Код зверя. Роза Техаса

Глава 1. Мертвец

Мертвец оказался свежим.

Галина поняла это по мухам.

Старые покойники здесь высыхали быстро. Через неделю от человека оставались кожа да кости, зубы и остатки одежды, которую обычно никто не хотел снимать.

Этого даже стервятники ещё не успели навестить.

Мёртвый человек лежал на спине на правой стороне дороги, ближе к обочине, весь в пыли, но он ещё не стал частью пейзажа.

Рип, которая шла первой и давно учуяла труп, остановилась ярдах в десяти от него.

— Не нравится он мне, — произнесла гиена.

Точнее, голос звучал из странного устройства, которое висело у неё на шее и груди. Из дешифратора он выходил хриплым, немного металлическим. Последнее слово слегка растянулось, словно сама гиена испытывала к происходящему не тревогу, а эстетическое отвращение.

— Мне тоже.

Галина сняла карабин с плеча. Она была сухой, жилистой женщиной около сорока, с загорелым узким лицом и резкими скулами. Тёмные короткие волосы почти целиком скрывала выцветшая косынка. В уголках глаз лежали мелкие морщины — не столько от возраста, сколько от привычки щуриться на солнце. Тонкая куртка с длинными рукавами спасала от солнца. За её спиной висел потёртый армейский рюкзак, на поясе — широкий нож в кожаных ножнах.

— Галя, тебе не нравится мертвец. Мне не нравится, что он лежит на дороге один-одинёшенек.

Галина внимательно посмотрела по сторонам.

Когда-то здесь была хорошая дорога. Асфальт теперь пошёл трещинами, из серой поверхности торчала жёлтая трава. Слева ржавели остовы двух машин, справа лежала на боку старая ржавая цистерна.

Ярдах в ста впереди дорога приподнималась над сухим руслом, немного забирая влево. Бетонный мост просел с одного края, но всё ещё держался. Дальше всё исчезало в горячем мареве. Нигде ни движения. Только пыль и жара.

Галина вытерла испарину на лбу под платком. Перенесла вес на другую ногу: порез на бедре снова саднил.

— Как же ты тут оказался…

Рип повернула к ней массивную звериную голову. Галине показалось, что зверь, как обычно, улыбнулся, показав большие клыки.

— Точно не умер от старости.

Она грациозно подошла к телу поближе.

В Рип было за двести фунтов — больше, чем в самой крупной пятнистой гиене. Длинные передние лапы, тяжёлые плечи, покатая спина и непропорционально крупная голова. Шею и верх груди закрывали потёртые сегменты лёгкого доспеха. Когда-то пластины, вероятно, составляли одно целое. Теперь одна была серой, другая чёрной, третья вообще представляла собой аккуратно вырезанный кусок композита.

Поверх брони на широких ремнях висел дешифратор.

Всё вместе придавало Рип вид потрёпанной, но всё ещё очень опасной военной машины.

Галина отвела затвор старого Ruger Gunsite Scout с деревянной ложей и печально посмотрела на патрон в магазине.

Рип обернулась и перевела взгляд с карабина на неё.

— Три? — с хитринкой спросила гиена, высунув розовый язык.

— Два.

Она дослала патрон и поставила карабин на предохранитель.

— А вчера было три! — щёлкнул дешифратор.

— Я пыталась добыть нам мясо, — оправдалась Галина.

— Я знаю, Галя. Но тот шустрый суслик того не стоил… — Гиена продолжила осматривать мертвеца.

Галина тоже подошла к нему вплотную.

Покойный был молод. Теперь уже точно был. Лет тридцать, но пыль делала людей старше. На нём были армейские ботинки, слишком хорошие для бродяги, серые штаны и грязноватая серая рубашка без знаков отличия или принадлежности к какой-либо из местных банд.

Он явно умер от выстрела в живот.

Хотя нет.

Галина присела рядом, сняла рюкзак и внимательнее осмотрела два пятна крови.

От двух выстрелов.

Одна пуля вошла под ребро слева. Вторая — почти туда же, в палец от первой. Ткань вокруг отверстий потемнела и местами была подпалена.

Стреляли в упор.

— Убит вчера вечером, — сказала Рип.

— Откуда ты знаешь?

— Он пахнет вчера вечером.

— Очень научно, — хмыкнула Галина.

— Галя, хочешь точнее — купи мне часы.

Голос из дешифратора был полон иронии. Гиена почти улыбалась, вывалив розовый язык.

Галина проверила карманы мертвеца.

Абсолютная пустота.

Ни рюкзака, ни фляги — ничего.

На шее остался светлый след от шнурка или цепочки. Кто-то забрал даже это.

— Обчистили полностью.

Галина подняла глаза. Рип стояла неподвижно в напряжённой позе, подойдя совсем близко.

Уши подняты, морда вытянута вперёд. Верная подруга была встревожена.

Галина давно научилась различать её состояния.

Гиена нюхала мертвеца. Обнюхала руку. Потом грудь.

Вернулась к руке.

Дешифратор тихо щёлкнул, но ничего не произнёс.

— Что?

Рип не ответила.

Она осторожно коснулась носом запястья мертвеца и отступила.

Шерсть вдоль спины немного поднялась.

— Рип?

Ещё один щелчок.

— Он странно пахнет…

Галина усмехнулась.

— Он же труп…

Рип снова потянула чёрным носом воздух. Казалось, она сильно озадачена.

— Его запах мне чем-то знаком. Не этот человек. Что-то в нём самом. Не рубашка, не кровь… я не знаю, как сказать.

Галина посмотрела на мертвеца.

— Не очень понятно!

— Галя, я стараюсь, но я лишь гиена…

Галина уже хотела встать, когда заметила под разорванным воротом рубашки чёрную линию.

Она оттянула ткань.

Под левой ключицей была небольшая татуировка.

Не племенная. Не культовая. Слишком ровная и аккуратная, как штамп.

Знак напоминал три разомкнутых кольца, пересечённых короткой вертикальной чертой. Под ним шли буквы и цифры:

HIP-17

Галина провела пальцем по татуировке и присвистнула.

— Ничего себе! Какой знакомый символ…

Рип подошла ближе. Морда выражала удивление.

Галина указала пальцем на коробку на груди у гиены.

Дешифратор пережил явно больше одного ремонта. Пластиковый корпус был стянут металлическими скобами, один угол залит смолой, крепления заменены кожаными ремнями. Но на маленькой заводской пластине всё ещё сохранялась полустёртая маркировка.

Те же три кольца.

Та же вертикальная черта.

И:

RIP-17

Галина перевела взгляд с устройства на мертвеца.

— У тебя там точно такая же эмблема. Надеюсь, что просто совпадение производителя…

— Производителя чего? Этот жмур не похож на робота… И я не хочу вдруг выяснить, что мы с ним какие-то родственники…

Галина с улыбкой посмотрела на неё.

— Рип, не волнуйся. Ты гиена.

Дешифратор щёлкнул.

— Спасибо, Галя. Но последние годы меня мучают сомнения…

Галина снова посмотрела на татуировку.

— HIP, а у тебя там RIP.

— Это многое объясняет!

— Например?

Рип оскалилась.

— Да я понятия не имею!

Галина присмотрелась. Что-то белело под голенищем ботинка мертвеца.

Она вновь присела.

В голенище оказался тонкий кусок пластика. Галина достала его двумя пальцами.

Карточка.

Старая. Очень.

На одной стороне почти стёрлась чья-то фотография. На другой сохранился тот же логотип, что на татуировке убитого и на дешифраторе Рип. Под ним шли несколько строк мелкого текста, большей частью стёршегося от времени.

Хорошо читалось только одно крупное слово:

LEGACY

Ниже — несколько цифр и букв, уже неразличимых.

Галина посмотрела карточку на свет и сунула её в карман.

— Это возьмём.

— Почему люди всегда забирают вещи у мёртвых? — раздался голос из дешифратора.

— Потому что мёртвым они редко нужны.

— Практичная философия!

Галина поднялась.

И тут же услышала выстрел.

Но Рип сбила её с ног за долю секунды раньше.

Пуля ударила в асфальт почти там, где только что стояла гиена.

Они вместе скатились с обочины в неглубокую придорожную канаву.

Каменистая земля стукнула Галину в плечо и бедро. Карабин едва не вылетел из рук. Она ещё и больно налетела на камень и, проморгавшись, выплюнула изо рта пыль, поднявшуюся из канавы.

Рип, тоже вся в пыли, настороженно лежала рядом, оскалив зубы.

— Трое, — сказал дешифратор.

Галина перевернулась на живот.

— Где?

Рип осторожно приподняла голову над краем канавы.

С моста хлопнуло.

Каменная крошка брызнула по краю канавы, пуля с визгом ушла в рикошет.

Рип мгновенно пригнула голову.

— Один далеко, на мосту. Меткий, гад. Винтовка.

Дешифратор, казалось, был озадачен.

— А остальные?

Гиена пошевелила ушами.

— Двое идут к нам, черти, — ругнулся дешифратор.

Галина посмотрела на свой карабин, затем сняла его с предохранителя.

Всего два патрона. А чёрта целых три.

Плохой-плохой расклад.

— Растягиваются по дороге, хотят окружить, — сказала гиена, пошевелив ушами.

— Умные черти…

Галина оглядела канаву.

Ярдах в сорока впереди канава с пожухлой травой становилась совсем мелкой. Двигаться туда означало подставиться под пулю. Назад — всё то же самое.

Стрелок молчал. Он уже объяснил, что хотел: высунешься — умрёшь.

— Нас загоняют, — констатировала Галина.

— Я заметила.

Гиена была в своём репертуаре.

— Какие-то есть идеи?

— Споём «Марсельезу»! — радостно хрюкнул дешифратор.

Галина строго посмотрела на неё.

— Все твои шуточки…

— Будем драться, — теперь металлический голос прозвучал предельно серьёзно.

Галина повела стволом справа налево.

— Пусть подойдут поближе. Тогда у нас есть шанс.

Гиена ничего не ответила, только кивнула и посмотрела в сторону невидимой пока опасности. Её уши двигались непрерывно.

Галина прижалась спиной к стенке канавы, готовая стрелять в того, кто первым рискнёт в неё заглянуть. Рип подобралась и приготовилась к броску.

Осторожные шаги Галина услышала только через несколько минут. Уши Рип поворачивались независимо друг от друга.

Человек двигался медленно, время от времени останавливаясь.

Других шагов Галина не слышала вообще и надеялась на Рип.

«Но если у них граната — нам трындец», — подумала она, а вслух нервно прошептала:

— Всего два патрона!

Рип едва заметно качнула большой ушастой головой.

Ближе.

Ещё ближе.

Стрелок на мосту пока молчал. Палец Галины на спусковом крючке начал затекать от напряжения. Она закусила губу.

Над краем канавы появилась длинная тень.

— Мы знаем, ты тут! Выходи спокойно, руки вверх, или ты труп! — прозвучал уверенный мужской голос слева.

Рип неожиданно странно открыла пасть.

Галина ничего не услышала.

Тень наверху вздрогнула.

Говоривший человек вдруг страшно закричал:

— А-а-а-а!..

Крик резко оборвался.

Дальше всё понеслось вскачь, как на ускоренной перемотке.

Невидимый до сих пор враг слева вдруг оказался на краю канавы и просто кубарем скатился в неё почти прямо к Галине. Она инстинктивно отпрянула, не успев даже навести на упавшего длинный ствол карабина.

— Девятый?! — закричали тут же справа.

В поле зрения Галины резко появился второй мужчина с пистолетом в руке.

Но смотрел он именно на то место, куда скатился его товарищ.

Этой секунды ей хватило.

Она выстрелила в парня почти в упор.

Он рухнул назад и исчез из виду.

Галина передёрнула затвор. Гильза звякнула о камень.

Почти сразу с моста ответила винтовка.

Пуля врезалась в склон где-то над головой Галины и ушла в рикошет с противным звуком.

Она прижалась к земле.

А Рип уже оказалась рядом, скаля зубы на незваного гостя, готовая вцепиться ему в горло.

Галина смотрела на мужчину, скатившегося к ним в канаву, и не могла заставить себя так просто выстрелить в безоружного.

К тому же тот лежал на боку в позе эмбриона, прижав ладони к ушам. Как будто его оглушили шумовой гранатой.

Одно ухо у него было немного сплющено сверху, словно когда-то сломано или разбито.

— Что ты с ним сделала? — ошеломлённо спросила Галина.

— Я? — удивился дешифратор.

Гиена при этом не сводила глаз с чужака.

— Рииип? — протянула Галина.

— Ну, я немножко крикнула. Так, по-особому. Подумала: а вдруг… Собаки ведь убегают…

Человек застонал.

Галина держала его на прицеле. Последний патрон было жалко. Почему-то было жалко и этого мужчину, который явно хотел её убить.

Видно было, что он испытал сильную боль.

Он открыл глаза и несколько секунд смотрел куда-то мимо неё.

Потом сфокусировал острый взгляд серых глаз.

Сначала на стволе.

Потом на Галине.

И наконец на Рип.

— Что ты сделала? — вдруг спросил он напрямую, обращаясь к гиене.

Дешифратор щёлкнул.

— Мы как раз обсуждаем этот вопрос…

Он попытался принять более удобную позу.

Галина сильнее прижала приклад к плечу.

— Лежать! — коротко скомандовала она.

Человек посмотрел на неё.

Потом на карабин.

— Один.

— Что?

— У тебя остался один патрон.

Галина промолчала.

— Было два. Один ты потратила.

— Ты-то откуда знаешь? — сердито ответила она. — Мне хватит и одного!

Он всё-таки сел и потряс головой.

Галина всмотрелась в него.

Лет тридцать пять. Коротко стриженный, жилистый, без обычной для местных бойцов показной брони или бронежилета. На поясе — кобура, нож, два подсумка. Простая разгрузка.

Ничего лишнего.

— Как её зовут? — спросил он, внимательно посмотрев на Рип.

— Тебе-то какая сейчас разница?

Он продолжал смотреть на гиену.

— Так как?

Рип вдруг ответила сама:

— Рип, — недобро проскрипел динамик.

Гиена всё ещё была готова броситься на мужчину и вцепиться ему в горло.

Тот повёл себя странно. Никакой реакции ни на гиену, ни на карабин, будто он сидел в парке на скамейке и обдумывал какую-то важную мысль.

— Там твой друг, — сказала Галина, махнув стволом карабина в сторону.

Мужчина посмотрел в сторону моста.

Потом вдруг начал медленно подниматься.

— Сядь! — Галина попыталась вернуть контроль над ситуацией.

Он не послушался.

И больше не смотрел на гиену, которая по-прежнему скалила зубы.

— Ещё шаг — я стреляю.

Теперь он посмотрел на неё.

— И останешься без патронов.

— Зато ты останешься без головы.

Он немного подумал.

— Возможно.

И медленно поднялся во весь рост, показал пустые руки, помахал невидимому стрелку, а затем и вовсе просто полез из канавы.

— Стой! — крикнула Галина.

Мужчина выбрался на дорогу и сказал, не оборачиваясь:

— Я возьму свой пистолет и просто уйду. Можешь стрелять, если хочешь.

Галина осторожно выглянула наружу.

Он поднял из пыли упавший пистолет и спокойно убрал его за пояс со стороны спины. Затем на секунду задержал взгляд на лежавшем неподалёку напарнике и пошёл прочь, не оборачиваясь.

«Пистолет засунул за пояс», — отметила про себя Галина, всё ещё державшая его на прицеле и готовая стрелять.

Мужчина — или, как его назвал убитый напарник, Девятый — спокойно шёл по дороге к мосту.

Галина ещё несколько секунд держала его на мушке, положив карабин на край канавы и осторожно выглядывая, как из окопа.

Потом опустила оружие.

— Он идиот? — спросила она, обернувшись к гиене.

— Пока данных недостаточно, — задумчиво ответила Рип.

Девятый шёл прямо по дороге.

Не быстро.

В открытую.

Стрелок видел его прекрасно, но, похоже, не понимал, что вообще произошло.

В этом было что-то неправильное.

Галина осторожно следила за ним через сухую траву. Стрелок мог в любой момент вновь открыть огонь и по ней.

Мост был старый, бетонный. Фигуру стрелка отсюда полностью скрывал парапет.

Девятый продолжал идти.

Когда до моста осталось меньше десятка ярдов, стрелок наконец его окликнул.

Слова Галина не разобрала.

Девятый ничего не ответил.

Продолжил идти.

Стрелок крикнул снова, теперь заметно более нервно.

На этот раз Девятый остановился и что-то сказал в ответ.

Стрелок ответил.

Девятый снова пошёл вперёд.

— Что он ему говорит? — спросила Галина.

Уши Рип напряглись.

— Не слышу. Ветер в другую сторону. Мне нужен направленный микрофон! — капризно закончила она.

Галина внимательно посмотрела на неё.

— Смотрю, тебе уже стало лучше.

— Спасибо, мэм. Но мы ещё не выбрались.

Гиена вновь была предельно серьёзна.

Девятый дошёл до моста.

Судя по отголоскам, там о чём-то спорили. При этом слышны были только реплики стрелка — тот что-то эмоционально спрашивал.

Потом раздался выстрел.

Галина инстинктивно пригнулась в канаву.

Наступила тишина.

Она вдруг услышала ветер и шелест травы.

— Кто кого? — тихо спросила она, глядя на гиену.

Рип немного подняла голову.

— Сейчас узнаем.

Прошло несколько томительных минут.

На дороге появилась фигура.

Девятый.

В руках у него была хорошая винтовка с оптикой, а за спиной — большой армейский рюкзак.

Галина навела на него карабин.

— Вот теперь расклад мне нравится ещё меньше.

— Мне он и раньше не нравился, Галя.

Но Девятый шёл к ним спокойно, насколько это вообще было возможно.

На ходу он медленно повесил винтовку за ремень на плечо и демонстративно показал пустые руки.

Так же спокойно, под прицелом, подошёл к их канаве, перед которой лежал убитый Галиной парень.

Галина медленно поднялась во весь рост, продолжая держать Девятого на мушке.

— Зачем? — спросила она, махнув подбородком в сторону моста, но не отводя от мужчины ствола.

— Это философский вопрос, — ушёл тот от ответа.

Галина всё ещё не знала, что и думать.

— Ты сам его убил?

— А это уже риторический вопрос…

— Пять минут назад вы вместе пытались убить нас!

Он подумал и ответил предельно серьёзно:

— Не совсем так, но претензия понятна. Лично я никого не хочу убивать.

Дешифратор щёлкнул.

— Приятно видеть личностный рост.

Девятый посмотрел на Рип.

На мгновение уголок его рта дёрнулся в усмешке.

— Что изменилось? — спросила Галина.

Он помолчал.

— Это сложно.

— Ты убил своего человека и не знаешь почему?

— Он не мой человек.

— Вы пришли вместе.

— Это не одно и то же.

Галина продолжала смотреть на него.

— Кто вы? Кто ты?

— Сегодня? — Он поднял одну бровь.

Галина заставила себя криво улыбнуться.

— Ты начинаешь мне нравиться, солдат.

— Не думаю, что понравлюсь целиком.

Он присел к убитому, немного посмотрел, закрыл ему глаза и забрал из разгрузки запасной магазин к пистолету. Больше он ничего не тронул.

Потом Девятый посмотрел на Галину.

Взгляд у него был немного смущённый.

— Нас наняли в Оазисе, — вдруг сказал он.

— Кто?

— Я его не знаю.

— У тебя сегодня это самый популярный ответ.

— Нас это устраивало.

— Что надо было сделать?

Девятый кивнул в сторону тела на дороге.

— Найти тело на дороге и тщательно обыскать.

Галина коснулась карточки в кармане.

— Всего-то?

— Да. Но человек хорошо заплатил.

— Что вы искали?

— Не знаю.

Он развёл руками.

— Правда. Грэг тоже не знал. — Он кивнул на убитого Галиной парня. — Может, Сэм знал. — Девятый кивнул в сторону моста. — Он был сам по себе. Но он уже не расскажет.

— Сэм — это снайпер? Зачем вы пытались нас убить?

— Не вас.

Он кивнул на Рип.

— Её. Сэм решил убрать зверюгу.

Рип зарычала.

Девятый встал.

— Если вы что-то и нашли, то я даже не хочу знать, что.

Галина наконец немного опустила карабин и посмотрела ему в глаза.

— Почему?

— Потому что трое уже мертвы.

— Один благодаря тебе.

— Именно. Именно поэтому, — ответил Девятый.

Он развернулся, явно собираясь уходить.

— И куда собрался? — спросила Галина.

— Подальше.

— От нас?

Он с усмешкой посмотрел на Рип.

— От человека, который нас сюда послал. Мы не выполнили задание.

— Кто он вообще такой?

— Не представился.

— А как выглядел? — Галина решила выжать максимум информации.

Девятый немного подумал.

— Чистый.

— Стало понятно и очень полезно, — хмыкнула она.

— В Оазисе поймёшь.

Он поправил новую винтовку на плече, подтянул рюкзак и пошёл прочь.

— Эй, Девятый, — окликнула его Галина.

Тот остановился.

— Это твоё имя?

— Сегодня — да.

— А на самом деле?

Он пожал плечами.

— Пока сойдёт и так.

И ушёл.

Галина смотрела ему вслед, пока он не скрылся за ржавой цистерной.

— Он очень странный, — сказала Рип.

— А ты говорящая гиена, — парировала Галина.

— У каждого свои недостатки! — буркнул дешифратор.

Галина не выдержала и громко рассмеялась, снимая напряжение.

Человек, которого она застрелила, лежал футах в десяти от края канавы.

Галина поставила карабин на предохранитель, вернулась к первому мертвецу и забрала оставленный рядом рюкзак. Потом подошла к убитому у канавы и начала обыск.

Обычный мужчина.

Никаких татуировок, никаких загадочных номеров.

Девятый забрал у него запасной магазин, но больше ничего не тронул.

Пистолет лежал в пыли неподалёку.

Галина подняла его.

Стандартный девятимиллиметровый Glock, чуть потёртый, но ухоженный.

Она вынула магазин.

Полный.

— Повезло.

Галина вернула магазин на место и убрала пистолет за пояс со стороны спины.

Рип пристально смотрела то в сторону моста, то туда, куда ушёл Девятый.

Галина снова присела и проверила карманы убитого, стараясь не испачкаться кровью.

Складной нож.

Огниво.

Моток тонкого шнура.

Несколько четвертаков и пятицентовик.

Небольшая фляга.

Галина потрясла её.

Внутри плеснулось.

Она отвинтила крышку, понюхала.

— Вроде вода.

— Сильная экспертиза.

Рип подошла ближе, понюхала и фыркнула.

— Можно пить.

Галина отпила глоток.

Вода была тёплой, но не затхлой.

— Вода — и то хорошо.

Она сунула флягу в рюкзак и продолжила обыск.

В одном кармане обнаружилась тряпка или платок. В другом — несколько странных гаек неизвестного назначения.

В нагрудном кармане что-то хрустнуло.

Галина достала небольшой цилиндр в красной бумажной обёртке.

Посмотрела.

Конфета.

Обычная тянучка. На обёртке мелкими буквами было напечатано:

DEL RIO CANDY

— О! — вырвалось у Галины.

Рип подошла ближе.

— Что там?

— Конфета.

Галина спрятала её за спину.

Рип потянула носом.

— Я тоже хочу кусочек трофеев, — капризно заявила она.

Галина быстро развернула конфету и сунула её в рот.

— Сладкое гиенам вредно!

Несколько секунд дешифратор обиженно молчал, затем выдал:

— А алкоголь людям полезен?

Галина перестала жевать.

Посмотрела на неё.

— Это всё зависит от дозы…

— Прекрасное медицинское наблюдение!

Галина вновь коротко рассмеялась.

Потом проверила карманы брюк цвета хаки и короткую разгрузку.

Больше ничего полезного не было.

Галина посмотрела на убитого и вздохнула. Потом взяла парня под мышки и оттащила к обочине, положив около первого мертвеца.

Рип смотрела за ней внимательно, но комментариев не последовало.

Копать могилу в каменистой земле Галине было нечем, да и не было никакого желания. До убитого ею парня, скорее всего, тоже доберутся стервятники.

Ей это не нравилось. Но изменить она уже ничего не могла.

Галина поднялась и машинально коснулась ноги.

Даже через ткань кожа вокруг пореза казалась горячей.

Это было плохо.

Ещё утром вокруг раны появилась тонкая багровая полоса.

Рип заметила её движение.

— Ты как?

— Пока ничего.

— Значит, Оазис.

Галина посмотрела на дорогу.

До него, как она прикинула, оставалось примерно миль десять.

Там были вода, еда, патроны и антибиотики.

И, возможно, человек, который сегодня утром заплатил троим вооружённым людям лишь за повторный обыск мертвеца.

Карточка с надписью LEGACY лежала у неё в кармане.

— Там может быть тот, кто их нанял, — сказала вслух Рип то, о чём Галина только успела подумать.

— Может.

— И он, вероятно, ищет то, что теперь у тебя.

— Очень вероятно…

— Мне нравится, как логично развивается наш день!

Голос гиены старался звучать бодро, но Галина уловила в нём тревогу.

Она поправила за поясом новый пистолет.

— Увы, похоже, мне нужны антибиотики. И у нас почти ничего не осталось из еды.

Рип посмотрела на неё.

Потом на дорогу.

Они двинулись дальше.

Галина шла впереди, Рип — за ней.

Через несколько шагов дешифратор за спиной Галины щёлкнул.

— Жадина!

Глава 2. Оазис

Последние несколько миль до Оазиса дорога шла почти по прямой. Старый асфальт местами ещё держался, хотя песок давно съел обочины, а из многочисленных трещин торчала сухая трава.

Галина шла медленнее обычного.

Рана, которая поначалу казалась пустяком, начала давать о себе знать. Не настолько, чтобы останавливаться, но достаточно, чтобы мешать идти.

Рип заметила это: она несколько раз оборачивалась, а потом просто сбавила шаг. Вдалеке показались разномастные крыши поселения.

Сначала водонапорная башня, потом несколько высоких антенн, дальше — стена из бетонных блоков, металлических листов и всего, что когда-то могло остановить пулю.

Оазис. Он появился когда-то благодаря воде.

Галина была здесь примерно год назад.

Место выглядело почти так же.

Это было хорошим признаком.

Рип остановилась. Чёрный нос поднялся по ветру. Ноздри дрогнули.

— Что?

Гиена продолжала принюхиваться.

Потом дешифратор на её груди ожил:

— Один великий сказал: Цивилизация в подлинном смысле слова состоит не в умножении потребностей, а в сознательном ограничении своих желаний.

— Рип, это ты к чему?

— Там вкусно пахнет. А денег, я знаю, у нас маловато.

Галина посмотрела на стены Оазиса, затем на Рип.

— Надеюсь, расспросов о тебе будет ещё меньше.

У ворот дежурили двое вооружённых мужчин в полувоенной одежде с винтовками М16.

Один так и остался в тенёчке под навесом, второй вышел им навстречу.

Он сначала посмотрел на Галину.

Потом на Рип.

Потом снова на Галину.

— А я вас помню. Всё так же болтает? — Он кивнул на гиену.

Рип повернула к нему голову и оскалилась в подобии улыбки.

— Без остановки, — сказала Галина с улыбкой.

Рип фыркнула.

Охранник ещё секунду смотрел на неё, потом перевёл взгляд на Галину.

— Оружие?

Галина показала карабин.

— Ещё?

Она помедлила и показала на пистолет за поясом.

Тот вновь взглянул на карабин, убедился, что тот на предохранителе.

— Напоминаю! За драку — штраф. За стрельбу — суд. Оружие всегда на предохранителе. Комендантский час с десяти вечера до шести утра.

Второй охранник, не вставая, вдруг добавил:

— Воду из поливалок не пить!

— Будем стараться, — сказала Галина, улыбаясь.

Рип усиленно делала вид, что это её не касается.

Ворота открылись.

Внутри Оазис был больше, чем казался снаружи.

Несколько десятков разномастных домов стояли вдоль бывшей дороги. Между ними тянулись навесы, мастерские, огороды. За оградой виднелись зелёные полосы небольших полей.

Где-то шумно работал большой насос.

Где-то стучал молотом кузнец.

Пахло дымом, конским навозом, жареным мясом и ещё много чем другим, что могла разобрать только Рип.

После нескольких дней пустой дороги всё это казалось Галине и Рип большим городом.

Люди обращали внимание на Рип и чаще с опаской уступали дорогу. Всё же гиена была размером с телёнка.

Дети увязались за ними почти сразу. Сначала двое. Потом их стало больше. Они шли за Галиной и гиеной хвостиком в нескольких шагах и возбуждённо перешёптывались.

— У тебя здесь поклонники, — сказала Галина.

Гиена обернулась и плотоядно облизнулась.

— Можно я съем одного? Никто и не заметит, — громко выдал её дешифратор.

— Рип!

Но дети уже прыснули врассыпную.

Рип довольно кивнула сама себе и важно пошла дальше.

Лекарь жил в дальнем конце Оазиса.

На белой стене приземистого здания выделялся выцветший на солнце красный крест. Он был нарисован от руки и довольно криво — но на это всем было явно наплевать.

Внутри было прохладнее.

Лекарь оказался знакомым. Худой мужчина среднего возраста с совершенно седыми волосами в видавшем лучшие времена, но чистом белом халате. Галина вдруг поняла, что так и не знает его имени.

Он тоже узнал Галину.

Рип — тем более.

— Ты останься у входа, — сказал он быстро гиене вместо приветствия.

Рип понуро остановилась.

— Ну, показывай, что на этот раз, — лекарь перевёл взгляд на Галину.

— В этот раз мелочь. Порез на ноге.

— Конечно, мелочь. Как всегда. А потом приходишь ко мне.

Галина вздохнула.

— Железка ржавая была.

— Уже интереснее. Когда?

— Позавчера.

Лекарь посмотрел на неё пристально.

— Значит, два дня уже ходишь.

Гиена у двери зевнула, показав клыкастую пасть.

Лекарь посмотрел на неё сурово. И вернулся к разговору.

— Садись на кушетку и показывай.

— Озноб был? — продолжил он.

— Вчера немного знобило.

— Болеть сильнее стало?

— Сегодня, когда долго шли.

Он вздохнул и вновь посмотрел на Рип, которая ворочалась на коврике как огромная пятнистая собака, пытаясь устроиться поудобнее. Увидев, что лекарь смотрит, она замерла.

Тот занялся своим делом: почистил рану, потом включил старый медицинский сканер.

Аппарат загудел.

— Эта штука ещё работает? — удивилась Галина.

— Иногда даже лучше, чем я думаю…

Он провёл датчиком вдоль ноги.

Экран мигнул.

Появилось изображение тканей.

— Повезло. Далеко ещё не зашло.

— Я же говорила.

— Ты сказала «мелочь». А это не мелочь. — Он по-учительски поднял указательный палец.

Лекарь оставил датчик на стойке возле кушетки, не выключив прибор, и подошёл к стеклянному шкафу за чистыми бинтами.

Рип тут же поднялась со своего места. Она подошла к Галине и сунула морду поближе к её ноге, чтобы посмотреть.

Экран вдруг мигнул.

Лекарь со спины ничего не увидел.

А Галина уставилась на экран, где на чёрном фоне вдруг появились белые строки.

BIOLOGICAL ASSET DETECTED

И ниже:

RIP

RECORD: UNAVAILABLE

NETWORK: OFFLINE

Галина замерла.

Рип тоже, увидев надпись.

Одно её ухо лишь дёрнулось в сторону прибора.

Экран мигнул ещё раз.

Строчки исчезли. Лекарь обернулся.

— Я же сказал не заходить сюда! — прикрикнул он на Рип, и та быстро ретировалась.

— Что не так? — переспросил лекарь, переведя взгляд на девушку.

— Ничего, — быстро ответила Галина.

— Ты в лице изменилась!

— Эта штука что-то показала. — Она махнула рукой на экран.

Он повернулся и посмотрел на него заинтересованно.

— И что же?

— Надпись.

— И что за надпись?

Галина посмотрела на Рип.

Гиена сидела неподвижно и смотрела на экран, где снова осталось изображение тканей.

— Ошибку какую-то…

Лекарь пожал плечами.

— Прибор будет постарше тебя. Там ошибок больше, чем у него функций…

Он снова занялся раной на ноге.

— Пять дней антибиотиков.

— Сколько за всё с меня?

— Три с половиной бакса вместе с обработкой.

Галина поморщилась.

— А может, можно без антибиотика?

— Можно. Если потом можно без ноги.

Рип тихо фыркнула у входа.

Галина получила таблетки, и они стали немного беднее.

На улице Галина прошла немного и остановилась.

Рип остановилась рядом.

Некоторое время обе молчали.

— Ты видела?

Рип кивнула.

Галина тронула коробку дешифратора на груди гиены.

— Он мог среагировать на это.

— Мог.

— Считать метку… Или что-нибудь внутри коробки?

— Мог.

— Или на тебя саму?

— Мог.

— Очень содержательный у нас разговор…

Рип повела ухом. Голос из дешифратора прозвучал совершенно спокойно:

— Данных недостаточно.

Галина вспомнила мёртвого человека у дороги.

Маленькую тату под ключицей.

HIP-17.

Потом экран.

RIP.

— Предлагаю считать, что это моя коробка, — прервал её размышления дешифратор.

— Ты действительно так считаешь?

— Людям помогает отрицание неудобных фактов…

— Рип, ты гиена… — бровь у девушки иронично приподнялась.

Рип чуть приоткрыла пасть, как будто усмехаясь. Галина уже знала это выражение.

— Я уже говорила, что меня мучают сомнения…

Комнату они сняли недалеко от рынка.

Самую скромную. Лишь кровать, стол, стул, таз для воды и окно во двор. Туалет был в коридоре.

— Комната на одного, — сказал хозяин, пересчитывая деньги. Потом строго посмотрел на Рип. — А за животное у нас вообще-то доплата.

— За какое животное? — спросила Галина.

Хозяин снова посмотрел на Рип.

Рип в свою очередь посмотрела на хозяина.

— За… большое.

— Она разумная. И говорит. Можешь объяснить ей сам.

Рип чуть приподняла верхнюю губу, показались острые зубы.

Хозяин промолчал.

— Ладно. Вот бельё. Вот ключ.

— Спасибо, — сказала Галина, тщательно пряча улыбку.

В комнате девушка сняла рюкзак и сразу завалилась на кровать.

Рип легла возле двери.

Галина достала карточку и вновь внимательно её осмотрела.

Тот же знак.

Три разомкнутых кольца, пересечённых короткой вертикальной чертой.

LEGACY.

Она покрутила карточку в пальцах.

Потом убрала обратно — во внутренний карман своей тонкой хлопчатобумажной куртки.

Похоже, всё это могло начаться из-за карточки.

Рип следила за ней.

— Семнадцать, — сказала Галина.

Гиена приподняла голову.

— У него было семнадцать. И у тебя семнадцать.

Дешифратор ответил после короткой паузы:

— Просто совпадение.

— Это твоё отрицание?

— Нет. Позиция.

— Какая?

— Как сказал кто-то из великих: «Не следует множить сущее без необходимости».

Галина приподнялась на локте и посмотрела на неё внимательно.

— А логотип?

Рип положила голову на лапы, сделав вид, что решила подремать.

— Может, он работал там, где сделали мою коробку.

Гиена нарочито лениво зевнула, показав зубы.

Дешифратор ещё раз щёлкнул и затих.

Перед рынком Галина вновь надела на Рип перемётные сумки.

Обе были сейчас пустыми.

— Пора за покупками.

Рип с укоризной посмотрела на неё.

— Галя, почему я всегда тележка?

Галина застегнула пряжку.

— Потому что деньги всегда у меня. — Она похлопала гиену по спине.

Рип встряхнулась, проверяя крепление, и они пошли.

Рынок занимал большую площадь.

Под навесами продавали еду, одежду, инструменты, патроны, детали, посуду, аккумуляторы, книги, разные вещи и старую электронику. Тут были и компьютеры, и даже разноцветные телефоны всех марок.

Галина начала с боеприпасов.

Продавец по её просьбе выложил на ткань шесть патронов .308.

— Двадцать пять центов штука.

— Они с серебром против оборотней? — проворчала девушка.

— Походи по базару. Такие только у меня.

— Монополия?

— Она самая, мать родная…

Галина посмотрела на патроны.

Потом на продавца.

Потом снова на патроны.

Целых полтора доллара.

— Беру, — вздохнула Галина.

Оставаться с одним патроном в карабине было никак нельзя. Можно было взять только четыре до полного магазина, но экономить на их безопасности Галина не хотела.

Дальше были вода, крупа, лепёшки, немного вяленого мяса.

У одного из прилавков, где продавалась всякая всячина, Галина разглядела собаку на мешке. Рип покорно остановилась, посмотрела на пакет и фыркнула.

На мешке была нарисована собака, подозрительно довольная содержимым миски. Ниже криво напечатали название какой-то фабрики из Дель-Рио.

Галина потрогала упаковку.

— Нам без этого не обойтись.

Рип понюхала пакет.

— Съедобно, — меланхолично сообщил дешифратор.

Галина посмотрела на неё.

— Для собак! — быстро добавила Рип.

— Рип, ну не начинай.

— Доллар двадцать пять, — заявил продавец.

— За маленький мешок?!

— Это качественный корм.

— Да на нём даже собака кривая!

Продавец посмотрел на картинку.

— Зато свежий.

Рип перевела взгляд на мужчину-продавца и демонстративно облизнулась.

— Не люблю сухой корм, — раздалось из дешифратора. — Мне вот сам продавец нравится куда больше!

Мужчина за прилавком немного отодвинулся назад.

— Берите за доллар, — быстро сказал он.

— Годится, — сказала Галина, сунула ему техасский серебряный и стала загружать пакет в сумку на боку у гиены.

— Я слышала, бывают ездовые собаки… — начала было Рип, повернув к девушке голову.

— Рииип…

— …но про ездовых гиен никогда!

— А про гиен-зануд?

Вопрос Галины поначалу повис в воздухе.

Рип посмотрела назад, оценивая новый груз, ничего не ответила, лишь вздохнула через нос.

— Художника каждый обидеть норовит, — демонстративно-печально резюмировал её дешифратор.

За работой Галина пошла после рынка.

На двери небольшого здания висела табличка:

СКУПКА

Ниже:

РАБОТАЕТ

И ещё ниже, другим почерком:

ЕСЛИ ЗАКРЫТО — СТУЧАТЬ

Дверь была открыта.

За столом сидел знакомый грузный мужчина в очках и сортировал электрические разъёмы по деревянным ящикам.

На стене за ним висела доска.

НАСОС 24V

ПОДШИПНИК 6205

МЕДЬ

СТАРТЕР

РЕЛЕ

Он поднял голову и посмотрел на них поверх очков.

— А. Это вы. Мне про вас уже рассказали.

— Привет, Вилли!

— Давно вас не было.

— Год примерно.

— Значит, давно.

Он посмотрел на Рип.

Та с интересом обнюхивала один из ящиков и получила от Галины лёгкий толчок коленом.

— Потом опять будешь чихать, — тихо сказала Галина.

Рип фыркнула.

Скупщик улыбнулся и снова посмотрел на Галину.

— Вы совсем не изменились.

— Что-то есть для нас из работы?

Вилли ткнул большим пальцем себе за спину.

— Для тех, кого я не знаю, — всё на стене.

— Вилли…

— Что — Вилли? Год тебя не было. Может, ты теперь подшипники от дверных петель отличить не можешь.

— Рискни.

Он усмехнулся и полез в стол за листком.

— Куда идёшь?

— Пока не решила.

— Тогда сначала реши. В Сандерсоне сейчас за некоторые вещи платят куда больше.

Он достал лист бумаги.

— Например: контроллер от старого погрузчика. За рабочий — двадцать здесь, двадцать пять, если донесёшь до Сандерсона. Мёртвый тоже возьму, если плата не горелая. Но за пять. Потащишь? Циркуляционный насос — восемь здесь, десять там. Регулятор генератора — двенадцать.

— Щедро!

— Можешь поискать варианты…

Галина посмотрела на Вилли.

— А караван в Сандерсон когда?

— Завтра утром.

— Чей будет?

— Бороды.

Она поморщилась.

Скупщик заметил.

— Знаешь его уже.

— Знаю. Как не знать… — Галина уже имела с ним дело.

Вилли быстро переписал предложения на отдельный листок и протянул девушке.

— Будь осторожна, — неожиданно сказал он, внимательно посмотрев на неё поверх очков.

На выходе Рип потянула носом воздух.

— Опять наш старый Борода? — весело спросил дешифратор.

— Рииип…

Рип только хмыкнула в ответ.

Про Чистого Галина решила поспрашивать между делом.

Не у стражи и не у администрации.

У тех, кто целый день смотрел на проходящих мимо людей.

Первым оказался продавец воды.

— Говорят, вчера тут какой-то богатый тип крутился. Чистенький такой, — спросила она наудачу.

— Был такой, — ответил он, наливая ей воду во флягу.

— Местный?

— Точно нет.

— Уже ушёл? — как бы невзначай еще спросила Галина.

— Кто его знает, больше не видел.

— А как выглядел?

— Вальяжный. Очень чистый, — ответил тот, закручивая пробку.

Он принял от нее деньги.

— Это я уже поняла.

— Нет. Сама знаешь — везде пыль. А он будто только что из примерочной вышел.

У продавца мяса получилась примерно та же самая картина.

Хорошая и дорогая одежда.

Хорошие ботинки.

Волосы чистые.

Руки тоже.

Его никто не знал.

Ситуация была не из лучших. Но Галина была уверена: этот Чистый не знает про неё и гиену. Девятый ушёл в другую сторону. Остальные мертвы. Это немного успокаивало.

Старьевщика Галина нашла ближе к краю рынка.

На его столе лежало всё подряд: подшипники, куски кабеля, платы, дверные ручки, оптика, несколько старых часов и разнокалиберное железо.

Галина не стала доставать карточку, а взяла кусок мела и нарисовала на краю его прилавка знак.

Три разомкнутых кольца.

Вертикальная черта.

Старик посмотрел.

Лицо не изменилось, но в глазах мелькнула злость.

Потом он взял тряпку и стёр рисунок.

— Не знаю.

— Я же ещё ничего не спросила… — начала девушка.

— Вот и не спрашивай.

— Значит, видел такой раньше?

— Не видел.

Старик посмотрел ей прямо в глаза.

— Девушка.

— Что?

— Купи что-нибудь или иди своей дорогой.

Галина постояла ещё немного. Рип хмыкнула у неё за спиной.

Продавец отвернулся и сделал вид, что он занят. Пришлось просто уйти.

— Что-то знает, но не будет говорить, — сказала немного спустя Галина.

Рип тихо хмыкнула.

— Тогда и нечего нам ломать голову.

Человека в сером шарфе и летнем плаще Галина заметила ещё во время покупок.

Мельком заметила его у дальнего ряда с едой.

Ничего необычного.

Потом она увидела его снова возле колодца. Но вновь не придала этому значения.

Потом — ещё раз возле мастерской, и Галина поняла, что её смутило: он вёл себя немного странно.

Ни разу не посмотрел прямо даже на гиену, хотя на них здесь глазели почти все.

Галина сказала Рип:

— Слева. Серый шарф.

Рип не повернула головы.

Только одно ухо ушло назад.

— Принято.

— Третий раз уже рядом…

— Может, твой поклонник?

— Его запах…

Нос Рип чуть дёрнулся.

— Я запомнила.

Они продолжили спокойно идти, Рип, мягко ступая большими лапами, чуть впереди. Галина медленно обернулась.

Серого шарфа уже не было.

Дверь их комнаты была закрыта.

Но Рип резко остановилась перед ней.

Галина едва не упёрлась в гиену.

— Что случилось?

— Пахнет чужаком… Но внутри никого нет.

Галина медленно открыла дверь своим ключом.

Внутри всё выглядело как раньше.

Кровать.

Стол.

Стул.

Таз.

Окно.

Галина вошла.

Рип осталась в дверях.

Потом тёмный нос гиены вновь дрогнул.

Она медленно втягивала воздух.

Галина посмотрела на кровать.

Край одеяла был подвёрнут не так, как она оставила.

Она подошла к окну.

Оно было плотно закрыто.

Потом к рюкзаку.

Пряжка была застёгнута.

Но не в ту петлю, что обычно.

Галина проверила все вещи в рюкзаке.

Одежда.

Инструменты.

Выключенный телефон.

Всё было на месте.

Деньги были при ней.

Пистолет тоже.

Карточка LEGACY — во внутреннем кармане её куртки.

Она коснулась её через ткань.

Рип медленно прошла по комнате.

У кровати остановилась. Принюхалась.

Потом возле стола.

Возле окна.

Из горла донёсся тихий низкий рык.

— Один был? — спросила Галина.

Рип принюхалась ещё раз.

— Думаю, да.

— Тот с шарфом?

Рип ещё раз втянула воздух.

— Нет. Его я запомнила.

Дешифратор произнёс это медленно, без всякой интонации.

Галина села на кровать.

— Из рюкзака ничего не взяли. Ничего не пропало.

Рип обнюхала рюкзак.

— Что же они искали?

Гиена посмотрела на неё выразительно.

Галина подняла руку.

— Я знаю. Данных недостаточно. Но одна идея у меня есть…

Рип отошла и улеглась возле двери как на посту.

К вечеру нога разболелась сильнее.

Антибиотик ещё не успел сработать, и весь день на ногах оказался плохой идеей.

Галина лежала поверх покрывала.

Карабин стоял рядом с кроватью.

Пистолет лежал на столике с патроном в патроннике.

Дверь была закрыта на ключ. Рип лежала у входа.

За окном ещё ходили люди. Где-то спорили. Стукнула дверь. Потом заиграла музыка — тихо, довольно далеко.

Галина смотрела в потолок. Хозяин сказал, что никого постороннего не видел. Но кто-то же обыскал комнату. И ничего не взял. Серый шарф, похоже, следил за ними, но он мог быть кем угодно. Хоть воришкой.

Она была уверена, что Чистый о них не знает. Теперь — уже не так уверена. Что-то не сходилось.

Галина уже решила, что они уйдут из Оазиса вместе с караваном. На всякий случай.

— Завтра идём с караваном в Сандерсон… — начала она в воздух.

Рип повернула к ней одно ухо.

— Но Борода меня немного беспокоит…

Гиена тихо фыркнула.

— А ты её не чеши…

Галина не выдержала и рассмеялась. Напряжение немного отпустило.

Потом из дешифратора донеслось:

— Как нога?

— Нормально.

Рип подняла голову и посмотрела на девушку внимательно.

Галина посмотрела на неё в ответ.

— Ладно. Пока ещё хреново.

Рип снова положила морду на лапы.

Больше она ничего не сказала.

До комендантского часа оставалось всего ничего.

За окном постепенно затихал Оазис.

Галина закрыла глаза.