Кодекс наемника. Книга I. Банда

Пролог

Так называемый «кодекс наемника» – это фикция, ширма, ловушка для дурачков и дилетантов. Повод прикрыть или оправдать глупое поведение или идиотский приказ. У настоящего наемника не должно быть никакого кодекса и никаких принципов, но лишь личные меркантильные цели, интересы и пути к их достижению. Главное – быть всегда готовым ответить за свои слова. Тогда и уважать будут.

(Краяда ад-Доуд. Станция «Альхон».2549`)

Широкий транспортный тоннель одной из более узких развязок уходил к приватному доку, закрепленному за экспедиционными силами Федерации Свободных Миров (ФСМ). Недавно совершивший посадку транспортный корабль успешно разгрузился, передав свой груз снабжения магнито-шаттлам.

Из разбитого узкого проема с незаконченным ремонтом за разгрузкой наблюдал маленький, не более 20-и сантиметров в длину, разведывательный дрон-паук «Хантсмен». Небольшая пробоина, похожая на трещину в нано-бетонной стене, отлично скрывала за собой юркого дрона, который замер, застыл на месте и не подавал признаков «жизни», чтобы не привлекать излишнее внимание со стороны сил ФСМ, разгружающих корабль. Приватный док кишел дронами. Помимо классических боевых «Ганранов» тут были и более мелкие разведывательные левитирующие на магнито-отражателях те же «Око». Последние представляли опасность для «Хантсмена», потому что детектировали даже малейшие движения по периметру приватной огороженной сплошной стеной приватной зоны космопорта.

Тот, кто напрямую управлял паучком, знал, как обезопасить его от обнаружения. Ее звали Николь Яви по кличке «Чара». За плечами у нее был богатый опыт диверсий и тайных операций еще в бытность службы в спец-подразделении «Тени» Звездного Патруля. Она находилась по другую сторону толстой нано-бетонной стены в инженерном тупике тоннеля, который вел от района «Индастриал» в зону тех самых приватных доках космопорта, где сейчас и обитала «Чара». Она тут была не одна. Помогал ей в этой непростой операции по краже груза ее близкий напарник и сподвижник Лоуренс по кличке «Волк». Оба они были местными. Оба родились и выросли тут на огромной обитаемой транспортно-логистической станции-хабе «Альхон». Только, если Лоуренс прожил всю свою молодость тут, то Николь, будучи раньше офицером-гибридом Звездного Патруля, успела попутешествовать и поучаствовать в тайных операциях в том числе и против своей родины. Именно за предательство она стала изгоем. Лоуренс был влюблен в Николь с детства, а потому последовал за ней в изгнание. У нее был шанс все исправить и начать заново, но в тот раз ей помешала зависть. Говоря по правде, ее и в спец-отряде Патруля особо недолюбливали из-за склочного характера, капризности, недовольства начальством и приказами. Она это знала. Догадывалась, но винила конечно же не себя, а дрянное руководство, которое не умело руководить, как надо.

- «Чара», это «Волк». Я на позиции. Что у нас по конвою?

Николь молчала, наблюдая за разворачивающейся и готовящейся к заезду в тоннель колонной груза и его охранения. Тут в основном не было ничего необычного – стандартные бронированные магнито-шаттлы с излучателями, роторными орудиями и РПУ. Смущали лишь те 2 головных, с импульсной установкой, потому что вместо орудийных башен у них торчали круглые полусферы 1.5-метровых охранных дронов класса «Гард». Эти шарообразные роботы обладали невероятно хорошим бронированием против пехотного оружия и слишком разумными для простого ИИ повадками.

- Плохо дело, «Волк». Ты на своем «Группере» сможешь разве, что рассмешить или быстро убежать.

- Чего так? – уже без привычной бодрости немного подавленно уточнил тот.

- Сам посмотри – отозвалась Николь и переключила на него нейро-сигнал с «Хантсмена».

Лоуренс был надежным товарищем, но по многим тактическим вопросам компетенции ему, все же, недоставало. Он был мехводом-самоучкой, который неплохо «прокачался» в связи с последними «остросюжетными» событиями на станции в поддержку госпереворота и новой власти на Би-Проксиме. Сейчас он точно так же неплохо отрабатывал, совершая диверсии уже против экспедиционных «оккупационных» сил Федерации. И с Николь, и с ним эта метаморфоза произошла буквально за считанные циклы. Вот только очков опыта «Волку» это не добавило.

- Видишь? … У них «Гарды» … Вскроют они твою коробочку на раз-два.

Лоуренс выругался. Он никогда не держал всё в себе, но был скор на эмоцию и грубое словцо. На этой волне, видимо, они с ним, вспомнив детство, и сошлись. Кроме того Лоуренс доверял Николь и во всём ее слушался. Это ей импонировало, хотя так, чтобы серьезно, она «Волка» никогда не любила, а просто пользовалась его благорасположением, отвечая внешней взаимностью. Про таких, как Николь, в древности говорили: «без тормозов». Лоуренс же был пусть и преданным ей, но вспыльчивым по характеру, а потому мог устроить скандал и даже смачно отругать, если был чем-то недоволен, как, например, сейчас.

- А я говорил, надо было «Гатлера» брать! У него был! – выругался Лоуренс.

- «Гатлер» - это минус бонус. А нам креды нужны – парировала «Чара». – Соберись, «Волк», на рожон зря не лезь. Я постараюсь тебе помочь.

Снова в нейро-эфире прозвучала ругань. Лоуренс ругался, конечно же, не на нее, а на ситуацию. Заказчик диверсии предложил им на выбор резкого быстрого «Группера» или медлительного, но чуть лучше вооруженного и бронированного «Гатлера». В случае выбора второго, они лишались бонуса. Жадность до кредов в итоге победила. Был шанс, что «Волк» сможет удачно навесить мин, нейтрализовав первого «Гарда», в то время как сама «Чара» со своим роторным карабином удачным выстрелом в щель между полусферами нейтрализует второго. Только все это звучало слишком «на тоненького». Риск теперь кратно возрастал, едва ли компенсирую скромную оплату диверсии.

Колонна начала движение. Во главе двигались те самые два бронированных магнито-шаттла с «Гардами» вместо башен. Далее следовал крупный транспортный тягач на магнитной подушке с вожделенным грузом, ради которого они все это и затеяли. Замыкали колонну еще два броне-шаттла с роторным орудием и РПУ на башнях. По поводу 2-х последних шаттлов Николь не волновалась. Магнитные мины в тоннеле должны были вывести их из строя, проделав аккуратные дыры раскаленной шрапнелью в их бортах, обвалив перекрытия и засыпав кусками потолочного нано-бетона. Это позволяло закупорить коридор, чтобы на помощь колонне не выдвинулись те, кто был пострашнее всех этих магнито-шаттлов. Их, двух 26-тонных мех-доспехов класса «Борк», Николь заприметила с самого начала, но быстро определила, как свиту, охранение самого межзвездного грузовоза. Это означало, что никуда они со своих мест не дернутся, если только в случае тревоги.

Колонна достигла расширения пути прямо перед развилкой в тоннеле и сбавила скорость. С яркими оранжевыми контурами и подсветкой прямо перед шаттлами возникла предупреждающая голограмма о ремонтных работах. В тыльной части колонны что-то звучно загрохотало. Яркие снопы искр осветили мрак тоннеля. Потолок обвалился, завалив под собой замыкающий шаттл. Навстречу остановившемуся транспорту из мрака поворота выскочило нечто худое двуногое более 3-х метров ростом, похожее на тощего птенца с длинными худыми лапами. «Цыпленок» качнул свою весьма крупную голову в сторону головного магнито-шаттла и полоснул голубыми росчерками парных легких излучателей прямо по бронированной полусфере над крышей броне-машины. Мерцающий росчерк выбил каскад искр и заскользил по обтекаемой гладкой поверхности шарообразного «Гарда», оставляя оплавленную борозду. Однако большая часть энергии рассеялась за счет отражения, так и не достигнув той самой заветной щели боевого дрона. Тут же со стороны «птенца» полетели две магнитные мины. Одна из них удачно зацепилась на шляпке шарообразного дрона. Другая скатилась вниз, но успела зацепиться сбоку головной машины.

Голубые лучи спрыгнули на переднюю броне-плоскость шаттла, прорезав ее где-то в районе стыка. Боковая дверь машины охранения тут же отъехала в сторону, и оттуда в дыму и всполохах пламени выскочил человекоподобный боевой дрон «Ганран». Он сходу разрядил роторную винтовку в «птенца», но раскаленный докрасна вольфрамовый стержень полыхнув искрами срикошетил от броне-плиты мех-доспеха, оставив на ней весьма некрасивую неровную выбоину.

Следом из шаттла выскочил еще один «Ганран», но сделать выстрел из своего пехотного излучателя он не успел. Взорвалась та самая электромагнитная мина. Полупрозрачная ряб с сине-голубыми змейками-разрядами разошлась во все стороны. Оба «Ганрана» тут же замерли, задрожали во вспышках рукотворных молний и повалились на металлизированное полотно. Головной магнито-шаттл объялся пламенем и, потеряв управление, накренился, присел на один бок и выдал веер искр от касания с полотном дороги тоннеля.

«Ожил» шарообразный дрон «Гард». Однако еще до того, как он успел хоть что-то сделать, хлопнула ЭМИ-мина, которая удачным метанием «птенца» закрепилась на его полусфере. В лучах фонарей мех-доспеха дрожащая рябь воздуха окатила маленькими тусклыми молниями «Гарда», достав его щели. Что-то перемкнуло внутри охранного дрона, и он, брызнув искрами, провалился внутрь магнито-шаттла и затих.

Вторая броне-машина колонны не стала ждать особого приглашения и, грубо оттолкнув в сторону, подбитого напарника выплыла вперед. Дрон «Гард», раздвинув полусферы-половинки, навел жерло своего орудия на наглеца и выстрелил. Его излучатель ярким голубым росчерком вмазал по «Групперу». Мех-доспех Лоуренса попытался увернуться, уйти, избежать попадания. Он дернулся в сторону, присел и даже попятился, но из-за слишком ограниченного пространства для маневра уйти от поражения так и не смог. Голубой пульсирующий луч «Гарда» срезал ему левый пилон с лазерной установкой. Полыхнуло пламя, и робота повело вправо. Его пилот смог удержать машину, отвернув голову и подставив уже и без того поврежденную сторону. Тот самый первый дымящийся и накренившийся магнито-шаттл стал желанной преградой от пульсирующего голубого излучения «Гарда».

Из нутра второго магнито-шаттла так же выскочили 2 «Ганрана». Они сходу полоснули пехотными излучателями по «птенцу», но тот совсем согнулся и присел, подставляя под удар остатки своего уже наполовину срезанного пилона. Лоуренс терпеливо, но не без нервозности, выжидал окончания перезарядки, чтобы показать дронам-выскочкам, кто тут «папа».

В его сторону полетели гранаты. Под тонкими ногами мех-доспеха раздался характерный хлопок термо-ударной волны. 9-тонная птенце-подобная боевая машина вздрогнула. Нога в нижней части под воздействием чего-то плотного и невидимого неестественно выгнулась, вынудив робота сильно накрениться. Из металло-полимерного сустава брызнули искры. «Раненый цыпленок» повернул корпус в сторону обнаглевших дронов и вмазал оставшимся излучателем. Яркий пульсирующий голубой луч полоснул по груди и голове первого «Ганрана». Верхняя половина тела тут же разогрелась до красна и прыснула во все стороны каплями размягченного и расплавленного металла, словно брызгами воды от попадания камня. Луч голубого лазера спрыгнул с пораженной цели и прошелся по плечу второго «Ганрана», который захотел выстрелить, использую разбитый броне-шаттл, как прикрытие. Лоуренс быстро разгадал примитивный маневр дрона охранения и ударил на опережение. Показавшаяся следом над плечом голова дрона точно так же расплавилась и растеклась прямо у него под ногами. Этот «Ганран» в отличии от своего напарника полыхнул оранжевым пламенем, как яркий факел в ночи, и осел на металлизированное полотно.

«Цыпленок», потеряв теперь возможность нормально двигаться, попытался привстать и «отковылять» немного назад, чтобы уйти за поворот, но не успел. Полутораметровая туша шара «Гарда» выплыла из-за разбитого шаттла на линию прямой атаки. Вспыхнуло жерло его излучателя и вонзилось прямо в броне-лист кабины мех-доспеха. Лоуренс попытался снова подставить уже пораженный пилон, но «Гард» оказался хитрее. Пульсирующий луч лазера сместился вниз и нащупал тот самый стыковой узел торса и «таза» с конечностями. Что-то внутри боевой машины хлопнула и ярко вспыхнуло. Вслед за копной разноцветных искр вырвалось пламя и повалил густой дым. Колпак кабины откинулся в сторону, и оттуда выкатилось тело Лоуренса в черном легком броне-костюме. Оно перекрутилось пару раз и припало к целой ноге боевой машины. Голубой пульсирующий луч на излете попытался нащупать его, но ограничился лишь повреждением лодыжки и без того травмированной ноги мех-доспеха.

Лоуренс, дождавшись тишины, выскочил из-за лапы своей машины и попытался сразить левитирующего в полуметре над поверхностью дорожного металло-покрытия «Гарда». Его полусферы были сомкнуты, а лазер перезаряжался. На ближайшие 15 – 30 секунд он теперь представлял собой легкую мишень для попадания, но сложную цель для поражения. Роторный карабин перенервничавшего пилота заиграл в руке, посылая один за одним раскаленные стержни в тушу дрона. Однако все они или уходили мимо, или рикошетили, нанося удары по касательной. Лоуренс громко и нервно выругался, достал и метнул гранату, спрятавшись снова за лапой накренившегося и дымящегося 3.5-метрового громилы-птенца «Группера».

Где-то несколькими десятками метров далее по тоннелю назад в сторону космопорта магнитные мины сработали в точности, как надо. Целый потолочный пролет обвалился захоронив под собой два замыкающих магнито-шаттла. Они были сами виноваты. Если бы соблюли правильную дистанцию движения в боевой колонне, то не попались бы как дилетанты. Но из-за кучности в ловушке оказались сразу оба. Однако и для Николь, которая все это мастерски организовала, ничего еще не закончилось. Сдвижная дверь одного из двух шаттлов со скрипом и скрежетом от придавленных обломков нано-блоков смогла приоткрыться. Из нутра, выгребаясь из завала, показался один «Ганран», а за ним сразу и второй, напарник. Николь видела их через второго пауко-подобного маленького дрона «Хантсмена», который передавал ее мысленные команды на подрыв мин. В этой диверсионной операции она не планировала встречу с охранными дронами. Упор был сделан на компактность и легкость. Николь была без брони. Ее тело покрывал черно-серый защитный плотный комбинезон, который давал большую свободу ее мелкому щуплому с виду телу для пролезания в узких щелях и трещинах тоннелей. Сейчас Николь скрывалась в смежном инженерном блоке, а в ее задачу входило лишь обеспечение прохода к карго-шаттлу для захвата самого груза. Ее роль в миссии заканчивалась теми самыми подрывами.

Охранный «Ганран», выбравшись из заваленной машины, обнаружил «Хантсмена», вмиг приговорил его и принялся расширять тот самый проход, который Николь уже не планировала использовать. Целенаправленное нарушение целостности стен тоннеля и инженерных коммуникаций между ними для эффективной кражи груза теперь играло против нее. 2-метровый полуторатонный «Ганран», лихо орудуя своими «стальными» руками, расширил проход в смежный коридор и сунулся к ней. Николь вскинула роторный пистолет и двумя выстрелами в грудь уложила его. Следом сунулся дрон-напарник. Николь изготовилась уложить и его точно таким же нехитрым способом, но этот оказался хитрее. Она упустила момент звонкого касания матового серебристого шара размером с кулак где-то совсем близко. Прямо перед ее носом буквально в нескольких метрах сработала флэш-граната. Она вскрикнула от неожиданности и, как слепой новорожденный котенок, попыталась уйти назад, но там был тот самый инженерный тупик, который ей предстояло вскрыть лишь по прибытии разгрузочной команды. Николь, ничего не видя, сильно жахнулась о стену и тут же упала. В глазах заплясали искры. От потери сознания ее спас собственный червь-симбионт. Николь инстинктивно, на рефлексе, отдала мысленную команду на переход в сверхплотность, хотя, само собой, никакого специального экзо-костюма Звездного Патруля на ней не было. Вот только именно сейчас она отдала бы многое, чтобы быть в нем. Сдержав себя, чтобы не взвыть от боли и досады, Николь сосредоточилась на звуках. То, что «Ганран» не будет терять время, а несомненно полезет за ней внутрь, сомнений не вызывало. Она теперь была легкая слепая добыча без брони, с разбитыми тактическими проекционными очками, которые частично нивелировали удар головой о стену.

Николь набрала полную грудь воздуха и задержала дыхание. В ушах отразился собственный глухой стук сердца. Симбионт прочитал ее мысли и снизил ритм. Голова закружилась, но Николь осталась в сознании, превратившись в слух. «Ганран» не торопился, шагнул внутрь аккуратно. Однако совсем тихо по крошеву, остаткам разбитой стены, обломков, мусора и «туше» пораженного напарника он двигаться не мог. Собственные шелестящие звуки металло-полимерных волокн, которые, будучи очень тихими, все равно выдавали его для неплохо подготовленной к таким поворотам «Чары». Ее воображение, ориентируясь лишь на слух весьма точно нарисовало в уме силуэт боевого дрона, который уже вскинул свой излучатель и навел на полусидевшую, полулежавшую Николь. Время замедлилось. Николь слилась со своей рукой, крепко удерживающей роторный пистолет. Она неспешно будто во сне вскинула руку с оружием и выстрелила 3 раза, метя в ключевые точки воображаемого положения противника. Именно так их учили в спец-школе. Именно так можно было гарантировать поражение в случае ослепления.

Первые два раскаленных стержня угодили в ногу и тазовую область дрона, еще до того, как он навел излучатель на ее тело. Полыхнули искры, которые ярким световым размазанным пятном на сетчатке временно ослепших глаз подтвердили ее расчет. Третий заряд проткнул грудь точно по центру, повредив основной нервный моторный узел «Ганрана». Дрон присел будто столкнулся с неким невидимым препятствием. Что-то хлопнуло внутри него. Он замер и припал плечом к стене. Из щели между грудными броне-пластинами повалил густой серый дым.

Призыв о помощи со стороны Лоуренса взорвал Николь мозг. На фоне установившейся тишины он прозвучал в ее уме так громко и пронзительно, что едва не оглушил на самом деле. Она отозвалась. Планы нуждались в срочных коррективах. Прилетел сигнал от первого «Хантсмена», что оба «Борка» охраны грузового корабля срочно выдвинулись на выручку конвоя. Отсчет пошел на минуты, которые требовались мех-доспехам, чтобы расчистить образовавшийся завал своими термо-ударными орудиями.

Зрение постепенно возвращалось в норму. Местами четкие объекты, местами расплывчатые пятна в глазах не могли удержать ее на месте и заставить терять время вместо того, чтобы действовать согласно плану. Николь быстро отползла от тупика в сторону туш павших «Ганранов». Сработал плазменный заряд, который вмиг превратил кусок стены в мимолетный огненный шар. Николь, не искушая более судьбу, сразу метнула 2 электро-магнитные гранаты-подкатки в облако образовавшегося густого дыма. Дождавшись детонации первой из них, она нырнула в смог.

Взору предстал тот самый широкий и 6-метровый в длину карго-шаттл. Возле него уже суетились вылезшие «Ганраны». Первый из них ушел в небытие после ЭМИ-гранаты. Второго Николь приговорила, когда отвлекла его на свое появление, удачно детонировав мысленно другую ЭМИ-гранату из пары. Быстро пробравшись вдоль борта широкой и тяжелой машины, Николь вышла в тыл двум магнито-шаттлам и припавшему мех-доспеху, за ногой которой скрывался Лоуренс. Его электро-магнитная граната не причинила вреда «Гарду», который сомкнув створки броне-полусфер, как в непроницаемом коконе, ожидал окончания перезарядки. Николь сразу поняла, что Лоуренс перенервничал. Результаты его касательных попаданий предстали теперь во всей красе, хоть пока еще кое-где слегка замутненной. «Гард» имел весьма характерные все еще немного красные от нагрева затухающие выбоины от попадания роторных стержней. Всего-то нужно было успокоиться, подскочить поближе и выстрелить один раз, но точно. Николь не знала, сколько у нее секунд осталось до конца перезарядки, но просто действовала, придушив собственный страх. Она в два прыжка оказалась у дрона-шара сзади на открытом пространстве и вскинула роторный пистолет. Однако вместо ожидаемого выстрела раздался характерный щелчок пустой обоймы. Ее все еще немного мутные от недавней слепоты глаза подвели ее. Она не заметила красного маркера на оружии, красноречиво намекавшего ей о пустой обойме. Внутри все похолодело. Николь замерла на месте. Быстрым и четким движением левой руки достала свежую обойму из-за пояса и перезарядила пистолет. Он моргнул бледно-голубым сигналом, давая понять, что начался разогрев стержней в магнитной катушке. Николь замерла в ожидании, не спуская взора с крупного шара «Гарда», который поддерживал себя на том же самом месте едва шатаясь вверх-вниз на магнито-отражателях. Его полусферы разошлись в стороны. Глазок красного сенсора скользнул внутри и сместился назад, уткнувшись прямо в фигуру Николь, застывшую за его «спиной» всего в 5-и шагах. Ей стало теперь по настоящему страшно. Она рванула навстречу «Гарду» и упала прямо под него. Жаркий голубой луч Николь почувствовала над своей макушкой. «Гард» попытался ее подловить, но она нырнула прямо в слепую зону дрона, проскользнув под него. Оставаться на месте было нельзя, потому как, если «Гард» вырубит или ослабит силу магнито-отражателей, то просто раздавит ее своей 3-тонной массой, раскатает в блин. Николь по собственной инерции проскользила под ним, выскочила с другой стороны, едва не поймав дружественный роторный заряд спиной от перезарядившегося к этому времени Лоуренса, который нервно пытался всадить стержнем в открывшуюся узкую щель «Гарда». Стрелок из него оказался так себе. Слегка вибрирующий в руках роторный пистолет-обрез не прощал нервозности и спешки. Очередные два заряда просто срикошетили в стороны от толстой круглой «тушки» дрона.

Тем временем «Гард» и не думал сдаваться. Он перевернулся воздухе, сменив горизонтальное положение на вертикальное. Его узкая щель с излучателем теперь смогла проскочить мертвую зону и последовать за дерзкой незнакомкой. Только Николь все еще была быстрее. Роторный пистолет озарился вспышкой выстрела, затем еще одной и еще. Две яркие оплавленные дырки возникли прямо у края створок, а только третий роторный стержень угодил прямо в щель, пробив саму «мякоть» и окончательно приговорив дрона. Из нутра «Гарда» полыхнуло ярким оранжево-красным пламенем. Николь окатило волной жара и каскадом мелких раскаленных частиц. Он высекая искры с грохотом «ляснулся» на металлизированное полотно, слегка сплюснулся и затих. Одна из полу-сфер с характерным хлопком сдвинулась в сторону и накренилась, выпуская языки яркого жаркого пламени вверх к потолку тоннеля в шипящих искрах и клубах сизого дыма. С охраной все было кончено. Карго-груз оказался захвачен как раз вовремя.

- Нет… Только половина – прозвучал неумолимы искаженный голос заказчика.

- Как половина!? Мы выполнили все, как договаривались! Груз у вас! Охрана корабля не успела! Преследования не было! – не унимался разъярённый Лоуренс.

Николь не могла его поддержать в законных торгах насчет оплаты, потому что была выжита, как лимон. Никогда, даже в самых суровых миссиях Патруля она не была так близка к смерти как сейчас в такой простой и даже где-то примитивной диверсии на конвой. Она сидела в безопасном заброшенном жилом блоке, в их с Лоуренсом прибежище, и смотрела в пустоту. Несмотря на всю ненависть к Звездному Патрулю, ей хотелось вернуть то славное время, когда они могли творить, вершить по истине масштабные дела и не клянчить законную оплату у банды мудаков, которые получили всё, что хотели, даже не пошевелив пальцами.

Небольшой объемный экран с холо-куба мерцал, отсвечивал полупрозрачным изображением какой-то небритой, волосатой, бородатой рожи, с обручем на лбу, которая, не стесняясь в выражениях, доказывала Лоренсу, что сильные повреждения «Группера» не оставляют шансов на полную оплату из-за необходимого ремонта. Мех-доспех, понятное дело, был не их, а арендованный у того самого бородача по имени Креспен по кличке «Хьюго». Это он был заказчиком диверсии и ограбления конвоя с грузом Федерации, хоть и всячески скрывал это. Он был одним из тех немногих, кто согласился нанять Николь и Лоуренса, когда другие предпочитали с ними не связываться из-за сильно подмоченной репутации, осложненной подставой и кидком напарников и командира тогдашнего отряда.

- «Группер» разбит тотально! Кто мне компенсирует ремонт, а!? … Скажите спасибо, что хоть это вам заплатил! Конец связи!

Изображение потухло. Небольшая комната в заброшенной жилой секции на несколько апартаментов погрузилась во тьму. Лоуренс приблизился к Николь, сел рядом и приобнял ее.

- Мудак чертов! – бросил он в пустоту, а потом, повернувшись к ней, добавил:

- Не бери в голову, малыш… Будет праздник и на нашем дистрикте.

Николь резко дернулась и сбросила его руку со своего плеча.

- Не называй меня так, сколько раз просила! – огрызнулась она. – Ты меня чуть не убил своей беспорядочной пальбой по дрону!

Он отстал сразу, потому что определенно знал уже, что если Николь вспылит, то лучше держаться подальше и промолчать. В итоге он сам выругался на всю эту неоднозначную ситуацию и пошел в душевую. Впереди их ждали «напряженные» часы отдыха, потому что в этом заброшенном районе станции можно было запросто нарваться на мародеров или рейд сил федератов.

Сообщение от «Линкера» стало сюрпризом. Он был куратором Николь, и не только ее, со стороны Звездного Патурля. Спец-отдел (СОП) никогда никого так просто не отпускал. Николь так же всегда была под присмотром и своего рода колпаком. На нее у Патруля был компромат – участие в спец-операции против своих братьев-альхонцев. Тогда-то с ней случился надлом, из-за которого она ушла из Звездного Патруля. Однако теперь в Федерации про нее уже все знали, назначили награду, активно розыскивали, и этот компромат больше не работал. Тем более сообщение рождало некоторое любопытство. Хоть сам «Линкер» у Николь сейчас, как и тогда, вызывал лишь боль несбывшихся надежд. Она, оставшись в одиночестве, увидела в этом знак судьбы и погрузилась в мысленную «прослушку».

- «Чара», это «Линкер». На «Эпсилон IV» произошел теракт. В результате есть пострадавшие. СОП расформирован. В Патруле всей внутренней безопасностью теперь заправляет Кирилл Викенз, правая рука Форкмана Громова. Он – единственный выгодополучатель от теракта… Мое положение шаткое… Убит инспектор ОВБ, уполномоченный синт с Арктура. Убита «Прима». Тяжело ранен и сам Форкман… На меня хотят повесить эту чью-то катастрофически удачную импровизацию. Я собираю всех бывших из СОП…

- «Так тебе и надо!»

Николь, не дослушав, выругалась про себя. У нее была личная неприязнь к «Линкеру» за все, что он вынуждал ее деллать под страхом разоблачения. В том числе и из-за него они с «Волком» стали изгоями, предателями, чужими среди своих. В порыве внезапно нахлынувшего гнева и ярости от нежеланных воспоминаний она едва не удалила остатки записи, так и не дослушав. Кое-что, выданное им, больно кольнуло и привлекло ее внимание. Что-то, что во вспышке гнева ускользнуло, оставив лишь тень следа. Она вернулась к началу сообщения и прослушала в уме первый кусок снова.

- «Прима» мертва!? – вырвалось у нее это в виде шепота.

Она не могла поверить, что подобное могло впринципе произойти. Единственное светлое пятно в памяти, оставшееся у нее после службы в Патруле, было замазано горьким сообщением. Николь успокоилась и принялась слушать дальше, пока Лоуренс принимал паровой душ, растрачивая дорогую на «Альхоне» очередную влаго-таблетку.

- Я знаю, что ты меня ненавидишь, но сейчас каждый бывший на счету. Ситуация скверная. Я собираю всех, кого могу найти… Надо, чтобы ты вступила в «Зов Вальхаллы». Они формируют подразделение для одной важной миссии… Для этих целей «Зов» даже послал своего какого-то конунга с Йоты… Тебе нужно внедриться в формирующийся альхонский отряд… У «Зова» нету проблем с моральными принципами. Им нужны люди, и они набирают всех, кто желает и подходит по навыкам…

На этом месте Николь снова сильно захотела прервать сообщение и выбросить его с памяти нейро-обруча, но остановилась. «Линкер» не сдавал ее Федерации, а значит нету и повода для злобы, кроме личной неприязни и старых обид. Она продолжила мысленное прослушивание.

- … Сейчас «Зов» немного не в ладах с властями Би-Проксимы на станции. А после недавнего решения Конвента, дела у Новой Федерации на «Альхоне» крайне плохи, несмотря на лояльность самих альхонцев…

Далее снова шли разные вводные, которые Николь неплохо и сама знала, потому что в отличии от «Линкера» находилась и жила тут на мега-станции.

- … «Зов» владеет кое-чем, что нужно мне. Нужно всем нам… Это нужно у них забрать, если придется, то и силой…

Начались витееватые объяснения, чем же таким ценным владеет «Зов», что это нужно непременно у них стянуть. Николь снова выругалась, потому что «Линкер» определенно что-то недоговаривал. Походило на то, что он либо сам до конца не знал, либо не хотел, чтобы догадалась Николь.

- … Я сообщу тебе больше деталей, если ты в деле – закончил он. – Сообщи мне о своих намерениях… Я понимаю, что виноват перед тобою. Работа будет оплачена, хотя я сейчас сильно ограничен в средствах. Сама понимаешь… Если ты согласишься и выполнишь дело, сможешь расчитывать на должность командира в новом спец-отряде СОП по возвращении в Патруль, если, вдруг, тебе это еще интересно.

Николь задумалась. «А если кинет?». И хоть она не хотела бы иметь дел ни с «Линкером», ни с Патрулем, но и отрицать действиетльность она так же не могла. «Альхон» больше не был ей домом, но временным пристанищем. Позор предательства смывался лишь смертью. А на тот света Николь «Чара» пока не собиралась. Хотела она того или нет, и как бы это дико не звучало, но только Звездный Патруль мог сейчас удовлетворить ее амбициям, ее извечной тяге и страсти командовать и руководить. Она достаточно быстро приготовила мысленный ответ и сбросила его через квант-линк своего нейро-обруча. Теперь оставалось лишь ждать детали по новому делу и придумать что-то Лоуренсу, чтобы он согласился с ней пойти в «Зов».

Глава 1. Зарядная станция «Фривинд»

Культурные отличия и разные менталитеты должны и даже обязаны быть задавлены, подмяты, вторичны по отношению к кодексу наемника. Кодекс должен быть превыше всего. Он первичен. Но кодекс – это не свод или список каких-то там правил. Кодекс наемника – это внутренний становой стержень, моральная основа в поведенческой матрице, направляющий вектор его поступков.

На дальней дистанции идеология всегда побеждает зависимость. Идеология дает моральное оправдание за проступки, а от зависимости всегда хочется избавиться, потому что она оставляет после себя горечь.

(Из книги «Успешные наемники». Рихтер фон-Ален)

Планы меняются

Брожение и праздношатание в альхонском подразделении «Зова Вальхаллы» прогрессировало неспешно и даже, как будто, вроде бы и не заметно. Фабриан был далек от всех этих боевых слаживаний и тренировок. Он ждал от «Одина» нового ставленника, конунга, взамен внезапно убывшего на вечный покой в результате скоротечной перестрелки Олафсона по кличке «Кобра». С ним Фабриан все равно не ладил, а потому по кончине конунга не сильно горевал. Дела-то в целом шли неплохо. Проблемы были из-за затеянного Звездным Патрулем некоего «Бэкдора». Фабриан переживал немало, потому что на кону были солидные суммы кредов, которых, правда, он так до сих пор и не увидел. Однако благодаря этому выгодному контракту его запятнанная недавним позором репутация перед «Одином» снова была восстановлена. Зато Кирилл, ответственный за «Бэкдор» со стороны Звездного Патруля, зачем-то играл с ним в прятки, недомолвки, несознанки, отмалчивался и тормозил, как ему казалось, всё дело. А, между тем, на обновленной альхонской базе «Зова Вальхаллы», которая по документам значилась как учебно-тренировочный центр «Викинг», на постоянной основе квартировались 5 весьма именитых и матерых наемников, которых нужно было чем-то занимать, чтобы те не бездельничали, а еще платить суточные простоя. Радовали только 2-е из них, которые достались Фабриану за долги. Они были настоящими альхонцами. Остальные 3-е, залетные, напрягали и постоянно «делали ему мозги».

Очередной сеанс связи с Кириллом произошел внезапно. Тот после недельного исчезновения вышел на связь сам и перешел к сути, миновав фазу приветствия.

- Фабри, по «Бэкдору» есть некоторые изменения – обратился Кирилл весьма взволнованным голосом.

Изображения не было, что означало, что звонок хоть и был срочным и важным, но и дорогущий траффик на связь за пределами системы Альхена, между двумя ГЛТ-спутниками вынуждал экономить.

- Что опять? – недовольно выдал Фабриан в ответ, потому как за неделю до этого уже получил новость о переносе миссии.

- Ничего существенного, но оборудование с Гимерры не долетит ни сегодня, ни завтра – скороговоркой пояснил Кирилл.

- Это почему?

- Хм… Пока еще точно не знаю. Те, кто отвечал за поставки, перестали выходить на связь… Мне почему-то кажется, что там не обошлось без «Зимы».

- А при чем тут Ирма?

- Не нужно было ей лететь на Гимерру.

- Кир, ты забываешься, что мы не обязаны отчитываться перед Патрулем, куда и зачем направляем своих людей.

- Ты ж получил капитана-контрабандиста в пользование в счет компенсации, как и договаривались… На этом можно было бы закрыть все наши обиды и перейти на новый цикл отношений.

- Это у вас в Патруле все просто, Кир. У нас в «Зове» есть кодекс, есть идеология, культ, если хочешь.

- Только не надо мне втирать сейчас про ваши заморочки! У нас в Патруле своих проблем хватает! … Я звоню по делу.

- Хорошо. По делу – так по делу… Капитана мы получили, но Ирма к тому времени уже была в пути на Гимерру. А она, Гимерра, как ты сам понимаешь, ни разу не близко… Несмотря на наши тесные и долгие отношения, я не отвечаю за все подразделение «Зова». Я – всего лишь смотрящий по «Альхону», пусть и с высоким уровнем полномочий – попытался Фабриан оформить и перекрыть претензию со стороны Кирилла, как сам видел.

Однако того это похоже только разозлило:

- Вы ж получили курсанта, получили контрабандиста! Почему «Один» не угомонится, а!? … Или ты не донес до него нашу мысль?

Последнюю фразу он произнес уже более спокойно. Очевидно сказывалось нежелание тратить слишком много кредов на межзвёздный звонок.

- Все я донес. И в лучшем виде… Но в «Зове Вальхаллы» свои правила. И репутация превыше всего… Я тебе об этом не раз говорил – совершенно спокойно урезонил его Фабриан, прекрасно понимая, что не ему платить за этот разговор.

Он добился своего. Кирилл не стал более с ним спорить. Он выпустил пар и успокоился. Фабриан знал, что тот не звонил бы ему, если бы не имел на то вескую причину. Значит «Бэкдор» или наконец сдвинулся с места или совсем заглох.

- Ладно… У меня мало времени… Организовать свою станцию в Туманности сейчас не вариант. Однако план никто отменять не будет… У капитана Мекелдоно есть карта контрабандиста. Вещь по-своему уникальная… Убеди его доставить отряд на кочующую зарядную станцию в Туманности.

- Зачем? Мы и на «Альхоне» можем зарядиться – не понял намека Фабриан.

- А затем… Пусть твои альхонские головорезы перестанут протирать комбинезоны и покажут себя в деле.

- Кир, ты в своем уме!? В подразделении пока только 5 вояк! Из них только 2 альхонца… Ты предлагаешь им захватить станцию в Туманности Розетка!?

- Задействуй всех.

- Исключено. «Зов» в этом не участвует, ты ж знаешь. Своих наемников под это дело мы не подписывали.

- Тогда найми больше людей. Это «Альхон». Бандитская станция.

- Это все немного меняет дело… На первом этапе предполагалось обустройство новой станции в Туманности, а уже на втором – альхонский отряд… К тому ж мне на все про все нужны креды, а их нет!

- Будут… Я ж тебе сказал. Все будет… Твои 5, плюс моя поверенная, плюс кэп. Итого уже 7. Пусть вылетают… Там на месте выберут станцию попроще для захвата. Главное, чтобы ее можно было передислоцировать туда, куда нам нужно. Координаты я сообщу.

- Ума не приложу, как даже дюжиной бойцов без космо-флота захватить целую станцию!

- Тебе и не надо. Ты ж смотрящий, а не военный стратег… Там с ними будет моя Касуми, она профи в таких делах. Поверь мне.

- Кто? Эта мелкая раскосая с замашками и амбициями госпожи? Не смеши меня! Недели не прошло, а ее тут никто терпеть не может, кроме, разве что, этого капитана. Она, похоже, цепко ухватилась за его штурвал, а потому мнит о себе хель знает что!

- Тем лучше. Их интимная близость нам даже на руку. Значит она убедит капитана на вариант с картой… Конец связи.

Кирилл отключился даже быстрее, чем Фабриан успел у него уточнить насчет оплаты. Его злила вся эта ситуация. В «Зове Вальхаллы» каждый юнит выживал и крутился сам. Успешность или провальность определялись репутацией и притоком кредов. Фабриана пока спасало лишь то, что он не был конунгом, но всего лишь смотрящим тут на станции «Альхон». Хотя именно эта роль сейчас на него налагала ответственность за весь «проект». Правды ради он слишком сильно увяз в этом «Бэкдоре», от которого его уже давно тошнило. Однако самого Фабри втянула туда Эйла из Звездного Патруля, к которой он питал вполне платонические чувства. Ее визит на «Альхон» так же ожидался с цикла на цикл. А еще Фабриан очень ждал визита нового конунга с оборудованием, техникой и амуницией, чтобы, наконец, передать дела. Сам он собирался вылететь вместе с Эйлой на Йотунхейм или просто Йоту, захватив с собой капсулированное тело того самого беглого курсанта Патруля. «Один» ждал их только с результатами работы, иначе было нельзя, иначе – это позор. Ведь именно этот артефакт, который на удивление, за весьма короткое время попил так много репутационной крови «Зову», да и не только репутационной. Ущерба хватило бы на целое подразделение. Хотя, по факту, именно целого подразделения «Слейпниры» и стоила «Одину» схватка с этим «выскочкой». Ладно бы только катастрофа на Парпланде, но этот курсантик успел набедокурить и тут на «Альхоне», практически обокрав и выселив «Зов» со станции, за что превратился чуть ли не в кумира и легенду всех альхонских аутлос. Кто ж мог предположить, что его захватят в моменте достижения успеха. Фабриан волновался за Эйлу и за тело курсанта, потому что прекрасно видел, что до «Альхона» добрались слухи, что курсантик тот не погиб и даже вырвался из плена. Источник слухов Фабриан пока еще не знал, но кое-что слышал о событиях на том самом далеком Парпланде. Кое-что предоставила внешняя разведка «Зова» особенно среди высших чинов Преторианского Альянса. Но информация была очень скудной, противоречивой и слишком неправдоподобной. Якобы курсантик засветился там среди местных сил, возглавил мятеж и разгром элитных частей Альянса и наемников «Блэк Джек» на Парпланде. Второе, про наемников, уж совсем звучало сказочно и фантастично, но факт разгрома, к тому же документально закрепленный, оставался фактом. Парпланд обрел независимость в совершенно немыслимых для этого обстоятельствах, вынудив Альянс уйти в спешке, согласившись на условия местных сил обороны. Понимал Фабриан, что альхонцам подобные слухи тешили самолюбие. В свое время им уже пришлось прогонять силы Звездного Патруля со станции. Фабриан и сам был местным, родился и вырос тут. Он где-то глубоко в душе в тайне от самого себя немного восхищался, но больше, конечно, завидовал. Из-за всех этих слухов он переживал за капсулу с телом – не выкрали ли ее. Но последнее сообщение Эйлы его успокоило. Всему рано или поздно приходил конец, даже убедительным слухам. Тело курсантика в капсуле должников в гиберниозе покойно ждало своего часа, чтобы отправиться к «Одину», закрыть нелицеприятную страницу в истории «Зова Вальхаллы» и вернуть былую репутацию грозному галактическому подразделению наемников, с которым все должны были считаться.

Веселый коллектив

Малый грузовой корабль класса «Мул» стремительно поглощал миллионы километров, унося необычную группу пассажиров все дальше и дальше от заселенных миров Сектора Ориона в сторону растянувшейся на множество световых лет кроваво-красной Туманности Розетка. Где-то там за ней открывались почти что бескрайние просторы Рукава Персея, безграничной территории Преторианского Альянса, и других пока еще плохо освоенных Человечеством звезд и созвездий. Однако грузовоз не стремился к оптимальному преодолению Туманности. Его капитан был счастливым обладателем особого «артефакта» под названием «карта контрабандиста», представлявшая собой не что иное как набор крипто-инструкций для выполнения ИИ, записанный на специальном дата-кристалле, на которой при отображении каждый раз в реальном времени отстраивалось положение основных подпольных станций на проложенном маршруте следования или «вблизи» его. Особенностью этой карты была «подвижность», интерактивность. Многие объекты на ней не находились все время в одном месте. Они дрейфовали в Туманности, совершали перелеты на пару-тройку световых и снова дрейфовали, собирая и накапливая энергию. Но не это было главным. Тут можно было легко обменять продать купить «запрещенку», токсичный или нелегальный товар. Крейсеры Звездного Патруля, да и не только они, сюда залетали редко, по большей частью лишь для того, чтобы миновать эту зону, как можно скорее. Туманность Розетка была небезопасна из-за наличия в ней блуждающих планет, астероидов и даже целых звездных систем, в буквальном смысле скрытых от посторонних глаз тем самым красным высокоактивным веществом Туманности. Лишь только некоторые области были «чисты» и проверенно безопасны для полетов. Большим кораблям, минующим Туманность во Временном Континууме (ВК), встреча с блуждающим астероидом не грозила гибелью. В случае планеты шансы на выживание, конечно же, понижались, но и гравитационное поле Расчетного Квантового Напряжения (РКН) заметно возрастало, давая возможность выйти из Временного Континуума (ВК) заблаговременно и подкорректировать курс. Для малых судов вроде того же «Мула» ситуация была грустная, но и более предсказуемая. На его траекторию полета в ВК влияло даже слабое воздействие РКН какого-нибудь даже не очень крупного астероида. В том числе и поэтому для дальних перелетов – более 100 световых за раз – «Мул» плохо подходил. Его расчётный вектор каждый раз нарушали те самые РКН, вынуждая при сильном или опасном отклонении выходить из ВК, корректировать направление и приступать к новому разгону до субсветовой и «прыжку» в ВК.

Именно поэтому объемный экран в кают-компании, где собирался экипаж судна постоянно транслировал карту полета. Какое-либо отклонение от траектории курса, кроме обозначенного корабельным ИИ «Астра», тут же дополнительно подсвечивалось на экране. Когда Маок, мужчина лет 35-36 среднего роста, зашел, то как раз попал на предупреждения о небольшом отклонении от курса из-за влияния очередного неизвестного РКН. Для него, рожденного и выросшего на станции «Альхон» и никогда не летавшего дальше Проксима Центавра, подобное путешествие стало неким вызовом, к которому он оказался вполне готов. Просто потому что на «Муле» были в шаговой доступности такие дефицитные на его родной станции удобства, как регулярный душ, разнообразные напитки и сносная еда. Кроме того Маок летел не один, но с женой, а это в полете, который уже длился почти недельный цикл, многое решало. Насчет всех этих отклонений и РКН Маок, как и все на корабле, был проинструктирован, а потому значения отображаемой на экране девиации не придал.

В совмещенной каюте, где была и капсула управления кораблем, и большой стол, раскладывающийся прямо из стены, и поворотные выдвижные из пола стулья, сидел сам капитан Мекелдоно, техн по кличке «Дофамин» и та самая жена Маока – Мудис, очень привлекательная внешне женщина, жгучая брюнетка лет 30-и. Они точно так же не замечали небольшое отклонение, явное предупреждение на проекции и о чем-то очень увлеченно говорили. Маок определенно нарушил некий, возможно даже где-то, наверное, интимный разговор, потому что все тут же заткнулись и переключились на экран, показательно озаботившись внезапно тем самым отклонением.

- Ничего страшного – махнул рукой Мекелдоно, мужчина лет 56-60-и с весьма эффектами стильными черными бакенбардами фривольно откинулся на кресле, сидя за столом у самой стены и держа в другой руке стакан меты. – Девиация допустимая.

Мудис, сидя возле капитана, с таким же стаканом меты в руке, повернулась к вошедшему Маоку и махнула ему рукой.

- Мао, иди к нам. У нас тут интересная тема… Тебе понравится.

Тот окинул взглядом как бы слегка отстранившегося от них техна «Дофа», который будто специально отодвинулся, чтобы дать Маоку сесть с супругой. Его внешний вид с искусственным глянцевым лицом, рыжими короткими, но торчащими волосами и глазами-цилиндрами, весьма контрастировал с остальными. Хотя на всех их, кроме капитана, были одинаковые черные плотные комбинезоны с красными линиями и вставками, обозначающими их общую принадлежность к небезызвестному наемному подразделению «Зов Вальхаллы».

- Что за она? – бросил Маок жене, заодно подмигнув зачем-то капитану и усевшись возле Мудис с другой стороны.

Еще до того, как она успела что-то произнести, он улыбнулся и произнес:

- Муди, загадывай желание.

Она вопросительно посмотрела на него. «Доф» и Мекело так же не спускали с Маока глаз.

- Ты о чем? – спросила она.

- Ну как же! – засмеялся тот. – Ты ж сидишь между двумя Мао!

Она покрутила глазами, наигранно улыбнулась, чтобы совсем его не «обидеть» и кивнула рукой:

- А, ты об этом… Да ну тебя, Мао… Шутка, сказанная уже в надцатый раз – не смешная – отозвалась она своим приятным немного низким баритоном.

Маок на это замечания еще больше рассмеялся, глядя на реакцию супруги, приобнял ее и крепко поцеловал, запустив нежно руку в гриву ее черных, как смоль, густых и ровных волос.

- А мне каждый раз весело! – посмотрел он снова на капитана Мекелдоно и на молчавшего техна.

Оба сделали вид, что улыбнулись. Затем отвернулись на экран, где «Астра» произвела окончательный расчет отклонения и подтвердила догадки капитана, что вектор полета в ВК в коррекции пока не нуждается. Маок налил себе меты в стакан и тоже посмотрел на экран, где как раз отображался маршрут к одной из подпольных станций, к которой они на всех парах летели.

- Ну так что за тема у вас, а? – нарушил он затянувшуюся тишину.

- «Доф» утверждает, что простым людям, не гибридам и не технам, в будущем ничего не ждет. Они, ну, то есть, мы – тупиковая ветка эволюции, конец Человечеству… Типа не приспособлены к вызовам космоса от слова совсем.

- И чё? – удивился Маок. – Полно ж планет. Там заживем, если в космосе никак.

Мудис хохотнула, отвернувшись от остальных и спрятав лицо в плечо подсевшего супруга. «Доф», поморщившись демонстративно, решил сам за себя пояснить.

- Мудис, все немного перекрутила – начал он, своим слегка скрипучим чрезмерно эмоциональным и немного с металлическими нотками голосом.

«Дофамин», вообще, выглядел типично странно, как наверное и все техны. Глаза у него были искусственные полимерно-прозрачные окантованные цилиндрической оболочкой с линзами по центру. Он весьма смешно фокусировался на ком-то из собеседников, из-за чего вызывал у остальных улыбки и смешки. Техны были не в диковинку на «Альхоне», как и на прочих обитаемых станциях. Просто именно у «Дофа», как оказалось, весьма смешные импланты на голове. Тот же его голос слегка поскрипывал, словно кто-то надавливал на замерзшие кусочки льда, прессуя их. У него были странные короткие игольчатые волосы красного цвета, как у ёжика. Все это выглядело искусственно, как и, собственно, остальное его лицо. Нос его выглядел вполне натурально, но был произведением искусства, вобравшим в себя достижения сенсорики в области запахов и обаяния. «Доф» запросто мог учуять то, что другие просто не заметили бы.

- Просто я искренне считаю, что любому простому человеку в наше время нужен непростой спутник, не такой же человек, а кто-то из более адаптированных к космической жизни.

На этих словах Маок уже с некоторой долей заинтересованности посмотрел на «Дофамина».

- Так-так… Ну-ка, ну-ка… Обоснуй.

Тот вздохнул и, видимо уже не в первый раз, пояснил, перейдя сразу на примеры.

- Вот у нашего капитана партнерша Касуми. Она – гибрид, вдобавок неспящая. Это очень удобно. В случае каких фатальных проблем во время полета, например с кислородом, пищей или водой, она сможет выжить, погрузившись в гиберниоз на долгий срок. Тем самым она сможет выйти из гибернизации, если ИИ заметит признаки спасения… Это, кстати, актуально именно сейчас, куда мы летим… Тут на наш сигнал СОС вообще никто не среагирует. Красная Туманность, вдобавок, исказит его многократно, так что и не суйся.

Капитан Мекелдоно с умным видом поцокал языком, соглашаясь с техном, но лишь отчасти.

- Квантовые СОС сигналы нормально проходят, просто не так мгновенно и однозначно, как в обычном космосе – поправил он зачем-то второстепенную тему.

«Доф» кивнул и продолжил:

- Вот, для Люча и Боры это вообще не актуально, потому что оба гибриды…

Он внезапно умолк и бросил оценивающий взгляд на Мудис. Упоминание еще двух членов их экипажа – таких же наемников «Зова», но временно отсутствующих тут не добавляло привлекательности его доводам. Только самого «Дофа», похоже, это не смутило, и он спокойно, посматривая то на Маока, то на его красавицу-жену, продолжил:

- А вот вы оба – обычные. Это не оптимально с точки зрения вашего развития, эволюции, как людей космических. Вы для агрессивной среды проживания слишком уязвимы.

Маок прищурил глаза. Он знал, что у него это всегда неплохо получалось, чтобы вынудить собеседника поежиться, будто он что-то задумал.

- Ну и что ты предлагаешь? – серьёзно спросил его Маок, буравя сузившимися до щелок-амбразур глазами.

Взгляд «Дофа», его искусственных цилиндрических глаз с фокусирующимися линзами на конце, отлично держал «удар». Хотя глаза эти из-за сложной цилиндрической структуры с различными степенями защиты отлично держали не только испепеляющие взгляды таких простых смертных как Маок, но и неплохо предохраняли от флэш-ослепления. Да и, вообще, «Доф» был единственным тут среди их всех, кто мог бы нырнуть в открытый космос без шлема и даже оставаться там в сознании на какое-то вменяемое время. И, все же, несмотря на все это, техн пошел на попятную:

- Да так… Это рассуждения вслух… Мудис весьма оптимально сложенная женщина, как инкубатор для крепкого здорового потомства. Вдобавок, ее собственный запах вызывает стойкое влечение со стороны противоположного пола. Ей наверное хотелось бы и самой выбрать более оптимального с точки зрения эволюции партнера.

Маок демонстративно громко откашлялся, покосился на Мудис, сложил руки крест-на крест и негромко но четко выдал:

- Ну, как, малыш, пойдешь за «Дофамина»? Сама видишь – эволюция решает. Со мной тебе не прожить в нашу космическую эпоху, ну никак… Соглашайся, пока я добрый.

Сам Маок, выговаривая все это с причудливым сарказмом улыбался. Мудис покосилась в ответ. Она знала его достаточно хорошо, чтоб «оценить» такую себе шутку. Мудис придвинулась к Маоку, приобняла его и улыбнулась, глядя искоса на «Дофа».

- Я пожалуй останусь при своем муже, даже если это не оптимально с точки зрения человека космического – приобняла она его, крепко и демонстративно поцеловала в губы. – Простой, но мой.

Маок подмигнул застывшему в изумлении «Дофамину».

- Видишь. Я сделал все, что мог, чтобы быть на волне, на гребне космической эволюции… Но женщины, они такие. Кто их поймет.

Внезапно «Доф» будто «отвис», как дрон, пришедший в себя после флэш-гранаты:

- Это ваше дело, конечно, как вам жить. Просто на кону выживание и продолжение рода в экстремальных условиях. Смешенные пары более устойчивы и защищены.

Улыбка сошла с лица Маока.

- Мы тебя услышали – бросил он ему, став более серьезным. – От себя скажу: не знаю, как там у вас, у технов принято… А я за подобные хитро-сделанные подкаты к моей жене могу и дырку прожечь. И не посмотрю, что дорого-богато скроен.

Сбоку раздался комментарий Мекелдоно, который заметил возникшее на ровном месте напряжение и вмешался:

- А давайте-ка все выдохнем и успокоимся… Неделя в пути – это, конечно, немало, но все таки ерунда по сравнению с месяцами… Маок, никто твою жену делить не собирается. Это просто рассуждения… Кстати, отчасти «Доф» прав… У меня вот был случай, когда в шкуре корабля застрял космолет Патруля.

- В «Муле»? – недоверчиво покосился на него «Доф».

Тот глянул на него, вздохнул и пояснил:

- Ну, нет, конечно… У меня еще «Ковчег» есть. Сдаю в аренду.

- Ого! – удивились «Доф» и Маок одновременно. – Откуда такие креды?

- Это долгая история… Я не о том… Так вот, застрял в моей шкуре космолет Патруля… Ну… Такой с крылышками…

Все трое засмеялись каждый на свой лад. Капитан умолк, не сразу видимо поняв, из-за чего смех. Но Маок быстро пояснил:

- Извини, кэп, неделя в полете, воображение у нас разыгралось в 4-х стенах, но представить космолет Патруля в твоей шкуре – это перебор!

Мекелдоно выругался и махнул рукой.

- Да вашу ж мать! … В шкуре «Ковчега», само собой! – поправился он.

Мекелдоно сделал паузу и показал руками крылышки, помахав немного ими, будто птица, вызвав очередную порцию смеха у присутствующих. «Астра» тут же отобразила настоящую «Ласточку» Звездного Патруля на объемном экране. Глаза присутствующих устремились на проекцию. Снова раздались смешки.

- Очень похоже показал, кэп! – добавила Мудис, вторя веселью остальных.

Мекелдоно посмотрел в потолок и, вздохнув, сказал с сарказмом:

- Ну, спасибо, Астра! Ты как всегда в своем репертуаре!

- Всегда пожалуйста, капитан… Вы просто были очень неубедительны.

Маок указал пальцем в потолок и с улыбкой, глядя на Мекелдоно, сказал, имея в виду вероятнее всего еще и мягкий женский баритон ИИ:

- О! А она у тебя, типа, своенравная, да!? Не боишься, что у слишком умного ИИ крыша засвистит, тогда можешь и не долететь.

Мекелдоно лишь отмахнулся:

- Нормально все. Астра у меня лет 20 уже… До осознанности еще есть время, - он глянул снова вверх и добавил: - Правда, Астра?

- Как скажете, капитан. Вам виднее – отозвался ИИ.

- Вот! … Ну так о чем это я? … Застрял в шкуре «Ковчега» космолет.

- То есть как застрял? – удивился «Доф». – Подобное весьма сложно организуемо, не находишь, кэп.

Мекелдоно вздохнул, потер лоб и шею и пояснил:

- Не важно как… Гнался он за мной. Продырявил своей пушкой и влетел… Там разгерметизация началась… Застрял короче…

- Ну а ты что? – нетерпеливо спросил Маок, потому что ему не нравилось отвлечение капитана.

- Ничего… Послал дрона-детектора разведать.

- Какого? – тут же вставила свои 5 стар-коинов Мудис.

- Дрона «Бехолдера», если это так важно.

- Не очень, но для воображения – витиевато пояснила она.

Маок же, мягко погладил ей волосы и пальчиком указал на экран, где старательная «Астра» выводила вполне четкие контуры и космолета и дрона-детектора.

- Короче, просканировал я этот космолет, а внутри пилот уже холодный… Ну я обрадовался… Считай почти целый космолет достался.

- Хм… Сомнительная радость – тут же влез «Доф». – Там степеней защиты столько, что взлом себе дороже выйдет.

Мекелдоно отмахнулся от него, мол, сам знаю, и продолжил:

- Я про то, что этот пилот оказался гибридом и впал в гиберниоз, а я купился и решил, что он мертв.

- Ну, это ты сам сплоховал, кэп. При всем уважении – тут же с лицом мраморной самоуверенности выдал техн.

В этот момент в кают-компанию вошли еще двое в черных плотных комбинезонах с весьма довольными лицами.

- Паровая свободна, женатики! … Мы уже оттянулись по полной! Теперь и вы можете побалдеть!

Оба восшедших он и она выглядели очень разно. Лючи Хон или просто «Люч» был темно-волосым коротко постриженным с глубокими вдумчивыми карими немного раскосыми глазами. Забавной его чертой, как заметил для себя Маок, было всегда улыбаться. Вроде бы, и никто не сказал ничего смешного или весёлого, а на лице у Люча улыбка. Боресса Дин по кличке «Хильда» была полной ему противоположностью. Ее чуть более длинные тонкие светлые где-то даже бесцветные волосы были аккуратно собраны в 3 косички: 2 – по бокам и одна – сзади, и так плотно, что даже казалось, что кожа на ее лице натянулась, как на древнем музыкальном инструменте по имени «барабан». Ее холодные серые глаза вызывали легкую дрожь. А чуть вздернутый носик наоборот добавлял в образ какой-то детскости и даже наивности. Зато тело с явным перекосом и перекачкой плечевых мышц сильно выдавало в ней какого-то борца или тяжелоатлета. И хоть «Хильда» не выглядела толстой, она была заметно крупнее Люча. Хотя по росту он, все же был чуть-чуть повыше. Несмотря на всю эту непохожесть, некая синхронность их мимики и телодвижений намекали на долгое совместное сосуществование. Маок и Мудис переглянулись. Мекелдоно покосился на них.

- Я понимаю, что у вас на «Альхоне» вода по талонам, но прошу соблюдать разумную меру. Кто знает, когда мы сможем заправиться влаго-таблетками, метой и протеиновыми смесями следующий раз… Будь мы на «Ковчеге», то я б не парился… В том гиганте жизнь прожить можно и не чем не заморачиваться.

- Ну вот и не парься, кэп – осек его Маок.

- Ага. Мы за тебя и за Касуми попаримся. Обещаем – улыбнулась Мудис.

В этот момент вошла в каюту еще одна женщина заметно ниже их всех, худая, но атлетически хорошо скроенная и подтянутая, с широкими раскосыми глазами, черными волосами и хмурым лицом. Темные круги под карими глазами, характерные для «неспящих», добавляли ей возраст. Она, войдя, первым делом покосилась на собирающихся выйти двух альхонцев.

- К тому же, есть еще эта релакс-капсула для неспящих – добавил Маок к уже сказанному Мудис, покосившись с улыбкой на Касуми.

Та среагировала тут же, весьма бурно и с нескрываемым раздражением:

- Даже не думайте туда лезть, озабоченные! Увижу, руки и ноги повыдергиваю!

Спорить Маок не стал. На релакс-камеру ни он, ни Мудис не претендовали. Он, в общем-то, так сказал ради хохмы, и все посмеялись. Маок прижал к груди Мудис, и они вместе встали и направились к выходу.

Душевая кабина на «Муле» вызвала умиление. Она была настолько компактная и продуманная, что при всем желании втиснуться туда в количестве большем, чем два, было бы весьма проблематично. Зато она прямо таки располагала к очень тесному и доверительному омовению. Маок пропустил вперед Мудис. Сам шагнул следом. На «Альхоне» паровой душ был своего рода роскошью и статусом зажиточности. Единого централизованного водоснабжения на родной для Маока и Мудис станции не было, но зато были попытки нечто подобное организовать в новых дистриктах. Хотя, когда это было! Маок кое-что помнил из детства, но уже тогда все это быстро зачахло. В основном же на «Альхоне» душевые автоматы работали на влаго-таблетках. Только уважаемые жители и авторитеты могли позволить себе личный водопровод или паровой отсек. Остальные жители пользовались общественными душевыми боксами на тех самых влаго-таблетках либо покупали себе в личное пользование. И там уже было главное быстро омыться под струями пара, пока таблетка не иссякла. Тут на борту «Мула» в паровом душе можно было расслабиться на столько, насколько позволяли габариты кабины. Маоку и Мудис было не привыкать.

Мелкие теплые капельки пара ровным тонким слоем покрывали их поверхность. Все небольшое пространство в тусклом немного даже интимном свете заволокло туманом. Сквозь оранжевую пелену Маок видел довольное лицо Мудис. Ее глаза с расширенными зрачками смотрели ему в лицо. Маок очень хорошо знал свою жену. Он прижал ее к себе и нежно поцеловал.

- Мао, хорошо, что мы теперь в «Зове» - услышал он в мыслях ее слова.

- Я бы не торопился с выводами, Муди – ответил он.

- Нет. Я не о том… «Альхон» тебя разрушал.

Маок качнул отрицательно головой.

- Все под контролем.

- Мао, Краяда сказала, что на тебе все еще какой-то долг. Я хотела расплатиться, еще когда ты был в капсуле, но она отказалась и как-то так странно улыбнулась. К чему бы это?

Маок немного напрягся, хотя еще секунду назад был расслаблен и возбужден. На память пришло кое-что из прошлого, о чем он хотел бы забыть. Между ним и Краядой был один спор, весьма опрометчивый, эмоциональный. На волне сыгравшей ставки Маок, баловавшийся гэмблингом и имевший некоего рода пристрастие, зацепился с Краядой и наговорил много бравурных и самоуверенных речей. В ставках и гэмблинге была его слабость. Маок любил азарт и не считал это чем-то опасным, потому что, как сам думал, вполне мог себя контролировать. Мудис знала об этой его «страстишке». Вот только она понятия не имела, к чему иногда может привести азарт. Тогда он сделал опрометчивую глупость, которая казалась ему и не глупостью вовсе. Сейчас все это всплыло в его памяти.

- Чего молчишь? – обратилась снова Мудис, но уже голосом, выпустив его застывшие в поцелую губы из своих.

Он вздохнул. Хотелось поскорее забыть.

- Не бери в голову. Там ерунда… По прилету разберусь.

- Хорошо бы… Мне тогда эта ухмылка Краяды очень не понравилась, Мао.

- Она богата, как буратино. Так что ей твои креды, что дураку фантики. Вот и все.

- Хорошо, Мао – прошептала ему Мудис и прижалась плотно, запустив руки вниз.

Маок медленно отпускал ситуацию, отбрасывая худые мысли на счет долга.

– А кто-то у нас разволновался, как ребенок, и совсем упал, а!? – раззадорила его Мудис.

- Никто не упал. Не придумывай… Просто выбирай темы для разговора, женщина – ухмыльнулся он, чувствуя в себе новый приток крови в область таза.

Маок сделал глубокий вдох и снова крепко поцеловал ее. Теплый густой пар нежно обволакивал кожу и действовал расслабляюще. Все таки закрытое пространство и такая плотная близость делали свое дело, совсем смывая напряжение и дурные мысли.

Распаковка и наладка

В ангаре был легкий полумрак, но света было достаточно для тех, кто копошился тут среди своих контейнеров, проверяю и проводя различные тесты оружия и амуниции. Точечная подсветка решала. Маок с Мудис неспешно разбирали свой контейнер и проверяли снаряжение. Хоть им и не было особо тут чем похвастаться, внимание, все же, они привлекли. Их доспехи из-за ограниченности ресурсов были самоделками, пусть и не плохими, но больше части весьма одноразовыми. Они это знали, а потому тщательно перепроверяли. Первыми сзади подошли Боресса и Лючи. Они с умным видом, с руками крест-на-крест, посмотрели самодельные реактивные ранцы, самодельные силовые бронежилеты, улыбнулись и отошли по своим делам. Следом подошел «Доф», который уже успел кое-что достать из своего ящика. Этим «кое-чем» был весьма массивный роторный пистолет, который просто лоснился и бликовал всевозможными модификациями и улучшениями.

- Что тут у вас, а? – подошел он и заглянул внутрь чужого контейнера из-за плеча Мудис.

Она как раз вытащила энерго-пояс, проверяя уровень заряда. На нем на магнитах по разным сторонам цеплялись бластеры. Оба пистолета были весьма компактные и легкие. «Доф», заметив их, громко хохотнул:

- Что это за смешные дамские штучки? Вы собрались копсов погонять, что ли?

Маок тут же среагировал и указал на его ствол.

- У тебя тоже барабан неполноценный. Сколько тут? 4 вольфрамовых гвоздя? Не маловато?

- Тю! – отмахнулся от него «Доф». – Тут двойная катушка нагрева, барабан в барабане… Одно касание, секунда, и можно стрелять! Точность ювелирная!

- Ха! А мои бластеры готовы к бою сразу и без предварительных ласк – нашлась внезапно Мудис, решив видимо немного пошутить над хвастовством «Дофамина».

- Твои бластеры, малышка, могут разве что напугать!

«Доф» вытащил пушку и самодовольно покрутил перед носом у Мудис:

- Этот ствол бьет супер точно на 200 шагов без осечек и промахов. Бах и в твоем теле еще одна милая дырочка.

С этими словами он незаметно для Маока ущипнул Мудис за ягодицу. Однако тот заметил, вытащил свой «весомый аргумент» в виде спрэдгана и подставил к глазам-цилиндрам «Дофамина» так, что у того они слишком заметно выехали из пазов и сфокусировались на винтовке.

- Эта волына сотрет в порошок любого, даже такого любвеобильного техна, как ты, решившего подкрасться и взять врасплох! – слегка грубоватым низким голосом намекнул ему Маок.

- К тому же главное не размер, а то как ты умеешь своим инструментом пользоваться – развернулась и озвучила свой аргумент Мудис, выставив руки с обоими бластерами перед опешившим вконец «Дофамином».

Вдобавок она легким движением колена «нежно» отправила паховую «гордость» обнаглевшего техна на задворки разговора. Он немного согнулся, видимо ощутив коленную чашечку Мудис во всей ее резкости и серьёзности, и отступил на шаг назад. Однако же не растерялся. Возможно, подобные игры в самолюбие и хвастовство с подтекстом его забавляли, но Маока они начинали откровенно раздражать.

- Уж поверь мне, красотка, мой инструмент в нужный момент не дрогнет и покажет все, на что способен. Даже не сомневайся – не унимался «Доф».

- А рука не устанет? – совсем грубо пошутил Маок, желая покончить с этим пустыми разговорами.

«Дофамин» лишь улыбнулся и без задней мысли обнажил руку до плеча из-под комбинезона. В глаза ударил характерный для искусственного импланта слишком какой-то глянцевый полимер.

- И что? У тебя, выходит, всё ненастоящее? – ухмыльнулась с наигранной досадой Мудис, кокетливо осматривая его с ног до головы.

- Обижаешь, красотуля! Там, где надо, у меня все более чем настоящее! Работает так, как не у всех кожаных мешков! – он с надменной улыбкой покосился на Маока и даже подмигнул ему своим цилиндрическим глазом.

Вышло смешно, потому что это не выглядело естественно, как задумывалось. Возможно «Доф» и сам это понял, а потому внезапно решил ретироваться. Шутку же про «кожаные мешки» он вообще позаимствовал у роботов и синтов с осознанными ИИ, которые простых людей частенько называли так между собой.

Тем временем к Маоку и Мудис подошла и Касуми. Она что-то очень серьезно поизучала, поковырялась среди вещей в их контейнере и покачав головой сделала некие неутешительные выводы для альхонцев:

- Что это? Вы на плоскодонок собрались охотиться? … Термо-ударные гранаты? А где «райнбуредо», «фанбору»? Где плазмо-мины?

Не дожидаясь ответа на свои вопросы она без разрешения погрузилась в их контейнер и извлекла однозарядную роторную винтовку большого калибра.

- Вы что, музей ограбили? Этот ужас вам тут зачем? – возмутилась она совершенно серьезно.

Маок забрал у нее свою большую и весьма тяжелую винтовку, завернул обратно в полимерный чехол и сложил на дно контейнера, как и было.

- Это наш талисман… Последний выстрел стоил одному мех-доспеху пробитой брони прямо на стыке с кабиной. Точность феноменальная! – попытался оправдаться Маок.

Касуми покачала головой, вздохнула и выдала с нескрываемой грустью:

- Да хоть амулет счастья! С этой волыной ты сможешь разве что сильно рассмешить… Тебя десять раз пристрелят, пока ты с ней разложишься, зарядишь стержень и выстрелишь… Выкинь, а лучше сожги… Знала бы, что у вас все так грустно, попросила бы «Зов» поковыряться в их арсенале.

Касуми на этом не успокоилась. Ей на глаза попались самодельные силовые броне-жилеты. Она брезгливо поморщилась, когда вытащила и рассмотрела «народ-пром» повнимательнее.

- Это, блин, вообще, что за обнова? Первый же стержень закоротит всю эту конструкцию и превратит вас в угольки.

Досталось от нее и защитным маскам. И хоть выглядели они пугающе, особенно с включенными «глазами-сенсорами», защищающими от флэш-вспышек, Касуми прошлась им тяжелым катком своего осуждения:

- Это зачем? Обычный преторианский шлем в 10 раз безопаснее!

- Преторианский шлем слепнет от флэш-гранаты из-за кучи внешних сенсоров – попытался Маок отстоять честь инженерных решений супруги.

- А эти маски что? Даже если от ослепления спасут... Тут энерго-контур защиты примитивный! Выжжет же глаза нахер!

- Не выжжет! Проверено!

- Но боль по лицу и телу адская от всего этого хлама! Разве нет?

- Нет… Да… Мы используем инжектор с обезболом. Специальный коктейль. Наш альхонский.

Касуми хлопнула себя по лбу и грустно покачала головой:

- Да, вашу ж мать! Вас обоих сожгут в первой же перестрелке! … Даже не так. Вы сгорите сами от какой-нибудь ерунды. От неудачного осколка или энерго-удара.

Она небрежно вернула все обратно и злобно посмотрела на Маока. Тот от ее слов ощутил себя облитым чем-то липким и дурнопахнущим. Он не стал более это выносить, мягко отстранил ее от своего контейнера и демонстративно передернул затвор заблаговременно вытащенного спрэдгана перед носом низкорослой Касуми. Она ловко перехватила его пушку, резким движением руки заглянула под зарядный затвор. Оттуда вывалился черный прямоугольный пенал на 5 выстрелов.

- Что? Обычная термо-дробь? Вы что мусором заряжали обоймы что ли?

- Даже если и так, что с того? – возмутился Маок. – Спрэд тем и хорош, стреляй чем хош!

- А что не так с нашим оружием? – возмутилась Мудис, присоединившись наконец к мужу.

Касуми снова покачала головой и пояснила:

- Мы штурмовать станцию будем. Там охрана – не только «Каракурты» и «Ганраны», но и кое-что посерьезнее. Вот это все – это рассмешить до слез.

Она возмущенно бросила обратно в контейнер связку флэш-гранат, которую вытащила наружу, добавив:

- С вами альхонцами всегда так сложно. Объяснять надо простые вещи, как дебилам!

Эти слова задели Маока. Он специально извлек самодельный ранец с двумя трубками универсальных ПУ по бокам. Хотя универсальность их заключалась в той самой съемной кассете: ставишь ракеты – будут ракеты, ставишь мины – будут мины. Маок специально вытащил 2 сменных матовых темных цилиндра с заряженной тройкой малых ракет в каждом.

- У нас есть ракеты – пояснил он, указывая на те самые продолговатые сменные модули с ПУ.

Касуми тут же выхватила один из них с его руки и заглянула на маркировки установленных зарядов.

- Что тут у нас? Флэш, электромагнитка и… Термо-ударная… Зашибись! … Вас убьют первыми!

- Да что не так-то!? – разозлилась не на шутку Мудис, не желая, видимо, просто смотреть, как полоскают мозги ее мужу.

Она даже демонстративно приобняла его, чтобы поддержать немного и успокоить.

- А если «Гард» или «Жнец»? А если тяжелая охрана или мех-доспехи? – тут же раздраженно пояснила Касуми, злобно посматривая на них.

Договорив, она метнулась к соседнему контейнеру, вскрыла его и достала черный пенал с маркировкой «фанбору».

- На. Держи… Это тебе в спрэдган… У остальных попросим нормальные ракеты.

- А нормальные – это какие!? – вскипел Маок, демонстративно отказавшись от ее подарка.

- Хотя бы плазма! – так же резко рявкнула на него Касуми, злясь еще больше из-за строптивости альхонца и его отказа принять подарок.

- Хель с два! Я не возьму плазму! … Дерьмо это, а не ракета! Сжигает все в ноль, ни защиты, ни прикрытия!

- Ой, мать вашу! Да как знаете! – вернула она обойму от спрэда обратно, махнула рукой и направилась к Мекелдоно, который как раз зашел в карго-отсек посмотреть на копошения команды.

Настроение у Маока и Мудис от всего этого сразу как-то упало. Быстро и без энтузиазма закончив со своим боевым имуществом без надзора со стороны «Дофа» и Касуми, Маок и Мудис смогли посмотреть, наконец, что же там такого у других. Они неспешно подошли к Борессе и Лючю. У них, конечно же, «игрушки» были куда поинтереснее, чем привлекли внимание и Касуми, и капитана Мекелдоно, и, теперь уже, Маока с Мудис.

- Ого! Это ж доспехи «Войд»! Откуда у вас!? – тут же прямо спросила мелкая напарница кэпа Касуми.

- Блэк маркет… Стоило нам приличных кредов. Но, я вам скажу, «Вихоры» - вещь! – с серьезной миной на лице выдал Люч, не отрывая рук от креплений бронированных элементов и пластин к общей конструкции тяжелого тактического силового костюма.

Крупные с многослойной комбинированной броней и силовым плазма-щитом высокие в 2.5 метра ростом темные грозные силуэты вырастали прямо на глазах. Боресса не стала утруждать себя со своим «Вихором», как это делал ее более щуплый раскосый друг, а привлекла 6-лапых тех-дронов. Силуэт ее тяжелого доспеха куда быстрее получил «законченность» в виде легкого импульсного излучателя в правой и роторной авто-пушки в левой руке. Венцом же сборки стали плечевые ПУ, которые привлекли повышенное внимание со стороны Касуми.

- А это что у тебя тут? Это ж не РПУ?

- Не-а – довольно ответила Бора, проверяя параметры доспеха через проекцию на тактических очках. – Это «Заслон». Их доработка… Тут вместо классических РПУ, универсалы стоят, как на штурмовой экзо-броне Патруля. Могу запускать все, что вмещается в стандартный отстреливаемый контейнер. Даже дронов… А еще управление сведено к мышечным рефлексам, тоже как у Патруля. Можно даже не калибровать нейронику и оставаться вот в таких вот «очочах». А главное более чем 50% иммунитет от ЭМИ-гранаты или еще какой подобной дряни.

Она, договорив, самодовольно улыбнулась и покрутила тактическими проекционными очками перед остальными. Касуми с интересом осмотрела утопленные в корпус форсунки ускорителей и со знанием дела покивала головой. Маок с Мудис обошли доспех с разных сторон и осмотрели вооружение на руках. Подобное «вживую» они вообще видели первый раз в своей жизни.

- Импульсник как на «Гардах»? – уточнил Маок, посмотрев на Борессу через ее проекционные окуляры.

- Лучше! … Потолок 15 секунд от одной зарядки.

- А ствол не расплавиться? – удивился он.

- Не-а… Можно и на 20 выкрутить, но тогда контроллер вскипит.

Маок прикинул в уме каково это палить импульсной мерцающей голубой энергией 15 секунд и довольно поцокал.

Мудис тем временем осмотрела роторную авто-пушку, но не нашла в ней ничего для себя любопытного. Зато Бора решила и там блеснуть и прихвастнуть:

- Что ты носом крутишь? … Это тебе не ГОК-овское орудие из говна и палок. Тут универсальный калибр и поддержка полной линейки и номенклатуры боеприпасов, как у старших собратьев, как у Юниона! А еще можно настроить ленточное питание.

- С ленточным-то далеко не уйдешь. Одна искра и взлетишь на воздух – тут же нашлась Мудис.

- Ну так я ж тебе не говорю, что тут ленточное питание, но что его можно подключить и настроить… Так-то тут 5-зарядная само-сменная кассета. Просто калибр доработан «Заслоном», и ствол из контурно-композитного сплава. Обойма улетает менее чем за секунду! Может лупцевать хоть целый час без перерыва, отвлекаясь лишь на перезарядку картриджей.

- Час? Не поверю… Скорее, минут 15, а потом предохранитель все равно сработает. Законы физики никто не отменял, хоть ты 10 раз композируй сплавы – нашлась Мудис.

Маок знал прекрасно, что его любимая жена, могла по части техники весьма удивить. Может ее знания были скудны насчет инноваций, но физические ограничения сред она знала от и до. В случае чего могла легко заткнуть любого хвастуна.

- А ты типа самая умная, да? – ехидно выдала Бора, видя как лихо красотка Мудис сбивает лоск с рекламы вооружения ее собственного «Вихора».

Маок, закончив рассматривать и изучать импульсник, подошел к супруге, приобнял ее сзади за талию и посмотрел в широкие очки Борессы.

- О чем спорите, девочки? – спросил он, улыбаясь.

- Женушка твоя не по годам умная, как я посмотрю – пожаловалась она на Мудис.

Маок улыбнулся, чмокнул супругу в щеку и пояснил:

- Это да… Что есть, то есть… Она – мой любимый оруженосец. Подбирает, чистит, до-настраивает, прямо как ваш этот «Заслон». Мы с детства с оружием… На «Альхоне» по другому не выжить… Видела бы ты, как она у меня стреляет с обеих рук! Мышь не проскочит!

Тем временем за спиной у них послышался звук, характерный для работы тяжелых полимерных «мышечных» приводов. Это сразу отвлекло внимание от «Вихоров». Не закрыв за собой откинутый вверх люк кабины, «Дофамин» вывел на всеобщее обозрение своего 2-лапого 20-тонного 3-метрового «питомца».

Первой переключилась Касуми, внимательно осматривая машину и довольно кивая головой. С ней рядом зевал Мекелдоно, который, скорее всего, был уже стар для всех этих военных игрушек.

- Что за модель? – сразу поинтересовалась Мудис, опередив Маока с точно таким же вопросом буквально на доли секунд.

- «Лом» - выдал тот, сидя внутри и посматривая на всех как бы немного сверху вниз. – Это вам не какой-то ширпотреб от ГОК. ФСМ-Индастри! Сделано на Би-Проксиме!

Мех-доспех, несмотря на якобы именитость производителя, был внешне весьма уродлив, но невысок, чуть более 3-х метров «в холке». Сама кабина располагалась достаточно низко, позволяя запрыгивать в нее с разбега и в движении, что хвастливый «Доф» тут же продемонстрировал, эффектно на ходу спрыгнув и запрыгнув обратно. Под кабиной быстро, словно сошедшая с ума, вращалась небольшая башенка с парными расположенными с разных сторон легкими плазмо-пушками. Они несмотря на относительную маломощность заряда выдавали неплохую скорость и плотность залпов. Над «головой», если можно было вообще применить это слово к этой необычной боевой машине, так же крутился, ерзал в жесткой ограниченной люльке глазок легкой термо-ударной пушки. В целом мех-доспех «Лом» возвышался над всем, что тут было представлено, подобно некоему королю зверей, вершине пищевой пирамиды. Вдобавок, он определенно был не только ростом повыше, но и покрупнее «Вихоров» Люча и Боры.

- Контроллер питания заменен на заслоновский? – спросила Касуми, которая, судя по всему, разбиралась в тонкостях всего военно-промышленного зоопарка.

- Не-а! Зачем? – весело отозвался «Доф». – Я сам себе «Заслон». Руки приделаны ровно и растут, откуда надо. Даром, что техн.

- Контроллер питания важен – махнула Касуми, потеряв сразу интерес к боевой машине. – Остальное неважно.

Почему так важен был этот доработанный или улучшенный контроллер питания для «Лома» осталось за кадром. Маок хотел было уточнить у Мудис, которая «в теме», но не стал, потому что заметил, что «Дофу» не понравилась реакция Касуми на его собственную доработку даже вплоть до какой-то совсем уж детской обиды. Искусственно пластмассовая мимика техна плохо скрывала эмоции. Лишь только глаза все так же смотрели прямо, вращая крупными цилиндрами.

- Контроллер!? Я его пересобрал лично! И не хуже, чем в «Заслоне»! – разошелся он, но Касуме его уже не слушала.

Она отвлеклась на кэпа, который, видимо, что-то с жестами мысленно ей объяснял. Маок, и сам потеряв интерес, неспешно отошел к своему контейнеру, где его на полпути тихо перехватила Мудис. Она похлопала его по плечу, чтобы поддержать после отчитки Касуми, затем переключилась на злящегося «Дофа».

- Я прекрасно разбираюсь в контроллерах! – не унимался техн, выкрикивая в спину фразы, как какие-то угрозы.

Мудис направилась к его «Лому», чтобы осмотреть поближе. Она переключилась на «Дофа» и даже поддержала его:

- Нету там в этом контроллере ничего особенного, чтобы прибегать к помощи «Заслона» или еще кого!

Тот заметил это и немного оживился, обрадовавшись внезапной информационной поддержке с ее стороны. Он даже улыбнулся и снова смешно подмигнул своим искусственным цилиндрическим глазом Мудис.

- А знаете, что такое «дофаминовая ломка»!? – спросил он громко и даже весьма нагло, желая непременно вернуть к себе всеобщее внимание.

- Ну и что же!? – спросил издали, ковыряясь самостоятельно в своем «Вихоре» Люч.

- Дай-ка угадаю… Наверное, потому, что ты – «Дофамин» на «Ломе» … Любишь, наверное, все ломать и крушить – заулыбалась Мудис, оставив мужа и подходя поближе к боевой машине техна.

Маок не мог взять в толк почему его женушке так понравился этот 2-лапый 20-тонный урод. Хотя и сам «Доф» на его непритязательный вкус со своими глазами-цилиндрами и торчащими во все стороны волосами-иглами был впору механическому «монстру» по внешней непривлекательности.

- Ага! Верно, красотка! … Но это еще не все!? – самодовольно нагонял он интригу в надежде привлечь всеобщее внимание. – Что!? Больше никому не интересно!?

Даже Касуми на эти его вопросы лишь лениво махнула руками и отвлеклась на собственный контейнер, чтобы что-то там проверить. Бора же просто бросила ему, лениво махнув рукой:

- Ой, ну не томи! Рассказывай уже… Все равно ж не удержишь в себе, хвастун!

Маок видел по мимике, что «Дофа» почему-то это задело. Он привстал с кресла ковша кокпита и, махнув рукой, привлек к себе Мудис, предложив сесть рядом с ним.

- Иди сюда. Садись рядом. Ты единственная, кто проявляет искренний интерес. Остальные сейчас его ощутят на себе – тихо будто бы только ей одной произнес «Доф».

Маок едва его расслышал, но не предал значения, зато теперь уже вынужденно отвлекся от своих «игрушек», чтобы последить за сильно увлекшейся «клубом уродцев» супругой. Мудис вписалась вместе с «Дофамином» в просторной капсуле с широким сидением почти даже органично. Сам «Доф» был худощав, да и Мудис не блистала сверх широтой бедер и плеч.

Внезапно люк за ними закрылся, а в сторону всех тут присутствующих засветился светом небольшой красный глазок поверх кабины. Маок не сразу понял, что произошло. Его мозг пронзила резкая боль, словно кто-то загонял ему через ухо тонкие острые иглы, прокручивая их там внутри. В глазах потемнело. Он обхватил голову руками и согнулся пополам, будто прячась от каких искр или осколков сверху. Подобной мозговой атаке подвергся не только он, но и все остальные. Резко разразившийся вопль в 5 глоток так же внезапно и быстро затих.

- Что это, хель возьми! – заорала Бора. – Кому голову оторвать, а!?

- Больной идиот! Твою ж мать! – крикнула так же громко и злобно Касуми, проверяя уши, не пошла ли кровь.

Сам Маок не успел проявить столь бурную реакцию, ограничившись лишь сдавленным криком. К счастью обошлось без серьезных последствий. Люк мех-доспеха откинулся, и наружу выглянуло довольное и счастливое лицо «Дофа».

- Ну как? … Это она самая! Это «дофаминовая ломка»!

- Иди сюда, придурок. Я тебя сейчас устрою ломку – набросилась на него Бора, но ее перехватил Люч.

- А что так? Сами ж просили показать. Вот я и показал.

- Вот попадешься ты мне! Я тебе покажу настоящую ломку, урод технический!

- Ладно-ладно… Чего вы все такие нежные, а? Уже и пошутить нельзя!

С сияющей улыбкой самодовольства он вежливо и галантно позволил Мудис спрыгнуть с машины, придержав ее ручку своей и бросив воздушный поцелуй со словами:

- Приходи еще, красотка. Приходи в любое время… Интимные двери моей машины любви для тебя всегда открыты!

В конце он даже позволил себе наигранно рассмеяться. Мудис же кокетливо бросила ему воздушный поцелуй в ответ, повернувшись дважды вокруг и завлекательно покрутив бедрами.

- Муди, лучше бы ты оружие перепроверила, а не дурака с этим дикобразом валяла… Твои бластеры оба не заряжены! – отчитал ее Маок.

Она нежно обвила его шею рукой и влажно поцеловала в щеку.

- Не злись… Там просто энерго-картриджей нету. Не вставила…

Она умолкла, посмотрела на техна и добавила:

- «Доф» же спас меня от «дофаминовой ломки». Разве не видишь? За это ему благодарность от всей нашей семьи, правда? – заискивающе и заигрывающе одновременно посмотрела она ему в глаза как бы снизу вверх, согнувшись над контейнером.

- Ага… Ничего-ничего… Придет мое время, я его отблагодарю – пробурчал Маок и покосился в сторону «Дофамина», который парковал машину у стены, совершая различные проверочные манипуляции.

- Всё! Закончили треп! … Подошли ко мне! – объявила внезапно мелкая раскосая Касуми, шагнув в серединку свободного «пятачка» и подозвав остальных.

Ее невысокая фигурка быстро собрала всех на корабле вокруг себя и принялась объяснять что-то важное, ссылаясь на небольшую объемную проекцию, вспыхнувшую тут же из выложенного на пол небольшого холо-куба.

- Есть у кого опыт по захвату станции? – спросила она обращаясь ко всем подошедшим к ней.

Выждав несколько секунд тишины и не дождавшись четкого ответа, она снова обратилась своим слегка грубоватым голосом:

- Сейчас мы проведем с вами симуляцию. Я покажу что и как.

Маок наблюдал за ней весьма недоверчиво. Она была для него слишком категоричной и чудаковатой, немного странной и какой-то через-чур резкой. А еще, после первого же совместного приема пищи на «Муле», он понял, что у этой Касуми напрочь отсутствует понятие этикета. Она могла спокойно взять что-то из чужой тарелки, просто решив попробовать. Хотя никто не мешал ей получить такое же блюдо из авто-кухни. Маок и Мудис были бывалые, но подобное залезание руками в чужое блюда, даже для них было «зашкварно».

Она тем временем достала из контейнера за спиной тактические шлемы и попросила всех примерить.

- Давайте! Дружно, быстро! … Параметры нашей цели я уже внесла. Сейчас попробуем понять, на что вы способны.

Маок покосился на Мудис, окинул взглядом «Дофа», Лючи и Бору, затем снова посмотрел на вещающую своим грубоватым голосом Касуми. Она чем-то походила на Лючи. Раскосость глаз у них была прям будто, как у брата и сестры. Только Касуми была на голову ниже его и заметно худее. Она вообще была с виду совсем щуплая, но, тем не менее, крепкая. Маок знавал одну такую на «Альхоне». Резкие и выверенные телодвижения выдавали в ней некую запредельную выучку или даже дрессировку. К таким людям невозможно было подобраться незаметно. Такие сами могли бы запросто напасть внезапно, как центаврийская мата.

- Провалиться мне на месте, если она не из Звездного Патруля – выдал наконец в мыслях Маок своей супруге то, что давно висело в воздухе.

- Ага. Я тоже обратила внимание… При том эти наши Лючи и Бора как будто не такие.

- Мелкую серую выдру напоминает. Такая же мелкая и такая же колючая – добавил сравнение Маок.

- Ты про кого? – не догадалась Мудис.

- Про Ники Яви, конечно же!

- А ты знаешь, что ее объявили в розыск. Еще, когда ты в капсуле плавал, она попала в тот самый альхонский отряд, что шуму наделал – блеснула знаниями супруга.

- Ты мне уже это рассказывала, Муди – отмахнулся Маок.

- Ходят слухи, что она своего командира предала. Кинула остальных наших то ли на Кроне, то ли вообще на Фобии. За ее голову приличная награда от Федерации.

Маок, слушая Касуми, покосился на Мудис и поморщился.

- Я всегда знал, что она – мелкая поганенькая сука. Хватило того раза – выдал он.

- Да уж… Так и эта тоже посмотри, как любит командовать. Протеином не корми, дай всех построить… Могла же нас собрать и в кают компании.

- Не, Муди, извини, но там впятером тесно. Не то, что всемером.

- А тут стоять по струнке, как в вояки с той же Федерации, а? Не хочу ныть, но она же просто издевается над нами.

Маок указал взглядом на Лючи и Бору, которые прямо как гвозьдики стояли ровно и глаз не спускали с Касуми.

- А ты на этих посмотри. Даже не шелохнутся – кивнул он головой в их сторону.

- Так они же артефакты. Их с детства муштровали – нашла Мудис, чем объяснить это.

- Ну-да, ну-да.

- Кстати, а ты знаешь какая кличка у нашей командирши? – улыбнулась Мудис, спросив мысленно Маока.

- Какая?

- «Ангел».

Маок не выдержал и рассмеялся. Если бы можно было представить себе наиболее неподходящую кличку-позывной для бойца, то Касуми непременно взяла бы первое место. Ее повадки, манера и стиль намекали на что-то, скорее, из «нижнего мира», начиная от цербера и заканчивая упырем или мегерой.

Касуми тут же прервалась и строго посмотрела на Маока. Наступила неловкая тишина.

- И что смешного? Или ты думаешь, что захватить станцию не сложнее, чем устроить засаду на конвой где-нибудь в тоннеле? … Так вот, хочу тебя разочаровать. Нам нельзя допустить ни одной ошибки!

На последней фразе она прямо возвысила голос, чтобы заглушить смех Маока, который и так уже постепенно затихал.

- Ладно, весельчак… Сейчас я посмотрю, на что все вы годны – подняла она обе руки будто сдается и отошла в сторону, освободив светлую от мерцания объемного экрана середину. Все неспешно разошлись по углам, расположились поудобнее, сели на пол, опершись кто о контейнер, кто о стену. Все одели нейро-шлемы и приготовились погрузиться в симуляцию.

Разведка

О зарядной станции «Фривинд» и ее точном положении с учетом всех векторов смещения относительно других звезд и центра Галактики знали немногие, а лишь те, кто имел счастье обзавестись интерактивной звездной картой контрабандиста. Оно было и понятно, потому что пространство Туманности Розетка почти в 100 световых считалась ничейным и малоизученным. Из-за блуждающих астероидов и магнито-плазменных бурь «влезать в воду, не зная брода» было сопряжено с некоторым риском. Зато через Туманность Розетка проходил оптимальный маршрут с Кластера Ориона в Рукав Персея. Оптимальным же его делала, например, та самая зарядная станция «Фривинд» или какая-нибудь еще. Хотя станцией ее можно было бы назвать разве что с очень большой натяжкой. По сути это был сильно модифицированный межзвездный транспортник класса «Странник» - достаточно большой, чтобы в один «прыжок» преодолевать просторы Туманности, и не боятся при этом встречи даже с крупными блуждающими астероидами. Внушительные размеры корабля-гиганта позволяли его переоборудовать, чтобы запасать энергию красных заряженных частиц, добытую в потоках облачности Туманности, и наполнять ею накопительные кристаллидные эррэи.

Малый транспортный корабль «Мул» появился тут во вспышке света на некотором приличном удалении в пару-тройку астрономических единиц и, потому, вероятнее всего, не без помощи плотных красных газовых скоплений, не сразу попал в фокус зарядного комплекса. Если бы это была обычная звездная система, то появление корабля на некотором отдалении, могло бы вызвать подозрения у находящихся тут, но в случае Туманности Розетка подобная логика не работала. Тут на первое место выходила собственная безопасность. Вдобавок и сам малый грузовой «Мул» осторожничал среди газовых скоплений и не торопился в гости, сохраняя стабильную невысокую скорость сближения, якобы из-за опасения столкнуться с чем-то плохо различимым в плотных скоплениях Туманности. Те, кто находились внутри транспорта, изучали свою будущую добычу, присматривались к ней, оценивали свои возможности и перспективы.

- Ого! Ничего себе станция! И в такой глуши! – всплеснула руками Мудис, наблюдая тот самый «Фривинд» через сенсорику корабля с искусственной обработкой и отстройкой изображения при помощи ИИ.

- Наш «Альхон» побольше будет, Муди – тут же среагировал Маок.

- Давайте-ка сконцентрируемся на миссии – вернула их «на место» Касуми.

На экране тем временем добавились еще объекты. «Астра» вывела на экран космолеты охраны и сопровождения, нарисованные по выявленным сигнатурам. Слово взял «Дофамин»:

– Это трио во главе с «Акведуком» не спроста… Они могут сильно все нам испортить.

- Почему? – спросил Маок, который не сильно разбирался в типах и классах космолетов, но привык видеть подобные звенья, летающие вокруг боевых кораблей у себя на «Альхоне».

«Доф» повернулся к нему и сразу пояснил:

- Космо-катер «Акведук» - старое корыто, но у него есть 2 вещи, которые должны нас сильно напрячь. 1-я – это 2 крупные бабины с гипер-ракетами, 2-е – широкополосной сканнер… И 2-е даже хуже.

Почему сканнер на космо-катере являлся проблемой, никому дополнительно объяснять не пришлось. Даже далекий от космолетов Маок понимал, что как только этот «Акведук» их просканирует, то быстро обо всем догадается и примет соответствующее решение. И тогда в дело вступит «проблема №1», которая фатально скажется на целостности «Мула».

- А что мы можем с этим сделать? По-моему - ничего – отозвался с весьма подавленным видом Люч.

- А я вам сразу еще в начале сказал, что это не будет легкой прогулкой – выдал с умным видом капитан Мекелдоно, забавно покосившись на Касуми. – Вы тогда мое мнение в расчет не брали, я говорил, что эти станции все крышуются.

- Брали или не брали, какая разница. Этот «Фривинд» всего несколько часов, как на этом новом месте – отмахнулась от его доводов та самая Касуми.

Маок не без интереса наблюдал за ними, специально выбрав место в каюте, откуда были бы хорошо видны оба. Он догадывался, что кэп знал об этой странной особе с благозвучной кличкой «Ангел» куда больше, чем остальные, но не спешил делиться знаниями.

- Скажем так… «Акведука» и свиту я беру на себя… Ваша задача быть наготове – внезапно огорошила всех Касуми, не отрывая взгляда от объемного экрана с информацией.

- Погоди-ка – вмешался Маок. – Хотелось бы немного подробностей.

- Подробностей не будет. Меньше знаешь – дольше живешь – отмахнулась она от него рукой, как от назойливого насекомого.

Это вызвало бурление среди остальных, но сама Касуми всех успокоила, повысив голос:

- Ваша задача – станция! … Даже не сама станция. Она огромна… Наша цель – основной и резервный центры управления. Все, как на симуляции. 1-я группа – Маок, Мудис и «Доф» - основной центр. 2-я группа – Лючи и Бора – резервный.

- На симуляции мы совершенно не учитывали тот факт, что они могут поднять тревогу… Тогда мы окажемся в ловушке – вмешался Маок.

- Не учитывали. Значит и не надо… Вас это не должно волновать – снова сказала, как отрезала, Касуми.

Маок покосился на Мекелдоно. Тот выглядел невозмутимо, хотя он знал, что кэп был человеком с нервишками. Мог и вспылить и психануть. А тут – сидел огурцом и даже в ус не дул. Тем временем снова начались споры, которые инициировал Маок своим высказыванием.

- Тихо все! … Я ж с вами! Или думаете, я тут, чтобы сдохнуть, а!? Космолеты и тревога – не ваша забота! … Ваше дело – станция. Внутри сможете пошуметь на славу, только не сломайте ничего важного.

Это подействовало. Все немного выдохнули и затихли. «Доф» же, вообще, прямо улыбнулся и просиял глянцевым искусственным румянцем:

- Ох, я развернусь!

Маок знал, что тут «Доф» в качестве основной грубой ударной силы, мех-вода со свитой, где роль свиты, как это не грустно было осознавать, отводилась ему и Мудис. Второй чуть менее ударной силой выступали Бора и Лючи. Но и путь от ангара до основного мостика станции был дальше, чем до резервного. Кроме того и охрана главного центра управления несомненно будет сильнее. Все это учитывалось при планировании и во время симуляции.

В какой-то момент споры и волнения перешли в весьма приятные разговоры. Касуми действительно всех успокоила. Но лично Маока успокоил вид капитана Мекелдоно. Однако ему же интересно было, как Касуми это обеспечит, потому что в голове у него «картинка» никак не рисовалась.

- Жуткая красная мгла вокруг. Даже звезд почти не видно… И как они тут живут? Как они выносят это цикл за циклом? – внезапно спросила Мудис, когда с обсуждением деталей было покончено.

Ей ответил сам капитан, который с радостью нашел для себя возможность так же поговорить:

- Большие деньги. Туманность Розетка – кратчайший путь из Сектора Ориона в Рукав Персея… Если твой корабль не крупнее «Кэмэлвэя», то подобная зарядная станция – спасение.

- Почему? Разве тот же «Кэмэлвэй» не сможет перемахнуть 100 световых за раз? – добавил свои мысли вслух «Доф».

Мекелдоно вздохнул. Маок где-то понимал его. Скорее всего немолодому уже капитану Монсе не впервой вот так вот пояснять простые и очевидные для него вещи.

- Все просто… 100 световых обычной черной пустоты космоса между звездными системами – это одно. А те же 100 световых Туманности, особенно такой плотной и активной, как Розетка – это другое. Тут сплошной РКН… Тут 1 световой, как 5, если понимаете о чем я – пояснил Мекелдоно и почти сразу же, после лишь короткой паузы добавил:

- Не, ну, на «Ковчеге» я бы махнул через нее и не заметил бы. В этом прелесть кораблей-гигантов. Они слабо подвержены РКН и другим аномалиям… А вот сейчас мы летим на «Муле», и за последние 2 СЦ уже сколько раз корректировали вектор, выходили в Евклидово. Если бы я захотел махнуть на Преторию или Альбукан, то Туманность Розетка – это оптимальное место, чтобы миновать эти чертовы мониторинговые зоны Патруля!

Последнюю фразу капитан сказал, повысив голос, с некой усталостью и даже немного раздражением. Маок немного был наслышан о приключениях капитана за более чем недельный цикл полета сюда к Туманности Розетка. Все в команде уже знали его «особенные отношения» к Звездному Патрулю. Тут Маок да и Мудис тоже были с ним весьма солидарны.

- Если они вне закона, то кто-то же должен их крышевать – поинтересовалась Мудис. – Иначе прилетим вот такие вот как мы и отожмем.

Маок и сам хотел спросить об этом, но супруга его опередила. К тому же она сказала это все с таким слегка веселым тоном с некой издевкой, что ожидаемо получила возгласы одобрения от остальных. Даже Мекелдоно улыбнулся. Только Касуми стояла у выхода из тесной кают-компании. Ей не было где сидеть, но она и не стремилась. Маок видел, что она держалась особняком. Да и свои отношения с капитаном не афишировала, хотя только слепой не видел, что между ними была странная близость и, похоже, без обязательств. Маок вообще, глядя на этого «Ангела», с трудом понимал, как с подобными особами женского пола вообще может что-то в плане отношений выйти. По его скромному мнению Касуми была совершенно для этого не предназначена. Рост низкий, фигурка мелкая, женские формы слабо выражены и скорее подошли бы подростку, чем взрослому человеку. Вдобавок, эти ее движения, они бы подошли какому-нибудь синту, потому что были четкие и резкие, будто заранее продуманные, будто она боялась сделать неверный шаг. Да и вела она себя так, будто кругом не люди живые, а винтики единого механизма, которые нужно вовремя подправлять, подталкивать и смазывать. И очень похоже было на то, что самое приятное - «смазка» - доставалась только капитану.

- Губу не раскатывайте. Подобные станции не безобидны. Их есть кому крышевать… Если вы еще по симуляциям не поняли, то я поясню: подобные комплексы крышует ГЛТК – с умным видом пояснила Касуми.

Прозвучало немного диковато. ГЛТК у большинства жителей Галактики ассоциировался с корпорацией, завязанной на межзвездной связи, на равных правах и возможностях, на принципах открытости и прозрачности, на свободном доступе информации для всех, но никак не с крышеванием. «Доф» сразу возмутился и попытался опровергнуть ее слова. Другие, в том числе и сам Маок, тоже сильно сомневались на этот счет. Однако Касуми казалась совершенно невозмутимой, будто аргументы других вообще ее никак не касались. Она выдавила из себя улыбку полную снисходительности и сказала:

- А что вас так удивляет? Или вы действительно думаете что Глобал-Телеком белый и пушистый? … Тогда я вас удивлю: ГЛТК очень хорошо устроился, заграбастав в свои руки целую Федерацию.

- Что ты несешь!? – возмутился Маок. – Были мы в той Би-Проксиме недавно. Там даже дышится по другому!

- Ага. Скажи еще: воздухом свободы – саркастически ухмыльнулась Касуми.

- А почему нет? – встряла Мудис, чтобы поддержать мужа. – Там нету таких долгих и изнуряющих проверок на орбите. Люди спокойно летают без необходимости регистрировать свои флай-пасы на инфо-портале Патруля.

- Это безопасность – тут же нашлась Касуми.

- В жопу такую безопасность, когда ты 3 часа торчишь на орбите и не можешь быть дома, потому что у них портал регистрации сбойнул! – выругался Маок.

Он помнил, как «весело» стало на «Альхоне», когда тогдашние власти станции подписали договор об углублённом сотрудничестве с Патрулем. Как развернули доп контроль за всеми прибывающими и отбывающими кораблями на еще толком недостроенной КСП. Он успел хлебнуть всего этого счастья до того, как угодил в капсулу должников.

- Вот! Соглашусь с Мао! – эмоционально добавил Мекелдоно. – Все беды от Звездного Патруля! Эдакий галактический жандарм, чтоб его!

Касуми демонстративно сложила руки крест-на-крест и весьма уничижительно окинула всех взглядом, видя по лицам, что они в той или иной степени поддерживали и Маока, и Мекелдоно.

- Ну да. Пусть лучше ГЛТК исподтишка доит вас всех, делая вид, что ничего не происходит… Или вы не видите, к чему все идет?

- И к чему же? – вмешалась молчавшая все это время Бора.

- Ваш любимый ГЛТК тихо и незаметно подгребает все, что плохо лежит… Пользуется своей медийкой, чтобы вливать в мозги свою повесточку, подогревать вас и понуждать думать в нужном для них направлении. Чтобы радовались, как бабуины, всяким там революциям и переворотам… Пора уже повзрослеть и понять, что ГЛТК мягко вдалбливает в ваши головы весьма простые и в то же время лживые нарративы о покоренном Червями Человечестве.

Раздался смешок, хотя выражения лиц у всех оставались более чем серьезные. Слова Касуми в полушутливом тоне сложно было воспринимать именно так. Лично Маоку и Мудис, да и, похоже, остальным присутствующим куда больше нравилась жизнь без чрезмерной «заботы» со стороны Звездного Патруля. А Касуми безуспешно попыталась переключить внимание на ГЛТК, потому и получила смешки непонимания в свой адрес.

- А что? Разве это не так? – поинтересовался Маок.

Для себя он даже не сомневался, что с момента проигрыша в Войне Цивилизаций история пошла по неправильному пути. Тут у них были некоторые разногласия с Мудис, которая считала, что люди-гибриды, как и техны – это, все же, благо для прогресса, чем вред. На счет технов Маок ничего не имел против, но гибриды не внушали доверие. Он знал, что и гибриды, как те же техны, бывают разные. Есть техны, у которых, грубо говоря, глаз заменен на имплант, а есть у которых половина органов отсутствует. То же самое касалось и гибридов. Только у них был какой-то там «коэффициент червивости», в котором Маок все равно ничего не понимал кроме того, что чем более гибридный человек-симбионт, тем больше его стоило опасаться. Остальные же воспринимались Маоком, как побочные, вынужденные, а потому «безобидные».

- Это не так! … Ты видел тех Червей!? Сидят себе тихо в Радужном Кластере и никуда не вмешиваются – попыталась урезонить его Касуми.

- А Патруль? – тут же нашелся Маок. – Патруль лезет в каждую дырку, пока по зубам не отхватит!

- Патруль – это мы, люди! – возразила Касуми специально окинув взглядом артефактов Люча и Бору. – А не какие-то там Черви. Вы что про Завет не слышали!? Темнота! … Хотя, где вы услышите о нем, если ГЛТК вам не расскажет.

Однако и Люч, и Бора совсем не спешили в ее «лагерь», а потому скромно отмалчивались. У них была своя история бегства, но о ней они не торопились делиться с остальными. Хотя Бора, все же, нашлась, что сказать:

- Звездный Патруль не понял революции, а потому не признал ее… Мы с Лютом из Би-Проксимы. Видели всё своими глазами. Многие из наших тогда поддержали восставших федератов… У них все с низов пошло… Знали бы вы какое у них коррумпированное болото было до революции буквально во всем! Эти высокомерные «би-»! Каста неприкасаемых! Им всё, а остальным ничего! Уроды, мать их! … Наше управление Сектора Ориона ушло в глухую несознанку и приказало сворачиваться. Новые власти Би-Проксимы, понятно, не на шутку испугались. У нас же совместные проекты, наработки, научные комплексы. Целые команды ученых, работающих над инновациями… Да весь этот красивый звездный флот Федерации с их новыми крейсерами невозможен был без ученых Патруля. Это факт… Но руководство Сектора, вот где конченные придурки и предатели! … И это не только мое мнение.

В конце спича она посмотрела на Люча, и тот всецело ее поддержал весьма «увесистым», неспешным, вдумчивым и однозначным кивком головы.

- Даже комментировать не буду… Я знаю больше тебя, поверь. Все не так! – не унималась Касуми, решив, видимо, спорить со всеми и каждым.

- Уж, куда нам с Би-Проксимы до младшего офицера связи с «Аламаха»! – засмеялась весьма низким но красивым звонким смехом Боресса.

Смешки снова поддержали все тут присутствующие, только почему-то отмалчивался капитан. Маок заметил в нем странную перемену. Будто он знал нечто, о чем не догадывались остальные.

- Ладно… Эти споры ни к чему не ведут. Мы тут ради общего дела, за которое вам хорошо платит «Зов». Все равно разбежимся по своим домам и забудем друг друга, как звали … Так давайте сделаем работу, и я спокойно улечу на своем корабле в свой милый райский домик на Эдэмии, который я и так достаточно выстрадал – внезапно обратился ко всем капитан, чтобы даже не столько унять спор, сколько защитить Касуми.

- И как там на Эдэмии, кэп? – внезапно спросила его Мудис. – Действительно прям рай, как на нейро-рекламе?

Мекелдоно закинул руки за голову, откинулся на кресле и посмотрел в потолок. «Астра» активировала проекцию, отобразив красивый белый пляж с розовым прибоем.

- Никакая реклама не может передать вам это великолепие. Тот, кто побывал там хоть раз, уже ни о чем другом помышлять не может.

- А если сравнить с резортами Би-Проксимы? – тут же нашлась Мудис. – Лучше? Намного?

- Би-Проксима? Какой бы курорт там ни был, но он лишь дает краткую иллюзию счастья… Отдых конечен. За все надо платить. Захотел побыть дольше – плати. Это вынуждает всегда думать о деньгах.

- А на Эдэмии что, не так? – вмешался Маок, видя некоторый интерес и по глазам остальных.

Капитан покачал головой.

- Не. Не так… Я не беру в расчет приезжих туристов, которым просто отдохнуть… Не скажу, что я прям безгранично восхищен, но в силу своей профессии и возраста побывал и повидал поболее вашего… Так вот в Эдэмии введена самая, на мой взгляд, правильная система построения счастливой жизни… Для начала – там прозрачный порог для входа в гражданство… Надо лишь купить остров и построить на нем домик. Да, недешево, но оно того стоит… При этом остров может быть искусственным или настоящим… И в любом случае человек получает все права и возможности гражданина Эдэмии.

- На Гватории так же – вмешался молчавший все это время Лючи.

- Ха! Так же! – хохотнул явно возбудившийся от собственного повествования Мекелдоно. – Гватория имеет сложный местами капризный климат. Далеко не вся планета изучена… Да одни эти копсы чего стоят. Сколько они своими стаями урона сельскому хозяйству наносят. А перестрелять нельзя, ведь это может навредить экосистеме планеты… Да и кредитный рейтинг постоянно скачет, то вверх, то вниз… Не спорю, что жить там получше многих других колоний, но с Эдэмией, все же, не сравнить.

- Да там такие цены, что мама не горюй! – вмешалась Бора, чтобы поддержать напарника с другой стороны. – И счастливые законы эти у них как будто не для людей.

- Наоборот. Очень даже для людей… Пока мы тут с вами бороздим просторы Туманности, они готовятся принять закон о счастье для всех так называемых ущемленных меньшинств… И главное, наконец-то уйдет это удручающее засилие Звездного Патруля на планете. В бар нельзя зайти, чтобы не встретить их курсантов.

- Ну так на орбите же КСП с Высшей Пилотной Академией и учебками попроще – добавил «Доф».

- Да, в задницу этот Патруль! Реально достал всех! – вырвалось у молчавшего все это время Лючи.

От бывшего офицера этой галактической мега-организации подобные слова звучали вдвойне сильно. Одно дело подобное слышать от капитана, другое – от того, кто служил среди них, от бывшего, от артефакта да еще и с Би-Проксимы. Раздались возгласы одобрения. И только Касуми стояла молча у выхода в ангар, уперевшись спиной в арку закрытой двери, сложив руки крест-на-крест. Мекелдоно, видимо, заметил недобрый взгляд Маока в ее сторону и тут же отвлек его и Мудис, переключив снова на себя:

- Кстати, для альхонцев и других жителей станций с низким кредитным рейтингом на Эдэмии особые условия… Но думаю лавочку скоро прикроют, потому что у вас на «Альхоне» обелить репутацию и получить любой документ – раз плюнуть. Были бы креды.

На этих словах он даже улыбнулся и подмигнул Маоку и Мудис. Маок знал, что из всех тут, только они родились и выросли на станции. Остальные были так или иначе «приехавшие», перебравшиеся.

- Из твои слов, кэп, я пока не вижу ничего такого в этой Эдэмии, кроме климата. Одно дело отдыхать на курорте, совсем другое – жить – скрестив руки, как Касуми, с умным видом выдал Маок.

Мудис уже понемногу окучивала его мозг своими мыслями на счет этой курортной планеты, а потому он вынужден был как-то среагировать, но так чтобы для всех, чтобы добавить вес и значимость своим выводам. Однако Мекелдоно и не думал сдаваться.

- Ты не понимаешь… Там создан самый настоящий рай. За счет высокого кредитного рейтинга планеты, каждый, купивший дом, автоматически получает социальный статус и гарантии от планетатора и руководства на обеспечение прожиточного минимума, даже близко недоступного для подавляющего числа планет. Этот минимум покрывает базовые потребности. Хочешь отдыхай и наслаждайся природой, хочешь туси по барам и клубам, хочешь развлекайся в виртуальных мирах, а хочешь занимайся любимым делом, любыми видами творчества. Гражданин Эдэмии освобождён от бремени добывать трудами пропитание.

- Да ладно! Гонишь, кэп! Я слышала, что там все дичайше дорого! – тут же перебила его дифирамбы Бора.

Мекелдоно даже бровью не повел, но наоборот, кивнул головой, соглашаясь.

- Конечно! … Потому то и есть интерес сразу купить максимально дорогой вариант. Он дает тебе наивысший соцпакет с полным спектром благ, развлечений и услуг. Тогда все это становятся намного дешевле, а большая часть вообще бесплатно… Почему весь аламахский бизнес, именитые фамилии «би-» Федерации, да и вся верхушка вашего Патруля обосновалась на Эдэмии, а!?

Капитан специально добавил слово «вашего», чтоб больнее разбить аргумент Боры. Он слышал, что многие в Патруле уходили в отставку, сбегали или становились артефактами в том числе и из-за невозможности владеть движимым или недвижимым имуществом по нормам той самой единой галактической Конвенции. И, в то же время, правящая верхушка находила обходные пути и вполне неплохо оформляла на себя любую собственность через подставных лиц или родственников, не состоящих в Патруле. Это неприкрытое лицемерие лишь сильнее подталкивало уходить. Снова полетели возмущения в адрес Звездного Патруля. Маок был несказанно рад этому, потому что смог переключить Мудис на немного другую тему. Однако «счастье» длилось не долго.

- И не скучно так жить? – вмешалась Касуми, которая весьма скептично смотрела на красивые слова Мекелдоно, вылетевшие словно из рекламных «буклетов».

- Не. Я б так только и жил бы сейчас… Я так и буду жить, как только вернусь… С меня хватит. Патруль все равно не даст нормально вести бизнес… Я уже принял решение продать свой «Ковчег» насовсем. Пока он лишь в аренде… Зачем он мне? … За него я выручу такие креды, что разом обновлю свой статус до максимального, купив дом на острове, возможно, где-нибудь недалеко от Эдэмиаполиса, чтобы не сдохнуть со скуки и чаще бывать там, где движ… Ну и в гостях у Зарека.

- Кого? – одновременно поинтересовались и Маок и Мудис.

- Зареслав Вуч… Один очень известный болтун и фантазер, который волей судеб создал несколько весьма удачных созерцательных произведений и теперь почивает на лаврах – будто вердикт выдал совершенно безапелляционном тоном «Доф».

Маок не ощущал себя каким-то ущербным в том, что не знал известных людей Галактики. Зато он знал некоторых хронографов. Когда-то запоем залипал на Найджела Дабл-Эн Найлза, его интерактивные репортажи с космо-гонок, подковерные терки и грызню между фаворитами и претендентами. Мудис ничем таким не увлекалась, но иногда слушала произведения Элеоноры Войз и погружалась в ее нейро-оперы. Маок же считал ее посредственной и даже глупой, но с Мудис по этому поводу никогда не спорил, ибо о вкусах не спорят.

- Не скажи… Очень всесторонне развитый и эрудированный человек… Я тоже думал, что все эти путешествия в «Первопроходце» - выдумки и фантазии… Так вот – нет. Он не просто был капитаном межзвездного корабля, но и счастливым обладателем осознанного ИИ – поспорил с «Дофом» капитан.

- Всегда думала, что это сказки – как бы между прочим прокомментировала Бора. – Да и у нас в академке считалось, что ИИ синтов с Арктура делает осознанным именно «живой полимер». Типа это технология Червей.

Маок смотрел на нее совсем непонимающими глазами. Он был далек от столь «тонких материй». В его понимании, ИИ – этот тот, кто в технике сидит, выполняет команды и ею управляет. А какой он там – осознанный, неосознанный или еще какой, для него было дело десятое. Его Мудис в технике и тонкостях настройки в том числе и ИИ знала чуть побольше, но и она тоже не выглядела понимающей. Да и сам капитан Мекелдоно так же недоумевал, хотя он внезапно хлопнул себя по лбу и радостно выдал:

- Да. Точно. Я встречал синта. Такого гладкого лысого с бегающими в разные стороны разноцветными глазами… Только не помню, для чего… У них осознанный ИИ? Правда? … Думал, это такие гибриды.

Затем он умолк на мгновение, но тут же снова добавил:

- А насчет Зарека ты, «Доф», неправ. Он сейчас работает над новой «созерцалкой». Кстати он даже меня привлек к ней. У меня много разных историй, кроме той с космолетом, что я рассказывал.

- Кстати, чем окончилась та история с курсантом-гибридом? – зачем-то спросила Мудис.

Мекелдоно отмахнулся, закатил голову вверх и бросил:

- Выбросил я его вон с корабля, когда он восстал из своего гиберниоза внезапно и начал шалить.

Перед началом

Огромная корабль-станция, подобная куску гигантской более чем 3-километровой трубы, дрейфовала среди плотного газообразного красного скопления, сокращая дистанцию с движущимся навстречу «Мулом». Появление еще одного гостя произошло как-то слишком ненавязчиво и буднично. Казалось впереди по курсу был только «Фривинд», а уже всего через какую-то минуту сенсор выхватил еще корабль, который к тому же успел занять очередь перед «Мулом». Этим новым гостем стал средний 50-тысячетонный грузо-пассажирский межзвездник «Заря» с сигнатурой принадлежности сектантской Софокре.

Пара легких космолетов класса «Либол» в сопровождении тяжелого космо-катера, внешне будто вырубленного из огромного камня плазмо-резаком и отшлифованного в виде эдакой арки, с названием «Акведук» быстро сократили дистанцию и изготовились ко встрече гостей. Космо-катер этот относился еще к старой серии ракето-несущих тяжелых файтеров Федерации, но во многих отдаленных колониях и не только вполне прижился. Их весьма ценной особенностью помимо ракет был широкополосной сканнер пусть и ближнего действия. Оба легких космолета свиты и сопровождения заняли положение по флангам и по курсу движения самого «Акведука». Первой в очереди «обслуживания» их ждала та самая «Заря» сектантов. Тяжелый 300-тонный космокатер, лениво покачивая массивными «бедрами» и подруливая маневровыми ускорителями, уже приблизился для произведения сканирования трюмов грузовика. Его испещренный жерлами излучателей и РПУ подобно дуршлагу грубый фюзеляж внушал некоторое заслуженное уважение. Космолет не блистал маневренностью и какой-то особой защитой, но своей ураганной мощью, мог разметать и «Зарю» и «Мула» по первому серьезному подозрению или неподчинению. А требования у охраны станции «Фривинд» были просты и понятны даже капитанам-новичкам.

Еще до того, как подошла очередь, объёмный экран в кают-компании «Мула» озарился россыпью из визуально приятного интерактивного приветствия и прямо-таки живых пиктограмм красочного меню. ИИ «Астра» тут же, используя тембр и тонн голоса ИИ станции принялся озвучивать все то, что поступала по линии нейро-связи.

- Капитан Мекелдоно Монсе! Вас приветствует интерактивный помощник и гид зарядного рекреационного развлекательного комплекса «Фривинд». Рады видеть вас тут среди первых посетителей нового сезона!

Необходимость станции «Фривинд» менять положение обуславливалась общими смещениями звёздных скоплений, но не только. Комплекс существовал как бы на ничейной территории, но при этом одновременно попадал в орбиту интересов сразу всех заинтересованных граничащих сторон, будь то ФСМ или Альянс, не говоря уже про Звездный Патруль. Дабы не попасться никому из них и оставаться в правовом поле галактической Конвенции его охраной занимались так называемые «звездные маршалы», которые и обязаны были следить за соблюдением ее норм. Вот только, по правде говоря, появись тут крейсер Звездного Патруля и проведи инспекцию на борту станции, то несомненно выявил бы целую кучу всевозможных грубых нарушений, начиная от тяжелого оружия, запрещенных наркотических веществ и заканчивая продажей оружия и работорговлей. Тут был полный набор и при том по самым выгодным ценам. То, что на «Фривинде» можно было попробовать если не все, то почти все, было ясно по богатому интерактивному меню. Кроме того ИИ «Астра», получая данный от станции, сопровождала все отображаемое красочными комментариями, особо останавливаясь на тех пунктах, которые были на акциях.

- … К вашему вниманию самые свежие, лучшие и самые выгодные предложения в радиусе 100 световых! Спешите воспользоваться первым, пока сюда не нагрянули завсегдатаи!

Маок заметил, что капитан Мекелдоно отвлекся на заманчивые предложения и уставился на объемный экран. Он был единственным тут среди всех, который особо не нервничал и не волновался. Ему не предстояло в ближайшей перспективе штурмовать этот «рассадник вседозвола». ИИ «Астра» тем временем продолжала вещать, сопровождая реплики сочными и яркими картинками на экране.

- … Ставки на космо-спорт! Новый сезон «Стар-Дартс» уже стартовал с отборочных игр в астероидном поясе Дельты Ориона! До старта космо-гонок остаются считанные часы! Успей сделать свою выигрышную ставку и качественно изменить жизнь! … Самые быстрые выплаты через рапид-чейн и самые низкие взносы во всем секторе! К тому же мы предлагаем качественную нейро-трансляцию без задержек и лагов через собственный квант-линк ретранслятор напрямую от ГЛТК!

Тут внезапно подвис и сам Маок. Что-то внутри него приятно защекотало. Пульс участился. Ладони рук слегка вспотели. Голос ИИ теперь показался таким восхитительным, таким манящим и таким завораживающим. Мудис отвлекла его, внезапно схватив за ладонь и крепко сжав в своей. Он посмотрел на нее. В глазах супруги читались испуг, озабоченность и напряжение одновременно. Она заглянула ему в глаза так, словно пыталась вычитать в них нечто потаенное и скрытное сканнером или рентгеном. Маок поежился. Тело обдало горячей волной внутреннего жара. Лицо запылало, как от стыда.

- Мао, даже не думай - прошептала она ему мысленно. – Прошу тебя. Помни, зачем мы тут.

- Ты что! За кого меня держишь! - тут же отмахнулся он от нее. – Мы ж на миссии!

Однако внутри у него засели те самые цифры низкой маржи и мгновенных выплат по «рапиду». В одно мгновение показалось, что это судьба. Он бы сделал всего одну ставку прямо сейчас, а уже к концу миссии снял бы сливки. Ведь он знал базу, а значит мог срубить кредов по-легкому. Только было кое-что, что останавливало его от этого совершенно выгодного, как он думал, шага. На чейн-аккаунте не было денег. Они с Мудис оставались должниками «Зова» до конца этой миссии. Маок очень сильно расстроился, но вида не подал. Он внутренне искал выход, потому что прямо сквозь пальцы уходил, уплывал от него «верняк».

- Кэп, а ты следишь за космо-гонками? – внезапно спросил он Мекелдоно, обратившись в привате к нему мысленно.

Тот не ожидал этого вопроса настолько, что даже отвернул голову от экрана, повернулся к вопрошавшему и удивленно посмотрел. Маок даже бровью не повел и сразу же перешел к делу.

- Просто я знаю, кто в фаворе сейчас на «Стар-Дартс». Можно сделать ставку на не-убывание в отборочных и получить легкие креды. Тут на этом «Фривинде» маржа смешная, а выводы «рапидом» почти без комиссии и заморочек… Это, хель, просто сказка по сравнению с «Альхоном»!

На этих словах Мекелдоно еще более удивленно посмотрел на Маока, пока остальные в отряде обсуждали вполне вербально другие заманчивые предложения комплекса, чтобы немного снять напряжение перед предстоящей миссией.

- Глазам своим не верю! … И давно ты торчишь от ставок? – спросил его кэп так же мысленно.

Из-за слишком активной мимики капитана Мудис быстро заподозрила мужа в приватном нейро-чате с Мекелдоно.

- Хель, кэп! Веди себя естественно! У меня нет проблем с гэмблингом, если ты об этом! … Просто тут реально легкие креды. Если у тебя есть, то давай сделаем верную ставку сейчас. А выигрыш напополам… Ты ж ничего не теряешь! – наседал мысленно на него Маок.

- А если-таки проиграем, ты как отдавать будешь? – уточнил тот, прекратив играть в гляделки.

Мудис все еще держала Маока за руку и пыталась узнать у него мысленно о сути приватного нейро-разговора с кэпом. Однако тот не без труда убедил ее, что это касается кое-чего лично капитана, и он сам потом расскажет, если захочет. На какое-то время Мудис от него отстала.

- Я бы к тебе не обратился, если бы это не был верняк, понимаешь? Свои креды у меня будут только после миссии… Конечно я тебе отдам в случае чего! За кого ты меня держишь!

Мекелдоно чуть заметно кивнул.

- Сколько ставим? – уточнил он у Маока.

Тот даже слегка растерялся. Его рука снова предательски вспотела, а где-то чуть пониже груди, в животе, приятно защекотало. От резкого отлива крови от головы даже началось легкое головокружения. Казалось, жизнь вот-вот наладится и без «Зова».

- Мао, прошу тебя. Не ври мне. Я же все вижу – снова обратилась к нему мысленно Мудис.

Маок проигнорировал ее и бросил с едва сдерживаемым приятным волнением капитану мысленно:

- Давай сотку.

- Ого! А не много ли сразу!?

- Не жмись, кэп! Виллы на Эдэмиях, грузовоз-гигант в аренде! Видно же, что ты мужик небедный… Я ж тебе не фуфло впариваю! Сам заинтересован в выигрыше.

- Ладно – протяжно ответил ему в мыслях кэп.

- А, не… Ставь сразу 5 сотен! – внезапно изменил сам себе Маок, уже едва контролируя собственные эмоции.

Мудис определенно заметила неладное творящееся с ее мужем. Она, пристроившись у Маока за спиной, нежно обвила его сзади за талию и увлекла за собой к дальней стене. Будучи теперь чуть в стороне от остальных, как бы в тени, Мудис своей рукой плавно и без резких движений открыла паховую щель в его комбинезоне, запустив туда ладонь.

- Муди, ты что! Мы ж тут не одни! Сдурела!? – возмутился он.

- Я тебя хочу, Мао. Хочу прямо сейчас… Пойдем выйдем на пару минут.

- Ты чего? Пары минут нам не хватит, Муди! – совсем отвлекся на нее Маок.

Она на это лишь снисходительно улыбнулась. Мекелдоно что-то еще уточнил у него, но внятного ответа не получил. Маок уже никого и ничего не видел кроме жены. Где-то глубоко внутри, в сердце, он догадывался, зачем она это делает, и что он не сможет ей отказать, но сделал вид, что удивлен. Они неспешно отошли в тень, а потом вышли из каюты в сторону ангара. Мудис, стимулируя его ладонью, потянула в сторону, где располагался контейнер со спальными капсулами. Можно было бы, конечно, пойти в паровую кабину, но времени на раздевания и одевания у них банально не было. Только и в капсулу для сна тоже лезть не хотелось. В итоге Мудис, оторвавшись от долгого и страстного поцелуя, кивнула в сторону открытой боевой машины, стоящей тут у стены. 20-тонный 3-метровый уродливый безногий, но с вытянутыми сочлененными руками мех-доспех класса «Лом» принадлежал «Дофамину», который приготовил робота заблаговременно. Мудис завлекла Маока за собой, активной виляя бедрами, чтобы тот не «соскочил» с крючка. Жар от предвкушения ставок сменился на приятное предвкушения соития.

- Блин, Муди, дурная идея! «Доф» нас за это в десны не расцелует А если что испортим или собьем?

- Мао, я тебя так хочу, что не могу идти. Помоги мне – прошептала Мудис голосом, от которого у Маока закружилась голова.

Она всегда умела, всегда знала, как завести мужа. Его лишь только смущало то, что сейчас у них интим начинался немного не по плану, не «ко двору». Обычно они уединялись сразу после успешной схватки. Это было и привычно, и восхитительно для обоих. Но тут Мудис почему-то решила нарушить традицию и делала это так, будто в первый раз. Маок не смог устоять, хотя где-то глубоко внутри он понимал, догадывался, зачем она это делала. «Ладно. Кэп и сам сможет сделать ставку. Фаворита на «не-вылет» я ему указал».

Внутрь расчехленной, приготовленной и активированной легкой боевой машины Мудис буквально заползала, стягивая нижнюю часть своего комбинезона и обнажая бедра. Маок в порыве страсти поймал ее за ноги, подтянул к себе и сильно укусил за ягодицы, за обе половинки по очереди. Она хихикнула, ойкнула, вырвалась, перевернулась на спину и играючи оттолкнула его, втащив себя на локтях спиной внутрь кокпита и исчезнув во мраке. Маок быстро пришел в себя и снова устремился за ней и зарычал, будто зверь какой, но играючи.

- Я сделал ставку на не-убывание по всему твоему списку. Смотри, приятель, не подведи меня – послышался мысленный месседж от капитана.

Маока накрыло волной какого-то безмерного счастья. Казалось вся жизнь теперь изменится и пойдет в гору. В голове внезапно нарисовались те самые белоснежные пляжи Эдэмии с прозрачно-розовым прибоем. В полумраке кокпита он нащупал Мудис и прижал ее, чтобы не дать снова вырваться. Она отрывисто задышала под ним, задрожала, как листок на ветру.

- Мао! – услышал он ее громкий шепот сквозь тяжелое возбужденное дыхание. – Я таю.

- Давайте там быстрее, голубки! Время! – снова ворвался мысленный голос капитана в его мозг.

Маок, выругавшись про себя, вырубил нейро-обруч и погрузился в супругу в прямом и переносном смысле. Он был так безмерно счастлив и рад, что ему хотелось максимально растянуть удовольствие с Мудис.

Вдруг послышался какой-то тихий, но выразительный щелчок. Почти сразу стало ясно, что они, все же, коснулись в кабине мех-доспеха чего-то важного, из-за чего люк начал стремительно закрываться. В момент наивысшего наслаждения, которое случилась даже быстрее, чем обычно, Маоку пришлось резко напрячься и выставить назад ногу, чтобы не дать броне-люку сомкнуться и закрыть их тут. Очень не хотелось бы оказаться взаперти и получить разнос от «Дофамина», который будучи техном, мог и не войти в положение супругов. В итоге люк до конца не закрылся, оставив щель, где оказалась лодыжка с тактическим ботинком Маока. Весь кокпит залило красным предупреждающим приглушенным светом. Лицо Мудис выглядело в нем даже слишком расстроенным и будто каким-то озлобленным. Все эти резкие телодвижения окончательно «обломали кайф» и вынудили слегка «наследить».

Послышался звук открывающейся двери в ангар, затем характерные шарканья шагов. Маок и Мудис затихли, будучи внутри почти закрытой кабины робота. Маок все еще располагаясь лицом где-то на уровне живота Мудис, быстро втянул ноги и развернулся, чтобы понаблюдать.

- Мао! Можно поаккуратнее? – возмутилась Мудис, когда тот неспециально прошелся руками по ее животу.

В ответ он шикнул на нее, указав вниз в щель приоткрытого кокпита робота. Его глаза поравнялись с ней и всмотрелись. Сначала он не понял, откуда доносился звук открывающегося контейнера, но потом заметил наконец. Это была Касуми. Она, видимо, так же покинула кают-компанию и расположилась рядом с грузовыми контейнерами, которыми был заставлен почти весь ангар. Ящик перед ней открылся с характерным звуком. Она извлекла из него части какого-то весьма тонкого для предстоящей миссии броне-костюма, представлявшего собой раздельные куски, латы, и принялась быстро облачаться в них. Маок присмотрелся. Линии стыков были тонкие и почти незаметные. Латы и компоненты подгонялись Касуми быстро, четко, но при этом весьма аккуратно, не в пример тому, как она обычно ела за общим столом. Маок видел, как она щепетильно проверяла каждый стык, каждую борозду, словно имела дело с собственной кожей. Заметил он, как она извлекла из бедра встроенный внутрь бластер, как проверила уровень его заряда и вернула на место. Даже пояс с гранатами утопал в пазах вокруг талии, словно сливался с ровными четкими линиями костюма. Складывалось ощущения, что броне-доспех Касуми был предназначен для какого-то эффектного выхода на подиум, демонстрации идеальной высококачественной сборки, но никак не грубой перестрелки с закидыванием гранат и мин, того, что их на самом деле ждало.

- И куда это наша валькирия так наряжается? – спросила у Маока подползшая лицом к щели Мудис.

- Без понятия. Но с такой броней она разве что рассмешить дронов охраны сможет… А еще меня, как пацана, отчитывала за амуницию, стерва!

- Странный костюмчик… И гравировка на груди до боли знакомая – снова прокомментировала происходящее Мудис.

Маок даже обомлел от осенившей его внезапно догадки.

- Да это броне-доспех Патруля – едва не выдал он себя голосом.

- Ну чего ты так возбудился сразу! – шикнула на него Мудис. – У нас половина команды – артефакты Патруля.

Это успокоило Маока. Тем временем Касуми, закончив с броней, достала холо-куб из-за пояса и активировала его. Она зачем-то обернулась и внимательно осмотрелась вокруг так, что даже Маок и Мудис немного испугались, что окажутся обнаруженными. Было какое-то странное чувство, что их непременно не должны были тут с Мудис застукать, что впереди их ждет нечто важное, что ни в коем случае нельзя пропустить. Оба затихли и замерли. Касуми остановила взгляд на мех-доспехе в темном углу, на той самой щели к которой припали Маок и Мудис. Их глаза встретились. Красный аварийный свет определенно выдал прячущихся с потрохами. Касуми покачала головой.

- Вылезайте придурки, пока «Доф» вам не навалял! – обратилась она громко, посматривая в сторону мех-доспеха. – Ну и нервы! Прям из каната, чтобы трахаться вот так вот, прям как кролики, перед важным делом!

Маок и Мудис быстро выползли из робота и, поправляя друг друга, направились в кают-компанию к остальным.

Судя по бурным обсуждениям, показалось даже, что их отсутствия никто и не заметил. ИИ «Астра» по прежнему вещала об акциях, переключившись явно на что-то запретное. Маок догадался об этом по реакции всех присутствующих. Началось перечисление наркотических развлечение и утех интимного плана. Маок и Мудис прошли чуть вперед и расположились на прежнем месте, чтобы максимально сделать вид, что они никуда и не уходили. Его больше интересовали ставки. Только отборочный на Дельта Ориона пока еще только готовился к старту. Маок приобнял Мудис, игнорируя вещания «Астры», пока до него не донеслось нечто совсем необычное и незнакомое.

- … К вашему вниманию у нас в наличии коконы батерфлесс с самой Претории. Пол не определен, но после оплаты, в приватной обстановке вы можете проделать с ним все, что пожелаете, вплоть до физического поглощения.

- Чего? – не поняла Мудис и тем самым объявила о своем с напарником-супругом возвращении.

Маок так же чувствовал себя не очень. От всех этих непонятностей и подробностей захотелось вырвать. Но супругу свою он поддержал вопросительным взглядом в сторону капитана. Тот заметил реакции их на себе и пояснил:

- А вы что думали, что в сказку попали? Или все в галактике живут по человеческим законам? … Ну наивные!

- Кто такие эти батерфлессы? – спросила весьма конкретно Мудис, сняв этот вопрос с языка Маока.

Они не были наивными, как думал кэп. То что людей крали, продавали, как рабов, и подвергали сексуальной и не только эксплуатации, не знал в Галактике, наверное, только житель какой-нибудь совсем отдаленной колонии. Хотя на одной такой отдаленной колонии по имени «Софокра» рабство и процветало, и было даже узаконено, как часть действующего религиозного культа. Преторианский Альянс исповедовал мультикультурализм и мульти-религиозность на своих колониях, а потому и людоедская Софокра там вполне прижилась. Их межзвездные транспортники, как правило, или класса «Заря», или «Луч надежды» везде и у всех вызывали одну и ту же реакцию омерзения и брезгливости. И только тут в приграничьи в плотной Туманности Розетка в пространстве полной безнаказанности и беззакония они, сектанты, определенно, чувствовали себя, как дома.

- Батерфлессы – это такие гигантские бабочки, внешне чем-то похожие на гуманоидов с крылышками. Некоторые используют их для зрелищ и… хм… утех.

- Мерзость какая! – отвернулась от экрана Мудис, когда «Астра» отобразила информацию о батерфлессах.

- Ну, уж куда там! … Наслаждаться танцами и брачными играми прекрасных созданий конечно же не сравнить с отрезанием конечностей и запечатыванием в капсулы должников! – съязвила внезапно Бора, глядя с откровенным презрением на то, как Мудис, якобы, корчила из себя возвышенную особу.

На это вмешался Маок:

- Может быть созерцание этих бабочек и хорошо, но то, что с ними потом делают – это уже увольте! Лучше капсулы должников! Они хотя бы гуманнее!

- А что негуманного в том, что ты изнасилуешь и сожрешь эту батерфлессу, если ее жизненный цикл и так подошел к концу, а!? – совсем уж грубо вмешался «Доф». – Оно же все равно безмозглое насекомое. Ему до лампочки.

Ни «Дофамин», ни Бора не понимали Маока, потому что не родились и не прожили достаточно долго на «Альхоне». Маок искренне считал, что капсула должника это самое гуманное, что придумало Человечество в качестве меры наказания. Ведь приговоренного не убивали за провинность, но погружали в гиберниоз и запечатывали в капсулу до полной оплаты. Это означало, что был шанс родственникам собрать, уплатить сумму долга и освободить бедолагу. Сам Маок прошел через это и был благодарен своей Мудис, которая сделала все, чтобы вытащить его из-под ярма.

- Хватит спорить. Скоро наш выход… Всем приготовиться! – резко заглушила все споры голос Касуми из репродуктора.

Она физически не присутствовала в кают-компании, который был по совместительствую и мостиком управления. Зато все видела и слышала через сенсоры. Касуми была тут рядом, но в ангаре за массивной дверью, ведущей в большой карго-отсек. Им всем тоже очень скоро предстояло направиться туда следом за ней по сигналу, чтобы разобрать приготовленное оружие, доспехи и вступить в бой уже в посадочном доке «Фривинда».

- Ну, куда же мы без нашего «ангела»-хранителя! - съязвил Маок и улыбнулся, посмотрев в потолок туда, где располагался сенсор, чтобы та видела его усмешку.

Он окинул взглядом остальных и заметил, что нервничали в той или иной степени все, находящиеся тут, кроме, разве что, капитана Мекелдоно. Он определенно что-то знал про Касуми. Хотя что эдакого она могла сделать там в космическом пространстве 33-метровому громиле космо-катеру да еще и так, чтобы свита ничего не заподозрила, можно было только гадать.

Время неумолимо приближалось. Вооруженный «до зубов» 300-тонный «Акведук», завершив сканирование «Зари», совершил прощальный вираж, тем самым пожелав сектантам приятного отдыха на борту «Фривинда», направился к «Мулу», который, взяв назначенный ему эшелон, был следующим на очереди к сканированию. Маок знал, что они этот тест не пройдут, потому что капитан активировал систему «Барьер», которая препятствовала работе сканнеров. Но если бы он этого не сделал, то расчехленная боевая техника, силовая броня и оружие в ангаре слишком однозначно указывали на недружественные намерения «гостей».

Со стороны, с космоса, не происходило ничего необычного. «Мул» двигался строго в заданном фарватере в сопровождении пары «Либолов». А космокатер «Акведук» своей тушей сблизился на дистанцию в 50 метров сбоку грузового судна, сбросил скорость и поплыл медленно вдоль борта параллельным курсом, пытаясь произвести сканирование. Однако продлилось это недолго.

- Капитан Мекелдоно Монсе, сэр, рады видеть вас снова. Давненько вы к нам не наведывались – послышался молодой весьма самоуверенный мужской голос пилота «Акведука» через репродуктор каюты. – Вы наверное забыли отключить «Барьер», потому что у меня на экране ваш «Мул», как сплошное светлое пятно… Потрудитесь следовать инструкциям, иначе, к сожалению, я не допущу вас и на километр ближе.

Прервать полет малому 25-тысячетонному 200-метровому грузовозу «Мулу» этой 33-метровой «козявке» было, что раз плюнуть. Жерло основного протонного излучателя держало на прицеле корабль, пусть и ведущий себя смирно. Со стороны не происходило ничего необычного. Маок посмотрел на капитана и заметил, что теперь он, внезапно, занервничал. Капельки пота выступили у него на шее и щеке. Замешательство длилось недолго, секунду или две. Капитан быстро взял себя в руки и произнес в ответ слегка дрогнувшим голосом:

- Сам не пойму, что не так. Система «Барьер» говорит, что выключена. Мой ИИ подтверждает это.

- Вы знаете правила, капитан Монсе, я вынужден вас придержать. Если нужна техническая помощь – дайте знать. Я вышлю к вам рем-дронов.

В то же время по общему приватному нейро-каналу их отряда взволнованный Мекелдоно взывал к Касуми, требуя немедленно разрешить ситуацию. Маок, как наверное и другие, едва мог понять, что должна была сделать Касуми, которая отправилась в одиночку в космос, чтобы решить вопрос с «Акведуком».

- Сквозь стену фюзеляжа она пролезет что ли!? – не выдержал альхонец и выдал в нейро-эфир свое безумное предположение.

Вскоре отозвалась сама Касуми. Голос ее при этом был раздражен и звучал слегка неприятно:

- Не тупи, Мекело! Запроси тех-помощь у этого «Акведука»! … Мне надо, чтобы он погасил плазма-щиты, понимаешь!?

Но в том-то и дело, что никто ничего не понимал. Зато капитан ее тут же послушался и переключился на пилота космо-катера:

- Увы, но нам действительно нужна стороння тех-помощь.

Произошла небольшая заминка, и все тот же бодрый и нагловатый голос пилота «Акведука» выдал:

- Без проблем, сэр… Приготовьте шлюзовую для приема рем-дронов. Расценки и тарифы вы знаете… С очереди вас пока не снимаю, потому что вы, как сами видите, крайний.

- Понял, все сделаю. Спасибо за поддержку – отозвался Мекелдоно.

«Акведук» снаружи действительно будто потух и почернел. Теперь его выдавали лишь собственные плазма-всполохи двигателей и отраженные огни свиты. Яркий ореол по контуру сначала приглушился, затем и вовсе потух. Его темный 33-метровый силуэт приблизился к «Мулу» почти вплотную, оказавшись всего лишь не более чем в паре десятках метров. Открылось черное карго-жерло космо-катера снизу. Точно так же открылся аварийный шлюзовой люк сверху «Мула». Открывать основной карго-отсек Мекелдоно по понятным причинам не собирался. Однако у пилота «Акведука» это не вызвало никаких подозрений, хотя могло бы. В сторону «Мула» устремилась пара подобных паукам рем-дронов.

- Мы в деле, кэп! – уже совершенно другим самоуверенным голосом полного превосходства выдала в нейро-эфир Касуми. – Нужно пару минут, чтобы взломать коды, сообщить на станцию и дать добро на пролет… Попроси отозвать рем-дронов, чтобы выиграть время.

Все на мостике дружно выдохнули. Мекелдоно даже улыбнулся и откинулся на кресле, закинув руки за голову в позе уверенного превосходства над ситуацией. Рем-дроны, едва коснувшись фюзеляжа «Мула», оттолкнулись и полетели обратно.

- Всё… Путь свободен. Таможня дает добро – снова послышался голос Касуми.

Экипаж «Мула» как-то даже дружно и в унисон выдохнул. К Лючу вернулась его обычная повседневная улыбка. Боресса откинулась на своем стуле, копируя поведение капитана.

– Работаем согласно плану? – уточнил Маок, потому что перед глазами шел на посадку корабль сектантов, который надо было принимать в расчет. – А что с этими на «Заре»?

Подобное, как он заметил по вдумчивому лицу «Дофамина», волновало не только его одного. Остальные так же кивнули, соглашаясь с Маоком. Команда подобралась опытная, понимающая, а потому с необходимостью корректировки никто не спорил. Касуми на этот раз отозвалась быстро и сразу удивила:

- План не корректируем… Кто был внимателен, заметил, что тут поблизости крутится дрон-спутник ГЛТК, который обеспечивает бесперебойную трансляцию разного развлекательного контента для гостей «Фривинда».

- Мы больше насчет «Зари» переживаем – вмешался «Доф». – Кому упокоевать сектантов?

- Сектанты тут такие же гости, как и мы, значит будут только с личным оружием... Проблем не доставят – отмахнулась Касуми, не желая ничего менять.

- Легко сказать… А что с самим кораблем делать? – не унимался «Доф».

- «Зарю», как и дрон-спутник ГЛТК, беру на себя – весьма самоуверенно выдала Касуми. – А высадившихся сектантов упокоите сами. Сил хватит.

Только это никого не успокоило. Общее волнение лишь усилилось. Экипаж «Зари» определенно мог представлять некоторую опасность даже с легким оружием. Из-за непонимания остальными, что и как будет делать «Ангел», росло и общее сомнение. В ее сторону полетели вопросы. Сейчас вся высадка очень сильно попадала в зависимость от успеха Касуми. Однако она не прогибалась ни на йоту, продолжая гнуть свою линию:

- Высадку с «Мула» начинаем сразу после моей успешной диверсии.

- Ага. А как мы поймем, что диверсия успешна, если будем внутри «Мула» в доке? Поверим тебе на слово? – вмешалась Бора. – Весь план у нас строился на уничтожении антенн гипер-связи «Фривинда». А тут еще ГЛТК-спутник нарисовался с «Зарей» в придачу.

- Если кто-то еще не понял, я на «Акведуке». У меня в подчинении оба «Либола» свиты… Перед глазами подробная инженерная схема «Фривинда» со всеми ключевыми энерго-узлами… Когда я сделаю все задуманное, вы поймете по аварийной тревоге на станции. Это и станет сигналом к атаке.

Снова зашумели все, находящиеся на мостике кроме, разве что, самого капитана. Он сохранял прямо таки олимпийское спокойствие, несмотря на свою обычную нервозность.

- Что делать, если мы не дождемся сигнала? Если у тебя что-то не выйдет? … Куда надежнее было бы атаковать и уничтожить «Зарю» сейчас, если космолеты под твоим контролем – вмешался Лючи.

С ним тут же многие согласились.

- Не лучше… На станции поднимут тревогу и спустят на нас всех собак… У них в доках, судя по имеющимся у меня теперь сведениям, много чего еще, чтобы удивить нас – снова парировала Касуми.

Подобные детали лишь взволновали остальных еще больше. План слишком быстро обрастал дополнительными условиями, которые как бы подвешивали его на тонкую полимерную нано-нить. Однако Касуми внезапно выдала такое, что пробило тоннель в твердом закостеневшем слое цинизма и заметно приободрило отряд.

- Мы все с вами очень важное и полезное дело делаем! Мы очищаем космос от мразоты, которая расплодилась и расцвела буйным цветом! … Если кто-то еще сомневается в моей правоте, посмотрите расценки на рабов. Сколько тут, например, стоит скушать ребенка или изнасиловать животное… Или кто-то считает, что такое дерьмо должно и дальше на пару с сектантами уродовать космос!?

Наступила некая прямо-таки гробовая тишина. Даже «Доф» смотрел на объемный экран с детальной схемой «Фривинда» и не шевелился. Свежи были в памяти все эти мерзости в меню зарядного комплекса, хотя такой выгодный и приятный по комиссиям гэмблинг вызвал у Маока определенную долю некоторого сочувствия. «Эх! Легкие ж креды! Жалко будет потерять!». Хотя и он замер и почти не дышал в унисон с остальными, внутренне осознавая где-то важность и нужность их миссии тут. Лишь только капитан Мекелдоно предательски улыбался и скрывал это от остальных, пряча лицо ладонью, чтобы не портить общую картину эмоционально-заряженной на победу речи Касуми. Однако Маок заметил это в отличии от Мудис, на глазах которой даже блеснули слезы. Именно для этого хитрая и, видимо, весьма опытная в делах морально-психологической обработки Касуми выдержала паузу и выдала новую порцию уже ближе к текущей обстановке:

- Ладно! Трусливое стадо! … Если в течение получаса тревожный сигнал не поступит, улетайте отсюда… Но запомните: мы – хорошие ребята, у которых был шанс надрать зад плохим и сделать нашу Галактику немножечко чище… Обидно будет, если упустим.

С этим предложением тоже спорить не стали. Все дружно выдохнули и согласились. Маок, несмотря на странную реакцию немолодого капитана, ощутил себя как-то даже очень хорошо. Все таки, приятно было идти на «мокрое дело» и при этом осознавать себя в доску правым, да еще и с учетом того, что за это платили креды!

Высадка на станцию

Малый грузовой корабль класса «Мул», влетел в предоставленный шлюз в сопровождении «Либолов». Со стороны казалось, что ничего особенного и не произошло, что космолеты снаружи выполняли свою работу в привычном режиме, сопровождая гостей до места посадки. Маок вынужденно признался самому себе, что Касуми, несмотря на личную к ней неприязнь, оказалась права, никак не выдав противнику успешный захват космолетов и космо-катера. Как она все это провернула, оставалось лишь только гадать. Однако то, что они в статусе гостей с якобы проведенным сканированием, все же, влетали внутрь «Фривинда», говорило о многом. Маок побывал в разных переделках, провел множество не всегда успешных диверсий и схваток, но в подобной хирургической операции участвовал впервые. Пришлось отдать должное этой Касуми. Несмотря на свою якобы внешнюю детскость она показывала некий недостижимый высший пилотаж диверсии. Маок поймал себя на мысли, что с таким командиром, как она, он, пожалуй и задержался бы на «Зове», если уровень оплаты сохранится. Откуда-то из глубины возникло то самое чувство тотального превосходства над противником. Только это было не пренебрежение и не шапкозакидательство, а именно что уровень подготовки и исполнения, недостижимый пока даже в мыслях и подозрениях до противника. То, что случиться та самая аварийная ситуация, Маок почему-то даже не сомневался.

Мостик на «Муле» опустел. Все высыпали в ангар и разбрелись по своим углам. В воздухе ощущалось некое волнение. Оно, будто вирус, стремительно распространилось по ангару, коснувшись каждого. Все бойцы производили финальные приготовления перед эффектным выходом, водружали на себя реальную броню и седлали боевые машины. Правда, на счет последнего, их небольшой отряд обладал лишь одной 20-тонной уродски выглядящей боевой машиной «Ломом», в которую уже забрался «Доф».

- Что, вашу мать, за херня!? Откуда все эти био-следы, хель вас возьми!? – послышались истошные крики с нотками металла из мех-доспеха.

Маок с Мудис даже бровью не повели в его сторону, включив «несознанку». Маок уже закончил напяливать свой импровизированный силовой бронежилет с жуткой маской какого-то рогатого монстра из Би-Проксимы. Защита Мудис была еще легче и по больше части годилась разве что против легких осколков и некоторых видов шрапнели. Боресса с Лючем, облачаясь в тяжелые воидовские «Вихоры» и активируя «Ганранов» для охраны самого «Мула», покосились на альхонских женатиков и громко захохотали. К их смеху добавился хохот капитана из репродуктора.

- Не, ну, вы, мать вашу, и уроды! Я не знаю, что с вами сделаю, когда закончим с работой! – все еще ревел и возмущался своим непривычным к крику голосом с металлическими нотками. – Загадили всё сидение и панель справа! Что теперь делать!?

И хоть последний вопрос был скорее риторический, Маок не удержался и, закончив со своей легкой силовой броней, гранатами и спрэдганом, решился на ответ.

- Ой, да будет тебе причитать, как баба! – не удержался он. – Считай, что это тебе такой генетический подарок от меня. Чистый биологический материал прирожденного альхонского воина… Вот, например, древние племена Земли съедали сердца своих врагов чтобы получить их силу и выносливость…

- Мао, прошу, не продолжай. Не зли «Дофа» - вмешалась Мудис, едва сдерживая смех и понимая наперед, чем окончится его речь.

- Ой, ладно тебе! … Я ж дело говорю! - осек он ее и добавил в сторону «Дофамина»:

- … Там, конечно, не сердце… Но с другой стороны считай маленький будущий я. Целиком. Много раз «я» … Дальше, думаю, ты и сам понял!

Ангар взорвался еще большим смехом. Проклятия и выкрики «Дофамина» утонули в общем веселье. Бора даже не поленилась, подошла и демонстративно похлопала Маока по плечу на превосходную «ответку» в стиле той самой «дофаминовой ломки». Напряжение и мандраж перед миссией сразу куда-то ушли. Появилась легкость. Маок проверил силовой режим своей брони. По лицу, груди и животу прошлось легкое, но усиливающееся жжение.

- Все нормально? – спросила у него Мудис, проверяя крепления ранца с пневмо-воронками минометов.

- Жжет с непривычки… Приготовь инжектор с коктейлем. Не хочу оказаться в нокауте раньше времени – ответил Маок.

Никто из их отряда в здравом уме и твердом рассудке ни за что не напялил бы на себя это. Оно было и понятно. Подобную кастомную переделку и доработку можно было бы назвать полноценной броней лишь с натяжкой. Вот только для Маока и Мудис подобная защита была проверена делом и не раз спасала жизнь. Силовой контур, который генерировался за счет ранца на спине, держал даже подачу импульсного излучателя правда недолго. Однако от любой другой брони оба: и Маок, и Мудис – отказались. Вообще их собственные доработки обычных вроде бы средств поражения не привлекли того внимания, как например тот же самый «Вихор» Боры или «Лом» техна, но наоборот подверглись жесткой критике со стороны Касуми. Зато и мелкая «командирша» не лютовала и в конечном итоге просто отмахнулась от них, мол, поступайте как знаете. И все же Маока ее слова задели за живое. Он, желая доказать годность собственных «игрушек», пошел ва-банк.

- Ты мощность выкрутил на максимум. Это опасно, Мао – пожаловалась Мудис, проверяя крепления ранца, брони на груди и маски не лице.

- Я знаю… Это станция с кучей неизвестных. Лучше быть ко всему готовым.

Мудис посмотрела ему в глаза через горящие щели злобной маски и грустно кивнула:

- Мне можешь не заливать. Я ж вижу что, Касуми тебя задела… Контроллер выдержит, будь спокоен, но смотри что бы самому не зажариться. Контролируй нагрев.

Время шло, а сигнала от Касуми все не было. Не появился он ни через 15, ни через 20 минут. Только лишь репродуктор периодически взрывался искусственным голосом ИИ станции, навязчиво предлагавшим гостям покинуть «Мул» хотя бы на время зарядки и посетить комнату отдыха. Капитан в который раз вежливо отказывался, но это что-то не очень помогало. Казалось, что уже весь персонал «Фривинда» был в курсе того, с какой целью они сюда прибыли. Это вносило излишнюю нервозность. Раздражение от неопределённости и тяжесть ожидания накапливались.

- 20 минут прошло! С ней нет связи! … Думаю, миссию пора сворачивать, пока на станции не догадались, что мы тут не ради дешевой зарядки.

«Дофамин» озвучил голосом то, что так или иначе ощущали остальные. В его сторону тут же полетели одобрения. Раздражение постепенно сменилось ощущением, что «шоу» на сегодня отменяется, и все они очень скоро полетят домой, при том, что креды непременно должны быть выплачены при любом раскладе. Появилась даже какая-то веселая «грусть». Боресса вслед за «Дофом», открывшим люк кабины своего мех-доспеха, так же откинула колпак тяжелого броне-костюма «Вихора». Маок по своему воспользовался неопределённостью. Для начала он заглушил полностью силовой контур. Присел у стены в стороне от остальных и от Мудис, которая что-то решила перепроверить в своем мульти-гане.

- Кэп, что там с отборочными, а? Не хотелось бы пропустить – обратился Маок мысленно через приватный нейро-линк к капитану Мекелдоно.

Тот отозвался сразу, тоже используя при этом приватный нейро-канал:

- Уже стартанули… Если операцию не начнем, то можно просто закосить под гостей. Все предварительные детекции мы уже прошли… Стоим, заряжаемся, как дорогие и желанные гости.

- А Касуми разве не развалила их космолеты? – неуверенно поинтересовался Маок. – Как скоро они это заметят и поднимут тревогу?

- Хм… Как тебе сказать… Понимаешь, Касуми очень опытная в делах диверсий, скажем так… Космолеты она не развалила, а… Ну, типа, внедрилась в ИИ и взломала его.

- Что за бред? Как это возможно? – недоверчиво покрутил носом Маок.

- Без понятия. Вернется, сам у нее спросишь… А пока просто поверь мне и не нервничай… И остальным скажи не дергаться. Мы тут сейчас вполне легально. Можем даже неплохо отдохнуть от долгих перелетов. Поверь мне.

- Лады, кэп.

Маок отключился как раз вовремя. К нему подошла Мудис и села рядом.

- Мульти-ган снова барахлит. Кристаллидная пластина износилась и растрескалась. Надо было заменить.

- Тебе Касуми предлагала замену – тут же нашелся Маок. – Сама отказалась.

- Видела я ту замену. Она слишком большая… Такую только на тяжелую пушку ставить.

- У тебя ж ранец за спиной – похлопал ее Маок, кивком головы указывая куда-то за ее плечи. – Приспособь запитку оттуда.

Мудис вздохнула и отмахнулась.

- Надо бы, но теперь уже поздно… Ладно… Ничего… Просто буду работать на малой мощности, чтобы продлить пластине жизнь.

- Это если нас встретят «Каракурты», как на симуляции. А если те же «Гарды», то что делать будешь?

- Ничего… В режиме термо-ударной винтовки ее хватит за глаза. А, если что, ты ж меня прикроешь? – заглянула она ему в глаза своим буравящим карим выразительным взглядом.

Маок на это ничего не сказал, а лишь отвернулся.

- Мао, посмотри мне в глаза. Ты что-то от меня скрываешь, да? – внезапно коснулась она своей ладонью его щеки и снова посмотрела пристально ему в лицо.

- Ой, ну что ты опять, а!? Просто отошел присесть у стенки. Тяжело стоять в этой экипировке. Ты ж знаешь - мы ж без усилителей.

Маок и сам понимал, что говорил как-то предательски неуверенно, неубедительно, но поделать с собой ничего не мог. Его спас внезапно вспыхнувший экран в ангаре. Изображение замерцало, покрылось шумом, затем быстро очистилось. На объемной голограмме отобразилась знакомая всем уже детальная схема «Фривинда», но теперь со всеми пунктами охраны, армори-отсеками, дронными залами и энерго-узлами, включая их количественное содержимое.

- Что детишки, соскучились, приуныли без ангела-хранителя, а!? Мы в деле! … Это вам приятный бонус в виде четких целеуказаний!

Ангар пришел в движение. Заработали полимерные приводы тяжелой воидовской брони. Закрылся колпак «Лома».

- Ахренеть! Откуда нам такое счастье? – послышались голоса.

- Эти дурики все еще не понимают, что взломаны! … Я изолировала их по секциям и заблокировала им связь через инженерную консоль. Не ждите, пока догадаются, не теряйте время.

- А ты разве не на «Акведуке»? Не уничтожаешь антенны квантлинка? – обратился в ответ Люч, опередив остальных с похожими вопросами.

- Хм… В общем – нет. Не важно, где я… Скажите мне спасибо. Я облегчила вам работу до нельзя… Все цели распределены между группами «А», «Б» и «С». Просто выйдете и зачистите их. Они изолированы и не смогут координировать оборону.

- А что на счет команды «Зари»? – поинтересовался Маок.

- Я ж сказала, что беру на себя… Вам только уработать группу покинувших корабль… А теперь – вперед! Вмажьте, пока они не очухались!

- Ага! … И не налажайте там, женатики! – с гримасой нескрываемого сарказма выдал «Доф». – Прикрывать ваши наглые жопы не буду. Попадетесь мне под инфьюзиор, выжгу мозги без колебаний!

Маок внезапно ощутил какое-то совершенно необоснованное пренебрежение. Да у них с Мудис не было крутой брони или мощных стволов, но это еще не означало, что они пофэйлятся.

- Ты лучше сам на своем уроде не налажай – бросил в ответ Маок.

- А знаете что – внезапно прервала их словесные перепалки Касуми. – Кто меньше всех налажает, тот отправиться с нашим уважаемым кэпом обратно на «Альхон» за подкреплением!

Это новое предложение от командира сразу вызвало всеобщее одобрение. В воздухе запахло соперничеством, которое вмиг выбило остатки нервозности и беспокойства.

Трап «Мула» с характерным звуком работы приводов коснулся металлизированного полотна приватного дока. Первая цель была тут рядом, рукой подать. Еще до того, как по трапу сбежал «Лом», вылетела пара ракет и с характерным звуком устремилась прямо в сторону небольшого выступающего блока, отгороженного стеной от взлетно-посадочной платформы. Там за ней согласно обновленной схеме располагался КПП с дронами охраны для контроля за выходящими из кораблей пассажирами. Они, как и остальные на станции, были изолированы и лишены связи.

Обе ракеты мощно и ярко детонировали, в момент растворив приличный участок стены огненно-белой плазменной волной. Целая секция исчезла, обнажив содержимое КПП с двумя дронами «Ганранами» охраны во главе с фигурой в легком черном преторианском броне-костюме. Еще до того, как они успели хоть что-то понять, прилетели новые 2 ракеты, выпущенные другим «Вихором», которые осыпали их огненной шрапнелью «фанбору». Остатки, рванные куски стены превратились в оплавленное дымящееся решето. Оба «Ганрана», неуклюже развернувшись на месте, покрылись искрами и дымом, рухнув на пол там, где их застала волна осколков. Черная фигура живого охранника лишь вскинула руки от удивления, упала и распласталась там же от множественных проникающих ранений. С первой целью было покончено менее чем за 10 секунд.

По трапу «Мула», громко стуча и бабахая 5-палыми ступнями-ладонями, вышел на руках, будто на ногах, широкоплечий одутловатый темно-серый робот без видимых знаков отличия. Его красный глазок инфьюзиора резко вспыхнул в поисках целей. Плоская, как толстый блин или тонкий цилиндр, башенка снизу туловища нервно завращалась, изучая пространство вокруг и выхватывая любое подозрительное движения. Взлетно-посадочный док хранил мертвую тишину, нарушаемую лишь работой механических ног диверсантов и потрескиванием догорающих останков охраны.

Тот самый 2-лапый 3-метровый мех-доспех «Лом», заливая мощными прожекторами пространство вокруг, прикрывал таким образом высадку остальных сил. Следом за ним по трапу спустились еще 2 бронированных «монстра» поскромнее. Их угловатые формы и слегка дерганная походка, немного как будто приторможенные реакции выдавали легкую нервозность пилотов внутри, положившихся не на нейро-соединения со своими машинами, а на усиленные мышечные рефлексы. Следом вышла группа из 4-х «Ганранов» охраны «Мула». Они осмотрелись по сторонам и разошлись в разные стороны перекрыв все возможные выходы к доку, включая аварийные. «Вихоры» тем временем снова применили ракеты, чтобы проделать проход в нужном месте для кратчайшего пути к резервному пункту управления.

Последними на палубу станции ступили двое совсем мелких в сравнении с предыдущими. Они даже выглядели весьма странно, не грубо, не угловато, но зато как-то слишком «первобытно». Во главе пары шел некто с рогами вывернутыми вперед на голове со светящейся немного вибрирующей окантовкой защитного энерго-контура и с сине-голубыми злыми узкими «глазами». При ходьбе монстрик издавал легкий жужжащий звук. В паре с ним вышла еще одна фигурка в похожей броне с маской, подобной той, что носил ее спутник, только менее агрессивной.

Мех-доспех «Лом» закончил прикрытие и внезапно ускорился, чтобы заскочить в дымящийся после уничтожения проход. Сам коридор особо не пострадал, но на него пришлось основное обрушение стен после удара «фанбору». Впереди у них было почти 2 километра всевозможных тоннелей и переходов, оборудованных магнитными путями и просторными шаттлами для их комфортного преодоления. По пути следования располагались заблокированные взломом Касуми жилые блоки для гостей, рабов и других форм жизни. А в конце скоростной магистрали был тот самый зал отдыха клиентов, который наверняка уже облюбовали сектанты из «Зари». Он представлял некоторую опасность, потому что был широк и просторен с многочисленными ответвлениями в ангары и секции. За ним лежал кратчайший путь по узкому пешеходному коридору к центру управления, который тем самым «первобытным» фигурам придется преодолевать без прикрытия со стороны мех-доспеха. Боевая техника не могла пройти прямым путем из-за габаритов. Ее маршрут был обходной, через сеть смежных ангаров.

20-тонный чрезвычайно подвижный «Лом» ворвался в общий зал для гостей, выломав дверь на приличной скорости и не дав ей нормально открыться. Со стороны могло бы показаться, что его пилот «Доф» под кайфом, и потому ведет себя, как сумасшедший. За плечами у него уже были уничтоженные звуковым «огнем» инфьюзиора жилые блоки без какого-либо физического проникновения внутрь. Подобная по сути безнаказанная кровавая и в то же время бескровная идеальная бойня могла опьянить кого угодно. У обитателей жилых кают – отсыпающихся после вахты охранников, многочисленных рабов и рабынь, животных не было никаких шансов против инфразвуковой «косы Дофамина». Столь быстрое и даже стремительное продвижение для того, кто видел карту и знал всю диспозицию по каютам наперед, было вполне оправдано. Да и действовал «Дофамин» в состоянии очевидной эйфории от успешности и безнаказанности весьма прямолинейно, грубо, и при этом фантастически эффективно, как какой-то дровосек с автоматической плазма-пилой с полувековым стажем.

С грохотом ворвавшись внутрь сенсорика его боевой машины тут же выхватила весьма неприглядную картину нескольких сектантов из Софокры в характерных для их брата ядовито-красных усиленных броне-вставками комбинезонов. Если бы не их цвет, то они вполне сошли бы за преторианские легкие боевые костюмы. Кроме 4 фигур в красном тут была группа из где-то дюжины измученных людей в изодранных лохмотьях, которые когда-то были комбинезонами. Что с ними собирались делать ублюдки из Софокры: купить или продать, осталось за кадром. «Дофамин», ворвавшись туда на своем 2-лапом роботе-уродце просто навел глазок инфьюзиора и вмазал инфразвуковым излучателем, как уже проделал с десяток раз до этого.

Душераздирающий вопль дюжины мужских и женских голосов Маок и Мудис услышали даже через фильтры своих звериных тактических масок, неплохо закрывающих уши от оглушительного грохота. Однако на этот раз ИИ не справился с фильтрацией, из-за чего они вынужденно стали свидетелями тотального поражения значительной группы людей, когда ворвались в зал следом.

- «Доф», ты больной ублюдок! Это ж, походу, рабы… Были – выдавил из себя Маок, осматривая сцену жуткого уничтожения. – Мы бы уработали 4-ку сектантов сами, а этих доходяг согнали бы в каюту.

Перед глазами Маока все еще стояли те самые жилые блоки, где похозяйничал красный кровожадный злобный глазок мех-доспеха «Лома» без предварительной оценки, кто там внутри. Теперь же появился «шанс» лицезреть результат работы запрещенного Конвенцией оружия вживую. Люди и в красном, и голые валялись в беспорядки с характерными признаками поражения инфразвуком. Кровь из ушей сочилась даже после смерти, растекаясь лужей вокруг. От инфьюзиора почти не было спасения, только если укрыться убежать в самом начале. Смерть становилась неотвратимой и неизбежной уже после 5-ой секунды проникающей волны. Тонкие капилляры и сосуды мозга «ломались» первыми. Кровоизлияние в мозг гарантированно убивало, не оставляя и шанса на спасение, хотя внешне люди могли выглядеть, как оступившиеся, споткнувшиеся и просто упавшие на пол.

- Рабы или не рабы! Уроды с Софокры или не уроды! … Мой инфьюзиор их как-то не различает! – возбужденным голосом отозвался «Доф».

Мудис быстро прошлась между лежащими в беспорядке телами, чтобы проверить, есть ли выжившие, потом развернулась и отрицательно покачала головой.

- Мао, «Доф» прав. Если бы он начал разбираться, ублюдки из Софокры так или иначе прикрылись бы ими как заложниками -поделилась своими мыслями Мудис. – Тогда и для нас все могло бы закончиться не лучшим образом.

Тот ничего не сказал в ответ, но лишь махнул рукой следовать дальше. Где-то тут в этом просторном красиво украшенном зале для клиентов с дальней стороны был еще один коридор, ведущий к другому доку, к кораблю «Заря» сектантов. Маок подумал о том, что хорошо бы навестить их, а то мало ли. Однако его отвлек окрик «Дофа» в нейро-эфире:

- Я ухожу по обходному пути, а вам дорога прямо к лифтовой. Если облажаетесь на мостике, то дождитесь меня.

- За нас не переживай – отозвался Маок. – Смотри лучше за собой.

- Конечно-конечно.

«Лом» устремился к другому выходу, миновав пустое пространство зала. Маок поймал его на полпути своим обращением:

- «Доф», там справа дверь к ангару с «Зарей» … Мне кажется мы упустили их из виду. Если они поднимут тревогу в связи с пропажей остальных, то могут добавить нам проблем.

- Ваше дело – мостик. Вот и решайте его. А «Зарей» пусть занимается наша «ангел»-хранитель. Она сама подписалась на него.

- Да, но нам тут совсем рядом… «Ангел» не отвечает… Если не успеет с «Зарей», то они окажутся у нас в тылу… Может ты навестишь корабль со своим волшебным свистком?

Однако «Доф» уже не отзывался. А силуэт его боевой машины скрылся за поворотом, ведущим в смежные секции. Маок и Мудис впереди ждал тупик. Коридор упирался в лифтовую шахту, куда «Лому» с его габаритами было бы не втиснуться. Пока все, вроде бы шло по плану, но «Заря» не выходила у Маока из головы. Он повернулся к Мудис у самого лифта, ведущего к мостику, и придержал ее руку с приготовленным развед-дроном пауком «Хантсменом».

- Погоди, Муди. Давай заглянем к «Заре» … Она ж тут рядом. Что-то не нравиться мне ситуация с ней.

- Касуми вроде говорила, что наше дело мостики, а все остальное она берет на себя.

- Да. Но она не отвечает… Если с «Зарей» еще не покончено? Тогда проблемы возникнут уже у нас, понимаешь? – объяснил свою озабоченность Маок.

- Хочешь заглянуть туда? Давай заглянем.

Они оба свернули с намеченного подъема по лифтовой шахте. Однако во избежание проблем в случае, если те, кто в центре управления, взломают запечатанную кодом Касуми дверь и захотят спуститься, они оставили несколько мин-ловушек прямо у выхода из лифта для надежности.

- «Картер» «Ангелу» и остальным. Мы проверим «Зарю» … Лифт заминировали на всякий пожарный – обратился Маок по приватному нейро-каналу отряда, используя свой позывной.

Снова в ответ никто не отозвался. Не желая более терять время Маок и Мудис свернули в сторону взлетно-посадочного дока, где должен был находиться прибывший сюда с ними корабль сектантов с Софокры.

Резервный центр управления

Два массивных 2.5-метровых широкоплечих «Вихора» ворвались в небольшой ангар станции в ее тыльной части, выбив предварительно двери залпом ракет. Подобное вышибание дверей с точки зрения ресурса не было оптимальным, но тем двум воинам, облаченным в тяжелые и весьма продвинутые пехотные доспехи, хотелось «драйва». Миссия из-за знания диспозиции охраны становилась слишком пресной и предсказуемой.

Ворвавшись внутрь, первое, что попалось им на сенсорные «глаза», это группа из 5 человек в черных комбинезонах, которая со всех ног бежала к серым покрытым металло-полимерными накидками достаточно крупным от 3-х и более метров ростом фигурам. Что там скрывалось вдоль стены в 50-и шагах от бегунов, догадаться было не сложно. ИИ «Вихора», которым управляла Боресса, сделал свое обоснованное предположение о наличии под первыми двумя чехлами 15-тонного «Гладиатора» и 18-тонного «Гоблина». Своими массивными торсами они в плечах сильно выпирали, из-за чего легко читались. Не успели оба «Вихора» навестись на бегущую группу, как по ним уже заработали легкие РПУ. Сработала автоматика доработанного «Вихора» напарника Борессы, выбросив из ПУ навстречу цилиндр с облаком мелких ЭМИ-частиц. Обе ракеты угодили в его и словно растворились. Детонации не произошло, и боеголовки рухнули где-то рядом так и не взорвавшись. Визор «Вихора» Борессы выхватил взмывшие вверх на ранцевых ускорителях фигуры двух боевых дронов-гуманоидов «Ганранов», которые и отработали по ним из своих плечевых РПУ.

- Малыш, я беру бегунов. На тебе свита.

- Твою мать, «Хильда». Не называй меня малыш… У меня есть позывной!

- Окей! – бодро согласилась Бора. – Не дуйся, пупсик.

Настроения у нее было приподнятое. Хотелось немножко понаглеть, чтобы добавить перчинки в ситуацию. Ее «Вихор», находясь в затяжном прыжке, довернул роторную авто-пушку в сторону спешивших изо всех ног бегунов.

- И вас 5, и нас 5. Дайте мне вас всех обнять! – выдала она вслух рифмованно в нейро-эфир, сильно развеселившись. – Какая прелесть!

Бам-бам-бам, заухало орудие, выпуская полную 5-зарядную кассету. Калибр для легкой пехоты был, конечно, избыточен, но Борессу несло. Ее захватил задор боя, такого приятного легкого и предсказуемого. Все 5 снарядов точно нашли свои цели. Один за одним бегуны во вспышке взрывов разрывались на куски, отбрасывая в стороны ошметки рук, ног и внутренних органов. Каждое новое попадание, разрывало очередного бегуна неким новым способом, по-новому, услаждая возбужденный и упивающийся боем глаз Борессы. Последнему из почти добежавших снаряд срезал голову. Тело бедолаги по инерции еще сделало несколько шагов, а потом плашмя упало на грудь, распластавшись в увеличивающейся луже крове.

Ее напарник Лючи с весьма банальным позывным «Лют» так же справился со своей задачей на отлично. Яркий мерцающий луч сначала подловил одного «Ганрана», лишив его ранца и отправив в неуправляемое пике. Следом импульс голубой энергии скользнул по потолку и, выбивая каскады искр и оставляя за собой оплавленную красную от нагрева борозду, настиг второго дрона, вонзившись ему в голову и грудь. 15 секундного импульса как раз хватило, чтобы достать обоих противников, как бы далеко они ни старались разлететься. Второму «Ганрану» луч срезал кусок туловища вместе с частью встроенной, утопленной в плечи головы. Тот, изрыгнув пламя, раскинул руки и грохнулся невдалеке от поврежденного напарника, окатив того каскадом ярких искр. Когда же тот самый первый дрон, повредив при падении ногу, попытался встать, «Лют» отстрелил мину-подкатку, которая добила его электро-магнитным импульсом.

- Слишком легко. Слишком банально и предсказуемо. Нету куража! Нету вызова! – возмущалась «Хильда».

Удар роторным снарядом по своей ноге она пропустила. В воздухе ее «Вихора» резко развернуло и приложило о стену ангара прямо над прикрытыми накидкой мех-доспехами. Бора не успела понять, откуда по ней прилетело, как ее напарник уже ударил в ответ из своего орудия. Из той самой приоткрытой двери, откуда выскочили бегуны со свитой, кто-то из охраны успел стреножить роторный хэндган. До того, как «Лют» заткнул орудие окончательно, оно успело опорожнить 3-зарядную кассету. 2-ой снаряд ударил в стену, осыпав «Вихор» Борессы раскаленными осколками, которые не причинили особого вреда, кроме того, что повредили фронтальные сенсоры и фонари. Зато 3-й снаряд оказался самым удачным из всех. Из-за переворота через голову Боресса подставила плечи и спину под удар. Роторный раскаленный вольфрамовый стержень срезал оба плечевых пилона с ПУ, приговорив их. Однако в одном из них оказалась заряжена ракета ПВО с электро-магнитным порошком. Раздался характерный хлопок, выпустивший клубы дыма, частиц и окутав броне-доспех. 3-тонный «Вихор» рухнул на металлизированный пол с 5-метровой высоты.

- «Хильда»! Ты цела!? – обратился к ней Лючи, но его отвлек яркий лазерный луч ослепительно изумрудного цвета.

Он задел его «Вихор» по касательной, оплавив и слизав сразу почти всю броню с правого плеча. Лючи прямо ощутил собственной кожей через комбинезон тот холодок, который проник внутрь сквозь проплавленную щель. На груди у «Вихора» была самая крепкое броне-покрытие. Оно едва сдюжило выстрел из средне-мощного 3-мегаватного лазера, правда ценой полного оголения левой половины груди. Полосни его луч прямо, а не по касательной, так легко он бы не отделался. В ответ Лючи ударил из роторной пушки, почти не целясь, скорее чтобы заткнуть все, что пытается огрызаться из прохода к резервному пункту управления. Сенсор наведения на груди изрядно барахлил. Парный с ним датчик исчез вместе с броней. Оставались еще дублирующие системы наведения на лицевой пластине. Его ИИ сообщил об успешном поражении всех целей в коридоре. Яркая вспышка и облако искр с языками пламени подтвердили выводы.

Едва «Вихор» Люча успел приблизиться к лежавшему напарнику, как из облака искр и пламени коридора выплыл матовый шар «Гарда». Дрон быстро среагировал на отвлекшегося Люча и полоснул мерцающим голубым лучом. Его «Вихор» среагировал, резко отскочив в сторону, используя ускорители броне-костюма. Зато под удар попала «парализованная» бронированная местами дымящаяся и искрящаяся «туша» Борессы.

- Сука! Тварь! – разозлился Лючи, тщетно пытаясь влепить из пушки, игнорируя предупреждение о неоконченной перезарядке.

Он оказался в той самой ситуации, когда ему нужно было пару секунд дождаться готовности, но даже этого времени ему никто не давал. «Гард» прожег небольшую дыру, между стыками брони на груди и голове. Образовалась приличная проплавленная щель в броне-доспехе, откуда теперь наружу донесся истошный грубый женский вопль. Боресса попыталась прикрыться рукой и ей это удалось. Остатки мерцающего палящего голубого концентрированного света оставили глубокую борозду на руке.

- «Хильда», ты цела!? – обратился к ней Лючи, отстреливая бронебойную ракету из ПУ в сторону ушедшего на перезарядку и закупорившегося в своей скорлупе «Гарда».

Бронебойная боеголовка вонзилась в толстую шкуру шарообразного дрона и взорвалась, раскидав в языках пламени и каскадах искр его ошметки на несколько метров вокруг.

Грудь Борессы оказалась прожжена до костей. Собственные ребра спасли от неминуемой смерти, а впрыснутый раствор замедлителя позволил стабилизироваться и не вырубиться от болевого шока. Ее черв-симбионт подключился сразу же, выгоняя скопившуюся жидкость из легкого, чтобы облегчить дыхание и общее самочувствие. Боресса вывалилась из-под обломков брони и обильно вырвала. 6-лапый рем-дрон уже суетился над грудой дымящегося «железа» после эффектного крутого пике, пытаясь как можно быстрее восстановить базовые функции управления и подлатать наиболее критические повреждения в броне. Лючи прикрыл Бору своим торсом, чтобы уберечь от еще какой-нибудь внезапно атаки.

- Все норм, малыш… Вот это, я понимаю, схватка! … Иди зачисти там все и задай им за меня – отозвалась она, отдышавшись.

Договорив, Бора, тяжело дыша, распласталась на полу, раскинув руки, не обращая внимания на собственную кровавую блевотину.

Лючи так и сделал. Стремительно ворвавшись в объятый пламенем коридор, он застал еще двух представителей Человечества в преторианских костюмах, которые, судя по коленопреклонённым позам, пытались лихорадочно восстановить гипер-связь через инженерную консоль. Догадываться, успели они сделать задуманное или нет, Лючи не стал. Несмотря на их поднятые вверх руки в попытке сдаться, он врубил излучатель и росчерком голубой мерцающей энергии срезал обоих разрубив каждого по линии груди. Обе фигурки в черных легких преторианских комбинезонах беспорядочно размахивая руками в конвульсиях и криках от боли попадали в разные стороны, будучи разрезанными. Все было кончено. Люч вышел в общий нейро-канал и доложил о захвате резервного пункта связи. Про раненную напарницу он ничего не сказал, не желая выслушивать возможные унизительные реплики о недостаточном профессионализме от «Дофа» или альхонской парочки. Закончив доклад он поспешил к Борессе для оказания помощи, если понадобиться.

Корабль сектантов

Док, где располагалась «Заря», выглядел так, будто его уже навестили и не совсем с мирными целями. КПП был вырезан, но не уничтожен. Маока поразило то, что все 3 охранника были убиты бластерами прямо на своих местах. Они даже не успели выхватить оружие, что совсем не походило на нападение из вне или удар чем-то тяжелым. Все выглядело цело. Никаких следов перестрелки развед-дрон «Хантсмен» не детектировал. Три трупа в черных легких броне-костюмах растянулись в креслах с аккуратными дымящимися прожжёнными отметинами на груди и голове. Все были определенно застигнуты врасплох, о чем красноречиво говорило их личное оружие, оставшееся нетронутым на своих местах. На одном охраннике неуклюже с головы свисал полностью затемненный нейро-шлем с характерной проплавленной дырой сбоку. Выходило так, будто некто бесшумно зашел внутрь, уложил всех тремя точными выстрелами и так же бесшумно и незаметно покинул КПП. «Хантсмен» подключился к консоли, но проникнуть внутрь не смог. Доступ был полностью заблокирован из-за активации аварийного режима. Требовался специальный код, который ни Маок, ни Мудис само собой не знали, а тратить время на подбор и взлом с сомнительным и непредсказуемым результатом не могли.

Точно так же весьма нетронутым выглядел и грузо-пассажирский корабль «Заря». Только у его трапа валялись несколько останков охранных дронов «Каракуртов». Хотя слово «останки» тут плохо подходило. ИИ «Хантсмена» отметил ювелирное уничтожение некоторых дронов в самые уязвимые места на лицевой плоскости на минимальной мощности, где располагались сенсоры и «умные глаза» дронов. Все выглядело так будто охрана устроила привал, распластавшись на полу в беспорядке. На одном «Каракурте» имелись признаки падения с потолка. Каждый павший робот имел аккуратную дырочку в голове или туловище. Походило на то, что кто-то напал на них совершенно внезапно и на близкой дистанции, где промазать из бластера было практически невозможно.

Маок и Мудис зашли в просторный «пустой» док и быстро направились к «Заре». Нейро-эфир молчал, сколько они не взывали. Достигнув корабля они быстро вбежали по трапу внутрь, держа оружие наготове. Вперед снова побежал небольшой серый паучок «Хантсмен», разведывая все вокруг. На корабле царила какая-то гнетущая тишина. Дрон выхватил еще убитых на палубе и в коридоре. И снова поразила ювелирная аккуратность и отсутствие должного сопротивления. Забежал «Хантсмен» в очередной отсек используя вент-шахту. Внутри просторной камеры, где видимо содержались рабы, он обнаружил сразу гору обезображенных полураздетых тощих, худых трупов. Они были разных полов и размеров. Наблюдались и совсем малые дети. Если снаружи было все ювелирно, то внутри будто прошелся некий зловещий кровавый мясник-упырь, который не просто уничтожил несчастных рабов, находившихся тут видимо взаперти в ожидании своего часа или просто на продажу, а буквально обезобразил их, раскромсав на куски.

Маок и Мудис, быстро вскрыв дверь, шагнули следом за развед-дроном и приподняли свои маски. В нос ударил кислый «густой» запах железа. Весь пол был в крови и ошметках. Маок внимательно присмотрелся к характеру поражения тел, свежим разрезам плоти и, привстав, выдал:

- Это гранаты… Вот тут термо-ударная… Там – «райнбуредо».

Мудис отвернулась и хлопнула его по плечу выходить обратно, чтобы не оставлять следов.

- Ну и что вы тут забыли? – услышали они голос невесть откуда взявшейся прямо у них за спиной Касуми. – Ваша работа?

Она аккуратно обошла их и с отвращением на лице посмотрела на изуродованные тела вокруг. Маок и Мудис сразу же отреклись от подобного «геноцида».

- Скажешь тоже! Мы, может, и не святоши, но тут просто рабы сектантов – пояснила Мудис. – Убиты явно в спешке. Камеру закидали гранатами, не иначе.

Касуми присела на корточки аккуратно, не ступая ботинком в кровавую лужу, и осмотрелась. Маок наблюдал за ней, стоя рядом. Она сейчас сидела ровно на том самом месте, где изучал место бойни он сам. Маок всмотрелся в лицо Касуми. Заглянул украдкой в глаза. Ее лицо выглядело бледным, а глаза стеклянными и какими-то отрешенными. Касуми определенно не пыталась, как он, внимательно осмотреть место или присмотреться к следам детонации, но делала лишь вид. Ее голова с отъехавшим вверх забралом тонкого необычного шлема не двигалась. Лицо с не моргающими глазами было направлено вперед в дальнюю стену, на которой не было ровным счетом ничего интересного, кроме кровавых пятен и следов. Едва осмотревшись или, скорее, совсем не осмотревшись, Касуми встала и выдала то же самое, что и он минуту назад:

- Работали гранатами… Думаю, сектанты, когда поняли, что им хана, убили всех рабов… Ублюдки… Хорошо, что я их всех настигла и уработала… Сволочи.

Однако говорила она это все с совершенным не-чувствием, как будто разговор шел о павших дронах. Маоку это не понравилось, хотя он и сам не понял до конца, что его так раздражало в ней. По большей части это была некоторая слишком выраженная нескрываемая брезгливость с ее стороны. Злоба на охранников, убивших всех этих несчастных, ощущалась как искусственная, наигранная и напускная. Маок чувствовал подобную фальшь.

- Охрана снаружи твоя работа? – внезапно спросил он прямо и посмотрел в глаза.

Касуми сделала вид, что вопрос это слишком очевиден, чтобы ответить на него прямо. Она вышла в коридор, пнула мертвого сектанта в красном, плюнула прямо на него и отмахнулась:

- И этого и других. И снаружи и внутри… Надо же кому-то ваши задницы прикрыть!

Затем она резко обернулась к ним, злобно посмотрела на Маока, потом на Мудис, и добавила:

- Вы почему тут, придурки!? Что с мостиком!?

Маок сразу же стушевался, засуетился и, пнув попутно плечом Мудис, быстро направился к выходу, но внезапно остановился, вспомнив кое-что еще важное:

- А что у нас со связью? Никто не отвечает на вызовы?

- А что со связью? – зачем-то усмехнулась и включила дурочку Касуми. – Нет ее по понятным причинам.

- По каким таким причинам? – не понял Маок.

Он так же не совсем понимал ее «юмора», почему подобные важные моменты ее забавляли.

- Включите мозги и подумайте… Я ж сказала вам, что изолировала очаги сопротивления и наметила всем группам цели. Как я по вашему сделала это, а? – посмотрела она все тем же стеклянным совершенно неприветливым взглядом на Маока.

Кроме какого-то потустороннего выражения лица, проступили так же и стали очень заметны темные круги вокруг ее глаз. Все знали, что Касуми неспящая, а потому для нее жизнь, ее течение, проходила несколько иначе, чем для обычных «смертных». Вот, только общий образ теперь был жутковатым и неприятным. Маок уже и сам не рад был, что спросил про связь. Однако Касуми, все же, снизошла и пояснила нормально:

- Я влезла, нашла и взломала инженерную консоль на станции. Функционал скудный, не то что на мостике, но зато есть протокол изоляции нейро- и другой связи, на случай каких экстренных ситуаций. А у нас как раз именно та самая ситуация. Система «Барьер», типа той что на «Муле», сразу перешла в режим блокировки сигналов. Каждый блок, каждый ангар или сектор изолировался. За стену еще можно послать сигнал, а между ангарами глухо.

- Значит, ни нашим, ни вашим – подытожила Мудис.

Касуми глянула на нее, подмигнула и отшутилась все тем же отрешенным внешним видом:

- О, умнеешь на глазах. Молодец… Так что с основным центром управления? Зачистили уже?

Оба немного потупили взоры и покачали головой, вспомнив, что основная миссия еще не выполнена. Маок попытался оправдаться:

- Да, нормально все… Мы заминировали лифтовую. В ангар им путь заказан, потому оттуда «Лом» зайдет. Так что никуда не денутся, не сбегут.

Касуми проглотила это как будто спокойно и без эмоций, но погодя немного бросила в их сторону:

- Ага. Самые хитрые значит… Решили, пусть «Дофамин» сам всё зачистит… С вами альхонцами всегда так. Сколько не отрабатывай сценарии, все равно все по-своему делаете. Будь моя воля ни одного из вас не взяла бы на миссию.

Слова прозвучали весьма обидные, но Маок смолчал, потому что и сам понимал, что отвлекся от основной задачи на второстепенную, к тому же не его. Вот только он не мог себя заставить доверять Касуми, потому что не понимал, как она все это делает. Если со взломом инженерной панели все выглядело более-менее ясно-понятно, то с ее просто таки таинственным тихим и незаметным проникновением сквозь в каюты и КПП, все выглядело не так однозначно. И сейчас он не стал испытывать ее терпение, хотя наверное мог бы попробовать. Вместо этого Маок спешно направился вместе с Мудис к выходу из «Зари» по основному коридору.

Касуми молча проводила их взглядом до самого конца коридора, не проронив больше ни слова. Маок до последнего момент будто физически ощущал ее взгляд на своей шее.

- Ты ей веришь, Мао? – внезапно спросила его Мудис мысленно.

- Ты о чем? – не понял он.

- Насчет всех этих трупов конечно – сразу пояснила Мудис.

Маок вздохнул:

- Не-а… Но мне плевать, даже если это она сделала… Хотя, вряд ли.

- Ты видел ее взгляд. Пустой, будто тусклое стекло.

- Да ладно тебе, Муди! Она ж неспящая! Хватит нагнетать! … Мы с тобой в подобное вляпывались не раз.

- Всякое бывало, но я бы никогда не убила просто безоружных людей.

- Вот и она их не убивала. Сказала же, что это сектанты.

- Мао, открой глаза… Они даже стволы из поясов выхватить не успели, как были пристрелены. Стали бы они убивать своих рабов, если опасности нет, а? … То-то же!

Маок это все и сам понимал. Не нужно было быть гением, чтобы уличить Касуми во лжи. Просто Маок не хотел об этом даже думать. Ведь им тут вместе еще многое предстояло сделать, а мысли о том что твой напарник-командир – последний изверг и садист, могли лишь сильно осложнить совместное пребывание на станции.

- Забудь, Муди. Выбрось из головы… У нас нету причины не верить Касуми… Идем! Нас ждет мостик, будь он неладен!

Обходной маневр

«Дофамин» вел свою машину через сеть ангаров и переходов между ними. Прошлое станции в качестве огромного колониального корабля класса «Странник» напоминало о себе на каждом шагу. Очередной просторный ангар, оказался на его пути. «Доф», используя «дешевую» простую очень надежную термо-ударную пушку, проламывал себе двери в коридорах, не теряя время на их взлом. На предварительную разведку он так же «забил». Никогда раньше он не имел такого приятного для побивания противника. Хотелось опередить, обогнать остальные группы, с которыми совершенно отсутствовала связь. Казалось, что остальные его непременно уже обгоняют, что он вынужден будет выслушивать насмешки. Впереди оставалось всего пару ангаров. Два на пути он уже зачистил, если можно было бы назвать зачисткой сопротивление в виде пары охранных дронов или самих охранников в легких доспехах.

В очередной на пути просторный ангар уже где-то совсем близко от основного центра управления «Фривинда» «Лом» ворвался шумно и громко, взломав толстую дверь, выбив ее ударом мощной струи сжатого и разогретого воздуха. Разбрасывая небольшие контейнеры широкими и мощными плечами 2-лапый робот внезапно очутился на небольшой открытой взлетно-посадочной площадке, где стояли космолеты. Казалось, что все чисто, но внезапно по роботу полоснули легким пехотным излучателем. Затем от брони с визгом и искрами отскочил роторный патрон ручной винтовки. ИИ тут же подсветил цели. «Доф» даже не тратил «дорогую» плазму, а, подскочив вплотную, вмазал термо-ударной дрожащей струей воздуха, раскидав охранников и дронов свиты, как какие-то щепки. Голубой мерцающий луч ударил по фронту прямо с выхода из очередного охранного пункта. Выплывший на магнито-отражателях «Гард» облизывал достаточно крепкую композитную броню «Лома», оставляя оплавленные борозды. Раскаленные капли сплава с брызгами разлетелись в разные стороны. «Доф» резко развернул «Лома» другой частью плечистого торса и отстрелил мины-подкатки, уйдя от голубых росчерков в сторону. Двойной термо-ударный взрыв под «Гардом» подбросил 3-тонный шар и со всей силы приложил его к арке двери, разворотив ту и сильно примяв верхнюю часть полусферы самого 3-тонного робота-шара. Тяжело-бронированную «шляпку» перекосило. Брызнули искры. Дрон полыхнул и сразу же потух и затих. Еще 2 подобных ему, но оборудованных ускорителями по бокам, вылетели из темного прохода и попытались уйти к потолку, чтобы оттуда, видимо, нанести скоординированный удар излучателями. «Доф» разгадал маневр и, выставив башенку с легкими плазмо-пушками, ударил с небольшим опережением. В отличии от обычных «Гардов» эти так называемые «Гуторы» были куда более уязвимы из-за вращающихся цилиндров боковых ускорителей. Яркий круглый плазменный разряд с воем вонзился в такой двигатель, отправив шарообразного дрона в крутое пике. Второму досталось еще больше. Заряд плазмы угодил прямо в центр сомкнутых полусфер. Мощности хватило, чтобы прожечь толстую шкурку дрона и выжечь нутро. «Гутор» ярко полыхнул, выдал брызги искр и с черным плотным дымом спикировал следом за поверженным напарником.

Опасные движения сзади сенсор робота засек не сразу. Виной тому были резкие маневры боевой машины, которую «Дофамин» кидал в разные стороны, чтобы перехватить «Гуторов». Два малых легких 14-тонных и совершенно бесшумных диско-подобных космолета-полумесяца взлетели синхронно вертикально на 3 метра вверх, используя бесшумные магнитные отражатели. В сторону «Лома» полетели огненные шершни роторных снарядов. Первые бронебойно-зажигательные стержни ударили в спину мех-доспеха, вызвав каскад искр. Приличный кусок брони оторвало и отбросило в сторону. Обнажились механизмы энерго-питания основного «калибра» – инфразвукового инфьюзиора. Один из снарядов угодил в нижнюю часть лапы, вызвав вспышку огненного пламени. Актуатор «руки» тут же переклинило, и мех-доспех едва не увело в стену.

«Дофамин» развернул робота и ударил в ответ инфьюзиором, пока тот в россыпи многочисленных предупреждений не ушел в отказ насовсем. Была у него некая уверенность, что космолеты находились под управлением живых пилотов, заскочивших внутрь во время его отвлечения на «Гуторов», и он сможет избавиться от них одним махом наиболее эффектно и эффективно. Это сработало ровно на половину. Один «Гланцет» резко вильнул в сторону, будто желая избежать чего-то, что было невидимо для глаз. Космолет резко коснулся пола, грубо заскользил и выбил каскад искр, затем встал на дыбы и перевернулся через «голову». Что-то полыхнуло в районе кабины. Ее колпак открылся нараспашку, и оттуда возникла фигурка в черном, которая нервно и неуклюже пыталась от чего-то избавиться, срывая шлем с головы и закрываясь руками. Инфразвук сделал свое грязное дело, лишив пилота мозга.

Второй космолет не поддался влиянию смертельного для людей оружия и продолжал безудержно молотить роторной авто-пушкой. Два стержня ударили развернувшегося «Лома» по грудной пластине, сорвав весьма приличные куски брони. «Дофамин» не смог удержать мех-доспех из-за поврежденной конечности и рухнул спиной вниз. Его спасло то, что сзади была стена, которую он сильно промял под собой, но она же не позволила ему совсем упасть. Именно это спасло его от тотального «разбора на запчасти» бронебойными роторными снарядами. Они, как дикие осы, с шипением и искрами жалили его в разные участки, вызывая многочисленные предупреждение о выходе из строя различных подсистем. «Доф» под монотонным градом стержней смог приподнять «Лома» на одну лапу и в перекошенном положении довернуть башенку с плазменными пушками. Каким-то чудом она все еще нормально функционировала и была готова к бою. В ответ по «бесявому» космолету «Гланцету» полетела россыпь жутко воющих огненно-белых дрожащих шаров. Плазменные разряды несколько раз огрели летающую боевую машину в момент совершенной неготовности к подобному. Фюзеляж ярко полыхнул, затем резко потух, окутавшись плотным дымом. Выведенный из строя и лишенный управления легкий файтер повело в сторону, и он распался на части, озарив пространство ангара яркой вспышкой детонации. С сопротивлением в ангаре было покончено, но «Лом» не способен был идти дальше из-за серьезных проблем опорно-двигательной системы. Многочисленные шрамы и вспышки искр и пламени на «теле» намекали на то, что и с целостностью корпуса тоже не все в порядке.

Из небольшой ниши мех-доспеха показался пауко-подобный рем-бот, который занялся ремонтом лапы. Колпак кабины с неприятным звуком скрежета отошел кверху, и оттуда выскочил человек-дикобраз с красными стоячими волосами и глазами-цилиндрами. Он бросил небольшой серебристый шар, который, пролетев 15 метров не ударился о металлизированный пол ангара, но как бы отразился от него за счет магнитного поля и скрылся за догорающим «Гланцетом». «Дофамину» пришлось-таки вспомнить про разведку, когда пришла нужда.

Скрежет металла где-то в дальней темной из-за повреждений в потолке части ангара заставил «Дофамина» сильно напрячься. Его маленький шарик-дрон полетел совсем в другую сторону. Он замер на месте. Только это был не сковывающий тело страх, а вполне осознанная необходимость напрячь и усилить все его искусственные импланты и сенсоры, чтобы не пропустить удар по себе. «Доф» был весьма опытен, достаточно хитер и в меру апгрейднут, как техн, чтобы не боятся сюрпризов. Его цилиндрические глаза выдвинулись вперед и сфокусировались. Шум исходил от подбитого, но недобитого шарообразного «Гутора», который сам себе сломал второй цилиндр-ускоритель, чтобы освободиться от ставших теперь ненужным летательных приспособлений. Именно этим был обусловлен скрежет и легкие вспышки искр с той стороны.

- Долбаный шарик! – выругался «Доф» сам в себе. – Все не уймется!

Он хлопнул по кобуре, где висел роторный ствол, активировав тем самым электромагнитную раскрутку внутреннего зарядного цилиндра и разогрев вольфрамовых стержней внутри пистолета. В уши ударил характерный попискивающий звук с увеличивающимся тембром. На фоне всеобщей тишины и лишь потрескивающего изредка языка пламени догорающего «Гланцета» этот звук был как живописующий маркер и указатель – «посмотри на меня». Собственный апгрейд пистолета ради ускоренной активации стал теперь причиной его заблаговременного обнаружения очень опасным и до жути хладнокровным противником. Дрон-шар, будто живой, чуть подлетел вверх, используя магнито-отражатели, замер и раздвинул щели полусфер. Красный глазок вмиг скользнул вдоль горизонтального канала по центру и остановился, сфокусировавшись точно на фигурке «дикобраза с красными колючками», который все так же стоял застыв на месте почти в 2-х сотнях метров от недобитого «Гутора». Однако и «Дофамин» не зря гордился своим модернизированным роторным пистолетом, который за счет двойных катушек зарядки был немедленно готов к применению.

Он выстрелил, как только глазок дрона сменил свой цвет с тускло-красного на ярко-голубой, разразившись вспышкой голубого света. Сам «Дофамин» после выстрела рухнул плашмя, будто подкошенный. Над головой ярко прошипел жаркий обжигающий мерцающий луч, который, на его счастье, нашел себе не менее лакомую цель, срезав в мгновение ока трудящегося над устранением повреждений маленького дрона-паука. Однако его комбинезон на спине успел пострадать и немного оплавится, а в красивых красных волосах образовалась жженая проплешина. От худших последствий спасла искусственность, как самих волос, так и затылочной доли головы. И все же боль «Дофамин» ощутил и потому завыл, захрипел, как зажаренный поросенок.

- Да, подавись уже! – выругался он ровно в тот самый момент, когда его разогретый до бела вольфрамовый стержень-патрон, преодолев 200-метровую дистанцию с характерным звуком вонзился и исчез полностью в тушке дрона чуть выше темной щели, выдав веер ярких разлетающихся в разные стороны искр.

Мерцающий голубой луч импульсного излучателя тут же исчез, а сам шарообразный 3-тонный дрон с гулким тяжелым звуком рухнул на металлопокрытие ангара, выдав еще более яркую серию искр. Верхняя полусфера немного съехала в сторону, и из образовавшейся трещины вырвался дым и языки пламени. С недобитком было покончено, как и со скоропостижно прервавшимся ремонтом лапы «Лома», который, благодаря грубому вмешательству, так толком и не начался. Мех-доспех выбыл из игры, как и сам «Дофамин».

Штурм мостика

Гулкий грохот от взрыва Маок и Мудис услышали, будучи еще на пути к основному мостику станции. Коридор окутало дымом, так что они едва разглядели результаты своего минирования. Один «Ганран» валялся разрезанным напополам по линии груди. Второму взрывом термо-ударной мины оторвало ноги.

- Видишь? Говорил тебе, что дронов пустят первыми… Эх, надо было ЭМИ ставить! – бросил напарнице Маок, вскидывая спрэдган и находу всаживая в трепыхающегося дрона заряд и разрубая грудь многочисленными мелкими «дробинами».

- Не спорь, Мао. Сам подумай. Если бы я установила электромагнитные, а вышли живые охранники, то у нас бы сейчас могли быть проблемы. А так досталось бы и тем и другим.

С доводами Мудис он в итоге быстро согласился. Просто его не отпускал инцидент на «Заре» и сама Касуми со своими тайнами. Мудис тем временем извлекла запасной картридж с ракетами и сменила один из двух ПУ на ранце Маока.

- Все готово! Соберись!

Тот кивнул и отстрелил ракеты. Они ушли вверх и уже через пару секунд взорвались. Термо-ударная волна смела дым в лифтовой и выбила двери в коридор уровнем выше, который вел к центру управления. Мудис, подойдя сзади к Маоку, быстро и четко сняла опустевший картридж и сменила его на мины. Она выпрямилась и изготовилась прыгнуть на ускорителях вверх, но Маок ее придержал. Он резко встал и извлек серебристый шар, подобный гранате.

Совершенно внезапно ожил общий нейро-линк и в уме раздался голос:

- Кто вы такие!? Что вам надо!? … Давайте поговорим, как цивилизованные люди!

Маок и Мудис переглянулись. Оба в своих жутковатых масках выглядели грозно и ужасно.

- Запросили переговоры – это хороший знак – кивнул супруге Маок.

- Почему? – поинтересовалась Мудис.

- Значит мы их прижали так, что нету иного выхода, как просить мира.

Она кивнула ему в ответ, согласившись с доводами:

- И что будем делать?

- Пугать и давить… Хе-хе-хе – ухмыльнулся довольный Маок. – Мы ж тут не ради мира во всем мире, малыш!

Он помешкал немного с переключением на общий нейро-канал, обдумывая ответ, затем мысленно активировал нейро-связь и выдал:

- Нам не очень с вами разговаривать! Сложите оружие и ждите гостей, придурки!

- Нет пощады подлым и мерзким работорговцам! Смерть ублюдкам и детоубийцам! – добавила Мудис своим исказившимся у него в уме голосом. – Пришел ваш час расплаты!

Маок тут же замахал ей рукой не переигрывать и не нагнетать слишком уж сурово, потому как разозленный и загнанный в угол враг может быть опаснее того, кто не теряет надежды выбраться.

Ответа от защитников станции не последовало. Мудис уже изготовилась прыгнуть вверх в шахту на ускорителях, но Маок придержал ее:

- Погоди. Сейчас по закону жанра они решат, что мы пошли в атаку, и уронят лифтовую платформу. Должны уронить, если не совсем дурни.

Все произошло в точности именно так. Оглушенный, ослепленный и деморализованный враг дрогнул и привел в действие собственную ловушку в надежде подловить неизвестных штурмовиков. Платформа с силой и треском рухнула, добавив еще искр и дыма. Мудис тут же кинула ЭМИ-гранату прямо в дымную пелену и детонировала ее. Энерго-разряды никого не поразили, зато вырубили механизм, чтобы противник не попытался воспользоваться этой ловушкой снова.

Маок, однако, все равно не торопился идти в атаку, решив, что противник еще как следует не «разогрет». Зато пришло время для сюрпризов.

- Мы там немного наломали своими ракетами… Самое-то теперь устроить фейерверк с задымлением и запустить мимика. Согласна? – улыбнулся он ей.

Маок физически ощутил, как ее взволнованное лицо под маской улыбнулось. Мудис, не сдержав эмоций, страстно и крепко обняла его, чем лишь подтвердила догадку.

- Люблю тебя, Мао… Ты всегда знаешь, что делать – она на ходу резко прикоснулась к его маске своей, разыгрывая странный поцелуй, затем заняла позицию с другой стороны дымящейся лифтовой шахты.

Маок достал из-за пояса и подбросил вверх небольшой серебристый шар размером с его собственный кулак в тактической перчатке. Тот, будучи еще в полете, озарился едва дрожащей голографической проекции вооруженной фигурки в темном броне-костюме и вернулся обратно, не зацепившись за пол на верхнем этаже.

- Может, надо было выше подбросить – прокомментировала Мудис неудачную попытку. – Нет реакции с их стороны.

Маок выставил руку и поймал шар, который буквально примагнитился к его перчатке.

- У меня есть идея получше.

Он повернулся к ней спиной и указал рукой на сменную кассету запасных флэш- и смог-мин. Мудис достала картридж и вручила его Маоку. Тот вскрыл его и заменил одну из круглых мин на шар-мимик, который оказался даже немного меньше. Он вернул ей кассету, а она перезарядила ПУ на его ранце. Маок снова чуть присел, сгорбился и отстрелил всю перезаряженную 5-зарядную обойму из 2-х флэш-ин, 2-х дымовых и шара-мимика вверх.

- Зачем все мины сразу? – удивилась Мудис.

Маок посмотрел на нее, улыбнулся и сказал:

- А чтоб им не скучно было. Больше дыма и фейерверков, легче не заметить нашу хитрость. Согласна?

- Хорошо, что в кассете, нет ЭМИ? – прокомментировала взволнованно Мудис. – А то мимику будет кабзда.

- Тю… Обижаешь, малыш – успокоил ее Маок.

Он испытывал тот же каскад волнений и чувств, похожий на предвкушения чего-то важного, ожидаемого и приятного. Маок знал, что Мудис ощущает то же самое, но, как женщина, хуже это скрывает и слабее себя сдерживает.

- Мао, я хочу тебя – послышался ее тихий шепот в его уме.

Он кивнул и улыбнулся, потому что испытывал то же самое. Они оба были и действовали, как единый ансамбль, дуэт, настроенный друг для друга неким невидимым камертоном. И хоть Мудис не могла видеть его лица за маской, Маок даже не сомневался, что она услышала его немой ответ в виде улыбки, не хуже чем если бы он был в мыслях.

- «Я тоже, малыш».

Мины взлетев на верхний уровень, отразившись от арки разбитого входа в коридор, залетел в разлом двери и исчезли в коридоре, ведущем к тому самому мостику. В лифтовую шахту прилетели лишь отблески ярких вспышек. Еще через несколько секунда потянуло плотной пеленой дыма. Прелесть этого была в том, что отличить его от «фогги» с нано-частицами было почти невозможно. А последний наводил «ужас» на всех без исключения дронов.

Маок врубил свой ранец на взлет первым. Мудис, глянув на него, так же активировала и устремилась следом. Сверху уже донеслись крики ослепленных охранников и беспорядочная пальба. Дыма только добавилось. Те, кто успел прозреть или избежал ослепления, пытались подловить темную тень голографической двигающейся фигурки в такт катившемуся шару-мимику, который залетев наверх с группой флэш- и смог-мин, теперь как колобок отражался от металлических поверхностей, испуская голограммы и имитируя движения неких до зубов темных вооруженных фигур по мере своего движения вперед.

- Похоже, наши оппоненты нашли себе занятие по вкусу – бросил Маок по нейро-линку напарнице, заметив частые росчерки линии излучателей и вспышки выстрелов из бластеров.

Он коснулся платформы, заглушил ускорители и присел, осматриваясь сквозь сизую пелену дыма. Мудис коснулась его плеча и сразу же шагнула к другой параллельно стене коридора, так же присев и осмотревшись. Пока никакого внимания они не привлекли. Маок медленно встал и выпрямился, прикрываясь лифтовой аркой. Мудис сделала то же самое, но с другой стороны. Теперь уже в ее руках вместо термо-ударного мультигана появились 2 совсем небольших прямо таки детских дамских бластера. Маок посмотрел на Мудис. Она посмотрела в ответ. Оба кивнули головами друг другу в унисон. Маок изготовил спрэдган и шагнул в дым одновременно с напарницей, но с разных сторон прохода, как они и стояли вдоль стен.

Впереди показались импровизированные баррикады из кресел-ковшей на магнитных основаниях. Они лежали боком основаниями к коридору, преграждая путь и обзор. От них чувствовалось сильное отталкивающее магнитное напряжение. Маска Маока забарахлила и дала искажение. Сенсоры на время оглохли. Картинка покрылась белым шумом. Маок откинул маску и проверил спрэдган. Оружие не подвело. ЭМИ-помехи не действовали на простой и даже в чем-то примитивный ствол. Мудис точно так же откинула маску, прищурила глаза, задержала дыхание, чтобы не наглотаться едкого дыма и не испортить всё внезапным кашлем, и, пригнувшись, шагнула вперед. Она достигла баррикад, медленно сдвинула ближайшее сидение, чтобы освободить проход, чуть в сторону, не отводя при этом вытянутой левой руки с бластером от облака дыма сразу за креслом. Помехи прекратились. Маски снова были надвинуты на лица, потому что благодаря активным сенсорам давали неплохой обзор сквозь дым, фильтруя при этом и воздух для дыхания. Охранники неплохо приготовились ко встрече с незваными гостями. Только не учли мимика, который своей активной голограммой в облаках дыма и искр, вполне неплохо сошел за явь. Сквозь густую пелену дыма проступили очертания рекреационной капсулы, заваленной на бок. Это она сильно дымила. Будучи вся испещренная с черными проплавленными отметинами из-за многочисленных попаданий то ли лазеров, то ли бластеров, то ли и того, и другого, приправленного роторными стержнями. Шар-мимик сделал свое дело в лучшем виде. Закольцованная записанная на его память голограмма некой вооруженной фигуры неплохо отыгрывала не только движения, но и падения якобы от попадания. Вкупе с дымом и явной малоопытностью персонала станции это сыграло в лучшем виде. Прям под ногами вдоль стен в странных и нелепых позах примостились два видимо сильно ослепших «Каракурта». Мудис сняла их двумя аккуратными выстрелами из бластеров, почти не выделившись на фоне всеобщего дымного хаоса. Тушки дронов с аккуратными оплавленными дырками в «туловищах» слегка брызнули искрами и распластались на полу, добавив еще немного препятствий на их пути. Движение от лифта к мостику по широкому коридору теперь напоминало некий тир в лабиринте с преградами в виде мебели и трупов дронов.

Вошедшие тихо Маок и Мудис поначалу не привлекли внимание. Из-за ярких вспышек в дыму, грохота и визга от роторных и бластерных зарядов им трудно было даже услышать собственное дыхание. Фильтры лицевой маски шелестели на уровне рта, справляясь с очисткой воздуха. Более-менее сохраняли некое адекватное поведение те самые дроны охраны. Возникший, проступивший из клубов дыма на пути высокий человекоподобный почти 2 метра ростом «Ганран», оказавшийся с фланга от Маока, совсем не пошевелился, не среагировал на незваных гостей, будучи, видимо, все еще ослепшим из-за флэш-мины. Он поймал от Мудис заряд из бластера прямо в голову и даже не сменил позы, но будто бы просто выключился, испустив нервный резкий брызг искр. Еще один заряд бластера полетел в стоящего рядом с ним такого же «слепого» напарника, силуэт которого проступил из облака дыма следом.

Маок со своей стороны точно так же сдвинул препятствие, сделал неспешно еще пару шагов, затем резко присел и выстрелил почти в упор в охранника в черном, скрывавшегося за баррикадой, который сдавленно тихо огрызался и палил из роторного карабина в тень несуществующего голографического штурмовика. Шар-мимик, используя магнито-отражатели, уверенно продолжал катится вперед, отталкиваясь и подпрыгивая, как живой, транслируя при этом весьма грубую вздрагивающую картинку темной фигуры. Он стал теперь своеобразным поводырем для Маок и Мудис в этом лабиринте вспышек, дыма и хаоса. Сейчас именно эта темная фигура несуществующего штурмовика в «тумане войны» собирала на себя все внимание не ослепшей от вспышек флэш-мин охраны.

Помещение самого головного центра управление постепенно проступало сквозь дым и представляло собой достаточно просторный зал с колоннами, поваленными мед-капсулами, паровыми кабинами и мышечным «Адаптеком». Даже грубо и впопыхах разрезанные части некогда большого овального стола теперь так же валялись в качестве баррикады, защиты от вторжения. Кого по задумке охраны это могло остановить в 26-м веке оставалось лишь гадать. Большой объемный дисплей едва проступал сквозь дым и искры, отображая зацикленную информацию из потолочного проектора со словами: «Нет сигнала». Будь там хотя бы какая более светлая заставка, и «прикол» с шаром-мимиком мог бы не проканать. Ступив в широкое пространство центра управления полетами корабля-станции, Маоку и Мудис повезло еще больше. Они попали в тир, как неприглашенные гости, которые могли ни в чем себе не отказывать.

Маок, перемещаясь тихо от колонный к колоне, разрядил заряд спрэдгана в спину еще двум охранникам в черном, которые до последнего пытались поразить несуществующего противника. Они, оглохшие и ослепшие от собственной стрельбы лупили по голографической фигурке, пока не свалились от раскаленной дроби, выпущенной почти в упор. Мудис весьма быстро расправилась со слепым «Ганраном», как заметила 2-х «Каракуртов», примагниченных к потолку. Они, как слепые летучие мыши, висели на потолке вниз головой в ожидании собственного прозрения. Мудис разрядила в них бластеры, работая с обеих рук. Туши дронов громко рухнули на пол, добавив искр и дыма в и без того, плотно окутанное серой пеленой смога пространство. Еще до того, как последний охранник рухнул на пол, сраженный раскаленной картечью спрэдгана, нарисовалась первая настоящая проблема.

В дальней стене отъехала дверь. Ее самой ни Мудис, ни Маок из-за дыма, вспышек и искр не видели, но услышали сквозь возникшую внезапно тишину. Там за дальней стеной был тот самый карго-отсек, ангар, который должен быть уже зачищен «Дофамином», обошедшим на своем «Ломе» сзади. Сквозь плотный смог проступила весьма крупная где-то 2.5-метровая фигура черного широченного «латника». Маок присел на автомате. Сработала интуиция и какое-то осознание, что на этого монстра шар-мимик не подействует. Мудис повторила и присела следом. Обе вжались в колонны, каждый со своей стороны, и затихли, чтобы не выдать себя.

- Мех-доспех? – поинтересовалась у него напарница.

Маок отрицательно покачал головой. Фигура тем временем шагнула ближе и частично проступила из дыма, быстро рассеивающегося в открытом пространстве центра управления. Находясь за колонной Маок аккуратно выглянул и заметил тяжелый броне-доспех, чем-то похожий на «Вихор» Борессы, только не такой рубленный с более плавными округлыми формами. В правой руке у него было нечто крупное вытянутое с несколькими собранными в пучок угловатыми цилиндрами.

- Плохо дело, малыш. Видимо дофаминовая ломка не удалась – обратился к ней Маок. – Это тяжелый преторианский доспех. Этого мимиком не обманешь. Там сенсорика что надо.

- Что делать будем? – тут же отозвалась Мудис.

- Будем импровизировать. Нету времени на план… Сейчас он запустит свою «адскую машину», и расплавит тут все!

Маок согнулся, выставил спину с тяжелым ранцем.

- Перезаряди кассету с мин на ракеты

- Уверен? Это наш резерв… Больше ракет не будет.

- Хель! Мудис! У нас другого шанса не будет!

Она быстро отсоединила крупный черный цилиндр с колодцем внутри и, достав из-за спины подобный ему только более длинный, закрепила, защелкнув крепежи. Этот вроде бы совсем негромкий звук привлек внимание тяжелого латника. Справа и слева от него, будто из-под земли, появились два «Каракурта».

- Мудис! Отвлеки его! Вмажь по свите! … Только прошу не бей по нему. Твои бластеры для громилы, что комариные укусы… Упади за разбитую мед-капсулу и замри!

- Поняла!

Мудис резко вскочила и обрушила энергию своих бластеров по «Каракуртам». Первый тут же потерял конечности и завалился на пол. Второй ушел от огня, увернулся и ударил в ответ. В Мудис полетели бледно желтые лучи легкого пехотного излучателя. Яркий сгусток энергии лизнул защитную пластину на ее груди, но энерго-поле поглотило его, обдав Мудис искрами. Она вскрикнула от боли, но не отступила, продолжая стрелять. Маок прям физически ощутил ее обжигающую боль, как по собственному телу, от работы самодельного энерго-поля с минимальной подкладкой от ожогов. Каждое такое попадание вызывало всплеск энерго-контура, что в свою очередь тут же резко пусть и кратковременно повышало температуру в месте контакта, вызывая те самые ожоги.

Пришло время вмешаться. Маок вскочил с места и, будучи полусогнутым, отстрелил ракету из перезаряженного ПУ. Боеголовка с воем и дымом устремилась прямо в тяжелого черного увальня, находящегося теперь метрах в тридцати от позиции атакующих. Ракета ожидаемо полетела слишком медленно на начальном этапе разгона. Черный здоровяк очень легко увернулся от нее, резко, даже слишком резко для своего размера сместившись в сторону. Термо-ударная боевая часть взорвалась за спиной «великана», повредив дверь в соседний ангар.

- Вот гад! – печально выдал Маок.

Мудис попыталась снова отвлечь его на себя, выскочив и выдав пару залпов из бластеров. На этот раз хотя бы попался второй «Каракурт», который неправильно выбрал для себя цель, прыгнув в сторону Маока. Мудис подловила его в прыжке, срезав заднюю часть туловища и одну из 4-х гофрированных лап. Дрон полыхнул в прыжке, перевернулся в воздухе и плюхнулся на пол, разбрызгивая искры и кусочки металло-полимерного сплава. Его отличная скорость и маневренность, но в ограниченном пространстве, не более 4-х метров в высоту, делали весьма малополезным и уязвимым. Однако и без свиты черный 2.5-метровый бронированный «от» и «до» верзила представлял собой смертельную опасность. Маок прекрасно понимал, что справиться с ним они смогут лишь только через отвлечения его друг на друга. А значит на передний план теперь выходила та самая слаженность действий.

Заработала та самая «адская машина», лучемет тяжелого пехотинца. Яркие желто-белые лучи рассекали воздух, облизывая колонны, выпаривая из них кусочки каменистой структуры. Досталось и дымящейся от многочисленных повреждений мед-капсуле, лежащей поперек прохода. Лучемет слой за слоем весьма быстро растворял, испарял ее структуру, превращая в жаркую дымящуюся лужу.

Мудис попыталась снова вскочить и отвлечь верзилу на себя. В руке она держала термо-ударный мультиган, с которого выдала сжатую струю разогретого воздуха, метя в голову черному здоровяку. Однако уже через 30 шагов струя заметно разошлась рябью горячего воздуха лишь немного качнув «великана». Казалось, что он и не почувствовал попадания вовсе. Блеснули его зловещие красные зрачки-бусинки лицевых сенсоров. Он резко развернул многоствольный излучатель и направил его на Мудис. Она не успела присесть за почти исчезнувшую мед-капсулу, как получила несколько прямых попаданий в грудную пластину своего самодельного бронежилета. Энерго-поле от многочисленных попаданий жаром обожгло собственные плечи и живот. Мудис, не сдерживая себя, закричала от боли и согнулась пополам. Оплавленная броня с вышедшим из строя контроллером энерго-контура полетела в сторону. Теперь она осталась в обычном легком броне-костюме «Зова», который к тому же кое-где успел оплавиться и прожечь ей кожу. Боль была невыносимая. Мудис, быстро достав инжектор из-за пояса, вогнала себе обезбол. Термо-ударный излучатель оказался таким же бесполезным, как и бластеры. Однако кое-что хорошее своим поступком она, все же сделала. Верзила в черном переключился на нее и принялся активно выжигать остатки мед-капсулы, за которой Мудис уже не могла сидеть, но вынуждена была лежать.

- Уходи! Отползай кому говорю! – обратился к ней Маок по нейро-каналу, указывая рукой соседнюю с ней колонну всего в 5-и шагах за спиной.

Мудис замешкалась. Лучи излучателя уже по касательной задевали ее ранец, оставляя характерные оплавленные отметины. Здоровяк в тяжелой броне, не прекращая огонь из лучемета, двинулся влево, чтобы быстрее достать того, кто прятался там за останками мед-капсулы, и сжечь. Маок, видя угрозу, нависшую над Мудис, снова встал, высунулся из-за колонны и выпустил оставшиеся 2 ракеты одну за одной, сразу же рухнув обратно. Отвлечение тяжелого пехотинца на Мудис сыграло с ним злую шутку. Он слишком поздно среагировал на ракетную атаку, хоть и был в движении. Первая боеголовка взорвалась яркой вспышкой флэш-заряда прямо перед его носом, вмиг ослепив всю фронтальную сенсорику. Следующая ракета оказалась электро-магнитной. Она ударилась о плечо с лучеметом, детонировала и обдала черную фигуру дрожащим наполненным электро-разрядами воздухом. Губительный всепожирающий огонь из излучателя тут же прекратился. Черный 2.5-метровый исполин застыл словно статуя. Его левая свободная рука, меньше всего пострадавшая от ЭМИ-импульса, медленно потянулась к шлему. Маок наблюдал за ним и сразу понял, что у того напрочь отказали усилители полимерных мышц.

- Вот ты и попался, урод!

Маок выпрыгнул вперед, сделал несколько прыжков не без помощи ускорителей своего ранца и, дождавшись физического отсоединения тяжелого бронированного шлема, вмазал прямо в лицо охраннику внутри из спрэдгана. Его черная закопченная рожа в тонком нейро-шлеме тут же превратилась в кровавое месиво. Сквозь красные дымящиеся брызги крови и частиц черепа раздался его булькающий гаснущий вопль. Тело в броне медленно развело руки в стороны и рухнуло плашмя на пол. Воцарилась непривычная тишина. Вент-система очистки воздуха постепенно растаскивала остатки дыма, освобождая пространство мостика от смога. Дышать через маску стало легче, хоть дым на полу и так почти не ощущался. Маок подошел к Мудис и присел возле нее.

- Со мной все нормально, Мао – обрадовала она его. – Бронежилет спас. Ожоги пройдут.

Маок крепко обнял ее, приподнял маску и поцеловал. Казалось, все было кончено. Маок уже собрался оповестить остальных, что мостик взят и зачищен. Потом он глянул на большое красное голографическое сообщение, что связи нет, и передумал. Жутко и совершенно буднично без помпы, фанфар и скрежета металла из аварийных люков в потолке спереди и сзади каюты управления «выпорхнули на сцену» тяжелые массивные 3-тонный темно-серые дроны-шары «Гарды». Один из них прямо на глазах у побледневших Маок и Мудис плавно опустился вниз, зависнув где-то в метре от пола. Еще один точно такой же возник сзади, и тоже сверху из точно такого же аварийно-спасательного инженерного прохода. Маок среагировал молниеносно.

- Мудис! Брось пистолеты и вмажь из термо-ударной винтовки! – крикнул он и голосом, и через нейро-эфир.

Он резко пнул ее в бок ногами, вынудив перекатиться через плечо к колонне, чтобы она не думала расслабляться из-за ранения. Мудис даже не пикнула, но, несмотря на боль, тут же послушалась. Маок, понимая, что ПУ на ранце – всё, метнул последнюю гранату из неприкосновенного запаса (НЗ), оставшуюся на поясе в заднего «Гарда». Он даже не посмотрел, что за она. По характерному электро-статическому треску и ряби в воздухе догадаться было не сложно. Вреда 3-тонному бронированному «ублюдку» это не причинило, потому что дрон-шар своевременно захлопнул створки, переждав «непогоду» в коконе. Из-за ограниченности дистанции рассчитывать на промахи этих смертельно опасных охранных дронов просто не приходилось. Хуже всего было то, что ни у Маока, ни у Мудис не осталось по сути средств борьбы с ними, кроме надежды и импровизации.

Оба «Гарда», мерно работая магнито-отражателями, не торопились реализовывать свое подавляющее превосходство и атаковать, будто понимая намерения своего противника попробовать разные способы обмана. Сквозь миниатюрную щель за парочкой наблюдал злобный красный глазок «Гарда», который находился спереди, как бы преграждая путь к той самой двери в карго-отсек.

Мудис тем временем, вскинув мультиган, принялась лупить в «Гарда» впереди, не давая ему разомкнуть щель достаточно широко для выстрела. Малая дистанция сейчас, как это не странно, играла на руку людской парочке. Единственным спасением могли бы стать декоративные колонны, но Маок мельком оценил их возможности, после «шлифовки» лучеметом и сразу понял, что это на один раз максимум и то, при должной сноровке.

- Мудис! Не стреляй! У нас не будет времени на перезарядку! … Давай за мной за спину!

- Что ты задумал!?

- Мой бронежилет цел. Буду танковать.

- С ума сошел!? Он сожжет тебя вместе с броней!

- Подавится! … Я ставлю на колонну.

- Дурак, блин! Это же просто какой-то декоративный камень, который, к тому же, уже оплавленный в ноль!

- Меня слушай, женщина! … Приготовься! Надо бить прямо в щель, понимаешь!? … Прошу, только не промажь, Муди. Второго шанса не будет!

Он толкнула ее плечом себе за спину.

- Второго шанса!? А с тем тыльным уродцем что делать!? – крикнула она надрывно, прячась за спину напарника, и наблюдая за эффектным разрывом той самой ЭМИ-гранаты, что Маок метнул в заднего «Гарда».

Он глянул за спину буквально на мгновение и заметил, как на ее лице, лишенном маски появились слезы.

- Ну, детка… Не надо… Все будет норм. Соберись… Я тебя очень люблю – обратился он к ней в мыслях.

- Я тоже тебя люблю, Мао – ответила она.

Еще никогда в своей жизни они не вляпывались в переделку настолько опасную, как сейчас, буквально на волосок от смерти. Против них были те, с которыми нельзя договориться, нельзя поднять руки или выбросить белый флаг. Все до жути, до ужаса было просто – или ты, или тебя.

Маок, резко развернулся и выстрелил из спрэдгана по тыльному «Гарду», а Мудис, присев перед напарником, специально не стреляла по тому, что был по фронту, как бы приглашая его к барьеру. «Гарда» не пришлось просить дважды. Его щель резко расширилась, красный глазок превратился в голубой и ярко полыхнул ослепительной энергией. Мудис прищурилась. Ее глаза, оказавшиеся теперь без защиты, могли легко ослепнуть.

Голубой луч ударил прямо в колонну, за которой они прятались. И без того усталая оплавленная каменная порода лопнула от высокой температуры и раскрошилась на мелкие кусочки и пыль. Брызнули искры. Зашипел пар от стремительно испаряющегося вещества. Луч по касательной задел плечо Маока. Он вскрикнул и тут же спрятал его за остатками преграды, крикнув:

- Давай! С другой стороны!

Мудис выпорхнула из-за спины напарника, как черная бабочка, в другую сторону, затем перекрутилась через голову и оказалась менее чем в 10-и метрах от сверкающего ярким голубым лучом по колонне «Гарда». Маок заметил, как предательски вздрагивали ее ноги. Как спина, едва удерживаемая силой воли, готовая была вот-вот согнуться под тяжестью липкого страха за жизнь. Он испытывал почти то же самое. Адреналин бил через край, стучал в висках и заставлял постоянно что-то делать, извиваться, приседать и вставать. Мудис тем временем вскинула свой термо-ударный излучатель и вмазала разогретой струей воздуха прямо в щель дрона. Промазать было сложно. «Гард» попытался переключиться на нее, но ему не хватило буквально половины секунды, чтобы перекинуть мерцающий луч на фланг по новой нарисовавшейся у него под боком угрозе. Пораженного дрона повело в сторону. Щель с интеллектуальной начинкой заискрила. Повалил густой дым. Его импульсный излучатель потух, а шарообразная туша с грохотом ударилась о стену и свалилась на пол, исторгая из себя каскады искр и вырывающегося наружу пламени.

Однако радоваться было рано. Второй «Гард» не стал дожидаться приглашения, а ударил Маоку прямо в спину, в крупный массивный ранец с ПУ. Там оставалась последняя обойма с гранатами, которые он в свое время менял на ракеты. Маок знал, был готов к подобному, а потому отключил магнитные крепежи, оставив его болтаться на спине практически на честном слове. Ранец взвыл активированными ускорителями и, отцепившись полностью метнулся в сторону стреляющего сзади «Гарда». Дрон не сразу понял, что произошло. Мерцающий голубой луч тут же повело следом. Сам Маок, угадав с поведением дрона, прыгнул в сторону Мудис, которая как раз добивала уже по сути мертвого «Гарда», всаживая в него струю за струей, пока тяжелая массивная шляпка не съехала на бок. Маок повалил ее на пол, накрыв своим телом.

Бабахнуло знатно. Тяжелого охранного дрона, который остался сзади, толкнуло ударной волной и приложил о соседнюю с ним еще одну декоративную каменную колонну. Маока и Мудис обдало крошевом. Они оба перевернулись и переключились на новую цель. Отсчет шел на секунды, чтобы не дать дрону очухаться после взрыва.

- Мудис! Дави его к дальней стене! – крикнул Маок, бросившись в сторону, чтобы выйти на «Гарда» с другого фланга.

Сказать оказалось как всегда легче, чем сделать. Перезарядив пенал-обойму в своем спрэдгане, Маок направился в обход, в то время как Мудис не давала дрону возможность выстрелить, посылая струю за струей из термо-ударного излучателя. Вот только мультиган был хорош на ближней дистанции и не против такой толстой шкуры. Струи раскаленного дрожащего воздуха с характерным немного дребезжащим звуком разбивались о броне-колпак «Гарда» весьма слабо подталкивая его к Маоку.

- Мао, у меня заряда еще на 3 выстрела! – обратилась к нему взволнованно Мудис.

Он ничего не ответил, хотя слышал ее прекрасно. Сам он удачно заскочил за ближайшую колонну, чтобы довершить слишком долгую ручную перезарядку картриджа.

- 3 – начал он считать про себя выстрелы Мудис.

Выпрыгнув из-за колонный, он в два прыжка оказался за очередной.

- 2 – проговорил он про себя, слушая удар очередной воздушной струи о толстую шкуру дрона-шара.

Он снова рванул вперед что было сил, едва не поймав собственным плечом очередной уже последний выстрел Мудис, отраженный от округлой обтекаемой поверхности брони дрона. Впереди показался последний самая ближайшая частично сломанная «Гардом» колонна.

- Мао! Я всё! – крикнула Мудис и в мыслях, и голосом.

- Ложись! – рявкнул ей Маок, прицелившись в дрона.

Тяжелый бронированный «Гард» очень быстро раздвинул свои полусферы, выставив глазок, который резко вспыхнул голубым. Маок выстрелил тут же со своего фланга. Брызнули искры. Яркий голубой мерцающий луч дрогнул. Маок выстрелил еще прямо в глазок быстро перебегающего по стенам в его сторону импульсного луча. Снова был обманчивый брызг многочисленных искр от раскаленной шрапнели, посекшей броню на верхней и нижней полусферах и не причинивший вреда «начинке». Попасть из условного «дробовика» в щель «Гарда», находящегося всего-то в 5 – 6 метрах от Маока, оказалось той еще задачей. В лицо ударил яркий обжигающий луч. Силовая маска приняла удар на себя и в миг растворилась в каскадах искр. Маок инстинктивно упал, словно от поразившего мощного голубого луча. «Гард», в свою очередь, видимо слишком быстро решил, что с Маоком покончено, метнув глазок мерцающей голубой энергии обратно к лежащей Мудис. Однако вывод оказался преждевременным, скоропостижным и ошибочным. Маок перевернулся, сбросил остатки обгоревшей маски, через которую уже ничего не было видно, вскочил, прыгнул вперед, сократив дистанцию до пары шагов, выгнулся и прямо всунул ствол спрэдгана в щель, сжав триггер. Бабахнул какой-то даже слишком громкий выстрел. Его оттолкнуло назад сильной отдачей. Оружие дернулось в руке и выпало на пол. «Гард» ярко полыхнул, заискрился и шлепнулся рядом с Маоком так, что того подбросило. Он едва успел увернуться в сторону, пока мерзопакостный дрон-убийца, попытался раскатать его в блин своей 3-тонной массой. Однако с ним все было кончено, хотел он того или нет. Что-то внутри массивного полутораметрового шара громко с треском хлопнуло. Верхняя полусфера отлетела в сторону и гулко ударилась о стену. Из вскрывшегося нутра вырвалось пламя, и в треске испускаемых искр повалил густой дым.

Маок поднялся и ощупал свое опухшее от ожогов лицо. Боли он почему-то не чувствовал, хотя физиономия превратилась в некую чужеродную полимерную местами отвердевшую маску, из-за которой было даже тяжело широко открывать глаза. Зато в ушах все еще стучал, пульсировал адреналин, заглушая даже намек на боль. Он вскочил и побежал к Мудис. С ней все было хорошо. Даже не верилось, что они выжили в этом аду. Мудис встала сама без его помощи. Ее лицо было черное от сажи и налипших частиц крошева. Лишь только белые ровные зубы во время улыбки и довольные блестящие хоть и сильно покрасневшие и воспалившиеся глаза выдавали радость.

- «Картер» на связи… Знаю, что меня никто не слышит. Да мне и похрену… Вы просто все даже не представляете, какую гору трупов мы тут с Муди навалили! Лопните, блин, от зависти в своих модных доспехах! … Мы справились! Даже не верится! … Мать моя! Мы ни разу еще не вляпывались в подобные передряги! Это просто чудо какое-то, что мы выжили в этом аду и отделались лишь незначительными ожогами! Вот честно говорю, если сейчас еще какой-то гад вылезет из какой дыры, я просто не поверю глазам и решу, что это мираж… А, вообще, центральный корабельный мостик наш, балбесы напыщенные!

- Они-то не слышат, а я вот слышу – донесся ровный чуть низкий женский слегка даже какой-то отрешенный голос сзади.

Маок и Мудис его сразу узнали, но все равно обернулись в сторону погнутой термо-ударным взрывом двери в карго-отсек и увидели Касуми, которая мягко и незаметно, как кошка, зашла внутрь мостика, аккуратно ступая по грязному полу с трупами охранников и останками дронов. Она внезапно остановилась на полпути и подняла разряженный шар-мимик, который валялся среди дымящихся обломков мед-капсулы и сиротливо моргал тусклым красным светом, как какая-то отработанная многоразовая граната. Касуми внимательно и не без интереса осмотрела его.

- Хм… С виду обычный холо-куб, встроенный в шар-гранату… Просто, дешево и, в то же время, поразительно эффективно – проговорила она негромко словно самой себе.

Маок наблюдал за ней, поглаживая Мудис по голове, волосам и щекам.

- Да уж… Голь на выдумки хитра – подытожила она и бросила шар-мимик Маоку.

Тот легко поймал его и усадил в пустующее гнездо на энерго-поясе. Касуми замерла на какое-то время, словно задумалась над чем-то, затем внезапно обратилась к Маоку и сама же ответила:

- Никто не сбежал? … Это хорошо… Работа, конечно, неидеальная, грязная, но, в целом, законченная… Трупов тут действительно слишком много, но это не ваша вина, а скорее «Дофамина», который облажался со своей частью работы.

Договорив, Касуми неспешно подошла к распластавшемуся тяжелому броне-доспеху. Его шлем лежал рядом, а лицо охранника, представлявшее собой кровавое месиво, все еще дымилось воткнутыми внутрь плоти горячими осколками заряда спрэдгана. Она присела рядом и осмотрела вокруг.

- Неопытный попался… У преторианской тяжелой брони есть тыльная сенсорика. Вместо того, чтобы открываться и высовываться наружу, он мог бы повернуться в пол оборота, навестись и засадить в ответ хотя бы той же миной или ракетой с ПУ. Враз покончил бы с вами.

Маок, услышав это, весьма недобро удивился.

- Так ты все видела? – уточнил он зачем-то.

Касуми смолчала. По этой одной ее беззвучной реакции стало и так все ясно.

- Что же ты не вмешалась и не помогла нам? – возмутилась Мудис, опередив с точно таким же вопросом Маока.

- А зачем? У каждого своя часть работы.

- А если бы нас убили? – снова выдала Мудис.

- Ну вы ж не маленькие детки… Сами с волосами… Знали, на что подписывались – ответила Касуми.

Она, окончив осмотр черной 2.5-метровой туши, неспешно встала и посмотрела в сторону альхонцев.

- Да и ни к чему вам моя помощь. Сами справились…

Мудис запнулась, задумалась и собиралась, видимо, что-то добавить к своим словам, но Маок ее опередил:

- А остальные что? Бора? Лючи? – спросил он.

Касуми посмотрела на него лицевой пластиной своего шлема, сложила его за спину и натянуто улыбнулась.

- Справились… Но хуже.

Маок только теперь ощутил боль на лице, когда попытался широко и довольно улыбнуться. С глаза тут же брызнули слезы, и он тихо застонал, будто ответ Касуми его обидел.

Мудис нежно прильнула к его губам.

- Потерпи, Мао. Я сейчас вгоню тебе наш коктейль.

- У тебя еще остался?

- Да… Кое-что еще тоже осталось. Ты готов? – нежно прошептала она ему в мыслях, не отпуская губ от поцелуя.

- Еще бы!

Маок почувствовал, как боль отступила, сменившись чувством приятного расслабления. Так действовала подмешанная в гремучий раствор небольшая доза замедлителя. Все заботы уходили на задний план. Во всей вселенной были теперь только они с Мудис. Они снова слились в поцелуе, забыв на время о боли и ожогах.

Секретный разговор

Полумрак ангара скрывал силуэт низкорослой женщины в серебристо-сером экзо-костюме, хотя она все равно время от времени осматривалась по сторонам. Тут среди примагниченных и зафиксированных космолетов ее не нашли, наверное, даже, если бы захотели. Тыльный карго-люк у крупного в 3 метра ростом космо-катера «Акведук» был открыт. Фигура вела себя так будто было тут не одна.

- Касуми, ты нашла ГЛТ-спутник? – спросил ее мужской голос из изображение темной фигуры холо-проектора.

Та ответила сразу:

- Да. Я возле него сейчас… На интерактивной связи с тобой, «Квик».

Она подключилась через сенсор космокатера «Акведука», выставив его в сторону цилиндрической формы крупного предмета с штырями-антеннами, направленными в разные стороны. Из-за них предмет походил на угловатого грубого немного вытянутого морского ежа с какой-нибудь Гватории.

- Молодец! Ты умница! … Вижу, разобралась, как оно работает стабильно в Туманности.

- Ничего сложного… Тут в этой красной мгле много просветов. Чем больше просвет, тем в нем меньше помех… Вдобавок ГЛТ-спутник усиливает и дублирует собственный сигнал за счет отражений и искажений самой Туманности.

- Мне не надо подробностей, Касуми… Есть кое-что другое, более важное.

- Что именно?

- Планы по «Бэкдор» немного изменились… Сместились приоритеты… Нам нужно втянуть ГЛТК.

- Можем уничтожить их спутник – бросила Касуми в шутку, не особо раздумывая.

- Что на счет «звездного маршала»? – проигнорировал ее «толстый» юмор «Квик».

- Ничего не заподозрит… ГЛТ-спутник полностью перехвачен. Экипаж «Фривинда», будь он жив, даже если бы захотел послать сигнал СОС, не смог.

- Нет, Касуми, ты не понимаешь… Замани его и уничтожь. Сожги громко и показательно, чтобы он успел поднять тревогу.

На этих словах Касуми немного занервничала. Миссия прирастала новыми рисками.

- Я не уверена, что руководство Патруля одобрит подобное, «Квик». Отряд тоже понес потери и вряд ли согласится на столь рискованную схватку… Там «Луч надежды» с весьма неплохими модификациями. Даже энерго-щиты по всему контуру, прям как у боевого корвета…

Светловолосая мужская фигура на экране подняла руку, чтоб прервать словесное изливание Касуми.

- Не важно, что подумает руководство Патруля. Оно еще мне потом спасибо скажет… И не забывай, на кого ты работаешь, кто платит тебе.

Он сделал паузу. Она молча кивнула. «Квик» дополнил:

- Я все продумал за тебя. Сожги «Луч надежды» рубиновым пульсаром.

Касуми едва сдержала эмоции, чтобы не отреагировать в опрометчивости. Она «проглотила язык», подумала и пояснила уже спокойно:

- Это удар по репутации Звездного Патруля… За нами очень быстро придут. За мной придут… Моя жизнь не будет стоить и жалкого стар-коина.

- Не ной… Сделай все быстро и аккуратно. Перемести станцию в условное место после… Остальное все в силе. Твоя миссия окончится, как только «Зов» сформирует полный альхонский отряд и назначит в нем командира… Вся вина будет на альхонцах. Ты ни при чем.

- Да, но как я заставлю их атаковать «звездного маршала»? Жалкое зрелище…

- Поставь перед фактом! Обоснуй встречу с «Лучом надежды» как неизбежность, как вопрос выживания. Вынуди их самих прийти к необходимости встретить «звездного маршала» и сжечь его.

- Ясно мне все… Одного не пойму, как простая операция так внезапно обросла паутиной сложностей? Разве это кому-то выгодна нагадить всем: и ГЛТК, и Патрулю, и преторианцам, и «Альхону» с Федерацией?

- Очень выгодно… Кроме того, ты забыла про Терра-Нову…

- Это уже не «Бэкдор», а какой-то «Блэк хоул»! – не выдержала Касуми.

- Зови, как хочешь… На кону высокие ставки и большие деньги. Подобное вообще никто не начинал бы, если бы оно не било сразу по всем в той мере, в которой надо… Так что - не облажайся! – понизив голос пояснил человек с экрана.

- Меня креды не интересуют. Мне нужно легализоваться, чтобы у Патруля ко мне не было претензий.

Фигура в объемном экране кивнула:

- Все будет, если не налажаешь… Конец связи.

- Погоди, «Квик» … Есть еще кое-что.

Тот умолк в ожидании. Касуми вздохнула. Она пыталась подобрать слова, чтобы как-то объяснить то, что уже сделала.

- Я дала слово, что отправлю наиболее отличившихся наемников обратно на «Альхон» на отдых в качестве поощрения.

- И кто у тебя отличился? «Доф»? Артефакты?

- Нет – покачала головой Касуми. – Парочка альхонских бандитов.

«Квик» удивился:

- Ну, значит заслужили… Отправляй смело вместе с этим Мекелдоно… Там на «Альхоне» они вольются в ново-сформированный отряд из одних альхонцев и вернутся на «Фривинд», чтобы закончить начатое.

- Но я ж с ними не лечу? – зачем-то уточнила Касуми.

- Еще нет. Твое время придет позже… Уже обсуждали.

Касуми снова замялась, не зная, как объяснить то, что ее беспокоило.

- Тут такое дело… Мекелдоно… У него проблемы со сном. Без меня может и не долететь до «Альхона».

- Что с ним еще? – безразлично уточнил «Квик».

- Он подсел на замедлитель.

- Обсуждали же! – немного более раздраженно ответил «Квик». – Ты сказала, что решила проблему.

Касуми кивнула и потупила взор. «Квик» словно все понял:

- Ноги раздвинула!?

- Он – хороший мужик, «Квик» … Много чего знает. Много рассказывает. Это ж его интерактивная карта помогла нам найти вариант для миссии.

- Влюбилась, дура? … Ты с ним не можешь полететь… Ни «Рубиновый пульсар», ни «Раму» без тебя никто не соберет и не слинкует. А без них «Бэкдор», не «Бэкдор».

- Я знаю… Я ему оставлю свою релакс-капсулу… Тут на станции их полно.

«Квик» опустил глаза и потер лоб, бросив лишь:

- Вот и славно.

Надуманная проблема

Один из доков «Фривинда» был временно превращен в госпиталь. На интенсиве в мед-капсуле лежала Боресса, у которой насквозь было пробито легкое. Если бы не симбионт, то скорее всего она не выжила бы. Хваленая композитная броня с силовым полем не спасла ее «Вихора» от поражения.

Не лучше дела были и у «Дофамина». Его весьма основательно пригрел «Гард», который оставил глубокий жженый след на голове и теле техна. В отличии от Борессы он не нуждался в срочной медицинской помощи, но зато позарез нужна была ремонтная помощь его механическому «другу», который, по сути, лишился ноги и более 60% брони. Кроме того успехи «Дофа» именно против сил охраны комплекса оказались самые скромные. Провал его обходного маневра едва не стал крахом всей операции по захвату полного управления станцией.

Маок и Мудис на фоне всех их выглядели настоящими героями. Несмотря на скромные ресурсы они достигли самых значительных успехов, о чем Касуми не преминула напомнить:

- И хоть я плохо отношусь к этим всем альхонским штучкам, но тут должна признать, что эта парочка сделала все в лучшем виде.

- Ура! Мы летим домой! – обрадовалась Мудис и, повернувшись, крепко обняла Маока.

Однако Касуми быстро охладила ее запал:

- Проблема в том, что нам нужно очень быстро убраться отсюда, потому что мы не можем гарантировать того, что кто-то или что-то не послало сигнал своим. А если сюда нагрянет корабль ГЛТК или какого звездного маршала, то все зря.

- А Звездного Патруля мы не боимся? – весьма удивленно спросил Маок, заметив странность в словах Касуми. - Вроде они самые быстрые на реакцию по сигналу СОС.

Маока не покидало чувства, что он что-то где-то недопонимает. Его удивляло, что ни «Доф», ни Лючи, ни кэп, не обременяют себя этими вполне закономерными вопросами.

Касуми вскользь глянула на него, но ответила сухо:

- Патруль далеко, а корабли ГЛТК, а особенно звездных маршалов – близко.

Прозвучало это вдвойне странно, будто Касуми заранее знала все маршруты патрулирования и нахождения их «утренних звезд» лучше всех.

- Тогда давайте убираться отсюда, как можно скорее – отозвался «Доф». – Чего болтать-то!?

Касуми покосилась на него, прошлась по ангару между ними и активировала проекцию.

- «Фривинд» - не простая зарядная станция, а переделанный корабль. Тут многое изменено в угоду сборки и накопления энергии. Просто так взять и улететь не получится… Энерго-панели развернуты на полную мощность. Кроме того наружу выведены коллекторы и спутники… Их-то мы можем бросить тут, а зарядные панели – нет.

- Свернем их и улетим. Не вижу проблем – вставил свои 5 стар-коинов капитан Мекелдоно. – У меня на Ковчеге тоже универсальные зарядные панели. Складываются и убираются за минуты.

Касуми вывела на экран информацию по «Фривинду». Зарядные панели тут были необычные, а сильно модифицированные. Внешне они мало походили на те плоскости, что были на «Ковчеге». Маок это буквально прочитал на лице капитана.

- Вот это размах! – всплеснул руками кэп. – Это ж куда они всю эту энергию девают!?

Ответ снова отобразился на экране в виде многочисленных трансформаторных подстанций и накопительных эррэев-комплексов особенно на нижних палубах «Фривинда».

- И что нам теперь делать? – спросил «Доф».

- Начнем… Уже начали процесс сворачивания, но это займет пару часов. За это же время вернем все спутники и боты-коллекторы, благо контроль у нас полный.

Она сделала паузу, переключила экран на изображение средних размеров транспортного корабля класса «Луч надежды».

- Этот корабль, судя по данным со станции, крышует наш «Фривинд». Значит, он непременно объявится тут рано или поздно. И пока мы не покинули эту область, нужно готовиться к незваным гостям.

- Да в чем проблема!? – снова всплеснул руками капитан. – Я уведу станции на субсветовой скорости куда-нибудь в сторону. Это ж Туманность. Тут затеряться – раз плюнуть… Явится этот «звездный маршал» и не найдет нас.

- Проблема в том, что если он потеряет нас, то непременно начнет искать… ИИ станции был удален предыдущей командой, а твоя «Астра» пока не радует нас полноценной информацией… Мы даже не знаем, как «звездный маршал» коммуницирует с «Фривиндом» в условиях искажений и помех. Все, что у нас есть, это график предыдущих визитов из бортового журнала станции, который сохранился.

- Может выведем космолеты наружу? Пусть ИИ ими управляет и атакует гостя, как только тот появится – попытался Маок, выдвинув интересную идею.

Касуми на него глянула строго, но ничего не сказала. На экране сменилось изображение «Луча надежды» на область пространства вокруг как бы со стороны.

- Это координата визита, предполагаемое появление «звездного маршала» относительно положения «Фривинда». ИИ нашего капитана провел анализ предыдущих визитов и составил прогноз… «Луч надежды» должен возникнуть тут в течение суточного цикла, чтобы убедиться, что «Фривинд» начал функционировать на новом месте без проблем и вопросов.

- А разве он не попытается сначала связаться со станцией? – спросил снова Мекелдоно.

- Если верить твоей «Астре», то – нет. Звездный маршал прилетает без приглашения и уведомления.

Снова мешался «Дофамин»:

- Тогда нам лучше максимально не дергаться, а притвориться, что все в порядке. Пусть «Акведук» со свитой летает вокруг, будто все у нас хорошо… Прилетит незваный гость, заболтаем его и придумаем, что делать.

Касуми задержала долгий взгляд на техне и довольно кивнула, указав на него даже своей рукой, как некий пример:

- О! Это отличная идея!

- Хм… Может быть и отличная. Но если этот «Луч надежды» реально такой вооруженный до зубов и забронированный в три слоя, то тремя космолетами мы не навоюем – вздохнул Маок.

Касуми отвлеклась на него и пояснила, снова переключив экран на новое изображение.

- Есть кое-что у нас, чтобы достойно встретить и проучить незваного гостя… Это «рубиновый пульсар».

Тут же раздались различные, но весьма эмоциональные реакции от восхищения до сопутствующих вопросов.

- Тихо-тихо… Я и сама не знаю, как оно заработает. Выдержит ли основной контроллер распределения. Вроде бы должен. Тут корабли заряжаются, все таки.

- А какой уровень потребления в моменте? – спросила Мудис у Касуми. – Сколько гигаватт?

Лючи хохотнул. «Доф», как и Маок, удивленно посмотрели на него.

- Гигаватт? – улыбнулась Касуми. – Пента-ватты, милочка!

Ого! – всплеснула руками Мудис. – Даже не представляю, каким должен быть кристаллидный эррэй, чтобы компенсировать нагрузку… Тут надо посчитать.

- Вот и посчитай… А у нас выбора нету – сказала она, повернулась к кэпу и добавила:

- Рем-дроны уже извлекли и распаковали «рубиновый пульсар» из «Мула», чтобы собрать и закрепить его.

- Погоди-ка, это тот самый груз, что мы приняли на Альфа-Гастергауза? Тот, что забрали на КСП? – вмешался Мекелдоно.

Касуми улыбнулась и кивнула:

- А ты внимательный, кэп. Быстро соображаешь.

У нас на борту все это время было уникальное оборудование Патруля? – вмешался Маок. – Может выгоднее было бы продать его на «Альхоне»? Это здорово укрепило бы оборону станции, а мы заработали бы кредов.

Однако после сказанного на него посмотрели, как на не совсем здорового. Даже Мудис дернула его за руку:

- Мао, ну ты скажешь тоже! Если у нас развернуть и применить «рубиновый пульсар», то к нам сбегутся все Патрули, чтобы изъять и наказать. Разве сам не понимаешь этого?

- Пусть только попробуют… Перепродать Федерации, а? – нашелся Маок, чем не мало повеселил остальных.

Касуми тоже улыбнулась и прокомментировала:

- Ага. Ты прям, как одна знакомая блондинка, которой кровь из носа нужно все максимально выгодно продать.

- А что в этом плохого? Технология же уникальная! – искренне удивлялся Маок.

- Тебе женушка уже объяснила. Пусть, значит, еще раз попробует… Мы тут не ради продажи, а ради очень крупного и важного дела, которое и без продажи поднимет «Альхон», его влияние, на новый уровень! … Не понимаю, почему я вынуждена это повторять снова, после сказанного вам еще Фабрианом.

Касуми поддержали остальные. Для Маока же это все прозвучало как-то слишком неестественно, фальшиво и наигранно. Мудис внезапно снова вмешалась на счет обещанного отдыха:

- И, все-таки, что насчет нашего отлета?

Касуми посмотрела на нее, потом на Маока. После этого она задержала взгляд на капитане Мекелдоно.

- Я свои обещания держу… Если не хотите поучаствовать во встрече со «звездным маршалом» - задерживать не буду.

- А кто нас отвезет на «Альхон»? Кэп? – снова спросила Мудис и посмотрела на капитана.

Касуми улыбнулась.

- А что у нас есть тут другие капитаны?

- Можно использовать «Зарю» - попытался Маок.

Однако Касуми на это лишь покачала головой.

- С «Зарей» все еще хуже… Уж не знаю, что там за ИИ был у сектантов, но я бы даже после прописывания туда «Астры» не рискнула бы лететь. На первой же встречной «Раме» попадетесь так, что не отвертитесь… На корабле полно следов пребывания рабов и трупов.

Маок понимающе кивнул головой, а Касуми решила добавить:

- Можете, конечно, рискнуть. Вы ж любите экстрим… Этот, скорее всего, станет для вас последним и самым жестким.

По ангару прокатились смешки.

Долгожданный отлет домой

- Кэп, что там со ставкой? Сыграла?

Это первая фраза, которую задал Маок, завалившись в кают-компанию «Мула», пока Мудис упаковывала добытые в бою ценные трофеи. Хотя слово «трофеи» слишком громкое. Если кто и мог похвастаться добычей, так это Бора и Лючи. Они, несмотря на потери и ранения, стали счастливыми обладателями звена легких мех-доспехов. Даже проваливший свою часть миссии «Доф» заимел хоть и поврежденный, но все же годный к полетам после ремонта космолет «Гланцет». Маоку с Мудис перепал неплохой полностью целый тяжелый броне-комплект Альянса с весьма мелодичным названием на маркировке – «Сандж-зарех». Радовало то, что подобное на черном рынке «Альхона» стоило неменьше того же 15-тонного «Гладиатора», что немного согревало Маока. Ложку дегтя подбросила Касуми, объяснив, что в «Зове Вальхаллы» все трофеи в отряде и начисления боевых очков находятся в ведении конунга, который должен вот-вот прибыть на «Альхон» аж с самого Йотунхейма. Не то, чтобы Маок переживал. Просто он знал с дюжину вполне легальных способов, как получить то, что хотелось, что и так принадлежало ему, как добыча, в обход всех этих дурацких наемнических правил. Одно из них ему подкинула Мудис, просто указав, что наемничество на «Альхоне» запрещено, а значит прилетающий конунг будет вынужден петлять и извиваться, чтобы не сесть в лужу и не сбежать обратно к себе на Йоту, поджав хвост. И если его жену Мудис весьма привлекли все эти железки, то самого Маока куда больше грели креды, в которых он все время, сколько себя помнил, испытывал острую нужду.

Капитан Мекелдоно сидел в капсуле управления там же на мостике, по совместительству – кают-компании, и проверял что-то по судну. Маок отвлек его. Кэп снял нейро-шлем, отложил его в сторону поднялся с капсулы и, подойдя к общему раскладному столу у стены сел сам и предложил то же самое гостю.

- Сыграла твоя ставка… Недавно получил подтверждение через ГЛТ-спутник… Тот самый, что мы захватили.

Маок сделал вид, что иного исхода и не ожидал, хотя внутри просто ликовал от радости. Он присел за стол. Выехала весьма необычная бутылка «заряженной», «паленой» меты из подчищенных запасников «Фривинда». Что там было намешано Маок даже не всматривался. Капитан разлил по бокалам, и они оба осушили их, празднуя успех на ставках.

- Твои 24 креда я тебе уже «зачейнил» - спокойно сказал Мекелдоно, разливая еще мету по стаканам.

Однако Маок теперь оказался этому не очень доволен. Несмотря на то, что напиток «хорошо пошел», расслабив все тело, услышанная им сумма опечалила.

- Какие 24, кэп? Ты ж 500 поставил… Наш выигрыш 125 за вычетом смешной комиссии в пол процента – тут же разложил ситуацию Маок.

Ему никогда не нравился кэп. Тот был сильно старше их всех в отряде и даже, когда пытался к себе расположить своими рассказами, оставался на некой недосягаемой высоте со своими секретами. Вот и сейчас кэп снова хитрил, что Маоку очень не нравилось. Его рука под столом рефлексивно будто сама собой легла на бластер.

- Я поставил только сотню… Мои креды – мое право… Я не могу доверять первому встречному. А если бы ты подвел меня? Спрыгнул с темы? Как бы я с тебя выбивал долг, а? – логично и разумно обосновал все случившееся капитан.

Вот только Маок ему почему-то не верил.

- Кэп, твою ж мать! Я ж тебя сразу сказал, что у меня верняк! – едва сдерживал себя Маок.

– И так, скажи спасибо, что рискнул сотней. Хотя «спасибо» это не тебе, а скорее твоей жене-красавице… Я немного разбираюсь в женщинах…

Однако Маок его перебил и снова наехал:

- При чем тут Мудис! Это ее не касается! Это между мной и тобой… Я тоже не стал бы тем, кем стал, если бы не отвечал за свои слова!

Мекелдоно тяжко вздохнул, допил свой стакан меты и вернул его на столик, не желая более подливать.

- Послушай меня, пацан. Я прожил больше твоего в раза эдак 2 и повидал всякое. Если бы я вашему брату легко верил, то сейчас бы побирался на какой-нибудь станции вроде вашего «Альхона» … Без обид, но посыл ты понял. По глазам вижу, что понял.

Эти его слова или выпитая мета в итоге остудили Маока, было не так важно. Главное, он успокоился и убрал руку с бластера. Применять его тут сейчас было бы слишком разрушительно и для репутации, и для общего дела, и для собственной жизни. Маок прекрасно это понимал.

- Значит зря не доверился… Фальшивому автэнтикату с моим именем так ты поверил – усмехнулся Маок забавной иронии судьбы.

Капитан на это лишь развел руками.

- Сам видишь, к чему меня это привело. Мог бы греть пузо на райское планете, а не влезать во всякие сомнительные мероприятия вроде нынешнего…

Маок внезапно даже подобрел. Он сам разлил мету по стаканам. Недоверие к капитану отчего-то начало улетучиваться с каждой новой фразой о жизни. Хотя, возможно, просто так воздействовала на мозг эта «паленая» мета. Кэп тем временем продолжал объясняться:

- … Это вы в «Зове» по своей воле. Я ж попал сюда обманом… Сейчас на кону моя репутация, моя звездная карта, которая стоила далеко не сотню кредов… Вам воякам этого не понять.

Они снова выпили. Маок откинулся на кресле. Нейро-обруч приятным бархатистым голосом ИИ, напомнил о пополнении счета на 24 креда. Сумма была не очень чтоб крупная, но на «Альхоне» за подобные деньги можно было неделю неплохо жить с ограничениями, конечно, но все же.

- Извини, кэп. Я реально решил, что ты человек очень обеспеченный. Тебе, что 100, что 500… - попробовал со своей стороны Маок, но был тут же перебит.

- А даже если так, что с того? – сразу парировал капитан, повторив движение Маока и откинувшись на кресле. – Я свои креды не на играх поднял, не украл, а заработал.

Маок ухмыльнулся.

- Этот твой «Ковчег» ты тоже заработал? Не верю! … Я может и тупой альхонский бандит, но цену 5-километровой посудины могу себе вообразить.

Мекелдоно замотал головой, не соглашаясь, и снова разлил мету по стаканам.

- «Ковчег» мне достался по одному весьма удачному стечению обстоятельств от друга детства – такого же законченного гэмблера, как и ты, только родившегося с золотой ложкой во рту… Тогда давно мы служили вместе в космо-флоте ФСМ. Там и сошлись… Только для него это было престижно и почетно… Еще бы! С фамилией «би-Скайди»! Капитан целого крейсера, не то, что я, военный грузовоз снабжения… Зато для меня это была школа жизни. С нами ведь никто в космо-флоте не церемонился. Потерял груз – присел на пару лет… О должном оформлении никто не заботился. Загрузили – вези. Недовез, потерял – присел на пару лет или в забой на астро-шахты где-нибудь в системе Росс… Тогда-то я понял, что надо продумывать маршруты, договариваться заранее. Тем более, если контрабанда… А главное, всегда можно заработать дополнительно, если знать, что и как делать.

- Ума не приложу, как ты сдружился-то с этим «би-»? – спросил Маок, понимая, что кэп может быть очень интересным и открытым собеседником, если выпьет чуть больше, и не будет других ушей.

Впереди их ждал долгий более чем 2-недельный перелет на «Альхон» с несколькими остановки для дозарядки по пути. «Мул» не отличался высокими прыжково-скоростными характеристиками, да и долгим пребыванием в ВК похвастаться не мог.

Мекелдоно ответил на вопрос не сразу, но чуть погодя:

- Не важно как… Сдружились и все… Ну, прикрыл я его задницу, а сам за это получил 2 года шахт. Думал, сам дурак. Знал, кого прикрывал. Знал, что благодарности от таких людей не будет… А вот и ошибся… Нормальным оказался. Помог с УДО… В компанию его отца нужны были пилоты-дальнобои… Так я получил своего «Кэмэлвэя» … Не, ну, не своего конечно, но как своего.

Он умолк, отпил немного меты, вздохнул. По глазам Маок понял, что кэп погрузился в воспоминания. А ему-то хотелось продолжения разговора. Сам не замечая того, он все больше и больше начинал уважать капитана. Даже его эта жадная ставка в сотку, теперь уже не казалась какой-то жлобской, но человека, который просто умеет считать деньги. Сам Маок, конечно, был не таким. Он испытывал азарт, неописуемый восторг, от одной мысли легко поднять креды. Победа ощущалась, как экстаз от секса и даже лучше секса. В интимном плане Маок был менее искусен. Его эта сфера особо и не увлекала. А вот ставки, альхон-бридж, это прям завлекало очень сильно. Маок за эту свою слабость уже поплатился 3-мя месяцами в капсуле. Научило ли его это чему-нибудь, вопрос был открытый. Он и сам на него толком ответить не смог бы. Просто Мудис ни о чем не должна была узнать, догадаться, иначе надежный тыл мог и пострадать.

- Эй, там на «Муле»! Отлетающие! – раздался голос Касуми из репродуктора. – Для вас фантастическая новость. Твоя «Астра», кэп, раскопала на складе «Фривинда» трамплинные кольца… Полетите с ветерком!

Маок, уже взяв очередной стакан меты, вопросительно посмотрел на Мекелдоно. Это был своего рода тест ответит ли кэп сам или же снова включит «молчанку». И он, радостно просияв лицом, ответил подняв глаза вверх:

- Трамплинные кольца – это просто замечательно!

Затем повернул голову в сторону Маок и радостным голосом добавил:

- Разгоняться будем не сами, а за счет магнитных полей. Идеально! … Правда придется пристегнуться! … Зато долетим циклов за 9.

- Такая разница? – удивился Маок.

Мекелдоно кивнул:

- Только одна остановка для дозарядки будет.

- А если нас Патрули перехватят где? – не унимался Маок.

Мекелдоно улыбнулся и отрицательно покачал головой.

- Не будут… Мы для них слишком мелкие… Только, если прям на пути какого крейсера окажемся или напрямую через систему полетим… Но в том-то и прелесть вашего «Альхона», что во все стороны чистое «черное небо» и кратчайший путь в обход большинства мониторинговых зон Патруля.

- Вот видишь, кэп, а ты мою родину дырой обозвал! – улыбнулся Маок и чокнулся с повисшем в воздухе стаканом меты Мекелдоно.

Капитан однако призадумался и радости Маока не разделил:

- Теперь я начинаю понимать, почему у вас так весело. На «Альхоне» сходятся интересы всех.

Тут Маок понял, что кэп сейчас уйдет в политику, а этого ему совсем не хотелось.

- Брось, кэп… «Альхон» и «Альхон» … Расскажи лучше, как тебя угораздило сцепить эту мелкую грозную валькирию… Не хочу сказать плохо о выборе. На вкус и цвет…

Мекелдоно рассмеялся, допил мету, громко поставил стакан и сказал:

- Это да! Куда уж ей до твоей Мудис! … Но это долгая история, приятель… Так-то у меня тоже со вкусом все в порядке. И точно не в пользу Касуми… Только нет ее больше. Погибла.

На последней фразе капитан заметно приуныл и потупил взор.

Разгон при помощи трамплинных колец запомнился Маоку сильной, почти сумасшедшей тряской. Когда же наконец они ушли в ВК, он выдохнул и отстегнул магнитные крепежи. То же самое сделали и остальные. Он хотел уже встать и пойти прогуляться со своей Мудис по кораблю в места не столь отдаленные, но капитан придержал их.

- Мне нужно с вами кое о чем поговорить. Это важно – начал он.

Маок и Мудис переглянулись, будучи уже у самого выхода из каюты, но вернулись на свои места. На столе возникла бутыль меты, что намекало на очередной важный и серьезный разговор.

- Я хочу попросить вас об одном важном одолжении.

- Что именно? – уточнил оба: и Маок, и Мудис почти одновременно.

Мекелдоно немного замялся. Залпом осушил свой стакан и наполнил его снова. Затем пробежался глазами по потолку и стенам, будто в поисках поддержки со стороны своей «Астры». Потом вздохнул, немного расслабился, успокоился и начал объяснять:

- Меня мучают кошмары. Я едва сам совладаю с ними. Могу, конечно, и замедлителем обходиться, но у меня на препарат началось привыкание, а это в моем возрасте чревато… Касуми оставила свою релакс-камеру… В ней сложно быть мало, потому что она сильно расслабляет. Там легко вырубиться и заснуть, а для «спящего», вроде меня или вас, это прямой путь в кому…. Понимаете?

Маок кивнул, Мудис тоже.

- Что ты предлагаешь, кэп? Не пускать тебя в релакс-камеру? – попробовать угадать Маок.

Капитан тут же замотал головой.

- Нет, но ты или… - он перевел взгляд на Мудис, - должны присматривать за мной во время сна. Быть рядом…

Маок махнул рукой, не дослушав.

- Это ж ерунда, кэп… Настроим твою «Астру», чтобы следила за тобой и сразу сообщала, если ты вдруг потянешься к замедлителю или полезешь в релакс-капсулу.

Однако Мекелдоно на это лишь замотал головой:

- Вы не поняли… Нужно не «не давать» мне не спать, а следить, чтобы я не «закошмарил» … Сразу же будить в случае чего… Без меня, как капитана, вы рискуете не долететь до «Альхона», если что-то произойдет по пути. Понимаете?

Ответила Мудис:

- Давай настроим релакс-камеру по таймеру или по твоим параметрам тела, чтобы происходило само-отключение.

Капитан глянул на нее и снова замотал головой.

- Сложность в том, что я обычный спящий, как и вы. А таким противопоказана релакс-камеры в принципе. Отключка может случится в любой момент или не случится вовсе.

- Тогда коли замедлитель – бросил Маок.

Снова вмешалась Мудис:

- Мао, какой замедлитель? Если ты будешь вгонять его просто так, ради хорошего крепкого сна, то получишь зависимость… Кэп же тебе уже сказал об этом… Потом задолбаешься лечиться, да еще и за-дорого.

- Не вижу тогда, чем мы можем помочь тебе, кэп – пожал плечами Маок.

Тот помолчал, немного помялся, отпил меты и начал снова издалека:

- Касуми никогда мне особо не нравилась. Это она остановила меня от подсаживания на замедлитель… Я уже взрослый мальчик и сам понимаю, что приобретаю зависимость… После всех этих миссий я лягу в мед-центр и стану «неспящим», если такой переход вообще возможен в моем возрасте…

- А что за беда такая у тебя со снами? – не выдержал Маок.

- Нет никакой беды, кроме жутких кошмаров.

На этих словах Мекелдоно указал темные следы-синяки на шее под нейро-обручем.

- Такие же на животе и груди… Все это в результате кошмаров. Одна мерзкая тварь, которая меня посещает во сне, оставляет на моем теле вполне реальные следы.

Маок опешил. Все это попахивало каким-то дремучим суеверием. Если бы кэп баловался «Орфеем» или еще какой подобной «дрянью» - это можно было бы как-то объяснить.

- Послушай, кэп, а может ты гонишь? Может это Касуми тебе понаоставляла следов на память, а?

Мекелдоно вздохнул. Казалось, он уже и сам был не рад, что начал этот разговор. Он допил свою мету и налил еще.

- Увы, но нет… Вот, стал бы я вам втирать чепуху, даже еще и такую отборную, если бы все это было враньем!? Ты сам как думаешь!? – сменил тон капитан.

Маок замялся. Все еще не верилось, что такое возможно. Вмешалась снова Мудис. Она выдвинулась чуть вперед и положила свою ладонь на руку капитана.

- Чем мы можем помочь, кэп? – спросила она.

Он посмотрел ей в глаза, и снова замялся, как нашкодивший школьник.

- Мне нужно отдыхать, как и обычному «спящему» … Я могу провалиться в сон и даже погибнуть в нем. Нужно, чтобы кто-то был рядом и прижимался ко мне.

Маок широко раскрыл глаза и, не веря своим ушам, посмотрел на капитана.

- Кэп, не вопрос! Я с тобой лягу, прижмусь к тебе и пригрею, как родного, а!? – развеселился он, недобро посматривая на ладонь Мудис.

- Маок, это не смешно – недовольно посмотрела на него супруга.

- А я и не смеюсь. Пусть кэп меня даже обнимет, если хочет. А вот начнет приставать, так я его вмиг разбужу.

- Все не так… Нужно чутко смотреть за мной, за изменениями на теле. Сон по дыханию, по сердцебиению со стороны может быть, как обычный. Дело в нюансах, которые нельзя заметить со стороны… Да о чем я вам говорю! Даже «Астра» со всеми своими приборами и датчиками не замечает ничего, а я кошмарю и умираю! … Поймите вы, что это все серьезно!

- Ну, а Касуми какой совет тебе дала, кэп? – нашелся Маок.

- Я ж сказал уже… Она оставила релакс-камеру… По идее обычному «спящему» должно хватить полчаса, чтобы типа «выспаться» в ней… Но есть риск впасть в кому.

- Так может мы за тобой в капсуле присмотрим, кэп? – снова вмешался Маок. – И тогда у меня не будет недобрых мыслей на счет твоих хитро-задуманных поползновений в сторону моей ненаглядной супруги, а?

- Мао, что ты несешь!? – не выдержала Мудис. – Я что кукла какая, что меня можно без моего желания? Как тебе не стыдно?

Маок вздохнул, кивнул головой и исправился:

- Ладно… Но только потому, Муди, что я тебе доверяю… Спи с ним, как брат с сестрой, но не больше положенного.

Мекелдоно, слушая все это, лишь еще больше закачал головой.

- Это не главное… Главное, чтобы ты сама не засыпала, иначе можешь упустить момент, понимаешь? – добавил он.

Маок же все никак не мог уняться и успокоится. Ему мерещилась хитро-задуманная измена. Внутри просто выворачивало от одной мысли, что Мудис ляжет в постель к капитану и прижмется к нему пусть и в одежде. Но еще более его возмущал предлог, который буквально выставлял кэпа в качестве жертвы, требующей от самого Маока разрешения, в котором, к тому же, нельзя никак отказать.

- Послушай, кэп, а как ты с этой Касуми справлялся… Она что, реально с тобой в капсуле и в постели все время проводила!? – возмутился он, не скрывая эмоций.

- Блин, Мао, не тупи. Касуми – «неспящая». Она может не спать все время – ответила за него Мудис.

- Ну и, у нас с ней была интимная близость, после которой я как-то засыпал, как младенец, совсем без снов… Это оказался самый простой и рабочий вариант – пояснил кэп.

Маок от услышанного всплеснул руками.

- Эх, жаль, что мы какую рабыню тебе не захватили с «Фривинда» или одну из этих батерфлесс! – хохотнул он.

Мудис резко хлопнула его по плечу, высказавшись:

- Мао, заткнись. Бесишь своей ревностью. Аж противно.

Однако Мекелдоно остановил ее и добавил:

- Нет, Мудис, Маок прав. Мне надо было бы озаботиться этим заранее, чтобы не ставить вас в неловкое положение… Просто к хорошему привыкаешь. Касуми, похоже, любила это дело…

- Тоже мне секрет полишинеля… Все «неспящие» любят это дело… У них или релакс-камера или хороший такой секс – попытался реабилитироваться Маок. – Если руки и другие части тела распускать не будешь – я без претензий, кэп… Считай, что ты в элитном стриптиз-клубе. Девочки раздеваются и одеваются, а трогать нельзя.

Мекелдоно проснулся в хорошем настроении и расположении духа. Из широкого панорамного окна в комнате струился естественный свет. Через поры в окне донесся звук прибоя.

- Вот блин! Приснится же такое!

Он потянулся, лежа в постели, и привстал на локти. За окном начиналось ласковое райское утро. Легкий морской бриз гнал розовые нежные волны к берегу.

- Все таки, как тут красиво! Вроде бы у меня искусственный пляж, а все как будто настоящее! – произнес он вслух сам себе.

- Да, кэп, мы тоже по тебе соскучились – послышался тихий шипящий, но вроде бы женский голос откуда-то из дальнего темного угла комнаты.

Мекелдоно присмотрелся и сам не понял, как такое возможно. Вся комната была залита равномерным светом, но угол напротив его кровати был совершенно темен, словно была глубокая ночь. Мекелдоно не испугался и не заволновался, ведь за окном была чудесная погода. Он потер глаза руками, будучи уверенным, что это всего лишь какие-то остатки сна. Однако это не помогло. Голос из мрака теперь дополнился жутковатыми зелеными огоньками-точками на уровне предполагаемой головы собеседника из темного угла. Мекелдоно всмотрелся. Там действительно присутствовала некая сущность, которая скрывалась от света. Ее контуры проступали невнятно, нечетко. Очертания едва читались. Но воображение лихо дорисовывало тощий жутковатый силуэт, черпая сведения из глубин собственного подсознания. Страх пришел тут же вместе с тем самым пониманием и серьезной в своей жути оценкой происходящего. Леденящий ужас сковал его ноги, а руки зацементировал в локтевой полу-приподнятой над подушкой позе. Глаза Мекелдоно с болью и резью всматривались во мрак угла, чтобы опровергнуть собственное пугающее открытие.

- Кто ты? Что тебе надо? – выдал он дрогнувшим голосом.

- Я – Мирэн – прозвучал определенно женский, но все такой же хриплый и немного странный голос в ответ. – Мирэн О-Хара. Разве не помнишь?

Мекелдоно помнил ее. Конечно помнил. Только обрадоваться не мог. Его все еще сковывал леденящий душу страх, несмотря на прекрасную погоду за окном. В горле застрял комок, который он не мог сглотнуть. По спине побежали холодного капли пота. «Это сон! Просто сон! Кошмар! Надо проснуться!». Он сделал над собой усилие и попытался привстать, но руки в локтях словно приросли к кровати и отказывались подчиняться.

- Ты нам нужен, кэп… «Ковчег» без тебя не улетит. Возвращайся по-хорошему, иначе мы поможем, но уже по-плохому.

Еще пока голос говорил, светило, одно из 3-х Фомальгаутов, сместилось в сторону и попыталось заглянуть своими лучами в тот самый дальний угол. Первые лучи лизнули нижнюю часть, выхватив бледные но весьма симпатичные ровные голые женские ноги. Тело зашевелилось и встало с кресла, выступив чуть вперед. Кошмар нарисованный воображением Мекелдоно, развеялся как дым. В лучах восходящего светила тощее жуткое тело внезапно преобразилось и стало похоже на ту самую Мирэн из Парпланда. Возникшие из мрака изящные продолговатые овалы бедер с темной скрытой впадиной в их тени, выступившая вперед под скользящие лучи света грудь с темными ореолами сосков взволновали, взбудоражили его воображении. Еще до того, как полностью проступило ее лицо, Мекелдоно расслабился и, опустившись головой на подушку, закинул руки за голову. Он облегченно выдохнул. Утро обещало быть весьма приятным. Мозг его почему-то совершенно не напрягался вопросами, откуда она взялась или как сюда попала. Он был в раю, в райской Эдэмии. А тут все хорошее и приятное происходило само сабой, «потому что». Лицо женщины тоже не разочаровало его. И хоть оно было через-чур бледное для «солнечной» Эдэмии, Мекелдоно помнил, откуда родом Мирэн, и что там вечные сумерки, и светила вообще никогда не видно. Женщина, улыбнувшись белыми красивыми зубами, быстро и задорно выступила на середину комнаты. Ее прелести в лучах светила волновали воображение Мекелдоно. Кровь прилила к тазу. Мекелдоно с улыбкой поманил гостью к себе. Мирэн, улыбнувшись и хохотнув, подбежала и прыгнула прямо на кровать, усевшись на его живот поверх покрывала.

- Соскучился без меня, кэп? – сказала она кокетливо, проводя бледной ладонью, по бугорку на покрывале.

Шипения или хриплости в голосе гостьи Мекелдоно даже не заметил. Его внимание было приковано к приятным глазу формам, изгибу фигуры, каштановому «треугольнику» внизу. Мекелдоно привлек к себе красивое фигуристое атлетичное тело женщины с каштановыми вьющимися волосами, чтобы поцеловать. Ее руки нырнули под покрывало. Мекелдоно коснулся ладонями ее грудей, сосков, услышал ее глубокий вздох. Прелести Мирэн приковали его взгляд. Ее рука под покрывалом коснулась кэпа, и все тело, будто током, пронзил жуткий холод. Он дернулся и попытался отстраниться, но не смог.

- Мирэн, что с руками, почему такие холодные? – возмутился Мекелдоно, не в силах быстро привыкнуть к «бодрящей свежести» ее неласковых касаний.

- Много хочешь, кэп… Там, откуда я, отопление еще не подвели.

- Хм… Шутишь? – закатил глаза Мекелдоно от все еще приятного ожидания и предвкушения. – И откуда же ты?

Не дожидаясь ответа и дабы не испортить момент такой ерундой, он решил взять дело в свои руки. Мекелдоно резко привлек ее, крепко поцеловал в ледяные губы, сковав пальцы ладоней за ее спиной. Не в силах долго бороться с холодом, он переключился на шею и плечи, которые в лучах Фомальгаута выглядели теплее. Однако и там оказался леденящий кровь холод. Мекелдоно ловко снял ее с себя и увлек вниз, на постель, продолжая целовать в надежде согреть ее тело своей пылкой страстью. Мирэн вела себя, как послушная кукла, давая переворачивать и опрокидывать, как угодно и куда угодно. Эта пассивность вкупе с холодом делали ее еще более похожей на труп. Мекелдоно не сдавался, отбрасывая все нелицеприятные сравнения. Он развернул ее спиной к себе, откинул покрывало и, едва не воя от холода, попытался осуществить задуманное, когда внезапно услышал ответ на свой риторический вопрос, которого совсем не ждал:

- Я оттуда, кэп, откуда не возвращаются… С того света.

Он замер, но испугаться не успел, как получил очень сильный удар по лицу и в пах почти одновременно. Все наваждение в виде комнаты в домике на Эдэмии исчезло, растворилось как утренний туман. На него смотрело строгое и суровое лицо жгучей брюнетки по имени Мудис, которая, ловко перехватив его руку, запущенную ей прямо в паховую щель комбинезона, от души вмазала второй рукой по лицу, а коленом между ног.

Первое, что почувствовал кэп, когда проснулся – это резкая дикая боль. Болело не только лицо и не столько лицо.

- Почему у тебя такая ледяная рука? – возмутилась Мудис, отстраняя его от себя и поправляя комбинезон. – Прям, как у покойника.

Из репродуктора послышался голос Маока:

- Он пристает к тебе, детка?

Мудис посмотрела наверх, затем снова на скорчившегося от боли Мекелдоно и ответила громким голосом:

- Нет. Это просто сон… Кэпу приснился кошмар. Кто-то его немного приложил по лицу и по… хм… паху. Вот его и скрутило… Думаю, что ничего страшного.

- Все под контролем? – снова спросил Маок.

- Да, Мао… Мекелдоно – паинька, и совсем не шалит – бросила она в ответ, переключая фокус то на потолок, то на капитана.

Договорив, Мудис повернулась к нему, погладила по голове и уже шёпотом добавила лично ему:

- Правда, кэп? Ты ж больше не будешь шалить?

- Нет… Не буду – простонал тот, все еще корчась от боли и сжимаясь подобно пружине.

- Вот и умница. А теперь давай спать – прошептала она ему в ухо, как нашкодившему ребенку.

Он покрутился немного, отвернулся в сторону и затих. Однако сон уже не шел, хотя Мекелдоно попытался поспать. Вместо безуспешных попыток вздремнуть он внезапно разоткровенничался:

- Мне приснился кошмар… Просто он был в образе погибшей моей знакомой Мирэн. Во сне она была просто бесподобна. Я не удержался… Это хорошо, что ты меня разбудила. Спасибо.

Мудис слегка приподнялась, посмотрела с нескрываемым удивлением на капитана, затем легла обратно и сказала из-за спины:

- Не за что… Только запомни, будешь приставать – будешь получать.

Мекелдоно ничего не ответил, но лишь тяжело вздохнул. Мудис пояснила:

- Кэп, пойми… Если вдруг ты решил, что ради твоей болезни, я стану изменять мужу, то ты не за ту меня принял… Я тебе не Касуми, и ноги раздвигать не стану, будь ты хоть сам предел всех моих мечтаний… А потому лучше не распускай руки и свой… хм…, пока я тебе его не придавила чем-нибудь тяжелым.

Когда до системы Альхены оставалась не более суточного цикла лёта за трапезой капитан Мекелдоно внезапно сказал Маоку:

- Я тебя обманул.

И Мудис, и Маок прекратили есть. Маок покосился на супругу и заметил ее посерьезневшее сразу лицо.

- Так-так. И в чем же? – отозвался он.

- Я тогда поставил 5 сотен. Все твои 10 кандидатов из списка прошли отборочные. «Верняк» сыграл… 250 кредов выигрыш. Ваши 125 за вычетом комиссии.

Маок прям щекой ощутил пронзительный буравящий взгляд на себе Мудис.

- Мао, о чем это капитан? – спросила она голосом, полным догадок и подозрений.

- Кэп, какого хеля!? – возмутился Маок, мысленно обратившись к Мекелдоно, чтобы Мудис не услышала. – Просил же не говорить о ставках при ней!

- Извини, приятель, у меня есть кое-что куда более важное для вас, поэтому я забыл об этой мелочи.

- Мать моя, кэп! Мудис на дух не переносит гэмблинг! … К тому же я обещал ей! Ты меня выставил в неприглядном свете! – не унимался Маок, чувствуя, как начинает гореть и покрываться потом его кожа на щеке в том месте, куда не моргая с прищуром смотрела супруга.

- Мао, ты же мне обещал – грустно и очень подавленно выдала она. – И не надо выговаривать капитану за то, что вскрыл этот ваш секрет. Я тебя насквозь вижу… Как ты мог, зная через что мне прошлось пройти, чтобы вытащить тебя из капсулы!?

Капитан Мекелдоно, услышав все это, внезапно сделал удивленное лицо.

- А разве это не я выкупил его через кругленькую оплату за поддельный автэнтикат? – слегка даже возмутился он.

Мудис перевела взгляд на капитана, но осуждающего выражения лица не изменила. Маок заметил, как кэп поежился от этого уничижительного взгляда.

- А тебя, кэп, не смутило, что Маок намного младше, а? Или ты думаешь в банке должников нету никого старше него, чтобы лучше подошел по возрасту?

Мекелдоно опешил, замялся и смолчал, лишь буркнув как бы даже себе самому:

- Я об этом не думал. Что предложили, то и взял.

- То-то и оно, что не думал! … А мне пришлось пойти на такое, о чем сейчас даже вспоминать противно!

Глаза Мудис заблестели от влаги. Она отвернулась и смахнула их. Маок попробовал приобнять ее, но она оттолкнула и отвернулась. Мекелдоно попытался их примирить:

- Мудис, не бери в голову. Это вообще не то, что ты себе подумала. Маок предложил мне поставить креды.

- Конечно тебе! У него нету своих! – тут же огрызнулась в ответ Мудис, едва сдерживая голос и эмоции, чтобы не сорваться.

- Так Маок ничем не рисковал! – более громко и четко даже с какой-то улыбкой произнес Мекелдоно. – Наоборот, он даже выиграл! Вы выиграли!

Заметив старания кэпа, подключился к примирению и сам «виновник»:

- Вот видишь, Муди… Это был наш с кэпом сюрприз, подарок… Ты ж хотела получить отдых на побережье на Би-Проксиме? Вот теперь и креды на это есть!

Договорив, он снова попытался приобнять ее. Теперь вроде бы даже получилось. Мудис сидела, положив голову на стол и закрывшись ото всех руками, и теперь не препятствовала. Казалось, все разрешилось наконец. Однако Мудис внезапно сбросила руку Маока, подняла голову, откинула копну волос и строго посмотрела на капитана. Тот поежился.

- Кэп, ты не понимаешь. Спроси у него, как он угодил в капсулу должников – кивнула она в сторону супруга.

Мекелдоно немного помялся, посмотрел на Маока и спросил:

- И как?

Однако вместо него снова речь взяла Мудис:

- Как? Думаешь его на каком деле повязали или в бою ранили и пленили? Черта с два! … Он проигрался, а заплатить было нечем!

- Это была подстава, Мудис. Ты ж всего не знаешь… Меня стерва Краяда развела уже в самом конце! Я тебе говорил об этом!

- Говорил!? – строго и грозно повернула она голову и посмотрела на Маока. – Когда тебя повязали за долги!

Маок снова мягко положил свою руку ей на плечо и приобнял.

- Ну, малыш, будет уже… Мы ж уже все это пережили, выводы сделали.

Это подействовало. Мудис вздохнула и прислонилась к нему, спрятав лицо ему в плечо.

- Зачем ты вообще уговорил капитана делать ставки? –возмутилась она, но куда более спокойным тоном.

На это опять вмешался Мекелдоно:

- Да я и сам не прочь. Комиссия смешная, процент ставки высокий. Грех не попробовать. А тут Маок сказал, что у него верняк.

- Вот видишь! … Как бы я сыграл, если у меня кредов нету, сама подумай? – добавил «ложку меда» сам виновник.

- Да вы вообще в плюсе… Если бы ставка не сыграла – никаких долгов. А если сыграла – половина Маока – добавил свой гвоздь в крышку железобетонных аргументов Мекелдоно.

Мудис совсем успокоилась. Маок мысленно поблагодарил кэпа за поддержку. Она, заметив улыбки на лицах мужчин, сказала:

- Маоку нельзя играть. Он забывается и играет, пока все не проиграет… Второго такого раза я просто не выдержу.

Маок погладил ее и крепко поцеловал. Мудис повеселела и, казалось, остатки неприятного разговора совсем выветрились. Маок понимал, что где-то глубоко внутри у нее остался осадок, но он так же прекрасно знал, что его Мудис будет изо всех сил стараться забыть все неприятности между ними, чтобы сохранить отношения на том самом близком и доверительном уровне. В том числе и за это незлобие и забывание плохого он любил ее.

- А зачем вам тратить креды на Би-Проксиму? – внезапно спросил их капитан.

- Это мечта Мудис… Мы никогда не были на море, но недавно посетили Би-Проксиму, когда меня восстанавливали после гибернизации. Мед-центр был на берегу прекрасного залива.

Мекелдоно махнул рукой.

- Я ж не о том… Приглашаю вас к себе на Эдэмию. Би-Проксима со своими заливами в подметки не годится. Уж поверьте мне!

Мудис, лежа на плече Маока, приподняла лицо и посмотрела на него, потом на капитана. Маок немного замялся.

- Дык мы и не против, в общем-то – промямлил он не знаю радоваться ли ему или снова заподозрить кэпа в какой нездоровом интересе к ним.

«С чего бы это ему нас приглашать на Эдэмию». Он с прищуром посмотрел на Мекелдоно. Тот улыбался и даже подмигнул Мудис:

- Вы ахрнеете от Эдэмии так, что улетать не захотите!

- А с чего это вдруг к нам такая милость, а? – подозрительно посмотрел на кэпа Маок.

На этом вопросе Мекелдоно замялся. Он отвернул голову в сторону, как бы заинтересовавшись объемно-интерактивной картой-маршрутом их продвижения в ВК.

- Это то, с чего я хотел начать разговор – тихо и серьезно сказал он.

Маок и Мудис затихли в ожидании продолжения. Капитан заметил это и вернулся к начатому.

- Касуми – беглая из Патруля… - начал он.

- Ну так да… Сразу видно, что она – артефакт – тут же вставил реплику Маок.

Мудис строго посмотрела на него с намеком помолчать и дать капитану закончить. Он поднял обе ладони в знаке «хорошо, молчу» и затих.

- Она не артефакт, а именно что беглая. Она не просто офицер, а спецура Патруля… А миссия ваша как-то слишком дурно пахнет.

Он замолчал. Выехал поднос с емкостью меты и 3-мя стаканами. Мекелдоно разлил напиток. Маок воспользовался паузой и уточнил:

- Откуда такие выводы, кэп? Она тебе сама сказала?

Мекелдоно отрицательно покачал головой.

- Где там! … Сама она и под дулом бластера никому ничего не скажет… Просто мне не 20 лет. Я многое повидал и знаю, как проворачивают дурные дела.

Он снова умолк, но лишь для того, чтобы допить мету и продолжить.

- До того, как мы забрали вас на «Альхоне», мы слетали на Альфа Гастергауза в гости к Патрулю. Ее встретили, как свою в доску, после чего я понял, что она никакая не беглая и не артефакт… Она на задании. Дроны перегрузили какое-то крупное и видимо очень ценное оборудование. Никто из Патруля не вмешался, хотя мы делали всё в открытую прямо внутри их КСП.

- Это те огромные контейнеры, что забили тебе весь трюм? – не сдержался и уточнил Маок.

Мекелдоно кивнул.

- Были… Касуми их выгрузила на захваченной станции… А из вас матерых сорвиголов никто даже не поинтересовался, что в контейнерах.

- С чего бы нам интересоваться, если это не наша часть работы, кэп! В нашем деле наоборот знать лучше, как можно меньше… Я тебе со своего опыта так скажу: если мне что-то надо, я узнаю это обходными путями. Так намного безопаснее, поверь – пояснил Маок.

Мекелдоно кивнул.

- Так вот в этих контейнерах оборудование Патруля. Какое-то очень непростое. Касуме даже не все хотела брать на борт… У нее с офицером из КСП была какая-то терка, но та убедила забрать.

- Если она и взаправду действующий офицер Патруля. Да еще и спецура, то хорошо, что ты сказал, кэп… Вопрос: почему раньше не сделал этого? Мы бы с ней еще на «Фривинде» поговорили – уверенно выдал Маок, похлопывая себя по поясу с бластером.

Мекелдоно улыбнулся и покачал головой.

- Твой понт тут не уместен. Вы многое о ней не знаете… Даже я, имея ее почти в любое время, ничего о ней не знаю, кроме того что сам увидел или чему стал свидетелем.

- И что же это? – ухмыльнулся Маок, выражая некоторые сомнения к словам капитана.

- Она умеет ходить сквозь стены – выпалил Мекелдоно и залпом допил свою мету.

- Чего!? – удивились и Маок и Мудис одновременно. – Кэп, может тебе с метой надо завязывать?

Он снисходительно посмотрел на альхонцев, покрутил головой и недовольно пояснил:

- Не сама, конечно… У нее экзо-костюм специальный такой, необычный… Вы его видели.

- Извини, кэп, но поверить сначала в твои «стигматы», потом в хождения Касуми сквозь стены, ну очень тяжело.

- Послушай, Маок – начал более серьезным и уверенным тоном Мекелдоно. – Я не в том возрасте и положении, чтобы сказки вам рассказывать… А вы сами разве не заметили странности, как она легко решила вопрос с космолетами, со взломом станции, а?

Оба: и Маок и Мудис – кивнули, соглашаясь с ним. Хотя лица их по прежнему выражали некое недоверие. Маок не любил подобные темы. Он всегда был насторожен к тому, что не понимал. Старался избегать подобное. Но теперь уже после всех этих странностей со «вещими» снами Мекелдоно, еще одна таинственная и необъяснимая вещь погоды не делала. С другой стороны ученые Звездного Патруля вполне могли и изобрести нечто эдакое. Маок вздохнул от собственных мыслей и тут же смахнул их, как какую-то пыль, вернувшись к разговору.

- Даже, если она… хм… того, через стены, то она ж на сейчас нашей стороне, не? – выразила удивление Мудис, не до конца видимо осознавая, почему ее надо боятся.

Мекелдоно переключился на нее, задержал взгляд на лице и кивнул.

- Может, я нагнетаю. Может у меня паранойя… Возможно… Я знаю, что с психикой не лады, потому и сны какие-то ненормальные, но… Вся ваше эта операция шита белыми нитками. Просто смотрите в оба и держитесь меня.

- Ой, кэп, а с чего это вдруг такая забота о нас? – снова с прищуром посмотрел на него Маок. – Уж не запал ли ты на мою ненаглядную супругу? Что? Угадал?

Мекелдоно вздохнул и снова разлил мету по стаканам. За капитана вступилась Мудис.

- Мао, не говори глупости. Он потерял свою любовь где-то на Парпланде. Да, кэп? – пояснила она и вопросительно посмотрела на Мекелдоно.

Тот кивнул. Маок сразу понял, что они, видимо, успели за эти циклы, отсыпаясь в постели кэпа, разоткровенничаться. Во всяком случае его супруга слишком симпатизировала уж капитану, словно хорошо знала его. Мекелдоно тем временем, согласившись с Мудис, добавил:

- Месяца 3 или 4 тому. Уже и не вспомню точно… Я познакомился с удивительной женщиной… Она приходит ко мне в снах… Это я к ней пристаю, а не к твоей женушке, Мао… Просто, я не знаю, что со мной… Лунатизм какой-то. Мое тело транслирует все, что происходит во сне, будто это наяву.

- Ты бы к медикам обратился, кэп, что ли – грустно выдал Маок, допивая свой стакан меты.

Капитан молча согласился и добавил:

- Касуми сделала мне кое-какое обследование в мед-блоке на «Фривинде». Сказала, что вообще никаких отклонений… Порекомендовала стать «неспящим» и забыть о проблемах со сном.

- Так мы тебе нужны на Эдэмии, чтобы спать рядом? – внезапно разразилась догадкой Мудис. – А как же Касуми?

- Я ж сказал вам уже. Я ей не доверяю… Да, с ней легко и хорошо. Она безотказная, как какой-то робот… Но она чужая мне. Я ее опасаюсь.

- А нас значит ты не боишься – вмешался и перебил его Маок. – С чего это вдруг? Или ты думаешь, я не шлепну тебя, если ты сделаешь глупость?

Мекелдоно ответил не сразу. Он снова выпил меты, хотел подлить, но бутыль опустела.

- Да знаю я, что вы можете. Что ты можешь… Просто мне так проще. С вами проще намного… И к твоей жене я приставать не буду, разве что во сне – сказал он и посмотрел на последней фразе в лицо Мудис.

Она кивнула головой, соглашаясь со словами кэпа. Маок посмотрел на нее, потом на него и тоже кивнул:

- Ладно, кэп… За то что ты оказался не жлобом и честно рассказал про ставку, ты принят в банду.

Оба - Маок и Мудис, при этом одновременно похлопали капитана по плечам и рассмеялись. Маок же, указав пальцем куда-то вверх и подмигнув, добавил:

- Приглашения на Эдэмию, надеюсь, в силе?

Мекелдоно, так же улыбаясь, кивнул и выдал:

- В силе. Даже не сомневайтесь.

Глава 2. Внутренние дела

Основное правило: одна капсула – один ключ. Можно скопировать ключ внешне, форму, размер, но нельзя скопировать его начинку. Дата-ключ содержит случайным образом сгенерированный код, который в любой момент времени может выдать точную координату расположения капсулы с приговоренным в системе Альхены. Алгоритм нельзя взломать или скопировать. Физическая основа самого дата-ключа – уникальная выращенная в моей лаборатории кристаллидная пластина с паутина-подобной фотонной дорожкой-коннектором. На капсуле такое же уникальное гнездо-приемник. Даже, если ее кто-то обнаружит случайно в космосе, решит украсть и вскрыть, то не сможет. Содержимое будет уничтожено при попытке проникнуть внутрь плазма-резаком или иным каким инструментом.

(Краяда ад-Доуд. Станция «Альхон». 2549`)

Одиночество

Утомительный и нервный побег из охваченной мятежом системы Альфа Гастергауза стоил Эйле Борк-Валиот приличного перенапряжения, немалых волевых усилий, хладнокровия и большой толики везения. Хотя в последнее она не верила, но всё считала лишь результатом собственных усилий, синергии ума и тела. Что случилось после бегства оттуда из охваченной конфликтом планеты, теперь уже совершенно ее не волновало, не заботило. Чтобы смыть, сбросить с себя ментальные остатки той «жести», ей самой срочно требовался отдых и разрядка.

Эйла смогла немного расслабиться и выдохнуть, лишь когда стопа ее ботинка коснулась порога просторных апартаментов в зоне Космической Станции Патруля (КСП) искусственной столицы Сектора Ориона, огромного комплекса и агломерации для совместного комфортного проживания людей под названием «Аламах». Тесный удушающий черно-серый с красными прожилками слишком плотный комбинезон наемного подразделения «Зова Вальхаллы» полетел в темный угол, освобождая запертое внутри зажатое и пережатое нутро, которое уже давно желало распахнуться и вылететь наружу, как какая-то преторианская батерфлесса из кокона.

Оголившись, Эл скользнула в паровой душ, чтобы смыть с себя все воспоминания недавних событий, весь пережитый страх. Кожу тела мягко и волнительно обволокли теплые микро-капельки воды, покрыв всю ее поверхность тонким слоем, смыв неприятные воспоминания минувших циклов. Только перед глазами все еще стояло мертвецки бледное лицо местной «принцессы», такое серое и такое пугающее, ее леденящая рука, пронизывающая холодом лоб до самых кончиков волос. Тех промораживающих до костей прикосновений к своей голове Эйла, казалось, запомнила до конца жизни. Если бы она была суеверной, то непременно решила бы, что та, прикоснувшись своей холодной ладонью к ее лбу, прочитала мысли.

Плотный густой мягкий теплый пар действовал успокаивающе. Дурные мысли улетали прочь с каждым новым слоем обволакивающей приятной влаги. С капельками воды, собирающимися и стекающими по ее телу, в дренаж уносилось всё дурное, всё неприятное, что она принесла с собой с далекой мрачной системы. А некогда жуткие воспоминания пережитого, едва не стоившие ей жизни, вызвали теперь лишь громкий и раскатистый смех. Она снова всех переиграла. Ее смелость и решительность принесли ей победу и спасения из, казалось, безвыходной ловушки там на далеком, угрюмом и унылом Парпланде.

Эйла Борк-Валиот к своим 45-и была иконой успешности и красоты по меркам Звездного Патруля, да и не только его. У нее, эффектной шикарной омолодившейся блондинки с частично скопированной у популярной нейро-дивы внешностью, в подчинении был самый результативный штурм-отряд «Вихрь» Сектора Ориона с широким спектром автономии. На чейн-аккаунте красовалась солидная кругленькая сумма кредов, гарантировавшая финансовую безопасность и безбедную жизнь не на один годичный цикл (ГЦ) вперед. Однако деньги для нее никогда не были самоцелью, но лишь необходимым средством, инструментом для реализации задуманного. В личном плане у Эл, вроде бы, все тоже было близко к идеалу. В уме красовался четко выстроенный план, цель всей будущей счастливой жизни, так сказать, а в любви всей жизни значился никто иной, как сам Форкман Громов, глава Отдела Внутренней Безопасности (ОВБ) Звездного Патруля Сектора Ориона. Он сходил по ней с ума и потакал всем прихотям и хотелкам, закрывая глаза иногда на откровенные нарушения правил и законов.

Заканчивая процедуры омовения Эйла наконец смогла расслабиться и приготовить себя к встречи с ним. Ведь эти апартаменты с шикарным видом на Туманность Ориона принадлежали ему, ее Форки. Хотя тут в зоне КСП «Аламаха» все было как бы общее, арендованное, принадлежащее Звездному Патрулю. Просто одни в силу статуса, влияния и ума могли рассчитывать на нечто большее, а другие – нет. Звездный Патруль запрещал своим офицерам владеть собственностью или транспортом. Но ведь никто не запрещал жениться или выходить замуж, а после владеть чем-то только не напрямую, а через родственника. Да и самой Эйле Борк-Валиот оставалось всего ничего до высокооплачиваемого «дембеля». Хотя все свои обязательства перед Звездным Патрулем она выполнила уже давно и могла бы уйти на покой хоть завтра. Просто в этом не было никакой нужды. Командование лучшим штурм-отрядом дарило ей чувство упоения властью, которое приятно ласкало и будоражило ум, как интимная близость – тело.

Эйла покинула душевую и вышла в просторный холл с огромным панорамным иллюминатором на Туманность. По военному расставив ноги на ширину плеч и заложив руки за спину она, будто какой адмирал космо-флота, наблюдала за маневрами межзвездных транспортных и пассажирских кораблей, малых, средних и больших, коих на орбите огромной станции-столицы было всегда не мало. Тут в апартаментах самого главы ОВБ Сектора Ориона да еще и будучи совершенно голой, стоя в вызывающей позе, она «подкармливала» свое самолюбие, свое эго, сравнивая себя с совершенным хищником, с вершиной пищевой цепи Галактики. Ее голое тело лоснилось от микроскопических капель воды, словно натертое маслом перед схваткой как у какого-то древнего атлета или гладиатора, на которых были устремлены взоры и чаяния многочисленной публики. Тончайшие капельки в приглушенном свете апартаментов, вспышек ускорителей шаттлов и яркой Туманности подчеркивали рельеф ее мышц и изгибов. Испаряясь они бодрили ее атлетическое тело, заставляя мозг работать, как часы. Ум у Эйлы был тем немногим, что осталось нетронутым после многочисленных омолаживающих операций, что над ней проделали за кругленькую сумму кредов еще 15 ГЦ тому назад. Именно тогда она круто изменила свою жизнь, превратившись из уродины в красавицу. Теперь каждые полгода она должна была проходить рекреационные процедуры, чтобы замедлять процесс старения, который при ее слишком активной и эксплуатирующей тело жизни, неумолимо по чуть-чуть, но прогрессировал. Усиленное обучение и изматывающая тренировка в течение долгих 15-и ГЦ в Звездном Патруле, начиная с 5-летнего возраста, давало о себе знать. Эйла была офицером-симбионтом, гибридом, но ее уровень симбиоза был низким, поэтому своего внутреннего червячка она почти не слышала. Он своевременно подлечивал ее, выводил излишки радиации, укреплял костную и мышечную ткань, сосудистую систему после многочисленных межзвёздных перелетов, смен гравитационных «поясов» и не задавал лишних мысленных вопросов. Однако то далекое уродское прошлое, издевательства сокурсников в академке Патруля в том числе и из-за ее внешности, все же, оставили свой отпечаток на психике, породили некоторую фобию.

Эйла была циничная и злая сука. Она это знала, но не видела в том для себя ничего ущербного или плохого. Вся Галактика в ее глазах жила по простым и понятным правилам: эксплуатация слабых, глупых, и потребление всевозможных благ – либо ты, либо тебя. Мир делился на тех, кто смог и чего-то добился, и тех, кто смалодушничал и все просрал. Потерявших всё да еще и на излете лет она искренне презирала. Так она презирала например и бывшего командира своего отряда «Вихрь» Антона Коприна, принявшего ее в подразделение когда-то давно не за красивые глаза и внешний вид, которых у нее тогда еще не было, а за смелость, целеустремлённость, несгибаемый и немного безумный характер, балансирующий на грани упрямства и самодурства. Тогда она впервые, будучи малоопытной, попыталась охмурить командира, но ничего у нее не вышло. Антон оказался ей не по зубам. Это был ее первый горький опыт красотки-блондинки, осознание того, что сама по себе привлекательность ничего не решает, если не уметь ею правильно пользоваться. Антон был тот еще бабник, но добр к ней, как к отважному и смелому юниту своего подразделения, и кое-чему научил. Это кое-что впоследствии очень пригодилось ей, чтобы подняться по пищевой пирамиде вверх, прожевать и выплюнуть уже самого Антона.

Обсохнув так, стоя у панорамного иллюминатора, Эйла совсем пришла в норму и, расслабившись, присела на детские качели в углу. Тут в служебных апартаментах Форкмана Громова когда-то жила его семья, пока супруга с детьми не перебралась на райскую Эдэмию поближе к идеальному комфорту и наслаждению жизнью. Эйла немного завидовала ей, законной супруге Форки, но это была не та зависть, которая съедала изнутри, но та, что придавала ей силы идти к своей цели, стимулировала двигаться вперед и не расслабляться на полпути. Хотя именно сейчас разморенная после парового душа, раскачавшись немного на удобных широких детских качелях, Эйла сама не заметила, как провалилась в сон.

Проснулась она резко, будто кто-то ее разбудил.

- Форки!? – обратилась она в пустоту апартаментов, будто услышав звук отъезжающей в сторону входной двери.

По ее милому лицу пробежала пронеслась тень мимолетной радости.

- Как там «Эпсилон IV»? Инфо-портал подозрительно молчит. Случилось что? – продолжила Эйла обращаться в пустоту будучи отчего-то уверенной, что ее любимый Форки непременно зашел в дом.

Но красноречивым ответом на ее вопросы стала лишь звенящая тишина. Приглушенный свет скрывал ее от возможных взглядов со стороны входного отсека. Сердце уколол пока еще мимолетный и какой-то даже несерьезный страх. Испуг даже не за то, что никого не было, а она разговаривала с пустотой, а за то, что она нарушила собственный принцип всегда быть объектом желания. Именно для этого Эл каждый раз, будучи в апартаментах раньше Форки, пряталась, словно хищник, поджидающий жертву на пути к водопою. Такое поведение всегда ставило ее в более выгодное положение. Ведь она могла изучить его настроение, степень усталости, повадки и предпочтения на сегодня чтобы выбрать нужный режим близкого контакта, соблазнения и охмурения. Для нее было важно всегда держать марку, всегда быть идеалом самки, быть на высоте, на вершине пищевой цепи, иначе неровен час ее Форкман найдет кого помоложе и поактивнее, и тогда ее ждала бы участь супруги, только без каких-либо отступных.

Эйла Борк-Валиот была одна. Форки не пришел. А звук двери и шагов был лишь сонным наваждением. Судя по информации с нейро-обруча, ошейника для коммуникации, который всегда или почти всегда был на ней, как и на любом другом жителе Галактике, уже прошло несколько часов. Дип-шаттл с «Эпсилон IV» давно должен был совершить посадку в космопорте «Аламаха», а ее ненаглядный Форки быть тут при ней. Нотки поднимающегося из глубины волнения она заглушила в зародыше, активировав объемный дисплей и выгрузив туда визуализацию данных по вылетам-прилетам за последние несколько часов. Дип-шаттл с «Эпсилон IV» там не значился, хотя она могла поклясться, что он был там, был запланирован. Возникшую тревогу Эйла заглушила быстро и по-военному. Она запустила на объемной проекции свою любимую нейро-оперу с Элеонорой Войз в главной роли, чтобы отвлечься и не дать худым мыслям испортить настроение. Угол зала наполнился реалистичным объёмным изображением чужой выдуманной истории, полной волнительных событий, приключений и любовных похождений. Эйла многое позаимствовала у персонажа Элеоноры для личных отношений с Форки.

За просмотром нейро-оперы, прикончив при этом не одну бутыль меты, время пролетело незаметно. Недобрые мысли о чем-то пока неизвестном ей, но непременно случившемся там, начали понемногу забираться ей в голову и обосновываться. С каждым новым часом сбрасывать их приходилось все сложнее и сложнее. Они понемногу одолевали ее, вынуждали снова и снова погружаться в сводки инфо-портала Патруля в надежде выцепить что-то там для себя соизмеримое с уровнем доступа. Вот только Эйли была лишь командиром отряда, штурмового подразделения Патруля, но никак ни офицером ОВБ. Та самая область знаний, с которой с ней делился сам Форки, теперь была для нее закрыта. А общий пул событий Звездного Патруля хранил гробовое молчание, ограничиваясь лишь куцей инфо-сводкой о том, что дип-шаттлы по независящих от них причинам вынуждены были задержаться на станции «Эпсилон IV».

Эйлу поджимало время. Собственный нейро-обруч наполнялся сообщениями бойцов отряда, которые ждали ее в расположении уже давно и недоумевали, почему она все еще, как командир, не на службе. У нее было на этот случай алиби, которое, правда, уже растаяло, как утренний туман. Но ехать туда сейчас, когда вот-вот должен был прибыть Форки, означало бы лишить себя заслуженного отдыха, разрядки, общения с любимым человеком. На подобное издевательство над собой она, конечно же, пойти никак не могла. Были на ее нейро-обручи сообщения от Фабриана, представителя наемников «Зова Вальхаллы», с которыми у отряда «Вихрь» весьма выгодный контракт о сотрудничестве. Он ее очень ждал на «Альхоне». Был даже запланирован совместный визит на Йотунхейм к самому «Одину», где Эйла должна была предоставить результат своей «охоты» - капсулу с телом пойманного ею курсанта и дата-ключ к ней. Только так можно было рассчитывать на признание ее заслуг самим «Одином» и получить полную оплату работы. Одна только мысль, что нужно лететь на эту мятежную станцию, навевала на нее тоску. Она не хотела возвращаться туда, в эту дыру, и не потому что для офицеров Звездного Патруля там сейчас было небезопасно, а потому что тот самый груз, который ждал своего часа в трюме ее «Спринтера», стоил намного больше, чем по контракту с «Зовом Вальхаллы». Креды ей были сейчас ой-как нужны для одного очень важного предприятия. А этот груз даже без смены собственника уже принес ей солидный «кэш» от представителей Преторианского Альянса. От «Зова Вальхаллы» она уже сверху, чем было положено, ничего с него получить не могла, а продать груз снова ой как хотелось. Тем более, что и другие желающие заполучить курсанта имелись.

Объемный холо-экран внезапно перестал проигрывать очередную нейро-оперу, переключившись на нечто другое. Эйла ковырялась в дальней нише шкафа, примеряя различные скопившиеся тут за годы отношений интимные наряды и боди-сьюты.

Голос Форкмана, мягкий, приятный, бархатистый и такой желанный, донесся до ее слуха, вынудив бросить все и выскочить, позабыв обо всем на свете. Она выпорхнула наружу, будто бабочка, но любимого человека не обнаружила. Его голос так же куда-то пропал.

- Кто здесь? – тут же вырвалось у нее.

Эйла добавила свет в интимно освещенный холл. Апартаменты были не такие уж и большие: холл с кухонной зоной, прихожей, отсеком омовения, отдыха и рекреации, а так же изолированная детская комната отдыха за раздвижной дверью, сливающейся со стеной. Эйла никогда туда не заглядывала, потому что там были детские игрушки семьи Форки с его законной женой. У них было несколько «ролевых историй» там, но ничего кроме разочарования ей это не принесло. Эйла могла поклясться, что слышала голос Форки из секции с вещами и одеждой.

Выключенный холо-проектор включился внезапно. Вместо проигрывания закончившейся нейро-оперы, экран отобразил нечто неожиданное. Блондинка в откровенном красном полу-прозрачном боди-сюите сдержанно стонала, сидя на тех самых качелях. Эйла обомлела и не на шутку испугалась. В пару секунд она очутилась в прихожей и достала свой бластер из висевшего на стене энерго-пояса. Проигрывание прекратилось, будто по команде.

- А ну покажись, урод! – громко и весьма уверенно произнесла она.

Однако от большого количества выпитой меты, эмоции было сложно унять. Ее голос предательски дрогнул, но рука крепко сжимала бластер. Эйла осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружила. Через двери в апартаменты никто не входил и не выходил. Они оставались как и прежде закрытыми. Бесшумно открыться они могли лишь только перед ней, Форки и кого-то из членов его семьи. Но последних тут быть не должно было, потому что они все уже давно жили очень далеко отсюда. Эйла присмотрелась и прислушалась к тихому звуку заработавшего холо-проигрывателя. Она вышла из кухонной зоны в холл и застыла в изумлении. Снова запустился голографический проектор. На том месте, где совсем недавно разворачивались страсти популярной нейро-оперы, теперь качались точно такие же детские качели, как и те, на которых она сидела.

- Эл, расслабься – прозвучал голос ее Форкмана.

Какая-то запись снова активировалась и проигрывалась без ее ведома. Эйла теперь поняла, откуда был тот самый голос. Она подошла ближе и заметила саму себя сидящей в красном на этих самых качелях и на что-то жалующейся. Форки пытался ее успокоить и приобнять. Необычно было смотреть на все это со стороны.

- Эл, ты ж знаешь, что я не могу бросить жену, семью. Моя супруга очень влиятельна на Эдэмии. А развод будет стоить мне громкого скандала, материальных и репутационных потерь… Зачем тебе это? Нам же и так хорошо вдвоем. Я ж с тобой, а не с ней.

Его слова, как и тогда пару месячных циклов тому, звучали уверенно и убедительно. Изображение было четкое, будто снятое с определенного ракурса. Эйла сразу догадалась, что запись велась охранной системой самого дома, хотя Форки настроил ее так, чтобы она всегда отключалась на время визита дорогой гостьи.

Ладони Форки мягко касались ее волос, плеч, рук. Он придвинулся к ней, вынуждая качели начать слегка покачиваться. Эл вздохнула. Она на самом деле очень любила эти качели, любила, когда они сближались именно тут, именно на них. Ее взгляд залип на знакомом ей действе. Она хорошо помнила тот «вечер», который быстро перешел в ночь и продлился почти до самого утра. Это был тот самый случай, когда ей было хорошо, но разговор, затронутая тема, все испортили, вынудив уйти раньше. Эйла помнила каждое мгновение того прекрасного цикла. А в таком новом ракурсе наблюдать за собой со стороны было даже интереснее. Только она очень быстро пришла в себя и тут же попыталась вызвать ИИ, чтобы он выдал того, кто шалил тут в апартаментах в отсутствие хозяина. Проигрывание тем временем застыло на самом интересном месте.

- Здравствуй, Эйла. Не хотел напугать тебя – прозвучал ровный спокойный совершенно незнакомый ей мужской голос из репродуктора.

- Ты кто!? – уже достаточно гневно выдала Эл, размахивая бластером в одной руке и прикрывая полуобнаженные части тела – другой.

- Я - «Линкер», замглавы СОП Сектора… Действительно не хотел тебя напугать. Оденься, чтобы не смущаться. Я подожду.

Эйла вернулась в прихожую зону и быстро нацепила на себя серебристый комбинезон офицера Звездного Патруля. В голове у нее роились всякие разные мысли. Она определенно слышала это имя или кличку где-то, но не могла вспомнить где. Помог ИИ ее нейро-обруча, который напомнил ей, что «Линкер» - действительно зам и помощник Розалинды Далси, главы спец-отдела Патруля. Она сразу весьма сильно испугалась, но взяла себя в руки и успокоилась. Напомнил ей ИИ так и то, что СОП отдел недавно упразднен, и этот «Линкер» де-юре не имеет никаких полномочий. Последнее обстоятельство еще больше успокоило ее.

Эйла уже в комбинезоне Патруля весьма уверенно вышла в холл и села за кухонную стойку, чтобы налить себе с графина попить. Она выпила залпом, вздохнула и сказала:

- Ха! Так ты решил меня шантажировать этим? И что же ты хочешь?

- Ты уже обо мне все узнала у своего ИИ? … Но кое-что он тебе не сообщил. Кое-что, что важнее того, кто я.

- И что же?

- Кое-что о Форкмане… Тебя ж наверняка мучает вопрос, где он и что с ним?

Эйла напряглась. Сердце застучало сильнее. Появилось неприятное волнение. Она действительно очень хотела это знать, но что-то ей подсказывало, что подобное будет стоить ей, будет иметь свою цену.

- Хотела бы… Но ты ж мне так просто об этом не расскажешь. Ведь так?

Из репродуктора послышался смешок:

- Верно. Но не волнуйся… Я не попрошу ничего такого, чтобы вынудило тебя напрячься. Скорее наоборот… Кроме нужной информации я припас для тебя возможность легкого заработка.

- У меня есть креды. Много кредов… Так что мимо – самоуверенно ответила Эйла, посматривая на потолок, откуда доносился голос. – Ты бы пришел сам, а не прятался. Как-то некомфортно с потолком разговаривать.

- Извини, Эйла… Я не могу заглянуть к тебе в гости, и ты скоро сама поймешь почему.

- Ладно… Скромный какой – ухмыльнулась она пожав плечами.

- А вот по поводу кредов… Ты не права. Ты лукавишь, Эйла… Тебе они очень даже нужны и много, точно больше, чем есть сейчас. Ведь так?

Теперь она почувствовала себя еще более неуютно, чем глядя даже на застывший на паузе фрагмент с самой собой, откинувшейся на спинке качель и раздвинувшей ноги. Эл ничего не ответила.

- У тебя есть кое-что, что тебе не принадлежит – произнес «Линкер».

- Хочешь обвинить меня в воровстве? – тут же парировала Эл.

- Нет. Что ты… У тебя есть некая альхонская капсула с телом – продолжил «Линкер» и сразу же умолк.

Эйла тут же поежилась, но не растерялась. Никто не знал, где была та самая альхонская капсула, потому что не совсем свой «Спринтер» она бросила в приватном охраняемом частном доке без какой-либо регистрации и привязки к ней, как к владеющей им персоне. Все документы были оформлены на «Зов Вальхаллы», а сам шаттл находился под управлением ИИ. Она позаботилась о том, чтобы тут на «Аламахе» не светиться с этим шаттлом и не привлекать внимание. Эл уже прекрасно понимала, что тело это хотели бы заполучить многие.

- Тела тут нет – соврала Эйла, не моргнув глазом. – Оно уже на «Альхоне». Передано заказчику.

- Зачем снова врешь? … Мне известно, что у тебя тот самый дата-ключ от капсулы, которую ты еще не передала, но скорее всего возишь с собой или уже сбросила в системе Альхены.

- И что с того? … Передала или нет – это лишь вопрос времени, к тому же ближайшего.

- Я знаю, что тебя ждут на Йотунхейме, Эйла. Знаю, что тебе очень нужны креды. Много кредов… Мое предложение – дать тебе дважды заработать, понимаешь?

Эйла задумалась. Она, судя по застывшей на паузе записи, сразу поняла, что «Линкер» подводит ее к предложению, от которого нельзя будет отказаться.

- Как? – спросила она прямо.

- Все просто. Я передам тебе код от приватной багажной секции в доке космопорта, где находится внешне точно такая же альхонская капсула. Внутри специально настроенный дрон-имитатор под того самого курсанта. Там же будет и дата-ключ от капсулы.

Эйла сразу все поняла. Перед глазами во всей красе в уме предстали риски, репутационные издержки в случае разоблачения. Игра, как ей сходу показалось, не стоила свеч. Однако и отказать «Линкеру» вот так вот было нельзя. Пришлось импровизировать.

- И что вам всем так сдался этот курсантик!? Не пойму! – возмутилась Эйла.

Ее начало терзать то самое странное чувство, что груз стоит намного больше, чем она выручила за него у «Зова». «Линкер» определенно задел тонкую струну ее тайного желания быстрого обогащения. Было даже такое чувство, что он непременно знал или догадывался, зачем ей нужно было так много денег.

- Оставим это за скобками, Эйла… Нет причины для беспокойства поверь. Капсула в точности такая же темно-серая, сложно отличимая от спасательной… Дата-ключа, его форма, габариты – тоже.

- И что мне со всем этим делать? – спросила Эйла, понимая, что отказаться все равно не сможет и даже не потому, что это шантаж.

СОП отдел Патруля был известен своими инновационными разработками и прогрессивными решениями. Филигранно подделать какую-то альхонскую капсулу должника с ключом – было сущей ерундой. Перед глазами во всей красе замаячила, заблестела выгода. Оставалось теперь лишь набить цену, чтобы не продешевить. «Линкер» тем временем ответил на ее вопрос:

- Ничего особенного. Я знаю, что у тебя запланирован полет на «Альхон». Оттуда ты с неким Фабрианом «Бафом» вылетишь на Йотунхейм.

- Какая у тебя осведомленность, однако – пробурчала Эйла, наливая себе еще один стакан меты с графина.

- Издержки службы.

- СОП распустили – тут же ухмыльнулась Эл, поймав его на лжи. – Так что, ты никто и зовут тебя никак.

- Хм… Что ж… Вот, как ты себе это представляешь распустить спец-отдел? Не испаримся же мы в вакууме, наконец… СОП живее всех живых, Эйла… А чтобы ты в этом даже не сомневалась – я и подбросил тебе небольшой интимный сюрприз… Там дальше у вас с Форкманом очень интересные разговоры… Такой печальный конец для карьеры!

- Хватит! Я все поняла! – крикнула Эйла. – Что ты хочешь!?

- Забери капсулу и подмени ее, используя мой дата-ключ.

Эйла заерзала на месте. Там, где Линкеру казалось, что нету риска, она все еще видела вполне серьёзную опасность.

- Это «Альхон»! Там от боевых кораблей Федерации скоро будет не протолкнуться!

- Ой. Тю… Там скоро от космо-флота Патруля будет не пролететь – тут же спокойно с толикой издевки парировал «Линкер». – Ты умная… хм… девочка. Что-нибудь придумаешь.

- Риск слишком велик… Меня в космопорте с капсулой запросто могут обыскать! – снова огрызнулась Эйла, попытавшись немного набить цену.

- Могут, конечно, и обыскать... Хотя на «Альхоне» сейчас такой бардак. К тому же частный корабль с принадлежностью «Зова» вряд ли будут проверять. Особенно, если ты сделаешь его пустым, прикинувшись глубоко спящей… Ну ты поняла.

- А, ну, конечно! Это ж все решает! … Допускаем, что меня не проверят, и прем вперед! – нервно рассмеялась Эйла, едва не обронив стакан на пол.

- Не надо тащить капсулу на «Альхон». Ты оставишь ее по координатам с другого дата-ключа. Сам ключ потом положишь в приватную камеру хранения в приватной зоне «Зова Вальхаллы» космопорта «Альхона» … Как закончишь, пошлешь квантовое сообщение, и никакого риска… Идентичная капсула с дроном-имитатором займет свое место на орбите. А оригинальная, в свою очередь, отправиться в дрейф уже по новым данным. Главное не перепутай дата-ключи.

- Твой человек не сможет попасть в приватную зону «Зова» - попыталась найти недочеты в его плане Эйла. – Это ж «Альхон». Бандитские набеги. Там везде у всех своя усиленная охрана. Тем более у «Зова»

- Это не твоя забота – спокойно отбросил ее аргумент «Линкер».

- «Один» не купится на обман – добавила она критики.

- Купится. Еще как купится… Он не будет вскрывать капсулу. Ему без нужды. Он ограничится сканированием. Внутри синее полу-мертвое холодное молодое тело точь-в-точь как курсантика в гиберниозе… Наш дрон-имитатор отлично с этим справится. Даже не сомневайся – спокойно и весьма уверенным голосом объяснил ей «Линкер».

- Как и когда я получу мои креды? – перебила его Эйла, которой уже давно все было понятно и которая поняла, что набить цену выше так и так не получится.

- Как только мой человек заполучит капсулу и подтвердит наличии в нем оригинального тела – креды будут переведены на твой чейн-аккаунт.

Эйла нервно хохотнула, хлопнула ладонью по столу, как взаправдашняя торгашка, и выдала:

- Э, не… Я не хочу рисковать за просто так… И этой порнографией меня не напугаешь. Ваши могут подделать и не такое.

- Проблемы, проверки, дознания и допросы тебе все равно обеспечены… Карьера пострадает.

- Плевать! – огрызнулась она. – Могу и в запас уйти, если что.

- Хорошо… Твои условия – пошел на попятную «Линкер».

Эйла обрадовалась, но виду не подала. Просто теперь у нее возникло, наконец, небольшое вожделенное окошко возможностей для торга.

- Часть сразу, часть после подмены капсулы. Еще кусок, но больше, когда твой человек получит мой дата-ключ. И уже самый последний и самый мелкий остаток, когда заимеет капсулу – уверенно обозначила свои требования Эл. – Хотя последнее вообще меня уже не касается. Так что можно все сразу и после получения ключа.

На ожившей снова и переключившейся проекции вспыхнула весьма привлекательная внешне цифра. Однако Эйла снова даже вида не подала, что клюнула.

- Финальная сумма на экране. Торг не уместен… Сейчас я смогу перечислить тебе 5% - все тем же спокойным тоном объявил «Линкер».

- Ха! Уже смешно! – возмутилась Эйла.

- Но ты получаешь их без какого-либо риска. Согласись – не отступал «Линкер».

- Ладно… Тогда остальное сразу после передачи дата-ключа.

- 45%. Остальные 50%, только после проверки тела из капсулы – снова подкорректировал ее «Линкер».

Эйла тут же зацокала языком и отрицательно покачала головой:

- Э, не… Вдруг ты захочешь не платить… Как я узнаю, что твой человек забрал дата-ключ? … А капсула так вообще будет уже в другом, не доступном мне месте… Я сама себя подставляю. Мало ли твой человек обманет.

- Не переживай на этот счет. Наш агент надежный. Он будет из «Зова», как и ты… Установи примитивный радио-маячок в ячейку – так ты сразу поймешь, что ключ у нас – спокойно объяснил ей «Линкер».

Однако Эйла не соглашалась. Она очень хотела максимум оплаты и минимум всех этих рисков на свою голову.

- Я не согласна на 45%. Для меня это неприемлемо… 70% и не меньше… И остаток после получения капсулы.

- Ладно – со «скрипом» и недовольством в голосе согласился «Линкер». – Я рассчитываю на тебя, Эйла. Спец-отдел рассчитывает на тебя… Не подведи.

Эйла, чуть помедлив и подумав, все же кивнула. Она без суеты размышляла над всей этой ситуацией. Мысли снова вернулись к Форки.

- Ты обещал поделиться информацией на счет…

Договорить она не успела. «Линкер» перебил ее, будто торопился куда-то:

- Конечно… В результате диверсии на «Эпсилон IV» Форкман Громов получил тяжелые ранения. Его жена настояла, чтобы раненого главу ОВБ перенаправили на Эдэмию. Он как раз сейчас на пути туда… Не жди его, не теряй время… Если терпеть невмоготу, командуй «плей» и наслаждайся кино… Обещаю, не подглядывать… И – да, тебе идет красное.

- Да пошел ты! – выругалась Эйла и швырнула опустевший стакан прямо в объемный экран.

Несмотря на это свет в холле приглушился, и запись автоматически продолжила проигрываться с того самого момента.

Проблемы в отряде

Приезд в располагу отряда «Вихрь» Эйла не планировала, однако обстоятельства сложились так, что ее там уже ждали. Она весьма долгое время отсутствовала и совершенно не следила за деятельностью подразделения, из-за чего весьма сильно запустила ситуацию. ИИ снабдил Эйлу всей нужной информацией, сообщив и о всеобщем недовольстве.

Когда она зашла внутрь, то уже была отчасти готова услышать то, что услышала. Был, правда, один немаловажный нюанс при всем этом – это ее настроение, которое, как оказалось, сильно зависело от ой самой несостоявшейся близости с Форки.

Первым ее поприветствовал с нескрываемым сарказмом Таонга, высокий статный темнокожий офицер, почти ровесник Эйлы, который в отряде, как и она, был с самого начала, лишь единожды покинув его на время ради вакансии в экипаже именитого межзвездного крейсера:

- О, рады видеть тебя, Эл! Внезапно, но весьма кстати!

- А в чем дело? – бросила она с нескрываемым раздражением в голосе.

- Ты еще спрашиваешь!? … Ты показывала нам контракты, а в итоге просто кинула нас охранять би-Молей – вмешалась сидевшая за столом шатенка по имени Циена.

Она так же была бывалым членом отряда, ветераном, хоть и не с первого дня. Рядом сидел ее муж Тимотэй, который даже не смотрел в сторону командира и не соизволил встать, когда она вошла.

- Что с ним? – бросила Эйла, проигнорировав претензию Циены.

- Отходняк… После увиденного на борту транспортника би-Молей.

- Какой нежный – все так же презрительно сказала Эйла и направилась в сторону Таонги, который стоял у окна-иллюминатора.

Тот заметил характер и направленность ее движения в свою сторону и перехватил инициативу по раскрытию деталей всеобщего недовольства.

- Эл, где обещанный контракт с «Зовом»? Вспомни, как ты обещала обновить отряд, придать ему новый смысл? А что в итоге? Мы – очередное охранное предприятие по охране богатеев и их деток.

- А чем ты недоволен, а? Чем вы все не довольны? … Думали, жизнь в отряде это всегда приключения!? Нет, вашу мать, это терпеливая и кропотливая местами скучная работа по наведению порядка и охране!

- В таком случае мы бы могли и с Антоном сидеть, ничего не делать, чем заниматься тем, на что ты нас подписала – прозвучал голос от Тимотэя, который не хотел даже смотреть в сторону Эйлы.

Это его пренебрежительная реакция попала в резонанс с ее собственным не-устроением в личном плане и вылилась в ответное возмущение.

- Что сопли распустили, а!? … Недовольных я насилу не держу! Рапорт моему ИИ, и вон с отряда! – махнула рукой взбесившаяся Эйла.

Наступила тишина. Своим поведением она немало удивила даже видавшего от нее всякое Таонгу. Он грустно посмотрел на нее и сказал:

- Ты права… Я ухожу, Эл.

Она внезапно ощутила что-то неприятное внутри, будто ее где-то обманули и кинули в не самый подходящий момент.

- Да, погоди ты! Я ж это так, сгоряча ляпнула! Не в духе. Есть на то причина.

Однако признание тут же обернули против ее саму. Больше всех возмутились Циена и Тимотэй, который будто проснулись ото спячки и принялись угрожать рапортами следом за Тао. Нейро-обруч Эйла тем временем слегка про-вибрировал, а ИИ уведомил о получении рапорта от темнокожего офицера. В отличии от остальных он сделал все тихо, лишь озвучив то, что видимо наболело:

- Эл, что с тобой? С каких пор ты стала такой циничной? Не ужели сама не видишь, что ты разрушаешь отряд?

- О чем ты, Тао? Я дала отряду то, что у него не было последние лет 5! Где благодарности!?

- Ты предала «Вихрь», Эл. Ты сдала нас «Зову» и би-Молям, как какую-то прислугу… Мы ж Звездный Патруль! А ты просто низвела нас до уровня наемников, выполняющих любые приказы!

Она резко жахнула рукой по столу, и прямо вскипела от злобы. Очень сильно захотелось их всех вот так же, как того курсантика, упаковать в альхонские капсулы должников и возить по Галактике, как некие экспонаты, как редких, но диких и бешенных животных. Ее распирало от лицемерия тех, с кем она бок о бок провела много лет. Даже сама мысль, сам намек на то, что при ней стало хуже, чем было при руководстве Антона, воспринимались, как личная обида и предательство.

- Удобно, мать вашу, устроились! … Контракты им подавай, а то скучно ничего не делать… Я дала вам контракты, и где «спасибо»!? … Ах, контракты не те!? Вот же ж твари неблагодарные!

Затем она повернулась к Таонге и ответила на его вопрос:

- Звездный Патруль!? Идеалы!? Открой глаза, Тао, и посмотри вокруг… Где твой идеальный Звездный Патруль? Его уже лет 10 нет нигде… Мы – группа высокообразованных и первоклассно подготовленных людей. У нас передовая техника и экипировка. Мы можем всё… Надо пользоваться этим по максимуму, чтобы уйти на пенсию с солидной прибавкой и не о чем не жалеть. А идеалами пусть сопливые юнцы занимаются. Разве это непонятно!?

Таонга заметно изменился в лице и даже как будто побледнел, если подобное вообще можно было отнести к темнокожим людям.

- Эл, что ты такое говоришь!? Вспомни присягу наконец! Конвенцию! … Откуда в тебе все это возникло? – попытался Тао.

Эйла усмехнулась и махнула рукой:

- Нам уже 5-ый десяток. Молодость прошла… Что у нас впереди, а? … Что я вам наивная девочка что ли? С чего мне держаться за какие-то там идеалы, а? Повзрослейте уже, придурки!

- Мы-то, Эл, повзрослели. И совесть у нас не резиновая – подал голос Тимотэй. – Чем мы лучше рабовладельцев Софокры, если будем закрывать глаза на дела би-Молей?

Она на это внезапно хлопнула ладонью по столу и громко рявкнула:

- Легких и приятных кредов захотелось, а!? … Многого хотите, вашу мать! Нытики хелевы!

Однако на ее реплики ни Циена, ни Тимотэй не отзывались. Не желая тащить с них по фразе клещами, она снова переключилась на Таонгу.

- Забери свой рапорт, Тао, иначе я найду замену, и ты пожалеешь о своем поступке! – пригрозила она.

Однако тот лишь отрицательно покачал головой. Эйла сжала кулаки и, немного взяв себя в руки, сказала чуть спокойнее:

- Ну и дурак… Сколько тебе до полной выслуги осталось-то? 2 месячных цикла? 3? … Не можешь потерпеть?

- Не могу, Эл. И не хочу – спокойно пояснил он. – Тошно мне.

Эйла прямо побагровела на этих его словах, но снова сдержалась.

- И куда теперь? … А, знаю. Полетишь небось на Крон, к этой своей штрафной из «Воид» – съехидничала она. – Да уж там сейчас наверное горячо. А тебе ж надо, чтобы погорячее, да? Чтобы возбуждало!

Последняя фраза была явно лишней, но Эйла едва сдерживала себя. Тао сохранял спокойствие и даже не спорил. Когда Антон «правил» отрядом, споры частенько не утихали до «утра». Воспоминания того, как это было при нем, больно кольнули ее сердце. Сейчас она рада была бы услышать хоть бледную пародию тех споров, но их не было. Только признаться в том, что при Антоне было лучше – это как расписаться в проигрыше и собственном бессилии. Эйла отмахнулась от этих воспоминаний, как от назойливых мулек.

Таонга немного помолчал, будто видел все эти переживания внутри Эйлы, и бросил ей все тем же спокойным но очень грустным тоном:

- Теперь это уже не твое дело, Эл… Рапорт я тебе переслал.

Тао кивнул для протокола и спокойно направился к выходу. Однако Эл почувствовала себя из-за этого лишь еще хуже. Казалось, что-то важное и нужное для сплоченности коллектива утекает у нее безвозвратно и навсегда прямо сквозь пальцы.

- Постой… Я должна найти тебе замену, прежде чем принять рапорт – ухватилась она, как за спасительную соломинку.

Он развернулся и ответил:

- Не должна. Не ври… И ты знаешь, где меня найти, если что.

Эйла задавила в себе остатки переживаний за отряд, оставив лишь холодный и мертвый расчет.

- Ну и вали, черный мудак-идеалист! – прошипела она себе под нос, когда дверь за ним закрылась.

Эйла повернулась к Тимотэю и Циене, которые сидели за столом и грустно смотрели в иллюминатор. Она, вымотанная и опустошенная, рухнула на кресло напротив них и бросила:

- Есть еще вопросы для обсуждения?

- Да… Есть вопросы по охранным контрактам от би-Молей… Я так понимаю, ты увела их у ребят из «Лидера», да? – внезапно оживился Тимотэй.

- Какое это имеет значение? Я для вас, для отряда это сделала. Разве это не главное? – каким-то отрешенным голосом, полным безразличия выдала Эйла.

Оба – и Тимотэй и Циена, покачали головой, не соглашаясь с ней.

- Эл, мы ж не в вакууме… Ребята из «Лидера» на нас, как на нелюдей смотрят…. Для них охранка и сопровождения вип-персон – это основная сфера. Их отряд уже расформировали и раскидали по разным КСП и экипажам… Не все могут сидеть циклами на базе и заниматься тренировками на симуляторах. Не у всех свободная бронь, как у нашего «Вихря», Эл…

- Конечно не у всех! Свободу надо заслужить, а вы ноете!

- Извини, Эл, но мы не хотим забирать хлеб у «Лидера». Охрана би-Молей – это их ресурс, их основа.

- Тфу ты! Придурки! Там в «Лидере» одни прикормыши, лентяи и бездари! … Им полезно послужить на КСП!

- Может и так, Эл, но нам тут еще жить. И никто из нас с ними не хочет портить отношения… Мы уже и так превратились из элитного отряда в своего рода изгоев, с которыми в приличных местах даже не здороваются – снова вмешался Тимотэй.

Эл молчала. Ей плевать было на их нытье. Видала она в гробу и отряд, и весь этот опостыливший ей Звездный Патруль. Она хотела, как лучше. Если у этих неблагодарных не хватило ума понять и принять ее старания, то так тому и быть.

- Хорошо. Хель с вами. Охранные контракт с би-Молями и другими ВИП прервем. Еще вопросы?

- Да. Есть еще кое-что… Может мы вернем Антона? …

Эйла хотела уже оборвать речь вмешавшейся Циены, но та и взглядом, и жестом попросила дать ей договорить.

- У него есть опыт управления, Эл. Он помог бы тебе хотя бы советом… И вообще с ним как-то некрасиво получилось… Как думаешь? – закончила она.

На это Эйла лишь громко и эмоционально рассмеялась, решив для себя окончательно, что более и палец о палец не ударит, чтобы сделать что-то для «Вихря». «Да пошло оно все! У меня есть свои дела, чтобы нянькаться с этими неблагодарными! Распущу их всех и найду замену! Желающих толпа!».

Кандидат

Желающих вступить в штурмовой элитарный отряд «Вихрь» было действительно немало. Многие были в доступности тут на «Аламахе». Это обстоятельство приободрило Эйлу, придало мнимое ощущения собственной правоты. «Хотите свалить, валите! Тут вам на замену – очередь желающих!».

Однако из массы кандидатов ее внезапно привлекло «резюме» одного недавнего знакомого. Она вспомнила ту миссию на Альфа Гастергауза, где они участвовали вдвоем с Антоном. Вспомнила она и экипаж крейсера «Экскалибур» и того самого «бугайчика» по имени Бореслав. Теперь его серьезное и даже где-то через-чур строгое лицо смотрело на нее из объемного экрана.

«Ого! Да у него и рекомендация от ОВБ есть!».

Эйла откинулась на кресле и предалась воспоминаниям. Бореслав запомнился ей своей чрезмерной застенчивостью. То, что она ему нравилась, было понятно и объяснимо. Эйла внешне много кому нравилась. Тут не было ничего необычного. А вот в том, что этот «славный малый» соискал возможность попасть к ней в отряд «Вихрь», наводило на некоторые вопросы. «Не уж-то их капитанша довела, что они решили разбежаться?». Эйла поискала остальных членов экипажа «Экскалибура», но резюме в банке данных было только от Бореслава. Вдобавок оно оказалось весьма свежим. И по статусу заявитель сейчас находился на «Аламахе», что упрощало собеседование и низводило его до личной встречи.

Эйла очень быстро добавила его в список, отбросив всех остальных. «Будет вместо Таонги! А остальные и сами поймут, как увидят его, что я могу по щелчку пальца каждому найти замену!».

Бореслав прибыл в расположение «Вихря» уже через час в строго назначенное для собеса время. Эйла ждала его на первом этажа здания располаги, где была столовая. Тут было просторно и совершенно никого. Циена и Тимотэй давно покинули располагу и отправились по делам служебным согласно контракту.

Боря зашел, ровно и четко, как на параде, чем вызвал улыбку Эйлы, которая как раз заканчивала прием пищи.

- Ба! Знакомые люди! Здоровяк, а где твоя чернокожая «Белоснежка»? – обратилась она к нему, как только он, ступив за порог, приблизился к столу.

Этот несерьезный вопрос почему-то смутил кандидата, вогнав его в краску. Эйла решила, что перестаралась, и сама сбавила обороты. Она докончила с едой и отставила тарелку с приборами на скрытый конвейер. Тут же сработала автоматика и утащила все внутрь, освободив поверхность, где остался лишь графин с какой-то розоватой киселе-подобной жидкостью. Она разлила напиток в два стакана, придвинула и указала ему сесть напротив. Перед тем, как принять приглашения, он остановился, вытянулся по струнке и чеканно представился, как будто она его впервые видела. И все же это произвело приятное впечатление особенно на фоне недовольных рож ее подчиненных часом тому назад.

- И так… Зачем ты хочешь попасть в мой отряд, Бореслав? – спросила она прямо, стараясь придерживаться такого же официального тона.

- Я… У меня… Там меня рекомендуют к вам в отряд, мэм – замямлил раскрасневшийся и заволновавшийся кандидат, который, как оказалось, далее заготовленного приветствия не особо обладал красноречием.

«Ясно мне все с тобой!». Она убрала розовый напиток вон со стола и мысленно заказала мету. Графин с прозрачной жидкостью и новыми полимерными стаканами выехал из ниши стола уже через пару минут. Эйла разлила мету по емкостям и подвинула один Бореславу. Тот вежливо отказался.

- Не нужно, мэм… Я ж гибрид. Мой симбионт уже вогнал в кровь успокоительное. Так что позвольте мне самому отвечать.

Однако Эйла видела по лицу его и косящему взгляду в сторону емкости, что Боря совсем не против опрокинуть стаканчик-другой. «Ладно. Потом все равно выпьешь». Она натянуто улыбнулась. Бореслав подкупал ее своей открытостью и милой даже немного юношеской застенчивостью. «Сколько ему? 26. Зеленый совсем». Она освежила его данные у себя в уме.

- Что ж, Бореслав, на кораблике не сиделось? Совсем замучила звезданутая генеральша!? – усмехнулась Эйла, решив теперь сознательно его провоцировать на неприятные вопросы с нескрываемой издевкой.

Несмотря на всю свою «милоту», Боря был ей несимпатичен, потому что невысок ростом, с весьма глупыми некрупными глазами, смотрящими сейчас на нее, как-то совсем по телячьи. Вот только общая неудовлетворенность играла против нее. Эйла не могла сидеть на месте. Несмотря на колкие шутки, ее все вокруг раздражало и подбешевало, а сам Боря был тут и ни при чем.

«Взгляд» Эйлы зацепился за рекомендацию от ОВБ и спец-отдела, что внушало некоторое уважение. Заметив ту самую аббревиатуру из трех букв под руководством ее любимого Форки, она задержала мысленный взор. «Хм… Надо брать. Но сначала помучаю». Бореслав тем временем соблаговолил ответить внятно на ее вопрос:

- Никак нет, мэм… Я это… Я всегда мечтал попасть в штурм-отряд, мэм… У меня хорошие показатели силы и выносливости. Хорошие показатели по стрельбе и управлению, и отличные – по спаррингу и борьбе. Я был лучшем в группе по единоборствам. Бывало приходилось и против 2-х и даже 3-х выходить. Я справлялся…

Эта затянувшаяся само-реклама стала последней каплей в ее и без того испорченном и нетерпеливом терпении. «Самовлюбленный триздун!». Вспомнила она одну перепончатокрылую глупую птицу с Би-Проксимы, которая быстро летала, но из-за болтливости и рассеянности часто попадалась в руки хищников. «26 лет отроду, а гонору словно ветеран какой войны!». Ее распирало от желания проучить хвастуна, чтобы не повадно было. Бореслав же ее гримасу недовольства понял по-своему.

- Я знаю, что у меня мало опыта… Но есть рекомендации – зачем-то попытался оправдаться Бореслав.

Эйле это совсем не понравилось. Захотелось от всей души вмазать по его круглой физиономии с маленькими поникшими глазами.

- А что мне твои рекомендации, а!? – вспылила она, раздраженная его манерой прикрываться записями, бравировать и хвастаться, не отвечая за слова.

Она бессознательно, без явного желания на то, попыталась подтянуть его до уровня того самого кандидата, которого хотела в нем видеть, хотя бы в фантазиях, но выходило так себе в основном именно из-за его манеры речи, неопытности и отсылок к каким-то там рекомендациям. В итоге она махнула рукой ему прежде, чем он закончил оправдываться.

- Вот, скажи мне, только прямо и без запинок, зачем я должна тебя взять, когда у меня еще с десяток кандидатов на место в отряде? Что в тебе такого особенного? – спросила Эл.

Бореслав молчал, потупив взор, как нашкодивший подросток. Это его раболепное поведение злило и раздражало Эйлу еще больше. Ведь она для себя уже все решила. И ему не нужно было слишком многое выдавать, выдавливать из себя, но следовать лишь ее простым пусть и внутренним ожиданиям стоят ровно, смотреть прямо и отвечать четко. Бореслав же ломал всю «конструкцию», выбивался из «рамок» и разрушал картинку в ее и без того сейчас нервном и не очень богатом воображении. И хоть никаких других кандидатов на сегодня не было запланировано, но брать его вот таким вот хвастливым и местами запинающимся она теперь уже тоже не хотела.

Она встала из-за стола, прошлась рядом и остановилась сбоку, заложив руки за спину и посматривая в панорамное окно.

- Ты ж такой сильный, выносливый и умелый. Отвечай сам за себя, не хвастай и не прикрывайся рекомендациями! – выдала она четко и громко, будто отрезала, чтобы обозначить направление своих ожиданий. – И заканчивай мямлить!

- Так точно, мэм! – выдал он внезапно громко, выпрямившись.

Однако ей снова что-то не понравилось в нем, хотя вроде бы он теперь почти дотянулся до ее воображаемой планки. Эйла, будучи все еще раздраженной, решила унизить его, чтобы вырвать из уст то, что скрывалось под слоем формальности, то что есть само нутро человека.

- Сядь наконец и выпей меты – махнула она ему рукой на пустующее место со стаканом напитка.

Бореслав сделал шаг в направлении стола, но Эйла его опередила, нанеся удар сбоку и сзади ребром руки по широкой короткой шее. Боря перехватил ее руку в последний момент, избежав поражения. Он с легкостью и некой даже грацией танцора, что никак не читалось в его массивной фигуре, парировал удар, увел его мимо себя и перехватил виновницу, заблокировав ее на дальнейшие агрессивные действия. При этом Бореслав не нанес ей никакого удара в ответ, но полностью «обезоружил» и заблокировал руки. Эйла не сдалась, но разозлилась еще больше. Она, будучи вполне опытной в спарринге, вывернулась из захвата и нанесла удар коленом. Бореслав и его тоже парировал с какой-то даже чрезмерной легкостью для своей комплекции.

- Мэм, я был лучшим в группе по спаррингу и контактному бою. Вам не стоит даже пытаться – сказал он наконец четко и даже с некоторой снисходительной улыбкой.

Казалось бы, вот он стандарт, который был нарисован у нее в воображении, но Эйла ощутила себя со всех сторон парированной и перехваченной, так что и ногой пошевелить не могла без того, чтобы упасть. Бореслав крепко удерживал ее занесенную ногу под коленом и при этом задрал повыше, чтобы не дать надежную точку опоры для второй ноги. Ее правая рука так же была согнута и зажата у Бореслава подмышкой, а левой не хватала замаха, чтоб размахнуться и ударить. Прямо в лицо Эл смотрели улыбающиеся маленькие серые глаза широколицего кандидата, который теперь контролировал каждое движение Эл. Она внезапно испытала такое сильное возбуждение, что едва не обмякла прямо в его руках. Ситуация для нее была крайне скверная и унизительная. Требовалось срочно найти хоть какой-то выход, но чтобы не уронить, не унизить, не оскорбить собственное эго. То, что начиналось, как урок, грозило закончиться как маленький позор. Она заглянула ласково ему в глаза так, будто это был ее любимый Форкман, приблизила лицо и крепко и чувственно с языком поцеловала в губы. К такому повороту Бореслав оказался совершенно не готов. Эйла, воспользовавшись замешательством, слегка отстранилась, немного высвободила зажатую ногу, уперлась ею в него и, оттолкнувшись и чуть повиснув на нем, ударила со всей силы свободной левой ему в пах. Бореслав тут же согнулся и обмяк. Их губы расцепились. Хватка совсем ослабла. Эйла полностью высвободилась и хлестко ударила ладонью по лицу наотмашь, вынудив Бореслава еще больше отстраниться и потупить взор.

- За что!? – простонал он, почти лежа на полу и скорчившись как придавленная гусеница.

- За наглость, дерзость и самоуверенность! – бросила она ему, поправляя комбинезон.

Эйла развернулась на месте по парадному и неспешно, спокойно и четко вымеряя шаги, отправилась на свое место за столом.

- Садись и выпей со мной – бросила она ему, когда уселась и обновила стакан с метой.

Боря, все еще в полусогнутой позе и со сморщенным от боли лицом, неспешно, как какой-то инвалид подался к столу.

- Ой, ну, как маленький! … Ты ж гибрид. Используй червя-симбионта, чтобы унял боль и подлечил.

Тот утвердительно кивнул головой.

- Уже… Похоже, вы мне что-то сломали там, мэм – простонал он максимально ровно, чтобы скрыть свою обиду.

Эйла тут же рассмеялась:

- Не переживай, бугайчик! Там костей нет и нечему ломаться!

Он заполз за стол, выпрямился и выпил предложенной меты. На его лице все еще читалась боль от «запрещенного удара», но он делал изо всех сил вид, что это не так. Его взгляд больше не рыскал по сторонам и не скрывался от глаз Эйлы. Зато теперь в них читался некий «здоровый» пофигизм на все происходящее. Бореслав будто бы смирился с тем, что его забракуют, а потому уже не пытался казаться лучше и покладистее, чем он есть. Эйле же это наоборот пришлось по душе. Хотя ее приподнятое настроение стало скорее результатом недавнего грубого унижения кандидата.

- Целуешься ты плохо… Не мог, что ли, со своей чернокожей фурией потренироваться как следует? – выдала она с улыбкой.

- Я в отряд пришел не ради поцелуев, мэм… Отряд «Вихрь» не этим славится – легко и непринужденно парировал Бореслав.

Это его высказывание внезапно очень понравилось Эйле. Теперь вот такой вот без ложного налета скромности, гордости и пафоса от собственных достижений он определенно вписывался в ее стандарт.

Бореслав тем временем, осушив бокал, внезапно привстал, готовясь покинуть помещение, и выдал:

- Мэм, я не слепой и вижу, что не подхожу. Есть другие соискатели… Потому не смею задерживать.

- Сядь – спокойно бросила она ему, указав на место. – Я тебя еще не отпускала. Или забыл о субординации?

- Никак нет, мэм – тихо произнес Бореслав и сел обратно.

- Это не значит, что ты принят, а значит, что разговор не окончен. Ясно?

- Так точно, мэм… Только теряете со мной время напрасно. По глазам вижу, что не подошел… Скажу честно, я не был готов к подобному обману с вашей стороны.

Она снова улыбнулась. Бореслав ей уже не казался таким прям совсем некрасивым и неподходящим. До какого матерого и опытного воина-штурмовика ему, конечно, было, как до края Галактики пешком, но на безрыбье, как говориться, и эдемский панцирник – рыба.

- Понравилось? – спросила она с прищуром.

Тот, прикончив еще один бокал меты и немного откинувшись на кресло-стуле, смешно повел глазами и ответил:

- Где там!? … До сих пор болит так, будто термо-ударную гранату в паху взорвали.

- Я не о том, дурачок, а о другом… хм… моменте нашего спарринга – снова улыбнулась она. – Только не мнись, как девица, а отвечай прямо.

Бореслав как-то слишком выпрямился за столом, посмотрел ей в лицо прямо и даже стакан отставил в сторону, не допив.

- Вы мне нравитесь, мэм… Всегда нравились с того самого первого дня, как я увидел вас… Я в отряд «Вихрь» захотел из-за вас и только из-за вас.

Откровения из его уст без задержки и запинаний полились рекой. Эйла слушала и наслаждалась. Ее скудная фантазия пыталась приспособить Бореслава, но выходило каждый раз плохо. В итоге она просто прикрыла глаза и слушала, пока Боря описывал ее, используя свой совсем небогатый и непредназначенный для этого словарный запас. Она вспомнила себя в юности, когда впервые в жизни влюбилась в молодого инструктора по общей космо-подготовке, как всячески старалась отличиться перед ним, выслужиться, как ее сокурсники каждый раз напоминали, что она – уродка, и ее место ниже травы и тише воды. Вспомнила она, как некому ее было защитить от всех издевательств и унижений. Всплыли в памяти даже слова о чести и достоинстве офицеров Звездного Патруля, о высоких идеалах. Она рассмеялась. Бореслав тут же покраснел и умолк, приняв это, очевидно, на свой счет. Однако он совершенно не пытался скрыть свой взгляд. Несмотря на красноту кожи, его как будто совсем и не обидел смех Эйлы.

- Я о вас много узнал, мэм. Вы не всегда были красивы, как сейчас… Вы всего в своей жизни добивались сами. Все эти дорогие процедуры по трансформации внешности… Я знаю, что я неказист и крупнолиц. Все это решаемо, как было и в вашем случае.

Бореслав затронул некоторую интимную зону ее прошлого, чем снова пробудил гнев и недовольство. Эйла резко стукнула ладонью о стол, чтобы он перестал говорить то, что говорил.

- Надо не мне нравиться, а параметрам соответствовать! - выдала она, как отрезала.

На самом деле про «понравиться» Боря угадал. Именно сейчас ей остро не хватало того, чтобы кто-то хотел угодить, подыграть или просто отблагодарить за труды. Перед глазами встал недавний брифинг с собственным отрядом, недовольные рожи сослуживцев с нескрываемым укором из-за, якобы, нечистых контрактов. Эйла даже скривилась. Боря тут же умолк. Она разлила очередную порцию меты по стаканам.

- Оставим внешности… Расскажи-ка, что случилось у вас там на крейсере, что ты вдруг решил перевестись… Только не скромничай и не хвастай. Говори, как есть… Хочешь понравиться, будь предельно честным и откровенным.

Бореслав залпом осушил стакан меты, эффектно крутанул его в пальцах и гулко опустил на стол, кивнув:

- Вы правы насчет сложностей с нашим капитаном, но не только это, и не столько это… Ньюта, моя напарница, та самая, как вы сказали, чернокожая «Белоснежка» … Она погибла во время последней миссии.

- Сочувствую – тут же тихо вмешалась Эл. – Помянем.

Она разлила остатки меты из емкости по стаканам, и они вместе отпили немного. Боря продолжил:

- Я чувствую себя виноватым в ее гибели, мэм. И не успокаивайте меня. На то есть причины… Я не мог больше оставаться в экипаже. Мне там стало трудно дышать, если вы понимаете, о чем я… А рекомендации, они, вообще, не по моей прихоти… Я ж и сам понимал, что просто так попасть в ваш отряд с малым опытом, как у меня – это ж нереально… Спецура на крейсере меня убедила попробовать, пообещав помочь. Вот и помогли.

Эйла с пониманием кивнула головой. Этот Бореслав был чем-то очень похож на нее саму в молодости. Хотя, возможно, мета делала свое дело, и после 3-его стакана он просто нравился ей все больше и больше.

- Это правильно, что ты так подумал. Отряд «Вихрь» - не простое подразделение. Тут от офицеров требуется не только ловкость и сноровка, но и дипломатичность. Мы не только кулаками машем и на космолетах летаем, но и обеспечиваем надлежащую охрану вип-персон. Это все рутина на протяжении долгих циклов. Понимаешь?

Бореслав утвердительно кивнул. Однако Эйла этим кивком не удовлетворилась. Он, видимо заметив, тут же оживился и добавил:

- Не могу обещать того, чего не знаю… Но вы, мэм, можете дать мне самую скучную административную работу, чтобы проверить.

Эйла довольно кивнула. Она уже окончательно «увидела» Бореслава в должности заместителя командира отряда. Это было чревато недопониманием и протестом со стороны остальных. Только плевать она хотела на их претензии. Эйла представила лица Циены и Тимотэя, когда объявит им о новом заме, и довольно улыбнулась.

- На что ты готов пойти ради должности в отряде, Боря? – спросила она прямо, чтобы тот не сильно обнадежился ее улыбкой.

- На все, мэм – четко ответил тот, не пряча глаз и без тени смущения.

Столь короткая и емкая фраза внезапно пришлась очень ей по душе. Эйла и сама не ожидала такой резкой смены своего благорасположения. Кратким и четким ответом он нарисовал в ее уме весьма радужные перспективы. «А что! Такой исполнительный, безотказный и всегда благодарный человек очень пригодился бы в отряде, даже если бы совсем ничего не умел. Тут, вдобавок, на лицо был молодой первоклассный готовый телохранитель с отличными навыками борьбы и боя, да еще и с рекомендациями от самого спец-отдела. А рекомендации – это как раз самое то, чтобы заткнуть возможные жалобы от моих нытиков!». Эйла даже вспотела немного от мыслительных процессов. Она взяла себя в руки и попыталась кое-что, все же, у него уточнить:

- С чего это вдруг ты такой на все готовый, а? Ты же видел, какой коварной я могу быть. Не боишься?

Пока она еще озвучивала свой вопрос, ее осенили новые идеи. Бореслава можно было бы выгодно задействовать тут на «Аламахе» в качестве «фасада», чтобы он решал дела по «Вихрю», пока она решала свои вопросы за пределами. В случае чего его можно было бы даже направлять по каким скучным бюрократическим делам, чтобы он «качал» навыки дипломатии. Она откинулась на кресло-стуле и сложила руки за голову, отдавшись скоротечным раздумьям, уже даже не особо обращая внимания на его ответ.

- Как я и сказал уже, вы мне очень нравитесь, мэм… А потому я вам всецело доверяю, потому что знаю, что мне это поможет в развитии – четко и внятно выдал Бореслав. – Никогда не встречал такую, как ты… вы!

Последняя фраза прозвучала из его уст особенно сильно. Эйла не смогла «пройти мимо» нее.

- Это какую такую? – ухватилась она, хотя его слова внезапно запали куда надо. – Старую для тебя?

Она сознательно напрашивалась на комплементы, подменяя Бореславом того, кто должен был все этого говорить ей на самом деле. Ей льстило то, как он прямо и открыто одаривал ее приятными словами. Боря тем временем на вопрос о старости отрицательно покачал головой и очень красиво вывернулся:

- Возраст не имеет значения, мэм.

Эйлу обдал сильный жар, быстро спустившийся в область таза. Даже голова слегка закружилась. Она заглянула в его в мелкие, но прямо-смотрящие глаза, не врет ли он.

«Хель! Пацан! Тебе 26, а мне 45! Между нами эпоха! Целое, мать их, поколение!».

Из-за собственного волнения Эйла не могла больше сидеть на месте. В голову полезли дурные мысли. Сказывалась общая неудовлетворенность. Она, ничего на это не сказав, встала из-за стола и прошлась в сторону окна. Это не особо помогло. От нахлынувшего возбуждения закружилась голова. Она насилу заставила себя подумать и вспомнить о Форкмане. Он был далеко и волею судеб оставил ее на долгое время. Призрачно замаячила перспектива сойти с ума от ожидания и одиночества. Она повернула голову и бросила скользкий взгляд из-за плеча в сторону Бореслава. Форкман бы однозначно прочитал его и сделал то, что ей хотелось прямо сейчас больше всего на свете. Бореслав просто сидел на месте и даже почти не шевелился, хотя не скрываясь посматривал на нее, слегка повернув голову. Эйла сделала глубокий вдох-выдох. Ей стало немного легче. Червь-симбионт успокоил кровь и вернул ясность мысли. Ломать отношения с Форки, ради влюбленного молокососа в планы не входило. Но и попытаться убедиться в искренности, чтобы доверить все то, что она собиралась доверить ему, все-таки тоже нужно было.

- Я сразу поняла, что ты неровно ко мне дышишь, еще тогда во время полета к Альфа Гастергауза – произнесла она спокойно, вглядываясь в иллюминатор.

Бореслав сидел на месте и молчал. Она, не отрывая глаз от окна, сделала едва уловимый взмах руки с намеком ему подойти сюда. Он среагировал, вышел из-за стола, неспешно даже как-то тихо подошел к ней и встал немного справа и сзади.

«Хороший мальчик. Управляемый… А если все врет, ради места в отряде!? Смешно будет, если доверю ему дела, а он сотворит что-то за моей спиной… Нет! Надо убедиться!»

Она развернулась и заглянула ему в глаза. Бореслав был едва ли выше ее ростом. Ее рука скользнула вниз и коснулась паховой зоны Бореслава. Он не шелохнулся.

- Болит? – спросила она шепотом.

- Нет. Уже нет… Не переживайте – спокойно ответил он.

Она закинула руки ему за шею, слегка повисла и снова крепко поцеловала. Боря приобнял ее в ответ, но не более того. Руки Эйлы скользнули вниз. Расчет был на то, что он подключится и начнет активнее приставать к ней со своей стороны, если питал чувства, или же оттолкнет – если врал. Однако Боря, будто робот, лишь следовал ее шагам до определенного момента, но инициативы на себя совсем не брал. Она внутри просто вскипела. Добавил раздражения тот самый жар, который опять разгорелся в ней и сейчас готов был вот-вот вырваться наружу. Она снова сдержалась не без помощи симбионта, развернулась, увлекла за собой и прижала его к окну.

«Хель меня побери! Что я делаю!? Не хватало мне еще принуждать этого молокососа к действиям! Докатилась!».

Бореслав уверенно поддержал ее в поцелуе, но мягко отстранил от себя ее руки внизу. Эйла озверела:

- В чем дело, а!? Ты не знаешь, как вести себя с женщинами!? Где твоя обещанная готовность на всё!? – обратилась она к нему эмоционально в мыслях, продолжая целовать.

- Я – нет! То есть – да! – ответил он так же мысленно.

- Что!? Соберись уже! Вспомни, чем вы занимались с чернокожей напарницей!

- Мы с ней ничем таким не занимались, но она мне как сестра была.

Эйла тут же отпрянула и отстранилась от него, шагнув в сторону.

- Тфу ты! … Я тебе нравлюсь или нет!? Так соберись и докажи это делом!

- Простите, мэм. Я так не могу – тихо и спокойно ответил Бореслав, ничуть не смущаясь.

- Да пошел ты! То же мне боец! – рявкнула на него Эйла и махнула рукой, посылая его далеко и надолго. – Тоже мне герой-любовник!

Боря кивнул, сделал шаг назад, развернулся и спокойно направился к выходу из каюты. Однако уже через минуту Эйла остыла и решила его вернуть. «Хель! Да он, похоже, и вправду влюблен по уши! Просто зеленый совсем. Дура буду, если не пригрею этого бугайчика в отряде! Как знать, где он мне пригодится!». Ее лицо вспыхнуло краской. Казалось весь жар от возбуждения теперь выходил вхолостую через поры на собственном лице. Эйла снова сделала медленный вдох-выдох, чтобы прийти в себя и успокоиться. Она активировала нейро-линк и бросила вышедшему вон Бореславу мысленно:

- Ладно. Извини. Возвращайся… Ты принят в отряд.

Допрос

Среди множества сообщений, полученных Эйлой на нейро-обруч, было одно весьма важное, требующее незамедлительной реакции. Она получила настоятельное приглашения явиться в Департамент ОВБ. Оно ее немного взволновало, но не более того. Причина не называлась, но Эйле не сложно было догадаться.

Офицер-инспектор из ОВБ Центрального Сектора синт по имени Зоват Хантер ожидал Эйлу к назначенному времени в фойе департамента внутренней безопасности на КСП «Аламаха». Радовало то, что он приглашал ее просто на разговор. Она никого из ОВБ не боялась, потому что ее Форки сам был главой службы внутренней безопасности Сектора. Хотя сейчас ее слегка смущало даже не столько ранение ее ненаглядного Форкмана, сколько молчание его зама Кирилла, который так же все еще оставался на «Эпсилон IV», если верить официальным сводкам Патруля. По сути она сейчас направлялась на разговор с представителем ОВБ без прикрытия со стороны своих влиятельных покровителей. Не знание до конца причины все же заставляло ее немного нервничать. Ради перестраховки Эйла перевела свой нейро-обруч в режим «слушать», чтобы гарантировано не ляпнуть чего лишнего в мыслях. От Форки она прекрасно знала, что в ОВБ есть спецы которые могут генерировать специальные помехи и влиять на чувствительность работы нейро-устройств для того, чтобы мысль, подуманная в голове «для себя», нечаянно выпорхнула наружу.

Зоват встретил ее в фойе и вежливо поздоровался, чем сразу успокоил. Они прошли в комнату для переговоров, хотя Зоват по прежнему хранил доброжелательный нрав и тон. Отправной точкой для Эйлы стало внезапное обнаружение на его запястье плохо спрятанного под рукавом нейродиактора, прибора который фиксировал ложь и правду в ответах на вопросы.

«Сука синтетическая! Развести меня удумал!».

Однако виду она не подала, но спокойно зашла внутрь, будто ничего и не заметила. Для себя же она сделала вывод, что несмотря на, якобы, дружескую беседу, синт непременно в тайне будет собирать компромат из ее ответов, чтобы в свое время дать ход делу.

- Прошу садиться – указал Зоват на место напротив.

Эйла села, но не сводила при этом глаз с его лица.

- Эта встреча – сущая формальность… Со стороны Сектора Персея к нам поступил запрос на необходимость уточнить кое-что у вас, Эйла Борк-Валиот.

- Где мы, а где Сектор Персея – тут же попыталась она в ответ устраниться.

- Верно. Все верно… Но вы имели счастье побывать на их территории в качестве офицера контроля на КСП в системе Альфа Гастергауза. Это так?

«Вот козел! Знает же, что так, и все равно спрашивает. Хочешь меня на лжи уловить, глянцевая твоя башка? Не выйдет!».

- Да. Было дело – спокойно и самоуверенно ответила Эйла и расслабилась насколько было возможно на весьма неудобном полимерном стуле.

- А напомните мне, что там с настройками модулей было? – снова спросил он.

В вопросе был явный подвох. Эйла прекрасно знала, что этот хитро-сделанный синт уже давно все что можно уточнил и разузнал. Сейчас Зоват перед ней ломал некую плохо срежиссированную комедию. Его глаза при этом «бегали» по лицу Эйлы, как какие-то муравьи, не останавливаясь и не цепляясь на чем-то конкретно.

- Не пойму что-то. Это разговор или допрос? – возмутилась Эйла, сохраняя при этом дружелюбный тон.

- Да. Это разговор.

- Значит я могу просто менять тему, если захочу.

- Эм… Да… Нет. Не желательно – как-то растерялся синт.

- А почему? – не отступала Эйла.

- Понимаете, формально я не могу проводить допрос без второго офицера, а на согласование может уйти время… Тема весьма необычная, поэтому мной было принято единоличное решение просто пообщаться с вами.

- Меня в чем-то обвиняют? – более уверенно надавила Эйла.

Синт сначала немного растерялся, потом успокоился и ответил:

- Не буду от вас скрывать. Пока еще нет, но могут.

- Ого. Даже так.

- Все зависит от вашей искренности.

- Хорошо. Валяйте – махнула рукой Эйла, закинув ногу на ногу и расположившись максимально комфортно. – Мне нечего скрывать.

Она не боялась нейродиактора, если только он не был использован по протоколу. А Зоват как раз и использовал его против нее не явно, но тайно. Вовремя вскрытое ею сокрытие прибора вселяло ту самую уверенность, что она переиграет синта.

- Так что, по поводу станции КСП на Альфа Гастергауза? – перефразировал свой вопрос Зоват. – Можете уточнить детали?

- Да. Могу… Я была там дежурным офицером. Это ж можно легко проверить по записям борт-журнала.

Синт проигнорировал ее замечание и спросил снова:

- Модуль «Рама». Вы отвечали за его линковку?

Эйла тут же отрицательно покачала головой. Она сделала это специально. Повела себя максимально естественно, как при обычном разговоре, как того хотел сам Зоват, будто не знала ничего о нейродиакторе. Прибор, который непременно был запущен под рукавом серебристого комбинезона синта, мог транслировать правду или ложь лишь на вербальные ответы. Эйле доставляло удовольствие наблюдать за растерянностью синта, который не мог привязать молчаливый ответ мимикой и жестами ни к правде, ни ко лжи, а потому заметно «нервничал» и бегал своими разно-фокусными глазами по ее лицу.

- Модуль «Рама» был слинкован в вашу смену? – перефразировал он свой вопрос.

Она прекрасно знала, что все это было в записях борт-журнала, а спрашивал синт для завуалированной синхронизации своего прибора. Нейродиактору нужны были простые ответы типа «да» или «нет» на односложные вопросы. Он таким образом настраивался на звуковую волну допрашиваемого и синхронизировался с биополем его мозговой активности. Спросить просто про пол и возраст Зоват мог, потому что выглядел бы тогда весьма глупо, а потому вынужден был действовать таким странным и немного нелепым способом.

- Ну, нет, конечно! – весело и многозначительно ответила Эйла, чтобы совсем сломать его синхронизацию нейродиактора.

Зоват видимо быстро понял, что таким образом он ничего не добьется. Эйла решила его подтолкнуть к сути, о которой она уже немного догадалась.

- Может товарищи из «Элеона» хотят меня в чем-то обвинить? – спросила она вытянувшись вперед и строго посмотрев в глянцевое лицо синта.

Тот даже немного отстранился от неожиданности. Встречные вопросы явно не входили в его план совместного разговора. Нейродиактор так вообще никак не мог их просканировать и использовать, потому что нуждался именно в ответах. И, все же, Зоват не растерялся и ответил без утайки:

- Да. Они считают, что вы причастны к инциденту на КСП системы Альфа Гастергауза.

- А что там? Что за инцидент? – сделала она вид, что не в курсе.

Такое поведение полностью ломало работу нейродиактора, и вынуждало синта самого отвечать честно, чтобы не выслушивать предупреждения о лжи от собственного прибора. Хотя так ли это было на самом деле, Эл не знала, но лишь предполагала. Для него довольно было и того, что этот скрытый нейродиактор в конец добьет синта своей бесполезностью и он его просто отключит.

- Совершен теракт с кражей оборудования и гибелью дежурных офицеров – пояснил Зоват.

Эйла скорчила грустную мину и сочувствующе поцокала языком.

- Ай-яй-яй. Какой кошмар… И что, все погибли? Все до единого?

Синт замялся. Эйла заметила это по его бегающим глазам. Видимо ОВБ не всей информацией мог делиться, пока шло расследование. Зоват определенно вынужден был фильтровать ответы, но при этом делать максимально незаметно, чтобы не дискредитировать этот непринужденный дружеский разговор.

- Нет… Есть выжившие – ответил он не сразу.

Эйла также ощутила легкую тревогу. «Неужто выжили!? Из самой Пасти Блупа!? Видимо, где-то я их сильно недооценила… А да и пофиг. У меня алиби». Она снова улыбнулась и откинулась на неудобную спинку, немного неприятно сдавив себе под лопатками на спине.

- Элеонские службы провели тщательное расследование. Некоторые предварительные выводы уже сделаны.

- О, ну так замечательно! Зачем же вам я, не пойму? – снова включила «незнайку» Эйла и перевела ответ в новый вопрос, чтобы и дальше «ломать» работу нейродиактора.

- Дело в том, что вы могли бы пролить свет на некоторые обстоятельства – витиевато пояснил Зоват.

- Например?

- Например, была ли «Рама» слинкована в момент передачи ее элеонской смене.

- Нет. Не была…. А разве Элеонские не должны были ее пере-калибровать и слинковать под себя в любом случае? – снова спросила Эйла, потому что знала, к чему ведут подобные вопросы от нее.

Она тогда еще весьма удивилась тому, что «Рама» оказалась совершенно не слинкованной даже спустя отведенное для этого время. Подобная халатность на Патруле очень жестко каралась. Она заметила, как на ее очередной вопрос снова замялся синт.

- Все верно… Значит вы никак непричастны к этому инциденту? – внезапно нашелся синт и взял дело в свои руки, чем слегка даже взбудоражил Эйлу.

Однако она не растерялась, а весьма легко и непринужденно ответила вопросом на вопрос:

- А разве я могу как-то быть причастной к тому, что произошло в тысячах световых от «Аламаха»?

Тот, не скрывая какой-то своей искусственной грусти, кивнул головой и подытожил:

- Все верно. Вы не можете… Но есть кое-что еще, что могло бы помочь нам закрыть этот вопрос окончательно. Вы согласны сотрудничать? – снова попытался переиграть ее синт, будто догадался не только обо всех хитростях, но и об осведомленности в наличии припрятанного под рукавом нейродиактора.

Эйла снова молча кивнула, улыбнувшись. Как бы он ни старался и не пыжился, но в ее глазах, он мог бы лишь раскрыть карты без какого-либо ущерба для нее. Осознание этого в корне меняло все. Она больше не тревожилась. Покровительство «высших сил» ей так же более не требовалось. Она контролировала ситуацию, воспользовавшись небольшим но все же «проколом» синта с этим «злосчастным» прибором.

- Вам, как командиру отряда, полагается иметь гранату нелетального действия «резонатор».

Эйла снова кивнула, легко догадавшись наперед, к чему он подводил. «Так значит и применение резонатора тоже вскрыто».

- Могли бы предоставить ее для внеплановой инспекции?

- Конечно! … А элеонским товарищам надо готовиться к куда более серьезной инспекции со стороны Центрального ОВБ. Согласны? … Потеря не-слинкованной «Рамы» - это преступная халатность.

Эйла, сказав, специально строго посмотрела на синта в ожидании ответа. Однако на этот раз Зоват сыграл в ее игру и просто утвердительно кивнул головой вместо вербального озвучивания.

На волоске

Сверхмалый межзвездный шаттл класса «Спринтер», подобный вытянутой темной «сигаре» метра 4 в поперечнике и метров 30 в длину, выскочил из ВК во вспышке яркого, но скоротечного света. Внутри единственному пассажиру было тесно. Корабль своими скромными габаритами вынуждал пассажира с напарником проводить все время в капитанской узкой и стеснённой каюте внутри капсул, совмещающих в себе не только управление кораблем, но и санитарно-гигиенические функции. Даже прием пищи как таковой был тут предусмотрен только в виде протеинового коктейля в полулежачем положении. Зато обе жилые капсулы были оборудованы системами погружения в гиберниоз, который не особо пользовался популярностью, разве что у гибридов или каких технов. Отсутствие напарника, как сейчас, не добавляло комфорта, зато можно было в любой момент выпорхнуть из гнезда через аварийный люк сверху. Снизу подобное тоже было возможно, но уже внутри спасательной капсулы.

Все же было кое-что у «Спринтера», что делало его популярным, помимо возможности быстро и безопасно покинуть. Шаттл предоставлял приятную возможность переместиться из точки «А» в точку «Б» огромного пространства освоенной Галактики за минимально возможное для простого обывателя время. Почти всю его 25-метровую в длину «тушу» занимали накопители энергии, разгонные ускорители и сам ПВК-ВК-двигатель. Один он съедал почти половину объема. Ограничивающим фактором дальности «прыжка» выступали лишь вынужденные остановки на дозарядку. Зато возможности для пополнения энергии были почти беспредельные. Шаттл в силу своих скромных габаритов умел прицепляться, примагничиваться к бортам других кораблей, как земная рыбка-прилипала, осуществлять совместный разгон и переход. Именно благодаря этой возможности «Спринтер» снискал популярность на рынке, несмотря на кусачую цену. Хотя по скорости преодоления расстояние в режиме ВК с теми же крейсерами или шаттлами Звездного Патруля он не мог тягаться.

Его единственная пассажирка по имени Эйла Борк-Валиот терпела все эти вынужденные неудобства, мечтая в тайне вернуться на борт старого-доброго «Буревестника», который хоть и был заметно крупнее, но и обеспечивал несравнимо больший комфорт и скорость. Только тут в системе Альхены, куда только что выскочил «Спринтер», шаттл класса «Буревестник» или любой другой корабль Звездного Патруля сразу привлек бы слишком много внимания к себе, а оно, внимание, привлекать сейчас было ни в коем случае нельзя.

Малый скоростной шаттл «дорулил» до определенной точки пространства, повинуясь некой своей собственной программе. Его миниатюрный даже где-то смешной карго-отсек открылся. Сначала оттуда выплыл небольшой прямоугольный темный предмет подобный обычному кейсу или ранцу. Он разложился в дрона с 2-му лапами-ухватами и небольшими трубками-направляющими ускорителей. Этот дрон, корректируя себя, вытащил из углубленного весьма узкого «багажника» невзрачную совершенно не выделяющуюся на фоне космоса капсулу. В карго-отсеке оставалась еще одна точно такая же. Обе по сути занимали все пространство грузового отделения малого межзвездного корабля.

Сплошной металло-полимерный люк кабины сверху открылся, и оттуда в космос выпорхнула фигурка в плотном серебристом облачении. 6 суточных циклов пребывания в ВК в скафандре в одной и той же позе утомили и вынудили устроить небольшую «разминку».

Закончив процедуры она вернулась в шаттл следом за карго-дроном, который самостоятельно зацепился за багажник, сложился в ранец и погрузился в специальную нишу.

Маневры по корректировки вектора и скорости вывели «Спринтер» в иную область пространства системы Альхены. Тут царил почти такой же мрак, освещаемый лишь яркой большой голубой звездой где-то в нескольких десятках Астрономических Единиц (АЕ) от нее. Однако в этот раз внимание Эйлы привлекло нечто, происходящее на не сильно большом отдалении от нее. Она, быть может, и не заметила бы ничего необычного, но опыт и навыки боевого офицера Патруля сделали свое дело. В мерцаниях яркой голубой звезды на «небосводе» из черноты и мрака космоса то и дело мимолетно выхватывались контуры среднего размера межзвездного корабля, который судя по тому, что делал, был «миноносцем». Из его нутра в скоротечных вспышках отстреливались крупные цилиндрической формы предметы, которые, работая всполохами ускорителей разлетались в разные стороны. Это все Эйла никогда бы и не заметила, если бы не ее подозрительность, наметанный «глаз», подключенная оптика и сенсорика продвинутого экзокостюма-скафандра.

«О, эти готовиться в приему гостей, не иначе!».

Кто были «эти» и к чьему визиту готовились, Эйла прекрасно понимала, потому что была в курсе текущей политической обстановки вокруг Альхены. Ее удивила расторопность космо-флота Федерации. Они определенно не питали иллюзий и готовились к самому худшему и в то же время самому реалистичному сценарию, который от большинства жителей «Альхона» пока оставался в своего рода секрете. Только не для Эйлы. Для нее не было секретов, потому что она являлась составной если не основной частью, распорядителем и исполнителем всех этих секретов. Тем более она удивилась, осознав, что кое-кто среди комсостава Федерации вполне однозначно оценивает перспективы и готовится к ним.

Эйла переключилась в режим квантовой связи, чтобы послать сообщение через квант-линк «Спринтера», но передумала. Ее квантовый импульс могли бы засечь, запеленговать на миноносце, а повышенное внимание к себе ей сейчас было совсем ни к чему. Вообще, вся эта ситуация с присутствием ненужных свидетелей ее тайных дел, сильно осложняла задуманное. Эйла переключилась на карго-дрона, который утаскивал во мрак космоса вторую такую же серую капсулу, и приказала ему вернуться к «Спринтеру». Сенсор скафандра продолжал вести наблюдения за миноносцем, который пока не проявлял активности в ее направлении, но продолжал заниматься минированием области пространства.

- «Чип», сбрось мне габариты спасательной капсулы «Спринтера» - обратилась она мысленно к ИИ своего шаттла.

По правде говоря, корабль этот был не ее, и ей не принадлежал. Он числился во владении «Зова Вальхаллы». Она же была всего лишь пассажиром с полномочиями капитана. Офицерам Звездного Патруля не полагалось владеть движимым и недвижимым имуществом. Это иногда осложняло Эйле жизнь, но таковы были правила.

Получив нужное от ИИ «Спринтера», Эйла заметно приободрилась. Небольшое изменение в плане должно было, как она думала, дополнительно обезопасить и ее, и того самого «Линкера», ради которого или точнее ради кредов которого она совершала сейчас тут в отдалении от обитаемой станции «Альхена» все свои темные дела.

Карго-дрон по приказу Эйлы извлек спасательную капсулу и направился с ней по некоему рассчитанному вектору, исчезнув во мраке пространства. Эйла продолжала с замиранием сердца через сильную электронную оптику наблюдать за работой миноносца Федерации. Она смогла даже определить его класс. Это был средний вспомогательный боевой корабль-минер «Бульдог». Очень малые габариты «Спринтера» и заглушенные маневровые, тормозные и разгонные ускорители пока надежно скрывали его в толще мрака космоса от корабля ФСМ. Хотя скорее всего все было куда банальнее и прозаичнее: «Бульдог» занимался своим делом и не отвлекался ни на что. В любом случае Эйла получила шанс закончить задуманное, вернуться в «Спринтер» и убраться вон с системы, чтобы влететь в нее немного с другого направления, обозначенного именно, как для пребывающих в систему к станции «Альхон».

Повторное прибытие так же не обошлось без неприятного сюрприза. Флот Федерации устроил тотальную проверку для всех судов, прибывающих на «Альхон» и не имеющих должной «прописки». «Спринтер» попал в очередь на проверку.

- Вот, неугомонные! – выругалась она вслух сама себе, затем переключилась на ИИ «Чипа» и добавила:

- Я ухожу в спасательную капсулу поспать немного. Откачай лишний воздух, зачисти следы моего прибывания в кокпите… А, и главное – летишь порожняком, чтобы забрать приватный груз «Зова» с «Альхона» и доставить на Йоту. Все понял?

- Так точно – отозвался ровным низким голосом ИИ.

Эйла не любила переход в гибернизацию. Он сопровождался острой болью в груди от временного удушья. Кроме того при пробуждении у нее всегда раскалывалась голова, а симбионт ничего не хотел или не мог с этим делать. Вдобавок, последний раз подобное она проделывала достаточно давно, из-за чего некий внутренний стресс и дискомфорт от осознания собственного частичного умирания воздействовал на ее психику еще сильнее. Однако другого способа успешно пройти скан-контроль Федерации, как только притворившись «мертвой» в запечатанной спасательной капсуле летящего, якобы, порожняком «Спринтера», Эйла не видела. Поимка и допрос с пристрастием могли запросто поставить крест на всем, что она проделала за последние пару часов.

Глава 3. Банда

Мой бизнес не был бы таким успешным, если бы я не нужна была сразу всем. Моя система наказаний и выкупов самая совершенная не только на «Альхоне», но и во всей Галактике. Кроме того она еще и самая гуманная. Я не поощряю убийств. «Альхон» скуден на человеческие ресурсы, а потому нужно рационально использовать имеющееся. Даже Конвент упомянул мою исправительную систему, как самую эффективную в Галактике.

Все хотят дружить со мной. Все заискивают и договариваются. Я знаю, что происходит на станции. Моя осведомленность во всем – это гарантия сохранности и приумножения.

Большая ли у меня группировка или сколько людей и роботов?

Большая! Вдобавок, мои люди везде! В каждой банде «Альхона», в каждом синдикате они есть. Дергая за нужные ниточки, я контролирую всю станцию, оставаясь в тени.

(Краяда ад-Доуд. Станция «Альхон». 2549`)

Тайная встреча

Свет от яркой звезды Альхены своим голубым сиянием проникал даже в самые дальние уголки, украшенной черными кианитовыми колоннами просторной комнаты. Крыша из ударопрочного узорчатого ферро-стекла пропускала его, лишь немного искажая и преломляя, чтобы рассеивать и наполнить все пространство. Большая парящая в воздухе где-то в полуметре от пола кровать внутри него просто терялась и уже не казалась такой большой. Таким «видом из окна» своих спален могли похвастаться далеко не все жители станции-колонии «Альхон», а лишь те немногие из них, кто достиг определенных финансовых высот, влияния и статуса, как правило, не очень законным путем. У выхода из комнаты стояли, все так же не шелохнувшись, черные фигуры охранников. Они настолько сливались с фоном, что казались самим фоном. Казалось, что тут их и нет вовсе.

Маок не хотел просыпаться, хотя, по факту, уже несколько минут не спал. Его чуть приоткрытые глаза рассматривали черных стражей. Были ли это люди, синты или роботы он не знал. Никто не знал, кроме самой Краяды и тех самых охранников. Маок в постели был не один. Спиной он то и дело касался спящего рядом с ним тела, которое старался не беспокоить. Самочувствие было скверное, потому-то он и не хотел просыпаться, а делал вид, что спал.

Тело рядом с ним внезапно пришло в движение. Он, будучи повернутым спиной, не мог видеть, что там на другой стороне кровати происходило, да и не хотел. Это была точно не Мудис. Сзади красным отблеском вспыхнул тусклый огонек, и все пространство зала с колоннами, в центре которого затерялась кровать, начало неспешно наполняться весьма приятным дурманящим запахом. Маок принюхался. «Хм… Фобирон. Наркоманка чертова». Его нос уловил тонкие едва заметные нотки опьяняющего и бодрящего запрещенного вещества. Хотя тут на «Альхоне» тем более хозяйке шикарных апартаментов вряд ли мог кто-то что-то запретить. Маок поежился, чем и привлек внимание соседки. Она лихо скинула покрывало и прильнула к нему, пнув в плечо и заставив развернуться и лечь на спину. Маок замычал, делая вид, что его разбудили.

- Кончай притворяться! Тебе не идет! … Вчера все устраивало, а сегодня делаешь вид, что меня тут нет!

Низкий немного утробный голос Краяды ад-Доуд Маок ни с каким другим не спутал бы. Он ее знал давно и очень хорошо. Ни в какое сравнение внешне она даже близко не шла с его красавицей-женой. И, все же, он был тут у нее в постели, и не для чтения стихов или подсчета финансовых долгов. Хотя именно из-за последнего он был тут. Краяда держала Маока «за яйца», потому что он проиграл ей один спор еще до того, как загремел в капсулу должников. А с ней не всегда можно было расплатиться стар-кредами или какой материальной ценностью, потому что у нее всё было.

Краяда прижалась к нему своей голой грудью и поднесла ко рту курительный стик. Маок поворчал для вида, но подался навстречу и затянулся больше на рефлексах, чем из-за желания. Ему стало легче. Он знал, что ему полегчает от фобирита, но не надолго. Мерзкое ощущение предательства не отпускало его. Страсть к «альхон-бридж», азартным играм вообще и ставкам на космо-гонки в частности, своими уродливыми извилистыми путями привела Маока прямиком в постель к Краяде. Маок прекрасно знал, что не хорошо поступил с Мудис, но поделать уже ничего не мог. На кону был его собственный авторитет, готовность отвечать за слова, даже пусть и брошенные бравурно, на эмоциях. Краяда давно положила на него глаз. Он это видел, знал, ощущал, но был недосягаем для цепких лап альхонской криминальной ведьмы и акулы. Однако Краяда, все же, добилась своего. Она всегда добивалась своего. Еще до капсулы должников у Маока был спор с Краядой насчет верности Мудис. Тогда-то он и поклялся, что если Мудис никогда не предаст его и не изменит ему. А если – нет, то он сам, смеха ради, ляжет хоть с самой Краядой. Так оно в итоге и произошло. Обиднее всего, что за язык его тогда никто не тянул, но удачная ставка в Стар-Дартс, плюс выпитый явно лишний бокал меты, сделали свое дело. Маок был уверен в Мудис, как в себе самом. Он и сейчас в ней не сомневался, но, к сожалению, на «Альхоне» даже последний урод знал, что Мудис спала с другими, пока он был заключен в капсулу должника. Однако по злой иронии она своей изменой совсем не предала его, а наоборот, спасла. Маок это прекрасно понимал, но слово дано, и спор проигран, и Краяда получила свое. В итоге Маок явился к ней сам, ничего не сказав о том Мудис, потому что не знал как, не нашел нужных слов всю эту свою глупость объяснить.

Напряжение сразу после пробуждения спало. Воздух пропитанный благовониями с легким налетом фобирона делал свое дело. И, все же, глубинное мерзкое липкое чувство предательства никуда не делось. Маок снова затянулся, уже с силой перехватив запястье Краяды и втянувшись, как следует. Ему позарез нужно было заглушить внутреннюю боль. Розовато-серый дым клубами расползся вокруг кровати, создавая некое ощущение таинственности в голубых лучах Альхены. Даже лицо немолодой, но омоложенной и со всех сторон «подтянутой» Краяды с темными пепельно-серыми ровными волосами и впалыми карими глазами теперь уже не казалось таким страшным и отталкивающим.

- Полегче, красавчик! Ты тут не один! – вернула она руку со стиком из-под захвата. – И давай, не разлеживайся! Расплатился, теперь проваливай к себе, пока миссис Муав не хватилась!

На последней фразе Краяда утробно рассмеялась. Маок заметил даже блеск в ее глазах. «Кайфуешь от ситуации!? Ладно!». Он прекрасно знал, что совершенное им рано или поздно всплывет и даст о себе знать. Под действием стимулирующих веществ он уверился в том, что непременно что-нибудь придумает и сможет как-то замять, свести на нечто незначительное и таким образом сохранить лицо и отношения с Мудис.

Маок резко вырвался из-под объятий Краяды и скинул ноги на пол, потерев ладонями лицо. Его комбинезон валялся тут где-то рядом. Он нагнулся, чтобы поднять его, как почувствовал прямо таки нежные прикосновения к своей спине.

- Не злись, Мао… Ты ж знаешь мой характер… Думаешь, какая же я уродка, даже смотреть противно.

- Нет… Не думаю – спокойно ответил Маок, хотя вполне мог бы именно так и подумать. – Все честно. Проиграл спор, расплатился.

Она же обвила его шею и прямо легла гривой колких волос ему на плечи.

- Задержись немного… Поговорим. Теперь, поди, уже не чужие друг другу – пробубнила она все тем же прокуренным утробным голосом бывалой.

Маок оказался, попал в ту самую ситуацию, когда и оставаться было противно, и уходить не хотелось. Его уход приближал момент встречи с Мудис, а его-то хотелось отсрочить как можно «на подольше».

- Слушай, Края, сколько мы знаем уже друг друга? … За свои креды ты ж можешь завести себе любого. Зачем же тебе я? – спросил он, возвращаясь на свое налёжанное теплое место.

Краяда утробно рассмеялась:

- Мао, не переводи стрелки… Ты ответил за свои слова и вырос в моих глазах… Согласись, что и со мной было приятно, и ничуть не хуже, чем с ней. Только в отличии от нее, я могу предложить тебе больше, чем какая-то плотская близость. У нас может быть обоюдовыгодное сотрудничество. Понимаешь?

Ее слова зацепили его. Наемничество в «Зове» да еще и за долги навевало на недобрые мысли. Краяда же была далеко не последний авторитет в криминальном мире «Альхона». Пока он думал над ее предложением, и как мог бы воспользоваться для собственной пользы их с Мудис, Краяда добавила:

- Мне нужен кто-то надежный и верный в «Зове». Кто-то, кого я бы хорошо знала.

- О чем ты? Пол «Альхона» у твоих ног… Я бы запросто согласился с тобой сотрудничать и без интима. Ты ж знаешь – наигранно недовольно ответил Маок.

Она улыбнулась, прищурилась и заглянула в глаза, повернув его лицо к себе пальцами рук с дымящимся фобиритовым стиком.

- Э, нет… Это так не работает. Уж поверь моему опыту… Нас должны связывать не просто какие-то там договоренности, но нечто большее. Нечто такое, что вызвало бы боль с твоей стороны в случае разрыва…

Она сама прервалась, улеглась на его «мохнатой» груди поудобнее, сделала глубокую затяжку и дала затянуться ему.

- Ты ж сейчас обеспокоен, как скрыть свою измену от Мудис... У тебя это на лице написано… Ответ – никак. Рано или поздно все вскроется.

Она снова умолкла, потянулась и провела ладонью по его волосатой местами покрытой шрамами и ожогами груди.

- Ну и, вдобавок, я просто вдвойне кайфую, когда понимаю, что заманила к себе того, у кого самая красивая женщина на всем «Альхоне».

Маок воспользовался моментом и затянулся от ее стика в третий раз. Теперь уже в свете пульсирующих лучей Альхены Краяда казалась ему даже где-то немножко красавицей, но все равно в подметки не годилась Мудис. Он погладил ей волосы, шею и грудь, но скорее в качестве ответного жеста, чем из-за желания. Маок решил для себя, что несмотря на случившееся, Краяда и в самом деле может быть очень полезной в качестве эдакого информатора. Тем более, что сама предложила. Несмотря на все ее «угрозы» он не готов был делиться с Мудис этой вынужденной изменой. Зато с радостью выведал бы кое-что для себя, пользуясь положением «дорогого гостя».

- Мне нужно от тебя кое-что, Края – спросил он мягким голосом, используя уменьшительное имя, чтобы расположить к себе.

- Конечно, милый… Возьми меня еще раз, и все секреты «Альхона» будут твои – изменившимся наигранно тоненьким голоском с весьма откровенной издевкой сказала Краяда в ответ.

Маок от неожиданности подавился дымом и закашлял.

- Не нравится, когда издеваются? – уже обычным тоном выдала ему она. – Вот и сам не играй со мной, а то пожалеешь.

Маок сразу всё понял и спросил то же самое, но уже обычным голосом. Ее лицо растянулось в достаточно крупной улыбке самодовольства, обнажив большие белые зубы. Краяда, несмотря на вредный образ жизни, следила за собой в меру возможностей, а возможности финансовые позволяли ей в 60 выглядеть, как в 30 – 35, пусть и с нюансами. Не все она могла в себе изменить. Ее лицо хоть и лишенное морщин выдавало старость именно впалыми, с красными вокруг ореолами, потухшими глазами, которые зажигались лишь на короткое время в том числе и при помощи наркотика. Где или как она омолаживалась Маок не знал, но мог предполагать, догадываться, что это скорее всего происходило на Би-Проксиме. Все альхонцы туда летали по своим нуждам и в меру своих финансовых возможностей. Маок знал страсть Краяды к запрещенным препаратам, вообще ко всему запрещенному, и то, что она умела себя контролировать, иначе тот «бизнес», который она держала на Альхоне, замариновал бы ее саму.

Маок вздохнул. Краяда молчала, поглаживая кончиками пальцев его грудь и живот. Ему совершенно не хотелось повторять то, что он старался забыть. Он закряхтел и начал неспешно выбираться из-под нее. Она «добила» фобиритовый стик одной долгой затяжкой и с шумом выдохнула.

- Ладно… Я добрая сегодня… Удовлетворенная… Ты потрудился на славу… Проси, что хочешь – громко, выпуская остатки дыма стика, произнесла Краяда, откинувшись на спину.

Это ее «поработал на славу» вызвало в нем даже некое легкое мимолетно отвращение. С другой стороны - зачем Краяде было знать, что он так долго с ней возился, потому что не мог закончить из-за сильно не в пользу ее сравнения с супругой-красоткой. Взяв себя в руки, Маок повторил за ней и тоже лег на спину, чтобы не смотреть в лицо. Действие стика улетучивалось, как и остатки альхонского «утра». Снова накатывалась неприязнь и тоска от случившегося.

- «Зов Вальхаллы» что-то затевают. Очень много нанимают людей из местных – начал Маок как бы издалека. – Нас было двое из «Альхона», когда улетали на миссию. Сейчас, по возвращении – уже более дюжины.

Краяда кивнула и добавила:

- Ну, пока нету повода для волнений. Ребятки с Йоты настроены серьезно, решительно… Приличную сумму кредов уже вкинули сюда. Наладили тренировки, экипировки… На былых обидах к альхонцам не рефлексируют. Это им в плюс. Тут таких уважают… Это жизнь. Вчера тебе надрали зад, завтра – ты.

На последней фразе она повернула голову в сторону Маока и с похотливой улыбкой посмотрела на него, проводя пальцами рук по животу.

- Давай уже телись, Мао, что конкретно тебя беспокоит, иначе дождешься, что я или прогоню, или заставлю! – чуть более резко сказала она.

- Может это такой кидок? Такая скандинавская месть и нам, и остальным альхонцам? – уточнил Маок, никак не реагирую на ее заигрывания.

- Это вряд ли. Когда хотят кинуть, то так сильно не вкладываются. На лицо грандиозные планы подвинуть ослабевших и потерявших хватку федератов – снова улыбнулась Краяда. – Ты, Мао, не там переживаешь.

Маок напрягся от последней фразы. «Вот, не хотел я к ним идти! Мудис уговорила! Не зря ж они мне сразу не понравились!». Вслух же, сам того не понимая, зачем-то спрыгнул с темы и спросил совета:

- Это да, но как надолго их хватит. Федераты хоть и послабее сейчас, но у них космо-флот на орбите, гарантии… И Мудис давно хотела уже хоть какой-то стабильности.

Краяда громко рассмеялась:

- Не ту профессию выбрали, женатики! Стабильность – это не про вас! … А про федератов скажу так: ты их флагман, вернувшийся с миссии, видел? Видел… Целого места не осталось.

- Хм… Я слышал – наоборот, что их все поздравляли с успешным уничтожением станции Патруля на Фобии. ГЛТК раструбили об успешном успехе на всю Галактику.

- Ага. Только это для плебса… А альхонский отряд, который шуму наделал на Кроне, так и не вернулся. Вот и прикинь, что бы было, если бы ты был с ними.

Маок снова вздохнул и загрустил. Краяда слегка грубовато погладила его по голове, как какого-то любимого питомца. Маок не среагировал. Улыбка на лице Краяды хоть и сошла на нет, но она все так же изучающе смотрела на его профиль. Маок заметил это краем глаза, но вида не подавал. «Сейчас начнется самое интересное». Он улыбнулся собственной мысли, потому что немного знал ее характер и желание поговорить. Краяда не разочаровала и открыла новую главу разъяснений:

- Так вот – да. Как я сказала уже, ты не там переживаешь… Этот твой патрон от «Зова», мутный тип… Вроде бы давно его знаю, но тут он даже себя самого переплюнул… Якшается с Патрулем.

Маок, услышав про Звездный Патруль, напрягся:

- Фабриан? Ты про него?

- Да… Пришел ко мне как-то с девицей-красавицей… Оба такие в форме «Зова» красивые, довольные, счастливые, будто жених и невеста…

- И с чего ты решила, что она из Патруля?

- Рожа этой красотки мне показалась какой-то знакомой.

- Что у тебя знакомые в Патруле что ли? – усмехнулся Маок.

- Нет, придурок! – заткнула его Краяда. – Не в том плане! … Она будто нейро-дива какая. И какого рожна тогда забыла в нашей дыре!?

- Ясно… Выяснила? Из Патруля?

– А то! … У меня ж нюх на этих товарищей. Они ж даже в увольнительной все как павлины с вытянутой шеей и ровной спиной ходят, будто их на кол посадили или стержень в позвоночник вставили… Внешне – звезда, а по повадкам на нейро-диву ну никак не похожа.

Оба посмеялись. Краяда продолжила:

- Короче. Люблю я всякие загадки… А у этих патрулят база открытая, по Конвенции ж... Ну, а я заглянула в их инфо-портал и запустила своего электронного помощника поискать мне эту красотку… И что ты думаешь!? Нюх меня не подвел! … Некая Эйла Борк-Валиот, командир штурмового отряда «Вихрь», Звездный Патруль, Сектор Ориона! Бац!

Маок аж дернулся от неожиданности, но быстро притих и отмахнулся:

- А ты уверена!? … Быть того не может! Зачем надо «Зову» связываться со штурмовиками Патруля! Глупость несусветная!

Краяда на это его эмоциональное высказывание прямо приподнялась и оперлась на левый локоть, чтобы своим лицом загородить Маоку обзор на прозрачный потолок с космическим видом. Из-за того, что она лежала выше его, ее крупная грудь при подъеме большим темным соском неприятно коснулась щеки Маока. Неприятным в этом касании было то, что он ощутил себя прямо таки безмозглым младенцем, которому нужна титька. Он знал, что Краяда любила такие приемчики унижения, когда кто-то тупил или задавал идиотские по ее мнению вопросы. Покосившись сквозь «препятствие», он случайно заметил едва видимый след на коже по центру груди от какого-то то ли украшения, то ли медальона. Раньше он ничего подобного не замечал, потому что не был с ней настолько близко в интимном плане, как теперь. Да особо никогда и не всматривался. Но сейчас из-за наглости самой Краяды, его обзор ограничился лишь ее лицом и грудью, а потому некоторые мелочи стали заметнее. «Интересно, это ее украшение дорогое? Судя по следу, оно явно не маленькое». Отстранённые мысли Маока были внезапно прерваны ответом-наездом со стороны Краяды:

- Уверена ли я!? За дуру типа твоей Мудис меня держишь!?

- Мудис не дура! – возмутился Маок.

Краяда сделала вид, что не услышала его возмущение. Маок попробовал реабилитироваться:

- Большая патрульная шишка и в нашей глуши? Звучит, как фантастика… Может артефакт?

- Нет, не артефакт. Действующая. На инфо-портале все четко описано.

Краяда умолкла на мгновение, затем снова заговорила, будто что-то «ожило» у нее в памяти:

- Ну я потом и вспомнила, кого она мне напоминала из «селебритиз» … Просто копия этой, блин, как ее… Элеоноры Войз!

- А Фабриан?

- А что Фабриан? … А, ну, был с ней… Они доставили тело в полимерной оболочке, будто труп какой. Сказали, что гибрид и должник… Попросили его закапсулировать… Банальный бизнес как бы… Всё, как и тебя когда-то.

- И что думаешь? – полюбопытствовал Маок.

- Думаю… Что «Зов» спелся с Патрулем. Для их бизнеса это хорошо, значит всерьез и надолго. Для «Альхона» – плохо. Они могут быть использованы, как некий «бэкдор» для возвращения сюда, понимаешь? И если придет Патруль, конец «Альхону».

- Обломится им! Один раз наваляли, наваляем снова!

- Не уверена... Ее даже федераты на орбите не тронули, а уж они-то как злы на Патруль.

- Эка невидаль! Мы тоже с Мудис спокойно летаем! … Контроль никакой… Федераты тупо заняли заброшенный 36-ой «индастриал» у доков космопорта и не вмешиваются в наши альхонские дела. Разве что, если сами попросим – наконец нашел, чем блеснуть и сам Маок, чтобы поправить свою пошатнувшуюся в глазах Краяды эрудированность.

Она с прищуром нескрываемого любопытства глянула на него, но не стала спорить. Ее рука мягко легла поверх живота, медленно и как бы неспециально ушла под покрывало. Маок заерзал, понимая на что нацелилась хитрюга. Он положил руку на живот поверх покрывала, надежно прижав ее ладонь до того, как она достигла бы цели. Краяда замерла, умолкла и откровенно загрустила. Маок знал, что это еще не все, иначе она бы уже выпихнула его со своей постели. Он отстранил свое лицо от ее вездесущего соска и с нескрываемым удивлением посмотрел на нее. Краяда ухмыльнулась, вздохнула и продолжила:

- Чужие они тут… А еще и эта из Патруля с ними… «Зов» на Альхоне и так на птичьих правах пока, а когда узнают про шашни с Патрулем – тем паче… Но дело даже не в Фабриане или его спутнице…

- А в чем же?

- Я когда поняла, с кем имею дело, копнула глубже. Подключила свои связи, архивы… Тот, кого они с собой притащили, неместный… Думаю, это некто Брод. Беглый артефакт… Это он командовал альхонским отрядом на Кроне. Выселение «Зова» с «Альхона» - тоже его работа… Шуму, короче, наделал много… Стал местной легендой, пока ты в капсуле болтался и круги наматывал – показала она пальцем в свой красивый полупрозрачный звездный потолок.

Внезапно Краяда прервалась и прямо таки прижалась к нему, приподнявшись снова на локте и заглянув с характерным прищуром в глаза:

- Кстати! Точно! Это он тебя, по сути, выкупил и богатством одарил! … Ты ему всем обязан! Всем, что у тебя было, и что «Зов» опять отобрал.

- Разве? Я думал кэп дальнего плаванья Мекелдоно Монсе меня облагодетельствовал.

Краяда улыбнулась.

- Не… Этот заплатил за твой автэнтикат, а тот совершил дерзкий налет на «Зов», порубал их в капусту, захватил все добро, взломал портал по поделке документов и оформил на тебя все захваченное добро… Ну, почти все… Многое.

Маок быстро смекнул, вспомнив то, о чем и сам Фабриан ему поведал еще тогда при встрече в банке. Краяда тем временем продолжала пояснять:

- У главы космо-флота федератов с этим Бродом какая-то история… Он тайно просунул его сюда и назначил рулить альхонским отрядом. У них была какая-то очень важная стратегическая миссия на Кроне. Все облажались там, а наши ребята во главе с этим Бродом показали уровень и прогремели так, что слухи до сих пор ходят.

- Погоди-ка… Это тот самый альхонский отряд, что ты упомянула, что пропал в последней миссии?

Краяда кивнула:

- Ага … Отряд пропал, а командира предали, скрутили и в мешке притащили… Только никто доподлинно об этом не знает, кроме меня!

На последней фразе Краяда даже похлопала себя по животу, будто съела что-то редкое, экзотическое и очень вкусное. Она помолчала немного, потом снова глянула на прижимающего ее руку Маока, вытащила ее из под покрывала и сказала:

- Эх, дурак ты, Мао, что держишься за эту свою Мудис… Со мной ты получишь все, что пожелаешь. Все богатства Галактики… Я, кстати, присматриваю себе домик на Эдэмии. Там сейчас для нашего брата весьма вкусные условия… Конечно с документами надо еще поработать, отбелить пятнышки на репутации… А с другой стороны, у меня там образовались неплохие связи.

Однако Маок ее вернул обратно к теме про «Зов Вальхаллы». Краяда вздохнула, запустила ладонь в «копну» его коротких волос, потрепала и с некоторой долей грусти выдала:

- Ну, что тебе еще добавить!? … Брод насолил и «Зову», и Патрулю… Оба - и Фабриан, и его пассия, хотели его очень надежно засунуть, чтобы не потерялся… Брод этот – беглый курсант, который крови попил у Патруля… У них открытый контракт на его поимку. А там весьма солидная такая сумма кредов!

- Открытый!? До сих пор!?

- Ага… Его сначала закрыли, типа поймали. А после того, как ФСМ набедокурил у патрулят на Фобии, снова объявили в розыск. Главком Саймон со своим космо-флотом летал туда не только ради «Сияния разума», но и за этим Бродом тоже. Его после захвата на Кроне, судили и приговорили к промывке мозгов в лаборатории, прикинь? Это уже потом он угодил в лапы «Зова», когда бежал оттуда… Так и числится этот Брод у Патруля пропавшим. Пока тело не найдут и не опознают, то контракт на поимку будет открыт.

Маок слушал и молчал. Информации было так много, что он не сразу понял, что ему со всем этим теперь делать. Краяда тоже молчала. Настала очередь Маока интересоваться деталями.

- Странно, что эта блондинка из Патруля его своим не сдала, раз креды немаленькие. Вроде у них так по службе положено.

- Ничего странного. «Зов» перекрыл ставку почти вдвое… А блондиночка, не будь дура, выбрала туда, где больше напихают, положив на родной Патруль с прибором!

Краяда хохотнула от собственной шутки. Маок же присвистнул от неожиданного поворота сюжета, вспомнив про «Зов Вальхаллы». «Вот ведь жадные ублюдки! Столько кредов за одну голову не пожалели, а меня обобрали до нитки! … Видать сильно этот беглый им всем насолил!». Снова наступила недолгая тишина, которую опять нарушил сам Маок:

- Края, так это ж отличная идея! Давай вскроем капсулу с этим Бродом, освободим героя, раз он у тебя, кинем «Зов» с Патрулем и продадим его Федерации! Думаю, Саймон за него хорошо заплатит, да еще и спасибо скажет!

Та посмотрела на него широко открытыми глазами, как на умалишенного.

- Мао, ты в своем уме!? Если бы я вскрывала капсулы по щелчку пальца, мой бизнес не стоил бы и ломанного гроша! Придурок, блин!

- Да ладно тебе! Неужели не придумаем способ отыскать капсулу на орбите!? – не поверил ей Маок.

Краяда снова рассмеялась и замотала головой.

- Нет, Мао, и не надейся! Капсула никак и ничего не излучает и не ловится никакими сенсорами или радарами. Только начальная координата, время и вектор, записанные на уникальный дата-ключ… Нет ключа – нет капсулы. Все просто.

- А если какое препятствие в космосе?

- Все просчитывает мой ИИ. Он выбирает место в нашей системе, но такое, чтобы гарантировать 6-месячный цикл целостности. Вдали от всех пассажирских и грузовых маршрутов. Потом записывает его на дата-ключ и «забывает» … Система надежна и безупречна… Даже если меня схватят и долго пытать будут, я ничем не помогу, потому что сама не буду знать.

Маок вздохнул. Казалось, что все эти знания были ему совсем и ни к чему, потому что вели в никуда. Однако в уме закрались мысли насчет понаблюдать, повыведать, тем более что он и сам в «Зове», а значит «ближе к телу».

- Выкрасть бы его, ключ этот – внезапно озвучил весьма простую мысль Маок.

Краяда взяла его щеку в свои пальцы и повернула. Ее глаза пристально смотрели ему в лицо. Он посмотрел в ответ. Она определенно думала над его словами.

- Это хорошо, что ты все и сам понял, Мао. Я в тебе не ошиблась. Только нужно поторопиться… Они повезут ключик своему «Одину». Хорошо бы выкрасть до того.

Она замолчала, снова всмотревшись в глаза Маока с прищуром, погладила его по волосам и добавила:

- Я тебе все сказала. Теперь смотри сам… Но имей в виду, я ничего не рассказывала. Если попадешься, то сам по себе… Но, если вдруг добудешь ключ, приходи – мои двери всегда открыты… А теперь проваливай. У меня еще куча дел на сегодня.

Краяда резким и быстрым движением ног спихнула его с постели вниз, где валялся помятый черный с красными вставками комбинезон «Зова Вальхаллы». Маока это нисколько не смутило. Причуды Краяды были всем известны, но предугадать проявление той или иной на себе он не смог, даже если бы захотел.

Маок спешно оделся и бросил на Краю взгляд с нескрываемой насмешкой.

«Если я заполучу ключ, то чего ради понесу его тебе? Добуду капсулу и продам ФСМ… Дураков нет делиться с тобой!».

Он махнул ей рукой ради вежливости и направился к выходу.

Рецидив

Похмелье «позднего утра» от осознания собственного унижения и измены накрыли его с головой. Такого стыда, как сейчас, Маок не испытывал давно. Он как мог оправдывал себя, пока мчался на магнито-байке по тоннелю в сторону одного из многочисленных «Индастриалов», где была располага «Зова». ИИ голосом Мудис просто взорвал ему мозг пропущенными вызовами и сообщениями на нейро-обруче. Маок ощущал себя пойманным с поличным. Он знал, что она непременно расколет его при первом же разговоре, потому что знает как облупленного. Его лицо горело огнем, спина и бедра под комбинезоном покрылись предательской испариной. Маок хорошо умел врать, но только не с ней, не с со своей малышкой, своей ненаглядной и любимой женой. После мерзопакостной ночи с Краядой, она, его Мудис, воспринималась, как просто богиня красоты и грации. Он как мог убеждал себя, что всего лишь закрыл свой долг, что ее не предавал, что она и сама не раз изменяла ему, пока он наматывал километры в капсуле. Однако все это не облегчало ни разу. Он все равно ощущал себя паршиво, сколько не старался переубедить.

По пути был «игровой дистрикт», который, как и всегда, манил таких как он своими зазывными холо-баннерами «выгодных» ставок.

- Эх! Я ж был у Краяды, почему не выпросил скидку на ставки в ее клубе!?

Маок хлопнул себя по лицу, чтобы привести в чувства:

- Даже не думай об этом! Снова закончишь плохо!

Однако воспоминания собственного предательства не давали ему покоя. Внезапно возникла шальная мысль перебить позор чем-то еще, чем-то не таким мерзким, как предательство или измена, чтобы не пришлось врать и оправдываться.

- Да я ж не ради себя, а ради Мудис! Одну ставку сделаю… Ну проиграю, встану и уйду… Потом объясню все ей, что не отвечал потому что гэмблил! … Зато врать не придется или оправдываться за визит Краяды! … Ну и что в том, что я переспал с ней! Большое ли дело! Я же не серьезно, а потому что был долг, с которым я расплатился и стал свободен! Мудис и знать об этом не нужно!

Маок прекрасно знал, как Мудис относилась к его маленькой слабости, но, все же, решил завернуть и сыграть. Маленькое зло в его глазах выглядело не столь плохо и ужасно, как недавно совершенное большое. Он позвонил Краяде через нейро-линк, но та его проигнорировала. Он попробовал снова – без результата.

- Ладно. Посмотрю на месте, на что принимаются ставки, и кто в фаворе. Тогда решу.

Маок задержался и потерял ход времени. Ему везло и везло просто фантастически. Сыграли сразу 2 ставки на региональные отборочные космо-гонки где-то в Юнионе. Маок никого там не знал, поставил скорее наугад, на «вылет». Ставка сыграла. Он угадал не только имена, но и точно определил последовательность аутсайдеров. Повезло ему и в альхон-бридже. Карта легла «в масть». Маоку достался в пару весьма опытный ИИ, а в оппоненты попали откровенно слабые игроки. Только все это были относительно безопасные ставки, низшая лига. На них нельзя было много поднять, как и потерять. Маок какое-то время строго следил за собой и вел себя аккуратно, не рисковал зазря из-за высоких ставок, помня, зачем он тут. Только с каждой новой успешной ставкой усиливалось чувство, что сегодня тот самый его удачный день, день везения. Грех было бы упускать такое. Маок дозрел и решился на высший уровень. В Стар-Дартс он замахнулся на десятку сильнейших в гваторийской серии, но тут внезапно случился маленький досадный прокол, совсем мелкая ошибка. Маок спутал 2 пилота-космогонщика с одинаковыми фамилиями, из-за чего ошибся. Потеря оказалась чувствительной. Он враз лишился того, что удачно поднял за последние 2 – 3 часа мелких и относительно безопасных ставок.

Сколько он еще гэмблил после досадного проигрыша, Маок точно не знал и знать не хотел. Вернуть заработанное собственным умом и удачей стало для него теперь делом чести.

- Такс! Никакой сегодня не особенный день! Сейчас делаю пару ставок, чтобы без риска, верну свое и в располагу к Мудис – настраивал он сам себя.

Маок был уверен, что контролировал ситуацию. Он даже специально, сидя за столом ставок напротив большого голографического табло, поднял глаза к потолку и посмотрел в прекрасное звездное небо, чтобы не терять ход времени. Фильтры затеняли пульсирующее сияние огромной голубой звезды Альхены. Казалось, что время тут остановило свой ход. Ведь звезда была на своем месте, в «зените», а значит он мог расслабиться и провести еще часик в ожидании результатов отборочных Стар-Дартс в системе Эпсилон Эридана. Однако виртуальный диктор-хронограф объявил перенос игры на следующий суточный цикл, что сильно расстроило Маока. Провести тут более 25-и часов ему точно не улыбалось, но и результат своей «стопудовой» ставки он раньше узнать не сможет. Маок выругался. Он осмотрелся и, не теряя время, переключился на локальные игры-поединки преторианской серии. Однако там тоже нарисовался перенос из-за орбитального ЧП. Он совсем растерялся и даже занервничал. Покидать заведение с утратой ему совсем не улыбалось.

Привлекли его внимание и ставки на дуэли с Гимерры. Входной порог был низким, а потому можно было сделать множество малых ставок. Ему снова повезло. Больше половины их сыграло ему в плюс, но к сожалению не компенсировало изначального «заработка». Маок почти убедил самого себя уйти с тем, что есть, но диктор с Гимерры объявил командный боевой мачт на мех-доспехах 5-на-5. Ему везло на военных ставках, хотя то была совсем не его тема.

- Новичкам всегда везет! А я как раз новичок в этом! – убедил он сам себя попробовать еще и рискнуть более крупной суммой.

Казалось, что это – его тот самый отличный, выигрышный вариант на сегодня. Маок, как сам думал, поймал «вайб удачливого новичка» и готов был сделать ту самую победную ставку на групповой схватке. Однако он поспешил с выводами и, решив, что вскрыл задумку обеих команд, сделал основную ставку, вложив в нее сразу крупную сумму кредов. Удача была близко, буквально шептала ему в ухо, но в последний момент предала его и ускользнула, просочилось сквозь пальцы, растаяла, как туман. Он сам не заметил, как чейн-аккаунт с кредами от успешной ставки еще на «Фривинде» опустел.

Маок перенервничал и потерял над собой контроль. Он начал требовать немедленно возобновить трансляцию Стар-Дартс с Эпсилон Эридана или вернуть ему деньги за ставку. За спиной замаячил дрон из числа секьюрити. Маок успокоился. Ему предложили самый удобный столик перед экраном, который как раз освободился, и бесплатную бутыль меты. Там к нему подсела девушка-синт с дешевыми и весьма сильно «заношенными» имплантами, которая попыталась его приобнять и пожалеть, но Маок прогнал ее. Теперь ему оставалось лишь ждать или уйти совсем ни с чем.

Появление в гэмблинг-клубе Мудис Маок заметил не сразу. Его лицо с пустым взглядом лежало на столе и смотрело сквозь почти пустую бутыль из-под меты. Через нее он пытался рассмотреть звёзды в отражении блестящего узора на стене. Силуэт уверенно зашедшей стройной женщины в черном приталенном плотном комбинезоне с красными полосками и эмблемой «Зова» Маок так же заметил через отражение. Он был настолько погружен в собственную печаль, что никак не среагировал на нее. На экране ИИ специально для него, по настоятельной просьбе, отсчитывал секунды, минуты и часы до старта той самой эриданской космо-гонки Стар-Дартс, что была перенесена. Там была его последняя ставка, на которую Маок сейчас возлагал все свои чаяния и надежды.

- Я знала, что ты тут… До последнего надеялась, что где-нибудь еще, но ошиблась – прозвучал знакомый, немного грустный, немного уставший приятный женский голос.

- Прости меня, Муди… Я был уверен, что все под контролем – вздохнул Маок.

- Блин, Мао, какого рожна! … Ты снова захотел в капсулу должников!? – возмутилась Мудис, чуть ли не до слез.

Маок, все так же лежа лицом на столе, покачал головой в знаке отрицания.

- Много потерял? – вздохнув спросила она.

- Ну, так… Сейчас, вот, будет самая важная ставка, и я все отыграю, вот увидишь… Осталось 23 часа и 45 минут.

Ее ладонь мягко легла на плечо Маоку, потом сместилась на шею. Он почувствовал на своей щеке ее мягкие волосы, ее неповторимый немного терпкий запах. Этот запах всегда волновал его, но увы не сейчас. Сейчас его волновала только ставка.

- Пойдем отсюда, Мао – серьезно сказала Мудис.

- Я не могу… Последняя ставка… Если она выиграет, то я в плюсе.

- Мао, не придуривайся… Если ставка сыграет, ты получишь выигрыш на свой чейн-аккаунт… Идем отсюда, пока не поздно. Прошу тебя.

Маок приподнял лицо и посмотрел в ее грустные глаза. Ему стало так стыдно, как нашкодившему подростку, которого застали за неприглядным делом. Он тяжело вздохнул, кивнул головой, медленно встал и в обнимку с ней, как какой-то уставший боксер или атлет, направился к выходу.

- Я все знаю, Мао – огорошила его Мудис, как только они вернулись домой.

Тот кивнул. Он не знал точно, что значило в ее устах «все знаю», но внутренне почему-то ощутил, что это ее «всё» означало «совсем всё», включая измену. Он набрал полный рот воздуха и приготовился уже объясниться, но Мудис его опередила:

- Почему ты мне не сказал сразу? Почему не сказал, какой именно долг Краяда повесила на тебя лично?

Ее голос дрогнул, глаза увлажнились и из них выступили слезы. Она смотрела ими ему в лицо, а он стыдно уворачивался и не желал поддаваться скорби. Где-то в глубине души Маок был рад, что все наконец вскрылось, и в то же время был дико зол на Краяду, которая все сделала в свойственной ей манере с максимальной болью и трагедией. Угрызений совести он, вроде бы, даже не испытывал, логично посчитав, что и Мудис и сама в свое время злоупотребляла верностью, а потому извиняться даже сейчас не счел нужным для себя. Мол, было и было. Вроде бы случилась и не измена вовсе, а так – ответка за слова.

- Не знаю, что тебе наплела Краяда, но с этим покончено. Долг уплачен, теперь я свободен… Так что, все это совсем не то…

- Почему ты мне не сказал сразу, Мао? – перебила его Мудис.

Маок более не захотел ничего ей пояснять. Он принялся стягивать с себя комбинезон, чтобы нырнуть в паровую кабину. Его плотный костюм, слегка утолстившийся за многие часы от игр, ставок и переработанных человеческих жидкостей и пота, не хотел сниматься, вынуждая напрягать уставшие мышцы и ругаться на него. Маок почти разделся, как заметил, что Мудис совсем не спешила оголяться.

- Я тебе все сказал, Муди. Мне больше нечего добавить… Влаго-таблетки надо экономить, но я утащил несколько с корабля кэпа – попытался выдавить улыбку Маок, намекая, что хотел бы принять душ вместе.

Мудис смахнула слезы и, помотав головой, молча отказалась. Маок оставил ее и нырнул в душевую кабину в уверенности, что она немного поплачет и непременно присоединиться к нему, как и всегда. Однако Мудис не присоединилась, хотя Маок ждал ее долго, потратив не одну влаго-таблетку. В итоге, устав смывать с себя все грехи за долгий почти бесконечный суточный цикл, он высушился и вышел наружу. Мудис дома не было. Оставленное голосовое сообщение через ИИ гласило, что она приняла решение уйти от него и пожить в располаге «Зова».

Драка и арест

Маок долетел до располаги наемников на своем магнито-байке, едва не угодив в аварию дважды. Второй раз он едва не стал причиной остановки конвоя снабжения, который как раз доставлял груз из космопорта. Чудом его не приняли за бандита, напавшего на грузовую колонну, и не уложили там же на скоростной магистрали, ведущей к «Индастриал 37».

Прям у ворот в расположение наемников «Зова Вальхаллы» Маок стал свидетелем драки, где 5 или 6 напали и, по сути, избивали 2-х. Одна из жертв была определенно женщиной, выдавшей себя более высоким тембром голоса. Маок почему-то сразу подумал про Мудис и вмешался. Он сходу определил 2-х самых хитрых и опасных, прыгнул на магнито-байк и использовал его как таран, чтобы разогнать толпу.

- Черт возьми! Кто это!? … Маок, не влезай, если не разобрался! – услышал он голос явно узнавших его местных парней.

Они были такими же условными наемниками «Зова», как и он, только влились в ряды недавно. Условными их всех называли по причине запрета наемничества на «Альхоне». Все они тут были добровольными курсантами, а «Зов» типа обучал и готовил их.

- 5-ро на 2-х!? А вы не охренели!? – взревел он в ответ, бросив магнито-байк и выхватив бластер.

Драка окончилась преждевременно. Почти никто не пострадал. Драчуны ретировались без объяснений причины очень своевременно. Из-за ворот «Зова» выскочила охрана из дронов «Ганранов». Маок внезапно остался с теми самыми жертвами драки, а дроны-гуманоиды без лишних прелюдий разоружили их от взяли под арест. Только теперь Маок понял, за кого вступился, и весьма пожалел. Это были Лоуренс и Николь. Он их обоих неплохо знал, но презирал, как и те, кто напали на них. Николь отличилась тем, что предала командира альхонского отряда на далеком Кроне, а потом бросила своих на Фобии и сбежала вместе с Лоуренсом. Кроме предательства за ней водился «грешок» службы в Звездном Патруле и не абы где, а в спец-подразделении. Ходили слухи будто бы она участвовала в вызволении своих из Патруля во время мятежа на «Альхоне». Маок не доверял слухам, но предательство в его глазах было худшим из зол.

Дроны-охранники отвели их в блок для задержанных до прибытия Фабриана с новым конунгом. Маок демонстративно сплюнул им под ноги и пересел к дальней стене. Самый распоследний альхонец знал, что федераты объявили их в розыск и давали неплохую награду. Маок едва не завыл, что не вписался на стороне атакующих, быть может поделил бы с ними награду, а так – теперь они все были под защитой «Зова Вальхаллы». Маок видел это по их избитым, но весьма довольным лицам.

- Брезгуешь? – обратился к нему Лоуренс. – Чего ж вступился, а?

- Если бы знал, какую падаль занесло к воротам «Зова», не влезал бы… Наоборот, еще и помог бы вас скрутить.

- Да уж. Много сил не надо, чтобы в 5-м, а потом и в 6-м скрутить 2-х – отмахнулся Лоуренс, всем своим видом показывая, что так же не желает более болтать с Маоком.

- А с каких это пор Маок без своей феи, а? … Напарницы нет, так и думать перед дракой не надо? – ухмыльнулась Николь, стирая кровь с разбитой губы.

- Что!? Придержи язык, падла! – тут же вскочил Маок.

Он был вне себя от злобы и досады из-за случившегося. «Утро» не задалось вдвойне, если не втройне: он напрасно влез в драку, вступился за предателей, еще и в карцер угодил. Его рука автоматически легла на пояс, но по понятным причинам бластера там не оказалась. Охранные дроны заблаговременно разоружили его и остальных. Однако этот рефлексивный жест Маока не остался без внимания со стороны.

- Что? Не уж-то пристрелил бы? – зыркнула из-подо лба злобно на него Николь.

- Даже не сомневайся!

- А как же кодекс наемника? Или ты думаешь, мы тут для красоты околачивались?

Маок покачал головой. Остыв немного, он внезапно все понял без дополнительных пояснений.

- Зря стараетесь. Вас не возьмут. Фабриан токсичных не берет – рассмеялся Маок. – Ишь чего удумали, а! В «Зов Вальхаллы» наняться! … А ничего что у них с Федерацией договоренности?

Николь и Лоуренс переглянулись. Второй даже немного смутился из-за слов Маока. Однако Николь даже бровью не повела, но в совершенной самоуверенности ухмыльнулась и сказала не без пафоса:

- Возьмут. Вас же с Мудис, таких мелких воришек, взяли. Нас и подавно… Надо же, чтобы кто-то и делом в отряде занялся, а не только ставками и подтыриваниями.

Последняя фраза повеселила Лоуренса. Маок же сжал кулаки так, что перчатки захрустели. Он понимал всю бесперспективность драки тут, а потому сделал глубокий вдох-выдох, взял себя в руки и сел на пол у стены напротив них. В памяти всплыл недавний уход от него Мудис. Маок внезапно ощутил такую тоску, что едва не заплакал.

- Тяжелое утро? – снова обратилась к нему Николь. – Я про «до драки».

Маок не сразу понял, что обращались к нему, а потому сначала никак не среагировал. Потом до него долетели те самые слова и он перевел взгляд с потолка на Николь.

- Тебе какое дело! – бросил он.

- Раз вступился за нас, значит дело – спокойно продолжила разговор Николь.

- Знал бы, не вступал! – более раздраженно ответил он.

- А может наоборот? Если бы знал все, то непременно вмешался бы? – внезапно огорошила она его странным вопросом.

- В любом случае не влезал бы… Просто в моменте показалось, что под раздачей моя Мудис – зачем-то объяснил ситуацию Маок.

- Значит судьба – тут же добавил Лоуренс, включившись в разговор.

Маок безразлично махнул. Он оказался тут взаперти на неопределенное время, а там, возможно, Мудис о нем переживает, волнуется. А тут в этой экранированной комнате даже мысленно через нейро-линк бросить весточку было нельзя.

- Нас возьмут в Зов». Даже не сомневайся – снова запела старую песню Николь. – Как знать, может даже назначат командиром отряда.

Услышав это Маок не удержался и громко рассмеялся.

- Зря смеешься – подавленно пробормотал Лоуренс, будто себе под нос.

Видимо, он и сам не очень верил словам своей подруги. Маока это развеселило еще больше.

- Ты многое не знаешь… Альхонским отрядом тогда командовал беглый офицер Патруля. Наш кодекс не запрещает предавать врага – попыталась зачем-то пуститься в объяснения Николь.

Маок махнул рукой, как бы давая понять, что еще не отсмеялся. И все же слова эти немного заинтересовали его, но не потому, что он прям горел во всем разобраться, а потому что сидеть им было еще неопределенное время, а за разговором оно, как ведомо, летит быстрее.

- Да что ты говоришь такое!? Он надрал задницу Патрулю на Кроне! Ходят слухи, что он уложил какой-то спец-отряд на Фобии.

- Ну, слухам верить… То такое – потянула самоуверенным голосом Николь.

Добавил от себя и Лоуренс:

- А на Кроне он загнал нас всех в ловушку. Если бы не мы с Николь… Если бы мы тогда его не продали «Войду», то покоились среди равнин той планеты с остальными из отряда.

- Гонишь! Они тогда выбрались! – возразил Маок, который что-то где-то о том слышал.

- Не выбрались… И на Фобии нас хотели подставить! Для всех мы альхонцы – расходный материал, понимаешь? – вмешалась Николь.

- Я бы и рад тебе поверить, но слишком многое против вас с «Волком» … Ты ж сама – артефакт, да еще и спецура Патруля.

- Бывшая! – сильно возмутилась Николь. – Понимаешь это слово!? «Бывшая»! Будь моя воля никогда бы туда не пошла! Я ж гибрид. Выбора не было.

Тут с ней Маок согласился, но виду не подал. Просто поверить вот так вот сходу, что ни она, ни Лоуренс ни в чем не виноваты, и что их подставили, было сложно. Он и не верил, просто лишь соглашался кое с чем.

- А ты знаешь, что тот самый альхонский отряд напал на «Зов»? – внезапно добавила Николь.

Маок кивнул.

- А ты знаешь, что Фабриан лично обязан мне жизнью? – не унималась она.

Маок усмехнулся и махнул рукой:

- Ну, хватит мне ездить по ушам… Вот придет Фабриан, тогда и посмотрим, чего стоят твои слова.

Их долго никто не беспокоил. Потраченное время прошло в основном в разговорах, больше похожих на споры и, в целом, пошло им всем на пользу. Маок уже не был так категоричен на счет Николь и Лоуренса, хотя все еще питал некоторые сомнения, просто потому что не был погружен в тему и мог сравнивать лишь с историей с уст Краяды, которой, в свою очередь, особенно после коварства с Мудис, тоже не сильно доверял. Он никогда на нее полностью не полагался, несмотря на то, что по многим моментам и вопросам советовался.

Фабриан пришел за ними лично. Войдя в карцер он внезапно обнялся с Николь, как старые добрые друзья. Лоуренсу просто крепко пожал руку. Все это в итоге слегка реабилитировала обоих предателей в глазах Маока. Как минимум ему уже не хотелось подлавливать их у ворот, чтобы избить.

- Федераты задалбливают. Устроили шмон всем кораблям «Зова». Конунга и его ребят повязали, как каких-то бандитов… – выдал он, затем прервался внезапно и странным взглядом посмотрел на Маока.

Николь тоже посмотрела на него и пояснила:

- Он нас прикрыл.

Фабриан удивился:

- Так вы тут не из-за него?

Николь и Лоуренс оба помотали головами. Фабриан все равно смотрел на Маока с явным непониманием.

- А где красотка-жена? – спросил Фабриан внезапно. – Почему не вместе?

- Долгая история – грустно отмахнулся Маок.

- Ладно – протянул Фабриан, поправляя свои тактические очки. – У нас сегодня много гостей. Веди себя культурно… Конунг желает с каждым побеседовать индивидуально.

- Как насчет командира отряда? – внезапно спросила его Николь нагло и в лоб. – Есть у меня шанс?

Фабриан и сам не ожидал от альхонки такой прыти. Он посмотрел на нее, потом на Маока и лишь только в последнюю очередь на Лоуренса.

- Хм… Куно падок на женщин… Маок и Мудис у нас уже отличились на миссии, так что ты, Николь, не обессудь, но шансы скорее у этой парочки.

На последней фразе он демонстративно кивнул в сторону Маока. Тот ухмыльнулся, немного высокомерно посмотрел на Николь, Лоуренса и, сложив руки крест-на-крест, гордой походкой вышел следом.

Знакомство с конунгом

Огромного роста лысый низколобый здоровяк с мелкими свинячьими глазками какого-то темного почти черного цвета, широченным подбородком и широченными плечами, в черном комбинезоне с красными линиями и вставками, с характерной гравировкой, эмблемой двух скрещенных топоров, вошел в зал столовой со своей свитой из дюжины инструкторов-воинов «Зова Вальхаллы» в расположении наемного подразделения. Все присутствующие встали. Маок, будучи в городом одиночестве и сидя теперь обособленно, тоже встал. Из-за той самой драки он стал своего рода изгоем – ни вашим, ни нашим. Свои его избегали, а к Николь и Лоуренсу он сам присоединится был не готов. У него все еще имелись веские основания не доверять им, несмотря на полученные разъяснения еще там в карцере. Да и все еще теплилась надежда, что конфуз из-за драки рассосется, и он снова будет принят в «коллектив». Зато Маок увидел тех, кто напал на Николь и Лоуренса. Ими оказались альхонцы из наемного подразделения, как и он, и Мудис. Только его жена неплохо себя чувствовала в мужской компании, сидела и улыбалась, а он оказался как бы в стороне, и поделать с этим ничего не мог, пока не мог.

Следом за здоровенным более 2-х метров ростом увальнем и его свитой скромно зашел знакомый им всем модный и стильный Фабриан с аккуратно сложенными и прилизанными назад черными волосами и несменными для его образа темными широкими тактическими очками. Справа от него в зал шагнула высокая, чуть ниже Фабриана, белокурая женщина. Послышался характерный свист весьма довольных «зрелищем» красотки наемников-альхонцев. Маок узнал ее сразу же по описанию Краяды и брезгливо поморщился, но сделал это так, чтобы не привлекать внимание. Хотя, правды ради, его дальний одинокий столик и так не привлекал внимание. Как и соседний с ним, где сидели Николь и Лоуренс.

Только когда «гости» совсем вошли внутрь и расположились за 3-мя центральными самыми удобными столиками с комфортными левитирующими креслами, все присутствующие сели. Повисла гробовая тишина. Маок, игнорируя остальных «разно-маститых викингов» и гостей с Йоты, и сам молча с интересом изучал блондинку в черно-красном комбинезоне «Зова».

Громила-гигант не успел вдоволь посидеть, как встал, вышел из-за стола, сложил руки за спиной и расставил ноги по-военному, повернувшись к остальным. Его гладкое с виду лицо в близком рассмотрении было посечено и огрублено. Маленькие глаза-бусинки смотрели перед собой прямо и почти не моргали.

- Меня зовут Куно Гант. Для вас всех конунг Гант. Для приближенных и избранных – Куно или «Череп». Я прошел инициацию у самого «Одина» … Я – кахатанец, воин-саит, хотя для вас всех это ни о чем не говорящие слова. Не пытайтесь найти мою планету на своих убогих виртуальных картах Галактики по этому имени… У вас планета называется Софокра.

Тут же послышался гул среди присутствующих. Маок вспомнил сектантов из Софокры, их рабов. Вроде бы они не были выдающимися по росту или комплекции, но как обычные люди. Однако возмущение остальных, как и его самого, на счет этой мерзопакостной планеты можно было понять.

Куно поднял руку в знаке умолкнуть. Затем, окинув зал весьма строгим взглядом, продолжил:

- На так называемой Софокре живут не только сектанты, но и мой древний народ! …

Альхонцы заметно выдохнули и оживились. Никто не хотел иметь над собой командира-рабовладельца даже пусть и за хороший оклад. Маок тем временем продолжал украдкой наблюдать за блондинкой. Она не тушевалась, не пряталась и совершенно не нервничала. Когда у них за столиком появилась мета, она налила себе и Фабриану. Маок по их переглядываниям догадался, что они о чем-то мысленно переговариваются.

- «Какого хеля Фабри подпустил себе эту с Патруля!? Или может он не знает, что она – действующий офицер!?».

Маок думал над тем, стоит ли обратиться к Фабриану мысленно прямо сейчас и пояснить ему, с кем именно он так весело выпивает. Одно дело, если бы то был отставной офицер или беглый артефакт, но действующий – это совсем другое дело. Над «Альхоном» дамокловым мечом нависала открытая Резолюция Конвента, голосование по которой должно было произойти в течение этого месячного цикла или, возможно, раньше. Маок точно не знал, не помнил. Он не интересовался политикой, но судьбой своей родины – да, хотя и не так глубоко, как нужно.

- И так… Я ваш конунг, но особенности законов на станции «Альхон» не разрешают наемничество, а потому сейчас среди вас будет выбран достойный командир-альхонец. Я ж буду тут в качестве ментора и советника! – продолжал Куно своим тяжелом низким голосом, как некой словесной кувалдой, забивать слова-гвозди в уши альхонцев. – Со мной прилетели и другие инструкторы, которые помогут мне сделать из вас настоящих первоклассных воинов.

Зал озарился радостными возгласами. Маок и сам слегка обалдел, хотя уже проходил слушок от остальных, что «Зов Вальхаллы» не может работать на станции в привычном для себя амплуа. «Тем лучше! Мой звездный час! Или Мудис!». Маок покосился на дальний столик, где его «малышка» сидела в окружении других альхонцев, которые так же, как и он, не скрывали радости. Сама Мудис даже не пыталась смотреть в его сторону. Любые попытки обратиться к ней мысленно через нейро-линк натыкались на глухую стену блокировки.

- Каждый из вас получит шанс побеседовать со мной лично, один на один. Попытайтесь убедить меня, почему командиром должны стать именно вы или те, на кого вы указываете. По результатам беседы, после совещания с моими товарищами…

Тут он запнулся, снова провел тяжелым взглядом своих маленьких поросячьих темных почти черных глаз по залу, затем повернулся и указал в сторону Фабриана и его спутницы.

- «Хель! Какой позор! Эта тварь из Патруля будет решать, кто будет командиром в нашем альхонском отряде! Докатились!».

Маок не находил себе места, но услышав про беседу один на один, немного выдохнул и решил для себя, что непременно все расскажет этому конунгу, который хоть и выглядел как здоровенный тупой громила с низким лбом и интеллектом, однако высказывался весьма красноречиво и разумно.

- И так… Все вы получите приглашение на нейро-обручи, зайти ко мне в каюту для разговора. Каждый в свое время. Я дам каждому ровно 15 минут времени, потому советую приготовиться, как следует. Второго шанса не будет… А сейчас по случаю моего прибытия, всем мета и закуски за счет «Зова».

Мудис зашла к конунгу в назначенное время. Она не хотела, чтобы тот их позвал на разговор вместе с Маоком, а потому попросила альхонцев, ребят из отряда, побыть ее телохранителями и не подпускать к ней его. Обида от подлого предательства все еще терзала ее и требовала сатисфакции. В итоге, оказавшись внутри одной, без Маока, Мудис весьма обрадовалась. Крупный огромный более 2-х метров ростом Куно стоял лицом к панорамному иллюминатору, выходящему на полигон.

- Иди сюда – подозвал он ее и словом, и взмахом руки весьма фамильярно и даже грубовато.

Мудис сделала вид, что не заметила этого, подошла и стала рядом. На полигоне рабочими дронами распаковывалась привезенная техника. Он внезапно обхватил ее за плечи и крепко прижал к себя, почти стальным захватом. Ноздри с шумом втянули воздух у нее над головой. Мудис хотела было отстраниться, но он пояснил:

- Я упоминал на брифинге… Я – кахатанец. А у нас, у кахатанцев, все просто… Мы верим инстинктам больше, чем словам… От тебя исходит стойкий запах женщины. Со своим самцом ты рассталась.

Мудис догадался о намерениях верзилы еще до того, как он закончил речь. Она резко дернулась в сторону, но он удержал ее на месте, будто бы даже почти не прилагая усилий. Мудис проглотила это и попыталась успокоится.

- Наверное, потому что я и есть женщина – бросила ему едва сдерживая недовольство Мудис. – А мои отношения с Маоком тебя не касаются.

Он ослабил хватку, повернул голову и посмотрел строго сверху вниз.

- От тебя очень сильный запах женщины, который я по природе не могу игнорировать… Вы, люди, даже не ощущаете его. Мы, кахатанцы, не можем игнорировать.

Мудис внезапно совершенно явственно ощутила, к чему он клонит. Она уловила момент, когда он почти отцепился от нее, резко вывернулся из-под объятий и шагнула в сторону. Однако он успел схватить ее за руку, за ладонь, и привлечь к себе обратно.

- Даже не думай, урод. Муж тебе голову снесет – прошипела она.

Он все с тем же каменным лицом, растопырив ноздри и вдыхая воздух над головой Мудис, тут же парировал:

- Ты ушла от него. Я все знаю…

Еще в процессе разговора он весьма резко, провернул силовой переворот ее запястья с выгибанием всей руки за спину кверху так, что Мудис, застонав от боли, подалась и согнулась вниз и вперед. Ее лицо едва не уперлось в металлическую поверхность стола, куда Куно ее подтолкнул. Она снова попыталась вырваться, но он перехватил и вторую ее руку, заломив теперь обе ей за спину. Мудис буквально легла лицом и грудью на стол и застонала от боли. Стало страшно. Возможности для того, чтобы вырваться, таяли на глазах. Она попыталась использовать ноги, но не успела даже подумать об этом, как ощутила давление на них. Ситуация казалась совсем безвыходной. Куно своими ногами ловко раздвинул и прижал ее ноги в разные стороны, освобождая доступ к ягодицам.

- Всё имеет свою цену… Должность командира отряда – тоже… Это твоя плата. Расслабься – пропыхтел и пробасил над ее ухом Куно. – Сегодня цена вопроса – это совокупление прямо на этом столе. Добровольное или принудительное – не имеет значения.

Мудис больше не пыталась вырваться, понимая бесполезность этих попыток. Она была не маленькая и весьма опытная в подобном, а потому знала, как надо действовать.

- Добровольно… Я все поняла… Я хочу добровольно… Ты зажал мне ноги. Дай расслабиться. – простонала она, пытаясь продемонстрировать готовность к грубому соитию.

Куно немного замешкался. Мудис почувствовала, как он занялся ее комбинезоном, чтобы получить вожделенный доступ. Мудис сохраняла самообладание и не препятствовала ему.

- Ты ж хочешь нормальный трах, а не через боль и муку? … Дай мне расслабить ноги, иначе тебе 15-и минут не хватит – снова максимально ласково и нежно сказала Мудис, едва сдерживая слезы и внутреннюю дрожь.

Казалось на Куно никакие уговоры не действовали. Казалось, он настроился только на принудительный вариант. Мудис и не думала сдаваться. Она специально подергала ногами, чтобы якобы больше их раздвинуть и дать более свободный доступ. Будучи прижатой грудью и лицом к столу, она могла лишь искоса видеть, его копошения. Мудис сразу поняла, что он опытный насильник, потому что не мешкался, не терся и знал прекрасно, что и как лучше сделать, чтобы и ее удержать и начатое закончить.

- Куно, ты прав… Давай добровольно – выдавила она из себя, набрав побольше воздуха, чтобы голос прозвучал максимально ласково и естественно.

Он купился. Хватка немного ослабла, но кахатанец по прежнему бдел, чтобы она не дернулась и не вырвалась. Руки Мудис все еще были заломаны за спину и задраны кверху, так что выкрутиться все равно не получилось бы. Она вздохнула, снова подергала ногами, как бы прося немного высвободить их, чтобы занять более удобную позу. Куно повелся и попался. Мудис резко высвободила правую ногу и ударила ею ему под пах, метя почти наугад. С силой удара она, видимо, немного переборщила. Куно отлетел, как ужаленный, и согнулся пополам, свернувшись почти в калачик. Раздался его прямо таки звериный вой. Мудис поправила комбинезон, с размаху вмазала конунгу кулаком по роже и быстрым шагом вышла вон. Только уже за дверью до нее дошло осознание, что она теперь лишилась не только должности, но, вероятнее всего, и самого контракта с «Зовом». Сердце сдавила какая-то сильная грусть и тоска. Хотя, если бы ей пришлось снова пережить такое, она без раздумий поступила бы так же.

Едва она шагнула за угол как лицом к лицу встретилась с Маоком, который пробивался наверх, на второй этаж, через импровизированную охрану. Вырвавшись немного он попытался схватить Мудис за руку, но не смог. Она резко вырвалась и направилась по лестнице вниз, не обращая на него внимания.

- Что-то случилось? – спросил он, пытаясь снова перехватить ее.

Однако она опять оттолкнула его к другим альхонцам, которые вызвались ее охранять.

- Тебя это больше не касается! Уйди! – рявкнула она на него и устремилась к выходу.

Маок все еще пытался вырваться из захвата 3-х альхонцев, которые оказались через-чур исполнительными в деле охраны его Мудис. Поняв всю тщетность затеи и почувствовав неладное, он попытался влететь в кабинет конунга, но тот ему не открыл. Еще не пришло его время. Маок потребовал впустить, но Куно грубо послал его подождать. Из мыслей не выходил образ чем-то расстроенной Мудис. Маок, освободившись от «телохранителей», хотел было рвануть за ней следом, чтобы узнать, что случилось, но сам себя остановил, решив, что не успеет тогда ко времени и упустит свое шанс на разговор с конунгом.

- Входи – мысленный голос Куно вернул его, выхватив из раздумий.

Маок зашел. Конунг сидел за столом в слегка наклоненной позе, будто у него что-то болело. Он указал кивком головы сесть на кресло напротив. Маок выложил сразу все карты:

- Блондинка в форме «Зова» - не та, за кого себя выдает. Она командир боевого отряда Звездного Патруля «Вихрь». Можешь проверить по их базе, если сомневаешься.

Однако реакция Куно вынудила его замолчать.

- Стоп… Ты кто? Ты что? … Твоя задача по контракту выполнять приказы командования. Командование сейчас – это я.

- Я знаю свой контракт – попытался Маок.

- Знаешь? Тогда не лезь не в свое дело… Мы в курсе, кто это такая, и знаем, что делаем.

Маок кивнул. Ему как-то и в голову не пришла мысль, что может ее таким образом выманили. Если «Зов» все знает, значит нечего и переживать. Маок выдохнул и даже немного повеселел.

- Кстати, хотел бы предложить свою кандидатуру в качестве командира отряда – сказал он весьма самоуверенно.

Конунг выпрямился, вытянулся, подобно струне. Он с шумом медленно выдохнул и неспешно встал. Далее все так же молчаливо он подошел к окну. Маок ждал ответ, теряя понемногу терпение. У него была фора на эту должность, как участника операции по захвату станции. Они с Мудис там отличились.

- Должность уже занята – сухо своим низким голосом поведал Куно, даже не поворачивая лица в сторону Маока.

- Как занята? Кем? … Мы с Мудис тут самые опытные! Остальные дальше «Альхона» горелого полимера не нюхали!

- На общем построении все узнаешь. А теперь – свободен.

Он махнул рукой. Маок, как облитый некой липучей и дурнопахнущей субстанцией, неспешно встал, развернулся и вышел вон. Лишь только уже по выходу из кабинета его осенила догадка:

- «Мудис! Она получила должность!».

Затем в памяти всплыло странное поведение конунга, словно у него там в районе живота что-то болело. Добавилось сюда злобное и агрессивное поведение Мудис при встрече с ним.

- Сука! Переспала, чтобы получить отряд! Отомстила, так отомстила! Как же ты могла!?»

Маок побагровел от вспыхнувшей ревности. Он попытался выхватить бластер и заскочить в кабинет снова, но вспомнил внезапно, что не имел оружия, потому как в корпусе командования «Зова» огнестрел был не положен. Кроме того и дверь конунг ему не открыл, но прогнал вон с угрозой позвать охрану дронов и засадить обратно в карцер, если тот не успокоится сам.

Маок налетел на Николь в том самом повороте, в котором совсем недавно 10-15 минут тому назад отбивался от доморощенных телохранителей и налетел на Мудис. Вот только Николь была гораздо ниже и тоньше, из-за чего он снес ее, сбил с ног. Она, как могла ушла от удара, но плечом, все же, он ее зацепил и уронил.

- Смотри, куда летишь, урод! – бросила она ему злобно.

- А ты не стой на пути, мелкая тварь! – так же злобно бросил ей Маок, даже не глядя на нее.

Однако, сделав еще шаг, он внезапно раскаялся, развернулся и помог встать. Николь оттолкнула его.

- Не надо. Я уже привыкла, что меня бьют – голос прозвучал с некоторой толикой грусти.

- Если ты все еще рассчитываешь получить отряд, то поздно. Можешь не стараться – зачем-то высказал он ей.

Это немного помогло унять ту самую разгоревшуюся в нем боль измены. Николь и сама внезапно поинтересовалась:

- Это тебе конунг сказал?

Маок кивнул, уже не торопясь выскочить из здания.

- Да. Он самый… Кто именно, я не знаю, но на построении объявит.

Лицо мелкой Николь сменилось со злобного раздражения на вселенскую грусть. Маок заметил это и с пониманием похлопал по плечу:

- Знаю, что у тебя пунктик на счет командирства… Заметил… Сочувствую.

Он уже собирался уйти, но она придержала его:

- Помоги мне.

- С чего вдруг? – не понял Маок и отмахнулся.

- Так надо.

- Э, не… «Так надо» - это ты «Волку» скажешь – возмутился он.

- Прошу. Отвлеки его, потому что он следующий после меня. Он уже идет сюда, чтобы подождать за дверью… Не надо ему быть за дверью!

Маок все равно ничего не понял из ее объяснений, а потому отмахнулся, не желая это делать.

- Мао, прошу тебя, как… хм… как будущий твой командир – придержала его Николь.

- Чего!? – еще больше удивился и возмутился Маок.

Николь вздохнула и внезапно предложила пари:

- Хорошо. Давай так: если я окажусь права, то ты получишь десятку кредов. Идет?

Маок задумался, помолчал, внезапно улыбнулся и ответил:

- Пол сотни. Тогда по рукам… Если вздумаешь обмануть, скажу твоему «Волку», что ты ко мне приставала.

Николь тоже улыбнулась, провела ладонью по его лицу и более тихим голосом проговорила:

- А ты хотел бы?

Маок настолько не ожидал такого поворота, что на мгновение потерял дар речи. Потом, все же, пришел в себя, снял ее руку со своей щеки и выдал:

- Чего? Ты себя в зеркале видела. Тощая и мелкая. Ни жопы, ни фигуры!

Однако она его уже не слышала, завернув за угол и исчезнув за дверью в кабинет конунга.

Маок перехватил Лоуренса на лестнице и под надуманным предлогом увел его обратно вниз. Он догадался, что затеяла или могла задумать провернуть Николь на едине с конунгом. Тогда и отвлечение Лоуренса имело смысл. Маок нашел, чем отвлечь и разговорить его. Они с Николь были частью того славного альхонского отряда, который наделал шума на Кроне. Слово за слово, и «Волк» с радостью вернулся с ним в опустевшую столовую, чтобы поделиться воспоминаниями. Не то, чтобы Маок хотел что-то узнать, но чего он точно не хотел – это чтобы его застукали мирно и по-дружески беседующим с предателем. Да и 50 кредов сами себя не поднимут и лишними точно не будут, особенно с последнего такого печального проигрыша всех накопленных средств. Маок знал даже куда пристроит эти деньги. Слушая Лоуренса в пол-уха он воображал, как обрадует Мудис флай-пасом на Би-Проксиму к тому самому заливу. Ее измена теперь уже не воспринималась им, как нечто необратимое. Наоборот, он сейчас чувствовал себя правым вернуть ее, потому что они были, вроде как, квиты.

Николь подсела к ним незаметно, даже послушала часть речи разгорячившегося из-за воспоминаний Лоуренса. Настало его время идти «на ковер к боссу». Лоуренс встал и быстро покинул столовку. Маок окинул весьма самодовольное лицо Николь, которая откинулась на кресле так, будто захватила соседнюю Галактику в одиночку. Уже через минуту на столе появились закуски и мета. Маок знал, что внеплановые перекусы «Зов» не оплачивал, а значит эта мелкая добилась своего. Он поморщился, просто лишь представив на секунду их вместе совокупляющимися: широкоплечий гигант более двух метров, гора мускул и тощий карлик, метр с кепкой.

- Что, реально? Он на тебя позарился? – не выдержал Маок, видя, как она уминала еду и запивала напиток, глотая и почти не прожёвывая.

- А ты во мне сомневался? … Не смотри, что некрасивая и тощая. Я кое-что могу. Умею… Тебе и не снилось.

Она хитро подмигнула ему. Маок с нескрываемой брезгливостью отстранился и даже не притронулся к мете, которой она его угостила, плеснув в стакан. Затем, видя, как она уминает еду, хотя завтрак прошел всего часа два тому, он не удержался и рассмеялся.

- Чего ты ржешь!? – огрызнулась на него Николь, заглатывая очередной кусок разогретого протеинового брикета. – Я подарила ему 15 минут такого блаженства, какое ему и не снилось! … Устала, блин, конечно! Посмотри на него и на меня!

Маок взмахнул обеими руками, выставив вперед открытые ладони, как бы извиняясь за свой смех и прося избавить его от подробностей.

- Вот по этому и ржу… А еще Лоуренса жалко. Связаться с такой проходимкой! – добавил зачем-то он, хотя наверное и не стоило.

Он еще не получил свой законный приз и, возможно, уже и не получит, а хотелось бы. Тем более на него у Маока были планы.

- Зря… Посмейся над собой, придурок! Этот забугорный кабелюка тот еще ходок по бабам. У него типа инстинкты обострены, как у животного… Твою Мудис он тоже оприходовал, даже не сомневайся! – выдала Николь и наигранно хохотнула на последней фразе.

Веселье в миг улетучилось. В груди все сжалось будто тисками. То, что казалось уже потухло внутри его, разгорелось снова. Осознавать, что этот громила лапал Мудис, и не только лапал, оказалось очень больно. Захотелось вмазать по роже этой чертовой мелкой дрыщавой предательнице за то, что она сказала такое про его Мудис. Однако Маок сдержался, помня, что еще не получил оплату пари.

- Нет! Моя Мудис не такая!

Николь, едва не подавившись куском, заржала еще сильнее.

- Ой, я тебя умоляю, Мао… Когда я собирала отряд, то застала твою Мудис неплохо проводящей время с толстяком «Донком» … Вот уж где мерзкая жирная тварь! … Меня-то хоть 2-метровй атлет-аполлон 15 мин драл, а твою Мудис какой-то жирдяй… Тфу ты! А ж представить противно!

Маок побагровел от злобы. Он ощутил это по сильному жару в лице. Однако мысли о кредах, о том, что толстяк Дорнье мертв и что Мудис делала это из-за него, остудили его.

- Где мои креды, а!? – резко сменил он тему.

Она запихнула в рот последний кусок брикета, запила его метой и кивнула головой:

- Будут тебе твои креды. Даже не сомневайся… Дождемся сначала обещанного объявления.

На построении вечером Маок не увидел Мудис. Ее нигде не было, и никто не знал, где она. Ее нейро-обруч по прежнему не отвечал, из-за чего Маок испытывал некоторое волнение. Все те же мысли об измене ее с конунгом крутились в его голове, как рой голодных мулек. Маок гнал их от себя, но отсутствие Мудис снова и снова наводило его на грустные мысли.

Тем временем в столовой возникла крупная фигура Куно Ганта. Он принялся за вводную речь о каком-то кодексе. Маок ее не слушал, но все пытался связаться с Мудис и выяснить почему ее нет. Казалось, никого вокруг вообще не волновало ее отсутствие, хотя именно они были кандидатами на повышение до уровня командиров отряда. Однако то, что озвучил конунг уже вскоре, вырвало его из тяжких дум.

Вперед вышла Николь, а следом Лоуренс. Куно на полном серьезе назначил ее и ее напарника во главу отряда. По столовой среди дюжины альхонцев поднялся шум и свист. Тут же из-за столика в стороне встал Фабриан и попытался всех утихомирить. Только его не слушали.

- Они оба предатели! … Что это за отряд такой, где бойцы не доверяют командиру, а!? – возмутились альхонцы. – Нахрен всё! Ай-да по домам!

Однако внезапно рявкнула сама Николь, да рявкнула так, что перекричала сразу всех, включая Куно и Фабриана:

- А ну заткнулись все! Раскудахтались, как курицы! … Я была замом в том самом альхонском отряде и знаю, как добиться сравнимых результатов!

- Ты – сука, тварь и предатель! – выкрикнул кто-то в ответ.

- Это неправда! Вы придурки поверили сплетням! … А тот командир и не альхонец совсем! … Я – альхонка, вы – альхонцы! И у нас впервые появился шанс на свой собственный неразбавленный отряд!

- За какие-такие заслуги ты – командир, а!? – снова крикнул кто-то. – Первая по раздвиганию ног!?

Прошелся всеобщий смех одобрения. Николь смолчала. Вмешался Лоуренс, который попытался грубо заткнуть обидчиков. В итоге балаган снова прекратила сама Николь своим тем самым необычно громким и четким голосом.

- Какой мы к хелю отряд? – снова кто-то возмутился, но на этот раз Николь среагировала быстро:

- А мы – не отряд! Мы – банда! А я ваш босс нравится или нет! И мне плевать, что вы там себе думаете. Можете меня не любить, ненавидеть – ваше право! Но я знаю что делать и как добиться успеха! ... А если кому-то это не нравиться, то ворота открыты! … На такой шикарный оклад, как в «Зове», я наберу себе других альхонцев, менее капризных и чувствительных! – четко и громко сложив руки за спину выдала Николь.

Маок видел, как блестели ее глаза, как вздулись вены на шее, как вздрагивали кончики ее пальцев в такт слов. Даже капельки пота на ее лице поблескивали и предавали всему образу некую силу духа и воли. Подобное он замечал и за собой в момент некоего прозрения, просветления, когда пребывал в эйфории от удачной ставки. Да, это была именно эйфория, микро-экстаз! Николь упивалась собственной пусть и ограниченной властью. Маок поймал себя, что он внемлет ее словам и готов стать частью банды, хотя еще несколько минут тому сожалел, что это не он и не Мудис.

- «Чертовка добилась таки своего!».

Нападение

Был «день». Ночные клубы и кафе самообслуживания в одном из общих доков космопорта еще пустовали. Мудис нашла капитана Мекелдоно там, где и ожидала. Она сама посоветовала ему это заведение, где можно было легко подцепить девочку на ночь за пару коктейлей и ужин. На «Альхоне» многие велись на капитанов-дальнобоев. Мудис, будучи сама альхонкой, знала подобные злачные места. Мекелдоно был не один, но уже с какой-то бледной поганкой с горящими глазами, которая, судя по виду, была готова на все, не дожидаясь «вечера».

Мудис влетела, как фурия, влезла между кэпом и бледной за стойку, залпом выпив ее и его напитки. Она задыхалась от пережитой боли и унижения. Сердце бешено колотилось и, казалось, вот-вот выпрыгнет наружу. Мудис распирало от злобы, пережитого недавно унижения и жажды отомстить, поквитаться любой ценой с этой чертовой мерзкой теткой по имени Краяда ад-Доуд. Из-за этой ведьмы ее счастье, казалось, разрушалось прямо у нее на глазах. Скрытая измена Маока родила в ней негодование, а попытка надругательства и изнасилования разбудили бурю и вулкан одновременно.

Бледная худая и долговязая девчушка исчезла, скрылась в страхе и ужасе тут же, как заметила костюм с лазерной гравировкой «Зова» на Мудис и энерго-пояс с бластерами с двух сторон чуть ниже бедер.

- Случилось что? – выдавил из себя Мекелдоно совершенно спокойно.

Мудис, впопыхах добивая второй коктейль, резко и размашисто кивнула. Она рухнула на место у стойки, где только что сидела путана и с надеждой посмотрела на капитана.

- Мне нужна твоя помощь, кэп. Очень нужна.

Мекелдоно осмотрелся в поиске кого-то еще. Мудис догадалась, кого, но кэп ее опередил со своим вопросом:

- А где Мао?

- Забудь… Я без него. Сама по себе – выдавила она через силу, посматривая в глаза капитану.

- Хм… И чем я могу помочь? … Разве что пригласить к себе и утолить твою печаль, раз уж на сегодня, не без твоей помощи, у меня облом – ухмыльнулся Мекелдоно, проводив косым глазом спешно вышедшую вон из кафе бледную девушку.

Мудис взвыла голосом, вынудив Мекелдоно отнестись к ней более серьезно.

- Кэп, прошу тебя, даже не начинай! Мне нужно попасть к одной опасной и уродливой старой твари и вышибить ей мозги!

- Ну и? А я тут причем? – удивился Мекелдоно, внимательно наблюдая за нервным поведением Мудис.

Та, налив себе еще из бутыли и выпив залпом, пояснила:

- Я все продумала, пока летела к тебе, кэп… Через въездной тоннель к Краяде не подобраться, там охраны – целая армия. А еще дроны, а еще система защиты «Периметр» и много чего еще. Зато можно попробовать через космос. Не все знают, как к ней попасть из-вне, но я знаю. Было дело.

- А может ей просто назначить встречу? Например, тут? – попробовал Мекелдоно предложить альтернативу.

Мудис снисходительно улыбнулась и провела ладонью по бакенбардам капитана. От смешения напитков Мудис немного вело и расслабляло. Ей стоило усилий взять себя в руки.

- Не… Это самая охраняемая тварь на «Альхоне», кэп.

- У-у-у… Из меня так себе вояка – тут же огорчил ее Мекелдоно.

Мудис замотала головой:

- Воякой буду я… Тебе нужно доставить меня к ней… Через космос… Я все продумала.

Мекелдоно облокотился на правую руку, грустно и тоскливо посмотрел и покачал головой:

- Мой «Мул» - не мой. Если бы был мой, я б давно сбежал бы к себе на Эдэмию на нем… Нужно разрешение даже на орбитальный полет, иначе моя «Астра» может разве что анекдот рассказать. Так-то.

- Блин! Я думала, раз мы летали в Туманность, то ты свободен…

Мекелдоно перебил отрицательным качанием головы.

- Из Туманности на «Альхон» маршрут прокладывала Касуми. Она вообще неплохо так мой «Мул» ограничила. Нужно разрешение от «Зова Вальхаллы» на полеты.

- Ха! Так я и есть «Зов»! … Пока еще! – обрадовалась Мудис указывая на себя где-то в районе груди.

Мекелдоно задержал взгляд там, куда она себя стучала, потом перевел глаза ей на лицо и уже более обнадеживающим тоном добавил:

- Попробовать, конечно, можно… Но если бы это было так просто, то никто меня с вами одними обратно на «Альхон» не отпустил бы.

Однако Касуми не слушала его, увлекая за собой к выходу. Мекелдоно легко согласился. Мудис знала, что сможет его убедить помочь ей, потому что прекрасно видела, что он неплохой мужик и, что более важно, она ему очень нравится.

В приватный док, в зону, где стоял «Мул», их охрана пропустила. Однако в этом не было никакого достижения, потому что у Мудис была форма и автэнтикат принадлежности.

Внутри «Мула» она первым делом проверила тот самый трофейный тяжелый броне-костюм «Сандж-зарех», без которого ее авантюра не имела бы и шанса на успех. С ним все было в порядке. «Зов» не прикарманил ее с Маоком добычу, и это радовало.

Мекелдоно пристроился сзади бесшумно, высунув свою лицо из-за ее левого плеча. Она почувствовала его дыхание.

- И что ты собираешься делать? Напасть на ее резиденцию из космоса? Думаешь, там нету никакой охраны? – спросил ее кэп.

- Есть конечно… Там 2 башни, турели системы «Периметр» … Я их уничтожу залпом ракет с этого костюма. Выйду в космос из твоего корабля и уничтожу.

Мекелдоно рассмеялся и похлопал ее по плечу.

- Ну-ну… Рассмешила старика. Молодец! … Наверное я, пожалуй, пас.

Мудис повернулась к нему и посмотрела очень расстроенно.

- Почему? Что не так?

- Система «Периметр» имеет очень хорошую сенсорику и оптику… Сначала лазеры сожгут твои ракеты, а потом и тебя, резонно приняв за источник угрозы… Поверь мне твой дорогой и модный преторианский броне-костюмчик долго в космосе против импульсных излучателей не продержится. Жаль будет потерять такую красотку… Я бы на месте Маока себе этого не простил.

Мекелдоно развернулся и направился к выходу из корабля. Мудис его остановила:

- Хорошо… У тебя есть идеи, как нам туда попасть?

Мекелдоно ответил сразу же:

- Идеи есть, но они все безумные.

- Ага-ага… Только говоришь ты об этом так, будто пробовал нечто похожее.

- Ага-ага – отозвался он в ее стиле, продолжая неспешное движение к выходу. – Только рисковать тобой и собой ради какой-то ерунды, вроде мести – это без меня. Я стар для таких безумных игр.

Ну, погоди ты! – повысила ему в след голос Мудис. – Она увела у меня Маока, понимаешь!

Ее голос надломился. В нем послышались нотки плача, хотя Мудис их скрывала, как могла. Мекелдоно на мгновение остановился, затем снова прибавил шаг.

- Извини, Мудис, ты сама лезешь в петлю, и меня хочешь туда затащить… Вы – странная семейка… Он у тебя законченный лудоман, а теперь еще и изменник… Не пойму, что ты с ним делаешь. Брось его. Оставь… Ты – очень красивая. К тому же с шармом и харизмой. Уверен, найдешь себя другого просто по щелчку пальца – выдал будто некий вердикт капитан, почти дойдя до двери к шлюзовой, ведущей к выходу наружу.

Боль внутри сковала ее грудь так, что стало сложно дышать. Мудис внезапно ощутила себя в ситуации, когда Мао угодил в капсулу должника. Точно так же она пыталась убедить мерзкого Дорнье продвинуть автэнтикат мужа наверх, чтобы скорее окупить его пребывание взаперти. В тот раз из уст толстяка звучали те же слова, что Мао – неудачник, чтобы она бросила его. Ни тогда, ни сейчас эти аргументы и доводы не имели для Мудис никакого значения, потому что она знала сама в себе, за что и почему любила своего Маока. Однако она могла пойти на многое ради него. Это Мудис тоже знала. Она как-то сразу поняла это, как и тогда, внезапно успокоилась и улыбнулась.

- Кэп, я тебе нравлюсь, да? – спросила она немного изменившимся голосом.

Вопрос был лишен смысла, потому что она и так знала на него ответ, но требовалось склонить капитана к сотрудничеству любой ценой.

Капитан остановился, обернулся и, улыбнувшись, кивнул головой:

- Да… Думаю, ты и сама это знаешь.

- Если бы я тебе предложила не искать больше никого для спокойного сна и защиты от кошмаров и за это помочь мне в моем деле…

Мекелдоно перебил ее:

- Я так и знал, что ты попробуешь прогнуть меня через… хм… себя.

- Ну так как? – многозначительно посмотрела она на него, опустив ладони на бедра.

Мекелдоно снова покачал головой.

- Это очень рискованно, Мудис… Мы с тобой оба можем не вернуться, понимаешь? – попытался кэп снова. – Система «Периметр» - это тебе не шутки.

Она посмотрела ему в глаза и увидела в них тот самый блеск желания. Что Дорнье тогда, что Мекелдоно сейчас – оба читались ею, как раскрытая книга. Кэп стоял на месте и ждал того самого ответного жеста, согласия с ее стороны. И пусть язык его говорил иное: об опасности, о риске, но она-то знала, видела, что все дело в ней. Мудис неспешно направилась в его сторону. То, что он согласится, у нее уже не было сомнений.

- У тебя ж есть идея. Я по глазам вижу, кэп – подошла к нему Мудис.

- Есть… Только нужно сходить за покупками… Устроить шоппинг.

- Что будем брать?

- Гексо-метило-пластид и дюжину 2мк3-контейнеров.

Время пролетело быстро. По альхонским часам надвигался вечер. Зато они добыли все, что нужно было. Проблемы начались, когда они снова попытались попасть внутрь приватной зоны космопорта.

Охранный дрон «Ганран» при проверке автэнтиката на КПП притормозил Мудис и собирался сопроводить ее в блок для задержанных. Мекелдоно ничем не мог ей помочь, потому что предписание это прилетело по линии «Зова Вальхаллы». Казалось, на этом их приключение и закончилась бы, если бы картина ее, Мудис, задержания не попала на глаза Николь и Лоуренса, которые тоже направлялись в космопорт на магнито-шаттле через тот же самый охраняемый въезд, через тоннель, к приватным докам «Зова».

- Проблемы? – обратилась она к Мудис, которая уже сдавала свои бластеры дрону, не видя для себя возможности хоть как-то вырваться и сбежать из-за усиленной охраны вокруг.

Возможно, если бы она могла предположить, что к «вечеру» на нее наложат арест и при очередной попытке попасть в приватный док «Зова», непременно задержат и разоружат, то она, скорее всего, даже не сунулась бы. Вмешательство мелкой Николь, которая выскочила из магнито-шаттла и приказала охранным дронам отпустить ее и вернуть бластеры.

- С чего вдруг такая милость ко мне от предательницы? – с нескрываемым недовольством произнесла Мудис, обратившись к Николь.

- Спасибо, Николь! – рявкнула та на очевидную неблагодарность со стороны Мудис. – Или желаешь последовать за этим квадрато-головым в карцер!? Нет!? Тогда хеля ты выделываешься!?

- Извини – тихо и потупив взор выдавила из себя Мудис. – Не могу понять, с чего вдруг такое снисхождение ко мне с твоей стороны.

- А тебе и не надо ничего понимать. Скажи спасибо Маоку… Он извелся в попытках найти тебя, а ты тут с этим… хм… - она окинула взглядом Мекелдоно, - … капитаном околачиваешься. Однако, быстро же ты замену нашла. Даром, что красотка!

Оба: и Николь, и ее напарник Лоуренс – рассмеялись. Мудис смолчала, спокойно сгребая с «клешней» дрона свои вещи и рассовывая бластеры по бокам. Николь же, то ли из зависти, то ли еще из-за чего, добавила резче:

- Если не желаешь моей помощи, то я легко все верну… Мне нахрен не нужно за тебя впрягаться… Я делаю это ради твоего мужа, который не побрезговал и помог мне… Это не ради тебя, а ради него, поняла!?

На последней фразе она снова посмотрела на Мекелдоно, который с нескрываемой растерянностью стоял возле припаркованного у КПП магнито-шаттла, не зная, что ему теперь делать. Мудис заметила, что Николь со своей стороны залипла на капитане и внимательно изучала его внешность, будто знала его раньше или думала, что знала.

- Это не твое дело, где и с кем я – снова, стиснув зубы, буркнула негромко на нее Мудис, чтобы выпустить пар и, при этом, не разозлить Николь.

- Конечно не мое… Но ты, подруга, хоть бы поблагодарила, а!? Я, между прочим, твой непосредственный командир. Или ты думаешь меня охранные «Ганраны» слушаются за красивые глаза? Откуда у меня такие полномочия, а?

Мудис от удивления широко открыла глаза. Она впала в легкий ступор, не зная, радоваться ли ей от этой новости или грустить.

- Ты!? – выдавила она немного запинаясь. – Тебя назначил этот урод!?

Николь внешне никак не скрывала, а наоборот всячески всем видом, гордой позой, наглым высокомерным взглядом, давала понять, что наслаждалась и упивалась даже не тем, что освободила Мудис из-под стражи, а что могла это сделать, и даже более того сотворить, просто щелкнув пальцем. Упоминание Куно, однако, немного притушило ее гонор.

- Ну, тише-тише… Кричать об этом не надо… Что ты вообще тут делаешь? – переключила ее Николь на другую тему.

- Вообще-то, нам надо как-то вылететь с дока – вмешался молчавший все это время Мекелдоно.

Николь, выслушав капитана, пристально и изучающе посмотрела в глаза Мудис, затем перевела взгляд снова на кэпа. Она определенно пыталась выяснить для себя что-то, что от нее скрывали.

- Улететь собрались? … Сбежать с любовником? … С этим не помогу – окинула она испытывающим взглядом обоих и добавила, обращаясь к Мекелдоно: - Тебе, кэп, надо еще нас доставить в Туманность, а уж потом только тебя отпустят вместе с кораблем.

Мекелдоно недовольно кивнул головой.

- Я и без тебя это знаю… Нам бы допуск только на орбитальный полет – снова попытался он.

- Зачем? На станции не сидится? – ухмыльнулась Николь и, посмотрев на Мудис, добавила:

- Тебя вообще муж ждет.

Однако та внезапно нашла, чем парировать:

- А тебя какая нужда потащила в космопорт? Не слышала, чтобы у нас уже были объявлены сборы на вылет… Урод Куно наверное и не в курсе, что его новоиспечённый командир отряда пустился в самоволку, а?

Николь враз умолкла, проглотив язык. Видимо, и у этой парочки были свои секреты от «Зова» и остальных. Мудис прочитала в ее глазах некоторую растерянность. Не сложно было догадаться, что мелкая новоиспеченная командирша уже и сама была не рада, что вписалась и среагировала на это задержание, которое ее и не касалось вовсе. Во всяком случае Мудис видела это в ее обозленных глазах. Она хотела было сказать что-то еще, но та остановила ее взмахом руки, добавив:

- Значит так… Сделаем вид, что мы тут не пересекались… Я дам вам допуск на орбитальный полет, а вы забудете о нашей встрече. Обещаю Маоку тоже ничего не говорить. Идет?

Мудис недоверчиво посмотрела на ее руки, потом заглянула Николь в глаза. «А если сдаст? Или, все же, не сдаст?». Репутация у Николь была, наверное, самая поганая на «Альхоне». Хотя именно она сейчас вытащила ее из-под ареста. Сомнения сковали Мудис, но не капитана. Он был тут чужим, а потому определенно плевать хотел на какую-то там репутацию.

- Согласны! – вмешался приободрившийся Мекелдоно, пожав крепко руку Николь вместо Мудис. – Сохранение секрета беру на себя! Только обеспечь нам вылет.

Николь кивнула.

- Уже… Но только орбитальный… И поаккуратнее там в космосе, чтобы «Зов» ничего не узнал.

Мудис и Мекелдоно переглянулись. Она даже бровью не повела, а кэп кивнул головой, выражая полное согласие.

Малый грузовой корабль класса «Мул» неспешно плыл вдоль станции, не привлекая внимание, но всем своим видом и маневрами выказывая желание облететь станцию по кратчайшему пути для каких-то своих целей. Дорогой жилой комплекс «Альхона» для властей, и бандитской элиты находился как бы немного в стороне и был присоединён к остальной станции по принципу «полиномика». Подобным же способом готовились к подключению и модули так и не достроенной и не запущенной КСП Патруля, превратившись вместо этого в нежилые лишенные защиты, гравитации и кислорода заброшенные секции и уровни.

Именно благодаря этому «недострою» капитан Мекелдоно быстро вывел «Мула» к цели. Запустив «торможение» на безопасной и не привлекающей внимание дистанции, его корабль исторг из полуоткрывшегося шлюзового люка серебристо-серые контейнеры, которые, вращаясь, неспешно поплыли в сторону того самого участка огромной станции с вип-секциями, влекомые той самой искусственной гравитацией. Один, два, три, четыре, пять - вылетали они один за одним, пользуясь затишьем и молчанием охранной системы «Периметр». На такой дистанции она не могла произвести полноценное сканирование, и ИИ не видел никакой угрозы в медленно плывущих и, якобы, по ошибке или по халатности сброшенных с корабля контейнерах. Гравитация станции тем временем делала свое дело, разгоняя ящики в свою сторону и превращая их в некую пусть, вроде бы, и несущественную угрозу.

Следом за 5-ю ящиками из шлюзовой «Мула» выпрыгнуло черное 2.5-метровое, закованное в тяжелую броню, тело. Оно не торопилось, не стремилось угнаться за контейнерами, но держалось от них на некоторой дистанции.

Все случилось внезапно и при этом буднично. Сканнер охранной системы своей работой вызвал детонацию. Яркая вспышка на той дистанции, что она была от модулей защитного комплекса, не могла причинить вреда, но отвлекла ИИ, и вынудила его сконцентрировать излучатели на оставшихся ящиках. Фигурка в черном, включила ускорители и буквально влетела в одно из таких ярких затухающих вспышек взрыва. Был риск повредить броне-доспех, но человек внутри этой преторианской тяжелой брони определенно был информирован, проинструктирован и подготовлен, знал, что делал, и в какой момент следовало проскакивать область яркой детонации того самого гексо-метил-пластида.

Пока лазерные турели подпустили и сожгли остальные 3 ящика, 2.5-метровая фигура коснулась поверхности шлюзовой прозрачной полусферы безопасности. Тут уже «Периметр» был бессилен ее обнаружить и поднять тревогу. Задумка удалась. Чуть в стороне, где начиналась внешняя обшивка, виднелась едва заметная серебристая выпуклость авариного люка. Массивная фигура в тяжелом доспехе подошла к нему, используя магнитные подошвы тактических броне-ботинок. Недолгое копошение возле него принесло свои плоды. Люк моргнул зеленым, поддался усилителям броне-костюма и распахнул проход внутрь. Его пространства едва хватало, чтобы тяжелый тактических доспех Альянса смог протиснуться. Гибкие сплавы полимера и броне-пластин позволили слегка ужаться и втиснуться внутрь. Ускорители мощной голубовато-белой струей плазмы протолкнули тушу внутрь к очередному люку в инженерное помещение станции, в которое попасть после успешного взлома тоже не составило труда. Человек в броне-костюме знал, где нужно было приложить усилие, чтобы попасть к ферро-стеклянной внутренней полусфере того самого вип-жилища, куда он и нацеливался. Далее вход пошли магнитные мины с плазменной начинкой.

Потолок в полутемной комнате, залитой мягкой но совсем не яркой подсветкой из дорогого черного материала и красивых жилистых колонн, обвалился и осыпался красивой россыпью тяжелых ферро-стеклянных брызг. Внутрь сверху в ярких вспышках и расплавленных брызгах заскочила массивная черная бронированная фигура, управляя своим положением в пространстве при помощи ускорителей. К тяжелой правой руке от локтя до ладони вдоль крепился темный матовый лафет с вытянутым устройством, представлявшим собой несколько собранных вместе угловатых цилиндров. Они с тихим монотонным жужжанием начали вращаться, пересекая основной центральный цилиндр и как бы заскакивая внутрь с одной стороны и выскакивая с другой. Яркий желто-белый пучок света ударил прямо в темный черный пол из дорогого материала. Брызнули искры. От жара на поверхности образовывались глубокие оплавленные борозды. За не успевшим потухнуть одним лучом, тут же вырвался следующий из очередного угловатого цилиндра прошедшего через центральный, линзы которого и выдавали пучки того самого губительного и испепеляющего света.

Лучемет быстро нашел цели. Два охранника у двери лишь успели глянуть вверх и выхватить бластеры, как были тут же сожжены яркими лучами, которые прожигали их легкую броню насквозь. Интимное приглушенное освещение зала сменилось на тускло-мерцающее красное. Послышался характерный звуковой сигнал тревоги. Двери открыли, и внутрь роскошного зала с красивой парящей мебелью внизу ворвались еще 4-ро охранников. Они действовали более профессионально, метнув впереди себя световые и дымовые гранаты. Однако парящее закованное в броню 2.5-метровое тело выпустило им навстречу пару ракет, развернувшись при этом полу-боком. Те самые слова, сказанные Касуми на «Фривинде», о неопытности предыдущего пилота этого броне-костюма, легли на благодатную почву. Нынешний боец в тяжелой броне вообще не имел опыта, но те слова помогли сделать все правильно, по науке. В воздухе не без помощи ускорителей маневры тяжелой туше давались очень легко и изящно. Вспышки световых гранат временно ослепили некоторые сенсоры, но далеко не все. А дымовые гранаты просто утонули в разрывах термо-ударных зарядов, который вмиг рассеяли дым, сведя а итоге на «нет» все усилия охраны. Дабы не угодить под собственное ослепление, те вынужденно попрятались за арки двери, дав тем самым неоценимую фору закованной в тяжелую броню фигуре «диверсанта» покончить с ними.

2.5-метровый громила мягко коснулся пола своими ступнями и принялся поливать стены вокруг двери. Лучи сначала оставляли оплавленные борозды, раскидывая кусочки металлов и горелых полимеров по полу, но затем они прогрызли себе путь через тонкие стены, вмиг убив 2-х охранников с одной стороны. Их пропаленные, дымящиеся тела в похожих черных только куда более тонких броне-костюмах в дыму и искрах вывались прямо на проход. С другой стороны арки оставшиеся двое попытались атаковать своими бластерами, но на тяжелой преторианской броне диверсанта их оружие оставило лишь небольшие слегка оплавленные вмятины. 2.5-метровая фигура играючи перевела ствол лучемета на них, раскидав тех в разные стороны во вспышках искр. Оба охранника вскрикнув и раскинув руки так же растянулись на полу в дверном проеме дополнив картину пораженной охраны.

Наступила тишина. Лучемет все еще вращая разогретыми грубыми узкими цилиндрами, больше похожими на многогранные темные пеналы, медленно остывал, пуская дымы. Громила в броне осмотрелся.

- «Ну и где ты прячешься, старая выдра!».

Он задействовал сенсорику, чтобы отыскать скрытые секции в зале, и он их нашел. Миновав всю комнату в другом направлении, верзила-тяжеловес подошел к стене и захотел было ударить большим бронированным кулаком, но внезапно секция бесшумно отошла сама, впуская незваного гостя внутрь. Здоровяк запустил развед-дрона «Хантсмена». Тот уже скоро порадовал отсутствием препятствий и засады. Громила устремился внутрь, цепляя стены тоннеля, явно не рассчитанного на такие габариты. Миновав недлинный темный коридор с нежной голубоватой подсветкой снизу, он снова оказался у двери. Сенсоры засекли странные едва уловимые из-за глухой стены звуки, непохожие на людские голоса и в то же время определенно принадлежащие людям.

Дверь снова открылась перед тяжелым громилой. Он раскрутил стволы лучемета, запустил дрона и шагнул внутрь. Через лицевые сенсоры бронированного шлема в мозг ударил яркий дневной свет. Перед мысленным взором предстала интерактивная детская площадка, находящаяся прямо на берегу то ли живописного озера, то ли речки. От изумления громила в броне застыл на месте, хотя стволы лучемета продолжали вращаться ожидая сигнала для огневой атаки.

Забрало шлема отъехало, чтобы собственными глазами убедиться в реальности происходящего, на сколько было возможно. Из-под отъехавшего забрала показалось красивое немного грустное лицо со жгучими горящими карими глазами. Лицо было напряжено от злобы. Однако уже через минуту маска гнева сменилась на удивление, которое лишь усиливалось с каждой новой секундой пребывания тут.

- Что это? Никогда не видела ничего подобного! – выдала она вслух.

Перед громилой в паре десятках метров безмятежно играли дети. Это их звуки она услышала, когда подошла к двери. Среди них были и взрослые, которые задавали правила и завлекали на участие. Одна из фигурок взрослых повернулась к незваной гостье и шагнула навстречу. Ее облегающий голубой дорого выглядящий костюм скрывал недостатки фигуры и подчеркивал достоинства, делая весь образ моложе. Возраст выдавали потухшие с темно-красными кругами уставшие глаза. Ее лицо выглядело строго, но без злобы. На голове ровно лежали серые уложенные волосы, а в упор, не моргая, смотрели те самые потухшие глаза. Эта женщина медленно подошла к тяжелому громиле и улыбнулась. Улыбка эта была какой-то натянутой, неестественной, но и она подействовала на гостью успокаивающе.

- Нравится? – спросила она, приложив правую руку к своей груди, будто у нее под голубым комбинезоном там что-то было.

- Очень! – выдохнула женщина в броне, забыв на мгновение, зачем вообще явилась сюда.

Однако в какой-то момент она резко тряхнула головой, будто сбрасывая с себя это наваждение. Ее взгляд стал внезапно суровым и злым. Вернулась память и цель визита. Она собралась с мыслями, посмотрела на женщину в голубом и громко крикнула:

- Ближе не подходи! И пощады тоже не проси! Я пришла тебя убить, Краяда!

Центральное линзованное дуло раскрутившегося лучемета навелось прямо на грудь женщины в голубом.

- Тетя Края! Тетя Края! – подбежали к ней те самые дети 3-, 4- и, может, 5-летнего возраста.

Их было 5-ро. Они обступили ее, взяли за руку и попытались утащить куда-то. Они в упор не замечали 2.5-метрового черного гиганта с большим жужжащим стволом. Тут среди зеленой травы, песчаного берега реки, журчащей воды и звуков птиц и насекомых черный броне-доспех настолько не вписывался, что детворой на удивление просто не замечался.

- Подождите детишки. Пришла тетя Мудис, которая хочет меня у вас забрать.

- Нет-нет-нет! Тетя Края! Мы тебя никому не отдадим! – закричала детвора.

Мудис обомлела от этой сцены настолько, что не могла пошевелить руками.

- Это все симуляция, да? Думаешь меня одурачить, как одурачила моего мужа!? Какая же ты тварь! – от едва контролируемой внутренней злобы возмутилась Мудис.

Но Краяда на эти замечания лишь махнула рукой, заслоняя детей собой и пряча их за спину.

- Хочешь меня убить – дело твое, но детей не тронь! Не ты их рожала, не тебе убивать!

Только сейчас, будто по какому-то волшебству, дети внезапно заметили незваного гостя, резко сменили веселие на задумчивость и напряженность. Своими голубыми, серыми и карими глазами они смотрели Мудис в лицо, вызывая у последней прямо таки испепеляющий стыд от собственных необдуманных слов.

- Так они настоящие!? – изумилась Мудис. – Но откуда? Да еще и в таком месте! В рассаднике уродов и убийц!

- Полегче на поворотах! Что ты знаешь, бесплодная! – выругалась на нее Краяда, обнимая напуганных малышей.

Только теперь присмотревшись Мудис заметила, какие они красивые, особенно в своих таких разных, разноцветных комбинезонах.

Сзади к Краяде подошли еще 2-е. Две худые девушки невысокого роста с каштановыми и русыми волосами в одинаковых черных преторианских костюмах охраны, но без оружия и шлемов. Мудис обратила внимание на их слегка выпирающиеся животы, догадавшись о «положении».

Она теперь уже скорее на рефлексах, чем по задумке, сместила все еще вращающийся лучемет на них. Краяда заметила это и снова махнула рукой.

- Убери свое оружие и оставь их в покое… Они – будущие мамы… Хотят уберечь детей от убийцы.

- Кто!? Я!? – возмутилась Мудис. – Это ты тварь вынудила меня вломиться сюда! Кто разрешал тебе брать моего мужа, сука!?

- Я его не брала. Он пошел на принцип и поспорил. Я лишь дала ему возможность отдать долг. Ты же знаешь наши правила не хуже меня.

- Я тебе не верю! Ты давно положила на него свой завистливый глаз. Я тебя насквозь вижу!

- Верить или не верить – дело твое… Он поставил на то, что ты никогда не предашь его и не изменишь даже под дулом бластера.

- Замолчи! – закричала Мудис. – Я была вынуждена так поступить!

- И я тебя понимаю… Но Маок… Он поспорил, он проиграл.

Мудис хотела было еще возразить, будучи на эмоциях, но не успела. Маленькая девочка 3-х лет с нескрываемым испугом подошла к ноге броне-доспеха Мудис и потрогала его своей белой пухлой ладошкой. Та заметила и тут же дернула ствол оружия вверх, чтобы разогретый цилиндр лучемета не обжог девочку. Лучемет прекратил свою жужжащую раскрутку и умолк.

- Тетя… Тетя, не убивайте тетю Краю, пожалуйста. Она хорошая. Мы ее очень любим.

- Да! Да! … Мы ее очень любим! Не надо! – вторили другие дети, которые теперь уже не замечали взрослых, но только лишь незваную гостью в огромном черном броне-костюме.

Мудис испытала такой жуткий обжигающий и испепеляющий стыд, который не испытывала наверное никогда в своей жизни. Ее глаза наполнились слезами. Она грузно присела, заглянула светловолосой кучерявой девочке прямо в большие серые глаза и погладив тяжелой бронированной рукой по голове ответила:

- Нет, милая, что ты! Не буду… Я добрая. На самом деле добрая.

- Тогда иди с нами играть! – радостно прокричала ей в лицо девочка и, покраснев, побежала к остальным.

Мудис сама не помнила себя, как сняла латы и, оставшись в обычном комбинезоне «Зова», начала играть с детьми на площадке на берегу озера. Она внезапно осознала, чего была лишена все это время и чего ей так не хватало для полного счастья в браке с Маоком.

Эпилог

Хочешь что-то спрятать от других? Тогда положи на самое видное место. Туда, где никто и не подумает искать. Но главное не это. Главное – убеди себя, что спрятанное не там, где спрятано на самом деле.

(Краяда ад-Доуд. Станция «Альхон». 2549`)

Малый грузо-пассажирский орбитальный шаттл класса «Извозчик» дрейфовал где-то на краю системы пульсирующей голубой звезды Альхены. Казалось, что он был совершенно мертв. Его ИИ был заглушен. Он не излучал в пространство цифровые волны собственной сигнатуры. Но лишь изредко врубал маневровые импульсы, чтобы корректировать свой курс. Несмотря на кажущуюся мертвость шаттл определенно знал, куда направлялся.

Из открывшейся шлюзовой в пространство нырнул карго-дрон. Его гофрированные магнитные ухваты схватили что-то в темном космосе, и он потащил находку обратно на корабль, активно работая ускорителями. Шлюзовая приняла груз, тут же закрывшись следом за дроном.

- Хм… Странно… Это ж просто заглушенная спасательная капсула – осмотрела находку Николь.

Она в черном, усиленном броне-вставками, с красными линиями комбинезоне «Зова Вальхаллы» с напряжением и озабоченностью на лице обошла 3.5-метровый в длину обтекаемый цилиндрический контейнер по кругу. Тот самый дата-ключ, который она с легкостью добыла в приватном доке «Зова», дождавшись отлета Фабриана со спутницей-блондинкой на скоростном и комфортабельном «Йотастаре», и теперь использовала, привел ее к весьма неожиданному совсем грустному финалу. Николь ожидала увидеть ту самую серую невзрачную капсулу должника, а не такую же по виду и размерам, но заглушенную спасательную. Что-то явно не сходилось.

- Пустая – добавил свои вывод стоявший рядом Лоуренс.

Он был в таком же черно-красном броне-комбенизоне «Зова», как и его напарница Николь. Она посмотрела на него вопросительно. Он тут же пояснил:

- У них световой сигнал, если кто-то или что-то внутри. Вот тут.

Николь кивнула. Про этот нюанса она и сама знала, но почему-то не подумала. Ее волновало кое-что другое. Спасательная капсула была совершенно обычная, не модифицированная, не переделанная для «хранения» должников. Она, обойдя ее вокруг, так и не смогла найти гнездо для дата-ключа. Снова выручил Лоуренс.

- Не, Ники, даже не пытайся. Я видел капсулы Краяды. Это точно не одна из них… Сейчас докажу.

Он подошел к спасательной капсуле поближе, присел у изголовья и проделал какие-то манипуляции. Она тут же «ожила» и засветилась по контуру. Передняя секция отъехала в сторону, а внутри была пустота.

- Вот! Я ж говорил, что она пустая внутри – выпрямился и подытожил Лоу.

Николь это открытие нисколько не порадовало. Она с нескрываемой грустью посмотрела на дата-ключ в руке, потом на пустую капсулу и ничего не сказала. Зато Лоуренс, видя ее озабоченность, указал на ключ в ее ладони и добавил:

- Дата-ключ вроде настоящий, но капсула точно нет.

- Ерунда какая-то. Мы прилетели сюда точно по его указанию – обеспокоилась Николь, все еще не понимая или делая вид, что не понимая.

- А тебе этот твой «Линкер» говорил про содержимое хоть что-то? – спросил ее Лоуренс.

Николь отрицательно покачала головой.

- Только про капсулу – уже чуть более «оживилась» Николь, поняв куда клонит напарник.

Лоуренс на ее ответ, наоборот, улыбнулся и пояснил:

- Ну так и всё! Расслабься и выдохни! … Мы свою часть этой долбанной сделки выполнили. Теперь можно пожинать плоды.

Николь осмотрела еще раз пустое пространство капсулы. Вывела информацию о ее пренадлежности, чтобы снова убедиться, что она – не одна из Краядовых «игрушек». На маленьком голографическом экранчике появилась системная информация о пренадлежности межзвезднику класса «Спринтер». Эти данные ничего ей не говорили, но подобное лучше знать, если у «Линкера» или, вероятнее, того, кого он пришлет сюда, возникнут вопросы.

Мимолетная вспышка света возникла и пропала всего в нескольких сотнях километров от «Извозчика». Однако на мгновение активированный в виде направленного импульса радар не показал ничего, кроме небольшой кучи мусора. Холо-экран отобразил странный объект возникший вблизи. Николь чего-то молча ждала. Лоуренс весьма удивился увиденному, несдержался и тут же прокоментировал:

- Хм… Как странно… Вспышка прилета и выхода из ВК определенно была, но корабля на месте нету… Даже грави-воронка присуствует. Вон кучу мусора как скомкало.

Однако Николь совершенно не разделяла его озабоченности, потому что прекрасно знала, кто прилетел сюда.

«Извозчик», будучи все еще заглушенным, неспешно подпыл к куче крупного космического мусора, когда гравитационная воронка «рассосалась», оставив вместо себя весьма компактно спресованые кучи. Еще пока орбитальный шаттл совершал маневры выравнивания, бесформенные части разделились и заняли весьма устойчивое положение вокруг наиболее крупной из них, прямо как планеты вокруг звезды в системе.

Лоуренс наблюдал за сим действом с проекционного экрана, будучи на мостике шаттла, открыв рот от изумления. Николь, воспользовавшись его замешательством, покинула мостик и направилась в карго-блок, где покоилась та самая найденная спасательная капсула.

Светящаяся фигурка чуть более полутора метров ростом, едва ли намного выше самой Николь уже осматривала выставленный груз.

- «Лайт»? Почему ты? – весьма удивилась Николь, когда поняла, кто прилетел за грузом со стороны Звездного Патруля. – А «Линкер» сказал, что «Приму» убили, а тут, внезапно, ты, а не кто-то еще. Наврал значит.

Темная фигурка в светящемся ореоле плазмы повернулась к ней. Ее ноги не касались пола, но над тем местом, где она проплывала образовывлась заметная темная проплавленная метка. Фигурка не оставалась на месте, но постоянно перемещалась. Она ничего не ответила, но судя по реакции на ее темном лице со светящимися глазами-бусинками, поняла, что та ее слышит.

- «Арка» с тобой или еще кто другой из «Кукол» на… хм… корабле остались? – спросила Николь снова и кивнула головой в сторону кучи мусора за бортом.

Та хранила гробовое молчание и игнорировла Николь. Она с характерным для плотного электро-магнитного плазменного поля с низким жужжанием проплыла вокруг капсулы, но совсем не в ее сторону. Она остановилась, зависнув в полуметре над поверхностью, и только теперь снизошла до нее.

- «Чара», ты знаешь правила. Я не обязана тебе отвечать, потому что ты больше не служишь – прозучал ее искаженный, но внятный тонкий голос, как будто через некую силовую преграду.

- Знаю. Но твое появление тут тем более совершенно не уместно! – чуть жестче высказалась Николь.

Фигура с жарким светящемся ореолом, повисев немного, как бы слегка покачиваясь в пространстве, проплыла пару метров в сторону. Николь видела, как стремительно раскалялся воздух вокруг нее, как автоматика шаттла напрягала вентиляцию, гоняя газ и охлаждая всё внутри краго-секции.

- «Линкер» тебя не обманул. «Прима» мертва. Но она нас пробудила до своей гибели. Она предвидела возможность такого исхода.

- Что там у вас произошло? – попыталась Николь узнать больше.

- Тебя это не должно волновать, «Чара». Ты больше не часть спец-отдела.

- Ошибаешься. «Линкер» обещал мне возвращение, после успешного выполнения задания. Как видишь…

Николь кивнула в сторону капсулы. «Лайт» грустно посмотрела на «Чару», потом на каспсулу, и поплыла в другую сторону вокруг нее.

- Она пуста – бросила светящаяся фигрука. – Ты ее вскрывала.

Николь скривила лицо, стиснула губы и тут же парировала:

- От меня требовалось подобрать капсулу и вручить ее тому, кто прилетит от «Линкера».

- Все правильно, «Чара». Это я… Но ты никогда не отличалась дисциплинированностью даже, когда служила в «Тенях». У меня досье на каждую из вас. А сейчас работы прибавилось с беглянками вроде тебя.

- Я не беглянка! Я официально покинула Патруль!

- Я знаю… Но ты забыла, что груз, который требуется передать, нельзя вскрывать… Теперь, как я могу знать, выпустила ли ты того, кто должен был быть внутри или его на самом деле не было.

- Давай запрошу у ИИ корабля записи. Сама все увидешь.

Та в ответ лишь грустно покачала головой.

- Увы… Ты не сдержалась и заглянула внутрь. Я смею подозревать, что это не так капсула. Это подмена. Ты, вероятно, ликвидировала того, кто внутри. У тебя на это есть и мотив и повод.

- Ха! За конченную дуру меня держишь!? … Что за глупость!? Зачем бы мне это делать!? – разошлась не на шутку Николь.

«Лайт» внезапно обернулась на звук открывающейся двери. Внутрь карго-отсека зашел Лойренс, который, заметив необычного чужака на борту, тут же вскинул роторный карабин на поясе. Николь сразу махнула на него рукой, чтобы «придержал коней».

- Лоу, скажи… хм… этой… Точно ли та самая капсула, и было ли что-то внутри! – громко обратилась она к напарнику.

Тот, посматривая на необыкновенное светящееся в ореоле плазмы явление ответил не сразу. Пару секунд он просто смотрел, открыв рот. Затем только вышел из ступора и ответил, да и то не внятно:

- Что? … Да… Нет… Не было ничего внутри. Капсула пустая.

- Вот видишь! Я не вру тебе! – снова жестко надавила на «Лайт» Николь, инстинктивно положив ладонь на рукоять бластера.

Однако та ожидаемо не вняла доводам, отлетела в сторону и взмыла повыше. Оба: и Николь, и Лоуренс – теперь находились как бы с разных сторон от нее. Светящаяся фигура поспешила это исправить, чтобы держать обоих в фокусе.

- Даже не думай делать глупости, «Чара». Ты ж знаешь, что у тебя нет шансов – пропела она своим тонким голосом.

Николь распирало от злобы. В горле от обиды встал ком так, что она едва могла его сглотнуть.

- Кто это, Ники? – выдавил Лоуренс.

Однако внезапно вместо ответа на его вопрос, вмешался ИИ:

- Наблюдаю боевой корабль Федерации.

Светящаяся фигурка посмотрела с нескрываемой грустью и досадой на Николь.

- Хвост за собой привела?

Та тут же замотала головой, отрицаясь.

- Нет! Никого я не привела! Не знаю, кто это и откуда! – все так же на повышенных тонах выдала Николь.

- Нет груза, нет сделки. Мне пора… Встреча с космо-флотом ФСМ в планы не входит… Прощай.

Николь не выдержала напряжения, и у нее с глаз брызнули слезы. Она бросилась к «Лайт» и, превозмагая жар, едва не упала перед ней на колени.

- Нет. Прошу… Забери нас отсюда! … Мы с Лоуренсом в розыске. Если федераты схватят, нас ждет аннигиляция за предательство, понимаешь!?

Та скорчила грустную мину, возможно, действительно пытаясь войти в положение.

- Увы. Это твой выбор.

- Сука! Это не мой выбор! Это все «Линкер»! Он держал меня на крючке!

- Я ничем не могу тебе помочь, «Чара». Тела нет. Задание провалено.

- Да какое к хелю тело!? Кто там внутри!? – заревела на нее Николь. – «Линкер» ничего не сказал о содержимом груза!

- Понятно, почему не сказал… Иначе ты бы точно все испортила. Хотя, ты и так, по итогу, все испортила – подытожила «Лайт».

Светящаяся фигура подалась в сторону фшлюзовой, повернувшись спиной к Николь и Лоуренсу. Она до боли и хруста сжала кулаки. С глаз выступили слезы отчаяния.

- Я умоляю тебя! – прошипела она дрожащим голосом сквозь зубы.

Ее душило и жгло изнутри. Однако «Лайт» оставалась глухой к ее мольбам. Лоуренс вскинул роторный пистолет и направил на фигурку.

- Стой, сука! Или забираешь нас, или никто отсюда не уйдет!

Николь с ужасом посмотрела на него и рванула с места, чтобы выбить ствол, но было поздно. Фигурка, не поворачиваясь в их сторону, ослепительно ярко вспыхнула. От спины отделился огненно-белый дрожащий ломанный энергетический разряд и, подобно живой змее с треском как у статики, метнулся в сторону Лоуренса с оружием. Еще до того, как тот успел разрядить раскаленный стержень в спину незваной гостьи, ослепительно-яркий разряд, выгнувшись кривой дугой, изломавшись в полете, вонзился в него и, разодрав скафандр в районе шлема и груди, в мгновение достиг внутренностей. Жар обдал даже подскочившую Николь.

- Нет! - завопила она от ужаса произошедшего прямо на ее глазах.

Лоуренс быстро потемнел, высох и почернел, превратившись в стремительно распадающийся прах. Николь попыталась отомстить «Лайт» на эмоциях, не до конца понимая как, но та уже скрылась за дверью в шлюзовую, оставив ее наедине со своей трагедией.

Маок ждал у входа в резиденцию Краяды. Она не торопилась его принимать или по причине занятости, в чем он сомневался, или же по причине пренебрежения, что больше подходило ее характеру. Ведь не сложно было догадаться, зачем он пришел.

В какой-то момент охрана дозволила ему войти и провела знакомыми коридорами до той самой просторной комнаты, где, как ощущалось, совсем недавно были произведены ремонт и уборка. Не было части мебели, а кое-где пол все еще выглядел грубо.

- Краяда, где Мудис? – обратился к ней Маок, не поздоровавшись.

Она стояла у большой объемной проекции и изучала на ней что-то из записи сенсоров и камер.

- Она тут. Гостит у меня – кинула Края ему через плечо даже не обернувшись. – Что ты хотел?

- Я за ней пришел. Отпусти ее – попытался подойти Маок сзади, но выступившая из тени охрана тут же воспрепятствовала ему, вынудив остановиться в 10-и шагах от Краяды.

Она все еще стояла повернутая спиной к нему в плотном голубом дорогом костюме-сьюте со сложенными крест-на-крест руками.

- Я ее не приглашала. Она сама пришла сюда, ворвалась через купол, убила охрану… 6 человек… Угрожала мне… Ты ж и сам знаешь, что за подобное бывает.

Маок грустно кивнул.

- Отпусти ее и возьми меня – снова обратился он к Краяде.

Та отрицательно покачала головой.

- Она удобнее, чем ты, Мао… Она сбежала с «Зова» сама. Это упрощает мою переговорную позицию… Если я возьму тебя, что мне было бы без сомнений очень приятно, то поимею ненужные издержки с этими доморощенными викингами из Йоты.

Она умолкла на мгновение, а затем почти сразу же добавила:

- Хватит мне проблем, чтобы еще и тебя на свою голову вешать! Мне конфликт с «Зовом» даром не нужен!

- Тогда просто отпусти ее – снова попытался Маок, увидев в ее словах некую возможность для себя. – Прошу.

Краяда резко обернулась к нему. Ее стальной и суровый взгляд потухших глаз вызвал в нем оторопь и даже мимолетный страх, но не за себя, а за супругу, за Мудис.

- Она мне должна. Жизнь за жизнь. Правила ты знаешь – спокойно и без эмоций бросила она Маоку.

- Я заплачу тебе за нее, Края. Обещаю… Отпусти ее сейчас. У нас миссия.

На этот аргумент Краяда выдавила легкую улыбку, которая выглядела совершенно чужеродной на ее строгом лице. Глаза ее по прежнему излучали безразличие и пустоту.

- Есть кое-что, что я хочу заполучить, и оно в руках «Зова Вальхалы». Оно им пренадлежит… Догадываешься, о чем я?

Маок отрицательно покачал головой. Напряжение и внутренняя боль от ситуации возбуждали ум предугадывать все то, что могло привести ко спасения его Мудис.

- Что именно? – уточнил Маок, тяжко вздохнув, но уже немного догадавшись, о чем скорее всего намекала Краяда.

Она снова улыбнулась.

- Дата-ключ… Тот самый, о котором я тебе рассказывала… Надеюсь, ты не держишь меня за дуру, которая тебе все слила, а сама ретировалась? … Я хочу его заполучить в обмен на Мудис.

- Уже слишком поздно. Они улетели на Йотунхейм – попытался Маок.

- А это не мои проблемы. Тебе нужна твоя женушка? Ну так постарайся, придумай что-нибудь, сымпровизируй… Иначе оставлю ее у себя, как утешительный приз.

Маок, провожаемый холодными взглядами многочисленной охраны, ушел ни с чем.

Продолжение следует.