонцев – отмахнулась Николь, не удержавшись, чтобы не кольнуть Касуми, принизив ее умственные способности.
Хотя она прекрасно знала, что та – великолепный спец по части техники и инженерии в отряде «Призраки». В то время, как сама Николь была лишь пара-медиком «Теней». Не то, чтобы она принижала себя, но в спец-подразделениях в большей степени ценились именно технари и опытные операторы тяжелых типов оружия и систем. Это, кстати, было одним из раздражающих факторов, основой ее презрения к другим из собственного отряда. Николь никогда не была в числе любимчиков командования, а потому и рост по карьере ей был фактически заказан. После альхонских событий отношение к Николь совсем испортилось. Она потеряла уважения после того, как будто бы неспециально вскрыла позицию «Призраков», подвергнув их внезапной атаке со стороны ударного звена элитных экспедиционных сил Федерации. Тот погром на «Альхоне» сделал ее изгоем, чужим среди своих. И хоть явного предательства с ее стороны так и не обнаружили, но никто ни из «Теней», ни из «Призраков» даже не сомневался, что она все подстроила. Группа мех-доспехов «Охотников» Федерации накрыла «Призраков» мощным массированным залпом ракет. Именно тогда тот спец-отряд почти перестал существовать. Касуми выжила, но едва не погиб командир «Мгла». Ее, тоже «неспящую», замедлителями погрузили в кому, чтобы вылечить после эвакуации. Николь сейчас смотрела в глаза бывшего когда-то товарища по оружию и видела там презрение. Касуми определенно считала, что та оплошность была не случайной. Николь это тоже знала, но играть против своих же, против альхонцев и их союзников не смогла. Тогда ее быстро изолировали и отстранили от миссии, но по прибытия на базу Звездного Патруля она подала на увольнение. Доказать ее причастность к гибели «Призраков» так и не смогли, а потому отпустили. Вот теперь одна из тех, кто знал все и не верил официально версии, сидела напротив и сжигала ее своими «косыми» карими неспящими глазами.
- Дебилизмом было сунуться в «Зов» с твоей стороны, тварь! … Ты тут не нужна! … Я обязательно доложу о твоей склонности к предательству, чтобы исключить в дальнейшем даже малейший шанс на провал.
Николь нервно хохотнула. Она нисколько не смутилась подобному наезду, потому что шла на встречу не с пустыми руками. У нее тоже было кое-что, свой туз в рукаве. Николь не смогла сдержать ехидную улыбку, когда плюхнулась в соседнее ковш-кресло.
- Посмотрим на это с другой стороны, косоглазая! … Я – альхонка. Связи с Патрулем разорвала… Подписала контракт с «Зовом Вальхаллы», потому что я у них на хорошем счету. Я доказала свою преданность! … А вот ты… Хм
- Что!? – тут же возмутилась Касуми.
- А то! … У тебя ж служба. Ты ж спец-отряд Звездного Патруля… А значит всё, что тут происходит, все диверсии и нарушения Конвенции, всё с их согласия…
Касуми лишь громко рассмеялась, перебив ее. Возможно, этот неудачный выпад со стороны Николь разрядил напряженность. Только это был не конец.
- Если альхонцы узнают, что они в темную работают на Патруль, то тебя с говном съедят!
Лицо Касуми тут же изменилось с веселого на бледно-испуганное. Ее глаза забегали в неуверенности. Николь заметила, как сжались руки в кулаках, и как та прижала их к бедрам ног, чтобы не дать волю. «Что!? Страшно!? Всему плану кранты будет, да!? Хорошо, суки, устроились за счет альхонцев!». Однако все эти симптомы быстро сошли на нет. Николь знала причину, знала хорошо, как и когда в дело включается симбионт, чтобы успокоить и нивелировать стресс собеседницы. Какое-то время обе просто сидели, молчали и изучающе смотрели в глаза друг дружке.
- А мне известно про твою секретную работу на «Линкера» … Так что одним миром мазаны – внезапно уже совсем спокойно выдала Касуми.
Пришла очередь испугаться уже самой Николь. Но для нее это был пройденный этап. Только вот волею судеб именно вот такие нелицеприятные прошлые страницы ее биографии доставляли больше всего проблем в жизни. Николь испытала схожее волнение и испуг. Ее червь-симбионт так же вмешался и взял стресс под контроль.
- Это дело прошлое и давно минулое – попыталась отмахнуться Николь.
Касуми улыбнулась. Ее так же сложно было провести такими вот манипуляциями. Николь это понимала, но попытка – не пытка.
- Это ты своим братьям-альхонцем будешь потом доказывать… Я тебя сдам. Даже не сомневайся… Мне скоро улетать, а тебе тут еще служить… На благо Звездного Патруля… Ха-ха-ха! Как тебе такой поворот, а!?
Запас тузов в рукаве иссяк. Крыть стало нечем. Однако Николь упорно рылась в памяти в надежде притащить за уши еще хоть что-нибудь. Вот только Касуми ее опередила:
- А и нет больше спец-подразделения! СОП всё! Распустили! … Ты отстала от жизни! … Я теперь вне закона!
- Кому же ты служишь? – совсем растерянно спросила Николь, вспомнив внезапно слова «Линкера» о роспуске спец-отдела.
Ситуация теперь совсем вывернулась не тем местом, которое ожидала Николь. Касуми улыбалась. Затянувшееся молчание выдавало Николь, ее провал в переговорах, с потрохами. Можно было еще импровизировать, чем она и пыталась заниматься прямо сейчас, но Касуми снова была первее.
- Я служу тому, кто сотрудничает с «Зовом» …
Запнувшись Касуми встала с места и неспешно подошла ко все еще вжатой в кресло сидящей Николь. Она наклонилась над ней и сказала негромко прямо в лицо:
- Я тебе никогда не прощу гибель девчат, но нынешняя миссия дороже личных обид и амбиций… Так что живи, тварь… Пока живи… Если решишь запороть все дело, я сделаю так, что тебя свои же в клочья порвут… После моего отлета можешь петь что угодно. А пока мы тут в одной лодке, ты в моем подчинении.
- Я - командир отряда! - попыталась привстать Николь, поняв, что сейчас ее сломанную просто дожимают.
- Э нет… Ты в праве командовать тут только после моего отбытия! Так что засунь свое эго куда подальше и молись, чтобы я не передумала!
Николь резко встала и оттолкнула ее. Касуми не возражала и специально чуть отстранилась, давая той пространство для маневра. Николь не собиралась вступать в драку, которая могла лишь навредить ей самой, но и находиться тут она больше для себя смысла не видела. Они обе оказались в ситуации древней земной притчи о змеи и черепахи, оказавшихся в воде: или змея укусит, или черепаха скинет. Оставалось лишь уповать на то, что Касуми совершит какую оплошность или ошибку. Закрались и сомнения на счет всей этой миссии. «Не захочет ли она сдать, заложить весь мой отряд!?».
- Мне нужен обратный билет на «Альхон» - внезапно выдала Николь прямо у выхода, при этом даже не обернувшись в сторону садившейся на свое место Касуми.
- В доках есть «Заря» сектантов… Возможно будет еще трофей… Можешь бежать хоть сама, хоть с отрядом.
- «Заря» сектантов – это приговор при первой же встрече со Звездным Патрулем.
Касуми снова рассмеялась.
- «Чара», ты дура! Ты дура, когда подписалась на этот контракт с «Зовом»! Очевидно же что викинги никогда и никому не прощают унижения. Альхонцы унизили их.
- Мы вырвемся и отомстим! – прошипела Николь, едва сдерживая приступ ярости не без помощи симбионта.
- Ага-ага… Конечно-конечно… Неужто не заметила, что «Зов» завез на «Альхон» своих с Йоты? А Хальберт с Галеном? Типа инструкторы? Ага-ага! Тупеешь, Ники… Я бы на твоем месте бежала без оглядки куда подальше. Лучше сразу на Би-Проксиму. Хотя, вроде как, по слухам, тебя там тоже ждет аннигиляция… Да уж, незавидное положеньице, согласись.
Николь вышла, не чувствуя ног. Вдогонку ей все еще доносился резкий и неприятный смех. Разговор ни к чему не привел, но хотя бы она окончательно поняла, что их всех ждет на «Фривинде». Вдобавок, она неплохо знала Касуми. Пока власть на станции у той, она непременно захочет устроить какую-нибудь провокацию, показательную порку, просто даже ради мести. Ситуация для Николь рисовалась совсем скверная.
Разговор Маока с Касуми
Маоку не пришлось искать причину поговорить с Касуми. Она сама его позвала. И тема сразу стала понятна.
- Что случилось у вас? Где твоя Мудис? – спросила «Ангел».
Маок как-то сразу понял, что эти ее вопросы были плохо прикрытым предлогом для чего-то еще, чего-то более важного. Все знали уже, что Мудис совершила диверсию на одного «уважаемого» человека «Альхона» за что и поплатилась. Маок в итоге сам решил помочь ей перейти к более важной теме:
- А ты, как я понял, знакома с нашим новым командиром, да?
Касуми сохраняла бледное выражение лица, которое для обычного незнакомого с ней или невнимательного человека ничего бы не сказало, но только не для Маока.
- С чего ты решил? – попыталась уклониться она.
- Ой… Вы обе как будто из одного теста… Похожие повадки, манеры, реакции… Николь просто немного более импульсивная и темпераментная, потому что альхонка… Вы даже по комплекции будто какие-то непохожие клоны что ли.
- Ну допустим так все и есть… Мы обе из спец-отдела Патруля… Не пойму, как и зачем «Зов» нанял ее.
- Ты об этом со мной хотела поговорить? – уточнил Маок, ухмыльнувшись.
- Что было между ней и кэпом? – добавила уже через силу Касуми. – Почему он избегает меня?
Маок почувствовал холод в ее глазах. В этот самый момент он точно не хотел бы быть на месте Николь.
- Что было, что было… Кэп у нас человек зависимый. Ему нужна ласка, близость и внимание. Ты далеко, а Николь близко... Дальше продолжать?
- Сука! – прошипела Касуми, но сделала это сдержанно так, что Маок и не расслышал бы, если бы не готов был услышать нечто подобное от нее.
- Она сама пришла в «Зов», и ее взяли сразу на командную должность… Наверное, как и тебя когда-то… У Николь есть хорошие связи, знакомства.
- Фабриан – снова выдавила из себя Касуми. – Он ведь тоже альхонец.
Маок кивнул.
- Но ты же меня не только для этого позвала на разговор, а?
Касуми смолчала, думая будто о чем-то своем. Ее бледное лицо превратилось в маску. Она смотрела куда-то поверх его лица, совсем не моргая. Маок, пользуясь паузой, решил чуть более сгустить краски:
- Вы из одного спецназа Патруля. Вместе ломали судьбы, творили темные дела… Должны были сдружиться, не?
Касуми перевела взгляд на него. Маок поежился. Он прекрасно помнил, что «Ангел» может совершать чудесные вещи, которые слабо поддаются его воображению.
- Могу я положиться на тебя? – внезапно спросила она его, так и не ответив на вопрос.
Маок снова кивнул, но и добавил:
- Я думаю, что если кому тебе и довериться на счет Николь, то только мне… Тут никто не знает ее лучше, чем я. И тут никто не имеет на нее зуб, как я.
Касуми не отрывала от него своего пронзительного суженного немного раскосого взгляда. Маок не торопился и ждал комментария от нее с подробностями дела. Он дождался.
- Николь тайно работает на Патруль – огорошила внезапным откровением Касуми.
Такого поворота он точно не ожидал. В чем в чем, а обвинить Николь в тайном служении Патрулю, он ни за что не смог бы. Маок не поверил. Настолько это выглядело фантастически и невероятно. Николь отличалась неумеренным честолюбием, жаждой управлять и командовать. Ему казалось, что ее могли бы использовать в темную, либо шантажировать.
- А ты не придумываешь? – зачем-то уточнил он. – Звучит как-то слишком фантастично.
Касуми не дрогнула ни одним мускулом на лице. Ее выражение оставалось все тем же бледным и холодным.
- Николь несет угрозу всему альхонскому отряду… Ее нужно будет убрать.
- Зачем? Сдадим ее викингам… Тем более у нее есть кое-что, что ей не принадлежит… Забрать бы заодно – ушел в размышления Маок.
- Придумай, как ликвидировать ее – снова холодно и безапелляционно выдала Касуми.
«Э, не… Не так все просто, ангел мой». Маок ухмыльнулся.
- Идти на убийство? Альхонца? … Не… Это слишком.
- Что ты хочешь взамен? – не отступала Касуми.
- Далась она тебе? Ты улетишь, а она тут останется руководить отрядом.
- Она все испортит! Она всегда все портит! – прошипела Касуми.
Цвет ее лица изменился. Теперь он покрылся пунцовыми пятнами гнева. Она определённо чего-то боялась, но раскрываться не торопилась.
- Может сама? – попробовал Маок с другой стороны.
- Сама не могу… «Зов» меня сожрет. У них на нее планы… Это точно не вариант. Мне нельзя.
Маок пожал плечами. «Ага. Чужими руками хочешь ее убрать. Понятно. В случае чего мне же и разгребать. А убийство командира по кодексу викингов – это конец. Вот только это может стать моим шансом на скорый возврат, да еще и с дата-ключом!». В итоге он, все же, смолчал, не выдал никак своих мыслей и ничего не ответил ей. Маок решил просто набить себе цену.
Касуми же внезапно буто просияла:
- Николь не знает, что у меня есть!
Она запнулась и погрустнела. Эти ее эмоциональные перепады начинали напрягать Маока.
- И все равно слишком велик риск запороть все – выдохнула Касуми, будто вела беседу сама с собой.
Она снова посмотрела на него, только уже явно вопросительно. Маок считал этот немой вопрос, будто сканер, и замотал головой:
- Не. Не соглашусь. Не проси.
- Что ты хочешь? – не унималась косоглазая.
Маок видел некий скрытый страх в ее глазах. Почему-то Касуми боялась Николь. Вспомнил он и про волшебство проникновения сквозь стены «Ангелом».
- Ты же можешь как-то так… свись, - филигранно махнул Маок рукой, уподобляя ее эдакой волне, - Через стены.
Касуми не отводила глаз от Маока, прям с интересом наблюдая за его пассами. Похоже было, что она пыталась понять, насколько глубоко Маок догадывался. Однако не успел он сам для себя ответить на этот вопрос, как Касуми его сбила с мысли:
- Не все так просто… Есть серьезная опасность для меня. Это сложно объяснить… Просто помоги мне, а я помогу тебе. Проси, что хочешь.
Этот ее тон и готовность почти на все весьма понравились Маоку. Настала его очередь ставить условия.
- Забери меня обратно на «Альхон». Я должен быть на станции и как можно скорее.
- Это из-за Мудис? – сразу догадалась Касуми.
Маок кивнул и добавил:
- Когда я разберусь с Николь и добуду ключ, мне нужно покинуть «Фривинд».
Касуми поморщилась и покачала головой.
- С этим у тебя будет большая проблема… Обратно полетят «Доф», Люч, Бора и… Викинги… Тебя смогу включить, только если сделаешь дело.
- Вся эта миссия тут в Туманности, – переключился внезапно Маок, почувствовав некое прямо таки осязаемое доверие между ними, - для нас билет в один конец, да?
Касуми, если и немного растерялась, то виду не подала. Маок скорее почувствовал это, уловил через мимолетную заминку. Хотя всё, конечно, могло бы быть лишь плодом его воображения.
- Легкой прогулки не обещаю… Да ты и сам видел, знаешь… Все в ваших руках… Может, затрофеете межзвёздный шаттл – спокойным голосом пояснила Касуми. – Ну и есть же «Заря» сектантов.
- Э, не! – отмахнулся Маок. – В этой братской могиле я не полечу ни за какие креды! Смерти моей хочешь?
Касуми молчала, будто решая для себя что-то. Она хотела было сказать, но сама себя удержала. Маок видел это по ее едва заметным телодвижениям, мимике. Он не торопил ее. За предательство и подставу он по альхонским понятиям имел право убить Николь. Хотя ее должность вносила в это предприятие определенные сложности.
- Николь нельзя просто убить, понимаешь? Она – командир отряда, пусть и не сильно уважаемый. «Зов» тебя самого аннигилирует за нее – зашла Касуми чуть с другой стороны.
Такая забота с ее стороны пришлась ему по душе. Маок нашелся быстро. Подобные хитросплетения на Альхоне были если не нормой, то частенько попадались на пути. Он сразу выдал возникшую идею:
- Можно же ее подставить. Убить случайно во время боя.
- Это сложно и рискованно – перебила его Касуми.
- Может тогда организовать бунт? У Николь дурная слава на «Альхоне» … Ей подчиняются, как командиру, но не сильно уважают за прошлые грехи.
- Бунт – это хорошо! Бунт – это то что нужно! … Внезапное нападение на викингов! – оживилась Касуми. – Вина падет на нее, как на командира! Нам нужно будет лишь подогнать детали…
Она запнулась, посмотрела на Маока и выдавила улыбку:
- А ты хорош! … Не даром за тобой присматривала такая жгучая красотка как Мудис.
- Сомневалась? – ухмыльнулся Маок, решив для себя, что это именно тот его шанс, чтобы все осуществить.
Правды ради бунта он не хотел. Его было легко осуществить, но очень тяжело проконтролировать. Да и других альхонцев, ребят из отряда, он подставлять и губить не хотел. В итоге, подумав немного, он и сам осознал опасность этой идеи, а потому решил оставить себе окно возможностей.
- Я, как ее зам, всегда рядом, всегда прикрываю… Я могу ведь где-то замешкаться, где-то отстать, где-то упустить из виду – начал он издалека.
Радостная улыбка на лице Касуми от идеи с бунтом быстро улетучилась. Она молчала и думала. Хотя Маоку показалось, что она скорее ожидала от него новых идей в качестве альтернативы.
- Николь – это тебе не простая альхонка. Она даже голой и безоружной сможет за себя постоять… - начала она и снова умолкла.
Маок тоже молчал и думал. Он не спешил больше бросаться идеями, понимая, что в результате всего этого и ему надо как-то выстоять и вернуться на «Альхон». Несчастный случай или случайный инцидент был бы в данном случае, наверное, самым лучшим исходом.
- Продолжай – выдавила Касуми уже совсем без радости.
- В качестве плана «Б», если бунт не пройдет, или возникнет риск, можно было бы устроить случайный френдли-фаер. Я всегда подле нее, а значит она в горячке боя может неудачно подставиться под огонь, а у меня и оружие весьма для этого располагающее – спрэдган.
Касуми одобрительно покивала. Такой же радости, как и от бунта, на ее лице не было, но Маоку это даже нравилось. Гибла только Николь. Он получал оправдание, выговор за халатность, возможно разрыв контракта и обратный билет на «Альхон». По кодексу «Зова», с которым Маок уже успел немного ознакомиться, подобное ЧП исключало его повышение на должность вместо погибшего командира, потому что в таком случае прослеживался бы его интерес или холодный расчет. Кодекс «Зова» исключал подобное заранее и этим самым играл как раз на руку Маоку с его идеей досадного инцидента.
- Хорошо… Это тоже подходит – подытожила она, кивнув головой.
- Сначала мне нужно добыть… Выкрасть у нее дата-ключ – пояснил Маок и добавил сразу, видя одобрение со стороны Касуми: - Плюс, гарантии.
- Я помогу тебе технически. А гарантия – мое слово.
Маок усмехнулся:
- Такая себе гарантия.
Вот только на лице Касуми даже мускул не дрогнул. Она ровно и прямо смотрела ему в глаза и не моргала. Маоку стало неловко за свое недоверие. И, все же, это были всего лишь слова, неподкреплённые ничем. Касуми как будто догадалась, о чем переживал Маок.
- Мы уже вместе прошли через многое… Я разное обещала и еще никогда не подводила… У тебя нету причины мне не доверять – попыталась она его убедить.
Маок покрутил головой. Он рисковал всем, а Касуми – ничем.
- Я даю тебе слово, Маок, что ты улетишь на «Альхон» с нами первым же рейсом, если правильно выполнишь задуманное.
Маок вздохнул и попытался выудить для себя хоть что-то:
- Почему Николь? Почему так важно тебе ее убрать?
- Я тебе уже сказала. Она представляет опасность для миссии.
- Расскажи об этом «Зову».
- Есть вещи, которые «Зов» не может и не должен знать.
- Расскажи мне.
Касуми ухмыльнулась:
- Не в обиду… Тебе тем более знать не положено… Если ты хочешь вернуться на «Альхон» как можно скорее, то я – твой единственный шанс.
Покидал мостик «Фривинда» Маок в очень смешанных чувствах с тяжестью в груди, будто он уже совершил задуманное, хотя это было пока лишь в планах. Он понудил себя вспомнить и переживать больше о Мудис, у необходимости ее вернуть, освободить из плена как можно скорее. Это помогло настроиться на нужный лад, облегчить тяжесть в сердце, но увы, лишь совсем на короткое время.
Двойная игра
Боль. Невыносимая боль утраты пронизывала сердце, сбивала с мыслей, вынуждала отвлекаться снова и снова. «Мудис! Как ты там!?». Крик исходил из глубины сердца и терялся в бездонной пустоте сознания. Маок винил себя во всем, что с ним случилось, что с ней случилось. Он корил и ненавидел себя, что был так беспечен, что связался с Краядой, хотя знал же, что от нее надо держаться как можно дальше.
- «Мудис, детка моя!» - повторял в сердцах Маок снова и снова, будто она могла его слышать за тысячи световых от «Альхона».
Боль не отпускала. Он едва сдерживал себя, чтоб не сорваться и не перестрелять тут всех ради вожделенного шаттла и возможности вернуться обратно.
- «Успокойся, Маок» - успокаивал он сам себя. – «Дыши ровно. Думай… Ты это умеешь».
Маок думал. Он прокручивал в уме все, что ему довелось пережить тут на «Фривинде». Маок знал таких людей, как Касуми. Та была инженером и потому немного повернутой на всех этих гаджетах, системах, модулях и других железках. Она чем-то напоминала ему его самого, но с куда более скромными знаниями и размахом. Только Касуми была злее и коварнее. Он не мог объяснить сам себе почему, но был уверен, даже не сомневался, что она его не подведет, если он исполнит все, что они задумали против Николь, но исполнит грамотно и аккуратно. Иначе же именно Касуми будет первой, кто обвинит его во всех смертных грехах и отыграется за провал. Риск был очень велик, как и соблазн. Маок, будучи игро-зависимым, был привычен к подобным головоломкам, требующим холодных расчётов. Ему даже казалось, что он снова делал ставку. «Вот только чтобы ставка сыграла, нужно знать базу». А потому впереди его ждал тайный разговор с Николь. Скорее всего Касуми следила за ним, потому что до конца не доверяла. Он и сам бы до конца никому не доверял, тем более той, кто источала холод и плевать хотела на них с Мудис еще тогда во время штурма.
Он вышел на мысленный контакт с Николь в столовке за общим приемом пищи, чтобы не привлекать внимание. Заметил он и Касуми, евшей за столиком вместе с викингами. Маок специально демонстративно сел за стол Николь по праву заместителя. И даже перекинулся общими фразами для вида. В мыслях же он начал совсем другой разговор:
- Косоглазая хочет твоей смерти. Желательно позорной.
Он хотел еще добавить, чтобы Николь не подавала вида, что общается с ним в мыслях, но та, будучи с опытом в подобных коммуникациях, сама догадалась.
- Ясен-красен… Даже не сомневалась… А ты? С чего вдруг такое ко мне благорасположение?
- Ну, мы ж вроде команда, не? – наигранно разоткровенничался Маок, заглатывая приличный кусок еду, подобно человеку, который хочет побыстрее закончить с приемом пищи и убраться по своим делам.
Тем более впереди их ждал тренировочный выход и показательное взаимодействие в виртуальном бою. Уже было известно о первой намеченной цели для новоиспеченного отряда. Хотелось не ударить лицом в грязь, хоть это были всего лишь интерактивные нейро-симуляции.
- Чего молчишь? – бросил в мыслях Маок, запивая очередной кусок пищи, почти не прожевывая. – Я скоро закончу есть, потом даже в мыслях нормально поговорить не сможем. Стены тут на станции толстенные и не удивлюсь, если в коридорах сенсоры от Касуми.
- Все может быть… Я не спец в железе… Не знаю, что тебе сказать, Мао. Я в дерьме… У меня на нее ничего нет.
- Тогда дело дрянь… Скажу лишь, что если я облажаюсь, то она тебя сама прикончит и так, что охранная система станции даже не поперхнется – снова закинул удочку Маок, выдумывая кое-что прямо на ходу.
Николь ответила в мыслях даже слишком быстро.
- А вот это, пожалуй, вряд ли… Нас учили в одной спец-школе, и все возможные приемчики я более-менее знаю не хуже ее. Плюс, у нее свои козыри, а у меня свои… Она знает, что за моей спиной руководство «Зова». Кодекс наемника… Нет, Мао, она будет пытаться убить меня чужими руками.
Николь, посылая все это в мыслях, даже мускулом не повела, но лишь злобно зыркала на Касуми, спокойно и неспешно дожевывая кусок завтрака. Маок примечал все это, но делал вид, что просто поглощал завтрак в надежде скорее уйти. Со стороны вообще могло показаться, что эти двое просто сидят за одним столом и поедают пищу, даже не обращая внимание друг на друга. Маок сразу понял, что подобное тоже может вызвать подозрение, а потому спецом переключился на мысленный канал с Касуми и бросил ей то, что они с Николь планируют работать парой на миссиях, так что будет шанс ее подставить. Касуми, вроде бы, даже купилась и согласилась. Маок мог бы передать все это Николь, но внезапно до него дошло то, что сказала та про «козыри», и он не сдержался и едва не подавился. Маок даже специально пихнул последний кусок, не проглотив предыдущий, чтобы его давящий кашель был похож на естественную и физиологическую реакцию организма.
- Какой козырь? … У нее костюмчик есть особый! Она сквозь стены ходить умеет! – выдал Маок через нейро-линк, пока откашливался.
Николь замерла на мгновение, но тут же спохватилась, придвинулась и похлопала Маока по спине. Его кашель только что помог ей окончательно не впасть в ступор от услышанного. Маок заметил это сразу же и был рад, что Николь не растерялась и подыграла ему. Теперь все это со стороны должно было выглядеть вполне естественно, и пара любопытных «косых» глаз в теории не должна ничего заподозрить.
- Ты уверен в том, что сказал? – уточнила Николь, каким-то не своим весьма напряженным мысленным голосом.
- Так же как и то, что мы тут с тобой играем хреново разученную пьесу и на нас пялятся уже наверное все в столовой.
- Это важная информация, Мао! Очень важная! – прозвучала в уме Николь прямо совсем угрожающе.
- Не благодари… Скажи лучше, что теперь думаешь делать? – поинтересовался он.
- Думаю попросить у тебя визуализатор – тут же отозвалась она.
- Меняю на дата-ключ – не растерялся Маок.
- Не смешно… Ты и так его получишь в свое время – парировала альхонка.
Маок знал, что так просто у него этот обмен не выйдет, но попробовать стоило бы в любом случае.
Еда на его тарелке закончилась, напиток – тоже. Он осмотрелся, сделал еще несколько демонстративных откашливающих движений, и закончил этот скоротечный мысленный диалог:
- Хорошо… С тебя инжектор с этой дрянью.
- Зачем тебе?
- Так. Что бы было… Кто знает, где оно мне поможет.
- Лады – согласилась Николь.
- А теперь – расходимся... Увидимся на симуляции.
Маок, окончательно откашлявшись и демонстративно поблагодарив Николь за хлопки по спине, встал и вышел вон с каюты.
Странная цель
Станция «Фривинда» осуществила очередную передислокацию на несколько световых, оставаясь все там же в огромной почти бесконечной Туманности Розетка. Огромная 3.5-километровая туша полого внутри цилиндра заработала, как единый механизм, расправляя накопители, подобно многочисленным крыльям неких гигантских механических насекомых. Станция ощетинилась ими превратившись в некое подобие ежа ли дикобраза, только с короткими «иголками».
Альхонский отряд в увеличенном временно составе собирался вместе для очередного брифинга. Касуми, будучи до своего отлета все еще основным вдохновителем и координатором, свела их всех в просторной кают-компании и объявила, что есть вводные на новую цель.
- Это момент истины для вас, птенцы! Как справитесь, так и будет! … Цель не сложная! … Из открытой базы корабль имеет регистрацию одного из миров Альянса с сомнительной репутацией, а значит, вероятнее всего, принадлежит контрабандистам из Софокры… Очень скоро он появится тут.
Она запнулась и всмотрелась в лица альхонцев, сложив руки за спину. Ее взгляд на мгновение задержался на Николь и проскользил дальше.
- Планируем заманить внутрь или разобраться в космосе? – вмешался Маок, вынуждая Касуми вернуться к подробностям.
- Нет… Никаких разборок в космосе! … Корабль не должен послать сигнал о помощи! … Он прилетит сюда к нам сам. Ваша задача устроить образцово показательный штурм звездолета.
- И все? – кто-то уточнил.
- Да… Но учтите. Экипаж судна не должен ничего заподозрить… Они тут гости… Важно не дать им возможность послать сигнал СОС в квантовый эфир, иначе это вынудит нас начать очередную процедуру передислокации.
Долго искомый корабль ждать не пришлось. Им оказался скоростной малогабаритный грузовой «Одиссей». До прибытия шаттла было время, но отряд уже расположился в ангаре, разбирая и проверяя оружие. Несмотря на все виртуальные слаживания реальная миссия всегда несла свои особые нюансы. Маок знал это, а потому спокойно проверял свой спрэдган, пояс с гранатами и ранец с ПУ. Тяжелую роторную винтовку он снова, как и в тот раз еще с Мудис, решил не брать. Она с низким темпом стрельбы мало подходила для ограниченных локаций, которые представлял собой тот самый «Одиссей».
Там в космосе ему навстречу уже вылетел космо-катер «Акведук», чтобы организовать мнимое приветствие и препроводить в ангар, который уже был специально приготовлен для приема гостей. Альхонцы-инженеры не без участия Касуми озаботились экранированием и магнито-отражениями, чтобы сбить работу антенны гипер-связи на тот случай, если что-то пойдет не так. Грамотно расставленные контейнеры так же гарантировали перекрёстный огонь. А выделенная штурм группа во главе с Маоком и Николь должна была ворваться внутрь и устроить добивание всех, кто останется на шаттле и окажет сопротивление. План был прост, отработан в виртуальных условиях и не представлял собой ничего особенного.
Когда настало время стыковки, магнитная «рельса» захватила своим полем обтекаемый подобный куску древнего мыла фюзеляж «Одиссея» и неспешно поволокла его на посадку в отведенное место.
- «Какой же он мелкий! Метров 60 где-то, если не меньше! Сколько там охрана? 2 с половиной дрона?» - пронеслось в уме Маока. – «Нужно ли столько альхонцев, чтобы уложить парочку роботов?».
Он переглянулся с Николь и поделился с ней своим подозрением. На что получил исчерпывающий ответ:
- Не суди по размеру, Мао.
«Одиссей» удивил. О чем его капитан переговаривался с ИИ «Фривинда» и по совместительству с Касуми, Маок не знал, но из откинутой рампы вышла сразу 4 «Ганрана» с легкими бластерами на поясе. Никакого другого оружия не было, как не вышло больше ни одного из живых членов экипажа.
Все 4 дрона не успели пройти и 30-и метров, как упали одновременно сраженные росчерками излучателей и яркими бластами, не успев даже положить свою металло-костлявые ладони на энерго-пояса с оружием. «Слишком подозрительно легко! Где подвох!?». Маок почувствовал себя не в своей тарелке. Все это было как-то не так, как-то неправильно, походило даже на какую-то засаду. Его взгляд все время ловил какие-то несоответствия, пока он по приказу Николь не поднялся и не рванул внутрь. Следом за ними на штурм пошли еще 2 альхонца и 2 «Ганрана» свиты.
- Не геройствуй… Пропусти «Чару» вперед и держись за дронами… Там впереди в засаде 2 «Гарда» … Пусть они попробует решить наш вопрос с ней – вышла на мысленную связь с ним Касуми.
- Откуда ты знаешь? Просканировала? - догадался Маок, но на автомате переспросил.
Ответа не последовало. Он отстал немного с группой прикрытия, но затем, вспомнив про дата-ключ, внезапно передумал. Потерять предмет вместе с Николь ему очень не хотелось. Он резко прибавил ход, нырнув внутрь шлюзовой шаттла по трапу следом за ней. Маок не учел того, что Николь не вчера родилась, а потому не собиралась лезть в петлю без прикрытия. Он налетел на нее и сбил с ног. Оба упали на пол и, сгруппировавшись, прокатились через плечо. Маок, будучи рядом немного сзади и сбоку, не дал ей полностью встать на ноги и сильно пихнул ногой в бедро, оттолкнув к стене как раз вовремя. Николь уперлась руками в преграду, прижавшись и сохранив равновесие, как яркий голубой мерцающий луч в каскадах искр прожег борозду вдоль пути, вонзившись в появившегося в проходе «Ганрана» свиты.
- «Картер», твою мать! Какого хеля! – выругалась она на Маока, обратившись к нему по позывному через нейро-линк.
Он не стал отвечать, а метнул ЭМИ-гранату и выдал залп из спрэдгана. Расстояние в 20 метров до возникшего прямо из ниши в полу «Гарда» позволяло ему. Николь уже и сама, ощутив жар на спине от пульсирующего луча, обо всем догадалась. Сейчас ее позиция оказалась самой удачной. Небольшой выступ в коридоре шлюзового отсека стал отличным, хоть и не долгим укрытием. Маок раскаленной шрапнелью заткнул «Гарда», а взорвавшаяся прямо под ним ЭМИ-граната не дала резко захлопнуть створки. Николь тоже прицелилась и выстрелила из роторного пистолета филигранно угодив раскаленным вольфрамовым стержнем точно в щель. Что-то громко хлопнуло. Из нутра шарообразного 1.5-тонного дрона вырвалось пламя. Его сенсоры потухли, а шляпка скривилась. Туша робота ухнула о пол с метровой высоты, заставив вздрогнуть всех заскочивших внутрь. Нейтрализовать первого «Гарда» они успели как раз вовремя. Появившийся следом второй дрон вывалился из потолочной ниши и гулко хлопнул о пол рядом с поверженным напарником. Магнитные отражатели сгладили удар. Дрон раздвинул полусферы и блеснул пульсирующим лазером, метя в Маока. Тот вовремя отвернулся, подставив спину и разомкнув магнитные крепежи на спине и плечах. Он успел лишь махнуть взбирающимся следом альхонцам, чтобы сдали назад, ожидая, что сейчас вот-вот рванет его ранец полный ракет и мин. Однако детонации не произошло. Ярко-голубой луч лишь едва коснулся ранца, как тут же затих. Зато Николь, оказавшись у тяжелого дрона-шара во фланге, использовала свое преимущество, завесив ему на нижнюю полусферу термо-ударную мину-липучку. Бабахнуло знатно. Дрона подбросило, как мяч, и приложило о потолок с такой силой, что желтоватое освещение коридора моргнуло, потухло, вспыхнуло и перешло в аварийный красный режим.
Маок быстро, в свою очередь, получив фору, перекрутился через свой ранец, вскинул спрэдган и разрядил его 4 раза. Раскаленная шрапнель таки угодила сквозь щель дрона, который не успел ее схлопнуть, пытаясь восстановить равновесие. Тяжелый шар объялся искрами и дымом. Туша дрона громко и раскатисто рухнула на пол. «Гард», слегка деформировавшись и заискрившись пуще прежнего, пыхнул яркой вспышкой пламени и затих. Оба дрона легли почти на одной линии, частично перегородив проход. Отряд обошелся потерей «Ганрана» и двинулся дальше.
«Одиссей» оказался пустым, совсем пустым. Судном управлял ИИ, который просто самоликвидировался, когда понял, что охрана нейтрализована полностью. Маок, да и не только он и остальные тоже, не могли поверить, что малый грузовоз прилетел сюда к новому месту «Фривинда» для якобы отдыха и заправки совершенно без живого экипажа.
Маок закончил осмотр и вскрыл один из контейнеров без приказа Николь. То, что он там обнаружил, напомнило ему «Зарю» и ее содержимое при штурме «Фривинда», только Касуми не было рядом, чтобы успокоить. Контейнер был наполнен телами людей пропитанными какой-то тошнотворной субстанцией. Их было там так много, что после открытия они вывалились наружу некой бесформенной человеческой массой голых искалеченных тел. Маок едва успел отскочить назад, чтобы не попасть под скоротечную лавину трупов.
- Что за дрянь! Какого хеля! – выругался он в общий нейро-эфир, привлекши сразу внимание к грузу остальных из штурм-группы.
Однако внятного ответа он так и не получил. Альхонцы подходили к контейнерам, заглядывали, отворачивались и отходили сразу же.
Маок переключился на Касуми:
- Ты ж сканировала «Одиссея». Почему не сказала, что там одни трупы?
- Живые там или мертвые хель пойми! … Сканнер «Акведука» говно… Определить, где кто в столь малом пространстве самого шаттла, сложно – отбрехалась вполне уверенным тоном «Ангел».
Маок умолк на время. Вмешалась Николь:
- И что нам со всем этим добром делать, а?
- Все контейнеры с телами извлечь из Одиссея» и затащить внутрь в ангар – объявила Касуми.
- Уверена? Мы что могильник тут разводим? – огрызнулась Николь.
- Она уверена! – грозно осек ее голос Хальберт, встрявший в их разговор в открытом нейро-канале. – Приказы не обсуждают, а выполняют!
Затем наступила кратковременная тишина, пока тот же голос Хальберта только еще более резко не спросил:
- Кто, хель вас на лево, отдал приказ открывать контейнеры!?
В эфире снова воцарилась тишина. Маок посмотрел на подошедшую к вскрытому контейнеру Николь. Их взгляды встретились. Маок молчал. Похоже, ему после того первого прокола с угоном теперь грозило более серьезное наказание вплоть до ликвидации, как ненадежного. Николь же рисковала не меньше. Настал момент истины.
- Моя вина, «Хал». Я должна была убедиться, что внутри ящиков нас не ждет очередная засада – объявила Николь, кивнув головой Маоку.
- Какая к хелю засада!? Я же все просканировала! – тут же влезла в нейро-эфир Касуми, которая явно попробовала «добить лежачего».
Теперь уже решил вмешаться и сам Маок, хоть и понимал, что тем самым он рискует дискредитировать свой сговор с Касуми. Вот только и Николь была важна именно, как доверяющая ему всецело. Тем более сейчас, когда она могла легко сдать его, но не сделала этого. Маок был сам виноват в совершенной глупости, а потому решил в итоге не отмалчиваться в стороне. Он обратился к Касуми в открытом нейро-эфире:
- Ты ж сказала, что сканнеры говно. Что ничего неясно… Вот я и влез… То есть выполнил разумный приказ командира.
Главное во всем этом прикрытии было как можно быстрее съехать с темы, потому что, начни викинги докапываться по записям, был ли приказ или нет, то вся эта игра накрылась бы разом. Ситуацию спас едва слышный гул еще одного дрона охраны «Ганрана», который выскочил прямо из мостика, полоснув «Чару» излучателем. Ей чудом повезло оказаться полу боком к нему. Яркий голубой луч полоснул по плечу, в каскаде искр оплавив и слизав всю броню. Николь вскрикнула, перекатилась через здоровое плечо и выстрелила в ответ из роторного пистолета. Первый стержень с визгом и брызгами искр вонзился ему в бедро. Луч лазера охранного дрона дрогнул и скользнул мимо цели. Это спасло Николь от более опасного ранения. Маок включился как раз вовремя, не целясь разрядив спрэдган в тело дрона и отбросив его назад. «Ганран» заискрился, задымился, задергал руками и ногами, крякнул и замер, перегородив вход в каюту управления. Николь, несмотря на боль от ранения, которую уже нейтрализовывал симбионт, встала на ноги и отступила назад под прикрытием других из отряда. Шаттл был зачищен, хоть и не без потерь.
Кража
Вместо мед-центра «Фривинда», куда ее определила Касуми, Николь расположилась в релакс-капсуле у кэпа на «Муле». Маок понимал, что ни в какой мед-центр она не ляжет просто хотя бы потому, что не будет там чувствовать себя в безопасности все от той же Касуми. Николь и не нуждалась в «госпитализации». Плевое хоть и глубокое ранение в плечо с учетом особенности гибрида само зажило бы даже быстрее.
О том, что Николь вместо мед-центра перебралась на «Мула», Маок узнал от кэпа, который, видимо, следуя договоренности или же просто из-за мужской солидарности, сообщил ему. Маок уже и не ждал, а шанс совершить задуманное таки предоставился. Он был готов и не только морально. Обманка из пластины списанного растрескавшегося кристаллида грела собственный внутренний нагрудный карман и по размеру подходила вполне. Маок больше не хотел переживать за здоровье и цельность Николь из-за дата-ключа, а потому решительно настроился незаметно изъять у нее и подменить на муляж.
Не теряя время, Маок весьма быстро достиг искомого ангара, тихо и неспешно вошел на мостик шаттла Мекелдоно по открытому трапу, минуя карго-отсек. ИИ «Астра» впустил его легко и без лишних допросов, как знакомого или того, кого кэп разрешил пустить заблаговременно.
Маок, войдя внутрь тихо, как мышь, осмотрелся. Приглушенный свет способствовал незаметности. Вокруг было тихо и спокойно. Маок никого не заметил, пока не перевел взгляд в сторону релакс-капсулы. Там через дополнительную подсветку внутри наблюдалось движение. Он распознал силуэт невысокого обнаженного тела внутри. Это была Николь. Понятное дело, она была там не одна, а с кэпом. Маок прислушался. Оттуда доносились едва различимые сквозь прикрытую полупрозрачную крышку ритмичные телодвижения и как будто бы даже стоны. Маок осмотрелся по сторонам возле релакс-капсулы и заметил два комбинезона. Он пригнулся, проследовал тихо вперед, подобрал меньшей из двух, ориентируясь скорее на запах, чем на размер, и присел сбоку. Его тело скрылось почти полностью за крупной капсулой управления, что была по центру каюты. Он принялся ощупывать плотную полимерную ткань в поисках дата-ключа, нашел его и аккуратно извлек. В нос ударил такой знакомый запах жженого полимера и женского пота. Тут было подмешано что-то еще, что очень сильно напомнило Маоку о его Мудис. Он замешкался. Самодельный муляж не захотел сразу ложиться во внутренний карман костюма Николь. Маок даже немного растерялся. Нахлынули воспоминания их с Мудис близости. Процесс у кэпа с Николь, судя по всему, еще не добрался до апогея, а потому сейчас был самый подходящий момент закончить дело с подменой и свалить. Умом Маок это понимал, но медлил.
Отъехавшая с характерным тихим шипением дверь на мостик в раз его отрезвила, привела в чувства. Появился риск попасться. Маок машинально метнул комбинезон обратно вдоль пола туда, где он лежал, так и не подменив дата-ключ. Он мысленно выругался сам на себя за несобранность и медлительность. Вошедшей оказалась Касуми. Ее взгляд сразу упал на самую светлую часть каюты, на релакс-капсулу. Она быстро все поняла, несмотря на приглушенный свет, и громко объявила о себе, включив несознанку:
- Что, вашу мать, тут такое!? Кэп ты – сраный кабель! Это моя релакс-капсула!
Гнев и злобу Касуми можно было понять, хоть и сложно описать. Ответа из капсулы сразу не последовало. Зато там резко притихли. Движения прекратились. Крышка релакс-капсулы мягко отошла вверх и наружу. Оттуда совершенно не смущаясь вышла голая Николь. Она хотела было подобрать свой комбинезон у ног, но внезапно ее взгляд встретился с глазами застывшего, замершего и почти не дышавшего Маока, сидевшего у стены с пригнутой головой и скрытого от глаз Касуми капсулой управления, что по центру каюты. Маок испугался, что Николь выдаст его с потрохами, но она не сделала этого и, не медля, даже не задерживаясь на нем, перевела взгляд на гостью. У него же лишь мысленно кое-что уточнила:
- За ключом пришел? Не веришь мне? … Я – твой ключ домой!
И, все же, Николь перед тем, как натянуть одежу на голое тело, провела рукой по боковой плотной складке внутри комбинезона и успокоилась, убедившись, видимо, в наличии на своем месте столь важной вещицы. Касуми же не стала дожидаться, пока Николь оденется и покинет «Мула». Она развернулась и ушла сама. Из капсулы появился голый Мекелдоно, который, заметив Маока, от неожиданности вскрикнул, но скорее не на виновника, а на собственный ИИ:
- Астра! Какого черта тут проходной двор!?
Маок знал, что кэп сейчас тоже немного импровизировал, а потому не волновался.
- Я решила, что все ваши друзья, как и Маок, не нуждаются в верификации – спокойно пояснила «Астра».
- Можно же было хотя бы сообщить мне! – не отступал разгневанный Мекелдоно.
- Вы были очень заняты с гостьей, капитан. Я решила вас не беспокоить – все тем же спокойным приятным женским голосом объяснила «Астра».
На это Мекелдоно лишь хлопнул себя по лицу. Зато Маок и Николь немного повеселились.
- Веселый у тебя ИИ, кэп! – нерадостно хохотнул Маок.
Ему пришлось сделать хорошую мину при плохой игре, ведь шанс на подмену он упустил.
- А ты, я вижу, оставшись без женушки, решил теперь подглядывать, да? – парировал кэп.
Они оба поняли друг друга без лишних слов, как будто старые добрые друзья.
- Маок, пришел за кое-чем другим – внезапно сбила все веселие Николь.
Тот ничего не сказал в ответ. Радовало то, что он не попался на краже. Его ум уже продумывал новую попытку осуществить задуманное, но в другой раз. Решив, что находиться тут более нет смысла, Маок встал и хотел было уйти, но Николь его остановила:
- Погоди, Мао… Касуми очень опасна. То, что она нас застала вместе с кэпом, это плохо… Зато она не заметила тут тебя, это хорошо… Ты ведь сейчас с ней заодно, да?
Маок повернулся. Растерянность на ее лице прямо читалась. На последнем вопросе она посмотрела на него пристально. Маок остановился на пол пути, призадумавшись. В какой-то момент ему даже показалось, что Николь все поняла, прочитала его замысел, догадалась, что он не оставит попыток добыть дата-ключ.
- Я знаю, что заодно… Нас с Касуми и другими в одной спец-школе учили. Я знаю, как она мыслит. Она знает, как мыслю я.
Внезапно испуганно вмешался Мекелдоно:
- Вот она сейчас оденет свой фантастический костюмчик и в ярости ворвется сюда сквозь стену! Тогда никому из нас не поздоровится!
Николь бросила беглый взгляд на кэпа и снова вернулась к незваному гостю.
- Мао, мы с тобой альхонцы. Ты ж знаешь, что я тебя не предам.
Маок ухмыльнулся. Сейчас после всего произошедшего эти слова из ее уст звучали, как издевка. Ему мимолетно в приступе нахлынувших чувств захотелось плюнуть ей в лицо и отнять дата-ключ силой. Он сделал вдох-выдох и успокоился. Решение остаться созрело само собой. Тем более, и Мекелдоно, и Николь - оба уже были одеты и сидели за выдвижным столиком у другой стены. Маок к ним присоединился, усевшись напротив.
- Кэп, ты про стены серьезно? – попробовал выразить сомнение он, хотя и сам давно догадывался.
- Более чем! – эмоционально выдал тот, ни чуточку не сомневаясь в своих словах.
- Это хорошо, что ты, Мао, с ней заодно… Что она так думает – перебила их Николь. – Нам нужно как-то следить за ней.
Она совершенно проигнорировала «нытье» капитана, будто знала, куда больше, и потому не волновалась.
- Легко сказать – снова усмехнулся Маок.
Однако его совершенно внезапно озарила одна необычная идея. Тем более он и сам подумывал о чем-то похожем.
- Я пообещал ей устроить бунт в отряде и подставить тебя, как командира. А если не выйдет, подвести тебя под излучатели охранных дронов из засады.
Теперь уже эмоционально среагировала Николь, хлопнув себя по лбу:
- Хель! Так вот почему ты отстал от меня там внутри «Одиссея»!
Маок кивнул и весьма резким тоном добавил:
- Касуми считает, что ты – предатель. Что ты все еще сотрудничаешь с Патрулем. Угробишь нас всех… Какие у меня причины ей не верить, а? … Она меня не предавала!
Николь нервно хохотнула, словно сейчас только что прозвучала просто несусветная чушь. Маок не настолько хорошо знал особенности ее характера и, все же, засомневался в искренности, но вида не подал. Ему показалось, что идея следить за обеими и в нужный момент выбрать правильную сторону – неплохая сама по себе. Если за Николь присматривать было легко в силу его обязанностей замкомандира в отряде, то вот за Касуми – еще предстояло что-то эдакое придумать.
- Не веришь мне? … Попроси Касуми изготовить жучка, чтобы подбросить и следить – внезапно выдала Николь, то ли серьезно, то ли в шутку
Маок лишь лениво махнул рукой, не поняв намека сразу:
- Не. Вряд ли она захочет.
- Захочет. Следить за мной она точно захочет.
Внезапно мысль о слежке заиграла в голове Маока чуть другими красками. Он озвучил свою идею:
- Может его самой Касуми подбросить?
- Именно! – внезапно оживилась Николь, перебив его. – Она клюнет! Особенно после сегодняшнего инцидента! … Попроси ее сделать муляж дата-ключа в виде жучка! Она сделает тебе такой прибор для слежки, что сама не отследит, понимаешь!?
- С чего бы вдруг ей так стараться? – неуверенно среагировал Маок.
- А с того, что она прекрасно знает, как я умею, как мы все из спец-отдела умеем определять слежку и прослушку… Поэтому-то она постарается! Даже не сомневайся!
Мекелдоно слушал их со стороны и тоже включился в разговор:
- Зачем ей такие сложности? Оденет свой волшебный костюм и достанет тебя в любое время цикла… Она же неспящая!
Николь повернулась к нему, похлопала по плечу и улыбнулась:
- Этот костюмчик, кэп, не такой безобидный… От него знаешь какой отходняк потом. Тем более у неспящей… И, вообще, она сильно облажалась, раз вы узнали об этом. Если у нее появится легкий и удобный способ, шанс следить за мной, то она им непременно воспользуется. Я б точно не упустила. Значит и она.
- Ну, если так – умно затянулся Мекелдоно и покосился на Маока.
Тот кивнул головой.
Глава 3. Как это работает
- Глупо же упускать шанс с оружием! Если рубиновый пульсар попал в руки тупых альхонцев, значит надо этим пользоваться.
- Применение его в неопытных руках – большой риск. Вдобавок, утечка технологии.
- Да. Риск… Чтобы его минимизировать, мы внедрим своих военспецов, которые проконтролируют процесс правильного применения, а потом утилизируют от греха подальше.
- Нет. Звездный Патруль сюда вмешивать нельзя ни в каком виде, иначе все пойдет прахом.
- Никто не говорит о прямом вмешательстве наших спецов. У нас большой процент беглых, так называемых «артефактов». Мы можем выбрать из них наиболее толковых и подключить под это дело, например через «Квика». С доставкой крупных партий оружия подобное прокатывало же.
- Хм… Со своим «Квиком» тут ты прямо в тему… Только жаль разбрасываться такими ценными кадрами. Они ведь могут потом снова пригодиться.
- А кто говорит «разбрасываться»? Мы организуем своевременный выход нашим, чтобы не подставлять их под удар вместе с альхонцами… Люди ж опытные, смышленые. Сами увидят, что «Квик» о них печется. Доверие и преданность возрастут.
- Под это дело хорошо бы нам заложить устойчивый фундамент, основу. Наши офицеры, даже бывшие – люди идейные. Одними кредами не совладать. Нужна новая мораль, некое новое видение светлого будущего.
- Над этим тоже поработаем.
(Из закрытого обсуждения «Бэкдор» высшим руководством.
Звездный Патруль.
Сектор Ориона)
Наглядный инцидент
120-тысячетонный подобный рубленной трапецевидной вытянутой геометрической фигуре звездный крейсер Альянса «Масаракас» вывалился из ВременнОго Континуума (ВК), как какой-то проштрафившийся перед Звездным Патрулем грузовоз. Возникшая гравитационная воронка втянула в себя приличный объем красного газообразного вещества, эффектно сжав и разбросав его во все стороны в виде ярких плотных раскаленных красных сгустков материи. Сам крейсер, возникнув тут же в виде яркого сгустка света, начал стремительно терять свою прыть, влекомый той самой искусственно созданной гравитационной воронкой. Грозный боевой корабль, казалось, все еще летел на субсветовой, разрезая остатки красного газообразования вокруг, но само пространство было категорически против этого, замедляя «Масаракас» даже слишком стремительно. Аварийный выход из ВК никогда не был чем-то приятным, а уж тем более для далеко не передового среднего по «водоизмещению» боевого крейсера, звездолета класса «Галеон». Местами истончившееся, но все еще весьма плотное плазмо-поле в виде светящегося голубоватым светом ореола, было сплошным, однородным, устойчивым и представляло собой неплохую защиту от враждебного окружения. То, что оно именно такое, догадаться было не сложно. Капитан крейсера принял все возможные в его случае меры, выпустив наружу космолеты разведки и малые орбитальные суда поддержки.
Ослепляюще яркий рубиновый луч сливаясь со сгустками красного вещества выскочил будто из ниоткуда и полоснул его прямо по корме, где все еще трудились разгонные ускорители, вынужденные перейти на резервные источники питания. Это, пожалуй, можно было бы отнести к единственной ошибке, допущенной его капитаном. Плазмо-щит поглотил столько энергии враждебного луча, сколько смог, но этого оказалось недостаточно. Испепеляющий красный дрожащий свет вонзился в крейсер, как раскаленное жало мифического гигантского насекомого, вызвав веерообразный выброс тысяч разноцветных искр и кусков отколовшейся оплавленной брони. Луч, мерцая, прочертил линию, оставляющую жирный огненный след на корпусе «Масаракаса», достигнув движительных систем корабля. Полыхнуло особенно ярко с выбросом большого количества разрушенного и расплавленного вещества. Все маршевые ускорители потухли разом. Крейсер получил серьезные повреждения и нуждался в незамедлительном ремонте, но не был обречен. Он мог даже сопротивляться, если бы «видел» своего недруга.
Тень куда более массивной станции проступила из редеющего, но все еще плотного газового образования. Гравитационная воронка внесла свои коррективы. «Фривинд» больше не пытался скрываться, но уже продемонстрировал и готов был снова показать свою нехарактерную для мирной зарядной станции мощь. Из темного жерла «трубы» показались сотни бело-голубых огоньков. Ими оказались небольшие, технически продвинутые, юркие, подобные грубым рубленым 2-метровым серо-серебристым металло-полимерным каплям файтер-дроны. Они несли опасность именно своим количеством. Космолеты и шаттлы свиты крейсера оказались внезапно в подавляющем меньшинстве без надежды отбиться от сотен небольших и юрких беспилотных убийц. Красное «небо» между двумя крупными космическими объектами покрылось многочисленными росчерками и вспышками белого, голубого, желтоватого и оранжевого света. «Масаракас» молчал в ответ, хотя имел что «сказать» и чем «ответить». Рем-дроны срочно приступили к латанию поврежденных энерго-магистралей, чтобы оживить вырубившиеся орудийные системы. Началось, по сути, одностороннее избиение совсем не готового из-за уже полученных «пробоин» к подобной встрече крейсера Альянса. Файтер-дроны не без потерь за считанные минуты подавили сопротивление космолетов, космокатеров и шаттлов «Масаракаса», оголив его и оставив совсем без защиты. Квантовый эфир наполнился криками помощи и пощады одновременно. Даже уверенный поначалу и спокойный тон капитана обреченного судна быстро свалился в едва сдерживаемый истеричный вопль человека, осознавшего, что его будут уничтожать просто без смысла и без причины.
Небольшой межзвездный спасательный шаттл класса «Спэйсраннер» вырвался из распахнувшегося нутра обреченного крейсера в попытке убежать. Однако едва он успел развернуться на разгонный вектор, как был атакован группой файтер-дронов, которая переключилась на него и облепила, будто светлячки ярко горящий светильник в ночи, оставив на время лишившийся основного энерго-ядра боевой крейсер. Вспышки легких плазменных излучателей слились в единое световое пятно на фоне вспыхнувших плазма-выхлопов самого шаттла. Спасательный корабль озарился вспышками и всполохами вдоль фюзеляжа. Из выбитых давлением кормовых аварийных люков вырвалось яркое быстро вспыхнувшее и потухшее пламя. Если внутри беглый экипаж не был экипирован в скафандры, то вряд ли имел шанс уцелеть. Следом потух, почернел и сам шаттл, хотя по инерции начатого разгона успел пуститься в дрейф, попав в небольшое красное облако газовой туманности. Файтер-дроны вскоре бросили его «умирать», получив приказ из «Фривинда» вернуться к недобитому боевому кораблю. Сам крейсер «Масаракас» мог бы оказывать еще сопротивление за счет энергии кристаллидных эррэев, но его экипаж, похоже, предпочел спасительное бегство, оставив вместо себе шлейф квантовых сигналов СОС. По ним можно было бы отследить беглеца и уничтожить окончательно, развалить на кусочки, однако во «Фривинде» не ставили такой цели. К тому же после столь тяжелых «травм» спасательный шаттл мог даже не рассчитывать на скорейшее бегство. Сама станция выплыла из газового облака в сторону поверженного «Масаракаса» в сложенном состоянии, готовая в любой момент перейти на разгонный вектор и покинуть эту область.
Касуми собрала весь отряд на общей палубе-ангаре, где был установлен полутораметровый холо-проектор с трансляцией всего, что происходило снаружи.
- Это передовые технологии Звездного Патруля в действии! Теперь уже наши технологии, добытые в бою! – вещала своим сильным, громким, хоть и немного писклявым голосом Касуми.
Вооруженные до зубов альхонцы с нескрываемым недоумением глазели на общий экран и походили сейчас скорее на толпу каких древних аборигенов Земли при демонстрации пушек, стреляющих ядрами. Все их приготовления: излучатели, роторные карабины и спрэдганы, броне-доспехи и энерго-щиты оказались совершенно невостребованными. Касуми, осматривая разношерстую толпу вооружившихся и приготовившихся к бою бойцов, невольно улыбнулась.
- «Альхон», к сожалению, погрязший в распрях, разборках и мятежах, сильно отстал от жизни. Больше не нужно воевать в космосе… Модуль «Рама» создает ловушку в виде РКН, вынуждая корабль-жертву сойти с полетного вектора ВК и вывалиться в Евклидово. «Рубиновый пульсар» при грамотном использовании уже первым импульсом может нанести фатальное повреждение даже крупному боевому кораблю, тем более пока тот преодолевает гравитационную воронку от собственного внезапного тут появления… Файтер-дроны под управлением коллективного ИИ роя делают всю оставшуюся грязную работу по зачистке очагового сопротивления в космосе и добивания поврежденной цели… Все просто и гениально.
- А нахрена тут мы!? – загудели альхонцы.
Касуми вздохнула. Маок стоял тут среди остальных бойцов, но вперед не лез. По мимике Касуми он видел, что она все прекрасно понимала, но сдерживала себя, думала над ответом, будто он был труден.
- Вы обеспечиваете охрану! … Любая даже самая передовая технология ничто без человека! «Фривинд» не защищен от внезапной атаки и попытки захвата.
- Это ж Альянс! Зачем мы атаковали их космо-флот!? – прозвучали претензии от некоторых альхонцев.
Касуми тут же пояснила:
- Альянс покрывает Софокру и работорговлю!
- У Альянса самый крупный космо-флот в Галактике! Они найдут нас и сотрут в порошок! – послышались комментарии на ее не очень убедительные доводы.
Касуми не растерялась. У нее, как заметил Маок, всегда была некая заготовка на подобное.
- Это наше заявление о себе! Преторианцы должны понять, что в Туманности обосновалась сила, способная прекратить беззакония и навести порядок! Они нас не найдут, но вынуждены будут считаться! Смелость и мужество Альхонцев помноженные на передовые технологии позволят нам победить!
Начались волнения. Не все удовлетворились столь пафосными аргументами. Маок поддерживал своих, но не вмешивался. Альхонцы не были трусами, но тут была заявка на нечто такое, что больше самого «Альхона» и его скромных возможностей. На лицо была некая большая игра на глобальной карте Галактики в тайне от союзников в лице Новой Федерации. Маок поморщился. Несмотря на весь пафос, попахивало чем-то дурнопахнущим с далеко идущими последствиями.
На объемной проекции тем временем файтер-дроны отказались от преследования спасательного шаттла, который, получив и без того очень серьезные повреждения, пустился в дрейф и скрылся в плотном газовом образовании.
- Трусы! Они бросили свой корабль! Мы можем устроить рейд на пустой крейсер и обзавестись неплохими трофеями! – выдала внезапно Николь, при том так резко и громко, что сразу привлекла внимание к себе.
Сам Маок не ожидал от нее такой прыти, с учетом того, что она была ранена в плечо совсем недавно.
- В этом нет никакой нужды! Мы их прогнали и довольно! – попыталась перехватить инициативу Касуми, но сделала только хуже.
На палубе воцарился неимоверный шум в десяток глоток. Идея командира-альхонки пришлась почти всем по душе. Прокатились одобрительные возгласы. Вперед из тени тут же вышли Хальберт и Гален, которые попытались угомонить альхонцев со своей стороны. «Доф», Люч и Бора не участвовали в распре, но помогали успокоить вояк. Альхонцы же в подавляющем большинстве приняли объяснения Касуми по поводу причины нападения на корабль Альянса, но по своему, по-альхонски, а потому категорически в ультимативной форме потребовали организовать рейд на брошенный крейсер с группой захвата. К такому повороту, очевидно, ни Касуми, ни викинги готовы не были.
- Идиоты, вашу мать! Это боевой корабль Альянса! То, что экипаж сбежал, не значит, что на борту не осталось охранных дронов и фанатиков с секты каких преторианских «Имморталов»! А они никогда не сдаются, даже если капитан со свитой сбегает! … Вдобавок, в крейсере могли активировать самоуничтожение!
Вот только изображение дрейфующего 120-тысячетонного выглядящего почти цело снаружи крейсера, передаваемое снующимися вокруг него файтер-дронами, не бились с ее словами.
- Да! … Мы высадимся на корабль, подавим сопротивление и обыщем его! – не отступали альхонцы, согласившись с Николь. – Зря что ли упаковались и вооружились!
Маок готов был согласиться с доводами Касуми, но смолчал. Его смущала повышенная активность Николь. Ее определенно поддерживало большинство из отряда. С красным полимерным жгутом на плече она производила впечатление опытного и бывалого командира, из-за чего еще больше внушала доверие. Маок еще раз оценил собственную оснащенность и экипировку других альхонцев. Отряд с наличием тяжелого вооружения выглядел весьма угрожающе. А с учетом закромов самой станции «Фривинд» у них был неплохой шанс довооружиться, оседлать скоростной «орбитальник», нагнать и успешно высадиться на поверженный, но вполне себе где-то даже целый внутри «Масаракас».
- Даже не сомневаюсь, что вы можете! Но нужно брать ношу по силам! … У вас командир получил ранение от пары дронов охраны при попытке штурмовать шаттл! А тут целый боевой корабль с охраной на борту. И вооружены они не легкими излучателями! Потери могут быть неприемлемы! – снова попыталась Касуми.
Ее попытки не выправляли ситуацию, но наоборот усугубляли. Касуми плохо понимала меркантильную природу альхонцев. А Николь сразу оседлала правильную волну в виде жажды наживы, боевых трофеев и теперь пожинала плоды возросшего авторитета.
- Тогда чего ради мы организовали эту засаду!? – возмутились альхонцы.
Касуми в упор не замечала этой простой вещи а потому с упрямством осла продолжила биться головой о стену, невзирая на репутационные потери.
- Повторю еще раз! … Это наша декларация всей Галактике! Мы заявили о себе, что в Туманности есть новый хозяин, который не допустит беззакония! – прокричала Касуми, едва не брызжа слюной.
Маок всегда поражался ее способностями удерживать контроль даже в сложных ситуациях. Казалось бы, зачем плыть против течения, если гораздо выгоднее возглавить и направить. Самое простое тут было бы просто согласиться на высадку, дать наемникам пограбить и обзавестись трофеями. Для рядовых вояк-альхонцев уже этого было бы достаточно, чтобы потом самим в себе найти причину, почему преторианцы на «Масаракасе» плохие, почему и за что их атаковали и уничтожали. Маоку забавно было смотреть на потуги Касуми, которая, видимо, или не понимала этого или просто искренне желала избежать потерь, а потому так рьяно отстаивала свое мнение. Маок физически ощутил в этом некий скрытый подтекст, будто он чего-то не знал или упускал из виду. А вот Николь, похоже, знала, а потому отважно напрашивалась в рискованный рейд.
Зато, глядя на весь этот балаган, Маоку в голову закралась мысль, что врут и недоговаривают обе – и Николь, и Касуми. Если вторая хотя бы и не пыталась втираться в доверие, то первая сильно теряла свой авторитет в его глазах, несмотря на всеобщую поддержку отряда. Не бился у Маока в уме посыл Николь о том, что их держат за козлов отпущения, за мясо, которое вскоре пустят в расход, чтобы никто не вернулся домой. В тоже время в ангаре пылились «Заря» и «Одиссей», на которых при самом плохом раскладе всегда можно было сбежать с «Фривинда», чтобы не случилось. Сама Туманность Розетка предоставляла неплохие возможности. Сбежавший и скрывшийся в «облаках» недобитый спасательный шаттл Альянса был наглядным тому примером.
Пока Маок боролся сам с собой, ситуация изменилась. Возможно Николь и Касуми обменялись любезностями и в итоге договорились, а может вмешались викинги. Однако, дабы не накалять обстановку, руководство «Зова» пошло на поводу альхонцев, согласившись организовать высадку на дрейфующий неподалеку одинокий крейсер Альянса. Рейд сулил хорошие трофеи, потому что Альянс никогда не жалел средств и ресурсов на матобеспечение своего космо-флота.
Рейд на «Масаракас»
Орбитальник «Визитер», строго следуя траектории захода на цель, летел в сторону дрейфующего темного крейсера, подобного угловатой ромбовидной фигуре почти в пол километра в длину, метров 160 – в высоту и около 100 – в ширину. Изредка его корпус озаряли всполохи с выхлопами газа или каскада искр, но не более того. Вел «Визитера» за собой космо-катер «Акведук». Его сканнер нужен был альхонскому отряду для грамотной высадки во избежание засады. Однако первый сюрприз их поджидал уже вскоре. Несмотря на кажущуюся покинутость и мертвость, крейсер «Масаракас» имел систему подавления сканирования из вне по имени «Контур», которая отлично работала и благополучно пресекала все попытки заглянуть под шкурку боевого корабля.
«Акведук» с парой «Либолов» свиты попытался облететь «Масаракас» с другой стороны. Однако сканнеры снова столкнулись с непреодолимой радио-стеной.
Маок во всеоружии сидел пристегнутый на магнитах в десантном шлюзе «Визитера» рядом с Николь и, не отрывая взгляда, смотрел на объемный экран, где все та же пустая картинка начинала прилично напрягать. По всему выходило, что крейсер внутри жив-здоров и готов ко встрече незваных гостей. Предупреждения Касуми теперь заиграли новыми красками.
- «Чара», что за дела!? Отдавай приказ на возврат! – возмутился Маок, обратившись напрямую к Николь через нейро-линк. – Мы сильно рискуем вляпаться в дерьмо!
- Не кипиши, «Картер». Без тебя вижу, что дело дрянь…
- Так какого хеля!? – едва сдержал себя Маок, чтобы не выкрикнуть это через репродуктор броне-шлема.
- Нам нужен квантлинк – прошипела она в ответ в мыслях.
- Зачем!?
- Мы не сможем остановить Касуми, тем более со сверхплотником. Зато я знаю, кто поможет.
- Сверхплотник? – не понял Маок.
- Экзо-костюм для хождения сквозь стены – неохотно уточнила Николь.
- Это безумие какое-то! Мы сейчас положим весь отряд ради доступа к узлу связи!? А если он поврежден!?
Николь ничего не ответила. Зато внезапно вспыхнула проекция, и на экране показалось весьма грозное аккуратно подстриженное, подведенное бородатое лицо немолодого, но и не сильно старого кареглазого преторианского капитана.
- Говорит капитан крейсера Преторианского Альянса Бекхан Шах! … Атаковав мой корабль, вы совершили фатальную ошибку! Вы у меня на прицеле, и единственное, чем можете облегчить себе участь и продлить существование – это все честно и без утайки рассказать… Тогда, быть может, я соглашусь пленить вас и передать трибуналу, где все равно уготована аннигиляция.
Он сделал паузу, и едва Николь, Маок или кто-то из отряда успел открыть рот, летевший с фланга прикрывающий «Либол» озарился яркой оранжевой вспышкой и исчез в ней будто его и не было.
- Хель! Это ПРО! Уходим немедленно! – выдала в эфир Николь.
- Почему у него ПРО!? Разве мы не сожгли реактор этим, как его, рубиновым пульсаром!? – не выдержал Маок.
- Специфика РРЧ-реакторов… Остались кристаллидные эррэи-накопители для поддержания цепей работы оружия и других систем корабля. Ну и сами ракеты ПРО… Крейсер может какое-то время повоевать – пояснила Николь.
- Мы же видели, как они сбежали с него, нет!? – не унимался Маок.
Николь в растерянности на это лишь развела руками.
- Хель! – сжался как пружина Маок, понимая, что они сейчас все сами себя подвергли серьезной опасности.
«Визитер» резко накренился и нырнул прямо под брюхо «Масаракаса» в надежде уйти от многочисленных ракет противо-космической обороны корабля Альянса. Шаттл тряхнуло. Замерцал и потух свет. Включились аварийные красные огни. На объемной проекции вспыхнул ярким оранжевым шаром второй «Либол» и исчез. Заработали РПУ прикрывавшего шаттл космо-катера «Акведука». Корпус крейсера озарился попаданиями ракет по броне. Энерго-щита не было, а потому мощные подачи боеголовок вгрызались в толстую шкуру крейсера и вырывали оттуда навесное, включая те же ПРО/ПТО и сенсорику.
Внезапно активировались маневровые ускорители «Масаракаса», которые совсем недавно казались мертвее мертвых. Он перевернулся вокруг своей продольной оси, как какой-то аллигатор, который захватил добычу и крутил ее в своей пасти, чтобы умертвить. Часть ракет «Акведука» ушла в «молоко». Несколько были выбиты разрывами противо-ракет с раскаленной шрапнелью. Окатило ею и «Визитер». Ушли в отказ маневровые по левому борту. К устранению проблемы тут же подключились рем-боты. Все это Маок, как и остальные, видел на мерцающем объемном экране. И хоть их десантное отделение в тыльной части брюха было в относительно безопасности, однако застрять тут без ускорителей не улыбалось ни разу.
- Вот урод! – возмутилась внезапно Николь. – Он все сразу спланировал после нашей атаки.
- Ты о чем? – не понял ее сразу Маок.
- Этот Херхан или как его там… Он одурачил всех нас. Спасательный шаттл улетел порожняком!
Теперь Маок понял все. «Ага. И не поспоришь».
- И чего теперь делать!?
- Он ожидает, что мы попытаемся уйти.
- Ну так да… «Акведук» прикроет. Еще файтер-дроны…
Договорить Маок не успел. На экране началась новая схватка в космосе. «Масаракас» весьма уверено принялся жечь группы мелких файтер-дронов, которые кружились вокруг все это время.
- Надо идти на штурм! – выдала Николь и добавила в общий нейро-эфир, обращаясь к ИИ шаттла: - Давай назад! … У него под брюхом в передней части основной док. Туда нас точно никто не ждет!
- Командир, в своем уме!? – возмутились бойцы.
Однако «Визитер» уже совершал очередной маневр под прикрытием принимающих удары ракет на себя файтер-дронов. Скоординированную атаку поддержали космолеты и остатки «роя» прикрытия. Первым ударил «Акведук». Затем полетели плазмо-разряды. Пробитие шлюзовой не случилось легко и быстро. Крейсер Альянса хоть и замедлил вращение, но все еще не давал возможности легко поразить шлюзовую.
- «Чара», опомнись! Это, мать его, боевой крейсер Альянса! Что нашу дюжину там ждет!? – возмутился Маок, когда понял, что Николь намерена ворваться внутрь любым способом.
Разгадали маневр и на «Фривинде».
- Да вашу ж мать! Что вы, чертовы альхонцы, творите!? – влетел в эфир гневный окрик Касуми.
- Лучше не мешай! … Убежать он нам все равно не даст! – огрызнулась в ответ Николь. – Если внутрь не влетим, то погибнем!
- Ты не мешай! Хотите абордаж, будет вам абордаж, пираты хелевы! Неугомонные придурки! … Конец связи!
Тем временем с «Фривинда» блеснул яркий ослепительно красный луч. Он прочертил линию и вонзился в броне-плиту «Масаракаса», пропалив не только ее, шлюзовую, но и выпотрошив тот самый ангар. Из нутра корабля протуберанцем вырвалось пламя, выбрасывая наружу разнообразный хлам от кусков охранных дронов до контейнеров.
«Визитер» рванул в сторону погасшего жерла.
- Всем приготовиться! – рявкнула Николь, проверив свой роторный пистолет и зажав заранее заготовленную ЭМИ-гранату в другой руке. – Вперед идут мех-доспехи и дроны прикрытия! Мы под огонь не лезем, закидываем минами и прикрываем.
Отряд альхонцев был основательно вооружен и упакован, изрядно выпотрошив кладовые «Фривинда». Были тут с ними пару легких штурмовых мех-доспеха класса «Гладиатор», 2 «Гуля», один «Гоблин» и разнообразные дроны прикрытия: десяток «Ганранов», «Каракуртов» и даже 2 реактивных «Гарда». И все равно не было гарантии, что их не встретят более тяжелым составом и не разберут по винтикам.
Николь еще раз окинула приличную группу вооруженных до зубов людей, дронов, роботов и добавила:
- Цель – мостик! … Вытащим этого урода капитана за бороду и накормим его же дерьмом!
Мясорубка
Преодолевая мощный поток вырывающегося наружу воздуха «Визитер» влетел в просторный ангар вскрытого, как консервная банка, «Масаракаса». Активированный плазма-купол позволил избежать бомбардировки хаотично и стремительно летящими встречным курсом предметами, частями роботов и контейнерами. Автоматика крейсера не успела среагировать на столь глубокое пробитие. Его основной и самый крупный ангар быстро превратился в вакуумную пустоту, изолированную от других частей.
Кромешную тьму разрезал мерцающий свет от вспышек маневровых ускорителей. Фонари были отключены дабы лишний раз не выдавать себя. Хотя если бы надо было обнаружить незваных гостей среди куч левитирующего мусора, это сделали бы за счет сенсорики и сканнеров. И все же тут среди потока разнообразных мелких и крупных предметов затеряться впотьмах было немного проще, чем подсвечивая свой путь вперед и тем самым обозначая себя. Шаттл «Визитер», прикрываемый космо-катером «Акведуком» и дюжиной файтер-дронов, обнаружил более-менее свободное место для стыковки с поверхностью и направился туда. Еще до контакта с металлизированным полом ангара из нутра шаттла выпрыгнули легкие мех-доспехи прикрытия. 2 «Гладиатора» в паре с «Гоблином», используя свои ускорители, быстро миновали сотню метров, взяв на прицел ближайшую дверь входа и выхода. Именно отсюда вел кратчайший путь на мостик крейсера.
Едва человекоподобные 3.5-метровые 15-тонные боевые машины с активированными ярко-красными термо-ударными жалами заняли позиции прямо над воротами, как те стремительно распахнулись, впуская мощные потоки воздуха. Снова внутрь ангара из открывшейся двери полетели какие-то контейнеры и обломки, заграждая и осложняя обзор. «Гладиаторы» под управлением ИИ пропустили что-то важное. Зато среагировал подоспевший 18-тонный широкоплечий «Гоблин». Блеснули его спаренные импульсные лазеры. Голубые росчерки яркими вспышками осветили пространство и выхватили несколько фигур-теней, вылетающих из коридора вместе с мусором. Слишком близкая дистанция сыграла штурмующим на руку. Группа в черных преторианских доспехах с активным камуфляжем была случайным образом раскрыта и атакована. Пульсирующие лучи «Гоблина» вмиг разрезали одного из них пополам. Затем перекинулись на 2-ого и 3-его. Вся группа невидимок из охраны крейсера Альянса попала под удар. Блеснул яркий изумрудный луч среднего излучателя одного из «Гладиаторов». Его 15-тонный напарник так же отвлекся и увлекся добиванием невидимок. Вылетевший, выплывший следом «рой» из 6-и небольших темных матовых цилиндров среди кучи другого левитирующего хлама они все дружно пропустили. Еще до того как все 4-ро невидимок были уничтожены, вылетающий мусор озарился множественными вспышками плазмы. Небольшие до 30 сантиметров в длину цилиндры буквально «ожили» всполохами ускорителей и рванули в сторону первой цели: ближайшего мех-доспеха. «Гладиатор» прозевал удар. 2 плазменные ракеты вонзились в спину и плечо. Робота окатило яркой волной взрыва. В сочленении основной рабочей руки с лазером и термо-клинком что-то вспыхнуло, заискрило и тут же потухло. Рука безвольно застыла во вскинутом положении. Жало термо-ударного клинка затухало прямо на глазах.
2-ой «Гладиатор» успел развернуться и подставить левую руку с броне-плитой. Она приняла удар еще двух боеголовок. Оставшиеся 2 цилиндра, набрав скорость, скорректировались в сторону «Гоблина». Он попытался отскочить, используя собственные прыжковые ускорители, но ракеты с самонаведением не оставили ему шанса. Одна плазменная боеголовка вонзилась в коленное сочленение, а вторая угодила прямо в голову. Там броне-покрытие было весьма толстое, а потому взрывом лишь сорвало приличный кусок брони, обнажив структуру. Если бы внутри «Гоблина» был живой пилот, то он непременно задумался бы о катапультировании, но 18-тонный мех-доспехом управлял ИИ, а потому бой для него еще не было окончен.
Основные штурмующие силы под прикрытием роботов получили шанс высадиться и организоваться для скоординированной атаки как раз вовремя. Потрепанное звено мех-доспехов нос к носу встретилось с выплывшими из распахнутой двери тяжелыми воинами Альянса в ударной броне класса «Сандж-зарех».
Маок переключился на сенсор «Гладиатора» и увидел достроенную картинку происходящего у себя на проекции на ферро-стекле. В нейро-эфир донесся возглас Николь:
- «Имморталы» на 2 часа!
Маок разомкнул магнито-подошвы и прыгнул вверх. На плече ожил гранатомет. Несколько круглых шаров устремились в сторону открытой двери. Поток воздуха оттуда заметно ослаб. Мусор и обломки тоже разнесло в разные стороны. Группу из пяти тяжелых «Имморталов» он наблюдал воочию, миновав несколько неспешно плывущих встречным курсом крупных контейнеров. Николь с остальным отрядом немного отстали. Сам Маок использовал прикрытие в виде двух реактивных шарообразных дронов «Гардов»: 3-тонных «Гуторов». Их легкие РРП-пушки раскрутили цилиндры и выдали длинные густые огненные струи в сторону прохода. Еще до того, как их вольфрамо-оксидные горящие раскаленные стержни достигли целей, им пришлось заметно истончиться о многочисленные мелкие обломки, ящики и мусор, коих было немало в воздухе. Своими залпами дроны скорее просто глупо выдали себя, чем нанесли реальный урон «Имморталам» в тяжелой пехотной броне Альянса.
Те двигались быстро и четко. Чувствовались выучка, опыт и профессионализм. Пока двое раскручивали свои угловатые цилиндры лучеметов, еще 3-е выплюнули 3 пары ракет в сторону и без того сильно потрепанных мех-доспехов. Больше всего досталось на этот раз «Гоблину». Руку с термо-жалом поразило сразу 3 ракеты, которые буквально распотрошили ее и «с корнем» оторвали от тела. Ошметки в искрах и вспышках разлетелись в разные стороны. Остальные 3 боеголовки резко изменили траекторию и, набрав стремительно скорость, слету вонзились в одного из «Гуторов» прикрытия Маока. Тяжелый летающий бронированный шар лишился обоих боковых ускорителей, которые и были его ахиллесовой пятой. Не имея магнито-отражателей как тот самый базовый «Гард», «Гутор» раскрутился в невесомости и вмазался в потолок ангара, выдав весьма эффектную яркую копну искр. Его и без того сильно поврежденную броне-полусферу от контакта перекосило. Из щели дрона полыхнуло и он, затихнув и почернев, отправился в дрейф.
Чуть лучше дело было у второго шара. Ракета срикошетила от его нижней полусферы и сдетонировала после, не причинив особого вреда. Маок понял, что нахождение на открытом пространстве уменьшает его шансы выжить, а потому нырнул в сторону одного из плывущих мимо ящиков. Тем временем заработали лучеметы у 2-х других «Имморталов». Яркие желто-белые стремительно мерцающие лучи побежали по броне раненого «Гладиатора». Этот и сопротивляться особо не мог, как уже лишился основной рабочей руки, а потому он выставил вперед броне-плиту левой в попытке укрыться от губительного огня. Из его плечевых колодцев вылетели круглые размером с крупный кулак мины. Только едва они успели описать дугу, как были тут же сожжены вторым «Имморталом» с лучеметом.
Заметил Маок, как некоторые малоопытные бойцы их отряда, не зная броду, решили вмешаться в битву.
- Стой! Назад! – крикнул в нейро-эфир Маок, но было поздно.
Двое альхонцев в тяжелых доспехах со свитой из 3-х «Ганранов» убрали с пути примагниченные ящики и открыли прямую дорогу к распахнутой двери. Один из лучеметов переключился на новую цель или точнее цели. Второй продолжал слизывать броню слой за слоем с практически обреченного «Гладиатора». Робот-напарник попытался прийти ему на помощь, но был перехвачен «Имморталом», одним из тройки. Кроме ракет на правых плечах у них покачивались черные жерла роторных авто-пушек. Маок видел нечто подобное на «Войдах» Борессы и Люча. Вспышка за вспышкой по «Гладиатору» полетели раскаленные добела толстые вольфрамовые стержни, оставляя эффектные раскаленные затухающие следы в разряженном воздухе. Один из снарядов сорвал остатки брони с левой руки человекоподобной боевой машины вместе с конечностью. Еще 2 воткнулись в грудь робота, сбив его с полетной траектории и отправив в «нокаут» к потолку ангара следом за «Гоблином». «Гладиатор» ярко вспыхнул, озарился каскадами искр и почернел, превратившись в кусок «мертвого железа».
Появившиеся так не кстати альхонцы спасли группу мех-доспехов от полного и тотального уничтожения, но заплатили за это слишком высокую цену. Самый фатальный удар пришелся белым росчерком из лучемета, который полоснул по изготовившемуся пульнуть ракетой «Ганрану». От стремительного разогрева боеголовка детонировала прямо в выпускной трубе. Следом полыхнула и вторая в обойме, неудачно прихватив весь боекомплект. «Ганран», его напарник и альхонец просто исчезли в яркой оранжево-белой достаточно большой вспышке. Еще 2 дрона потеряли управления попав под облако разлетающихся осколков. Весь штурмовой отряд почти разом лишился всей свиты и одного бойца.
18-тонный «Гоблин», придя «в себя», воспользовался моментом. Сначала заработали его перезарядившееся парные импульсные излучатели. Ими он скрестил росчерки прямо на одном из «Имморталов», буквально проткнув его грудь суммарной мощностью излучателей чуть пониже головы.
В бой включились подоспевшие вовремя 14-тонные «Гули», очень быстрые, резкие и вооружённые легкими излучателями, хоть и слабо бронированные мех-доспехи. У одного из них вместо руки был вмонтирован термо-ударный клинок. Им он пригвоздил черную фигуру в преторианской броне прямо к полу, проткнув раскаленным жалом насквозь. При этом работающий лучемет в правом предплечье агонизирующего «Иммортала» не оставил шансов и мех-доспеху. Белые яркие дрожащие и мерцающие струи лучемета прошлись по груди «Гуля», оставляя разлетающуюся яркими огненными каплями оплавленной брони глубокую дымящуюся и искрящуюся борозду. «Гуль», полыхнув эффектным протуберанцем и обдав свою жертву каскадом, затих и поплыл в сторону от горячки боя. Его напарник-близнец получив так же, но по касательной, успел увернуться от прямых смертоносных росчерков и отпрыгнуть в сторону, дабы избежать такого же фатального урона.
Второй «Гладиатор», будучи поодаль и лишенный левой броне-руки, атаковал своим средним излучателем. Изумрудный луч полоснул очередного «Иммортала» с лучеметом в голову как раз в тот момент, когда его «адская волына звуками своего мерцающего органа» в полу-разряженном воздухе нащупала еще одного альхонца. Однако преторианцу повезло. Сыграло нано-напыление, которое рассеяло часть энергии луча излучателя «Гоблина», скользнувшего тем более по касательной. Вмешался и выправил ситуацию Маок, который как раз подобрался поближе, чтобы ударить спрэдганом в упор. На этот раз он не заупрямился и зарядил теми самыми мощными шрапнельными «фанбору», которые ему в свое время настоятельно советовала Касуми. Раскаленные иглы-осколки кое-где высекли искры на толстой шкуре «Иммортала», а кое-где вонзились точно в места стыков. Тяжелый воин Альянса дернулся, откинул голову, распростёр руки и поплыл в «небо».
Последнего «Иммортала» из группы весьма эффектно размазал едва живой «Гоблин». Его термо-ударная булава пришлась на грудь тяжелого пехотинца. Броня не выдержала, треснула и брызнула яркими искрами.
Путь внутрь «Масаракаса» теперь был свободен. Но едва полуживые мех-доспехи «Гоблин», «Гладиатор» и «Гуль» ступили в черное жерло тоннеля, как на другом конце основного магистрального коридора крейсера, ведущего к мостику, мелькнула тень и блеснул металл. Ведущий «Гладиатор», кое-где разбитый, кое-где подлатанный рем-дроном, выхватил силуэт маленького приземистого робота-блохи «Номи», который, присев почти полностью на свое 11-тонное брюхо, превратилась в темный поблескивающий металлом уродливый комок. Сквозь разреженный воздух донесся монотонный жужжащий звук. Огромное на фоне самого мех-доспеха «Номи» жерло многоствольной ультра РРП-пушки стремительно раскрутилось. Едва ИИ «Гладиатора» смог среагировать и предупредить об опасности остальных, как густая огненная струя с воем и дрожью раскаленного оксида-вольфрама обрушилась на штурмующих. 15-тонного и без того изрядно побитого робота снесло ураганным огнем многоствольного орудия. Следом досталось и «Гоблину». Брони на нем было побольше, но она не спасла его. Огненные стрелы прошивали машину насквозь, срывая крупные куски защиты, перерубая сочленения и внутреннюю компоновку. За секунду до того, как отправиться в небытие, «Гоблин» успел полоснуть парными легкими излучателями и выпустить мины-подкатки из плечевых колодцев. Росчерки голубой лучистой энергии успели прочертить небольшую дорожку на дальней стене за спиной «Номи», едва лишь чиркнув приземистую 2.5-метровую ростом тушку. Был ли внутри пилот или охранный мех-доспех Альянса действовал под управлением ИИ, оставалось некой тайной. В условиях ограниченного пространства живой пилот вряд ли смог бы действовать эффективнее. Да и вряд ли бы он захотел участвовать в этой самоубийственной атаке. «Номи» не мог рассчитывать на отход или какое прикрытие и уповал лишь на всесокрушающий огонь своего многоствольного орудия.
Стержни-снаряды, не прекращая свой вой, вылетали один за одним, будто у мех-доспеха был бесконечный боезапас. Под раздачу попали еще 2 «Ганрана» атакующих, которые хотели заткнуть робота ракетами. Но едва они высунулись на позицию атаки, как были буквально сметены шквалом огненных снарядов. Дверь за спинами штурмующих не выдержала и рассыпалась под ударами раскалённого вольфрама. Завыл ветер, и снова началась разгерметизация. Однако те самые две мины-подкатки успели как раз своевременно докатиться до «Номи» и детонировать мощными термо-ударными хлопками. Обе угодили в левую ногу мех-доспеха. Брони там было не много, а потому лодыжка тут же развалилась на части, отправив саму боевую машину мордой вниз и влево. Пушка умолкла. Люк откинулся и, едва удерживаясь в потоке сильного ветра, оттуда вылезла фигура пилота в легком черном преторианском доспехе. С другого конца тоннеля блеснула яркая вспышка роторного пистолета, и раскаленный добела стержень ударил точно в голову мех-вода чуть пониже подбородка. Голова в черном сплошном шлеме с характерным шлепком отсоединилась от тела и отлетела куда-то в сторону, пустившись в неуправляемый дрейф. Обезглавленная фигурка тут же потеряла равновесии и отдалась затихающему ветру.
- Вон все оттуда! Крейсер заминирован! – донеслось до Маока через общий нейро-канал связи от Касуми.
Сопротивление на корабле было, если не полностью нейтрализовано, то точно подавленно в его основной части. Впереди в каких-то 20 метрах была та самая изуродованная взрывами и ранами от лазеров дверь на мостик. Прямо под ногами стремительно продвигавшихся вперед на магнитных стопах альхонцев дымились останки подобного крупной 2.5-метровой блохе мех-доспеха. Казалось, дверь вот-вот сама распахнется перед ними стоит лишь рукой потянуть.
Маок обратился к Николь в приватном нейро-линке:
- «Чара», куда!? Не слышала про минирование!?
- Слышала… Не верю ни единому ее слову – буркнула в ответ Николь, продолжая стремительное движение к мостику.
- Больная!? Я назад, а ты как хочешь! – раздраженно крикнул в мыслях Маок, прекрасно понимая где-то внутри себя, что без нее все равно не вернется.
Однако Николь нисколько это все не остановило.
- Мне надо пару минут послать сообщение через квант-линк! Я не могу отступить! Или я, или она! – выдала «Чара» возмущенно в ответ.
- А почему бы тебе с «Мула» этого было не сделать, а!?
- Дурак, блин! … «Мул» под «Надзором»! Или ты думаешь галактическая связь на «Фривинде» просто так запрещена, а!?
Маок действительно был уверен, что «Мул» избавлен от ограничений и может использовать свой квант-линк, когда захочется кэпу. От неожиданного откровения он замер на месте, не зная, что теперь делать – идти за ней или бежать обратно. Был шанс врубить ускорители и вылететь отсюда пулей. Николь бросать было тоже нельзя никак. Кодекс запрещал. Ведь она была командиром, а он – вторым номером. И, главное: дата-ключ все еще был у нее.
- Да чтоб тебя, мелкая! – выругался Маок и поспешил за ней, чтобы прикрыть.
Его броне-костюм был тяжелее ее, потому шанс выжить в случае какой детонации у него был выше.
- Отойди! Я первый! – оттолкнул он ее и вмазал в и без того раскуроченную дверь миной-магниткой из миномета.
От термо-ударного разрыва образовалась приличная дыра. Николь смогла без проблем нырнуть внутрь. Маоку же пришлось остаться снаружи и быть начеку. Время шло, а Николь не торопилась покидать мостик. Уже отрапортовали остальные бойцы, что они готовятся покинуть ангар на шаттле.
Крейсер сильно тряхнуло.
- Мне еще пару секунд! – выдала Николь.
Крейсер тряхнуло снова. Задрожал пол. Маок использовал магниты, чтобы не потерять равновесие.
- Блин, «Чара», хель тебя дери! Не видишь что ли!? Крейсер реально коллапсирует!
- Я все… Сука она! Это не самоуничтожение, а атака из-вне…
- Что!? – не поверил Маок.
- Ничего! … Она хоронит нас тут!
- Зачем!?
- Потому что она боится, что я пошлю сигнал.
- Он бы и так слался без твоего участия! – не отступал Маок.
- Я послала особый сигнал, кому надо и куда надо! … Звездец теперь Касуми!
Внезапно под ногами разверзся ад. Пол исчез, а вместо него жар, как из печи. Крейсер действительно разрушался как-то странно, будто с него снимали стружку, чтобы напугать и вынудить бежать всех.
Маок помог Николь выбраться, и оба понеслись в сторону ангара, обдуваемые потоками воздуха из-за очередной начавшейся разгерметизации, на этот раз, видимо, финальной.
Подслушанный разговор
Маок пришел на мостик «Фривинда» уже после отбоя, несмотря на усталость от весьма экстремальной миссии на «Масаракас». Касуми была там. Она нервничала, хоть и скрывала это, сцепив и зажав руки за спиной. Однако Маока этим сложно было провести. Заметил он и свеже-установленную релакс-капсулу, которую она, видимо, изъяла у кэпа за непослушание и измену.
- Почему так долго!? – бросила Касуми, стоя с расставленными на ширину плеч ногами и развернувшись телом и лицом к нему, как только он зашел.
- Не мог быстрее. Ждал, чтобы наверняка, чтобы все спали, и не было слежки – слукавил он, потому что знал, что Николь проводила время отдыха и отбоя у кэпа в шаттле.
Касуми махнула ему рукой подойти ближе. Маок подошел. Ее лицо было бледным и усталым, глаза воспалены.
- Держи.
Касуми вручила ему небольшую кристаллидную пластину, по размеру точно совпадающую с дата-ключом.
- Сейчас, пока она спит, подмени – немного в приказном порядке сказала ему она.
Маок принял весьма точную копию-болванку, довольно улыбнулся, осмотрел ее и уточнил:
- Тут есть жучок для прослушки?
Касуми усмехнулась.
- Не только прослушка. Тут микро-сенсор со слежением… Ловит и пишет широкий спектр излучений. ИИ потом скомпонует все, что попросишь.
- А если засечёт? – снова уточнил Маок.
- Не засечёт… Работает в пассивном режиме… Выдает запись уже либо при физическом прочтении либо мимикрируя под излучатели защитной системы «Барьер», «Рубеж» или «Контур» … Даже я не засекла бы.
Последнюю фразу она сказала с особой гордостью. Маок с пониманием кивнул головой, чем, видимо, угодил Касуми.
- Не тяни с Николь… В болванке есть и микро-заряд, хороший такой, специальный, узко-направленный. Если сработает под броней – гарантировано убьет еще и дырку прожжет для сокрытия следов… Следующий раз во время боя я смогу и сама ее ликвидировать удаленно, если ты облажаешься…
Маок заметно погрустнел. Она, видимо, обратив внимание на это, запнулась.
- Не переживай. Это перестраховка… Я могла бы тебе и не говорить, но хочу чтобы ты сам видел и понимал, кому можно верить, а кому - нет… Для меня это важно, Мао.
Последнюю фразу Касуми произнесла с некоторым придыханием и подступила ближе. Ее раскосые глаза сверкнули и уткнулись ему в лицо. Мелькнула мимолетная улыбка.
- Я могу забрать кого-то с собой на «Альхон» … Ты у меня в фаворитах, Мао – произнесла Касуми совсем изменившимся более низким голосом.
Она запнулась, улыбнулась и, привстав, мягко коснулась ладонью груди Маока, нагло спустившись в область паха. Маок не ожидал этого и рефлексивно попятился.
- Чего засмущался? … Я ж не слепая. Вижу, что тебе без женушки тяжело… Я могу ее заменить… На время или навсегда – улыбнулась она.
Эта натянутая улыбка на ее нервном лице ни разу не привлекала, а наоборот отпугивала Маока. Однако он вида не подал и улыбнулся в ответ:
- Не. Я слишком люблю свою жену.
- Ха-ха… Ладно… Мое предложение в силе, только если сделаешь, что должен… А теперь проваливай. Мне надо отдохнуть.
Договорив, она махнула Маоку рукой. Он уже почти развернулся, чтобы уйти, но заметил боковым зрением, что Касуми не вернулась на свое место, но начала неспешно сбрасывать свой черный комбинезон. Маок прекрасно все понял. Она хотела, чтобы он заметил, возгорелся желанием и изменил себе. Однако Маок сдержался, хоть и сделал вид, что заинтересовался. Он играл свою игру, а потому задержался, наблюдая, как Касуми неспешно погружалась в релакс-камеру, украдкой посматривая на него в ответ. В какой-то момент, все же, она поняла, что тот не присоединится к ней, а потому снова попыталась приманить его, но уже как бы более откровенно, будто давая последний шанс. Маок и в этот раз не клюнул, но развернулся окончательно, помахал рукой и быстрым шагом пошел к выходу.
- Ну… Нет… Не в этот раз! – выдал он громко, как бы ломаясь и специально подыгрывая.
- Другой раз уже без аванса, а только за сделанную работу! – услышал он в ответ от нее, но уже в мыслях.
Касуми закрыла за собой кабину и погрузилась в релакс-процедуры для неспящих. Маок дошел до двери и остановился. Она открылась перед ним. Он шагнул наружу и внезапно понял, что это его шанс. Однако торопиться было тоже нельзя. Он постоял так с пару секунд или чуть больше и, не заметив никакого движения со стороны капсулы, медленно развернулся и вернулся обратно, оставив в проеме свой энерго-пояс. Был риск, что Касуми заметит его или просто захочет выйти, чтобы что-то взять, но чуйка подсказывала, что все пройдет гладко. Однако, чтобы, все же, какие сенсоры внутри каюты или со стороны релакс-капсулы на него не среагировали, он пробрался к панели управления и связи на корточках, осмотрелся, поместил ключ-болванку в неприметный паз, проверил соединение со своим нейро-обручем и так же аккуратно выбрался вон. Дело было сделано.
Шанс проверить прослушку представился вскоре. Касуми разговаривала с неким «Квиком», который курировал всю операцию в Туманности. Тут опасения насчет предательства окончательно подтвердились и перешли из разряда догадок и слухов в ясно осознанную смертельную опасность. Однако кое-что еще зацепило Маока. Он даже прокрутил тот кусок записи в своей голове снова.
- … У «Зова» на «Альхоне» некоторые проблемы с Федерацией. Возможно из-за Николь или что-то еще… Разведка донесла, что силы ФСМ готовятся выселить их со станции, якобы по причине нарушения альхонского закона о наемничестве – сказал некто по имени «Квик».
- Хм… Нам-то что? – отмахнулась Касуми.
- «Зову» нужны дополнительные силы на станции – пояснил «Квик».
- Это им не поможет.
- Поможет… В Патруле готовят оперативное решение альхонского вопроса. Конвент уже основательно прогрет вашими диверсиями против Альянса и ГЛТК.
- А при чем тут «Зов»?
- «Зову» нужны силы продержаться до прибытия Патруля. После этого наемники получит права на наведение порядка по своим принципам и лекалам. Патруль полагается на них, поэтому важно, чтобы «Зов» выстоял против сил Федерации сейчас.
- Ну не знаю… На тоненького… И зачем такие сложности «Зову Вальхаллы»? Не проще ли свалить на время?
- Не проще… У них интерес на «Альхоне», смазанный приличной суммой кредов. Вдобавок, преференции и особые условия от Патруля всем альхонцам, выступившим на стороне «Зова».
- О, этим их вряд ли заинтересуешь. У них реакция на Патруль, как у быка на красную тряпку.
Тот, кого называли «Квиком», проигнорировал это и сменил тему:
- Касуми, ты должна выбрать наиболее лояльных «Зову» и благонадёжных из альхонцев тут и взять с собой обратно на «Альхон».
- Ха-ха… Рассмешил ты меня…Альхонцы не лояльны никому, кроме себя и неблагонадёжны от слова «совсем».
- Это надо сделать… Надо найти желательного кого-то с авторитетом среди местных… Постарайся… Иначе будешь сама отдуваться на «Альхоне» за всех.
- Ну уж нет. Мы так не договаривались! … Моя миссия почти окончена, «Квик»!
- Я понимаю, что обманываю тебя, но и ты пойми. Дело наше масштабное и с далеко идущими перспективами. Патрулю нужно помочь навести порядок на «Альхоне» в кратчайшие сроки. Мы поможем им, они помогут нам. На кону великие дела и большие креды! Совсем другая жизнь для тебя, Касуми! … Если эти альхонские дикари снова устроят кровавую баню, то получим операцию «Перформанс» 2. Этого нельзя допустить… Сейчас реальная сила на «Альхоне» только у «Зова» и у Федерации. Вторых надо нейтрализовать, тогда альхонцам будет проще делать выбор. Патруль надавит на федератов с космоса, но с высадкой, увы, не поможет…
- Ага… Чтобы не вышла как в тот раз, иначе «Зову» не выстоять.
- Прошлого раза не будет поверь мне. На этот раз космо-флот ФСМ-а сметут. Вот увидишь.
- Ну, если так… Есть у меня на примете неплохой альхонец. Толковый харизматичный. В не ладах с некоторыми из местных авторитетов… Только сначала он должен доказать делом, что на него можно положиться…
Тут Маок прервал прослушивание записи в уме и задумался. Все это было мерзко и противно. Однако Касуми не соврала и не обманула его насчет отлета. Он видел вполне реальный шанс для себя покинуть «Фривинд» ближайшим рейсом по вполне уважительной причине и вернуться на «Альхон». Его жена, его Мудис, ее плен, не давали ему покоя. Маок взял себя в руки и успокоился. Он решил дослушать.
- … Есть еще одна проблема, «Квик».
- Какая?
- Тут среди альхонцев Николь, которая «Чара», спец-отряд «Тени».
- Черт! Так она здесь у вас!? Я думал, федераты с ней уже покончили! – резко возмутился собеседник и затих на некоторое время. – Почему раньше не сообщила!?
- Сгоряча думала, избавиться от нее по быстрому, но вовремя опомнилась. «Зову» это не понравилось бы.
Собеседник Касуми на этот раз ответил не сразу, но после некоторой паузы, видимо на раздумье, произнес:
- Она ж не знает, что ты использовала сверхплотник.
- Знает… Я немного наследила. Кэп видел меня. Кое-кто из отряда – тоже. Поползли слухи всякие.
- Ты ж знаешь, что она трется с «Линкером»?
- Знаю – грустно сказала Касуми.
- Тебе нужно будет ее устранить… Сейчас все, кто с «Линкером», подлежат немедленной ликвидации.
- Я ж сказала. Я не могу.
- Почему?
- За нее впряглись из руководства «Зова Вальхаллы». Хотят, чтобы она вернулась на «Альхон» живой. У них на нее свои планы.
- Кто? – резко спросил «Квик».
- Фабриан.
Снова в ответ была пауза. Тот, кого называли «Квиком», явно думал над ответом.
- Она должна трагически погибнуть в одной из схваток – выдал он наконец после очередной паузы. – Тогда ты не при делах.
- Я думала про бунт – высказала свою мысль на счет Николь Касуми.
- Бунт!? В своем уме!? Забудь! … Тебе нужна лояльность альхонцев, забыла?
- У меня есть один, который имеет на нее зуб.
- Во-о-от. Это другое дело… Только не убийство. С «Зовом» потом терки мне не нужны… Пусть Николь погибнет на миссии, а этот твой, имеющий зуб, поспособствует… Если облажается, его не жалко.
- Это можно… Этот вариант уже в работе.
- Вот и отлично… И не подпускай ее к квантовой связи! Если «Линкер» узнает, где ты – отгребёшь проблем!
На этом, в общем, разговор был окончен. Далее Маок не нашел для себя ничего интересного. Перед глазами снова замаячило то самое простое решение его проблемы. Снова всплыло лицо Мудис, такое милое, такое бесконечно красивое и такое родное. Казалось, тут и думать было нечего. Обратный билет домой был, по сути, у него в руках. Оставалось лишь сделать дело. С этими мыслями Маок не заметил, как уснул.
Во время завтрака перед симуляцией Маок заговорил с Николь через нейро-линк, но уже не сильно скрываясь, потому что Касуми в общей столовой еще не было. Отсутствовали и викинги. Темой их мысленного разговора стала свежая прослушка, которую Маок уже успел перехватить и поделиться с Николь. Там викинги обсуждали с Касуми новую цель для атаки. Нападение, судя по описанию, должно было стать очень дерзким, потому что противостоять «Фривинду» должны были 2 корабля, включая арбитражный крейсер ГЛТК.
- Тот раз тебя ранили в плечо. А если в этот раз получишь разряд в грудь? – начал Маок издалека.
Николь сделала удивленное лицо.
- Это ты к чему?
Маок пояснил:
- Дата-ключ… Ты принимаешь участие в штурмах с ним. Его могут повредить, и тогда прощай надежда освободить Мудис.
Он все еще не терял шанс, если не заполучить его вскоре, то хотя бы обезопасить в случае травмы Николь. Тот раз на «Масаракасе» стоил Маоку нервов и излишних волнений не столько за себя, сколько за командира, который как безумец лезет на рожон.
- Да. Это риск… Будет тебе стимул лучше и надежнее присматривать за мной, Мао – ухмыльнулась Николь.
- Это слишком большой риск!
- Что ты предлагаешь?
- Отдай кэпу дата-ключ на хранение – попробовал Маок убедить ее чуть другим способом.
Идея с кэпом витала в воздухе. Обе ему более-менее доверяли, потому что оба где-то зависели от него. И все же он понимал, догадывался, что Николь все равно не согласиться.
- Э, не… Извини, Мао, но я не вчера родилась. Дата-ключ – это моя гарантия, что ты не предашь – отмахнулась Николь.
Маок недовольно покачал головой. Она, не отрывая глаз, смотрела на него в упор в ожидании чего-то, но тот молчал. Маок недовольно ухмыльнулся, затолкал оставшийся кусок протеинового брикета, запил метой и собрался оставить ее, но Николь его остановила:
- Мао, не глупи… Что по-твоему Краяде надо? Дата-ключ или капсула, которую он открывает?
На мгновение ему показалось, что Николь на самом деле все знает, что он облажался или вот-вот облажается со своей паранойей. Он взял себя в руки.
- И то, и другое – бросил ей Маок, не желая более тратить время на разговор. – Дата-ключ ведет к капсуле должника. Без него никак.
- Погоди! … Что, если я тебе скажу, что ключ этот не ведет к капсуле! – внезапно выдала Николь.
От этих ее слов он слегка остолбенел. С ее уст да еще и в контексте разговора это звучало, как попытка одурачить, соскочить с темы и не вызвать подозрений. Все в «Альхоне» знали, что бизнес Краяды надежен и безупречен. Дата-ключ всегда ведет к капсуле благодаря полной защите и хитрым алгоритмам. Каждая капсула должника была уникальна. Обмануть систему проверенную годами, казалось делом невозможным. Маок замотал головой, не желая принимать услышанное.
- Это бред. Ты ж альхонка, и сама знаешь не хуже меня, что это бред.
- Сядь, Мао… Я тебе кое-что скажу, чтобы ты поверил мне и не думал то, что ты удумал за моей спиной.
Он сел и даже вылил остатки в стакан, чтобы со стороны сложилось именно такое впечатление. Вдобавок, ему нужно было прилично накидаться метой, чтобы разгрузить и расслабить мозг перед исполнением задуманного. Маок, даже имея прослушку, не знал точно, не мог гарантировать, есть ли у Касуми кто-то еще на примете, кто-то из любимчиков, кто-то, кто возможно следить за ним и Николь, кто-то кто, возможно, уже назначен ею для дублирования его в деле.
Маок задержался за столом с Николь и повел себя максимально спокойно и расслабленно, давая шанс собеседнице объясниться. На кону была свобода его Мудис.
- Ты ж не знаешь, как я получила этот дата-ключ… Думаешь, я не отправилась за добычей? – обратилась к нему мысленно Николь и сразу же сделала паузу.
Маок поймал себя на мысли, что упустил этот весьма простой и такой очевидный момент. «Так вот почему она не трясется над ним!». Несмотря на всю свою внимательность, что-то важное ускользнуло у него тогда из виду. Сейчас он осознал, что именно. В груди все сжалось. «Вот придурок! Ну конечно же, если дата-ключ у нее и не ее, то что мешало самой вскрыть капсулу!». Корил он себя недолго. Пауза затянулась. Налитый стакан меты застыл у него в руках, никак не желая последовать внутрь. Николь вывела его из ступора:
- Там, куда указывает дата-ключ, ничего нет! Ни-че-го! Но…
Она снова сделала паузу и почти сразу же более громко добавила, видимо, чтобы обнадежить его и вывести из столбняка:
- Я знаю, где капсула. Я, как и ты, хочу добыть содержимое… Не спрашивай только, зачем оно мне… Просто помоги мне, а не Касуми, и мы вернем твою жену.
Маок выпил мету почти залпом. Поставил стакан. Посмотрел на Николь и, вздохнув, пояснил:
- Сейчас твоя смерть – мой билет на «Альхон». Иначе никак. Понимаешь?
Николь слегка побледнела от «услышанного», но весьма быстро пришла в себя и ответила мысленно:
- У меня есть идея.
Маок явился на мостик не вовремя. Он знал это и сделал так специально. Касуми была не одна. К ней давно уже хаживал Гален. И все же Маок добился своего, вынудив ее среагировать.
- Что хотел? – спросила она мысленно весьма недовольным голосом.
- У меня информация. – выдал он. – О Николь.
- Прослушка? – уточнила Касуми.
- Да – соврал Маок.
- Жди меня в столовой… Я спущусь на завтрак. Там все расскажешь – услышал он ее голос в мыслях.
Подобное в его планы не входило, и он решил слегка надавить.
- Нельзя… Николь еще там… Нужно тут и сейчас – слукавил Маок, но при этом надавил.
- Ладно! – очень недовольно и резко выдала она и добавила, спустя секунду: - Тогда вернись сюда через 10 минут! А сейчас не стой под дверью, а уходи!
Маок вернулся к столовой. Дверь отъехала прямо перед ним, едва он успел подойти к ней. От туда вышли 2 альхонца из отряда. Он поздоровался с ними. Они уточнили про брифинг. Маок, пока говорил с ними, успел заглянуть через их плечи и заметить, что Николь все еще там за столом, где он ее оставил. Маок немного успокоился. Не хотелось попасться на вранье вот так вот на ровном месте. Он специально замешкался и не вошел внутрь. Зато заметил одинокого и без напарника Галена, который вошел внутрь перед ним, потому что Маок вежливо пропустил его вперед. Сам же он не пошел, но выждал время и направился снова к мостику.
Касуми пустила его.
- У тебя 5 минут, пока я переодеваюсь… Заходи и рассказывай – выдала ему Касуми.
Маок зашел и заметил, что она была голой, лоснящейся после парового душа и очень быстро одевалась. Он набрал воздуха в рот, чтоб случайно не выдать фальшь голосом, и произнес:
- Николь планирует подключиться к квантлинку во время ближайшей миссии и что-то переслать некоему «Линкеру» - сымпровизировал он.
Касуми застыла, едва натянув плотный черный с красными линиями комбинезон где-то по пояс. Маок специально уронил свой взгляд вниз, буквально буравя область паха, то, что не успело скрыться за черной металло-полимерной тканью.
- Это хорошо! Очень хорошо! Значит она еще не связалась. Значит будет шанс порешать с ней, пока не поздно! – эмоционально вырвалось внезапно у Касуми.
Она умолкла и улыбнулась. Ее глаза заблестели, смотря куда-то в сторону, но потом резко повернулись к Маоку.
- А куда ты уставился? – внезапно спросила она его.
Маок оторвал взгляд и посмотрел на нее с нескрываемой просьбой в глазах.
- Можно мне квантлинк сеанс с «Альхоном»? Это важно! Очень важно!
Маок, не дожидаясь ее ответа, рванул к панели управления, хотя мог бы попытаться и через нейро-линк, чтобы убедиться в полной блокировке и невозможности исполнить задуманное.
- Куда! – едва успела среагировать на него полуодетая Касуми, как он прошмыгнул к системе вплотную и едва не упал в ковш-кресло.
- Твою ж мать! Прыткий какой! … Общее правило для всех, Мао! Никаких межзвездных коммуникаций! Не хватало нам еще потерять все ради одного неудачного квантового сообщения!
Маок так и не сел в кресло, но неаккуратно задел его, вынудив Касуми отвлечься и остановить левитацию. Этого он и добивался. Он схватил припрятанную болванку-жучок и быстро убрал за пояс, одновременно с этим сказав:
- Я принес отличную весть. Разве нет? … К тому же Гален наверняка утаил свои похождения к тебе от Хальберта… А ведь могут пойти слухи. И зачем тебе быть причиной раздора у викингов, а? Это ж может навредить общему делу.
- Что!? – внезапно разозлилась Касуми от его последней фразы. – А ты не ахренел!? Думаешь, я тебе замену не найду!?
Бледное лицо Касуми мимолетно покрылось красными пятнами. Маок именно этой реакции и добивался от нее. Он сделал вид, что ничего такого не говорил. Подняв руки вверх, он попятился к выходу и бросил на последок:
- Ладно… Извини. О тайном приходе Галена никто не узнает. Обещаю.
- Не знаю, что там себе вообразил, но все не так – совсем плохо и неестественно соврала Касуми. – Да и какая тебе разница?
Он снова демонстративно поднял руки и быстро сменил тему:
- Я думаю, сделать это с Николь в ближайшее удобное время.
Касуми, услышав это, опять поменялась в лице:
- О, а вот это правильно! Чем быстрее покончим с ней, тем лучше! … Ну и мое предложение все еще в силе.
На последней фразе она даже подмигнула ему. Хотя Маок уже спешил на выход, успешно осуществив задуманное.
С капитаном Мекелдоно Маок пересекся на общем брифинге. Именно там все узнали о предстоящем перелете и атаке на арбитражный крейсер ГЛТК. Маок снова попросил кэпа об услуге, на что услышал мысленный смех в ответ.
- Исключено! Николь донастроила ИИ «Надзор» следить за всеми, кто наведывается в «Мул», даже через стены… У тебя был шанс, и ты им не воспользовался… Теперь, даже если я тебя впущу, «Надзор» сдаст.
Маок не растерялся. Он достал муляж-жучок и незаметно сунул его Мекелдоно в руку. Тот тут же среагировал и едва не вернул предмет обратно.
- А мне оно зачем? Я в ваших играх не участвую – мысленно возразил кэп.
Маок не принял назад и пояснил:
- Тот раз мне помешала вошедшая Касуми, если помнишь.
- Значит ты упустил свой шанс. Ничем не могу помочь – попытался снова Мекелдоно вернуть муляж.
- Кэп, ты пойми, пока у Николь дата-ключ, и она участвует в рейдах, я беспокоюсь… К тому же она о подмене даже не догадается. А ты сохранишь дата-ключ у себя. Потом просто вернешь его ей… Никакой кражи! Просто перестраховка!
- Ну хорошо… Хорошо… Только учти, если она заподозрит, то я тебя сдам… Я не хочу портить с ней отношения. Не сейчас.
- Ладно, кэп. Будь по-твоему… Главное, не тяни с этим. Сделай до начала миссии.
Откровения
Среди густых красных газовых скоплений яркой белой вспышки далее пары тысяч километров, наверное, никто и не заметил бы. Образовавшаяся гравитационная воронка на месте вспышки частично нивелировала субсветовую скорость достаточно большого более 3- километрового в длину рукотворного объекта. Он выглядел, как обычный межзвездный корабль класса «Странник». Плотный алый газ вокруг него, гонимый гравитацией разогрелся до состояния плазмы и испустил весьма причудливые волновые сияния, проредив при этом и само пространство вокруг на десятки, а местами и сотни тысяч километров. И все равно кругом была лишь пустота, где изредка встречались небольшие блуждающие астероиды или сбитые в кучу объекты человеческой жизнедеятельности. Жерло огромной трубы звездолёта осветилось вспышками. Оттуда вырвались многочисленные огоньки, которые постепенно увеличивались в размерах, превращаясь во вполне различимые где-то 2-метровые подобные угловатым каплям ударные файтер-дроны Федерации. Их было много. Они самоорганизовались в стреловидное построение, подобное птичьей стае, и направились куда-то в сторону обширной газовой облачности в полумиллионе километров отсюда.
Следом за ними выскочило звено из 4-х легких 14-тонных космолетов поддержки «Гланцетов» во главе с весьма массивным 33-метровым 300-тонным ракетоносцем «Акведуком». Они, сначала догнав рой файтер-дронов, затем весьма быстро разделились с ними и свернули в другую красную облачность по пути. Со стороны могло сложиться весьма стойкое ощущение, что они все, включая сам «Странник», знали, что делали. Да и сам звездолет был весьма необычным для своего класса. На борту имелись всевозможные внешние доработки для накопления и зарядки. А эмблема на нем красноречиво свидетельствовала принадлежности ГЛТК с весьма свободолюбивым названием «Фривинд».
Этот большой межзвездный корабль-станция совершил разворот своим жерлом в еще одно газовое скопление и полетел туда. В какой-то момент, казалось, образовавшееся открытое пространство совсем опустело, как внезапно среди мелких сбившихся частиц мусора, чудом уцелевший после гравитационной воронки, возник мелкий полутораметровый дрон-сенсорик. Он активировался и, не совершая резких маневров, направился следом за более медлительным «Фривиндом».
Альхонский отряд находился в полной боевой готовности в одном из ангаров. Их целями на этот раз должны были стать арбитражный крейсер ГЛТК и исследовательское судно, которое тот прикрывает. Касуми как всегда удачно подобрала слова, чтобы донести всем бойцам, на сколько важно для их общего дело накрыть арбитражный крейсер и взять в плен представителей ГЛТК на его борту. План, разработанный для этого и уже апробированный на «Масаракасе», был прост и гениален, хотя гениальности в нем не больше чем у дубины, когда у оппонента ее нет. Роль такой дубины отводилась мощному рубиновому пульсару, который должен по наводке файтер-дронов поразить наиболее жизненно важные узлы боевого крейсера, вынудив его прекратить сопротивление, даже не начав. Подобное пусть и с не бесспорным результатом уже было опробовано все на том же «Масаракасе». Только, если в случае Альянса, не учли безумное сопротивление оставшихся на борту фанатиков, то в случае куда более нежных и жизнелюбивых представителей ГЛТК подобное не ожидалось.
Маок сидел у контейнера среди таких же бойцов, как сам, проверяя все оборудование и оружие. Он полюбил «фанбору» и «райнбуредо» - улучшенные боеприпасы для своего спрэдгана, посоветованные ему еще тогда Касуми. А дополнительная разгонная катушка прилично увеличивала кучность и дальность выстрела «шрапнели», но и сказывалась на массе оружия. Хотя по поводу тяжести он совсем не переживал. Силовой боевой скафандр Федерации, который он добыл себе из многочисленных закромов «Фривинда», с его широким спектром обзора и сенсорики почти на все 360 градусов очень порадовал его своим удобством, защищенностью и надежностью. И хоть в изяществе и доп-защите он, может и уступал черному преторианскому «броне-костюмчику», в остальном же, даже несмотря на угловатый и топорный квадратный дизайн шлема, весьма радовал своими возможностями по энерго-обеспечению и автономности. А для таких вот рейдов на шаттлах с одного корабля на другой под возможным обстрелом с вероятностью поймать ракету или разряд и развалиться на куски, мощная силовая броня было то, что надо.
Командир отряда Николь, однако же, не разделяла его вкусов. Она была верна стандартному легкому броне-костюму «Зова», но с альхонскими гравировками. Вдобавок, она все так же была верна своим оружейным пристрастиям. На поясе болтался крупный, подходящей более для мехводов, роторный пистолет-карабин. Маок от нее самой знал, что подобное было не всегда. Еще совсем недавно в бытность того первого легендарного альхонского отряда Николь предпочитала бластеры и легкие излучатели.
- Заряди холостой. Сейчас заряди в обойму, чтобы легко переключиться на нее в бою – обратилась к нему Николь мысленно, сидя напротив него.
- Зачем сейчас? Заряд с мусором у меня сзади в нижней секции ранца. Оттуда легко достать – отозвался мысленно Маок. – И я не перепутаю с боевыми.
- Нет. Сделай сейчас именно в обойме… Замена только одного заряда в горячке боя вызовет подозрения. А вот замена опустевшей обоймы – нет! – настояла на своем Николь, прожигая его взглядом через ферро-стекло броне-шлема.
- Тфу ты, блин! – выругался Маок. – Да кому надо вообще смотреть, что я там себе заряжаю! Да еще и в горячке боя!
- Нет, Мао, ты не понимаешь! Там, где нас обучали, нюансы и мелочи – это все.
Маок ничего не ответил, но сделал, как она просила, высвободив в 5-ячеечном магазине одну и заменив ее на мусор. Они молчали. Маок не выдержал и спросил через нейро-линк:
- Расскажи про свою подготовку. Может есть какие-то важные и полезные навыки, которые я мог бы позаимствовать.
Николь лишь покачала головой украдкой, не привлекая внимания остальных из отряда. Маоку это не понравилось:
- Ты хочешь, чтобы я в критический момент поверил тебе или выполнил приказ Касуми, а!? … Как я могу тебе доверять, если ты мне не доверяешь, а!?
Николь зыркнула на него из-подо лба и задержала долгий изучающий взгляд. Маок видел напряжение на ее лице. «Что же у тебя за тайны такие, а?».
- А ты почему Касуми не поверил? Ведь она тебя, с твоих же слов, ни разу не кинула… Или нет?
Маок покрутил головой, не желая снова быть в положении рассказчика, а не слушателя. Он быстро нашелся.
- Ладно. Откровение за откровение. Идет? – выдал он прямо, уже не отводя глаза.
Николь едва заметно кивнула.
- Мы с Мудис застали Касуми за уничтожением всего экипажа сектантов и их пленных рабов… Всех. Без разбора… Ну, не совсем застали за этим, но уже за результатом… Ну ты понимаешь?
Николь никак не отреагировала, а лишь отмахнулась, как от чего-то маловажного или второстепенного:
- Нормальная практика диверсий. Гражданские были сопутствующими издержками. Она избавила вас от морального выбора и терзаний… Нас так обучали. Хотя конечно все зависит от формата операции. Если это спасательная, то другое дело…
- Погоди-погоди… И ты, и она из Звездного Патруля… Что значит, вас так обучали? А Конвенция как же? – перебил ее Маок. – Я хоть и не сильно сведущий во всех этих документах, но про Конвенцию-то, только совсем далекий не слышал.
- Весь СОП отдел Патруля – сплошное нарушение Конвенции. Потому-то про него нету в справочниках. И я по документам не из спец-отряда, а всего лишь офицер связи на «Аламахе».
Маок покачал головой, но вернулся к изначальной теме.
- У нее такой броне-костюм необычный, лицо каменное, будто мертвое. Она буквально исчезала и появлялась в совершенно другом месте… Она видела нашу работу с Мудис, где мы едва не погибли. Могла помочь, но даже пальцем не пошевелила… Мы альхонцы так не поступаем…
Маок осекся на полуфразе и вопросительно посмотрел в серые глаза Николь. Она небыстро отвела их в сторону и потупила взгляд.
- Мы ж так не поступаем, да? … Откровение за откровение… Что случилось с первым отрядом? – не слазил с нее Маок, буравя своими суженными глазами через ферро-стекло.
Лицо Николь заметно осунулось и даже как будто побледнело. Однако она внезапно посмотрела на него в ответ. Сделала это дерзко и даже с вызовом. Затем вздохнула, немного успокоилась, как будто даже махнув рукой, и сказала:
- Это все не моя вина… Я служила в спец-отряде «Тени» … Касуми с «Призраков», но чаще наши миссии были совместные… Тогда случился этот мятеж. Местные альхонцы с одобрения бонз самых крупных синдикатов совершили нападение на строящиеся секции КСП, на весь их комплекс… Ты был тогда в капсуле, потому твоя жена не участвовала, а решала вопросы с тобой, но многие наши приняли участие…
Николь умолкла. Маок тоже молчал и ждал продолжение.
- У нас была сугубо спасательная задача вызволить персонал станции, по сути тоже альхонцев, но не принявших не признавших революцию на Би-Проксиме.
- Хель! – протяжно выдал Маок, понимая, к чему она клонила.
Николь кивнула головой и тяжко вздохнула:
- Да! Маок! Хель дери эту долбаную Галактику! … Закончилось все таким побоищем на «Альхоне», что тебе и не снилось! … Но моей вины в этом нет! Понимаешь!? – последние фразы она буквально мысленно кричала в него, едва сдерживая себя.
Маок кивнул, но скорее не в поддержку, а от тяжести ее слов. Для альхонца не было ничего более мерзкого, чем драться со своими без уважительной на то причины, просто потому что так кому-то было надо.
- Это еще не все – вырвала она Маок из собственных мыслей, в которые он едва не провалился, примиряя все сказанное на себе.
Он тут же снова переключился на нее.
- Я ушла из Патруля сразу же… Вернулась на «Альхон» вольным артефактом… - продолжила она.
- Кто такой «Линкер»? – внезапно спросила ее Маок прямо.
Она умолкла даже слишком резко. Где-то с минуту оба молчали.
- Никто. Уже никто… Прибыл первый космо-флот Федерации – продолжила она, как ни в чем не бывало. – Я вступила в формируемый отряд. Мой бэкграунд в Патруле сыграл на руку…
- Сыграл на руку? – удивился Маок, перебив ее.
- Хель, да! … Я ж уже сказала тебе, по открытой базе Патруля я числилась, как офицер отдела связи и коммуникаций… Сам на меня посмотри! Какой я к хелю боец спец-отряда! Метр с хвостиком!
Маок демонстративно окинул ее взглядом, задержался на сером хвостике собранных сзади волос и кивнул, уловив сарказм.
- Я формировала тот самый легендарный альхонский отряд. Я подбирала лучших из лучших, но…
Она снова сделала паузу и спустя пару секунд продолжила:
- Этому молодому адмиралу из Би-Проксимы было мало. Он приказал назначить командиром своего беглого дружка.
- Беглого? – удивился Маок.
Николь покрутила глазами в недовольстве из-за подробностей, но все же ответила:
- Да! Прикинь!? … Что главком космо-флота Федерации Саймон Белл, что этот его друг Бродерик – оба из Звездного Патруля и оба беглые… Так-то! … Извини если разрушила твою хрустальную картину мира.
Маок молчал. Картина мира не рухнула. Многое Маок уже знал от Краяды. Кое-что прояснила и сама Николь. «Как же все запутанно! Бывшие из Патруля сражаются против Патруля! На голову не налезает!».
- Саймон над лучшими альхонцами поставил командиром беглого артефакта, еще и недоучку… Можешь себе представить этот позор!
Маок кивнул скорее машинально, чем соглашаясь. Он снова немного ушел в свои мысли на счет всего выше сказанного.
- Я поставила себе цель свергнуть его… Ну, свергла. Ну, предала немного. Слегка перегнула палку… За это сразу попала в немилость к федератам… Как-то так – закончила исповедь Николь.
- М-да – протянул Маок, не зная, что еще сказать.
Из головы не выходил этот «Линкер», про которого он подслушал.
- Почему вы с Касуми не ладите? Обе служили вместе – переключился Маок.
Николь отвернулась, видимо, не желая больше исповедоваться. Однако Маок не унимался:
- Мне важно знать! Я буду выбирать одну из вас, кого замочить!
- Ладно-ладно! Недоверчивый какой! – возмутилась Николь. – Во время спасательной миссии на «Альхоне» я вскрыла позиции «Призраков». По сути сдала их развед-группе экспедиционных сил Федерации на мех-доспехах, на «Охотниках» … Ну те их, конечно же, накрыли. Там пол отряда сразу полегло. Даже Касуми досталось.
- Так ты типа и там против своих пошла… Предательство в крови, как я посмотрю – ухмыльнулся Маок, сам не зная смеяться ему или плакать от таких откровений.
- Да пошел ты! – хохотнула нервно Николь и отвернулась. – Дурак! Как уже достал с тем случаем! … Я – альхонка и всегда альхонка! … Тебя я не предавала, а спасла от неминуемой гибели, болван!
- Вот только не надо об этом – осек ее Маок. – Я все равно останусь при своем.
Сделал он это как раз вовремя. Ожил объёмный экран в ангаре. Оттуда Касуми отдала распоряжение о погрузке всех в «Визитер». Это означала, что «Фривинд» выходил на позицию атаки основным излучателем и ждал лишь целеуказания от файтер-дронов, которые, судя по всему, уже вот-вот должны были схлестнуться с арбитражным крейсером ГЛТК.
Наглое нападение
Тряхнуло огромный «Фривинд» весьма сильно почти сразу же, как весь отряд разместился в «Визитере». Внезапно пропала связь с пунктом управления. Голос Касуми, который заряжал всех идеологическим напутствием, внезапно прервался на полуфразе и совсем исчез из общего нейро-эфира. Маок почувствовал неладное. Лица остальных в отряде выглядели слегка растерянно. Николь взяла ситуацию в свои руки:
- Нас атаковали. Похоже ЭМИ удар или типа того… Сейчас все придет в норму.
Однако будто специально вразрез с ее словами тряхнуло снова. Нахождение их всех внутри примагниченного к полу орбитальника частично нивелировало тряску. Николь выругалась и переключила объемный экран на прямую связь с системой безопасности «Фривинда». Дело оказалось даже хуже, чем думалось. Похоже станция после этой второй более сильной встряски перешла в дрейф, который при отключившейся гравитации ощутился, как свободное падение. Отряд был пристегнут в десантном отсеке, а потому это почувствовали ни все и не сразу. Маоку сообщил собственный ИИ броне-доспеха. Он так же понял, что случилось что-то не очень хорошее, но сохранял самообладание. Все они тут были облачены в броню и находились внутри шаттла. Даже в самом худшем раскладе можно было рассчитывать на весьма комфортное и продолжительное выживание. Только думать о плохом исходе ему не хотелось, а потому Маок переключился общей нейро-линк:
- Нас атаковали? Электромагнитными бомбами или ракетами? Это ж сколько нужно боеголовок, чтобы оглушить такую громадину, как «Фривинд»?
Николь отреагировала быстро:
- Хватило бы нескольких фотонных торпед. Главное даже не сколько, а куда именно… Похоже, что «Фривинд» весьма удачно таргетировали.
- А разве не мы собрались на охоту? – все еще недоверчиво косился на нее Маок.
Другие бойцы отряда были с ним где-то согласны. Точная и скоординированная атака на крадущийся в туманности «Фривинд» выглядело слишком как-то фантастично.
Николь была увлечена попытками подключиться к системе «Барьер» станции. Ничего не помогало. Чтобы ей не мешали, она бросила в нейро-эфир свое первое же предположение:
- Если мы кого-то таргетируем, то могут и нас… Видимо, нас тут ждали.
Отряд загудел. Нейро-канал наполнился гневными и испуганными мыслями. Как бы ни хотелось сомневаться, но слова Николь неотвратимо подтверждались происходящим. Она как могла притушила разгорающийся пожар паники и объявила всем сохранять спокойствие.
Экран моргнул и переключился на смежный по совместительству самый основной ангар, с которым была пока еще более-менее стабильная связь. Однако то, что они там увидели, никому не понравилось. Шлюзовые врата были открыты, а внутрь основного ангара неспешно садился весьма крупный вооруженный до зубов десантный шаттл «Бульдог». Попытки оказать сопротивление со стороны охранных дронов были сразу же подавленны. «Бульдог» не скупился на ракеты, разбрасывая их направо и налево. Он использовал весьма необычную линейку боеприпасов, миксуя «райнбуредо» и электромагнитные боеголовки. Экран моргнул несколько раз и погас.
- А вот и гости! – вырвалось у Николь в общий эфир.
- Какие щадящие заряды у них! – добавил Маок. – За своим пришли небось!
Это чувство возникло у Маока почти сразу же. И тут он как в воду глядел. Проникли штурмующие силы внезапно и совсем уж как-то легко.
- Инженерные коды! – догадалась Николь.
Маок и сам об этом подумал. Очевидно, что незваные гости были знакомы с «Фривиндом», если не лично, то косвенно.
Рампа «Визитера» откинулась, и из шаттла высыпал альхонский отряд в полном составе. Вперед к воротам в смежный ангар сразу направили «Ганранов» для атаки ракетами. Фланговый удар напрашивался сам собой, пока атакующие силы не успели рассредоточиться и занять выгодные позиции.
- Быстрее! Быстрее! – торопила всех Николь.
Маок следовал за первой волной дронов свиты, готовясь поддержать атаку из гранатомета. Однако у самой двери все как-то сразу застопорилось. Она совершенно не отзывалась на сигналы. Николь тут же подскочила к инженерной панели внизу и подключилась флексо-щупом. И снова все попытки заставить дверь открыться потерпели фиаско.
- Командир, в чем дело!? – занервничали бойцы.
Николь недовольно поморщилась. Маок заметил растерянность на ее лице под ферро-стеклом.
- Сменили все коды – выдала она в нейро-эфир будто не своим голосом.
- Хель! – пронеслось среди бойцов. – И что теперь!?
- Надо срочно на мостик! – нашелся Маок и рванул на ускорителях к основному тоннелю.
Вот только и там впереди были двери, которые точно так же не поддавались открытию. Весь альхонский отряд, вся неполная дюжина разношерстых вояк со свитой из дронов и боевых роботов оказалась отрезанной тут в ангаре. Не успели они испугаться или задуматься, как внезапно открылся шлюз и с шумом, казалось, пробивающимся сквозь броню, заработала вентиляция. Мощный вихревой поток воздуха, ураганом пронесшись по середине ангара, подхватил сразу 4-х «Ганранов», с силой опрокинул их на зазевавшихся альхонцев, затем приложил о борт «Визитера» и вышвырнул вон. Сам шаттл, будучи на магнитных крепежах, устоял. А вот отряд сразу лишился 4 боевых дронов и 2х бойцов, даже не вступив в бой. Маок сам едва успел прижаться к стене, используя магниты на тяжелых ботинках. Николь легла плашмя, чтобы удержать себя на месте.
Шум из вент-канала прекратился так же резко, как и начался. Шлюзовая тоже захлопнулась. Еще один из альхонцев тут же рухнул под тяжестью свалившегося сверху «Ганрана», который в отличии от тех 4-х менее удачливых собратьев успел задействовать ускорители и задержаться в пространстве. Из-за того, что все они столпились у двери, как какие-то дилетанты, досталось в той или иной степени каждому. Те двое альхонцев, вылетевших вон, успели передать то, что увидели снаружи. Тяжелые 33-тонные космолеты «Глайдеры» будто поджидали их там. В нейро-эфире раздались крики о помощи, которые почти сразу затихли. Однако переданного хватило, чтобы понять масштаб проблемы.
- Нам нельзя оставаться тут в ангаре! Они нас достанут! – выругалась Николь.
- Что ты предлагаешь, командир!? – послышалось с разных сторон.
Она окинула взглядом поредевший отряд, потом задержалась на Маоке и неохотно выдала:
- Нам нужно попробовать через вент-канал.
Маок тоже посмотрел на себя и все понял без лишних слов.
- Я не пролезу… Пол отряда не пролезет. Только в легкой броне.
Николь кивнула.
- Я пойду.
- Может просто вынесем двери ракетами? – обратился кто-то из альхонцев.
- Нет… Время уже потеряно. К нашему визиту как минимум готовы, а как максимум – напоремся на засаду и поляжем все – отмела эту идею Николь. – Нам нужны глаза с той стороны. Я залезу в вент-канал и запущу «Хантсмена».
- Первым же очередным напором воздуха тебя оттуда выплюнет, кусков не соберешь – недовольно подытожил Маок.
- Я рискну. Я, кажется, неплохо знаю эти вент-каналы… Там одно опасное закругление. Если его миновать, проскочить до ветра, то дальше легко – возразила Николь.
- Почему ты!? – вмешались бойцы. – Может кого-то еще?
- Нет. Я справлюсь… Если что, «Картер» за главного.
Маок на этих словах занервничал. Снова появилось волнение, нервозность за сохранность дата-ключа. Случись что с Николь, как и где потом искать, было не ясно. Он попытался возразить ей, но теперь уже командира поддержал весь остальной отряд. В итоге Маоку оставалось лишь волноваться и переживать.
Николь нырнула в трубу и скрылась в ней. Со стороны действительно могло показаться, что она эти вент-каналы неплохо знала. Уж больно уверенно она по ним двигалась. Долго быть в неведении им не пришлось. Сигнал от нее пришел уже вскоре и совпал он с очередным внезапным открытием шлюзовой. Только на этот раз вместо потока ветра из вент-шахты, откуда они уже приготовились ждать неприятности, беда пришла из космоса.
В ангар с воем маневровых и свистом уносящегося воздуха влетел тяжелый космолет «Глайдер». Не успели бойцы прийти в себя, как он обрушил на них шквал ракет с характерной объемной рябью и искрами во время детонации. То были электромагнитные боеголовки. И без того поредевший альхонский отряд вмиг лишился всех дронов свиты, а с ним заодно и тяжелой поддержки РПУ и импульсных излучателей. Однако вместо того, чтобы начать бой, космолет предпочел ретироваться обратно в космос, видимо, удовлетворившись уничтожением «неживой» силы отряда.
Когда казалось, что разгром неизбежен, появилась связь. Николь смогла выполнить задуманное, и малый, юркий развед-дрон паучок «Хантсмен» передал кадры того, что творилось в основном ангаре. По палубе в немалом количестве рассредотачивались мех-доспехи атакующих. То там то тут дымились разбитые или в основном вырубленные роботы охраны. Из «Бульдога» уже вышла достаточно крупная группа из полусотни мелких птице-подобных боевых машин, мех-доспехов класса «Гнат», которые своими вывернутыми тонко-бронированными лапами, пригибаясь и осматриваясь по сторонам, водили цилиндрами многоствольных капсульных пушек. Их раскаленные мелкие, как шрапнель, боеприпасы шквалом и скоростью огня отлично разбирали роботов и пехоту, щадя при этом стены, пол и потолки. Подобное оружие чудовищно жрало боезапас, но в достаточных количествах и ограниченных пространствах ангаров и тоннелей могло в умелых руках творить чудеса.
- «Чара»! «Картер»! Как слышите!? … Я восстановила связь! Куда до меня этим дилетантам из ГЛТК! – ворвался весьма обнадеживающий голос Касуми.
Маок отозвался первым и сразу доложил о потерях. Это конечно немного охладило ее запал. Однако было кое-что еще, что воодушевило всех.
- Приготовьтесь! Эти балбесы не догадываются, что я вернула контроль над «Барьером»! … Сейчас у них из-под носа вылетит птичка!
О чем так радостно вещала Касуми, пока понять было сложно. Да и времени на раздумье она не оставляла почти совсем.
- Займите позиции! Я открою ворота в ангар резко! … Распределите цели заранее, чтобы накрыть ближайших к вам! – продолжала Касуми.
- А что на счет остальных? Мы сейчас сильно в меньшинстве… Нас сотрут в порошок! – обратился Маок, понимая, что даже несмотря на внезапность, их сейчас стало слишком мало.
- Остальные пусть вас не беспокоят! Ими займутся наши славные кураторы из «Зова»! – даже слишком как-то радостно для ситуации выдала Касуми.
- Откуда они зайдут? – уточнил Маок.
- Ниоткуда. Они уже там… Они на «Муле». Внутри… Пока наши гости обосновывались в ангаре, уничтожая охрану дронов, викинги тихо распаковали контейнеры со своими игрушками. Ждут нашего сигнала к совместной атаке.
И только теперь в горячке событий Маок вспомнил про «Мула», который все это время преспокойно находился в основном ангаре в тыльной его части в компании «Зари» и «Одиссея».
- А что делать с теми вторженцами, кто уже направился по основному тоннелю? – уточнил Маок.
- Засада… «Доф» и Ко берут их на себя.
От размаха и продуманности у Маока даже дыхание перехватило. Остались тяжелые космолеты за бортом. Они одной хорошей и скоординированной атакой, ураганной мощью тяжелых гипер-ракет, могли свести все их преимущества на «нет».
- Снаружи 2 тяжелых «Глайдера» … Они проделают дыру в шлюзовой и просто разнесут нас на молекулы.
- Их я беру на себя… Они у меня, как на ладони – спокойным и весьма самоуверенным мысленным голосом объявила Касуми.
- Уверена? – засомневался Маок. – Их может быть больше 2-х.
Он как-то сразу догадался, каким образом она разберется с космолетами, а потому даже не удосужился поинтересоваться.
- Более чем… Атакуем вместе по сигналу!
Он согласился. Смущало лишь немного отсутствие Николь на месте. Ее разведчик «Хантсмен» отлично отслеживал ситуацию в ангаре, где, казалось, уже высадилась целая армия небольших приземистых 10-тонных птенцов. Маок не любил подобные мех-доспехи и предпочитал разбираться с ними на расстоянии. Вот только тяжелую роторную одно-зарядку он с собой не взял. Да и не могла она помочь против такого количества «пернатых» и «бескрылых». Секунды томительного ожидания затягивались и казались вечностью. Маок в сердцах даже успел посочувствовать пилотам, мех-водам, если там таковые были. Дело в том, что в маленькой и тесной броне-капсуле-кабине «Гнатов» пилоты даже в легких броне-костюмах могли уместиться разве что в позе зародыша и управлять только через полный или частичный нейро-линк. Зато в умелых руках эти птенцы вытворяли такое, что им могли позавидовать даже более тяжелые 16-тонные юнионовские «Вакиндзачи».
- Всем приготовиться! … Сейчас! – прозвучал немного неприятный по тембру мысленный крик Касуми.
Смежная дверь в ангар раскрылась резко, даже слишком резко. Она буквально распахнулась настежь так, что Маок ощутил разницу давления воздуха по толчку ветра через толстую шкуру своего броне-костюма. Хотя давление почувствовал не он сам лично, но очень продвинутая сенсорика тяжелого скафандра Федерации.
Вперед сразу полетела очередь из пол дюжины мин «фанбору». Именно эти малышки более всего могли навредить тонким, почти фольговым «Гнатам».
2 боевые машины рухнули тут же в дыму и искрах со свернутыми, прожжёнными тонкими лодыжками. Мины-подкатки в количестве 5 штук сделали свое дело, расчистив путь вперед всему отряду. Незваные гости-диверсанты определенно этого не ожидали. Слова Касуми подтвердились. В рядах десантников ГЛТК промелькнуло легкое замешательство, которое весьма быстро, будто снежный ком или лавина в горах, начала перерастать в сильное волнение, когда на сцену прямо в тылу у «Бульдога» из недр «Мула» возникли 2 4.5-метровых 35-тонных человекоподобных робота. Это были «Охотник» и «Следопыт». Тут в просторном ангаре, несмотря на рост, они чувствовали себя вполне хорошо. В прыти мех-доспехи нисколько не уступали птенцам, а вот в броне и особенно в вооружении сразу показали огненный оскал.
Блеснул ослепительно красный мерцающий луч тяжелого 5-мегаватного излучателя «Охотника». Его мощи хватило, чтоб срезать пополам 2-х «Гнатов» и лишить ног еще 2-х. Когда, казалось, что на этом сюрпризы для гостей закончились, Открылся шлюз, и мощный поток воздуха подхватил трепыхающиеся «раненые» легкие боевые машины и вымел их вон. Противник, еще толком не осознав степень и силу угрозы, уже лишился четверти своих атакующих сил. Вот только сюрпризы на этом не закончились. Возникший из красноты космоса в проеме шлюзовой космолет «Глайдер» атаковал почему-то дружественного «Бульдога», заткнув его еще до того, как он начал разворачивать свои стволы и огрызаться.
Викинги показали высший пилотаж, сходу вломившись в стайку из 7-и «Гнатов» и принявшись кромсать их вспыхнувшими лезвиями термо-ударных клинков. Альхонцы в какой-то момент даже ощутили себе больше ненужными на этом «празднике жизни». Им доставались поврежденные или малоподвижные роботы, лишенные конечностей и стремительно уползающие, утаскиваемые тягой ветра наружу трепыхающиеся части боевых машин.
Маок схватился с выскочившим из-под разящего разогретого клинка «Гнатом», который длинной очередью огненной шрапнели смел одного альхонца и повредил доспех на еще одном. Не хотелось ударить лицом в грязь, но альхонский отряд, несмотря на броню и оружие, выглядел на фоне схватившихся исполинов словно стайка прыгающих блох. Ускорители спасали от губительного огня, но открытое пространство ангара и большое количество резких и прытких «Гнатов» сводило на «нет» подвижность самих альхонцев.
- Хель дери! Где «Чара»! – обратилась к Маоку Касуми. – Пора уже заканчивать с этими тварями! Уводи отряд обратно! Сейчас «Доф» вмажет инфразвуком!
И точно, как она и доложила, из темного дальнего тоннеля выскочил уродливый безногий, перемещающийся на крупных и массивных бронированных руках 20-тонный мех-доспех «Лом». Местами его броня прямо светилась и дымилась многочисленными порезами от раскаленной шрапнели «Гнатов».
- Сейчас он их ополовинит! – снова донесся рык Касуми.
Маок едва успел отвести остатки отряда, как физически ощутил догоняющий его вместе с потоком воздуха звуковой удар, заставляющий кровь в голове вскипать, лопаться капиллярам и сосудам потоньше. Альхонцев задело лишь краем без ущерба и невосполнимых потерь, а вот птенцам досталось по полной. Некоторые боевые машины выгнулись дернулись и буквально валились на пол и утаскивались потоками воздуха. Иные же просто застывали, будто статуи, держась на своих магнитных лапах. Колпаки их кабин открывались, и оттуда будто некий невидимый великан вырывал трясущиеся фигурки хватающихся за голову людей в темных комбинезонах и утаскивал их вон.
Маок заметил, как парочка мехводов-бедолаг беспорядочно размахивая руками, вырванные потоком ветра из кокпитов, с силой приложилась о фюзеляж тяжелого и крупного космолета «Глайдера», который парил над стихией, работая маневровыми ускорителями и орудуя изумрудными росчерками средних излучателей, дожигая то, что пыталось оказывать хоть какое-то организованное сопротивление. Очевидно, тяжелый файтер больше не подчинялся силам вторжения, а работал на своих, на общую победу. Маок впервые в жизни увидел уровень командной работы профи. Викинги на «Охотнике» и «Следопыте», как заправские мясники, орудовали среди «курятника» так быстро, так четко и слаженно, что он даже позавидовал им. Маоку, несмотря на весь немалый опыт, еще никогда не доводилось участвовать в столь крупных баталиях. «Альхон» таким, как он, предлагал лишь небольшие стычки и засады, где все решалось тем, кто атаковал первым, а кто не выдерживал удар. Подобным оркестром непременно кто-то руководил, и этот кто-то была сейчас Касуми.
Вернувшись снова в бой, или даже уже не бой, а избиение, добивание, Маок заметил и Николь. Вольфрамовые стержни ее роторного карабина, накрыли одного изрядно потрепанного, но сопротивляющегося «Гната». Мех-доспехов под управлением живых пилотов не осталось. Сопротивление оказывала лишь беспилотная, под контролем ИИ свита, рассеянная на почти километровом пространстве самого крупного ангара «Фривинда». Этот мех-доспех так некстати ворвался в группу альхонцев. Маок едва успел сменить магазин, чтобы не допустить еще больших потерь. Вражеская машина оказалась прямо у него на пути и окатила мелкой поганой больно жалящей раскаленной дробью своей капсульной авто-пушки. Он не успел вовремя отскочить в сторону, понадеявшись на ответный огонь спрэдгана, но почему-то заряд раскаленной шрапнели оказался каким-то тухлым и даже не расцарапал ногу «Гнату», как того ожидал Маок. На проекционном экране ферро-стекла под броне-пластиной шлема вспыхнула россыпь предупреждений. Кое-где его броня сильно пострадала от разящих «пуль». Казалось, еще немного и он сам пополнит список потерь. Вмешалась Николь, которая одним удачным выстрелом из роторного карабина пробила броню в стыке пластины и капсулы. Пилота в «Гнате» не было, а потому полыхнувший в искрах дым не вынудил никого выпрыгнуть наружу. Зато 10-тонный резвый птенец отвлекся теперь на Николь о чем, правда, уже вскоре пожалел, поймав рубиновый яркий росчерк лучистой энергии прямо в еще более тонкую броню на спине. Вражеская машина красочно полыхнула и завалилась на бок, испустив черный густой дым. Поток ветра неспешно, но все более и более ускоряясь потащил его к выходу к шлюзу в открытое пространство. Желая, видимо, переключиться на более легкого противника, вражеский ИИ еще одного «Гната» повел свою машину на альхонский отряд. Перестрелка вспыхнула с новой силой. Полыхнул жалящий изумрудный луч космолета «Глайдера», зависшего как раз в шлюзовой у самого выхода в открытый космос. Оттуда открывался вид почти на весь ангар. Яркий росчерк лазера полоснул по раскрутившимся стволам «Гната», словно специально давая шанс тому одуматься и сдаться.
- «Картер»! Сейчас или никогда! – обратилась к Маоку Касуми приватно, которая, видимо, тоже засекла выпад Николь из кокпита «Глайдера». – Мне пора покинуть шлюз, чтобы прекратить разгерметизацию ангара! От нее сейчас вреда может быть больше, чем пользы! Остатки добьете сами!
Маок замер. В горячке боя он совсем забыл про уговор. Николь тем временем уверенно клала стержень за стержнем в, по сути, обезоруженного «Гната». Особой опасности уже не было, но чтобы, вероятно, показать остальным, что командир с ними и не отсиживается в вент-канале.
- «Чара», это «Картер»! Время пришло! – обратился он к командиру через приватный нейро-линк.
Маок, говоря все это, машинально потянулся к поясу с обоймами, чтобы перезарядить спрэдган на холостой и уперся в пустоту. Запасных больше не было.
Она отозвалась почти сразу:
- У меня все готово! Все, как и договаривались! … Перезарядись! Используй заготовленный заряд из запаски! … Не тяни! Она сейчас занята выруливанием из шлюзовой и уклонением от вылетающих трупов «Гнатов»!
Маок, однако, растерялся. Он внезапно осознал, что у него нету той самой обоймы. Точнее, она есть, но та пара оставшихся зарядов в ней были совсем даже не холостые.
- «Чара»! Отбой! – рявкнул он в ответ, наблюдая, как она возится с замахнувшейся на нее левой ногой «Гната», вынуждая птенца припасть на бок.
- Что!? Какой отбой! Сейчас! Сделай это! Я готова!
Договорив, «Чара» специально дала возможность крупной вражеской машине увернуться от брошенной ей под ногу термо-ударной гранаты. Маок ощутил себя в некой безвыходной ситуации. Он совершил непростительную глупость, используя в горячке боя тот самый холостой заряд. Теперь командиру угрожала опасность, которую она сама же и подстроила. Маок замешкался. Ему отчего-то подумалось, что Николь все поняла и сейчас вот-вот использует оставшуюся на поясе электромагнитную гранату. Вот только она этого не делала, подставляя себя под смертельную опасность.
- «Картер», хель тебя дери! Чего ты телишься!? Вмажь уже! Иначе все испортишь, придурок! … Касуми другого найдет! Она не остановится, пока не убьет меня!
Ситуация действительно запахла катастрофой, хотя в целом сам бой уверенно клонился в их пользу.
- Но! – попытался было он, видя, что Николь окончательно подставилась под лапу «Гната».
Маок помедлил. Вспомнил про дата-ключ и сразу же успокоился на счет него, не сомневаясь, что кэп все сделал правильно.
- Стреляй, кретин! – ворвалась к нему кричащая мысль от Николь. – Иначе мне конец!
Маок выстрелил. Выстрелил, не думая, машинально. Полноценный боевой заряд «фанбору» прошил хрупкое тело в легком броне-доспехе местами насквозь и поразил слабое коленное сочленение другой лапы легкой боевой машины. Рухнули, как подкошенные, оба. 10-тонная местами сильно посеченная и опаленная машина хрустнула коленом и завалилась, выбив каскад разноцветных искр. И без того приоткрытый колпак кабины еще больше перекосился. Маок услышал, как ухнула в нейро-эфире Николь, пораженная раскаленной шрапнелью спрэдгана, как долетел ее мысленный стон:
- Хель… Как больно.
Она распласталась на полу возле искрящейся и дымящей машины, которая несмотря на повреждения все еще представляла опасность и пыталась даже встать. Еще одним зарядом Маок добил «Гната», выстрелив прямо в открытый кокпит, и подскочил к Николь. Он первым делом вогнал ей замедлитель и обратился за помощью. Ближайший дрон с мед-капсулой уже выдвинулся прямо из стоявшего поодаль «Мула».
Бой тем временем окончательно затих. Все обступили Николь. Замедлитель не действовал. Маок открыл броне-шлем, откинул забрало. Ее округленные серые глаза тускнели, а горлом шла кровавая пена. Она давилась ею, задыхалась, не в силах вдохнуть воздух.
Словно из ниоткуда среди них возникла Касуми.
- Разойтись всем! Дайте мед-дрону сделать свое дело, если не поздно! – рявкнула она и голосом, и в нейро-эфир. – Схватка еще не окончена! За бортом есть работа!
Она дала распоряжения отряду, а затем обратилась к Маоку, который стоял рядом сам не свой.
- Чего застыл!? – вывела его Касуми из ступора. – Не тупи! Бери управление отрядом и заверши зачистку!
Касуми тем временем вскрыла частично полимер броне-костюма Николь на уровне груди. Оттуда фонтаном брызнула дымящаяся кровь. Серые глаза «Чары» тускнели на глазах. Касуми тут же обработала рану из мед-инжектора и плотно застегнула костюм Николь обратно. Маок еще был тут и все видел. Возможно, Касуми хотела снять легкий пробитый в нескольких местах броне-костюм с Николь перед отправкой в лазарет, но в итоге просто передумала, чтобы не наследить лишний раз в случае неудачи. Она заметила, что Маок все еще был тут рядом, и гневно посмотрела на него. Однако, на мгновение изменилась в лице и подмигнула через ферро-стекло откинутого забрала.
Подплыл мед-дрон с капсулой.
- Она выживет? – зачем-то уточнил Маок, посмотрев на Касуми перед тем, как отправиться следом за отрядом на зачистку.
- Похоже, что нет… Надеюсь, что нет… Но нам лучше все сделать для ее спасения, чтобы у «Зова» не было подозрений… Это и в твоих интересах, Мао.
Он зачем-то кивнул. Казалось, все исполнено, все сделано, как надо. И дата-ключ был сохранен у кэпа.
- Что насчет моего отлета на «Альхон»? – совсем упавшим голосом спросил он.
Касуми теперь оставила Николь, предоставив ее мед-дрону и повернулась к Маоку:
- Я держу слово… Не слышу радости в голосе. Думала, для альхонцев подобное, как дорогу перейти.
Маок кивнул. Броне-пластина забрала закрыла его лицо. Он развернулся и, включив ускорители, рванул следом за своим отрядом.
Атака файтер-дронов с «Фривинда» на орбитальный крейсер началась весьма успешно, но потом почти сразу забуксовала. Корабль ГЛТК оказался готов к чему-то подобному. Сначала внезапным нападением из красной облачности файтер-дроны облепили боевой корабль, как кусачие мульки кучу навоза. Заработали ПТО- и ПРО-излучатели. Красная туманность осветилась заревом многочисленных импульсных росчерков и разрядов голубого и синего цветов. Рой файтер-дронов увяз в схватке и понес ощутимые потери.
Тем временем группа космолетов с «Фривинда» во главе с 300-тонным ракетным космо-катером «Акведуком» внезапно и куда более успешно атаковала исследовательский корабль Терра-Новы. Он не мог оказать должное сопротивление, а потому очень быстро получил серьёзные повреждения. Спасательный шаттл вскоре покинул обреченный корабль, оставив само судно саморазрушаться во всполохах вспышек и разрывов. Группа космолетов с «Фривинда» атаковала его с бежавшим экипажем Терра-Новы, несмотря но вопли о пощаде и на готовность тех сдаться. Задачи брать в плен не стояло, а потому экипаж научного судна «Новой Земли» был обречен.
Покончив с добиванием, группа космолетов с «Фривинда» переключилась на арбитражный крейсер ГЛТК, присоединившись к таящим силам файтер-дронов. Ударил невесть откуда из красных облаков туманности взявшийся яркий мощный мерцающий рубиновый луч, который нанес критическое повреждение и без того потрепанному крейсеру. Наступил коренной перелом в скоротечной битве. На арбитражный «Галеон» налетел рой ракет, к которому тот оказался теперь не готов. Крейсер лишился части маневровых двигателей и контроллеров распределения питания. Его турели ПРО/ПТО замолчали окончательно. Оставшиеся файтер-дроны навалились на корабль с новой силой. Небольшое звено космолетов охранения не смогло переломить ход битвы и исчезло во вспышках и каскадах искр. Боевой корабль еще пытался огрызаться и оказывать какое-то сопротивление, но существенно повлиять на исход это уже не могло.
Капитан ГЛТК долго взывал к разуму атакующих, ссылаясь на особый статус боевого судна, на межгалактическую принадлежность Конвенту. В итоге, не дождавшись ответа, он запросил прекратить огонь и объявил о готовности капитулировать. Однако, как и в случае с судном Терра-Новы, на счет ГЛТК у альхонцев был тот же план на уничтожение. Спасательный шаттл атаковали и сожгли, как только тот попытался покинуть обреченный корабль и скрыться в ближайшем газовом скоплении.
Возмездие
Все тело покалывало. Кожа в местах многочисленных ран сильно чесалась. Николь вздохнула полной грудью и едва не подавилась. Нестерпимый зуд преследовал ее всюду. Даже внутренние органы, казалось, дико чесались из-за чего доводили ее до слез. Червь-симбионт сделал свое дело в лучшем виде, вытащив ее буквально с того света. Оба легких Николь зудели так сильно, что не давали возможности нормально дышать. Она знала, что это все временное неудобство, а потому, стиснув зубы, терпела. Ведь, по факту, она внешне не особо сильно пострадала. Заряды тяжелой раскаленной шрапнели, выпущенные ей в спину, пробили оба легких, желудок и растерзал кишечник. Подобная травма была бы абсолютно смертельной для обычного человека, но только не для гибрида, хотя и она была на волоске. Проткни ее шрапнель всего парой сантиметров левее, и от сердца не осталось бы и мокрого места. Нейротоксин, который она приняла за секунду до поражения, сработал как надо. Она действительно умерла на некоторое время. Вот только Николь быстро поняла, что она в мед-капсуле, а не в полимерном пакете для трупов. Это все сильно попахивало провалом. Если с пакета она могла бы, хоть и с трудом, но выбраться, то с закодированной снаружи мед-капсулы – увы.
- А я поначалу купилась… – услышала она знакомый и в то же время очень неприятный ей голос в уме.
Колпак мед-капсулы отъехал в сторону, разрешая ей выйти. Руки и ноги Николь все еще предательски дрожали. Сказывались недавно затянувшиеся раны. Они тоже зудели. Ее черв-симбионт вылечивал тело даже слишком быстро, вызывая неимоверный дискомфорт.
На Николь все еще был ее боевой легкий броне-костюм, хотя на нем почти не имелось живого места. Большое количество шрапнели спрэдгана приняла на себя броня, превратившись местами в откровенное решето. Николь вся чесалась. Вывалившись из мед-капсулы на пол, она буквально подкосилась, рухнула на колени и принялась лихорадочно чесаться. Краем глаза она заметила стоящую чуть поодаль Касуми. Та была в костюме-сверхплотнике. Это сразу навело Николь на мысль, что прошло совсем немного времени с ее неудачно разыгранной смерти.
- Маок, молодец. Все грамотно сделал… По записям видно, что он метил в занесенную лапу «Гната», но… - снова послышался голос Касуми.
Николь, растирая зудящие части тела, украдкой косилась на нее и изучала. Та более не скрывала того, что использовала уникальный костюм-сверхплотник, что несомненно указывала на кражу ценного секретного оборудования Звездного Патруля. Николь делала вид, что не замечала ее. Та продолжила говорить начатое:
- … Но, знаешь, ты как-то уж слишком полезла под выстрел… Вот сама посмотри.
На этом она активировала проекционный дисплей с холо-куба. Николь было не очень интересно смотреть на свою «гибель». Куда больше ее занимала мысль, где они находились прямо сейчас. Тусклое освещение и резь в воспаленных глазах скрывали от нее это.
На экране тем временем отобразилась та самая ситуация с записи сенсора одного из альхонцев отряда, который был рядом.
- Вот тут… Видишь? Ты зачем-то вместо ухода прыжком или кувырком влево, даешь вправо… Не, ну если бы ты была простой альхонской дурехой, то вопросов нет. Но мы то с тобой знаем, что это не так.
- Что ж ты не добьешь меня, а? – прохрипела Николь, устав выслушивать писклявый голос «неподруги».
Касуми посмотрела на нее совершенно без эмоций, но пояснила:
- Надо бы… Тем более ты и так числишься погибшей в отряде. Мед-дрон констатировал твою смерть, но меня ж не проведешь. Я прекрасно помню, что ты была пара-медиком в «Тенях», и что можешь устроить и не такое… Как видишь, я в тебе не ошиблась… А по поводу добивания – это была хорошая идея, ровно до того момента, пока я не увидела эту запись. Я ее сразу же пересмотрела, но не ради тебя, а ради него, ради Маока… Он выполнил свое дело на совесть, даже слишком… Сама посмотри.
Она кивнула в сторону экрана.
- Все выглядит, что он хотел избежать попадания по тебе. С другой стороны и не выстрелить не мог, иначе тебя придавило бы лапой… А тебе просто чудом повезло, что не разорвало всю грудь.
- Вот тебе и ответ. Чего еще? – снова прохрипела Николь, приподнимаясь на ноги.
Она закашляла, что бы унять зуд. Касуми тем временем продолжала вещать:
- Я решила было, что вы с Маоком сговорились против меня, но когда заметила многочисленные сквозные раны на твоей легкой броне, сразу откинула эту мысль. Слишком нелепо это с учетом, что для гарантированной смерти не хватило пары сантиметров. Тут просто удача сыграла. Дурочкам везет… Видишь, как? Шлейф предательства тянется за тобой, Ники, и будет тянуться всю никчёмную жизнь… Даже твой зам в гробу тебя видел!
Услышав про гроб Николь отвлеклась от собственных мыслей и удивленно посмотрела на Касуми. Та на последней фразе нервно ей в лицо рассмеялась. Заметив однако, что Николь встает, Касуми резко надвинула шлем на голову и опустила лицевую броне-пластину, исчезнув прямо в воздухе и появившись возле Николь. Ее нога жестко придавала альхонку к полу, не дав приподняться.
- Не-не… Не торопись вставать. Коленопреклонённая поза мне нравиться больше. Ты ее заслужила!
Шлем Касуми снова открылся и сложился за спину, обнажив бледное лицо с раскосыми темными глазами. Они, блеклые и потухшие, излучали какую-то усталость или даже обреченность. Николь знала, как трудно неспящим использовать сверхплотник. Только жалости или сочувствия к ней у нее, само собой, не было.
- Скажи мне лучше, ты ж поддерживаешь контакт с «Линкером», да? … Я знаю что поддерживаешь… Уверена – чуть с ноткой веселия поинтересовалась Касуми.
- Если знаешь, зачем спрашиваешь? – прохрипела Николь и перешла на нейро-линк, потому что стало сложно говорить в согнутом положении.
- «Линкер» в розыске… Его обвиняют в заговоре против руководства Сектора – добавила Касуми.
Николь хотелось засмеяться, но она не смогла, а закашляла. Легкие зудели так, что нестерпимо хотелось влезть туда руками через горло и почесать их.
- Скажи прямо, ты же не послала «серый код» через квант-линк? – перешла Касуми к сути, к причине своего страха.
- А что? Боишься? – отозвалась Николь мысленно.
- Я могла что-то не предусмотреть, потому и спрашиваю – пояснила Касуми, сняв ногу с ее плеча и сделав шаг назад.
Николь приподняла голову и посмотрела на нее. Их взгляды встретились. Николь злорадно улыбнулась и покачала головой:
- Именно… Ты не все предусмотрела. Я послала «серый код» с «Масаракаса». Успела до того, как ты исполосовала его пульсаром.
Касуми еще более заметно побледнела. Теперь ее раскосые темные глаза стали мертвецки стеклянные, как у покойника. Она прямо осунулась немного и стала как будто ниже. Николь физически ощутила ее страдание и боль.
- Твою ж мать! Какая же ты дура! … Может код не прошел, может его проигнорировали – заметалась Касуми в самоуспокоении.
- Код прошел! – послышался немного детский тонкий искаженный голос откуда-то со стороны.
Яркая вспышка осветила малый ангар «Фривинда», где все они находились. Он использовался для складирования в полимерных вакуумных пакетах трупов павших альхонцев. Из вибрирующего и жужжащего овального ореола плазмы, вытянутого с низу вверх, движущегося в полуметровой высоте от пола, проступила знакомая уже Николь фигура «Лайт».
- Правила одни для всех… «Ангел», зачем ты сделала это? – обратился все тот же искаженный голос будто через некую преграду к застывшей в остолбенении Касуми.
- Я… Нет… Все не так… Это «Мгла» - залепетала та совсем не своим и каким-то уж очень сильно испуганным голосом.
Сияющая фигурка с характерным жужжанием и следом оплавленного и дымящегося металла позади приблизилась к ним.
- «Ангел», зачем ты врешь? На тебе костюм-сверхплотник, который не должен тут быть… «Мгла» пришла в себя…
Касуми попятилась и замахала руками, как испуганная до безумия птица.
- Нет! Не подходи! Не подплывай ближе! – завопила на нее Касуми прямо таки не своим голосом, отступая спиной. – Я служу! Я в Патруле! У меня особое спец-задание!
Шлем Касуми резко надвинулся, но забрало все еще оставалось открытым. Николь видела ее растерянное лицо. «Лайт» приближалась, не меняя ни скорости, ни направления. Николь привстала и попятилась в сторону, чтобы не угодить под обжигающий жар плазмы. Ее правая рука хлопнула по пустой магнитной сцепке без роторного пистолета. Зато слева все еще была одна неизрасходованная граната. По текстуре поверхности Николь поняла, что это электромагнитная и совсем загрустила. Тем временем «Лайт» снова обратилась к Касуми:
- «Ангел», даже не думай. Я не хочу твоей смерти… Но тебя будут судить.
- Нет! Меня нельзя судить! Я на нашей стороне! … Ты разве не видишь, что я общее дело делаю!? … Я тут отдуваюсь за весь Звездный Патруль! Это большая игра, большие ставки! Ты все испортишь, «Лайт»!
Касуми сделала еще несколько спешных шагов назад, не спуская глаз с яркой гостьи. Та замедлила движение, чтобы не провоцировать отступающую Касуми. Позади в отблесках света стала заметна стена, к которой та, отступая спиной, приближалась.
- Не надо, «Ангел» - снова попыталась успокоить ее «Лайт». – Ты только все усугубишь… Лучше сними сверхплотник. Его запрещено использовать.
Касуми сделала еще пару шагов и коснулась стены. В какой-то момент Николь показалось, что та сдается. Отступать все равно было уже некуда.
- Да пошла ты! – внезапно крикнула Касуми, не отрывая бешенных глаз от «Лайт».
Она резко задвинула лицевую пластину и, мгновенно скукожившись до точки, исчезла. Одновременно с этим прокатился грохот по палубе. Во все стороны от светящейся фигуры, будто живая яркая паутина, метнулись многочисленные молнии. Некоторые из них как бы напоролись на что-то, выхватили из пустоты нечто крупное и невидимое прямо над головой «Лайт». Николь услышала истошный душераздирающий вопль. Темное тело, окутанное разрядами, извиваясь и корчась, возникло из воздуха, из темной пустоты и рухнуло прямо под ноги «Лайт». Костюм-сверхплотник рассыпался, распался на элементы по линиям сцепки. Они плясали под разрядами молний, словно живые, отскакивая и подпрыгивая. «Лайт» тоже «потухла». Ее ореол плазмы уже не светил ярко и не прожигал металлизированный пол. Она коснулась его ногами и сделала несколько шагов к агонизирующей Касуми. Ее кукольное, какое-то пластиковое и лоснящееся личико повернулась в сторону Николь. Вспыхнули голубым неестественным светом глаза.
- «Чара», мне надо зарядиться. Отойди от мед-капсулы, чтобы не провоцировать, потому что я тебе не доверяю – все тем же тонким и немного детским голосом, но уже не таким приглушенным, как от плазмо-барьера, обратилась «Лайт» к Николь.
У ее ног корчилась в судорогах умирающая и разлагающаяся Касуми. Ее глаза вылезли из орбит, а изо рта вываливались шипящие и дымящиеся куски внутренностей прямо с кровью. Она задыхалась и хваталась за собственную шею. Уже через секунду Касуми испустила истошный захлебывавшийся вопль, дернулась последний раз и застыла навсегда. Из ее горла мышечными рефлексами, идущими из глубины тела выталкивались перемешанные куски внутренних органов. Николь, не обращая больше внимания на конвульсии Касуми, встала и отошла от «Лайт», дав той возможность подойти к мед-капсуле. Между пальцев рук у той все еще игрались, вспыхивали разряды молний, но «кукла» была уязвима, как никогда. Она знала это, потому боялась. Николь тоже знала и не удержалась:
- Это тебе за Лоуренса!
С этими словами она выхватила ЭМИ-гранату и бросила ее прямо под ноги «Лайт», когда та ослабила бдительность, чтобы подключиться к энерго-источнику мед-капсулы.
Воздух задрожал и покрылся рябью из нитевидных тусклых разрядов. Необычное остывающее серебристое пластиковое будто кукольное тело гостьи начало распадаться на глазах, отслаиваться будто рыбья чешуя. Голова «Лайт» с застывшим на ней удивлённым каким-то уж очень детским и даже где-то наивным лицом хрустнула в районе шеи скатилась вдоль линии плеч и груди вниз прямо в лужу темных внутренностей, перемешанных с кровью, прямо ко все еще пульсирующей шее Касуми, которая конвульсиями выталкивала остатки перемешанных и измельченных органов.
Николь, не дожидаясь финала, принялась собирать разбросанные останки гибрида Касуми и техна «Лайт». Предстояла небольшая уборка, чтобы замести следы. Отдельно в кучу легли латы костюма-сверхплотника. По ходу дела ее посетила безумная мысль использовать их на себе. Она прекрасно знала, что может быть в случае неудачи. Фарш из вывалившихся внутренностей был тому подтверждением. Знала она, что костюм уникален и настроен под организм носителя. Риск не вернуться из сверхплотности после перехода был огромный, но именно сейчас «Лайт» своими разрядами обнулила доспех, сбросила все настройки. И хоть Николь не была большим спецом в инженерии, но мысль эта овладела ей так сильно, что она готова была рискнуть. Тем более, что вот-вот должен был состоятся отлет «Мула».
Едва закончив с уборкой и нацепив шлем Касуми, который чудом оказался чист, без крови и прочих жидкостей, Николь услышала голос Хальберта, который по специальному нейро-каналу напоминал всем заинтересованным о скором старте отлета на «Альхон». Она перенастроила сбитый передатчик нейро-линка экзо-шлема на свои мозговые волны и выдала немного изменившимся голосом в ответ:
- Я остаюсь… Только заберите с собой мешки с трупами. Альхонцы чтут память павших.
Фокус ее глаз сместился на аккуратно вдоль стены сложенные полимерные вакуумные сжатые черные мешки с 5-ю погибшими альхонцами. Тут были не все. Кого-то из выброшенных в космос так и не удалось найти и вернуть. Она снова переключилась на нейро-линк и добавила:
- 6 трупов, включая командира отряда.
Глава 4. Финал
- «Бэкдор» рассыпется, как карточный домик, стоит лишь комиссии Конвента изучить следы альхонских аутлос в Туманности после пленения, допросить, сопоставить циклы и даты. Сплошные расхождения по времени. «Рама», «рубиновый пульсар» и даже файтер-дроны у альхонцев слишком поздно, чтобы повесить на них гибель «Горизонта».
- Не совсем так… В Конвенте мы все равно должны упирать на вину мятежного «Альхона» во всех бедах в Туманности… Хотя – да, в случае их скорого обнаружения и захвата, многое нежелательное может вскрыться.
- Я про то и говорю. «Бэкдор» тут не спасает, но лишь отсрочивает неизбежное. Это плохо для нас. Очень плохо.
- Решение есть, и оно с 2-х сторон. Во-первых… С элеонскими мы договоримся. И это будет даже в их интересах. Они подправят старые отчеты по уничтоженной КСП на Альфа Гастергауза, где укажут на отсутствие «Рамы» до инцидента... И по борт-журналам все бьется, потому что они ее не слинковали и не ввели в дежурство в свое время.
- Но ведь тогда они подставят нас. Потому что выйдет так, что КСП лишилась «Рамы» в то время, когда она была под нашим управлением.
- Верно. И тут нам на помощь придет предательство Эйлы Борк-Валиот, которая будучи дежурной на той КСП закрыла глаза на пролет ударной группы наемников «Зова» на Парпланд... Предала раз, предаст и сейчас. Оформить ее виноватой будет несложно.
- Хм… Она же у нас ключевой элемент в «Бэкдор». Много потрудилась. Многое знает. Жаль терять такой ценный кадр.
- Незаменимых не бывает. А она слишком много знает… «Бэкдор» закончится, а с ним должны уйти в небытие и все потрудившиеся. Хвостов оставлять нельзя.
- Форкман этому не обрадуется. Хорошо, что он на лечении… Узнает постфактум… А что на счет второй стороны?
- «Ангелу» поставлена задача заминировать все, чтобы ни одна альхонская сволочь из Туманности не сбежала.
- Жалко наших ребят из штурмов. Они ж будут десантироваться на борт, чтобы живьем брать гадов.
- Вот и проверим их смекалку, умение грамотно работать со сканнером. Как быстро они определят, что там все заминировано и надо бежать.
- Хорошо бы пустить вперед элеонских. Их не жалко.
- Об этом подумаем.
(Из закрытого обсуждения «Бэкдор» высшим руководством.
Звездный Патруль.
Сектор Ориона)
Знакомство
Малага смотрела на экран, где проигрывалась запись трансляции крайнего экстренного заседания Конвента. Она была командиром «пожарного» спец-отряда «Старфорс» Звездного Патруля Сектора Персея. Прямо сейчас тут на борту крейсера-флагмана «Палладия» они поглощали миллионы километров в сторону Туманности Розетка. Малага знала кое-что о трениях и спорах между руководителями Секторов Персея и Ориона, о договоренностях, возникших в результате. Она бы хотела всего этого не знать, но сейчас после стольких кадровых перестановок на «Элеоне» ее положение в структуре управления обзавелось новыми полномочиями, знаниями, ответственностью и обязанностями. Привычное годами управление спец-отрядом ушло куда-то в тень и вернулось только сейчас. Виной тому был тот самый экстренный случай. На кону стояла уже и без того сильно подмоченная репутация Элеонского филиала Звездного Патруля.
Сидя за столиком среди своих из отряда, она перевела взгляд желтовато-карих глаз на экран. Вещал как раз представитель Сектора Ориона. Они первыми забили тревогу насчет странного исчезновения кораблей в Туманности, когда никто особо не обращал внимания. Однако после квантового сигнала СОС с боевого крейсера Альянса и гибели арбитражного корабля ГЛТК вместе с исследовательским судном Терра-Новы, игнорировать проблему стало невозможно.
- То, что эти аутлос вытворяют вдали от «Альхона», уму не постижимо! … Вы все недооцениваете угрозу! Их никто не контролирует. Правительство станции-колонии «Альхон» само погрязло в коррупции, сплелось в паутину с мятежниками из Би-Проксимы и преступными кланами! … Их угрозы Звездному Патрулю вылились во вполне осязаемую опасность всему Человечеству. Страдают межзвёздные перелеты в пределах Красной Туманности Розетка. Страдают простые люди. Страдают там, где наши силы не могут обеспечивать порядок физически!
- Не надо нагнетать! … Пару инцидентов – еще не повод сходить с ума! … Порядок в том секторе обеспечивается нашими звездными маршалами! – неуверенно и нервно отозвался представитель ГЛТК.
Однако эти его фразы только добавили недовольства среди заседавших представителей. Более всех возмущался пресс-визирь Гросс-Хана Преторианского Альянса. Малага знала, что преторианцы будут соглашаться на любой кипишь, если это позволит им поквитаться за потерянный крейсер. Представитель Звездного Патруля умело играл на этих чувствах и ловко парировал заявление ГЛТК.
- Ваши звездные маршалы уже потеряли 2 корабля, а вы скрываете это! Хотите, чтобы альхонцы усилились и стали угрожать коммуникациям в других приграничных секторах Галактики? … Хотите, чтобы Конвент вынудил принять жесткую резолюцию без вашего участия?
- Нет но…
- Альянс полностью согласен с представителем Звёздного Патруля… Звездные маршалы ГЛТК не в силах обуздать угрозу! – вмешался пресс-визирь.
- Именно… За гибелью «Масаракаса» последуют и другие трагедии…
- Что вы хотите от нас!? – возмутился представитель ГЛТК.
- Ваша организация, будучи арбитром в Конвенте, имеет право накладывать вето… И все же Звездный Патруль настаивает на принятии изначальной жесткой резолюции по мятежному «Альхону»… В противном случае Конвент просто может утратить свой авторитет и влияние в Галактике!
- Хорошо! … Мы не будем… Однако мы настаиваем на окончании начатого независимого расследования инцидента с «Горизонтом»!
- Можете настаивать сколько угодно… Правительство Терра-Новы уже отказалось от этого расследования.
- Это потому что вы надавили на них! – гневно махнул рукой представитель ГЛТК на мужчину в серебристом костюме. – Что делает ваш крейсер в их системе!?
Спикер от Звездного Патруля нисколько не смутился весьма наглому и прямолинейному обращению-наезду и пояснил:
- Крейсер «Оберон» обеспечивает безопасность дипломатического визита представителя независимой планеты «Парпланд». Это все часть стандартной процедуры… Никакое давление на власти Терра-Новы мы не оказываем.
- Ложь! … Для подобных мероприятий привлекается более легкий межзвездный шаттл «Буревестник» или «Мотыль»! … Ударный крейсер «Оберон» проецирует силу и создает напряжение! Терра-Нове нечего противопоставить! Их силы разбросаны по Галактике ради обеспечения порядка по линии Лиги! … Вы добиваетесь своего с пистолетом у головы оппонента! Это не дипломатия, а шантаж!
- Обвинения без доказательны и уводят от темы собрания! – парировал мужчина в серебристом.
Поднялся шум с требованиями вернуться к теме заседания. Представителю ГЛТК, несмотря на уверенный тон, все же, пришлось оставить свои претензии, не относящиеся к делу. Он был в меньшинстве и ничего не мог с этим поделать. Давненько Малага не видела ничего подобного на Конвенте. Впервые за несколько годичных циклов представитель ГЛТК не смог остаться нейтральным, зависнуть как бы над ситуацией, но вынужден был поддаться давлению остальных. Прения продлились еще несколько минут, но итог был предрешен. Жесткую резолюцию по «Альхону» приняли почти единогласно.
В кают-компании раздались аплодисменты. Малага обернулась. Бойцы ее отряда уважали силу и уверенность. Впервые за несколько годичных циклов Конвентом манипулировал не вездесущий ГЛТК, а Звездный Патруль пусть и другого Сектора. Надо было отдать должное – орионовских с некоторых пор уважали, несмотря на предыдущие провалы по тому же «Альхону».
В каюту вошла стройная подтянутая темноволосая смугловатая женщина с весьма строгими карими глазами.
- Капитан в каюте! – прозвучал голос корабельного ИИ, после чего все дружно встали.
Сама Малага и так все это время стояла и пялилась в экран, а потому никак не среагировала. Она неплохо знала Айру Фалех, которая сейчас зашла сюда. Обе были в Элеонском Совете Звездного Патруля. Малага вздохнула. О сложившейся ситуации она была в курсе. Понимала прекрасно, что если это все дойдет до Арктура, то проблем в Секторе прибавиться. По нелепому упущению краденная «Рама» оказалась орионовской, а потому без разрешения со стороны «Аламаха» рассчитывать на ее данные не приходилось. Помог и спас ситуацию счастливый случай. По линии вроде как уже упразднённых Спец-Отделов Патруля (СОП) на связь вышел «Линкер» и предоставил координаты последнего места детектирования логова альхонской банды и параметры станции, на которой те обитали. Далее подключилась аналитика. С учетом модернизаций полётные возможности в ВК так называемого «Фривинда» были сильно ограничены, что позволило направить в район несколько автоматизированных «Вегеров» для разведки. «Рама» одного из них засекла «Фривинд» в ВК и передала вычисленные координаты. Айра тем временем собрала отряд на крейсере «Палладия» и незамедлительно вылетела к месту. Таким нехитрым образом Малага снова оказалась в роли командира «Старфорса».
Сам отряд в нынешней его «реинкарнации» оказался небольшим. Малага не знала никого из 6 бойцов, хотя всех «старфорцев» было гораздо больше. Но именно тут на «Палладии» с миру по нитке собрали сводную группу, с которой предстояло провести боевое слаживание на симуляции. Времени было немного, но и офицеры подобрались опытные, хоть и с разных подразделений «Старфорса». Впереди ее ждало близкое знакомство со всеми.
Прилет орионовского крейсера «Инфинити» в заданный сектор в Туманности Розетка Малага пропустила, потому что была на симуляции. Ее отряд отрабатывал чистый штурм «Фривинда» с учетом последних разведданных и с учетом возможных сил сопротивления внутри. Для 6-и опытных кадровых офицеров Звездного Патруля с поддержкой свиты из «Судалг» и триад дронов это не выглядело, как увеселительная прогулка. Каждый возможный сценарий нес в себе риск. По-хорошему требовалось больше сил для грамотной и скоординированной атаки. 3.5-километровый «Фривинд» был слишком большим, а с учетом его возможностей мог организовать более чем достойное сопротивление. Усложняло задачу еще то, что станцию требовалось нейтрализовать тихо и с минимальными разрушениями. Слишком много покрытого туманном было во всем этом деле, слишком много вопросов хотелось бы задать альхонским аутлос, до того, как аннигилировать.
- «Бритни», в сектор прибыл крейсер «Инфинити». Шаттл «Орбитал» уже ожидается в течение получаса – объявил ей собственный ИИ.
Симуляций подходила к концу. Они успешно справились с миссией, но снова не смогли обеспечить пленение противника. Вдобавок понесли ощутимые потери. Требовалось придумать что-то нетривиальное, нешаблонное, чтобы обмануть и нейтрализовать основные силы охраны в доках и ангарах.
Малага вздохнула и отключилась. Нейро-шлем мягко лег на панель. Ее взгляд, чуть щурясь от более яркого освещения каюты и объемной проекции, устремился на 3-мерный экран. «Орбитал» в виде серебристой точке на красном «небе» неумолимо приближался к «Палладии». То, что орионовские непременно прилетят, она даже не сомневалась. По-хорошему, это была не их проблема, а проблема «Элеона», но политика взаимоотношений между Секторами вносила свои коррективы, с которыми приходилось считаться.
Конкуренция
Не так себе Малага представляла легендарного командира самого результативного отряда Звездного Патруля с названием «Вихрь». Он даже под описание подходил едва: одутловатое лицо, широкая шея, растянутой вдоль нижней кромки лица подбородок, маленькие поросячьи глазки. Интеллект как-то даже не просматривался, но и тупицей лишь только по внешним признакам называть товарища по оружию язык не поворачивался. И все же весьма прохладное и даже где-то индифферентное отношение подчиненных к командиру сразу бросилось в глаза Малаге.
Они все встретились на построении на нижней палубе основного дока «Палладии». Отряд «Вихрь» явился в неполном составе, в количестве 3-х человек. С одной стороны это весьма порадовало Малагу, ведь орионовские теперь вряд ли захотят претендовать на ведущую роль в совместной операции. Хотя ее опасения на этот счет, все же, казались несущественными из-за договоренностей «наверху». С другой стороны – тот самый командир отряда, который и выглядел и вел себя не как герой, о котором слагают легенды, мало походил на гиганта стратегической мысли и виртуоза тактической импровизации. Конечно же, о «Вихре» никто никаких легенд не слагал, но его успеху просто тихо завидовали. А завидовать было за что. «Вихрь» отличился во многих миссиях, но всегда или почти всегда обходился малыми потерями или вообще без оных там, где другие отряды умывались кровью и несли потери. Несмотря на всю образованность и просвещенность офицеров Патруля, прибытие «Вихря» всегда вызывало легкий мандраж и дурное предзнаменование. И хоть сама Малага в эти суеверия не верила, но по нервозности в своем отряде поняла, что большинство не разделяло ее уверенность.
- Бореслав «Броник»! Замкомандира штурмового отряда «Вихрь»! Сектор Ориона! – отчеканил молодецким бравым голосом невысокого роста коренастый краснолицый и широкоплечий офицер, выступив вперед среди группы прибывших.
Малага кивнула. Сквозь ферро-стекло шлема она видела его очень даже какое-то слишком молодое лицо и не переставала удивляться.
- Малага «Бритни». Командир сводной группы штурмового отряда особого назначения «Старфорс». Сектор Персея – куда более спокойно произнесла она, добавив внезапно:
- Бореслав? А где командир?
Тот мельком немного нервно глянул за плечо, будто хотел найти там кого-то, но быстро опомнился и отчеканил:
- Командир отряда отсутствует по уважительным причинам!
Малага ухмыльнулась:
- Интересно. И по каким таким уважительным причинам может отсутствовать офицер-командир боевого подразделения во время службы?
- Содействие по контракту… Большего сказать не могу! – снова отчеканил Бореслав.
«Что? Содействие чему?». Формулировка звучала так, будто она была из другой жизни. Оттуда, где не служат, а занимаются наемничеством за креды. Малагу поражала дисциплина у орионовских, эти их открытые контракты. Несмотря на то, что «Вихрь» был образцово-показательным отрядом для всех, эти их офицерские вольности лишь еще больше провоцировали зависть у других. Малага никогда не созналась бы самой себе, что тоже завидовала. Скорее правильнее было бы сказать, что она злилась. Глядя на орионовских многие хотели подобные вольности и у себя. Ей самой не раз приходилось разбирать рапорты о переводе и на пальцах объяснять, рисовать картинку якобы скучной службы в Секторе Ориона, где не так много исследовательских миссий в отдаленные малоизученные уголки Галактики. Хотя, правды ради, Малага знала, что это не так, но превращаться в орионовских с внушительным процентом дезертирств и увольнений ей тоже не импонировало. В Секторе Персея со статистикой ухода в артефакты было куда как лучше. Более жесткая дисциплина и суровые наказания за провинности удерживали ситуацию, но орионовским, в особенности «Вихрю», все равно завидовали.
Очередная встреча с гостями из «Аламаха» уже в ежедневной серебристой форме произошла в кают компании через час времени. Там в неформальной обстановке Малага могла позволить себе больше вольностей с вопросами и критикой, не нарушая протокол.
Масло в огонь подлил, казалось, незначительный эпизод, когда вошел командир «Вихря», а оба члена его отряда: мужчина и женщина, похожие на родственников, даже не среагировали, но продолжили ворковать, будто они на каком свидании. Контраст с бойцами Малаги был настолько разителен, что едкие и емкие комментарии по мысленному нейро-линку от своих она услышала даже быстрее, чем сама осознала происходящее.
- Зачем эти орионовские тут, если к участию мы их все равно не допустим!? – услышала она в уме, допивая свой напиток.
Малага ничего на это не ответила и никак не прокомментировала, но, кивком поздоровавшись с вошедшим Бореславом, напросилась присоединиться к нему за отдельный столик, потому что воркующая парочка даже не удосужилась встать и предложить командиру, заму командира собственного подразделения, присоединиться.
- Не мое дело, но какие-то проблемы в отряде? – спросила она очень серьезно буравя здоровяка своими желто-карими глазами.
Бореслав в ответ приподнял голову, выставил вперед грудь колесом и выдал:
- Вот именно. Не ваше дело, как мы поддерживаем коммуникации в своем отряде.
«А ты борзый малый!». Малага окинула на вид весьма молодого но не по годам нагловатого «вихревца». Не билось у нее столь высокая результативность с немного хамоватым поведением этого Бореслава.
- А ты что, новенький в отряде? – попыталась переключиться Малага, чтобы сгладить неровности в общении.
- Какое это имеет значение? Мы тут, чтобы возглавить нашу общую операцию по ликвидации альхонских бандитов раз и навсегда!
Малага от услышанного едва не проглотила язык. Попахивало каким-то сюрреализмом. Казалось, орионовские или не знали, или сознательно перечеркивали все договоренности между руководствами Секторов. Она наверное несколько секунд думала над ответом, прежде чем попытаться. Бореслав же вольготно растянулся на кресле и принялся за выехавшую из секции стола еду и напиток.
- Возглавить? … Может у тебя и план детальный есть? И достаточные силы для штурма? – перешла она на ты, решив засунуть этикет куда подальше.
Бореслав, закинув кусок протеинового брикета, глянул на нее, покачал отрицательно, указал вилкой на сидевших за соседними столиками ее «старфорсовцев» и многозначительно пояснил:
- Не. Наших сил, как сама видишь, недостаточно. Поэтому нам в подчинение будет передан отряд «Старфорс» … А это, как раз, вы!
Малага не переставала удивляться, следуя то за вскинутой вилкой в воздухе, то за ходом его мыслей.
- А можно уточнить, кем именно вам… тебе… передается «Старфорс»? – спросила она.
Бореслав достаточно быстро разобрался с протеиновым брикетом, обильно запил его киселе-подобным розоватым напитком и откинулся на кресле, высматривая что-то по сторонам.
- Ясно ж дело! – вернулся он к собеседнице, которая, судя по его поведению, утомляла своим присутствием. – Это мой приказ, как исполняющего обязанности командира на время отсутствия самого командира! Двоевластие в такой деликатной миссия смерти ж подобно! Не согласна!?
На вопросе он выдвинулся вперед, облокотился локтями о плоскость стола, под которой как раз скрылся опустевший поднос с законченной трапезой. Его взгляд маленьких невзрачных глаз впился в смуглое лицо Малаги. Такой наглости она не могла вообразить даже с учетом уже услышанного. И все же усугублять или провоцировать не хотелось, хотя ход их пока еще недолгого разговора уже привлек окружающих и не только среди бойцов «Старфорса».
- Двоевластие, конечно, недопустимо. Тут не поспоришь – начала Малага издалека. – Однако с чего ты решил, что возглавить миссию должен «Вихрь», а? … Вы даже явились не в полном составе.
Пришла очередь искренне удивиться бугаю.
- Так мы ж – «Вихрь»! Это самый лучший отряд Патруля на всю Галактику! Понятное дело, что мы возглавим штурм. Вы нас прикроете и обеспечите огневую поддержку.
- «Бритни», мэм, давайте мы ему… им всем устроим наглядное показательное разъяснение договоренностей между Секторами, чтобы этот «Броник» заткнулся и не нес пургу! – услышала Малага в мыслях от своих подчиненных.
- Не надо. Я сама… Плюс, они ж наши гости, все таки – отмахнулась она от идея своих подчиненных.
- Скажи, Боря… Можно тебя так называть? – снова начала она издалека.
Тот утвердительно кивнул и добавил:
- Конечно! Само собой! Мы ж все как большая семья!
Эта фраза внезапно вызвала просто лавинообразный смех сразу у всех «старфорцев», сидевших вокруг, которые слушали их разговор. Не удержалась и сама Малага, хоть и пыталась себя сдерживать, на сколько могла.
- Извини, Боря. Не в обиду… Но ты б в своей семье для начала разобрался. Твои то, вон, воркуют как голубки, а тебя просто игнорируют, будто пустое место.
Боря повернулся и покосился на парочку за соседним столиком у него за спиной.
- А это! … Это Тимотэй и Циена! Они ветераны! Едва не с первых дней отряда!
Смешки немного прекратились. Парочка воркунов обратила внимание, что их упомянули, и даже улыбнулась в ответ, но сделала это весьма пренебрежительно.
- Не мое дело, Боря, но у тебя в отряде отсутствует элементарная субординация и дисциплина. Я еще на построении во время вашего прибытия заметила это, не тогда но предала значения.
- Вообще-то, не твоего ума дело! – огрызнулся Боря, затем чуть смягчился сам и пояснил: - У нас сложные взаимоотношения, потому что я пока новенький в отряде, и это будет моя первая реальная боевая миссия в «Вихре».
Малага снова едва не проглотила язык. «А-хре-неть! И не встать!».
- И каким же таким, боюсь спросить, чудесным образом ты, будучи желторотиком, оказался во главе столь элитного и именитого отряда!? – не стесняясь эмоций громко спросила Малага.
Бореслав внезапно замялся, как подросток на экзамене. Вся его спесь, весь пафос и гордость куда-то пропали, растворились. И все же он совладал со своей растерянностью:
- Ну, я прошел строгий отбор и оказался… хм… востребованным! … Теперь, вот, мне нужно оправдать возложенное на меня доверие и взять управление в свои руки. Это важно для утверждения, для признания…
Он осекся и уже в мыслях добавил:
- Я знаю о договоренностях между руководствами Секторов, но мне нужно показать стальной характер, чтобы заслужить уважение…
Договорить он не успел, потому что терпение Малаги закончилось именно на этой фразе:
- Но!? … А ты не охренел, пацан!? Сколько тебе лет, что за достижения у тебя такие, что ты встал во главу именитого штурмового отряда!?
Боря тут же огрызнулся в ответ:
- Это не твое дело! … Сейчас я – главный в «Вихре», а «Вихрь» результативнее «Старфорса»! Выбор ведущей и ведомой роли в миссии очевиден!
Малага, будучи старше его, как сама думала, лет на 20 и поопытнее, видя, что возросший градус напряжения ни к чему хорошему не ведет, сдала немного назад. Она весьма быстро получила все нужные ей подробности о Бореславе Кузнечике через своего ИИ помощника. Ее догадки о молодости собеседника полностью подтвердились. «Сколько!? 26 лет!? У орионовских так плохо с кадрами!?».
- Послушай, Боря. Твоя проактивность в участии очень похвальна. Только, вот, скажи мне, а твой отряд точно готов возглавить штурм?
- Конечно! – стукнул себя в грудь Бореслав, объявив громко и снова покосившись на парочку за спиной. – Ребята, объясните этой «Брите», что для нас важно поддерживать репутацию отряда, а не отдавать главенство первым встречным!
Малага молча проглотила исковерканный ник, поняв, что имеет дело с, по сути, юнцом. Ее больше заинтересовала реакция тех, к кому Боря обратился. Сначала оной от сидевших за спиной вообще не последовала. У Малаги даже сложилось ощущение, что они сторонятся своего зам-командира. И, все же, спустя пару секунд тот, кого назвали Тимотэем, отозвался:
- Боря, ты за себя отвечай, а нас не впутывай… Ты ж слышал про договоренности? Слышал…. Тогда чего лезешь!?
Последний вопрос прозвучал даже слишком громко с его стороны. На Боре не было лица. Малага заметила, как оно резко поменялось, потускнело, «потухло» буквально на глазах. Она отчетливо прочитала растерянность вперемешку с непониманием.
- Ребята, Тим, Ция, вы чего!? Я ж для вас стараюсь! … Вы сами хотели настоящего дела, а не скучной охраны би-Молей! Вы ж сами просили Эйлу об этом больше всего!
Впервые с начала беседы с Бореславом Малаге вдруг стало его искренне жалко. Невесть какими капризами судьбы этого молодого здоровяка вынесло на вершину опытного и именитого отряда Галактики, но основных его членов-ветеранов как будто при этом в известность не поставили.
- Боря, заткнись! Не позорь ни себя, ни отряд! … Есть договоренность между Секторами, вот и следуй ей! – вмешалась та, которую звали Циена. – Мы сами за себя ответим и решим, если надо!
Малага вошла в положение, вспомнив свою молодость. Она искренне посочувствовала импульсивному молодому заму чужого отряда и даже похлопала его по плечу. Хотя тот избежал дальнейшей жалости к себе тем, что резко встал и покинул кают-компанию. Во всяком случае вопрос первенства на миссии решился сам собой, а это не могло не порадовать. Вдобавок в эмоциях, ругани и нервозности этого разговора у Малаги в голове созрела отличная идея осуществить тот самый нестандартный захват «Фривинда», задействовав при этом силы и ресурсы «Вихря» не с позиции подчиненных, но как бы равных. Это, как она подумала, где-то поможет юному заму сохранить лицо в собственном отряде, сгладить допущенные перегибы и недопонимания.
Штурм «Фривинда»
Ждать очередного прыжка в ВК от треклятой станции пришлось не долго. Автономные боевые корабли «Вегеры» Патруля спугнули «Фривинд», вынудив прятаться в красных плотных газовых скоплениях и бежать. Туманность Розетка несмотря на все достижения инженерной и технической мысли 26-го века все еще оставалась мало исследованной, слабо изученной и трудной для поиска. Даже, вроде бы, такой небольшой по современным меркам ее объем пространства, загон, куда загнали беглеца, с радиусом всего в полтора световых для многочисленных дронов-сенсориков, для слежения «Рамой», все еще оставался покрытым красным туманом неведения в прямом и переносном смысле.
На 3-ий суточный цикл поиска «Фривинд» выдал себя внезапным перелетом в ВК на то небольшое расстояние, на которое он был способен с учетом всех своих модернизаций. Чего-то подобного от него ждали. «Фривинд» в четверти светового от себя засекла, отклонила и перехватила «Рама» крейсера «Палладия», сбросив с обнуленными накопительными энерго-эррэями в Евклидово всего в паре миллионах километров. Весь состав отряда «Старфорс» под руководством Малаги уже ожидал в доке и был готов к миссии. «Вихрь» она решила задействовать в поддержке и отвлечении внимания сил сопротивления противника. Никакой высадки для них на «Фривинд» не предусматривалось, но по документам пойдет как совместная операция.
Расчет со сбитием станции «Рамой» себя оправдал. «Фривинду» из-за поражения силового контура не хватило энергии на резервных накопительных эррэях, ни чтобы воспользоваться рубиновым пульсаром, ни лазерами системы ПРО/ПТО, когда его атаковали космолеты-невидимки, 37-тонные «Сапсаны» Патруля. Звено из 5 ударных файтеров, пролетев незаметно охранение, атаковало сам «Фривинд», ограничив ему использование тяжелого оружия. Еще одна 5-ка «Сапсанов» схлестнулась с космо-катером «Акведуком» и его свитой в виде 2-х тяжелых ракетных «Глайдерах» и 2-х легких «Гланцетах» на выгодных для себя условиях. Массированный ракетный удар из пустоты сразу проредил их ряды. Оба «Глайдера» получили серьезные повреждения. Один из них в итоге потерял управление и столкнулся с более легким «Гланцетом», приговорив его. Противник не ожидал атаки невидимок, а потому растерялся, упустив те самые первые золотые секунды на возможность правильной реакции. Не спасла ситуацию и пара десятков вылетевших из жерла «Фривинда» файтер-дронов. Их взял на себя подоспевший резерв из 5-и «Сапсанов» орионовского отряда «Вихрь». Активный МАСК-камуфляж и тут решил дело в пользу Звездного Патруля. «Сапсаны», оставаясь невидимыми, атаковали звенья легких файтер-дронов на дальней дистанции, уничтожив и рассеяв по космосу большую их часть своими тяжелыми фотонными РПУ с «фанбору» начинкой.
300-тонный тяжело-вооруженный и неплохо бронированный «Акведук» воспользовался собственным сканирующим модулем, чтобы засечь юрких невидимок Патруля, пользуясь прикрытием обреченных на уничтожение космолетов свиты от ответного огня. Если «Глайдеры» и «Гланцеты» его свиты весьма быстро выбыли из боя, то сам космо-катер, будучи куда сильнее оснащенным и упакованным для космического боя, заметив «Сапсаны», оказал ожесточённое сопротивление и смог уничтожить одного из них и повредить еще 2, но незначительно. Групповой ИИ космолетов Патруля быстро перестроил тактику, разбросав оставшиеся в строю летающие машины в разные стороны, чтобы усложнить работу сканнера «Акведука». Когда тот, оказавшись наконец без космолетов поддержки, утратил таргетир на космолеты-невидимки, они атаковали снова, разбросав незаметно темные цилиндры своих ракет вокруг космо-катера. Когда вспыхнули многочисленные белые огни фотонных ускорителей боеголовок сразу со всех сторон, «Акведуку» уже не было куда бежать и кем прикрываться. Космо-катер оказался в ловушке. Рой из 24-х бронебойно-зажигательных ракет, налетев сразу со всех сторон, выпотрошил его «кишками наружу», разметав во вспышках разрывов и каскадах искр многочисленные затухающие фрагменты по красному пространству Туманности.
Оказавшись без поддержки из-вне, «Фривинд» был обречен. «Сапсаны» могли в любой момент сжечь его, но Малаге и ее отряду изначально была поставлена задача на захват станции и захват альхонских бандитов, по возможности, в плен. Она, имея богатый опыт штурмовки за плечами, решила реализовать свою задумку, отказавшись от идеи прямого вторжения и штурма со стороны ангаров. Там, как правило, противник больше всего ожидал атаки, а потому был максимально готов к ее отражению. Основные силы своего «Старфорс» Малага направила на тихую высадку на поверхность станции, взлом и проникновение внутрь через инженерные и аварийные шлюзы, коих на «Фривинде» имелось очень много. Чтобы не привлекать внимание, а максимально одурачить противника она так же предприняла силами «Сапсанов» атаку шлюзовых, контроллерных и энерго-распределителей. Задумка была в создании множественных точек разгерметизации именно в тех местах, где охрана станции должна была быть наиболее серьезной. Ее расчет по большей части оправдался. «Фривинд» от разгула «Сапсанов» вдоль своих бортов понес существенные издержки в виде многочисленных пробоин в шлюзовых, ведущих к ангарам и докам станции. Таким образом огромная 3.5-километровая массивная туша лишалась организованного сопротивления, которое в больших количествах выдувалась в космос. Осложнялось сильно и возможность для живых остатков сопротивления покинуть ее. Конечно же наивно было надеяться на уничтожение сразу всех доков, но сама тенденция, судя по ответной реакции, была разгадана защитниками весьма быстро.
Первым попытался покинуть обреченный «Фривинд» довольно крупный 55-тысячетонный транспортник «Заря». Орионовские успели вовремя среагировать на хитрый маневр межзвездного корабля, который как раз воспользовался разгерметизацией самого крупного ангара в надежде выскочить наружу среди кучи разнообразного хлама со станции. Ему это почти удалось. Космолеты Малаги проворонили «Зарю», зато ее засекли издали прикрывавшие высадку орионовские «Сапсаны» во главе с Борей. Парочка из них быстро отделилась от основных сил и нагнала куда более медлительный транспортник.
Когда казалось, что «Зарю» вот-вот настигнут, оглушат и так же возьмут на абордаж, из недр «Фривинда» среди многочисленных контейнеров и другого имущества станции выскочил юркий и куда менее крупный и заметный «Одиссей». Ему удалось бы, наверное, уйти незамеченным, растворившись среди красных облаков туманности, если бы не внезапная детонация самого бежавшего шаттла. Яркая вспышка проступила сквозь красную мглу, а сенсоры подтвердили самоуничтожение «Одиссея».
Когда Малага поняла, какую опасность может таить бежавший, но остановленный транспортник «Заря», было поздно. Корабль взорвался уже будучи в дрейфе с погашенными ускорителями. Мощной плазмо-вспышкой взрыва задело и сожгло один «Сапсан» «вихревцев», а второй сильно повредило, срезав хвост. Сама Малага уже была внутри одного из взломанных инженерных тоннелей, когда получила сигнал о самоподрывах беглых шаттлов.
- Все назад! – приказала она даже быстрее, чем сама осознала до конца происходящее. – Все на выход! Мигом!
Все 6-ро бойцов «Старфорса» получили сигнал и рванули вон каждый со своего инженерного тоннеля, со своей шлюзовой. К сожалению вырваться из ловушки успели не все. Малаге повезло оказаться у выхода, прикрывая остальных. Мощной гравитационной волной взрыва ее выбросило вон. Следом за ней вытолкнуло еще двух. Оставшиеся четверо бойцов из «Старфорса» так и не смогли покинуть «Фривинд», который на глазах и сенсорах очень быстро распался на куски и исчез в ярких всполохах плазмы. Позже Малагу, как и остальных выживших, подобрали «Сапсаны» из свиты прикрытия.
Эпилог
Когда, казалось, что мы выстоим в это бесконечной Войне Цивилизаций, что наши новые «Посейдоны» своими тяжелыми плазменными излучателями сожгут их летающие полимерные глыбы, что Черви, наконец, дрогнут, оставят нас в покое, появились они. Мы назвали их «Спорами». Они не походили на привычный нам флот Червей и представляли собой сгруппированные, скрученные в спираль светящиеся частицы. Их появление мы не могли отследить или просчитать. К ним невозможно было приготовиться. Они всегда появлялись тихо и буднично, как бы отделившись от какого скопления звезд во мраке. Затем они начинали незаметно мерцать, закручиваться и сближаться по спирали образуя некое подобие сети с узелками. Казалось они далеко, и им лететь световые годы. Радары не могли определить точно ни размер, ни дистанцию, ни скорость сближения. Но Черви нарушили все законы физики или же просто подчинили их себе. Когда это нечто бесформенное с узелками-звездами приближалось и приобретало некое подобие формы или фигуры, атаковать становилось слишком поздно. Часть спор-звезд устремлялась на наши корабли, поражая их, прожигая насквозь, как какую-то фольгу. Сверхсовременные «Посейдоны» в одночасье устарели и оказались почти бесполезными.
(Архив ГЛТК. Из цикла воспоминаний «Война Цивилизаций».
Би-Проксима.
2455`)
Адриан, будучи всю жизнь в Звездном Патруле, все еще испытывал трепет перед до сих пор превосходящей мощью Червей. Человечество пользовалось плодами сосуществования двух таких непохожих Цивилизаций, но до сих пор почти ничего о Червях не знало. Они не имели ни словесности, ни письменности. Они не общались даже мысленно. Как Черви коммуницировали между собой, люди не знали до сих пор. Те, кто приняли их в себя в виде так называемого эмбрионального симбиоза, смогли приоткрыть завесу тайны, но лишь не намного, на чуть-чуть. Человечество уже 90 годичных циклов жило в мире и согласии с ними, но понятие не имело даже как они выглядят. Черви тоже многое узнали о Людях, многое переняли, многому научились. Мысленное общение, подобное человеческому, стало для них основой коммуникации. Самый главный и верховный из них так называемый «Первочервь», которого могли видеть лишь посвящённые, никогда не представал в собственном обличии, но всегда принимал форму, опираясь на воображение собеседника. Адриан тоже встречался с ним один раз. Тот случай на Циане в Радужном Кластере заставил его улыбнуться. Кто ж знал, что та милая девушка-офицер из департамента охраны на Эдэмии станет прообразом, формой, которую примет Первочервь во время их очень важной официальной встречи. Хотя все это сейчас было не важно. Адриан готовился сменить «уставшего» Антареса, первого из первых. Тот был первым человеком-симбионтом, достигшим уровня симбиоза в 0.97. Антарес родился ребенком-гибридом из той самой первой эмбриональной партии с внедренными «белыми тельцами-полимерами» Червей. Адриан уважал его, но считал слишком слабым и мягкотелым. Галактике нужен был новый лидер, более решительный. Адриан считал себя таковым. Ему не верили, ни Первочервь, ни Антарес. Последний даже немного побаивался его. Адриан это чувствовал. Зато теперь, пройдя через горнило испытаний и исполнив задуманное, Адриан был горд. Он доказал Первочервю свою правоту, показал всю разрушительность мягкого управления вверенной Галактикой, потакания прихотям Человечества, к чему это все приводит. «Бэкдор» сделал свое дело в лучшем виде, похоронив, как он думал, почти всех своих исполнителей, уничтожив собственные следы. Результатом принятия именно его, Адриановой, версии стало полное доверие, вылившееся в передачу того самого всесокрушающего оружия Червей под общим названием «Меридиан» для наведения порядка согласно принятой Конвентом жесткой резолюции по мятежной Федерации и по «Альхону». Произвести нечто подобное на верфях Патруля было невозможно, потому что Черви хранили свои секреты в тайне даже от посвященных вроде Адриана. Сокрушительная практически абсолютная мощь «Меридианов» была доказана на деле и не только против людей. Именно ими сотни лет назад до Человечества Черви сокрушили древнюю расу Даркианцев. Как оно, сокрушительное оружие, называлось на самом деле, никто из людей не знал. У Червей не было названий. Люди давали им собственные имена, исходя из собственного восприятия. Название, данное этому кораблю Червей, прижилось. Но удивительным было не это. Впервые за 90 годичных циклов после окончания Войны Цивилизаций, человек-гибрид удостоился чести занять место капитана этого абсолютного оружия. Никто даже в ГЛТК со всеми своими спутниками и дронами-шпионами понятие не имел о том, какую мощь готовился опрокинуть на головы врагов Адриан. «Меридиан», совершив переход из Радужного Кластера, мимикрируя и маскируясь под скопление звезд Ориона, провисел незамеченным и неузнанным у самого «Аламаха» на виду у многочисленных посольств и дип-миссий Альянса, Юниона и старой признанной Патрулем Федерации во главе с Везеном не один недельный цикл. И никто из них даже понятие не имел, на что теперь с такой мощью был способен Звездный Патруль.
Адриан, волновался, заходя во тьму, ступая во что-то упругое и нетвердое. Он был совершенно голый. Вокруг окутывала глубокая бездонная тьма, хотя он знал, что находился внутри кокона из черного полимера. Его тело соприкоснулось с ним. Волокнистая масса зашевелилась будто живая. Она и была живая. Она мягко и ненавязчиво обволакивала его тело. Черный полимер был частью структуры самих Червей. Именно он наравне с кристаллидом и магнолитом, как когда-то в древние времена атом, нефть и газ, стал основой Человеческой Цивилизации 26-го века.
Адриан ощутил трудности в дыхании. Тот кислород, что проник сюда вместе с его телом, уже закончился, а нового тут не было. Дыхание стало прерывистым, а потом и вовсе прекратилось. Его червь-симбионт нивелировал недостаток дыхательного газа, успокоив и сняв возникшее волнение и страх. Руки и ноги сковала густая черная сливающаяся с окружением масса. Адриан замер и успокоился. Его дыхание совсем прекратилось. Будь он обычным человеком, то уже ощутил бы кислородное голодание и скорую смерть. Адриан был гибридом, а потому был спокоен. Его глаза, уши, рот наполнились вязкой плотная материей, которая, касаясь его тканей, пульсировала, вздрагивала, улавливая токи и импульсы его тела, будто живая. Адриан сливался, поглощался черной живой массой, превращался с ней в единое целое. Тело прошиб разряд. Адриан ощутил движение симбионта внутри себя. Тот внезапно, на удивление ему самому, отозвался на микро-импульсы из-вне, как на человеческие. Адриан почувствовал его активные движения внутри себя, внутри «Меридиана». Он ощутил всю его странную «размазанную», детерминированную форму, запредельную разрушительную мощь, фантастическую возможность по межзвездному перемещению. Не было никакой консоли управления, никаких экранов. Однако Адриан теперь, соединившись с кораблем чужой цивилизации, внезапно понял, принял все его возможности, как если бы они были его собственными конечностями. Его червь-симбионт транслировал все это прямо в мозг. Адриан все еще видел тьму вокруг себя, мириады звезд среди моря мрака, но он отчетливо понимал, куда ему надо лететь, чтобы достичь поставленной цели. Это было сложно объяснить даже самому себе. Адриан чувствовал те самые точки расчетного квантового напряжения (РКН). Он мог создавать их, перемещаться между ними, покрывая световые годы за считанные мгновения. Адриан сам стал «Меридианом».
Продолжение следует.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге